# У страха не всегда глаза велики. Часть 3. Увидит незрячий, услышит глухой

Лара Альм

Часть третья. Увидит незрячий, услышит глухой


Не выносите спешных приговоров,

Не присуждайте наскоро наград,

Чтоб не краснеть, чтоб избежать укоров,

Когда в пути оглянетесь назад.

/Расул Гамзатов/


Катерина Филимовна Двигубская настороженно вышагивала по тротуару и осмысливала первый трудовой день в школе. Со стороны казалось, что девушка высматривает чьи-то следы. На самом деле, она прятала лицо от проходящих мимо людей, чтобы те не заметили грустных глаз, из которых вот-вот польются слезы, едва она заметит сочувствие или, не дай Бог, особо участливый гражданин спросит, все ли у нее в порядке, не требуется ли его помощь. Тогда Катька уж точно не сдержится и зарыдает навзрыд.

Плакать Двигубской хотелось и не хотелось одновременно. Естественно, было очень себя жаль. Прямо, жаль до коликов в животе и хотелось всплакнуть, но на мало-мальски знакомом плече. На чужом рыдать нескромно, а на родном - опасно: получишь по полной воспитательной программе. Дескать, ничегошеньки она не умеет! За что не возьмется, сразу пасует. Да, пасует перед трудностями, которые ей подкидывает судьба в лице родной сестры. Катерина привыкла жить по собственной программе, создавая сама себе трудности в процессе проживания этой программы. В этом случае она полна сил, желаний, положительных эмоций, презирает неудачи, не пасует перед опасностями, находит выход...

Нет, самостоятельно Катька не всегда находит выход, это надо честно признать. Но она разнообразит жизнь себе и близким родственникам. Все знают: однообразие утомляет, окрашивает жизнь в серые скучные тона. Как ее ужасное пальто! И где только Витка его раскопала?! С утра заявила, что учительнице нельзя ходить на работу в вызывающем розовом норковом полушубке. И что самое ужасное - родители приняли сторону старшей дочери. Конечно, она для них авторитет, а Катерина - домашний питомец! Миленький пуделечик, которого надо чухать за ушком. Почухали, покормили, вывели на прогулку и забыли. Лежи себе пуделечик на подстилке и не мешай...

В носу у Кати засвербело, слезы застили глаза, к горлу подкатил ком. От обиды. От жалости к себе. От непонимания.

Да, ее никто не понимает и не желает понять, чего она хочет!

Можно подумать, у нас в стране все люди работают по специальности!

Если Катерина окончила исторический факультет университета, это не значит, что она обязана стать педагогом-историком. Двигубская мечтала об археологических раскопках, о необыкновенных находках, после которых она приступит к написанию научного труда. О ней узнает весь мир!

Но после короткого периода работы в детективном агентстве "Савелий", Катерина запоздало поняла, чему она должна посвятить свою жизнь - помощи отчаявшимся людям! А почему, собственно, запоздало? Никогда не поздно что-то менять, тем более, в ее возрасте. Как заметил один умный человек: уже взрослая, но еще молодая.

Но как признаться Виталине, что новое место работы ее совершенно не устраивает?

Вопрос без ответа заставил слезы оживиться. Они снова потекли по щекам, А Катьке пришлось свернуть к витрине, чтобы спрятать свое заплаканное лицо от прохожих. Хорошо, что это была витрина магазина одежды, а не какой-то кафешки. Иначе посетителей весьма бы заинтересовала девица со слезами на глазах, взирающая с непониманием на жизнь. Непонимание они могли принять за просьбу - девица плачет от нищеты и безысходности, намекает, что неплохо бы оказать ей посильную помощь. Кто-то бы вышел из кафе с тарелкой супа и всунул вместе с тарелкой несколько купюр незначительного достоинства.

В розовом полушубке ей бы "не подали". Девушка в розовом полушубке не вызовет снисходительную жалость. А в сером стеганом пуховике с капюшоном - не только снисходительную жалость, но и боязнь подойти на близкое расстояние. Расстояние должно быть равно длине протянутой руки, в которой зажато пожертвование.

И где только Витка откопала это пальто?! - уже в который раз за сегодняшнюю половину дня подумала Катя. - Кажется, в нем Вита ходила в школу. Нет, скорее всего, сто лет назад купила, чтобы поехать с друзьями на пикник в позднюю осеннюю пору. Одела всего пару раз, спрятала подальше, а сегодня вспомнила на мое "счастье". Вот же память у бережливого человека! Сегодня же выпрошу у отца небольшую сумму денег и куплю себе другое пальто. Нормального цвета, нормальной длины - не за колено, как у дам бальзаковского возраста. Хотя, дамы бальзаковского возраста щеголяют в сдержанном мини. А некоторые - не в сдержанном. Вот взять учительницу физкультуры. Как же ее зовут?.. Имя-отчество не помню, но фамилия Шелестова. Я запомнила, потому что в моей группе училась Милка Шелестова. Так эта тетя Шелестова пришла на работу в коротюсенькой курточке, из которой выпирала габаритная попа, обтянутая резиновыми джинсами. Ужас, да и только.

Катерину сразу взяла под свое крыло Том Санна Воробьева. Она и познакомила новую историчку с коллегами. Но историчка не запомнила, как кого зовут, каким предметам каждый из них обучает учеников. Кроме физручки Шелестовой, поразившей своей фигурой. А фамилия запала в память, потому что она была однофамилицей Милки.

Директор школы Катьке показался нормальным мужиком, если не обращать внимания на его взгляд, не способный сфокусироваться на собеседнике. Но о его супруге-мигере Катерина была наслышана, поэтому отнесла "бегающие" глаза к элементарной боязни.

Не боится тот, у кого совесть чиста, - подумала Двигубская, решив покопаться в личной жизни Пал Игнатьича Меньшова. Но напомнила себе, зачем сюда пришла: вталкивать в головы учеников знания по истории.

Ученики не собирались вникать в смысл сказанного молоденькой учительницей. Они не шли на открытый конфликт, не устраивали байкот в немым завыванием, не грубили, не "ходили на ушах", но каждый занимался своим делом. В основном увлеченно водили пальцами по смартфонам. Некоторые тихо переговаривались, хихикали, но таких было меньшинство.

Катерина Филимоновна пыталась привлечь внимание учеников седьмого класса интересным, по ее мнению, рассказом об экономическом развитии России в первой половине восемнадцатого века.

Кого хотела увлечь, если самой было скучно? Остановилась на полуслове и предложила письменно ответить на ее вопросы всего несколькими предложениями, решила проверить знания учащихся седьмого класса за первое полугодие.

Несколько раз в класс заглядывала Том Санна, ободряюще ей кивала и уходила, осторожно прикрыв дверь. Катьке хотелось одного - сорваться с места и бежать из школы без оглядки...

После двух проведенных уроков к ней подошла Воробьева, обняла за плечи и сказала:

- Катюша, я понимаю, тебе нелегко, но не нужно сразу паниковать. Ребята в нашей школе хорошие, никто не будет над тобой издеваться.

- Заметно, что я паникую? - спросила Двигубская и попыталась улыбнуться. Улыбка вышла жалкой и кривой.

- У тебя глаза испуганные, и лицо очень бледное. Не нужно выказывать детям свою беспомощность. Будь уверенной в себе, но не перегибай палку...

Катерина вытерла слезы, но отходить от витрины не спешила. За стеклом стояли два манекена. Гипсовая дама демонстрировала юбку длинной до колена с принтом в виде геометрического рисунка. По форме юбка напоминала свободные шорты. К юбке прилагалась водолазка, ассиметричная куртка из натуральной кожи, полуботинки на шнурках на низком каблуке и толстой подошве. Видимо, намекала, что весна не за горами, пора бы обновить гардеробчик. Гипсовый мужчина "призывал" представителей сильного пола в будущем сезоне сконцентрироваться на спортивном стиле: брюки кэжуал, футболка, клубный пиджак. Всё это странным образом должно сочетаться с классическими элегантными туфлями.

- Хочу весну! - не сдержала порыва высказаться Катерина.

- Что, простите? - поинтересовался представительный мужчина в модных очках с синими дужками, отлично гармонирующими с шарфом, небрежно замотанным вокруг его шеи.

Мужчина только что вышел из магазина одежды, у витрины которого возвращала себя к жизни девушка с поломанной судьбой. К мужчине льнула длинноногая девица выше его ростом в стильном пальто с пушистым воротником. Длинные смоляные волосы собрались на одной стороне и стекали четко по стыку двух частей воротника. На бледно-томном лице выделялись ярко-красные губы, которые в данный момент презрительно изогнулись: девушка в стареньком сером пуховике, предназначенном для загородных прогулок во время таяния снега - чтобы слиться с пейзажем, вызвала у нее стойкую мгновенную неприязнь. Даже заплаканные глаза не призвали к жалости. Чего не скажешь о ее спутнике.

Катька еще раз мысленно порадовалась, что стоит у магазина одежды, а не у харчевни, дабы получить благотворительный обед.

Почему-то вспомнился Челентано в фильме "Блеф", где его "развела" белокурая красотка, замершая у окна закусочной, где герой Челентано изволил ужинать.

А хорошо бы весной поехать в Италию, - размечталась Двигубская, так и не отреагировав на вопрос стильного мужчины. Он не прошел мимо, даже пресек уговоры спутницы "не обращать внимания на разных попрошаек".

- Сама ты попрошайка! - взвилась Катька. Угрожающе свела на переносице татуажные брови с кокетливым изломом, отчего брови превратились в волнение моря, и, не подумав, ляпнула, - миллионеры любят быть незаметными, когда им это очень нужно.

- Ха! Миллионерша! - по-базарному выступила девица с мехом, зачем-то вырвав из рук мужчины пакеты с покупками, будто боялась, что он немедленно вручит её обновы этому существу в сером пуховике, чтобы оно, существо, успокоилось. - Это ж надо себя так преподать! Сама рыдает перед витриной, потому что не может купить элементарной тряпки, а строит...

- Этот магазин принадлежит мне, - деловито сообщила Двигубская. - И не только этот. У меня сеть магазинов... - Она задрала голову и скользнула взглядом по вывеске. - У меня сеть магазинов "Мэдвист".

- Ага, так я сразу и поняла, - криво ухмыльнулась наложница богатого джентльмена. Он хоть и выглядел прекрасно, но возраст легко прочитывался - не менее сорока пяти. А наложнице не более двадцати. - Милый, ты слышал?

- Девушка, я могу вам чем-то помочь? - приятным баритоном "обнял" Двигубскую мужчина, облаченный в легкое драповое пальто и туфли на тонкой подошве. Черные тона разбавлял синий шарф, который сразу бросился в глаза "миллионерше".

- Можешь! - сдержанно рявкнула девица, опередив ту, к которой его вопрос был обращен. - Купи ей новую одежду и обувь, чтобы сменила место работы: сейчас быть пугалом на огороде не прибыльно - не сезон.

Мужчина повернул голову к своей говорливой спутнице. Неизвестно, что она прочла в его глазах, но сразу стушевалась, стала заглядывать в пакеты, решив проверить, что в них лежит.

- Спасибо, мне ничего не нужно, - промямлила Катька, с трудом сдерживая слезы. Жалость постороннего мужчины вызвала повторное желание в очередной раз взгрустнуть на мало-мальски знакомой плече и посетовать на свою неустроенность.

- Милый, нам надо спешить, - проворковала девица в мехах. - Ты не забыл, что нас ждут...

- Не унывайте, в вашем возрасте все проблемы быстро забываются. Уже завтра вы будет смотреть на мир другими глазами, - улыбнулся мужчина и повел свою махитру, как ее мысленно окрестила Катя, к автомобилю.

Махитра чуть отстала, повернула голову и язвительно сказала:

- Гнида маринованная. - При этом она так широко улыбалась, будто выразила свою радость по поводу неожиданной встречи с мировой знаменитостью.

- Э-э-э, - протянула Катька, от неожиданности растеряв сообразительность и красноречие. И от этого ей стало еще обиднее за себя. Но обида за неустроенность отошла на второй план.

Чтобы не остаться в "долгу" и как-то себя успокоить, пришлось покривляться:

- Милый, нам надо спешить... Милый, нас ждут.

Катерина наблюдала за парой в стеклянную витрину, и размышляла, кого этот мужчина ей напоминает...


В туристическое агентство "Прелести жизни" Катерина вошла бодрой походкой и ненатурально счастливой. На кого был рассчитан ее обман, тот на него не купился.

- Что случилось? - забеспокоилась Виталина, запихивая сестру на общественную кухню, где никого не было.

- Куда все подевались? - вопросом на вопрос ответила Катя.

- Ксения Владимировна куда-то умотала, и все сотрудники воспользовались моментом и решили пройтись по магазинам.

- Правильно! Скоро весна, надо что-то себе купить новенькое. - Предложение, начатое бойко, почти радостно, к концу приблизилось к слезливым интонациям.

- Кать, ну, ты чего? Неужели все так плохо? - обняла ее за плечи сестра.

- Все нормально. Первый рабочий день прошел без эксцессов. Никто надо мной не измывался, никто не пытался сорвать урок. Я расстроилась из-за пальто. - Катька со злостью стянула с себя упомянутое пальтецо подходящего для снайперов цвета в переходный зимне-весенний период, и отбросила его в сторону. Пальто приземлилось вместо стула на пол. Вита подняла его и придирчиво осмотрела.

- Хорошее пальто. Фирма "Finn flare". Мне повезло - я его со скидкой купила, а так оно знаешь, сколько стоило?!

- Мне без разницы, сколько оно стоило, - взвизгнула Катя, - сама его носи! А я надену твою шубку. Она не вызывающе розового цвета, а темно-коричневого, так что вполне подойдет для работы.

- Скромнее надо быть! - нахмурившись, призвала Виталина.

- Не выделяться из толпы, - вторила ей сестра. - Я хочу ловить на себе заинтересованные мужские взгляды, а не жалостливые. Того и гляди, примут меня за побирушку.

- Ты уж в крайности не впадай.

- Не я одна впадаю. Сегодня меня назвали огородным чучелом, - пожаловалась Катя со слезой в голосе. - А потом... потом назвали гнидой маринованной.

- Не от большого ума, - нашлась Вита. - Умный никогда не судит человека по одежде. И обозвала тебя чучелом из зависти. Или из ревности. И "гнида маринованная" тому доказательство. - Чтобы повеселить сестру, добавила, вспомнив "Маугли", - хорошо, что не земляным червяком.

- Откуда ты узнала, что это была девушка?

- Догадалась.

- Почему из зависти? С ней был тако-о-ой мужик!

- И этот мужик обратил на тебя внимание, а ее это разозлило. Даже в этом... нормальном с виду пальто, пусть оно и не изысканное, но вполне ничего, она разглядела твою индивидуальность. Ты красива, умна... Надеюсь, ты не сморозила глупость типа я дочь миллионера, презираю вычурность, обожаю простоту, удобство и комфорт.

- Увы, сморозила, - призналась Катерина. - Сказала, что я сама миллионерша, мне принадлежит сеть магазинов одежды "Мэдвист".

- И то ладно - не заболела. Если бы повела себя иначе, я бы забеспокоилась.

- Для беспокойства есть повод, - выдохнула младшая сестра. - Кажется, у Том Санны серьезные проблемы. Я случайно услышала, как она договаривалась с Бирюковым о встрече. Просто так, от нечего делать, с частным сыщиком не встречаются. Надо бы порасспросить Борщову.

- Я не буду никого расспрашивать. И тебе не советую лезть не в свое дело.

- Вита! Нельзя быть такой бессердечной! Вдруг человеку нужна наша помощь. Он мне помог, я обязана ответить добром на добро.

- Что-то тебе ее добро встало поперек горла, - хмыкнула Виталина. - Колись, что у тебя на душе?

Колоться сестре не хотелось - не было никакого смысла. Пришлось пофилософствовать, но начать философствование с реального случая.

- Представляешь, иду я по улице, вижу, стоит группа мужчин, один из них в полицейской форме. Проходя мимо, не услышала ни одного цензурного слова. До меня не доходит, как они друг друга понимают?!

- Они разговаривают на одном языке. Что было дальше?

- Я не могла промолчать. Сказала, что использование ненормативной лексики в разговорной речи это невежество. Невежество это недоразвитие. Недоразвитие это нехватка слов в лексиконе. Стыдно взрослым дядям, тем более, дядям в погонах, быть людьми, обладающими скудным словарным запасом. Наш русский язык так богат, что можно легко обойтись без ненормативной лексики. Для этого требуется всего лишь читать художественную литературу и своим примером прививать к ней интерес подрастающего поколения.

- Сто раз от тебя это слышала. Могла придумать что-то новенькое. Но сейчас меня беспокоит другое - как ты унесла ноги?

- С чего вдруг мне уносить ноги, если я права. И вокруг полно людей, - с милой улыбкой добавила Катюша. - И прежде чем удалиться, возмутилась, как такие полицейские проходят переаттестацию!

- Прямо так и сказала?

- Естественно. И обращено мое возмущение было ко всей компании, потому что все они были из полиции, я сразу догадалась. Но только на одном была форма, в другие были в гражданской одежде.

- Не буду спрашивать о смекалке, хотелось бы узнать, что они тебе ответили?

- Наверное, воспоминания о переаттестации были не самыми радостными, и пока они грустили, а может, переваривали мои заумные нравоучения, я тем временем гордо удалилась... Витка, вдруг я ошибаюсь - им, действительно, стало стыдно. И не собирались они мне грубить, и переаттестацию успешно прошли. А разговаривают на своем, матерном, автоматически. Не замечают, считают это вполне нормальным. Ни разу не нашелся человек, который сделал бы им замечание, пояснил, что употреблять в разговорной речи нецензурные слова - плохо. Что в этом удивительного, если в телевизоре иной раз проскакивает эта гадость, вылетает из уст известных уважаемых людей, её "запикивают", но всем понятно, что это не высокоинтеллектуальная характеристика отношения к чему-либо, выраженная в короткой форме.

- Признаюсь, меня тоже выводят из себя подобные словеса. Но я редко вступаю в дискуссии. В основном осаживаю малолеток.

- У меня что-то щелкает в мозгу, я теряю контроль от хамства. А нецензурщина это самое настоящее хамство. Как и безграмотная писанина. Неужели людям не стыдно в простом слове делать по три ошибки?!

- Предлагаю закончить дискуссию о невежестве в обществе и перейти к главному - как прошел день?

- Я тебе уже говорила - всё нормально. Если не считать...

- Договаривай.

- На дне океана, в районе Бермудского треугольника, нашли пирамиду, которая в три раза больше пирамиды Хеопса. Она изготовлена из полированной керамики. Возникает вопрос - не в ней ли кроется причина исчезновения кораблей?

- Надо покупать снаряжение и отправлять тебя в экспедицию по изучению подводной пирамиды, похожей на пирамиду Хеопса, - задумчиво протянула Виталина. - Только надо заранее изучить гороскоп. Вдруг в ближайшее время тебе не стоит отправляться в научные экспедиции.

- Я, вообще, в гороскопы, не верю. Считаю, что они наносят вред - человек, ознакомившийся с гороскопом, дает себе установку согласно этому гороскопу. Потому всё и сбывается, - глубокомысленно изрекла Катерина, с недовольством поглядывая на пальто в руках сестры. Вита до сих пор с ним не рассталась, словно боялась, что кто-то отберет такую ценность. Катька быстро опомнилась и возмутилась, - я с тобой серьезно разговариваю, а ты ерничаешь!

- А ты мне зубы заговариваешь, - парировала Витка.

- Не заговариваю. Но мне совершенно не хочется учить детей истории! Говорю, как на духу! Не мое это, не мое! Сразу бежать из школы не собираюсь, осмотрюсь, подумаю. Всякое в жизни бывает - вдруг меня увлечет преподавательская деятельность.

- Правильно, Кать. Не надо рубить с плеча.

- Но я могу параллельно заниматься чем-то еще, - промямлила она. - Например, включиться в расследование.

- Какое расследование?!

- Вита! Ты блондинка? Я тебе битый час долдоню, что у Том Санны что-то произошло. И мы обязаны помочь Бирюкову.

- А он тебя об этом просил? - задала резонный вопрос Виталина.

- Что-то мне подсказывает, что он не станет этого делать, даже если ему будет нужна помощь сообразительных девушек. Но для начала мы можем попытать Борщову. Или Федора.

- Гадаю, гадаю и никак не могу понять, когда наступит победа здравого смысла?

Катерина уставилась на сестру, как баран на новые ворота, словно та изъяснялась на непонятном ей языке. Долго не могла подобрать ответ, сразивший сестру с ног, похрустела баранкой, отряхнула с себя крошки и нравоучительным тоном произнесла:

- Альберт Эйнштейн сказал: "Здравый смысл это тот набор предрассудков, которые человек приобретает за первые восемнадцать лет жизни". Выводы можешь оставить при себе, мне и так всё ясно...


Тамару Воробьеву с детства дразнили бабой Ягой или цыганкой. Цыганкой - за смуглую кожу, смоляные волосы и черные глаза, бабой Ягой - за крючковатый нос. Родители холили и лелеяли единственную и долгожданную дочь, родившуюся после четырех сыновей, двое из которых были точной копией отца, а двое - копией матери. Оба родителя были белокожими и русоволосыми. Когда родилась Томочка, они сразу догадались, в кого уродилась смуглянка - в прабабушку матери, в Таисию, дожившую в полном уме и памяти до ста одного года, в крови которой текла и осетинская, и грузинская, и индусская, и французская кровь. Каким образом произошло многочисленное смешение кровей, уже никто не помнил, позабылись осетинские, грузинские и индусские корни, упоминались лишь французские. Поэтому с младых лет Томочке внушали, что ее предком был известный француз, имя француза не произносилось. Родители дошли до того, что стали уверять, будто дочь удивительно на него похожа. Можно подумать, лицезрели его воочию или его пожелтевшая фотография хранилась в старом семейном альбоме.

Когда девочка училась в школе, и все заметили ее интерес к точным наукам, а именно, к физике, родители вдруг вспомнили имя известного француза, на которого так похожа их дочь. Якобы он был известным физиком, изобрел электромагнитный осциллограф с бифилярным подвесом. Весьма неожиданно сплелись судьбы прабабушки Таисии и одаренного французского физика, позабылись прошлые умозаключения о невероятной схожести дочери с Таисией. Теперь девочка превратилась в копию загадочного физика. Оставалось загадкой, где могли встретиться смуглянка-осетинка и француз, но глубоко в прошлое родители не углублялись. Важен был факт безумной любви двух молодых людей, и вероятно эта любовь принесла некий запретный плод, раз через несколько поколений родилась Тамара.

Немногословные родители думали, что малолетняя дочь быстро забудет обо всем, потому что она особо не вникала в смысл сказанного, с азартным увлечением не изучала свою родословную, никому не собиралась доказывать, что она не цыганка, а горбатый нос "дошел" до нее из Франции. Но увлечения физикой подвигли Тамару на поход в библиотеку, где она узнала, что электромагнитный осциллограф с бифилярным подвесом изобрел Андре Блондель. С фотографии на нее смотрел мужчина, на которого она так же была похожа, как ее бледнолицые родные братья на Луи Армстронга. Единственно, что "роднило" французского физика и прапрабабушку Томы Таисию это год рождения - 1863. Скончался физик в 1936 году, его "возлюбленная" - в 1964 году, через шесть лет после ее смерти на свет появилась Тамара.

О походе в библиотеку Тома ничего не сказала родным. Но спросила у старшего брата Тимофея, который был на шестнадцать лет старше нее, помнит ли он Таисию. Он рассказал, что помнит ее смутно, так как видел ее последний и единственный раз в трехлетнем возрасте. В воспоминании остался страх - он прятался от старушки, старался не смотреть в ее сторону, хотя, старушка была ласкова и приветлива. Почему боялся? Потому что она очень напоминала бабу Ягу из сказок. За неделю, проведенную в гостях у бабушки Таисии в столице Северной Осетии, куда ее перевез из горной деревушки старший сын, трехлетний мальчуган привык к ней, внимательно слушал ее интересные рассказы, и с удовольствием уплетал осетинские пироги. О чем рассказывала бабушка Таисия, он забыл, о пирогах помнил всегда и жалел, что не удалось еще раз побывать во Владикавказе.

С братьями Тамара общалась мало. У них были свои интересы. Даже самый младший брат Тарас, с которым у нее была разница в четыре года, дружбу с ней не водил. И не просто дружбу не водил, но не стоял за нее горой, когда замечал, что девочку обижают одноклассники. Будто был не родным братом, а однофамильцем. Мало ли Воробьевых на свете.

Скорее всего, в неприязни братьев к сестре виноваты родители, фанатично любившие долгожданную дочь в ущерб сыновьям: Тимофея, Тихона, Трофима, Тараса. Но безумная любовь старших Воробьевых не сделала из дочери избалованной капризули. Тамара росла тихой и незаметной. С ранних лет что-то мастерила своими руками. И пыталась завоевать любовь братьев, каждый из которых не просто отвергал её любовь, но старался унизить язвительным словом, тычком. А Тарас в отсутствие родителей таскал ее за волосы. У Томы были короткие кудрявые волосы, но он ухитрялся цепко схватиться за кудри двумя руками, больно тянуть и приговаривать при этом "сейчас я сниму с тебя скальп". Тома беззвучно плакала, но не вырывалась, не пыталась сделать больно вредному брату. После "снятия скальпа" долго умывалась холодной водой, чтобы родители не заметили опухших глаз, и заверяла Тараса, что ничего не скажет родителям. Брат взрывался и со злостью бросал, что она может жаловаться, он никого не боится. Но когда родители возвращались домой, заискивающе поглядывал на Тому и старался не оставлять ее с ними наедине.

Однажды он сказал, что Тамара им не родная сестра. Что ее нашли на помойке. Долго отмывали, но так и не отмыли до конца.

- Как не родная? - искренне удивилась девочка, упустив из вида место, где ее обнаружили сердобольные Воробьевы.

Брат больно дернул ее за руку, подтащил к зеркалу и воскликнул:

- Ну, и кто скажет, что мы брат и сестра?! Ты - чумазое чучело!

- Я не чумазое чучело, я смуглая, как... прапрабабушка Таисия, - неуверенно пробормотала она.

- Какая Таисия! Это всё россказни!

- Но Тима говорил, что видел ее. Только он плохо ее помнит, - заверила брата десятилетняя Тамара.

- Он ее плохо помнит, потому что никогда ее не видел! Не было ее, понимаешь?! Не бы-ло! И ты нам чу-жа-я!

- Я не чужая, - пригорюнилась девочка. - Родители долго мечтали о дочери, и, наконец, родилась я. - Смахнула со щек ползущие слезинки и более уверенно заявила, - не всегда дети одних родителей похожи друг на друга.

Тарас не нашел ничего лучше, как заявить:

- Все равно ты - чучело чумазое! И не приближайся ко мне в школе, а то еще подумают, что я тебя знаю...

Томочка не решилась спросить у родителей, родная она им дочь или нет. И не потому, что не верила в их искренность - не хотела подставлять Тараса. В итоге пришла к выводу, что только старший брат Тимофей не будет отмахиваться, а поддержит разговор, как это сделал, когда речь зашла о Таисии. Тимофей иначе, чем другие братья, относился к сестре: не питал к ней любви, но и не награждал пинками и не изощрялся в красноречии.

- Почему ты спрашиваешь? - удивился старший брат, когда сестра задала прямой вопрос.

- Я на вас четверых не похожа, - печально вздохнула она. - И на родителей не похожа.

- И что с того?! - нахмурился Тимофей, поспешно обуваясь - торопился вернуться в свой новый дом: к тому времени он успел окончить институт, жениться и переехать в квартиру родителей своей жены. Тамара ухватила ее за руку:

- Тима, пожалуйста, скажи правду. Для меня это очень важно.

- Тебе Тарас что-то наболтал?

- Причем здесь Тарас, я каждый день в зеркало смотрюсь.

- Конечно, ты нам родная сестра. Мы относимся к тебе... настороженно, - подобрал он не самое подходящее определение своего отношения к сестре, будто она постоянно преподносила неприятные сюрпризы, если к ней приближались на близкое расстояние, - но это не значит, что тебя взяли из детского дома.

- Точно не взяли из детского дома?

- Тебя родила наша мама, - без доли сомнения высказался брат.

- Но почему вы тогда относитесь ко мне... настороженно?

- С твоим появлением всё в нашем доме изменилось. Мы с братьями стали... В общем, десять лет назад я почувствовал свою ненужность, теперь я всё осознал. А Тараска еще мал, вот подрастет и тоже все поймет.

- И не будет таскать меня за волосы и обзывать чучелом чумазым? - не сдержалась Тамара.

Тимофей подозвал обидчика, отвесил ему ощутимый подзатыльник и приказал оставить сестру в покое.

- Я не жаловалась, - проблеяла девочка.

- Она не жаловалась, - подтвердил старший брат. - Но благодаря тебе ее кудрявую голову начали посещать глупые мысли. Так вот...

- Я всё понял! - брякнул Тарас, не желая выслушивать угрозы в свой адрес. Дабы окончательно убедить брата в благосклонности к сестре, обратился к ней, - прости меня, чу... Тамарка, я тебя обманул - ты нам родная сестра. Хоть, совсем на нас не похожа...

Через неделю после этого разговора Тимофей погиб. В часы "пик" на остановку общественного транспорта, где он стоял, въехала "Нива", за рулем которой сидел пьяный водитель. Пять человек получили травмы разной степени сложности, один скончался на месте, остальные десять отделались легким испугом.

Родители восприняли смерть старшего сына спокойно. Больше беспокоились о дочери, которая тяжело переживала потерю брата.

Через несколько лет в Чечне был тяжело ранен Трофим, третий брат, кадровый военный. Вскоре он скончался в госпитале.

Потом не стало еще одного брата - Тихона. В далеком восемьдесят шестом он принимал участие в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Получил высокую дозу облучения. Долгие годы лечился. Ушел из жизни в возрасте сорока двух лет.

Тамаре в ту пору было тридцать два года. Тарасу - тридцать шесть. Он был женат, воспитывал дочь. С родителями и сестрой виделся редко. Давно перебрался в небольшой городок под Новосибирском, откуда была родом его супруга.

Старенькие родители, потерявшие троих детей, пытались не загружать своими болезнями любимую дочь. Но она не устранялась, делала всё возможное и невозможное, чтобы продлить им жизнь. Помощи у брата никогда не просила. Позвонила ему, чтобы сообщить о смерти отца, потом о смерти матери. На похороны отца Тарас не приехал. Тома думала, что не увидит его и на похоронах матери. Но он примчался. Оказалось, рассчитывал на наследство - хотел поделить поровну квартиру родителей, в которой когда-то жила вся семья Воробьевых, а теперь осталась одна Тамара. Но родители оформили дарственную на дочь. Узнав об этом, Тарас укатил домой, сквозь зубы пожелав сестре остаться на веки вечные старой девой.

В ту пору Тамаре шел сорок первый год. С мечтой о семейном счастье она рассталась давно. Но никак не могла понять, почему к ней так отнесся единственный брат. Но соседи пояснили. Тогда Тома обменяла родительскую четырехкомнатную квартиру в "хрущевке" на однокомнатную в подобном доме, чтобы получить хорошую доплату. Все деньги выслала Тарасу. Тот никак не отреагировал. Тогда Тамара позвонила ему сама. Когда речь зашла о деньгах, Тарас возмутился:

- Чего ты хочешь?! Чтобы я тебе в ножки поклонился? Не дождешься! Я получил то, что мне полагается.

- Ничего я не хочу, - устало ответила Тома и бросила трубку.

Теперь она осталась одна. Успокаивало то, что она поступила правильно...

За все годы Тамара Воробьева удостоилась мужского внимания всего несколько раз. На первом курсе института за ней начал ухаживать сокурсник - плюгавый "ботаник", которого сторонились другие девушки. Тома с трудом выносила его общество, а когда он стал слюнявить ее в подъезде, она въехала ему сумкой по затылку и убежала. Больше он не приглашал ее в кино и не лез с поцелуями в подъезде.

Однажды летом она отправилась по туристической путевке в Болгарию, в то время в негласную шестнадцатую республику Советского Союза. Дорогостоящую путевку купили для нее родители. Тома отнекивалась, не хотела ехать, но родители ее уговорили.

В первый день пребывания в курортном городе Варна на нее обратил внимание седовласый мужчина приятной наружности, который годился ей в отцы. Мужчина не набивался в кавалеры, вел заумные разговоры о живописи и литературе, восхищался ее благородным профилем, выражал жгучее желание написать ее портрет, но не спешил претворить желаемое в жизнь. Не делал набросков на салфетке в ресторане, нечто подобное Тома видела в одном кинофильме, не рассказывал о своих работах, о выставках. В ресторане он придирчиво изучал традиционное блюдо болгарской кухни - гювеч, будто ему принесли в глиняном горшке что-то другое.

Во время еды с увлечением рассказывал о русской кухне, о тонкостях приготовления тех или иных блюд, из чего девушка заключила, что "художник" на самом деле профессиональный повар. Но придержала при себе догадки, и больше не выслушивала громких восклицаний о его необыкновенных творческих планах касательно нее, пресекала в самом начале. Мило, незатейливо переводила разговор на нейтральные темы, чтобы не краснеть от чужой лжи. Ее визави, напротив, не стыдился говорить неправду. Несмотря на этот недостаток, Томе было приятно проводить с ним время. Ей нравился его голос, нравилось, как он поглаживает ее руку, лежащую на его локте, как по-отечески целует в лоб при расставании.

Однажды вечером он пригласил ее в свой номер. Нашел какую-то причину, и Тома пошла за ним, не задумываясь о его истинных желаниях.

Желания были самые низменные. Так их позже мысленно охарактеризовала для себя двадцатилетняя девица, успевшая к тому времени один раз поцеловаться в подъезде с плюгавым "ботаником".

На этот раз мужчина перескочил через поцелуи, посчитав за прелюдию отеческое чмокание в лобик. Для своих преклонных лет он был прыток и напорист. В итоге Томка не заметила, как оказалась без ничего на его кровати. Опомнилась, когда на нее навалилось тяжелое мужское тело, издающее отвратительные звуки, похожие на кабаньи. Кабан вмиг был отброшен на несколько метров и виртуозно слетел с кровати на пол. Пока он охал и стонал, девушка набросила на себя платье-халат, засунула нижнее белье в сумочку и выскочила из номера.

Первым ее желанием было тотчас вернуться домой, под надежное родительское крыло. Но потом она решила остаться назло врагу. Неизвестно, куда делся враг, но больше Тома его ни разу не встретила на всю неделю отдыха на болгарском курорте...

Было еще несколько недолгих романов, запомнился один.

Они случайно столкнулись на улице. Именно, столкнулись. Замечтавшаяся Томка налетела на размечтавшегося молодого человека с футляром для чертежей в руках. Футляр выпал из его рук, он склонился, чтобы его поднять, но выронил портфельчик с бумагами. Хлипкий замок клацнул, бумаги разлетелись по тротуару. Тамара робко извинилась, словно она была виновницей всех падений - и тубуса, и бумаг, исписанных мелким почерком. Парень, находясь среди живописно раскинувшихся стандартных листов бумаги, вздернул голову, неожиданно улыбнулся и сказал:

- Привет! Я Витя.

- Я Тамара.

- Будем знакомы, - еще шире улыбнулся Виктор, несколько минут изучал ее, потом стал собирать бумаги. Тома принялась ему помогать.

Стоял конец сентября, но на улице было очень тепло, ярко светило солнце. Витя купил два пломбира, и пара уселась на скамейке в парке. Парень рассказал, что учится в архитектурном на последнем курсе, живет в студенческом общежитии, увлекается игрой в шахматы. Тамара привычно помалкивала, но когда речь зашла о шахматах, призналась, что тоже увлекается игрой в шахматы.

Виктор тут же достал из портфеля маленькую коробку с крохотными шахматными фигурками и предложил сыграть. Тома почувствовала себя в своей стихии, исчезла скованность, забылись детские комплексы.

Первую партия выиграла она. И вторую тоже. Виктор выглядел таким удрученным, что она решила ему подыграть. В итоге он вышел победителем в третьей партии, в четвертой. Счет стал два на два. Решили закруглиться.

Виктор проводил Тамару до дома и предложил на следующий день сходить куда-нибудь. Девушке захотелось пойти с ним в кинотеатр, взять билеты на последний ряд и весь фильм самозабвенно целоваться. Впервые ей в голову пришли такие пугающие мысли. Она согласилась на "поход куда-нибудь", и дала номер своего домашнего телефона. На всякий пожарный случай - вдруг у него появятся неотложные дела, у нее - никогда не появятся. Томка точно знала, что все дела отложит ради встречи с этим смешным парнем, чем-то похожим на Шурика из комедий гениального Гайдая.

Девушка молила Бога, чтобы на следующий день погода испортилась, они не бродили по улицам, а отправились в кино. И когда среди ночи услышала, как в окно барабанит дождь, улыбнулась, свернулась под одеялом клубочком и уснула безмятежным сном человека, который ждет от нового дня исполнения главного желания.

На этот раз руки молодого человека были свободны от тубусов и бумаг. Виктор ждал девушку на ближайшей к ее дому остановке, спрятавшись от дождя под навес. Тамара шла по улице под зонтом. Сначала неуверенно, потом заметила Виктора и ускорила шаг.

Они обнял ее и скользнул влажными губами по ее губам, которые она еще минуту назад нервно надкусывала.

- Куда пойдем? - спросил он, не выпуская ее из объятий.

Томка, именно, так и представляла себе настоящее свидание с мужчиной. Он счастлив и ему все равно, куда с ней идти. Лишь она была рядом.

Она была рядом, он светился от счастья, свидетели их встречи завистливо косились в их сторону. По крайней мере, так Томке казалось.

- Пойдем в кино, - робко предложила она, смахивая каплю дождя с кончика его носа.

- Пойдем. - Он взял зонт, она подхватила его под руку. Две фигуры слились и пошлепали по лужам.

Этот момент Тамара запомнила на всю жизнь.

Не первый сексуальный опыт на скрипучей кровати в студенческом общежитии, не боязнь узнать о нежелательной беременности, не жаркие поцелуи на последнем ряду в кинотеатре, не знакомство Виктора с родителями, когда он старомодно "попросил ее руки", а именно, эта прогулка под зонтом. Капли дождя падали ей за воротник плаща, а она смеялась. Витя что-то говорил, а она смеялась. Он убирал с ее лба мокрые пряди волос, а она была безмерно счастлива и прижималась к его влажному плечу.

Тамара не строила планов на будущее. Ей было хорошо с человеком, который ласково называл ее Чертенком, признавался в любви, дарил охапками мохнатые астры, перезревшие, легко расстающиеся со своей мохнатостью.

В шахматы они больше не играли. Им было чем заняться наедине друг с другом.

Родителям Тамара ничего не рассказывала. Но они заметили перемену в дочери. Начались расспросы. Скрывать она не стала, обещала познакомить их с Виктором - лучшим мужчиной на всем земном шаре.

Зачем-то был вызван Тарас. Будто он был последней инстанцией, дающей разрешение на свидания взрослой сестры с молодым человеком.

То, что Витя будет просить у родителей ее руки, для Томы стало неожиданностью. Видимо, кавалер принял решение за двоих. Девушка не возражала: она привыкла, что за нее принимают решения.

Виктор вручил потенциальной теще цветы, на этот раз - белые хризантемы с тяжелыми "головами", и скромно выставил на стол бутылку шампанского.

Все сели за стол. Тамара боялась, что сейчас начнется допрос с пристрастием: что, да где, да как, но говорили на отвлеченные темы, просьбу гостя не обсуждали, будто ничего не слышали. Виктор чувствовал себя "не в своей тарелке". Посидел не более получаса и ушел. Тома вызвалась его проводить.

Они спустились на первый этаж.

- Наверное, я поторопился, - с трудом признал свою вину парень, но все-таки с неодобрением взглянул на девушку - виновницу неприятного разговора. Казалось, что говорил не о себе, а о ком-то другом, который пришел к ним в дом и заявил, что хочет жениться на его дочери. А он, как заботливый отец, мечтающий о другом спутнике жизни для своей девочки, не стал слушать и отказал в резкой форме, чем весьма ее огорчил.

- Всё так неожиданно, - пробормотала Тамара, прижимаясь к Виктору.

Потянулась к нему губами, он начал ее целовать. Сначала сдержанно, потом страстно. Томка промерзла в сыром холодном подъезде до хрящиков, как мамонт, пролежавший в вечной мерзлоте миллионы лет. Почему-то внутри не пылал привычный огонь. Может, потому огонь и не загорелся, что стал привычным. Или Тома знала, какой неприятный разговор ждет ее дома. Не могла расслабиться, оторваться от цементного пола вместе с Виктором, улететь, пусть на короткое время, на необитаемый жаркий остров, где они всегда были и будут единственными аборигенами.

Едва она проскользнула в квартиру, в которой было так тихо, как будто в ней поселилось горе, в прихожей тут же возник Тарас и шепотом спросил:

- Ты с ним спишь?

Тамара не ожидала вопроса, резко отпрянула от брата и въехала затылком в дверь, которую только что осторожно прикрыла, дабы не побеспокоить затаившихся в недрах дома родных.

Собравшись с мыслями и потерев шишку на затылке, тоже шепотом спросила:

- Ты имеешь право задавать мне подобные вопросы?

- Я твой старший брат, - напомнил Тарас.

- А мне не пятнадцать лет, - отчеканила Тома. Она ожидала, что он схватит ее за кудри и начнет "снимать скальп". Но брат решил унизить ее не рукоприкладством, а следующим заявлением:

- Понятно - ты ждешь от него ребенка, и он согласился на тебе жениться.

- Тараска, ты идиот! - впервые возмутилась она, не во весь голос, придушенно, чтобы родители не услышали.

Брат опешил, но сдаваться не пожелал, напротив, загорелся добить сестру, вышедшую из-под контроля.

- Конечно, в нашей квартире жить лучше, чем в общаге. Сядет твой ненаглядный на родительскую шею и ножки свесит. Понежится в заботе и внимании, потом найдет себе более достойную партию, соберет вещички и отчалит. Кто будет жить с таким чучелом чумазым, как ты?!

- Это для тебя я чучело чумазое, а для него я лучше всех на свете! - парировала Томка и двинула кулачком брата в плечо. - Уйди с дороги, а то не так врежу!

- Ух, ты, разошлась, - скривился он, - сразу видно - правда глаза колет!

Дошедшая до кухни сестра, развернулась на сто восемьдесят градусов, вернулась и спросила:

- Откуда ты знаешь, что Виктор живет в общаге?

- Сорока на хвосте принесла, - криво ухмыляясь, ответил он.

- Та-а-ак, - с угрозой протянула девушка, - родители справки навели. То-то я думаю, почему они ничего у меня не выпытывают.

- А ты думала, они спокойно будут наблюдать, как их драгоценную доченьку водят за нос.

- А они не подумали, что их драгоценную доченьку, заметь - неожиданно повзрослевшую, может полюбить молодой человек?.. Я знаю, что ты сейчас скажешь! Да, я в зеркало смотрелась! Но таких чучел чумазых, как я, полно! И многие из этих чучел давно замужем, причем мужья в них души не чаят.

- Томочка, что случилось? - В прихожую вплыла пунцовая мать. Пунцовость - показатель высокого давления, высокое давление - следствие новости, озвученной гостем, который пришелся не ко двору. Рядом с внезапно захворавшей супругой шествовал отец возмутительницы спокойствия. Он заботливо поддерживал жену под руку и с глубоким осуждением поглядывал на дочь. Та решила высказать свое возмущение. Начала с обращения к ближайшим родственникам, оставив без внимания вредного брата, но обращением дело и ограничилось. Мать упала в обморок, все стали бегать, суетиться, вызывать "скорую". Дама преклонных лет усилиями безответственной дочери заработала гипертонический криз, о Викторе пришлось забыть. На время. Когда он ей позвонил, она сказала, что тяжело заболела мать. Когда она поправится, они встретятся.

И они встретились. Опять взяли билеты в кино на последний ряд. Опять самозабвенно целовались и потом отправились в общагу на скрипучую кровать. Но девушке казалось, что рядом постоянно присутствует Тарас, криво ухмыляется и осуждающе трясет головой.

- Витя, ты меня любишь? - спросила Тамара, когда они подходили к ее подъезду.

- Конечно, - безразлично ответил парень и зевнул. Потянулся к ней губами, но они увильнула, попрощалась и ушла навсегда.

То, что это было их последнее свидание, Виктор понял не сразу. Он несколько раз звонил и пытался разобраться, что между ними происходит. Пришлось Томке признаться:

- Я выхожу замуж.

Если бы он стал уверять, что любит ее, что никому не отдаст, что будет бороться, что увезет, украдет, спрячет, она бы собрала вещи и перебралась к нему в общагу или вместе поселились бы на съемной квартире. Ее учительская зарплата плюс его стипендия - этого вполне достаточно для двух любящих людей, для которых условности быта не имеют никакого значения. И Томка навсегда забыла бы о том, что она чучело чумазое, превратилась бы в сказочную принцессу. И никак бы не отреагировала на неожиданные болезни, в одночасье навалившиеся разом на пожилых родителей, души в ней не чаявших, но почему-то решивших, что их драгоценная дочь должна всегда быть "при них". Только в этом случае она будет счастлива и оценена по достоинству.

Но любимый мужчина, первый мужчина в ее жизни, удивленно протянул в ответ:

- Ты-ы-ы? Замуж-ж-ж?

У Томы в ушах зажужжало, зазвенело. В глазах потемнело, паркетный пол ушел из-под ног, она потеряла сознание.

Через неделю оклемалась, занялась любимым делом, мысленно внушив себе, что чучела чумазые на всю жизнь остаются одинокими...

Спустя много лет после расставания с Виктором контрольным выстрелом прозвучало пожелание Тараса.

И Тамара Александровна смирилась. Пока однажды не встретила мужчину в непривычном для знакомства месте - в обычном супермаркете...


Дело было на осенних каникулах. Несколько дней Тамара с наслаждением ленилась. Ничегошеньки не делала, просыпалась поздно, медленно завтракала, после читала глупые женские романы, которые закупила недавно в огромном количестве, чего ранее никогда себе не позволяла. Предпочитала в основном фантастику, а когда пребывала в отвратительном настроении - Булгакова, для поднятия духа. Если наваливалась усталость - тупо пялилась в телевизор, не зацикливаясь на сюжете кинофильма, и старалась ни о чем не думать.

После чтения романов обедала на скорую руку, не заморачиваясь с готовкой - варила кашу или замороженные пельмени, жарила картошку. Затем снова укладывалась на диван с книгой и незаметно погружалась в сон. Просыпалась, пила кофе, вышивала "долгоиграющую" картину, поглядывая в телевизор.

Томка жила в гармонии с собой, ей никто был не нужен. Устроенный быт, устроенная жизнь, уважение в школе среди коллег и учеников. Нет друзей, ну и ладно. Она самодостаточная личность, одиночество ее не тяготит.

В один ненастный день самодосточная личность с удивлением поняла, что все запасы продуктов закончились. Нет ни круп, ни картошки, ни замороженных пельменей. Нашлись две скукоженные моркови и одно куриное яйцо. Было еще подсолнечное масло, правда, на донышке пластиковой бутылки. Предприимчивая хозяйка нарезала морковь соломкой, поджарила ее на подсолнечном масле, добавила в кипящую воду - благо проблем с проточной водой не было, посолила, сильно поперчила, придирчиво изучила жидкое варево и решила добавить туда сырое яйцо, которое предварительно взбила в чашке. Так делала ее мать, когда готовила борщ из щавеля. Томке ужасно не нравились желтые нити в зеленом борще, не нравился и сам борщ. Но она хвалила и доедала до конца, чтобы не обидеть мать. Когда мать-старушка переложила приготовление пищи на дочь, та просто клала половинку вареного яйца в тарелку с борщом из щавеля, добавляла ложку сметаны. Смотрелся натюрморт изумительно, и вкус борща был восхитительным. Мать ела и хвалила, Тома надеялась, что похвала была искренней. Только одна она в их семье боялась выказывать истинные чувства и высказывать собственное мнение. Когда матери не стало, она перестала занимать свое время приготовлением кулинарных изысков. Соорудит что-то на скорую руку, съест "под чтение" и этим довольствуется. Для кого ей стараться?

Содержимое маленькой кастрюльки Тамара вылила в глубокую тарелку. Полюбовалась желтыми "нитями", разбавленными оранжевыми "спичками", принюхалась, отважно взяла ложку, зачерпнула, опять понюхала, зачем-то закрыла глаза и отправила суп в рот. С трудом проглотила, взяла тарелку с супом и вылила содержимое в унитаз.

- Гадость несусветная! - констатировала она. После "сытного" обеда, решила выпить кофе. Повертела в руках пустую банку, переключилась на чай. Пришло очередное разочарование - чай тоже закончился. Полюбовалась ненастьем за окном, мысленно осудила себя за бесхозяйственность и пересчитала имеющуюся наличность. В лени и в самовольном заточении была своя польза - последняя зарплата, которую Тома получила перед каникулами, сохранилась в полном объеме. Поэтому имела право сегодня шикануть. Купит все, что нужно, вернется домой, приготовит себе роскошный ужин, нальет бокал вина и будет праздновать.

Тамара составила список покупок и отправилась в супермаркет, где можно с чувством, с толком, с расстановкой выбрать всё необходимое.

До супермаркета можно было добраться пешком, но настоящая осень, заявившая о себе, именно, сегодня - все прошлые дни были тоже холодными и ветряными, но хотя бы солнечными, заставила воспользоваться общественным транспортом.

День был будний, время обеденное, поэтому в магазине было немноголюдно. Тома неспешно прохаживалась с тележкой вдоль полок, сверяясь со списком. Тележка постепенно заполнялась. Встретила своего ученика, при этом испуганно покосилась на бутылку вина, горлышко которой торчало из кучи продуктов. Ученик поздоровался и прошел мимо, не изучив содержимое ее тележки.

Воробьева выбрала самую незагруженную кассу. Перед ней стоял всего один мужчина и тот покупал только булку хлеба. Девушка-кассир назвала ему сумму покупки, он засунул руку в один карман, потом в другой, затем озабоченно взглянул на терпеливую девицу.

- Кажется, я деньги дома забыл.

Кассирша собралась переложить хлеб с замершего пока конвейера к себе на тумбу, но ее остановил голос Тамары.

- Давайте я оплачу покупку.

- Не нужно, - покачал головой мужчина. - Я сейчас сбегаю домой, возьму деньги и вернусь, - озабоченно протянул он. Томка не сообразила: то ли он сам не понял, нужен ли ему хлеб, то ли с деньгами проблема, то ли забыл, где живет.

- Что ж вы будет ходить туда-сюда. Погода не предполагает пеших прогулок, - приветливо улыбнулась она, удивляясь расставанию с привычной отрешенностью от действительности: ее не заботили чужие проблемы, она не говорила о своих проблемах, никогда не прислушивалась к чужим разговорам, а если к ней лезли "поделиться новостью", якобы внимательно выслушивала, но думала о своем. Но лезли к ней редко, видимо, отрешенность и погружение в себя, охлаждали говорливых и невоздержанных. Даже прохожие у нее никогда не спрашивали, как пройти на такую-то улицу, где находится такой-то дом, или который сейчас час. У других людей спрашивали, у нее - никогда. И ее это не обижало. Сегодня сказалось молчание последних дней - захотелось громко что-то сказать. Она не просто сказала, а вступила в чужой диалог, чего ранее не делала.

- Мне неловко брать деньги у женщины... Но если только взаймы, - извиняющимся тоном проговорил мужчина.

Давать взаймы Воробьева не хотела - иначе придется с этим мужчиной встретиться вновь. Он и симпатичный, и вежливый, и выглядит честным человеком, но ей встречи-расставания-привязывания ни к чему. Ко всему, он может воспринять ее участие, как желание познакомиться поближе.

- Эта сумма денег не нанесет урона моему материальному благосостоянию, - бойко отрапортовала она, выложив необходимую сумму за хлеб.

Мужчина забрал свою покупку, поблагодарил и ушел. Тома облегченно вздохнула, обманув себя - ей не хотелось, чтобы он так поспешно удалился. А чего она хотела? Чтобы донес тяжелые сумки до ее дома - таким образом отблагодарил за участие? А потом бы напросился в гости. А потом... тили-тили, трали-вали - своеобразная плата за выход из неприятной ситуации. Они были бы квиты, расстались навсегда, он - без сожаления, возможно, с облегчением, она - с надеждой на продолжение. Будет, как привязанная, ходить в супермаркет и ждать случайной встречи. Мучиться, переживать, вспоминать слова Тараса, пытаться избавится от клейма "чучела чумазого". С этим клеймом она привыкла жить, почти забыла о нем, потому что никто не напоминает, никто на нее не обращает внимания. Она незаметная, прозрачная. Так лучше. Так спокойнее.

Лучше ползти по гладкой поверхности, чем взлетать и падать...

Воробьева собрала в два больших пакета свои покупки, сообразила, что на зонт у нее не осталось рук, и засунула мокрый зонт в один из пакетов. Застегнула молнию на болоньевом пальто, накинула на голову капюшон, прихватила увесистые сумки и вышла из супермаркета.

Неподалеку от выхода, под широким навесом стоял недавний мужчина. Теребил в руках булку хлеба, и настороженно озирался.

Сейчас скажет, что ему далеко ехать, а денег на проезд в общественном транспорте нет, - безразлично подумала Тома, проходя мимо него.

- Погодите, - окликнул он.

- Что еще? - буркнула женщина, не замедляя хода.

- Я не знаю, куда мне идти, - обреченно признался мужчина, следуя за ней по пятам.

- Час от часу не легче, - простонала Тамара. - У вас не будет воды попить, а так кушать хочется, даже переночевать негде, - скороговоркой добавила она.

Он не сразу переварил ее фразу, не обращенную к кому-то конкретно. Прихватил ее за локоть, чтобы она остановилась и помогла ему в очередной раз.

- Я, правда, не знаю, куда мне идти?

- Домой, - посоветовала разумная женщина и уточнила, - к себе домой.

- Я не знаю, где живу, - монотонным голосом сказал мужчина.

- Так я вам и поверила, - хмыкнула Воробьева, но остановилась и окинула его придирчивым взглядом. Стеганая куртка темно-синего цвета, джинсы, туфли на толстой подошве, клетчатая кепка. Лицо растерянное, глаза "по пять копеек", как говорят ее ученики, губы напряженно сжаты. И все равно симпатичный. - На человека без определенного места жительства вы не похожи, - протянула она. - Давайте начистоту! Чего вы от меня хотите? Если я кажусь вам женщиной, которую способен обвести вокруг пальца начинающий авантюрист, то вы глубоко ошибаетесь. Я работаю в школе, такого на своем веку повидала, вам и не снилось! - Закатила она глаза. - Ну, не молчите, же!

- Я не знаю, что сказать. Я ничего не помню. Помню, как взял булку хлеба с полки, как подошел к кассе, как искал деньги, как вы меня выручили... Вышел из магазина и застыл. Куда идти? Откуда я сюда пришел? Поверьте мне, я ни-че-го не помню.

- Допустим, я верю, что у вас потеря памяти. Но чем я могу вам помочь? Я не врач, не полицейский... Кстати, о полицейских: вам надо обратиться в полицию! Если у вас есть родные, то они буду вас искать...

- А если у меня нет родных?

- Вас будут лечить. Помогут восстановить память... Не смотрите на меня глазами собаки, которую хозяин выгоняет из дома. Я не могу вас взять себе, у меня...

- Муж? - спросил он, не дождавшись продолжения: Тома не хотела его обманывать, но боялась признаться, что живет одна.

- Мужа нет, но есть... кот. Сиамский кот, который не выносит чужих людей.

- К вам никто никогда не приходит?

- После того, что сотворил мой кот, у моих знакомых пропало желание приходить ко мне в гости. Мы встречаемся на нейтральной территории.

- И что же он сотворил? - заинтересовался мужчина, без спроса выхватывая тяжелые пакеты из ее рук. Тома безропотно отдала, изучила красные полосы на ладонях, потерла ладони друг о друга, потом засунула окоченевшие конечности в карманы пальто.

- Вам надо думать о себе, а не о моем коте, - нравоучительным тоном произнесла она. Подумала и заявила, - мы сейчас отнесем мои покупки ко мне домой, потом отправимся в ближайшее отделение полиции.

Первую часть плана они выполнили незамедлительно. Тома оставила гостя за порогом своей квартиры, напомнив о коте, затащила пакеты, надрывно несколько раз промяукала - для подтверждения своих слов о кровожадном домашнем питомце, мысленно окрестила себя городской сумасшедшей, убрала скоропортящиеся продукты в холодильник, остальные покупки оставила в прихожей, и выскользнула в подъезд.

Мужчина с интересом изучал карманы на куртке. После чего расстегнул молнию, и начал проверять карманы на твидовом пиджаке.

Что-то нащупал во внутреннем кармане, хмыкнул и достал паспорт.

Воробьева выхватила из его рук неожиданную находку.

- Российский паспорт, - констатировала она, раскрыла и стала сличать фотографию с оригиналом. - Мухин Егор Вячеславович.

- Кто? - не сообразил мужчина.

- Вы! Вы - Мухин Егор Вячеславович. Вспомнили?

- Лично мне фамилия, имя и отчество ничего не говорят. - Он заглянул через ее плечо в паспорт и спросил, - это я?

- Кто же еще! Не удивляюсь, что на фотографии в паспорте вы выглядите немного иначе: я тоже себя не узнаю. И несколько лет могут сильно изменить человека... Тем более, если что-то произошло. И в подтверждение тому - потеря памяти.

Мухин молчал и напряженно переводил взгляд со своего документального изображения на женщину, державшую в руках паспорт. Ее предположение отобразилось на его задумчивом лице - силился вспомнить, какая трагедия случилась в его жизни, повлекшая за собой амнезию.

А Томка чуть успокоилась - все-таки он не авантюрист! В противном случае, не носил бы при себе паспорт. Сейчас я отведу его по месту прописки, пусть там с ним разбираются, - подумала она. - Если захочет обратиться к доктору, то вызовет неотложку, расскажет о своих проблемах, они сами решат, куда его отправить. А я умою руки: мне больше нечего делать, как возиться с первым встречным с амнезией. Пусть и симпатичным.

Мухин проживал на улице Тельмана, дом двенадцать, квартира восемьдесят два.

- Как же вас сюда занесло, Егор Вячеславович? - спросила она, не надеясь получить вразумительный ответ.

- Неужели улица Тельмана находится в соседнем населенном пункте? - искренне испугался он, решив, что пешим ходом отмахал значительное расстояние.

- В нашем, в нашем городе, - успокоила его Тамара. - Но на другом конце. Я хорошо знаю город. До улицы Тельмана добираться не менее двух часов. Странно, что не нашлось другой булочной, ближе к дому? Может, вы были у кого-то в гостях?

Ясно, у кого он был, - подумала Воробьева, опровергая собственное первоначальное предположение. - У замужней женщины! Не вовремя вернулся муж, который спустил любовника жены с лестницы. Тот ударился головой и потерял память... Однако, побоев не видно... Наверное, он его чем-то огрел по голове. Например, чемоданом. Вернулся из командировки раньше положенного времени, хотел сделать любимой супруге приятный сюрприз. Сделал, только не ей, а себе, причем весьма неприятный... Интересно, а сам-то он, Мухин, женат? Отсутствие обручального кольца на безымянном пальце - не подтверждение свободы.

Тамара вырвала их рук Егора паспорт, который успела ему вернуть. Нашла страницу о семейном положении. Ага, женат. Жена Мухина Арина Витальевна, тысяча девятьсот семидесятого года рождения. Ровесница Томы. Мухин на пять лет старше. Для своих лет он неплохо сохранился, несмотря на безучастный взгляд, - отметила она, исподлобья взглянув на нового знакомого.

- Что-то не так? - поинтересовался мужчина. Перекладывая булку хлеба из одной подмышки в другую.

- Имя Арина вам знакомо? Арина Витальевна.

- Арина Витальевна, - нараспев повторил Мухин. - А кто это?

- Ваша супруга. Брак зарегистрирован двадцать четыре года назад. На будущий год будете праздновать серебряную свадьбу.

- Не помню я ничего! - взвыл Егор Вячеславович. - И Арину Витальевну не помню!

- Успокойтесь, мы все выясним, - загадочным голосом произнесла Воробьева, будто служила в полиции и задержала на месте преступления человека, который утверждает, что стал случайным свидетелем убийства.

- А вас как зовут? - опомнился Мухин.

- Тамара Александровна. Ученики и коллеги называют меня Том Санна.

- Мило и по-доброму. Может, вы напоите меня чаем перед дальней дорогой?

- Памяти вы уже лишились, не хочу, чтобы лишились глаза - мой котик способен покалечить любого, тем более незнакомого мужчину. А дорога займет меньше времени, чем вы рассчитываете - я сейчас вызову такси...


Водитель такси хотел избежать "пробок", вез Мухина и Воробьеву незнакомыми "огородами", петлял, кружил, в итоге дорога заняла почти столько же времени, если бы они добирались на общественном транспорте. Высадил их у нужного дома номер двенадцать, и умчался, окропив напоследок водой из лужи.

Возле дома никого не было. Пришлось самостоятельно вычислить, в каком подъезде находится квартира номер восемьдесят два.

На третий этаж поднялись пешком. За дверью нужной квартиры надрывался младенец, слышались громкие женские возгласы, обращенные к какому-то Валере. Видимо, Валера никак не реагировал, потому возгласы становились громче, а ребенок закатывался плачем сильнее.

Тамара предположила, что у Мухина есть внук или внучка, а Валера - его сын или зять. Лицо Егора Вячеславовича было напряженно-задумчивым - пытался вспомнить, был ли он здесь раньше, и кто разоряется в квартире, в которой он прописан. Раз осветление не появилось, то память не вернулась.

Тома собралась с духом и позвонила в дверь. Опять громкоголосая женщина обратилась к Валере, который обязан был узнать, "кого черт принес".

Защелкали замки, дверь распахнулась, на пороге возник здоровенный детина в одних шортах.

- Здравствуйте, - вежливо поздоровалась Воробьева, переводя взгляд с хозяина на Егора, с Егора на хозяина.

- Здрасте, - брякнул детина с непониманием.

- Вы узнаете этого человека? - спросила женщина, указав на своего спутника.

- Впервые вижу, - ответил после короткой паузы хозяин.

- Вы не ошибаетесь?

- Я не слепой, - заметил он.

- Что случилось? - поинтересовалась молодая хрупкая девушка, легко отодвинувшая детину с прохода одним движением бедра. Она напряженно держала перед собой кисти рук, боясь их зацепить, отчего Тома заключила, что она покрывала ногти лаком. Ребенок продолжал плакать, но уже на пониженных тонах - понял, что молодым родителям не до него.

- Вы знаете этого человека? - второй раз спросила Тамара, теперь у безответственной мамаши.

- Я его не знаю! Почему вы спрашиваете? Что вам нужно? - с нервическими интонациями проговорила особа.

Пришлось обстоятельно обо всем рассказать, включая покупку булки хлеба, которую Егор забыл в такси.

- Он здесь прописан? - вскинула выщипанные брови девица. - Как он может быть здесь прописан, если мы эту квартиру купили почти год назад. Как известно, перед оформлением купли-продажи, все проживающее на этих квадратных метрах должны быть выписаны.

Егор, молча, протянул свой паспорт. Девушка предоставила возможность супругу его взять, сама не забывала дуть на пальцы и подергивать ими, как полудохлый жук лапками. Они изучили фотографию и сличили с оригиналом, как это проделала некоторое время назад Тамара. Но их больше занимала прописка.

- Точно, прописан, - насупился хозяин, словно ему в резкой форме предложили немедленно съехать с чужой жилплощади.

- Что с того? - передернула плечиками его супруга. - У нас есть все документы!

- А позвольте взглянуть на договор купли-продажи, - вступил в разговор Мухин. - Хотелось бы узнать, кто вам эту квартиру продал?

- Я могу вам и так сказать - Мухина нам продала эту квартиру! Имени и отчества не помню, но в договоре все есть! - отрапортовала девушка.

- Мухиных развелось, как собак нерезаных, - не к месту ляпнул ее муж.

- Но все-таки, покажите нам документ, - попросила Воробьева.

- С какой стати?! - возмутилась девица. - Кто вы такие, чтобы я вам показывала договор?! Приходите с полицией!

Видимо, к полиции детина, носивший имя Валера, относился настороженно, поэтому пробасил:

- Настена, покажи им договор, что тебе жалко.

- Ладно, покажу! И только для того, чтобы они больше сюда не приходили, и не тревожили честных граждан.

Квартира была продана, действительно, около года назад гражданкой Мухиной Ариной Витальевной.

- Анастасия, вы никогда не видели супруга гражданки Мухиной? - спросила Воробьева.

- Я впервые слышу, что у нее был супруг.

- Не знаете, куда она переехала?

- Точно не помню, но, кажется, она собиралась уезжать в Грецию. У нее там живет какая-то родня. То ли тетка, то ли сестра.

- Да, в Грецию! - подтвердил детина. - Говорила, что сменит фамилию и уедет... Наверное, Мухина это фамилия по мужу. Она с ним развелась, продала квартиру и уехала из страны.

- Но у меня в паспорте нет штампа о разводе с гражданкой Мухиной Ариной Витальевной, - резонно заметил Егор Вячеславович.

- Значит, вас с женой развели без вашего ведома, - безопеляционно ответила Настя. - Так бывает, если один из супругов не является на судебное заседание несколько раз.

- Я ничего не понимаю, - потряс головой Мухин. - Арина продала квартиру год назад. Перед этим успела со мной развестись, выписать меня и уехать... Где все это время жил я?

- Вам лучше знать, - хмыкнула девица и захлопнула дверь...


Ноябрьский вечер подкрался незаметно. На улице зажглись фонари, мокрые голые деревья походили на сказочных страшилищ, обступивших главных героев. Главные герои выглядели озабоченными. Проблема, обещавшая легко разрешиться, закрутилась в тугой узел. Тамара ежилась от холода и настороженно озиралась. Егор смотрел себе под ноги, изучая темную лужу на асфальте, возле которой он стоял. При этом у него был такой обреченный вид, словно он собирался утопиться в этой луже.

- Что будем делать? - спросила Воробьева, незаметно соединяя незнакомого ей человека с собой - женщиной одинокой и доселе равнодушной к чужим проблемам.

- Не знаю, - подумав, ответил мужчина, не отрывая взгляда от лужи.

- Дождь перестал, - зачем-то сообщила она, будто подводила к прогулке по вечернему городу.

- Перестал, - согласился Мухин и взглянул на пасмурное небо, спрятавшее от людей луну и звезды. Снял кепку, пригладил волосы, вернул кепку на место. - Надо идти в полицию, - с печалью вздохнул он, намекая на нежелание туда идти.

- Другого выхода нет, - без прежнего нажима проговорила Том Санна. Ни она, ни он с места не сдвинулись. - У одного моего ученика отец служит в полиции, но я не могу к нему обратиться. Вы понимаете...

- Понимаю - не хотите лишних разговоров... Тамара, мне неудобно вам об этом говорить, вы и так для меня много сделали, но я... Я ужасно голоден! - выпалил он на одном дыхании, чтобы не одуматься и не смолчать.

- Надеюсь, здесь есть неподалеку блинная. В нашем городе подобные уличные закусочные пользуются спросом. Правда, сама я никогда не пробовала...

Они прошли вдоль дома, в котором когда-то проживал Мухин вместе с супругой, укатившей в Грецию к родственнице. Тома хотела спросить, не вспомнил ли он это место, но вокруг было так темно, что она передумала - любой старожил заплутает в сыром тумане, разбавленном слабым светом одинокого уличного фонаря, расположенного у подъезда, из которого они недавно вышли.

За поворотом была привычная жизнь: размеренно тянулась череда автомобилей, по освещенному тротуару спешили домой люди. Воробьевой тоже захотелось домой. К книгам, к телевизору, к накрытому столу, к "долгоиграющей" вышивке. И к одиночеству. Совсем не хотелось искать закусочную, кормить чужого человека, потом тащиться с ним в полицию, где долго будут составлять протоколы и подозрительно-осуждающе на нее поглядывать, как будто она решила избавиться от надоевшего ей любовника нетривиальным способом, предварительно проделав с ним некие манипуляции, заставившие его забыть о прошлом.

Тома покосилась на своего спутника, шествующего рядом, который продолжал изучать тротуар, таивший в себе оригинальные сюрпризы.

В своей забывчивой отрешенности, которую так всегда ценила сама Воробьева, мужчина был необыкновенно загадочен и не просто симпатичен, а завораживающе привлекателен настоящей мужской красотой. Куда-то делась растерянность, он был собран, серьезен, немного смущен от своего последнего признания, и самое ценное - немногословен. Не канючил, не ныл, не пытался оправдаться, не рассуждал, не требовал, не уговаривал. Просто признался, что голоден, она предложила найти блинную, он безропотно согласился.

На Тамару внезапно набросилась жалость к чужому человеку, с которым она познакомилась несколько часов назад. Как это ужасно - ничего о себе не знать. Постепенно открывать книгу прошлого, находить отрывки о супруге, которая уже не является супругой, о бывшем месте жительства, куда его не пустили на порог. А зачем ему туда идти? Что он может там найти? Настенные рисунки, которые делали его дети или внуки? Рисунки давно удалены новыми хозяевами. От бывших хозяев не осталось ничего, даже кафеля в ванной, не гармонирующим с цветом глаз бойкой девушки по имени Анастасия, у которой на все вопросы есть ответы.

Кстати, о детях! - вспомнила Тома. - Ни Настя, ни ее муж Валера ничего не говорили о детях Арины Мухиной. Если бы она упоминала их в разговоре, когда речь шла о поездке в Грецию, или они присутствовали при продаже квартиры, Настя обязательно бы рассказала.

- Егор Вячеславович! - вскрикнула Воробьева, напугав спутника. - А вы хорошо проверили свои карманы? Вдруг где-то завалялся мобильный телефон? Тогда мы быстро решим вашу проблему. Вызовем любого абонента, и спросим его о вас! - Радостно сообщила она, но в душе поселилась напряженность: почему-то расставаться с Мухиным ей расхотелось.

- Я успел проверить все карманы, ничего не нашел, кроме паспорта и двух пятидесятикопеечных монет. И еще шариковую ручку. - Он вытащил из внутреннего кармана пиджака пишущую ручку и несколько раз щелкнул ею.

Тамара выхватила ручку, повертела ее в руках и заметила:

- Никаких опознавательных знаков. Бывают фирменные ручки, которые выдают по месту работы. У моего ученика отец работает в дилерском центре "Форд", так он постоянно приносит домой ручки с логотипом.

- Больше ничего в карманах нет, - устало повторил Мухин, убирая шариковую ручку в карман.

- Не удивляйтесь тому, что я сейчас скажу, - попросила Тамара. - Но я вам немного завидую: вы можете начать жизнь с чистого листа. Вдруг в прошлом были неприятные моменты, и эти моменты вас сильно тяготили. Теперь вы от них избавились. Скорее всего, со мной многие не согласятся - начинать жизнь заново сложно: не знаешь, чем ты занимался, какое у тебя образование, кто тебя окружал. Но людям, которые не любили свою профессию, а в виду слабости, не могли резко изменить курс, амнезия только на руку.

- Но откуда человек узнает, устраивала его профессия или нет, если он ничего не помнит? - резонно поинтересовался Мухин.

- Он подумает, чем хочет заняться, быстро разберется в своем желании, и приступит к делу. Если "руки помнят", то поймет, что в этом деле он дока. Если "руки не помнят", но желание захлестывает, то человеку море по колено, горы по плечу - он освоит любую специальность. Вот вы чем бы хотели заняться?

- Не знаю, я об этом не думал, - пораскинув мозгами, ответил Егор.

- Тогда скажите, новость о бывшей жене вас сильно расстроила?

- Кажется, расстроила. Не так чтобы очень, но кошки на душе заскребли.

- Это самолюбие. Значит, Арина Витальевна была инициатором развода. И Настя права, когда говорила о том, что вы отказывались являться в суд. В итоге вас с женой развели без вашего участия. И у вас нет на руках свидетельства о разводе, иначе в паспорте стоял бы штамп о расторжении брака с гражданкой Мухиной Ариной Витальевной. - Скажем прямо, психолог из физички Воробьевой был такой же, как из артиста балета Цискаридзе каменщик. Но говорила она уверенно, и эта уверенность не оставляла у Мухина сомнений в правильности сделанных выводов.

- Вы правы... Наверное, - все-таки добавил он, чем совершенно не смутил напористого "психолога", из которого танком перли новые оригинальные идеи.

- Как думаете, дети в вашем браке были? Если были, то у вас должны быть отцовские чувства. Покопайтесь в себе! - приказала Томка, будто требовала вырыть котлован в короткие сроки. Мухин прикрыл глаза и стал "копаться", но спутница дернула его за руку, - смотрите, вон идет молодая женщина с маленькой девочкой. Они не вызывают у вас каких-либо ассоциаций?

Егор стал пристально изучать женщину с дочерью, смутил обеих, они перешли на другую сторону улицы.

- Что-то екнуло внутри, заныло, но в причинах разобраться не могу, - с тоской пробормотал мужчина.

- Ладно, оставим в покое ваши отеческие чувства. У меня есть предложение. Мы сейчас же поедем в супермаркет, где произошла наша встреча, вы купите хлеб, выйдете из магазина, закроете глаза и автоматически выберете нужное направление движения. Я буду вас страховать.

- Лучше напиться, - хмыкнул Мухин. - В этом случае, точно включится автопилот.

- А вы чувствуете в себе потребность напиться? - сдержанно спросила Тома.

- В данный момент я чувствую потребность в пище. Где же ваша обещанная блинная?!

- Откуда я знаю, где тут экспресс-закусочные, - с неудовольствием протянула женщина, впервые задумавшись о том, что несколько часов провела рядом с уголовником или с человеком, под макушку загруженным вредными привычками. Не факт, что внешность мужчина противоречит ее запоздалым догадкам - внешность, как известно, обманчива.

Брачные аферисты обладают притягательной внешностью, - некстати вспомнила Тамара и сразу себе запротиворечила, - брачные аферисты избавляются от штампа в паспорте в графе семейное положение... Если, конечно, это их настоящий паспорт, а не фальшивка... Кажется, на фальшивку паспорт не похож, - успокоено подумала она. - На фото, как будто, Мухин. Пусть стрижка другая, и в волосах меньше седины, но прошло пять лет. Сейчас ему пятьдесят. В таком возрасте в брачные аферисты не записываются. Хотя, кто их, аферистов, разберет: каждый специализируется на своей возрастной группе. "Старичкам" даже проще, к ним доверия больше, и возрастная группа состоит из дам, отчаявшихся найти свою вторую половину.

На светофоре для пешеходов зажегся зеленый свет, народ поспешил перейти улицу, а Воробьева, погруженная в свои нерадостные мысли, и Мухин, задумчиво поглядывающий на нее, не сдвинулись с места. Егор догадался, какие противоречия терзают женщину, и не вмешивался в процесс. Он был маленьким мальчиком, потерявшимся в огромном городе, к проблемам которого все люди, кроме этой доброй женщины, остались равнодушными. Теперь от нее зависит вся его жизнь. Она добрая, но пытается казаться жесткой, при этом держит дистанцию, чтобы никто не догадался, какая она на самом деле. Но настоящую человеческую доброту увидит незрячий, услышит глухой.

- Да-да, надо ехать в супермаркет, - пробормотала Тамара и потянула Мухина к стоянке такси...


Для чистоты эксперимента мужчина и женщина встали в ту же кассу. Вечером здесь сидела другая девушка, но они посчитали это обстоятельство не столь важным. Егор снова был без денег, Тома снова ему одолжила безвозмездно, на что кассирша с улыбкой заметила:

- Вернете французскими духами.

Вместо загруженной продуктами тележки теперь у Воробьевой в руках была только упаковка замороженных пельменей, которые она забыла купить днем. Расплатившись, она поспешила наружу, где ее ждал озабоченный Мухин.

- Вы не должны со мной разговаривать, - напомнила женщина, хотя, по дороге сюда, в такси, несколько раз инструктировала мужчину. В данную минуту он с удовольствием уплетал хлеб, отламывая по большому куску от кирпичика и отправляя его в рот. - И прекратите жевать!

- Я есть хочу! - проворчал Мухин, не реагируя на приказы. - Послушайте, как вы себе представляете прогулку с закрытыми глазами по слабо освещенным грязным улицам?

- Я же сказала - буду вас страховать! Но если вы отказываетесь от эксперимента...

- Я не отказываюсь, - перебил мужчина. - Я готов. Только съем еще кусочек хлеба и двинемся в путь, - тяжело вздохнул он, словно ему предстоял переход через Альпы вместе с армией Суворова.

- Я кое-что о вас поняла: во-первых, вы не выносите грязной обуви, поэтому постоянно смотрите под ноги, во-вторых, вы, как большинство мужчин, любите хорошо поесть. Но вы не гурман. Что есть под рукой, тем и питаетесь. - Она умолчала, что еда стоит у него на первом месте, а чистоплотность - на втором, потому что отправляет в рот куски хлеба грязными руками.

- Питаюсь любым подножным кормом, - усмехнулся Егор Вячеславович. - А в-третьих, будет?

- Потеря памяти была неслучайной. Кто-то этому поспособствовал, иначе в карманах были бы самые необходимые вещи.

- Такие, как мобильные телефон и деньги.

- Конечно! Сейчас мобильники есть даже у старушек.

- Я мог покинуть дом в спешке. Когда услышал неприятное известие. Оно меня так потрясло, что, оказавшись на улице, я не сразу понял, что со мной приключилось. Вероятно, долго блуждал по городу, увидел магазин, почувствовал голод, взял с полки первое, что подвернулось, у кассы понял, что денег нет, потом подключились вы.

- Вероятно, все так и было, если... - Тамара не могла быстро подобраться нужных слов: обижать мужчину пока не было причины.

- Если я всё не выдумал! - подсказал Егор. - Но зачем мне это? Я мог найти другой способ для знакомства с вами.

- Мы отвлеклись! Закрывайте глаза и идите!

- Тамара, вдруг мне не нужно возвращаться домой? Вы же сами...

- Это всё мои предположения! - не дослушала до конца Тома. - Вдруг, вдруг... Чего не бывает между близкими людьми?! Поссорились - помирились. И теперь близкий человек сходит с ума от переживаний. И опять же я не уверена, что ссора имела место быть. Как не было неприятного известия. Вы просто побежали за хлебом. Сели обедать, оказалось, нет хлеба. Вышли из дома, и потеряли память, в голове что-то щелкнуло, прошлое стерлось.

- Ни с того, ни с сего? - хмыкнул симпатичный мужчина.

Мужчина, который может начать жизнь с чистого листа. Мужчина, который не будет сравнивать Тамару с бывшими женами. Мужчина, для которого она, Тамара, спасение в данную минуту.

Но отказываться от плана, пусть глупого, Воробьева не торопилась. Решила положиться на невероятный случай. Случай свел ее с Мухиным, случай может ее с ним развести, вернуть "по адресу".

Тома его не направляла, была незримым сопровождающим. Егор наотрез отказался идти вслепую, но обещал лишь смотреть под ноги и ни о чем не думать. Просто автоматически двигаться.

В итоге они пришли к дому Воробьевой. Уже на подходе Томка занервничала - неужели Егор окажется жителем ее дома? Здесь она поселилась несколько лет назад, но почти никого не знала. Только женщину, которая каждый день выгуливала по утрам свою болонку, и соседей по лестничной клетке. Но с большой вероятностью могла сказать, что Мухина никогда не встречала. Такого мужчину она бы приметила. И причина редкого для Томы интереса крылась не в его внешности. У него напрочь отсутствовал инстинкт кобелино, который срабатывает каждый раз, когда мимо проходит любая представительница женского пола. Даже такая неприглядная, как Том Санна Воробьева. Что уж говорить о других - с формами, с глазами, с ногами. Она провела немало времени в обществе Мухина, и ни разу не заметила, что он "кобелирует". И потеря памяти тому не причина: инстинкт срабатывает у старичков-профессионалов, стоящих перед дверью в ад и балансирующих на грани жизнь-смерть, но они находят силы удержаться на краю благодаря неутихающему интересу к слабому полу.

Томка не выносила неразборчивых, считала инстинкт "кобелино" всеядным и эгоистичным. Мужчина имеет право любоваться женщинами, но не всеми подряд, у каждого должны быть свои критерии красоты, свои возрастные рамки интереса к противоположному полу. Если старик заглядывается на молоденьких пигалиц, это диагноз, так же, как интерес мальчиков к бабушкам.

Пару раз Тамара ловила на себе его оценивающий взгляд. И сразу хотелось что-то поправить, пригладить, изобразить непривычную глупую томность. Только глядя на нее Мухин оживал. Из чего Тома заключила, что разглядывание исподтишка доставляет ему удовольствие. Скудный комплимент не обронил, и это тоже ее подкупило - в лживых заискиваниях не нуждается, всё о себе знает, в зеркало время от времени смотрится, свое отражение видит, и отражение ее не радует. Жаль, что никогда не появилось желание преобразиться. Считала, что чучелам чумазым никакое преображение не поможет. Вот как глубоко вбил ей в голову определение любимый братец. И чучела чумазые на всю жизнь остаются одинокими - кто на них позарится? Только слепой и безрукий. Или лжец, преследующий свои корыстные цели. Как Виктор, которого удивил факт замужества некрасивой девушки, незадолго до этого выбранной им в невесты...

Она не подумала тогда, что Егор мог специально повторить дневной маршрут, который они преодолели вместе. Ему было некуда идти. Только к ней, к спасительнице, вместе с которой он начнет жить заново. А она ему в этом поможет...


- Почему вы поверили Мухину? - спросил Бирюков, выслушав рассказ Воробьевой. Женщина сидела перед ним в его кабинете и нервно теребила ремешок сумочки. Все внимание было сосредоточено на женской сумке, лежащей на ее коленях, но время от времени Тамара вскидывала голову и пристально смотрела на сыщика, чтобы угадать, какое впечатление производит на него ее сдержанная откровенность.

Лицо Бирюкова оставалось непроницаемым. Несколько раз Тамара порывалась встать и уйти, но мягкий вопрос хозяина кабинета ее каждый раз останавливал. Он все видел и все понимал.

- Почему поверила? - переспросила она. - Я не заметила в нем фальши. Насквозь вижу людей, легко разбираюсь, когда мне врут, когда говорят правду.

- Вы говорите о детях, с которыми привыкли общаться. Дети не достигли во лжи совершенства. Их выдают любые мелочи.

- Вы намекаете на мое одиночество. Узнали, что круг моего общения ограничен школой, и от коллег я отстранилась, поэтому могу не сразу сообразить, на что способен взрослый человек ради достижения цели, - бесцветным голосом произнесла Тамара.

Сергей не ответил, предоставил ей делать выводы самостоятельно. Теперь он сидел с таким отстраненным видом, что она вновь пожалела о визите в детективное агентство. И надо же было в минуту отчаяния позвонить Борщовой! Та хотела пристроить на работу свою знакомую, легко догадалась о душевном раздрайве бывшей коллеги. Задала короткий вопрос, неожиданно получила развернутый ответ, о чем Томка тотчас пожалела. Но было уже поздно. Ей нужна была помощь профессионала, и Борщова посоветовала ей обратиться к Бирюкову.

Воробьева согласилась. А что ей было делать? Об исчезновении человека, страдающего амнезией, в полицию не заявляла. Было стыдно, ведь она украла его у прошлого. Теперь прошлое вернуло его себе, оставив за порогом некрасивую женщину, появившуюся в период амнезии.

Амнезия, как туча, пробежала по небу и исчезла, оставив над головой чистое небо. Все сразу стало на свои места. Кто теперь вспомнит о существовании тучи?

Воробьева хотела узнать, жив ли Егор, все ли с ним в порядке.

Если он вспомнил прошлое, забыл тучу-амнезию, временно поглотившую его, вернулся домой и наслаждается жизнью, то она не собирается напоминать о себе. Будет жить дальше, как жила до встречи с ним, но жить с приятным воспоминанием...

- Я поверила Егору, потому что он смотрел на меня с любовью... Сергей Дмитриевич, можно научиться смотреть на человека с любовью?

- Можно, - хлестко бросил он. - Если перед вами талантливый актер или человек, которому жизненно важно, чтобы ему поверили.

- На актера Мухин совсем не похож. Если забыть о моем слепом доверии малознакомому мужчине, то можно предположить, что ему... жизненно важно было... где-то отсидеться. Он выбрал меня. Сразу меня раскусил - одинокая, недоверчивая, но тем интереснее будет сам процесс обольщения, закрытая, но моя закрытость была ему на руку. Если, конечно, хотел найти тайное место.

- Я не отрицаю, что Мухин мог вами увлечься. Не нужно впадать в крайности. Вы задали мне вопрос, я вам на него ответил. Извините, если обидел, - смягчил тон сыщик. Теперь он смотрел на визитершу с участием, и она немного расслабилась, оставив в покое ремешок сумки. - Я постараюсь вам помочь. Для начала узнаю, не обращался ли кто-нибудь в полицию с заявлением о пропаже Мухина Егора Вячеславовича. Мухин исчез неделю назад?

- На следующий день после Рождества он предложил мне прогуляться. Но я отказалась, сослалась на сильную головную боль, и мягко выставила его. Он отнекивался, говорил, что не хочет оставлять меня одну, но я его уговорила.... Вдруг он обиделся? Подумал, что надоел мне?.. Конечно, обиделся, уловив неискренность в голосе. Честно признаться, головная боль меня не мучила, хотелось посидеть в тишине и подумать, правильно ли я поступаю, ограждая Егора от прошлого. Почему ничего не предпринимаю, чтобы ему помочь вернуть память.

- Вы любите заниматься самокопанием?

- Почти разучилась, а раньше была настоящим профи. И постоянно искала причины неудач в себе, оправдывала других, - разоткровенничалась Тома.

- Если бы Мухин хотел вспомнить прошлую жизнь, он бы это сделал, его никто на цепи не держал. Раз он жил рядом с вами, не стремился восстановить память, значит, его всё устраивало.

- Он мог выйти на улицу и... забыть. Хотел вернуться, но не вспомнил, где жил последнее время, - озвучила она мысль, которая вертелась в голове всю неделю, проведенную без сна...

Когда Тома поняла, что за окном темно, а Егор до сих пор не вернулся, она быстро что-то набросила на себя и устремилась на улицу. Побродила вокруг дома, потом, не отдавая себе отчета, двинула в сторону супермаркета. Ей казалось, что он стоит у входа и ждет, когда она за ним придет и отведет домой. Но ни рядом с супермаркетом, ни внутри него, Мухина не было.

Томка побежала домой, надеясь, что Егор мается у запертой двери, волнуется, и строит предположения, что с ней могло случиться.

И здесь Егора не было. Тогда Тамара начала скрупулезно обзванивать все больницы. Ей посоветовали обратиться в бюро несчастных случаев. Так она и поступила.

Егор Вячеславович Мухин в списках пострадавших и погибших не значился.

Запоздало пожалела, что не купила Егору мобильный телефон. Он отказывался, говорил, что устроится на работу, и купит сам...

- Как странно, - протянула Воробьева.

- Вы о чем? - спросил Бирюков, с жалостью поглядывая на нее.

- Мы встретились с Егором восьмого ноября, а расстались восьмого января.

- Не нужно искать взаимосвязи.

- Я не ищу, но совпадение чисел выглядит подозрительно. И все равно я не считаю его аферистом. Он мог просто забыть обо мне. Если вы его найдете, не нужно напоминать... Главное, чтобы он был жив...


Сергей Дмитриевич Бирюков узнал, что с заявлением о пропаже Мухина никто в полицию не обращался. Без труда выяснил, что в городе проживает несколько десятков Егоров Мухиных, из них только трое - Егоров Вячеславовичей. На удивление все трое были одного года рождения - тысяча девятьсот шестьдесят пятого. Можно подумать, что в тот год некоторые отцы с именем Вячеслав считали модным давать новорожденным сыновьям имя Егор.

Глядя на фотографии трех Егоров Вячеславовичей Мухиных, Бирюков сделал еще одно открытие - они могли быть сыновьями одного отца, который гастролировал от одной женщины к другой, повышая рождаемость в стране. От отцовства не отказывался, давал детям свою фамилию и отчество. Взамен выдвигал просьбу - назвать сына Егором.

На шестьдесят пятый год у Вячеслава Мухина пришелся пик сексуальной активности, - подумал Сергей, поражаясь невероятной внешней схожести трех Егоров Мухиных. И все трое подходили под описание человека с амнезией, который два месяца жил у Воробьевой, а потом бесследно исчез восьмого января.

Бирюкову ничего не оставалось делать, как отправится к первому Мухину, проживающему ближе всех к детективному агентству.

День был воскресный, погода была морозной и ветреной, поэтому сыщик надеялся застать всех Мухиных дома. Можно было поставить задачу компьютерщику-виртуозу Михаилу, по предоставленным сведениям о Мухиных понять, кто может быть нужным Егором Вячеславовичем, после чего отправляться к нему домой и подтверждать догадки одним вопросом - где он провел последние два месяца? Но Михаил до сих пор находился в отпуске и занимался сыном Сережей, отрывать его от занятий сыщик не решился. Можно было обратиться к Чижикову, но тот потребует предварительного отчета. Дело щепетильное, Тамара просила никого не посвящать - не хочет, чтобы репутация пострадала. Конечно, Андрюха Чижиков - "могила", но лучше пока полицию в это дело не вовлекать. Пришлось Бирюкову действовать по-старинке и ходить по адресатам.

Первый Мухин проживал в элитном доме в центре города на тихой улочке. Как успел узнать Сергей, он был владельцем аптечной сети "Пилюлькин".

Дверь открыла розовощекая толстушка в переднике. Представилась помощницей по дому и пригласила гостя войти. В квартире аппетитно пахло запеченным в духовке мясом. Гость отказался идти в кухню, предложил пообщаться в прихожей. Оказалось, что Мухин весело проводит время на горнолыжном курорте в Австрии вместе с молодой супругой, куда они отбыли... восьмого января, а сегодня вечером возвращаются домой. Поженилась пара прошлым летом. В ноябре и декабре Егор Вячеславович будто бы был дома, но отлучался несколько раз в краткосрочные командировки. Об этом она знает от молодой супруги. Сама помощница по дому постоянно у Мухиных не проживает, приходит три раза в неделю, хозяина видит редко.

Списывать со счетов первого Мухина сыщик пока не торопился: кто знает, какие отношения у него с женой и что значат "краткосрочные командировки"? Вдруг он появлялся дома в дневное время, пока Воробьева была в школе, а вечером возвращался к ней, при этом находил веские аргументы своих ночных отлучек для супруги. Зачем такая сложная комбинация и зачем ему понадобилась Воробьева, на эти вопросы у сыщика не было ответа, но ничего в жизни отрицать нельзя без веских доказательств. Одним из предположений мог быть элементарный проигрыш в азартную игру. Кто-то играет на интерес, кто-то - на деньги, а Мухин с сотоварищами - на желание. Мухин проигрался, а его партнер по игре высказал свое пожелание, поразившее новизной. Богатые мужики развлекаются изобретательно...

Бирюков попросил домработницу показать семейное фото Мухиных. И сразу понял, что обвести вокруг пальца молоденькую пигалицу, которая годилась Егору Вячеславовичу в дочери, ему ничего не стоило. И все-таки, зачем потребовалась Воробьева, мог ответить только сам Мухин.

А пока Сергей направился к следующему Егору Мухину.

Второй Мухин жил в обычном панельном доме в спальном районе. На звонок в дверь никто не откликнулся. Но через пару минут, проведенных сыщиком в задумчивом ожидании, приоткрылась соседняя дверь. Показалась дама лет сорока в длинном халате ядовито фиолетового цвета. Одной рукой она поправляла безукоризненно подстриженные волосы а-ля Мирей Матье, другой придерживала на груди халат.

- Здравствуйте, мне нужен Егор Вячеславович Мухин. Он здесь проживает? - Сергей указал рукой на нужную ему квартиру.

- А вы кто?

- Я частный сыщик.

- Мухин что-то натворил? - Ответ ей был не нужен: накопилось слишком много сведений о соседе, который открыто игнорировал ее приятное общество. - Я всегда говорила, что он ведет себя подозрительно! Дома почти не появляется, а если появляется, то всегда вместе с женщиной, причем предпочитает разнообразие. Не могу сказать, что они меня беспокоят... громкими звуками, но я считаю, что в его возрасте надо умерить свои желания. Пора бы остепениться и найти себе надежную спутницу жизни.

- Так в чем заключается подозрительность? В частой смене партнерш? - уточнил Бирюков.

- Фи, как вы выражаетесь! - скривилась женщина в халате, будто только что сама не осуждала соседа за аморальное поведение. - Подозрительно то, что он бывает дома только днем. Где проводит ночи, я вас спрашиваю?!

- Меня? Не могу знать! - сдержанно-командным голосом отрапортовал сыщик, которого начала забавлять любопытная дамочка. - Но могу предположить, что он таксует или работает ночным сторожем. Вы знаете, чем он занимается?

- Откуда?! Мухин со мной не то что не разговаривает, даже голову в мою сторону не поворачивает. Буркнет "здрасте" и пробегает мимо. Точно могу сказать, что личного автомобиля у него нет, и за рулем такси тоже его не видела.

- Если он бывает дома днем, то почему не открывает?

- Он и днем не всегда бывает. Сегодня воскресенье? А-а-а, тогда понятно, почему его нет дома. Он по выходным не появляется. Говорю же - ведет себя подозрительно!

- Мухин эту квартиру снимает, или квартира находится в его собственности? - спросил Бирюков, зная, что мужчина прописан в данной квартире. Хотел услышать мнение соседки.

- Он хозяин. Я видела квитанцию за оплату коммунальных услуг, в ней указана его фамилия.

- Откуда вы знаете его фамилию? Может, он вовсе не Мухин.

- А кто же еще? - удивилась дама. - До этого здесь жила молодая семья из трех человек. Они несколько лет снимали эту квартиру. Прежняя хозяйка умерла, у ее единственного сына имеется своя жилплощадь, продавать не стал - дети подрастают, сдал внаем. Неплохая прибавка к зарплате. Молодая семья беспокоила всех соседей, мне доставалось больше других - стены, как картон, все слышно, а их комната примыкает к моей спальне. И когда появился Мухин, я успокоилась. Подумала, что, наконец, повезло - солидный мужчина...

- Опять же более-менее одинокий, - подсказал Бирюков.

- Не язвите!

- Боже упаси! Значит, квартиру все-таки продали, несмотря на подрастающее поколение?

- Получается так. Возможно, деньги потребовались.

- И Мухин купил эту квартиру, перебрался сюда и начал вести...

- Слово "перебрался" не подходит, - перебила женщина, уловив иронию в голосе мужчины. - Он появился неожиданно. Никто не видел, как он перевозил вещи. Вошел с пустыми руками и начал жить, видимо, довольствовался тем, что осталось от прежних хозяев. У меня давно появились кое-какие соображения...

- Поделитесь?

- Думаю, он женат. Приобрел эту квартиру для любовных свиданий. В рабочее время привел девицу, пообщался с ней, а вечером, как не в чем ни бывало, возвращается в семью, - шепотом доложила женщина, хотя, раньше разговаривала нормальным голосом. - Надо думать о грядущей пенсии, а он амуры крутит. Стыдоба, да и только.

- До пенсии еще далеко, лет десять не меньше.

- Так ему полтинник, что ли? Никогда бы не подумала!

Сергей вытащил фотку Мухина и предъявил ее даме.

- Это ваш сосед?

- Ничего общего! - изучив снимок, ответила женщина. - Этот симпатичный, а этот, - она качнула головой в сторону соседней двери, - пень лысый. Что в нем бабы находят?! Слушай, - перешла она на "ты", - получается, что мы с тобой говорим о разных людях?

- Получается так. А этого симпатичного мужчину вы никогда не видели?

- А это Мухин?

- ЭТО МУХИН!

- Вот тебе раз, - закатила глаза соседка. - Что же это значит? Что рядом со мной живет... террорист, а я знать ничего не знаю.

- Почему сразу террорист, - пожал плечами Сергей. - Обычный бабник. И вы правы - он, скорее всего, женат. А эту квартиру взял внаем у Мухина, который купил квартиру у бывшего владельца.

- Если Мухин - новый владелец, почему я его никогда не видела?

- Приходил несколько раз в ваше отсутствие, - предположил сыщик. - А как бы мне поговорить с прежним владельцем?

- Я тебе сейчас его адрес дам. Он мне чиркнул на бумажке на экстренный случай еще в ту пору, когда мать была жива.

Женщина оставила Сергея за порогом, прикрыв входную дверь. Вернулась и сунула ему листок с адресом...

Прежний хозяин подтвердил, что человек на фотографии купил у него квартиру, которую он получил в наследство от матери.

- Когда это было? И что вам известно об этом человеке?

- Дело было весной, в мае. А что о нем известно? Почти ничего. Говорил, что развелся с женой. Ей досталась их общая квартира, ему - благоустроенная дача. По натуре он урбанист, привык к городской суете. Предлагал бывшей жене сделать наоборот - ему квартира, а ей дача со всеми удобствами, но она из вредности настояла на своем, хотя, обожает возиться в земле. После развода он решил продать дачу, купил однокомнатную квартиру.

- Мухин там не живет, он сдал квартиру внаем.

- Его право, я к ней отношения больше не имею.

- Он вам не говорил о подобном варианте? Может, он в то время уже жил с женщиной на ее жилплощади, а приобретение квартиры - элементарное вложение денег и запасной аэродром?

- Не помню, да и зачем ему со мной откровенничать.

Дверь за спиной хозяина приоткрылась и показалась хитрая девичья мордашка.

- Пап, ты скоро?

- Машенька, я сейчас... Постойте, я кое-что вспомнил. Когда вышли из риэлтерской конторы, мы с Мухиным пожали друг другу руки, и он сел в поджидавший его автомобиль. За рулем сидела женщина.

- И что мне это дает? Вы знаете эту женщину? - вздохнул сыщик.

- Я могу помочь ее найти... Одну минуту...

Мужчина исчез в квартире, как недавно это сделала дама в шелковом халате. Сергей решил, что он вернется и так же, как она, сунет ему в руки листок с адресом таинственной незнакомки, укатившей от риэлтерской конторы вместе с гражданином Мухиным. Но мужчина вернулся с фотографией своей дочери Маши рядом с клоуном. Сергей вопросительно посмотрел на хозяина.

- Этот снимок я сделал в тот майский день. Мы только что оформили договор купли-продажи маминой квартиры. По тротуару прохаживался клоун и раздавал пригласительные рекламные листы в новый магазин игрушек. Маша попросила меня сфотографировать ее рядом с клоуном. Клоун не возражал... Вот Маша, вот клоун, а сзади маячит автомобиль, на котором уехал Мухин. Номер виден неотчетливо, но я принес с собой лупу. Пожалуйста.

Бирюков с помощью лупы изучил номер автомобиля "Опель Астра", переписал номер в блокнот и поблагодарил находчивого мужчину с хорошей памятью...

Странным образом брак первого Мухина, покупка квартиры вторым Мухиным приходятся на прошлый год. Бывшая супруга нужного Мухина развелась с ним и продала свою квартиру меньше года назад. Если бы браки, покупки, продажи, разводы совершались в разных временных промежутках, то можно было делать определенные выводы, и уж точно с легкостью вычеркивать из списка и первого Мухина, и второго. Но все случилось после развода с Ариной Витальевной. Придется оставить обоих Мухиных в списке. А пока проверить владелицу "Опеля Астра"...


Путь Бирюкова пролегал неподалеку от дома, в котором проживал третий Мухин. Он решил отложить женщину на "Опеле" - вдруг она, вообще, не пригодится, а нужный Егор Вячеславович Мухин, третий по счету, проживает в доме гостиничного типа. Хотя, с самого начала не делал на него ставку, и причина крылась, именно, в месте проживания: мужчина интеллигентного вида, согласно описанию Воробьевой, едва ли будет жить в некогда ведомственном жилье, принадлежавшем крупному оборонному предприятию. С упадком производства ведомственное жилье обветшало, миниатюрные квартиры давно приватизированы бывшими владельцами и проданы представителям разных слоев населения, в основном - торговцам с рынка, находящегося в непосредственной близости от гостинки...

С первого взгляда стало ясно, что это не тот Мухин. Данный субъект давно превратился из любителя выпить в фанатичного профессионала. Он только что вернулся с рынка, где трудится грузчиком, и пребывал в благостном настроении - его ожидал "красиво" сервированный стол, главной достопримечательностью которого была бутылка с мутной жидкостью. За столом в напряженном ожидании сидели гости: мужчина и женщина. Мужчина не сводил взгляда с бутылки, словно гипнотизировал ее, а женщина ему что-то выговаривала охрипшим голосом.

Сергей предложил выйти в общий длинный коридор с множеством дверей, хозяин испуганно покосился на стол, потоптался на месте, но все же вышел за сыщиком.

Выглядел мужчина совсем иначе, чем на фотографии, сделанной, без малого, пять лет назад, когда ему исполнилось сорок пять лет, и потребовалась замена паспорта.

- Давно здесь живете? - издалека зашел Сергей.

Мужик напряженно задумался.

- Кажется, год. Как с женой развелся, так здесь и обосновался. Она квартиру нашу продала, мне дала денег на гостинку.

- А сама?

- Откуда я знаю?! Я ее видел последний раз, когда разводились. А зачем ей со мной общаться?! Она сделала доброе дело - не дала мне умереть под забором, купила это жилье. Не хочу ей лишний раз напоминать о себе. И без того попил у нее кровушки.

- У вас что-то случилось? Вы же не всегда... были таким?

- Случилось, - выдохнул Мухин. - По моей вине три года назад погиб наш единственный сын. Я отделался легким испугом, а он... Хотел повеситься, но не нашел в себе сил. Так и застрял на перепутье, не будучи способным умереть, - признался он совсем другим голосом - умным рассудительным голосом из прошлой жизни, когда счастливо жил в кругу близких людей, а не существовал, как теперь. - Не нашел ничего лучшего, как запить. По-черному. Чтобы не думать, не вспоминать, не мучиться. Скоро сдохну. Чем скорее, тем лучше. Хочу встретиться с сыном и попросить у него прощения... Как думаешь, простит?

- Не уверен, потому что он наблюдает за тобой сверху и видит, как ты живешь. Наверное, считал тебя сильным человеком, брал с тебя пример, а ты оказался слабаком. Что ж ты себя в гроб загоняешь! Должен изменить свою жизнь, бросить пить, найти нормальную работу... - Сергей говорил штампами, но так разволновался, что не мог подобрать более доходчивых слов. - Ты кто по профессии?

- Токарь шестого разряда. Окончил технический институт, но не захотел работать на инженерной должности. В ту пору оклад был мизерным, а у меня на руках была семья из четырех человек, - мать с отцом пенсионеры, жена, да малолетний сын.

- Возвращайся на завод, сейчас все твердят, что в стране нехватка квалифицированных рабочих. Выбросишь из головы дурные мысли, захочешь, создашь новую семью, родится ребенок, будешь его любить, воспитывать, сравнивать его со старшим сыном, почему нет.

- Я... не смогу. Я слабак. Ты сам сказал.

- Внуши себе, что сильный, что сможешь. Сходи к бывшей жене, поговори с ней. Вместе переживать общую беду легче.

- Она не захочет. И честно тебе признаюсь - она не винила меня в смерти сына, сразу отдалилась от меня, будто мы не прожили вместе двадцать лет. В одно мгновение стали совершенно чужими людьми... Вот ты говоришь о новой семье, а как я могу создать новую семью, если внутри нет сердца. Что-то тикает, гоняет кровь, но это не орган, который что-то чувствует... И души нет.

- И все равно тебе нужно встретиться с женой. Для того, чтобы покаяться при жизни. Ты каялся?

- Нет, - покачал головой Мухин. - Если бы Арина завела разговор...

- Твою бывшую жену зовут Арина?

- Арина Витальевна Мухина.

- Паспорт покажи! - потребовал Бирюков.

В графе семейное положение стоял штамп о расторжении брака гражданина Мухина Е.В. с гражданкой Мухиной А.В.

Прежним местом прописки, где некогда проживала счастливая семья Мухиных, был указан адрес, куда ездила Воробьева вместе с человеком, потерявшим память, - улица Тельмана, дом двенадцать, квартира восемьдесят два.

Теперь Егор Мухин был прописан в убогом жилище, и выброшен Ариной Витальевной из своей жизни.

- Скорее всего, твоя жена перебралась в Грецию, - сообщил ему Бирюков.

- Она всегда об этом мечтала, у нее там живет двоюродная сестра... Значит, уехала... А кто ж за могилкой сына присматривает?

- Кроме тебя, больше некому... Но тебе, как я понимаю, некогда сходить к сыну на могилу. Работа, нетерпеливые друзья-собутыльники.

- А ты меня не кори! Сам-то ты когда-нибудь...

- Я потерял жену и сыну. Они погибли в авиакатастрофе. Будто бы нет моей вины, но я все равно себя виню. Тоже застрял на перепутье, тоже не нашел в себе силы уйти из жизни, тоже заливал горе алкоголем. Но работа вытащила из болота. И единственный близкий человек помог - моя старенькая тетушка.

- У меня никого нет, - еле слышно признался Мухин.

- Найди старых друзей, попроси о помощи. Неужели никого не вспомнишь?

- Был один друг детства. Не знаю, где он сейчас...

- Как его зовут? Я могу помочь его отыскать...

Егор назвал фамилию, имя, отчество друга детства. Сергей записал в свой блокнот.

- Как только с одним делом разберусь, так сразу займусь поисками, - пообещал он.

- А ты зачем приходил? - опомнился Мухин.

- Ищу одного авантюриста. Предъявил твой паспорт. Случайно, ты паспорт не терял?

- Было дело. Еще до развода с Аришей, но уже после гибели сына. По-пьяни где-то посеял. Или спер кто-то из собутыльников... - Произнеся собутыльники, он вспомнил о заждавшихся гостях. - Помоги от них избавиться.

- Не просто помогу избавиться, а отвезу тебя в больницу, где тебя подлечат, - проявил сыщик участие в жизни человека, который забился в угол и перестал бороться...


Ты пережил потерю близкого человека, и после долгих самобичеваний с трудом выбрался из темного угла, куда сам себя загнал, и начал делать вид, что всё по-прежнему, что есть дело, которому можешь отдаться сполна, что тебя окружают люди, которые к тебе не равнодушны. Да, все по-прежнему. Но почему-то сзади маячит граница, разделяющая ту жизнь и эту. Ты чувствуешь эту границу затылком. Удаляешься от нее, но топчешься на месте. Не находишь в себе сил убежать, ощущаешь слабость и постоянную нехватку кислорода. Ты в вакууме. Кислород откачали, закачали равнодушие ко всем людям без разбора. Постепенно ты начинаешь ожесточаться. Ты плохо соображаешь. Ты злишься на всех: почему у них все хорошо, у тебя все плохо? Они утверждают, что им тоже плохо? Бред! Они не знают, что такое плохо. Очень плохо. У них нет за спиной границы, разделяющей жизнь.

И вот появляется человек, которому тоже очень плохо. Как тебе. Ты не сравниваешь уровень горя. Но видишь разницу между вами. Ты выбрался из темного угла, он не смог выбраться, разбил в кровь лицо, когда искал выход. Тебе повезло - благодаря твоим или чужим усилиям однажды оболочка с накачанным равнодушием внезапно взорвалась, ты с удовольствием надышался свежего воздуха, почувствовал головокружение, сердце учащенно забилось, и ты понял, что жив, что нужен людям. На смену злости пришла всеобъемлющая доброта. Пока не нужно бросаться в разные стороны, чтобы охватить своей заботой всех людей, необходимо сконцентрироваться на тех, кто не нашел выхода, кто потерял веру, кто разбил лицо до неузнаваемости. Не нужны слова, которыми привычно нас потчуют люди, нужны дела. И идущее от тебя добро поможет нуждающимся людям правильно оценить твой порыв...


Внутренне чутье подсказывало Бирюкову, что на трех фотографиях изображен не тот человек, который жил два месяца у Тамары Воробьевой. Именно, это послужило причиной сложного хода: он мог просто показать все три снимка Том Санне, и та указала бы на одного из них. Или не указала. А далее последовал шок и осознание в жестоком обмане.

Чем-то Тамара походила на Сергея. Тоже была одинока, тоже за спиной маячила граница, тоже пыталась забыться в любимой работе, тоже обманывалась. В повседневной жизни была равнодушна к людям, как и он. Но Тома ответственно относилась к своим обязанностям. Это сыщик знает со слов Федора и Борщовой. Перейдя границу и выбравшись из угла, сыщик стал относиться к делу расхлябанно. Казалось, что все идет своим правильным путем. Пусть не двигается скорым шагом к цели по прямой, что его всегда отличало от других людей его профессии, а перемещается по ломаной линии, потому что время от времени плутает, выбирает неправильное направление движения к цели. А все от нехватки кислорода. Как следствие - плохая сообразительность.

Какой бы не была сообразительность, но показывать Воробьевой фотки трех Мухиных Бирюков не решился.

Оболочка равнодушия еще не взорвалась, но дала трещину.

Сыщику было искренне жаль одинокую женщину, протянувшую руку помощи человеку, которого пока рано называть авантюристом. Сергей не станет делать скоропалительных выводов, как не делал их ранее, в прошлой жизни.

Чего не скажешь о Тамаре, которую очередное предательство способно добить окончательно. Пусть мужчина всё вспомнил, вернулся в свой дом, не решился заглянуть к женщине, которая помогла ему в трудную минуту. Это Тамара допускает. И даже благодарна, что не явился с объяснениями-благодарностями - ей не нужны лишние слова, ненужные обещания. Вполне возможно, что она пришла к определенному умозаключению: лучше жить по-прежнему, без встрясок, чем разбавить свое одиночество, и постоянно пребывать в волнениях-сомнениях-недовериях. Тамара никогда не научится доверять мужчине, потому что у нее заниженная самооценка. И с этим трудно что-то сделать, если ей не встретиться тот, который безумно-пребезумно ее полюбит.

В подобную любовь мужчины с амнезией Бирюков не верил. Бог с ней, с неземной любовью, тут бы найти способ оградить Воробьеву от болезненных ударов.

Встреча с Егором Мухиным-третьим, совершенно посторонним человеком, который не имеет отношения к расследуемому делу, окончательно избавила Бирюкова от вялости, равнодушия, презрения, злобы.

Они похожи сердечной болью утраты. Но Сергей - сильный, а Егор - слабый. Сергей выбрался, Егор разбил лицо в кровь, потерялся.

Том Санна хочет казаться умной, строгой, проницательной, на самом деле ранимая, доверчивая, несчастная. Уверяет, что всё у нее прекрасно, она всем довольна. При этом откровенно призналась, что мечтает "заразиться" амнезией, чтобы начать жизнь с чистого листа. Противоречит сама себе.

Сергею тоже захотелось "заразиться". Но желание быстро улетучилось.

Легко рассуждать, когда ты не побывал в шкуре людей с подобной проблемой. Жил-жил, что-то делал, а потом раз и обо всем забыл. А в прошлом не всегда были черные полосы, бывали и белые, и, возможно, их было больше, чем черных.

И как смотреть в глаза женщине и не понимать, почему она, чужая, посторонняя, не вызывающая никаких эмоций, ТАК на тебя смотрит. Будто бы ожидает чего-то. А ты НИЧЕГО не можешь ей дать взамен. Она - посторонняя, чужая. И если воспоминания вернуться, ты можешь посмотреть на жизнь под другим углом, увидеть то, чего раньше не замечал. Переосмыслить и уйти, потому что тебя опять никто и ничто не устраивает. Тебе снова все кажутся чужими, посторонними. Где-то в душе теплится некое чувство, скорее чувство жалости, но точно не прежней любви. Поэтому не можешь уйти в одночасье, хочешь подобраться слова, объяснить свое поведение, а уж потом уйти навсегда, в новую жизнь.

Новая жизнь для Сергея Бирюкова предполагала возвращение к старому. Он избавится от равнодушия, резких заявлений, будет терпелив, сдержан, будет бережно относиться к людям, разбившим в кровь лицо. Они ничего не видят, но у них включилось душевное осязание, поэтому легко уловят фальшь, легко распознают истинную доброту и желание помочь.

Лечение Егора Мухина-третьего сыщик будет держать под контролем, не оставит его без своего внимания и после выхода из больницы. Но как огородить Тамару от горьких новостей?

В любом случае достанет из-под земли человека, гостившего у нее два месяца, а потом будет видно.

Как бы Сергею не хотелось заранее навешивать на него ярлыки, но звериное чутье снова дает о себе знать - сыщик уверен, пусть не стопроцентно, что гость Воробьевой не всегда дружил с законом, поэтому его "пальчики" могут храниться в картотеке отпечатков пальцев. Если все так, то придется обращаться к старому другу Андрюхе Чижикову...


Первый рабочий день недели плавно подошел к завершению. Сергей решил, что имеет право потревожить излишне занятого преподавателя по физике, успевшего к этому времени покончить со всеми делами. Как бы преподавателю не хотелось засиживаться в школе, как бы она не оттягивала момент возвращения домой, находя всё новые и новые причины для задержки, но возвращаться придется. Хотя бы для того, что выспаться с комфортом на любимой спальном месте, набраться сил для нового рабочего дня.

Бирюков явился к Воробьевой без предварительного звонка.

- Что? - пошевелила губами испуганная женщина и отступила от сыщика на шаг, словно он собирался заключить ее в объятия.

- Пока ничего.

Это "ничего" дало ей надежду. Тома сбросила оцепенение, запоздало ответила на приветствие и пригласила гостя в квартиру.

Скромная однокомнатная квартира напоминала берлогу закоренелого холостяка, у которого быт стоял на самом последнем месте. На столе стояла чашка с кофейной гущей на дне. Кофе хозяйка пила утром, перед уходом на работу. Но желание вымыть чашку у нее не возникло. Подумаешь, вечером ополоснет, когда захочет выпить из этой чашки чай или кофе. На стул небрежно брошен халатик. На полу, рядом с диваном, валяется книга. Постель убрана, но диван не собран. Зачем? Вечером снова разбирать и ложиться спать.

Бирюков не был фанатичным чистюлей, но зафиксировал пренебрежение, возможно, лень хозяйки, которую сама хозяйка не замечала, ставила во главу угла удобство. Ее все устраивает, а в гости к ней никто не ходит.

Сергей зацепился взглядом за мужской пуловер, перекинутый на спинку стула, стоящего у шкафа. Тома могла его спрятать в шкаф, но делать этого не стала. И лень тому не причина - вещь терпеливо ждет своего хозяина, который вышел ненадолго, и скоро вернется.

Что ж, самообман - неплохое средство для психологической защиты от самообвинений.

Воробьева уловила взгляд Бирюкова и пояснила:

- Этот пуловер я подарила Егору на Новый год. Когда он вышел прогуляться, то надел только те вещи, в которых пришел ко мне... Будто знал, что не вернется, и не хотел брать в прошлое ненужные напоминания.

Она подошла к стулу провела ладонью по свитеру, будто погладила, потом резко сдернула свитер со стула, скрутила его и забросила в шкаф. Некоторое время стояла у раскрытой дверцы, словно прощалась с бывшим хозяином вещи, и осторожно прикрыла дверцу. Потерла виски и недоуменно посмотрела на гостя, не сразу сообразив, кто перед ней и зачем этот человек здесь находится, если ждет она совершенно другого мужчину. ЭТОТ ей не нужен, ей нужен ТОТ.

- Чаю хотите?

- Хочу.

- Могу сварить пельмени. Вы голодны?

- Сто лет не ел пельмени.

- Тогда пойдемте на кухню.

Кухня сияла чистотой. Здесь хозяйка проводила меньше времени, чем в жилой комнате, в которой чувствовала себя более комфортно.

Пока закипала вода, Тома нарезала колбасу и сыр. Выставила на стол кетчуп, сливочное масло, подумала и добавила сметану.

- На выбор, - скупо объяснила она. Затем опять повернулась к сыщику спиной. Всё её внимание занимала кастрюля с закипающей водой.

- Тамара, вы мне забыли в прошлый раз что-то сказать.

- Забыла? - удивленно протянула она, не удосужившись повернуться к мужчине, высказавшему предположение.

- Долго думали, говорить или не говорить, в итоге решили утаить. Зачем? Чтобы окончательно не расстаться с надеждой? Но надежда жива до тех пор, пока я не докопаюсь до истины. С вашей помощью.

Воробьева высыпала замороженные пельмени в кипящую воду, помешала ложкой и прикрыла крышку.

- Черт, забыла посолить! - возмутилась она. Достала коробку с солью, что-то в ней изучала, будто сомневалась, соль это или нет, нужно ее добавлять в кипящую воду или нет.

Бирюков поднялся со стула, забрал из ее рук коробку, посолил пельмени, непроизвольно взглянул на часы, зафиксировав момент закипания, убавил газ, и вернулся на свое место.

Тамара занималась самым важным делом всей своей жизни - заваривала чай. Но обыденный процесс проходил с большим напряжением и глубокой ответственностью, что свидетельствовало о чрезвычайной важности момента.

Пельмени варились в полной тишине, изредка прерываемой звоном крышки заварочного чайника и шелестом джинсовых коленей хозяйки друг о друга при передвижении.

Когда Сергей и Тома приступили к ужину, в дверь кто-то позвонил. Хозяйка подлетела на стуле и пулей полетела открывать входную дверь, надеясь, что вернулся долгожданный мужчина.

Оказалось, не он, а всего лишь соседка, которая принесла квитанцию на оплату телефона, которая по ошибке попала в ее почтовый ящик.

Когда Тома зашла в кухню, у нее был такой вид, словно ей только что сообщили страшное известие. Она села на стул, уперла локти в стол и попыталась закрыться от сыщика ладонями, сложенными на лбу козырьком.

- Я не знаю, на что надеюсь, - тихо призналась она. - Он никогда не вернется. Зачем я ему?

- Тамара...

- Он меня обманул. Я сразу это поняла, но приняла его игру. Как говорила моя мать о своей подруге, которая вела не самый скромный образ жизнь, - хоть, на минуту, но мой.

У Сергея в голове неожиданно зазвучали слова песни Земфиры: не отпускай меня, вдруг кто увидит...

А вдруг Мухин от кого-то скрывался, и эти люди случайно заметили его на улице, где совершенно не ожидали встретить. Ему грозит опасность. Если он, вообще, еще жив. А человек, которому поручили его поиски, спокойно ужинает, что-то мысленно напевает... Не просто напевает! Строки родились "не на пустом месте". У Сергея всегда существует взаимосвязь между пением и думами, которыми в настоящий момент занята голова.

- Вы что-то подметили? - спросил он резко, без жалобно-сочувствующих интонаций, и это встряхнуло женщину.

- Сергей Дмитриевич, у него... У Егора была татуировка на колене. Едва заметная на волосатых ногах татуировка... Всего три буквы... Мужское имя, которое к нему не должно иметь отношение... Юра... Его зовут Юра... Не Егор... Я бы поняла, если это было женское имя. Допустим, бывшая возлюбленная... А так - Юра... Я не могла ошибиться. У меня стопроцентное зрение. Он особо не прятался, видимо, сам забыл о татуировке.

- Значит, Юрий... Тамара, мне нужна вещь, которой он пользовался.

- Нужны отпечатки его пальцев? - догадалась она. - Я ему подарила электрическую бритву. Перед тем, как пользоваться, он тщательно протер ее влажной салфеткой. Мухин отличался чистоплотностью. Я к бритве не прикасалась. Ну, может быть, только к футляру, когда перекладывала бритву с места на место.

- Я вам ее верну.

- Думаете, пригодится? - печально усмехнулась она...


Отпечатки пальцев на электрической бритве принадлежали Двигубскому Юрию Матвеевичу. Без сомнения, он был братом Филимона Матвеевича Двигубского: уж слишком много совпадений

Проблема была в следующем - Юрий Двигубский погиб двадцать восемь лет назад и похоронен на кладбище для заключенных при исправительной колонии строго режима номер... под Нижневартовском.

Прежде чем отправляться в колонию, сыщик решил поговорить с Филимоном Матвеевичем Двигубским.

Чтобы избежать встречи с его досужими дочерьми, Бирюков пригласил Двигубского в детективное агентство, сразу предупредив, что дело не касается Виталины и Катерины.

Вместе с супругом прибыла Марина Платоновна. Сергей давно догадался, что супружеская чета никогда не расстается, и общество друг друга их не тяготит, несмотря на долгие совместно прожитые годы. Сыщику оставалось только позавидовать им.

Когда он спросил Филимона Матвеевича о его брате, тот удивленно вскинул брови.

- Почему он вас интересует? Юрия давно нет на этом свете.

- В деле, которым я занимаюсь в данный момент, фигурирует человек, который отбывал срок в одной колонии с вашим братом.

- Ответ невразумительный, - нахмурилась догадливая Марина Платоновна. - Сергей Дмитриевич, давайте говорить начистоту. Мы с вами не так давно знакомы, но успели хорошо узнать друг друга.

- Давайте, - быстро согласился сыщик. Ему не хотелось лгать этим людям.

Он честно рассказал обо всем.

- История кажется невероятной, - задумчиво проговорил Двигубский. - Мы с родителями не ездили в Нижневартовск на могилу Юрия. На наш адрес пришла официальная бумага, родители скупо на нее отреагировали. Отец сказал: "Туда ему и дорога", а мать: "Он сам выбрал свой путь". После того, что случилось, родители отказались от младшего сына и приказали мне не вспоминать о нем. Они считали Юрку паршивой овцой. Сами подумайте, известная в городе профессорская семья воспитала сына-убийцу. Нашу фамилию трепали во всех местных газетах. Родители не оправдывались, делали вид, что речь идет о других Двигубских. Но дома мать постоянно плакала и пила лекарство, отец, втайне от нее, тоже принимал сердечные препараты.

- Юрия обвинили в убийстве своего знакомого?

- Это случилось двадцать восемь лет назад. Юрию в то время исполнилось двадцать два года. Мать родила нас поздно, родители в нас души не чаяли. Баловали, конечно, мы в средствах не были стеснены. Но разница между нами была в том, что я ничего не требовал, даже отказывался от их предложений, а Юрке всего было мало. Толком нигде не учился. То в одном институте продержится год, то в другом - полгода. Во время перестройки загорелся кооперативным движением. Вместе с товарищем, у которого тоже были небедные родители, они открыли видеосалон. Доказательств у меня не было, но я догадывался, что в этом салоне они вели бойкую торговлю наркотическими препаратами, слышал обрывки их разговора, и больших денег на одних билетах в видеосалон на пятнадцать мест не заработаешь. А деньги к ним потекли рекой. Юрка купил себе "Мерседес", сорил деньгами направо и налево. Матери подарил дорогущую шубу, отцу - новомодный телевизор. А родителям задаться бы вопросом, откуда у сына такие деньжищи, так нет, они наоборот, приводили мне его в пример. И однажды новоявленные кооперативщики не поделили выручку, завязалась драка. Юрка всегда был несдержанным, чуть что с кулаками на людей бросался и постоянно выходил победителем. Он с детских лет занимался разными видами спорта, боксом и борьбой в том числе. Но приятель оказался достойным соперником, Юрке справиться с ним было трудно. Злость перехлестнула разум, он выхватил пистолет и выстрелил другу в голову.

- Откуда у него взялся пистолет?

- Купил у кого-то накануне для самообороны. Еще хвастался мне. На суде пытался убедить судью, что приятель пытался его задушить, он применил оружие для самозащиты, но суд его убедительную речь в расчет не принял. Моего брата приговорили к девяти годам с отбыванием в колонии строгого режима. Родители на суд не ходили, сразу отказались от сына, который не оправдал их надежд. А я ходил на все заседания суда. И посылки ему посылал в колонию, писал письма. Он мне ни разу не ответил. Через полгода мы получили известие из Нижневартовска о его смерти. И меня это известие очень озадачило.

- Почему? В колонии подорвать здоровье легко, тем более человеку, привыкшему жить в комфорте и заботе близких.

- Где-то в конце октября, через два месяца после суда, к нам в дом приходила милиция. Они искали Юрку. Родители в то время лечили подорванное здоровье в санатории, я был дома один. Я скрыл от них известие о побеге. Не знаю, установила ли милиция за нашим домом наблюдение, но больше они к нам не заявлялись. А спустя время мы получили извещение о смерти брата. Тогда я подумал, что Юрку нашли, прибавили ему срок и вернули в колонию, где он вскоре скончался.

- Как оказалось, не скончался.

- История кажется неправдоподобной, - повторился Двигубский. - Столько лет прошло! Если бы Юрка был жив, он обязательно бы объявился.

- Но он жив. И отпечатки пальцев тому подтверждение. Я нашел фотографию Юрия из уголовного дела, но хотелось бы иметь более живой снимок. У вас что-то сохранилось?

- Все его фотографии родители собирались уничтожить, чтобы ничто о нем не напоминало. Но я все фотографии собрал и сложил в большой конверт. Я обязательно найду этот конверт и передам вам.

- Сергей Дмитриевич, - вмешалась Марина Платоновна, - вы хотите предъявить для опознания фотографию Юрия той женщине?

Имя женщины Сергей утаил.

- Я не сомневаюсь, что у нее гостил Юрий Матвеевич Двигубский. Хочу понять, теперешний Юрий похож на прежнего Юрия, или он что-то сделал со своей внешностью?

- Думаете, он сделал пластическую операцию?

- Пока не знаю. Я собираюсь поехать в Нижневартовск, за это время найдите фотографии...


До Нижневартовска Бирюков добирался на самолете. ИК строгого режима находилась от города в семнадцати километрах, которые он преодолел на такси.

Начальником колонии оказался нормальный мужик, который давно нес здесь нелегкую службу. Но не жаловался, давно привык и другой жизни себе не представлял. С улыбкой сказал, что получил пожизненный срок. Об истории с осужденным Двигубским не помнит, но предоставил сыщику для изучения все необходимые документы.

Осужденный Двигубский Юрий Матвеевич доставлен в ИК двадцать девятого августа. Совершил побег пятнадцатого октября. Поиски результата не дали, а весной, когда на реке сошел лед, были обнаружено тело. Опознать в нем осужденного Двигубского Юрия Матвеевича не представлялось возможным - рыбы постарались, но в вещмешке, порванная лямка которого была намотана на запястье утопленника, были обнаружены письма, написанные ему родным братом. Письма были герметично упакованы в плотный целлофановый пакет. Следствием было установлено, что осужденный Двигубский, переправляясь через реку Обь, провалился под неокрепший лед, самостоятельно выбраться не смог и утонул.

На вопросы, возникшие у сыщика, начальник колонии ответил не смог, но посоветовал обратиться к бывшему начальнику, который проживает в Нижневартовске, находится в здравом уме и твердой памяти, несмотря на преклонный возраст.

Перед отъездом Сергей посетил кладбище, предназначенное для захоронения заключенных колонии, нашел могилу Юрия Двигубского, постоял у нее, мысленно спрашивая себя, кто же в ней погребен, если настоящий Двигубский разгуливает по его родному городу. Затею с эксгумацией он отверг сразу...

Бывший начальник колонии забывал, что делал пять минут назад, но отлично помнил историю с осужденным Двигубским. Как оказалось, Юрий не растерялся, быстро нашел себе покровителя - уголовника со стажем по кличке Бур. Буров Илья Семенович, тридцати пяти лет от роду, имел за спиной несколько "ходок". В октябре тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года освободился, через день совершил побег Двигубский...

Кое-какие мысли у Бирюкова появились, но прежде необходимо найти самого Бурова или получить на руки документ о его смерти...

Покидать город Нижневартовск Сергей не спешил. Прогулялся по улицам, но долго не выдержал - промерз до костей. Отогрелся в гостиничном номере, пообедал в ресторане и решился позвонить Чижикову. Тот удивился, что друга занесло в такую даль. Друг попросил оказать содействие: нужно покопаться в местном архиве.

- Зачем тебе мое содействие, если в Нижневартовском ГУВД служит Костя Бездриков. Кстати, он там не последний человек.

- Костян? Как я мог забыть! У тебя есть его телефон?

- А то!

Через пять минут Сергей звонил старому приятелю, с которым вместе учились на юридическом факультете. Полковник полиции Бездриков приказал тотчас прибыть в его кабинет...

Общение в неформальной обстановке было перенесено на вечер, в пока Бирюков отправился в архив, расположенный в этом же здании, в подвальном помещении.

Благодаря компьютеризации архивных данных, он быстро нашел сведения о происшествиях за нужный год, ориентируясь на октябрь месяц.

Кроме побега из исправительной колонии строгого режима Двигубского Юрия Матвеевича, сыщик выделил следующее: во-первых, исчезновение жителя поселка Агарск, расположенного в пяти километрах от ИК. Во-вторых, обнаруженный в подвале дома по улице Щепкина обгоревший труп неизвестного мужчины. Его личность была установлена в результате следственных мероприятий. Каким-то чудом остались необожженными три пальца левой руки. По отпечаткам пальцев была установлена личность человека, смерть которого наступила в результате ножевого ранения в область сердца. Им оказался ранее судимый Буров Илья Семенович...

Странно, что в тогдашней милиции города Нижневартовска, "левая нога не знала, что делает правая", - подумал Бирюков, выбираясь из душного помещения архива, - начальнику колонии не доложили, что его бывший подопечный Буров был убит в подвале жилого дома...


Поиски конверта с фотографиями брата Филимон и Марина Двигубские проводили в то время, когда дочерей не было дома, и попытались скрыть следы поисков. Но каким-то образом зоркая Катерина прознала, что в квартире что-то искали, спросила у сестры, но та лишь отмахнулась. Виталина раздумывала о предстоящей встрече с новым знакомым, который с первого взгляда вызвал у нее симпатию. По всей видимости, молодой человек тоже не остался равнодушен к сотруднице туристического агентства. В агентство его привело желание сделать любимой девушке сюрприз - подарить экскурсионный тур по Чехии. На день всех влюбленных выпадал небольшой юбилей - ей исполнялось двадцать пять лет, он загорелся желанием отпраздновать день рождения и праздник в столице Чехии.

Но когда пришел в туристическое агентство и увидел Виталину, забыл и свою девушку, и причину, по которой его сюда занесло. Но видимо успел озвучить свое желание, раз Виталина начала бойко предлагать туры. Он слышал ее приятный голос, купался в нем, не вникая в смысл сказанного, и ловил себя на том, что глупо улыбается.

И почему у него "рот до ушей, хоть, завязочки пришей"? - думала в это время сотрудница турагентства, неожиданно вспомнив поговорку из безмятежного детства.

Она тараторила, он широко улыбался, никак не реагировал на ее предложения, совершенно не обращал внимания на предлагаемые красочные буклеты, откровенно пялился на нее. Вита засмущалась, зарделась, сбилась и тоже замолчала.

- Давайте сходим куда-нибудь вечером, - предложил парень, едва ее монолог застопорился, словно только этого и ждал.

- Зачем? - не сразу сообразила девушка. - Я могу вам здесь обо всем...

- Я передумал ехать в Чехию. Вернее, не передумал, но хочу поехать с другим человеком, - признался он, одарив ее намекающим взглядом, смысл которого мог легко разгадать даже тупица из тупиц. - И не в Чехию, а куда этот человек пожелает.

- Э-э-э, - протянула опешившая от неожиданности Двигубская, мысленно отругав себя за скудоумие. Катька бы нашла что сказать, при этом быстро сориентировалась в собственных желаниях.

- Так мы можем встретиться сегодня вечером?

- Сегодня?

- До завтра я точно не доживу, - честно глядя ей в глаза, произнес он, улыбка исчезла.

Двигубская попыталась разгадать тайный смысл предложения и последующего за ним якобы откровенного заявления путем прямолинейного вопроса:

- Вы легкомысленный?

- Мои знакомые считают меня въедливым занудой, с самых детских лет. Зануда может быть легкомысленным? - спросил он и уточнил, - зануда в хорошем смысле: я часто задаю вопрос "зачем?", когда с меня что-то требуют.

- Возможно, это от лени, и въедливое занудство здесь не причем?

- Не думаю, - выдержав короткую паузу, сказал парень и взлохматил свои короткие каштановые волосы, пальцами-гребнями проведя ото лба до макушки. Волосы встали дыбом, он превратился в милого ежика с мягкими иголками. Виталине захотелось дотронуться ладонью до торчащих волос, она с трудом совладала со своим желанием. - Что вы думаете о связи легкомыслия и занудства? - второй раз задал он вопрос, несколько перефразировав его.

- Могу предположить, что в одном человеке они не уживаются, - без особой уверенности прощебетала девушка, но ей очень хотелось, чтобы не уживались. - Но мне хотелось бы знать, почему вы изменили свои планы? Или вы, вообще, не собирались ехать в Чехию? Тогда с какой целью сюда пришли? - Возмущение высказать не решилась: дескать, она тут распинается, а он скалится.

- Честно?

- Честно!

- Честно-честно? - улыбнулся он, Витка хмыкнула. - Пришел в ваше агентство, чтобы мне подобрали тур по Чехии. Всегда мечтал там побывать. Но планы резко изменились, когда сел напротив вас. Забыл обо всем. Даже о прежних привычках, которые не одобряли окружающие, а некоторые из них пытались их искоренить.

- Вы говорите, как в дешевой мелодраме. Теперь моя очередь. Я тоже поражу вас избитостью выражений. Скажите, неужели прежняя любовь в один момент превратилась в привязанность? - голосом неумелой журналистки поинтересовалась Двигубская. - Наверное, еще утром вы твердили своей девушке слова любви...

- Не твердил, мы живем в разных местах, а по телефону не успели поговорить, - мягко перебил парень, не забыв улыбнуться.

Вита действовала "по роли": делала умное лицо, сосредоточенно слушала ответ, мысленно подбирала нужные слова, которые не позволят ей остудить пыл мужчины, с одной стороны, а с другой, не сдать свои позиции. Актерство помогло ей скрыть ликование - именно такой ответ она рассчитывала получить. Ответ показался ей правдивым. Но еще больше ее успокоило бы заявление о невозможности признания в любви, потому что он пребывал в сомнениях, постоянно задавался вопросом - зачем ему нужны серьезные отношения, если... то-то и то-то. В общем, по обыкновению занудствовал. А если занудствовал, то не любил, обманывался. Встретил ее, Виталину, и во всем разобрался.

- Ваша девушка ждет вас, а вы... приглашаете на свидание другую, - с осуждением произнесла она, продолжая игру. Но была ли это игра для них обоих? Так было легче объясняться, и они это понимали.

- Я сейчас же к ней поеду и всё объясню. Она меня поймет. Наше общение больше походит на крепкую дружбу. И не мудрено - мы знакомы с первого класса. Нас всегда считали женихом и невестой.

- И вы не желали никого разочаровать, - с глубоко запрятанным неудовольствием произнесла Вита. Но обиженно поджатые губы выдавали ее.

- Не знаю, не думал об этом. Вот так бы, не задумываясь, женился, прожил с ней пятьдесят лет, а потом встретил на улице вас и запоздало сообразил, что жил неправильно.

- Я была бы совсем другой, и вы - другим. - Она хотела сказать, что превратилась в дряхлую старушку, но передумала.

- Внешне, да, мы были бы другими, но внутри по-прежнему существовал бы подсказчик - сердце, которое бдительно опекает человека в любом возрасте. Каждый знает, что при определенных обстоятельствах оно напоминает о себе. В данном случае речь не идет о сердечных болезнях. При испуге говорят, что сердце уходит в пятки. При волнении сердцебиение учащается, кажется, что сердце мечется по всему организму: то бьется в одной части груди, то - в другой, то слышится в животе. А иногда сердце увеличивается в размерах, как надувной шар, тело становится легким, парящим, земля исчезает из-под ног, и ты блаженствуешь. Нечто подобное сейчас происходит со мной. И если вы мне откажете, я не буду болтать всякие глупости о самоубийстве, я просто уйду и буду жить с благодарностью к вам за то, что позволили мне испытать такой необыкновенный момент в своей жизни. Неизвестно, случится ли еще подобное счастье. Здорово сказал! В этом месте впечатлительные особы должны обронить слезу.

- И не станете меня добиваться? - закусив губу от волнения, вопросила девушка.

- Нет. Если я вас заинтересовал, то вы согласитесь со мной встретиться. Если оставил вас равнодушной, то зачем биться в бетонную стену, о которую расшибешь голову.

- Вдруг у меня запоздалая сообразительность?

- Сообразительность в голове, - он постучал пальцем себе по лбу, - а сердце действует без запинки. - Теперь палец уткнулся в левую часть груди.

- Я так сразу не могу...

- Я сразу и не предлагаю, - развеселился он, намекая на нечто другое, о чем Виталина совсем не думала. - Всё! Конец фильма! - Парень достал из кармана паспорт и с громким стуком выложил его перед девушкой. - Изучите хорошенько, чтобы избавиться от сомнений.

Витка безропотно взяла в руки чужой паспорт. Стаканчиков Олег Никитович. Коренной житель города. Холост. Прописан...

- Что же мне с вами делать, Стаканчиков Олег Никитович?

- Я бы мог сказать - любить и жаловать, но не буду возвращать актеров на позиции. Съемки окончены... Виталина...

- Я слушаю.

- Я исчезну на час, чтобы... чтобы завершить кое-какие дела. Не хочу обманывать ни вас, ни свою давнюю знакомую. Даже в случае вашего отказа я не смогу жить по-прежнему...

Олег вернулся ровно через час. Она дала свое согласие на встречу.

Он ждал ее у офиса после работы. Вита вышла, и они побрели по заснеженной улице. Опомнились у ее дома. Постояли какое-то время, и расстались, договорившись о завтрашнем свидании.

Весь вечер Вита думала об Олеге, о будущей встрече, ей не было дела до болтовни неугомонной сестры. В итоге та обиделась, и стала звонить Федору.

Федор ничего не знал о расследовании, которым занят Бирюков в настоящее время, но сказал, что он уехал в командировку в Нижневартовск. Катька попыталась связать Нижневартовск и Воробьеву, но у нее ничего не получилось. А Федор заявил, что Том Санна всю жизнь провела в их родном городе.

- Мало ли, - озабоченно протянула Катерина и отключилась. - Что за люди пошли: никому нет дела до чужих проблем! - пожаловалась она в пустоту. - Бессердечные, одним словом.

Посидев в задумчивости на диване, она отправилась на кухню, чтобы сделать себе бутерброд с колбасой и выпить чаю с молоком. Время близилось к полуночи - пора было перекусить на сон грядущий, чтобы голод не мучил, и не снились кошмары. Некоторые люди считают, что кошмары снятся от переедания, у Катерины было свое мнение на этот счет.

Погруженная в свои мысли, она прошествовала в прихожую, собиралась повернуть в кухню, но заметила непорядок - у шкафа что-то лежало, прижавшись к основанию. Нарочно не придумаешь, - пробубнила она, удивляясь, как кусок бумаги, пусть не совсем тонкой, задержался на ребре, найдя подпорку у основания встроенного шкафа. По привычке хотела скомкать и бросить в мусор, но для начал повертела в руках свою находку. Это была часть небольшой фотографии. На этой грубо откромсанной части был изображен парень, очень похожий на ее отца. Но это был не отец - слишком вызывающе этот незнакомец смотрел на мир, будто противостоял всему миру в целом, и фотографу, в частности.

Катя потерла ногтем фотографию, ей показалось, что к ней что-то прилипло. Оказалось, что не прилипло - на подбородке незнакомца явно виднелся горизонтальный шрам. Удивительное дело, но шрам его не портил.

Девушка забыла о бутерброде и о чае, помчалась к сестре. Застала ее напряженно сидящей за столом. Пальцы бегали по клавиатуре, Витка нервно покусывала губы.

- С кем пишешься? - на ходу спросила Катя, не успел ухватить взглядом главного. При ее появлении монитор "предложил" полюбоваться падающим водопадом.

- Ни с кем, - буркнула сестра.

- Витуся, ты сегодня странная какая-то. Случилось что? - не дождавшись ответа, протараторила, - я сразу заметила, что-то произошло, попыталась тебя развлечь, но ты еще глубже ушла в себя. Если тебя кто-то обидел, ты только скажи... Вита, ну, что с тобой?! Тебя уволили? Ты не переживай, если так, мы все работаем, прокормим тебя. Отдохнешь немного, восстановишь силы, наступит весна, займешься поисками нового места работы. На этом турагентстве свет клином не сошелся!.. Но какова Борщова! Мы к ней со всей душой, отравителя нашли, замуж вот-вот выдадим, а она... Ох, до чего же люди неблагодарные. И бессердечные.

- Кать, кончай причитать! Без тебя голова сейчас треснет.

- А-а-а, так у тебя всего лишь голова болит, - успокоилась сестрица. - Надо выпить таблеточку, и боль как рукой снимет. Дать таблеточку?

- Не сюсюкай!

- Ох, до чего же люди злые стали, - рассудила Катерина, вновь обращаясь в пустоту: кому же еще жаловаться на сестру: не ей же самой! - Ты о них заботишься, пытаешься успокоить, развлечь, а они бу-бу, бу-бу. Ласкового слова не дождешься!

- Кать, я тебя люблю, но двигай отсюда, мне хочется побыть одной.

- Ага, так я и поняла. Одной, ха-ха! Кто теперь на твоем горизонте нарисовался? Еще один гад и обманщик?

- Почему сразу гад и обманщик?! - возмутилась Виталина. - Нормальный парень. Случайно сегодня познакомились.

- Кто такой, чем занимается?

- Его зовут Олег Стаканчиков. Он спичрайтер президента сельхозмашиностроительного холдинга.

- А папочка у него и есть президент этого холдинга!

- С чего ты взяла? Папочки у него, вообще, нет. Ну, конечно, он был, раз на свет появился Олег, но он его никогда не видел.

- Понятно: был летчиком-испытателем и погиб, - печально вздохнула Катька.

- Не ерничай!

- А мать у этого умника есть?

- Есть, он не круглая сирота. Мать работает медсестрой в детской поликлинике.

- Значит, будет о чем нашим предкам с ней поговорить, когда Олег в мамашей к нам свататься придут.

- Катя! Мы только сегодня познакомились!

- Что это меняет? - передернула плечиками Катюша. - Если он человек серьезный, а на таких должностях все сплошь серьезные люди, если не вмешалось кумовство, то и планы у него серьезные.

- Причем здесь работа, - отмахнулась Виталина, - человек на работе может быть одним, а вне работы - совершенно другим.

- А как он изъясняется?

- Нормально изъясняется. У него красивая правильная речь. Он окончил филологический, как и я, но в столице, а недавно получил диплом психолога, прошел заочное обучение. В прошлом году три месяца жил в Москве, при госуниверситете были курсы спичрайтеров.

- И это подтверждает мое высказывание о серьезности его намерений. Другой бы "не брал работу на дом", вставлял в речь слова-паразиты или сленговые словечки, а он не изменяет себе. Следовательно, в нем не уживаются два противоположных человека. Не надо разбираться, в каком случае он настоящий.

- Кать, мне твои теории...

- Как увлажняющий крем для жирной кожи, - досказала за сестру Катерина. - Одно не пойму - чего ты куксишься? Надо радоваться, что встретился хороший парень с должностью.

- Опять она про должность! Меня его должность мало волнует.

- Так я и поверила, - хмыкнула Катя, - если бы твой Олег был осинизатором, ты бы тоже так запела?

- Что за привычка - сразу бросаться в крайности! И когда я говорила о должности, я имела в виду совсем другое - откуда я знаю, что он сказал мне правду? Откуда, а? И складная речь тому не показатель. Он может быть профессиональным обольстителем, у которого все слова отлетают от зубов.

- Ты из себя дуру не строй. А то ты не сообразила - зазубренным белым стихом он изъясняется или говорит складно, но вдумчиво, и бегло подбирает слова?

- Будто бы вдумчиво. И глаза у него правдивые.

- Сама сказала, что замуж за него пока не собираешься. Только сегодня познакомились. За один вечер невозможно досконально узнать человека. Время покажет, что он из себя представляет. Так что не печалься, дорогая моя сестренка! Смотри в будущее с уверенностью!

- Что это ты лозунгами заговорила? Переела сладкого?

- Настроение хорошее.

- С чего вдруг?

- А вот с чего, - завороженного глядя на сестру, сказала Катя и протянула ей фотографию, которую обнаружила в прихожей.

- Кто это?

- Понятия не имею. Но могу предположить. Родители что-то искали. И это что-то - фотографии. Одна из них выпала и оказалась на полу у шкафа. Родители ничего не заметили. Вита, тебе этот парень никого не напоминает?

- На папу похож. Но папа добрее, мягче.

- Наверное, папин родственник... Надеюсь, не внебрачный сын.

- Не говори ерунды! Давай остановимся на дальнем родственнике. Почему мы о нем ничего не знаем?

- Об этом надо родителей спросить.

- Фотка черно-белая, старенькая... Даты на обороте нет. И дарственной надписи тоже.

- Ты намекаешь, что этот человек мог быть маминой прошлой любовью. А внешнее сходство с отцом только кажущее? Или в молодости она предпочитала один типаж?

- Этот человек не мог быть маминой прошлой любовью, иначе была бы дарственная надпись.

- А грубый разрез вдоль фотографии? Так поступают девушки, когда расстаются с бывшими возлюбленными. Порвать фотку жаль, все-таки вышла на ней не хуже известной французской актрисы, но видеть его физиономию противно. Что делать? Себя оставить, его уничтожить.

- Так не уничтожила же, а хранит до сих пор. Значит, любила. Или любит.

- Витка, сейчас мы договоримся до супружеской измены! - возмутилась Катька.

- Не я первая начала... Постой! Мне кажется, в альбоме была фотография отца несуразной формы. Я еще подумала, что снимок сделан в те времена, когда отец был холост. Потом женился, а свою бывшую пассию отрезал. Оказывается, это была не пассия, а его родственник.

- Сейчас я притащу альбом! - Катерина сорвалась с места.

После беглого просмотра нужное фото было обнаружено. Девочки достали ее из пазов и прочли - Филя и Юра, 1986 год.

- Папе здесь двадцать шесть лет. Сколько лет Юре? - задалась вопросом Катерина.

- Прямо как в задачке для первого класса. Только условия даны не полностью: мы не знаем, разницу в возрасте.

- Я неправильно поставила вопрос. Сколько лет Юре, не столь важно. Важно узнать, почему отец о нем никогда не вспоминает, почему мы о нем ничего не знаем?

- Раз он занялся поисками его фотографий, то назрела необходимость. Катя, я никогда не поверю, что ты совершенно не в курсе дела.

- Я занята Том Санной. Никак не пойму, о чем она просила Бирюкова. И Федька не в курсе. Он только сказал, что Сергей Дмитриевич уехал в Нижневартовск. Может, по ее делу, а может, и нет.

- А если его расследование как-то связано с этим Юрой? - предположила Виталина.

- Такого не может быть, потому что быть не может. А раз в наших головах не могут ужиться вместе Том Санна и Юрий, но вполне допустимо, что факт имеет место быть. Я отталкиваюсь от противного.

Виталина долго смотрела на сестру, переваривая смысл сказанного, потом сказала:

- Вы когда говорите Катерина Филимоновна, то создается ощущение, что вы бредите.

- А вы, Виталина Филимоновна, заимствуете цитаты из известных кинокомедий и переиздаете их под своим именем! Как это называется?

- Плагиат в малых объемах!

Похихикав, они отправились на кухню пить чай с бутербродами. За чаем решили самостоятельно добраться до истины, но подключить Федора - шпиона в доме сыщика Бирюкова...


По возвращении из Нижневартовска Сергей встретился с Двигубскими, после чего пригласил к себе в агентство Тамару Воробьеву. Одни люди предпочитают свою территорию, Том Санна свободнее чувствовала себя на чужой.

Она долго рассматривала тонкую стопку фотографий Юрия Матвеевича Двигубского, потом подвинула стопку к сыщику.

- Этого человека я вижу впервые.

- Мы можем его искусственно состарить при помощи компьютерной графики...

- Не нужно. Я вижу, что это не он. Глаза совершенно другие. И взгляд.

- Последние фото сделаны более четверти века назад, он мог измениться. И шрам удалить - современная пластическая хирургия без труда решает более сложные задачи.

- Вы намекаете на то что, Егор Мухин, или как там его зовут на самом деле, сделал пластическую операцию? А о татуировке "Юра" на колене забыл?

- Это вы глазастая, а он, действительно, мог о ней забыть.

Филимон Двигубский подтвердил, что наколка с именем на колене у брата была, он сделал ее в пятнадцать лет. Долго выбирал место, чтобы родители не заметили. Не мог себе отказать в удовольствии покрасоваться наколкой перед друзьями. Но родители заметили и сказали пророческие слова о забавах преступного мира.

Но тату - не такой весомый аргумент, как отпечатки пальцев. Именно, об отпечатках пальцев на электрической бритве завел разговор Бирюков. Воробьева слушала молча. Затем сыщик плавно перешел на поездку в Нижневартовск. Рассказал о посещении колонии, о беседе с бывшим начальником, о сведениях из милицейского архива.

- Так кто же утонул в реке? - спросила в конце Тамара.

- Точно сказать не могу, но думаю, что это был житель поселка Агарск. Он пропал приблизительно в то же время, когда сбежал Юрий Двигубский. Его супруга рассказала, что они сильно повздорили. Он собрал вещи и сказал, что уходит навсегда. Но она его слова не приняла близко к сердцу. Он через день уходил навсегда, а потом возвращался. На этот раз не вернулся. Никого из жителей ближайших деревень в розыск не объявляли. Из колонии совершил побег только Двигубский.

- Вдруг это был кто-то из освободившихся? Шел до города пешком, и случайно утонул в реке.

- Я проверил. Трое до сих пор живы-здоровы, четверо умерли позднее. Один скончался от ножевого ранения в октябре того же года, тело обнаружено в подвале жилого дома. Преступление до сих пор не раскрыто. И никто особо не старался - подумаешь, бывший зэк, туда ему и дорога.

- Сергей Дмитриевич, человек, чьи отпечатки обнаружены на бритве, имеет отношение к Кате Двигубской?

- Это ее дядя, родной брат ее отца. Братья не виделись почти тридцать лет. Все считали Юрия погибшим. Из колонии пришла официальная бумага о его смерти.

- А он жив-живехонек. Нашел доверчивую дурочку, отсиделся у нее, и принялся за старое.

- Мы пока не можем это утверждать.

- Не успокаивайте меня. Лично мне все понятно. Надо было не прятать голову в песок, а спросить у Мухина Егора Вячеславовича, что означает наколка "Юра" на колене. А я делала вид, что ничего не замечаю, что меня устраивает байка об амнезии. Впредь буду умнее, не буду сердобольной.

- Но это хорошо, когда человек не растратил жалость к незнакомым людям. Человек погружается в свое горе, считает себя самым несчастным, а свое горе несоизмеримо большим по сравнению с чужими бедами, и не замечает, как черствеет, как превращается в живой труп... Это я о себе. Думал, работа меня спасет, но не мог сосредоточиться, наделал массу ошибок, оставался бездушным к чужим проблемам. Я не говорю, что чужие проблемы должен пропускать через себя, но нельзя презрительно относиться к людям... Тамара Александровна, я очень хочу вам помочь.

- Чем? Найдёте Юрия, приведёте его ко мне, и... что дальше?

- Вы не хотите во всем разобраться?

- Хочу, - призналась она через некоторое время. - И злюсь я не от того, что меня обвели вокруг пальца, а потому что не верю неоспоримым фактам. Сергей Дмитриевич! Я не верю, что мужчина, с которым я прожила вместе два месяца, принимал мою заботу и тихо подсмеивался надо мной.

- Значит, будем разбираться. Будем?

- Будем! Что я должна сделать?

- Отдать мне пуловер, который вы подарили Егору Мухину. - Бирюков нарочно назвал мужчину именем, которым он представился Воробьевой. - Он его надевал?

- Пару раз. А что вы хотите с ним делать?

- Надеюсь найти на нем волосы и провести экспертизу ДНК. Установить... или опровергнуть родство Мухина с Филимоном Двигубским. К вам заедет наш эксперт, заберет пуловер, а заодно снимет отпечатки пальцев в квартире...


Когда счастливая Виталина вернулась домой после встречи с Олегом Стаканчиковым, то застала всю дружную семью за круглым столом. Несмотря на поздний час, они уплетали плюшки, запивая их ароматным чаем с бергамотом. В углу кухни о чем-то вещал телевизор, но на него никто внимания не обращал, слишком занимательной была беседа.

Вита подумала, что сестра забыла о договоре, выпытала у отца о его родственнике, и теперь пребывает в привычном для нее состоянии - выдает прогнозы на будущее.

Катька задорно подмигнула запоздавшей к чаепитию сестрице, чем окончательно убедила ее в догадках. Но оказалось, речь идет о посторонних вещах.

- ...И если толщина верхнего слоя Земли увеличивается на метр за сто лет, - продолжала развивать свою мысль Катерина, - то за пятьдесят лет - на полметра...

- За десять лет на десять сантиметров, - подсказала Вита. Катя послала ей воздушный поцелуй, будто благодарила за подсказку - сама уж точно не дотюмкала до таких сложных вычислений.

- Если я буду стоять на одном месте пятьдесят лет, то закопаюсь почти на треть своего роста. Чуть больше. Мой рост составляет сто шестьдесят пять.

- Это нам известно, - хохотнул папа и обратился к вновь прибывшей, - Вита, девочка моя, как твои дела?

- Все хорошо, папуля.

- Ты отлично выглядишь, дочура, - улыбнулась мама и поцеловала ее в висок.

- А я, а я? - напомнила о себе Катька.

- Ты прекрасна, спору нет, - ответила за всех Виталина. - В школе все нормально?

- В школе? В школе все идет своим чередом. Учителя учат, ученики учатся...

- Охранники охраняют, уборщицы убирают, - добавила сестра.

- Ты и сама всё знаешь, до-чу-ра, - подразнила ее Катерина.

- Откуда взялся шквал эмоций на закате рабочего дня? - удивилась Виталина. - Премию получила? Или сразу медаль на грудь повесили?

Катька, как всегда, брякнула не по теме.

- По календарю Майя продолжительность суток равнялась тридцати шести часам. Но случалась ядерная война - цивилизация была развита, будь здоров! - закатила она глаза, - в связи с чем, вращение Земли изменилось до двадцати четырех часов.

- Трагическая история, - запричитала Вита. - Этак еще разок подобное произойдет, и в сутках будет часа три. Только родился, туда-сюда, и пора на пенсию.

- На пенсии хорошо, - расцвела сестра, как кот Матроскин, рассказывающий о своем хозяйстве. - Сколько хочешь, спи, чем хочешь, тем и занимайся!

- Это ты сейчас так думаешь, - вставил отец, - потому что до пенсии еще далеко. А когда время подойдет, закручинишься, станешь жаловаться на быстроту течения времени.

- Филимоша, пора спать. Завтра рано вставать, - сказала мать и сладко зевнула, интеллигентно прикрыв рот ладошкой.

- Я тоже с ног валюсь, - призналась Вита.

- Ты бы чаю выпила, - гипнотизируя ее глазами, посоветовала сестра.

- Я не голодна.

- А я тебе не предлагаю наесться плюшек под завязку. Посиди со мной за компанию, чаю с лимоном выпей.

- Мариша, пойдем, девочки хотят пошептаться.

- Спокойной ночи, дорогие родители, - пожелала им Катерина и одарила благодарной улыбкой. Виталина мысленно пребывала еще рядом с Олегом, поэтому ограничилась кивком головы.

Едва за родителями закрылась дверь кухни, Катька прошипела:

- Дал Бог сестру. Сказано - блондинка.

- Не надоело повторяться?

- Хочу тебя перевоспитать.

- Начни с себя, - светским тоном позволила сестра. - Выкладывай, какое открытие сделала сегодня, за что и получила шнобелевскую премию. Недаром ты вся светишься.

- То медаль, то премию, - недовольным голосом проговорила сестра. - Речь идет о спокойствии человека...

- О жизни и смерти, - подсказала Вита.

- Для кого-то потеря любимого человека приравнивается к смерти.

- Ты о Воробьевой?

- Нет, о Папе Римском! Не тупи! Сейчас я с головой погружена в расследование.

- Есть новости?

- Есть, - сдавленным шепотом сообщила Катерина и принялась разливать чай. Сестра терпеливо ждала продолжения. - Вита, я всё знаю. Но до конца еще далеко.

- Могу я спросить, откуда? Том Санна сама тебе все выложила?

- Она не тот человек. Из нее лишнего слова не вытянешь. Но, несмотря на ее отчужденность, она мне нравится. Хорошая тетка. Умная, сдержанная, справедливая. И мне обидно, что нашелся человек, который влез к ней в душу, наплевал и скрылся.

- Можно по порядку?

- Мне несложно. Утром я увидела Воробьеву на школьном крыльце. Она разговаривала по мобильнику. Проходя мимо, я услышала последнюю фразу! - возликовала Катька, что походило по испуганной тональности на легендарную реплику Архимеда, брошенную им за мгновение до смерти римскому легионеру, который занес над ним свой меч: "Не тронь моих чертежей!" Так показалось впечатлительной Виталине.

- Что она сказала? - подтолкнула она к продолжению. Манера сестры затягивать рассказ, делать значительные паузы в острых моментах, интриговать ее раздражали. Ей хотелось поскорее завершить диалог, лечь в кровать и мечтать, мечтать. До тех пор, пока не уснет.

- Том Санна сказала, что обязательно придет в назначенное время, - голосом трагической актрисы, стоящей у края бездны, произнесла Катерина Двигубская.

- Куда?

- Матерь Божья! Как трудно разговаривать с влюбленной девицей, чьи мысли направлены в одну сторону.

- Все сказала? Тогда я иду спать!

- И тебе совсем не интересно, что я узнала?

- Если будешь двигаться с такой скоростью, то я обо всем узнаю к утру. Это в лучшем случае. И мне, как и родителям, тоже нужно рано вставать.

- Можно подумать, я бью баклуши, и мне рано вставать не надо!

- Короче, Склифосовский!

- Для особо бестолковых объясняю - Воробьева договорилась о встрече с Бирюковым в детективном агентстве. И я после уроков потащилась за ней. "Случайно" столкнулась с ней недалеко от конторы Бирюкова, мы поболтали, я ее отвлекла и бросила в ее сумку...

- Гранату! - глупо хихикнула Вита.

- Счастье от встречи с любимым затмило разум. Тебе не кажется, что мы поменялись местами? Скоро ты будешь создавать нам проблемы.

- Счастье разум не затмило, местами мы никогда не поменяемся, повторяться не нужно. Еще есть вопросы?

- Есть. Слушать будешь или разойдемся по кроватям?

- Буду.

- Тогда продолжаю. Я отвлекла внимание Том Санны и подбросила ей в сумку диктофон.

- Включить не забыла?

- Кто б говорил!

- Но как тебе это удалось?

- Я знаю, что она вечно ходит с незастегнутой молнией на сумке и постоянно пребывает в своих мыслях. Поэтому отвлечь и подбросить диктофон не составило труда. У Бирюкова Воробьева была долго. Я сначала на улице ждала, потом замерзла и зашла в кафе. Пристроилась за столиком у окна с чашкой капучино и продолжила наблюдение. Не успела допить кофе, как из дверей детективного агентства показалась Тамара в сопровождении мужичка.

- Сергей к ней охрану приставил?

- Не думаю. У мужичка не те габариты, чтобы дам охранять: длинный, как жердь, и худой-прехудой. В руках нес чемоданчик стального цвета. Я вылетела на улицу и в последний момент успела заметить, как они садятся в автомобиль. Мужичок - за руль, наша Тамара - рядышком с ним.

- Меж собой вели беседу?

- Оживленной беседы я не заметила. Оба были сосредоточены.

- Ты их проворонила?

- Как бы не так! Остановила частника и поехала за ними. Когда добрались, поняла, что Томочка привезла мужичка к себе домой. До этого я у Воробьевой никогда не была, но быстро сообразила, что не в гости пришла: подъездную дверь открыла свою ключом. Я проникла в подъезд следом за ними, вычислила квартиру и призадумалась, как мне диктофон себе вернуть. Заранее не разработала план по возвращению. Ты же знаешь, я действую спонтанно. Была уверена, что труда мне это не составит. Но появился третий лишний. Медлить было нельзя - того и гляди, Тамара обнаружит в своей сумке мой диктофон. Набралась я наглости и позвонила в дверь. Не рассчитывала, что дверь распахнется тотчас. Даже струхнула малость. Воробьева совсем не удивилась моему приходу, слишком была чем-то озабочена. Чем, я поняла чуть позже, когда в ее квартире очутилась. Там все было перевернуто верх дном. Я объяснила, что мне срочно нужны деньги, но в такой ситуации не умею права просить о материальной помощи. Но выпросила стакан воды. Пока хозяйка ходила за водой в кухню, я легким движением руки выудила из чужой сумки свой диктофон. Потом выпила воды, спросила, вызвали ли полицию. На что опешившая от странных событий Тамара откровенно призналась, что ее делом занимает лучший сыщик в городе. И сейчас он будет здесь. Встречаться с Бирюковым в мои планы не входило, и я быстро унесла ноги. Хочешь прослушать запись на диктофоне?..


- Значит, на фотографии брат нашего отца, - высказалась Виталина после того, как два раза прослушала разговор Бирюкова и Воробьевой, записанный на диктофон.

- Наш с тобой родной дядя. Уголовник со стажем.

- Откуда ты знаешь его стаж?! У нас нет доказательств, что он из тюрем не вылезал.

- Умело уходил от правосудия.

- Ладно, не хочу с тобой спорить. Сейчас речь не об этом. На электробритве, которой пользовался мужчина, проживший у Воробьевой два месяца, нашли отпечатки пальцев Юрия Двигубского. Но Воробьева его не опознала. Внешность изменить можно, отпечатки пальцев - никогда. Следовательно, это был наш родственник. В амнезию я не верю. Но верю в то, что оступившийся один раз человек может в корне изменить свою жизнь. Время, проведенное в колонии, заставило его задуматься. Подумав, он принял правильное решение. Документов на руках у Юрия не было, и вновь становиться Двигубским было нельзя - его бы нашли, добавили срок и вернули в колонию.

- Он превратился в Мухина Егора Вячеславовича, - подсказала Катерина, внимательно следя за развитием событий в изложении сестры, будто слышала об этом впервые.

- Не думаю, - наморщила лоб Вита. - Он мог стать Мухиным специально для Воробьевой. Когда-то присвоил себе чужие документы, которые впоследствии ему пригодились.

- Когда назрела необходимость, - вставила Катя. - Но человек с чистой совестью не будет скрываться, и жить по поддельным документам.

- Ты права, - помедлив, согласилась сестра. - Но сначала у него не было выбора - его объявили в розыск, а после привык к чужому имени, сроднился с ним, в очередной раз проявил свои коммерческие способности, повезло - разбогател. И...

- Что "и"? - поторопила Катюша. - Витка, не тормози!

- И в итоге кому-то перешел дорогу. Если все было так, то он на самом деле потерял память с чужой помощью, как и говорил Бирюков. И ему засунули в карман паспорт на имя Мухина.

- Поэтому он не скрывал наколку на колене с именем Юра, умысла в его действиях не было. Но не мог ее не видеть. Почему не задался вопросом, не поговорил об "открытии" с Тамарой?

- Видел, пытался вспомнить, а Тамаре ничего не говорил, чтобы она не стала подозревать его во лжи.

- Вита, кажется, у тебя в сумке мобильник разрывается.

Девушка побежала в прихожую, где на пуфике лежала её сумка. Сграбастала сумку и скрылась в ванной. Катерина на цыпочках приблизилась к двери и стала нагло подслушивать. Сразу сообразила, кто звонит, а потом разговор двух влюбленных перестал ее занимать. И не потому, что они выражали словами отношение друг к другу, а до чужих охов, ахов ей не было дела: сестра больше молчала, вставляла короткие вопросы, которые не могли подсказать сообразительной Кате, о ком или о чем идет речь.

Виталина засела в ванной, а сестра, полная жажды расследования, загрустила. Накинула пальтецо и отправилась на лоджию подышать свежим воздухом. Во дворе было так тихо, что казалось, будто слышно шуршание падающих снежинок друг о друга. Но это терлась сережка о воротник "любимого" серо-невзрачного пальто, которое попалось Кате под руку. Она закуталась посильнее, пристроила локти на оконную раму и принялась изучать хмурое небо. Откуда ни возьмись, показалась одинокая звездочка. Катька представила, что они одни во всей вселенной. Она и одинокая звезда. На взлете космических мечтаний возник посторонний шум. Девушка опустила глаза и заметила одинокую мужскую фигуру. Фигура, заметно прихрамывая, шествовала через двор. Катерина заключила, что любитель ночных моционов поддел ногой увесистый камень. Звук от соприкосновения ноги и камня разлетелся по всей округе и помешал ей наслаждаться общением с мерцающей звездочкой, которая от обиды скрылась. Двигубскую не интересовал хромающий незнакомец. Мысли вновь вернулись к Воробьевой и ее неблагодарному поклоннику. Неожиданно она решила, что это именно он перевернул в квартире Том Санны все верх дном. Спрятал что-то ценное, вернулся за ним, а этому ценному кто-то "приделал ноги". Ясно, кто - хозяйка квартиры. Для нее эта великая ценность была сущей безделицей, но отправить ее в мусорное ведро не решилась - вдруг вернется Мухин, поэтому спрятала подальше. Если он вернется, то обязательно потребует у Томы вернуть свою вещь: с прошлым его связывает любая мелочь, и этих мелочей раз, два и обчелся... Но он предпочел вернуть ее себе, когда хозяйки не было дома. Это значит, что амнезия была липовой, а этот человек опасен для общества. И Тамаре грозит опасность.

Что же это за вещь такая? - подумала Катерина, подрагивая от холода, бесцеремонно прокравшегося ей под пальто. Пришлось возвращаться в теплую кухню.

Постояла у двери ванной, послушала сестринское "надо же", с осуждением покачала головой из стороны в сторону, как чернильница в старом детском фильме "Снежная королева". От злости вымыла посуду, не разбив ни одной тарелки, ни одной чашки. Снова постояла у двери ванной, повздыхала, и уже собралась идти в спальню, но появилась Вита.

- Зачем он звонил? - сразу перешла к делу сестра.

- Надо было, - уклонилась от ответа Виталина.

- Мог бы подождать до утра. Не стыдно беспокоить людей в такое позднее время?.. Чего ты молчишь?

- Размышляю о странности жизни.

- Это тебя твой зануда подвиг к размышлениям?

- Он не зануда!

- Зануда, зануда, ты сама говорила. Как могут вместе уживаться две зануды?!

- Я с ним не уживаюсь!

- Вы не могли бы поделиться планами на будущее, - противным голосом попросила Катерина, придвигая к губам сестры в качестве микрофона толкушку для пюре, неизвестно каким образом оказавшуюся в руках.

- Кать, мне не смешно. У Олега трагедия в жизни...

- Попал вилкой в глаз?

- Мне кажется или ты на самом деле невзлюбила человека, которого никогда не видела?

- Не люблю наглых мужчин, которые беспокоят людей среди ночи. И не люблю нытиков, которые жалуются женщинам.

- Олегу хотелось с кем-то поделиться. И он не ныл.

- Что у него случилось? - снизошла до вопроса Катерина.

- Он вернулся домой и застал там...

- Грабителя! Или мать в объятиях любовника!

- Я пошла к себе!

- Усики-пусики, какие мы ранимые! Сиди и рассказывай.

- В таком тоне я отказываюсь разговаривать.

- Простите-извините, дорогая Виточка, - просюсюкала Катька.

- И язвить не нужно!

- Ладно, обещаю быть тише воды. Хотя, сравнение так себе. У наших соседей так гудит вода, будто это сирена гражданской обороны.

- Это не вода, это кран.

- Ты, как всегда права, - заискивающе произнесла Катя и предложила сестре продолжить рассказ.

- Олег вернулся домой после нашего свидания, и застал в квартире своего отца, которого он никогда не видел.

- Здрасте дети, я ваш папа, я работаю попрошайкой на рынке, - скороговоркой проговорила сестра, позабывшая свое обещание. - Не могли бы пригреть меня лет этак на ...надцать. Хотелось бы душой отдохнуть в вашем уютном жилище.

- На попрошайку новоявленный папаша не похож. Одет прилично, и выглядит достойно. Сказал, что случайно оказался в нашем городе, вспомнил о старой знакомой, это он о матери Олега, и решил навестить. И каково же было его удивление, когда она призналась, что у него есть взрослый сын. Когда он без объяснений покинул возлюбленную много лет назад, то не знал, что у нее через семь месяцев родится их общий ребенок.

- Почему она не призналась?

- Об этом Олег мне не сказал.

- Может быть, это вовсе не его отец?

- Зачем матери обманывать. Она ему и так все годы говорила неправду.

- Про летчика-испытателя?

- Чего ты привязалась с этим летчиком-испытателем?! Других версий нет?

- Есть, но не хочу в очередной раз выглядеть девушкой с заурядной фантазией. Я в этих вопросах неопытна, всю жизнь, тьфу, тьфу, тьфу, - поплевала она через левое плечо, - живу в дружной полноценной семье.

- И никогда не догадаешься, что говорила мать сыну об отце!

- Дай подумать, - пробормотала Катерина, не спуская глаз с сестры, сидящей напротив нее с непроницаемым лицом. - Она сказала, что ее изнасиловали. Когда узнала о беременности, хотела сделать аборт, но поняла, что ввиду возраста замуж не выйдет, детей в законном браке не родит, и оставила ребенка.

- Ты в своем уме?! Представь себе состояние сына, когда он узнает, от кого был зачат. От насильника! От человека с психическими отклонениями! И эти отклонения могу сказаться на нем. Будет с этим жить, бояться подойти к женщинам, замкнется в себе, но гормоны играют, улица зовет, короткие юбки впечатляют. И однажды он повторяет действие отца. Как тебе развитие событий?

- Что-то я погорячилась, - вздохнула Катька. - Но не в пробирке же он был зачат!

- Удивительно, но ты угадала. Именно, так объяснила мать сыну его появление на свет.

- Разве в те годы уже были подобные случаи?

- Были, я читала, что первый ребенок "из пробирки" в СССР родился в середине восьмидесятых годов. Это была девочка. В случае с Олегом оказалось всё банально - у него есть биологический отец, который до сегодняшнего дня не знал о его существовании.

- А фамилия Стаканчиков чья?

- Это фамилия матери, а отчество ему досталось от деда, отца его матери.

- А как отца зовут?

- Я не спросила. Какая разница, как его зовут?

- Большая! Может, он проходимец или бандит с большой дороги... Или того хуже...

- Ты о чем?

- Витуся, ты не подумала, что этот новоявленный папочка не кто иной, как Юрий Двигубский. Погастролировал у Тамары, потом еще где-то, потом появился в доме Стаканчиковых. У них был роман в далеком прошлом, отношения закончились, когда Юрий оказался в колонии. Бывшая возлюбленная скрыла свое интересное положение, и сыну ничего не рассказала об отце. Лучше пусть будет ребенком "из пробирки", чем иметь нехорошую наследственность. Но самое ужасное то, что в этом случае получается, что ты и Олег - двоюродные брат и сестра. Ну, и я тоже. И ваше занудство тому подтверждение.

- Причем здесь занудство! Можно подумать, это редкое качество!

- Ты потому и злишься, что вполне допускаешь возможность вашего родства. И хорошо, что мы об этом узнали сейчас. Пока не поздно. А то бы вышла замуж за своего двоюродного брата.

- Не собираюсь я за него замуж, сколько раз тебе говорить.

- Теперь-то уж, конечно...

- Катя! Ты так говоришь, будто не сомневаешься в том, что отцом Олега является Юрий.

- Почему не сомневаюсь, сомневаюсь. Поэтому у тебя есть надежда.

- Чем бы мне тебя огреть по голове? - спросила Вита и осмотрелась.

- И на тебе сказываются преступные наклонности! Наверное, в нашем роду были разбойники, но об этом все постарались забыть. Но гены дали о себе знать, проявились у Юрия. Но если ты хочешь получить опровержение, то должна мне помочь.

- Чего не наговоришь, чтобы заручиться поддержкой сестры! Что я могу помочь? - спросила сговорчивая старшая сестра.

- Вытряси из Олега всю информацию об отце, который свалился ему на голову, а я отправлюсь к Бирюкову и попрошу всё о нем узнать.

- Катя, не надо никуда ходить. Это не наше дело, пусть Стаканчиковы сами разбираются со своим гостем. Мне все равно, родственник он нам или не родственник. Не думаю, что наши отношения с Олегом продлятся долго. Я с ним быстро устаю, он много говорит, это меня утомляет. Исподтишка поглядываю на часы, словно тороплю время или боюсь куда-то опоздать. Не могу сказать, что он оставляет меня равнодушной, что что-то меня в нем напрягает. И твоя реплика о звонке среди ночи застряла у меня в голове. Мужчина должен сам разбираться со своей проблемой, это девушка сразу звонит подруге, делится секретами и просит совета.

- Ладно, пусть это будет не дядя Юра. И тебе нет дела до сложных отношений в семье Стаканчиковых. Но этот человек не появлялся в нашем городе много лет, а сейчас вдруг появился. Совпадение? Или он охотится за Егором Мухиным, который на самом деле является Юрием Двигубским. Они были в прошлом знакомы, потом случайно встретились, замутили какое-то дельце, Юрик его кинул и смылся. На кону жизнь Том Санны, у которой Юрий что-то оставил.

- Катька, ты меня запутала в конец.

- Никого я не путала, просто ты ищешь повод отказаться, сейчас кажешь, что у меня больное воображение, надо меньше лопать на ночь булочек! - возмутилась Катерина и снова помянула недобрым словом бессердечных людей.

- Зато тебе до всех есть дело, особенно до Бирюкова! - рявкнула Вита и показала язык.

- Ты на что намекаешь? - усиливая голос к концу предложения, выпалила сестра.

- Я говорю прямо - ты к Сергею Дмитриевичу неровно дышишь, несмотря на то, что он годится тебе в отцы.

- Дура ты, Витка! Круглая-прекруглая! Как луна в полнолуние.

- Причем здесь луна, - передернула плечами Виталина. - И злишься ты потому, что я права.

- Он мне в отцы не годится, это ты загнула.

- А в остальном я права, - развеселилась Вита.

- Да, он мне нравится. Мне и Федька нравится, что с того? Но я обоих не рассматриваю в качестве своих бой-френдов. Бирюков совершенно не замечает женщин, не может забыть свою жену, и не забудет никогда. Не знаю, захочет ли он когда-нибудь жениться еще раз. А Федька мой хороший друг. Мне приятно с ним общаться. Мы с ним очень похожи по характеру.

- Это точно, у обоих ветер гуляет в голове.

- Но нам не скучно жить. Не то, что некоторым занудам! Он зануда, она зануда, общаются высокопарными словами, держат марку, боятся упасть лицом в грязь, постоянно себя контролируют. Ску-ко-та! Сама это подтвердила.

- Скукота, - сразу согласилась Витка. - В присутствии Олега я, вообще, боюсь рот открыть, чтобы не сказать какую-нибудь чушь, потому и усыпаю.

- А ты скажи! И посмотри на его реакцию. Если скривится и начнет умничать, то пошли его подальше и уходи пока не поздно.

- Что значит, пока не поздно? Моей жизни ничего не угрожает.

- Вита, не парь мне мозг! Ты поняла, что я имела в виду. Не заметишь, как втюришься по уши, невзирая на его заумное занудство, больше похожее на гипноз, выйдешь за него замуж, обзаведешься детьми, и начнешь себя изводить вопросами: зачем мне это нужно, если кроме детей нет никаких радостей жизни? Всё просчитано, всё распланировано на двадцать лет вперед. Ску-ко-та!

- И секс по расписанию!

- Бесспорно!

- Но Олег говорил, что встреча со мной его меняет в лучшую сторону. Я не знаю, каким он был раньше.

- Ты веришь в эти перемены?

- Пусть все идет своим чередом. Не хочу больше обсуждать мои отношения с человеком, которого я почти не знаю. Вдруг завтра встречу другого мужчину и полюблю его с первого взгляда.

- Завтра у нас есть дела поважнее - надо что-то решать с Воробьевой.

- Катя, если ее проблемой занимается Бирюков, то мы можем спать спокойно.

- На Бирюкова надейся, а сам не плошай...

В дверь робко позвонили. Коротко и боязливо, как будто не желали потревожить хозяев, но явно надеялись, что звонок услышат.

Сестры переглянулись.

- Кто это может быть? - шепотом спросила Катерина, словно нежданный гость обладает суперслухом.

- Откуда я знаю, - напряженно ответила Виталина.

- Давай не будем открывать.

- Давай. Но он будет трезвонить и разбудит родителей.

- Думаешь? - нахмурилась Катька.

- Подождем, - дрожащим голосом сказала Вита.

Не сговариваясь, они гуськом проследовали в прихожую. Впереди, естественно, Катя, позади ее сестра.

- Не дыши мне в шею, - повернув к ней голову, прошипела Катерина.

- Боишься, продует, заболеешь, и расследование без твоего участия зайдет в тупик.

- Нашла время для шуток.

Продолжать перепалку они не стали, добрались до входной двери. Вита открыла рот, чтобы что-то сказать, но сестра приложила к губам указательный палец, приказав молчать. За дверью послышался шорох.

Катька присела на корточки и потянула за свитер сестру, чтобы та к ней присоединилась. Виталина не поняла, зачем им это делать, на низком уровне гость все равно услышит их разговор, но все же подчинилась.

- Вдруг это твой Олег приперся, - прошептала Катя сестре на ухо.

- Зачем? - пошевелила губами Вита, не забыв усмехнуться - да, они с Олегом две зануды.

- Не договорил. Или захотел тебя увидеть. А ты как услышала его имя, так вся расцвела.

- Ничего я не расцвела.

Девушки надеялись, что за дверью послышатся удаляющиеся шаги, но гость не уходил. И в дверь больше не звонил.

- Мы ведем себя, как две дебилки. Надо посмотреть в глазок, - нашлась Катька.

- Вот и посмотри.

- Боюсь.

- Чего ты боишься? Привидения?

- Не знаю, но боюсь. Вдруг это на меня охотятся? Как думаешь?

- Кому ты нужна.

- Тем людям, которые проникли в квартиру Воробьевой. Они ничего не нашли и выставили наблюдение. Видели, как я зашла в подъезд следом за Тамарой и ее сопровождающим, уточнили, куда я направляюсь, а когда я вышла, начали за мной следить.

- С какой целью?

- Они решили, что вещь, которую спрятал Мухин в квартире, теперь находится в моих руках.

- Почему она оказалась в твоих руках?

- У Тамары не было другого выхода... Это они так подумали... на мое горе. И теперь...

Излагаемые сдавленным шепотом предположения были прерваны вторым по счету звонком в дверь. Этот звонок сестрам показался более требовательным.

- Витуся, они сейчас сломают дверь. Надо звонить Бирюкову.

- Иди к черту, - прохрипела сестра, встала на ноги и заглянула в дверной глазок. Изучение заняло несколько секунд. - Я решила открыть дверь. Отодвинься, - приказала она Катерине, сидящей на корточках.

- Не уйду.

- Все равно я открою и сдам тебя бандитам, чтобы ты впредь была умнее и не лезла в чужие дела. Почему мы должны страдать по твоей милости.

- Виточка, ты шутишь? - со слезами на глазах проблеяла Катюша. - Скажи, что шутишь... Позвони Бирюкову, а я пойду будить родителей.

- Не нужно никого беспокоить. Научись отвечать за свои поступки.

- Кажется, я поняла. Там за дверью твой ненаглядный Олежек. Ты его увидела, и начала меня терроризировать.

- Не угадала. Можешь проверить.

Катька с трудом поднялась на затекших ногах, не по-доброму взглянула на предательницу сестру, потом принялась изучать гостя через дверной глазок.

- Ничего себе, - протянула она и распахнула дверь...


Воробьева наотрез отказалась обращаться в полицию, пояснив, что раз ничего не пропало, то какой смысл? Человека, вломившегося в ее квартиру, никто искать не станет. Бирюков не настаивал, быстро разобрался в причинах: Тамара догадывается, что дело напрямую касается Егора Мухина или Юрия Двигубского. Нужное подчеркнуть. Сергей уверен, что это Двигубский, Тома почему-то не желает это принять. Не хочет опознать мужчину по фотографии.

По ее словам был составлен фоторобот мужчины с амнезией, исчезнувшего после двух месяцев совместного проживания. Налицо было явное сходство с Юрием Двигубским. Для большей убедительности Юрия "состарили" с помощью компьютерной графики, удалил шрам на подбородке. Две фотографии выложили перед Воробьевой и попросили "найти десять отличий". Она удивилась упорству Бирюкова и, хмыкнув, ответила:

- Неужели не видно, что это два совершенно разных человека.

И опять стала указывать на глаза.

Уставший, измученный Сергей не стал спорить...

Результаты экспертизы ДНК волос, обнаруженных на свитере, который подарила Тамара Егору Мухину, он же Юрий Двигубский, не подтвердила его родства с Филимоном Двигубским, чем окончательно запутала Бирюкова.

Не отдавая отчета своим действиям, сыщик отправился в магазин мужской одежды "Триумф", где приобрела свитер Воробьева.

Администратор магазина решила, что мужчина пришел вернуть товар, и потребовала чек на покупку и паспорт. Сергей предъявил удостоверение частного детектива, сказал, что свитер является уликой в деле об... убийстве, чтобы молодая женщина была словоохотливей, и попросил содействия. Она тут же призналась, что купила свитер мужу в подарок на день рождения. Но свитер ему не понравился. Пришлось вернуть. Конечно, муж свитер не носил, только примерил.

- Фамилия вашего мужа, - грозно потребовал Бирюков.

- Зачем вам его фамилия? Он только...

- Фамилия!

- Мухин Егор Вячеславович, - нервно потирая кисти рук, сказала женщина.

У детектива неожиданно зачесалась голова, будто в волосы запустили тысячу муравьев.

- Как вы сказали? - переспросил он, сдерживая желание прогнать муравьев.

- Мухин. Егор. Вячеславович, - отделяя друг от друга фамилию, имя и отчество, произнесла она. - А меня зовут Мухина Оксана Валерьевна. Мы женаты не так давно, поэтому я плохо знаю вкусы мужа. Ошиблась с выбором подарка.

Кое-что начало складываться в мозгу детектива. Речь идет о втором Мухине, прописанном в спальном районе в обычной панельной девятиэтажке, соседкой которого является дама в ядовито-сиреневом халате с прической а-ля Мирей Матье. Она приняла любвеобильного квартиранта за хозяина квартиры Мухина, который купил квартиру у сына старушки, которая оставила её ему в наследство. Вот такая цепочка. А после сделки с недвижимостью Мухин вышел из риэлтерской конторы и сел в автомобиль "Опель Астра", за рулем которого сидела женщина. И этой женщиной была Оксана Валерьевна, в ту пору его невеста.

- Мухин Егор Вячеславович, тысяча девятьсот шестьдесят пятого года рождения. Прописан... Вам, Оксана Валерьевна, принадлежит автомобиль "Опель Астра", госномер...

- Откуда вы знаете? - промямлила опешившая женщина. От неожиданности она перестала нервно потирать руки, скрестила пальцы и уперла их в подбородок. На лице отразилось не столько непонимание, сколько неосознанный испуг. Можно подумать, сыщик предсказал ей нерадостное будущее, а никак не озвучил настоящее, в которое он был невероятным образом посвящен.

- Работа такая, - уклонился он от прямого ответа.

- Но вы же не хотите сказать, что Егор... замешан в деле об убийстве? Даже не думайте! Он на такое не способен! Он прекрасный человек! Он...

Добросердечное отношение к людям вновь вернулось к сыщику. И пусть эта женщина не нуждается в его помощи, но очень нуждается в искренности.

- Успокойтесь, никто вашего Мухина ни в чем не подозревает. Я занимался поисками другого Мухина, его полного тезки. Успел кое-что узнать о вашем Егоре. Но дальше в расследовании не пошел, понял, что ВАШ Мухин не имеет отношения к нужному мне Мухину.

- А свитер?

- Так звезды сошлись, - улыбнулся сыщик. На ум пришли слова героя Никулина в кинокомедии "Бриллиантовая рука": "Здорово, что этот парень с Колымы оказался хорошим человеком"... Пусть не совсем близко по тексту, но как-то так... Важен смысл.

Хороший или плохой человек Мухин номер два, это не ему, Бирюкову, решать. Раз его так отчаянно полюбила женщина Оксана, то значит было за что.

И Диана... Стоп! - мысленно приказал себе Сергей. - Пока я должен отодвинуть воспоминания. Иначе никогда не разберусь с этими махинациями... Что делать дальше? А дальше, вспоминая очередную цитату из "Бриллиантовой руки", следует непереводимая игра слов с использованием местных идиоматических выражений. И выражения эти касаются Том Санны Воробьевой - женщины, к которой обозленный на всех сыщик испытывает трогательные братские чувства. И как названный братец обязан разобраться в ее упорстве... Эх, знать бы под какой фамилией все эти годы жил Юрий Матвеевич Двигубский. Знать бы, тогда бы...

Не ищите легких путей, уважаемый сыщик! - мысленно призвал себя Сергей. - Но не карабкайтесь по высоким горам, не плывите по опасным рекам, не бейтесь головой о непробиваемую стену... Знать бы, знать бы... А не прибегнуть ли к помощи Михаила? На него вся надежда, если исходить из того, что Двигубский, действительно, потерял память, когда на минутку отлучился из дома, который находится в другом городе. Мишка мне быстро предоставит информацию по без вести пропавшим людям с фамилиями, фотографиями, особыми приметами. Раз внешность Мухина не претерпела значительных изменений, то выяснить под какой фамилией он жил после побега из колонии будет несложно...


Михаил с таким азартом откликнулся на просьбу Бирюкова, что тот сразу сообразил - молодой папаша устал от пеленок-распашонок.

Сергей поставил перед ним задачу, ограничив поиски пропавшего человека временными рамками - не более полугода, но не ограничивая географией. Без сомнения Двигубский проживал в другом городе, вернуться в родной город он не решался. Пока не случилась амнезия.

Заниматься другими делами сыщик не мог, поэтому, промаявшись некоторое время, зашел в кабинет к Михаилу и пристроился рядом с ним.

У привыкшего к постоянным передвижениям Сергея ныла спина. Хотелось встать, размять ноги, выпить кофе, но он терпел.

И терпение было вознаграждено.

С монитора на него смотрел уже знакомый мужчина, некогда носивший фамилию Двигубский. Трупс Филипп Юрьевич. Исчез двадцать девятого октября прошлого года.

- И где ж ты болтался девять дней, господин Трупс?! А потом неожиданно появился в супермаркете нашего города без денег и с чужими документами в кармане. И где сейчас ходишь-бродишь? - задумчиво протянул Сергей Дмитриевич. - Миха! Быстро мне всю информацию по этому Трупсу! - И вышел из кабинета, чтобы не "сидеть над душой" у гения.

Вскоре вся информация лежала перед сыщиком на столе.

Филипп Юрьевич появился в городе Калач-на-Дону, расположенном в Волгоградской области, через несколько месяцев после побега из ИК Юрия Матвеевича Двигубского. Через полгода женился на местной жительнице. Взял ее фамилию. До этого носил фамилию Карапетов. Догадливый Михаил дополнительно предоставил информацию по Карапетову Филиппу Юрьевичу, жителю города Волгограда. Он погиб в железнодорожной аварии, случившейся незадолго до прибытия поезда Нижневартовск - Волгоград в конечный пункт следования. Поезд столкнулся с фурой, застрявшей на переезде. Первые два вагона сошли с рельсов и перевернулись, десять человек получили травмы разной степени тяжести, три человека погибли, в том числе и Карапетов Филипп Юрьевич, чья личность была установлена позже. Странно, но у человека, следующего поездом Нижневартовск - Волгоград, не оказалось при себе документов.

Не трудно сложит два и два и понять, что его паспорт перекочевал в карман беглого каторжанина, которого ввиду приятной наружности могла разместить в своем купе проводница, заскучавшая по крепкому мужскому плечу, - быстро сообразил Бирюков. - Двигубский тоже мог пострадать в этой аварии. Уж точно, обезобразил лицо. Прибыл в город Калач-на-Дону. Каким-то образом познакомился с Варварой Мефодьевной Трупс.. Ясно, каким: Трупс Варвара Мефодьевна в то время работала в больнице операционной медсестрой. Как добрался до Калача, не столь важно. Как-то добрался, мог остановить частника, оказалось, тот следует в Калач-на-Дону, порадовался, что им "по пути". Но любой водитель отвез бы пострадавшего человека в ближайшую больницу. Этот не отвез. Довез до Калача. По просьбе пострадавшего. Юрий предъявил в приемном покое паспорт на имя Карапетова. Никто не стал сличать личность человека на фотографии с изувеченным лицом Двигубского, который мог сослаться на собственную неосторожность, чтобы не вовлекать в дело следственные органы... Однако, счастливчик этот Двигубский. И в аварии выжил, и документами разжился, и жену нашел. Зарегистрировал с ней брак, пока шрамы не сошли, и получил новые документы на имя Трупс Филиппа Юрьевича. А потом Трупс прибегнул к помощи пластического хирурга, удалившего новые шрамы, а заодно и старый на подбородке. Двигубский- Трупс стал применять на деле свои предпринимательские способности. Сначала торговал на вещевом рынке, потом открыл магазин. Один, другой, третий. В итоге стал владельцем сети магазинов детской одежды. Вел честный бизнес: сделал правильные выводы из буйной молодости, приведшей на скамью подсудимых. В браке родилась дочь Ева... В две тысячи десятом Варвара Мефодьевна скончалась от вирусного гепатита. В марте четырнадцатого года Ева вышла замуж. В конце сентября Ева погибла в автомобильной аварии, будучи на седьмом месяце беременности. Через месяц пропал ее отец. О его исчезновении в полицию заявил зять - Крылов Тимур Львович. Он сказал, что после трагедии его тесть страдал провалами в памяти... В голове Филиппа-Юрия всплыло название родного города. На попутках он мог сюда добраться. Подумаешь, каких-то четыреста километров. Не сорок, но и не тысяча с лишним... Загадкой остается наколка на колене с именем Юрий. Неужели Варвара не заинтересовалась несовпадением, не проявила женское любопытство. Но и здесь удача оказалась на стороне новоявленного супруга - кстати пришлось отчество, полученное в "наследство" от настоящего Карапетова: сделал наколку в память о геройски погибшем отце. Мда, все складывалось у Юрия гладко, а потом жизнь сошла с накатанных рельсов, как когда-то поезд... Из близких людей остался один зять. Крылов Тимур Львович. Что за фрукт?.. Гран мерси, Миха... Крылов Тимур Львович, тридцать девять лет, ювелир в четвертом поколении. Был свидетелем по уголовному делу о поддельных золотых украшениях. Свидетелем, значит... Ну-ну... Знаем мы таких свидетелей. Не иначе тесть отмазал. В случае его смерти все наследство перекочует к зятю, который волнуется, призывает полицию к действиям по поиску любимого тестя. Что это - пренебрежение к его наследству? Или вместе с тестем исчезла вещица нереальной ценности? Если Крылов опередил полицию и нашел тестя, то где он сейчас? И куда делась вещица? При нем ее точно не нашли, потому и проникли в дом Воробьевой.

Бирюков долго смотрел на фотографию Трупс Филиппа Юрьевича и понимал, почему Том Санна постоянно твердила о глазах Мухина. У Филиппа был жизнеутверждающий взгляд, проникнутый бодростью, уверенностью в себе, оптимистическим отношением к жизни. Мужчина лучился счастьем. Видимо, фотография была сделана до смерти жены Варвары. Почти такой же взгляд был у молодого Юрия, только добавлена молодецкая беспечность, удаль. Сразу видно - парню море по колено. Человек, проживший два месяца у Тамары, не только состарился внешне, у него был взгляд старичка. Потерянного, смирившегося. Взгляд не бойца. Но в этом взгляде было больше теплоты, завораживающего спокойствия. Он смирился, он ждет. Чего ждет? Своего часа? Тамара по-своему расшифровала его взгляд. Мужчина ждет от нее помощи. Она привыкла помогать родителям, которые беззаветно ее любили, считали красавицей из красавиц. У них была только ОНА. У Мухина тоже была только ОНА.

Или дело не во взгляде, а в нежелании возвращать человека в его прошлое? Но в любом случае поиски Мухина заставили бы Бирюкова всё выяснить. Так и случилось. Но Том Санна пока не в курсе. И как теперь поступить?

Одно успокаивает сердобольного сыщика - Двигубский страдал амнезией. Но успокоит ли это эгоистичную женщину? Человек без прошлого - Мухин Егор Вячеславович - безраздельно принадлежал только ей одной, а незнакомец, которого сыщик назвал Юрием Двигубским, когда-то принадлежал другой женщине, к ней он и вернется. Мухин вернется к Тамаре сам, или его вернет Сергей. Но почему она решила, что Бирюков ограничит свои действия одним возвращением?

Сыщик потребовал у Тамары исчезнуть на время, чтобы не подвергать свою жизнь опасности. Но эту женщину не переубедишь. Сказала "Нет!" и точка. Видишь ли, у нее непрерывный учебный процесс. До весенних каникул еще далеко. А нет бы подумать своей умной головой, что может не быть ни весенних каникул, ни счастья в личной жизни. Ничего уже не будет, если злоумышленник, у которого что-то позаимствовал Трупс-Двигубский, выберет в качестве приманки его новую возлюбленную...


Из умиротворенного сна Бирюкова вырвал ночной звонок. А так приятно было наслаждаться поцелуем с любимой женой Дианой.

Сергей открыл глаза, повертел головой в поисках Дианы, схватил с тумбочки мобильный телефон с одним желанием - избавиться от телефона, посмевшего вернуть его в гнетущее настоящее. На дисплее высветилась фамилия клиентки детективного агентства, которая занимала мысли сыщика всё последнее время.

- Да! - недовольно рявкнул он.

- Сергей Дмитриевич, мне только что позвонили в дверь. Я посмотрела в глазок, но не смогла никого рассмотреть - на лестничной клетке темно. Естественно, я не открыла, но спросила, кто там. Мне ответил озабоченный мужской голос. Он себя не назвал, сказал, что пришел по поручению человека, который жил у меня некоторое время. Этот человек нуждается в моей помощи. Я сказала, что сейчас приведу себя в порядок, и открою... Что мне делать?

- Надо было следовать моему совету! - взорвался сыщик. - Я, вообще, удивляюсь, зачем он звонит, если у него имеются ключи от вашей квартиры. Один раз они уже проникал в ваше жилище без спроса, почему бы не повториться.

- Я замки сменила, - облегченно вздохнула Тома, словно позабыла об этом. Запоздало вспомнила, и теперь точно знает, что дом - ее крепость. - Сергей Дмитриевич, так что мне делать? Вы собираетесь что-нибудь предпринимать? Или решили меня наказать за непослушание чужими руками? - Женщина была на удивление спокойна. Казалось, что речь идет не о ней, а о ее злющем враге, на голову которого она посылает миллион неприятностей.

- Затаитесь и сидите, как мышь! Не вздумайте его пускать в квартиру, чтобы узнать новости о... Мухине.

- За кого вы меня принимаете?!

Возмущение осталось без ответа. Сыщик отключился. Вскоре в подъезде послышалась возня. Тома решила полюбопытствовать. Но в подъезде по-прежнему было темно. Она побежала к окну. Через минуту из подъезда по очереди вывалили два бравых молодца. Каждый из молодцов нашел себе на её этаже пару. При хорошем уличном освещении женщине был заметен испуг на лицах задержанных. Один из молодцов что-то спросил у своей "пары", тот кивнул в сторону внедорожника, стоящего поодаль. И они дружно направились к указанному автомобилю. Молодец бесцеремонно достал из чужого кармана ключи, щелкнул брелоком. Перед тем, как устроиться в джипе, он повернулся к напарнику, бросил несколько слов, затем запихнул "пару" на пассажирское место, сам устроился на месте водителя.

Другой молодец подтащил еще одного задержанного к своему автомобилю. Повторил те же манипуляции, после чего оба автомобиля двинулись в путь. Тома провожала их взглядом, приткнув лоб к холодному стеклу. В ее кармане зазвонил мобильник.

- Тамара, можете спать спокойно, - великодушно разрешил сыщик.

- Сергей Дмитриевич, ваши люди меня опекали?

- А вы думали, я брошу вас на произвол судьбы?! Ошибаетесь. Как говорит наш президент, мы своих не бросаем.

- А я стала вам своей, не чужой?

- Мы с вами чем-то похожи. Я не ошибаюсь?

- Похожи желанием быть хуже, чем мы есть на самом деле. И пусть искусственно незрячие люди не замечают нашей тайной доброты, идущей от сердца, пусть и порционно, пусть не всегда вовремя, и чаще всего запоздало. Кому надо, тот разберется сразу. Как это сделал Егор. Он почувствовал, что под толстым черепаховым панцирем живет нормальный человек с добрым сердцем. Человек, который отвык общаться с людьми на темы, не относящиеся к его профессии. Он боится очередного удара, напоминания о неприятном эпизоде или целой странице из жизни, который или которая мучают его. Причем мучают и без напоминаний, а уж когда тебя кольнут, больно и с лживо-участливой улыбкой на устах, ты теряешь рассудок. Не знаешь, что лучше - дать резкий отпор или расцвести счастливой улыбкой, показывая тем самым свое пренебрежение к болезненному прошлому? И будто бы заранее готовишься, выстраиваешь линию поведения, но вновь теряешься, ведешь себя по-идиотски: что-то мычишь в ответ или сбегаешь, вытирая по дороге выступившие слезы. О какой счастливой улыбке может идти речь! К вам, Сергей, подобное поведение не имеет отношения. Потому что вы может дать отпор. Но не желаете этого. В связи с чем, постоянно скрываетесь под маской черствого человека, жесткого, чтобы никто даже не посмел вступить с вами в разговор на личные темы. А я поселила себя в высокой башне, чтобы никто не добрался до меня, не докричался, не напомнил о комплексах. Я предпочла одиночество унижению. Егор меня раскусил. Никогда не отозвался обо мне снисходительно, не посмотрел с тайным презрением. Он относился ко мне бережно, как будто я хрупкая статуэтка, и заботливо, как ко мне всегда относились мои родители. И поэтому я не верю, что Егор мог меня предать. Если за ним охотятся, то он, вспомнив всё, решил увести от меня опасность. Но эти люди подумали, что он мог что-то спрятать в моем доме.

- А что было при нем, когда вы встретились?

- Паспорт. И обычная шариковая ручка. Еще две пятидесятикопеечные монеты.

- Ручка, говорите, - задумчиво протянул Бирюков. - Куда она делась?

- Понятия не имею. Но больше я ее не видела. Наверное, так и осталась в кармане пиджака.

- Понятно... Спокойной ночи, Тамара.

- Спокойной ночи, Сергей Дмитриевич.

- Не думаю, что эта ночь будет для меня спокойной. Сейчас поеду в свое агентство, поговорю с задержанными. Не сомневаюсь, они будут отпираться и говорить, что они не проникли в вашу квартиру. Найдут причину своего ночного визита к вам. Промурыжу их, а утром передам с рук на руки полиции.

- Удачи вам, Сергей...


- Ба! Крылов Тимур Львович! Какая неожиданная встреча! Какими судьбами в нашем городе?! - воскликнул Бирюков с порога.

- Откуда вы меня знаете? - хмуро обронил холеный породистый мужчина, муж погибшей Евы Трупс. Он не сильно горевал по поводу гибели жены и неродившегося младенца, его больше беспокоило исчезновение тестя. И не так тестя, как шариковой ручки, которую тот случайно прихватил с собой. Других вещей при нем не было.

- Я многое знаю! - хвастливо заметил сыщик. - Но не все. Хотелось бы пополнить знания с вашей помощью. Хочу узнать, где Филипп Юрьевич Трупс?

- Говорите напрямую - где Юрий Матвеевич Двигубский?

- О! Так вы хорошо осведомлены!

- Я давно подозревал, что мой тесть живет под чужим именем. Это свою жену он мог обманывать столько лет, говорить, что наколка с именем Юра это память об отце. Но меня не проведешь. Когда он исчез, я обратился в полицию. У меня там работает друг детства. Он обещал помочь, но время шло, результатов ноль. Тогда я нанял частного детектива, - Тимур Крылов кивнул в сторону двери, за которой, по его мнению, находился товарищ по несчастью. - Я намекнул ему, что тесть не тот человек, за кого себя выдает. Он снял отпечатки пальцев и легко выяснил, что это Двигубский Юрий Матвеевич, получивший срок за убийство, совершивший побег из колонии и растворившийся на просторах Родины. Я выяснил о нем все. И отправился в город, где мой тесть родился и провел молодые годы. Мне показалось, что он всплывет именно здесь. Так и получилось. Но сразу хочу сказать, что мы его не нашли. Я не знаю, где он!

- Давайте по порядку. Вы прибыли в наш город.

- Сначала установили слежку за его родственниками и людьми, которые контактировали с ними. В поле зрения попала женщина, явно чем-то обеспокоенная. Скорее всего, она не могла решить свои проблемы самостоятельно, и обратилась за помощью в детективное агентство. Как оказалось, женщина была озабочена исчезновением мужчины, который по описанию походил на моего тестя.

- Откуда такая информация?

- Пусть это останется моей тайной. Но я не буду скрывать, что после исчезновения тестя из дома пропала одна ценная для меня вещь. Я подумал: эта вещь могла остаться у женщины, тесть не догадывался о... ценности этой вещи. Частный сыщик, который работал на меня, хотел все сделать шито-крыто, поэтому проник в школу, выяснил, до какого часа преподаватель по физике будет занята, прихватил из ее сумки ключи от квартиры, мы проникли в квартиру и занялись поисками.

- Шито-крыто не получилось, как я понимаю.

- Когда вещь не нашли, я потерял над собой контроль. Так разозлился на тестя, что начал все крушить. Столько сил потрачено, и все впустую. И где теперь искать этого полоумного тестя?! Сыщик пытался меня успокоить, но получил по физиономии. Я извинился, выплатил ему премию. Он вернулся в школу и положил ключи в сумочку. Я его отговаривал: какой смысл играть в прятки, если она увидит тарарам, едва переступит порог. Но он сказал, так надо. Пусть думает, что это сделал мой тесть, у которого были ключи от ее квартиры.

- У него не было ключей.

- Да? Значит, она тоже почувствовала, что этому человеку нельзя доверять.

- Оставьте выводы при себе. Я хочу знать, что было спрятано в шариковой ручке?

- С чего вы взяли, что там было что-то спрятано?!

- А вы намекаете на то, что ручка была из платины?

- Вас навела на эту мысль моя специальность?

- Мне надоела игра в бадминтон словами. Один раз вам удалось избежать судимости, второй раз я не упущу возможности засадить вас за решетку.

- Торг уместен?

- Могу забыть о проникновении в чужое жилище, если узнаю правду.

- Могу сказать правду и взять вас в долю.

- Не нуждаюсь в подаянии.

- А если подаяние исчисляется в круглой сумме, за которую можно купить домик на Лазурном берегу.

- Тимур Львович...

- Понял! Вы неподкупны. Тогда я вам ничего не скажу.

- Рано или поздно я найду вашего тестя, и вашу ручку. Глядя на меня, вы догадываетесь, что разгадка ребусов всегда была моим основным хобби с детских лет. А вы в это время будете наслаждать свежим воздухом Сибирских лесов. Но у вас есть выбор - свобода или тюремный срок.

- Если я скажу правду, вы все равно не разгадаете ребус.

- А вы скажите.

- Надеюсь, вы не обманете. Свобода перевесит любое богатство. Надеюсь, доберусь до него другим способом.

- Вы говорите загадками, но кое-что мне становится понятным.

- Да, в ручке спрятана зашифрованная записка.

- Зашифровано место клада?

- Типа того. Люди, которые сейчас отбывают срок по делу, по которому я проходил свидетелем, обвели меня вокруг пальца - спрятали наши общие деньги в укромном месте. Я пригрозил одному, что пойду на крайние меры, если он не раскроет мне правду.

- Что вы подразумеваете под крайними мерами?

- Один бывший друг не успел обзавестись семьей, а у другого есть жена и малолетний ребенок. Чтобы он был сговорчивей, я похитил ребенка. Жена поехала к нему на свидание в колонию, он передал ей зашифрованное послание. Она спрятала его в шариковую ручку. Когда ручка оказалась у меня, я вернул ей ребенка.

- Вы опасней, чем я думал. Поэтому расторгаю нашу договоренность.

- Но как же...

- Человек, похитивший ребенка, обязан понести наказание. Мать ребенка напишет заявление в полицию, а я дам делу ход...


Домой Сергей вернулся только к вечеру, уладив с полицией все дела.

После ужина растянулся на диване и включил телевизор. Федор усердно мыл посуду, но не забывал бубнить себе под нос:

- До чего я докатился! Превратился в домохозяйку. Все делаю по дому, но никогда не услышу доброго слова. Права Катька: люди стали бессердечными и неблагодарными.

- Федя, ты что-то сказал? - прокричал из комнаты Сергей.

- Я разговариваю сам с собой! Что, нельзя?

- Поговори со мной, раз возникло желание.

- Я мою посуду!.. Экие мы добренькие, - еле слышно произнес парень, чтобы не услышал хозяин квартиры. - Весь ужин к нему приставал с расспросами, а он будто и не слышит. Вот перееду, тогда будет знать. Придет с работы, а дома шаром покати, как любит говорить моя мать. Блин, еще на свадьбу к ней идти... Сереж! Ты на свадьбу пойдешь?

- Конечно! Меня Дарья лично пригласила. И ты пойдешь.

- Конечно, куда я денусь, - вновь перешел на возмущенный шепот Федор. - Ни стыда у человека, ни совести, как выражалась бабушка Ася. Матери, видите, вздумалось сочетаться законным браком, несмотря на недавнюю кончину бабули. Говорит, сыграем свадьбу по-тихому, по-семейному... А зачем ее играть? Пойдите и распишитесь. А еще лучше отложите бракосочетание на время... Глядишь и передумает выходить замуж за это чучело... Не очень подходящая пословица вспомнилась по этому поводу: кот из дома, мыши в пляс. Бабушка всю жизнь держала дочерей в ежовых рукавицах, как ее не стало, доченька пошла в разнос... Ася, Ася, - тяжело вздохнул он, - что ж ты меня бросила одного... А обещала опекать до моей старости.

Федька не услышал, как в кухню зашел Бирюков.

- Хватит причитать! - бухнул он своим мужицким голосом.

От неожиданности парень выронил из рук чашку, она хлопнулась на пол и разбилась.

- Ну, вот, - гневно протянул Федя, - жди теперь неприятностей! А все из-за тебя! Зачем подкрадываться и пугать людей?!

- Посуда бьется к счастью, - успокоил его Сергей и пропел, - посуда бьется, жди удач, не плач, красавица, не плачь...

- Я уже сменил пол, - сметая веником осколки, пробубнил "домохозяин".

- У тебя сегодня скверное настроение, поэтому буду держаться от тебя подальше.

- Мне хочется поговорить с тобой, узнать новости, а ты ускользаешь от разговора. Я что, тупой? Не смогу поддержать беседу? Или начну нести околесицу?

- Ты умный, надежный. Ты мой друг. Но я очень устал, и хочу отдохнуть. Всю ночь не спал, и весь день провел на ногах.

- А куда ты улетел среди ночи?

- Неотложное дело позвало в дорогу.

- Поговорили, - опечалился в конец друг. Сергей вернулся на диван.

Едва осколки чашки перекочевали в мусорное ведро, зазвонил телефон.

- Федя, он дома? - спросила Катерина приглушенным голосом.

- Дома, - таким же голосом ответил он и торопливо прикрыл дверь в кухню.

- Что делает?

- Лежит на диване, смотрит телик.

- Что именно смотрит?

- Кать, ты издеваешься?

- Федя, по его интересу мы может понять его настроение.

- Он смотрит новости. Тебе это что-то дает?

- Дает - Бирюков пребывает в отвратительном настроении, и чтобы его поднять, смотрит новостные передачи.

- Не вижу связи.

- Связь заключается в следующем: в мире одни проблемы, кругом смерть, кровь, унижение. Иной раз посмотришь телевизор, и понимаешь, что твои проблемы яйца выеденного не стоят. Глупо расстраиваться по поводу, притянутому за уши. Вот у других людей проблемы, так проблемы. А у тебя - мизерная проблемка, одно недоразумение. Нужно успокоиться, взять себя в руки, посмотреть на свою проблему под другим углом. Или забыть о ней на время, и переключиться на решение более глобальных проблем.

- Но Сергей не зациклен на себе, он занимается решением чужой проблемы, помогает Воробьевой. Она ему никто.

- Тебе так кажется. Каждый человек, который обращается к детективу, на время становится близким, почти родным человеком. Чтобы ему помочь, надо все о нем узнать, вытащить наружу грязное белье, но не выставлять на всеобщее обозрение, а выстирать, тем самым избавить заказчика от грязных пятен его прошлой жизни.

- Много ты понимаешь! - скривился Федька. - Если детектив будет постоянно вникать, стирать, пропускать через себя, то надолго его не хватит. Это как с доктором. Если болезни пациента принимать близко к сердцу, то ничего хорошего не будет.

- А если не пропускать, то будет еще хуже. И таким бессердечным врачам не место в больнице, пусть ищут себе другое место работы. Как и детективам в частных агентствах, которые смотрят на чужие проблемы сквозь пальцы, работу делают "для галочки", чтобы деньги заработать и семью прокормить.

- Катерина, ты максималистка. У тебя когда-нибудь бывает золотая середина?

- А тебе нравятся люди, которых называют ни рыба, ни мясо?

- Наверное, нет, - подумав, ответил Федор. - Общаться с таким пресными людьми скучно.

- Значит, ты общаешься со мной, чтобы не заскучать?

- Не привязывайся к словам! Я общаюсь с тобой, потому что... ты... добрый человек. Ты болеешь душой за людей, которых ты совсем не знаешь.

- Это намек на то, что я помогаю плохим людям, не желая предварительно ни в чем разбираться? - взвилась Катя, обидевшись на заявление приятеля: хотелось услышать другое признание.

- Ну, вот, опять, - выдохнул Федька. - Давай вернемся к Сергею.

- Нет, уж, давай обсудим мое поведение.

- Не собираюсь я ничего обсуждать. Я, как и ты, болею душой за людей, которым так необходима наша поддержка, так необходима любая помощь. И хочу тебе признаться, что... решил взять академический отпуск в универе и записаться добровольцем.

- Куда? На Д...

- Куда же еще! - перебил ее Федька.

- Я тоже хочу. Но мои родители этого не переживут.

- Моя мать тоже костьми ляжет, а Сережка скажет, что я мало каши ел.

- В чем-то он прав. Ты совсем не подготовлен к участию в военных действиях.

- Можно подумать, ты...

- И я тоже! - не дослушала Катя. - Поэтому мы можем помочь сбором гуманитарной помощи. А параллельно проводить расследование.

- Кать, Сергей мне ничего не рассказывает. Я к нему и так, и этак, а он ссылается на усталость.

- А что он напевает?

- Сегодня ничего не напевает. - О строках, в которых фигурировала разбитая посуда, Федор умолчал: они не имели отношения к делу.

- Как поживает твой подопечный?

- Нормально. Я сегодня была...

Дальше Федор не услышал, потому что дверь в кухню распахнулась, на пороге выросла крепкая мужская фигура. Фигура сложила руки колечком на груди, полюбовалась испуганной физиономией приятеля, потом со словами "я так и знал", вырвала из его рук мобильный телефон.

Катерина заподозрила неладное, но отключаться не спешила, на всякий случай протяжно спросила:

- Фе-е-едь, ты меня слышишь?

- Слышу, слышу, - проговорил ей в ответ Бирюков. - Катя, я тебя тысячу раз просил никуда не влезать! Когда ты повзрослеешь?! Быстро всё выкладывай, иначе я за себя не отвечаю! Ты далеко, но учти - пострадает твой союзник.

- Федька-то тут причем?! - испугалась Катерина. - Это все я! Я одна! Что вы мне прикажете - родного дядю выставить из дома на мороз?!

- Причем здесь мороз! Почему ты скрыла, что он пришел к вам? И куда его подевала?

- Я уговорила его временно пожить у одного надежного человека. У тети Ядвиги.

- Господи! Она еще и тетку подключила!

- Нам... мне нужно было его где-то спрятать. Я сразу поняла, что за ним охотятся.

- Я еду туда!

- Я с тобой! - подхватился Федор...

Прибыв на место, она увидели идиллическую картину. Ядвига Трофимовна потчевала гостя свежей выпечкой и удивительными рассказами об обывателях старинного дома.

Едва гости переступили порог, появились сестры Двигубские, примчавшиеся на такси.

- Вита, от кого, от кого, а от тебя я такого не ожидал, - посетовал сыщик.

- Вита ничего не знала! - вставила свое веское слово в защиту сестры Катерина.

- Сергей Дмитриевич, я все знала. Но у нас не было другого выхода. Дядя пришел к нам среди ночи... - Она вопросительно взглянула на Катю.

- Юра, познакомься с моим племянником Сергеем, - осадила разбушевавшегося родственника тетушка. - Это он с виду такой грозный, а на самом деле добрый и отзывчивый человек. Он частный детектив, занимается твоими поисками по просьбе Тамары Воробьевой. А это Федя, родной нам человек.

- Добрый вечер, - вежливо поздоровался Юрий. - Приятно познакомиться.

- А нам как приятно, - процедил сквозь зубы сыщик. - Где ж вы пропадали?

- Лежал в больнице. Когда вышел прогуляться восьмого января, то поскользнулся, упал и сильно ударился головой. Прохожие вызвали "скорую". Меня отправили в больницу скорой помощи. Поставили диагноз - сотрясение мозга. Мозг так тряхануло, что я все вспомнил. И когда спросили мою фамилию, то назвался Юрием Матвеевичем Двигубским. Она всплыла в памяти первой... Наверное, вы уже знаете мою историю. Когда мне предложили связаться с родственниками, поставить их в известность, я заявил, что у меня никого нет. После выписки из больницы, я вышел на улицу и понял, что нахожусь в своем родном городе. Долго где-то бродил, сидел в парке на скамейке, сильно продрог, ноги сами привели меня к дому, где я когда-то жил вместе с родителями и братом. Дверь мне открыли эти очаровательные девушки. Она назвались моими племянницами. Сказали, что лучше мне ни с кем не встречаться, моей жизни угрожает опасность. Я не мог понять, почему, я никому зла не делал. За старые грехи, хоть, не отсидел положенный срок, но понес наказание.

- На вас весит два убийства. Срок давности истек, но...

- Почему два? Я случайно убил своего компаньона, но мне впаяли по полной. Не учли ни чистосердечного признания, ни самозащиту...

- Помните Бурова Илью Семеновича по кличке Бур?

- Конечно, помню. Разве его забудешь. Благодаря Бурову я продержался в колонии почти два месяца. И опять же благодаря Бурову, мне удалось сбежать. Подробности раскрывать не стану.

- Вскоре после вашего побега Бура нашли убитым в подвале жилого дома в городе Нижневартовске.

- То-то я с ним так и не встретился, - покачал головой Двигубский. - Хотите верьте, хотите нет, но я Бурова не убивал. Клянусь памятью своей жены и своей дочери. Ничего, кроме благодарности, к нему не испытывал.

- Допустим, я вам верю. Откуда у вас паспорт на имя Мухина Егора Вячеславовича?

- Потом вспомнил, уже в больнице. Я шел по улице, меня окликнули. Повернулся, вижу, стоит молодой человек и протягивает мне что-то со словами: "Не вы обронили?" Я кивнул и засунул в карман. После встречи с Томой обнаружил, что это паспорт. Решил, что это мой паспорт.

- Так ужасно, ничего о себе не знать, - вмешалась сердобольная Катерина.

- Будто заново родился, - подсказал Федор.

- Это мне наказание на прошлые грехи. Нельзя вырывать из книги жизни ненужные страницы. Надо было дать знать о себе родителям и брату. Но я подумал тогда - будет лучше, если они будут считать меня покойным.

- Так все и случилось. Вместо вас похоронили другого человека.

- Ваську?! Это тот мужик, с которым мы встретились, когда я сбежал из колонии. Он рассказал, что живет в Агарске, что ушел от жены, которая пилила его с утра до вечера. Мы решили держаться друг друга. Он сразу сообразил, откуда я иду, но вопросов не задавал. В октябре лед был еще неокрепший, вот Васька и ушел под воду, когда мы шли по тонному льду. Я пытался его спасти. На моем рюкзаке была оторвала лямка, я ее кинул ему и стал тащить за другую лямку. Васька был мужиком худощавым, но я сильно ослаб за месяцы в колонии, не смог его вытащить. Так и утонул мой новый приятель вместе с моими пожитками.

- Ладно, перейдем от далекого прошлого к настоящему. Почему вы не пошли к Тамаре Александровне после выписки из больницы, а направились к брату? - спросил Бирюков.

- А зачем я ей? Я заметил, что мое присутствие начало ее тяготить. Она из тех женщин, которым комфортно жить в одиночестве. Поэтому старался уйти из дома, когда она возвращалась с работы. Гулял, думал, надеялся, что какая-то деталь вернет мне память. А Тамаре я очень благодарен. Но у каждого из нас своя жизнь.

- Много ты понимаешь о женщинах, - отмахнулась тетка Ядвига. - Тамара себе места не находит, волнуется за тебя, а ты... Все вы, мужики, одинаковые!

- Попрошу не обобщать, - брякнул Сергей.

- Юра, разве можно быть таким бессердечным?! - продолжила гнуть свою линию Самарина.

- Ядвига Трофимовна, я виноват. Но ничего не могу с собой поделать. Насильно мил не будешь, в благодарность не полюбишь. Сколько раз, гуляя по городу, решал не возвращаться к Тамаре, но мне некуда было идти. Был готов обратиться в полицию. Но в груди сразу появлялся непонятный испуг, будто за мной числились грешки, о которых я забыл. Закрывал глаза, миражом маячило серое грязное помещение с двухъярусными кроватями, стол, за которым сидят неприятными личности... Мне не хотелось возвращаться в это помещение. И еще внутри постоянно сидела тоска. Как у людей, потерявших очень близкого человека. Я искал в Тамаре черты этого человека и не находил. Не мог понять, почему желание быть рядом с этой женщиной сменяется холодным неприятием. Сердце подсказывало, что между нами ничего нет и быть не может... Когда память ко мне вернулась, я, наконец, вспомнил тех, кого люблю и буду любить все оставшиеся годы. - На глаза Юрия навернулись слезы.

Ядвига Трофимовна хотела произнести утешительные слова, но сдулась под взглядом племянника.

- Я встречусь с братом и вернусь в свой город. Там моя настоящая жизнь.

- Настоящая жизнь по поддельным документам, - не удержался от реплики Бирюков

- Пусть так.

- Вас не интересует, почему за вами охотился ваш зять?

- Тимур? - удивленно вскинул брови Трупс-Двигубский. - Мне девочки рассказали об опасности, я им не поверил, но спорить не стал. Какая мне может грозить опасность в городе, в котором я не был почти три десятка лет?

- Крылов узнал о вашем прошлом и догадался, куда вы могли отправиться.

- Где он? Я хочу с ним поговорить, и все объяснить.

- Он помещен в следственный изолятор.

- Что он натворил?

- Проник в квартиру Воробьевой, искал там одну занятную вещицу, которую вы у него забрали. Потом явился к Тамаре ночью, хотел взять её в заложники, и впоследствии обменять на свою вещицу. Крылов был уверен, что Воробьева знает, где вы скрываетесь, но умело делает вид, что беспокоится, пытается разыскать. Для этой цели обратилась к частному детективу.

- Что за бред! Я ничего у него не брал!

- А шариковую ручку?

- Ручку! - подхватилась Виталина.

- Какую еще ручку? - заинтересовался Федор.

- Она что, из платины? - спросила Катя.

- В кармане пиджака была какая-то ручка. Но она не писала, и я ее давно выбросил. Еще до Нового года. С виду это была обычная шариковая ручка.

- В ней находилась занимательная начинка. На папиросной бумаге написан шифр с указанием местонахождения огромной суммы денег.

- Это розыгрыш?

- Не думаю, раз ваш зять пытался ее найти любыми средствами.

- Он что, не наигрался в детстве в искателей кладов?

- Видимо, нет, раз он и его подельники, в основном это были его друзья детства, разработали такую сложную схему. Кто мог подумать, что покидая дом, вы случайно прихватите с собой обычную шариковую ручку.

- Да, память ко мне возвращается постепенно. Совсем упустил из вида одно обстоятельство. Однажды к нам домой пришла молодая женщина. Ей нужен был Илья. Я сказал, что он скоро придет и предложил ей подождать. Женщина была чем-то сильно обеспокоена, нервничала, не могла усидеть на месте. Потом вернулся мой зять. Они уединились в кабинете. Я услышал, о чем они говорили. Я разволновался. Ворвался в кабинет, схватил его за грудки и приказал вернуть женщине ее ребенка, иначе я за себя не ручаюсь. Мне терять нечего, легко растоптал бы его, как таракана. Он кому-то позвонил, вскоре ребенка доставили прямо к нам домой... Никогда не мог подумать, что моя дочь вышла замуж за это чудовище.

- И что случилось потом? - спросила самая невоздержанная из всех присутствующих - девушка по имени Катерина.

- Я не сдержался, ударил зятя с такой силой, что свалил его с ног. Я легко нокаутировал молодого мужика, занятия боксом не прошли даром. Но в ту минуту испугался, не проверил пульс, решил, что убил человека. Пусть он был дрянным человечишкой, но никто мне не давал права расправляться с ним. Но раз все так случилось, то я должен покончить с собой, сам себя наказать. Но предварительно во всем сознаться. И в прошлых грехах, и в нынешних. Сел за стол. Взял в руки шариковую ручку... Больше я ничего не помню. Не помню, как оказался в родном городе, как добрался до магазина. В этом месте провал в памяти. Первое пробуждение - это Тома. Она заплатила за мой хлеб. Потом мы куда-то поехали, потом вернулись к ней домой. Я считал себя Егором Мухиным.

- Не каждому дано прожить три разные жизни разной продолжительности под тремя фамилиями, - глубокомысленно изрекла Виталина и с гордостью посмотрела на дядю, словно он совершил геройский поступок.

- Дядя Юра, ты не помнишь, куда выбросил шариковую ручку? - спросила Катюша и незаметно подмигнула Федору...


Декабрь 2014Г. - Март 2015г.