# Выбирающие из убитых

Джон Ринго

Выбирающие из убитых

автор: Джон Ринго


Это художественное произведение. Все персонажи и события, описанные в этой книге, вымышлены, и любое сходство с реальными людьми или происшествиями является чисто случайным. Эта книга и серия не имеют никакого отношения к реальности. Любая попытка читателя воспроизвести какую-либо сцену из этой серии предпринимается на его страх и риск. Если уж на то пошло, большинство действий главного героя незаконны по американскому и международному праву, а также по большинству более строгих религий в мире. Долины Келдара не существует. Черт возьми, здесь нет Килдар. И идея о том, что какие-то скотты и викинги собираются вместе, чтобы совершить набег на Византийскую империю, более чем нелепа. Островов, описанных в предыдущей книге, не существует. Целых регионов, описанных в этих книгах, не существует. Автор, издатель и мать автора, которая хочет заявить, что он был очень милым мальчиком, не рекомендуют любые попытки чему-либо научиться из этих книг, и она не знает, что пошло не так.


Глава первая


“Полковник Кортотич”, - крикнул Майк “Дженкинс”, когда невредимых чеченских заключенных выгружали из грузинской военной тюрьмы.


Майк Хармон был студентом колледжа в Университете Джорджии, когда стал свидетелем похищения студентки. Большинство студентов колледжа достали бы свои мобильные телефоны или побежали к кому-нибудь, у кого они были, и позвонили 911. Но до того, как он стал студентом колледжа, он был МОРСКИМ котиком и инструктором МОРСКИХ котиков. Поэтому он просто запрыгнул в фургон похитителя и поехал на нем к месту назначения.


Этот шаг и серия подобных решений привели его в подземный бункер недалеко от Алеппо, куда террористы, поддерживаемые Сирией, привозили американских девушек для использования в качестве заложниц. И в их планы входило не просто удерживать их, но и пытать перед камерами, чтобы заставить американские подразделения покинуть Ближний Восток.


Майк потерял одного из заложников, прежде чем понял, в чем заключался план, но он пробился к остальным и удерживал позицию до тех пор, пока ее не сменили, попутно уничтожив завод по производству химического оружия, президента Сирии и Усаму Бен Ладена.


Это принесло ему благодарность нации, немалую сумму денег и награду за его голову от каждой исламской террористической группировки на земле. “Майк Хармон”, название команды “Призрак", тихо исчез, может быть, живой, а может быть, мертвый, и “Майк Дженкинс” вновь появился на его месте.


После того, как Майк слишком часто оказывался не в том месте не в то время, он обосновался в Республике Джорджия, использовав часть своих призовых денег, чтобы купить приятную маленькую ферму с группой фермеров-арендаторов, которые уже были на месте. Однако, учитывая ситуацию с безопасностью в этом районе, он воспользовался возможностью обучить слуг как местное “ополчение”.


Слуги, называемые келдара, слетелись на это, как утки на водопой. Небольшое расследование выявило тот факт, что келдара были кем угодно, только не простыми фермерами. Согласно его интерпретациям, они были, по сути, последними остатками варяжской гвардии, викингской гвардии императоров Византии. Группа, по-видимому, произошла от небольшого отряда смешанных норвежцев и шотландско-ирландцев, которые дрейфовали по Средиземному морю до встречи с Византийской империей.


Они неплохо занимались сельским хозяйством, но в душе, как курды и гуркхи, прежде всего были воинами. Пара миллионов долларов на снаряжение и такая же сумма на оплату труда инструкторов и обучение превратили их в грозную, хотя и небольшую боевую силу. Они победили чеченский "батальон” с коэффициентом почти три к одному, и результатом стали пленные и убитые, которых сейчас грузят в грузинские военные грузовики.


Майк подозревал, что это не последняя подобная битва для группы под названием “Горные тигры”.


“Мистер Дженкинс”, - ответил российский атташе, кивая. “Неплохая битва для небольшого ополчения”.


“Необученные ополченцы”, - отметил Майк. “Они тренировались всего третью неделю. Команды сражались с ними сразу после первых дней тренировок на полигоне”.


“Скольких ты убил?” Спросил Кортотич.


“Сто три КИА”, - ответил Майк. “Включая тех, кто заболел лягушачьей болезнью, когда мы были на стадии захвата. Сорок два УИА, включая тех, кто, по мнению врачей, не выживет. И двадцать один пленный, невредимый.”


“А Бреслав?” - спросил русский.


“Он, к сожалению, не пережил эту встречу”, - сказал Майк, вытаскивая фотографию из кармана куртки и передавая ее мне. Бреслав, по-видимому, находился непосредственно в зоне действия клеймора, поскольку у него отсутствовали торс и правая рука. Однако его голова все еще была прикреплена, и на лице ясно читалось удивление. Как и выражение удовлетворения на лице Келдары, которая держала его голову за волосы. “Я бы хотел захватить его в плен для разведывательных целей, но не всегда можно получить то, что хочешь”.


“Мы достаточно рады, что он мертв”, - ответил Кортотич, улыбаясь фотографии. “Могу я оставить это себе?”


“Конечно”, - сказал Майк. “В любом случае, это качественная распечатка. Мы используем только цифровые камеры”.


“Вы сказали, три недели тренировок?” Спросил Кортотич. “Я думаю, что мои боссы будут впечатлены. Очень впечатлены”.


“И, конечно, информация, которую мы вам передали”, - отметил Майк. “Это помешало его команде войти в Чечню. Могу ли я считать, что мы сможем избежать пограничной войны?”


“Остается вопрос о Панисском ущелье”, - указал Кортотич. “Именно там находятся их основные базы”.


“Я не думаю, что келдара будут готовы взяться за это в ближайшее время”, - ответил Майк. “Но мы начнем блокировать их передвижения, как только наше обучение будет завершено. Ущелье будет вопросом между вами и правительством Грузии ”.


“Я передам все это”, - сказал Кортотич, убирая фотографию в карман. “И я выражаю вам благодарность России за то, чего она стоит”.


“О, я уверен, что это пригодится в будущем”, - сказал Майк, слабо улыбаясь. “Ты чешешь мне спину, я чешу тебе. Береги себя, полковник”.


* * *


“Снова возвращаемся к тренировкам”, - сказал Нильсон удовлетворенным тоном. “Нет ничего лучше небольшого упражнения с боевой стрельбой, чтобы взбодрить кровь и мотивировать солдат, но теперь они будут думать, что знают все”.


Полковник Дэвид Нильсон был старшим офицером группы, которую Майк нанял для обучения келдара. Полевые рекомендации полковника были безупречны, но в глубине души он был тренером. Он любил брать мягкую глину и лепить из нее солдат. Таким образом, он был очень хорошим кандидатом для руководства тренировками, хотя некоторые тренеры, в частности, члены SEAL и Marine Recon, сомневались в том, что командовать будет парень из регулярной армии. Так было до тех пор, пока они не начали видеть результаты.


Майка доставили самолетом обратно в отель serai, любезно предоставленный правительством Джорджии, которое в данный момент было удивительно дружелюбным. Он постоянно пытался преуменьшить значение келдара, но, как ему сказали, то, что часть их сил уничтожила чеченский “батальон”, обсуждалось на самом высоком уровне. Это также попало в международные новости, хотя история для ПРЕССЫ касалась специальной грузинской диверсионной группы. В каком-то смысле так оно и было.


“Уберите это из их системы с помощью хорошего, основательного анализа после принятия мер”, - сказал Майк. “Я тоже буду на гриле”.


“В этом были замешаны все”, - отметил Нильсон. “Кто дирижирует этим?”


Майк начал отвечать, когда зазвонил его спутниковый телефон.


“Дженкинс”, - сказал он.


“Пирсон, иди карабкаться”.


“Яичница, как дела, полковник?” Майк ответил, когда система была установлена.


“Я думал, пройдет год, прежде чем вы полностью войдете в ритм”? Сказал Пирсон. “Зачем вам делать сетевые новости?”


Полковник Роберт Пирсон был “под контролем” Майка с момента его первой миссии в Сирии. Полковник просто случайно оказался тем парнем, которого выбрали для телефонного разговора с каким-то сумасшедшим, который выследил похищенных студенток на другом конце света. С тех пор он получал похожие звонки от Майка и сделал несколько в другом направлении. Он никогда не приказывал Майку, который, в конце концов, был свободным агентом, он просто предлагал или в нескольких случаях умолял. Он был не столько "контролером”, сколько проводником информации. И в некотором смысле другом.


“Мы сделали это?” Спросил Майк, нахмурившись.


“День новостей затянулся”, - отметил Пирсон. “И чеченцы все еще пугают после Бреслана. Очевидно, парень, которого вы замочили, приложил небольшую руку к организации этого. По крайней мере, так утверждает CNN.”


“Мило с их стороны рассказать нам”, - сказал Майк, закатывая глаза в сторону Нильсона.


“Серьезно, что ты сделал, использовал все тренажеры?” Спросил Пирсон.


“Нет, в основном это были Keldara”, - ответил Майк. “Их первый FTX. Сразу после первых двух дней на полигоне. У девушек-минометчиц было больше времени на стрельбу, но ненамного”.


“Господи Иисусе”, - удивленно произнес Пирсон. “Как далеко вы продвинулись в обучении?”


“Три-четыре недели”, - сказал Майк. “В зависимости от того, считаете ли вы это тренировкой. Полковник Нильсон - нет”.


“Я этого не говорил”, - сказал Нильсон, фыркнув. “Просто это немного помешало”.


“Ну, босс сказал "Хорошая работа ", а затем ‘в следующий раз постарайся избегать газет ”.


“Передай ему, что я поблагодарил”, - ответил Майк. “Что-нибудь еще?”


“Только это”, - сказал Пирсон. “Я добавлю свое собственное "хорошая работа". Береги себя”.


“Будет сделано”, - ответил Майк. “Увидимся”.


“Мы говорили о пересмотре действий после их окончания”, - продолжил он, глядя на Нильсона.


“Я подумал, что, возможно, имеет смысл спросить Вашингтон”, - ответил Нильсон, указывая подбородком на телефон.


“Думал об этом”, - сказал Майк. “ В пироге слишком много пальчиков. Ты будешь работать над AAR. Включите меня в обзор так же, как и себя. Пусть Адамс и пара инструкторов проведут судебно-медицинскую экспертизу места стрельбы. Мне нужен подсчет каждого израсходованного патрона и вероятность того, кто в кого стрелял. Разберись со всеми ними и покажи, что именно они сделали не так. И я сделал не так. Начни с того, что я забыл захватить минометы; я не привык думать о тяжеловесах integral. И в какой-то момент у нас возникла серьезная проблема с управлением связью. Я хочу, чтобы этот удар был тяжелым, наряду с тем фактом, что он замедлил преследование, и я хочу, чтобы Ваннер начал думать о том, что мы можем сделать с командными частотами и субчастотами. Когда Олег сказал им двигаться по четным и нечетным числам, ребята из службы безопасности хотели выйти и преследовать их. Это тоже нужно учесть ”.


“Будет сделано”, - вздохнув, сказал Нильсон. “Могу я попросить Кэт помочь?”


“Дерзай”, - ответил Майк. “Завтра горячая распродажа, полный AAR со всеми командами к концу недели”.


“Понял”, - сказал Нильсон. “Я начну”.


* * *


“Вэннер”, - сказал Майк, просовывая голову в радиорубку. Вэннер указывал на что-то на одном из компьютерных экранов, его голова почти касалась головы женщины-келдары, работавшей за компьютером. Майк не был уверен, кто она такая, но был почти уверен, что она из клана Макани.


“Килдар?” - спросил сержант разведки, поворачиваясь.


Келдара называли Майка термином “килдар", но оно прижилось и у других. Это было уникальное имя местного военачальника, переводимое примерно как “барон”. Это означало просто "лидер келдара", и этого было достаточно для тех, кто их знал.


Патрик Вэннер был бывшим морским пехотинцем, но Майк старался не держать на него зла. Парень был закоренелым хардкором, но, тем не менее, он был признанным командным гиком. Он был специалистом по перехвату в морской пехоте, затем некоторое время работал в АНБ. Выйдя из тюрьмы, он получил степень в области компьютерных наук, которая была почти излишней по сравнению с его реальными знаниями, которые, когда дело касалось электроники и электронного интеллекта, были огромными. Невысокий, коренастый, с короткой стрижкой ежиком, он был неоспоримым доказательством того, что вы могли сделать мальчика из морской пехоты, но не морскую пехоту из мальчика.


“У меня есть пара вопросов”, - сказал Майк, жестом приглашая Вэннера следовать за ним из комнаты. Майк прошел в военный зал и занял место.


“Похоже, ты довольно подружился с некоторыми девушками из Келдары”, - сказал Майк, приподняв бровь.


“Вы поэтому хотели меня видеть?” Нахмурившись, спросил Вэннер.


“Нет, но я думаю, что должен спросить об этом”, - ответил Майк.


“Мы с Гильданой просто друзья”, - сказал Вэннер, качая головой. “Она действительно хороша в выборе частот. Я веду себя очень корректно во всех отношениях с ней. Кстати, я знаю, что этим девушкам платят за это, но есть ли какой-нибудь способ повысить их ранг? Они выполняют работу связистов и разведчиков, что в армии сделало бы их рядовыми или специалистами. ”


“Я подумаю об этом”, - сказал Майк. “Но будь осторожен. Я не хочу, чтобы какой-то отец-келдара вел мое дело из-за беременной дочери. Или даже та, которая может быть беременна, если ты понимаешь, к чему я клоню.”


“Понял”, - сказал Вэннер.


“О настоящей причине, по которой я хотел поговорить с вами”, - продолжил Майк. “У нас был настоящий сбой в системе связи во время операции. Не совсем сбой, но ...”


“Сеть команды наполнилась болтовней”, - сказал Ваннер, кивая. “Отчасти это вопрос тренировки, чтобы они не просто переключались на радио”.


“Я бы хотел большего”, - сказал Майк. “Дополнительные частоты для подгрупп, общая частота для всей команды, затем повышается. Что-нибудь, где командиру не нужно думать об этом, чтобы передавать информацию, и он может слушать болтовню. Кроме того, я хочу начать работать над боевой сетью. Что-то, где можно вызвать огонь, по крайней мере, теми, у кого есть подходящее снаряжение, - это указать и нажать. Возможно, с голосовым сопровождением и подтверждением, но я хочу иметь возможность указать точку на карте и сказать: ‘Направьте огонь туда ’. Я также хотел бы иметь возможность набросать движения команд ”.


“Я могу достать все это”, - сказал Вэннер. “Кое-что из этого уже готово и неклассическое, но кое-что из этого засекречено американскими и европейскими системами, в основном американскими”.


“Я думаю, мы сможем это провернуть”, - сказал Майк. “Вы найдете систему, а я получу разрешение на ее получение. Следите за тем, можно ли ее интегрировать в американские системы battlefield. Если мы окажемся в ситуации, когда сможем призвать огонь от Бога, я хотел бы иметь возможность это сделать. Посмотрите на некоторые фирмы, которые занимаются C2 и предлагают бесплатные полевые испытания ”, - добавил он, ухмыляясь. “Попытайтесь заключить сделку; это будет не дешевое снаряжение ”.


“Сойдет”, - сказал Вэннер. “Что-нибудь еще?”


“Если вы с Гильданой станете больше, чем друзьями, сначала скажи мне”, - серьезно сказал Майк. “Я посмотрю, что можно сделать с Келдарой. Если только это не намного больше, чем дружба, и в этом случае ты отправишься домой со свекровью.”


“Я этого не планировал”, - нахмурившись, сказал Вэннер. “Но это мысль. Она чертовски красива”.


“И она умеет готовить”, - сказал Майк, кивая. “Но ей пришлось бы адаптироваться к совершенно новой культуре. Очень, очень отличающейся. Подумай об этом хорошенько”.


“Я сделаю это”, - сказал Вэннер.


“Теперь мы закончили”, - ответил Майк, ухмыляясь. “Береги себя”.


* * *


“Что мы собираемся здесь сделать, так это повторить действие, в котором вы только что участвовали, точно так же, как и в любом другом тестировании”, - сказал Нильсон собравшимся келдара. Проверка действий проводилась команда за командой, потребовался целый день, чтобы разобраться с известными ошибками. Они начали с команды Олега, которая участвовала в большинстве боев. Они использовали для смотра одну из подвальных комнат в серале, и там было полно келдара, которые сидели на складных стульях и выглядели нервными. “Мы будем делать одно из этих действий после каждого действия, так что привыкайте к ним.


“Первое, что нужно сказать, и я буду повторять это снова и снова, это то, что вы справились очень хорошо”, - продолжил Нильсон, оглядывая группу. “Тем более, что вы в середине тренировки. Но совершенства не существует. Однако это метод подбираться все ближе и ближе, если вы будете внимательны. Прямо сейчас шеф Адамс и сержанты Флетчер, Графф и Маккензи обходят зону перестрелки и проводят полный обзор. То, что мы делаем сегодня, называется "горячая стирка". Мы рассмотрим индивидуальные действия и действия подразделений в том виде, в каком они известны, и определим, что мы можем сделать лучше в следующий раз. Я начну с расходов на боеприпасы.”


Он вывел список с графиком на экран компьютера на стене и указал на пару важных моментов.


“На каждого убитого, который, как было установлено, был расстрелян, было израсходовано более шестидесяти патронов калибра 7,62”, - сказал Нильсон, указывая на две диаграммы. “Не всего шестьдесят выстрелов, но по шестьдесят на каждого убитого. Наименьшее количество выстрелов было у Олега, который, учитывая, что он вообще не должен был стрелять, был довольно хорош, всего пятнадцать выстрелов. Олег, почему ты стрелял?”


“Я... больше ничего не делал, полковник”, - неловко сказал командир группы.


“Предполагалось, что вы должны были обращать внимание на действия всех остальных”, - сказал Нильсон, качая головой. “Шеф Адамс, поверьте мне, гораздо более точен, чем вы, в таком бою. Но он не потратил ни одного патрона, потому что знал, что был здесь не для того, чтобы драться. Он был там, чтобы наблюдать и контролировать. Вам дается оружие только для одной цели; самооборона или что-то, во что вы должны стрелять, потому что вы не можете заставить одного из стрелков сделать это вовремя. Вот и все. Точка. Я не могу представить причину, по которой вы могли израсходовать хотя бы один снаряд в этом бою. Кто-нибудь из врагов подобрался близко к вашему бункеру?”


“Нет, сэр”, - признался Олег, опустив голову.


“В следующий раз не теряй голову”, - сказал Нильсон. “Ты здесь для того, чтобы контролировать ход битвы. Если вам придется, ведите с фронта, если вас атакуют напрямую; если вам придется вступить в бой из-за нехватки времени, вы можете вступить в бой. В противном случае держите палец подальше от спускового крючка! Beso!”


“ Сэр! ” сказал келдара, резко выпрямляясь. Он склонился, разговаривая с Келдарой, стоявшей рядом с ним.


“ Триста восемьдесят шесть патронов? - Спросил Нильсон, явно пораженный. “ Как, черт возьми, ты израсходовал триста восемьдесят шесть патронов?


* * *


На следующий день после горячей стирки они вывели все шесть команд и прошлись по площадке, прикидывая, что они могли бы сделать лучше. Майк решил, что Нильсон просто лучше разбирается в деталях подобных вещей, чем он сам. Все, начиная с момента, когда он остановил Вила, и заканчивая тем, когда он отправил Кайфолома и Ванима вниз по склону, было рассмотрено и подвергнуто критике.


Третий день был заключительным смотром, проведенным в главной столовой сераля. Майк приказал принести еще столов и стульев, и там едва хватило места для всех ополченцев и тренеров. Они даже пригласили женщин из минометного отделения, которые сидели за отдельным столом со своими тренерами. Девушки выглядели самодовольными, как кошки, из-за того, что их включили в “мужской разговор”.


“Килдар”, - сказал Нильсон. “Ты не мог бы встать?”


“Вот оно”, - сказал Майк Адамсу, вставая во главе стола.


“Разведывательное движение к наблюдательному пункту было хорошим”, - сказал Нильсон. “Никаких серьезных недостатков нет, за исключением того, что вы недостаточно далеко выдвинули свою точку во время движения. На вашем бивуаке в первую ночь не было найдено мусора, хотя на главной операции на вершине холма был мусор. Я не буду вдаваться в подробности вашего выбора целей для снайперских операций; это своеобразно и зависит от человеческого фактора, я не буду спорить. Тем не менее, вы выбрали довольно неудачное время для вывода войск. Вас чуть не обошла с фланга группа преследования; вы знаете об этом?”


“Да, это я”, - сказал Майк, кивая. “Я сделал на несколько снимков больше, чем следовало”.


“Возможно, вам не следовало стрелять”, - отметил Нильсон. “Вам следовало наблюдать и контролировать, и позволить Ласко стрелять”.


“Я не был уверен, что это сработает”, - сказал Майк. “Дистанции были больше, чем он тренировался. Я хотел убедиться, что снайперский огонь был достаточно хорош, чтобы действительно ужалить их. Но я отступил слишком поздно. ”


“Ваше движение, учитывая близость преследования, было примерно таким же”, - сказал Нильсон, указывая на карту. “Почему вы решили стать приманкой и послали Праза и Ласко прямо на гору?”


“Я был в лучшей форме для бега”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Праз и Ласко не соответствовали моему уровню подготовки. Как оказалось, они, вероятно, могли бы сделать это так же хорошо, но это был тяжелый удар. В той ситуации я выбрал опасную точку ”.


“Добравшись до места засады, вы заняли один из бункеров безопасности в качестве своей позиции”, - сказал Нильсон. “Почему? Оттуда вы не могли наблюдать за ходом сражения”.


“Я следовал указаниям шефа Адамса”, - сказал Майк. “Я предполагаю, что группа преследования была достаточно близко, и Адамс просто хотел, чтобы я залег на землю, а это был ближайший бункер”.


“На стадии планирования вы не учли минометы для поддержки”, - сказал Нильсон, отмечая пункт в списке.


“Согласен”, - сказал Майк. “Я думал о них исключительно с точки зрения использования фиксированной позиции. Я рад, что вы их запомнили ”, - добавил он под смешки в зале.


“Что подводит нас к самому опасному моменту в этой операции: командованию и контролю”, - сказал Нильсон. “Настоящим командиром миссии был килдар. Но большую часть миссии он находился в авангарде и в действии. Я руководил сражением, но не командовал. Килдар должен был либо отказаться от командования битвой, либо переместиться на позицию, где он мог бы управлять всеми фигурами. Это сработало, потому что мы с Килдаром могли очень хорошо работать вместе. Но тот или иной из нас должен был быть назначен командующим, и этот человек должен был быть в состоянии контролировать ход сражения ”.


“Я прокомментирую это”, - сказал Майк, выходя вперед. “Я намерен всегда командовать с близкого расстояния, если это вообще возможно. Мое намерение - сделать это возможным с помощью более совершенных технологий. Но, да, в этом случае у меня не было эффективных карт, и я действительно не знал, где находятся фигуры. Полковник Нильсон руководил этим сражением и делал это довольно хорошо ”.


“Чертовски верно”, - громко сказал шеф Адамс, вызвав аплодисменты.


Майк подождал, пока стихнут аплодисменты ухмыляющегося Келдары, а затем помахал группе рукой.


“Ты выполнил свое первое действие и свой первый обзор после него”, - сказал Майк, ухмыляясь. “И я уверен, что ты предпочел бы вернуться в бой, чем выслушивать придирки”. Он снова подождал, пока стихнут смешки, затем кивнул. “Опять же, ты молодец. И если мы будем продолжать в том же духе, с каждым разом у тебя будет получаться все лучше. Но на сегодняшний вечер вы встретились с врагом и выжили. Среди военных существует обычай, что время от времени они устраивают ужин только для своего подразделения, называемый столовой. Существуют различные обычаи, над которыми мы будем работать по прошествии времени. Но сегодня вечером вы - гости Килдар. Завтра, конечно, ты возвращаешься к тренировкам. Так что ... следи за пивом ”.


“Килдар”, - сказал один из мужчин, взглянув на два женских стола. “А как насчет женщин? Они будут прислуживать?”


“Нет, если в следующий раз тебе понадобится огневая поддержка, Виктор Шейнав!” - крикнула в ответ одна из женщин. Что вызвало взрыв смеха в зале за счет Виктора.


“Нет”, - сказал Майк, когда двери открылись и вошли его многочисленные “девушки” с подносами. “Сегодня вечером вам будут прислуживать женщины килдар в знак благодарности за то, что вы были верными слугами и одними из лучших солдат, с которыми мне было приятно служить”.


* * *


“Господи, я не могу поверить, что ты так быстро все закончил”, - сказал Майк, стоя на вершине дамбы. Внешний склон и вершина были даже засеяны и покрыты соломой, чтобы предотвратить эрозию, в то время как внутренний склон был покрыт глиной. Плотину еще не закрыли, поэтому ручей у основания все еще тек свободно. Но все, что потребовалось, - это повернуть колесо. Прошло всего четыре недели после битвы, и все было готово.


“Я даже подключил большинство домов с некоторой неумелой помощью келдара”, - с гордостью сказал Меллер. “Большой разницей было приобретение дополнительного оборудования”.


“А как насчет канала, по которому будет проходить другой поток?” Спросил Майк. Было ясно, что потоки еще не были объединены.


“Я использовал запасную Келдару, чтобы соорудить там временную дамбу”, - сказал Меллер. “Затем я взорвал канал. Это создало напор, чтобы гидростатическая сила была не такой сильной. Мы частично наполним это текущим потоком, затем медленно откроем его, чтобы добавить этот поток. Эту плотину, вероятно, смоет весной, но к тому времени она вам не понадобится. Вы хотите воздать им почести?” заключил инженер, махнув рукой в сторону штурвала, который контролировал плотину. Рычаги управления были установлены над водой на пирсе и имели автоматическое подъемное устройство на случай, если вода поднимется слишком высоко.


“Нет”, - сказал Майк, качая головой. “Ты это построил. Ты это закрываешь”.


“О'кей”, - радостно сказал Меллер. Он вышел на пирс и спокойно крутанул колесо, опустив металлическую пластину в прорезь и остановив поток воды, который тут же начал подниматься. “Мы откроем вторую через несколько дней, когда она достигнет примерно шести футов в глубину”.


“Как долго его наполнять?” Спросил Майк.


“Около двух недель”, - сказал Меллер. “В этот момент вы и келдара получите свою силу. И мы сможем начать подводить воду к домам, как только получим материал”.


“Начинайте с этого”, - сказал Майк, кивая. “Нам нужно придумать что-нибудь для лечения; это вещество в нынешнем виде пить нельзя”.


“Хлор дешевый”, - сказал Меллер, пожимая плечами. “Я займусь этим”.


Глава вторая


“Приятно в основном вернуть себе дом”, - сказал Майк, входя в столовую. Нильсон пил чай и просматривал какие-то бумаги, пока Адамс доедал яичницу с ветчиной.


“Меньше драк из-за девушек”, - сказал Адамс.


Келдара были в стадии патрулирования, и для этого требовалось меньше инструкторов. Когда “базовый курс” закончился, большинство инструкторов ушли. Несколько человек все еще оставались здесь для патрулирования и повышения квалификации, а некоторые, такие как Адамс, Нильсон и Вэннер, выглядели постоянными дополнениями. Но дом был определенно менее заполнен, чем раньше. Особенно учитывая, что большинство оставшихся тренеров бегают на Кельдаре по горам.


“Девчонками” были местные проститутки, которых Майк нанял для помощи и утешения бедных тренеров вдали от домашних радостей. Владелец местного борделя предложил Майку выгодную сделку по долгосрочной аренде, в конце концов полностью отказавшись от бизнеса и отправив свою единственную оставшуюся девушку присоединиться к остальным.


Четверо из пяти девушек были совершенно обычными работающими девушками из стран Третьего мира. Трое из них были с местных ферм, у девушек не было лучшей перспективы, чем работать всю оставшуюся жизнь, в то время как двое других были русскими. Одна из них, Катя, была несколько иной. Ядовито-злая, когда ей это сходило с рук, девушка так и не привыкла к тому, что ею “владеют” так, как это было принято в этом районе.


Майк, который прозвал ее “Хлопковый хвостик”, постепенно переводил ее из разряда работающей девушки в разряд занятий, более подходящих для ее высокого уровня интеллекта и крайней социопатичности. Он не был уверен, что собирается делать с ней в долгосрочной перспективе — вариант похоронить ее в безымянной могиле все еще оставался в силе, — но он видел в девушке большой потенциал, если бы мог просто доверять ей хоть немного.


Это, однако, было бы неразумно делать.


“Кстати, о девушках”, - сказал Майк. “Я собираюсь полностью внедрить Cottontail в intel. Я хотел бы, чтобы у нас был хороший тренер по гуминту; я думаю, Катя, вероятно, была бы хорошим агентом ”.


“Если бы ты мог доверять всему, что она тебе давала”, - заметил Нильсон, отрываясь от своих бумаг. “А ты мог бы?”


“Зависит от того, что было ей за это”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Она действительно ненавидит чеченцев, вероятно, больше, чем весь остальной мир. Если мы используем ее для разработки Humint в чеченском регионе, это может сработать ”.


“Ей нужно будет выучить арабский”, - сказал Адамс, вытирая свою тарелку печеньем.


“У Берлитц есть свободный курс”, - сказал Майк. “Конечно, это означает, что ее нужно выпустить из дома. Черт возьми, я дам ей пригоршню наличных и скажу, что она может пойти, если хочет. Беспроигрышное предложение.”


“А как же ‘твои’ девушки?” Спросил Нильсон.


В дополнение к проституткам, Майк более или менее унаследовал гарем. Сексуальное рабство было широко распространено в регионе, и большая его часть контролировалась чеченцами, которые использовали его, наряду с наркотиками, для финансирования своей непрекращающейся войны с русскими. Большинство девочек были выкуплены в детских домах или у их родителей, поскольку фермеры в регионе могли получать почти годовой доход за "бесполезных” женщин. Но чеченцы были не прочь похитить девушку на улице.


Одна из таких групп похитила одну из девушек из племени келдара в местном городке, куда она отправилась на рынок. Когда они скрылись на своем фургоне, то проехали прямо мимо караван-сарая Майка.


Он сделал пять выстрелов из пистолета Barrett 50-го калибра, чтобы остановить фургон, к счастью, промахнувшись по всем девушкам, находившимся сзади. Затем он и группа реагирования тренеров уложили двух чеченцев, находившихся в фургоне.


Таким образом, на руках у Майка остались семь девочек в возрасте от двенадцати до семнадцати лет. Запросы показали, что они не были ни задатком, ни возвратом; различные фермы, которые их продали, не были заинтересованы в их возвращении. Обсудив ситуацию со своими местными советниками, Майк согласился, что лучший способ действий - взять их в наложницы. Он рассматривал различные альтернативы, но ни одна из них на самом деле не сработала. Он подвел черту, забрав по-настоящему молодых, но остальные теперь были его согревателями в постели.


Однако он сразу увидел проблему с тем, что нужно управлять домом, полным девочек-подростков. Поэтому он поехал в Узбекистан, где гаремы были традиционными, и нанял профессионального управляющего гаремом. Оказалось, что Анастасия обладает гораздо большими навыками, чем просто управление гаремом. Она не только была великолепна в постели, но и говорила на нескольких языках и чувствовала себя как дома практически в любой социальной среде.


Майк также нанял женщину-репетитора для девочек. Его долгосрочный план состоял в том, чтобы обучить их до уровня, позволяющего им поступить в колледж и начать “настоящую” жизнь. Но в то же время он точно не мог жаловаться на то, что у него на побегушках пять очень симпатичных подростков-балбесов.


“Ни у кого из них не тот склад ума, чтобы решиться на что-то подобное”, - ответил Майк. “Но Анастасия свободно говорит по-арабски. Может быть, я попрошу ее научить Коттонтейла”.


“Будь осторожен с тем, чему она ее учит”, - сказал Адамс, не поднимая глаз. “Тебя может ждать очень неприятный сюрприз”.


“ Ты говоришь о том, что Анастасия учит Катю, или наоборот? - Спросил Нильсон, ухмыляясь.


“Да”.


* * *


“ Геннадий, ” сказал Майк, подъезжая в своем "Экспедишн" к управляющему фермой. “ Я не разговаривал с тобой несколько недель. Как идут дела на ферме?”


Когда Майк купил ферму Келдара, которая, по сути, означала всю многотысячную акровую долину, он был не очень доволен надсмотрщиком, который пришел вместе с ней. Короче говоря, Отар Тарасов был ударником и хулиганом, который не отличал свою задницу от дыры в земле. Начальник местной полиции нашел Геннадия Махону, который не только получил агрономическое образование в школе, но и был членом Кельдары. Ранее у Отара и Геннадия произошла стычка, и бывший управляющий выгнал его с фермы, вплоть до того, что вышвырнул из Келдары.


Майк был впечатлен молодым человеком. Геннадий знал о проблемах ведения сельского хозяйства в долине с ее очень коротким вегетационным периодом, но он также был более чем готов внедрить современные методы и оборудование для улучшения условий. Он также был готов сразиться со старейшинами Келдары из-за своих изменений. Келдара были открыты для многих новых идей и способов ведения дел, даже будучи смертельно упрямыми по отношению к другим, и многие старейшины думали, что Геннадий собирается заморить их всех голодом со своими новыми семенами, методами посадки, удобрениями и “гербицидами.В конце концов, все, что убивает сорняки, непременно убивает урожай. Этот год должен был стать проверкой того, насколько хорошо он знает свое дело. Майк держал пари, что все пойдет хорошо.


“Мне бы не помешали несколько рабочих рук”, - признал Геннадий. “Когда молодые люди снова будут свободны для работы?”


“Не раньше, чем через несколько недель”, - сказал Майк, нахмурившись. “Что тебе нужно?”


“Мелочи, но их много”, - ответил управляющий фермой. “Кое-какие рытья траншей, в которые я не могу втащить экскаватор, кое-какой ремонт амбаров, требующий сильных работников. Старики преуспевают, как и женщины, но они мало что могут сделать.”


“В конце недели у нас перерыв в расписании тренировок”, - сказал Майк, нахмурившись. “Я подумаю о том, чтобы продлить этот перерыв с нескольких дней, возможно, до двух недель. Я хочу, чтобы у них был перерыв, прежде чем мы перейдем ко второй фазе патрулирования. Это будет потрясающе ”.


“Я отложу это до тех пор”, - сказал Геннадий, кивая. “И я позабочусь о том, чтобы у них был перерыв ближе к концу”.


“Отлично”, - сказал Майк, ухмыляясь. “Как урожай?”


“Даже отец Махона признает, что зерна всходят хорошо”, - ответил Геннадий, широко улыбаясь. “И горох почти готов к уборке. Мы сделаем это с комбайном, поэтому мне не понадобятся молодые люди. Раньше для этого потребовалось бы, чтобы все убирали растения, но у комбайна есть приспособление, которое делает это за нас. Затем мы пересадим свеклу для осеннего урожая.”


“Как скажешь”, - сказал Майк, признав, что ничего не смыслит в фермерстве.


“Все идет хорошо”, - сказал Геннадий, улыбаясь в ответ. “Очень хорошо”.


“Хорошо”, - ответил Майк. “В любом случае, это все, что мне нужно было услышать”.


“Дела на ферме идут хорошо, - сказал управляющий фермой, слегка нахмурившись, - но есть еще одна проблема”.


“Что теперь?” Спросил Майк, вздыхая.


“Отец Нона и отец Кульчьянов хотели бы встретиться с вами наедине”, - сказал Геннадий. “Это очень личная причина, только для килдар. Без участия ополчения”.


“Сегодня?” Озадаченно спросил Майк.


“Скоро”, - сказал Геннадий, пожимая плечами. “Не сразу. Подойдет любое время на этой или следующей неделе”.


“Собираетесь намекнуть на что?” Спросил Майк, улыбаясь.


“Я думаю, им нужно обсудить это с вами”, - сказал Геннадий, пожимая плечами. “Это им решать”.


“Завтра подойдет?” Спросил Майк. “Днем?”


“Это прекрасно”, - ответил Геннадий.


* * *


Майк вошел в караван-сарай и оглядел фойе. Две представительницы гарема, Тината и Ажела, сидели в фойе и играли в игру с мелкими цветными камешками. Тината была шестнадцатилетней девушкой с потрясающе большой грудью и огненно-рыжими волосами, что было вполне естественно. Майк точно знал, что занавески гармонируют с ковром. Ажела была меньше ростом, с прекрасными светло-каштановыми волосами и меньшей грудью, которая, тем не менее, была довольно заметна при ее более миниатюрном телосложении.


В порядке, который имел смысл для него в то время, он попросил Анастасию раздобыть униформу для девочек. По сути, это была форма “школьницы”: белая рубашка, юбки в синюю и зеленую клетку и туфли на низком каблуке, у которых были свои преимущества и недостатки. Это сократило время мелких препирательств о том, кто что должен надеть в какой день и кто самый красивый, что было основным предметом разногласий среди девушек. Однако, как и в случае со многими мужчинами, он обнаружил, что внешний вид “школьницы” его сильно возбуждает. Не помогло и то, что они были, по сути, настоящими школьницами. Как обычно, когда девушки вскакивали на ноги, взметая юбки, застегивая пуговицы на рубашках, улыбающиеся, с блестящими глазами и пушистыми хвостами и явно готовые удовлетворить любое его желание, какая бы важная проблема ни была у него на уме, она тут же вылетала в окно. Подтяжки, которые теперь носили многие из них, делу не помогли.


Майк оторвал взгляд от удивительно красивой груди Тинаты и покачал головой.


“Я думаю, мне нужно одеть вас, девочки, в чадры”, - сказал он, улыбаясь, чтобы показать, что это была шутка. “Но не мог бы кто-нибудь из вас попросить Анастасию встретиться со мной в моем офисе, когда ей будет удобно?”


“Да, Килдар”, - сказала Тината, слегка присев в реверансе и склонив голову в жесте кротости, который, как знал Майк, был притворством. Девушка была абсолютной шалуньей в постели. “Я пойду и вызову ее немедленно”.


“Не беспокоьте ее, если она занята чем-то важным”, - сказал Майк, направляясь в свой кабинет.


“Мне вернуться с ней, Килдар?” Спросила Тината, глядя на него краем глаза.


“Нет”, - определенно сказал Майк. “Но не уходи далеко. У меня ничего не запланировано на сегодня”.


* * *


“Ты просил о встрече со мной, Килдар?” Спросила Анастасия, войдя в его кабинет.


Управляющая гаремом была членом гарема узбекского шейха с двенадцати лет. Она была высокой и утонченной, с длинными, прекрасными светлыми волосами и голубыми глазами с небольшой эпикантической складкой. Тонкокостная, с лицом ангела, она могла бы заработать большие деньги в качестве супермодели. Вместо этого она была замурована в гареме на четырнадцать лет с редкими возможностями выбраться; полет в Джорджию фактически был ее первым полетом на самолете.


Она была натренирована и, естественно, искусна в управлении группами девушек. Однако у нее было мало других навыков. Поскольку она уже начала привыкать к вкусам шейха, в свои двадцать шесть лет она была готова либо выдать себя замуж за какого-нибудь слугу, либо отправить с кучей денег на поиски новой жизни. "Новая жизнь”, вероятно, была бы мадам из публичного дома, учитывая, что больше она ничего не знала.


Предложение о работе от Майка было как дар небес. Майку не только нужен был менеджер, он был гораздо менее властным, чем шейх, и более чем готов был включать ее в свои путешествия. Кроме того, был факт, что Анастасия была серьезным мазохистским сабмиссивом. По ее мнению, у шейха никогда не было достаточно сильной руки с кнутом, и в остальном он был довольно неинтересен в постели, обычно повторяя “бам, бам, спасибо, мэм”, но даже не мог бодрствовать ради “спасибо”. Майк был серьезным мужчиной и более чем желал удовлетворить эту сторону своей сексуальной натуры. Затем был тот факт, что он считал своим долгом и удовольствием заставить женщину хорошо провести время в постели. Для Анастасии последние месяцы были раем. Ее единственной жалобой было то, что Майк до сих пор не обустроил в старых подвалах подземелье для рабства, которое он ей обещал.


“Я хочу, чтобы ты начала больше работать с Катей”, - сказал Майк, указывая ей на стул. “Я знаю, что она работает с Вэннером, но я хочу, чтобы ты начала обучать ее арабскому”.


“Я уже была там”, - сказала Анастасия, улыбаясь. “А также немецкий и французский. Она уже говорит по-русски и по-английски больше, чем готова признать. Я начала учить ее другим языкам, чтобы занять ее. Когда она учится, с ней не так уж много проблем. И она очень умна. Должен признать, умнее меня. Она впитывает информацию и обладает замечательной памятью ”.


“Особенно за пренебрежение”, - сказал Майк, вздыхая. “Но это хорошо. Я хочу, чтобы вы пока сосредоточились на арабском и чеченском диалектах русского и арабского языков. Сделайте так, чтобы она смогла понять это ясно, независимо от того, насколько искажено. ”


“Я понимаю”, - сказала Анастасия, кивая. “Ты уверен, что можешь доверять ей?”


“Нет”, - признался Майк. “Но предоставьте беспокоиться об этом мне. Я сделаю это беспроигрышным предложением. Она может выполнить задание, или она может сбежать. У нее будет недостаточно информации, чтобы причинить нам серьезный вред.”


“Она работала с Вэннером”, - указала Анастасия. “Она знает о ваших возможностях перехвата”.


“Чеченцы делают то же самое”, - кисло заметил Майк. “Русские слили им информацию”.


“Но она знает детали”, - возразила Анастасия.


“Мы можем сменить коды после того, как она уйдет”, - сказал Майк. “И это будет не скоро. Я заберу ее из секции Вэннера и заставлю учиться. Если уж на то пошло, я посмотрю, что смогу раздобыть в виде руководств по проникновению и шпионажу. Я думаю, у нее бы это хорошо получилось. И если вместо этого она бросится бежать, что ж, тогда нам больше не нужно о ней беспокоиться. ”


“Это так”, - сказала Анастасия, улыбаясь. “Итак, когда я получу свое подземелье для рабства?”


“Я внесу это в свой список работ”, - сказал Майк, ухмыляясь. “Но сегодня днем я назначил другую дату”.


“Тината”, - сказала Анастасия, кивая. “Я удивлялась, почему она выглядит такой счастливой”.


* * *


Майк положил рыжеволосую на кровать и наклонился, чтобы нежно поцеловать ее в шею.


К этому моменту все девушки знали его вкусы, и Тината переоделась в пятидюймовые сандалии с шипами. Она застонала и изогнулась в сторону, когда он пощекотал ее шею языком, скользнув по нему, чтобы дотянуться до промежности.


“Не так быстро, юная”. Майк усмехнулся, садясь рядом с ней. “У нас впереди весь день”.


“Это очень хорошо”, - сказала Тината, отводя глаза в сторону с притворной застенчивостью. “Я могу тебя измотать”.


“Удачи”. Майк снова усмехнулся, целуя ее в шею, а затем погрузил язык в место соединения плеча и шеи. Там была мышца с проходящим вдоль нее нервом, из-за которого женщины обычно истекают соком, и Тината снова застонала, когда его язык крепко вонзился в нервное сплетение.


Он скользнул рукой вверх по ее животу, расстегнул рубашку и начал расстегивать ее. Иногда он просто срывал одну из них — в конце концов, униформа принадлежала ему, - но на этот раз он не торопился. Тинате нравилось, когда ее прижимали, но она не была в полном рабстве и все еще немного волновалась, когда он становился слишком грубым. Ей нравилось немного доминировать, но это не означало, что она была помешана на БДСМ. Последние два раза, когда они были вместе, у него было время только на быстрый секс. Она испытала оргазм, но едва-едва. Он намеревался свести ее с ума сегодня днем. И у него было секретное оружие: ее по-настоящему заводило, когда она давала по головке.


Он медленно расстегнул ее блузку, продолжая посасывать ее шею, время от времени кладя руку ей на плечо. Мурашки по коже были хорошим показателем того, насколько заинтересована девушка, а у этой были шишки на локте, хороший знак.


Когда лифчик был снят, он скользнул вниз по ее груди, все еще дразня, и медленно обошел ее. Они действительно были великолепными, цельными и натуральными DDS, но все еще такими молодыми и свежими, что были почти такими же твердыми, как подделки. Они также были довольно чувствительными, и к тому времени, когда он, наконец, добрался до сосков, посасывая и облизывая один, пока его рука ласкала другой, она застонала.


Внезапно он протянул руку и схватил ее за волосы, повернувшись так, что оказался на спине, а она - на коленях.


“Сделай мне”, - приказал он, опуская ее голову вниз, к своей промежности.


Тината издала еще один стон и спустила его штаны вниз, вытаскивая его член. Она начала с медленного облизывания вдоль основания, продвигаясь вверх легкими движениями языка.


Он протянул руку мимо ее плеча и обхватил одну из этих великолепных грудей, слегка поглаживая ее подушечками пальцев, когда она начала делать ему минет. Сочетание ее фетиша на головку и чувствительности грудей заставило ее на мгновение остановиться, просто содрогнувшись, когда она провела щекой вверх и вниз по его члену.


“Продолжай”, - сказал Майк, хватая ее за волосы и возвращая ее губы к своему члену. “Я не говорил, что ты можешь остановиться”.


Он перестал играть с ее сиськами и протянул руку, схватив ее за задницу и подтянув ближе, чтобы он мог дотянуться до нее между ног. Он скользнул рукой под ее хлопчатобумажные трусики и поднялся к ее клитору, слегка поглаживая ее половые губы и клитор.


Тината снова начала останавливаться, слишком сильно содрогаясь, чтобы продолжать, но он продолжал держать ее за волосы и начал насаживать ее вверх и вниз на свой член, погружая палец в ее щель.


Девушка начала раскачиваться и стонать, продолжая отсасывать, поскольку он рассчитывал толчки с обоих концов, поддерживая постоянное состояние сексуального напряжения. Когда он решил, что она просто больше не может этого выносить, он поднял ее, сорвал с нее трусики и жестко овладел ею.


Подняв одну из ее ног, он полностью вошел в нее, пока их тазовые кости не соприкоснулись прямо на ее клиторе, вызвав стон удовольствия и судорожный вздох. Тината сидела с закрытыми глазами и уже начала раскачиваться в нем, когда он начал вонзаться в нее. Он очень старался не концентрироваться на том факте, что он чертовски трахал рыжую девушку-подростка с действительно классными сиськами. Он не хотел кончать, пока не измотает ее до предела. Когда он начинал чувствовать, что приближается к цели, он думал о таблице умножения. Это всегда заставляло его отступать.


Он схватил ее запястья, одной рукой удерживая их над ее головой, затем начал поглаживать ее сиськи, делая толчки. Он просто провел большим пальцем по левому соску, поглаживая его в такт своим толчкам.


Это действительно завело девушку. Она продолжала толкаться в него, постанывая и вскрикивая от удовольствия, пока не кончила, внезапно и довольно громко, издав крик боли и наслаждения, который, несомненно, был слышен по всему караван-сараю.


Майк немедленно остановился, давая ей отдышаться. Он тренировался с тех пор, как захватил караван-сарай, и до сих пор даже не запыхался.


“Ты в порядке?” спросил он, глядя на нее, когда она открыла глаза.


“О, да”, - выдохнула Тината, затем рассмеялась. “Я в полном порядке”.


“Хорошо”, - сказал Майк, снова входя в нее. “Я только начал”.


“О, Боже!” Тината ахнула, откидываясь на спину и дрожа, когда его толчки довели толчки ее оргазма до крещендо. “Смилуйся, Килдар!”


“Вряд ли”, - хрипло ответил Майк.


На этот раз он потратил больше времени, не просто вбивая и выбивая, но меняя темп и движения. Он наносил удары медленно и долго, до упора, в течение пяти ударов, затем набирал темп еще в течение нескольких серий, пока не начинал наносить быстрые удары, которые он называл “траханье кролика”. После заячьего траха он снова отступал.


К этому времени Тината уже вообще ничего не контролировала. Она просто испытывала оргазм в быстрой последовательности, особенно когда "кролик трахает" достигло цели. Время от времени он ненадолго отступал, чтобы дать ей немного прийти в себя, а затем возвращался к прежнему, прежде чем она успевала вымолвить хоть слово. Если бы она могла говорить, то, с его точки зрения, она не полностью соответствовала моменту.


Когда он немного устал, он перекатился на бок, все еще сохраняя проникновение, и переставил их конечности так, чтобы он мог лечь на бок. Ее правая нога была поверх его левой, а его правая поверх ее, контакт сохранялся посередине. Он подсунул ее правую руку под свое тело и левой рукой завел другую руку ей за голову. Это освободило его правую руку, и он снова начал поглаживать ее соски, продолжая скользить внутрь и наружу.


“Килдар...” - выдохнула девушка. “Пожалуйста...”


“Пожалуйста, что?” Спросил Майк, замедляя шаг, но не останавливаясь.


“Я ... пожалуйста...” - захныкала девушка. “Не надо больше...”


“Еще немного”, - злобно сказал Майк, скользя рукой вниз к ее промежности.


“Нееет ...” Тината захныкала, когда его палец скользнул по ее клитору и начал ласкать его.


Майк начал сильно долбить ее, в то время как его палец продолжал ласкать ее клитор. Внезапно она вскрикнула и начала извиваться в его объятиях, и в этот момент он остановился, убрав руку.


“О...” - сказала девушка, лежа навзничь на кровати. “О… Боже...”


“Это было нормально?” С любопытством спросил Майк.


“Все в порядке?” Сказала Тината, открывая глаза. “Я ничего не вижу! Я ничего не вижу! Я слепая!”


“Низкий приток крови к зрительному нерву”, - мягко сказал Майк. “Это проходит. Ты это переживешь”.


“Тебе легко говорить!” Ответила Тината. “Значит ли это, что с тобой такое случалось раньше?”


“За женщин, с которыми я был”, - признался Майк.


“Ты опасен для всех женщин, Килдар”, - сказала Тината, гортанно хихикая.


“Так мне сказали”.


“Думаю, теперь я вижу какой-то свет”.


“Видишь, это проходит”, - сказал Майк, выскальзывая из машины.


“Ооооо...” - ахнула девушка. “В следующий раз предупреди женщину!”


“Почему? Веселее, если все происходит неожиданно”, - сказал Майк, вставая с кровати. “Хочешь чего-нибудь выпить?”


“Я должна прислуживать тебе”, - заметила Тината.


“Сейчас будет немного тяжеловато”, - сказал Майк, открывая холодильник. “Кока-кола?”


“Пожалуйста”, - сказала Тината, садясь и неловко подтягивая к себе подушку. “Я никогда раньше не была слепой. Это некрасиво”.


“Но это проходит, да?” Спросил Майк.


“Да”, - признала Тината. “Я вижу формы”.


“Вот”, - сказал Майк, вкладывая ей в руку открытую бутылку кока-колы.


Она нащупала его и осторожно поднесла к губам.


“Это хорошо”, - сказала она, улыбаясь. “Я вижу лучше”.


“ Отлично, ” сказал Майк, делая глоток своей колы. “Как только ты сможешь ясно видеть, мы начнем снова”.


“Значит, ты можешь снова сделать меня слепой?” Спросила Тината, смеясь.


“Если смогу”, - признался Майк, улыбаясь. “Ты хочешь сказать, что это было невесело? Кроме того, ты так и не закончил свой минет”.


В течение следующих четырех часов он трахал Тинату через три применения смазки и различные жалобы на набухание, а также через большее количество оргазмов, чем бедняжка могла сосчитать. Только когда она была полностью истощена и лежала на спине, он, наконец, позволил себе кончить. И это было жестко, полностью согнув пальцы ног.


“Килдар ...” Сказала Тината, когда он осторожно подсунул под нее полотенце, чтобы остановить вытекание.


“Хммм?” Спросил Майк, притягивая ее, чтобы она прижалась к его плечу.


“Чудесно...”


“Ш-ш-ш”, - сказал Майк. “Спи”.


Майк лежал, обдумывая список своих задач, пока ее дыхание не стало ровным и стало ясно, что она крепко спит. Затем он выскользнул из кровати, осторожно подложив подушку ей под голову, и оделся. У него было много работы, которую он должен был выполнять, но иногда нужно было просто уделить время, чтобы убедиться, что гарем счастлив.


Глава третья


“Ладно, приятель, что ты берешь?” Спросил Адамс, когда Майк вошел в его кабинет. Бывший шеф сидел в одном из кресел, задрав ноги, очевидно, ожидая его прихода.


“Что вы имеете в виду?” Спросил Майк, садясь и убирая свой скринсейвер паролем.


“На этот раз я рассчитал время”, - сказал Адамс. “С момента первого крика до того, как ваша дверь открылась, прошло три часа сорок семь минут. Я имею в виду, вы покупаете виагру на черном рынке или что-то в этом роде?”


“Мне не нужна виагра”, - сказал Майк, пожимая плечами и открывая таблицу расходов на Келдару. Он неплохо заработал на убийстве разыскиваемых террористов и “обеспечении безопасности” нескольких ядерных зарядов, которые в противном случае оставили бы большие дыры в городах. Но Келдара стоили безумно, и было просто удивительно, как быстро утекали деньги.


“Устрицы?” Спросил Адамс.


“Господи, ты же не собираешься оставить это так, не так ли?” Спросил Майк, откидываясь на спинку стула.


“В любом случае, сколько раз она кончала?” Спросил Адамс. “К концу крики стали довольно приглушенными”.


“Я не знаю”, - признался Майк, стараясь не ухмыляться. “Я считал только те случаи, когда она слепла. Их было три”.


“Боже милостивый”, - сказал вождь, качая головой. “Итак, отдавай. Что ты берешь?”


“Ничего”, - сказал Майк. “Я ничего не беру. Я просто не позволяю себе кончать”.


“Как?” Раздраженно спросил Адамс. “Я имею в виду, что Тината ...”


“В нокауте”, - закончил Майк. “Когда я трахнул ее в первый раз, она была сертифицированной девственницей, чертовски хорошенькая, с отличными сиськами и тугой киской. Я просто думаю о других вещах, когда думаю, что собираюсь кончить. И продолжаю идти. Столько, сколько захочу ”.


“Что? Мертвые щенки?” С любопытством спросил Адамс.


“Нет, математика, в общем”, - признался Майк. “Таблица умножения. Сколько будет восемь умножить на семь?”


“Хм...”


“Верно, если это не прямо у тебя в голове, ты должен подумать об этом”, - сказал Майк. “Большинству людей приходится думать о семерках и восьмерках в таблицах. Все, что требует некоторой концентрации. Что-то, о чем вам нужно подумать, чтобы повторить про себя. Просто ... отвлеките себя, чтобы выйти из этого момента, но держите их в нем. И если у тебя есть хоть капля контроля, ты можешь не кончать. Таким образом, ты можешь сделать женщину по-настоящему счастливой, если ты подходишь хотя бы отчасти. Если ей не нравятся оргазмы полового члена, то есть пальцы и язык. И как только женщина кончит один раз, она, как правило, будет продолжать кончать, если ты продолжишь. В большинстве случаев они скажут, что хотят, чтобы ты прекратил, но если они не настроены по-настоящему агрессивно, продолжай. Их оргазмы становятся все больше и больше, пока они действительно не достигают предела. Вот и все. ”


“Мне нужно это попробовать”, - признался Адамс. “Где, черт возьми, ты этому научился?”


“Я переоцениваю”, - сказал Майк, ухмыляясь. “ Ты сам мне об этом говорил. Есть более чем одна причина, по которой они позвонили мне… так меня называли в командах. Когда вы совершаете кражу на таком уровне, вы должны уметь читать человека, точно знать, что он собирается делать, чувствовать все вокруг вас. В постели все не так уж сильно отличается. Ты отличный новичок, приятель, но ты никогда не был так хорош в подхалимаживании, как я, верно?”


“Допущен”, - сказал Адамс, пожимая плечами. “И это делает тебя великолепным в постели?”


“Хотите верьте, хотите нет, но это ужасно близко”, - сказал Майк, слабо улыбаясь. “Они оба стремятся к власти, поверьте мне. Когда женщина в моих руках - это как замазка, когда нож вонзается в цель. Не зря они называют оргазм ‘маленькой смертью ”. "


“Это отвратительно”, - сказал Адамс, качая головой.


“Я никогда не говорил, что я хороший человек”, - ответил Майк, все еще улыбаясь.


“Давай, попробуй это на Флопси, Бэмби или Мопси”, - продолжил Майк, перечисляя трех проституток по прозвищам. "Хлопковый хвост" невозможен; холоден, как Антарктика. Даже не пытайтесь.”


“Кажется, ей весело”, - сказал Адамс, нахмурившись.


“Она довольно хороша в притворстве, но не так хороша, как думает”, - сказал Майк, пожимая плечами.


“Откуда ты знаешь?” Спросил Адамс.


“Что, ты хочешь, чтобы я выдал все свои секреты?” Майк ответил, ухмыляясь.


* * *


Как только стемнело, Майк надел боевое снаряжение и направился к своему личному Ford Expedition. Он заказал различные транспортные средства для келдара, чтобы привести ферму в более современный вид: когда он купил собственность, келдара все еще использовали плуги, запряженные лошадьми. Помимо тракторов, он купил грузовики и внедорожники для каждой из шести семей. Они использовались в качестве транспорта для ополчения, но в основном использовались для сельскохозяйственных работ.


Однако это была его личная экспедиция, и хотя внешне она выглядела так же, как и все остальные, за исключением кое-где установленной запасной антенны, интерьер был значительно изменен. Он дал Вэннеру кучу денег, а электронщик оснастил его всем мыслимым оборудованием, которое могло понадобиться для управления ополчением. По сути, это был передвижной командный пункт.


Он ввел код на компьютере, вмонтированном в приборную панель, и вывел на экран текущие местоположения всех тренировочных групп. Первая фаза патрулирования была почти закончена, и у него почти не было возможности выйти и проверить их. Группа из Team Sawn удобно расположилась недалеко от северной дороги, находясь вне поля зрения за горным хребтом, поэтому он включил передачу и выехал.


Караван-сарай располагался на горном хребте, возвышающемся над долиной Келдара, на такой высоте, что едва можно было разглядеть город Аллерсо, расположенный в верхней долине. Подъездная дорога от караван-сарая вела по ряду поворотов к дороге, которая проходила по краю долины. Дорога была слегка приподнята, так что, когда он ехал на север, можно было видеть большую часть долины. Урожай, действительно, казалось, рос хорошо, и в домах по-новому загорелся электрический свет. Когда он прибыл, у келдары не было горшка, чтобы помочиться, не говоря уже о электричестве. Если бы он умер завтра или сегодня, что на этом пути было вполне возможно, он бы сделал по крайней мере столько хорошего.


То есть вечное благо. За эти годы он сделал много вещей, которые сам определял как “хорошие”, но в основном они были связаны с убийством террористов или поиском необычного оружия массового уничтожения. Но, казалось, всегда появлялись новые террористы с головами гидры, а оружие массового уничтожения никуда не исчезало. Всегда находился какой-нибудь русский охранник, готовый продать душу за полный мешок наличных, или какой-нибудь моджахед со школьными знаниями химии, взбивающий мензурку с зарином. Чтобы вывести их всех из бизнеса, потребовалось бы изменить мир, а это было слишком большой перспективой для любого бывшего "МОРСКОГО котика".


Он миновал долину и поднялся по откосам на северной оконечности, направляясь в горы. Он был рад, что дорога в это время года свободна. В первый раз, когда он приехал в долину Келдара, он заблудился, и дорога превратилась в покрытый льдом кошмар езды. Ранней летней ночью она была просто приятно извилистой.


Он достиг удобного места высадки, где была небольшая стоянка с видом на пенящуюся внизу в ущелье реку, и вышел, потягиваясь. Ночь была ясной и черной как смоль, идеально подходящей для прогулки по лесу.


Он загрузил свой штурмовой рюкзак и выбрал SPR для поездки. Команды были на последнем учении Первой фазы патрулирования, двухдневном походе с различными целями. Первая фаза патрулирования была разработана для обучения их различным миссиям при патрулировании большими группами с ротацией членов команд на руководящих должностях. Это было прямо из Руководства рейнджера, которое подходило для миссии Келдары лучше, чем подготовка МОРСКИХ котиков. После того, как они привыкнут к патрулированию большими группами, они перейдут ко Второму этапу, который обучит их патрулированию небольшими подразделениями на больших расстояниях - единственный способ полностью пресечь передвижение чеченцев в этом районе.


Он намеренно не обратил внимания на конкретную миссию этого патруля. Они могли быть в движении или устроили засаду; он должен был найти их и определить их миссию.


Однако ему приходилось быть осторожным. Команды были заряжены холостыми патронами, но имели при себе полный боекомплект; местность была небезопасной, и их “подготовка” могла включать в себя нанесение удара по чеченской группировке в любой момент. Чеченцы уже должны были знать, что этот регион небезопасен. Его люди предотвратили перехват и уничтожили атаку целого батальона, уже находившегося в этом районе. Но район Кельдары в течение некоторого времени был основным маршрутом для чеченских группировок; перевалы в АО Кельдара были единственным путем через горы, если не считать выхода на гораздо более охраняемую территорию вокруг Тбилиси. Это была одна из причин, по которой русские, а следовательно, и американское правительство, искали его, чтобы прекратить чеченские операции в регионе.


Сначала ему пришлось пересечь довольно значительный ручей. В то время как с группой это было легко, в одиночку это требовало немного большей осторожности. Он поискал поблизости хороший брод, но поблизости его не было. И даже спуститься к руслу ручья с дороги было непросто.


Наконец, он нашел подходящее место и съехал с холма на заднице, в итоге упершись ногами в камень, который на самом деле выступал из ручья. Он прикрепил альпинистскую веревку к скале и зацепился за нее, затем соскользнул в ручей.


Течение было мощным и чертовски холодным, тающие ледники стекали прямо с гор. Камни также были чертовски скользкими. Он осторожно пробирался поперек течения, упираясь ногами и используя твердый конец веревки для стабилизации.


Он добрался до дальней стороны и потянул за разъединитель, которым был привязан к веревке, извлек его, а затем смотал и убрал. Таким образом, он начинал свою охоту мертвецки промокшим, замерзшим и почти несчастным. Что было даже к лучшему; в последнее время ему было слишком легко.


В последний раз команду разместили на дальней стороне хребта над ним, поэтому он направился вверх по крутому склону. Местами ему приходилось подтягиваться, используя деревья на гребне, но ему потребовалось всего около тридцати минут, чтобы взобраться на гребень и хорошенько спрятаться.


Он достал тепловизионный прицел и начал сканировать местность под собой. Когда он ничего не увидел в том месте, где заметил команду, он осмотрелся вокруг. В долине внизу, казалось, ничего не было, поэтому он продолжал осматриваться.


Долина, в которой побывала команда, представляла собой узкую V-образную форму, спускающуюся с севера и более или менее идущую параллельно дороге на высоте около двухсот метров. По центру протекал небольшой ручей. Она соединялась с чуть большей долиной, которая изгибалась с востока и, наконец, соединялась с ущельем, по которому вилась дорога, добавляя содержимое обоих ручьев в реку, прорезавшую ущелье.


В первой долине команды нигде не было видно, поэтому он продолжал перемещаться туда-сюда в поисках горячих точек в обеих долинах. Наконец он заметил горячую точку, приближающуюся к более широкой, перпендикулярной долине, но она приближалась с востока и отсутствовала там, где была команда. Им пришлось бы бежать изо всех сил, чтобы добраться до этого места, а фигуры двигались неправильно. Пока он наблюдал, в поле зрения появлялось все больше и больше фигур, и некоторые из них имели отчетливые очертания лошадей или мулов. Это была не одна из команд Келдары, это было чертовски точно. На самом деле, если он не сильно ошибался, это был чеченский конвой снабжения.


Он на мгновение задумался, где оставил Экспедицию. Поезда снабжения, подобные этому, обычно встречались с грузовиками где-нибудь на дороге, на которой он припарковался. Проклятая экспедиция была прямо на виду у всех, кто ехал по дороге, что было чертовски примечательно.


Он не знал, почему с ним всегда случались подобные вещи. Он был как магнит, притягивающий терроризм. Все, чего он хотел, это пойти посмотреть, как Келдара проводит операцию, и вот он имеет дело с проклятым чеченским конвоем снабжения. Это была такая заноза в заднице.


Он достал карту и соскользнул вниз по склону холма, скрывшись из поля зрения. Карты, новое усовершенствование Вэннера, флуоресцировали в ультрафиолетовом диапазоне, поэтому он настроил прибор ночного наблюдения на ультрафиолетовый, надвинул его на один глаз и открыл карту.


Долина, по которой двигались чеченцы, была помечена как 415, и, конечно же, вдоль южной стороны тянулась узкая тропа. Там также был отмечен брод. Хорошо, что он не рассмотрел карту получше, иначе он мог бы использовать и то, и другое и врезаться прямо в них, идущих в другую сторону.


Тропа змеилась по склону холма, и, судя по их передвижению, им потребуется добрый час, чтобы добраться до дороги. В зависимости от того, где находилась команда Келдара, она могла попасть в засаду. Но группы, подобные этой, обычно встречались с грузовиками, едущими по дороге, и они ехали с севера; даже чеченцы были не настолько глупы, чтобы бежать вверх по долине Кельдары, а все источники, которыми они пользовались, находились на севере. В этом и был весь смысл пробежки здесь.


Следовательно, с севера им навстречу шел грузовик или грузовики. Он должен был встретиться с ними возле брода, передать груз и отправиться обратно на север. Поступают оружие и боеприпасы, наркотики, девушки и все такое прочее.


Это было задание для нескольких команд. И он все еще не мог найти команду, которую искал, поэтому ему пришлось позвонить.


“База Келдара, это Килдар”, - прошептал он по радио. “У нас ситуация”.


* * *


Гильдана Макани включила наушники и помахала сержанту Вэннеру, когда поступил вызов.


Гильдане было семнадцать лет, она была голубоглазой и длинноногой, с длинными светлыми волосами, которые она регулярно заплетала в толстую веревку, свисавшую до поясницы. Еще несколько месяцев назад Гильдана представляла себе жизнь, точь-в-точь как у ее матери, бабушки и пра-пра-пра-бабушки, уходящую корнями во времена средневековья. Она скоро выйдет замуж, многие ее подруги уже вышли замуж, и мужчина, за которого она должна была выйти замуж, Гиви Ферани, уже был выбран. Тогда у нее будет столько детей, сколько она сможет нарожать, пока она не состарится, не поседеет и не измотается работой на ферме.


Ей нравился Гиви, и она думала, что из него получится хороший муж. Он был трудолюбивым и, по крайней мере, обладал чувством юмора. На самом деле у нее не было других мечтаний, кроме как иметь красивых и здоровых детей, которые будут жить.


Потом все изменилось. Пришли новые килдар, и теперь все было шиворот-навыворот. Как одна из лучших читательниц и писательниц среди женщин Келдары, она была выбрана ассистентом в секции “операции и разведданные” и познакомилась с сержантом Вэннер. Он открыл совершенно новый мир для нее и девушек, которые работали с ней. Теперь они контролировали связь ополченцев Келдары, и некоторые из них работали в разведывательном отделе, перехватывая то, что им удавалось уловить из ограниченного чеченского радиопотока. Работа была долгой и часто скучной, но гораздо более интересной, чем уборка дома, приготовление пищи, нося воду и поддерживая огонь. Сержант Вэннер даже организовал для нее “заочный курс” по спутниковой связи, и она усердно над ним работала. Вместе с этим пришло еще несколько курсов по математике, и она одновременно пробивалась к их изучению.


Жизнь шла вверх.


“Килдар”, - ответила она спокойным и мелодичным тоном, - “это база Келдара. Скажите "Ситуация окончена”.


Спокойные и неторопливые. Сержант Вэннер вдалбливал им это снова и снова. Последнее, что кто-либо хотел слышать по радио, это то, что кто-то находится в состоянии стресса. Сохраняйте спокойствие, что бы ни происходило.


“Я собирался понаблюдать за командой Соуна, действующей в окрестностях долины 415. Я нахожусь на позиции 918 в поле зрения конвоя вероятных танго, движущегося по 415-й с востока к вероятному месту встречи в 228-й. Количество - тридцать танго, восемнадцать вьючных животных. Оружие не видно на таком расстоянии. Ясно? ”


“Конвой танго в долине 415, движется на восток в направлении 228. Ваша позиция 918. Насчитано тридцать танго, восемнадцать вьючных животных”.


“Принято. Не удается определить местоположение группы распиливания. Вероятное движение автомобиля с севера по Тбилисской дороге для соединения. Свяжись с Келдарой Два, три и пять. Свяжитесь с командой Пилота, пусть они покажут источник ультрафиолетового излучения. Направит команду Пилота в засаду на конвой, если возможно. Направит вторую команду на дорогу, если возможно. Прикажите командам переключиться на красный цвет на боеприпасах. ”


“Вас понял, Келдара Шесть”, - сказала Гильдана, делая пометки. Она посмотрела через плечо на сержанта Вэннер, которая надела наушники и кивала своим записям. “В данный момент доступна Келдара номер Два, Шестая”.


“Вас понял”, - сказал килдар. “Я собираюсь сидеть тихо, пока не получу представление о том, где находится Соун. Начинайте раскалываться”.


* * *


Ваннер уже открыл на своем экране окно, показывающее расположение всех команд, и покачал головой.


“Забавно”, - сказал он. “Соун находится к востоку от него, внизу, в долине. Они находятся в засаде вдоль боковой долины, поэтому у них нет возможности ударить по чеченцам. Вызовите их ”.


“Пиленый Шесть, это база Келдара”, - сказала Гильдана, переключая частоты для передачи, но оставляя открытой частоту Килдара, чтобы она могла слушать, если он позвонит.


“Распиленный”.


“Имейте в виду, чеченский отряд, тридцать танго, восемнадцать вьючных животных, движется вниз по долине 415, примерно в трех тысячах метров от вашей позиции. Килдар находится на хребте позади вас, наблюдая с 918-го. Покажите ультрафиолетовый маркер, чтобы килдар могли направить вас к ним. ”


“Вас понял”.


* * *


Майк моргнул, когда в долине появилась горячая точка, а затем вспыхнул ультрафиолетовый луч, четко обозначивший позицию группы захвата. Они были не более чем в пятистах метрах под ним и были совершенно невидимы для инфракрасного излучения. Должно быть, они чертовски хорошо замаскировались.


Он проверил свой список частот и сменил его на коды Соуна. Различные соединения были не частотами, а кодами пакетов для распределенной сети, которые были проложены за последние несколько недель. Помимо участия в тренировках патрулирования, келдара устанавливали десятки ретрансляторов “черных ящиков”. Устройства были зашифрованы и распространяли информацию пакетами с перестройкой частоты. При весе чуть меньше двух фунтов они функционировали примерно как интернет, забирая пакеты и перемещая их по оптимальным маршрутам. Теперь ящики находились в таком количестве мест в близлежащих горах, что связь была практически налажена по всей местности. Но только для келдара. Система была закрыта для всех остальных, за исключением очень высокотехнологичного и агрессивного взлома.


“Черт возьми, Соун, вы, ребята, прячетесь как суки”, - одобрительно сказал он. “Но нам придется выдвигаться. Забирайте свою команду и двигайтесь на юг, к тропе вдоль 415. И буги. В это время становится жарко.”


“Вас понял, Килдар”, - сказал Соун. Парень из Макани ни в коем случае не был лидером его команды, это был бы Олег Кульчьянов, но он был чертовски хорош. И если он смог это хорошо скрыть, это послужило хорошим предзнаменованием для миссии. Теперь, если бы команда могла просто двигаться быстро и тихо.


“Я соединюсь где-нибудь за рекой”, - сказал Майк. “Скажи своим парням, что если они меня зарежут, я задушу их голыми руками”.


“Понял, Килдар”, - сказал Соун с явным юмором в голосе.


“Килдар, это база Келдара”.


“Мне пора, Соун”, - продолжил Майк, когда появилось больше горячих точек. Было очевидно, что вся команда из двадцати человек слегка окопалась на склоне холма. Жаль, что они не были на позиции, чтобы ударить по чеченцам; это было идеальное укрытие. “Увидимся у ручья. Иди на базу Келдара”.


* * *


“Килдар, Келдара Три здесь”, - сказала Гильдана, оглядываясь через плечо на полковника Нильсона. “Он рекомендует направить группу Падрека по дороге на север”.


“Пусть он займется этим концом”, - ответил килдар с легким ворчанием от усилия. “Имейте в виду, что моя проклятая экспедиция на виду у всех на дороге. Если чеченцы угонят мою машину, скажи Падреку, чтобы бежал далеко и быстро”.


“Вас понял, Килдар”, - сказала Гильдана, слегка улыбнувшись.


“Я собираюсь соединиться с Соуном и прикрыть тот конец”, - продолжил килдар. “Подгоняйте грузовики”.


“Вас понял, Килдар”.


“Килдар вне игры”.


Гильдана вопросительно посмотрела через плечо на полковника Нильсона.


“Вектор Падрека к точке 583”, - сказал полковник, указывая на точку на карте рядом с дорогой на север. “Запретить все транспортные средства, движущиеся с севера, стандартное перекрытие дороги. Чеченцы, вероятно, везут контрабанду. Правила ведения боевых действий Три. Не стреляйте, пока не будете уверены в сопротивлении, но прекратите все и соблюдайте полную осторожность. Собери команду поддержки, пусть они достанут РПГ и MG. Они должны быть в пути через пятнадцать минут. ”


“Да, сэр”, - сказала Гильдана. Килдар купили специализированную базу данных, и они с Вэннером слегка модифицировали ее. Это было первое ее испытание в миссии “реального мира”.


Она открыла базу данных и нажала кнопку "Выполнить задание". На экране появилось несколько вариантов, каждый из которых был отмечен большими кнопками или значками. Она выбрала “команду быстрого реагирования”, затем “погрузку тяжелого оружия”, "блокпост”, набрала код местоположения, когда появилось окно, выбрала “рандеву”, затем нажала на значок команды Падрека, который был головой барана, и, наконец, выбрала ROE 3.


Система автоматически сгенерировала оперативный приказ, включающий в себя, какое оружие и боеприпасы будет иметь при себе каждый член команды, какие транспортные средства имеются в наличии и карту расположения. Кроме того, там был список частот и информация о дружественных силах в этом районе.


Она нажала отправить и получила всплывающее окно с надписью: “Пожалуйста, подробно изложите намерения командира”.


Она нажала клавишу “изменить” и быстро ввела данные о текущей ситуации, включая тот факт, что, вероятно, грузовик или грузовики направлялись на встречу с караваном чеченских мулов. Затем она перезарядила ордер на осколки.


Нильсон на мгновение задумался, а затем кивнул.


“Отправляй”.


Глава четвертая


Глаза Олега Кульчянова распахнулись, когда рядом с его кроватью раздался звонок и включился монитор компьютера, заливая затемненную комнату светом. Принтер начал выплевывать листы, когда он поднялся на ноги, протирая глаза. Еще одна проклятая дрель.


Олегу Кульчьянову было девятнадцать, это был огромный мужчина с копной почти белых волос. Его прадед, Мечеслав Кульчьянов, был главой семьи Кульчьяновых. Его дед погиб в результате несчастного случая на лесозаготовках еще до рождения Олега. Его отец, вероятно, должен был стать следующим главой семьи Кульчяновых, и со временем Олег, вероятно, стал бы его преемником.


Хотя он время от времени бывал в городе при электрическом освещении, до недавнего времени ему и в голову не приходило, что он сам мог бы жить в доме с электричеством. Он никогда не видел, чтобы кто-то управлялся с компьютером, до февраля прошлого года, когда прибыли килдар. Он, конечно, никогда не думал, что будет им пользоваться.


Но килдар прибыли в долину подобно вихрю. Прежде чем они смирились с появлением в этих краях новичка, килдар выкупили долину у банка и свою службу в нем. Изменения начали происходить со все возрастающей скоростью: новые транспортные средства, тракторы, медицинское обслуживание. Затем прибыли инструкторы, и внезапно келдара обнаружили, что их истинное предназначение вернулось. Ведь келдара в душе были воинами.


Олег ходил в церковь каждое воскресенье, но келдара не были истинными христианами. Они облачились в мантию этой веры, но на протяжении многих лет сохраняли свою истинную преданность Всеотцу Одноглазому, его сыну Фрею, Повелителю Топора, Старым Богам. Поколение за поколением они оставались верны своей вере, работая фермерами как единственный способ выжить, но никогда не теряли своей веры в то, что однажды Путь Войны вернется. И килдар вернули его.


Олег знал, что килдар не был богом, но многие келдара считали его таковым, возможно, аватарой Фрея. Он, безусловно, был воином среди воинов, что доказывал снова и снова. И Олег был готов последовать за Килдаром в любую точку мира, ибо знал, что килдар всегда поведут их по пути войны, где келдар мог по-настоящему стать слугой Фрея.


Читая форму на экране компьютера, он ухмыльнулся. Наконец, пришло время отправляться на войну.


Он протянул руку и нажал красную кнопку над своей кроватью, затем встал и подобрал бумаги, которые закончили выплевываться из принтера.


Кнопка включила свет в дежурном отсеке за его комнатой и запустила громкий пинг, который перемежался записью Лидии, невесты Олега.


“Восстань, Келдара! Враги у дверей! Готовься к битве и дню красной войны! Принеси нам скальпы!”


Олег спал в форменных брюках и футболке. Он сунул ноги в резиновые сапоги и застегнул их, затем накинул форменную куртку и широкими шагами вышел из комнаты.


Дмитрий Девлич, второй игрок его команды, как раз заканчивал застегивать молнию на ботинках, когда Олег вошел в отделение. Остальная команда в основном была на ногах, надевая ботинки и куртки, пока продолжалась запись.


“Сражайся сегодня за честь и Келдару! Будь верен своим товарищам и рожденным воинами!”


Олег вручил Дмитрию листы с подробным описанием погрузки и миссии каждого бойца. Простыни были разложены по тому же образцу, что и в отсеке отделения, так что все, что Дмитрию нужно было сделать, это пройти вдоль отсека, раздавая их. На каждом листе была фотография отдельного члена отделения, количество оружия и боеприпасов, которые они должны были взять с собой, список материалов, которые они должны были иметь при себе, и общий приказ о выполнении задания, включая пункт, написанный Гильданой о текущих условиях противника.


Как только Олег раздал листки, он прочитал раздел, подробно описывающий его обязанности, и вернулся в свою комнату. Он достал правильный набор карт, проверил, действительно ли это та карта, и начал застегивать свою форменную куртку, одновременно перечитывая приказы о выполнении задания.


Пока он перечитывал, в комнату вошел Гиви Кульчянов, застегивая свое снаряжение и неся на руках снаряжение Олега.


“Простое задание”, - сказал радиотелефонист, вручая Олегу бронежилет. Гиви был скорее двоюродным братом, чем братским, как следует из имени, но они знали друг друга всю свою жизнь.


“Мы не знаем, единственная ли это группа чеченцев в этом районе”, - отметил Олег. “И мы не знаем, что будет ждать нас в грузовиках. Это может быть просто, а может быть и очень сложно.”


“Ты всегда был пессимистом”, - сказал Гиви, ухмыляясь.


“Я всегда реалист”, - ответил Олег, надевая броню через голову и пристегивая ее. “Вот почему я лидер команды”.


Когда он добрался до отделения, большая часть команды спустилась в оружейную, чтобы достать свое оружие. Их заранее упакованные рюкзаки стояли у двери, и по мере того, как каждый доставал свое оружие для выполнения задания, они добавляли его к грузу, выходя за дверь к ожидающим машинам.


Олег достал SPR и пистолет с глушителем 45-го калибра, проверил каждый, затем вставил магазин. Наконец, он положил оружие в сейф и, подхватив свой рюкзак, направился к двери.


Выходя, Дмитрий стоял у двери, проверяя каждое оружие, чтобы убедиться, что никто еще не зарядил его боевыми патронами и что все оружие на предохранителе.


“Ты выходишь последним”, - сказал Дмитрий.


“Загружай”, - ответил Олег, направляясь к своей машине. “Гиви, сообщи, что мы загружены и готовимся к броску. Затем дай им время для броска”.


“Понял”, - сказал Гиви.


“Я думаю, это займет семь минут, более или менее”, - сказал Дмитрий, забираясь на пассажирское сиденье своей Expedition. Его машина должна была покинуть лагерь последней. Олег должен был находиться в третьей машине из пяти. Головная машина двигалась значительно впереди колонны на случай засады.


“Согласен”, - сказал Олег, садясь в свою машину. “Поехали”.


* * *


Майк присел на обочине тропы, когда команда проходила мимо. Он был одновременно доволен и зол, что никто из них его не заметил. Он намеревался подойти с тыла и позвонить, прежде чем связаться с командой, но случайно опередил их. Он был доволен, что не утратил способности быть практически невидимым в кустарнике и что никто не отреагировал на фигуру на обочине тропы, ударив его кулаком. С другой стороны, он был взбешен тем, что келдара и даже Маккензи только что прошли мимо него. Если бы он был врагом, они были бы в мире страданий.


Он должен был признать, что одной из причин, по которой они его не заметили, был его камуфляж. С самого начала он решил, что у келдары будет только самое лучшее снаряжение, и заплатил за это кругленькую сумму. Камуфляжная форма, в частности, стоила дорого. Была итальянская фирма, которая производила digi-cam, камуфляж с цифровым усилением, практически любого рисунка. Первая форма, которую он заказал, была стандартной digi-cam, военного образца США. Но, по его мнению, она не идеально подходила для местной местности. США камера digi-cam была разработана для того, чтобы пользователь мог адаптироваться к любым условиям, от города до гор и пустыни. Она не была “настроена” исключительно для горных / лесных условий.


Итальянская фирма прислала ему несколько комплектов цифровых камер различных оттенков и моделей, пока он не нашел тот, который ему понравился. Затем он оснастил им Keldara. Однако это было чертовски дорого. Помимо специального камуфляжного рисунка, ткань была удобной, эластичной и огнестойкой. Каждая униформа стоила примерно в три раза дороже стандартной американской цифровой формы, но он решил, что это того стоило. Келдара были ограничены по численности и служили его основной внешней защитой. Кроме того, они были друзьями.


Он пропустил последнего члена команды, который правильно проверял свой обратный след, мимо себя, а затем вышел на тропу. Когда Келдара повернулся к нему спиной, он присел и издал негромкое “псс”.


Келдара крутанулся на месте, подняв свой SPR к плечу и пригнувшись, чтобы пронестись за ним.


Майк, находившийся на расстоянии вытянутой руки, просто схватился за ствол оружия и выдернул его у него из рук.


“У тебя паршивая ситуационная осведомленность, Евгений”, - прошипел он. Имя Келдара было вышито светящимися буквами на задней части его бейсболки. “Отойдите”.


“Килдар!” - прошептал мальчик. “Я никогда тебя не видел!”


“Вот почему я инструктор, а ты стажер, парень”, - тихо сказал Майк.


Келдара, шедший впереди по тропе, услышал перестановку и хлопнул по плечу шедшего впереди него Келдара, подавая сигнал по всей шеренге солдат остановиться для чего-то в тылу.


Майк вернул оружие и прошел вдоль шеренги присевших солдат, похлопав их по шоудлеру, когда проходил мимо.


“Пятрас, как дела. Ионис, готов сегодня вечером выполнить мужскую работу? Сергеюс, на этот раз потише. Стефан, как там малыш?


“Маккензи”, - сказал Майк, когда добрался до командной группы в середине патрулирования. “Пиленые. Давай двигаться; они не остановились”.


Соун кивнул и постучал пальцем вперед и назад. Он подождал, пока не получит ответов с обеих сторон, затем отправил команду в путь.


Они продолжали спускаться по тропе, пока не добрались до ручья, а затем повернули направо через лес, петляя между деревьями.


Когда они приблизились к тропе, которой пользовались чеченцы, Соун собрал группу в сигарообразный периметр и велел им бросить рюкзаки. Оставив двух человек присматривать за шайбами, он повел команду вперед, к тропе.


Он приказал двум кельдара двигаться вверх по тропе в направлении, с которого должны были подойти чеченцы, затем расположил остальную команду вдоль тропы, примерно на пять метров углубившись в лес. В дальнем конце он лег группой поперек тропы, образовав букву “Г”.


Засада была устроена на склоне холма со стороны тропы, что было не идеально, но, вероятно, сошло бы. У них также не было с собой клейморов, что было не очень хорошо. У них также не было тяжелого вооружения; эта подготовка была основана на разведке и легких засадах, поэтому пулеметы вернулись на базу. Однако у них были осколочные гранаты. А чеченцы, вероятно, не стали бы кивать.


Без какого-либо сигнала от наблюдателей вдоль тропы келдара начали работать на своих позициях. Времени на рытье настоящих боевых позиций не было, но келдара быстро выкопали неглубокие траншеи, насыпав перед ними землю небольшими брустверами. Листья они соскребли в сторону. Когда они ложились в траншее, они заворачивались в пончо, подбитые тепловыми одеялами, затем натягивали на себя листья, полностью прикрываясь ими.


Второй помощник Соуна, Димант Ферани, следовал позади, подправляя позиции и следя за тем, чтобы на каждой позиции было минимальное тепловыделение. Чеченцы редко пользовались тепловизионными приборами, но убедиться в этом никогда не помешает.


Майк сам наскоро соорудил свою боевую позицию, завернул и укрылся. Из-под прикрытия он достал осколочную гранату и держал ее в правой руке, держа оружие у правого бока. Затем он приготовился ждать.


Келдара были столь же совершенны, как и любая другая группа, которую он когда-либо встречал. За годы фермерства и охоты они приобрели огромное терпение и способность просто сидеть, в данном случае лежать, часами. Они также были склонны бодрствовать, что было главным преимуществом засад; большинство засадников, как правило, засыпали и начинали храпеть. Но келдара просто ... ждали, как опытные охотники. Он снова был поражен абсолютным совершенством группы сельских фермеров.


Чеченцы, однако, были далеко не так хороши. Он услышал их приближение задолго до сигнала с наблюдательного поста о том, что цель входит в зону. Он также чувствовал их запах: привкус древесного дыма, БО и резких сигарет. Последний был настолько сильным, что он был уверен, что один или несколько из них действительно курили.


По радио раздалась серия щелчков, когда Соун дал сигнал команде приготовиться к бою. Майк слышал стук копыт мулов по камням и не мог представить, что обычно бдительные животные не знали о присутствии келдара. Однако Соун, очевидно, выбрал сторону спуска не по одной причине. По склону горы шел поток воздуха, и он дул с тропы на засадников. Это не давало их запаху дойти до мулов. Пока все молчали, они были золотыми.


В его наушниках раздалась еще одна серия слабых щелчков, а затем серия звуковых сигналов. Один, два, три…


Майк выдернул чеку из гранаты и поднялся на колени, листья и пончо каскадом посыпались с него, затем бросил гранату вверх по склону в толпу людей и мулов перед ним. Покончив с этим, он поспешно принял боевую позицию и распластался на земле, когда серия острых трещин наполнила воздух градом осколков.


Как только взорвалась последняя граната, он перевел свой SPR за край небольшого холмика перед собой и начал выбирать цели. Чеченцы быстро залегли, но у них не было хорошего прикрытия на этом участке тропы, и если он не мог прицелиться в кого-то напрямую, это мог сделать один из келдаров сбоку. Над головой прогремели выстрелы из АК, но он проигнорировал их, поводя оружием взад-вперед в поисках целей.


Мулы немного усложнили ситуацию. Некоторые из них лежали, брыкаясь от боли от изрешеченной шрапнели. Другие, однако, вырвались и бежали на свободе. Один из них пронесся прямо над его позицией, сильно наступив ему на бедро, когда проходил мимо.


Он выбрал три мишени и поразил их, когда услышал свисток Соуна, призывающий команду пронестись по цели.


Он поднялся и, не выпуская оружия из рук, шагнул вперед. На земле лежал раненый танго, раненный шрапнелью или пулей в ногу, он не был уверен, что именно, а рядом с ним на земле лежал АК. Майк направил ультрафиолетовый луч от вспышки своей винтовки на танго, пришел к выводу, что он не лидер, и всадил пулю ему в голову.


Он продолжал обходить объект, тщательно проверяя мертвых и раненых, пока не углубился в лес на дальней стороне. Он переключил прицел винтовки на тепловизионный режим и осмотрел ее вверх по склону в поисках прячущихся танго, но не нашел ни одного.


Свисток Соуна подал сигнал об отзыве, и Майк направился обратно вниз по склону к тропе, проверяя свой сектор на предмет предметов для восстановления. Помимо мулов, уцелевших, которых собирали келдары, он искал любые разведданные, такие как документы. Сразу ничего очевидного не обнаружилось, и он прекратил поиски, чтобы найти Соуна и Маккензи.


“У нас трое пленных и двое с чем-то”, - сказал Маккензи, подходя ближе.


“Что-то?” спросил Майк.


“Двое сражались с чеченцами”, - сказал шотландец, бывший сержант SAS, со своим сильным акцентом. “У одной осколок гранаты в боку. Иван в данный момент разговаривает с ними. У меня сложилось впечатление, что они не были женами или что-то в этом роде.”


“Рабы”, - сказал Иван, подходя к тренеру. “Их подобрали на фермах в направлении Панкисского ущелья. Это и еда на мулах. Они не были куплены, гребаные черножопые совершали набеги и сжигали фермы ”.


“Черт возьми”, - пробормотал Майк. “Сироты и поврежденный товар”.


“Еще девчонок для твоего гарема, парень”, - с юмором проворчал Маккензи.


“Изнасилованные и подвергшиеся насилию женщины - непростые девушки из гарема”, - со вздохом заметил Майк. “А как насчет других заключенных?”


“Один похож на руководителя конвоя”, - сказал Маккензи. “Двое других прятались в лесу и подняли руки так быстро, что ни у кого не хватило духу выстрелить в них”.


“Вероятно, водители”, - сказал Майк. “Время уборки после боя. Я собираюсь спуститься к дороге и попытаться перехватить группу реагирования на пути к грузовикам”.


“Возможно, они не придут сегодня вечером, парень”, - заметил Маккензи.


“Но рано или поздно они это сделают”, - сказал килдар.


* * *


Майк добрался до дороги как раз в тот момент, когда первая машина колонны реагирования завернула за ближайший угол. Он вышел на дорогу и помахал им, когда они приблизились, чертовски надеясь, что они не собьют его с ног и не ранят.


“Килдар”, - сказал Ивар Макани, когда машина остановилась.


“Подвезите меня, пожалуйста, в мою экспедицию”, - сказал Майк. Машина была Ford F-350 с развевающимися бортами, и он махнул лидеру команды оставаться на своем месте, а сам забрался на заднее сиденье.


“База Келдара, это Килдар”, - сказал Майк, устраиваясь в кузове с оружием и боеприпасами.


* * *


“Килдар, это база Келдара”, - сказала Гильдана. Ее время для смены прошло, но Вэннер держал ее на связи, поскольку она была полностью “в курсе” ситуации. Правда заключалась в том, что он не смог бы вытащить ее из кресла.


“Я соединился с командой Олег пойнт”, - ответил килдар. “Я собираюсь отправиться на блокпост и проверить, как там идут дела. Рассел из команды Падрека, верно?”


Гильдана посмотрела на свой оперативный экран и кивнула сама себе.


“Правильно, Килдар”, - сказала она, оглядывая комнату. Она ввела звонок в систему оповещения, поскольку он был от килдар, и, поймав взгляд полковника Нильсона, подняла брови, чтобы узнать, не хочет ли он что-нибудь передать дальше. Но полковник только покачал головой.


“Я отправлюсь туда и побуду поблизости, чтобы посмотреть, не произойдет ли чего-нибудь прямо сейчас”, - продолжил килдар. “Пожалуйста, убедись, что Падрек знает, что мы приближаемся по дороге”.


“Вас понял, Килдар”.


“Килдар, выходи”.


Она переключила частоты на Падрек, нажав на соответствующую иконку, и отключила систему от анонса.


“Падрек, база Келдара”.


“Падрек Пятый, вперед”.


“Килдар и команда Олега в пути, расчетное время прибытия пять-семь минут. Статус?”


“Пока все чисто”, - ответил Падрек Пятый. Это был Бори Махона, дальний родственник, как и большинство келдара. Он был серьезным молодым человеком, более прилежным, чем большинство келдара, и она практически могла видеть его нахмуренный лоб по радио.


“Килдар просит вас не стрелять по их машинам”, - добавила она, слегка поддразнивая его.


“Мы готовы к их прибытию, база Келдара”, - натянуто ответил Бори. “Что-нибудь еще?”


“Отрицательно”, - сказала она, втайне радуясь, что задела его серьезность. “База Келдара, выход”.


“Как ты себя чувствуешь, Джильдана?” Спросил Вэннер, садясь на стул рядом с ней.


“Хорошо, сэр”, - ответила Гильдана.


“Тебе нужна помощь?” спросил он.


“Нет, сэр”, - сказала она, когда значок команды Sawn начал мигать. “Идите пилиться”.


“Если ты сдашься, скажи мне”, - сказал Вэннер, откидываясь на спинку стула.


“База Келдара, это Пиленый Пять”, - сказал Гави Макани по радио. Гави был двоюродным братом, примерно ее возраста, и они росли почти как брат и сестра. Она могла видеть его как сейчас: коротко подстриженные рыжие волосы, взъерошенные из-под бейсболки, камуфляжная краска на лице, вероятно, он склонился над листком бумаги, старательно делая все “по инструкции”.


“Идите распиливать Пятерых”, - сказала она, выводя на экран отчет о миссии.


“Вражеский КИА двадцать девять”, - сказал Гави. “Вражеский КИА один". "Папа виски три". Отель два. Дружественный КИА, ноль. Дружественная группа, двое, некритично, повторяю, некритично. Боеприпасы, зеленые. Припасы, зеленые. Большое количество стрелкового оружия, продовольствия и немного контрабанды. Двенадцать вьючных животных в рабочем состоянии. Прячут или уничтожают недвижимый материал и перемещаются к дороге для забора. ”


“Вас понял, Соун Пять”, - сказала Гильдана, выводя на экран другой экран и отправляя группу транспортных средств за командой Соуна.


* * *


“Привет, Падрек”, - сказал Майк, слезая с кузова грузовика.


“Килдар”, - сказал командир группы, склонив голову. “Не хотели бы вы взглянуть на наши позиции?”


Майк взглянул на тренера команды и затем покачал головой.


“Это твоя игра, Падрек”, - сказал Майк. “В следующий раз тебе придется делать все самому, так что можешь начать прямо сейчас. Я просто еще один стрелок в этом деле ”.


“Да, Килдар”, - сказал главарь, нервно сглотнув. “Я занял позиции по обе стороны дороги и подготовил дерево для блокпоста. Я поговорю с Олегом и отправлю его технику на позиции для усиления блокады.”


“Дерзайте”, - сказал Майк, направляясь к обочине и помахав рукой. Он присел на камень, сбросил рюкзак и расправил плечи. Подумать только, несколько часов назад он до чертиков трахал молодую рыжеволосую девушку. Какого черта он здесь делал?


Пара фермерских грузовиков была поставлена так, чтобы перекрыть дорогу, в то время как две команды начали рубить деревья, чтобы сделать повороты S, которые замедлили бы приближение машин к позиции. Также строилась передовая позиция “ "курятник”, где должен был находиться один солдат, чтобы направлять машины к блокпосту.


Тем временем артиллеристы из тяжелого вооружения команды Олега обустраивали позиции вдоль обочины дороги. Если бы кто-нибудь попытался прорвать блокпост, кельдера открыли бы по ним шквальный огонь, когда они пытались преодолеть препятствия из укрытия.


Наконец, водители трех оставшихся машин команды Олега ждали на месте на случай, если кто-нибудь проедет мимо них. Их можно было преследовать или использовать как вспомогательный блокирующий пункт.


Больше всего Майка беспокоили бомбы в грузовиках. Оборона была рассредоточена, но одна бомба в грузовике могла пробить брешь в сердцевине семей Келдара. Что поставило бы довольно большую черную метку в послужном списке килдар.


Он не собирался исправлять это, беспокоясь об этом.


“Я передислоцировал группу”, - сказал Маккензи, подходя к своей позиции среди деревьев и бросая рюкзак. “Я выдвигаю Соуна вперед, чтобы закрыть блок, если кто-нибудь попытается убежать, и сажаю парней Олега на сам блок”.


“Работает”, - сказал Майк. “Уберите запасные машины с глаз долой, и если они установят прочный блок, уберите те, что перекрывают дорогу”.


“Сойдет”, - сказал Маккензи. “Вы действительно ожидаете их в ближайшее время?”


“Нет причин, по которым караван мулов захочет ждать, особенно так близко от нас”, - сказал Майк, откидываясь на свой рюкзак. “Это был долгий день. Разбуди меня, если случится что-нибудь интересное. ”


Глава пятая


“Килдар?”


Майк проснулся, услышав шевеление, и немедленно сел, проверяя свое оружие.


Транспортные средства покинули квартал, а на дороге лежали большие деревянные блоки и валуны. Однако все, что он мог видеть в поле зрения, - это несколько келдара.


“По дороге едут три грузовика”, - тихо сказал Дмитрий. “Такси Грегора проехало вчера поздно вечером, но мы его ждали. Вчера он доставил капитана Тюрина в Тбилиси”. Тюрин был начальником местной полиции. Продажный до мелочей, он был решительным сторонником келдаринского ополчения и его борьбы с чеченцами. С царственной осанкой и в форме, гораздо более изысканной, чем могла позволить его официальная зарплата, он, казалось, основывал свои действия в жизни на инспекторе Луи. “Я потрясен, потрясен”, - сказал Рено из Касабланки .


Майк взглянул на часы и увидел, что уже незадолго до рассвета.


“Ладно, похоже, пришло время для шоу”, - сказал он, поднимаясь на ноги и проверяя SPR. “Где все?”


“Большинство находятся на оборонительных позициях”, - сказал Дмитрий. “Олег оставил в поле зрения только пятерых. Все силы Соуна спрятались в укрытиях или окопались. Сержант Вэннер прислал Лилию Наверх с кое-каким техническим снаряжением.”


“Что?” Спросил Майк, следуя за Дмитрием в лес.


Специалист по разведке находился в открытой яме примерно в тридцати метрах от дороги, примерно на полпути вверх по откосам. Майк слышал, как грузовики приближаются по склону, когда они добирались до позиции.


“Доброе утро, Килдар”, - сказала молодая женщина, улыбаясь ему в слабом предрассветном свете. У нее были светло-рыжие волосы, собранные в пучок под шапочкой-буни, и, как все женщины келдары, она была почти поразительно красива. Она выглядела как неуместная сказочная принцесса, одетая в цифровую камеру.


“Что ты принес?” С любопытством спросил Майк.


“Оборудование для перехвата и постановки помех”, - сказала девушка, указывая на мигающую коробку у своих ног. “И микрофон-зонтик, чтобы мы могли подслушать их разговор”.


“Отлично”, - сказал Майк, взяв направленный микрофон и махнув им в сторону ожидающего Келдара. Однако все, что он мог слышать от солдат, ожидающих грузовики, было дыхание. Келдара были почти пугающими. Они прожили вместе так долго, что могли общаться на уровне, который иногда казался телепатией. Он увидел, как один из них повернулся, посмотрел на другого и сделал жест подбородком, чего было достаточно, чтобы двое других развернулись.


На таком расстоянии грузовики производили слишком много шума, чтобы он мог расслышать разговор водителей, но он видел, как они затормозили, когда Келдара в курятнике зажгла магниевую сигнальную ракету.


“Пять к десяти, если они попытаются сбежать”, - сказал Маккензи, вглядываясь в ночной прицел.


“От ведущего грузовика нет передачи”, - сказала Лилия, глядя в свой оптический прицел. “Вообще никакой передачи”.


“Начинайте глушить на всех частотах, отличных от Keldara”, - сказал Майк, присаживаясь на корточки и направляя микрофон на грузовики, пытаясь уловить разговор.


“Водитель ведущего грузовика только что спросил о чем-то парня рядом с ним”, - сказал Маккензи.


“Видел это”, - ответил Майк, направляя микрофон на них. Но из-за мотора грузовика все еще было слишком шумно, чтобы он мог услышать что-то полезное. Однако пассажир в переднем грузовике не торопился с ответом. И когда он что-то сказал, грузовик тронулся с места.


“Ладно, пассажир во главе - лидер”, - сказал килдар. “Доведите это до сведения группы. Он нужен мне живым”.


“Да, Килдар”, - сказал Дмитрий, подключаясь к своей связи.


* * *


“Что это?” - спросил водитель ведущего грузовика, подъезжая к небольшому бункеру из досок и мешков с песком, расположенному посреди дороги.


“Осмотр на предмет наличия боеприпасов”, - легко сказал Юрис Макани. “Объезжайте заграждения по одной машине за раз. Если в зону заграждения въедет более одного грузовика, оба будут обстреляны. Остановитесь на полпути к барьерам для предварительного осмотра, затем вы можете перейти к последнему блоку для проверки. ”


“Я уверен, что что-нибудь можно устроить”, - сказал водитель, протягивая свои права со сложенной купюрой за ними.


Юрис посмотрел на права и рассеянно вернул пятидесятирублевую купюру.


“Вам разрешено перейти к следующему контрольному пункту”, - сказал Юрис, глядя мужчине в глаза. Он не был ни русским, ни грузином, скорее всего, черножопым чеченским ублюдком. Но был приказ остановиться и осмотреть, а не расстреливать их на месте, как он предпочел бы. “И если ты попытаешься подкупить следующего охранника, он пустит тебе пулю в голову. Уходи”.


Водитель сердито включил передачу и рванул вперед, когда Юрис махнул рукой, чтобы следующий грузовик остановился.


* * *


“Контрольно-пропускной пункт”, - сказал Михаил Соловей, глядя через купе на Вяткина.


Вяткин высунул голову из люка военного грузовика и посмотрел на обстановку.


“Это не грузинская национальная гвардия, кто бы это ни был”, - сказал Вяткин, садясь обратно и глядя на чеченских черножопых в кузове грузовика. “Кто это?”


“Келдара”, - сказал один из них, нахмурившись. “Я сказал Машадему, что мы не можем пройти здесь, но они не послушали”.


“Это новое ополчение в этом районе?” Спросил Солови, качая головой. “Подкупите их”.


“Они не будут брать взяток”, - сказал один из чеченцев, теребя свой АК. “Ими руководит американец, Килдар. Они очень лояльные. Мы в полной заднице. Они не берут пленных.”


“Я видел только пятерых”, - сказал Вяткин, глядя на Солови.


“Вокруг контрольно-пропускного пункта будут спрятаны еще люди”, - сказал Солови. “Мы не должны быть втянуты в это, Эдуард”.


“Согласен”, - сказал Вяткин, глядя на чеченцев. “Вы нас никогда не видели, понятно?”


“Удачной прогулки обратно в Россию”, - сказал чеченец, когда они вдвоем перепрыгнули через кузов грузовика. “Вы, русские ублюдки”, - добавил он, когда они скрылись из виду.


* * *


“Интересно”, - сказал Майк. Прием в задней части грузовиков был ясен как божий день. “Последняя машина заполнена солдатами. Двое парней только что выпрыгнули из кузова. Пусть они уберутся в лес, а затем скажут Соуну, что они оба нужны мне живыми. Когда первый грузовик проверят на наличие взрывчатки, пустите второй до контрольного пункта мидпойнт. Проверьте это, пока очищается первый, затем вступайте в бой. Разнесите к чертям трейловый грузовик, но просто убейте водителей двух других и уберите пассажиров. Я хочу, чтобы все это было сделано одним ударом ”.


“Понял, Килдар”, - сказал Дмитрий, включив свой коммуникатор.


* * *


“Все чисто”, - сказал Вяткин, останавливаясь, чтобы отдышаться.


“Ты не в форме, Эдуард”, - сказал Солови, оглядываясь на грузовики. Ведущий грузовик подъехал к последнему контрольно-пропускному пункту, и он на мгновение задумался, не следовало ли им остаться в грузовике. Но даже самый глупый охранник не смог бы пропустить вооруженных чеченцев в заднем грузовике. Предположительно, они ”охраняли" их по дороге на встречу, но большую часть времени они тратили на то, чтобы оскорблять их настолько грубо, насколько это было возможно.


Пока Михаил наблюдал, ополченец, обыскивавший второй грузовик, выбрался из кузова и подошел к водительскому сиденью. Как только он добрался до нее, раздалась серия хлопков, и двери со стороны пассажирского сиденья распахнулись еще несколькими охранниками, которые вытащили пассажиров и бросили их на землю. Водители были явно мертвы.


Прежде чем чеченские охранники в замыкающем грузовике смогли отреагировать, с обеих сторон дороги ударили снаряды из РПГ, превратив заднюю часть грузовиков в горящую шрапнель. Чеченцы, выбравшиеся из тыла, были быстро заставлены замолчать сильным огнем из пулеметов, их тела танцевали, когда пули врезались в них с обеих сторон.


- Ты твой мат, ” прошептал Эдуард, глядя на побоище.


“Приготовились”, - сердито сказал Михаил. “Они знали, что мы придем. Должно быть, за теми деревьями спрятан взвод”.


“Вообще-то, ближе к компании”, - раздался голос у них за спиной.


“Черт”.


* * *


“Эта ситуация выявляет во мне клише”, - сказал Майк, с удивлением глядя на двух русских. “Но я постараюсь остановиться на одном. У меня есть пистолет, экскаватор и более тысячи гектаров, чтобы избавиться от тел. Так почему бы тебе просто не рассказать мне, что ты здесь делаешь, и я выиграю от сделки на пару пуль и немного дизельного топлива ”.


“Ты американец”, - насмешливо сказал Михаил. “Ты не убьешь нас. Просто позвони проклятым грузинам и передай нас им”.


“Ты так уверен в этом, товарищ”, - сказал Майк, доставая свой .45. “Ладно, два клише. Я постараюсь говорить потише. Последний шанс.”


“Ты не собираешься...” Сказал Михаил, как раз в тот момент, когда килдар, не глядя, навел оружие и прострелил Вяткину колено.


Когда кричащий мужчина упал навзничь на двух своих помощников из Келдары, Майк направил оружие ему в голову.


“Такова сделка”, - сказал Майк. “Я слушал тебя в грузовике, так что я знаю, что ты лидер, ‘Михаил’. Так почему бы тебе не уберечь своего толстого друга от снесения головы и других неприятностей для тебя, рассказав мне, почему пара русских наемников путешествует с чеченцами ”.


“Ты свой мат”, - сказал Михаил, тяжело дыша.


“Боже, ты тупица”, - сказал Майк, направляя пистолет на Дмитрия и выбивая его пулей из зубов, которая разнесла ему затылок, забрызгав келдару и выжившего русского мозгами.


“Ты сукин сын!” Михаил зарычал, вырываясь из хватки двух келдара.


“Твоя очередь, товарищ”, - сказал Майк, направляя пистолет 45-го калибра на колено русского. “У тебя четыре основных сустава. И даже после того, как я прострелю их, я могу сделать с тобой разные неприятные вещи. Ха-раз, ха-два ... Нет? Три. ”


Русский закричал, когда пуля 45-го калибра разнесла его коленный сустав в щепки, и обмяк в руках Кельдары, но они удержали его в вертикальном положении.


“Черт возьми, ты тупой”, - покачал головой Майк. “Ты умрешь. Ты должен это знать. И я знаю, что у тебя нет какого-то кодекса чести, которого нужно придерживаться. Что касается меня, то я бы многое отдал, прежде чем выдать местонахождение нескольких приятелей из "МОРСКИХ котиков". Но ты? Тебе не на что рассчитывать, кроме денег. Какой смысл страдать за то, чего ты все равно не заработаешь? Скажи мне то, что я хочу знать, и я пущу пулю тебе в голову и избавлю тебя от боли. Большего я не обещаю, но ты можешь надеяться.”


“Пошел ты”, - выдохнул русский.


“Глупо, глупо, глупо”, - сказал Майк, пиная его прямо в раненое колено.


На этот раз русский упал на землю, корчась, несмотря на все усилия Келдары удержать его в вертикальном положении.


“Заткни дыру, пока он не истек кровью”, - сказал Майк, отступая. “Не позволяй его очевидной боли дать ему выход. Но давай попробуем сохранить ему жизнь еще немного”.


Три келдара прижали корчившегося русского к земле, в то время как четвертый работал над коленом, затыкая его ватой, пропитанной коагулянтом, а затем обматывая давящей повязкой. Когда Келдара была закончена, кровь все еще текла, но не так обильно.


“Чувствуешь себя лучше?” Спросил Майк, подходя к русскому и затем сильно пиная его в забинтованную коленную чашечку.


Когда крики стихли, Майк присел на корточки рядом с головой русского и потряс своей.


“Брось, Михаил”, - сочувственно сказал Майк. “Почему ты был с чеченцами? Что, черт возьми, заставило их позволить паре русских ехать с ними?”


“Оружие...” Михаил хмыкнул.


“О, дай мне передохнуть”, - сказал Майк, качая головой. “Вытяни его руку, следующий удар по локтю...”


“Нет!” Михаил ахнул. “Специальное оружие. Это все, что я знаю. Есть торговля. Деньги за специальное оружие”.


“Сколько денег?” спросил Майк.


“Я не знаю”, - в отчаянии сказал Михаил. “Я просто должен был встретиться по поводу мер безопасности”.


“Русская мафия продает чеченцам оружие?” Задумчиво спросил Майк. “Владимиру это понравится”.


“Не мафия”, - сказал Михаил. “Сергей. Сергей Каренский. Он занимается охраной кого-то, я не знаю кого. Эдуард должен был обсудить деньги. Он сказал только, что это было очень много. Очень много. ”


“Недостаточно, Михаил”, - сказал Майк, приставляя горячий ствол 45-го калибра к локтю русского. “Что за оружие? Сколько денег?”


“Я не знаю!” - закричал он. “Много денег!”


“Где должна была состояться встреча?” Спросил Майк.


“Где-то рядом с Аренсией”, - выдохнул Михаил.


“Это прямо в Панкиси, Михаил”, - указал Майк. “В этом регионе нет безопасности. Как они попали внутрь, чоппер?”


“Машины”, - выдохнул Михаил. “Лендроверы. Из русского сектора. Сергей установил их. Прямо на краю Панкисского ущелья”.


“А почему ты не пошел тем путем?” Спросил Майк.


“Слишком рискованно”, - сказал Михаил. “Он может сделать это один раз, но только один. Пожалуйста, я ответил на ваши вопросы. Я прошу только, чтобы вы не убивали меня”.


“Я редко оставляю врагов в живых, Михаил”, - сочувственно сказал Майк. “Ты знаешь, как это бывает. Ты просто не можешь доверять живому врагу. Ты можешь доверять мертвому”.


“Килдар”, - указал Олег из-за его спины. “Он вспомнит больше вещей. Возможно, если бы Ваннер допросил его подробнее на базе, он смог бы извлечь полезную информацию”.


“Хммм ...” Сказал Майк, вставая. “Михаил, вот в чем дело. Вэннер очень хороший парень. Немного чокнутый, немного брезгливый. Если ты будешь очень мил с сержантом Вэннером, возможно, я оставлю тебя в живых и позволю тебе продолжать пользоваться своим членом. Как ты думаешь, ты можешь относиться к этому непредвзято? ”


“Да”, - выдавил из себя Михаил.


“И, кто знает, может быть, ты даже будешь ходить без хромоты”, - сказал Майк, убирая пистолет 45-го калибра в кобуру. “В наши дни делают замечательные восстановительные операции. У меня был приятель, инструктор "МОРСКИХ котиков", который потерял голень в Афганистане, и год спустя это едва ли замедлило его бег. Конечно, он потерял ее из-за гребаной мины, которую подложили вы, говнюки русские. Ты разбросал их по всей гребаной стране. Так что ты поймешь, если меня меньше всего волнует, будешь ли ты хромать до конца своей жизни. Олег, убери этот кусок дерьма с моих глаз.”


* * *


“Маккензи”, - сказал Майк, когда нашел бывшего сержанта SAS.


“Слышали выстрелы”, - сказал Маккензи, зачерпывая ложкой тушеную говядину. “И крики. Кто-нибудь остался в живых?”


“Один”, - сказал Майк. “И теперь это ситуация с санитарной обработкой. Не из-за тел, но русские назначили встречу с чеченцами с использованием ‘специального оружия’. Мы могли бы изменить ситуацию, ударив этих двоих. ”


“Жаль”, - сказал сержант, складывая сумку и убирая ее. “Что ты хочешь сделать?”


“Я хочу, чтобы все исчезло”, - сказал Майк. “Приведите сюда Келдару. Все тела закопают в землю, грузовики исчезнут, мулы исчезнут. Девушки идут в караван-сарай с оставшимися русскими.”


“А как насчет носильщиков и типов чеченского лидера?”


“Отведите их обратно в караван-сарай”, - сказал Майк. “Там есть все эти подвалы и тому подобное. Посмотрим, что мы сможем из них извлечь”.


* * *


“Ты хладнокровный сукин сын”, - восхищенно сказал Адамс. “Ты только что сразил одного ублюдка и застрелил другого?”


“Русские не будут работать с чеченцами, если только они не секретные эмиссары или в этом не замешана чертовски большая сумма денег”, - сказал Майк, накалывая вилкой яичницу со стейком. “Если бы они были из правительства, они бы сразу же назвали себя. Мы бы защищали их как золото, и они это знают. Следовательно, они были с мафией или что-то в этом роде. И это означало большие деньги, которые означали что-то особенное ”.


“Снова оружие массового уничтожения?” Спросил Адамс.


“Примерно так”, - ответил Майк, качая головой. “Русский продал бы собственную мать за нужные деньги”. Он поднял глаза, когда в кухню вошел Вэннер с листами бумаги в руках. “Есть что-нибудь стоящее?”


“После того, как они увидели, что вы сделали с русским, все чеченцы раскрылись. Это была обычная операция по снабжению с дополнительной миссией - доставить русских к нескольким лучшим чеченским парням в Панкиси”. У бывшего морского пехотинца были красные глаза, и он с благодарностью принял чашку кофе от матери Савины, когда бесцеремонно сел. “Мертвый русский не очень помог, но у него было вот это”, - добавил Ваннер, протягивая пластиковую карточку через стол.


“А это что?” Спросил Майк, глядя на карточку без опознавательных знаков с рядом цифр на ней.


“Я удивлен, что вы никогда их не видели”, - сказал Ваннер, забавляясь. “Они выдаются для отслеживания номеров счетов в швейцарском банке”.


“Не из Цюрихской торговой компании”, - сказал Майк.


“Меркантильные иногда так поступают”, - сказал Ваннер. “Хотя это от Bank Suisse. У меня нет кодов для открытия счетов, но это четыре разных счета в Bank Suisse, на которых находится любое количество долларов. ”


“Или ни одного”, - сказал Майк. “Если бы они что-то продавали, в них могли быть только начальные деньги. Вы можете открыть один из них, заплатив сто евро”.


“Но, по-видимому, именно туда шли деньги”, - сказал Ваннер. “О "больших деньгах", о которых продолжает болтать этот Михаил. Чеченцы подтверждают, что речь шла о "специальном оружии", но они не знают, о чем именно. Слухи варьируются от ПЗРК до ядерного оружия ”.


“Выясни у нашего приятеля Майки, кого еще этот Сергей мог бы использовать в качестве контактного лица”, - сказал Майк, доедая свой завтрак. “А пока я собираюсь пойти к одной из девушек и трахнуть себя, чтобы уснуть”.


“Нет покоя ослам, да?” - спросил Вэннер.


“Я не говорил, что ты должен был сделать это прямо сейчас”, - отметил Майк. “Пусть он немного попотеет. Без обезболивающих”.


Глава шестая


“Дерьмо!” Внезапно пробормотал Майк, прекращая свой удар.


“Килдар?” Сказала Джана, извиваясь под ним. “Килдар, ты остановился”.


“Я знаю”, - сказал Майк, приподнимаясь на локтях. “Я сказал Геннадию, что встречусь с некоторыми старейшинами сегодня днем. Фактически, минут через тридцать. Черт возьми!”


“Конечно, после прошлой ночи они не будут возражать, если ты отменишь встречу”, - сказала Яна, прижимаясь к нему. “У тебя есть время”.


“Но я не сказал им, что отменяю выступление”, - кисло сказал Майк. “Это значит, что они будут здесь, несмотря ни на что. Я был так увлечен этим, что забыл”.


Перестрелки всегда возбуждали его. Ему говорили, что это естественная реакция, и, будучи МОРСКИМ КОТИКОМ, он научился до некоторой степени подавлять ее. Но в нынешних обстоятельствах для этого не было особых причин. Вот почему, как только он покончил с Вэннером и завтраком, он отправился в гарем, буквально схватил Яну и потащил ее наверх.


Он уже кончил один раз, но чувствовал, что там есть по крайней мере еще один, и он с радостью направлялся к этому, намереваясь проспать около двадцати часов, когда вспомнил о встрече.


“Нам придется сократить это”, - сказал Майк. “Извините”.


“Ты килдар”, - сказала Джана, пожимая плечами. “И это не значит, что я не получила своего...”


* * *


“Отец Кульчьянов, отец Махона, Геннадий, - сказал Майк, входя в гостиную, “ рад видеть вас снова. Олег, давно не виделись”. Когда он увидел Олега, то был особенно рад, что тот не отменил встречу; парень неделю был на операции, и утром у него была “чертовски классная” перестрелка. Самое меньшее, что могли сделать килдары, - это появиться после всего этого.


Встреча проходила в одной из трех небольших комнат караван-сарая. Одна из них была более или менее постоянно отведена под “комнату отдыха”, читай бар, для тренеров. Вторая обычно использовалась девушками из гарема. Эта предназначалась для тех случаев, когда Майку нужно было развлекать небольшое количество гостей. Например, старейшин, все они могли легко поместиться в этой комфортабельной комнате.


Окна комнаты выходили на сады рядом с гаремом. Когда Майк приехал, сады десятилетиями страдали от запущенности. Несколько неопытная забота ярдсмена Келдары не привела их ни в какое великолепное состояние, но они были намного лучше, чем когда он прибыл. Розы росли хорошо, и они наполнили комнату ароматом.


Он очень быстро принял душ, и его волосы все еще были влажными. Он надеялся, что не так очевидно, что он только что выпрыгнул из постели. Однако, учитывая то, как келдара разговаривали между собой, если не с посторонними, он был почти уверен, что они чертовски хорошо знали, где он был. Он надеялся, что они не воспримут это как оскорбление. В конце концов, он опоздал всего на несколько минут.


“Вы, джентльмены, просили об этой встрече”, - сказал Майк, садясь на диван и наливая чашку чая.


“Килдар”, - официально произнес отец Кульчьянов. “Мы пришли поговорить об обычаях келдара”.


Отец Кульчьянов не был самым старшим из руководителей Семьи, но он был признан старшим по всем вопросам протокола и обычаев. Фактически он был верховным жрецом древнего культа Келдары. Высокий мужчина, он явно уменьшился по сравнению со своим первоначальным ростом, с явными признаками сердечно-сосудистой недостаточности. Когда-то он, должно быть, был таким же крупным, как Олег, возможно, даже больше, и он был одним из немногих келдара, сражавшихся в “Великой Отечественной войне”, Второй мировой войне, с которой он вернулся с полной грудью медалей.


“Я всегда соблюдаю обычаи келдары”, - осторожно сказал Майк. На самом деле, он растоптал нескольких, но только тогда, когда это казалось единственным способом добиться того, что должно было быть достигнуто. В одном случае он растоптал их страх перед долгами, доставив девочку с лопнувшим аппендицитом в больницу в Тбилиси. Он не собирался позволить девушке умереть только потому, что келдара не могли позволить себе такую цену. Он неосознанно растоптал другую, взяв с собой в качестве компаньонки ее подругу Лидию, невесту Олега. Оказалось, что для незамужней женщины он не мог выбрать худшую.


Он думал, что это было сглажено. Но присутствие Олега противоречило этому.


“Как вы знаете, Олег Кульчьянов женат на Лидии Махоне постом”, - продолжил отец Кульчьянов. “В этом отношении есть проблема. Речь идет о выкупе за невесту”.


Майк посмотрел на Геннадия. Управляющий фермой был келдарой до того, как его выгнал с фермы его предшественник. Однако его не просто выгнали с фермы, а формально изгнали из Семей. Этот шаг был навязан им его предшественником, но это поставило его в выгодное положение с точки зрения Майка; он знал обычаи, но больше не был ими связан. И он обычно мог свободно говорить о них, не оскорбляя келдара, поскольку он больше не был одним из них.


Он также был выпускником Тбилисского университета и долго и упорно думал об обычаях, поэтому у него было понимание, которое часто ускользало как от Майка, так и от келдара.


“Это приданое”, - сказал Геннадий. “Это давний и очень серьезный обычай, но у него есть цель. Обычно он устанавливается в размере годового дохода мужчины. В первые несколько лет создания семьи обе стороны сильно теряют доход. Невеста, как правило, быстро беременеет, и у нее есть необходимые предметы домашнего обихода. У мужчин также наблюдается тенденция к снижению качества работы. ”


“В этом году мне понадобится Олег на высоком посту”, - сказал Майк. “Но я понял твою точку зрения. Сколько тебе нужно?”


“Это не та ситуация, когда килдар могут просто подарить подарок жениху и невесте”, - сказал отец Махона, поморщившись. Он был одним из младших старейшин, и у него с Майком были очень хорошие отношения. Так что, если он был настолько прямолинеен, Майк, вероятно, находился на минном поле. “Выкуп за невесту - это очень личный вопрос. Если бы ты подарил Лидию безвозмездно, это фактически сделало бы ее твоей невестой. Олег никогда не смог бы жениться на ней в таком состоянии”.


“Этого не случится”, - сказал Майк, глядя на Олега, который выглядел очень несчастным. “Олег, как ты относишься к этому?”


“Я позволю старейшинам объяснить, Килдар”, - сказал Олег. Парень выглядел действительно несчастным.


“Ладно, обо всем по порядку”, - сказал Майк. “Олег - мой лучший руководитель команды. Я знаком с обычаями келдары, но все, что снижает функциональность или лояльность Олега, выброшено за окно.”


“Это не уменьшит ни того, ни другого, килдар”, - решительно сказал Олег, глядя Майку в глаза. “Это давний обычай, который связывает келдара. Обычай, о котором они хотят поговорить, связывает келдара с килдар. И ты мой командир и мой друг. Я поддерживаю его ”.


“Какой обычай?” Осторожно спросил Майк.


“Кардан”, - сказал Геннадий, скривившись. “В западных культурах это назвали бы "правом сеньора ”.


Майк на секунду нахмурился, пытаясь вспомнить, где он слышал эту фразу, а затем побледнел.


“Ты, должно быть, шутишь”, - отрезал он.


“ Это не так, ” быстро ответил Геннадий по-английски. “Это старый обычай. Действительно старый обычай, который не использовался со времен царей. Но таков обычай, и они могут жить с этим ”.


“Килдар, Кардан полностью приемлем для всех участников”, - сказал отец Кульчьянов. “Будущая невеста проводит одну ночь с Килдаром, а затем Килдар дарит ей выкуп за невесту. Это обмен за обмен, предоставление потенциальной невесте достаточных средств для устройства ее домашнего хозяйства. Это должно быть по обоюдному согласию обеих сторон. ”


Майк открыл рот, чтобы гневно ответить, а затем закрыл его. Он был килдаром. Ему принадлежала земля, на которой они жили, и даже дома, в которых они жили. он мог просто приказать им игнорировать эту глупость, и они могли это сделать. Или он мог оказаться в ожесточенной многолетней войне с недовольными войсками, которым он должен был доверять, как своим собственным братьям. Итак... не штурмуйте позицию, найдите обходной путь.


“Ладно, Лидия подходит к караван-сараю...”


“Не ходите туда”, - сказал Геннадий, снова на быстром английском. “Все должно быть так, как было заявлено. Не пытайтесь перекрутить это, или вы столкнетесь с настоящим дерьмом”.


Майк вздохнул. “Объясни”.


“Это должно быть соотношение цены и качества”, - серьезно сказал отец Махона. “Полная ценность должна быть предоставлена в обоих направлениях, иначе это было бы нарушением чести. В обоих направлениях”.


“Перевод”, - сказал Геннадий по-грузински. “Если вы не вскроете Лидию, на нее будут смотреть как на слишком бесполезную женщину Келдара. На нее будут смотреть как на непригодную, раз уж вы отвергли ее таким образом. Ее честь будет осквернена, если она останется с тобой наедине, и дважды осквернена из-за того, что ее застали врасплох.


“И они с Олегом не поженятся”, - сказал Майк, глядя на Олега. “Ты согласен с этим?”


“Я больше всего беспокоюсь, что ты откажешься, Килдар”, - сказал Олег.


“Не то чтобы я собирался ... быть с Лидией?” Недоверчиво спросил Майк.


“Я счел бы это за честь”, - серьезно сказал Олег. “Как и Лидия. Мы это обсуждали”.


“Дерьмо”, - пробормотал Майк. “Что это с женщинами, которые хотят запрыгнуть в постель к килдару? Почему это не могло произойти, когда мне было семнадцать?”


Оба вопроса были риторическими, поскольку он уже до смерти обсудил это со всеми, от Геннадия до Нильсона. Килдар имели очень высокий статус не только среди келдара, но и среди других групп в регионе, контактировавших с ними. Девушки, которых он спас от чеченских работорговцев, практически дрались друг с другом за право быть первыми в его постели. И многие девушки из Келдара ясно дали понять, что не будут возражать даже против случайного поваляния в сене, которое обычно было многословным среди келдара. Прикосновение короля было волшебным, и в регионе килдар считался большим королем, чем кто-либо со времен Людовика XIV.


“Как ты относишься к этому, Килдар?” Спросил отец Кульчьянов, снова официально. “Договоренность такова, что Лидия проведет с тобой одну ночь, после чего ты ее вскроешь. За это благословение ты даруешь ей выкуп за невесту, который составляет минимум пятьсот рублей.”


“Лидия стоит намного больше этого”, - пробормотал Майк. Возможно, она была одной из трех самых красивых женщин Келдары, что поставило ее в один процент лучших женщин мира. Большинство девушек Келдары легко могли бы стать супермоделями.


“Очень хорошо, но у меня есть условия для этой церемонии. Во-первых, мы сделаем это церемонией. Если это должно быть сделано, это должно быть сделано хорошо ”.


“Что вы имеете в виду?” С любопытством спросил Геннадий.


Майк не был уверен, но когда был задан вопрос, появились общие очертания, как будто он их где-то видел. Может быть, во сне, может быть, в книге, он не был уверен. Но это было правильно.


“Геннадий, раздобудь двух лошадей”, - сказал он. “Мерин для меня, предпочтительно черный, но самое главное, чтобы на нем можно было ездить верхом и он хорошо выглядел. Раздобудь… Я думаю, они тоже называют это палфри, предпочитая белый цвет. А пока, если Лидия не умеет ездить в дамском седле, проинструктируйте ее, мне все равно, где и сколько это стоит. Я поговорю с матерью Савиной о подготовке к свадьбе Лидии, помимо уроков верховой езды. Во-первых, есть ... назовем их другими уроками верховой езды. Она не собирается ложиться в мою постель в полном неведении и ужасе. Анастасия частично этим займется, но я поручу это матери Савиной. Для нас обоих будет подготовлена специальная одежда. И когда я приеду к ней домой, чтобы забрать ее, состоится небольшая церемония. Я над этим поработаю. Этого не будет по крайней мере пару недель. Сначала нам нужно раздобыть лошадей и взять уроки верховой езды.”


“Это американский обычай?” Отец Кульчьянов спросил в замешательстве.


“Нет”, - сказал Майк. “Это мой обычай, и вы будете его соблюдать”.


* * *


“Еще горячая, молодая, девственная киска?” Спросила Адамс, когда Майк вошел на кухню на следующее утро.


“О, укуси меня”, - пробормотал Майк, наливая кофе в чашку.


“И я подумал, что отсутствие необходимости постоянно ссориться с Бэмби и Флопси - это хорошая жизнь”, - продолжил Адамс.


“Мы здесь говорим об Олеге, черт возьми”, - ответил Майк. “Если я не справлюсь с этим должным образом, я потеряю поддержку моего главного руководителя команды”.


“Он полностью согласен”, - сказал Адамс. “Я говорил об этом с матерью Савиной. Она считает, что это отличная идея”.


“Господи, эта культура больна”, - тихо пробормотал Майк, чтобы мать Савина, возившаяся на кухне, его не услышала.


“Не совсем”, - сказал Адамс, пожимая плечами. “Странно. Причудливо. Но вряд ли болезненно. Если бы это было болезненно, они бы нашли менее приятный способ справиться с этим. Что меня поражает, так это то, как хорошо мы ладим ”.


“А?” Сказал Майк, нахмурившись. “Не то чтобы я сейчас не гожусь для того, чтобы отвлечься”.


“Ты провел некоторое время в песочнице”, - сказал шеф, снова пожимая плечами. “Что ты думаешь о том, что ты обычный человек с полотенцем на голове по сравнению с келдарой?”


“Никакого сравнения”, - озадаченно сказал Майк. “Келдара умеют делать. Они не пытаются ударить тебя в спину. Если есть проблема, они ее устраняют, а если не могут, то обращаются к вам за помощью и делают все возможное.”


“Да, есть и другие вещи”, - сказал Адамс. “Но они тебе кого-нибудь там напоминают?”


“Не совсем”, - сказал Майк, скорчив гримасу отвращения. “Если бы я сравнивал их с полотенцесушителями, это было бы оскорбительно”.


“Вы когда-нибудь много делали с курдами?”


“Нет”, - признался Майк, подумав об этом. “Я тренировал группу, в которой была пара человек. Но ненадолго”.


“С курдами то же самое”, - задумчиво произнес Адамс, откидываясь назад. “С обычными арабами и теми, кто есть у вас в Ираке, вы всегда ведете переговоры. Вам нужно что-то сделать, сначала вы должны почесать спину или смазать ладонь. С курдами это как… БАЦ! Вам нужно что-то, что отвечает их интересам, они всегда готовы оказать поддержку, будь то перестрелка или строительство электростанции. Мы просто ... лучше ладим с курдами, чем с арабами. У гуркхов то же самое. У большинства племенных групп этого не получается, но у вас получается, скажем, у массаи. И курдов. И гуркхи. А теперь с Келдарой. Это похоже на какое-то тайное рукопожатие. Вот почему я согласился с вами насчет всего этого коммандос и почему я не позволяю себе нервничать, когда они придумывают что-то подобное. Единственное, что мне никогда особенно не нравилось в курдах, это то, как они обращаются со своими женщинами; келдара, по крайней мере, в этом лучше ”.


“Что ж, я рад, что ты считаешь это такой замечательной идеей, поскольку у тебя будет часть всего этого ”.


“Эй!” - рявкнул бывший шеф. “Я не собираюсь трогать Лидию”.


“Как бы она мне ни нравилась, я беспокоюсь не о Лидии”, - сказал Майк. “Мать Савина, подойди сюда. Нам нужно продумать церемонию”.


* * *


У Майка было плотное расписание на день. Помимо всего прочего, он не успевал за развитием пивоварни.


Когда он прибыл в долину, его удивили несколько вещей. Одной из них, конечно, была общая приятная внешность келдара. Женщины были выдающимися, но даже мужчины были настолько хороши собой, что могли бы быть актерами, играющими свои роли. В большинстве ”крестьянских" культур характер работы, как правило, делал и мужчин, и женщин черствыми и уродливыми. То же самое произошло и с инбридингом, характерным для таких культур. Келдара были редким исключением, подтверждавшим правило.


Однако вторым, что его поразило, было качество местного пива. Джорджия была гораздо более известна своими винами, чем пивом, и прошло много времени с тех пор, как он приехал сюда с действительно хорошим пивом. Но пиво в таверне в городе было превосходным, не хуже любого другого, что можно было попробовать в американской или немецкой мини-пивоварне. Однако, когда он начал общаться с келдара, он обнаружил, что пиво в городе было их “плохим” напитком; чистое перо было настолько хорошим, что его следовало запретить.


По немецким стандартам это было не совсем чистое пиво, в него добавляли какие-то дополнительные ягоды и травы, которые были доступны только в этом регионе. Но это был действительно потрясающий напиток. Майк увидел возможности с того дня, как пришел к власти. По современным стандартам келдара были удручающе бедны. Его внедрение современного оборудования и методов в сельском хозяйстве помогло бы несколько смягчить ситуацию, но они действительно нуждались в источнике капитала. Они делали отличное пиво, люди платили хорошие деньги за хорошее пиво. Следовательно, им нужна была пивоварня и программа распространения.


Проблема заключалась в том, что все, что Майк знал о том или ином, можно было написать на внутренней стороне спичечного коробка цветным карандашом. А женщины из Келдары, которые варили пиво, делали это небольшими партиями.


Его ответом, как обычно, было делегирование полномочий. В рамках весеннего фестиваля Келдара, который был настолько древним, что соответствовал дохристианским праздникам, встречающимся только в учебниках по этнологии, были выбраны ”король“ и "козел", последний назывался “кайлин”. Один из членов ополчения Келдара, Гурум, в остальном умный и способный парень, был выбран в качестве кайлина для лепешек, когда он нашел фасоль в своей лепешке.


Более консервативная Келдара считала Кайлин предзнаменованием неудачи, и команда, к которой был приставлен Гурум, возлагала на него все проблемы, с которыми они сталкивались. Таким образом, его было практически невозможно интегрировать в команды.


Однако женщины были гораздо менее настроены на проблему наличия кайена. Поэтому Майк провел для него краткий урок интернет-исследований, выделил разумный бюджет и поручил ему заняться проблемой пивоварни. Вначале Гурум задал пару вопросов, но после битвы с чеченцами Майк его ни разу не видел. И хотя он видел какое-то строительство на территории пивоварни — скамейку у дороги в город, которая когда-то была платной станцией, — он не думал, что оно завершено.


Когда он сел на скамейку запасных, его удивил почти заброшенный вид этого места. Было частично достроено здание, более или менее двухэтажное, с каменными стенами и, по крайней мере, крышей, но двери спереди не были установлены, как и окна. Однако изнутри доносились какие-то строительные звуки, поэтому Майк припарковался и вошел через парадную дверь.


“Осторожно, килдар!” - раздался голос сверху, как раз в тот момент, когда деревянный брус рухнул на пол в нескольких футах от него.


“Спасибо, что предупредили”, - сказал Майк, поднимая голову. Один из старших самцов келдара смотрел через большую дыру на втором этаже со смущенным выражением лица.


“Василий, ты почти проиграл один килдар”, - сказал Майк. “В следующий раз смотри, куда рубишь бревна!”


Было выполнено гораздо больше работы, чем думал Майк. Верхние этажи в основном были внутри и были усилены толстыми поперечными балками, которые были ненамного больше, чем спиленные стволы деревьев. Поддерживающие колонны, которые стояли довольно близко друг к другу спереди, были почти такими же. Кое-где кора все еще виднелась в пятнах. Правая сторона здания была открыта до потолка в мансардной конфигурации. Майк не был уверен, для чего это было сделано, но он был готов предположить, что кто-то это сделал.


“Килдар”, - раздался голос сзади. “Мы все гадали, когда ты зайдешь”.


“Привет, Ватрия”, - сказал Майк, когда его глаза привыкли к полумраку. Ватрия была одной из старших незамужних женщин-келдара. Он задавался вопросом, была ли она в той же лодке, что и Лидия, и надеялся, что, если так, пивоварня скоро будет зарабатывать достаточно денег, так что в подобном компромиссе не будет необходимости. С другой стороны, он должен был признать, что у медовой блондинки была прекрасная фигура молодой женщины. Длинные ноги под этой юбкой и красивые высокие. Не говоря уже о лице в форме сердечка и просто прекрасных темно-синих глазах.


Он довольно быстро понял, что переходит на свою темную сторону. Идея сломить нескольких женщин из Келдары была более чем привлекательной. Но в этом и заключалась проблема: это могло быстро вызвать привыкание. Было бы достаточно легко воспользоваться предлогом, чтобы злоупотребить привилегией, и он слишком усердно трудился, чтобы завоевать уважение Келдары, чтобы потерять его таким образом.


Ватрию сопровождал высокий худощавый мужчина, которого Майк не узнал. Судя по его одежде, повседневной рубашке поло и коричневым брюкам, он, вероятно, не был келдарой.


“Ты даже не знаком с мистером Броком”, - сказал Ватрия, жестом приглашая мужчину подойти. “Килдар, это герр Герхард Брок из пивоваренной компании Alten”.


“Герр Брок”, - сказал Майк, протягивая руку.


Брок нарочито пожал ее в манере европейца и кивнул.


“Вы килдар”, - сказал мужчина по-английски с сильным немецким акцентом. “Приятно познакомиться”.


“И вы, герр Брок”, - ответил Майк, пытаясь скрыть замешательство на лице.


“В данный момент пивоваренное оборудование находится в пути”, - сказал мистер Брок, махнув рукой в сторону тыла. “Как указано в контрактах, у нас были на складе чаны и трубопроводы. Я уверен, что для ячменных бочек доступны материалы местного производства. И, конечно же, печи изготавливаются келдарой ”.


“Келдара очень хороши в общем строительстве”, - сказал Майк, кивая.


“Я настоятельно рекомендую вам воспользоваться предложением Gurum в отношении ежегодного съезда”, - продолжил герр Брок с каменным лицом. “Это было бы идеальное место для достижения ваших маркетинговых целей. Времени, конечно, мало, но меня заверили, что вы способны справиться с требованиями. ”


“Мы очень легко приспосабливаемся”, - сказал Майк, кивая. “И мы привыкли к коротким циклам принятия решений”.


“Я должен посмотреть на конструкцию печи”, - сказал Брокк, кивая на прощание. “Я с нетерпением жду дальнейшего разговора с вами, мистер Килдар”.


“Это просто Килдар”, - сказал Майк, когда мужчина снова направился к задней части здания. “Ватрия?”


“Да, Килдар?” - спросила девушка, широко раскрыв глаза и улыбаясь.


“О чем я только что говорил?”


Глава седьмая


“Чего ты хочешь?” спросил Майк.


Гурум выглядел неуютно, сидя в кресле напротив Килдара. Но он стоял на своем.


“Съезд Международной ассоциации пивоваров и дистрибьюторов пивоварен в этом году проходит в городе Лас-Вегас в Соединенных Штатах. Ты знаешь об этом городе, Килдар?”


“Да, я знаю Лас-Вегас”, - сказал Майк, вздыхая. “Город грехов”.


“Я не понимаю, Килдар?” Сказал Гурум. “Город грехов?”


“Лас-Вегас находится в штате, похожем на провинцию, где разрешены азартные игры и проституция”, - сказал Майк, снова вздыхая. “Его прозвище - Город грехов. Оно переводится по-английски. Итак, чего вы хотите? У вас есть стенд с пивом Keldara на этой конференции? Вы имеете хоть какое-то представление о логистике чего-то подобного? И откуда, черт возьми, взялся этот парень Брок?”


“Килдар, когда ты поручил мне это задание, я столкнулся с несколькими проблемами”, - нахмурившись, сказал Гурум. “Первая заключалась в том, что я ничего не знал о пивоварении. Это женская задача в Келдаре, и они тщательно охраняют свои секреты. Мать Ленка была, конечно, тем человеком, с которым нужно было работать над этим. Она согласилась стать ... пивоваром на пивоварне и работала с герром Броком над дизайном первых сортов пива. Герр Брок работает на пивоварне Alten в Кобленце, Германия. У Alten есть собственная небольшая пивоварня, построенная в 1800-х годах, но она также является международным поставщиком оборудование и материалы для пивоварни. Кроме того, они были очень полезны в том, что касается маркетинга и методов отгрузки. По их предложению я поинтересовался, как называется стенд на этой конференции. Съезд отменили, поэтому я смог забронировать небольшой стенд. Он находится на окраине, но вполне функционален для наших нужд. Все это мне удалось сделать в рамках бюджета, который вы мне выделили, но для реальной настройки стенда и создания маркетинговых материалов для него потребуется больший бюджет. ”


Во время этого выступления Майк сохранял каменное выражение лица, но за отсутствием опыта скрывались глубокое удивление и уважение. Гурум воспользовался его предложениями и действовал с ними таким образом, что Майк, даже с его опытом работы с Келдарой, нашел это удивительным.


“Где ты раздобыл Альтен?” Спросил Майк, на данный момент игнорируя вопрос о конвенции. Он мало что знал об организации стенда, но он был на паре съездов, где люди продавали снаряжение, которое использовали специальные группы. Все, что он действительно помнил о них, это booth babes… Теперь ему пришла в голову мысль.


“Alten была одной из трех компаний, с которыми я связался после поиска в Интернете”, - ответил Гурум. “Они обе были самыми полезными, и, когда я связывался с предыдущими клиентами, та, которая казалась мне наиболее любимой и уважаемой. Цены на них были немного выше, но мастер-шеф Адамс отметил, что качество часто стоит дополнительных денег.”


“И они снабжают ...?” С любопытством спросил Майк.


“Почти все наше оборудование”, - ответил Гурум. “А также консультации по маркетингу и дистрибуции. Они построили пивоварни в Европе и Соединенных Штатах, но это первый раз, когда они делают что-то подобное в Грузии или других регионах Кавказа, и, похоже, они полны энтузиазма ”.


“Ты действительно взял быка за рога, не так ли?” Спросил Майк, наконец улыбнувшись.


“У меня было несколько вопросов по этому поводу, когда я начинал”, - осторожно ответил Гурум. “Вы были… заняты многими вещами. Я разговаривал с шефом Адамсом, и он сказал, что "Морские котики" считают инициативу хорошей вещью. Он сказал мне проявлять как можно больше инициативы. Я был осторожен со своим бюджетом, но потребуется больше времени, чтобы завершить планы и наладить дистрибуцию ”.


“Я полагал, что бюджет на самом деле покрывает только исследования”, - сказал Майк. “ Ладно, расскажи мне о съезде.


“Я никогда не посещал подобное мероприятие”, - признался Гурум. “Однако я связался с компанией, которая занимается организацией подобных мероприятий. Они предоставили предложения о том, что нам может понадобиться. Некоторые из них они могут предоставить; другие мы должны обеспечить сами. Они уверяют меня, что могут организовать ... стенд "под ключ ", но мы должны заранее подготовить определенные маркетинговые материалы ”.


“Множество маркетинговых товаров”, - задумчиво произнес Майк. “Папки, брошюры, плакаты, бесплатные подарки. Я даже не уверен, сколько каждого из них нам понадобится”.


“Кроме того, нам понадобится пиво”, - серьезно сказал Гурум. “У Генади есть юрист, который занимается юридическими вопросами фермы. Я связался с ним и получил разрешения на экспорт партии в маркетинговых целях и дополнительные разрешения на ее импорт в Соединенные Штаты. Он также получил для нас разрешения на импорт пивоваренного оборудования и грант от USAID в размере 50 000 долларов на пивоваренное оборудование ”.


“Это чертовски большой грант”, - сказал Майк.


“Это был соответствующий грант”, - неловко сказал Гурум. “Мы согласились выделить 25 000 долларов, и они удвоили сумму”.


“И что мы сможем купить за семьдесят пять тысяч?” С любопытством спросил Майк.


“Все пивоваренное оборудование для установки завода на сто гектолитров”, - ответил Гурум. “На самом деле, нам придется произвести некоторую внутреннюю зарядку Келдары, чтобы израсходовать все это”.


“Снова запустите это мимо меня?” Растерянно переспросил Майк.


“В гранте больше денег, чем нам на самом деле нужно на оборудование и материалы”, - осторожно сказал Гурум. “Таким образом, мы также используем деньги гранта для оплаты келдара за их работу, а часть откладываем на начальный капитал, прежде чем мы заработаем денежный поток”.


“Ты ведь тоже разговаривал с Нильсоном, не так ли?” Добавил Майк, ухмыляясь.


“Да, Килдар”, - кивнув, ответил Гурум.


“Окей, одобрено”, - сказал Майк. “Сверху донизу. И у меня есть несколько идей по поводу стенда, которые я хотел бы озвучить ...”


* * *


“Эй, Вэннер, разве ты не купил какое-нибудь потрясающее оборудование для фотосъемки в рамках своего пакета ‘Я хочу быть супершпионом”? Спросил Майк, заходя в магазин intel.


“Если нам придется выполнять небольшую работу, нам понадобятся фотоаппараты, Килдар”. Вэннер вздохнул. “Да, я купил довольно хорошую установку Nikon и несколько объективов. К чему ты клонишь?”


“Мне нужно позаимствовать это...”


* * *


Майк ни в коем случае не был профессиональным фотографом. Но он прослушал пару курсов в колледже, когда учился в первый раз, и они ему понравились. И были некоторые объекты, которые были просто фотогеничными.


Он повел Экспедицию в долину, где войска, которые не тренировались, усердно работали в полях. Самцы келдара, которые все еще собирали камни на участках и проверяли, как идет уборка ячменя, были хороши для нескольких десятков выстрелов. Но по-настоящему он начал, когда пришли девушки с обедом.


Примерно треть девушек из лагеря несли корзины с буханками хлеба и кругами сыра, выглядывающими из-под разноцветных скатертей. Остальные, однако, несли ведерки, до краев наполненные льдом, и керамические пивные бутылки.


”Лидия, - сказал Майк, подходя к группе, - “Мне нужно раздобыть несколько фотографий девушек, чтобы мы могли придумать кое-что для рекламы пивоварни”.


“Я поняла все это, кроме последней части”, - сказала Лидия, улыбаясь.


Майк на секунду задумался об этом, а затем беспомощно пожал плечами. Он не учел, что у келдара был настолько ограниченный доступ к современным технологиям и культуре, что концепция “моделирования” была вне их мировоззрения.


“Вы знаете, что Gurum планирует попытаться продать пиво на конференции в Соединенных Штатах?” Спросил Майк.


“Да”, - ответила Лидия, когда девушки и большинство парней начали собираться вокруг.


“Ну, мы не будем продавать его по стаканам или бутылкам”, - сказал Майк, задумчиво нахмурившись. “Мы будем искать того, кто будет покупать это у нас в больших количествах, а затем продавать в Соединенных Штатах. Это называется дистрибьютором. Что мы будем делать, так это искать дистрибьютора, хорошего, который даст нам за наше пиво как можно больше денег, которые мы сможем достать. Пока со мной? ”


“Я могу справиться и с более объемными словами, Килдар”, - ответила Лидия, моргнув на него глазами. “Два, даже три слога”.


“Очень смешно”, - ответил Майк. “Вы спросили. Итак, чтобы найти лучшего дистрибьютора, нам нужно, чтобы люди обратили на нас внимание. На съезде будут сотни таких же мелких пивоваров, как мы, и все они будут пытаться привлечь внимание крупных дистрибьюторов. Итак, как нам заставить дистрибьюторов обратить внимание на нас, а не на других пивоваров? ”


“У нас самое лучшее пиво?” Спросил Грезня, улыбаясь. Грезня была одной из пожилых незамужних женщин, высокой рыжеволосой женщиной с ярко-голубыми глазами и дерзкой, хотя и маленькой грудью, которая обычно работала в отделе разведки. Недавно Ваннер начал разделять девушек из разведки и назначать их для работы с конкретными командами. Очевидно, команда Соуна была на оперативном дежурстве. Итак, девушка перешла от руководства секцией перехвата и анализа к доставке хлеба и сыра на поле. С другой стороны, она, похоже, не возражала.


Майк обдумал ответ, а затем поймал взгляд Катрины. Он был уверен, что у маленького шалуна найдется ответ, который он искал.


“Катрина, как тебе удается привлечь к себе внимание мальчиков?” Спросил Майк, приподняв бровь.


“Покачивай бедрами?” Ответила Катрина, ухмыляясь. “Посмотри им в глаза? Надуй губы? Опусти одно плечо? Положи руку им на плечо? Тогда они будут носить вам воду, и вам не придется этого делать. ”


“Шалунья”, - сказал Грезня с улыбкой.


“Катрина, однако, права”, - серьезно сказал Майк. “Мы хотим, чтобы дистрибьюторы обратили на нас внимание. Мы соорудим несколько дисплеев для стенда, которые будут "выглядеть" как долина Келдара, у нас будут яркие вывески и фотографии симпатичных девушек. О, и у нас будут симпатичные девушки, раздающие бесплатные дегустации нашего пива. Некоторые из вас пойдут на съезд и будут разливать пиво, все время улыбаясь. Но перед этим мы должны создать раздаточные материалы с фотографиями и информацией о нашем пиве. А для этого нам понадобятся фотографии ”, - закончил Майк, поднимая камеру.


“Из красивых девушек?” Спросила Катрина. “Тогда просто забери их у меня”.


“Тише, ты”, - прорычал Майк. “Я сделаю. Но сначала я хочу фотографии всех девушек. Девушки с пивом - хорошая штука для продаж. Так что выстраивайтесь в очередь и улыбайтесь ”.


Для этого потребовалось нечто большее. Женщин Келдары почти с рождения учили, что им не следует использовать свою внешность в качестве оружия. И поначалу они очень стеснялись камеры. Но после того, как Майк получил пару хороших фотографий и смог показать их девушкам с помощью своего ноутбука, они прониклись духом съемки.


Лучший кадр получился ближе к концу съемки, когда он заставил всех девушек выстроиться в ряд с ведрами в одной руке, а другой обхватить плечо девушки рядом с ними. Большинство из них держали в руках по бутылке, и ему удалось придать каждому лицу достойное выражение. К счастью, в тот момент мальчики больше интересовались съемками, чем едой, и даже не ворчали по поводу того, что их задержали с обедом.


Когда наконец подали еду и пиво, Майк незаметно схватил Катрину и оттащил ее в сторону.


“Когда вернешься в дом, попроси их позвонить мне”, - сказал Майк. “Я бы хотел сделать несколько снимков тебя позже сегодня. Но пусть твоя мать позвонит мне и все устроит”.


“Очень хорошо, Килдар”, - сказала Катрина, хлопая ресницами. “Но теперь я могу идти. Обратно нужно унести меньше, чем мы несем на поле боя”.


“Хорошо, но мы собираемся заехать на пивоварню и подобрать компаньонку”, - сказал Майк. “Я знаю, кого можно использовать”.


* * *


“Привет, мама Ленка”, - сказал Майк, заглядывая во все еще строящуюся пивоварню. “Можно тебя на минутку?”


“Есть что-то, что тебе нужно знать о сексе, Килдар?” Мать Ленка хихикнула. “Или это назревает?”


“Вообще-то, мне нужна компаньонка”, - сказал Майк, выводя ее на солнечный свет. “Я собираюсь сделать несколько фотографий Катрины для брошюр для пивоварни. Но я чертовски уверен, что не собираюсь оставаться с ней наедине. ”


“И ты думаешь, что я сопровождающая?” Сказала мама Ленки, а потом начала смеяться так сильно, что поперхнулась. “О, Килдар, ты рассказываешь такие хорошие истории!”


“Ты как раз та компаньонка, которая мне нужна, старая карга”, - сказал Майк, ухмыляясь и ведя ее к Экспедиции. “Ты пожилая замужняя женщина. Вполне респектабельная ... вроде того”.


“Даже близко нет”, - сказала мама Ленка, все еще задыхаясь. “Они решат, что тебе просто нужно было потренироваться с малышом!”


“Нет, они этого не сделают, и ты это знаешь”, - сказал Майк. “Но когда я попрошу ее сделать кое-что из того, что мне нужно, чтобы она сделала для съемок, ты и глазом не моргнешь. Вы могли бы представить, если бы я попросил ее отсосать пену с горлышка открытой бутылки пива, скажем, перед матерью Кульчянова?”


“Она бы даже не поняла, что ты пытаешься предложить”, - сказала мама Ленка, одарив его беззубой улыбкой. “Но я понимаю. Конечно, я буду сопровождать тебя, молодой человек. И если вам нужны какие-либо предложения ... ”


“Я уверен, что у нас все получится”, - сказал Майк. “Но мне действительно нужно забрать кое-какие припасы”.


* * *


Он заметил это место, когда проверял Келдару, проводившую патрульную операцию. Это была тихая небольшая лощина с небольшим водопадом, окруженным деревьями. Там была широкая травянистая площадка, которая в данный момент была заполнена поздними весенними полевыми цветами, и освещение было почти подходящим.


Он припарковал Экспедицию на узкой грунтовой лесовозной дороге и повел их вдвоем к лощине, затем вернулся к внедорожнику за своим снаряжением и ведром пива, которое прихватил с пивоварни.


“Хорошо, Катрина”, - сказал Майк, вручая девушке бутылку пива и ставя ее у водопада. “Что я хочу, чтобы вы сделали, так это подумали о том, насколько замечательное пиво Keldara, и когда вы смотрите в камеру, я хочу, чтобы вы смотрели на него так, как будто это самая замечательная вещь в мире”.


“Занимайся любовью перед камерой”, - сказала мама Ленка с некоторой грустью. “Именно это мне говорили, когда я была моделью. Думай о камере как о своей возлюбленной”.


“Я не знал, что ты занимаешься моделированием”, - сказал Майк, взглянув на нее, пока рассматривал освещение и делал некоторые ручные настройки Nikon.


“Я сделала много такого, о чем ты и не подумал бы, юноша”, - сказала мама Ленка, затем снова рассмеялась. “И много такого, во что даже ты не поверишь!”


“Мама Ленка - мой образец для подражания”, - сказала Катрина, поднимая бутылку пива и бросая в камеру затуманенный взгляд. “Вот так?”


“Это начало”, - сказал Майк. “Работай, детка”.


Глава восьмая


Майк нажал кнопку ответа на своем телефоне и бросил на стол смету расходов на конференц-стенд. Он и не предполагал, что это будет так много. Просто пробежаться на электротяге стоило минимум два часа по цене 175 долларов в час. Слава Богу, ему не нужно было подключение к Интернету! По крайней мере, фотосессия удалась на славу. У него было несколько убийственных снимков, которые были переработаны в три разных брошюры, и плакат с изображением урагана "Катрина", который, несомненно, имел большой успех. Но чем больше он рассматривал остальные свои планы, тем больше понимал, что ему понадобится некоторое влияние в Вашингтоне.…


“Идите”.


“Килдар, поступил звонок из Соединенных Штатов”, - сказала одна из женщин из Келдары по громкой связи. “Офицер Государственного департамента”.


“Соедините меня”, - ответил Майк, поднимая трубку. Кстати, о дьяволе…


“Мистер Дженкинс?” мгновение спустя произнес интеллигентный голос.


“То же самое”, - проворчал Майк. По его мнению, хуже агентов Налогового управления в правительстве США были только северо-восточные либеральные брахманы, которые управляли Государственным департаментом. И этот парень звучал как классический случай.


“Мистер Дженкинс, меня зовут Уилсон Харгрив Торнтон, я ответственный сотрудник отдела Молдавии в Государственном департаменте”.


“Я не думаю, что это находится в Майноте, Северная Дакота, не так ли?” Спросил Майк. Молдавия была самой бедной страной в Европе, из которой не экспортировалось ничего, кроме светловолосых проституток. Вряд ли это был отдел Франции.


“Нет, мистер Дженкинс”, - сказал мужчина, сухо и довольно фальшиво рассмеявшись. “Отдел Молдавии - это вряд ли Сибирь. В последнее время там произошли серьезные события. И именно об этом я хочу с вами поговорить. Меня попросили оказать услугу высокопоставленному члену законодательной власти. Однако я исчерпал свои источники в этом вопросе. Когда я сообщил ему об этом, он совершенно неожиданно спросил, знаю ли я вас и могу ли я связаться с вами для него. Я скажу, что вас трудно найти. ”


“Мне так нравится”, - сказал Майк.


“Я так понимаю”, - сказал мужчина, снова усмехнувшись. У него был сухой смешок человека, которому хирургическим путем удалили чувство юмора, но он пытался вести себя так, как будто оно все еще было целым. “Я хотел бы попросить вас приехать в Вашингтон на несколько дней и встретиться с участником, о котором я говорил. Ему нужен кто-то с вашим ... опытом”.


“Я так не думаю”, - сказал Майк. “Я не хожу и не выполняю приказы "старших членов законодательной власти". Я даже не получаю их от старших членов исполнительной власти”.


“Мистер Дженкинс, ” серьезно сказал Уилсон Харгрив Торнтон, “ у вас много врагов как на международном уровне, так и, откровенно говоря, внутри правительства. Иметь высокопоставленного сенатора, который перед вами в долгу, - в ваших же интересах. Я мог бы добавить, что сенатор уже сыграл важную роль в оказании вам помощи. Я полагаю, вы недавно получили грант от Международного валютного фонда?”


“Да”, - сказал Майк, скривившись. “Я думал, они довольно дружелюбно относятся к деньгам налогоплательщиков”.


“Тем не менее”, - ответил Торнтон, явно улыбаясь.


“И какое, черт возьми, отношение сенатор имеет к МВФ?” Спросил Майк.


“Мистер Дженкинс, ” ответил сотрудник Госдепартамента, посмеиваясь, “ есть сенаторы и сенаторши. И еще есть те, кто может спокойно предложить устранить застопорившуюся бумажную волокиту. Или, если уж на то пошло, надолго застопорившиеся, я мог бы добавить. ”


“Мое ... прошлое, как правило, состоит из множества мертвых тел”, - прямо сказал Майк, игнорируя скрытую угрозу. “Старшие сенаторы обладают замечательной способностью забывать о прошлых благосклонностях, когда обнаруживаются тела”.


“Не в этот раз”, - сказал Торнтон так же прямо. “Я скажу вам, что это связано с молодой леди, которая попала в беду. И вы, честно говоря, единственное имя, которое пришло на ум, чтобы решить эту проблему. Учитывая ваше ... прошлое. ”


“Дерьмо”, - пробормотал Майк. Они знали его горячие точки, это точно. “Когда?”


“Сенатор может отложить завтрашний вечер для тихой и сдержанной дискуссии”, - ответил Торнтон. “Вас это устроит?”


“Если я смогу достать самолет”, - сказал Майк. “И это не будет халявой, если только это не смертельно просто”.


“Понял”, - ответил Торнтон. “Зарегистрируйся в отеле Washington Sheraton. Сенатор свяжется с тобой там”.


“И ты откажешься от какой-либо связи со мной, верно?” Сказал Майк, ухмыляясь.


“Я рад, что вы понимаете”, - сказал Торнтон, отключая связь.


* * *


“Анастейша”, - сказал Майк, просовывая голову в кабинет менеджера гарема. “Не могла бы ты оказать мне услугу и собрать мне кое-какие сумки. Мне нужно съездить в Вашингтон на несколько дней. Никакой формы. Немного повседневной одежды и несколько костюмов со всякой всячиной. ”


“Очень хорошо, Килдар”, - сказала Анастасия. “Когда ты вернешься?”


“Не уверен”, - признался Майк. “Но этого хватит до тех пор, пока мне будет нужна эта одежда. И позвони в ту чартерную компанию в Англии и закажи мне самолет. Я вполне могу путешествовать со вкусом”.


* * *


Майк ненавидел Округ Колумбия, В этом не было ничего личного, просто бесформенная обида. Когда он был морским котиком, округ Колумбия был синонимом “начальства”, увешанных медалями ублюдков, большинство из которых никогда не слышали выстрела в гневе, которые посылали команды творить чудеса, а затем скулили, когда они терпели неудачу. Или творили чудеса, но вызвали кучу негатива в прессе из-за мертвых танго.


Теперь, так или иначе, он оказался латунным. Или достаточно близок к этому, что не имело значения. Он не ходил по коридорам власти, но если бы он поднял трубку, то мог бы сегодня вечером спокойно поужинать с президентом. Или с государственным секретарем, или с министром обороны, или с советником по национальной безопасности. Это делало его, де-факто, “игроком” Вашингтона, даже если он проводил свое время, держась как можно дальше.


И в тот момент он был особенно зол. Он просто болтался в ожидании телефонного звонка. Он даже не привел с собой одну из своих “дам”, чтобы скоротать время. Все, что он мог делать, это смотреть "Фокс Ньюс" и брыкаться.


Он встал и направился к мини-бару, собираясь просто напиться в стельку и сказать "старшему сенатору”, чтобы тот отправлялся выполнять свою миссию, когда зазвонил телефон.


“Дженкинс”, - прорычал он.


“Я выделил комнату для совещаний на третьем этаже”, - ответил смутно знакомый баритон. “Комната Шермана. Следуйте указателям”.


“Я буду там через несколько минут”, - сказал Майк. Заодно мог бы выяснить, чего хотел этот гребаный сенатор.


* * *


За дверью комнаты стояли двое тяжеловесов. У них был вид сотрудников секретной службы, что делало "старшего сенатора” действительно очень старшим. Когда Майк подошел к двери, оттуда вышел человек в комбинезоне с черной сумкой для инструментов. “Старший сенатор” приказал подмести комнату перед встречей, что было довольно необычно.


“Дженкинс”, - сказал Майк, останавливаясь в дверях и не обращая внимания на техника.


“Сотовый телефон, пейджер и КПК, пожалуйста”, - сказал один из мужчин, протягивая холщовую сумку с замком-молнией.


Майк достал свой мобильный телефон и бросил его в сумку, затем пожал плечами. Другой агент достал магнитную палочку и провел ею по нему, в то время как первый агент застегнул сумку и вручил Майку ключ.


Когда Майка увезли, агент постучал в дверь и открыл ее на слабый зов изнутри.


Майк сразу узнал “старшего сенатора”, когда тот вошел. Он не смог вспомнить имя, но несколько раз видел его по телевизору.


“Мистер Дженкинс”, - сказал мужчина, вставая со своего места за столом для совещаний и подходя к двери, чтобы пожать Майку руку. У него была командирская осанка, крепкое рукопожатие, и он смотрел Майку прямо в глаза. Он был парнем, которому сразу доверяли. Как и любому хорошему мошеннику или политику. Кстати, об увольнении. “Я сенатор Джон Траскел”.


“Нью-Джерси”, - сказал Майк, кивая головой. “Ты тот парень, о котором говорят, что он станет следующим лидером меньшинства”.


“А я старший член меньшинства в сенатском комитете по международным отношениям, что более важно”, - сказал сенатор, жестом приглашая его сесть. “Но, пожалуйста, зовите меня Джоном”.


“Майк”, - сказал Дженкинс, садясь. “У тебя проблема”.


“Один из моих избирателей верит”, - сказал сенатор, глубокомысленно кивая. Это был высокий парень с преждевременно поседевшими волосами, которые были идеально уложены, а его костюм не снимался с вешалки. Майк также вспомнил, что за сенатором стояли серьезные семейные деньги, что-то превышающее сотню миллионов. Если подумать, он также был одним из немногих членов Демократической партии, которые придерживались немного правого крыла в социальных вопросах. Именно поэтому его также выставляли кандидатом в президенты на следующих выборах.


“Его дочь пропала без вести”, - продолжил сенатор, открывая одну из папок и протягивая через стол фотографию девочки в купальном костюме. На вид ей было лет четырнадцать, и она хорошо подходила к костюму. Блондинка и очень хорошенькая.


“Наталья Федюшина”, - продолжил сенатор. “Четырнадцать”.


“Позвоните самому разыскиваемому в Америке”, - сказал Майк, возвращая фотографию сенатору.


“Она пропала без вести в Молдавии”, - серьезно сказал сенатор.


“Как, черт возьми, это произошло?” Ошеломленно спросил Майк.


“Джентльмен - коренной украинец”. Сенатор вздохнул. “Его жена навещала родственников в Молдавии, когда была похищена молодая леди. Предположительно, для, ну...”


“Быть проданным в качестве секс-рабыни”, - сказал Майк. “Это единственный реальный экспорт Молдавии. И ты хочешь, чтобы я ее нашел? Ты хоть представляешь, что это за задание?”


“Да”, - сказал сенатор, кивая. “Да. Я видел как открытые, так и засекреченные данные о индустрии секс-рабства. Но у нас есть одна зацепка”.


“Иди”, - сказал Майк, пожимая плечами.


“Этот человек”, - продолжил сенатор, пододвигая другую фотографию. На снимке был изображен мужчина, выходящий из маленькой иностранной машины, "Лады", как показалось Майку, с крыши. Коренастый, темноволосый, он походил на балканского сутенера, по одному на каждого. “Юрий Смегнофф. Скорее всего, это тот человек, который ее похитил. К сожалению, мы не знаем, что он с ней сделал.”


“Как долго?” спросил Майк.


“Две недели назад”, - ответил сенатор, убирая фотографию обратно в файл и подвигая всю папку к себе.


“Сейчас она в Албании или Сербии, ее взломали”, - сказал Майк, открывая папку. Там было больше фотографий девушки и Смегноффа, а также список его общих мест встреч.


“Мы просто хотим знать, где она”, - сказал Траскел.


“Это будет нелегко, даже если этот сутенер - хороший контактер”, - ответил Майк.


“Вы очень хотите выполнить эту миссию, мистер Дженкинс”, - натянуто ответил сенатор. “Мне нужна ваша услуга. И вы не хотите, чтобы я помнил, что вы не помогли, когда я в этом нуждался”.


“Это была угроза, сенатор?” Майк сказал, улыбаясь, но не поднимая глаз. “Пожалуйста. По крайней мере, у вас есть доступ к некоторым моим файлам. Любая угроза с твоей стороны вряд ли повлияет на меня.”


“Вы сейчас играете с большими мальчиками, мистер Дженкинс”, - почти прорычал сенатор. “Это не убийство нескольких террористов на Багамских островах. Это доброта и внимание, или нет, Сената Соединенных Штатов. Ты действительно не хочешь меня разозлить ”.


“Я долгое время играл с большими мальчиками, сенатор”, - прямо сказал Майк. “Еще раз, вода, утка”.


“Все, чего хочет мой избиратель, - это вернуть свою маленькую девочку”, - натянуто сказал сенатор. “Пожалуйста?”


“Крупный вклад?” Спросил Майк, листая файл.


“Да”, - признал сенатор. “Очень большой”.


“Хорошо”, - сказал Майк, закрывая файл и снова глядя на сенатора. “Потому что это не будет халявой. Я не смогу вести себя в одиночку. Скорее всего, мне понадобится разведгруппа и стрелки. Скорее всего, будет много крови.”


“Я полагаю, что вы уже получили довольно значительный грант МВФ...” - сказал сенатор, нахмурившись.


“Хах!” Сказал Майк, посмеиваясь. “Это едва ли серьезные деньги. Ты хоть представляешь, во сколько мне обойдется подобная операция?”


“Полагаю, я должен”, - сказал сенатор, кивая. “Миллион?”


“Скорее пять”, - сказал Майк, нахмурившись. “С моей стороны это будет дорого стоить. Я представлю смету расходов в конце. Ему лучше заплатить”.


“Это не будет проблемой”, - сказал сенатор.


“Вы хотите, чтобы ее извлекли?” Спросил Майк.


“Только что найдены”, - ответил сенатор. “Когда мы узнаем, где она, мы сможем использовать другие каналы, чтобы вызволить ее. Юридические каналы. Я надеюсь, что мне не нужно намекать на то, что мое имя не всплывет, если произойдет что-нибудь ... неподобающее ”.


“Я очень осторожен”, - ответил Майк, вставая. “Но когда я пришлю вам счет, вашему другу лучше оплатить его. Потому что, если он этого не сделает, это сделаете вы”.


* * *


Майк просматривал досье, пока "Гольфстрим" пересекал Атлантику. Найти девушку будет нелегко, но беспокоило его не это. Девушка на фотографиях, безусловно, была достаточно хорошенькой, но она не была похожа на девушку, прекрасно проводящую время на пляже. И он был уверен, что снимок сделан не в США. Скалы вдоль пляжа были из известняка или чего-то подобного. В США просто не было крупных пляжей, вокруг которых был бы известняк. В любом случае, ему не нравится то, что на фото. Он поставил бы деньги на то, что снимок будет сделан на побережье Адриатического или Черного морей. И купальник, в котором она была на одной фотографии, и платье на другой были европейскими, а не американскими.


С другой стороны, неназванный ”участник" был иммигрантом. Фотографии могли быть сделаны на Старой Родине. Но глаза девушки… ей не нравилось, когда ее фотографировали. Это не было подростковой грубостью. Она была смирившейся и несчастной.


Майк нахмурился и внимательно рассмотрел фотографию в купальнике. Он пожалел, что у него нет с собой увеличительного стекла, потому что очень похоже, что у девушки на животе был большой синяк. Как от удара кулаком.


У всей операции было плохое предчувствие. Мелкий чиновник Госдепартамента связался с ним, сенатор, фотографии. Просто что-то не сходилось.


Что ж, он поймет, что выяснил, что происходит на самом деле, когда дело начнет дурно пахнуть.


* * *


“Что ж, было бы, конечно, неплохо заручиться поддержкой с другой стороны прохода”, - размышлял Нильсон, рассматривая фотографии. “И леди, безусловно, достаточно очаровательна в своем наивном роде”.


“Однако выследить ее будет непросто”, - отметил Адамс. “Большинство банд, занимающихся этим рэкетом в этом регионе, - албанцы. Они настоящие ублюдки и в основном происходят из албанских кланов. Все они знают друг друга, так что мы не сможем никого вставить ”.


“Не на стороне бегуна”, - сказал Майк, потирая подбородок.


“О чем ты думаешь?” Спросил Нильсон, поднимая глаза.


“Я думаю, что нам нужны здесь Вэннер и Коттонтейл”, - ответил Майк.


* * *


“Это операция”, - сказал Майк, глядя на Вэннера и русскую проститутку. Коттонтейл сидел прямо и, по-видимому, внимательно слушал, но это могло означать что угодно. Майк забрал ее из местного борделя, очень сильно против своей воли. Девушка была чистым ядом. Либо в результате своего опыта сексуальной рабыни, либо по натуре она была злобной социопаткой и получала удовольствие от того, что делала жизнь всех вокруг себя невыносимой. С тех пор, как она жила в караван-сарае, Майк уберегал ее от лишних хлопот, занимая сначала учебой, а затем работой с Вэннером в разведывательном отделе. Девушка была чертовски умна, что было частью проблемы; как шлюха, она была недостаточно использована.


Но у нее были задатки первоклассного агента. У нее просто не было души, и она была великой актрисой.


“Как вы планируете выслеживать ее?” С любопытством спросил Вэннер.


“Ну, во-первых, мы собираемся съездить к сутенеру и вежливо расспросить его, что случилось с девушкой”, - сказал Майк, затем посмотрел на Коттонтейла. “Другая ниточка остается за тобой”.


“Вы хотите, чтобы я занялась этим”, - сказала девушка, махнув рукой на бумаги.


“Не то чтобы ты не знал ходов”, - категорично ответил Майк.


“А мне-то что с этого?” Так же категорично спросил Хлопкохвост.


“Деньги”, - сказал Майк. “Двадцать тысяч евро за всю операцию, при условии, что ты выполнишь свою работу. И ты сможешь трахаться с теми парнями, которые сделали тебя шлюхой. Мы собираемся провести с ними много вежливых и очаровательных бесед ”.


“Я смогу посмотреть?” Серьезно спросил Хлопкохвост.


“Если это соответствует заданию”, - сказал Майк. “И я гарантирую вам, что мы будем следовать. Я не буду говорить, что с вами не случится ничего плохого, но мы будем следить за вашей задницей всю дорогу. Я гарантирую, что ты не застрянешь снова в системе, и мы будем чертовски стараться сохранить тебе жизнь. Но в основном это будет зависеть от тебя. Ты в деле? ”


Хлопкохвост некоторое время холодно смотрел на него, затем кивнул.


“По крайней мере, делайте снимки”, - сказала она, внезапно ухмыльнувшись так, что это было по-настоящему страшно.


“Сойдет”, - ответил Адамс. Из всех мужчин, которые знали ее, Адамс был, пожалуй, единственным, кому она нравилась. По крайней мере, отчасти потому, что ему нравились правильные ублюдки.


“Нам нужно будет укомплектовать команду”, - сказал Майк. “Нам понадобится разведывательный и оперативный отдел, а также группа стрелков и охраны. Нам придется проникать через множество границ, через множество полицейских юрисдикций и, что еще хуже, на территории нескольких банд. И через некоторое время тот факт, что мы приближаемся к чему-то, может стать очевидным. Раздел ”Разведданные" ... "


“Устройства слежения”, - сказал Ваннер, глядя в потолок. “Жучки. Камеры. Микрофоны для ружей. Микрофоны для тела ...”


“Ты участвуешь в этом”, - сказал Майк, глядя на Адамса. “Стрелки...”


“Команда Савн набирается по методам проникновения”, - сказал Адамс. “Разделите это на четыре части. Одна команда для проникновения, одна для охраны, прикрепленная к каждой основной группе. Нам понадобятся транспортные средства ...”


“Белые фургоны, которыми пользуются торговцы людьми”, - сказал Нильсон, кивая. “Много места и ...”


“Девушки из Келдары, которые занимаются разведкой и связью, будут выглядеть как еще одни шлюхи на пути на запад”, - сказал Майк, кивая. “Со стрелками в качестве охраны. У нас есть план?”


“Что ж”, - сказал Нильсон, фыркнув. “Это начало”.


Глава девятая


Майк рассматривал пограничный переход, когда к нему приближались шесть фургонов. Только что потребовалось шесть фургонов для всей команды и их снаряжения.


Подготовка операции заняла всего три дня. У Ваннера было много предметов, которые им могли понадобиться, а те немногие, которых у него не было, были более доступны на Украине, чем в Грузии. Маршрут пролегал через Украину, и короткая остановка в Днепропетровске заполнила пробелы. С оружием было легко; кельдара были очень хорошо вооружены.


Однако путешествие в Молдавию заняло некоторое время. Дороги в Грузии и Украине были от плохих до просто ужасных. А учитывая, что фургоны были набиты иностранными гражданами с поддельными паспортами и достаточным количеством оружия для небольшого переворота, осторожное передвижение стало притчей во языцех. Они в основном держались в стороне от основных дорог, что означало не только объездные пути, но и пребывание в основном на “просто ужасных” дорогах.


К концу недельного похода Майк чувствовал себя так, словно его почки вытряхнули через носовые пазухи.


Тем не менее, они добрались до молдавской границы. Проблема тогда заключалась в том, что на отдаленном пограничном переходе близ Рыбницы, который, согласно сообщениям, не охранялся, контрольно-пропускной пункт охраняли двое молдавских солдат.


“Будьте в хорошем настроении и оставляйте щедрые чаевые”, - сказал Майк. Гарнитура, болтающаяся у него в ухе, была немного необычной для белых работорговцев, но это было не совсем в их характере. “Передайте мне ваши паспорта”, - продолжил он, глядя в заднюю часть машины.


Места сразу за водительскими были заняты тремя келдара в рабочей одежде и джинсах. Их рубашки из плотного хлопка на пуговицах были расстегнуты, так что пистолеты на поясе были скрыты. В паре случаев плохо, но были спрятаны. Остальное их снаряжение было упаковано в грузовом отсеке фургона, в несколько неброских сумок pullman. Ему оставалось только надеяться, что пограничники не захотят их обыскивать, иначе они найдут гораздо больше, чем рассчитывали.


Позади них стояли четыре девушки из отдела разведки Ваннера в блузках и джинсах. Последнее вызвало несколько криков со стороны более традиционных келдара, но Майк поддержал это решение авторитетом килдара. Девочки были потенциально жизненно важны для операции, и они должны были вписаться в нее. Большинство женщин не носили юбок во время путешествий, даже в этой части света. Пара девушек посмотрели косо, когда им сказали, что они наденут брюки, но большинство из них отнеслись к ним с ликованием. Перемены надвигались на Келдару в виде Levi's 505s.


На последнем ряду сидений сидели еще четверо тяжеловесов из келдары, входивших в состав стрелковой команды. У них также были пистолеты в кобурах на поясах, но вдобавок под сиденьем у них были пистолеты-пулеметы. Майк очень надеялся, что они не собирались начинать операцию с убийства пары молдавских солдат. Это было бы ... плохо.


“Здравствуйте”, - сказал Евгений солдату, когда тот подкатил к остановке рядом с ним. “Как у вас сегодня дела?”


“Я здесь, на этой дерьмовой дороге”, - проворчал солдат, когда им передали паспорта.


“По крайней мере, дождя нет”, - радостно сказал Евгений.


Майк внимательно огляделся. Их было всего двое: солдат, забиравший паспорта, и его напарник, который стоял, прислонившись к дереву на обочине дороги. Если дело дойдет до худшего, они, вероятно, смогут уничтожить их обоих без кровопролития.


Солдат пролистал паспорта, вытащил из верхнего купюру и положил ее в карман.


“Вы из Грузии?” - спросил солдат.


“Да”, - сказал Евгений, ухмыляясь. “Мы - церковная группа, которая собирается посетить монастыри в вашей стране и Румынии”.


“А я Верховный прелат”, - ответил солдат, возвращая паспорта. “Здесь одиноко, как насчет того, чтобы провести время с одной из ваших девушек?”


Майк моргнул, услышав это предложение. С таким он раньше не сталкивался, но он никогда не маскировался под белого работорговца.


“Я думаю, это можно устроить”, - сказал Майк, улыбаясь. “У меня есть как раз та девушка, которая тебе нужна...”


“Вон та выглядит неплохо”, - сказал солдат, указывая в окно на одну из девушек Келдары. Как оказалось, это была Ванда, одна из двоюродных сестер Евгения. Он мог видеть, как Келдара медленно багровеет от этого предложения.


“Нет, нет”, - сказал Майк, пытаясь скрыть отчаяние в голосе. Если он не заставит этого парня пойти за Коттонтейлом, на стенах будет кровь. Пока он думал об этом, другой солдат начал подходить, недоумевая, что происходит. “У меня есть очень красивое фото для тебя и твоего друга”, - продолжил Майк, нажимая на кнопку микрофона. “Адам ... ович, скажи Хлопкохвостке, что у нее особое задание впереди”. Он только в последний момент вспомнил, что нужно использовать русский, и понял, что у него все еще есть акцент. Он вообще не должен был говорить! Проклятый Евгений!


“Мы хотим по одной для каждого из нас”, - сказал солдат, заглядывая в фургон сзади. “И мне все еще нравится вон та, у окна. Она очень хорошенькая, и у нее хорошие сиськи”.


“Килдар...” - пробормотал один из келдара с заднего сиденья.


“Тишина”, - рявкнул Майк. “К тебе придет девушка. Она очень хороша, очень симпатичная и может взять вас обоих сразу, если пожелаешь”. Он взглянул в зеркало заднего вида и благодарно вздохнул, увидев Хлопкохвоста, идущего вдоль ряда машин. Теперь за линией фургонов остановилось еще несколько машин. Все быстро катилось под откос.


“Привет, мальчики”, - промурлыкала Хлопкохвостка, обходя фургон со стороны водителя. “Вам составить компанию?”


Женщины Келдары по праву славились своей красотой, но Коттонтейл, по крайней мере, не уступала большинству из них. И когда она прикладывала к этому все усилия, то могла излучать какую-то необузданную чувственность, которая была захватывающей. Что было самым захватывающим, так это то, что она выглядела как юная девственница, даже если у нее было больше мужчин, чем у портовой шлюхи, и у нее была душа Джеффри Дамера. Отчасти сила ее поступка заключалась в том, что мужчины редко по-настоящему смотрели ей в глаза. О, они были потрясающе красивы, но мужчины никогда не заходили дальше этого. Они не видели маленького адского огня , горящего у них за спиной. А если и выбирали, то думали, что это просто похоть, а не чистое зло.


“Она будет добра к вам”, - сказал Майк, отмахиваясь от них. “Мы отодвинем наши фургоны в сторону, пока вы ... не закончите”.


Майк вышел и махнул фургонам ехать вперед и в сторону маленькой проселочной дороги, затем пошел вдоль очереди, жалея, что не курит. Ему нужно было что-нибудь, чтобы успокоить нервы. Он был бы не против, если бы речь шла о том, чтобы убить всех в здании, норе, корабле или даже городе. Но это дерьмо было для тех, кому это нравилось.


Он также потратил время, чтобы помахать двум ожидавшим его машинам, а затем нашел шефа в четвертом фургоне.


“Что все это значило?” Спросил Адамс.


“Солдатам было скучно и они были возбуждены”, - резко сказал Майк. “Они подумали, что это будет хорошим способом скоротать время, ‘одолжив’ Ванду в качестве части чаевых”.


“Молдавские ублюдки”, - прорычала Седама с водительского сиденья, в то время как остальные келдара сердито заворчали.


“Евгений чуть не сорвался с катушек”, - огрызнулся Майк. “Но такого рода вещи обязательно всплывут. Разберись с этим. Поговори по-своему. Я скажу тебе, когда ты сможешь кого-нибудь убить. Не убивай никого, пока я тебе не скажу. Это ясно?”


“Очистить Килдар”, - ответила Седама, выдыхая. “Значит, Хлопкохвостка позаботится об этом?”


“Да”, - сказал Майк, все еще сердитый. Как на себя, так и на ситуацию. Он должен был подготовиться к этому.


“А на другом переходе, когда ее с нами не будет?” - спросил один из келдаров в задней части фургона.


“Мне придется подумать об этом”, - признал Майк. “Об отказе от женщин из Келдары, очевидно, не может быть и речи”.


“Я не знаю”, - сказал другой Келдара. “Всегда есть Аниса ...”


“Эй!”


* * *


Майк стоял, облокотившись на переднюю часть головного фургона, и рассматривал карту, когда Хлопкохвостка вернулась из леса, вытирая большим пальцем уголок губы.


“Все довольны?” Осторожно спросил Майк. Он не сказал ей, что ей придется подкупать пограничников, и почувствовал странный стыд от этого инцидента. Не то чтобы она не переспала с достаточным количеством мужчин, чтобы еще двое не были чем-то особенным.


“Так и есть”, - лукаво ответила она.


“И они живы?” С Коттонтейлом всегда нужно было спрашивать.


“Да”, - признала она. “Я рассматривала это, но это помешало бы выполнению миссии, не так ли?”


“Да, это было бы так”, - сказал Майк.


“И миссия состоит в том, чтобы убить много работорговцев. Мне нравится эта миссия. Я бы не хотел, чтобы она провалилась ”.


Ее глаза были ясными и невинно-голубыми, как у ребенка.


* * *


Кишинев был столицей маленькой страны Молдавия. Молдавия была скорее согласованным пограничным государством между Россией и Румынией, чем реальной страной. У России были войска на восточном берегу Днестра для поддержки местных славянских этнических групп, поэтому центральное правительство не могло на самом деле называть эту территорию “своей”. Ситуация была настолько безрадостной, что они даже избрали коммуниста президентом и более или менее скатились к полукоммунистическому, своего рода сталинистскому, несостоявшемуся государству. Страна, не имеющая выхода к морю, беднейшая в Европе, экспортировала известняк, проституток и людей, ищущих настоящей жизни где-нибудь в другом месте.


Команда разместилась в отеле "Сталин" на окраине города. Отель находился рядом с промышленным районом, и если в Кишиневе и были лучшие и худшие районы города, то это был худший. В соответствии с общим обветшанием района, отель выглядел так, как будто им пользовались все рокеры Вудстока. Ковру, там, где он не был убран полностью, было около пятидесяти лет, и тогда он был плохо сделан. Комнаты были грязными, коридоры замусорены, а ванные комнаты не поддавались описанию.


Бизнес заведения также процветал. Им едва удалось найти достаточно комнат для всех, и когда Майк проверил их попутчиков, он понял почему. Они были не единственными, кто привозил девушек через Молдаву.


Он спустился к бару, который придал слову “дайв” совершенно новый смысл, и осмотрел предложения. К его изумлению, там был "Джонни Уокер Ред".


“Уокер”, - сказал он, усаживаясь на шаткий табурет. Бар был заполнен примерно наполовину, и клиентура говорила сама за себя. Все мужчины были мускулистыми и разного телосложения, в основном вооруженными. На всех женщинах почти ничего не было надето, и, учитывая температуру в баре, они, должно быть, замерзали. Большинство из них также выглядели довольно ... подавленными. Как в “если я издам неправильный звук, мой сутенер выбьет из меня все дерьмо. Публично. И никому не будет дела”.


Одна из девушек только что просунула голову под стол, когда почувствовала, что кто-то подходит к нему сбоку.


“Откуда вы здесь?” - спросил мужчина по-русски, усаживаясь на сиденье рядом с Майком.


“Джорджия”, - честно ответил Майк.


“Странный акцент”, - сказал мужчина, нахмурившись. “Вы не грузинка”.


“Американец”, - признал Майк. “Это способ оплачивать счета, и дополнительные льготы великолепны”.


“Теперь у нас в игре американцы”, - проворчал мужчина. “Я Ахмед-паша. Впрочем, я видел нескольких ваших девушек. Очень милых. Сколько?”


“Я везу их в Черногорию на аукцион”, - сказал Майк. “Они не продаются. Майк Дункан”.


“Я видел одну, блондинку с очень большой грудью”, - ответил мужчина. “Я дам вам тысячу евро, и вам не придется кормить ее отсюда до Черногории. Я сам их не храню, ты же знаешь. Я посредник и перевожу их. Я знаю, что мужчины дадут мне за нее хорошую цену ”.


“Там я могу получить больше денег”, - сказал Майк, смеясь. “Покупатели особенные, сутенеры с богатыми клиентами. Им нужны девственницы или что-то около того. Чистые и неповрежденные, чтобы они могли напасть первыми и жестко. Вот почему у меня с собой так много мускулов, чтобы девушкам не приходилось быть дисциплинированными. Я придерживаюсь плана. Что говорят на дорогах к западу?”


“Унгены были перекрыты, когда я возвращался”, - сказал Паша. “Вам придется пройти весь путь до Бельц, чтобы пройти без проверки. Но охранники в Бельцах обычно берут всего пять евро с пассажира. Они предпочитают евро. Здесь, в Чинизау, проходит так много девушек, так много мужчин. Некоторые делают это давно, некоторые, как ты, только начинают. Я знаю каждого, могу найти для вас лучшую цену. Полторы тысячи. Она была очень мила. Та, что в синей блузке. Очень красивая грудь. Очень милая. У меня тоже есть особые клиенты, и таких хороших девушек становится все труднее найти ”.


“На Рыбнице у них была охрана”, - ответил Майк. “Пять евро с пассажира, и они хотели халявы. К счастью, у меня был один, который уже был взломан, иначе я потерял бы кучу денег. Я занимаюсь этим совсем недавно, да, но у меня есть крытая ракетка. Только я и мой партнер, и мы исключаем посредников. Когда мы закончим с ними, мы продадим их таким парням, как вы; этим занимается мой партнер. Никаких кубиков. Даже в игре. Это Ванда, и я рассчитываю получить за нее чертовски много, почти десять тысяч для начала. Вы бы просто бросили ее в конвейер; если у вас есть особые клиенты, я - папа римский. Что происходило в Румынии?”


“Немного, пока не доберешься до Клуж-Напоки”, - сказал мужчина. “На трассе Е-60 недалеко от Тарнавени был контрольно-пропускной пункт. Настоящие ублюдки, когда я проезжал через запад. Они вели себя так, будто я перевозил своих девочек в аморальных целях и против их воли. Позор. И это стоило очень дорого в виде взяток. Десять тысяч в долларах или евро? Это не имеет значения, это безумие. Я могу купить за это двадцать девушек ”.


“Не знаю, как далеко на восток вы направляетесь, но мы наткнулись на такую же возле Нового Буга”, - ответил Майк. “Я объяснил одной из девушек, что она должна была поговорить с нами. Иначе. Я понимаю, однако, что в Одессе были репрессии, и некоторые парни хотят перевезти своих более заметных девушек. Вы, вероятно, могли бы получить несколько хороших сделок. И в любом случае, она на самом деле не продается ”.


“Я здесь работаю”, - сказал Паша. “Хотя я покупаю украинских девушек. И если у вас есть еще такие, в следующий раз я предложу вам выгодную сделку. Я знаю всех людей, которые покупают и продают. Интересно, кого ты знаешь в Черногории? Аммад? Туфа? ”


“Ни то, ни другое”, - сказал Майк. “Очень маленькая сеть; сомневаюсь, что вы сталкивались с этим. Мы берем девушек по высокой цене и берем с жителей Запада, в основном американцев, за привилегию познакомить их. Заряжайте их через нос. Для этого у вас должны быть контакты. У моего партнера есть связи в Штатах. Затем мы сбрасываем их по обычным каналам. Тем не менее, мы находимся на рынке девушек такого типа. Доставлять их из Джорджии - сплошная мука. Вы знаете парня по имени Смегнофф? Я так понимаю, у него есть несколько девушек, которых я, возможно, захочу купить.”


“У всех есть девушки”, - сказал Паша, пожимая плечами. “У Смегноффа, да, иногда у него бывают хорошие. Если вы действительно хотите увидеть его, он вечером в кафе &# 233; Арренди. Но и мои поставщики тоже. И мы не используем их так усердно, как он. У него была одна девушка, которая пыталась убежать, поэтому он сломал ей колени. Теперь она может ходить, только прихрамывая. Очень грустно ”. Он не казался сильно расстроенным из-за этого.


“Они мне нужны неиспользованными”, - сказал Майк, вставая и бросая банкноту в двадцать евро на стойку. “Я могу обойтись парой очень качественных девушек, очень красивых, девственниц, молодых. Я расскажу вам о них много интересного. Я буду рядом пару дней, если вы найдете что-нибудь, о чем стоит поговорить ”.


* * *


“Что ж, мы на месте”, - сказал Майк, входя в комнату, которую команда использовала в качестве командного пункта. Ваннер уже был на месте с различными электронными приспособлениями и незаметно протянутым из окна проводом. “Согласованная обложка: мы отправляем высококачественных девушек в Черногорию на специальный аукцион. Я пустил слух, что мы находимся на рынке неиспорченных девушек ”.


“Я вычислил мобильный телефон Смегноффа”, - сказал Вэннер, кивая. На нем были наушники с чашечками, одна чашка болталась. “Он примерно в полукилометре к юго-востоку отсюда, что выглядит как ...”


“Кафе ”Арренди", - сказал Майк, ухмыляясь, когда специалист по разведке повернулся, чтобы посмотреть на него. “Уже получил известие”.


“В чем суть игры?” Спросил Адамс.


“Обработай его”, - сказал Майк. “Тогда отведи его в какое-нибудь тихое место и хорошенько поболтай”.


Глава десятая


Кафе é Арренди было “кофейней”, которая выходила фасадом на бордель. Это было на второстепенной улице в южном Чисайнау, которая была центром того, что считалось районом красных фонарей. Движение по дороге было медленным, поскольку бизнес, даже в ранние утренние часы, был оживленным. Девушки выстроились по обе стороны улиц, махая проезжающим машинам и быстро садясь в те, которые останавливались.


“Остановитесь здесь”, - сказал Майк, когда фургон подъехал ко входу в магазин. Он заметил, что ни одна из девушек не махала им, чтобы они остановились; было очевидно, для чего использовался фургон.


Однако затемненные окна скрывали пятерых келдара в полной бронежилете, сжимающих в руках MP-5. Если в кофейне произойдет что-нибудь ”неподобающее", их задачей будет извлечь Майка и Смегноффа живыми. А поскольку Майк был Килдаром, они очень серьезно отнеслись к этой миссии.


Майк выкатился из фургона и встал между двумя машинами на обочине. Он заметил, что помимо девушек там были мужчины, большинство из них плотного телосложения и в плохих костюмах, разбросанных вдоль дороги. Он не был уверен, были ли они там, чтобы убедиться, что девушки продолжают работать, или в качестве внешней охраны кафе. Он заметил, что, вероятно, это была "Лада", на которой был сделан снимок Смегнофф. Конечно, менее чем в квартале от него были припаркованы еще три "Лады", но они находились почти напротив кофейни и были подходящего цвета и отделки.


Интерьер магазина был убогим: шаткие столы и стулья, грязный пол. Майк почти боялся пробовать кофе, но он оказался не таким уж плохим. Девушки, работавшие за прилавком, были самым накачанным дуэтом, который он когда-либо видел: девушка с впалым лицом, черными волосами и крашеная блондинка. Обе были одеты в облегающие платья-тюбики и явно должны были изображать рекламу. Если так, то это была реклама всех венерических заболеваний, когда-либо обнаруженных, и, вероятно, нескольких, о которых едва знали.


Майк заметил Смегноффа, когда вошел. Сутенер сидел в углу с двумя другими мужчинами. От них пахло мускулами и помощниками в “ломающихся” девушках. Они были крупнее сутенера, но Майк решил, что, если дело дойдет до дела, он сможет справиться со всеми тремя. А пожарная команда Келдары ждала в фургоне снаружи.


Он потягивал эспрессо, направляясь к столу.


“Ты Смегнофф”, - сказал Майк, садясь без приглашения.


“А ты новый американец”, - сказал Смегнофф, ухмыляясь. “Я слышал, ты на рынке девушек”.


“Только высшего качества”, - сказал Майк, кивая и игнорируя мускулы. “Красивая, молодая и нетронутая”.


“В чем прикол продавать нетронутых девушек?” Смегнофф усмехнулся.


“Деньги”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Ты можешь достать киску где угодно. Но юная, девственная киска - это настоящие деньги, если у тебя правильные клиенты”.


“У меня есть такие клиенты”, - сказал Смегнофф, пожимая плечами. “Несколько. У всех так бывает”.


“Ну, это моя основная клиентура”, - сказал Майк. “Я слышал, у вас иногда бывают красивые девушки высшего качества”.


“Они рядом”, - сказал Смегнофф, кивая и разглядывая бывшего морского КОТИКА. “Не все время, понимаешь?”


“Есть что-нибудь на данный момент?” Спросил Майк. “Или, если уж на то пошло, есть что-нибудь, на что ты можешь меня направить, что еще не было изнасиловано?”


“Не прямо сейчас”, - сказал Смегнофф. “Но они будут дорогими”.


“Мы поторгуемся”, - сказал Майк. “Я пробуду в городе два дня, давая дамам отдохнуть. Потом мы уезжаем. У тебя есть столько времени”.


* * *


“У меня на Arrendi установлен микрофон с дробовиком”, - сказал Вэннер, вернувшись. “Но у его машины рядом пулемет. Я не могу найти на нем след; келдары были слишком очевидны.”


Майк обвел взглядом присутствующих в комнате женщин-келдара и потер подбородок.


“О чем ты думаешь?” Спросил Евгений, неловко глядя на килдара.


“Аниса”, - сказал Майк, взглянув на девушку из Келдары. Она была милой молодой брюнеткой с длинными ногами и классическим лицом.


“Да, Килдар?” - с любопытством спросила девушка.


“Не согласились бы вы выдать себя за проститутку?” Спросил Майк. “Мы снова столкнемся с этой проблемой. Я мог бы послать Хлопкохвоста сделать это, но чего я бы хотел, так это послать вас обоих. Один из вас отвлечет охрану, другой установит маячок. Таким образом, если нам придется сделать это снова или что-то в этом роде, после того, как будет вставлен хлопковый хвост, у вас будет опыт. У вас, конечно, будет резервная команда из келдары.


“Что мне нужно было бы сделать?” - неуверенно спросила девушка.


“Ну, первое, что нужно сделать, - это войти в образ”, - сказал Майк.


* * *


“Я не могу носить это на публике!” Аниса причитала.


Платье-труба было, ладно, чертовски коротким. И девушка явно никогда в жизни не носила высокие каблуки. Хлопкохвостка, которая могла ходить в них так же, как большинство девушек ходят в балетках, ухмылялась, когда женщина-келдара пыталась балансировать на верхушке босоножек на шпильках.


Хлопкохвостку и Кайфолома отправили за покупками, и они вернулись со всем, что нужно Анисе, чтобы выглядеть как проститутка. И девушка сделала это, хотя и довольно дорогое.


“У меня с этим проблемы”, - сказал Адамс по-английски, качая головой.


“Я тоже”, - признал Майк. “Но я думаю, что это лучший план”.


“О, это не входит в план”, - ответил Адамс. “Мне интересно, сколько мы могли бы выручить за нее ...”


“Не ходи туда”, - отрезал Майк, переходя на грузинский. “Аниса, ты выглядишь идеально. С тобой все будет в порядке. Все, что вам нужно сделать, это подойти к машине с Катей, прислониться к ней, пока она разговаривает с охранником, установить трассирующий пистолет и затем уйти с ней. Вы все время будете под наблюдением, и Тигры будут рядом, если что-то пойдет не так. Но ничего не случится. У вас все будет хорошо. ”


“Я не могу пройти в этом по улице!” Сказала Аниса. “Я выгляжу как шлюха!”


“Хммм...” - сказал Вэннер. “В этом-то и смысл”.


Аниса открыла рот, чтобы ответить, а затем закрыла его, когда не смогла придумать, что ответить.


“Что ж ...” - сказала она через мгновение почти торжествующе. “Как я должна нести это в таком виде? Где я собираюсь это спрятать?”


“Он не такой уж большой”, - сказал Вэннер, вытаскивая серый прямоугольник размером и общей формой с зажигалку. “С одной стороны у него контактный клей. Я полагаю, вам следует спрятать это где-нибудь, где это не будет видно и к чему легко ... получить ... доступ ... ” Он замолчал.


Аниса непонимающе посмотрела на него, затем перевела взгляд на килдар.


“На твоей ноге, прямо в промежности - вот чего он не хочет говорить”, - прямо сказал Майк. “Если уж на то пошло, ты мог бы просто прикоснуться к ней ладонью. Держите это в кулаке. Проблема в том, что люди решат, что это деньги или что-то в этом роде ”.


“Я не думаю, что это сработает”, - сказала Аниса, протягивая руку за устройством.


Ваннер услужливо снял крышку с контактного клея и передал его мне.


“Теперь вы можете повернуться спиной”, - сказала Аниса, глядя на мужчин.


“О, ” сказал Майк, оборачиваясь, “ точно”.


* * *


Аниса посмотрела на Катю, которая стояла, скрестив руки, и наблюдала, а затем пожала плечами. Она взяла маленький прямоугольник и, слегка раздвинув ноги, прикрепила его к внутренней стороне бедра.


“Ты все еще можешь видеть это”, - торжествующе сказала Аниса.


“Выше”, - сказала Катя, сердито вздыхая.


“Если я поставлю это еще выше, это будет внутри меня!” Аниса запротестовала.


“И проблема с этим в ...?” Спросила Катя. “Кроме того, этого не произойдет. Просто подними это повыше. Там достаточно места. Тебе просто нужно по-настоящему прикоснуться к себе. Только не говори мне, что ты никогда раньше не прикасался к этой части тела.”


“Хлопкохвост ...” Майк предупредил.


“Ой! Ой!” Воскликнула Аниса, снимая его обратно. “Это больно!”


“Это ... довольно сильный клей”, - ответил Вэннер, все еще стоя к нему спиной.


“О, нет”, - сказала Аниса, роясь под платьем.


“Что теперь?” Раздраженно спросил Майк.


“Это... поймано”, - сказала Аниса, краснея. “На... волосах. Там, внизу”.


“Тебе следовало натереться воском”, - ответила Хлопкохвостка, все еще скрестив руки на груди. “Это глупо. Позволь мне понести это”.


“Я не думаю, что Аниса готова болтать с охранником”, - заметил Майк. “Он у тебя на месте?”


“Да”, - сказала Аниса, поправляя платье. “Ты можешь посмотреть еще раз”.


“Теперь попробуй пройтись на каблуках”, - сказал Майк.


Аниса осторожно проковыляла через комнату, остановилась в дальнем конце и повернулась, фактически не упав.


“Это безумие”, - сердито сказала Катя. “Просто позволь мне сделать это! Я могу поговорить с охранником и подбросить его!”


“Ей нужно учиться”, - сказал Майк. “Мы не можем зависеть от тебя в выполнении всей внешней работы. Аниса, ставь одну ногу перед другой, как будто идешь по узкой перекладине. Двигайте бедрами в такт движению и плечами в такт ему. Сделайте волнообразные движения. Попробуйте. ”


Аниса вздохнула и попятилась. Она неплохо справлялась, пока ее бедра и плечи не рассинхронизировались, и Адамсу пришлось подхватить ее, прежде чем она упала.


“Лучше бы никто никогда не узнал об этом”, - прошипела она, поднимаясь обратно. Шеф полиции был чрезвычайно осторожен со своими руками, но он не мог поймать ничего такого, что не было бы запрещено. Ему это удалось, обхватив ее обеими руками за талию. Из-за этого ее платье задралось соответственно на север и юг, что почти оставило ее обнаженной. По крайней мере, в важных местах.


“ Попробуй еще раз, ” строго сказал Майк. “Это тренировка. Вам предстоит выполнять миссию, ничуть не менее важную, чем "вышибатели дверей". Они должны были тренироваться; ты должен тренироваться. Если бы я думал заранее, я бы взял с собой кого-нибудь из гарема. Я этого не сделал. Это моя вина. Свали это на меня. Но нам нужно, чтобы вы смогли это сделать. И, возможно, не только ты. Ты будешь обучать по крайней мере еще одну девушку тому же. Привыкай к этому. И все узнают об этом. За вами будет следить команда безопасности ”.


“Ладно, ладно”, - сказала Аниса, поправляя платье. “Поехали”.


К концу тридцати минут, пока Майк тренировал ее, а Катя вставляла язвительные, но уместные замечания, она могла ходить на каблуках и даже раскачиваться. Немного. Достаточно, чтобы выглядеть на улице как новенькая проститутка.


Когда эти двое ушли, Адамс испустил долгий вздох.


“Мне придется либо выйти на улицу и нанять девушку, либо пойти принять долгий холодный душ”, - сказал шеф. “Это было просто ...”


“Чертовски эротично”, - ответил Майк. “Вы можете понять, почему эти сутенеры делают то, что они делают. Кроме денег, на которые в этом обществе нечего чихать”.


“Это почти заставляет меня пересмотреть свой выбор карьеры”, - признался Адамс. “И им приходится делать это постоянно”.


“И избивали девушек, когда они облажались”, - добавил Майк.


“Я не особенно люблю избивать женщин”, - сказал Адамс, пожимая плечами.


“Ну, большинство девушек, которых они получают, на самом деле не хотят быть проститутками”, - отметил Майк. “И даже те, кто это делает, не хотят отдавать большую часть своих кровно заработанных денег сутенерам. Поэтому они избивают их, пока те не научатся лучше. Это отстойная ситуация. И знаешь, что самое интересное?”


“Что?” Спросил Адамс, с любопытством нахмурившись.


“Сколько шлюх ты переспал в какой-нибудь дыре третьего мира?” Спросил Майк, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него. “Это из-за нас все продолжается. Ты не можешь просто сказать ‘ это мужчины’, когда ты один из мужчин, которым это пошло на пользу ”.


“Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю”. Адамс пожал плечами. “Я не замечаю, чтобы ты терял из-за этого сон”.


“Иногда я так и делаю”, - признался Майк. “И я тот, кому нравится избивать женщин. Хотел бы я, чтобы у меня были деньги, чтобы скупить всех шлюх и потенциальных потаскух на планете и поместить их в безопасное место”.


“Но если бы вы это сделали, у вас было бы просто больше похищений”.


“Это так”, - признал Майк, вздыхая.


“Вы когда-нибудь думали обо всей этой системе как о чем-то хорошем?” Спросил Адамс.


“Что, черт возьми, ты под этим подразумеваешь?” Майк зарычал.


“Подумайте об этом”, - спокойно ответил Адамс. “В штатах хищники хватают какую-нибудь девушку на улице, насилуют ее и убивают. Здесь они хватают их на улице, насилуют, а затем продают. Живыми. ”


“Это чертовски хорошая мысль, и никакой лжи”, - тихо сказал Майк. “Но ты думаешь, что некоторые из них не умирают в процессе?”


“Нет, некоторые из них выживают”, - признал Адамс. “Но некоторые из них тоже живут. При определенной ценности жизни. Что означает, что они все еще дышат. Сосредоточься на том, чтобы привести домой живого, а гребаный экзистенциализм оставь на ”после миссии", СИЛ ".


“Будет сделано, шеф”, - сказал Майк, ухмыляясь.


“Теперь я собираюсь найти какую-нибудь оскорбленную, изнасилованную, вынужденную быть шлюхой шлюху и оттрахать ее глупую задницу. За наличные. Не избивая ее. Конец тоске”.


Глава одиннадцатая


“Я не знаю, где искать”, - сказала Аниса, нервно пытаясь поправить платье, чтобы на ней было не так много кожи.


“Где угодно, только не у машин”, - легко ответила Хлопкохвостка. Ей явно было все равно, задирается ли ее платье. Или опускается. Она выглядела так, как будто ей было ужасно скучно и она была более чем готова к тому, чтобы эта чертова штуковина просто отвалилась. “Если вы посмотрите на водителей, они могут остановиться. С одной стороны, это было бы хорошо; мы выглядели бы как настоящие работающие девушки. Но нам пришлось бы отклонить предложение. Если только ты не планируешь проделать какой-нибудь трюк во время этого, а я этого не предлагаю.”


“Я не такая”, - отрезала Аниса.


“Ну, это одна из проблем, о которой я не думаю”, - сказал Хлопкохвост, ухмыляясь. “Хотя, возможно, ты захочешь попробовать. У вас нет сутенера, чтобы забрать все деньги, а наличные есть наличные. Что ж, килдар, возможно, захотят получить долю. ”


“Я не собираюсь ... делать это с мужчиной, не являющимся моим мужем”, - сказала Аниса.


“И, вероятно, килдар, верно?” Ехидно сказал Хлопкохвост. “За твой "выкуп за невесту", верно? Как ты думаешь, что это, кроме как хитрость? Может быть, вы могли бы увеличить выкуп за невесту, пока вы здесь ... ”


“Прекрати это”, - сердито сказала Аниса. “Просто ... прекрати, хорошо? Мы здесь, чтобы работать”.


“Ну, это работа ...” Сказал Хлопкохвост, замолкая. “Вот и машина”.


“Я вижу это”, - сказала Аниса, кивая.


“Не смотри прямо на это”. Хлопкохвост огляделся. “Посмотри лучше на других девушек”.


Аниса огляделась вокруг и вздохнула.


“Они все одеты так...”


“Развратно”, - сказал Хлопкохвост, мерзко рассмеявшись. “Мужчинам это нравится. Им нравятся быстрые, дешевые и легкие женщины. Им не нужно беспокоиться о том, нравится нам это или нет. Большинству из них нравится, что мы этого не делаем. Им нравится причинять нам боль, использовать нас, заставлять нас чувствовать себя хуже, чем они есть на самом деле ”.


“Не килдар”, - указала Аниса.


“Даже килдар”, - резко ответила Катя. “Ему нравится, что мы принадлежим ему, что он может использовать нас”.


“Он хорошо к тебе относится”, - запротестовала Аниса.


“Но мы все еще принадлежим ему”, - отрезал Хлопкохвост, поворачиваясь, чтобы посмотреть на девушку, и махая шлюхам на улице. “Мы ничем не лучше этих! Мы принадлежим Килдару, и он использует нас в свое удовольствие! Разница лишь в том, что мы не ходим по улице! Мы просто живем в его борделе, чтобы пользоваться им и его друзьями ”.


“Он сказал, что предложил отпустить вас всех”, - с несчастным видом возразила Аниса.


“Куда?” Огрызнулась Катя в ответ. “Что мы можем сделать, кроме как пробираться на спине? Здесь много девушек, которые решили быть здесь, потому что даже это лучше, чем то, откуда они убегают! Потому что у них нет другого выбора, кроме как продавать свое тело. У них нет семьи, к которой они могли бы вернуться ...” Она остановилась и отвернулась с суровым выражением лица.


“Это то, что случилось с тобой?” Тихо спросила Аниса, когда они продолжили идти.


“Я не говорю об этом”, - с горечью сказал Хлопкохвост.


“У тебя есть семья?” Все так же тихо спросила Аниса.


“Просто заткнись нахуй, ладно?” Ответила Катя. “Мы почти на месте, и нам нужно вернуться к игре лицом к лицу”.


“Хорошо”, - нервно сказала Аниса. Она очень осторожно не поправила нижнюю часть своего платья.


Охранник был мускулистым парнем в пропотевшей рубашке и брюках. Он стоял, облокотившись на капот машины, небрежно наблюдая за девушками на улице. По мнению Анисы, если он должен был охранять машину, он смотрел не на тех людей. Или, может быть, и нет, учитывая то, что она планировала сделать.


“Привет, здоровяк”, - сказала Катя по-русски. “Мы с подругой поссорились”.


“Я видел”, - бесстрастно сказал мужчина.


“Я говорю, что ты можешь определить длину частей тела парня по его рукам”, - сказала Катя, подкрадываясь к нему. “ И я заметил, что у тебя действительно большие руки...


Аниса улыбнулась, как она надеялась, победоносно, и прислонилась к капоту, слегка отвернувшись. Патрик сказал ей, что проще всего разместить устройство в колесной нише. В устройстве был магнит и клей, так что оно должно было остаться.


“Что ты скажешь?” Спросила Катя, прислонившись к охраннику. “Как ты себя чувствуешь… повешенным?”


“Достаточно хорошо для вас”, - сказал мужчина менее флегматично. “Хочешь узнать?”


“Возможно”, - застенчиво сказала Катя. “У меня только что был часовой сеанс с парнем, чей член был меньше моего пальца. И я могла сделать своим пальцем больше, чем он своим членом. Как ты думаешь, ты мог бы сделать лучше? ”


Аниса сунула руку под юбку и сорвала трассирующий пистолет, стараясь не хныкать, когда вытаскивала пальцем прядь волос на лобке. Катя была права; ей следовало побриться. У нее никогда не было, но она слышала об этом. Это казалось ужасно… развратным. Ладно, значит, ей следовало побриться.


Она повернулась обратно к охраннику, просунула руку под руль и вставила трассирующий пистолет на место.


“Я сейчас занят”, - сказал охранник, скользнул рукой под платье Кати и потрогал ее. “Я освобожусь примерно через час”.


“И я отделаюсь для тебя гораздо меньшими затратами”, - сказала Катя, надув губы. “Но тогда увидимся. Ты будешь где-то поблизости?”


“Конечно”, - сказал охранник, проводя рукой по ее груди. “Я буду с нетерпением ждать этого. Приведи своего друга”.


“Конечно, будет”, - сказала Катя, уходя. “Ей тоже нужно внимание настоящего мужчины”.


“От него воняет”, - сказала Аниса, когда они уходили.


“Так делают большинство келдара”, - ответила Катя. “Так делают большинство трюков, по крайней мере, здесь. Как будто они никогда не слышали о мыле. А теперь давай вернемся в отель, и, может быть, я смогу принести немного горячей воды, чтобы смыть его вонь.”


* * *


“Он движется”, - сказал Толенька.


“Понял”, - ответил Джов, заводя машину. Четырехлетний серый малыш а был приобретен ранее в тот же день в ходе очень неофициальной сделки, включавшей наличные и обещание передать бирки. Для слежки это было менее заметно, чем один из фургонов. Но прямо за углом стоял фургон, набитый стрелками. Если уж на то пошло, у ног Толенки лежал MP-5.


“Трассировщик работает нормально”, - сказал Эндар, глядя на экран у себя на коленях.


“Пока не выезжайте”, - сказал Кайфолом с заднего сиденья. Он был одним из американских инструкторов, сопровождавших миссию. Келдара становились чертовски хорошими стрелками, но они все еще ничего не знали о том, как передвигаться по миру. Кайфоломов нельзя было назвать путешественниками по миру, но у него было больше опыта, чем у келдара, и он мог думать на ходу. Он также был несколько меньше Рассела, вот почему его втиснули на заднее сиденье маленькой машины.


“С ним было несколько девушек”, - добавил Толенька.


“Может означать что угодно”, - заметил Кайфоломей.


“Кстати, о девушках”, - ответил Джов. “Я не мог в это поверить, когда увидел Анису!”


“Следи за своим языком”, - огрызнулся Эндар. Аниса не только была его двоюродной сестрой, он работал с ней в отделе разведки и уважал ее.


“Я не говорю ничего плохого”, - сказал Джов, улыбаясь. “Но… Во имя всего святого! Я никогда не представлял, какие у нее ноги!”


“Джов...” - сердито сказал Эндар.


“Может”, - сказал Кайфоломщик. “Джов, уходи. Эндар, куда он делся?”


“Он повернул. Направо. Я думаю, примерно в трех кварталах отсюда”.


“На следующей улице поверните направо”, - сказал Кайфоломей, глядя на карту. “Он направляется через реку. Мы пойдем параллельно, затем пристроимся сзади у Сосеуа, или как там называется эта проклятая дорога.”


* * *


“Он отправился в особняк за рекой”, - сказал Вэннер, глядя на свои экраны. “Подтвердите, что это он, по каналу "Перехват". Он позвонил кому-то по имени Вэсс и спросил, есть ли у него девушки, соответствующие вашим требованиям. Также, слышал ли он когда-нибудь о вас. Никаких признаков того, что он беспокоится о том, что американцы нападут на него ”.


“Странно”, - задумчиво произнес Майк. Он удобно устроился на кровати, сцепив пальцы за головой и глядя в потолок. “Она должна была сказать им, что она американка, верно? Она, по крайней мере, легально проживает в Сша. И она бы сказала им, что ее отец заплатит деньги, чтобы вернуть ее. Я имею в виду, что вернуть жертву похищения здесь не такое уж большое дело. Вы платите полиции, они не пытаются арестовать похитителей ”.


“Так что же происходит на самом деле?” Спросил Вэннер.


“Это я и собираюсь выяснить”, - сказал Майк, садясь. “Где-нибудь по пути. Но прямо сейчас мне нужно узнать больше об этом парне. Я отправляюсь спать, и тебе тоже следует это сделать. К утру я хочу получить полную информацию о нем. ”


“Понял”, - сказал Вэннер.


“Но поставь дежурить одну из девушек, и ты вылетишь”, - добавил Майк. “Я буду за соседней дверью”.


* * *


“Он вернулся в таунхаус прошлой ночью в одиннадцать”, - сказал Вэннер, протирая глаза и потягивая кофе. “Он взял с собой двух девушек и без охраны. В течение следующих шести часов девушки приходили по одной и по двое. Похоже, около дюжины. Когда он пришел, присутствовал по крайней мере один мужчина, а когда он уходил, то привел с собой другую девушку. Таунхаус двухэтажный, но, похоже, в нем может быть подвал. Я порылся в архиве здания в поисках чертежей. Он вернулся в кафе и не уходил. Самца в особняке тоже нет, и, похоже, по меньшей мере три самки все еще находятся в доме. Команда наблюдения сменилась в семь утра. За ночь они установили три камеры наблюдения и установили два оконных микрофона в таунхаусе, один из них возле его офиса, а другой - у его спальни. Вы хотите получить результат? ”


“Это то, чего я ожидал?” Спросил Майк, откусывая от уже черствой булочки.


“В значительной степени”, - сказал Ваннер. “Девочки в доме, по-видимому, не полностью обучены. Они, так сказать, в процессе подготовки. Это анализ из моего раздела, и я проверил достаточно материала, чтобы согласиться. Мне немного не хочется, чтобы девушки из Келдары указывали на это. Это довольно жестоко ”.


“Они поймут, что это такое, когда поженятся”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Хотя поговори с ними как парень. Я не хочу, чтобы они получили такие эмоциональные травмы, что им придется отказаться от секса на всю жизнь. А кто еще собирается этим заниматься? Стрелки? ”


“Точка”, - признал Вэннер. “Мы также установили два микрофона в кафе, рядом с его обычным столиком, и я, конечно, подключил его мобильный телефон”.


“Если Адамс когда-нибудь дрогнет, введи его в курс дела”, - сказал Майк. “Я собираюсь пройтись по магазинам”.


* * *


“Мистер Дункан”, - сказал Ахмед-паша, садясь рядом с ним. “Немного рановато для Джонни Уокера, не так ли?”


“Солнце где-то за реей”, - сказал Майк, взбалтывая свой бокал. “Ты здесь живешь?”


“Нет”, - сказал Паша, вздернув подбородок и щелкнув пальцами в знак отрицания. “Но это хорошее место для ведения бизнеса. Сюда заходят многие торговцы. Как поживают твои девочки?”


“К настоящему времени мы почти оправились от тягот путешествия”, - сказал Майк. “Мы определенно уезжаем завтра утром”.


“Я нашел одну девушку, которая, возможно, соответствовала бы вашим требованиям”, - сказал Паша, заговорщически наклоняясь к ней. “Молодая украинская девушка. Очень милая. Блондинки. Немного в области груди, но неиспорченная и очень хорошенькая. И они еще могут вырасти; она довольно молода ”.


“Работает”, - сказал Майк, кивая. “Твой?”


“У друга”, - сказал Паша. “Я могу представить вас, если хотите”.


“Паша, у тебя нет друзей”, - сказал Майк. “Какая у тебя доля?”


“Десять процентов”, - сказал Паша. “Минимум сто евро наличными”.


“Ты действительно думаешь, что эта девушка стоит тысячу евро?” Сказал Майк со смехом. “Верно. Потяни за другую”.


“Что вытащить из другого?” Растерянно спросил Паша.


“Извините, это не переводится”, - ответил Майк. “Я говорил, что вы не были честны со мной. Девушки здесь стоят меньше пятисот евро, даже самые лучшие”.


“Эта нетронутая”, - строго сказал Паша. “Она принесет тебе много денег там, куда ты направляешься. Достаточно, чтобы ты заплатил”.


“Посмотрим”, - сказал Майк. “Здесь?”


“У меня здесь есть комната”, - сказал Паша. “Два одиннадцать. Это нейтральная территория, да?”


“Хорошо”, - сказал Майк со вздохом. “Когда?”


“Я позвоню своему другу”, - ответил Паша. “Возможно, вскоре после полудня”.


“Хорошо”, - сказал Майк. “Я дам тебе номер своего мобильного”.


Глава двенадцатая


Комната Паши, как и подобает более или менее постоянному жильцу, была намного чище, чем те, что достались Майку. Похоже, это в основном его рук дело. Какими бы ни были его недостатки как работорговца, он, по-видимому, был довольно аккуратен в ведении домашнего хозяйства.


Майк сидел в мягком кресле, ухаживая за очередным Джонни Уокером, когда раздался стук в дверь. Когда Паша открыл дверь, мужчина втолкнул молодую девушку в комнату, а затем ударил ее по затылку, чтобы заставить пройти дальше.


“Вот глупая шлюха, о которой я говорил”, - резко сказал мужчина. Ему было по меньшей мере за шестьдесят, у него было красное лицо и нос, наполовину скрытый белой бородой. Из него получился бы славный Санта-Клаус, и Майк подумал, не использовал ли он это, чтобы подбирать своих жертв.


Девушка была явно напугана, даже в ужасе. И, да, очень хорошенькая. Около пяти одного года, длинные светлые волосы и голубые глаза. И не старше двенадцати. У нее только начинался тот неуклюжий скачок роста, который бывает у детей в этом возрасте, и, возможно, действительно, вырастет еще немного сисек. Он не был уверен, что у нее даже еще не начались месячные.


“Очень мило”, - вот что он сказал.


“Раздевайся”, - приказал Санта-Клаус девочке.


“Пожалуйста”, - захныкала она. “Я просто хочу домой...”


“Раздевайся, глупая шлюха...” - прорычал Санта Клаус, отдергивая руку.


“Никаких следов!” Рявкнул Майк, вставая и подходя к нам. “Девочка, я должен посмотреть, что я покупаю. Раздевайся”.


“Пожалуйста, нет...” - умоляла девушка, глядя на него со слезами на глазах.


“Вот как ты делаешь это без отметин”, - сказал Майк, вздыхая и сжимая затылок девушки большим и указательным пальцами. Он сильно надавил и у девушки перехватило дыхание, когда колени подогнулись от боли. “Снимай одежду, глупая шлюха”.


Девушка посмотрела на троих мужчин с суровыми лицами, а затем закрыла глаза и начала снимать с себя одежду.


Когда она была полностью раздета, Майк обошел ее, качая головой. У нее были рубцы на спине, заднице и набухающих грудях.


“Ты ударил ее по груди?” Сердито спросил Майк. “Чем?”


“Мой пояс, конечно”, - прорычал Санта Клаус. “Чего ты от меня ждешь? Ее нужно тренировать, но я вряд ли смогу это сделать!”


“Христос на костылях”, - пробормотал Майк по-английски, затем продолжил по-русски. “Эти проклятые синяки пройдут через несколько недель! Я планирую быть в Черногории в конце следующей недели; к тому времени она уже не будет выглядеть презентабельно!”


“Она нетронутая”, - отрезал Санта Клаус. “Она девственница. Это чего-то стоит”.


“Она вся в синяках”, - прорычал Майк. “Двести”.


“Забудь об этом!” - ответил работорговец. “Одевайся, сука”.


“Подожди, подожди”, - сказал Паша. “Мы здесь друзья. Давай посидим, выпьем чаю и поговорим”.


Девушка быстро собрала в руки свое платье и нижнее белье, но Паша покачал головой.


“Нет”, - сказал он ей, забирая одежду из несопротивляющихся рук. “Встаньте у стульев; нам многое нужно обсудить”.


Паша налил зеленый чай и расставил сервиз на столе, пока девушка стояла рядом, дрожа от холода в комнате. Майк проигнорировал ее, как и остальные.


“У вас есть по крайней мере неделя на путешествие, если вы будете держаться подальше от основных дорог”, - сказал Паша, потягивая чай. “Это даст время большинству синяков сойти”.


“Не все”, - сказал Майк, ткнув девушку пальцем в задницу. “Эта порезала кожу, если уж на то пошло. У нее останется шрам”.


“Девственница”, - отметил Паша.


“Никаких доказательств этого”, - указал Майк. “Вероятно, ее изнасиловал ее дядя, который продал ее этому парню”.


“Я забрал ее из зала игровых автоматов”, - ответил Санта Клаус, пожимая плечами. “Эти молодые девушки доверяют мне, потому что я похож на святого Никлауса. И я не насиловал ее. Даже с виагрой засунуть ее в молодую киску вот так слишком сложно. Я пользуюсь услугами проституток постарше, которые более раскрепощены ”.


Девушка закрыла лицо руками и тихо плакала, когда Майк встал.


“Ложись на кровать”, - сказал Майк, подталкивая ее к кровати.


“Если ты приведешь ее сюда, ты должен заплатить за...” Сказал Паша.


“Я проверяю”, - отрезал Майк. “Лягте на кровать, на спину, колени подняты вверх”.


“Пожалуйста”, - захныкала девушка сквозь слезы.


“Заткнись и делай, что я сказал, шлюха, или тебе снова будет больно”, - строго сказал Майк.


Когда девушка оказалась на кровати, он засунул пальцы в ее киску и раздвинул ее так широко, как только мог. Даже при тусклом освещении в комнате он мог видеть девственную плеву, и она была цела.


“Девственница в порядке”, - ворчливо признал он. “Вставай и одевайся, сучка”.


“Вот, девственница”, - радостно сказал Паша. “Для этого двести - это слишком мало. Полторы тысячи евро”.


“Ты сумасшедший”, - сказал Майк, качая головой. “Не больше трех. Итак, Санта, ты когда-нибудь бывал в Румынии?”


“Нет, только Украину”, - ответил Санта Клаус, когда девушка закончила одеваться. “Маленькая шлюшка, сядь на колени к моему новому другу и покажи ему, какой послушной ты можешь быть”.


Майк усадил девушку к себе на колени и провел руками по ее животу, когда она задрожала от страха. Он был осторожен, стараясь не касаться ушибленных участков, но она все еще дрожала, что не очень помогло. У него были очень серьезные проблемы с тем, чтобы быть тем сукиным сыном, которого он играл, и вся эта сцена заводила его больше, чем ему хотелось. Он знал, что девушка чувствовала очень сильную эрекцию под своей дерзкой маленькой попкой, и он знал, что это делало его не только сукиным сыном класса А, но и извращенцем. К сожалению, за исключением кастрации, он не был уверен, что делать со своей маленькой проблемой. Кроме убийства ублюдков, которые на самом деле выпускают своих демонов. Таких, как двое других мужчин в комнате.


Они болтали о плохих дорогах, проблемах с погодой и ненадежности поиска девственниц, попивая зеленый чай. Время от времени тот или иной делал предложение. Майк чуть не ушел, когда они отказались от тысячи трехсот евро, пока не понял, что оставляет этого бедного ребенка в их руках. В конце концов он сбавил цену до девятисот евро, но ни пенни меньше. Он получил скидку в сто евро только из-за синяков и того, что действительно встал и прошел полпути к двери.


Он вытащил деньги и с мрачным выражением лица протянул их девушке, затем ударил ее по затылку.


“Если ты думаешь, что до сих пор тебе было плохо, попробуй убежать от меня”, - прорычал Майк ей на ухо. “Я буду делать с тобой ужасные вещи. Ужасные, ужасные вещи. Ты собираешься попытаться сбежать?”


“Нет”, - сказала девушка со смирением в голосе.


“Возможно, ты мог бы убежать от старика”, - заметил Майк. “Но я могу убежать от тебя. И если мне даже придется поторопиться, ты не только не станешь девственницей к завтрашнему дню, я продам тебя в худший публичный дом Стамбула, где моряки будут трахаться весь день напролет. И причина, по которой я продам тебя там, в том, что ты будешь слишком испорчен, чтобы кто-то другой смог тебя купить. Ты меня понимаешь? ”


“Да”, - ответила девушка, опустив голову.


“Поехали”, - сказал Майк, кивая Паше и все еще неназванному Санта-Клаусу. “Если вы сможете раздобыть больше таких, как это, мы сможем вести бизнес в долгосрочной перспективе. Но никаких отметин!”


“Я посмотрю, что я могу сделать”, - сказал Санта Клаус, улыбаясь и вставая. “Было приятно иметь с вами дело”.


“То же самое”, - любезно сказал Майк, беря девушку за запястье и ведя ее к двери.


Его комнаты находились на несколько этажей вверх и вниз по коридору. Добравшись до комнаты командного центра, он остановился.


“Я рад, что ты не сбежала”, - тихо сказал он. “Причина в том, что я не работорговец и не хотел бы причинять тебе боль. Но ты не должен говорить о том, что видишь здесь, ты понял?”


“Нет”, - испуганно ответила девушка.


“Ты сделаешь это”, - ответил Майк, стуча в дверь.


Одна из девушек Келдары открыла на стук и удивленно посмотрела на девушку, которую Майк все еще держал за запястье.


“Грезня”, - с благодарностью сказал Майк. “Как раз та леди, которая мне была нужна. Давай, девочка. Кстати, как тебя зовут?”


“Оксана”, - тихо сказала девушка, ее глаза расширились, когда она увидела компьютеры и электронику, расставленные по комнате.


“Это Грезня, Оксана”, - сказал Майк, мягко подталкивая ее дальше в комнату. “Она не рабыня, не шлюха. Она работает на меня. Мы здесь кое-что делаем, и мне необходимо вести себя как работорговцу. Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это, но теперь ты в безопасности. ”


“Неужели?” Спросила Оксана, тяжело дыша.


“Правда, правда”, - сказал Грезня, улыбаясь. “Это Килдар. Он известный боец и не причиняет вреда женщинам”.


“Если только мне не придется”, - заметил Майк. “Извини за то, что там произошло. Но этот жирный ублюдок собирался ударить тебя по лицу. Еще раз”.


“Входите”, - сказал Грезня, вздыхая. “Мы кое-что знаем о том, через что вам пришлось пройти, и нам очень жаль. Откуда вы?”


“На Украине”, - сказала Оксана. “Под Кременчугом”.


“Что ж, у нас много дел”, - сказал Грезня, увлекая ее дальше в комнату и усаживая на стул. “Но мы посмотрим, есть ли способ вернуть тебя туда. У тебя есть семья?”


“Нет”, - тихо ответила Оксана. “Я воспитывалась в детском доме. Меня выписали только накануне. Я была на ярмарке, когда ко мне подошел мужчина по имени Хадеон. Он предложил угостить меня обедом, а я был очень голоден. Затем он сказал, что может найти мне хорошую работу в Италии ”.


“Это одно из мест, где вы могли оказаться”, - сказал Майк, вздыхая. “Я не буду говорить о качестве работы, поскольку это довольно очевидно. Мне жаль, Оксана, но эта история очень распространена. Именно так многие девушки оказываются в подобных местах. Он сделал паузу и обвел взглядом комнату, на мониторы. “Ну, не так”.


“Что это?” Спросила Оксана, наконец успокоившись. “Что ты делаешь?”


“Мы выслеживаем девушку, которая была похищена, как и вы”, - ответил Грезня. “Мы знаем, что она добралась до сюда. Мы пытаемся выяснить, куда она направилась”.


“Почему?” Спросила Оксана, внезапно снова разрыдавшись. “Почему ты ее ищешь, когда никому не было дела до меня!”


“Потому что ее отец богат и у него влиятельные друзья”, - прямо сказал Майк. “У тебя нет ни богатого отца, ни влиятельных друзей. Что ж, у тебя их не было”. Он посмотрел на нее и склонил голову набок. “Я не уверен, что мы собираемся с тобой делать. Мне нужно было купить тебя, потому что это сделало наше прикрытие сильнее, но теперь я не уверен, что с тобой делать. Я надеялся, что у тебя будет семья, к которой ты сможешь вернуться домой ”.


“Чтобы ты мог получить больше денег?” несчастно спросила девушка.


“Нет, у меня этого предостаточно”, - сказал Майк, обводя рукой комнату. “Это недешево. Нет, тебя собирались вернуть бесплатно. Но тебе не к кому было идти домой… Что ж, это ставит меня перед проблемой. Я подумаю об этом ”.


* * *


Когда Майк вышел из комнаты, Оксана посмотрела на Грезню широко раскрытыми глазами.


“Он очень странный”, - прошептала девушка. “Он пугает меня”.


“Ну, тебе больше не нужно его бояться”, - ответил Грезня. “А что касается того, что он странный… к этому привыкаешь”.


* * *


“У нас есть что-нибудь необычное?” Спросил Майк, проходя по соседству. Ваннер перенес секцию анализа данных в соседнюю комнату, поскольку в другой было многолюдно.


“Очень прямолинейно”, - сказал Вэннер. “На самом деле у нас было не так уж много времени, чтобы зафиксировать его передвижения, но, похоже, он в основном повторяет”.


“Итак, у нас есть выбор: схватить его в кафе, или у него дома, или в движении. И у него, по сути, заложники в каждом пункте ”.


“Он не привел с собой девушку утром”, - отметил Вэннер. “Если он не вернется завтра ...”


“Работает. Я пошлю Адамса поискать тихое местечко”.


Глава тринадцатая


“Команда Браво на позициях”.


Майк оглянулся на фургон, полный Келдары, и кивнул Евгению.


“Альфа на позиции”.


“Цель движется. Цель без сопровождения, повторяю, без сопровождения”.


“Сворачивай операцию”, - тихо сказал Майк.


“Сворачивайся”, - повторил Евгений.


“Выдвижение подтверждено”, - ответил Вэннер. “Мы вылетаем отсюда через пять минут. Команда Чарли на месте, чтобы восстановить контрольные сигналы”.


“Не забудь оплатить счет”, - пробормотал Майк. “Не отправляй это”.


“Понял”, - ответил Евгений. Они оба были в гражданской одежде с бронежилетами под ней. Команда сзади была в полном боевом снаряжении. Смегнофф был усердным работником, и это было сразу после рассвета. Он возвращался в кафе é, чтобы оформить кое-какие документы. Он также, по-видимому, пересчитывал свои наличные в задней комнате. Именно там находилось большинство его “партнеров” и его основная база для ведения хозяйства с его девушками и заключения сделок.


“Цель повторяется, повторяется. Пока что перспектива Крамора”.


“Приготовьтесь”, - сказал Майк, поворачивая голову. “Похоже на нас. Крупным планом”.


“Крупным планом”, - сказал Евгений, заводя фургон. “Крупным планом”.


Улица Сантос была двухполосной, по обеим сторонам были припаркованы машины. Фургон команды "Альфа" был припаркован в переулке на полпути вниз по кварталу.


“Закрыто”, - крикнула следующая команда. “Цель поворачивается к Сантосу. Раз, два… Вперед! Вперед! Вперед!”


Евгений завел фургон, одновременно нажимая на акселератор. Слегка груженный фургон выскочил на дорогу в облаке синего дыма и сразу же начал извергать боевиков в полной боевой форме, с MP-5 и SPR с глушителями, направленными на приближающуюся "Ладу".


Смегнофф пережил множество уличных боев, и у него была быстрая реакция. Он не потрудился полностью остановиться, прежде чем включить задний ход и нажать на акселератор. Его проблема заключалась в том, что следовавшая за ним четырехлетняя "Лада" врезалась в него сзади, а затем включила полную мощность, развернув его машину боком поперек улицы.


До машины оставалось меньше десяти метров, и прежде чем он смог попытаться выехать из засады, ведущий Келдара разбил стекло со стороны водителя. Второй в очереди бросил свой MP-5, вытащил из кобуры электрошокер и выстрелил в работорговца.


Не более чем через семь секунд работорговец был в задней части фургона, обмотанный такелажной лентой, оставив полиции только две дымящиеся "Лады" для объяснений.


* * *


“Доброе утро, Юрий”, - приветливо сказал Майк, когда мужчина оторвался от капсулы с аммиаком и открыл глаза. “Ты хорошо отдохнул? Я уверен, вам знакомо послевкусие хлороформа; вы пользовались им раз или два.”


“Му-вугфу?” - сказал мужчина сквозь скотч такелажника на его губах.


“О, извините”, - сказал Майк, протягивая руку и срывая скотч с лица мужчины.


Юрий Смегнофф был примотан скотчем к стулу, который был намертво привинчен к полу посреди заброшенной фабрики. Вероятно, когда фабрика работала, это было кресло руководителя. Теперь это идеально подходило Майку. Ему пришлось наградить Адамса за то, что он так быстро собрал оборудование. Еще одно замечание; им нужно было выполнять больше наземной работы на каждой остановке. Это был не последний подобный допрос, который им предстояло провести.


“Ой! Что это за хуйня? Я не знаю, кто ты такой, но—”


“Юрий, Юрий”, - ласково сказал Майк. “Я всего лишь честный бизнесмен, пытающийся выполнять свою работу. Теперь эта работа для людей, которые считают нас с тобой не более чем насекомыми. В твоем случае, тот, на кого нужно наступить. Ты очень разозлил нескольких очень влиятельных людей, Юрий. Теперь все может пройти легко, а может и тяжело. Давай сделаем это проще, хорошо? ” Он достал папку и, достав фотографию, развернул ее перед лицом мужчины.


“Я знаю, ты видишь много молодых женщин”, - вежливо сказал Майк. “Но я действительно надеюсь, ради твоего же блага, что ты узнаешь эту. Потому что, если ты этого не сделаешь, мне придется улучшить твою память.


“Я… Помню”, - сказал Юрий, облизывая губы. “Да, я помню ее”.


“А, хорошо”, - сказал Майк. “Теперь, Юрий, есть кое-что о моих друзьях здесь”, - сказал Майк, указывая на Келдару, стоящего за креслом. Юрий даже не заметил их, и когда он обернулся, его глаза распахнулись. Майк выбрал двух стрелков покрупнее, и оба они держали MP-5 наготове и были одеты в полную боевую броню. “Они действительно простые фермеры с дальних холмов. И они простые люди. У них очень строгий кодекс чести. Поэтому они действительно не любят ложь. Ни капельки. И поскольку я их лидер, мне нужно поддерживать эту традицию. Так что, пожалуйста, Юрий, давай не будем продолжать лгать. Ты ведь помнишь ее, да?”


“Да”, - сказал Юрий, снова облизывая губы. “Один из моих ловцов подобрал ее возле городской площади. Она сказала, что она украинка, что ищет работу”.


“Продолжай”, - сказал Майк.


“Можно мне немного воды?” Осторожно спросил Юрий. “У меня очень пересохло”.


“Это эффект страха”, - отметил Майк. “Это происходит от выброса адреналина. Я уверен, что у многих ваших маленьких девочек было очень сухо во рту. Ты давал им воду, Юрий? Нет, я так и думал. Итак, вы подобрали ее возле городской площади. И вы привезли ее в свой особняк? ”


“Да”, - сказал Юрий, начиная тяжело дышать.


“И, я думаю, ты устроил ее там”, - сказал Майк, приподняв бровь. “Мы люди мира; мы знаем, что это значит. Ты окунул свой фитиль и фитиль пары своих охранников. Ты избил ее и сказал, что теперь она принадлежит тебе. Все остальное в этом роде. Да, Юрий? ”


“Да”, - тихо сказал работорговец. “Но это та, кого ты ищешь? У нее не было друзей!”


“Мы вернемся к этому позже”, - сказал Майк, улыбаясь. “Итак, ты ее успокоил, и что дальше, Юрий? Она не будет ходить по улицам ради тебя. Мы довольно тщательно проверили. Так куда же она делась, Юрий?”


“Я сделал то, что делаю всегда”, - сказал работорговец с фальшивой бравадой. “Я продал ее. Я не помню кому”.


“Ах, Юрий, Юрий”, - сказал Майк, протягивая руку назад и принимая из Келдары большую кувалду. “Плохой ответ”.


“Нет, послушай, я могу попробовать ...” - сказал мужчина, когда Майк ударил молотком назад, а затем вперед по его левому колену.


Когда крики стихли, Майк наклонился к уху мужчины.


“Юрий, Юрий, мой друг. Мы друзья, верно? Юрий, это был плохой ответ. Ты знаешь, почему это был плохой ответ, Юрий?”


“Мне нужно вспомнить...” Прошептал Юрий.


“Это потому, что мы прослушивали ваш дом и кафе последние полтора дня”, - ответил Майк. “Вы говорили о том, как тщательно вы ведете записи. Вчера вы продали двух девушек, Ионну и Софию, человеку по фамилии Марков. У нас есть довольно хорошие фотографии всех троих. София - милая леди, не так ли? И ты получил за нее семьсот евро, насколько я помню. И ты сказал Маркову, что держишь всю свою информацию под рукой, в своем КПК. Итак, Юрий, почему ты не упомянул при мне свой КПК, пожалуйста?”


“Никаких имен”, - выдохнул Юрий. “Никаких имен”.


“Почему, Юрий?” Спросил Майк, выпрямляясь. “Потому что люди, которым ты ее продал, очень опасны? Юрий, я ем таких людей, как ты, и плохих людей, с которыми ты работаешь, на обед. И есть ли что-то, что они могут сделать с тобой, чего я не собираюсь делать, Юрий, мой друг, мой приятель? Итак, кому ты ее продал? На самом деле, какой пароль от твоего КПК? Мой маленький друг-гик очень хотел бы знать. Он говорит, что у него проблемы со взломом. ”


“Эй!” Сказал Вэннер из глубины комнаты. “Это непросто. Он использовал шифрование по меньшей мере из десяти пунктов, и вы не можете просто сбить их с ног и вытащить информацию! ”


“Нет, но я полагаю, что с тобой это возможно, не так ли, Юрий?” Спросил Майк, улыбаясь в своей самой дружелюбной манере. “Итак, Юрий, пароль, пожалуйста?”


“Никаких имен”, - снова выдохнул мужчина, а затем взвизгнул, когда Майк легонько пнул его по колену.


“Юрий, Юрий, я начинаю уставать от этого”, - сказал Майк, снова беря санки.


“Пожалуйста”, - сказал Юрий, глядя на тяжелый молот. “Пожалуйста. Я не могу назвать вам имена”.


“О, Юрий, и у тебя так хорошо получалось”, - сказал Майк, закидывая молоток на плечо. “Сколько женщин умоляли тебя, Юрий? Тот, кто пытался сбежать, умолял тебя, Юрий? И почему я должен прислушиваться к твоим мольбам, когда ты не слушал их? Итак, Юрий, считаю до пяти, - продолжил Майк, поднимая санки. “И после того, как мы проработаем основные суставы, всегда остаются промежуточные кости ...”


“С большой буквы А, ноль, Один...” Юрий ахнул.


“Я в деле”, - сказал Ваннер мгновение спустя. “Какое имя вы использовали для нее?”


“Ее звали Наталья”, - сказал Юрий. “Наталья, я думаю”.


“Наталья”, - пробормотал Ваннер. “Черт возьми, здесь так много Наталий. Попробуй Наталью С, Юрий. Это было две недели назад”.


“Нет, она была убита два или три месяца назад”, - сказал Юрий. “Есть фотографии”.


“Конечно, есть”, - удивленно сказал Вэннер. “Килдар, тебе нужно это увидеть”.


Майк отложил молоток и подошел к тому месту, где специалист по разведке держал КПК в руках.


“Я синхронизировал это”, - сказал Вэннер, отсоединяя шнур. “У нас есть все это. Включая его список клиентов и кто какую девушку купил и так далее. Но вы должны это увидеть.”


Майк взял КПК и посмотрел на фотографию. Затем он вернулся и открыл папку, вытаскивая фотографию девушки на пляже.


Фотографии были идентичны. И их было несколько. На большинстве остальных была одна и та же девушка, только без купальника.


“Классные сиськи”, - сказал Майк. “У нас есть то, что мы хотели. Закрывайте это и вызывайте команду по уборке”.


* * *


“Пенни за твои мысли, Майк?” Сказал Адамс.


Они с трудом добрались из Кишинева в Ватра-Дорней за один день. Переправа в Готештах охранялась, но они справились с этим, подсунув охранникам соответствующее количество кле.


Оказавшись в Румынии, они выехали на Национальный маршрут № 17, который вполне соответствовал бы плохо обслуживаемой окружной дороге в бедном округе в штатах, и показали лучшее время, какое только могли, не обращая внимания на выбоины, насколько это было возможно. Сразу после наступления сумерек они добрались до Сарателя, не дотянув до Клуж-Напоки, но ненамного. Однако именно в этом районе, о котором сообщил Паша, были блокпосты, поэтому Майк решил поселиться в небольшом отеле, который обычно обслуживал трансильванских туристов, и переехать на следующий день.


Он поставил бутылку пива себе на живот и задумался над вопросом шефа.


“Ну, мне интересно, достаточно ли мы утяжелили тело”, - признался Майк. “Я думаю, что еще пара бетонных блоков были бы хорошей идеей”.


“Он пробудет внизу достаточно долго”, - сказал Адамс, пожимая плечами. “И не похоже, что они будут смотреть на нас. У него было много врагов. Мы едва появлялись на горизонте его радара. ”


“И мне интересно, что, черт возьми, я собираюсь делать с whatsername”, - признался Майк.


“Ты имеешь в виду Оксану?” Спросил Адамс. “Милая девушка. Остаток пути она может проехать у меня на коленях”.


“Я имею в виду долгосрочную перспективу”, - ответил Майк. “К ней относятся те же проблемы, что и ко всем другим беспризорницам, которых я подбирал. Мне нужно найти школу-интернат в Аргентине или что-то еще, что начнет их принимать ”.


“Побеспокойтесь об этом после окончания миссии”, - предложил Адамс.


“Хорошая мысль”, - сказал Майк, хмурясь и делая глоток пива. “И мне интересно, какого хрена мы на самом деле преследуем”.


“А, теперь мы добрались до источника твоей тревоги, Великий лидер”, - сказал Адамс. “У тебя есть еще один такой?”


“Круче”, - сказал Майк. “Нужно отсортировать три фрагмента информации. То, что нам сказали. То, что мы знаем, правда. И то, что мы знаем об общей ситуации. Нам сказали, что девушка была иждивенкой богатого человека. Это, почти наверняка, ложь. Если бы это было так, то, когда она вляпалась в это дерьмо, она бы истошно кричала о том, как они могли бы заработать на ней больше денег у ее отца. И Юрий был чертовски уверен, что она не американка. Когда он умолял сохранить ему жизнь, он добавил, что она даже не говорила по-английски, только по-русски. Так что ... ”


“Значит, она не такая, какой вам сказал этот прекрасный сенатор”, - сказал Адамс, рыгнув. “Мы все равно найдем ее, верно?”


“О, да”, - сказал Майк. “Во-первых, есть богатый сенатор, который должен мне одну огромную гребаную услугу за то, что отправил меня в погоню за дикими гусями, когда я мог бы трахать свой гарем. И, во-вторых, это уже обошлось как сумасшедшее. Он получит пять миллионов, или мы совершим преступления против мира на континентальной части Соединенных Штатов. Мне интересно, почему мы на самом деле здесь ”.


“Ну, мы знаем, что сенатор действительно хочет найти ее”, - отметил Адамс.


“А мы?” Спросил Майк. “Или нас просто отвлекают от чего-то другого? Сенатор, например, проводит аферу с чеченцами, чтобы вытащить нас из долины, чтобы мы могли попасть под удар, пока команды нет?”


“Маловероятно”, - нахмурился Адамс. “Я не знаю, что они могли использовать в качестве оплаты сенатору, и поэтому мы ушли? Остальные пять команд все еще там. А магазином управляет Нильсон. Этот не моется. ”


“Я провожу мозговой штурм”, - отметил Майк. “Сначала вы выдвигаете идеи. Позже вы их опровергаете. Ладно, эта была не такой уж и замечательной. Но почему? И если он действительно хочет, чтобы ее нашли, то почему? И почему я? ”


“Вы можете найти ее, и это неизбежно будет опровергнуто”, - отметил Адамс. “Сколько людей могли бы засвидетельствовать, что видели вас и сенатора вместе? И никто, кроме вас двоих, не знает, о чем говорилось в комнате. ”


“Ребята из секретной службы видели нашу встречу”, - сказал Майк. “С другой стороны, я не знаю, что они из службы безопасности. И тот парень за столом Молдавы”.


“И вы знаете, что он существует?” Спросил Адамс.


“Ой”, - сказал Майк, скривившись. “Нет”.


“Кое-что для исследования Вэннера”, - сказал шеф. “И еще кое-что”.


“Уходи”, - сказал Майк.


“Кто, кроме Нильсона, проинформирован об операции, а не о ней?” Спросил Адамс.


“Никто”, - сказал Майк, нахмурившись. “Почему? Ты думаешь, кто-то попытается убрать нас? Удачи”.


“Всегда есть яд, но нет”, - сказал Адамс. “Мне было интересно, кого можно освободить, чтобы пойти поболтать с твоими друзьями в Вашингтоне”.


“Никто”, - признал Майк. “Но это хороший довод. На данный момент мы в зоне риска. Я поставлю на это Соуна. Я могу обойтись без него. Мы действительно рулим командой, и он может думать самостоятельно. Пришло время прикрыть нашу задницу ”.


“Или, во всяком случае, кто-то другой”, - сказал Адамс. “Я почти уверен, что в конечном итоге нас так или иначе трахнут”.


“Или кто-нибудь это сделает”, - сказал Майк.


Глава четырнадцатая


Тимишоара оказалась довольно интересным местом для румынского города.


Тимишоара, гораздо более западная по дизайну и ощущениям, чем другие города, через которые они проезжали, имела богатую историю. Плодородная низменность вокруг реки Тимис привлекла поселение еще в 200 году до нашей эры. Впоследствии этот район последовательно удерживался даками, первыми известными поселенцами, римлянами, мадьярами, османами, Габсбургами и всеми другими заметными группами в истории Восточной Европы. Сожженный дотла монголами, снова сожженный при отвоевании у османов, которые превратили его в центральное военное хранилище и оружейный склад, он был восстановлен в последний раз Габсбургами и все еще сохранял влияние их стиля барокко. Именно это влияние в значительной степени отличало его от других румынских городов.


Причины, по которым за это так часто спорили, были очевидны. Река Тимиш облегчала судоходство, и он имел тесные связи с различными шахтами в Трансильванском регионе. Обладая развитой сетью автомобильных и железных дорог, это был один из жизненно важных стратегических пунктов в районе под названием Банат, связывающий его с Венгрией и, следовательно, с Западом, а Сербию - с Балканами.


Те же причины, по которым каждый крупный завоеватель захватывал или разрушал его, теперь сделали его центральным перевалочным пунктом для транспортировки зрелой плоти.


Услужливый КПК Смегноффа указал покупателя Натальи как некоего Нику Гогасу, человека, с которым он вел обширные дела. Была даже фотография Гогасы, сидящего в кафе "Арреника" с покойным и безутешным Юрием, оба с молодыми, легко одетыми женщинами, сидящими у них на коленях. Они явно были хорошими приятелями. Нику был намного стройнее Юрия и лучше, даже броско, одет. Он больше походил на умеренно успешного американского сутенера, чем на головореза из мафии. Там были контактные номера, включая сотовый, почтовый ящик и физический адрес: Клуб "Дракул". У них даже был веб-сайт, на котором была карта.


Многие официальные документы Румынии оказались в Интернете. Из них, с иногда проблематичной помощью онлайн-переводчика, Ваннер смог определить, что Нику Гогаса числился единственным владельцем клуба "Дракул". Майку показалось маловероятным, что он действительно был единственным владельцем. Он выглядел слишком броско. Клубы были отличным местом для отмывания денег, так что мафия, вероятно, была молчаливой покровительницей. Но это означало, что он, вероятно, будет находиться в клубе.


И вот в таком счастливом состоянии духа, что у него были все необходимые исходные данные, Майк подъехал к клубу "Дракул" в компании Рассела. Бывший морской пехотинец едва уместился во взятом напрокат "Фиате", отчего у Майка потеплело внутри.


Первое, что заставило его задуматься, была охрана. Двое парней в боевой форме, оба чертовски близкого роста к Расселу, охраняли дверь, в то время как третий вышибала в футболке, открывающей бугрящиеся мышцы, метался в поисках оружия.


Во-вторых, была очередь, которая тянулась вдоль квартала.


“Мистер Гогаса, по-видимому, зарабатывает деньги”, - сказал Майк, когда они проезжали мимо входа в поисках парковки. “Протоколы девятого уровня закона”.


“Черт, я их ненавижу”, - пробормотал Рассел, залезая под куртку и начиная освобождаться от оружия. Это заняло некоторое время.


“Команда Альфа”, - сказал Майк, нажимая на кнопку микрофона своим голосом. “Зона девятого уровня закона. Боевая броня. Вероятно, тяжелое вооружение”.


“Отлично”, - прорычал Адамс в ответ. “Постарайся не устраивать беспорядков”.


Майк наконец нашел место для платной парковки и направился к очереди в клуб.


“Твоя мотивация в том, что я важен, а ты - моя сила”, - бросил Майк через плечо, проходя мимо очереди и засовывая руку в карман.


“Ваша мотивация - вытащить нас живыми из этого ублюдка”, - ответил Рассел.


Вышибалы в доспехах уставились на них обоих, когда они приблизились к началу очереди, но именно уборщик махнул им, чтобы они остановились.


“Я так понимаю, что есть прикрытие”, - сказал Майк, подбрасывая сложенную банкноту в сто евро так, чтобы она была видна у него над большим пальцем.


“Этого достаточно”, - прорычал вышибала по-английски с акцентом. Он взял счет, но все равно настоял на том, чтобы подмести их. Майк сожалел не столько о том, что оставил оружие, сколько о рациях и камерах.


Очередь миновала, они вдвоем вошли, заплатили за свое реальное прикрытие в размере семисот двадцати пяти тысяч леев, или около десяти евро, получили печать на руках и прошли через двери.


Румыны восприняли популярный на Западе образ “графа Дракулы” как оскорбление. “Дракул” переводится как “Дракон” и было названием древнего румынского рыцарского ордена, эквивалентом названия ордена Подвязки. Влад Цепеш был, по сути, защитником Румынии от вторжений Османской империи и прославлялся в Румынии не как монстр-кровопийца, а как сильный и волевой лидер антиосманских сил, своего рода Джордж Вашингтон пятнадцатого века.


Тот факт, что он иногда ужинал в окружении повешенных тел, вежливо игнорировался.


Клуб "Дракул", однако, склонился перед западной традицией. Он был более готичным, чем большинство готических клубов в штатах, с гробами на стенах и анкхами, являющимися основным символом. Официантки были одеты в длинные струящиеся платья с разрезами до пупка спереди и до талии сбоку, на них были густые черные тени для век и губная помада. Однако острые зубы у многих из них стали чем-то вроде шока даже для Майка, который провел много времени в готических клубах в Штатах.


Неудивительно, что в клубе было темно, как в аду. В нем было три приподнятых танцпола, на каждом из которых стояла девушка или девушки, одетые практически без одежды, и две танцевальные зоны на уровне пола. Здесь было полно как мужчин, так и женщин. Румыны явно верили в сочетание обычных танцев со стриптизом. Если уж на то пошло, когда Майк осматривал обстановку, он увидел, как одна из девушек, которую он принял за клиентку, поднялась на платформу и начала целоваться с танцором, медленно раздеваясь.


“Хорошо”, - сказал Майк. “Я думаю, это место в моем вкусе”.


“Что?” Расселл перекрикивал тяжелую европейскую индустриально-танцевальную музыку, гремевшую из динамиков, установленных по всей периферии.


“Давайте выпьем и прогуляемся!” Ответил Майк.


“Особый танец, сэр?” - спросила почти обнаженная брюнетка, потираясь о Рассела.


“Может быть, позже”, - ответил Рассел, оглядываясь по сторонам.


“Хватай ее, пока можешь”, - бросил Майк через плечо.


“Вот”, - сказал Рассел, протягивая ей немного наличных. “Пройдемся с нами”.


”Мы хотим уединиться", - крикнул Майк девушке, когда они шли к бару. “Но где мы сможем наблюдать!”


“Я не говорю по-английски”, - ответила девушка. “Хочешь хорошо провести время? Я не дорогая”.


“Она достаточно хорошо говорит по-английски”, - крикнул Рассел.


“Это только мне кажется, или перестрелка была бы потише?” Майк закричал в ответ. Он определенно собирался охрипнуть к концу этого вечера.


“Много!” Крикнул в ответ Рассел.


Они получили свои напитки и выпивку “заплати мне” для брюнетки, а затем распространили по кругу, поскольку девушка продолжала пытаться выманить у Рассела всю его мелочь.


“Одиннадцать часов”, - крикнул Рассел.


Майк посмотрел налево и мельком увидел танго. Нику сидел в задней части клуба за полукруглой банкеткой. С каждой стороны от него было по девушке, затем пара парней, которых Майк определил как друзей или деловых знакомых. Вокруг было еще несколько девушек, но большинство людей в непосредственной близости были мускулистыми.


По комнате было разбросано больше мускулов, но они определенно были сосредоточены поблизости от отделения интенсивной терапии. И мускулы вокруг него были так же хорошо бронированы, как и вышибалы у входа. И более хорошо вооружены. У одного из них был чешский 9-мм пулемет Skorpion SMG на фрикционных ремнях.


Майк оценил все это одним быстрым взглядом, а затем заметил столик, откуда они могли следить за танго и за танцполом.


Когда они заняли столик, Майк наклонился к Расселу.


“Иди уложи эту сучку и проверь систему безопасности в комнатах”, - сказал Майк так тихо, как только мог в данных обстоятельствах.


“Сойдет”, - сказал Рассел, сжимая ее предплечье в кулак, похожий на окорок.


“Он был очень добр к тебе!” Майк крикнул проститутке, когда они уходили.


“Ты будешь добр ко мне?” - женский голос рядом с его ухом.


Майк повернулся, чтобы взглянуть в восхитительную пару почти черных глаз. Очень стройная. Как и все остальное тело, когда он оторвал от нее взгляд. И он мог это ясно видеть, потому что каждый стежок на ней был прозрачным.


“Может быть”, - крикнул Майк в ответ. “Вы сидите и разговариваете. Я плачу”.


“Хорошо”, - крикнула девушка в ответ. “Я говорю по-английски”.


“Так какого хрена ты делаешь в таком месте, как это?” Спросил Майк, оглядываясь в поисках официантки.


“Зарабатываю деньги”, - со смехом ответила девушка. “Хочешь выпить? Я получу”.


“Только одно для тебя”, - сказал Майк, вытаскивая банкноту в двадцать евро и протягивая ее ей. “Купи себе что-нибудь настоящее и возвращайся! Там, откуда это взялось, есть еще кое-что”.


“Я так и сделаю”, - сказала девушка, пробираясь сквозь толпу.


Когда она вернулась с настоящим энергетическим напитком, она протянула ему сдачу.


“Твои”, - крикнул Майк. “И вот, ” продолжил он, протягивая еще двадцатку. “Это означает, что ты останешься со мной на час”.


“Двадцать минут”, - ответила девушка, засовывая деньги в стринги. “Двадцать минут, двадцать евро. Хочешь отсосать? Хочешь трахнуться?”


“Сколько?” спросил Майк.


“Двадцать минут, двадцать евро”, - крикнула в ответ девушка, смеясь.


“Как тебя зовут, девушка, которая смеется?” Спросил Майк.


“Никки”.


“Конечно, это так”, - ответил Майк, пожимая ей руку. “Я Майк”.


“Конечно, это так!”


“Хороший клуб”, - крикнул в ответ Майк, оглядываясь по сторонам.


“Это единственный хороший танцевальный клуб в Тимишоаре”, - крикнула Никки в ответ. “Все остальные закрыты. Правительство закрыло их. Сказали, что это незаконные бордели!”


“Так же и это”, - указал Майк.


“Ты заметил!” Сказала Никки, снова смеясь. Очень веселые глаза. “Видишь мужчину в углу?”


“Их там целая куча”, - указал Майк.


“Шелковый костюм, шелковая рубашка с расстегнутым воротом, золотая цепочка, Таня и Светлана ощупывают его под столом?”


“Понял”, - крикнул Майк.


“Нику Гогаса. Владелец клуба. Во всяком случае, говорит, что он владелец клуба. Двадцать евро, двадцать минут. Пятнадцать ему, пять мне. И все эти пять пойдут на погашение моего ‘долга’ за то, что он купил меня у человека, который меня изнасиловал. Или на еду или мою одежду, которые мне даже не нужны ”.


“Это отстой”, - отстраненно сказал Майк. Было ясно, что на самом деле он не слушал.


“Очень”, - сказала Никки, ее лицо внезапно стало жестким. “Но все остальные клубы, рядом с правительством”.


“Кое-кто прислушался к мнению правительства”, - сказал Майк, оглядываясь по сторонам.


“Клуб принадлежит албанцам”, - сказала Никки, поворачиваясь боком и сплевывая на землю самым неподобающим для леди образом. “ Прогоняй сюда шлюх. Привозите их отовсюду. Затем они уходят. ”


“Когда ты собираешься уходить?” Спросил Майк, мрачно глядя на нее.


“Скоро”, - сказала Никки, больше не смеясь. “В клубе всегда новые девушки. Это делает его лучшим в городе. Ушла бы, если бы могла. Не могу ”.


“Документов нет”, - сказал Майк. “Откуда ты?”


“Беларусь”, - сказала Никки. “Ты знаешь историю, верно? Ты бывал в подобных клубах, да?”


“Много раз”, - кивнул Майк. “Это была работа официанткой в Италии?”


“Забота о детях в Бельгии”, - грустно сказала Никки. “Я с нетерпением ждала этого”.


“Везде полный отстой”, - ответил Майк.


“Кажись, хороший парень”, - сказала Никки. “Как парень, который был у меня в Беларуси. Почему ты ходишь в такие клубы, как этот?”


“Познакомиться с такими хорошенькими девушками, как ты”, - сказал Майк.


“Нет”, - сказала Никки. “Глаза - это неправильно. Не смотреть на девушек, смотреть на мужчин. Не на геев. ”Брейкеры".


“ Вышибалы, ” автоматически поправил Майк.


“Это тоже”, - сказала Никки, протягивая руку и поворачивая его лицо к себе. “И разрушители”.


“Попался”, - ответил Майк. “Хорошая работа, если у тебя получилось”.


“Ты думаешь?” Сердито спросила Никки.


“Что бы ты сказал, если бы я сказал тебе, что ходил по магазинам?” Спросил Майк, поворачиваясь, чтобы снова посмотреть в пол.


Последовала пауза, и он посмотрел на девушку.


“Я бы сказала, возможно”, - призналась Никки. “Это то, чем ты занимаешься?”


“Возможно”, - сказал Майк. “Сколько с тебя?”


“Купить?” Сердито спросила Никки. “Ты думаешь, что можешь просто так купить столько водки?”


“Если бы я подошел к как там его, и предложил ему пять тысяч евро, как ты думаешь, что бы он сказал?” Спросил Майк, поворачиваясь, чтобы снова посмотреть на нее.


“Я думаю, твои двадцать минут истекли, вот что я думаю”, - сказала Никки, отворачиваясь.


“Я не хочу”, - сказал Майк, хватая ее за руку. “Сядь и поговори. У тебя есть еще пять минут. Не заставляй меня обсуждать это с руководством”.


“Ты бы так и сделала”, - сказала Никки, садясь и скрещивая руки на груди.


“Позвольте мне сказать это так, вы бы предпочли остаться и попытать счастья с албанцами или со мной?” Спросил Майк, обернувшись на движение и поняв, что это Рассел возвращается сквозь толпу.


“Я думаю, албанцы”, - выплюнула Никки.


“Плохая ставка”, - сказал Майк, когда Рассел сел. “Ну?”


“Подключены по максимуму”, - ответил Рассел. “Камера и, вероятно, звук”.


“Прямой эфир на скрытую камеру?” Спросил Майк. “Должно быть, это отталкивает клиентов”.


“Они были спрятаны”, - сказал Рассел. “Я заставил ее забраться наверх, чтобы я мог хорошенько осмотреться”.


“Ты не ходишь по магазинам”, - сказала Никки.


“Черт!” - рявкнул Рассел. “Она говорит по-английски?”


“Довольно хорошо”, - ответил Майк. “Продолжай”.


“Бронированная дверь с обоих концов”, - сказал Рассел, глядя на девушку. “Кабинки по бокам, занавески. Она была очень профессиональна, но все равно как-то неуверенно выполняла движения. Впрочем, она почти не плакала. Это шлюхи среднего уровня. Они все еще устраиваются. ”


“Ты ищешь более подготовленных?” Ехидно спросила Никки.


“Мы проводим исследование”, - сказал Майк. “О секс-торговле в Восточной Европе”.


“Конечно, ты прав”, - фыркнула Никки.


“Частично”, - сказал Майк. “И ты много болтаешь. У тебя из-за этого не будет неприятностей?”


“Все время”, - сказала Никки.


“Они хороши тем, что не оставляют шрамов”, - отметил Майк.


“Тебе следует заглянуть мне под волосы”, - сказала Никки. “И следы от уколов не очень заметны”.


“Попался”, - сказал Майк, вставая. “Пошли”.


“Не ходи туда”, - сказала Никки, отстраняясь. “Пожалуйста”.


“Пришло время узнать, чего ты стоишь”, - ответил Майк, таща ее к столу отделения интенсивной терапии.


Она выпрямилась и попыталась сделать вид, что ей понравилась эта идея, как только вышибала посмотрел в ее сторону, и почти сумела улыбнуться к тому времени, как они подошли к столику. Один из мускулов встал и протянул руку, чтобы остановить эту парочку, но Нику с интересом в глазах махнул им рукой, чтобы они шли вперед.


“Не возражаешь, если я присяду?” Сказал Майк, указывая на стулья, занятые женщинами.


“Нет”, - сказал Нику, мрачно взглянув на Никки.


“Хороший клуб”, - сказал Майк. “Очень классный”.


“Спасибо”, - сказал Нику, искоса взглянув на одного из мужчин в кабинке, а затем обратно. “Что я могу для вас сделать?”


“Сколько за это?” Спросил Майк, махнув Никки.


“На ночь?” - спросил сутенер, ухмыляясь. “Пятьсот евро. Она могла бы тебе это сказать. Я должен был сказать тебе это, ” добавил он, снова глядя на Никки, на этот раз с улыбкой, которая обещала боль позже.


“Нет, чтобы купить”, - сказал Майк. “Я на рынке”.


“Об этом, конечно, не может быть и речи”, - сказал Нику, слабо улыбаясь. “Это было бы сексуальным рабством. Эта молодая леди свободна приходить и уходить в любое время”.


“Конечно, она такая”, - сказал Майк. “Половина копов в городе подобрали бы ее для тебя, если бы она могла хотя бы выйти из клуба. Мы отыграли все положенные формы. Сколько? Время - деньги, мистер Гогаса.”


“А ты кто?” Спросил Нику, внезапно заинтересовавшись.


“Пьяный американец, который хочет купить секс-рабыню”, - безучастно ответил Майк. “Конечно. Что еще?”


“Много чего”, - сказал Нику, снова бросив взгляд вбок. Майк проигнорировал этот взгляд, но теперь он определил ”помощника" как нечто вроде контроля.


“Ну, на самом деле я парень, проезжающий мимо с группой девушек, предназначенных для продажи в Македонии”, - сказал Майк. “Особая продажа. Очень особенная. Я думаю, у нее бы все получилось”.


“И я могу верить в это или нет”, - ответил Нику.


“Ты бы поверил в пять тысяч евро?” Спросил Майк.


“Ха!” Сказал Нику, ухмыляясь. “Ты заставляешь меня смеяться. Я заработаю на ней больше, чем это, прежде чем ее продать”.


“Ты не продаешь ее”, - указал Майк. “Ты переводишь ее в сеть своего босса”. Он взглянул на ”партнера" и кивнул. “Верно?”


“И мы сделаем больше”, - холодно ответил мужчина. “Гораздо больше”.


“Может быть, а может и нет”, - сказал Майк. “Конечно, ты перевезешь ее через сеть, может быть, в Албанию, а затем в Италию. Затем в остальную Европу, возможно, в США или Великобританию. Но что произойдет на этом пути? Сколько девушек вы потеряете, начав отсюда? Какова ваша фактическая прибыль на одну девушку? Я знаю, что сделаю это. И вам больше не придется иметь дело с ее поддержкой. Или с возможным проигрышем. Рейз, фолд или колл. ”


“Четырнадцать тысяч”, - сказал Нику, взглянув на албанца с приподнятой бровью, на что получил кивок.


“Об этом не может быть и речи”, - отрезал Майк. “Может быть, половину этой суммы. Я могу выйти на улицу и купить любых четырех свободных женщин за эту сумму”.


“Но она обучена”, - отметил Нику. “Ее научили не пытаться сбежать, чего бы это ей ни стоило. И ее научили хорошо заниматься сексом. Хотели бы вы, чтобы она показала вам, как хорошо она сосет? Никки - очень хорошая сосуночка. Тринадцать - это очень разумная цена. ”


“Все это предполагается”, - указал Майк. “И расходы на твое обучение снижены”, - добавил он, указывая на мускулы. “Вы платите им из прибыли от бара, даже не считая денег, которые вы отмываете здесь”.


“Какие деньги?” сердито спросил албанец.


”О, прекрати это", - огрызнулся Майк. “Клубы - идеальное место для отмывания денег. Ты взял тысячу для прикрытия или десять тысяч? Откуда полиции знать? Разбавьте алкоголь и взимайте за него полную цену, затем посчитайте наценку. Затем есть девушки. Они делают десять трюков за ночь или двадцать? Вся разница между ними идет вам в карман. Сделай мне одолжение и не держи меня за идиота, ладно?”


“Хорошо”, - сказал албанец. “Но вы, должно быть, принимаете нас за идиотов. Вы приходите сюда с дерьмовой историей о продаже девушек в Македонии. Кому? Я знаю всех покупателей в Македонии ”.


“Я не знаю, к кому они отправляются после того, как с нашими особыми клиентами покончено”, - сказал Майк. “Я просто привожу их в дом в Македонии”.


“В отношении них были применены жесткие меры, ” нахмурившись, сказал Нику. “Большинство из них были закрыты”.


“Господи”, - сказал Майк, глядя на албанца. “Вы же не держите его здесь из-за мозгов, не так ли? Кто инициировал разгон?”


“ИФОР”, - сказал албанец, внимательно глядя на него. “И КФОР. А ты американский военный. Стрижка, телосложение. Их гребаный спецназ, да?”


“Так ты думаешь, они действительно расправились с нашим домом?” Спросил Майк.


“Вы покупаете для военных?” Спросил Нику, теперь уже по-настоящему сбитый с толку.


“Конечно, нет”, - сказал Майк, вздыхая. “Солдаты не могут позволить себе то, что мы продаем”.


“Вы зарабатываете черные деньги”, - сказал албанец, кивая и откидываясь на спинку стула. “Вы управляете домом, который собирает деньги, чтобы ваши военные могли делать то, за что ваше правительство не платит. То, о чем ваш парламент не должен знать, да? Двенадцать тысяч. Потому что американские военные были очень добры к моему народу ”.


Майку пришлось признать, что из албанца получился бы отличный писатель для демократического подполья. Конечно, в этом было больше грамма правды. Он действительно выполнял черную работу и занимался сбором средств. Ему следовало бы об этом подумать. Но он знал, что не продавал девушек. Конец экзистенциальной тоске, как сказал бы шеф.


“И для израильтян, да?” Сказал Нику, и наконец-то забрезжил свет.


“Есть вещи, о которых не принято говорить”, - сказал Майк с очередным вздохом. “Но давайте просто скажем, что финансирование "Моссада " было урезано еще в этом году, как раз тогда, когда мы действительно нуждались в том, чтобы они продолжали финансировать свой офис в Дамаске. Хорошо? И о тринадцати не может быть и речи. Мне нужно получать чертову прибыль, ясно?”


После пары рюмок и более чем одного выпитого они почувствовали, что договорились о конечной цене в десять пять долларов.


“И вы думаете, что получите от нее прибыль в Македонии?” - спросил албанец.


“За что мы предлагаем богатых ублюдков из Штатов и Японии?” Спросил Майк. “Еще бы”.


“У нас такие посетители”, - сказал албанец, все еще явно озадаченный. Так и должно быть; Майк плел чушь так быстро, что она была практически коричневым шелком.


“Послушайте”, - сказал Майк, качая головой. “Чем известны американские военные?”


“Разрушающие страны?” спросил один из мужчин.


“Очень хорошие бомбы?” Спросил Нику.


“Вторгнуться в любую страну, где есть нефть?” - спросил албанец, пожимая плечами. “Быть очень хорошим в убийстве людей и менее хорошим в их поиске?”


Ты просто подожди, ублюдок, подумал Майк.


“Ладно, все это”, - вот что он сказал. “Но главное, что здесь имеет значение, это то, что мы не разговариваем. Что происходит в доме, остается в доме. Точка, блядь, точка. Это то, на что могут положиться наши клиенты. У нас нет чертовых камер в кабинках. Черт возьми, у нас даже кабинок нет. У вас есть выбор из чего угодно, от шелковых спален до подземелий. И все пойдет, если у тебя есть наличные. Понимаешь? ”


“Я никогда не слышал об этом доме”, - сказал албанец, нахмурившись.


“Видишь? Теперь иди за своей одеждой, милая”, - сказал Майк, глядя на Никки. “Теперь ты моя”.


* * *


Как только они оказались на улице, а Майк и Рассел окружили шлюху по бокам, Майк наклонился к ее уху.


“Никки, ты действительно не хочешь убегать”, - прошептал он. “Не только из-за плохих вещей, которые ОИТ в конечном итоге сделает с тобой, если ты это сделаешь. Просто идите с нами, и вы не пожалеете ”.


“Значит, меня могут изнасиловать в подземелье богатые старики?” Спросила Никки, тяжело и учащенно дыша, когда они подошли к машине. Все, что у нее было, - это платье-тюбик и маленькая сумочка, в которую не вмещалось ничего, кроме косметики. Ему было интересно, куда делась одежда, которую она “купила”.


“Ну, это или албанцы, милая”, - сказал Майк. “И просто не задавай глупых вопросов, пока мы не найдем место для разговора, хорошо?”


“Кто ты?” - спросила шлюха.


“Как я и сказал”, - повторил Майк. “Заткнись. Рассел, сядь с ней сзади”.


“Мисс”, - сказал Рассел, открывая перед ней дверь. “Пожалуйста, не пытайтесь бежать. Если бы вы это сделали, мне пришлось бы вас удержать. Я бы постарался не причинить тебе вреда, но ты намного меньше меня и, вероятно, все равно пострадаешь.”


“Куда мне бежать?” - с горечью спросила она.


Глава пятнадцатая


Это была двадцатиминутная поездка в тишине до отеля, а затем еще три минуты молчания до найденных Майком номеров.


“Рассел, иди побеседуй с Вэннером”, - сказал Майк, постучав в дверь командного пункта. Он знал, что там будет по крайней мере несколько женщин-келдара. “Ему понадобится ваше мнение о планировке клуба”.


“О, Килдар”, - сказала Аниса, краснея. На ней было платье-труба и туфли на высоких каблуках, почти такая же униформа, как у Никки, хотя и другого цвета.


“Ты действительно любительница потаскушек”, - с горечью сказала Никки.


“Не совсем”, - сказал Майк, стараясь не улыбнуться смущению Анисы. “Тренируешься, Аниса?”


“Хммм, да, Килдар”, - сказала девушка, все еще яростно краснея и одергивая платье. Этот маневр почти позволил Майке увидеть сосок, что заставило ее покраснеть и отступить так быстро, что она чуть не ударилась задницей о чайник.


Катя была в комнате, одетая в джинсы, и Майк впервые увидел на ее лице то, что выглядело как настоящая, честная улыбка. На самом деле, все девушки Келдары были в комнате вместе с Оксаной, и еще трое были одеты в платья-трубочки и пытались встать на высокие каблуки.


“Много тренировался, Хлопкохвост?” Спросил Майк, расплываясь в улыбке. “Должен сказать, если бы я действительно продавал проституток, я бы неплохо на вас заработал, девочки”.


“Даже не шути об этом, Килдар”, - сказал Грезня, задыхаясь. “Мы слишком много слышали о том, что с ними происходит”.


“Извините”, - сокрушенно сказал Майк. “Кстати, о разных девушках, это Никки из Беларуси, которая до недавнего времени была шлюхой в клубе Nicu. Я хочу, чтобы вы высосали из нее мозги досуха. У нас уже есть карты?”


“Чертежи клуба, а также его жилого дома”, - сказал Грезня, вставая и подходя к столу, чтобы пролистать несколько листов. “Мы не уверены, куда он приобщает девушек или где хранит свои записи”.


“Ты не проститутка”, - сказала Никки, оглядывая девушек. Все девушки из Келдары нервно теребили свои платья. Она явно не была уверена, что и думать. Они были одеты как шлюхи и нервничали, как новенькие, но они определенно не выглядели так, будто боялись его.


“Я не любительница потаскушек”, - сказал Майк. “Я знаю, что у тебя есть склонность к болтовне, Никки. Даже если у тебя будет шанс, не болтай о том, что здесь происходит. От этого зависят жизни. Понятно?”


“Хорошо”, - сказала она озадаченно.


“Дамы”, - сказал Майк, оглядываясь по сторонам и стараясь снова не ухмыляться. “Я оставляю это на ваше усмотрение. И ... похоже, это хорошая тренировка!”


“Как неприятно и неудобно?” - спросила одна из девушек, пытающихся балансировать на шпильках. “Эти туфли причиняют боль”.


“Именно так”, - сказал Майк, направляясь к двери. “Хорошая тренировка!”


* * *


“Ты работала в клубе Nicu?” Спросил Грезня, усаживая Никки на край кровати с кока-колой.


“Да”, - сказала Никки, оглядываясь по сторонам. “Что это?” - спросила она, уставившись на Катю и Оксану. Она могла сказать, что в них было что-то другое.


“Нас наняли, чтобы найти девушку, которая работает в индустрии сексуального рабства”, - сказала Грезня. “Иногда нам приходится выдавать себя за проституток, вот почему девушки практикуются. Это была своего рода шутка; только Анисе пришлось это сделать ”.


“И я”, - сказала Катя, потягивая свой напиток, который явно был алкогольным. “Но я настоящая шлюха, такая же, как и ты”.


“А как насчет тебя?” Спросила Никки, глядя на Оксану.


“Ее собирались превратить в одну из них”, - ответил Грезня. “Вместо этого ее купили килдар”.


“Он немного опоздал для меня”, - с горечью сказала Никки.


“Он опоздает почти ко всем женщинам в округе”, - сказала Катя с легкой запинкой в голосе. “Он опоздал ко мне. Черт возьми, он использовал меня как одну из них. Все еще может. И того хуже. Я шлюха, почему бы и нет? Однажды став шлюхой, навсегда останусь шлюхой ”.


“Ты нечто большее”, - резко сказала Аниса. “Гораздо большее”.


“Как скажешь”, - ответила Катя.


“Привет, привет, вся банда в сборе”, - сказал Вэннер, входя в соседнюю дверь.


“Никки”, - сказал Рассел, кивая ей.


“Привет”, - сказала Никки, улыбаясь, увидев знакомое лицо, даже если это был Рассел.


“Нам нужно взглянуть на чертежи”, - сказал Вэннер, подходя к столу. “То, что набрасывает Рассел, не похоже на дизайн на бумаге”.


“Это не так”, - сказал Рассел, взглянув на чертежи. “Секс-кабинки находятся здесь, что показывает сплошную стену. Похоже, что они выбили дверь в эту секцию, вот сюда ”, - добавил он, указывая. “В этом месте раньше была пара складов; они переделали его ”.


“Никки, верно?” Сказал Вэннер, указывая на девушку. “Ты часто бывала в клубе?”


“Некоторые”, - сказала Никки, подходя и непонимающе глядя на схему. “Что это?”


“Это как карта здания, в котором находится клуб”, - ответил Ваннер. “Я знаю, это сбивает с толку, но не волнуйтесь. Мы расскажем вам об этом ...”


* * *


“Я надеюсь, у тебя есть кое-что для меня, Вэннер”, - сказал Майк на следующее утро, войдя в intel. “Я плохо выспался ночью, и дым из этого проклятого клуба убивает мои легкие”.


“Ну, по крайней мере, некоторые из нас немного поспали”, - ответил Вэннер. “Персонал блевал без отдыха, да? Да, у нас есть кое-что, но в основном это дерьмо”.


“Идите”, - сказал Майк, плюхаясь в кресло.


“Хорошо”, - сказал Вэннер, разворачивая чертежи клуба на мольберте. Они были сильно размечены, а некоторые участки были либо совсем не обозначены, либо отмечены пунктирными линиями, делающими приблизительные выводы. “Первая часть дерьма”.


“Я вижу”, - сказал Майк. “Они действительно переделали это здание. И я не понимаю, где они держат парней, наблюдающих за камерами безопасности”.


“Мы определенно установили, что это находится прямо здесь”, - сказал Вэннер, обводя рукой четверть более или менее квадратного здания, которое не было нанесено на карту. Вокруг него было несколько дверей, но внутри коробки ничего не было.


“Это плохо”, - сказал Майк.


“Становится все хуже”, - сказал Вэннер. “На всех входах установлены камеры. Никки видела охрану в полном снаряжении, и они тяжелые. Вплоть до РПГ”.


“Как хорошо”, - сухо сказал Майк.


“Они остаются в клубе, в казармах”, - сказал Ваннер, заглядывая в свои записи. “Но это в зоне безопасности. Девушки не заходят туда, чтобы обслуживать их. Отделение интенсивной терапии передвигается в составе колонны из трех автомобилей. Уходит поздно, возвращается поздно, около полудня. Иногда выезжает за город. ”


“По магазинам”, - сказал Майк.


“По магазинам”, - подтвердил Ваннер. “Его конвой пользуется несколькими маршрутами. Единственное место, где они пересекаются, - это его квартира и клуб. Иногда он приводит девушек, особенно новеньких, на квартиру. В квартире тоже повсюду установлена охрана. ”


“Все кончено?” Спросил Майк.


“Повсюду на первых этажах”, - сказал Ваннер. “Мы установили камеры в клубе и квартире”.


“Он ведет учет девушек?” Спросил Майк.


“Предположительно”, - сказал Вэннер. “Или кто-то знает. Но это должно быть в офисах ”. Он указал на точку на плане рядом с задней частью главного помещения клуба. “Чтобы попасть в офисы, у вас есть несколько вариантов. Пройдите через клуб, через общежитие для девочек, в котором очень строгая охрана, или пройдите через саму зону безопасности”.


“Нет”, - сказал Майк. “Ты мыслишь двумерно”.


“Крыша?” Недоверчиво переспросил Вэннер.


“На это стоит посмотреть”, - сказал Майк. “Мозговой штурм. Хорошо, конвой, несколько маршрутов. В клубе много случайных прохожих и усиленная охрана. В квартире много охраны. Записи в практическом хранилище. Никки рассказала тебе об албанце?”


“Парень, который на самом деле продал ее?” Спросил Ваннер. “Брами Дейти. Бывший офицер NLA. Заработал, сражаясь с сербами, заработал на сборе средств с помощью секса, рабства и наркотиков. Арестован за военные преступления, изнасилования и убийства женщин, в основном, связанных с NLA, никогда не привлекался к уголовной ответственности. Бельгийский контингент KFOR освободил его, и больше никто никогда не поднимал этот вопрос. Арестован в Греции за сутенерство, освобожден. Арестован в Бельгии по подозрению в перевозке женщин в аморальных целях и похищении людей. Две свидетельницы, шлюхи, исчезли. Дело закрыто. Тот парень? ”


“Где ты это взял?” Спросил Майк, кивая.


“Я вытащил список известных игроков и просмотрел фотографии Никки”, - сказал Вэннер. “Почти два часа, черт возьми. После этого все стало просто. У Интерпола на этого парня досье длиной с Албанию. Каким-то образом он всегда ускользает из сети.”


“Интерпол - воплощение европейской полицейской деятельности”, - сказал Майк. “Вся информация в мире и никаких реальных успехов в пресечении преступности. Нам нужно поработать над ним. Возможно, больше, чем в Отделении интенсивной терапии”.


“Он уехал прошлой ночью в колонне из трех бронированных ”мерседесов", - ответил Ваннер. “Возможно, завтра вечером мы сможем раздобыть что-нибудь еще. Если он появится”.


“Они нужны нам оба”, - сказал Майк. “Вместе. И нам нужны их записи”.


“Это означает уничтожение всего клуба, Килдар”, - сказал Вэннер, нахмурившись. “Ты же не об этом говоришь, не так ли?”


“Я не знаю”, - сказал Майк. “Я собираюсь подумать над этим. Найди мне способ проникнуть внутрь, не требующий стрельбы. Что угодно. Найди это. Если нам удастся затащить кого-нибудь внутрь, мы отправимся в другие места. Если не считать этого, у меня закончились идеи. Сегодня днем у нас будет встреча, чтобы обсудить идеи. Ты, я, Адамс, Соун, Рассел, Никки и пара женщин из Келдары.”


“Сойдет”, - вздохнув, сказал Вэннер.


* * *


Майк оглядел комнату, а затем посмотрел на бесполезный чертеж на мольберте.


“Никто?” спросил он. “Я имею в виду, я знал, что я в тупике, но вы все умные люди. У кого-то должна быть идея!”


“Что ж, я тоже в тупике”, - признался Адамс. “Но я знаю, как мыслить. Если вы не можете проникнуть легко, получите больше огневой мощи”.


“Я не призываю семьи разбираться с одним проклятым звеном в цепи”, - сказал Майк.


“Ну, я просто не из тех, кто любит ”Миссию невыполнима"", - ответил Адамс. “Vanner?”


“Я мог бы попытаться получить удаленный доступ к их компьютерам”, - задумчиво сказал бывший морской пехотинец. “У меня есть системы для этого. Стены на складе из старого русского бетона. Это довольно паршивый материал; обычно он довольно быстро разваливается. Но проблема в том, что он железобетонный. Вместо арматуры в нем пронизана проволочная сетка. Это действует как клетка Фарадея; никакие сигналы не выходят наружу. Я почти уверен, что там почти нет связи с мобильным телефоном. Я знаю, что не отвечал на звонки из Nicu или Bramji. ”


“А как же крыша?” Спросил Грезня. “Стены перестают подавать сигналы, но перестает ли крыша?”


“Проверено”, - вздохнул Вэннер. “Это металл. Останавливает их насмерть”.


“Я все еще не совсем уверена в том, что прочитала эту карту здания”, - неуверенно сказала Никки. “Но на ней есть кое-что, чего я не понимаю”. Она встала и подошла к чертежу, начертив раздел. “Что это?”


“На складе были подземные стоки”, - сказал Вэннер. “Это канализационный канал для них. Я посмотрел на это; там указано, что ширина всего три дюйма. Чертовски тонко для этой цели, но я полагаю, что во всем этом советская архитектура ”.


“Это выглядит крупнее”, - сказала Никки. “Это маркер?” добавила она, указывая на номер.


“Да”, - с любопытством сказал Вэннер. “Почему?”


“Это в дециметрах”, - указала Никки. “Три дециметра. Это примерно вот такого размера”, - указала она, разведя руки в стороны.


“Черт возьми”, - сказал Вэннер, вставая и подходя к карте.


“Пятнадцать дюймов”, - сказал Адамс. “Все еще чертовски маленький. Я бы не хотел пытаться загнать туда стрелков”.


“Нет”, - тихо сказал Майк. “Но ты можешь заставить кого-то или даже что-то взяться за это”.


“Она проходит под клубом”, - сказал Ваннер, проводя пальцем по линии. “И под офисами, и через комнаты девочек в службу безопасности. Вход с той стороны. Там обозначены водостоки”.


Майк подошел поближе и покачал головой.


“Там не было сливного отверстия”, - указал Майк. “Никки, это между баром и второй сценой. Там ведь нет отверстия, не так ли?”


“Нет”, - решительно сказала девушка.


“Они настелили над ними пол”, - уверенно сказал Ваннер. “Нику не был первым владельцем клуба, и, судя по документам, предыдущие владельцы были вынуждены продать его. Возможно, он даже не знает об этом. И один из стоков находится прямо под офисами. ”


“Что мы можем с этим сделать?” Спросил Майк.


“Позвольте мне пройтись по магазинам”, - отстраненно сказал Ваннер. “По крайней мере, я смогу отправить туда разведывательный зонд. Может быть, к концу дня”.


“Пригласите кого-нибудь из келдара в клуб”, - сказал Адамс. “Проведите их по кругу, собирая информацию. Им нужно будет держать рот на замке, а глаза открытыми”.


“Только мужчины или женщины тоже?” Спросил Грезня. “Девушек обучают сбору информации. Не такого типа, но они понимают концепцию”.


“Там было много посетителей, которые ходили туда просто потанцевать”, - отметил Майк. “Пошлите туда стрелка и одну из девушек-разведчиц в паре. Сколько девушек были бы готовы это сделать?”


“Большинство”, - сказал Грезня, улыбаясь. “Шатаясь, на высоких каблуках, да?”


“Им понадобится больше практики”, - серьезно сказал Майк. “Им нужно будет уметь танцевать на них”.


“Я пойду с Катей, она нам покажет”, - сказал Грезня, кивнув.


“Ладно, давай покончим с этим”, - сказал Майк. “Вэннер, сходи по магазинам. Возьми пару стрелков из Келдары и девушку, если она захочет пойти. Им нужно привыкать к городской жизни.”


“Сойдет”, - сказал Вэннер. Он достал блокнот и что-то писал в нем.


“Возьмите с собой Кайфолома”, - добавил Адамс. “Так он сможет отвечать на вопросы, пока вы ходите по магазинам”.


“Понял”, - ответил морской пехотинец.


“Грезня, поговори с девочками”, - сказал Майк.


“Я сделаю это, Килдар”, - ответила девушка.


“Это не план, но это начало”.


Глава шестнадцатая


Патрик Вэннер слишком мало спал и знал это. Тем не менее, он нашел в магазине все, что ему было нужно, и собрать все воедино оказалось относительно легко. Как только он собрал детали и составил план, он передал его Грезне. Девочки привыкли возиться с электроникой, и изменения в дизайне были относительно простыми. Во всяком случае, устройство было в основном полым и имело встроенное место для камеры. Все, что им нужно было сделать, это установить подобранные им детали, несколько черных ящиков, которые он всегда держал при себе на всякий случай, и выполнить системную интеграцию. Он погрузился в силовой сон.


Несмотря на все сказанное, он знал, что идея пришла ему в голову, когда он был в бессоннице. Другими словами, это может быть гениально, а может быть и абсолютной глупостью. Поскольку он не был уверен, кто именно, он тщательно избегал обсуждать это с Килдарами или Адамсом и поклялся Кайфолому хранить тайну.


Вот почему бывший Рейнджер был с ним в канализационном туннеле.


“Я думаю, ты перегнул палку”, - сказал Кайфолом, поднимая устройство в туннель над головой.


“Он спроектирован так, чтобы избегать стен”, - отметил Вэннер, проверяя результат работы устройства. “Все, что нам нужно сделать, это поместить его в туннель и отпустить. Это действительно идеально”.


“Это безумие”, - сказал Кайфоломей. “Даже если это сработает”.


“Если это глупо и это работает, то это не глупо”, - ответил Вэннер.


“Не цитируй мне ”Закон боя" Мерфи, - сказал Кайфоломей. “Не сейчас, когда я этим занимаюсь. Это заставляет меня задуматься, не делает ли меня таким же согнутым запах из канализации, как ты. ”


“Просто включите мотор”, - ошеломленно сказал Вэннер. “Я получаю хорошее изображение с камеры, а системы перехвата работают штатно”.


“О'кей”, - сказал Кайфоломщик, щелкая выключателем на основании штуковины.


“Так, начинается”, - сказал Вэннер, прикасаясь к кнопке управления.


Из туннеля раздалась серия звуковых сигналов.


“Только не говори мне, что ты не включал звук”, - сказал Кайфолом.


“Я почти уверен, что они этого не услышат”, - сказал Вэннер. “И нет, я забыл сказать девочкам”.


“Как будто они не знали об этом?” - спросил бывший Рейнджер.


“Эй, это келдара”, - сказал Вэннер, пожимая плечами. “Не то чтобы они часто ходили в кино. Они даже никогда не смотрели Звездные войны !”


Он нажал другую кнопку, и раздалась еще одна серия звуковых сигналов.


“Ты иди, R2”, - сказал Кайфолом, посмеиваясь.


И миниатюрная игрушка R2D2 начала пробираться вверх по туннелю в темноту.


* * *


“Где Вэннер?” Спросил Майк, входя на командный пункт. “Я просмотрел данные разведки, и его поблизости не было”.


“Немного поспать”, - сказала Грезня, вглядываясь в экран своего ноутбука. “Он установил систему перехвата под их офисами, и мы получаем информацию с их компьютеров. Кстати, проникновение через канализацию сработало.”


“Ты можешь взломать их базу данных девушек?” Спросил Майк.


“Пока нет”, - признался Грезня. “В данный момент они используют компьютер, и это требует слишком тонких прикосновений; нам придется подождать, пока Патрик проснется. Что мы делаем, так это получаем информацию, которую они видят. На данный момент это в основном финансовая информация. И мы получили их пароли, когда они ввели их. А отделение интенсивной терапии использует ноутбук с подключением к Wi-Fi. Он получил доступ к нему и обновил его, когда пришел в клуб, и мы извлекли из этого пользу. Он оставил его включенным, но не пользовался им, поэтому мы его удалили. Но в нем нет списка девушек, только ‘текущие проекты ’. ”


“Есть что-нибудь, что мы можем реально использовать?” Спросил Майк.


“Нет”, - признался Грезня. “Подождите, пока Патрик проснется. Он не спал всю прошлую ночь и сегодня”.


“Ладно”, - сказал Майк. “Я пойду побеспокою кого-нибудь еще некоторое время. Пришлите кого-нибудь за мной, когда он встанет и будет функционировать”.


* * *


Была почти полночь, когда Майка вызвали в разведывательный центр.


“У вас что-то есть?” Спросил Майк, глядя на группу, собравшуюся вокруг компьютеров.


“Вроде того”, - сказал Вэннер с гримасой. “У них, по их мнению, довольно хорошая охрана. Это не так хорошо, как они думают, но довольно неплохо”. Он развернулся на своем стуле и встал, разминая спину.


“В палате работают три разные компьютерные системы”, - сказал Ваннер. “Ноутбук отделения интенсивной терапии, компьютер, подключенный к Интернету, и удаленный компьютер без каких-либо внешних подключений. Их системы интернет-коммуникаций зашифрованы с помощью PGP, а компьютер оснащен тремя брандмауэрами, одним аппаратным и двумя программными. В аппаратном и одном из программных брандмауэров есть известные дыры. В третьем их нет. Это румынский текст, и если кто-то и нашел в нем пробелы, я не смог отследить информацию ”.


“Значит, мы все еще не в их компьютерах?” Спросил Майк.


“Не совсем”, - сказал Вэннер со вздохом. “Я попытался подсунуть троянца и получил удар. Сильный. Они чертовски близко отследили меня. Ну, на самом деле, они отследили меня. На университетский компьютер в США, на который я запустил троянца. Оттуда след простыл. Я не думаю, что это был кто-то в комнате; это был автоматический ответ. Но я уже определил, что нужной нам информации даже нет на этом компьютере. Она находится на компьютере без внешнего доступа. Нет никакого способа получить с него информацию, кроме как подключиться. Если я смогу установить связь с этим, я смогу выкрутиться примерно за десять минут. Но для этого мне понадобится не менее десяти минут за компьютером. И персонал в офисе работает круглосуточно. О, и еще одна огромная проблема, с которой мы постоянно сталкиваемся ”.


“Что?” Спросил Майк, вздыхая.


“Все на гребаном румынском”, - сказал Ваннер, пожимая плечами. “Ты читаешь по-румынски? Я нет. Мы используем автоматические переводчики. Ты знаешь, насколько они хороши”.


“А как же Никки?” Спросил Майк.


“Она говорит по-английски и по-русски”, - ответил Ваннер.


“Поднимите Рассела, девушку из Келдары и одного из стрелков из Келдары”, - сказал Майк после небольшого раздумья. “Пусть они пойдут и найдут уличную проститутку, которая говорит по-румынски и по-английски. Тоже читай. По которому никто не будет скучать. Верни ее сюда. Мы просто заберем ее с собой, когда будем уходить ”.


“Чертовски холодно, не так ли?” Недоверчиво спросил Вэннер.


“Мы заплатим ей”, - сказал Майк, пожимая плечами. “И придумаем что-нибудь получше, чем быть проституткой, когда закончим”. Майк скрестил руки на груди и снова посмотрел на чертеж. “Ты снова можешь заснуть?”


“Через некоторое время”, - сказал Вэннер.


“Хорошо, поспи еще немного. Мы проведем мозговой штурм еще раз утром. У меня есть намек на план; посмотрим, выдержит ли он проверку ”.


* * *


Когда Майк вошел в командный центр на следующее утро, там было новое лицо.


Девушке было за двадцать, худощавая, смуглая и привлекательная, но с очень жестким лицом.


“Килдар, это Раксандра”, - сказал Ваннер в качестве представления.


“Привет, Раксандра”, - сказал Майк, садясь. “Ее ввели в курс дела?”


“Да”, - сказал Рассел.


“И ты готова помочь нам, Раксандра?” Спросил Майк, приподняв бровь. “Я имею в виду, по собственной воле?”


“Я все еще сомневаюсь в этом”, - призналась Руксандра, мрачно глядя на него. У нее были действительно хорошие глаза на это. “Хотя я бы с радостью увидела Нику в аду. Одну из моих подруг подобрали его люди, и я больше о ней ничего не слышал. Затем ее тело нашли у берегов Италии. Оно долгое время находилось в воде, вероятно, было выброшено у берегов Албании. Другая девушка, она не хотела делать минет, да? Она пыталась укусить. Нику выбили передние зубы. Теперь она не кусается, да? Я был бы более рад помочь вам, если бы был уверен, что он умрет ”.


“Я думаю, что так и должно быть”, - сказал Майк. “Я проработал это более чем полудюжиной способов. Я пробегусь по нескольким из них.


“Способ первый. Мы находим одного из парней, который работает в офисе по вечерам, и можем накачать его наркотиками, чтобы он за кого-нибудь выдавал себя. Хватай его, подсаживай нашего парня, отсасывай компьютер, и наш парень выйдет ”.


“Добро пожаловать в ”Миссию невыполнима", - сказал Адамс, качая головой. “ Они говорят по-румынски, Майк.


“Да, это только одна из тысячи проблем”, - отметил Майк. “Второй способ - мы просто идем в лобовую атаку. У нас будет неожиданность. Мы можем заранее принести в комнату немного оружия. Я подозреваю, что Никки знает пару девушек, которые принесут нам вещи. Верно? ”


“Возможно”, - сказала Никки. “Их не подметают, когда они заходят через черный ход. И ничто не мешает им зайти в клуб”.


“Назначьте свидания с девушками за пределами площадки, обсудите это с ними, позвольте им сделать это, если они хотят, держитесь за тех, кто отказывается. Затем сильно ударьте спереди и сзади. Нападайте на Нику и албанца спереди, в то время как задняя команда отправляется за компьютерами. ”


“У нас было бы много жертв”, - сказал Адамс, нахмурившись. “Это была моя мысль. И я не хочу думать о беспорядке. Много погибших мирных жителей. Даже если бы келдара выбрали свои выстрелы, Нику бы этого не сделал. Если уж на то пошло, мы не уверены, что некоторые из девушек не сожгли бы нас. Мы могли нарваться прямо на засаду. ”


“Верно”, - сказал Майк. “Теперь вопрос в том, что, если дела пойдут плохо, что будут делать Нику и албанец?”


“Я бы сказал, направляйтесь либо в офис, либо в казармы службы безопасности”, - ответил Ваннер. “На заднем дворе есть еще машины. Я бы сказал, что если им придется, они убегут этим путем, а не через парадный вход. Рядом с его кабинкой есть дверь, которая ведет в коридор, ведущий в офис. Поверните налево, и вы окажетесь в зоне для девочек и казармах службы безопасности. Он ударит в эту дверь, если что-нибудь упадет. Затем либо пересидите в офисе, либо выходите через черный ход, чтобы сбежать. Есть три задних входа.”


“Нам нужен человек, который поднимется по туннелю”, - сказал Майк, закрывая глаза.


“Это чертовски мало для келдары”, - сказал Адамс. “Даже для девочек”.


“Да”, - сказал Майк. “Но Оксана подошла бы. Грезня, сходи за ней, будь добр, пожалуйста”.


Когда девушку привели в комнату, она была явно напугана.


“Все в порядке, Оксана”, - мягко сказал Майк. “Я попросил тебя прийти сюда, потому что мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для нас. Это будет тяжело, и это потребует от тебя смелости. Как ты думаешь, ты сможешь это сделать? ”


“На самом деле я не храбрая”, - честно призналась Оксана. “Я бы хотела быть такой, но я всегда испытываю страх”.


“Быть храбрым не значит не иметь страха”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Если у тебя нет страха, ты не можешь быть храбрым. Ты должен преодолеть страх, чтобы считаться храбрым. Как ты думаешь, ты сможешь преодолеть страх?”


“Я не знаю”, - сказала девушка. “Что тебе нужно? Ты хочешь, чтобы я была с мужчиной? Я не хочу быть с мужчиной”.


“Нет”, - сказал Майк, качая головой. “Это потребует физической храбрости по-другому. Вы когда-нибудь бывали в маленьком месте?”


“Да”, - сказала девушка. “Мне нравится в маленьком месте. Я чувствую себя в безопасности”.


“Это хорошо”, - сказал Майк, кивая. “Оксана, нам нужен кто-то, кто заполз бы в очень маленькое, очень грязное и противное место и положил туда кое-какие вещи. Вверх по туннелю”.


“Это...” - сказала девушка, затем сделала паузу. “Я не знаю, понравилось бы мне это”.


“Если ты сделаешь это, мы сможем ловить и убивать работорговцев”, - сказал Майк, наклоняясь вперед. “Я не знаю, сможем ли мы освободить больше таких девушек, как ты, но мы дадим им больше шансов. Некоторые из нас, вероятно, умрут, делая это. Если вы этого не сделаете, погибнут еще больше. Я действительно надеюсь, что вы это сделаете. Вы нам нужны. Очень ”.


Девушка мгновение смотрела на него, а затем склонила голову набок, глядя ему в глаза.


“Когда ты купил меня, ты очень плохо обращался со мной”, - сказала девушка. “Почему ты это сделал? Женщины Келдара, они говорят, что ты очень хороший человек”.


“Я очень плохой человек, который пытается быть милым”, - сказал Майк, не отворачиваясь. “Это правда. Я сделал то, что сделал, потому что, если бы я этого не сделал, мужчины в комнате заподозрили бы, что я не тот, за кого себя выдаю. Они бы сочли меня мягким, слабым человеком, который не мог быть работорговцем, потому что я был слишком милым ”.


“Тебе понравилось?” Спросила Оксана.


Майк долго смотрел на нее, затем пожал плечами.


“Да”, - просто ответил он, все еще глядя ей в глаза. Как будто в комнате было только два человека. “Я бы не сделал этого, если бы не был вынужден. Но, да. Я нехороший человек. Я очень, очень плохой человек, который большую часть времени предпочитал быть милым. Я делаю много вещей, которые направлены на то, что я называю ‘добром’. Но многие из них очень плохие, как то, что я сделал с тобой. Я делаю это по веским причинам. Но моей плохой стороне это очень понравилось ”.


“Ты говоришь мне это, даже если хочешь, чтобы я что-то для тебя сделала”, - удивленно произнесла девушка.


“Если ты сделаешь это, ты будешь как солдат, который работает на меня”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Я должен быть честен со своими солдатами, с моими войсками. Я должен быть честен и лоялен с ними, как они честны и лояль-ны со мной. Если я этого не сделаю, это не сработает. Я показал им свою плохую сторону и свою хорошую. Они предпочитают верить, что в глубине души я хороший человек. Я с ними в этом не спорю. Может быть, они правы, а я ошибаюсь. Но то, что я делаю, в такой же степени компенсирует мою плохую сторону, как и по любой другой причине. Возможно, это делает меня хорошим. Я не знаю. Все, что я знаю, это то, что я должен быть честен ”.


Девушка еще мгновение смотрела на него, а затем отвела взгляд и выдохнула.


“Да, я сделаю это”, - ответила она. “Но вы платите своим солдатам, да?”


“О, не волнуйся”, - сказал Майк, ухмыляясь. “Тебе заплатят”.


“Хорошо”, - сказала девушка. “И я могу оставить это себе?”


“Ты сможешь оставить это себе”, - сказал Грезня, глядя на Майка со странным выражением лица.


“Две тысячи евро за это задание, и с сегодняшнего дня ты переходишь на оперативное жалованье разведки базы Келдара”, - сказал Майк. “Грезня, теперь она в твоем отделе”.


“Хорошо”, - ответила Грезня. “Я могу использовать другую девушку, которая действительно знает, как пользоваться высокими каблуками”.


“Действительно, хорошо”, - отстраненно сказал Майк. “Ладно, Вэннер, мне нужно, чтобы большинство стрелков были отстранены от работы в разведке. Разберись с этим. Адамс, мы с тобой разработаем план вступления. Нам также понадобится место для репетиций ”.


“Я попрошу нескольких девушек поискать это”, - сказал Ваннер. “Именно они нашли склад в Кишиневе”.


“Сколько у нас с собой Semtek?” Спросил Майк.


“Около шестидесяти килограммов”, - сказал Адамс.


“Нам понадобится большая часть этого”, - ответил Майк. “И нам понадобятся какие-нибудь пригодные для полевых работ CS”.


“Я добавлю это к своему списку”, - сказал Вэннер.


“Шеф, в мою комнату через пятнадцать, принесите все карты и обновленные данные разведки”, - сказал Майк, кивая. “А Оксана?”


“Да… Килдар?” - спросила девушка.


“Спасибо вам”.


Глава семнадцатая


Пару часов спустя Майк посмотрел на шефа полиции и пожал плечами.


“Думаешь, это сработает?”


Они снова и снова работали над дизайном клуба, но в итоге модифицированный метод грубой силы был всем, что они смогли придумать. И даже это означало поставить на кон некоторые “принципы”. Если бы они облажались, келдара, скорее всего, оказались бы в очень глубокой яме. С другой стороны, лично Майку, вероятно, было бы все равно.


“О, это сработает”, - сказал Адамс. “Мне интересно, стоит ли оно того. Мы потеряем людей. По крайней мере одного, возможно, троих”.


“Так мы делаем это ради денег?” Спросил Майк. “Или мы делаем это ради миссии, что бы это ни значило?”


“Или мы делаем это потому, что нам просто любопытно, куда ведет след?”


“Это тоже”, - признал Майк.


“Вы многим рискуете из-за любопытства”, - сказал Адамс.


“Если бы это было просто любопытство, я не думаю, что стал бы”, - признался Майк. “Я бы просто отступил и сказал сенатору, что след слишком остыл. Но я делаю это не из чистого любопытства или ради ‘миссии’. И, конечно, я бы не стал платить два или три келдара за пять миллионов. У меня странное чувство, что эта маленькая украинская шлюха намного важнее, чем сенатор был готов признать ”.


Он поднял глаза, когда раздался стук в дверь, и накрыл планы титульным листом.


“Придите”.


Грезня вошел в комнату и огляделся.


“Надеюсь, я не помешала”, - сказала она.


“Мы почти закончили”, - ответил Майк.


“Я тут кое о чем подумала”, - сказала женщина, глядя на вождя.


“Я должен пойти и начать набирать войска”, - сказал Адамс, вставая с папкой в руке. “Вы двое поговорите”.


Когда вождь ушел, Грезня сел и задумчиво посмотрел на килдара, затем нахмурился, когда тот улыбнулся.


“Что?”


“Я как раз думал об изменениях в Келдаре с тех пор, как я вступил во владение”, - сказал Майк, все еще улыбаясь. “Они хотели выгнать Лидию и Ирину из "Семей" за то, что они были наедине с мужчиной, хотя в машине было четыре человека и это была неотложная медицинская помощь. И посмотри на себя сейчас. Не говоря уже о том, что они были готовы фактически вышвырнуть шефа на приватную беседу.”


“Я понимаю юмор”, - сказал Грезня, наконец улыбнувшись.


“Так что плохого в том, как я обошелся с Оксаной?” Спросил Майк.


“Ты уверен, что это оно?” - спросила девушка.


“Ага”, - сказал Майк. “Я видел твой взгляд”.


“Мне просто интересно...”


“Что я с ней сделал?” Спросил Майк с суровым выражением лица.


“О, нет, это она мне сказала”, - сказал Грезня. “И я сказал почти то же самое, что ты сказал ей. За исключением той части, что ты злой. И я не был уверен, что ты на самом деле чувствовал по этому поводу. Но… то, как ты с ней разговаривал. Как ... ”


“Откуда я знал, что с ней нужно так обращаться?” Спросил Майк, откидываясь назад. “Я задавал себе тот же вопрос. Я не был уверен, манипулирую я ею или нет. Но я чувствовал, что должен относиться к ней так, как будто она что-то значит. Потому что это так. Как к человеку и как к члену команды ”.


“Я думаю, это все”, - сказал Грезня, улыбаясь. “Вы относитесь к людям как к человеческим существам, независимо от того, кто они. Вот почему мы вас любим”.


“Это немного сильно сказано”, - сказал Майк. “И я много раз относился к людям как к вещам. Я делаю это прямо сейчас, просматриваю планы, зная, что некоторые из келдара погибнут в этом рейде. И я делал это с женщинами много раз раньше ”.


“Но вы говорите с молодой девушкой так, как будто она самый важный человек в мире”, - сказал Грезнья. “Никто никогда не обращался с ней так, как будто она была важной персоной. Вы относитесь к нам, женщинам Келдары, так, как будто мы важны. В семьях мы так же важны, как наши матки и "женская работа", которую мы выполняем ”.


“И это манипуляция?” Спросил Майк. “Не переспрашивай меня. Я не знаю. Все, что я знаю, это то, что есть люди, которые важны для моей миссии. И я отношусь к ним именно так. Какой бы ни была миссия. Однако, как только они становятся членами команды, они всегда остаются членами команды. Если бы я завтра обращался с тобой так, как будто ты ничего не значишь, то в следующий раз, когда ты понадобишься мне, в следующий раз, когда ты понадобишься миссии, я не смог бы зависеть от тебя. Я предполагаю, что это манипуляция. Но это также включает в себя лояльность. ” Он сделал паузу и пожал плечами, ухмыляясь. “Назовем это военным лидерством”.


“Теперь я знаю, что Оксана умнее меня”, - сказала Грезня, задумчиво глядя на него.


“Почему?” Спросил Майк.


“Потому что я должен согласиться с ней. Вы оба сумасшедшие и очень страшные. Но я все равно последую за тобой, куда бы ты ни повел, Килдар”.


“Да, но прав ли я?” Сказал Майк, пожимая плечами. “Я должен задуматься обо всей этой миссии; мы никак не сможем получить нужные нам данные из клуба без каких-либо жертв”.


“Мы - келдара”, - сказал Грезня, пожимая плечами и отводя взгляд. “Ты - килдар. Мы последуем за тобой, куда бы ты ни повел”.


“Но...” Сказал Майк, отметив язык тела.


“На самом деле нет никаких ‘но’, ” сказал Грезня, вставая. “Что касается остального… Я думаю, тебе следует поговорить с Соуном”.


“Почему?” Спросил Майк.


“Потому что я леди и не могу использовать эти слова”, - сказала Грезня, кивая и выходя.


* * *


“Килдар”, - сказал Соун, не отрывая взгляда от MP-5, который он сломал на кровати.


“Грезня сказал, что я должен поговорить с тобой”, - ответил Майк, устраиваясь в кресле. “О миссии”.


“Она упомянула об этом”, - сказал Соун, по-прежнему не поднимая глаз. “Хотя я вроде как ожидал, что это будет завтра”.


“К сожалению, завтра мне нужно будет выполнить задание полностью”, - сказал Майк, вытягивая ноги, когда Келдара начал собирать автомат. “Итак, что ты думаешь? Я не обещаю прислушаться к вашим рекомендациям, но мне нужны некоторые соображения.”


“Вперед”, - сказал Соун, пожимая плечами и закрывая ружье. Он поднял дыру домкратом и заглянул в нее, убедившись, что в патроннике нет патрона.


“Почему?” Спросил Майк. “Я имею в виду любопытство, конечно. И у меня такое чувство, что в Вашингтоне есть что-то очень подозрительное, но я не могу быть уверен, пока не пойду по следу, ведущему к гнили. Но мы будем нести потери, Соун. Скорее всего, они будут стрелками. Но всегда есть вероятность, что это будет одна из дам. Или я, или Адамс. ”


“Вперед”, - сказал Соун, наконец подняв глаза. Пристальный взгляд заставил Майка сделать паузу. У каждой из команд была ... назовем это индивидуальностью, которую они унаследовали от своих лидеров. Команда Олега была грубой и неумолимой, как танк, проходящий сквозь стену. Команда Вила зависела от скорости и изящества, изящество превыше силы. Команда Соуна, однако, была вдумчивой. Не то чтобы они не могли действовать жестко против плохих парней, но они были склонны обдумывать свои действия, тратить немного времени на раздумья, прежде чем действовать против других. Это могло занять всего лишь долю секунды, но результат обычно был умнее и жестче , чем у других команд. Команда Соуна участвовала в ротации для этой миссии, но Майк был рад. Эта миссия потребовала гораздо больше размышлений и гораздо меньше “неумолимости”, чем мог бы выдержать Олег. Команда Sawn была хорошим выбором.


Все эти мысли, все эти размышления пришли от Соуна. Фермеры не стремились создавать философов, но Соун был близок к завершению, когда появились келдара. У него была глубина, которой не было у Олега, Вила, Падрека и других. И эта глубина оказалась наполнена немалой долей гнева.


“Есть несколько причин”, - продолжил Соун, снова опустив взгляд на оружие в своей руке. “Это первая настоящая миссия, за которую взялись келдара. Если вы уйдете, даже по той причине, что хотите приютить нас, это повлияет на наше доверие. О, не совсем, но мы будем вынуждены усомниться, взяли бы вы команду американцев, если бы доверяли им ... ”


“Но ...” Сказал Майк, остановившись, когда Соун поднял руку.


“Я назвал несколько причин, Килдар”, - сказал руководитель группы, поднимая глаза и натянуто улыбаясь. “Это всего лишь одна и наименьшая. Вторая причина - это то, что ты сказал. Америка, Вашингтон, влияет на весь мир. Мы не осознавали, до какой степени спрятаны в нашей долине. Но теперь, когда мы выглядываем из своей норы, снова смотрим на мир, Америка влияет на все . Если это… зло существует где-то рядом с ядром вашего правительства, найти его важно. Для вас, для Америки и для келдара. Не выкопав гниль, мы не можем знать, навредит ли это нам. Но знать, что гниль есть, не выкапывая ее… Это как зуб, которому ты позволяешь гноиться. Со временем это убьет тебя ”.


“Хорошо, я куплю это”, - сказал Майк, нахмурившись. “Я виноват, что втянул тебя в это”.


“Ты килдар”, - сказал Соун, внезапно позволив своему гневу проявиться. “Это не наш ужас, не наш позор, что мы своих бойцов, охранников, это наша честь , Kildar. Мы разделяем с вами опасность, охотно и даже с радостью. Вы снова оказали нам честь. И по мере того, как вы приобретаете более опасных и могущественных врагов, наш статус повышается ”.


“Ладно, этот немного ... извращенный”, - сказал Майк, посмеиваясь. “Но я вроде как понимаю. Если ты собираешься верить в путь воина, ты должен верить до конца”.


“И последнее”, - сказал Соун, вставляя магазин в оружие. “Это ... ремесло. Оно бесчестит всех нас”. Он повернулся, посмотрел в окно на город и покачал головой. “Наших женщин украли, Килдар. Когда мы были слабы, когда у нас ничего не было и уж точно никакого оружия, люди, которые думают, что они воины, напали на нас и обращались с нами как с крестьянами. Мы не крестьяне, Килдар. Нам приходилось делать то, что мы делали годами, столько лет, что даже мы не осознавали, пока ты не пришел к нам. Но мы не крестьяне, килдар и эти люди, занимаясь этим ремеслом, обесчестили наши земли, наши дома”.


Он снова повернулся к Майку, и его глаза горели от гнева, когда он вставлял патрон в патронник.


“Даже не думай поворачивать назад, Килдар”, - сказал Соун, стиснув зубы. “Я бы хотел, чтобы мы могли убить их всех. Убивайте их до тех пор, пока Всеотец не закричит в ужасе и солнце не зальется кровью. ”


* * *


“Это действительно очень страшно”, - сказала Оксана, глядя на дыру.


“Вы можете это сделать”, - ответил Рассел, укладывая упаковку в тубус. “Я знаю, что не могу”, - добавил массивный сержант с усмешкой. “Ты просто толкаешь пакет вверх по туннелю, пока я не скажу тебе остановиться, а затем возвращаешься обратно. Если ты застрянешь, я вытащу тебя с помощью веревки ”.


“Хорошо”, - сказала Оксана, стараясь не дышать.


“Ты всю дорогу будешь на связи”, - сказала Ванда. Женщина-келдара возилась с коробкой приемника телефонной гарнитуры, которая была на Оксане. “Медленно сосчитай до пяти”.


“Один, два, три, четыре, пять”, - сказала Оксана.


“Ты меня слышишь?” Спросила Ванда. “Я имею в виду, в твоем наушнике?”


“Да”, - ответила Оксана.


“У нас все в порядке”.


“Ладно, Оксана”, - сказал Рассел, положив одну руку ей под плечо, а другой обхватив нижнюю часть бедра. “Поднимайся”.


Хотела она того или нет, Оксану подняли к трубе.


“Засунь свои руки внутрь”, - сказал Рассел. “Надави на пакет. Я подтолкну тебя к первой части”.


Когда Оксана положила руки на внутреннюю поверхность трубки, она почувствовала, как ее мягко, но твердо вдавили в отверстие. Посылка лежала прямо в отверстии, но, вытянув руки, она легко смогла протолкнуть ее перед собой.


Кто-то нашел костюм из странного, скользкого материала под названием “Тайвек”, который покрывал ее с головы до ног. Это было мило с их стороны, поскольку внутри туннеля было очень грязно. И несколько солдат келдара дали ей накладки на локти и колени и кожаные перчатки с грубыми ладонями, чтобы они помогали ей ползти. Она полагала, что самое меньшее, что она должна сделать, это продолжать идти.


“Ты там, Оксана?” Спросила Ванда.


“Я здесь”, - сказала Оксана. “Я ползу вперед”.


Туннель был очень тесным; она едва могла двигать руками, но могла отталкиваться ногами и немного тянуть. Шаг за шагом, толкая пакет перед собой, она продвигалась по туннелю.


“Здесь не так много воздуха”, - сказала Оксана, тяжело дыша.


“Притормози немного”, - сказала Ванда. “У нас есть несколько часов, чтобы сделать это. Не напрягайся, и тебе не понадобится так много воздуха. Итак, ты с Украины? Откуда?”


“Я выросла в детском доме в Кременчуге”, - сказала Оксана. “Это было не очень приятно”.


“Мне жаль”, - сказала Ванда. “Разве тебе ничего не нравилось в детстве?”


“Там был сад, куда нас иногда водили”, - сказала Оксана, снова медленно продвигаясь вперед. “Весной и летом там было очень красиво. Но в приюте этого было немного. Даже на том месте, где мы играли, не было травы, только какие-то сорняки.”


“Ты знаешь, чем хочешь заниматься, когда вырастешь?” Спросила Ванда.


“Я думаю, что хочу стать фотомоделью”, - сказала Оксана. “Я вижу их фотографии в журналах, и они все такие красивые”.


“Я полагаю, это цель”, - с сомнением сказала Ванда. “Ты когда-нибудь думал стать садовником ...?”


* * *


Соун оглядел вестибюль посольства. Охранник на входе, румынский охранник, направил его в визовый отдел. Но на самом деле он был здесь не для этого. Однако, как его проинструктировали, в вестибюле находились двое морских пехотинцев в парадной форме, стоявших по стойке смирно. Он подошел к одному из них, у которого было больше нашивок.


“Охранник на воротах сказал мне, что я здесь за визой ...” Сказал Соун.


“Визовый отдел дальше по коридору, сэр”, - сказал капрал, указывая. “Добрый день”.


“Я здесь не за визой”, - сказал Соун. “Я курьер начальника станции. Пожалуйста, направьте меня в безопасный пункт, чтобы дождаться разрешения. Код Килдар Семь Три Один два”.


* * *


“Интересный допуск”, - сказал человек за столом, глядя на свой экран безопасности.


“Да, сэр”, - сказал Соун. “Я не знаю. Я всего лишь курьер”.


“Ты глава команды килдар”, - сказал мужчина, глядя на него. “Соун Макани, глава команды Соун. Есть даже твоя не очень хорошая фотография.”


“Я бы ничего об этом не знал, сэр”, - ответил Соун.


“Я уверен, что вы бы этого не сделали”, - улыбаясь, сказал начальник резидентуры ЦРУ. “Каковы будут ваши приказы?”


“Меня направят к безопасной консоли”, - сказал Соун. “Я должен ввести пароль и вставить файл с диска. Я должен запустить программу уничтожения файла, а затем передать файл в точку записи для записи. Мне описали все шаги. ”


“Я уверен”, - сказал начальник участка, облизывая щеку. “На прошлой неделе в Кишиневе произошло исчезновение человека. Работорговец”.


“Я не совсем уверен в том, что вы говорите, сэр”, - сказал Соун, выглядя искренне озадаченным.


“И сообщение о том, что через город проезжала группа грузин”, - указал начальник участка. “Мужчины перевозили женщин в Македонию, если я правильно помню, с целью проституции. Я не думаю, что здесь есть какая-то связь?”


“Я бы не смог сказать, сэр”, - ответил Соун.


“Так где же килдар?”


“Я не совсем понимаю, о чем вы просите, сэр?” Сказал Соун. “Могу я просто загрузить сейчас?”


“Парень, который передал тебе пакет. И твои инструкции”.


“Меня им дал человек с улицы и заплатил деньги”, - ответил Соун. “Могу я загрузить сейчас?”


“У нас здесь будет исчезновение?”


“А теперь мне пора идти”, - сказал Соун, вставая.


“Сядьте”, - рявкнул начальник станции. “Вы находитесь в посольстве, в охраняемой секции. Вы выходите, когда я вам скажу выходить!”


“Да, сэр”, - сказал Соун, садясь. “Разрешите говорить свободно, сэр?” Его акцент, по-видимому, исчез.


“Да”.


“Вы действительно не хотите задавать вопросы, сэр”, - ответил Соун. “Вы действительно не хотите никогда видеть меня, когда-либо слышать имя Килдар, когда-либо думать о каких-либо связях. Нет, если вы цените свою карьеру, сэр. Потому что, сэр, килдар предназначен для очень высокопоставленных американцев, сэр. О том, что он здесь, вам нужно забыть. Если что-нибудь случится, вам не нужно устанавливать связи, сэр. Или очень высокопоставленный американец будет очень расстроен, сэр. Мне сказали передать это вам, сэр, килдар, которые, да, передали мне посылку, сэр. И обратите внимание, что все, что ему нужно сделать, это позвонить, и вы обнаружите, что Румыния гораздо приятнее, чем Гана или Бенин, сэр. Честно говоря, я даже не знаю, где находятся Гана или Бенин, сэр, но я думаю, вы предпочли бы быть в Румынии, не так ли?”


Лицо начальника станции из красного от гнева стало белым, а затем снова покраснело.


“Ты, маленький засранец, ты не можешь просто так войти сюда...”


“Сэр, это номер телефона”, - сказал Соун, набирая номер. “Вы не могли бы позвонить, сэр?”


“Что это?” - спросил начальник станции, глядя на листок бумаги. Это был номер в Вашингтоне, и, судя по бирже, он принадлежал Пентагону. Там был даже код скремблера. Гребаное министерство обороны, конечно, получает информацию.


“Пожалуйста, позвоните, сэр, или позвольте мне уйти”, - сказал Соун, склонив голову набок. “Ваш выбор”.


Начальник участка какое-то время надменно смотрел на него, а затем снял трубку защищенного телефона.


* * *


“Пирсон”.


“А ты кто?”


Полковник Боб Пирсон посмотрел на свой телефон. Звонок шел из офиса начальника резидентуры ЦРУ в Бухаресте, Румыния. Он даже не знал, что такое существует.


“Это полковник Роберт Пирсон, Управление связи со специальными операциями. И с кем я говорю, сэр?”


“Это Джаспер Уэзерби, я начальник резидентуры ЦРУ в Бухаресте. У меня в офисе молодой человек, который хочет воспользоваться нашей охраняемой комнатой, чтобы отправить сообщение от кого-то по имени Килдар”.


“У него есть коды?” Спросил Пирсон.


“Да, я проверил базу данных, и он один из руководителей команды персонажа Дженкинса”.


“Тогда пусть он отправит сообщение”, - сказал полковник, нахмурив брови. “В чем проблема?”


“Проблема, полковник, в том, что у меня на участке происходит нечто похожее на мошенническую операцию DIA black! Я видел данные на Дженкинса, и я не хочу быть тем, кто расхлебывает этот бардак! ”


“О”, - ответил Пирсон, улыбаясь и откидываясь на спинку стула. “Итак, вы говорите, что не собираетесь позволять ему пользоваться вашими охраняемыми помещениями, потому что не хотите, чтобы Майк был на вашем участке. Я это вижу. Вот что я тебе скажу, просто пусть Келдара вернется к Майку и скажет ему это. Это не проблема, я это гарантирую. Майк тебя больше не побеспокоит ”.


“Позвольте мне внести ясность, полковник”, - жестко сказал Уэзерби. “Я хочу, чтобы он убрался из Румынии. Немедленно”.


“Я передам это”, - ответил Пирсон. “Послушайте, я уверен, что вы заняты, и я знаю, что я занят. Просто отправьте Келдару обратно и забудьте об этом”.


“Очень хорошо, полковник”, - сказал Уэзерби. “Спасибо”.


“Не проблема”, - сказал Пирсон. “До свидания”.


* * *


“Я не буду спрашивать, что вы делаете в Румынии”, - сказал Пирсон по защищенной связи.


“Ты не получил сообщение?” Недоверчиво спросил Майк.


“Начальник участка сорвался, и я попросил его отправить твоего неназванного Келдару обратно”, - сказал полковник. “Он должен быть в пути. Скажи ему, что ничего особенного. Я пришлю курьера. Где ты?”


“Ты же не хочешь, чтобы этим занимался кто-то, кто не уверен на сто процентов, Боб”, - натянуто ответил Майк. “Ты действительно, действительно не хочешь. Я думаю ... нет, я знаю, что меня обманули. В сообщении излагалось все на сегодняшний день и более или менее спрашивалось, хочет ли сам-знаешь-кто, чтобы я пошел домой, поджав хвост, и обсудил это с человеком, который меня послал, или продолжать идти ”.


“Ты ведешь себя так сдержанно, что это пугает”, - сказал Пирсон.


“Я не хочу закончить карьеру на C-Span, Боб”, - ответил Майк.


“Это действительно пугает”, - сказал полковник, выдыхая. “Мне нужны эти данные”.


“Чертовски верно”, - сказал Майк.


“Если Соун не зашел слишком далеко, пусть остынет в посольстве”, - задумчиво сказал Пирсон. “Мне нужно сделать несколько звонков”.


* * *


“Мистер Макани?” - вежливо позвал морской пехотинец. “Не могли бы вы пройти со мной, пожалуйста?”


“Могу я спросить, куда мы направляемся?” Так же вежливо спросил Соун.


“Управление военной связи”, - ответил морской пехотинец.


Когда они шли по офису, Соун увидел начальника участка, идущего в противоположном направлении. С ним были два морских пехотинца. Один из них нес коробку, в которой, по-видимому, находились личные вещи, в то время как другой незаметно, но безошибочно сопровождал его.


“Это возмутительно!” - рявкнул начальник участка, подходя к Соуну.


“Сэр, вам приказано хранить молчание”, - решительно сказал следовавший за ним морской пехотинец. “Дальнейшая попытка заговорить потребует, чтобы мы уважительно отнеслись к вам, сэр”.


Начальник участка открыл рот, чтобы ответить, но затем закрыл его.


Соун проигнорировал побочный ход, за исключением того, что вежливо отошел в сторону, пока их не пропустили.


“Спасибо”, - сказал сопровождавший его морской пехотинец. “В следующем коридоре поверните направо”.


“Я подумал, что не стоит спорить в коридоре”, - ответил Соун, сворачивая за угол.


“О, спасибо и за это”, - сказал морской пехотинец. “Но я имел в виду избавиться от этого парня. Он был настоящим говнюком. Я бы с удовольствием спросил, что все это значит, но я знаю лучше.”


“Причина, по которой я здесь, заключается в том, что мы не уверены”, - признался Соун, входя в Офис военной связи.


Глава восемнадцатая


Официальное время его увольнения давно истекло, но Боб Пирсон даже не был уверен, что это значит. Как правило, эта работа включала в себя шестнадцатичасовой рабочий день, доходивший в плохие времена до шестидесяти. Военные задолго до этого научились считать “дни” как период между одним крепким сном и следующим и игнорировать такие вещи, как восход и заход солнца. И он боялся, что это был один из тех “плохих” времен. Когда Майк стал таким занудой по телефону, значит, он наткнулся на что-то горячее. И упоминание C-Span означало, что он боялся, что это взорвется.


Итак, он сидел и постукивал подушечками пальцев друг о друга, гадая, что же вот-вот поступит на защищенный сервер.


SIPARNET был военным интернетом. Созданный подобно гражданскому Интернету, он был полностью отделен и передавался только по защищенным линиям. Теоретически, его нельзя было взломать. Господь знал, что военные пытались сохранить все таким образом, очень старались. И до сих пор утечек информации не было. Но всегда бывает в первый раз. Пирсон наполовину предполагал, что они, возможно, захотят передать данные обратно в Штаты. Но Майк, должно быть, решил, что это критично по времени.


Его почтовый ящик зазвенел, и он со вздохом нажал на сообщение.


Мгновение спустя, после второго “Твою мать!” он поднял трубку защищенной линии связи с офисом министра обороны. Разговор обещал быть долгим.


“Это Пирсон из ”СОЛО", - сказал он. “Мне нужно поговорить с секретарем. Сейчас же”.


* * *


“У нас больше нет времени для нашего прикрытия”, - заметил Адамс, когда Келдара снова спустилась с балкона по веревке.


“Ну, я бы сказал, что мы на связи”, - ответил Майк. “Хотя я надеюсь услышать что-нибудь от Пирсона”.


“Таким образом, Надзия повсюду ходит за вами со спутниковым телефоном”, - сказал шеф, глядя на девушку-келдару. На ней было короткое платье и больше косметики, чем он когда-либо видел на женщинах-келдара.


“И она создает обложку”, - сказал Майк.


“Кстати говоря, мой прах не вывозили уже несколько дней”, - отметил Адамс.


“Будьте сдержанны и умны”, - ответил Майк, когда запищал спутниковый телефон.


“Килдар”, - сказала Надежда, подходя.


“Дженкинс”, - сказал Майк, как только надел наушники.


“Одобрено”, - сказал Пирсон. “Найдите девушку и соберите всю возможную информацию. Вы, вероятно, можете догадаться, насколько высоко это зашло”.


“Я так понимаю, что это произошло только по одной цепочке”, - сказал Майк.


“Абсолютно”, - ответил Пирсон. “И ни у кого на самом деле не было разговоров. Ни у кого не было большого количества разговоров до поздней ночи. И никто больше никогда ничего не скажет об этом”.


“Попался”, - сказал Майк.


“За исключением одной вещи”, - ответил Пирсон, затем сделал паузу. “Однако мне нужно отправить это курьером. Черт возьми. Я не хочу больше говорить об этом, чем необходимо. Это невероятно подстрекательски. Майк, возможно, ты захочешь просто отказаться. ”


“Забудьте о другом, если это действительно важная информация”, - сказал Майк. “И нет, я собираюсь пойти по следу. Я сказал, что узнаю, что происходит, когда почувствую запах. Кажется, я улавливаю запах. И это воняет, как в аду ”.


“Будь осторожен”.


“Есть осторожность, а есть еще осторожность”, - сказал Майк. “Здесь”.


Он наблюдал, как келдара снова соскользнули вниз по веревке и рассыпались веером, когда один из специалистов по разведке Келдары последовал за ними вниз. Аниса, которой было не больше семнадцати и которая за шесть месяцев до этого никогда не видела компьютера, никогда не водила машину, никогда не ходила на свидания, была одета в ту же черную форму и бронежилеты, что и боевики. Она немедленно подбежала к компьютеру на столе, отбросила стоявший на нем монитор в сторону и начала снимать крышку. Не менее чем за тридцать секунд она разобрала его, а жесткие диски убрала в сумку. Несмотря на противогаз, который на ней был надет.


Тридцать секунд спустя все келдара вернулись на балкон.


“Я думаю, мы готовы”.


* * *


“Это прибыльный вечер”, - сказал Дейти, оглядывая клуб.


“Всем спокойной ночи”, - ответил Нику.


“Я сказал ‘выгодно", а не "хорошо", - ответил албанец.


“Это намного лучше, чем бегать по горам, преследуемый сербами, да?”


“Иногда”, - стоически сказал Дейти. “Но напряжение остается тем же, да? Или ты этого не чувствуешь? Я чувствовал это раньше. Что-то движется. Американец вернулся в дом, с несколькими своими девушками. Видишь? ”


“Я видел”, - сказал Нику. “Они покупают выпивку и шлюх. Что насчет этого?”


“Я ему не доверяю. У него неправильное чувство”.


“Ты слишком много беспокоишься”, - сказал Нику, пожимая плечами.


“И ты недостаточно беспокоишься”, - мрачно сказал албанец. “Ты думаешь, что раз мы преуспели, то это будет продолжаться всегда. Вы думаете, что раз у нас есть правительство, то против нас нет других сил. Кадул тоже так думал. И кто теперь владеет клубом? Возможно, американцы хотят захватить власть, а?”


“Успокойся”, - сказал Нику. “Я найду тебе девушку, молоденькую. Повеселись с ней, тебе станет лучше”.


“Нет, не сегодня”, - ответил Дейти, глядя на танцпол. Слишком много гребаных охранников, которые должны были искать угрозы, смотрели на женщин. Большинство из них не были его людьми. Он мог доверять своему племени, но слишком многим приходилось занимать такое же положение, как у него, распоряжаться деньгами и девушками. Мускулы, которых вы могли бы нанять, но можете ли вы на них положиться? Если нет, то, когда что-то пошло не так, могли бы вы рассчитывать на то, что они умрут, сохранят вам жизнь, будут сражаться за вас, как члены вашей семьи? Нет. Вот почему в его машинах ехали именно албанцы. В офисе были албанцы, они пересчитывали деньги и складывали их в пакеты. Нику думал, что он управляет клубом. Пусть он разбирается с женщинами; люди Дейти разбирались с деньгами.


“Сегодня вечером я хочу внести ясность”, - продолжил Дейти. “В воздухе витает какое-то ощущение, да? Как перед бурей, когда вы гуляете в горах; вы чувствуете покалывание на коже? Как перед засадой. ”


“Здесь не будет засад”, - сказал Нику, зевая. “И я ничего не знаю о бурях в горах. Я городской парень”.


“Так и есть”, - ответил Дейти. Ты бесполезное дерьмо, подумал он. Как только он сможет найти себе на замену приличного албанца, Нику станет кладбищенским парнем.


“Тебе нужна девушка”, - сказал Нику, махнув рукой одному из охранников. “Драгош, иди и приведи Богуславу. Она тебе понравится”, - добавил он Дейти. “Очень молодой, совсем новенький, из Словакии. Красивые. Не отмечайте ее слишком сильно, пожалуйста.”


“Я сказал, что не хочу девушку, ты глупый ...” — начал отвечать Дейти, но остановился, когда на танцполе раздались крики и кашель.


“Что происходит?” Нику кричал, пока музыка продолжала пульсировать.


“Кто-то бросил вонючую бомбу!” - сказал ближайший охранник, как раз в тот момент, когда отделение интенсивной терапии почувствовало зловоние. Люди уже толпились к выходам.


“Гребаные шутники”, - прорычал Нику, вставая как раз в тот момент, когда земля дважды сильно ударилась.


“Это не шутка”, - крикнул Дейти. “Вон! Сейчас же!”


“Что?” Крикнул Нику. “Почему?”


“Потому что это нападение”, - крикнул албанец, бегом направляясь к задней двери офиса.


* * *


Майк откинулся на спинку кресла и попытался не обращать внимания на зловоние.


“Мне это действительно интересно”, - сказал он.


“Время выбрано”, - сказал Адамс. “И... сейчас”.


Три девушки-келдара встали и, закричав и кашляя, побежали к ближайшей двери, которая только что открылась. Нику наконец встал и поспешил к той же двери, его телохранители сомкнулись вокруг него.


Майк, Адамс и Рассел встали и последовали за девушками, крича им, чтобы они успокоились. Майк поймал одну из них как раз перед тем, как они достигли линии телохранителей.


“Ты маленькая сучка!” Майк заорал, отвесив девушке пощечину с такой силой, что она упала. “Не пытайся на меня наехать!”


Он повернулся, чтобы схватить другого, который буквально отскочил от одного из охранников, и продолжил атаку, ударив охранника ножом в живот. Полимерное лезвие погрузилось по самую маленькую рукоять, и он дернул в сторону, но оставил его в ране, так как гарда начала сминаться.


На счету Адамса и Рассела было еще по двое, и между дверью и Майком остался только один. Охранник вытащил пистолет, но понятия не имел, как им пользоваться на таком расстоянии.


Майк нырнул вниз и вбок, обхватив рукой ствол, и оставил охранника со сломанным пальцем, который был почти оторван.


Отделение интенсивной терапии выбежало за дверь, но Майк принял стойку и всадил пулю прямо ему в ногу, когда Рассел повернулся и застрелил ближайшего охранника, который не прикрывал отступление.


“Шестнадцать секунд”, - крикнула Грезня, срывая туфли и откатываясь в сторону. Она также каким-то образом раздобыла пистолет и использовала тело одного из мертвых охранников как место для отдыха, чтобы выстрелить через всю комнату, убив другого охранника. “ВПЕРЕД!”


Рассел уже был в дверях, наклонившись, чтобы поднять Нику за воротник, когда штурмовая группа вошла в дверь кабинетов. Между ними и Дейти было два охранника, и один отделался очередью из своей Skoda Skorpion. Это было его последнее действие, поскольку следующий Келдара всадил в него две пули в центр тяжести. Другой охранник уже подлетел вперед, его лицо разлетелось на куски, когда 9-миллиметровая пуля шефа Адамса пробила ему затылок и вышла спереди.


Дейти выхватил пистолет, но его окружили, и он медленно положил его на землю, подняв руки вверх.


“Двенадцать секунд!” Крикнул Грезня, пятясь к двери, закрывая ее на засов.


“Пометьте и упакуйте его”, - сказал Рассел, подталкивая Нику к келдару, который теперь заполнял зал. Двое прикрывали дальний конец, один работал над поверженной Келдарой, а двое других поймали Нику, быстро замотав его руки и рот скотчем такелажника.


“Ты умрешь за это”, - сказал Дейти, когда Рассел поймал брошенный рулон скотча и оторвал полоску.


“Я уже слышал это раньше”, - сказал Майк.


“Семь, шесть...”


* * *


“Как Эндар?” Спросил Майк, когда фургон отъехал.


“Плохо”, - ответил Евгений, снимая свою черную балаклаву. “Я думаю, даже если бы мы могли отвезти его в больницу, он бы не выжил”.


“Вэннер, что с пострадавшими?” Спросил Майк, как только надел наушники.


“Ушли, сэр”, - ответил Вэннер. “У меня смертельная реакция. Я думаю, ему прострелили аорту. Должно быть, они использовали горячие пули”.


“Этот "Скорпион” был калибром 5,54", - сказал Адамс. “Он прошел прямо сквозь пластину. Я проверил. Три пули, одна из которых попала точно в цель”.


“Понял”, - сказал Майк. “Продолжаем планировать”.


* * *


“Что у нас есть?” Спросил Майк, входя на новый командный пункт.


Это был еще один заброшенный склад. Ими был завален бывший Восточный блок. В основном там хранилось военное снаряжение, предназначенное для борьбы со злобными американцами и их ордами армий марионеточных государств. Как только мир проснулся и стряхнул с себя миазмы коммунизма, в них не оказалось ничего полезного. Военное оборудование было распродано по десять центов за доллар, если что, заводы в основном закрылись, а склады теперь ждали, когда кто-нибудь заполнит их ... чем-нибудь.


В данный момент это помещение было заполнено белыми фургонами, компьютерами, детскими кроватками и Келдарой, которые лежали на полу и вполголоса обсуждали операцию. Все прошло успешно, но потеря Эндара явно давила на них.


А ближе к задней части зала его заполнили двое парней, скрючившихся на станционных стульях, и группа с интересом рассматривала их.


“Мы уже можем спросить их о чем-нибудь полезном, Вэннер?” Спросил Майк.


“Не совсем”, - ответил Патрик. “Мы все еще ищем Наталью. Вы знаете, что только за последний год они перевезли более двухсот девушек по имени Наталья. Двадцать за тот период, который мы ищем.”


“Ты уже должен был пройти через двадцать”, - сказал Майк.


“Их база данных - дерьмо”, - вздохнул Патрик. “Они используют Excel, если ты можешь в это поверить. Найти группу Натальи легко. Я думаю, что в диапазоне дат всего двадцать; некоторые даты введены неправильно. И я просмотрел их; ее нет ни в одной из них. Поэтому я расширяю поиск. ”


“Поторопитесь”, - сказал Майк, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Нику и Дейти. “Я с нетерпением жду возможности задать этим ребятам правильные вопросы”.


“А, вот и она”, - радостно сказал Ваннер. “Ее получили пятнадцатого мая и отправили третьего июля. Парня, перевозившего ее, звали Мехмет Хубчев, и она направлялась на объект в Белграде ... ”


“Значит, мы едем в Белград?” Сказал Майк.


“Но!” - добавил Вэннер. “Там записка, что ее должны были переправить в Розайе. Где, черт возьми, Розайе?”


“Черногория”, - сказал Адамс. “Недалеко от албанской границы”.


“Это вызвало восторг у Дейти”, - сказал Майк, делая шаг вперед и срывая скотч со рта албанца. “Итак, Дейти, что такого важного в Рози или как там ее?”


“Я тебе ничего не скажу!” - сказал албанец, плюнув в него.


“Эй, живой”, - сказал Майк. “Шеф, от криков у меня действительно болят уши, засунь что-нибудь ему в рот”.


“Хорошо”, - сказал Адамс, делая шаг вперед и вытаскивая нож. Он взял ухо Нику большим и указательным пальцами, а затем аккуратно отрезал его. Затем одним быстрым движением он засунул его в рот Дейти и приложил к нему комок ткани. “Это сделать?”


“Работает”, - сказал Майк, обходя вокруг спинки стула, чтобы поднять кувалду. “Теперь потребовалось всего пару ударов этим, чтобы достать друга Нику… как его звали?”


“Юрий”, - услужливо сказал Ваннер. “Эй, босс, в каждой партии, отправляемой в это заведение в Розае, всего пара девушек. Большинство из них отправляются в другие бордели или прямиком в Албанию с записками, чтобы проверить их на взлом, а затем отправить по трубопроводу в Италию. Я насчитал только ... двадцать женщин за последние шесть месяцев, которые ходили в Розай. У меня есть это на карте; там не может быть много борделей, они крошечные ”.


“Итак, Дейти”, - сказал Майк, убирая молоток обратно. “Мы собираемся поговорить о Розайе”.


Как только крики стихли, Адамс потянулся к уху. Затем он взял кувалду поменьше, зажал албанцу рот, надавив на подбородок, и выбил ему зубы.


“Извините за это дополнение, босс”, - сказал он, ловя рыбу во рту хнычущего мужчины. “Я не хотел, чтобы он кусал меня, пока я вытаскивал ухо Нику. Угадайте, откуда у меня эта идея?”


“Не проблема”, - сказал Майк. “Пока он может говорить. Итак, Дейти, что у нас с Розай”.


“Ты ищешь девушку”, - сказал Дейти. “Одну девушку”.


“Верно, одна незначительная украинская проститутка”, - сказал Майк. “Так что же такого важного в Розае?”


“Если она отправилась в Розай, то она мертва”.


* * *


“Мы найдем тех, кто это сделал, и убьем их”, - сказал Луан Дейти, оглядывая разгромленный офис. Видно было немногое; было ясно, что тот, кто напал на клуб, оставил взрывчатку. Они устроили пожар, и даже полиция заявила, что улик было немного. Свидетели видели, как какие-то люди входили в подсобные помещения, но никто не мог опознать, кто это был. Возможно, за исключением мертвых охранников.


“Они были профессионалами”, - сказал Ярок Бежмель. Бежмель был одним из немногих “сделанных” людей в албанской мафии, который не был албанцем. Однако они высоко ценили бывшего офицера Спецназа за его профессиональную подготовку и абсолютную безжалостность. “Стрельба была короткой и точной, бомбы были точно заложены, и тот, кто снял охрану у двери, убил четырех охранников, вооруженных пистолетами и автоматами, только пластиковыми ножами”.


“Итак, кто они?” Спросил Луан. “Я хочу их яйца. Он был моим двоюродным братом. Мы не можем просто так уйти от этого”.


“О, нет”, - сказал русский, присаживаясь на корточки и поднимая стреляную гильзу. “Хм… Американские 5,56 для их М-16 и вариантов. Я бы сказал, что вы каким-то образом разозлили американских военных, мой друг. Это, по крайней мере, объясняет вашу точность. Я бы сказал, что это работа американских спецопераций. Их "Морские котики" или даже "Дельта Форс". Возможно, одна из их более тихих групп, которая работает с ЦРУ или разведкой Министерства обороны. Да, скорее всего, именно так. Их группы ‘черных операций’. Итак, кого вы разозлили в Америке?”


“Этого не должно быть”, - сказал Луан, затаив дыхание. “Что я наделал?”


“Возможно, вы взяли не ту девушку”, - ответил Ярок, вставая. “Я слышал, что Юрий в Кишиневе исчез. Очень чистая операция, очень профессиональная. Он много работал с отделением интенсивной терапии, не так ли?”


“Да, но я понятия не имею, насколько сильно”, - сказал Луан, обводя рукой комнату. “Все разрушено!”


“И если что-то пропало, это не бросается в глаза прекрасной румынской полиции”, - сказал Ярок, отряхивая колени. “Я думаю, мне нужно поехать в Кишинев и задать вопросы. Также о ваших здешних сотрудниках. Но у меня будут вопросы получше, когда я вернусь. Вы снова откроете клуб? ”


“Возможно”, - сказал Луан, нахмурившись. “Это был очень хороший бизнес для нас. Но мне понадобится новый фронтмен. Я не думаю, что вы хотите управлять клубом?”


“Вовсе нет”, - ответил Ярок. “Но мне действительно нужно, чтобы ты собрал для меня несколько человек, которые хорошо обращаются с оружием. Очень хорошо. Они нам понадобятся”.


Глава девятнадцатая


“Ну, я бы сказал, что после этого наше прикрытие будет довольно слабым, Майк”, - отметил Адамс.


Майк выглянул из окна маленького отеля к югу от Белграда и пожал плечами.


“Я полагаю, мы знаем следующую главную цель”, - сказал Майк. “Ублюдки”.


В Сербии шел дождь, и холмы на юге были скрыты облаками. Дерьмовый день для дерьмовой дискуссии.


“Это было, более или менее, то, что, как мы говорили, они делали с девушками”, - отметил Адамс.


“Да, но я действительно надеялся, что этого не существовало в реальности”, - сказал Майк.


“Мир - это долбаное место”, - высказал мнение Адамс. “Итак, вы думаете, сенатор был клиентом?”


“Но почему он ищет девушку, которая мертва?” Спросил Майк. “Это просто не имеет смысла”.


“Мы не знаем, мертва ли она”, - отметил Адамс. “У нас есть только то, что сказал Дейти”.


“Они нюхают всех девушек, которые ходят в Rozaje”, - сказал Майк, все еще глядя на дождь.


“Большинство”, - сказал Адамс.


“Он сказал это только после того, как мы сломали ему вторую ногу”, - сказал Майк. “Я не уверен, что это была хорошая информация. Кроме того, его было трудно понять после того, как вы выбили ему зубы”.


“Итак, мы едем в Розай, обсуждаем это с этим болгарином, который управляет этим местом”, - сказал Адамс. “Мы обсуждаем это с ним действительно лично”.


“Я думаю об этом”, - сказал Майк. “Но есть куча проблем”.


“Это в секторе KFOR”, - сказал шеф. “Я думаю, что в данный момент фиджийцы захватили этот район”.


“Я действительно не хочу ввязываться в драку с KFOR”. Силы для Косово были международной миротворческой группой, размещенной в Косовском регионе Сербии после короткой войны в Косово. Фактически они обеспечивали охрану порядка в регионе. Если бы келдара пришли и уничтожили еще один албанский бордель, они имели бы дело не только с местной полицией. А СДК имели доступ к современным методам судебной экспертизы. Возможно, они и не захотели использовать их в данных обстоятельствах, но об этом было о чем подумать.


Хуже всего, однако, было то, что осталось недосказанным.


“И СДК знают об этом”, - отметил Адамс.


До тех пор. Черт.


* * *


“Он уверен?” спросил президент.


“Настолько уверен, насколько это возможно, господин президент”, - ответил Пирсон. “Я отправил ему диск с кодом, чтобы мы могли отправлять и получать высоко зашифрованные передачи. Его последние сообщения указывают на то, что комплекс в Косово используется в экстремальных сексуальных целях ... ”


“Они привозят проституток со всей Восточной Европы, чтобы богатые и очень садистские ублюдки могли убивать их во время секса”, - без обиняков заявил министр обороны.


“Да, сэр”, - сказал полковник. На данный момент он привык инструктировать президента; это входило в его обязанности. Управление по связям было создано для того, чтобы держать нынешнего президента в курсе того, что происходит с очень черными организациями, занимающимися специальными операциями по всему миру. Пирсон заставил Майка свалиться ему на колени во время его первой операции, еще тогда, когда у Майка была настоящая жизнь и настоящее имя. С тех пор он был “под контролем” Майка, в той степени, в какой у бывшего "МОРСКОГО котика" было что-то подобное.


Если кто-то и должен был быть контактным лицом в этой миссии, так это он. Теперь было очевидно, почему сенатор не использовал его.


“О чем, черт возьми, Траскел думал?” огрызнулся президент. “Неужели он думал, что Майк не узнает, куда делась девушка?”


“Возможно, господин президент, что он не знал”, - отметил Пирсон. “Мы не знаем, был ли сенатор клиентом”.


“Он ездил в Восточную Европу в тот же период времени”, - отметила советник по национальной безопасности. Ее обычно смуглое лицо посерело от гнева.


“То же самое сделали три других сенатора из его партии”, - отметил министр обороны. “И двое из вашей, господин президент. То же сделали их семьи. И это была очень открытая поездка”.


“За счет налогоплательщиков”, - сердито сказал президент.


“На самом деле, господин президент, это было оплачено группой с особыми интересами”, - ответил министр обороны. “Международная ассоциация за права женщин. Очевидно, они не ожидали, насколько ... заинтересуются этой темой конгрессмены и сенаторы; существует довольно много конфиденциальных отчетов о поездке. Произошло многое, что было бы скорее —”


“Если бы американская общественность пронюхала об этом, это вызвало бы бурю возмущения”, - со вздохом сказал советник по национальной безопасности.


“Я думаю не столько о сенаторе, сколько о его сыне”, - задумчиво произнес секретарь. “У него был целый собственный отчет”.


“Если мы хотя бы намекнем на это...” - сказал Президент.


“Мы ничего не можем поделать”, - сказал его начальник штаба. “Нам нужно, чтобы эти отчеты оставались абсолютно конфиденциальными. Если появится хотя бы намек на то, что что-то об этой поездке было сделано нашей группой, это сильно ударит по нам ”.


“А пока мы продолжаем просто позволять этому происходить”, - холодно сказал советник по национальной безопасности.


“Вы знаете, какие проблемы связаны с тем, чтобы остановить это”, - отметил президент. “Давление слишком велико, чтобы мы могли сделать что-то большее, чем плюнуть по ветру. И у нас есть другие проблемы, например, помешать террористам напасть на Соединенные Штаты. Тем временем это продолжается. И нет, мне это не нравится. Ты думаешь, я бы не остановил это, если бы мог?”


“Нет, сэр”, - сказал АНБ, вздыхая. “Это просто, извините, выводит меня из себя”.


“Что ж, я подозреваю, что эта операция будет остановлена”, - сказал министр обороны, улыбаясь. “И остановлена жестко”.


* * *


“Что мы собираемся делать с Эндаром?” Спросил Адамс.


Вопрос о том, что делать с тремя телами, был текущей темой обсуждения. Два из них были легкими. Есть миллион способов избавиться от тела, некоторые из которых даже срабатывают, если вы не хотите, чтобы его обнаружили. Однако все они были немного холодноваты для одного из ваших собственных солдат. И о возвращении тела не могло быть и речи.


“Мы собираемся совершить небольшую экскурсию”, - сказал Майк. “На Адриатическом побережье есть несколько прекрасных пляжей, и я думаю, что девушкам пора отдохнуть”.


“Мы просто будем возить тело по городу в течение следующих нескольких дней?” Ошеломленно спросил Адамс.


“Смотри”, - сказал Майк. “Мы везем восемь девушек, которые выглядят так, словно предназначены для аморальных целей, более шестидесяти единиц оружия, бронежилеты, очки ночного видения, инструменты для взлома и, по меньшей мере, шесть оставшихся килограммов взрывчатки. Что значит пара тел в придачу к этому?”


“Пахнет?” Спросил Адамс.


“Достань немного сухого льда”.


* * *


Ярок просматривал компьютерные записи, ища, сам не зная, что.


Он сказал Дейти, что эта группа была из американского спецназа, но тот все еще не был уверен. Методы были те же; если бы ему пришлось угадывать, он бы сказал "ПЕЧАТЬ" по схеме входа и способу передвижения групп, основываясь на нескольких оставшихся очевидцах. Но он не мог найти никаких причин, по которым американское подразделение специального назначения могло бы напасть на албанцев. На самом деле, совсем наоборот, учитывая некоторые видеозаписи, оказавшиеся в руках Дейти.


Он вынюхивал что-то в Кишиневе, по его мнению, ублюдочном городе, и кто-то из партнеров Юрия упомянул группу американцев, которые тоже вынюхивали что-то. Предположительно, у них были грузинские девушки, которых они везли на “специальный аукцион” в Черногорию. У них также было больше мускулов, чем обычно, по крайней мере, у пятнадцати или двадцати грузинок.


База данных, которую он просматривал, была из Интерпола, список потенциальных угроз безопасности в зоне ЕС и вокруг нее. Проблема была в том, что их было так много, что он не был уверен, что именно ищет. Возможно, группа даже не была грузинской, но он концентрировался там. Но между осетинскими сепаратистскими движениями и чеченцами…


Он прервал чтение и создал резервную копию страницы. В базе данных была заметка о новом грузинском ополчении с американской подготовкой. Горнострелковая группа под названием "Келдара".


“Американец по имени Майкл Дженкинс начал формировать новое ополчение в горах Грузии. Указанное ополчение дважды вступало в бой с чеченскими террористическими группами. Вооруженная легким стрелковым оружием группа прошла обучение у пяти или более западных инструкторов по специальным операциям. Результаты обучения неизвестны. ”


Была фотография “Дженкинса", и он соответствовал описанию американца в Кишиневе. Конечно, так же поступала половина мужчин в мире. Но Ярок скопировал это из базы данных и отправил по почте своим людям в Тимишоару, чтобы показать свидетелям из клуба.


Он на мгновение задумался о том, чтобы просто передать информацию румынским властям. Они распространили бы информацию через Интерпол, и это, безусловно, доставило бы неудобства этому персонажу по прозвищу “Дженкинс”. Но это не выполнило бы его миссии, которая заключалась в том, чтобы похоронить человека в безымянной могиле.


Однако Интерпол также вел базу данных людей, пользующихся отелями. Она обновлялась медленно, но это могло бы дать ему представление о том, куда направлялся Дженкинс…


* * *


Девушкам понравился отель.


Отель Caesaria находился на адриатическом побережье Черногории, узкой полоске земли, включавшей города Котор и Пераст. Городок Зеленика, где находился отель, едва ли можно было назвать городом, не говоря уже о том, чтобы быть мегаполисом. Здесь были разбросанные старые дома, небольшой рынок и причал для поддержки основной местной отрасли промышленности: ловли рыбы на небольших лодках. Большинство лодок выглядели так, словно были построены во времена аргонавтов. Это были открытые “каики”, легкие деревянные лодки, первоначально рассчитанные на одного или двух человек, которые могли бы грести на них или использовать небольшие паруса. Их единственной уступкой XXI веку стало добавление небольших дизельных двигателей. Рыбаки обычно уходили во второй половине дня, направлялись к рифам, которые окружали этот район, расставляли жаберные сети с поплавками из тыквы, а затем забирали их на следующее утро, начиная обычно с рассвета.


Зеленика находилась недалеко от входа в большую бухту, которая обслуживала движение лодок как из Котора, так и из Пераста. Ни того, ни другого было мало; местная торговля была крайне ограничена, и не было даже регулярного паромного сообщения с Дубровником, ближайшим крупным городом, не говоря уже об Италии, которая находилась сразу за Адриатическим морем. Зеленика - это определение “захолустья”. Отель находился чуть дальше по дороге от главного ”города", недалеко от самой оконечности мыса, защищающего залив.


Здесь было несколько пляжей, но в основном береговая линия была слишком каменистой для хорошего плавания. Однако было достаточно места для принятия солнечных ванн и небольшой пляж рядом с отелем. Майк объяснил девушкам, что для их обложки важно, чтобы они выглядели так, как будто просто отправились в путешествие и немного позагорали. После нескольких формальных протестов большинство келдара облачились в скафандры и направились на пляж вместе с тремя “освобожденными” проститутками.


Майк остался в маленькой "Ладе" в поисках лодки. На самом деле, двух.


Зеленика в основном выходила фасадом на свое подобие причала. Небольшая бухта, к которой выходил город, была изогнута полукругом, а древние причалы защищали ее от северных штормов. Сама пристань представляла собой дамбу, которая выглядела так, как будто первоначальная каменная кладка была римской, и из нее торчали шаткие деревянные опоры. За ним тянулась узкая улочка, выложенная каменными плитами, залатанными чем угодно - от кирпича до бетона и песка. Посреди бухты стояла на якоре пара парусников и несколько древних быстроходных катеров, пришвартованных у причалов. Вдоль дамбы были развешаны сети для просушки, но поблизости не было рыбаков, когда Майк припарковал свою машину, снял распределитель, надеясь предотвратить его кражу, и начал искать бар.


Первая витрина была универсальным магазином. Просто осмотревшись, Майк зашел внутрь.


Там была женщина, которая выглядела лет на сто, а ей было, наверное, сорок, сидевшая за прилавком и смотревшая какое-то шоу на сербском. В основном это были плачущие женщины, что было примерно обычным явлением для этого региона. Полки были заполнены одними из худших закусок, которые Майк когда-либо видел, а он побывал во множестве магазинов третьего мира. Если уж на то пошло, большинство из них выглядели так, словно срок их продажи пришелся на день его рождения, и они были покрыты пылью. Он заглянул в два холодильника и поспешно попятился. Содержимое было в основном местной подделкой под эрзац-колу. У него был такой во время предыдущей поездки по этому району, и он сожалел об этом несколько дней.


Когда он выходил, ему пришлось покачать головой. Там была стойка с открытками, прославляющая чудеса посещения живописной Зеленики. Большинство открыток выцвели до такой степени, что их невозможно было разобрать. Он задавался вопросом, кто вообще считал это место крупным туристическим направлением.


Вторым магазином был рыбный рынок. Судя по запаху, он был более чем готов пройти мимо.


Третье, однако, было тем, что он искал. В маленьком ресторане и баре — различие в таких местах, как это, невелико — было несколько шатких столиков перед входом и большая вывеска на сербском, которая знавала лучшие дни. Под ним другая выветрившаяся табличка гласила, что он нашел “Голову албанца”.


Такое место, как у него.


Майк сел за один из столиков, который яростно раскачивался на каменных плитах улицы, и задумался, окажут ли ему какую-нибудь услугу.


После того, как он около получаса смотрел на не особенно живописную сцену перед собой и отметил отсутствие движения лодок, он увидел мужчину, вышедшего с заднего борта, вытирая руки довольно грязной тряпкой.


“Хочешь выпить?” - спросил мужчина на сносном английском.


“Вино”, - ответил Майк. “В бутылке”.


“Графин”, - сказал мужчина, хлопнув тыльной стороной правой руки по левой ладони в местном жесте, означающем “все кончено”.


“Тогда графин”, - вздохнул Майк. Алкоголь, вероятно, исправит все, что росло в графине. “Немного хлеба и рыбы. Если только это не из соседнего заведения”.


“Без проблем”, - сказал мужчина, оскалив щербатую улыбку. “Это свежо”.


“Свежие на прошлой неделе, наверное”, - сказал Майк.


“Сегодня”, - ответил мужчина. “Сюда приходят рыбаки. Я покупаю у них рыбу. Хочешь креветок?”


“Приготовьте на пару, если сможете”, - сказал Майк, кивая.


Креветки — местные креветки размером примерно с половину небольшого омара — на самом деле были довольно вкусными. Они были бы лучше с топленым маслом, но в Адриатическом регионе это никогда не было популярно. Черт возьми, в Средиземном море, если уж на то пошло. С другой стороны, вино было растворителем для краски. Майк заказал чай, горячий, который был не то чтобы ужасен, и сделал глоток.


Было около трех часов дня, когда начали появляться рыбаки. В основном они направлялись к своим лодкам и начинали грузить высушенные сети в большие корзины, затем складывали их в крытые баки. Тем не менее, некоторые заглянули в таверну за поясом, прежде чем отправиться на выход.


Когда большинство лодок исчезло, один из мужчин, который явно был рыбаком, остался, угрюмо потягивая разбавляющее краску вино.


“Лодки нет?” Спросил Майк по-русски.


“Находится во дворе”, - ответил мужчина на чем-то наполовину сербском, наполовину русском. Оба языка имели славянские корни и на самом деле не сильно изменились. Они были примерно так же похожи, как два типа немецкого. “Ты ловишь рыбу?”


“Я хочу лодку”, - ответил Майк. “Две. Одну купить, другую взять напрокат. Где ярд?”


“Там, за углом”, - сказал мужчина, указывая на юго-восток. “Я покажу тебе?”


“И получить долю?” Спросил Майк, улыбаясь.


“Хороший день, чтобы не ловить рыбу”, - сказал мужчина. “Особенно если я все равно получу немного денег”.


* * *


В восточной части города была еще одна маленькая бухта, о существовании которой Майк и не подозревал. Там не было никаких пирсов, но была узкая полоска песка и камней, где имелась небольшая лодочная верфь.


На разных стадиях достройки находилось около трех каиков, предположительно, еще два были составлены и над ними велись работы, а также несколько небольших быстроходных катеров. Большинство последних были явно изношены сильнее, но два, на первый взгляд, находились в приличном состоянии, а на одном даже был установлен подвесной мотор.


“Это Друлович”, - сказал рыбак, подходя к мужчине, который склонился над разорванным дизелем. “Друлович, это человек, которому нужны лодки”.


“Мне нужен один из них”, - сказал Майк, указывая на вытащенные на берег каики. “Купить. И скоростной катер, чтобы попользоваться им день или около того. И то, и другое должно работать”.


“Это то, что я делаю для людей”, - сказал Друлович, вытирая руки о тряпку. “Одно из других принадлежало Васе. Он ушел. Так и не заплатил мне. Над этим нужно поработать.”


“Два дня”, - сказал Майк. “Именно тогда мне это и понадобится. Сколько?”


“Две тысячи евро”, - сказал Друлович, пожимая плечами.


“Триста”, - автоматически ответил Майк.


“Вы хотите, чтобы это заработало через два дня, вы даете мне две тысячи евро”, - сказал Друлович, ухмыляясь. “И вы даете мне еще три тысячи в качестве залога за другую лодку. Что ты собираешься с этим делать?”


“Похороните кого-нибудь”, - рявкнул Майк. “Пятьсот за каик; его хватит всего на пару часов. И тысяча задатка”.


“Тысяча за каик”, - задумчиво произнес Дулович. “Тысяча задатка и сотня за использование другого”.


“Готово”, - ответил Майк, засовывая руку в карман и вытаскивая пачку наличных. “Половина сейчас, половина, когда я заберу”.


“Ты носишь с собой много денег”, - задумчиво произнес Друлович, отсчитывая половину денег.


“Очень немногие люди настолько глупы, чтобы пытаться обокрасть меня”, - ответил Майк, передавая пачку наличных. “В противном случае мне нужно будет купить другую лодку”.


Глава двадцатая


“О'кей, ты официально чокнутый”, - сказал Адамс, когда Майк вытащил лодку на усыпанный камнями берег бухты.


Найти подходящее место для церемонии оказалось самой сложной работой; в бухтах вдоль Адриатического моря, где вообще можно было высадиться, как правило, были виллы. Как и этот, с той разницей, что владельцев не было дома.


Большая часть келдара собралась на берегу. Эндара погрузили на носилки, сделанные из четырех разных пород дерева, в то время как двое работорговцев все еще лежали в пластиковых пакетах, которые, наряду с обильным добавлением сухого льда, всю последнюю неделю сохраняли неприятный запах.


“Сначала дрова”, - сказал Майк. “У тебя есть керосин?”


“Конечно, у меня есть керосин”, - отрезал Адамс. “И это будет видно за много миль!”


“К тому времени, как кто-нибудь доберется до лодки, они будут поджарены”, - ответил Майк. “Все выписались”.


“Я даже оплатил счет”.


“Распиленный”.


“Да, килдар”, - сказал лидер команды келдара, выходя вперед.


“Дрова будут загружены Тенгизом и Падреком”, - сказал Майк, отступая назад. “Затем тела Славика и его команды. Его оружие положит Русудани. Ты займешь должность священника Всеотца и отпоешь его в море ”.


“Да, Килдар”, - сказал Соун, кивая.


“Прежде чем мы начнем, я объясню”, - сказал Майк, ступая на залитый лунным светом пляж. Все фонари были оставлены в фургонах вместе с небольшим отрядом охраны, состоящим в основном из тренеров. Перевод “песни странников" показывает, что ваше племя давным-давно вышло из рядов воинов-мореплавателей. У них была традиция отправлять своих великих воинов, погибших в битве, в море. Они спускали в море специально изготовленную лодку и поджигали ее. Мы собираемся вывести эту лодку в море, а затем поджечь ее вместе с Бесланом, его оружием и его мертвыми врагами. Я не могу вернуть Беслан в долину. Это лучший выбор, который я могу придумать ”.


“Мы понимаем, Килдар”, - ответил Соун, кивая. “Говорят, что даже во времена царя несколько умерших каждый год, особенно старшие члены семьи, сжигались на погребальном костре. Мы принимаем этот обряд. Спасибо вам ”.


“Как я уже сказал, лучшее, что я могу сделать”, - ответил Майк, пожимая плечами. “Давайте начнем”.


Соун не был лучшим певцом среди келдара, но он был довольно хорош. И он слышал слова погребального обряда, погребального обряда Келдара, достаточно много раз, чтобы быть в состоянии повторить их. Майк не был уверен, на каком языке они звучали; это определенно был не грузинский, и он подозревал, что это не кельтский, как в "песне странников". Последнюю пел каждую весну лучший голос в племени. На последней церемонии Маккензи, бывший сержант SAS, смог частично перевести ее как эпос о странствующей группе бойцов, которые пришли с далекого севера и были захвачены в плен и порабощены, а затем вынуждены защищать негостеприимную крепость на окраине империи. Подсказки в песне были понятны Майку, который задавался вопросом о некоторых странностях Келдары и караван-сарая.


Первоначально келдара представляли собой группу скандинавских и, по-видимому, шотландских воинов, которые прошли через Средиземное море, пока не столкнулись с Византийской империей. Поскольку они явно были связаны со стражей византийских императоров, варяжской гвардией, их объединили с небольшой командой настоящих варягов и отправили охранять караван-сарай, который в то время был прибыльным источником дохода на Великом Шелковом пути.


С тех пор, с приходом последующих волн захватчиков, их состояние упало еще больше, оставив их простыми фермерами в затерянной горной долине. Но ядро воина осталось и было выработано тренировками американских и британских солдат, которых привел Майк.


Теперь круг замкнулся. Последних погибших келдара, как и их древних предков, отправляли в море на деревянной лодке с телами врагов у его ног и оружием, сложенным у изголовья.


Это было чертовски лучше, чем быть брошенным в безымянную могилу. А поскольку Майк намеревался подвести лодку чертовски близко к горизонту, прежде чем заглушить ее, было мало шансов, что кто-нибудь заметит. Или, учитывая местность, заботиться.


Конечно, они вытащили боеприпасы. Он им понадобится.


Глава Двадцать первая


На самом деле вилла находилась к юго-западу от Розай, прямо в горах недалеко от албанской границы. Дорога из Розае, согласно карте и спутниковым фотографиям, заканчивалась недалеко от виллы, но также было заметно множество троп, некоторые из которых были проходимы для вездеходов. Вполне вероятно, что вилла находилась на пути контрабанды из Сербии в Албанию. Теми же маршрутами снабжалась ОАК во время войны против сербов.


Майк ожидал, что попасть в этот район будет сложнее, чем обычно. Регион находился под временным контролем Сил для Косово, и Майк ожидал более эффективных проверок, чем это было характерно до этого момента. Первая проверка, пересечение ”границы" с территории, контролируемой сербами, действительно заставила его поволноваться. Войска были французскими и, следовательно, как он предполагал, неподписываемыми.


Однако, пока в этом районе находились французские войска, фактический переход границы находился под контролем сербов. Майк поговорил с ними по-русски и дал обычные чаевые. Сербы заглянули в фургоны, увидели, что в основном там были женщины, и махнули им рукой, чтобы пропускали.


С этого момента поездка прошла гладко. Их поймали на двух внутренних контрольно-пропускных пунктах, но на первом сработала та же подсказка, а на втором Катя и Никки заключили сделку. Майк все еще не был уверен, удастся ли ему выторговать себе дорогу за спиной у девушек, но если это сработает, он не собирался сдаваться.


Черногория была аномалией. В зависимости от того, кого вы спросили, это была либо провинция Сербии, по мнению Сербии, независимое государство, по мнению большинства жителей, либо что-то среднее, по мнению большинства остального мира и, конечно же, правительства США. В 1992 году, после Дейтонских соглашений, тогдашний законодательный орган и президент согласились не отделяться от Сербии, как это сделали Хорватия и Босния. Решение было настолько противоречивым, что даже правительство США не признало его. Более того, сербы не были уверены, как с этим бороться, поскольку в Черногории было свое собственное свободно избранное правительство и, что особенно важно, своя растущая армия. Так что до поры до времени никто не раскачивал лодку. Технически это была провинция, но на самом деле это было независимое государство.


Название “Черногория” переводится как “Черная гора”, и в соответствии с этим названием Черногория, будь то провинция или страна, определенно была гористой. Горы не были альпийскими по своей высоте, даже по стандартам Джорджии, но это были довольно серьезные холмы. Страна простиралась от равнин Сербии до Адриатического моря, и очень ограниченная равнинная территория была либо возделана, либо покрыта городами.


Их цель соответствовала местности и, следовательно, представляла собой не самое приятное зрелище с точки зрения штурма.


“Прямо на вершине холма”, - отметил он, глядя в бинокль и делая снимки.


“Безопасность внешнего периметра обеспечивают СДК”, - отметил Адамс. “Фиджийцы”.


“Нам придется что-то выяснить о них”, - сказал Майк. “Мы не хотим, чтобы повсюду убивали военнослужащих KFOR”.


“Электрошокеры?” Спросил Адамс.


“Может быть”.


Высокий холм также был обнесен террасами стен. Любой приближающийся должен был быть в поле зрения. И Майк эд насчитал по меньшей мере шестерых охранников внутри комплекса. Это означало, по приблизительным подсчетам, что-то порядка двадцати человек в три смены. На этот раз им придется действовать осторожно. Лобовая атака имела все предпосылки для катастрофы.


“Мы оставим здесь пару келдара, чтобы узнать расписание дежурств”, - сказал Майк, спускаясь обратно по гребню холма, откуда открывался вид на лагерь. “Два дня на подготовку. Давайте приступим к разработке плана.”


* * *


“Охранники меняются три раза в день”, - сказал Ваннер, указывая на стол из песка, который был установлен в небольшом конференц-зале отеля. Если у владельцев возникали вопросы о том, зачем группе работорговцев понадобился конференц-зал, они получали солидные чаевые. “Девушки обычно прибывают днем и не позже полуночи, согласно нашим источникам”. Под этим он подразумевал ныне покойного Дейти.


“Это будет непросто”, - продолжил Вэннер, глядя на свою консоль. “У нас даже нет хорошей внутренней схемы. Что, если они сбросят свои записи, когда мы нанесем удар? Я имею в виду, даже если они сделали резервные копии DVD-дисков, вы бросаете их в микроволновку и включаете на максимум, и они поджариваются. ”


“Я думаю, что мы, возможно, переборщили с мускулатурой”, - сказал Майк, снова рассматривая дизайн окна. За годы западных специальных операций и их подразделений разведывательной поддержки была создана энциклопедическая база данных по окнам и дверям по всему миру. Даже старые, по определению изготовленные на заказ, окна, такие как на вилле, соответствуют основным параметрам, которые были в базе данных. И Ваннер совершенно случайно приобрел копию.


Майку иногда приходилось задаваться вопросом, действительно ли Вэннер был его подконтрольным.


“Определите”, - сказал Адамс, отрывая взгляд от грубого плана этажа, который был разработан на основе внешнего наблюдения. Внешние комнаты были слегка зарисованы, с обширными участками серой области. Они знали, что там был подвал, там была видимая дверь, но они понятия не имели о планировке.


“Ну, чрезмерная мускулатура - это когда вы используете слишком много силы для выполнения задания”, - сказал Вэннер, с улыбкой отрываясь от своего компьютера.


“Мудрая задница”, - прорычал шеф. “Так о чем ты думаешь?”


“Я думаю, нам понадобятся Ласко и Праз”, - задумчиво ответил Майк. “И кое-какое специальное оборудование”.


“Составьте список”, - сказал Вэннер, вздыхая.


“И нам нужно больше данных о интерьере”, - сказал Майк, задумчиво потирая подбородок. “Мы можем попытаться найти одного из албанцев, которые там работают, и подкупить его за макет ...”


“Они все из одного клана”, - сказал Вэннер, листая таблицу известных охранников. “По крайней мере, так выглядит”.


“Что было бы рискованно”, - продолжил Майк. “Мы можем попробовать ввести в это место девушку, например, Катю ...”


“Мне было интересно, зачем ты таскал ее с собой повсюду”, - сказал Адамс. “Кроме того, для красоты”.


“Могу я напомнить всем, что это табакерка?” Указал Вэннер. “Кто бы ни вошел туда, скорее всего, он уже не выйдет!”


“Это Катя”, - небрежно сказал Майк, затем улыбнулся. “Просто шучу”.


“Слава Богу”, - сказал Вэннер, выдыхая.


”Кроме того, - продолжил Майк, все еще глядя на окна, - на самом деле я имел в виду, что был бы чертовски удивлен, если бы Катю прикончили. Даже если бы мы не рассчитывали на то, что она передаст нам информацию. Я имею в виду, подумайте об этом: толстый европеец средних лет, американец или японец, богатый осел, бедная-маленькая-практически-девственно-плачущая-штучка...”


“И ты обучал Катю рукопашному бою, не так ли?” Сказал Адамс, кивая. “Ты думаешь...?”


“Нет”, - ответил Майк. “Потому что я не думаю, что она могла бы получить информацию. Убейте ее преступника, конечно. Если бы это было задание по убийству, я бы отправил ее не задумываясь, простите за каламбур. Но в этом я не думаю, что она права ”.


“Ну и ... что?” Сказал Адамс, вскидывая руки.


“Рад познакомиться с вами...” Майк прошептал, наконец, подняв глаза: “Вы не угадаете, как меня зовут?”


* * *


“Группа, которая напала на клуб ”Дракул", называется "Келдара", - сказал Ярок, открывая первый слайд. “Это группа грузинского ополчения, использующая маршруты контрабанды женщин и прикрывающаяся тем, что занимается секс-контрабандой. В группе около пятнадцати-двадцати стрелков, а также несколько женщин из их племени. Я не уверен в назначении женщин. Кроме того, по пути они подобрали одну или нескольких женщин из обычных источников ”.


“Где они сейчас?” Сердито спросил Борис Дейти. “Мы изнасилуем их женщин у них на глазах, а затем выколем их”.


Борис Дейти был старшим членом клана Дейти, отвечавшим за все разрозненные ”операции" на Балканах. В клане были члены старше его, но все они были наполовину уволены в глушь Албании. Однако Борис понял, что ему придется поговорить со Старшими Отцами о событиях в Клубе "Дракул". И он хотел иметь возможность указать им сроки, сколько времени потребуется, чтобы отомстить за нападение.


“Вам повезет, если вы вообще их убьете”, - сказал Ярок. “Вспомните, что они сделали с клубом. Его оборона была внушительной, но они уничтожили его, потеряв максимум одного человека. Я думаю, вам лучше оставить их мне. Что касается того, где они находятся, они должны были отправиться в Черногорию. Они, конечно, не пользовались там крупным отелем, но это могло быть дезинформацией. Последнее сообщение об их передвижениях, которое я получил, было в Сербии. Возможно, они направляются в Косово ”.


“Тогда они направляются в логово льва”, - радостно ответил Борис. “Мы найдем их и убьем. В Косово и Черногории есть много боевиков”.


“Вам, конечно, разрешено попробовать”, - сказал Ярок со вздохом. “Но не говорите, что я вас не предупреждал. Я бы рекомендовал усилить охрану на объектах на юге. Они захватили по меньшей мере трех человек и, вероятно, пытали их, чтобы получить информацию. Они что-то ищут. Когда мы выясним что, мы будем знать, куда они направляются ... ”


* * *


Майк любил ночь. Конечно, это было основой его единственного великого дара, но он все равно любил его.


Ночь никогда не внушала ему страха, даже в детстве. Он вспомнил, как гулял по темному лесу, когда ему было не больше восьми, и просто был очарован разницей между ночью и днем. Ночью каждый звук был отчетливее, все его чувства обострялись, улавливая малейший намек на что-то неправильное.


Как волны запаха, исходящие от фиджийского часового.


До первой террасы оставалось тридцать метров открытого пространства, и часовой был на постоянном посту. Сто шагов на юг, поворот, сто шагов на север. С другой стороны, он не был тевтонцем в своем темпе. Довольно часто он просто останавливался и прислонялся к стене. Если бы это случилось, когда Майк переходил дорогу, это было бы ужасно.


Выбор был прост, быстрый или медленный. Если Майк подождет, пока часовой подойдет к концу своего такта, а затем бросится наперерез, он может оказаться на второй террасе раньше, чем парень доберется до конца. С другой стороны, если бы он остановился и обернулся, движение Майка наверняка выдало бы его.


Однако, если бы Майк двигался медленно, был хороший шанс, что часовой поймал бы его на открытой местности. Он был достаточно хорош, чтобы часовой мог просто пройти мимо. Мог.


В стене террасы была небольшая ниша, куда упало несколько камней и они были разбросаны по траве. Обычно это место не используется в качестве укрытия, но благодаря маскировочному костюму Майка и везению он, вероятно, мог бы спрятаться там, чтобы пропустить часового.


Пока часовой продолжал свой путь на юг, Майк выбрал золотую середину. Он приподнялся на пальцах рук и ног, приняв позу леопарда, и соскользнул на коротко подстриженную траву.


Сегодня вечером был полумесяц, но облака были довольно плотными. Пестрый свет на самом деле затруднял зрение. Если облака разойдутся, у него могут возникнуть проблемы. Однако пока они все еще были плотными. С юго-запада также дул легкий ветерок, унося любой звук, который он мог бы издать, в лучшем случае слабый, в сторону от часового.


Майк опустил голову, глядя в основном в траву, время от времени поглядывая на часового, и представлял себя в темноте и тишине. Он не был уверен, действительно ли помогает психическое состояние или нет, ему это казалось мумбо-юмбо, но он использовал это большую часть своей карьеры, и даже если это был всего лишь самовнушение, он не собирался сейчас что-то менять.


Он добрался до ниши и остановился, когда часовой повернулся, чтобы направиться обратно. Единственным прикрытием, которое у него было, была сломанная стена и его маскировочный костюм. У него был пистолет 45-го калибра с глушителем, если дойдет до дела, но он действительно не хотел убивать этого фиджийца. Во-первых, он этого не заслуживал. Все, чем он был, - это бедный парень вдали от дома, которому поручили охранять объект. Вероятность того, что парень понятия не имел, что происходит на вилле, составляла от 99,999 до бесконечности процентов. Но даже если бы он это сделал, Майку в конечном итоге пришлось бы признаться в том, что он его прикончил. Что отбросило бы его в тупик. Убийство албанских сутенеров - это одно, а убийство солдата в миссии по принуждению к миру, спонсируемой ООН, - совсем другое. Были бы слова. И еще был тот факт, что это, вероятно, сорвало бы миссию.


Часовой добрался до места Майка на расстояние пяти метров и остановился, повернувшись, чтобы вглядеться в темноту и потянуть спину. Он прислонил свое оружие к стене, примерно в трех футах от ниши Майка, прислонился к ней спиной и пошарил в кармане в поисках сигареты и прикуривателя.


Майк закрыл глаза, когда вспыхнула зажигалка и до него донесся запах дешевого, крепкого табака, и постарался не вздыхать. Одному Богу известно, как долго парень собирался там отдыхать. Майк как раз устраивался в ожидании, когда услышал оклик с севера и съежился; сержант охраны бродил вокруг. Он делал это только прошлой ночью. Почему сегодня?


Майк ни слова не говорил по-фиджийски, но он провел достаточно времени среди пехотинцев и сам нес службу в охране, чтобы заполнить пробелы.


“Ну и ночка, а?”


“Прямо как прошлой ночью. Делать, блядь, нечего, только смотреть на лес. Какого хрена мы здесь?”


“Потому что мы слишком бедны, чтобы сидеть на пляже на Фиджи”.


“Мне следовало пойти работать к моему двоюродному брату Эмилю в магазин дайвинга”.


“Я и не знал, что у твоего кузена Эмиля есть магазин дайвинга”.


“Конечно, там, в Тораборабаванкунунке. Ты это знаешь ”.


“Конечно, дайвинг и спорт в Тораборабаанкунунке. Эй, я ходил туда, когда был в отпуске ...”


Майк внезапно осознал, что бормочет реплики из диалога, и остановился, когда сержант сказал что-то, что он перевел как “Ну, мне нужно вернуться и проверить свои документы ...”


... и побрели обратно на север.


Он определенно становился слишком старым и слишком погруженным в себя для этой работы.


Сержант направился на север, а охранник - на юг. Майк подождал, пока их обоих не отделило по крайней мере тридцать метров от его позиции, встал, размял ноющие суставы и полез на стену.


Тридцать ярдов от границы леса до первой террасы. Три террасы, каждая шириной от двадцати до тридцати метров. Затем последняя стена выходит на балконы. С террас, за исключением тех случаев, когда он взбирался на следующую ступеньку выше, часовой внизу его не видел. И террасы не патрулировались. Но во внутренних двориках вокруг виллы были албанские охранники. На таком расстоянии он не должен был быть особенно заметен охранникам, которые не пользовались системами ночного видения. Но чем ближе он подходил, тем больше было шансов, что его заметят. С этого момента медленные и осторожные передвижения были обычным делом вечера. Внутрь и обратно.


Албанец-охранник был виден во внутреннем дворике. Насколько мог судить Майк, он смотрел в сторону леса, а не вниз, на террасы. Но движение привлекло внимание. Майк перелез через стену на первую террасу, а затем медленно пополз по террасе, пока не оказался в тени второй стены. Пока тревоги нет.


Если бы все пошло наперекосяк, команда реагирования Келдары была бы в лесу, чтобы прикрыть его отход. Конечно, это сорвало бы миссию навсегда. Если бы это произошло, они могли бы никогда не узнать, что случилось с девушкой. И тогда президент разозлился бы, а сенатор продолжал бы делать то, что он, предположительно, делал. Этого не было в программе.


Майк поднялся и проверил часового, который, судя по дыму и слабому инфракрасному излучению, очевидно, вышел на очередной перекур. Поднявшись еще выше, он увидел, что албанец разговаривает с другим парнем, их головы отвернуты от этого зрелища. Он вскарабкался по камням стены, затем начал скользить по открытому пространству как раз в тот момент, когда луна вышла из-за облаков.


Он мгновенно замер, не поднимая глаз. Его лицо было покрыто камуфляжным гримом, а на маскировочном костюме вдобавок была легкая сетчатая маска. Но всегда казалось, что легче всего распознать лицо. Он просто ждал на лужайке, слегка вспотев, несмотря на ночную прохладу, пока луна не скрылась за облаками. Затем он снова начал подкрадываться.


Три террасы, каждая из которых приближала его к албанцу, который болтался наверху. Через час Майк сидел на корточках у основания стены последней террасы, вдыхая густой, едкий запах сигареты албанца. Этот был, пожалуй, еще более мерзким, чем у фиджийца. Майк никогда не видел смысла в употреблении табака; все, что он делал, это притуплял чувства и нарушал ночное зрение. С другой стороны, ему нравилось, когда враги использовали это.


В доме дежурили восемь охранников. Пятеро несли наружную службу, по одному с каждой стороны, еще один - у ворот с восточной стороны, и двое, по-видимому, находились в различных внутренних помещениях. Восьмой действовал как что-то вроде сержанта стражи, переходя от пункта к пункту, чтобы убедиться, что остальные бодрствуют и настороже.


В течение дня и до самого вечера там были, кроме того, около пяти албанцев и горстка местных рабочих. Местные жители, вероятно, были этническими албанцами, если уж на то пошло.


Пройти мимо албанца было сложнее, чем мимо фиджийца. Во-первых, открытое пространство внизу было больше, чем наверху. И албанец, похоже, не блуждал. Он просто болтался на месте, откуда открывался полный вид на последний участок земли и внутренний дворик с обеих сторон.


Майк снял очки ночного видения и поднял зеркало, расположив его под углом к верхней части стены. Поднимаясь, он сместился к северу и оказался примерно в двадцати метрах от того места, где стоял албанец, опираясь руками на низкие перила или стену, окружавшие внутренний дворик. По-видимому, это был бетон или подобные материалы, выполненные в виде кружевного ажурного рисунка. Сначала была открытая площадка террасы, затем стена высотой шесть футов, затем небольшой выступ, затем перила.


Перелезть через эти перила было невозможно, если охранник стоял на виду. Именно поэтому Майк планировал отвлечь его.


Он полез в карман и достал маленький фонарик. Когда он включил его, казалось, ничего не произошло, но это только если у вас неправильное зрение.


* * *


“Вот и сигнал”, - сказал Соун, уловив ультрафиолетовый свет от вспышки через очки ночного видения и кивнув Вэннеру.


“Закатываем вечеринку”, - прошептал Вэннер в микрофон.


* * *


“Приятно наконец-то немного повеселиться”, - сказал Грезня, зажигая зажигалку и поднося ее к петардам.


“На самом деле я никогда не запускала фейерверки”, - ответила Катя, держа в руках длинную трубку. “Что это?”


“Римская свеча”, - сказала Листра, улыбаясь. “Мы прибережем это до тех пор, пока не привлекем их внимание ...”


* * *


При первых звуках выстрелов голова Крешника Дачи вскинулась. Это была долгая и утомительная ночь, и он жаждал действий. Когда его послали помогать разбойничьей банде, которой руководит его семейный клан, он ожидал гораздо больше сражений и большего взгляда на мир. До сих пор он избивал нескольких наглых сучек в Лунари, охранял группу девушек транзитом в Сербии, погрузил некоторых на судно в Италию и закончил тем, что охранял это место. Ничто из этого не способствовало осуществлению его настоящей мечты - получить студенческую визу в Америку.


Кроме этого, он хотел кого-нибудь пристрелить.


Значит, он действительно надеялся, что кто-то напал на виллу. Однако любой, кто это сделал, должен был быть сумасшедшим. Им пришлось бы атаковать вверх по склону на виду у охранников, у которых было нечто большее, чем просто чешский "Скорпион". Их бы убили, если бы они попытались. С его стороны это было вполне приемлемо.


Однако стрельба велась не близко. Это было на холме примерно в пятистах метрах к юго-востоку. Он брел в том направлении, как раз в тот момент, когда поднялся огненный шар, а затем выругался. Это была вовсе не стрельба, просто какие-то дети играли с фейерверками. Хорошо, судя по трассерам, они тоже стреляли из пистолета, но стреляли не по вилле.


“Крешник!” Имер позвал по радио. “Что происходит?”


“Немного фейерверков”, - ответил Дачи, направляясь к юго-восточному углу патио. “Наверное, какие-то дети. Кто-то тоже стреляет из АК. Но это происходит не с этой стороны”.


“Оооо”, - воскликнул Густини Хукса, когда бутылочная ракета поднялась в воздух, а затем взорвалась дождем искр. Южный охранник отошел в угол и теперь закурил еще одну сигарету. Последний ублюдок курил американские "Мальборо". Густини был назначен в Герцьяк, главный город, поставлявший ИФОРУ своих девушек. Там он заключил сделку с одним из продавцов ООН: две упаковки "Мальборо" за один час с девушкой. Для них двоих это была беспроигрышная ситуация, поскольку продавец мог “потерять” Marlboros, а Густини даже не пришлось возиться с девушками по бумажной волоките. Когда он уходил, он передал источник другому охраннику за долю в акции. Он по-прежнему получал пару упаковок "Мальборо" каждую неделю. “Мило. Я хотел бы быть там, а не торчать в этой крысиной норе. ”


“Рано или поздно мы отправимся куда-нибудь еще”, - высказал Крешник без особой надежды. Ему сказали, что назначение на эту виллу было знаком доверия и уважения, которые клан питал к нему. До сих пор это казалось тупиком.


Фейерверк длился недолго, и когда погас последний, появился Аймер.


“Мило, вы оба смотрите фейерверк вместо своих постов”, - огрызнулся мужчина постарше. “ Вернись на место и убедись, что никто не прошел мимо тебя.


“Как они могли?” Возразил Густини, махнув рукой в сторону вершины холма. “Только призрак смог бы взобраться на холм так, чтобы мы его не увидели!”


Глава Двадцать вторая


Майк переступил порог и тихо закрыл дверь на смазанных петлях. Сигнализация была сложной, но замок был совершенно ванильным.


Комната, в которой он находился, представляла собой довольно приятную столовую, похожую на зал для завтраков. Пол был из твердой древесины с наброшенными коврами, которые из-за своей глубины и мягкости казались дорогими. Очевидно, что на прием эксклюзивной клиентуры не жалели средств. Ему было трудно связать это с характером заведения, но он предположил, что после тяжелой ночи пыток шлюх клиенты, вероятно, были готовы к хорошему завтраку перед началом своего дня.


Однако, с его точки зрения, это было бесполезно. Единственная внутренняя дверь не пропускала света, поэтому, тщательно смазав петли и проверив наличие сигнализации, он бесшумно открыл ее.


Коридор за ним действительно не был освещен. Он снова был из твердого дерева, и он ступал осторожно, но все равно слышал скрип. Движение вниз по краю ограничило шум. Справа, ближе к концу, была дверь, из которой шел свет, и коридор там пересекался с освещенным коридором.


Он подключил свою систему наблюдения и тихо двинулся по коридору к освещенному дверному проему. Присев на корточки и прислушиваясь к приближающимся охранникам, он просунул под дверь оптоволоконную камеру. Платный заработок.


Внутри находился офис и комната охраны. Один из охранников дремал перед компьютерной консолью, которая воспроизводила либо сцену из здания, либо похожее видео изнасилования. В комнате было три компьютера, включая тот, перед которым дремал охранник, а также папки и бумаги, разбросанные по столу.


Майк сделал пару снимков комнаты, затем выдвинул камеру. Подойдя к углу, он переместил камеру на уровень земли и огляделся. Нужно было найти еще одного охранника, а также ровера. В поперечном коридоре он никого не увидел, но там была еще одна освещенная комната. Дальний конец вел в большую комнату. Судя по разработанной ими внешней карте, это должен был быть главный вход. Двери вдоль этого коридора были более или менее нанесены на карту по результатам наружного наблюдения. Та, у которой был освещенный дверной проем, была комнатой охраны, затем были две комнаты для “встреч и приветствий".” Последняя всегда была занавешена, поэтому ее назначение было неизвестно. Вдоль коридора располагались две внешние комнаты, также неизвестного назначения. Конец этого коридора заканчивался кухней на первом этаже. Где-то должна была быть лестница на верхние этажи и в подвал.


Майк осторожно отступил по неосвещенному коридору, подсовывая камеру под неосвещенные дверные проемы. Внешние “серые” комнаты были спальнями. Судя по снаряжению, они были спроектированы как комнаты для бондажа с низким уровнем воздействия. На кроватях были кандалы, но не было никаких признаков подвесного оборудования, и убирать их было бы непросто.


Однако внутренние комнаты, по-видимому, предназначались для более грубой игры. В одной из них стояла кровать, но она была покрыта только матрасом, а пятна сбоку указывали на пролитую кровь. Другая была обычной комнатой пыток. Установить камеру в этой комнате было непросто, так как дверь плотно прилегала к полу. Но там была резиновая перемычка, и Майк задвинул ее.


Однако девушек не было. И комнаты по-прежнему не выглядели как комнаты для серьезных убийств.


Майк остановился, услышав, как открылась и закрылась дверь, за которой последовали шаги по освещенному коридору.


Он открыл дверь в комнату, примыкающую к офису, и просочился к разделяющей стене. Достав контактный микрофон, он прикрепил его к стене и вставил наушник.


Дверь в комнату открылась, и раздался отрывистый возглас, за которым последовал звук удара стула и тела об пол. Следующий разговор был на албанском, который Майк даже не смог разобрать. Но смысл был достаточно ясен. Остальное, когда все утряслось, было неясно. Наконец, все закончилось, и надзиратель вышел из комнаты.


Майк подождал, пока стихнут шаги и охранник в комнате захрапит. Затем он вышел обратно в коридор.


Майк прошел по коридору до двери в конце и проверил это. Кухня. Ладно, это был внешний вид, но они не смогли получить полного представления. В данный момент, похоже, в нем никого не было. Он смазал петли и осторожно открыл дверь.


Помещение было большим и хорошо вымытым, с большой плитой, промышленным холодильником и островком для приготовления пищи. Войдя в помещение, он увидел пять дверей, кроме одной, ведущей наружу. Один из них, судя по виду, был встроенным холодильником или морозильной камерой. Он проверит это в последнюю очередь. Одна из них оказалась большой кладовой, вторая вела в другой внутренний коридор, третья вела в маленькую комнату, которая, по-видимому, была еще одним кабинетом, четвертая, однако, вела к лестницам как вверх, так и вниз. Вход в подвал и путь на верхний этаж.


Он подошел к морозилке и заглянул внутрь, затем поспешно отступил. Сзади лежала пара больших кусков мяса, а спереди на крючках висели два тела молодых женщин. На обеих были следы жестоких пыток. У одной было перерезано горло, а другая выглядела так, как будто ее задушили.


Майк достал камеру с низким освещением и сфотографировал обеих девушек, затем тихо закрыл дверь. Ни та, ни другая не были целью, и если он разозлится из-за находки, это просто ухудшит его работу. Он отложил прицел в сторону и проверил дверь, ведущую на лестницу.


Лестница вниз была простой деревянной; те, что вели наверх, были покрыты ковром. Он выбрал первую, ступая сбоку, чтобы уменьшить скрип.


На лестничной площадке наверху была еще одна дверь, на этот раз запертая изнутри. Он тихонько подсунул волоконно-оптическую камеру под дверь.


Коридор был ярко освещен, и его глазам потребовалось мгновение, чтобы привыкнуть. Когда они привыкли, первое, что он заметил, был охранник, сидящий в кресле и дремлющий в дальнем конце коридора слева. Это должно быть к северу.


Он спустился по лестнице до самого нижнего этажа. Там была еще одна запертая на засов дверь, и он заглянул под нее.


Подвал был настоящей пыточной темницей. Вдоль одной из стен стояло несколько клеток, различные предметы мебели, включая Андреевский крест и седло, а также подвесные устройства. Там также стояла пара металлических столов и кровать с резиновыми простынями. Столы были вымыты, но, судя по виду пола, произошли неприятные вещи.


Он проскользнул в комнату и внимательно огляделся. Ему пришлось взобраться на один из столов, чтобы найти то, что он искал, но в конце концов он нашел первое, что было спрятано в подвесной установке: комната была подключена к полному аудио- и видеосъемке. Он сомневался, что мониторы в данный момент работают, но было бы плохо, если бы это было так.


Ладно, расклад был солидным. Пора выходить.


Он тихо поднялся по лестнице на кухню, затем прошел по коридору в зал для завтраков. Он почти пожалел, что не захватил с собой немного яда. Поделом ублюдкам. В прошлом он делал с людьми столько же, или даже хуже. Если вспомнить недавнее прошлое. Но это была цель, и целью сейчас было получение информации. Не просто отыграться.


Хуже всего было то, что он знал, что вся эта ситуация привлекала его. Внутри он был, если смотреть правде в глаза, человеком, который покровительствовал этому заведению. Он не раз думал не только об изнасиловании, но и о том, чтобы пытать женщину, просто чтобы получить удовольствие. Даже убить ее. Жестоко и с причинением максимально возможного страха и боли.


Это не означало, что он это сделал. У него была ... дисциплина, чтобы контролировать этого конкретного демона. По общему признанию, он направлял его на вещи, которые были чертовски близки к ужасным. Но это было ... мерзко.


И он собирался положить этому конец.


* * *


“Были проблемы с прохождением таможни?” Спросил Майк.


“Не совсем”, - сказал Праз, пожимая плечами. Отставной сотрудник армейского подразделения по подготовке стрелков был снайперским инструктором Келдары. Невысокий и мускулистый, он дважды подряд занимал второе место в “дальних боях” в Кэмп-Перри, будучи выбитым одним и тем же снайпером морской пехоты. Майк положил глаз на морского пехотинца, как только тот уволился из Корпуса. “Они думали, что мы сумасшедшие, но не доставляли нам никаких хлопот”.


“В чем заключается миссия?” Спросил Ласко, ставя длинные ящики на кровать. Бывший охотник был одним из старейших келдара в отряде, но он был тверд, как тик. Худой и жилистый, он был похож не на кого иного, как на горных козлов, на которых он обычно охотился. Козы были осторожны и обладали очень острым зрением; в общем, единственный выстрел, который сделал даже очень хороший охотник, был сделан с расстояния более пятисот метров. Ласко твердо верил в то, что нужно возвращаться с таким количеством коз, сколько израсходовано патронов, и обычно так и делал.


“Прямо по твоей части, Лас”, - сказал Майк с суровым выражением лица. “Те, кто выбирает убитых”.


* * *


“Снайперские группы на позициях”, - сказал Праз по радио.


“Первая стрелковая группа на позиции”, - прошептал Соун. “Все мишени на месте”.


“Второй дротик на позиции”, - прошептал Парак. “Готов”.


“Браво, вход готов”, - сказал Адамс.


“Вступление в Альфа...” Майк прошептал в ответ, оглядываясь по сторонам: “Готов. Инициируй”.


* * *


Соун снова посмотрел в прицел и рассчитал ветер. Дротики летели с очень низкой скоростью и имели тенденцию дрейфовать при малейшем ветре. И дистанция для выстрела была большой. Он хотел бы, чтобы стреляли Праз или Ласко, но ему придется это сделать.


У нижних ворот виллы собрались четверо фиджийских охранников. Одним из них был сержант, которого они и ждали.


Соун глубоко вздохнул, затем сделал паузу и посмотрел на Парака.


“Двое правы”, - сказал Соун, вертя дротик, зажатый между пальцами левой руки.


“Понял”, - лаконично ответил Парак. Командный снайпер был гораздо более уверен в своих выстрелах.


“Если я промахнусь...” Сказал Соун.


“ Следуйте за мной, ” сказал Парак. “Копия. И тебе того же.


“Ты не промахнешься”, - сказал Соун, переводя дыхание и выпуская его.


Он сделал свой первый выстрел, за ним быстро последовал первый выстрел Парака. Сержант перестал жестикулировать и потянулся за дротиком, который появился у него на груди, озадаченно глядя на него.


К тому времени, когда он начал падать, Соун передернул затвор пневматического пистолета и метнул следующий дротик. Однако он даже не успел прицелиться для следующего выстрела, как Парак выстрелил. Однако Соун не торопился, проверяя правильность прицеливания и управления спусковым крючком, прежде чем выстрелить. Этот дротик тоже попал в цель, и все фиджийские охранники на воротах были повержены.


“Цель номер один уничтожена”, - прошептал Соун, проскальзывая обратно сквозь скрывающий подлесок.


“Вторая цель уничтожена”.


“Снайперы”.


* * *


Праз посмотрел в оптический прицел и еще раз рассчитал выстрел. Восточная цель была легкой, южная - сложнее. И никто не знал, когда появится ровер.


Он сделал небольшой вдох, подождал, пока его сердце достигнет диастолического уровня, а затем мягко нажал на спусковой крючок специальной снайперской винтовки.


“Южная цель уничтожена”, - сказал Тариэль. “Не двигается”.


Праз почувствовал, что выстрел был правильным, и уже нацелился на вторую цель. Вопрос был в том, услышит ли он падение первой, и, конечно же, он пошевелился, потянувшись за рацией. Праз повел его в касание и выстрелил.


“Мисс”, - сказал Тариэль, когда мужчина остановился и дико огляделся, присев за декоративными перилами. Теперь он включил рацию и взволнованно говорил в нее.


Праз, еще раз передернул затвор и нацелился в голову цели. На таком расстоянии это был не совсем легкий выстрел, но это была единственная часть в поле зрения. Подожди, подожди, выжми.


“Цель”, - сказал Тариэль. “Он повсюду во внутреннем дворике”.


“Я вижу это”, - сказал Праз, отступая назад и вытирая пот со лба. “Продолжайте искать цели”.


* * *


“Просыпайся, идиот!” Сказал Аймер Эмини, вбегая в компьютерный зал. “Крезник сказал, что на нас напали!”


“Я слышал”, - сказал Олтион Дзафери, садясь и вытирая глаза. “Где они?”


“Вот о чем все это должно нам рассказать!” Прорычал Аймер, махнув рукой в сторону компьютеров. “Включите мониторы! Крезник, докладывай!” Аймер сделал паузу и посмотрел на рацию, на мгновение встряхнув ее в отчаянии. “Gustini? Педжерин? Виктор? Кто-нибудь? ”


“Шкумбин, здесь”, - ответил охранник наверху. “Что происходит?”


“Я не знаю”, - ответил Аймер, тяжело дыша. “Подойди к окну одной из девушек и выгляни. Посмотри, сможешь ли ты что-нибудь увидеть. Олтион, позови этих черножопых к телефону и спроси их, что происходит!”


“Я ухожу”, - ворчливо сказал Шкумбин.


“Оставайтесь на связи”, - продолжил Аймер. “Продолжайте говорить. Что?”


“От черножопых нет ответа”, - сказал техник, пожимая плечами. “Мне нужно включить свет, чтобы видеть на мониторах”.


“Пока нет”, - осторожно ответил Аймер. “Шкумбин?”


“Я в комнате для девочек”, - ответил Шкумбин. “Я ничего не вижу за—”


* * *


“Цель, третье верхнее окно”, - тихо сказал Тариэль.


“Понял”, - ответил Ласко, нажимая на спусковой крючок.


* * *


Аймер поднял глаза на грохот, раздавшийся сверху, а затем зарычал.


“Позвони в город! Скажи им, что на нас напали!”


“Телефонов нет”, - сказал Олтион, качая головой. “И интернета”.


“Начинайте сбрасывать”, - сказал Аймер, дрожа и вытаскивая пистолет. “Я пойду, выиграю вам время, чтобы сбросить все данные ...”


Последнее, что он осознал, был звук открывающейся двери.


* * *


“Компьютерный зал защищен”, - сказал Майк, снимая балаклаву. “Чисто. Вэннер, приступай к работе”.


“Приступим, босс”, - сказал специалист по разведке, усаживаясь за первый компьютер и жестом Грезни приглашая второго.


“Я насчитал восемь танго”, - ответил Адамс. “Готовлюсь подметать верхние этажи”.


Майк вышел в коридор, когда в комнату хлынуло еще больше женщин-келдара. Келдара слаженно переходили из комнаты в комнату, выискивая дополнительные цели.


“Браво, шестерка”, - сказал Адамс. “Зачистка завершена. Одно танго в верхней комнате, любезно предоставленное Ласко, по моим предположениям. Шесть девушек”.


“Хватай их и спускайся сюда”, - сказал Майк. “Vanner?”


“У нас есть жесткие диски”, - сказал Вэннер, вставая. “Что насчет файлов?”


“Savo! Стаи!”


“Система зажигания на месте”, - сообщил Адамс. “Место подстроено”.


“Пять минут, народ”, - крикнул Майк, когда женщины из Келдары начали вытаскивать папки из ящиков и наполнять сумки, которые протягивали им ополченцы. “Грезня, начинай подсчет”.


* * *


Ярок посмотрел на разрушенную виллу и покачал головой.


“Они застрелили фиджийских охранников из пистолетов с транквилизаторами”, - сказал он, вздыхая. “Они явно не хотели чрезмерно злить СДК. Затем они, по-видимому, сняли защиту виллы, забрали девушек и, вероятно, другую информацию и довольно умело подожгли ее на выходе. Один фиджийский охранник сказал, что с момента, когда он услышал первые выстрелы, до отъезда машин прошло не более пяти минут.”


“Я убью их всех”, - взревел Борис. “Этого нельзя допустить!”


“О, согласен”, - ответил Ярок, снова вздыхая. “Но вы помните, что я рекомендовал усилить охрану на всех объектах в этом районе. Здесь было всего восемь обычных охранников”.


“Этого должно было быть достаточно”, - отрезал Борис. “Особенно с фиджийцами. Эти американцы - волшебники!”


“Вряд ли”, - задумчиво сказал Ярок. “Они уничтожили внешнюю охрану снайперами. К тому же хорошими. Я нашел одну снайперскую точку, я полагаю, и это был выстрел с семисот метров при боковом ветре. Это снайпер мирового класса. Однако, с опущенными внешними щитками осталось только четыре. Что мне интересно, так это как они нашли план дома. ”


“Что ты имеешь в виду?”


“Чтобы сделать что-то подобное, чисто, ты должен знать, куда идешь”, - сказал Ярок, задумчиво потирая губы. “Тебе нужна планировка дома. В противном случае вы будете бегать вокруг, пытаясь найти свои цели. Я бы сказал, исходя из времени, которое дал оставшийся охранник, что у них должна была быть планировка дома. И, учитывая оборону, я не понимаю, как они могли проникнуть туда заранее. Итак ... ”


“Вы хотите сказать, что у нас утечка информации?” Холодно спросил Борис.


“Я говорю, что это возможно”, - признал Ярок.


“Я займусь этим”, - пообещал албанец.


“Делай”, - ответил Ярок. Это избавит тебя от меня, пока я занимаюсь настоящим делом . “Тем временем я попытаюсь найти, куда они убежали, чтобы спрятаться. Я сомневаюсь, что Розайе станет их последней целью. Будет интересно посмотреть, где находится их конечный пункт назначения ”.


Глава двадцать третья


Майк откинулся на спинку пляжного кресла и поправил солнцезащитные очки, когда мимо прошла действительно потрясающая женщина, на которой едва виднелись стринги.


“Что мы получили, Патрик?” спросил он. У пляжей Адриатики были свои плюсы. В данный момент он был зациклен на двух из них.


Пересечь границу с Хорватией было относительно легко. В окрестностях Виницы и Итлука имелись десятки небольших пограничных переходов со слабой охраной. Контрабанда была эндемична в этом районе, и те немногие переходы, на которых стояли охранники, были исключительно источниками дохода. Они были более чем готовы получить свою обычную долю за контрабанду девушек.


Побережье Хорватии с многочисленными островами и пляжами было местом назначения для летних туристов со всей Восточной Европы. Быстрая смена образа жизни, и группа превратилась в туристов, школьников, греющихся на солнышке вдоль Адриатики. На этот раз они даже смогли поселиться в приличном отеле.


И все девушки из Келдары не выдержали и надели купальники. Для обложки, конечно. Большинство из них были гораздо менее смелыми, чем очаровательная блондинка, чешка или словачка, которая только что прошла мимо, но все равно на них было приятно смотреть.


“Они, по-видимому, получили полные аудио- и видеозаписи своих клиентов”, - натянуто сказал Ваннер. “Я только… проверил это. Но это довольно грубо. Проблема в том, что из добычи осталось всего пять DVD. И ни на одном из них нет нашей девушки. ”


“Полагаю, это хорошо”, - сказал Майк.


“Да, но это только последние DVD”, - отметил Вэннер. “Остальные были перевезены в город под названием Лунари”.


“Дерьмо”, - сказал Майк, доставая свой солнцезащитный крем и вытирая немного о грудь. За зиму и весну он приобрел адский фермерский загар.


“ Но... ” начал Вэннер. “Я не уверен, что это имеет значение. У нас есть остальные их записи. Они не вели электронных записей, но файлы были надежными. И есть интересные новости.”


“Не заставляй меня ждать”, - сказал Майк, наблюдая за парой девушек из Келдары, брызгающих друг на друга. Он на мгновение задумался, не присоединиться ли к ним, но затем отбросил эту идею.


“Дело в том, что все девушки, которые ходили в Rozaje, не умерли”, - сказал Ваннер. “У нас возникли трудности с переводом всех файлов, поскольку они на гребаном албанском. Мне приходится сканировать их и распознавать, а затем прогонять через переводчик. Вы знаете, как обалденно это может получиться. Но мы уверены, что некоторые девушки уходят. Иногда их там было слишком много. Клиент или клиенты не появлялись, неважно. Время от времени у них оказывалось слишком много девушек, и они отправляли излишки ”.


“Только не говори мне, что Наталья проскользнула сквозь щели”, - недоверчиво сказал Майк.


“Так это выглядит”, - ухмыльнувшись, ответил специалист по разведке. “Ее перевезли на Лунари вместе с пачкой DVD”.


“Черт”, - сказал Майк, вздыхая. “Что у нас есть на Лунари?”


“Это будет не весело”, - признался Вэннер. “Это центр бегства девушек, торговли наркотиками и оружием в Албании. Здесь царит полное беззаконие. Он контролируется примерно шестью различными кланами или бандами; особых различий нет. Правительство даже не пытается его контролировать. Не имеет выхода к морю, но недалеко от него. Судя по информации, которую мне удалось раздобыть, ее немного, но она также довольно тщательно контролируется. Есть заметки о сложных системах безопасности. И банды хорошо вооружены. В файлах об этом тоже есть кое-что, но ... чтобы разобраться со всеми ними, потребуется время. Мне бы не помешала помощь в переводе.”


“Есть какие-нибудь идеи, где именно находится добыча?” Спросил Майк.


“Ага”, - сказал Вэннер. “Наталью и DVD-диски отправили в конкретный бордель, принадлежащий банде Дейти”.


“Знакомое имя”, - задумчиво произнес Майк.


“Он, по-видимому, был одним из парней, тесно связанных с кланом”, - сказал Ваннер. “Это будет проблемой. По крайней мере, в долгосрочной перспективе”.


“О, я так не думаю”, - сказал Майк, вставая. “Я собираюсь поплавать. Хочешь пойти?”


“Минутку”, - сказал Вэннер, сглатывая. “Есть кое-что еще. Мы не получили DVD, но мы получили список их клиентов и оплату за услуги, так сказать”.


“И что?” Спросил Майк, сделав паузу.


“Я просмотрел кучу имен через Интернет”, - сказал Вэннер, качая головой. “Это не совсем то, Кто есть кто, но там много… ну, по крайней мере, богатых людей. И некоторые из них просто могущественны. Господи, Килдар, эти данные - политический динамит! ”


“Я так и думал”, - сказал Майк, вздыхая.


“Ради бога, бывший французский командующий KFOR!” Сказал Ваннер.


“Это объясняет меры безопасности”, - сухо сказал Майк. “А как насчет нашего друга сенатора?”


“Сенатора Траскела в этом деле нет”, - натянуто сказал Ваннер. “Как и его сына. Но… есть кое-кто, о ком вы слышали ...”


* * *


“О ... черт возьми”, - сказал президент, взглянув на послание.


“Там было только одно слово, сэр”, - ответил Пирсон. “Но я думаю, что смысл ясен”.


“Сенатор Грэнтэм!” - прорычал министр обороны. “Невозможно! Я знаю его ... десятилетия!”


Сенатор Пэт Грэнтэм был старшим сенатором от Южной Каролины, убежденным сторонником президента, известным своими религиозными взглядами и откровенным религиозным консерватизмом. Решительный, но благородный боец в Сенате, его потеря стала бы серьезным политическим ударом по программе президента.


“Кто знает, какое зло таится в сердцах людей”, - ответил советник по национальной безопасности. “Он тоже был на вечеринке. Я не вижу, как это что-то меняет”.


“Что ж, это усложнит нашу работу”, - отметил начальник штаба. “Я был бы более чем рад видеть, что Траскела больше нет. Грэнтэм, с другой стороны ...”


“Другой руки нет”, - определенно сказал президент. “Никакой. Как и в случае с сенатором Траскелом, я собираюсь дождаться надежного подтверждения. Но если мы добьемся этого, Грэнтэм больше не будет сенатором. Точка. ”


“Сенатор из другой партии...” - заметил глава администрации.


“Меня это не волнует”, - прорычал президент. “Ни капли, черт возьми. Я сомневаюсь, что смогу воздать ему должное, которого он полностью заслуживает. Но он больше не будет сенатором Соединенных Штатов ”.


* * *


Майк был удивлен тем, до какой степени девушки из Келдары были готовы поиграть в "хваталку за задницу". Он бы списал это на эффект ”Килдар", но они играли и с ополченцами. Черт возьми, даже Оксана была там, играя на очень маленьких волнах. Майк не пытался схватить ее за задницу, только чтобы найти девушку вместе с несколькими девушками из Келдары, пытающимися схватить его. Он позволял им макать себя, а затем проплывал между их ног, затягивая их под воду, а затем выталкивая обратно на поверхность; очень немногие из них были сильными пловцами. Они были поражены и встревожены тем, как долго он мог задерживать дыхание.


Проблема с хватанием за задницу заключалась в том, что это возбуждало его. А девушки из Келдары были под запретом. Так же, по разным причинам, поступали и девушки, которых они “подцепили”. Он все еще не был уверен, что с ними делать. Перевод их из сексуального рабства в гарем, другую форму сексуального рабства во всех смыслах и целях, не казался ему достойным использованием времени. Нужно было что-то предпринять, но это было в другой раз.


С некоторой неохотой он, наконец, выбрался из воды и побрел обратно к своему пляжному креслу. Которое было занято.


“Ты...” Сказал Майк и замолчал.


“Дарья”, - ответила девушка, вставая. На вид ей было около девятнадцати, одна из девушек, которых они нашли в Розае. Высокая и статная, она обладала великолепными грудями и аурой наивности, которая должна была быть притворством. “Извините, я был в вашем кресле… Килдар?”


“Зови меня Майк”, - сказал Майк, махнув ей, чтобы она возвращалась на стул, а сам присел рядом на корточки. “Как у тебя дела?”


“Кошмаров стало меньше”, - тихо сказала девушка. “Мы знали, зачем мы здесь; охранники позаботились о том, чтобы сказать нам. И мы могли слышать кое-что из этого. Девушки уходили и не возвращались. Я была больна, когда приехала, и меня не представили ”.


“Хорошая вещь”, - сказал Майк. “Я уверен, что ты был бы первым выбором”.


“Большое вам спасибо”, - ответила Дарья с напряженным лицом. “Я подумала то же самое. Врач только что выписал мне справку о состоянии моего здоровья. Они сказали мне, что меня представят на следующий… заказчик.”


“А теперь ты не такой”, - сказал Майк. “Будь счастлив. Наслаждайся солнечным светом, зная, что ты сможешь продолжать наслаждаться им”.


“Это я?” - многозначительно спросила Дарья.


“Хммм, да”, - ответил Майк. “Прямо сейчас я не могу позволить тебе уйти. Фактически ты все еще пленник. Но тебя не изнасилуют и не побьют, и когда это задание будет выполнено, я подброшу тебя куда захочешь. Возвращайся домой, если ты этого хочешь. ”


“Дом”, - тихо сказала Дарья. “Не знаю, узнаю ли я это слово. Если вы говорите об Украине, то для меня там ничего нет”.


“Мы что-нибудь придумаем”, - сказал Майк, беря свои солнечные очки.


“Где вы живете?” Спросила Дарья. “В Джорджии? Но вы американец”.


“У меня есть причины жить там”, - сказал Майк, пожимая плечами.


“И у тебя там есть дом”, - сказала девушка, склонив голову набок.


“И гарем”. Майк пожал плечами. “Я уверен, ты разговаривал с девушками из Келдары”.


“Это туда мы пойдем?” осторожно спросила она.


“На какое-то время”, - сказал Майк, снова пожимая плечами. “ Пока мы не решим, что еще с тобой делать. Я должен что-то придумать; в противном случае караван-сарай заполнится женщинами, и тогда будет ворчать, ворчать, ворчать весь день и ночь. ‘ Килдар, когда будет моя очередь? Килдар, можно мне купить новое платье? Килдар, я самый красивый? ’ - Он ухмыльнулся девушке и был удивлен, получив улыбку в ответ.


“Я могу сказать, что ты живешь с женщинами”, - сказала Дарья. “У тебя такой взгляд”.


“Одомашненный, это я”, - вздохнул Майк. “Просто безнадежный любовный раб женского желания...”


“И ты ничего не получаешь?” Беспечно спросила Дарья.


“О, я полагаю, что да”, - сказал Майк, снова ухмыляясь. “Но я стараюсь делать все возможное”.


“Я ничего не получу”, - сказала Дарья, пожимая плечами. “Я была девственницей, пока...”


“Найти хорошую работу в Западной Европе?” Спросил Майк.


“Да, но я знала о проблемах с этим”, - сказала Дарья, нахмурившись. “Дело в том, что человек, который ... продал меня, был моим парнем!”


“Ой”, - сказал Майк, качая головой. “Это холодно”.


“Он сказал, что знает кое-кого, кто мог бы устроить меня на работу в Бельгии”, - продолжила Дарья, глядя на море. “Я обучалась на секретаря, да? Я умею читать и писать на английском, французском и немецком. Мой парень… ну, он не великий человек. У него нет работы, но… Он мне нравится ”.


“Однажды у меня была девушка. Она сказала, что притягивает бомжей”, - сказал Майк, кивая. “Кстати, она имела в виду не меня. Но… есть женщины, которые привлекают таких парней, как мухи.”


“Это я”, - продолжила Дарья, сморщив нос при воспоминании. “Он знакомит меня с другим человеком, который сказал, что у него есть деловые контакты в Бельгии ...”


“Я уверен, что он это сделал”, - сухо сказал Майк.


“Мы встречаемся… три раза, прежде чем я соглашаюсь устроиться на работу”, - сказала Дарья, вздыхая. “У него есть фирменный бланк и письма о приеме на работу. Но у меня нет ни выездной, ни въездной визы, так что Паша...”


“Паша?” Переспросил Майк, наморщив лоб. “Ахмед-паша?”


“Да, так его звали”, - сказала Дарья. “И с ним был еще один мужчина, Питер...”


“Был похож на Санта-Клауса?” Спросил Майк.


“Да!” Сказала Дарья, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него.


“Тебе нужно поговорить с Оксаной”, - сказал Майк, двигая челюстью. “Итак, ты определенно не добрался до Бельгии”.


“Они перевезли меня через границу в Молдавию”, - сказала Дарья. “Там...”


“Они изнасиловали тебя, избили и забрали твой паспорт”, - сказал Майк. “Значит, ты не мог уехать без их помощи. И продали тебя албанцам”.


“Да”, - сказала Дарья, снова поворачиваясь, чтобы посмотреть на океан.


“Сталкивались с парнем по имени Дейти?” Спросил Майк.


“Да”, - тихо ответила Дарья.


“Ну, он спит с рыбами”.


Дарья сделала паузу и нахмурилась, затем пожала плечами.


“Для меня это ничего не значит”, - призналась она.


“Американский сленг”, - ответил Майк. “Это означает, что я сломал ему оба колена, а затем выстрелил ему в голову и сбросил его тело в озеро”.


“О”, - сказала Дарья, выдыхая. “О”.


“Я сомневаюсь, что вы столкнулись с человеком по имени Нику ...”


“В Румынии”, - ответила Дарья с суровым выражением лица. “Это он отправил меня в Розай”. Она сделала паузу и изогнула бровь. “Рыбы?”


“Рыбы”.


“Я не уверена, что я чувствую по этому поводу”, - призналась она.


“Это потому, что ты милая девушка”, - ответил Майк. “А я не очень хороший мужчина”.


“В это я не верю”, - сказала Дарья, задыхаясь от смеха. “Если бы ты не был хорошим человеком, мы бы остались на вилле, все еще скованные цепями, ожидая, когда нас заберут следующие”.


“Поверь этому”, - решительно сказал Майк. “То, что я делаю приятные вещи, не означает, что я хороший человек. Мужчины, которые насиловали тебя, мужчины, которые били тебя, просто делают то, что я хотел бы делать. И иногда делаю, когда молодой леди нравятся подобные вещи. Я нехороший человек. Хороший человек не стал бы забивать другого человека до смерти кувалдой. ”


“Дейти?” Спросила Дарья.


“Босс отделения интенсивной терапии”, - ответил Майк.


“Дейти тыкал мне иглами в грудь, - тихо сказала Дарья. “И бил током с помощью электрических проводов. Он ударил меня в живот так сильно, что у меня пошла моча кровью. Он не оставил снаружи никаких шрамов ... ”


“Но он оставил их внутри”, - сказал Майк.


“Многие”. Она снова сделала паузу, а затем пожала плечами. “Ты знаешь женщин, которым нравятся подобные вещи?”


"Например, менеджер моего гарема”, - сказал Майк, слабо улыбаясь. “Анастасия раньше ... принадлежала шиитам в Узбекистане. Она сказала мне, что была счастлива работать у меня, потому что он бил ее недостаточно сильно. Ей нравится, когда ее бьют и причиняют боль. Дать ей то, что она хочет, не оставляя шрамов, тяжело ”.


“Она менеджер твоего гарема?” Спросила Дарья, качая головой. “Мне трудно думать об этом”.


“Это девушки, которых я подобрал по разным причинам”, - ответил Майк. “Я не знал, что с ними делать, поэтому держал их как подружек, на самом деле наложниц. Они могут уйти в любой момент, я даже предлагаю им ставку для начала. Никто из них не поддержал меня в этом. Когда они станут достаточно взрослыми, чтобы добиться успеха в этом мире, и достаточно образованными, я вышвырну их за дверь. А пока я даю им образование и шанс на настоящую жизнь ”.


“И они дают тебе секс?” Натянуто спросила Дарья.


“Я их не принуждаю”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Большинство из них были с маленьких ферм в горах. Они считали это честью, что меня удивило. То, кого они называют Килдаром, - это что-то вроде дворянина в округе. Но ... да, они дают мне секс. Вы можете сказать, что они таким образом оплачивают свой путь, но я предпочитаю думать об этом по обоюдному согласию. Мы все живем с ложью, которую говорим сами себе ”.


“Да”, - сказала Дарья, откидываясь на спинку стула и вздыхая. “Это мы делаем”.


“Так что, по-твоему, мне делать с этими девушками?” Спросил Майк. “У меня есть все от Оксаны, зарегистрированной девственницы и сироты, которой некуда идти, до… тебя, я полагаю. Я полагаю, вам есть куда вернуться?”


“Если бы я могла посмотреть правде в глаза”, - сказала Дарья. “Мои родители сказали мне не уезжать. Им не нравился мой парень”.


“Смотреть им в глаза будет тяжело”, - признал Майк. “Но… ‘дом там, где, когда тебе нужно туда пойти, они должны принять тебя ”.


“А где твой дом?” Спросила Дарья.


Майк остановился и моргнул. Дом по-прежнему означал для него США. Его родители умерли; он не разговаривал со своей сестрой ... годами.


“Спасибо, что спросили”, - сказал Майк, нахмурившись. “Ответ таков: у меня его нет”.


“У тебя должен быть дом”, - сказала Дарья, в свою очередь нахмурившись. “Ты хороший человек, у тебя должен быть хороший дом”.


“Я полагаю, это из-за Келдары”, - ответил Майк, все еще хмурясь. “Они - самое близкое, что у меня есть к семье. В течение многих лет домом были военно-морской флот, Команды и BUD / S. Я был женат, но это развалилось после того, как я вышел. Сейчас… Я не знаю. ”


“Тебе следует снова жениться”, - решительно заявила Дарья.


“Возможно, когда я найду подходящую девушку”, - ответил Майк. Солнце медленно клонилось к западу, и температура неуклонно падала. Его это не беспокоило, он привык к гораздо худшему на пляжах по всему миру, но девушки выходили из воды и дрожали. “Похоже, пора ужинать”, - добавил он, вставая.


Дарья последовала за ним, когда он направлялся обратно в отель, и он обернулся, чтобы посмотреть на нее, приподняв бровь.


“Мне было интересно...” - сказала девушка, затем пожала плечами. “Ничего особенного”.


“Вот что я тебе скажу”, - сказал Майк, приподнимая одну щеку. “Давай поговорим об этом наверху”.


Когда они добрались до его комнаты, Майк указал ей на стул и плюхнулся на кровать, подложив под себя несколько подушек.


“Одна из вещей, которую мы не сделали в этой операции, - это ввести постоянную программу консультирования по вопросам изнасилования”, - сказал Майк. “Или программу консультирования по вопросам жестокого обращения. Почему? Потому что мы на боевой операции, и это не важно для операции. И, честно говоря, у нас нет никаких советников. Может быть, нам стоит привлечь несколько щекотливых типов, чтобы прикрыть базу, но у нас ее нет. У меня ее нет. Комментарии? ”


“Почему тебя это должно волновать?” Спросила Дарья, пожимая одним плечом.


“Если это влияет на миссию”, - сказал Майк. “На данный момент мы застряли с вами, девочки. Если вы не функционируете, это влияет на миссию”.


“Мы функционируем”, - сердито сказала Дарья. “И ты не застрял с нами”.


“Да, это я”, - ответил Майк. “Вы в курсе, кто мы такие и что делаем. Если бы мы просто высадили вас на улице, новость облетела бы все. Кроме того, поскольку я не являюсь хорошим парнем, но пытаюсь вести себя как таковой, я не могу просто бросить тебя на углу улицы. Так что я застрял с тобой. И если ты разозлишься из-за этого и решишь сорваться с места, то обнаружишь, что у нас полно монтажной ленты ”.


“Монтажная лента?” Спросила Дарья, сбитая с толку.


“Тогда клейкая лента”, - сказал Майк, переворачиваясь и вытаскивая рулон из своей спортивной сумки.


“Значит, мы все еще пленники”, - сказала Дарья.


“Да”, - ответил Майк. “Как и раньше. Но мы не планируем убивать вас в рамках сексуальных забав и игр. Единственное реальное отличие. О, и вас не изнасилуют. И мы действительно постараемся не поднимать на вас руку. Но, да, вы все еще заключенные. Это просто более комфортная тюрьма ”.


“Тогда почему ты меня не изнасилуешь?” Сказала Дарья, тяжело дыша.


“Не искушай меня”, - сказал Майк. “Серьезно. Не надо. Ты настоящий красавчик. И причина в том, что я пытаюсь вести себя как хороший парень”.


“Что, если я скажу тебе, что хотела, чтобы ты это сделал?” Сказала Дарья, глядя в пол и краснея. “Что, если я скажу тебе, что, как бы сильно я ни ненавидела то, что со мной произошло… Мне тоже понравилось?”


“Тогда я бы сказал вам, что я не консультант по изнасилованиям”, - ответил Майк, пренебрежительно пожав плечами. “Я бы также сказал вам, что вы не одиноки. Магниты для бомжей, как правило, заканчиваются жестокими отношениями. Я бы предположил, что твой парень-бомж время от времени давал тебе пощечины, верно? ”


“Да”, - сказала Дарья, поднимая глаза. “Я должна была остановить его, но...”


“Ты любила его, и он любил тебя”, - закончил за нее Майк, пожимая плечами. “Это не любовь, милая, это синдром жестокого обращения. Черт возьми, это быть сабмиссивом. Не обязательно в сексуальном плане, но в целом. Вы, вероятно, чувствовали, что заслужили это, что это все ваша вина. ”


“Ты что, в моей голове?” Сердито спросила Дарья. “Это что, какая-то штука с разумом?”


“Нет, это значит быть достаточно взрослым и опытным, чтобы вести подобный разговор раньше”, - сказал Майк, снова пожимая плечами. “Вряд ли ты один. Подобное насилие происходит повсюду, дорогая, даже в Соединенных Штатах. У тебя никогда не было секса со своим парнем? ”


“Нет”, - сказала Дарья, снова краснея. “Я подвела черту, даже когда он разозлился. И он бил меня, только когда был пьян. Однажды он попытался...”


“Изнасиловать тебя”, - сказал Майк.


“Я собиралась сказать, заставь меня”, - ответила Дарья. “На самом деле это было не изнасилование —”


“Да, это так”, - огрызнулся Майк. “Изнасилование на свидании есть изнасилование. Точка, блядь, точка. Итак, ты подвел черту, и что теперь?”


“Теперь...” Сказала Дарья и замолчала.


“Вы сказали, что некоторые из злоупотреблений доставляли вам удовольствие?” Спокойно спросил Майк.


“Я не должна”, - сказала Дарья, закрыв лицо руками. “Я думаю, что я очень плохой человек”.


“Пункт номер шестьдесят два контрольного списка”, - сказал Майк, посмеиваясь.


“Что тут смешного?” Огрызнулась Дарья, свирепо глядя на него.


“Тебя воспитывали очень хорошей девочкой”, - сказал Майк, все еще улыбаясь. “Не заниматься сексом, пока ты не выйдешь замуж. Но ты чувствуешь, что этого хочешь?”


“Да”, - призналась Дарья. “Очень”.


“Я не буду спрашивать, является ли это ответом "особенно сейчас", - сказал Майк. “Но суть в том, что если тебя вынудили, то это не твоя вина. Если мужчина заставляет тебя это делать, ты не такой уж плохой человек. Это одна из причин, по которой ты хочешь, чтобы тебя заставляли заниматься сексом. Да?”


“Я… не думала об этом с такой точки зрения”, - призналась Дарья.


“Если ты связан, как это может быть твоей виной?” Спросил Майк. “Но если тебе это все еще нравится, это все равно делает тебя плохим человеком внутри. Итак, ты хочешь, чтобы тебе причинили боль за то, что ты плохая девочка. Я близок? ”


“Да”, - тихо ответила Дарья.


“Хорошо”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Давай поговорим об этом. Отчасти это может быть из-за изнасилования. Но ... ты когда-нибудь думал об этом до изнасилования? Я имею в виду, ты фантазировал о подобных вещах, когда мастурбировал? ”


“Это очень личный вопрос!” Огрызнулась Дарья.


“Это личный разговор”, - ответил Майк. “Вопрос в том, возникли ли эти чувства в результате изнасилования или они были у вас раньше?”


“Некоторые из них...” - тихо сказала Дарья. “Некоторые из них раньше”.


“Есть множество книг, написанных о том, что ты чувствуешь”, - сказал Майк. “Термин - сексуальное подчинение. К счастью для меня, я часто сталкиваюсь с ними, поскольку я сексуальный доминант. Противоположности притягиваются и все такое. Дело в том, что ты не так уж плоха, если испытываешь такие чувства. Это нормальное, черт возьми, вероятно, для большинства, чувство у женщин. У некоторых мужчин это даже желание. Итак, первое, что нужно вбить себе в голову, это то, что ты не злой, раз так считаешь.”


“Это кажется… неправильным”, - сказала Дарья. “Плохим”.


“А некоторым женщинам нравится, когда им говорят, какие они плохие”, - сказал Майк. “Все это прекрасно, если это действительно происходит по обоюдному согласию двух разумных взрослых людей. Иногда и больше. Дело в том, что это нормально - чувствовать себя так, разыгрывать эти фантазии. Пока ты знаешь, где провести черту. Термин - "дверь спальни’. Пока ваши фантазии являются игрой, будь то в спальне, гостиной или на кухне, во всем доме или на склоне горы, пока игра заканчивается в согласованный момент, это просто весело ”.


“Весело”, - фыркнула Дарья. “Я хочу… Я хочу, чтобы мне говорили, что я плохая”.


“И пока это в спальне, образно говоря, все прекрасно”, - ответил Майк. “Дарья, посмотри на меня”.


Он подождал, пока девушка не подняла голову и не встретилась с ним взглядом.


“Ты хорошая девочка, прекрасная женщина”, - сказал Майк, не сводя с нее глаз. “Тебе просто нужно, чтобы тебе говорили обратное. Ты хочешь, чтобы тебя отшлепали? Чтобы над тобой надругались?”


“Да”, - призналась она, все еще глядя ему в глаза.


“Но ты же не хочешь, чтобы такой была твоя жизнь, верно?” Сказал Майк. “Связали и ударили, осторожно, и сказали, что ты плохая девочка в постели, конечно. Но не бьют по лицу, потому что ужин запаздывает.”


“Нет”, - потрясенно ответила Дарья. “Я имею в виду, да, первое, но не второе”.


“Ты сексуальная саба”, - сказал Майк, пожимая плечами и откидываясь назад. “Мой любимый тип девушек. Но суть в том, что в конце пьесы ты снова становишься собой. Владеть собой. Любить себя и знать, что ты неплохой человек. Если ты не сможешь этого сделать, ты никогда не станешь тем человеком, которым можешь быть ”.


“Но теперь я чувствую, что мне это действительно нужно”, - практически причитала Дарья. “Я хочу этого все время —”


“Пункт двадцать с чем-то в контрольном списке после изнасилования”, - сказал Майк. “Нимфомания. Женщина в данной ситуации переключается на желание секса. Если это все равно произойдет, они могли бы научиться получать от этого удовольствие. Много. И делать это. Много. Даже когда их к этому не принуждают. ”


“Ты хочешь сказать, что я больна?” Осторожно спросила Дарья. “Нимфомания - это быть больной”.


“Не совсем”, - ответил Майк, пожимая плечами. “У тебя просто стандартная реакция на твою форму травмы. Извини, если это заставляет тебя чувствовать себя менее особенным. Не извиняйся, если это заставляет тебя чувствовать себя менее плохо. Потому что ты не такая. Ты прекрасная молодая леди. Ты только что пережила травматический опыт и реагируешь на него довольно хорошо узнаваемыми способами ”.


“И что мне с этим делать?” Спросила Дарья, садясь.


“Вот тут-то мои знания в некотором роде и рушатся”, - признался Майк. “Особенность изнасилования, особенно когда оно происходит с человеком с небольшим опытом секса или вообще без него, заключается в том, что оно меняет отношение к позитивному и негативному сексуальному опыту. Вы не можете на самом деле знать, каковы ваши сексуальные интересы, ваши потребности. Послушайте, моя бывшая жена консультировалась по вопросам изнасилования. Большая часть информации, которую я знаю, исходит от нее и подруг, подвергшихся насилию. Я не эксперт. Понятно?”


“Хорошо”, - осторожно сказала Дарья. “Но сейчас ты настолько близко, насколько я могу подойти”.


“Верно”, - признал Майк. “Тем более, что ты все еще, по сути, заключенный. Даже если бы я вышел и нашел консультанта, его или ее засосало бы в ту же пустоту. Итак, я просто расскажу вам, что я знаю. Особенность изнасилования в том, что оно как бы меняет проводку. Был мальчик, которого консультировала моя жена. Он был гомосексуально изнасилован, когда ему было тринадцать или около того. И с тех пор он был гомосексуально ориентирован. Итак, ему было около двадцати пяти, и внезапно он начал интересоваться девушками. Он не уверен, что происходит, поэтому возвращается к консультированию. Оказалось, что на самом деле он вообще не был гомосексуалистом. Его ориентация сложилась в результате изнасилования, и точка. Так что прямо сейчас было бы трудно сказать, какова твоя настоящая ориентация ”.


“Так что же мне делать?” Спросила Дарья. “Что мне делать с ... кошмарами? С чувствами?”


“Ну, во-первых, ты говоришь о них”, - сказал Майк. “Это хорошее начало. И если ты зациклен на определенных видах секса, попробуй их. Ты больше не девственник. Если ты хочешь заняться сексом, занимайся сексом. Со временем твоя настоящая ориентация, возможно, я не знаю, изменится? Поговори с другими девушками о тех чувствах, которые они испытывают, о кошмарах, которые им снятся. Говорить об этом больно, когда ты это делаешь, но это поможет. ”


“Я расскажу тебе один кошмар”, - сказала Дарья. “Это то, что все это тщательно продуманная шутка, чтобы снова сломить нас. Что мы собираемся снова стать шлюхами. Это даже не кошмар; это то, о чем я постоянно беспокоюсь ”.


Майк открыл рот, чтобы ответить, но затем сделал паузу.


“Знаешь, есть аспект, который я не учел”, - признался он. “Если мы провалим одну из предстоящих операций, ты можешь просто закончить тем же самым. То есть вернуться в рабство. Черт возьми, женщины из Келдары сделали бы это. Хотя я думаю, что остальная часть ополчения появилась бы довольно быстро, если бы их возглавил Нильсон. Вероятно, мне следует придумать способ вернуть вас всех в Джорджию. Там вам было бы безопаснее. Не совсем безопасно, но безопаснее. ”


“Стать частью твоего гарема?” С горечью спросила Дарья.


“Как я уже сказал, я не уверен, что с тобой делать”, - ответил Майк.


“Могу я просто пойти домой?” - тихо спросила девушка.


“Нет, пока операция не закончится”, - сказал Майк. “Ты понимаешь почему”.


“Понимаю, да”, - сказала Дарья. “Радуюсь, нет”.


“Я мало что могу сделать для твоего счастья”, - ответил Майк, пожимая плечами.


“Ты можешь сделать одну вещь”, - сказала Дарья.


“И это так?”


“Мне нужно...” Она замолчала и посмотрела в пол. “Я хочу...”


“Ты знаешь, что это, вероятно, просто твоя реакция на то, через что ты прошел, верно?” Спросил Майк.


“Да”, - признала она. “Это не снимает необходимости”.


Майк склонил голову набок и на мгновение действительно посмотрел на нее.


“Дарья?”


“Да?” - спросила она, поднимая глаза.


“Раздевайся”.


“Что?” - спросила девушка.


“Я собираюсь удовлетворить наши потребности”, - ответил Майк, вставая и подходя к ней. “Я не уверен, что это хорошая идея, но это лучшее, что я могу придумать прямо сейчас. Дверь спальни, метафорически и реально, закрыта. Вы можете отказаться от участия в игре, если пожелаете. ”


“Я выбираю ...” Сказала Дарья, затем сделала паузу. “Думаю, я выбираю играть”.


“Отлично”, - сказал Майк, подходя к одному из других стульев и садясь. “Тогда встань и сними всю свою одежду”.


Девушка мгновение смотрела на него, а затем встала и начала медленно раздеваться. Сначала она смотрела на него, но когда начала снимать платье, ей пришлось отвести взгляд.


Когда она начала садиться и снимать обувь, Майк махнул ей, чтобы она остановилась.


“Не снимай обувь”, - хрипло сказал Майк. “Мне нравятся высокие каблуки. Вот в чем дело. Ты была настоящей секс-рабыней. Часть пьесы основана на подобных ситуациях. Ты сможешь это вынести? ”


“Да”, - тихо сказала Дарья, все еще глядя в пол. “Пока я уверена, что это игра”.


“Это ты?” спросил Майк.


“Да”, - признала Дарья. “Я доверяю тебе. Я не знаю, почему я доверяю, но это так”.


“Возможно, это как-то связано с тем, что я спас тебя от дюранса вайла”, - сказал Майк обнаженной девушке. “Или с моей обаятельной улыбкой. Но нам нужно установить параметры. То есть нам нужно будет выяснить, что я могу и чего не могу сделать. И вы должны знать, как закончить пьесу. Вы слушаете? ”


“Да”, - ответила Дарья. “Могу я снова одеться?”


“Нет, если только ты не хочешь, чтобы пьеса закончилась”, - сказал Майк. “А ты?”


“Пока нет”, - призналась Дарья. “Я очень смущена. Я хочу это сделать, но я напугана. Меня раздели вот так, чтобы продать Ахмеду паше. Это было очень унизительно. Это очень унизительно. Но...”


“Тебе это нравится”, - сказал Майк.


“Да”.


“Подойди к кровати и возьми подушку”, - приказал Майк. “Положи ее на пол и встань на колени. Вот, ” добавил он, указывая на место в нескольких футах от своего стула. “Не поднимай голову, когда стоишь на коленях. Ты будешь смотреть на меня только тогда, когда я прикажу тебе сделать это. Ответом на это будет ‘Да, учитель ”.


“Да...” Сказала Дарья, сделав паузу с дрожью в голосе. “Да, учитель”.


Когда девушка опустилась на колени, Майк наклонился вперед.


“С этого момента и до конца игры ты мой раб”, - сказал Майк. “Я буду приказывать тебе делать что-то, я буду заставлять тебя делать что-то. Ты будешь подчиняться моим приказам. Вы согласны с этим?”


“Да, господин”, - сказала Дария, ее голова склонилась в знак покорности.


“Прежде чем мы начнем, мы должны знать, что вы примете, а что неприемлемо”, - сказал Майк. “Есть ли что-нибудь, что вы не примете? Отвечайте правдиво”.


“Я не хочу, чтобы меня били по лицу”, - ответила Дарья, дрожа. “И я не хочу, чтобы меня обожгли”.


“Я не буду бить тебя по лицу”, - ответил Майк. “А как насчет анального секса?”


“Мне это не нравится”, - призналась Дарья. “Но...”


“Это унизительно?” Спросил Майк.


“Да”, - тихо ответила девушка.


“И тебе нравится, когда тебя унижают”, - сказал Майк. “Тебе нравится, когда тебе показывают, какая ты плохая девочка”.


“Да”, - сказала Дарья, стараясь сдержать слезы.


“Тайм-аут”, - сказал Майк, садясь. “Когда я это говорю, мы выходим из игры и пришло время поговорить. Как ты себя чувствуешь?”


“Странно”, - призналась Дарья. “Очень странно. Как будто меня на самом деле здесь нет”.


“Отстраненный?” Спросил Майк. “Парящий? Как будто ты не в своем теле?”


“Да”.


“Нормальная реакция”, - сказал Майк. “Тебе это нравится?”


“Да”, - признала Дарья.


“Я вызываю плохие воспоминания?”


“ Нет, ” сказала она, моргая. “ Стриптизинг вроде как помог. Но это... Нет.”


“Хорошо, мы продолжим”, - сказал Майк. “Если в любой момент вам придется остановиться, вы можете сказать ‘тайм-аут", или ‘желтый’, или любое другое странное слово. Но если ты скажешь ‘нет", или "остановись", или "пожалуйста", или что-нибудь еще в этом роде, это будет означать "У тебя все отлично получается, делай это усерднее и подлее ’. Понял? ”


“Да”, - сказала Дарья, наполовину рассмеявшись.


Это был первый раз, когда Майк услышал от нее хотя бы смешок, и он воспринял это как хороший знак.


“Над чем ты смеешься, рабыня?” Рявкнул Майк. “Опусти глаза в пол, где им самое место!” Он встал и подошел к ней, хищно обойдя вокруг.


“Ты была очень плохой девочкой, Дарья. Ты бросила вызов своим родителям, занималась сексом вне брака и призналась, что тебе это нравилось. Ты плохая девочка и должна быть наказана ”.


“Да, учитель”, - тихо сказала Дария.


Майк порылся в сумке и достал пару отрезков мягкой веревки и тряпку. Он связал ей руки и лодыжки и связал две веревки вместе, чтобы поставить ее на колени, затем завязал ей глаза тканью. Он осторожно вытащил большую часть ее длинных светлых волос из-под повязки на глазах, а затем сильно схватил за них, откинув ее голову назад и заставив ее ахнуть от боли.


“Ты была плохой девочкой, маленькая сучка”, - прохрипел Майк. “И ты будешь наказана за это”. Он снял купальник и ударил ее по лицу своим членом. “Скажи: ‘Я плохая девочка ”. "


“Я плохая девочка”, - всхлипнула девушка.


“Какое бы наказание ни назначил мне мой хозяин, я это заслужил”, - сказал он, снова ударив ее по лицу.


“Какое бы наказание ни назначил мне мой хозяин, я это заслужил”.


“Возьми это в рот, сучка”, - сказал Майк, засовывая свой член ей в рот. “Соси так, как я знаю, ты это делаешь. Соси сильно, или будешь наказана”.


Он не был уверен, был ли это природный талант или тренировка, которую она получила после похищения, но Дарья действительно знала, как делать минет. Она могла бы отсосать мяч для гольфа через сорок футов стального шланга. Он чувствовал себя так, словно на его члене был засос. Возможно, она была лучшей воздуходувкой, которая у него когда-либо была, и это о чем-то говорило. Он не планировал кончать ей в рот, но минет был слишком хорош, чтобы отказаться. Когда он почувствовал, что приближается к оргазму, он выдул большую часть спермы ей в рот, затем вытащил и перекачал остальное на ее лицо и великолепные сиськи. И она автоматически сглотнула, едва не подавившись. Черт возьми, она была хороша.


“Распутная маленькая сучка”, - прорычал он ей на ухо, размазывая сперму по ее лицу и груди. “Ты всего лишь шлюха, маленькая плохая девочка. Скажи, что ты шлюха”.


“Я шлюха”, - прошептала Дарья, тряся головой, как будто пытаясь стряхнуть сперму.


“Я собираюсь показать тебе, какая ты шлюха, сучка”, - прошептал Майк. Он схватил ее за волосы одной рукой и обхватил одной рукой ее тело, приподняв ее и бросив на кровать. “Плохих девочек бьют”.


“Пожалуйста, не бейте меня, хозяин”, - захныкала девушка. “Я буду хорошей”.


“Я научу тебя быть хорошей”, - сказал Майк, снимая ремень со своих брюк. Он развязал ее запястья, затем стянул их спереди, перекинул их через ее голову и перевернул ее на живот. “Ты плохая девочка, и тебя нужно отшлепать”.


“Пожалуйста...” - захныкала Дарья. “Пожалуйста, не надо...”


Майк закинул ее руки за голову, обхватил ногой ее тело, чтобы удержать на месте, и начал хлестать ее по ее великолепной заднице. Он ни при каких обстоятельствах не использовал всю свою силу, поскольку не был уверен, что она действительно сможет выстоять.


Дарья вцепилась зубами в ткань покрывала, скуля и стараясь не кричать.


Через некоторое время Майк остановился и приподнял ее голову за волосы.


“С тебя хватит, сука?” - прорычал он.


“Учитель”, - выдохнула Дарья. “Пожалуйста, я была очень плохой...”


Майк приподнял бровь и заставил ее снова уткнуться головой в покрывало. На этот раз он припарковался выше, прижав ее руки ногой, и начал хлестать не только по заднице, но и по спине, старательно избегая области почек. Он также бил сильнее.


Она начала дрожать и потеть от боли, стонать в постели и время от времени вскрикивать. Но если она действительно хотела, чтобы он остановился, все, что ей нужно было сделать, это выплюнуть покрывало, чтобы Майк продолжил.


Именно в такие моменты, как этот, он задумывался о том факте, что в “сцене” саба на самом деле была главной. Здесь он делал всю работу, а она получала именно то, что хотела, без необходимости делать что-либо, кроме как терпеть боль, которой она активно наслаждалась. Это была странная дихотомия, и он обнаружил, что внезапно ему стало не так интересно, как обычно. Отчасти это объяснялось тем, что девушка недавно получила травму. Он не был уверен, помогает ли то, что он делает, или усиливает травму. Но Дарья, как и Анастасия, казалась одной из тех девушек, которые просто впитывали боль и превращали ее в чистое удовольствие. Это было почти обескураживающе. Ему действительно нравилось причинять боль и страдание; то, что кто-то полностью наслаждался этим, было разочарованием.


Он внезапно осознал, что у него полностью пропала эрекция. Вот что получилось из философствования в середине сцены.


Майк снова переместился и схватил ее за волосы, поворачивая ее лицо к своей промежности.


“Лижи это, сучка”, - прорычал он. “Лижи это и соси, как маленькая шлюшка, которой ты и являешься”.


Она взяла его в рот и снова начала умело сосать, что в мгновение ока вернуло ему эрекцию мирового класса.


“Ты маленькая гребаная шлюшка”, - прорычал Майк, залезая в пакет и вытаскивая презерватив. “Ты стоишь меньше, чем собачье дерьмо. Ты ничего не стоишь”. Он прижал ее к земле и раздвинул ее задницу, жестко засунув в нее свой член, когда она застонала от боли.


“Ты бесполезная маленькая шлюшка”, - прорычал Майк ей на ухо, зажимая одной рукой ее рот, а другой обхватывая горло. “Ты думаешь, я хороший парень, но это не так. Я злобный, насилующий ублюдок, точно такой же, как те злобные насилующие ублюдки, которые похитили тебя. И мне нравится насиловать своих маленьких сучек, а потом убивать их. И это то, что я собираюсь сделать с тобой, сука. Я собираюсь изнасиловать тебя в задницу и одновременно задушить. В любом случае, никому не будет дела до такой маленькой сучки, как ты ”.


Он знал, что теперь она у него в руках, поскольку она боролась с путами. Но он прижал ее к земле своим весом, и она не вырывалась ни из одной руки. Он продолжал разговаривать с ней, угрожать ей и оскорблять ее, зажимая одной рукой ее рот, а другой слегка надавливая на трахею. Он усердно дрочил ее великолепную задницу в течение нескольких минут и, наконец, кончил.


“С тобой все в порядке?” спросил он, убирая обе руки и высвобождаясь из ее задницы.


“Ты действительно напугал меня”, - сказала она, тяжело дыша. “Я не была уверена ...”


“Это называется игрой на грани”, - ответил Майк. “Создание состояния сомнения в сознании саба. Вы не были уверены, серьезно я говорю или нет”.


“Да!”


“Я не был”, - сказал Майк, переворачиваясь и разжимая ее руки. “Серьезно”.


“Это было страшно”, - призналась Дарья, садясь и развязывая лодыжки. “Но мне это понравилось. Я был достаточно уверен, что ты не собираешься этого делать, чтобы не паниковать, но...”


“Что ж, давайте попробуем что-нибудь еще”, - сказал Майк, вставая и направляясь в ванную.


“Ты хочешь сказать, что еще не закончил?” Удивленно спросила Дарья.


“О, черт возьми, нет”, - сказал Майк. “Сейчас вернусь”.


Он вернулся с горячей тряпкой для мытья посуды и осторожно вытер сперму с ее лица и груди.


“Ты нежный”, - сказала она, откидываясь на спину и вздыхая, затем слегка охнула, когда задела больное место.


“Как спина?” Спросил Майк, лаская ее грудь немного больше, чем было строго необходимо.


“Болит”, - призналась она. “Но не так болит, как моя задница. Ты очень хорошо меня ударил”.


“Спасибо”, - ответил Майк, скользя мочалкой по ее животу и беря в рот один из ее сосков.


“О, это приятное чувство”, - вздохнув, сказала Дарья.


“Должна”, - ответил он, слегка подув на нее, чтобы заставить встать. “У тебя великолепное тело, ты знала об этом?”


“Все в порядке”, - сказала Дарья, пожимая плечами.


“Это абсолютно восхитительно”, - ответил Майк, снова опускаясь на сосок. Он провел мочалкой по ее животу, а теперь просунул ее между ног, тщательно очищая это место. Он вытер чужака, а затем скользнул пальцем, завернутым в грубую ткань, в ее влагалище.


“О”, - вздохнула Дарья. “О ... боже...”


“Тебе нравится грубо, да?” Майк усмехнулся, слегка прикусив ее сосок. “Я дам тебе грубо...”


Он перекатился на нее и раздвинул ее ноги, кусая за плечо и несколько раз засовывая пальцы ей во влагалище. Она начала тяжело дышать, поэтому Майк продолжал, толкая пальцами и покусывая ее шею, плечо и грудь, казалось, теряя контроль, когда она выгибалась под ним и стонала. Наконец, когда она, казалось, приближалась к кульминации, он натянул еще один презерватив на свой член и вошел в нее.


Сначала она немного успокоилась, но непрерывные жесткие толчки согрели ее, когда он зарычал ей в ухо и продолжил грубо щипать, покусывать и крутить ее соски. Он подтянул ее ноги кверху и схватил за израненную задницу, вызвав почти крик боли. Наконец, она тяжело дышала и стонала, приближаясь к кричащей кульминации, которая заставила его зажать ей рот рукой, чтобы поберечь свои уши не только для приличия. Черт возьми, Соун был в соседней комнате, и было очевидно, что килдар взялся за свои старые трюки.


Девушка, похоже, не была любительницей мультиклимакса, поэтому он сбавил скорость ровно настолько, чтобы дать ей отдышаться, а затем вошел в нее со всей силы, получив свой третий оргазм за всю встречу. Должно быть, дело в сиськах.


“Это было...” - прошептала она, затем застонала, когда он осторожно вышел.


“Прилично?” Спросил Майк, убирая посуду, а затем притянул ее к себе, чтобы она прижалась к его плечу.


“ Очень мило, ” прошептала Дарья. “Я не думал, что это может быть так”.


“Добро пожаловать в реальный мир”, - сказал Майк, зевая. “Я хочу вздремнуть, как насчет тебя?”


“Думаю, мне тоже не помешало бы вздремнуть”, - призналась Дарья. “Можно мне здесь поспать?”


“Просто попробуй уйти”, - сказал Майк, прижимаясь к ней.


Глава двадцать четвертая


“Никто из них не ушел”, - сказал Ктибор, когда Ярок вошел в квартиру. “Судя по предыдущим данным, они обычно остаются на одном месте не менее двух дней”.


Албанская команда киллеров заняла четыре квартиры в здании. Оно принадлежало албанской мафии, поэтому получить квартиры было достаточно просто, хотя и грубо по отношению к предыдущим жильцам. Но жильцы оставили после себя кое-какую хорошую мебель. К сожалению, когда команда уехала, она была не в очень хорошем состоянии; “стрелки”, которых нашел Борис, были в основном отбросами трущоб. Что там сказал британский генерал? “Отбросы общества записались в армию ради выпивки .” Это было то, что Борис нашел для него, когда попросил профессионалов. Ярок на мгновение задумался, что это был за генерал. Вероятно, Монтгомери.


“Я не в восторге от того, что расправляюсь с ними в отеле”, - сказал Ярок, потирая губы пальцами. “Вся команда здесь?”


“Те, кто трезв”, - сказал Ктибор, сплевывая на пол. “Можно подумать, албанцы могли бы собрать людей получше, чем эти”.


“Было бы лучше, если бы мы поймали их в том отеле в Косово”, - признал Ярок. “Но здесь все, что вы можете найти, - это бандиты из трущоб. Даже у ветеранов войны в основном есть реальная работа. Или они работают на конкурирующие банды. ”


“Так что же ты хочешь делать?” Спросил Ктибор, пожимая плечами.


“Мы ударим по ним сегодня ночью”, - решительно сказал Ярок. “До рассвета”.


* * *


Майк моргнул и открыл глаза, услышав звонок мобильного телефона, и начал переворачиваться на другой бок, только чтобы обнаружить, что полностью запутался в простынях и покрывалах. Ему удалось распутаться, не потревожив Дарью, и он схватил телефон.


“Дженкинс”, - прорычал он.


“Килдар, это Гурум”.


“Гурум?” Спросил Майк, протирая глаза и удивляясь, почему менеджер пивоварни звонил ему, когда он был на операции.


“Я нахожусь в городе Лас-Вегас, Килдар”, - сказал Гурум. “Стенд для конференции хорошо подготовлен, и компания находится в процессе установки. Но ты сказал, что тебе нужно немного келдара для киоска. Я оставил выбор за тобой, Килдар, но когда я позвонил домой, мне сказали, что ты… по делам. ”


“Черт”, - огрызнулся Майк, садясь. “Я совершенно и бесповоротно забыл”.


“Я могу нанять местных моделей, Килдар”, - сказал Гурум. “Они недешевые, и мне придется поторопиться, чтобы найти платье из Келдары ...”


“Нет”, - сказал Майк, быстро соображая. “У меня есть идея получше”.


* * *


“Чего ты хочешь?” Огрызнулся Пирсон.


“Нам нужно встретиться”, - сказал Майк. “О другом. И мне нужно отправить несколько человек в США прямо сейчас. У нас здесь то, что называется беспроигрышной ситуацией”.


“Ты шутишь”, - сказал Пирсон, вздыхая. “Тебе нужны визы для тридцати с чем-то совершенно неизвестных?”


“И мне тоже понадобятся паспорта”, - сказал Майк. “Я могу достать фотографии, но они понадобятся мне к тому времени, когда самолет приземлится в США, и визы будут готовы”.


“Почему бы тебе просто не улететь обратно самому?” Раздраженно спросил Пирсон.


“Потому что мы в стране индейцев”, - отметил Майк. “Я не собираюсь просто бросить свою команду в стране индейцев, Боб”.


“Черт”, - натянуто ответил Пирсон. “Хорошо, хорошо. Но вам нужно будет пойти в посольство. Какие паспорта?”


“Грузинские, я полагаю”, - сказал Майк. “Нет, отбрось это. Я знаю лучший способ достать их. Но нам понадобится кто-то в Штатах, кто примет нас и знает, что нельзя задавать слишком много вопросов. Дело в том, что мы едем в Вегас. Это прямо рядом с Неллисом, где есть несколько действительно хороших охраняемых комнат. О, и у нас с собой около семисот фунтов печатной информации об операции, для которой понадобятся переводчики с албанского. Очень замкнутые. Я также оставлю вам оригинальный электронный EEI. Он на полудюжине языков, включая румынский. ”


“Я дам вам защищенный номер факса, чтобы отправить информацию о девушках в посольство”, - сказал Пирсон, смягчаясь. “Однако мне нужно начать делать несколько телефонных звонков прямо сейчас”.


“Это прекрасно”, - сказал Майк, садясь и хлопая все еще спящую Дарью по заду, чем вызвал визг. “Нам придется действовать молниеносно, чтобы попасть на съезд”.


* * *


“Только что звонили из засады”, - сказал Ктибор. “Они собирают вещи”.


“Черт”, - пробормотал Ярок по телефону. “Есть идеи, куда ехать?”


“Нет”, - признался Ктибор. “Мы не смогли установить микрофон в комнатах. У группы наблюдения есть микрофон с дробовиком, но люди, которые загружают фургоны, похоже, не знают. Наблюдатели сказали, что один из них сказал что-то о съезде.”


“Это о многом говорит нам”, - отрезал Ярок. “Выясни, куда они направляются”.


“Может быть, мы сможем напасть на них по пути?” Предложил Ктибор.


“Возможно. Скажи наблюдателям, чтобы они следовали за ними. Нам понадобится больше одной машины для слежки ”.


“Я займусь этим”.


* * *


“Вэннер”, - сказал Майк, протягивая специалисту по разведке записку. “Позвони по этому номеру. Это чартерная компания, с которой я раньше имел дело. Скажи им, что мне нужен большой самолет как можно быстрее. Мой обычный пилот, если он умеет управлять самолетом.”


“Да, сэр”, - ответил Вэннер, ухмыляясь. “Как мы собираемся переправить девушек в Штаты, сэр?”


“Я займусь этим”.


* * *


“Это в высшей степени необычно, Килдар”.


“Я знаю, министр”, - сказал Майк, закатывая глаза. “И мне жаль возлагать на вас это бремя, зная, что ваше время чрезвычайно ценно. Но это самое срочное и очень важное. Я знаю, что некоторые аспекты привлекают внимание президента Соединенных Штатов. Хотя ситуация напрямую не затрагивает Грузию, она имеет очень широкие последствия. И крайне важно, чтобы я как можно скорее отправил всю команду в Соединенные Штаты. Если сможем, сегодня вечером ”.


“Я немедленно позвоню в посольство в Хорватии”, - со вздохом сказал министр иностранных дел Грузии. “Но я хочу знать, что это делается с важной целью”.


“Я передам это президенту, министр”, - сказал Майк, закатывая глаза и задаваясь вопросом, скольким одолжениям он будет обязан к концу вечера.


“Майк”, - прорычал Адамс по радио.


“Уходи”, - сказал Майк.


“Я думаю, у нас проблема. Я четыре раза видел одну и ту же белую "Ладу" с тех пор, как мы выехали из города. Либо парень едет в Загреб, как и мы, либо за нами следят ”.


“Дерьмо”, - сказал Майк, качая головой. “Мы знали, что рано или поздно это должно было случиться. Хорошо, план уклонения Альфа. Соун, ты на контроле?”


“Да, Килдар”.


“Следуйте согласованным маршрутам и встретьтесь в условленном месте сбора. Адамс, тебя заберут. В это время все идите в скремблированную ячейку ”. Майк достал свою карту и изучил дороги. “Евгений, следующий поворот налево ...” Вот и все, что нужно для того, чтобы хорошо провести время.


* * *


“Ярок”, - прорычал специалист по безопасности. Ему было нелегко раздобыть все транспортные средства для штурмовой группы, большинство из которых были наполовину или полностью пьяны. В то время как американцу потребовалось менее пятнадцати минут, чтобы отправиться в путь, у него на это ушло больше часа.


“Ctibor. Они разделяются. Я думаю, что трейлкар был сделан ”.


“Я говорил тебе использовать больше одной машины!” Ярок кипел от злости.


“Мне было трудно получить больше”, - пожаловался Ктибор. “И мы так и не наверстали упущенное. Машина слежки все еще следует за одной группой, которая находится на главном шоссе в Загреб, но все остальные фургоны уже отъехали. ”


“Следуйте за группой по главному шоссе”, - сказал Ярок. “Они должны где-то встретиться”.


* * *


“Ладно, Гарольд, они все еще преследуют нас”, - сказал Адамс по радио. “Прекрати это. Я останусь на шоссе”.


Он наблюдал, как другие фургоны съезжают с главной дороги, ведущей в Загреб, а затем покачал головой.


“Правильно, ягненочек”, - напевал он. “Держись прямо у меня на хвосте”.


Глава двадцать пятая


“Здравствуйте, мистер Дженкинс”, - сказал Хардести, когда Майк достиг верха пандуса. “Толпа больше, чем обычно?”


Джон Хардести был высоким, стройным и утонченно выглядящим бывшим летчиком-истребителем королевских ВВС, который вышел в отставку с твердым намерением стать пилотом British Airways. Проблема заключалась в том, что, как и в королевских ВВС, ВА годами терпело сокращения. Не имея возможности получить работу своей мечты, он довольствовался тем, что летал с богатыми ублюдками на частных самолетах.


Однажды он получил чартер, который выглядел как обычный, перевозивший богатого американского ублюдка по Европе. Однако все обернулось несколько иначе, чем он себе представлял. Первое странное замечание заключалось в том, что богатый американец вернулся всего с одним чемоданом и небольшим рюкзаком вместо кучи деловых костюмов, которые ожидал пилот. И пункты назначения были ... странными. Маленькие города в России, довольно известные опасностями города в Сербии. И вместо обычного “У меня завтра утром деловая встреча, мы вылетаем в полдень” пассажир потребовал , чтобы он и его второй пилот были на связи двадцать четыре часа в сутки. И обычно появлялся посреди ночи, пропахший кордитом, в одежде, испачканной кровью. В какой-то момент он появился с девушкой, которая явно была русской проституткой низкого пошиба, и возил ее до конца поездки. Хардести со вкусом проигнорировал тот факт, что у нее были недавние синяки от побоев.


Также выяснилось, что пассажир путешествовал по меньшей мере под тремя вымышленными именами, и оформление разрешений на въезд в страны проходило на удивление гладко. Он мог быть наемным убийцей, но если это так, то он был наемным убийцей правительства, что делало его почти респектабельным.


Кульминацией различных перелетов стал Париж, где пассажир посоветовал ему добраться до аэропорта подальше от Города Света и выбрать номер в отеле, окна которого не выходят в ту сторону. Новость на следующий день о том, что в Париже было найдено и обезврежено ядерное оружие, не стала для нас настоящим сюрпризом.


С тех пор он возил “Майка Дженкинса”, ОН ЖЕ Майк Дункан, ОН ЖЕ Джон Стюарт, ОН ЖЕ кто знает, что творится в разных местах Европы, Соединенных Штатов и Юго-Восточной Азии. Со времен той первой дикой хартии не было и намека на порох. До сегодняшнего вечера. Сегодня вечером у него было предчувствие, что все снова станет диким и запутанным. Снова.


“Немного”, - сказал Майк. “И документация приведена ниже. У нас также есть немного багажа”.


“В отсеках достаточно места”, - сказал Хардести, наклоняясь, чтобы заглянуть под фюзеляж, когда "Келдара" начала разгружаться. Некоторые мешки выглядели подозрительно длинными. “Я так понимаю, ничего из этого не взорвется?”


“Мы покидаем Семтек, если ты это имеешь в виду”, - ответил Майк, вставая рядом с женщинами, когда те проходили мимо.


“Хорошая шутка”, - сказал Хардести, улыбаясь. Затем он посмотрел в лицо Майку. “Ты пошутил, верно?”


“Таможней будут заниматься в дальнем конце”, - ответил Майк. “Но мы оставим большую часть материалов о птице. Так что рассчитывайте на пятидневную остановку в Вегасе”.


“Ты не шутил”, - сказал пилот, качая головой, когда один из келдарцев проходил мимо с рукой на перевязи.


“Мы попросили водителей отвезти все фургоны в посольство”, - ответил Майк. “Но хотя я готов оставить свой Semtek, я не хочу оставлять все снаряжение. Или боеприпасы ”, - добавил он, когда люди из Келдары начали подниматься по лестнице с различными довольно тяжелыми сумками, в которых могли быть, а могли и не быть такие вещи, как оружие и боеприпасы.


“Бывают моменты, когда я действительно жалею, что вы не выбрали другую чартерную компанию в качестве предпочтительных пассажиров”. Хардести вздохнул. “С другой стороны, молодые леди довольно очаровательны, не так ли?”


“Примерно половина из них - специалисты разведки”, - сказал Майк. “Остальные - проститутки, освобожденные от албанских банд. Одна из которых, по-видимому, у нас на хвосте. Как только появится последний из нашей группы, вы, возможно, захотите быть готовыми к вылету. Быстро. ”


“Очень, очень хочу...”


“Если бы желания были лошадьми, нищие ездили бы верхом”.


* * *


“Это крайне необычно”, - простонал второй помощник посла Грузии в Хорватии, глядя на стопку незаполненных паспортов. “Крайне необычно”.


“Вы хотите нерегулярных?” Шеф Адамс вздохнул. “У меня на хвосте албанская группа захвата. В аэропорту ждет самолет, чтобы вылететь в США. И я должен добраться отсюда туда с этими паспортами и так, чтобы меня не убили. Так что просто сделай мне одолжение и поставь штамп в соответствующих местах, чтобы я мог убраться отсюда к чертовой матери, пока у нас не началась перестрелка в посольстве, хорошо?”


“Вы шутите, да?” чиновник застонал.


“Я шучу, нет”, - сказал Адамс, беря официальную печать. “Так вы хотите поставить на них печать или нет? Вам решать. Но я не уйду без них”.


* * *


“Майк, документы у тебя”, - сказал Адамс, наклоняясь, чтобы выглянуть в окно фургона. В настоящее время он был припаркован на территории Джорджии, но в ту минуту, когда он выедет, он будет на территории Индии. Без подкрепления.


“Задержите одного”, - сказал Майк. “Есть какие-нибудь признаки стрелявших?”


“Пока нет”, - ответил Адамс.


“Что ж, нам просто придется пойти за трейлером”.


* * *


“Из дежурной части, говорит сержант Симмонс, чем я могу вам помочь, сэр или мэм?”


Симмонс был резервистом из Теннесси в Пятом полку. В целом, он предпочел бы вернуться в Мерфрисборо и смотреть NASCAR, но служба в Боснии в эти дни была довольно скучной. И девушек было много, и они были совершенно прекрасны. К тому же дешевы. Были обязанности и похуже. Он уже провел один тур по песочнице, и это было классифицировано как “намного хуже”.


“Сержант”, - сказал мужчина хриплым шепотом. “Слава Богу, я наконец добрался до американца. У меня настоящая проблема”.


“Сэр, служба спасения недоступна для помощи пострадавшим гражданам ...” - ответил сержант, вздыхая. Каждый раз, когда кто-то терял паспорт, или его грабили, или катали, или что-то в этом роде, они, блядь, звонили в Службу спасения. Он открыл свою записную книжку в поисках номера местной полиции.


“Дело не в этом”, - прошептал мужчина. “Я убегаю от группы албанских террористов. Я албанец-американец, ясно? Меня зовут Хамед Дейти. Я вырос в Сан-Диего, ясно? Я был в Косово, навещал родственников, ясно? Я был в кафе и слышал, как некоторые мужчины говорили о бомбардировке одного из лагерей СВС. У них была машина и взрывчатка, но они спорили о том, кто будет за рулем, ясно? Наверное, я уехал слишком быстро, они, должно быть, заподозрили, что я их услышал. Я имею в виду, они говорили о глупом американце, который их не понимал, ясно? С тех пор я бегал от них. Я пытался уговорить пограничников помочь мне ...”


“Сэр, вы уверены в своей информации?” Сказал Симмонс, нажимая кнопку оповещения и вызывая дежурный взвод охраны. Это не было ограблением. В голосе слышался явный американский акцент, и звонивший был явно напуган. Он просто пожалел, что у него нет трассировочной цепи.


“Они сказали, что собираются нанести удар по одному из американских лагерей”, - сказал мужчина более определенно. “Они не сказали, по какому именно. Но это вы, ребята, верно?”


“Где вы сейчас находитесь, сэр?”


“Я у телефона-автомата на улице Гайдекова”, - сказал мужчина. “Единственные, о ком я знаю, находятся в белой "Ладе", припаркованной в полуквартале от посольства Грузии. Я прямо через улицу. Я думаю, они хотят убить меня, но вокруг слишком много охраны. Я подожду здесь, пока кто-нибудь не доберется до меня. Я даже не могу добраться до американского посольства, они отрезают мне дорогу! Пожалуйста...”


“Сэр, я прямо сейчас собираю дежурный взвод”, - сказал сержант, поднимая глаза, когда вошел дежурный офицер, почесывая живот под формой. “Мы этим занимаемся”.


* * *


“Адамс”.


“Кавалерия в пути. Как только наши друзья окажутся в оккупации, буги. Мы ждем только тебя ”.


* * *


“Они в посольстве Грузии”, - сказал Ктибор, указывая подбородком.


Яров наклонился, чтобы скрыть лицо, и посмотрел в сторону ворот посольства. Это был старый особняк с железной оградой из шипов вокруг внутреннего двора и фасадом в стиле барокко. Охранники, казалось, не обращали никакого внимания на белую "Ладу", но он мог видеть фургон, припаркованный у бокового входа.


“Ну, мы на месте, но это только один из них”, - ответил Яров. “Они нужны нам все”.


“Зачем они пошли в посольство?” Ктибор задумался.


“Потому что они знали, что мы не сможем добраться до них там”, - сказал Яров. “Остальные, возможно, уже собрались, а это одноразовая группа. Мы подождем одну ночь, и если они не двинутся с места...”


Он поднял глаза и покачал головой, когда группа "хаммеров", во главе с тем, у которого горел синий огонек автомобиля MP, промчалась по дороге на большой скорости. Борта хаммеров были разрисованы американским флагом и большим желтым гербом, который он не узнал.


“Гребаный ИФОР”, - прорычал Ктибор. “Гребаные американцы. Почему они просто не могут вернуться к своим проклятым...”


Он сделал паузу, когда машины с визгом остановились и начали высаживать солдат в полной бронежилетной форме.


Яров начал пятиться от "Лады" и остановился, когда ему в лицо ткнули М-16.


“К стене, грязный мешок!” - закричал американский рядовой из Пятой кавалерийской, хватая его за руку и разворачивая к себе. “Руки над головой”.


Он склонил голову набок и зарычал, когда белый фургон степенно выехал из главного входа в посольство. Когда он проезжал мимо уличной сцены, где американские отряды окружали “опасных террористов”, тот, кто был за рулем, сигналил на прощание.


Гребаные американцы.


Глава двадцать шестая


“Дженкинс”, - сказал Майк, поднимая трубку.


757-й был оснащен большим пассажирским отсеком сзади и небольшим офисным отсеком спереди. Майк в данный момент находился в офисе, обсуждая недавнюю миссию с Вэннером и Адамсом.


“Это капитан Хардести”, - сухо сказал пилот. “Возможно, вам захочется знать, что сейчас мы ‘промочили ноги’ над Адриатикой”.


“Спасибо”, - сказал Майк, посмеиваясь. “Ноги промокли” - военный термин, обозначающий покидание района боевых действий по воде. Со времен войны во Вьетнаме это был традиционный призыв к тому, чтобы подразделение и самолеты были в безопасности от вмешательства противника. “Я буду еще более счастлив, когда мы промочим ноги над Атлантикой”.


“Я позвоню вам”, - ответил Хардести. “Однако мы будем дозаправляться в Англии. Хочется надеяться, что этот чартер не вызовет неудобных вопросов при посадке”.


“Маловероятно”, - сказал Майк, улыбаясь. “Я думаю, что даже если будут подняты какие-либо вопросы, британское правительство будет более чем готово избежать их, учитывая некоторую информацию, которую мы, вероятно, получили”.


“У меня есть по крайней мере одно имя из Министерства иностранных дел Великобритании”, - сказал Ваннер, просматривая свои записи. “Я еще не перевел файл”.


“Больше, чем желающих”, - повторил Майк.


“Понятно”, - ответил Хардести. “Очень хорошо. Время полета до Лас-Вегаса с остановками для дозаправки составит около двадцати часов. Возможно, вам захочется немного отдохнуть. Мы также подберем сменных пилотов в Англии. Они ... проинструктированы ”.


“Приятно слышать”, - сказал Майк. “Поговорим позже”.


“Пока что мы не продвинулись далеко на основе данных, собранных в Розае”, - сказал Ваннер. “Перевод продвигается очень медленно. Но есть одно светлое пятно. У нас нет их DVD-дисков, но видео было сохранено на компьютере, а затем DVD-диски с него были записаны. Я собираюсь запустить программу восстановления файлов по этим данным и посмотреть, сможем ли мы найти какие-либо фрагменты из предыдущих видео. Не похоже, что они почистили компьютер, но биты будут частичными ”.


“Скажи мне, что ты получишь”, - сказал Майк, зевая. “Может ли кто-нибудь из девушек вести программу?”


“Да”, - ответил Вэннер. “Я собираюсь позволить им поработать над этим, пока я немного отдохну. Но я хочу отсканировать файлы. Девочки видели достаточно всего этого, чтобы понять, что больше ничего не хотят видеть ”.


“ Согласен, ” натянуто сказал Майк. “ Приступай к этому, а потом немного отдохни. Ты будешь нужен нам свежим в Вегасе ”.


“Будет сделано”, - сказал Вэннер, забирая ноутбук и покидая офис.


“Если нам придется отправиться на Лунари, это будет непросто”, - сказал Адамс после ухода специалиста по разведке. “У нас мало информации об этом, но то, что я смог почерпнуть, указывает на то, что город - это гребаная крепость. Больше, чем одна, поскольку у всех банд там дома, и они не доверяют друг другу”.


“Возможно, мы сможем что-нибудь с этим сделать”, - сказал Майк, снова зевая. “То, что касается Вэннера, касается и тебя. Отдохни немного. Мне нужно, чтобы вы были начеку, когда бы мы туда ни добрались. ”


“Я планировал это”, - сказал Адамс, вставая. “Ты тоже”.


“Я так и сделаю”, - ответил Майк. “Я собираюсь посмотреть новости, а потом набраться сил”. Диван в купе превратился в кровать, и он планировал пойти на необычный шаг, воспользовавшись “звание имеет свои привилегии”.


“Увидимся утром”, - сказал Адамс. “Или когда это будет”.


* * *


Майк открыл свой ноутбук и просмотрел новости. Главной новостью на сайте Fox были поиски пропавшей девушки в Канзасе. Это значило для него очень много. Следующим этапом была битва за нынешнего кандидата в Верховный суд. Кандидатура, естественно, застряла в комитете. Либералы кричали о “неосновных” религиозных взглядах кандидата, под которыми они подразумевали, что он был практикующим католиком и имел твердые взгляды на аборты и другие ”жизненные" вопросы. И Грэнтэм был председателем комитета, отметил он.


Предполагалось, что он будет голосовать вместе с президентом, но за последние несколько дней он почти не поддерживал кандидата, что стоило пятнадцати минут комментариев от политических и юридических экспертов. Сенатор, похоже, дважды упустил возможность вывести кандидатуру из состава комитета и вынести ее на голосование в зале заседаний.


Франция пыталась расправиться с исламскими джихадистами, и ей пришлось несладко. Французские силы безопасности находились в состоянии повышенной готовности с прошлого года, когда в Париже была взорвана ядерная бомба. Однако французская судебная система и различные либеральные группы создавали блокпост за блокпостом против депортации даже самых экстремистски настроенных исламистов.


Большинство исламистов были найдены на юге Франции и в окрестностях Парижа. И большинство из них были размещены в кварталах ”правительственного жилья", состоящих из массивных многоквартирных домов квартал за кварталом. Эти кварталы стали “запретными” зонами для полиции, и местами там происходили ожесточенные бои, которые были почти такими же, как в период ”мятежей" в Ираке. Это еще не дошло до уровня гражданской войны, но если бы это было где угодно, кроме Франции, средства массовой информации были бы повсюду. А так, единственный термин, который приходил на ум, был “преуменьшен".” На заднем плане раздался один выстрел из того, что должно было быть РПГ, выпущенным по французской полиции, которая, казалось, отступала. Это чертовски плохо выглядело, и он был рад, что выбрался из этого. Он мог бы черкнуть реплику в Chatanueuf и посмотреть, насколько все плохо.


А в конце новостей был опрос, показавший, что лидером президентских выборов стала Барбара Уотсон, бывшая первая леди, младший сенатор от Массачусетса и чертова стерва с карточками. Если и было что-то, что она ненавидела больше, чем консервативные политические позиции, так это военных. Военные, которые все еще были развернуты по всему миру, пытаясь вести добрую борьбу, наверняка были бы уничтожены, война с террором или нет, если бы она вступила в должность. И разведывательные группы оказались бы под ударом.


Майк не был уверен, были ли новости просто особенно плохими или это была просто усталость. Но казалось, что все, над чем он работал большую часть своей жизни, пошло прахом. Единственной хорошей новостью было то, что грузинское правительство, казалось, стабилизировалось, и даже осетины садились за стол переговоров. Судя по тому, как развивались события, Джорджия должна была стать для него лучшим местом для жизни, чем Штаты.


В глубокой депрессии он выключил телевизор и свет и лег на спину, наблюдая за звездами через узкие иллюминаторы самолета.


* * *


Майк вскочил на ноги, дезориентированный, когда самолет начал снижаться. Он протер глаза и выглянул в окно, все еще не понимая, где находится. По его часам было восемь утра, но солнце еще не взошло. О, да, они летели вместе с солнцем. Это начинало раздражать. Смена часовых поясов была ужасной.


“Дамы и господа, мы начинаем снижение в аэропорт Гэтвик в Англии”, - нараспев произнес капитан Хардести. “Пожалуйста, переконфигурируйте свои места и тому подобное для посадки. Мы заправимся и заберем завтрак. Я был бы признателен, если бы англоговорящие могли перевести, поскольку моих знаний грузинского языка, к сожалению, недостаточно. Мистер Дженкинс, не могли бы вы взять трубку, пожалуйста?”


“Дженкинс”.


“Мы получили уведомление о том, что члены британского правительства посетят нас, пока мы находимся в Англии”, - нейтрально сказал Хардести.


“О, правда?” спросил Майк. “Мне нужно сделать несколько телефонных звонков”.


“Пожалуйста, делайте”, - сказал Хардести. “До тех пор, пока они не конфискуют мой самолет и не отберут лицензию пилота. Могу добавить, я официально отрекаюсь от любых подозрений в незаконной деятельности”.


“Приятно знать”, - сказал Майк, посмеиваясь, и повесил трубку. Он набрал номер по памяти, прежде чем посмотреть на часы. В США все еще была глубокая ночь.


“Управление по связям со специальными операциями, говорит капитан ВМС Паркер. Чем я могу вам помочь, сэр или мэм?”


“Это полный бред, капитан”, - сказал Майк. “Майк Дженкинс. Я проверяю связь. Мы приземляемся в Англии, и, по-видимому, к нам прибывает делегация от британцев. Комментарии?”


“На данный момент неизвестно, мистер Дженкинс”, - сказал Паркер через мгновение. “Мне нужно сделать несколько звонков”.


“Пожалуйста, сделайте это”, - сказал Майк. Он взял телефон и соединился с задней кабиной.


“Да, Килдар?”


“Грезня? Надеюсь, ты немного поспал”.


“Я довольно хорошо выспался, спасибо тебе, Килдар”, - ответил Грезня.


“Функционируют ли Адамс и Вэннер?”


“Они выпьют еще по чашечке кофе”, - сказал Грезня. “И у Вэннера есть кое-что, на что он смотрит. Вы бы хотели, чтобы они вышли вперед?”


“Нет, я собираюсь возвращаться”, - сказал Майк. “Скоро увидимся”.


* * *


Задняя часть самолета была рассчитана примерно на вдвое больше людей, чем было Келдаров, так что Келдары были разбросаны повсюду. Адамс поднимал их и перенастраивал сиденья, когда Майк вошел в дверь.


“Буду с тобой через секунду, Майк”, - крикнул Адамс.


В самолете были две стюардессы, и Майк помахал одной из них рукой.


“Есть ли способ получить доступ к внутренней связи здесь, сзади?” Спросил Майк.


“Я здесь, сэр”, - сказала женщина, взяв телефон и нажав соответствующую кнопку.


“Проснись и пой, Келдара”, - сказал Майк на келдарском диалекте грузинского языка, который, он был уверен, команда не сможет понять. “Мы собираемся приземлиться в Англии. Когда мы это сделаем, нас посетят некоторые представители британского правительства. Я не уверен, о чем они собираются спрашивать, но подозреваю, что это связано с нашим визитом в Румынию и указывает на юг. В этом случае никто вообще не говорит по-английски хорошо, а понимает его еще хуже. Если дело дойдет до адвокатов, оружия и денег, то на нашей стороне все трое, а также несколько очень интересных видеозаписей. Впрочем, хватит об этом.


“Как вы все знаете, мы направляемся в США, чтобы принять участие в конференции и попытаться продать наше пиво. Кроме того, я встречусь с членами правительства США и расскажу о нашей недавней поездке. Надеюсь, мы сможем выторговать кое-какие сведения о нашей следующей цели. Но об этом беспокоиться мне. То, чем вы собираетесь заниматься, - это продажа пива. Этой стороной дела будет руководить Гурум. Я не хочу, чтобы вмешивались какие-то дела кайли. Гурум проделал хорошую работу до сих пор, и пришло время нам поддержать его. Девушки будут одеты в традиционные одежды, раздавать пиво и улыбаться посетителям. Мальчики будут следить за тем, чтобы клиенты держали свои руки при себе. Можно будет сфотографироваться. В таком случае улыбнись в камеру. Я не знаю, сколько из этого Адамс, Вэннер и я будем доступны, так что в основном ты будешь предоставлен сам себе.


“Лас-Вегас называют Городом грехов. Посетителю доступны различные пороки. Но я знаю, что келдара слишком кротки и нежны, чтобы заниматься такими вещами, как прелюбодеяние с проститутками, азартные игры и пьянство.”


Он подождал, пока стихнут ожидаемые смешки, а затем покачал головой.


“Ладно, может, ты и не такой. Но есть много способов попасть в беду, о которых ты не знаешь. Итак, большую часть поездки я бы хотел, чтобы вы оставались в своих комнатах или на стенде в соответствии с вашим расписанием, которое мы составим и опубликуем. Я постараюсь выкроить немного свободного времени, чтобы вы могли осмотреть город с местными гидами. Однако, я подозреваю, что после съезда мы вернемся в чрево зверя. Так что развлекайтесь как можно больше. ”


“Килдар”, - сказала одна из женщин Келдара, когда он повесил трубку. “Телефон”.


“ Дженкинс, ” сказал Майк, снимая трубку.


“ Паркер, ” коротко представился звонивший. “Отвечаю на ваш вопрос: ваша деятельность попала в поле зрения МИ-6. Они сопоставили грузин с американцами и пришли к выводу, что вы наиболее вероятный кандидат. Когда нас обычно допрашивали по этому поводу, мы отвечали уклончиво. Очевидно, у них есть конкретные проблемы, неуказанные в отчете. Я предполагаю, что они хотят поговорить о своих неопределенных проблемах ”.


“Мы везем наше снаряжение”, - указал Майк. “Обыск самолета приведет к неприятным вопросам. Если уж на то пошло, нам понадобится какое-то вмешательство в Штатах”.


“Вы не высаживаетесь до Лас-Вегаса, верно?” Спросил Паркер.


“Правильно”.


“С этим разобрались”, - сказал Паркер. “Когда приземлишься в Вегасе, подготовь своих солдат к тому, чем они занимаются. С вами свяжутся в вашем отеле и отправят самолетом в Неллис для опроса и сравнения данных. ”


“Понял”, - сказал Майк. “Что-нибудь еще?”


“Не здесь”.


“Тогда выходим”, - сказал Майк, вешая трубку.


“Килдар”, - сказал Вэннер, закончив. “У нас кое-что есть”.


“Что-нибудь полезное?” спросил Майк. “Наконец-то?”


“Очень”.


* * *


“На жестком диске было более двухсот фрагментов файлов”, - сказал Вэннер, оставляя свой багажник с ноутбуком на нем, пока самолет снижался. “У меня не было времени просмотреть их все, не говоря уже о том, чтобы понять, кто все люди на них, но я нашел это ...”


Он нажал кнопку воспроизведения, и на экране появился обнаженный мужчина в маске в постели с двумя женщинами, на самом деле девушками. В одной из них Майк сразу узнал свою цель, другая была неизвестна.


“Другую женщину зовут Людмила Семьдесят восемь”, - сказал Вэннер, продолжая транслировать видео без звука. Сцена была довольно четкой. Ни одной из женщин не было весело, когда мужчина обрабатывал “Людмилу” чем-то похожим на паяльник и плоскогубцы. Цель, Наталья, была просто прикована к кровати в таком положении, что ей приходилось наблюдать.


“Видео испорчено, но конец налицо”, - продолжил Вэннер напряженным голосом.


Следующий фрагмент показывал ту же сцену, но в этой части Людмила лежала лицом вниз, а мужчина в маске, по-видимому, трахал ее анально. Судя по тому, что было видно на ее спине, ее, по-видимому, ударили плетью по одному из отсутствующих сегментов. На глазах у Майка человек в маске обмотал тонкую веревку вокруг шеи девушки и задушил ее, когда забирал. Когда ее борьба прекратилась окончательно, мужчина слез с нее, и видео резко оборвалось.


“Невозможно сказать, что это Грэнтэм”, - прокомментировал Майк.


“Что ж, есть один подтверждающий момент”, - сказал Вэннер, создавая резервную копию видео и включая звук, одновременно вручая Майку пару наушников.


Майку на самом деле не хотелось снова смотреть видео, но он все равно надел наушники.


“Гребаная сука”, прорычал человек в маске. “Маленькая гребаная шлюха. Я собираюсь трахнуть тебя во все дырки, а потом, блядь, убить. Теперь ты играешь с большими мальчиками! Умоляй меня сохранить тебе жизнь, и ты, возможно, выживешь, сука ...”


Видео продолжалось в том же духе некоторое время, и Майк, наконец, нажал на кнопку "пауза".


“И что?” спросил он.


“Вот видео, на котором Грэнтэм разговаривает с камерами”, - сказал Вэннер.


Майк тоже посмотрел это видео и слушал голос с закрытыми глазами, затем прокрутил фильм "Нюхательный табак" также с закрытыми глазами.


“Тот же голос”, - сказал Майк, качая головой.


“Я тоже так думал”, - сказал Вэннер. “Но что-то меня в этом настораживало. Поэтому я внимательно просмотрел видео”.


Он вызвал снимок экрана в PhotoShop. На снимке был человек в маске, растянувшийся рядом с убитой девушкой и обрабатывающий ее. Очевидно, он растянул спину и стоял в полный рост.


“Кровать стандартная европейская двуспальная”, - сказал Ваннер, беря в руки линейку. “Высота кровати семьдесят восемь дюймов”. Он положил линейку и отсчитал от нее длину. “Рост сенатора Грэнтема шесть футов один дюйм или семьдесят три дюйма”. Он положил линейку и вычел рост фигуры на видео.


“Подсчитав, - продолжил он, вытаскивая салфетку для коктейлей и набрасывая на ней цифры, - я понял, что рост парня на видео всего пять футов десять дюймов. Скорее пять девять. Максимум из пяти одиннадцати.”


“Так что там с голосом?” Спросил Майк. Что-то не давало ему покоя в этом видео, но он не мог понять, что именно.


“Это можно было скрыть разными способами”, - сказал Вэннер, пожимая плечами, когда колеса заскрипели при приземлении. “Есть устройство, подключаемое к голосовым связкам, которое может изменять голос. Не идеально, но достаточно близко для этого. Это не моя область знаний, и у меня нет оборудования, чтобы провести действительно тщательное сравнение голосов. Но то, что это выглядит как преднамеренная подстава сенатора неизвестным лицом или лицами.”


“И вы можете поспорить, что Траскел замешан в этом по самые патрицианские глаза”.


Глава двадцать седьмая


“Мистер Дженкинс”, - сказал первый человек, вошедший в дверь, протягивая для пожатия вялую руку. “Гораций Уайт-Харкорт из Министерства иностранных дел. Приятно познакомиться с вами. ”


“И вы, сэр”, - сказал Майк, кивая, когда еще двое мужчин вошли в дверь самолета.


“Джаспер Дрейк, МИ-5”, - сказал второй мужчина, кивая. “И мой коллега из МИ-6, Джон Карлсон-Смит”. Дрейк был высоким и стройным, в нем чувствовалась респектабельность, которая вполне подошла бы банкиру.


“С удовольствием”, - сказал Карлсон-Смит, крепко пожимая Майку руку. Карлсон-Смит был низкорослым, мускулистым блондином с перекошенным после драки носом.


“Чем могу быть полезен, джентльмены?” Спросил Майк, жестом приглашая их занять места в служебном отсеке.


“Чтобы прояснить наши намерения, ” сказал Уайт-Харкорт, улыбаясь, “ мы не собираемся спрашивать вас о группе специальных операций, которая находится у вас в самолете, или о вашем грузе”.


“Около сорока единиц автоматического оружия, гранатометы РПГ, боеприпасы к обоим видам оружия и различные другие средства поражения”, - сказал Карлсон-Смит, также улыбаясь. “ Почему ты ушел из "Семтека"? Конечно, не из соображений пространства. Видите ли, у нас есть люди в аэропорту Загреба. ”


“Так о чем же ты собираешься спросить?” - Спросил Майк, игнорируя вопрос.


“Мы полагаем, что вы получили информацию с виллы за пределами города Розайе”, - спокойно ответил Дрейк. “До нашего сведения дошло, что член британского правительства недавно принимал решения, которые ... несколько не в его характере. На самом деле, три члена. Все они недавно служили на Балканах и все они знали о склонностях, которые могли бы быть ... утолены на этой вилле ”.


“Дерьмо”, - пробормотал Майк. “Тогда у тебя настоящая проблема”.


“У вас нет информации?” Спросил Карлсон. “Я удивлен. Судя по отчету после операции, это была очень чистая операция”.


“Значит, карты на стол и никаких последствий?” Сказал Майк, тоже улыбаясь.


“Никаких”, - прямо ответил Карлсон-Смит. “Мы просто хотим получить”.


“Это будет проблемой”, - сказал Майк. “Есть три ‘дубля’. Они вели бумажные записи и снимали видео. Но затем видео были записаны на DVD и отправлены в другое место. На жестком диске сохранились некоторые фрагменты. У нас есть жесткий диск и бумажные записи, которые на албанском, но нет DVD. И я везу все это в США, у нас проблема более высокого приоритета, чем пара дипломатов ”.


“Я не уверен, что это сработает”, - спокойно сказал Уайт-Харкорт. “Проблема в том, что могут существовать, а могут и не существовать другие записи, которые являются более приоритетной проблемой, как вы выразились, для правительства Ее Величества, а также союзных правительств. Мы бы очень предпочли, чтобы информация оставалась закрытой, если хотите. ”


“То есть ты хочешь сказать, что мы не уйдем с нашей информацией?” Прямо спросил Майк.


“Мы заверяем вас, что вся имеющая отношение к делу информация будет передана американскому правительству”, - спокойно сказал Уайт-Харкорт. “Просто мы активно предпочитаем, чтобы те предметы, которые представляют интерес для правительства Ее Величества, так сказать, не пропали без вести”.


“Что ж, тогда у нас возникла проблема”, - сказал Майк, все еще улыбаясь. “Видите ли, в этих разведданных содержится информация, которая имеет очень большое значение для народа и правительства Соединенных Штатов. Итак, вы увидите, почему у меня проблема с передачей этого дела вам. По крайней мере, такая же проблема, если не серьезнее, чем у вас с передачей этого дела правительству США. Я вижу очень уродливую патовую ситуацию ”.


“Нам нужен этот жесткий диск”, - натянуто сказал Карлсон-Смит.


“Спокойно, Джон”, - мягко сказал Уайт-Харкорт. “Вот почему мы ведем переговоры”.


“Я не уверен, на чем будут основываться переговоры”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Вы не позволите мне уйти с разведданными, и я не собираюсь их раскрывать. Между прочим, я не избавился от всего своего Semtek, и вам будет очень сложно собрать данные до того, как они будут уничтожены, учитывая, что у меня в самолете двадцать первоклассных военнослужащих. SAS не принесет вам много пользы, кроме уничтожения данных и создания адского беспорядка. И международный инцидент между двумя странами, у которых совершенно особые отношения ”.


“Так ты не собираешься сдаваться?” Задумчиво спросил Дрейк.


“Только через мой труп”, - сказал Майк. “Буквально. Вот как вам придется это получить. И тела моих солдат”.


“Спокойно, мистер Дженкинс”, - сказал Уайт-Харкорт, вздыхая. “Спокойно. Как я уже сказал, переговоры. Ваше беспокойство понятно. Наше?”


“Это вызывает относительную озабоченность”, - сказал Майк. “Там есть данные, которые мы нашли, которые являются неоспоримым доказательством преступлений, совершенных высокопоставленным членом правительства США. Это никуда не денется, кроме как в очень защищенное учреждение в США. И мы не уверены, что у нас есть все это. Кроме того, могут быть и другие данные, не менее опасные. Эти данные чрезвычайно конфиденциальны, но прямо сейчас все, что у вас есть, - это дамоклов меч, нависший над несколькими вашими второстепенными дипломатами. Это сильно отличается от того, на что смотрят США. Относительная озабоченность ”.


“У нас есть информация, что правительство Ее Величества может испытывать большую озабоченность”, - невозмутимо сказал Уайт-Харкорт.


“Как высоко?” Осторожно спросил Майк.


“Очень высоко”, - практически прорычал Карлсон-Смит. “Чертовски высоко”.


“Снова патовая ситуация”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Кто-нибудь? Потому что я не планирую возвращаться домой с пустыми руками. И аэропорт Гэтвик - паршивое место для перестрелки, я тоже признаю. Люди будут задавать вопросы, и будут всевозможные СМИ” и ... Он пожал плечами и улыбнулся. “Если уж на то пошло, они бы задавали вопросы, если бы самолет просто простоял здесь несколько дней ”. Он на мгновение замолчал, а затем пожал плечами.


“Позвольте мне привлечь к обсуждению кого-нибудь еще”, - задумчиво сказал Майк. “Если позволите?”


“Кто-нибудь ... осторожный?” Спросил Уайт-Харкорт.


“Мой специалист по разведке”, - сказал Майк. “Бывший специалист по перехвату в морской пехоте. Отсидел срок в АНБ. Достаточно хорош?”


“Я полагаю”, - сказал Дрейк.


Майк поднял трубку и нажал на соединение с задней частью. “Пришлите Вэннера наверх. Скажите ему, чтобы принес свой компьютер и заметки”, - сказал он, затем повернулся к троице. “Хотите кофе, пока мы ждем? Или, простите, чаю?”


* * *


“Да, босс?” Сказал Вэннер, входя в дверь.


“Эти джентльмены из британского правительства”, - сказал Майк, жестом приглашая его сесть. “Они думают, что есть какие-то важные для них файлы Rozaje. Это настолько важно, что мы не уйдем, пока не передадим всю нашу информацию. Я рассказал им об этом только через свой труп. И твой, кстати. ”


“О”, - задумчиво произнес Вэннер. “Да, я думаю, это было бы не по моей вине. Черт возьми, даже по вине девочек. Даже если бы они не знали почему”.


“Итак, давайте обсудим добычу с этими джентльменами и попытаемся прийти к какому-то соглашению”, - сказал Майк.


“То есть вы хотите сказать, что мы не доверяем британцам в этом деле, а они не доверяют нам?” Спросил Вэннер.


“Это было бы неплохим итогом”, - сухо сказал Дрейк.


“Я думаю, это все”, - сказал Майк, хмуро глядя на британцев. “Я, честно говоря, никого из вас не знаю от Адама. И странные вещи происходят с intel в бюрократических структурах. Я знаю людей, которым собираюсь передать это. Я верю, что они не будут злоупотреблять этим ”.


“И со своей стороны, я должен добавить, что мы особенно не доверяем вам”, - признался Уайт-Харкорт. “Вы свободный агент, международный подрядчик по обеспечению безопасности с очень сомнительной репутацией, владеющий шантажным эквивалентом ядерного оружия”.


“Это так”, - сказал Майк с усмешкой. “Более того, у меня есть копии. Ужасная вещь. Вэннер, сколько видеоклипов ты получил?”


“В файлах было чуть больше двухсот перечисленных ‘сцен’, - сказал Вэннер, оттягивая время. “Я перевел не все из них, но там примерно столько же видеоклипов, большинство из них незаконченные. Наталья была указана в трех сценах до перевода. Я сделал перекрестные ссылки на эти файлы сцен и нашел то, что мы искали, в печатной копии. Но найти видео было скорее удачей, чем чем-либо еще. Мне пришлось просматривать фрагменты сцен один за другим, но я нашел ее в седьмом клипе. Это был тот, который я вам показывал. Но я не знаю, что есть в других сценах и там нет каталога файлов, в котором можно было бы сделать перекрестную ссылку на файлы с печатными копиями. ”


“В том месте было убито двести женщин?” Спросил Уайт-Харкорт, широко раскрыв глаза.


“Приблизительно”, - ответил Ваннер. “Женщины были убиты не во всех сценах, но в некоторых из них, по-видимому, было убито больше одной. Наибольшее количество, которое я обнаружил, составило три. Я думаю, этого парня нужно выследить и убрать; он, по-видимому, вряд ли занимался изнасилованием, только пытками и убийствами ”.


“Об этом позже”, - сказал Майк. “Джентльмены, что вы ищете? Может быть, мы можем просто извлечь файлы с печатными копиями, попытаться найти видеоклипы и просмотреть их. Поймите, у албанцев все еще есть DVD ”.


“Я не уверен, что этого будет достаточно”. Уайт-Харкорт вздохнул. “И мы бы очень хотели не называть имен на данном этапе”.


“К черту это”, - сказал Майк, снимая трубку. “Грезня, соедини меня с ОСОЛОМ”.


“Мистер Дженкинс, ” твердо сказал Уайт-Харкорт, - я действительно верю, что чем меньше людей будет привлечено к этому...”


“И я считаю, что это решение находится на неправильном уровне”, - прямо ответил Майк. “Как я уже сказал, я не знаю вас, ребята, из Adam, и, как вы сказали, у меня нет репутации в ваших глазах. Так что давайте привлекем людей с репутацией. Это слишком высокий уровень, чтобы мы могли с ним шутить ”.


“Я здесь по личному приказу министра иностранных дел”, - так же прямо сказал Уайт-Харкорт.


“Для меня это глава МИ-6”, - сказал Карлсон-Смит.


“В моем случае - глава МИ-5”, - добавил Дрейк.


“И у меня есть приказ от президента выступить в поход”, - огрызнулся Майк. “Я думаю, что я козыряю”.


“Паркер”.


“У тебя усталый голос”, - сказал Майк.


“Конец смены”, - сказал Паркер. “Пирсон должен быть примерно через час. Что у тебя есть?”


“Британцы отказываются позволить нам снять фильм”дубль", - натянуто сказал Майк. “Они боятся, что на камеру попал кто-то высокопоставленный. Кто-то высокопоставленный в британском правительстве”.


“О, Джой”, - сказал Паркер со вздохом. “И у нас есть...”


“У нас есть кое-что очень интересное”, - сказал Майк. “Среди прочего, у нас есть данные, которые, как правило, опровергают нашу предыдущую информацию. Человек, названный ранее, похоже, на самом деле здесь не присутствует. Но там достаточно для слегка хромающего тела упомянутого человека. ”


“Интересно”, - ответил Паркер. “Нам нужны эти данные”.


“Это то, что говорят британцы”, - сказал Майк. “И у них есть оружие, чтобы доказать это”.


“Я надеюсь, до этого не дойдет”, - сказал Паркер.


“Да, особенно потому, что без этого дубля предыдущая информация будет доступна”, - сказал Майк. “Нам нужны орудия покрупнее”.


“Я сделаю несколько звонков”, - сказал Паркер с очередным вздохом. “Мне придется разбудить людей”.


“Отлично”, - сказал Майк. “Тем более, что прямо сейчас мое тело понятия не имеет, который должен быть час”.


Майк прервал соединение. “Паркер будит некоторых наших более высокопоставленных сотрудников”, - сказал он, беря свой кофе. “Вы можете потусоваться здесь, или вы можете позвонить своим людям и сказать им, чтобы они начинали ожидать очень важных телефонных звонков”.


“Если вы не возражаете, мы останемся здесь”, - сказал Дрейк, доставая свой мобильный телефон. “Но мы также хотели бы сделать несколько звонков”.


* * *


“Килдар”, - сказала Грезня, просовывая голову в дверь. “Полковник Пирсон, вас на второй линии”.


“Понял”, - сказал Майк, поднимая трубку и нажимая на соединение. “Дженкинс”.


“Тебе просто нравится пинать осиные гнезда?” Спросил Пирсон. “Я занимался своими делами, ел свой завтрак как настоящий человек ...”


“Расскажи это британцам”, - сказал Майк, бросив взгляд туда, где Карлсон-Смит просматривал видеозапись и делал заметки.


“Я понимаю, что вы скоро получите разрешение”, - ответил Пирсон. “Но мы собираемся, чтобы британцы ”помогали нам в наших расследованиях ".


“Меня это устраивает”, - сказал Майк. “Пока я могу взлетать ...”


“Килдар”, - сказал Грезня, затаив дыхание, оглядывая комнату. “Очень важный звонок по третьей линии”.


“Я разговариваю с полковником Пирсоном”, - сказал Майк, прикрывая трубку рукой.


“Важнее!” Сказала Грезня, широко раскрыв глаза.


“Подожди, Боб”, - сказал Майк, переводя его в режим ожидания и переключая линию.


“Вам просто нравится пинать осиные гнезда?” - устало спросил президент.


“Господи, они вас за это подняли, сэр?” Спросил Майк.


“Да, они это сделали”, - ответил президент. “На самом деле, они поручили мне ответить на звонок премьер-министра. Вы получаете разрешение на вылет, если у вас его еще нет. Когда вы доберетесь сюда, все данные, каждый штрих, будут доставлены на базу вместе с вашими людьми из разведки. Британцы одновременно присылают несколько человек, чтобы присматривать за этим. Поскольку мы были на очень защищенной линии, премьер-министр сказал мне, кого подозревают в том, что они снимались в их видео, и я согласен, что не допустить, чтобы это стало достоянием общественности, - хорошая идея ”.


“ Черт возьми! — рявкнул Карлсон-Смит, нажимая на клавишу компьютера.


“Это был тот, о ком я думаю?” Спросил Вэннер, широко раскрыв глаза.


“Я думаю, они только что нашли то, что искали, господин президент”, - сказал Майк, на что четыре головы вскинулись, даже две приклеились к экрану компьютера. “Это тот, о ком вы подумали? Президент уже разговаривал с вашим премьер-министром, и он хотел бы знать. ”


“Да”, - прорычал Карлсон-Смит. “Так и есть”.


“Они подтверждают, господин президент”, - сказал Майк.


“Немедленно отправьте эту информацию в США”, - приказал президент.


“Да, сэр”, - сказал Майк.


“И не потеряйте это!”


“Будет сделано, сэр”, - ответил Майк.


“Карлсон-Смит останется с материалами до конца полета”, - сказал Дрейк, вешая трубку. “Вы можете взлетать. Вы должны лететь прямо в Вашингтон, в аэропорт имени Даллеса, заправиться, а затем направиться прямо на военно-воздушную базу Неллис. Вы выгрузите там свои материалы, а также специалистов по разведке, а затем полетите в Лас-Вегас. Посадка в Неллисе не будет зафиксирована. Мы проинформируем вашего пилота о новом маршруте. Мистер Уайт-Харкорт и я высадимся и проинформируем наших соответствующих боссов ”.


“Ну, я только что допросил единственного парня, которого считаю подходящим к этой категории”, - сказал Майк, размахивая телефоном. “Кстати, кто это был?”


“Это не твое дело”, - отрезал Карлсон-Смит.


“Министр внутренних дел Великобритании”, - ответил Вэннер. “И, Господи Иисусе, у этого парня крошечный член”.


Глава двадцать восьмая


“Дарья”, - сказал Майк, садясь рядом с девушкой. “Прости, я не игнорировал тебя. Просто многое происходит”.


Многое было мягко сказано. Несмотря на заверения президента, пришлось перепрыгивать через различные обручи. Среди прочего, выяснилось, что у Карлсона-Смита не было с собой паспорта. Майк предложил один из бланков из посольства Грузии, но от него вежливо отказались. Однако задержка, даже при отсутствии проблем в СШАS., собирались в лучшем случае усложнить их прибытие в Лас-Вегас. Майку по пути удалось убедить людей, что ему действительно нужно сначала отправиться в Вегас, поэтому посадку в Неллисе отложили до тех пор, пока Келдара и Майк не будут высажены в Вегасе. Осталось прояснить всего несколько мелких деталей.


“Я понимаю, Килдар”, - ответила Дарья, улыбаясь. “Как дела?”


“Что ж, наконец-то мы в пути”, - сказал Майк. “Но я хотел спросить, не могли бы вы оказать мне несколько услуг”.


“Конечно”, - сказала Дарья, улыбаясь. “Здесь?” - добавила она, подмигнув.


“Сейчас, сейчас”, - сказал Майк, качая головой. “Мне нужно, чтобы ты позвонил заранее и поговорил с Гурумом. Найди номера в отеле для всех. Возможно, некоторые из нас не доберутся до Вегаса, но я хочу, чтобы у каждого была комната. Вероятно, мы не сможем ... ”


“Это сделано”, - сказала Дарья, вытаскивая блокнот. “У группы, которая отменила участие в конференции, был зарезервирован блок номеров. Я узнала об этом и связалась с ними. У них все еще были забронированы комнаты, но в конце концов они решили, что не будут присутствовать. Я забронировал для нас этот блок комнат по очень разумной цене. Поскольку нам требовалось больше места, а отель был в основном забронирован, я также забронировал для вас номер в пентхаусе, предполагая, что шеф Адамс и мистер Вэннер тоже будут им пользоваться. Я спросил об информационной безопасности в номере, и администрация отеля заверила меня, что, поскольку обычными пользователями номера являются крупные американские бизнесмены, которые часто обсуждают личные дела в пентхаусе, здесь вполне безопасно. Я поговорил с Гурумом, он очень приятный человек, и позаботился о том, чтобы келдара имели доступ к еде. Я также поговорил с девушками из intel, и у них достаточно "традиционных местных костюмов " для съезда ”.


“О”, - ответил Майк.


“Я также говорила с шефом Адамсом”, - продолжила Дарья. “У нас примерно шестьдесят процентов боеприпасов к стрелковому оружию, сто процентов - к РПГ, и у нас достаточно гранат. Он хотел, чтобы я напомнил вам, что нам нужно больше Семтеков и что, если нам придется отправиться в Лунари, нам, вероятно, понадобится больше войск. Нам также нужно пополнить запасы средств первой помощи. И у нас достаточно пайков только на один день для всей группы. ” Она сделала паузу, посмотрела на выражение его лица и пожала плечами. “Я обучалась на секретаря и менеджера. А мой отец был полковником украинской армии.”


Майк открыл рот, чтобы ответить, затем закрыл его.


“Я могу что-нибудь сделать?” - спросил он несколько жалобно.


“Просто подпишите соответствующие чеки”, - сказала Дарья, мило улыбаясь. “О, и мне нужен ваш паспорт”.


“Почему?” Спросил Майк, вытаскивая его.


“Мы надеемся, что у вас есть все необходимые штампы о въезде и выезде”, - ответила Дарья, листая паспорт. “И у вас есть”.


“Что это нам даст?” С любопытством спросил Майк.


“Мистер Вэннер думает, что из этого он сможет сделать штампы для остальных паспортов”, - сказала Дарья, убирая паспорт и делая пометку. “Нам понадобятся, по крайней мере, хорватские въездные и выездные штампы. И я думаю, что это все ”.


“ Мы вам платим? - спросил я. Недоверчиво спросил Майк.


“На самом деле, нет. Но я пытаюсь помочь”.


“В таком случае, возьмите на заметку удвоить свою зарплату”, - сказал Майк, улыбаясь. “Серьезно, Анастасия делает кое-что из этого для меня в Джорджии, но мне бы не помешал настоящий ассистент. И у вас, кажется, все замечательно под контролем. Вы открыты для предложения работы? ”


“Это связано с расстрелом людей?” Осторожно спросила Дарья.


“Нет”, - сказал Майк, затем пожал плечами. “Я бы посоветовал тебе немного потренироваться, исключительно для защиты. Но я думаю о том, чем ты занимаешься: специалистом по персоналу и материально-техническому обеспечению миссий, предполагая, что есть и другие миссии, и будучи моим личным помощником. Я подозреваю, что в Джорджии вам будет скучно, но когда мы занимаемся подобными вещами, вам точно не будет ”.


“Сколько за что-то подобное заплатят?” Осторожно спросила Дарья.


“Ну, это включало бы проживание и питание в караван-сарае”, - отметил Майк. “С другой стороны, там особо нечего делать. Что касается оплаты, мы можем с этим разобраться и найти что-то справедливое. ”


“А как насчет… другого?” Так же осторожно спросила Дарья.


“Какие еще ... о”, - сказал Майк, затем пожал плечами. “Решать тебе. Если ты считаешь это своим долгом, не беспокойся об этом. У меня больше проблем с женщинами, чем я бы предпочел. С другой стороны, если вы считаете это дополнительным преимуществом, мы можем что-нибудь придумать ”, - добавил он с усмешкой.


“На данный момент, я думаю, я бы отнесла это к категории ‘дополнительных льгот”, - сказала Дарья, улыбаясь в ответ. “Я принимаю предложение о работе. Мы договоримся об оплате”.


“Спасибо”, - сказал Майк, вставая. “Привыкайте находить уединенные здания, в которых забивают людей до смерти”.


“Я уверена, что они это заслужат”, - сказала Дарья, мрачно улыбаясь.


* * *


“Так как же ты собираешься использовать мой паспорт, чтобы подделать чужие?” Майк спросил Вэннера. “Скопируй страницы?”


Специалист по разведке сидел за столом в хвостовой части самолета и работал на своем компьютере.


“Не сработает”, - сказал Ваннер. “В грузинских паспортах разные водяные знаки. Я отсканировал все въездные и выездные штампы в вашем паспорте, включая, в особенности, хорватский. Сейчас я создаю трехмерную модель того, как выглядит марка ”, - продолжил он, поворачивая компьютер так, чтобы Майк мог видеть.


“Очень мило”, - сухо сказал Майк. “Похоже на марку. И что это нам дает… ?”


”Что ж, - сказал Вэннер, нажимая на клавишу и глядя на большой предмет, отдаленно напоминающий принтер на полу, “ примерно через пятнадцать минут он должен выдать нам штамп о въезде в Хорватию”.


“Как?” спросил Майк.


“Это, ” сказал Вэннер, указывая на коробку, “ настольное производственное устройство. Придайте ему любой достаточно маленький трехмерный дизайн, и он сможет это сделать. Вот здесь”.


“Ты шутишь”, - сказал Майк, нахмурив брови. “Верно?”


“Нет”, - ухмыльнулся Ваннер. “Это не годится для многокомпонентного оборудования, но с его помощью можно изготовить любой твердый предмет, размер которого меньше площади его сбора. Этот метод называется спеканием. Машина берет схему САПР и разбивает ее на тонкие слои. Раньше это работало так, что каждый слой укладывался, а затем приваривался к нижнему слою, фактически спекался. Это быстрая система, которая укладывает всю модель слой за слоем, затем нагревает изделие и формирует его за один раз. ”


“Мне почти неприятно спрашивать, сколько стоила эта штука”, - сказал Майк, качая головой.


“Это был первый запуск нового поколения them”, - ответил Ваннер. “И многое другое. Но я подумал, что это может быть полезно иметь при себе. И я заключил сделку на этот счет как бета-тестер.”


“Нам понадобится больше, чем один”, - сказал Майк, думая о будущем.


“Ну, у меня есть дело к производителю”, - сказал Вэннер, ухмыляясь.


* * *


“У вас ведь есть чернила, верно?” Спросил Майк, когда Вэннер вставил еще горячую марку в держатель. Она действительно выглядела как штамп для въезда.


“Четырнадцать разных цветов и оттенков”, - признался Вэннер. “Я имею в виду, я не профессиональный фальсификатор, но я могу напеть несколько тактов”. Он взял лист бумаги и раскрыл на столе перед собой блокнот с паспортом Майка. Напевая, он нарисовал штамп, а затем поставил его на листе бумаги.


“Выглядит… практически так же”, - признал Майк.


“Так и должно быть, оно было сделано по этой модели”, - сказал Ваннер. “Мне пришлось проработать водяной знак на заднем плане, и я думаю, что это могло привести к появлению некоторых тонких пятен ...” Он достал лупу и рассмотрел гербовую бумагу под светом. “Да, есть несколько неровностей. Но если это не тщательный осмотр, то должно сработать. И если какой-либо из этих паспортов подвергнется тщательной проверке, у нас возникнут проблемы ”.


“Ну, с американской стороны у нас все должно быть в порядке”, - сказал Майк. “Где парень из МИ-6?”


“Просматриваю файлы с печатными копиями”, - сказал Ваннер. “Оказывается, он говорит и читает по-албански”.


“Я надеюсь, он не добывает больше информации, чем нам хотелось бы”, - сказал Майк. “Где?”


“В передней части отсека”, - ответил Ваннер. “Я собираюсь начать с отметки о выходе ...”


* * *


“Это ужасный материал”, - сказал Карлсон-Смит, переходя к следующему видео.


“Видишь кого-нибудь, кого узнаешь?” Спросил Майк.


“К сожалению, да”, - натянуто ответил Карлсон-Смит. “Я был назначен в косовский сектор на некоторое время, и я знаю нескольких джентльменов, которые получили аналогичное назначение”.


“Интересно, что они смогли доставить их туда”, - сказал Майк. “Я полагаю, вы также видели видео, которое нас заинтересовало”.


“Вэннер указал на файл”, - сказал Карлсон-Смит. “Я избегал этого. Это вам, янки, предстоит исправить. Остальное будет более ... сложным. Они скомпрометировали кровавого главу французских сил в Косово. И его повысили. Он возглавляет военно-гражданское управление по связям во Франции, которое, предположительно, оказывало поддержку силам Министерства внутренних дел в облаве на исламистов Франции. Могу добавить, что это было заметно неудачно ”.


“Я чего-то не понимаю”, - признался Майк.


“Албанцы работали с моджахедами в течение некоторого времени”, - сухо сказал Карлсон-Смит. “Ничего из того, что кровавые СМИ готовы обсуждать, но они, помимо прочего, обмениваются информацией. Я бы поспорил, что наш друг генерал Робиссо передавал информацию целям во Франции. Вероятно, потому, что его ‘поощряли’ к этому его албанские друзья ”.


“Дерьмо”, - пробормотал Майк. “Там есть грузины?”


“Насколько я могу судить, нет”, - усмехнулся Карлсон-Смит. “Но там не один американец и довольно много японцев. Посмотри на это, ” добавил он, на мгновение порывшись в файлах.


Майк некоторое время наблюдал за воспроизведением, а затем отвернулся.


“Итак?” - спросил он. “Я видел парочку”.


“Не узнали джентльмена?” - спросил агент МИ-6, тонко улыбаясь. “Один из ваших чертовых либеральных стратегов, приятель. Сколько раз показывали по телевизору. Крупный коллекционер денег”.


“Разгребать это дело будет сущим кошмаром”, - признал Майк. “Несколько стран, несколько юрисдикций. И все люди, которые могли себе это позволить, что означает либо богатых, либо влиятельных, либо, как правило, и то, и другое. Кто зовет кошку?”


“На самом деле, кто, приятель”, - сказал Карлсон-Смит, переходя к другому файлу. “Черт возьми, еще один. Младший сотрудник дипломатической службы. Работает в ООН в Косово. Помощь беженцам. Богатый либеральный педераст. Я бы предположил, что он был под кнутом, а не держал его в руках ”.


“Я бы подумал, что он получит свою киску от беженцев”, - заметил Майк.


“Вероятно, так оно и было”, - признал агент МИ-6. “Но избавляться от тел тяжело. И когда вы злоупотребляете ими сверх определенного предела, они начинают общаться с прессой. Это сводит на нет вашу карьеру. Вам приходится оставить дипломатическую службу и пойти работать в НПО, у которой и близко нет таких хороших льгот, не так ли? ”


“Точка”, - сказал Майк. “В чем преимущества работы на МИ-6?”


“Ты посмотришь действительно отвратительное порно”, - мрачно сказал Карлсон-Смит. “И тебе придется иметь дело с подонками и наркоторговцами. Затем есть информаторы террористов, большинство из которых на самом деле ничего не знают, но более чем готовы брать наличные ни за что. С другой стороны, там отличные стоматологические услуги ”.


“Звучит заманчиво”, - высказал мнение Майк. “Джеймс Бонд и все такое”.


“Люди так думают”, - сказал Карлсон-Смит со вздохом. “Но это больше похоже на ваше ЦРУ, не так ли? Я имею в виду, да, нас обучают владению оружием на занятиях и все такое, но мы, черт возьми, никогда им не пользуемся. Я ни разу не обнажал оружия за всю свою карьеру и очень редко ношу что-либо с собой, если уж на то пошло. Очень немногие из нас это делают. Как и ваши ребята из разведки ЦРУ, поверьте мне. Военизированные типы вроде NVA - это, конечно, совсем другая история. Они работают на мокром месте. ”


“Так чем занимаетесь вы?” С любопытством спросил Майк.


“Как я уже сказал, бегаем, общаемся с подонками и пытаемся заставить кого-нибудь рассказать нам что-нибудь правдивое”, - сказал агент МИ-6, пожимая плечами. “Вы создаете группу контактов и получаете информацию любым доступным способом. Это доставляет больше удовольствия, чем общение с красивыми женщинами и убийство суперзлодеев. На самом деле, по большей части это довольно скучно ”.


“Звучит именно так”, - сказал Майк, фыркнув. “Я возьму Джеймса Бонда в любой день”.


“Я бы предпочел делать то, а не это, приятель”, - сказал Карлсон-Смит. “Среди прочего, есть вещи, о которых человеку лучше не знать или что-то в этом роде. И это одна из них. Кое-что, о чем вам лучше помнить. ”


“Что ты имеешь в виду?” Спросил Майк, нахмурившись.


“Будет немало очень влиятельных и очень несчастных людей, когда этот конкретный муравейник будет перевернут”, - сказал британец, выключая видеопрограмму. “Я прикрыт, поскольку я всего лишь тупой бюрократ, выполняющий свою работу. За исключением этих ублюдков из ИРА, никому лично нет дела до того или иного агента. Конечно, странный моджахед набросится на нас, но это всего лишь бизнес. Они возложат личную ответственность на вас. Люди из этих файлов, они проиграют, и проиграют по-крупному. Но таковы же и их сторонники и спонсоры. И они по-прежнему, в основном, будут у власти, прямо или косвенно. Даже если в результате партии падут, что вполне возможно. Просто найдя эти файлы, вы нажили себе могущественных врагов.”


Майк подумал об этом и пожал плечами.


“Пусть они придут”.


Глава двадцать девятая


“У всех заполнены таможенные и иммиграционные формы”, - сказал Адамс, пока Майк нервно ждал, когда инспекторы из BCIS поднимутся на борт самолета. Они остановились в Даллесе, чтобы заправиться топливом и получить разрешение, и Пирсон заверил его, что о разрешении позаботились. Но после остановки в Британии Майк наполовину ожидал, что его возьмут под стражу вместе со всей командой.


Самолет пристыковался к туннелю. Майк не мог видеть, что происходит в коридоре, но он услышал приближающиеся шаги и был удивлен степенью реакции. В него не раз стреляли в упор, но по какой-то причине эта встреча наполнила его ужасом. Вероятно, в результате разговора с Карлсоном-Смитом. Однако агент МИ-6 был спокоен как стеклышко. Как он и сказал, никто не собирался возлагать на него личную ответственность за файлы. Черт возьми, данные на компьютерах были незаконными, забудьте об оружии и боеприпасах в грузовом отсеке!


Таможенный инспектор вошел в дверь и пожал Хардести руку, и Майку потребовалось больше времени, чем следовало, чтобы разглядеть выражение его лица.


“Меня зовут Пирсон”, - представился полковник Пирсон, обезоруживающе улыбаясь Хардести. “Я буду оформлять декларации вашего экипажа и пассажиров, пока мой помощник быстро проверит ваш грузовой отсек”.


“Рад познакомиться с вами”, - сказал капитан Хардести, нервно сглотнув.


“Пирсон?” Спросил Майк, его глаза расширились при виде армейского полковника в форме таможенного агента.


“А, мистер Дженкинс, я полагаю?” Сказал Пирсон, улыбаясь. “Позвольте мне только проверить документацию экипажа, и я присоединюсь к вам и вашей ... группе через минуту”.


* * *


“Да, BCIS - дерьмо собачье”, - сказал Пирсон, усадив Майка за стол с крепким бурбоном. “И штат тоже дерьмо собачье. И Совет национальной безопасности в дерьме. Вот почему я здесь вместо обычного инспектора и почему командующий ВМС из ОСОЛ тщательно игнорирует содержимое трюма. Доволен?”


“Я должен был поверить тебе, когда ты сказал, что обо всем позаботятся”, - признал Майк, наконец улыбнувшись. “Но это не единственная причина, по которой ты здесь”.


“Нет”, - признался Пирсон, глядя на агента МИ-6, который внимательно наблюдал за ним. “И, как и договаривались, все исходные файлы передаются Неллису для вашего ознакомления, агент Карлсон-Смит. Но вы сказали, что Грэнтэм не был преступником, и президент хочет получить эти данные как можно скорее. ”


“Позвольте мне позвать Вэннера”, - сказал Майк, поднимая трубку.


Ваннеру потребовалось несколько минут, чтобы снова повторить свою песню и танец, но когда он закончил, Пирсон откинулся назад и удовлетворенно кивнул.


“Грэнтэм в последнее время странно себя ведет”, - сказал Пирсон. “Я имею в виду, да, он сам по себе, и он работает в Сенате так, как ему нужно, заключая сделки, концентрируясь на том, что он считает важным. Но решения, голоса и действия, которые он принимал, полностью выходят за рамки его обычной деятельности ”.


“Кандидатура Верховного суда?” Спросил Майк.


“Это просто самое заметное”, - ответил Пирсон, снова кивая. “Но это главное. Он мешает парню в Сенате. Это первое измененное голосование, которое у президента был шанс провести на скамье подсудимых, консерватор за либерала. Средства массовой информации кричат, либералы кричат, и Грэнтэм должен действовать решительно. Вместо этого он как будто пытается остановить время или что-то в этом роде ”.


“Значит, кто-то шантажирует его этим видео?” Спросил Майк. “Траскел?”


“Это был бы главный подозреваемый”, - признал Пирсон. “Но это не значит, что это он. Это мог быть любой враг обычных позиций Грэнтэма. И это был бы глупый дальний удар для кого-то вроде Траскела. Он был в Сенате много лет; вероятно, останется там еще много лет, у него нет причин устраивать это ”.


“Ну, это как-то связано с Траскелом”, - сказал Майк, нахмурившись. “Я имею в виду, он знал, что нужно послать меня за этой конкретной девушкой. И почему она, интересно?”


“Наталья есть на видео, но она выжила на месте преступления”, - сказал Карлсон-Смит. “У нее больше шансов, чем у большинства, опознать преступника”.


“Есть другой способ сделать это”, - сказал Вэннер. “Голосовая печать. У человека был изменен голос, но вы все равно сможете извлечь некоторые данные и распознать их по голосу. ”


“У нас должен быть соответствующий голосовой отпечаток”, - отметил Пирсон.


“Эшелон" мог бы справиться с этим за пару часов”, - сказал Вэннер, пожимая плечами.


“Эшелон” был "черной" операцией АНБ, которая отслеживала голосовые и интернет-коммуникации по всему миру в поисках ключевых слов.


“Ладно, предположим, что Эшелон действительно существует ...” Сухо сказал Пирсон.


“Раньше я не работал ни в каком подобном агентстве”, - так же сухо сказал Вэннер, используя прозвище АНБ. “Это не было необдуманной оценкой, полковник”.


“Хорошо, предположим, мы могли бы заставить АНБ признать, что он существует, для этого проекта, который имеет серьезный политический подтекст”, - сказал Пирсон, поднимая руки. “Даже признавая это, голос замаскирован, и АНБ не будет использовать его, точка, для расследования в отношении американских граждан. Даже в соответствии с Патриотическим актом. И я почти уверен, что мы не хотим открывать банку с червями ради этого. Это ужасно, но это определенно не связано с терроризмом. На самом деле, за исключением того, что это что-то вроде конституционного кризиса, это даже не связано с национальной безопасностью! ”


Пирсон сделал паузу и с несчастным видом пожал плечами.


“Что должно быть сделано по правилам, так это то, что данные будут переданы в ФБР”, - продолжил полковник. “Сейчас для этого есть процесс. Информация, собранная в ходе разведывательной операции и указывающая на совершенное преступление, может быть передана в ФБР для расследования. Проблема в том, что ФБР не обладает юрисдикцией. То, что мы имеем здесь, - это изнасилование и убийство. Это гражданские преступления. Они произошли в Македонии, которая является единственной юрисдикцией, которая может судить их ”.


“Значит, мы либо передаем данные македонцам, ” задумчиво произнес Карлсон-Смит, - что дало бы им материалы для шантажа половины правительств Западного мира, или… мы отпускаем их на волю?”


“Нет”, - сказал Пирсон, качая головой. “Что хочет сделать президент, так это очень тихо показать данные соответствующим людям. Тихие собрания, в результате которых преступник просто больше не занимает ничего, что напоминало бы позицию власти. И не будет иметь значения, по какую сторону прохода он находится или из какой страны он родом. Он обсуждал это с премьер-министром, и премьер-министр согласен. Но ... ”


“Но у нас должны быть все данные”, - вздохнул Майк. “Мы должны достать DVD”.


“И все, кто связан с албанской операцией”, - согласился Пирсон. “А еще есть другая сторона. Кто обманывает кошку?”


“Государственный департамент”, - сказал Майк, пожимая плечами.


“Нет”, - ответил Пирсон. “В настоящее время то, что вы несете, очень тщательно охраняется. И так и останется. Утечек нет. Боже-помоги-нам-пожалуйста, никаких утечек ”.


“Согласен”, - сказал Майк, нахмурившись. “Но ты же не предлагаешь...”


“Представлениями займемся либо мы, либо британцы”, - сказал Пирсон с суровым выражением лица. “Но посыльным будешь ты”.


“Черта с два”, - сказал Майк, качая головой. “Ни за что на свете”.


“Вы не сотрудник американского правительства”, - натянуто продолжил Пирсон. “Вы просто ... вы. Вы будете обрабатывать представление данных и получите соответствующие гарантии от людей, с которыми вы имеете дело, относительно того, что должно быть сделано. Но суть в том, что каждый человек должен уйти из правительства и из всего, что связано с правительством. Никаких неправительственных организаций, никаких военных контрактов, никакого лоббирования. Они становятся обычными гражданами и исчезают. Будем надеяться, что большинство из них совершат самоубийство ”.


“Тогда мы можем с таким же успехом уничтожить большую часть данных”, - нахмурившись, сказал Майк. “Все, что нам понадобится, это печатная копия того, кто был вовлечен, и DVD-диски”.


“Согласен”, - сказал Пирсон, кивая. “Мы запрем данные в хранилище, и они никогда никуда не денутся”.


“Нет”, - сказал Майк с отстраненным видом. “Если я тот, кто передает сообщение, то я тот, у кого есть данные. Они никому не доверят эти данные, включая правительство Соединенных Штатов. У меня есть яма, которая достаточно велика для этого. Мы похороним это под караван-сараем. Я скажу им, где это. И скажи им, чтобы оставили это в покое. Они не поверят, если я скажу им, что он был уничтожен, что было бы моим первым выбором. Мы просто… придержим его. Когда-нибудь это просто станет историей ”.


“Я не уверен, что премьер-министр согласился бы с этим”, - сказал Карлсон-Смит.


“И я почти уверен, что президент хотел оставить их в Неллисе”, - нахмурившись, сказал Пирсон. “Это чертовски большая ответственность, чтобы просто делегировать ее”.


“С кем ты разговариваешь?” Натянуто спросил Майк. “Подумай о том, как мы встретились, Боб”.


“Это другое дело”.


“Как?” Ответил Майк. “Президент и премьер-министр будут придуриваться. Поверьте мне. Потому что таким образом эти вещи не будут висеть Дамокловым мечом на каждой встрече высокого уровня. Они отправятся из Неллиса в караван-сарай и будут похоронены. Вы достанете данные об американских и британских участниках, чтобы Америка и Британия разобрались с ними. Остальное зависит от меня. После того, как мы найдем DVD. Надеюсь, они не сделали копий ”.


“Вам придется убедиться в этом”, - мрачно сказал Пирсон.


“Я даже не уверен, что смогу достать DVD”, - сказал Майк, отводя взгляд и вздыхая.


“У нас улучшенная информация”, - сказал Пирсон. “Не так много, но кое-что. Это тоже будет доступно в Nellis. Есть одна существенная проблема: контроль информации. Кто знает, что есть в ваших командах?”


“Келдара знают почти все о Розайе”, - сказал Майк, нахмурившись. “Но келдара не разговаривают ...”


“Можем ли мы доверять этому?” Спросил Карлсон-Смит.


“Могли бы вы доверять гуркхам?” Спросил Майк. “Это дело килдаров. Келдары не разговаривают. Даже тогда информация о том, кто и что делает, довольно строго ограничена. Я попросил Вэннера держать это подальше от девушек только из-за того, что это было. Они просмотрели файлы и составили несколько списков. Но даже тогда это очень близко. Я даже не уверен, что Адамс знает какие-либо имена, кроме вашего сотрудника дипломатической службы и не-сенатора-Грэнтема. Мы будем держать это в секрете. С этого момента Вэннер все закроет. Избавьтесь от албанских переводчиков; для остального они нам не понадобятся ”.


“Значит, дело непростое”, - сказал Пирсон, с надеждой вздыхая.


“Это сложно”, - сказал Майк. “И с Келдарой, и со мной, так и останется”.


“И ты возьмешь на себя обязанности посыльного”, - сказал Пирсон.


“И обязанности охранника”, - ответил Майк. “После того, как у нас будут DVD. Для этого мне понадобится поддержка. Большая”.


“Вы получите все, что у нас есть”, - сказал Пирсон. “Все, что вы попросите, поверьте мне”.


“И тогда я буду Выбирающим из убитых”, - сказал Майк, скривившись. “Отлично. О, есть еще кое-что”.


“Который из них?” Спросил Карлсон-Смит.


“Когда мы выясним, какая связь существует с Траскелом, я смогу разорвать ее.


Глава тридцатая


“Гурум, рад видеть тебя снова”, - сказал Майк, оглядывая территорию у ворот.


Международный аэропорт Лас-Вегас Маккарран был для большинства посетителей первым знакомством со штатом Невада. Хорошо это или плохо, но первым впечатлением были игровые автоматы. Много-много игровых автоматов. Казалось, они были воткнуты в каждый уголок и щель, и большинство из них использовались прибывающими, вылетающими и даже пересаживающимися пассажирами, пытающими свою удачу.


За исключением этого и рекламы казино, аэропорт был очень похож на любой другой, и келдара видел несколько таких в этот момент. Группа все еще таращила глаза, когда они выходили из самолета.


“Вэннер, извини, но тебе придется отказаться от удовольствий Города грехов”, - сказал Майк, пожимая сержанту руку.


“Я пас”, - сказал Вэннер, улыбаясь. “Был здесь, сделал это, потерял рубашку”.


“Я не планирую играть в азартные игры”, - сказал Майк, оглядываясь по сторонам. “Я и так достаточно этим занимаюсь. Я приеду в гости через день или два”.


“Понял”, - сказал Вэннер, отступая в туннель. “Удачи”.


“То же самое”, - сказал Майк, поворачиваясь к менеджеру пивоварни "Келдара". “На что ты рассчитываешь, Гурум?”


“Там ждет автобус, Килдар”, - сказал Гурум, направляясь в аэропорт. “Я не был уверен насчет багажа ...”


“У келдара есть все, что мы везем сюда”, - сказал Майк, указывая на солдат келдары, нагруженных черным багажом.


“Мы подготовили помещения и установили стенд”, - пробурчал Гурум. “Был предварительный день, но мы не были готовы к этому; Я надеюсь, это не повредит продажам —”


“Ничего не поделаешь”, - сказал Майк, чувствуя последствия смены часовых поясов и культурного шока. Не так много часов назад он убегал от албанской группы захвата.


“Съезд начинается завтра”, - продолжил Гурум. “Здесь всего три часа. Келдара могли бы взять выходной и осмотреться—”


“Келдара отправляются в отель и ложатся спать”, - сказал Майк. “При необходимости с таблетками. Это поможет восстановить их биологические часы”.


“Очень хорошо, Килдар”, - сказал Гурум, нахмурив брови. “Но мне нужно несколько человек для подготовки. Работы больше, чем я ожидал. И… Думаю, я переоценил трудности, связанные с установкой стенда, который я спроектировал. ”


“Насколько серьезными могут быть проблемы?” Спросил Майк.


“Много”, - признался Гурум. “Мне действительно нужно немного Келдары, Килдар. Пожалуйста”.


“Ладно, ладно”, - сказал Майк, качая головой. “Завтра нам понадобятся четверо из них в рабочем состоянии, но у вас может быть по крайней мере десять”.


“Спасибо тебе, Килдар”, - сказал Гурум, вздыхая с облегчением. “Спасибо. Таким образом, мы сможем полностью подготовиться”.


“Я почти боюсь спрашивать, что вы сделали с дизайном стенда”, - сказал Майк, качая головой.


“Это… очень заметный стенд, Килдар”, - признал менеджер пивоварни.


“Что запланировано на завтра?” Спросил Майк, пытаясь стряхнуть усталость. Ему нужно было быть сообразительным. Насколько бы ни была важна текущая миссия для мира, получение дистрибьютора для Келдары повлияет на них надолго. Хорошо это или плохо. Это было важно, и ему пришлось просто разделить другую миссию. Помимо всего прочего, здесь они даже не могли говорить об этом.


“Наш стенд будет открыт весь день”, - сказал Гурум. “Дарья прислала мне список женщин-келдара, чтобы составить расписание. Но есть проблема”.


“И это что?” Спросил Майк, зевая.


“Существует местный закон, согласно которому любой, кто подает алкоголь, должен быть старше восемнадцати лет”, - отметил Гурум.


Майк на мгновение моргнул, а затем нахмурился. Девушки из Келдары были профессионалками, выполнявшими тяжелую работу, поэтому ему было трудно помнить, что большую часть времени они были подростками. Большинство из них. Грезне было больше восемнадцати, как и паре других. Но большинству из них было шестнадцать или семнадцать. После этого возраста большинство женщин келдары были матерями и их не прикрепляли к оперативным группам. Внезапно у него в голове возник образ Анисы, скользящей по канату в офис клуба "Дракул" и отключающей компьютер за считанные секунды. Месяц назад девушке исполнилось семнадцать.


“Среди девушек только пятеро старше восемнадцати”, - отметил Гурум. “Этого достаточно для одной или двух, чтобы занять стенд на весь день, но конвенция продлится пять дней ...”


“Вот что я получаю за то, что указываю их настоящий возраст в паспортах”, - сказал Майк со вздохом. “И я не собираюсь звонить в DIA и просить у них кучу фальшивых удостоверений личности только для того, чтобы продавать пиво. Мы привлекаем к работе всех, кто в возрасте. У нас есть еще две женщины, которые могут заменить нас, если уж на то пошло. Если парни немного подадут, прекрасно. Остальные могут быть просто красотками на стенде и очаровывать клиентов ”.


“Очень хорошо, Килдар”, - сказал Гурум, вздыхая. “Я надеялся, что ты согласишься с этим”.


“Я не что иное, как разумный человек”. Майк улыбнулся Келдаре. “Итак, где автобус?”


* * *


Майк забыл, как сильно он ненавидел торговые выставки.


Конференция проходила в одном из тех массивных конференц-центров, которые, казалось, были спроектированы как стойла для кашалотов. Оно, безусловно, было достаточно большим; просто ходить от одного к другому было тренировкой. Тот, о котором Майк, после стрессов последних нескольких дней, не собирался беспокоиться. У него не было никакого интереса собирать сумку, полную ручек, подставок и футболок от пива, которое он никогда не собирался пить.


Он вынужден был признать, что у Международной конференции оптовых пивоварен были свои плюсы. ”Стенд" Keldara находился в пивном саду, где располагалось более сорока пивоварен, от Anheuser-Busch до… что ж, Keldara с их запатентованным “Пивом из горных тигров” предлагали бесплатные образцы. Майк попробовал пару других сортов, а затем отказался. На земле просто не было ничего, что могло бы сравниться с пивом Keldara.


И другие, похоже, согласились. Через несколько часов после открытия, когда разнесся слух, за пивом Keldara выстроилась непрерывная очередь. И большинство пьющих просто как бы… слонялись без дела. Отчасти из-за пива, но в значительной степени из-за девушек из Келдары.


Девушки, обслуживавшие кабину, как обслуживающие, так и просто дружелюбные, впитывали внимание и флиртовали изо всех сил. Они никогда не были в ситуации, когда мужчины соперничали за их внимание, и они явно получали удовольствие. И представители дистрибьюторской компании, почти исключительно мужчины, тоже получали удовольствие. Девушки из Келдары были эффектны и настолько ... наивны, что дистрибьюторы сочли их слишком очаровательными, чтобы устоять. Ему было интересно, что бы подумало большинство из них, если бы узнали, чем девушки занимались последние несколько недель. Или что “барные стойки”, поднимающие бочки так, словно они сделаны из воздуха, вероятно, могли бы убить всех на съезде менее чем за тридцать минут.


Гурум также хорошо поработал на стенде. И он был прав, это было заметно.


После проверки стоимости доставки выяснилось, что количество пива, которое они везли, в контейнере обойдется намного дешевле, чем при отправке по воздуху. Проблема заключалась в том, что даже при таком количестве пива оно заняло бы лишь часть емкости. Был способ сделать это, называемый Less Than Truckload, но разница в стоимости была не такой уж большой.


Итак, Гурум взглянул на проблему и, обладая обычной способностью келдара смотреть нестандартно, решил использовать большую часть контейнера для других “вещей”.


В остальном контейнере был в основном камень. В частности, гранит, который келдара собирали на полях каждую весну и использовали для изготовления всего, от заборов до стен домов. Это был тот же гранит, из которого строилась пивоварня.


С помощью десяти келдаров, которые одолжил ему Майк, Гурум построил миниатюрную “пивоварню Келдара” с демонстрацией оригинальных методов приготовления Келдара, небольшой “изгородью”, которая пропускала посетителей конференции в это место, и “баром”, построенным из необработанного гранита с деревянной столешницей. Это был, безусловно, самый зрелищный стенд на съезде, и Майк задавался вопросом, попытаются ли другие превзойти его в следующем году.


“Вы мистер Дженкинс?” спросил грузный мужчина, плюхаясь на каменную скамью, которую келдара установил вдоль стены.


“Да?” Сказал Майк. “А ты кто?”


“Боб Томас”, - сказал мужчина, держа в руках электронное устройство, похожее на КПК.


“Я не уверен, что это такое”, - признался Майк. Гурум вручил ему одну рано утром, но Майк оставил ее за киоском.


“Это моя визитка”, - сказал мужчина, улыбаясь. “Полагаю, ты потерял свою?”


“Нет, это в кабинке”, - сказал Майк. “Значит, мы обмениваемся карточками с этой штукой?”


“Да, именно так это и должно работать”, - сказал Томас, ухмыляясь и убирая его. “Ваша информация тоже есть на вашем бейдже. Но вы владелец пивоварни?”


“Вроде как совладелец”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Я организовал это как способ для Келдары сколотить капитал. Я предоставил средства и землю, они предоставляют рабочую силу и знания. Я думаю, мы разделяем ячмень и хмель. Это довольно сложно ”.


“Как?” Спросил Томас. “И почему американец поддерживает начинающую пивоварню в Грузии?”


“Келдара - это своего рода мои слуги”, - сказал Майк, нахмурившись. “Я знаю, это странный способ выразить это, но это самое близкое к реальности, что я могу найти. Мне принадлежит земля, на которой они живут, их дома и большая часть их инструментов. И я также не могу продать им это обратно по закону. Им это тоже нравится; у них так принято. В общем, я купил эту ферму и к ней прилагались… слуги. Поэтому я построил пивоварню в основном для того, чтобы женщины получали какой-то доход. У них все устроено не так, как сейчас ”.


“А как насчет мужчин?” Нахмурившись, спросил Томас. “Если ты говоришь о фермерах-арендаторах, у мужчин тоже не будет большого дохода”.


“А, ну”, - сказал Майк, вздергивая одну щеку. “Там тоже есть брошюра об ополчении Горных тигров”.


“Я прочитал это”, - сказал Томас, нахмурив брови. “Я думал, это была шутка, все эти разговоры о защите долины от чеченцев и все такое”.


“Вовсе нет”, - ответил Майк. “Мужчинам платят как части ополчения. Некоторым женщинам тоже. На самом деле, то, на что вы смотрите, - это в основном команда ополчения. Девушки, которые общаются с клиентами, являются специалистами по разведке. Большинство из них говорят на двух-трех языках и являются экспертами в электронном перехвате или анализе разведданных. Эти люди - члены ополчения, по крайней мере, не хуже американских рейнджеров, и все они имеют боевой опыт. Они потеряли члена ополчения всего несколько дней назад. ”


“И они продают пиво?” Спросил Томас, склонив голову набок.


“И они продают пиво”, - согласился Майк. “Чтобы они могли получать какой-то доход в долине, который не зависит от килдар. Это я”.


“И если они добьются такого успеха, то станут независимыми от килдар?” Спросил Томас.


“Тогда у меня все еще будет очень хороший дом в очень хорошей долине”, - сказал Майк, ухмыляясь. “И доля в очень хорошей пивоварне”.


“Итак, чем вы занимаетесь, мистер Дженкинс?” Спросил Томас. “Откуда у вас деньги? И как вы оказались в Джорджии?”


“Ну, если бы я сказал тебе, что мне придется тебя убить”, - сказал Майк, затем рассмеялся. “Серьезно, я был морским котиком, потом основал компанию, которая производила секретные средства связи. Это было до 11 сентября, и я зарабатывал деньги, но не мирового класса. Затем, после 11 сентября, виджеты стали очень важны, и меня выкупил крупный оборонный подрядчик. После этого мне особо нечего было делать. Я не хотел создавать другую компанию, поэтому путешествовал. Во время путешествия я буквально заблудился и оказался, так сказать, в Бригадуне. И вот мы здесь ”.


“Открытие пивоварни обходится недешево”, - сказал Томас. “Вы заработали столько денег, продавая оборонному подрядчику?”


“Достаточно близко”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Большая часть того, что я делал, включая виджеты, была засекречена. Я был отчасти серьезен, что не мог объяснить, откуда взялись все деньги. Но пивоварня получила некоторую помощь от МВФ в виде соответствующего гранта. И ячмень более или менее бесплатный. То же самое касается хмеля и других ингредиентов. Нам придется купить кое-что еще, но не много. И рабочая сила дешевая. Если мы сможем получить справедливую цену за пиво, мы заработаем деньги. Келдара заработает деньги. Мне потребуется некоторое время, чтобы окупить мои инвестиции, возможно, больше времени, чем хотелось бы многим инвесторам. Но я занимаюсь этим надолго, и в основном ради Келдары.”


“Они тебе нравятся”, - сказал Томас, указывая подбородком на одну из девушек, которая болтала с двумя парнями, у обоих было выражение лица быков, загнанных в угол.


“Они чертовски хорошие люди”, - задумчиво сказал Майк. “Чертовски хорошие”.


“И девушки тоже хорошенькие”, - сказал Томас, ухмыляясь. “Где ты взял модель на плакате?” спросил он, указывая на пивоварню. На почетном месте над баром висела фотография Катрины размером с постер. У нее была бутылка пива, на которой пенилось, и она поджала губы, чтобы отхлебнуть лишнее. Подпись была “Ты достаточно тигриный?” Майк был почти уверен, что когда это дошло до старейшин и ему объяснили кое-кому из них, ему предстоял очень тяжелый разговор.


“Катрина Макани”, - сказал Майк, ухмыляясь. “Она ... кузина Ванды или что-то в этом роде. Я сделал снимок”.


“Ты шутишь”, - сказал Томас, широко раскрыв глаза. “Я думал, ты уже купил это”.


“Нет”, - сказал Майк, все еще улыбаясь. “Я сделал все фотографии для брошюр и плакатов”. Фотография девушек, выстроившихся в ряд со своими бутылками, была оформлена в виде баннера, который занимал всю витрину.


“Вы человек многих талантов, мистер Дженкинс”, - сказал Томас. “Мои партнеры и я хотели бы встретиться с вами и вашим менеджером сегодня вечером”.


“До Гурума”, - сказал Майк, гадая, что происходит в Неллисе и когда его туда вызовут. “Он установит расписание. Возможно, я буду недоступен; у меня есть кое-какие другие дела здесь, в городе.”


“Что ж, я надеюсь, мы сможем встретиться”, - сказал Томас, тяжело поднимаясь на ноги. “Было приятно познакомиться с вами”. Томас сделал паузу и посмотрел на стенд, качая головой. “Они действительно должны бороться с террористами?”


“Месяц назад на нас напал небольшой батальон, около двухсот человек”, - сказал Майк, указывая подбородком. “Парень, поднимавший ствол, был одним из снайперов. Девушка, болтающая с тем парнем в синей рубашке, сидела на ступке. Рыжеволосая, разливающая пиво, отвечала за коммуникации. Так что ... да. ”


“Надеюсь, вы не возражаете, если я скажу, что мы можем использовать это”, - задумчиво сказал Томас. “Любители пива, как правило, патриоты. ‘Купи пиво ”Келдара", и ты поможешь убивать террористов ".


“И разные другие ублюдки”, - сказал Майк, думая о самой последней миссии.


“Килдар”, - сказала Дарья, подходя. “Звонят из номера люкс. Тебе там звонят”.


Именно там был установлен защищенный телефон. Время игры.


“Вам придется извинить меня”, - сказал Майк, кивая Томасу. “Я надеюсь встретиться с вами позже”.


“Удачи тебе в других твоих делах”, - сказал Томас, кивнув на прощание и с улыбкой повернувшись к Дарии.


* * *


“Дженкинс”, - сказал Майк, откидываясь на спинку сиденья.


“Майк, в аэропорту тебя ждет самолет”, - сказал Пирсон. “Ты нужен нам там к трем”.


“Сойдет”, - вздохнув, сказал Майк. “Почему три?”


“Ты увидишь”, - сказал Пирсон, отключая связь.


Глава тридцать первая


Военно-воздушная база Неллис была одной из самых охраняемых баз в Соединенных Штатах. База, расположенная на расстоянии тысяч миль практически от пустоты, получила название “Страна грез”, поскольку была центром испытаний самого совершенного концептуального самолета в мире. Именно в Dreamland была задумана, спроектирована и произведена вся серия самолетов stealth.


Итак, когда Майк приземлился, он не ожидал тура и его не получил.


Реактивный самолет G-V с закрытыми шторками на окнах остановился внутри ангара, прежде чем дверь открылась, и вежливый, но решительный представитель ВВС провел его через ангар, по коридору без окон и поднял на лифте на пост охраны.


“Мистер Дженкинс, ваш значок”, - кивнув, сказал сержант СП, дежуривший за столом. “Пожалуйста, положите руку на сканер, а глаза на чашку”.


Майк раньше не пользовался сканером сетчатки, но это было довольно просто.


“У вас нет сканирования сетчатки”, - указал Майк, когда через стол ему передали значок с его фотографией.


“Теперь знаем”, - сказал сержант СП. “И ваши отпечатки пальцев. Обычно мы их сравниваем, но у нас не было набора для сравнения”.


“Не дайте им выбраться”, - сказал Майк, нахмурившись. “Куда?”


“Лифт”, - сказал ИП, махнув рукой. “Подождите его, проведите своим значком по считывающему устройству. Он доставит вас на ваш этаж. Хорошего дня, сэр”.


Майк вошел в лифт без сопровождения и стащил свою карточку. Там даже не было считывателя, так что он понятия не имел, на сколько этажей он спускается, но это было довольно далеко.


“Глубоко здесь”, - сказал Пирсон, приветствуя его улыбкой, когда дверь лифта открылась.


“И к тому же холодно”, - добавил Майк; кондиционер должен был быть настроен примерно на шестьдесят.


“Это для компьютеров”, - сказал Пирсон, приглашая его пройти в правительственно-зеленый коридор прямо перед лифтом, который находился на перекрестке. Во всех коридорах были двери, но на всех были электронные замки. Это выглядело как кошмарный сон, и Майк задался вопросом, сколько рабочих здесь, внизу, взломали их за эти годы. “Мне сказали, что в этом заведении Крэев больше, чем в любом другом заведении в мире”.


“Я думал, АНБ установило на них контроль”, - сказал Майк, нахмурившись.


“И ты действительно думаешь, что они в Вашингтоне ?”


* * *


“Вы, ребята, выглядите так, словно усердно работали”, - сказал Майк, войдя в конференц-зал. Вэннер, Карлсон-Смит и Грезня сидели за столом, практически окруженные бумагами.


“У нас есть”, - сердито сказал Вэннер. “Я думал, что тридцатишестичасовой рабочий день закончился, когда я уволился из Корпуса”.


“Если ты действительно так долго собирался, тебе нужно завязать”, - серьезно сказал Майк. “После тридцати или около того суждения действительно начинают ухудшаться”.


“Мы здесь почти закончили”, - сказал Вэннер, пожимая плечами. “В досье семь британцев, двадцать три американца разного политического ранга, а остальные - другие парни. Мы разбили их по странам и создали специальный DVD для каждой страны, привязанный к файлам, вместе с ... проспектом их действий в Розае ”.


“По-видимому, самым крупным победителем численно являются Nips”, - сказал Карлсон-Смит. “Ничего удивительного. Но премьер-министр будет очень удивлен тем, что вытворяет его заместитель министра внешней безопасности ”.


“Это тот парень, который более или менее руководит JDF, верно?” Спросил Майк, качая головой. “Хорошо, если наши люди готовы освободить вас, мы позаимствуем безопасное хранилище и отправим вас самолетом в Вегас на короткое свидание с Р. Пирсоном?”


“Им нужно немного подождать”, - сказал полковник, нахмурившись. “И я бы посоветовал принять душ и побриться. Примерно через полчаса у нас будут VIP-посетители”.


“Господи”, - сказал Вэннер, вставая и разминая спину. “У нас не совсем короткая встреча”.


“Просто приведи себя в порядок, Патрик”, - сказал Майк. “И ты тоже, Грензия. Твоя одежда здесь, верно?”


“И ваш самолет”, - указал Пирсон. “И его пилоты”.


“Мне нужно будет подержать это здесь, пока все не будет готово к отправке”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Можно?”


“Сойдет”, - сказал Пирсон. “Где указатель?”


“Вот”, - сказал Вэннер, пододвигая ему список через стол. “Таблица по странам, затем по названиям. У каждого из них есть краткий обзор того, кем они были в реальном мире и что они делали в Rozaje. Также есть упаковка DVD-дисков ... ”


“Я понял”, - сказал Майк, садясь. “Полковник, не могли бы вы найти кого-нибудь, чтобы раздобыть душевые и еще много чего для этих троих?”


“С данными Brit возникла проблема безопасности”, - с беспокойством сказал Карлсон-Смит.


“Я буду иметь это в виду”, - сказал Майк, открывая толстую папку с документами. “Ах, Англия, давай начнем с этого...”


“Мистер Карлсон-Смит, если вы пройдете со мной”, - сказал Пирсон, улыбаясь. “Знаете, он делает это, чтобы подействовать вам на нервы”, - добавил он, когда они вышли в коридор.


“И это работает”, - признал агент МИ-6. “Я бы хотел, чтобы мы никогда не позволяли этому хламу покидать старую добрую Англию”.


“DVD находятся в Албании”, - отметил Ваннер.


“Так ты говорил”, - ответил Карлсон-Смит. “Неоднократно. И как мы собираемся заполучить их в свои руки, я хотел бы знать. Лунари - это место, куда ангелы боятся ступать”.


“Мы не будем посылать ангелов”, - сказал Пирсон, открывая одну из дверей своей карточкой-пропуском. “Джентльмены, вас ждут душ и чистая одежда. Мисс, если вы составите мне компанию. Кстати, дверь запирается, когда я ее закрываю. Просто нажми на звонок, когда будешь готов вернуться. У тебя есть около двадцати трех минут. ”


* * *


Майк поднял глаза, когда мужчина в костюме вошел в дверь без предупреждения.


“Кто вы, черт возьми, такой?” Спросил Майк, затем остановился и кивнул, когда президент последовал за агентом секретной службы в комнату. “Я, должно быть, начинаю уставать, господин президент”.


“Я могу это понять, Майк”, - сказал президент, подходя, чтобы пожать ему руку. “Мне сказали, что некоторые из ваших сотрудников разведки и один британец будут здесь”.


“Последние пару дней они вели честные операции, господин президент”, - ответил Майк, когда вслед за президентом в комнату вошли советник по национальной безопасности, министр обороны и человек, которого Майк не узнал.


“Выйдите”, - сказал президент трем агентам секретной службы, которые вошли в комнату. “Вы здесь ни при чем”.


“Да, сэр, господин президент”, - сказал ведущий агент, кивая двум другим.


“Я думал, они должны были спорить о таких вещах”, - сказал Майк, улыбаясь и вставая. “А я во главе стола”.


“Садись, Майк”, - сказал президент, рухнув в одно из кресел. “У нас есть час, чтобы сделать это. Я направляюсь в Калифорнию на встречу с губернатором и для того, чтобы ознакомиться с последним ущербом от землетрясения. Что было удачно, поскольку это означало, что я могу расчистить свой график для этой встречи ”. Он поднял глаза, когда вошел полковник Пирсон, сопровождаемый Вэннером, Карлсон-Смитом и Грезней.


“Господин президент”, - сказал Майк, махнув рукой в сторону троих. “Агент МИ-6 Джон Карлсон-Смит, Патрик Вэннер, ранее служивший в морской пехоте США и АНБ, и Грезня Кульчянов из Келдары”.


“Приятно познакомиться со всеми вами”, - сказал президент, вставая, чтобы пожать им руки. “Мистер Карлсон-Смит, я хочу заверить вас, что я разговаривал с премьер-министром, и мы с ним пришли к согласию относительно того, как реализовать эту ситуацию ”.


“Да, сэр, господин президент”, - с беспокойством ответил агент МИ-6.


“Я Джон Парайс”, - сказал неназванный мужчина, протягивая руку. “Заместитель министра обороны по сбору и анализу разведданных. Как только мы здесь закончим, мы свяжем вас по защищенной линии с лордом Арнольдом, чтобы он мог прояснить любые вопросы. ”


“Да, сэр”, - сказал агент МИ-6, явно обрадованный тем, что в комнате есть еще один профессионал.


“Я также собираюсь остаться здесь с небольшой командой”, - продолжил Параис. “Но не для того, чтобы смотреть на данные. У нас есть дополнительная информация о Лунари”.


“И именно о Лунари нам нужно поговорить”, - сказал министр обороны.


“Действительно”, - согласился президент. “Дон, возьми это”.


“Нам нужны эти DVD”, - сказал министр обороны, наклоняясь вперед. “И было решено, что да, Майк, именно ты обеспечишь их сохранность. Это снимает различные проблемы, фактически перекладывая их на ваши плечи. Но президенту удалось убедить премьер-министра, что у вас достаточно широкие плечи ”.


“Спасибо”, - сухо сказал Майк.


“Но нам действительно нужны DVD, иначе… то, как мы предпочли бы справиться с этим, просто не сработает”, - заявили в АНБ.


“Согласен”, - сказал Майк. “И я полагаю, что отправка "Дельты” ..."


“Это обсуждалось и было исключено”, - сказал президент. “Нам нужен кто-то, кто может все отрицать. По общему признанию, было —”


“Достаточно контакта, чтобы я покинул это царство”, - сказал Майк со смешком. “Но я - лучшее, что у тебя есть”.


“Вот и все в двух словах”, - сказал секретарь. “То же самое касается различных других тайных оперативных групп. Когда вы нападете на Лунари, вероятно, останется слишком много следов, чтобы полностью отрицать, какая группа это сделала. Тела среди прочего. Я уверен, что вы предпочли бы вытащить всех своих мертвых —”


“Мы стараемся”, - сказал Майк, вспоминая похороны викингов.


“Но вы, возможно, не сможете”, - продолжила секретарша. “То же самое с Delta, ANV или ILS. Да, они будут стерильными, но.”


“Но”, - сказал Майк. “Проблема в том, что я уверен, что не смогу справиться с борделем одной командой, и я не уверен, что смогу сделать это со всей Келдарой. И если я обращусь к семьям, это оставит нас раскрытыми дома. Когда это происходит, могут случиться плохие вещи ”.


“Именно поэтому команда спецназа прибудет в Грузию послезавтра для обучения местных ополченцев”, - сказал советник по национальной безопасности, улыбаясь. “На самом деле, три команды, с ротой рейнджеров в придачу. Ты думаешь, этого будет достаточно?”


“Да”, - сказал Майк. “Но им лучше быть тщательно проинструктированными о культуре келдара”.


“Ваш полковник Нильсон останется на месте в качестве связного”, - сказал секретарь. “Его временно восстанавливают в должности, чтобы он был выше по званию командира группы. Фактически, он будет командовать”.


“О, ” сказал Майк. “Вот и все для отрицания”.


“Это все еще там”, - сказали в АНБ. “Слабое, но есть. Мы постоянно занимаемся подобными вещами с различными группами. Келдара очень нравятся грузинскому правительству”.


“Как много они знают об этом?” Спросил Майк.


“Немного”, - сказали в АНБ. “И чем меньше, тем лучше”.


“Да, я бы не хотел, чтобы они пытались наложить лапу на добычу”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Не то чтобы они стали бы. Поверь мне, комната, в которой это происходит, будет подключена к сети, чтобы уничтожить все. И Келдара активирует ее, даже если я умру. ”


“Меня устраивает”, - сказал президент. “Но вам придется получить DVD-диски у Лунари. И нам понадобятся американские данные”.


“Vanner?” Спросил Майк.


“У меня это здесь”, - сказал Ваннер. “Как только мы настроили базовую базу данных, было достаточно легко вытащить американцев. Грезня?”


“Вот, сэр”, - сказала девушка-келдара, вытаскивая папку и передавая ее президенту.


“Что насчет Грэнтема?” - спросил президент. “Мы получили краткое описание от полковника Пирсона, но...”


“Вот, сэр”, - сказал Вэннер, поворачиваясь к своему компьютеру и затем останавливаясь. “Это...”


“Просто выполняй это, морской пехотинец”, - сказал президент. “Я понимаю, с чем мы имеем дело”.


“Да, господин президент”, - сказал Вэннер, выводя изображение на плазменный экран над головой Майка и объясняя, почему девушку не мог убить сенатор Грэнтэм.


“Джон?” - спросил президент, поворачиваясь к Параис.


“Я хотел бы получить подтверждение от моих собственных аналитиков”, - сказал Параис, нахмурившись. “Но я не собираюсь просить об этом. Но с оригиналом я проведу собственное подтверждение. В ожидании этого я должен согласиться с мистером Вэннером. Это не сенатор Грэнтэм. ”


“Кто это?” - риторически спросил президент.


“Провести сравнение голосов будет сложно”, - сказал Параис. “Качество данных пострадало из-за модификатора голоса. Я не уверен, что мы могли бы идентифицировать личность на основе этих данных. Даже если бы мы сравнили это с Echelon, мы, вероятно, получили бы сотни, возможно, тысячи совпадений. Причина в том, что нам пришлось бы раскинуть сеть для попадания. Мы не могли сказать "Назовите мне этого человека ", потому что это вернуло бы либо "никого", либо кого-то, кто звучит именно так, что, вероятно, не означало бы Грэнтэма, потому что только потому, что это звучит как он для человеческого уха, не означает, что это соответствует signal ... ”


“Это не так”, - вмешался Вэннер. “Мы проверили. Распространение сигнала полностью неверное”.


“Итак, это подтверждение того, что это не Грэнтэм”, - сказал Параис, кивая.


“Объясните”, - сказал президент.


“Человеческий голос - это больше, чем просто то, что мы слышим”, - тихо сказал Грезня. “Существуют не только оттенки и обертоны, вещи за пределами нашего диапазона слышимости, но и частоты в звуках, которые мы можем слышать, которые нейтрализуются. Когда вы берете все это и разбиваете на части, получается очень отчетливая подпись, ‘голосовой отпечаток’ человека. Я действительно сравнил голос этого человека с голосом сенатора Грэнтэма. Вы можете видеть, где голос был изменен, а где нет. И не было никаких изменений нижних и верхних тонов. У него всего семьдесят пунктов соответствия сенатору Грэнтему и триста неконгруэнтных баллов. И еще пятьдесят три были неоднозначными и выходили за рамки стандартной вероятности. ”


“Я взял с собой Грезню, а не одну из других девушек, потому что она мой лучший специалист по распознаванию голоса”, - сказал Вэннер. “Она может определить, каких чеченских или российских командиров мы подбираем, менее чем по полному слову”.


“Что-то вроде того, когда радиостанция крутит только один фрагмент песни?” - спросил президент.


“Да, сэр”, - ответил Вэннер. “И она также очень хороша в анализе голоса”.


“Это не сенатор Грэнтэм, кем бы он ни был”, - сказал Грезня тихо, но твердо. “Я прослушал шесть его выступлений и сравнил их с голосом, тоном и выбором слов этого человека. По общему признанию, тема сильно отличается, но этот человек использует определенные словосочетания, которые не соответствуют сенатору. И это игнорирует тот факт, что анализ голоса не совпадает ”.


“Есть какие-нибудь идеи, кто это?” - так же тихо спросил президент, с интересом глядя на девушку.


“Он американец”, - сказала Лайела. “Естественно, у него акцент, характерный для северо-востока Соединенных Штатов. У него есть несколько привычных фраз, которые он может использовать в обычной компании, в частности ‘игра с большими мальчиками" и "игра в будущее". Ему от двадцати пяти до тридцати, можно предположить, исходя из его естественного тона. Он некурящий. В его голосе нет признаков деградации от курения, однако есть небольшая возрастная деградация. Я бы сказал, что он получил высшее образование или, по крайней мере, часто использует громкие слова. Большего я сказать не могу.”


“Это немного”, - сказал Параис, кивая. “Мы тоже посмотрим на это”.


“Осторожно”, - сказал министр обороны. “Очень осторожно. И вам нужно будет привлечь к этому ФБР”.


“К сожалению, это абсолют”, - вздохнул президент. “Ладно, Майк, ты не делаешь это бесплатно. Сколько это стоит на ”Лунари"?"


“Я также не наемник, господин президент”, - сказал Майк после минутного раздумья. “Я делаю то, что делаю, и если есть награда, я ее получаю. Вопрос, который я задавал все это время, звучит так: "Зачем идти на Лунари?’ Я знаю, почему я делал другие вещи, которые я делал; "Лунари" немного более расплывчата. Оправдать сенатора? Не уверен, что меня настолько волнует потеря хоть одного Келдара. Убедиться, что брамина из Министерства иностранных дел Великобритании не шантажируют? То же самое. Деньги никогда не были причиной, по которой я делаю то, что я делаю, и ты это знаешь ”.


“Это важно”, - нахмурившись, сказал сотрудник АНБ. “Очень важно. Если бы это было не так, были бы мы здесь?


“Я знаю, что это важно”, - сказал Майк. “Мне просто интересно, важно ли это для меня. И для меня, я мог бы добавить”.


“Зависит от обстоятельств”, - сказал госсекретарь. “Вы наживете себе много врагов из-за этого. Вы уже наживете их, независимо от того, как мы сыграем после того, как все это разгорелось. Но если мы сможем получить все данные, у тебя также появятся друзья. Друзья очень высокого ранга ”.


“Не верь в дружбу принцев”, - сказал Майк, все еще хмурясь. “Я не знаю, почему я вообще заговорил об этом. Я знаю, что поеду в Лунари и достану DVD, если это вообще возможно. Но я не уверен, что это будет возможно. Вставка и извлечение будут суровыми. И у нас нет никакой информации. ”


“Такая возможность есть”, - сказал Параис. “Но не для этого обсуждения”.


“Что касается оплаты”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Добрый сенатор от Нью-Джерси должен мне пять миллионов, если я найду девушку. Я указал ему, что если его "избиратель" не заплатит, ему предъявят счет. Пусть он его оплатит ”.


“Мы поговорим”, - сказал президент, вставая. “Вы идете?”


“ Я ухожу, ” сказал Майк, глядя на стол. “Боже, помоги мне”.


“Он сделает это”, - сказал президент, кивая. “Его рука будет над тобой, Майк. Я знаю, что так и будет”.


“Спасибо”, - сказал Майк. “Хотя, признаюсь, я бы предпочел В-52, заряженный JDAMS”.


* * *


“Вы сказали, что у вас есть данные для нас”, - сказал Майк, когда президент и большая часть его окружения ушли.


“У нас есть частичная планировка улиц”, - сказал Параис, листая DVD. “Также некоторые данные о здании, но не о внутреннем убранстве. Команда intel проверила компьютерный шум, но его не было. Однако из информации на улице мы знаем, что в здании есть по крайней мере один компьютер. Итак ... ”


“Оно защищено”, - сказал Вэннер, вздыхая. “Это значит, что они знают, насколько важно это место”.


“В здании и вокруг него постоянно дежурят по меньшей мере двадцать охранников”, - продолжил Параис. “И в этом районе более шестидесяти человек работают на один и тот же клан. Все они сбегутся в кучу при первых признаках перестрелки. Кроме того, если станет очевидно, что атакуют не обычные власти, какими они являются, или другой клан, другие кланы, скорее всего, присоединятся. Я не уверен насчет времени реакции, но вы смотрите на Могадишо, если он выпадет в выигрыше. ”


“Нам нужно больше информации”, - сказал Майк, пожимая плечами. “Нам нужны интерьеры. Нам нужно знать, где находятся DVD. Нам нужно знать, где Наталья. Мы даже не можем быть уверены, что она все еще там. Как насчет зачистки грунта?”


“В данный момент в этом районе нет никаких заданий”, - сказал Пирсон. “Я проверил”.


“Боб, президент только что предпринял особые усилия, чтобы зайти”, - сказал Майк со вздохом. “Повторное задание”.


“Это не простое действие, Майк”, - возразил Пирсон. “Я не могу просто взять трубку и ...”


“Да, ты можешь”, - сказал Майк с суровым выражением лица. “Ты берешь трубку, звонишь своему боссу и говоришь: "Привет, мне нужно перенастроить задачу наземного спутника. Зачем? Это разделено на части. Но президент спросил. Вы действительно думаете, что он собирается спросить президента, если он действительно просил? И если он сделает это, вы думаете, президент это не поддержит? Черт возьми, Боб, мне не следовало даже спрашивать. У нас уже должны были быть данные ”.


“Я посмотрю, что смогу сделать”, - ответил Пирсон со вздохом.


“Я передам это задание”, - сказал Параис. “Проще и меньше вопросов, если я прикажу. И вы правы, это задание по указанию президента. Это достаточно высокий приоритет”.


“Предпочтительно, нам нужны люди внутри”, - добавил Майк с задумчивым видом.


“Дракул?” Спросил Вэннер.


“Нет, если там так много охранников”, - сказал Майк, качая головой. “Меня смущает отсутствие информации. Но я не уверен, как заполучить кого-то в клуб”.


“Мы можем пригласить девушку”, - отметил Карлсон-Смит. “Данные от Rozaje включали некоторые внутренние электронные письма клана. Девушки приходят в Lunari отовсюду. Все, что нам нужно сделать, это подогнать машину с нужными словами, высадить девушку и уехать. Водитель даже не обязательно должен быть албанцем. Конечно, это ставит ее в очень сложное положение. Я не уверен, что в МИ-6 есть женщина-агент, которая взялась бы за это задание. Лунари почти так же плоха, как Розайе ”.


“Это не проблема”, - отстраненно сказал Майк. “У меня есть одна. Я просто не могу понять, как получить информацию. У нее не будет возможности отправить сообщение, и она не сможет просто встать и уйти. Даже если она сможет собрать информацию, это не принесет нам никакой пользы ”.


“Мы могли бы предложить некоторую помощь”, - смущенно сказал Параис. “Мне было напрямую приказано предложить эту технологию, но я этому не рад. Она строго засекречена”.


“Оставьте в покое формальные протесты”, - сказал Майк, его глаза сузились. “В чем дело?”


“Технология экспериментальная”, - сказал Парайс. “Но мы можем подключить человека для передачи звука и видео. Не очень хорошее видео, но и то, и другое. И его практически невозможно отследить. И наверняка не будут отображаться на стандартных сканерах. ”


“Как, черт возьми, ты это делаешь?” Спросил Майк, моргая.


“Вы подключаете его к зрительному нерву”, - сказал Вэннер, внимательно наблюдая за секретарем АСВ. “Вы либо выполняете предварительную обработку там, либо отправляете грубый сигнал и обрабатываете его где-то еще. Я читал об этой теории. Это действительно было сделано? ”


“Не на людях”, - признался Параис. “Мы не смогли найти агента, который разрешил бы операцию. Это не без риска. Во-первых, слепота”.


“Вы подумываете о том, чтобы вставить хлопковый хвост?” Спросил Вэннер.


“Да”, - задумчиво сказал Майк. “Нам понадобится врач, который готов подробно объяснить риски. Где бы вы это сделали?”


“В Вирджинии есть специальная больница...” Сказал Параис.


“Она получит доктора Куинна?” Спросил Майк, смеясь.


“Ты был там, не так ли?” Параис улыбнулся. “На самом деле это один из моих подопечных. Но именно там будет проходить процедура”.


“Вероятно, у нас здесь мало времени”, - заметил Майк. “Албанцы знают, что у них есть, и с помощью Rozaje hit они собираются что-то с этим сделать”.


“Процедура довольно неинвазивная”, - сказал Параис. “ По крайней мере, из того, что мне рассказали. Для видео они вводятся через нос, а для аудио есть только очень маленький имплантат в сосцевидном отростке. Это что-то вроде удаления зуба ”.


“Мне придется рассказать об этом Кате”, - сказал Майк, нахмурившись. “Если она согласится, мы подбросим ее по пути с кем-нибудь, кто присмотрит за ней после процедуры. Сколько времени потребуется для полного выздоровления?


“Максимум день или два”, - сказал директор АСВ.


“А как же… Я не знаю, охрана?” Спросил Майк.


“Передатчики имеют скачкообразную частоту и используют пакетное сжатие сигнала”, - сказал Параис. “Их очень трудно обнаружить, и это зашифрованные передачи. Данные не будут скомпрометированы”.


“Я просто надеюсь, что агент этого не сделает”, - ответил Майк.


Глава тридцать вторая


Как только самолет без опознавательных знаков приземлился в Вегасе, Майк достал свой мобильный телефон и включил его. Неудивительно, что у него было полдюжины сообщений.


“Гурум, это килдар”, - сказал Майк, подходя к ожидавшему его минивэну. Входя, он кивнул водителю и просто понадеялся, что парень действительно знает, куда ему следует ехать.


“ Килдар, ” сказал Гурум с облегчением в голосе. “Я договорился о встрече с мистером Робертом Томасом и его партнером мистером Колином Макни на этот вечер. Примерно через полтора часа. Вы сможете присутствовать? ”


“Возможно”, - ответил Майк. “Водитель? Пора в отель?”


“ Около двадцати минут, сэр, ” ответил водитель.


“ Возможно, ” повторил Майк. “Если я буду там через час, то ответ будет "да". Ты проверил Томаса?”


“О, да, сэр”, - радостно пробормотал Гурум. “Он был одним из людей в моем коротком списке потенциальных дистрибьюторов. Три другие компании выразили большой интерес к линейке, но компания мистера Томаса специализируется на продаже элитного пива в специализированных магазинах и барах. Я думаю, что он, вероятно, будет нашим лучшим выбором для получения действительно хорошего дохода от линейки продуктов ”.


“Звучит заманчиво”, - сказал Майк. “Надеюсь увидеть вас примерно через час пятнадцать”.


“О, и оба, Дарья и полковник Нильсон, пытались связаться с вами”, - добавил Гурум.


“У меня есть они на мобильном, чтобы я им перезвонил”, - ответил Майк, вздыхая. “Кстати, вы не видели шефа Адамса?”


“Нет, Килдар”, - озадаченно ответил управляющий пивоварней. “Я предполагал, что он был с вами”.


“Нет”. Майк нахмурился. “Я не видел его с тех пор, как мы приземлились. Если увидишь его, скажи, чтобы он позвонил мне, хорошо?”


“Да, Килдар”.


“Скоро увидимся”.


Он отключился и просмотрел другие звонки. Один был с незнакомым номером, один был от Нильсона, другой из Вашингтона, и последний был с телефона Адамса. Ах-ха! Шеф наконец-то вернулся с работы, чем бы он там ни занимался. Сначала он позвонил тому.


“Дарья”.


“Откуда у тебя телефон шефа?” Спросил Майк.


“Я организовывала наш обратный рейс”, - ответила Дарья. “Я позаимствовала это у него, когда мы еще были в самолете. Казалось, он был более чем готов отказаться от этого. мистеру Хардести пришлось вернуться за другим чартером, а в Джорджии произошла задержка наземного транспорта. Однако я звонил вам, чтобы сказать, что с вами хочет поговорить полковник Нильсон и что нам позвонили с номера в Вашингтоне, который отказался оставить сообщение. Они заявили, что звонят полковнику Пирсону, и я записал номер, а также дал им номер вашего мобильного телефона.”


“Спасибо”, - сказал Майк. “У нас есть транспорт? Подождите, у Хардести было все наше снаряжение!”


“С этим разобрались”, - сказала Дарья, и он практически мог слышать ямочки на ее щеках. “Я позвонила ОСОЛУ и ненавязчиво объяснила проблему. Я подозреваю, что другой звонок связан с этим”.


“Спасибо”, - сказал Майк, вздыхая. “Тем не менее, мне нужно прочитать Хардести закон о массовых беспорядках. Мне нужно позвонить Нильсону. Если увидишь вождя, скажи ему, чтобы он позвал меня.”


“Я сделаю это, Килдар”.


“Караван-сарай Килдар, говорит Обректа, чем я могу вам помочь, сэр или мэм?”


“Обректа, это килдар”, - сказал Майк, глядя на часы и подсчитывая время в уме. “Полковник еще не спит?”


“Да, Килдар”, - ответил Обректа. “Пожалуйста, подожди, пока я перенесу тебя”.


“Нильсон”.


“Дженкинс”, - ответил Майк. “В чем дело?”


“Я не знаю, ты не хочешь мне сказать?” - раздраженно ответил полковник. “Я думаю, нам следует подстраховаться”.


“Яичница. Еще раз, в чем дело?”


“Мне позвонили из посольства США и сообщили, что к нам прибудут какие-то "обучающие кадры" из армии США. Вы что-нибудь знаете об этом?”


“Черт возьми, это было быстро”, - удивленно ответил Майк. “Ожидайте три команды SF или около того и несколько рейнджеров. Официально они собираются тренировать келдара. Неофициально… Я расскажу об этом, когда вернусь. ”


“Хорошо”, - сказал Нильсон, вздыхая. “Я начну работать над размещением на койках”.


“Казармы будут зачищены”, - сказал Майк. “Это часть "неофициально". ”


“Мне нужно это услышать, не так ли?” - ответил Нильсон.


“Да. Но не по телефону. Даже по защищенному телефону. Когда я вернусь. Что будет во вторник или около того ”.


“Тогда увидимся”.


Он посмотрел на последний номер и набрал его, когда микроавтобус подъехал к стойке регистрации отеля.


“ОСОЛ, говорит капитан Макграффин”.


“Дженкинс”.


“Идите взбираться, пожалуйста”.


“Имейте в виду, что я нахожусь в небезопасном районе”.


“О”. Офицер на другом конце провода на мгновение замолчал. “Ваши материалы будут отправлены на вашу базу военным транспортом. Достаточно ясно?”


“Достаточно ясно”, - сказал Майк.


“Ваша о-о-очень эффективная секретарша сообщила нам, что она уже заказала чартерный самолет для возвращения вашего персонала. Вам нужно что-нибудь еще?”


“Не в данный момент”, - ответил Майк. “И я не уверен в разумности использования mil craft для перемещения материалов. Я обсудим это в другой раз.


“Понятно”, - сказал Макграффин. “Что-нибудь еще?”


“Отрицательно. О, еще одно. Мне не хватает мужчины. Вообще-то, мой заместитель. Кто-нибудь слышал что-нибудь от Адамса с вашей стороны с тех пор, как мы приземлились?


“Э-э-э”. Последовала пауза, пока Макграффин явно проверял свои документы. “ Отрицательно на этот счет, мистер Дженкинс.


“Спасибо”, - ответил Майк, нахмурившись. “Здесь”.


Майк даже не понял, что направился к лифту инстинктивно.


И он все еще не был уверен, кто послал водителя.


Или куда подевался его заместитель.


Глава тридцать третья


“Килдар, очень хорошо, что ты здесь”, - нервно сказал Гурум, когда Майк вошел в номер.


Пентхаус был скорее двухэтажным городским домом, гораздо более просторным, чем любая квартира, когда-либо принадлежавшая Майку. Дарья упоминала о заключении сделки по этому поводу, но он был почти уверен, что пентхаус стоил дороже, чем конференц-зал. С толстым ковровым покрытием, оригинальными картинами на стенах и антикварной или дизайнерской мебелью, она казалась слишком роскошной для его нужд. Однако одна из девушек из Келдары проверила это на предмет безопасности и определила, что конференц-зал, который был полностью внутренним, без внешних стен или окон, был устроен очень похоже на охраняемую комнату. В остальном система безопасности в номере была аналогичной. Там была одна дверь, и любой, кто приближался к двери, должен был пересечь длинный коридор, в котором была камера наблюдения. Набор явно предназначался для использования параноидальными руководителями и кинозвездами, что делало его хорошо подходящим для Майка.


“Каков статус, Гурум?” Спросил Майк, его мозг все еще был заполнен проблемами миссии Лунари.


“Мистер Томас скоро будет здесь”, - ответил Гурум. “Но не вовремя. Он только что позвонил и немного опаздывает. Я думаю начать со ставки в два евро за бутылку, фрахт на борту в П'Отли, десять евро за бочонок. ”


“Пусть они откроются”, - ответил Майк. “И возьмут все, что можно купить на рынке. Нам следовало взять с собой мамашу Ленку; она бы трахнула их так, что они даже не заметили бы этого. И получить… Грезня и Аниса прямо сейчас здесь. Они собираются очаровать этих парней до полусмерти ради нас ”.


“Ты уверен, Килдар?” Спросил Гурум. “Женщины обычно не ...”


“Гурум, ты проделал отличную работу”, - сказал Майк со вздохом. “Но тебе действительно нужен урок того, как продавать. Если бы я договорился заранее, одна из девушек занималась бы всей продажей, а ты был бы там только для закрытия и оформления документов. Позови Грезню и Анису прямо сейчас. И шеф Адамс, если кто-нибудь сможет его найти ... ”


* * *


“Мистер Томас”, - сказала Аниса, пропуская двух бизнесменов за дверь. “Рада видеть вас снова. А это, должно быть, мистер Макни”.


У нее едва хватило времени одеться и подправить макияж, но она знала, что выглядит хорошо. Она позаимствовала короткую юбку, на самом деле даже слишком короткую, у одной из девушек-“спасательниц” и купила пару туфель на высоких каблуках во время миссии. Легкая блузка, маленькая нитка жемчуга - и она была готова, как выразились килдары, убить их.


“Зовите меня Колин”, - сказал Макни, улыбаясь. Это был лысеющий мужчина невысокого роста, который предпочел выглядеть как бритый череп. “Вы, должно быть, одна из девушек Келдары бут, о которых я слышал”.


“Присмотри за ней”, - весело сказал Томас. “Она тоже одна из их девушек-ополченцев. Она, наверное, собирает вещи”.


Аниса слабо улыбнулась и покачала головой. Теперь она действительно была готова убить их.


“Не здесь”, - сказала она, смеясь так искренне, как только могла, и проводя их в апартаменты. “Комнаты дальше по коридору принадлежат келдара. Когда вы шли по коридору, вас заранее опознали и проверили на предмет оружия. У мистера Макни в правом кармане маленький складной нож. У вас, мистер Томас, есть лицензия на скрытое ношение оружия, выданная штатом Пенсильвания. Вы набрали сорок пять очков из пятидесяти в своей последней отборочной стрельбе. Ваш зарегистрированный пистолет - Sig Sauer .40 калибра. Должен добавить, очень популярный выбор. Я предпочитаю H K USP.45 я сам, но Sig - отличное оружие.”


“Как я уже упоминал, Аниса и Грезня - это гораздо больше, чем просто симпатичные лица”, - сказал Майк, подходя к двум бизнесменам и протягивая руку. “Что касается пива, то я использую его для сбора данных и анализа”.


“А в других ваших делах?” Спросил Томас, пытаясь взять себя в руки.


“Я использую их для ... сбора данных и анализа”, - ответил Майк, улыбаясь.


“Сколько врагов в здании”. Сказала Грезня, поднимаясь на ноги. Она выбрала одно из платьев с рукавами. С ее длинными ногами и умеренным бюстом оно шло очень хорошо. “Какой тип оружия. Местонахождение информации, заложников или целей, которые необходимо извлечь. Что-то в этом роде. Я Грезня, руководитель группы разведки ”.


“Вся эта чушь об ополчении в брошюре - правда?” Спросил Макни.


“Да”, - сказал Майк, когда Аниса пошла за напитками. “Это по-настоящему”.


“Знаешь, мы можем это использовать”, - серьезно сказал Макни. “Любители пива, как правило, более патриотичны, чем любители вин. ‘Каждое пиво, которое вы пьете, помогает в войне с террором, так что пейте", что-то в этом роде”.


“Не то чтобы я не думал об этом”.


- Сказал Майк, улыбаясь.


“Ты сказала, что у них уже были боевые действия”, - ответил Томас, когда Аниса протянула ему напиток. Он сделал глоток, а затем посмотрел на него.


“Элайджа Крейг”, - сказал Майк, улыбаясь. “ Полагаю, вы предпочитаете бурбон?


“Сбор данных”, - ответил Томас, качая головой.


“Да”, - сказал Майк. “И, да, они участвовали в боевых действиях. Включая те, которые, в основном, попали в новости. Грезня?”


“AP получило информацию о нападении на нашу долину”, - сказал Грезня, протягивая бизнесмену распечатку телеграммы AP.


“Вы были там?” Спросил Макни, наклоняясь, чтобы взглянуть на лист бумаги.


“Я был на линии связи”, - сказал Грезня.


“И перехват”, - добавил Майк. “Мы знали, что они придут, еще до того, как они это сделали. Видите ли, мы верим в выполнение нашей домашней работы”.


“И это распространяется на пивную часть?” Спросил Томас, откладывая газету.


“В основном”, - сказал Майк. “Мы знаем, что можем найти дистрибьютора для Mountain Tiger. Нам просто нужен лучший дистрибьютор, которого мы можем найти. Честно говоря, вы занимаете первое место в списке, но не первое. ”


“Другими словами, мы должны продать себя вам?” Спросил Макни, улыбаясь.


“Можно сказать и так”, - ответил Майк.


“И дамы здесь, чтобы ...?”


“Пивоварней управляют дамы”, - сказал Грезня, улыбаясь. “Пивоварение - женский секрет среди келдара. И, таким образом, мы собираемся зарабатывать на этом большую часть денег. Итак... скажем, что мы здесь представляем интересы женщин Келдары, ” закончила она, откидываясь назад и скрещивая ноги.


“Пивоварня, которой управляют красивые женщины, которая борется с терроризмом”, - сказал Макни после того, как к нему вернулся голос. “У меня потеют руки при одной мысли о маркетинге”.


“Ты уверен, что это то, от чего они потеют?” Спросил Майк, удивленно глядя на Грезню. Он знал, что если бы здесь присутствовала одна из матерей-келдара, Грезня был бы наполовину вне клана.


“Нет”, - признал Макни. “О каких терминах вы думали?”


“Пять евро за литр, с доставкой в П'Отли”, - сказала Грезня, улыбаясь и хлопая глазами. “Мы также поставим специальные керамические бутылки для взыскательных покупателей”.


“Об этом не может быть и речи”, - отрезал Томас после того, как фактически обработал информацию. “Мы не можем продать это с какой-либо прибылью с этой стороны по такой цене! Нам пришлось бы брать по десять долларов за бутылку. Нет. Больше! Это ... невозможно ”.


“Это то, что называется вступительной ставкой”, - сказала Грезня, улыбаясь и перекрещивая ноги, когда поерзала на диване. “Я уверена, у вас есть какой-нибудь разумный ответ ...”


* * *


“Три евро за литр, фрахт на борту в Джорджии”, - сказал Томас, пожимая руку Грезни и делая то же самое со своей головой. “Мы придумаем способ настроить рынок. Я что, спятил?”


“Если это так, то и я тоже”, - ошеломленно сказал Макни.


“ Контракты, ” сказал Майк, перекладывая их через стол. “Они взяты из стандартного контракта, который рекомендует AABA. Там есть некоторое пространство для маневра. И мы поставим первые десять тысяч литров по цене один евро за литр вместе с шестью тысячами керамических бутылок по пятьдесят центов за бутылку. Возможно, вам захочется поискать их в продаже получше, если они соответствуют стандартам Келдары.


“Будет сделано”, - сказал Томас, снова качая головой и просматривая контракт. Несмотря на все то ошеломление, которое он, казалось, демонстрировал при виде девушек, которых стало больше, разодетых в пух и прах, когда они узнали, что переговоры продолжаются, он внимательно прочитал контракт. “Мы можем это сделать. Мы сделаем это. И мы собираемся заработать на этом много денег ”.


“Ты уверен?” Спросил Макни.


“Да, я уверен”, - ответил Томас. “Мы начнем выпуск в Нью-Йорке. В сентябре этого года”.


“А”, - сказал Майк. “Надеюсь, это не прямое указание”.


“Нет”, - сказал Томас. “Но когда мы запустим рекламу, у нас будут фотографии полиции и пожарных с пивом. Между этим и фотографиями ваших спецназовцев подтекст будет ясен. И мы просто оставим суть в том, что дополнительная плата, которую вы платите, заключается в поддержке войны ”.


“И девочки”, - добавил Макни, улыбаясь группе вокруг него.


“Мы получаем хорошую цену?” Спросила Аниса по-грузински. Она прижималась к Макни, но в остальном держала голову опущенной во время переговоров.


“Вполне живучие”, - сказал Майк на том же языке. “Это будет означать, по приблизительным подсчетам, около шестидесяти евро в месяц на одного работника. Немного больше для мамы Ленки и Гурума”.


“Хорошо”, - сказала Аниса, улыбаясь. “Возможно, я действительно смогу позволить себе мужа”.


“И не пройти через Кардан?” Сказал Грезня, глядя на Майка и подмигивая.


“О, хорошее замечание”, - сказала Ванда, ухмыляясь. “Теперь никто не захотел бы избегать Кардана”.


“Поэтому я приберегаю это до того момента, когда мы поженимся”, - добавила Аниса, пожимая плечами. “Ничто не говорит о том, что вы не можете войти в Кардан только потому, что можете позволить себе такую цену!”


“О, мы так не хотим туда идти...” Сказал Майк, вздыхая.


“Что это?” Спросил Макни, глядя на перекрестный сигнал.


“Я объяснял, что мы сможем поддерживать работу пивоварни по такой цене”, - сказал Майк, нервно пожимая плечами.


“Там было что-то еще”, - сказал Томас, ухмыляясь. “Я мог бы сказать”.


“Ты действительно не хочешь знать”, - ответил Майк. “Есть много такого о внутренней работе Келдары, чего ты не хочешь знать”.


“Что-нибудь, что повлияет на маркетинг?” Спросил Макни.


“Хммм...” Пробормотал Майк. “Келдара очень ... консервативны. Девушки в большей или меньшей степени принадлежат тому или иному мужчине ...”


“Мы - нет!” Огрызнулся Грезня.


“Тобой управляет твой отец, который может ...” Сказал Майк по-английски, а затем перешел на грузинский. “Позволь мне объяснить это так хорошо, как я могу, хорошо?” яростно сказал он Грезнье. “Я знаю американские обычаи и места, где могут возникнуть трения, ясно?”


“Хорошо”, - сказал Грезня, нахмурившись.


“Как ты думаешь, сколько лет Анисе?” Спросил Майк Макни, когда девушка сильнее прижалась к нему.


“Я бы дал ей около двадцати”, - сказал пятидесятилетний бизнесмен, пожимая плечами. “Я имею в виду, что это немного молодо...” - добавил он, нервно теребя свое обручальное кольцо. “Но я не планирую...”


“Ей семнадцать”, - сказал Майк, ухмыляясь, когда Макни сел и начал пятиться. “Пусть это не беспокоит тебя, и это не будет беспокоить их. И то, что происходит в номере, остается в номере. Но суть в том, что она работает специалистом по разведке, и она чертовски хороша. Довольно много из этих девушек замужем, и самая старшая - Грезня, которая, кстати, не замужем, и ей девятнадцать.”


“О боже...” Сказал Томас, усиленно моргая.


“Келдара быстро взрослеют”, - сказал Майк. “Грезня считается старой девой. Большинство из них выходят замуж около пятнадцати. У этих девушек год назад в домах не было электричества. Итак,… что ж, это одни из лучших разведывательных подразделений, с которыми я когда-либо имел честь служить. Не говоря уже о отличных моделях ”, - добавил Майк с усмешкой.


“Девушка на фотографиях?” Спросил Макни, замерев. “Рыжеволосая. Сколько лет?”


“ Пятнадцать, ” сказал Майк, пожимая плечами. “Я проверил различные законы, это законно. Она одета, так что это не детская порнография. И вам не придется беспокоиться о том, что о них просочится много информации, независимо от того, насколько велик интерес. Келдара не разговаривают, и район, в котором они живут, является запретной военной зоной. Смысл этой пивоварни и других вещей, которыми я занимаюсь, в том, чтобы обеспечить им экономическую опору в двадцать первом веке; это единственное, что я могу сделать в одиночку. Им нужно заслужить это, чтобы они понимали, откуда это берется ”.


“Хорошо”, - сказал Томас, глядя на Грезню с еще большим интересом. “Где ты научился так вести переговоры?”


“На деревенском рынке”, - сказал Грезня, пожимая плечами. “Когда у тебя ничего нет, ты учишься торговаться за каждую копейку”.


“Полагаю, что так и есть”, - сказал Томас. “Что ж, это был увлекательный вечер, но если я не утащу Колина, он, скорее всего, разведется, а я не могу себе этого позволить”.


“Испортили удовольствие”, - сказал Макни, но со вздохом поднялся на ноги. “Дамы, было приятно познакомиться с вами. Полагаю, мы не сможем навестить их? - добавил он, обращаясь к Майку.


“Ты, я могу пройти через контрольно-пропускные пункты”, - сказал Майк. “Честно говоря, все, что должен сделать любой, кто хочет приблизиться к Келдаре, - это подкупить обычных охранников. Но как только вы доберетесь до зоны, которую мы охраняем, никто не двинется с места без моего разрешения. ”


“Я думаю, мы оставим аспект "местного военачальника" за рамками маркетинга”, - сухо сказал Томас.


“Пожалуйста, сделайте это”, - сказал Майк. “Помимо всего прочего, есть разные люди, которые хотели бы прислонить мою голову к их стене. И я имею в виду это совершенно буквально”.


“Еще одна вещь, о которой следует помнить”, - ответил Макни. “Мы свяжемся с Gurum по поводу графиков поставок. Я уверен, у вас есть другие дела”.


“Например, поговорить с Катей”, - сказал Майк, когда Грезня закрыла дверь. “Девочки, похоже, у нас все хорошо. Но я еще не закончил. Если бы вы, дамы, могли очистить номер, и кто-нибудь попросил Хлопкохвостку зайти. И кто-нибудь видел шефа Адамса ...? ”


* * *


“Ты шутишь, да?” Сказала Катя, ее глаза расширились, когда Майк закончил объяснять план.


“Я шучу, нет”, - ответил Майк. “Мы поговорим об этом с врачами, и если вы категорически скажете "нет", то ответ будет "нет". Но вы не сможете просто зайти в Лунари и выйти обратно. И даже если вы войдете, мы не будем знать, где вы находитесь. Таким образом, мы можем постоянно отслеживать вас и быть готовыми вытащить. ”


“Я согласилась сделать это за двадцать тысяч евро”, - сердито сказала Катя. “Но не для того, чтобы порезаться заранее. Вероятно, я достаточно порежусь в Лунари”.


“Ты хочешь еще денег?” Спросил Майк, пожимая плечами. “Я обещаю тебе вот что: если операция пройдет неудачно, я помещу тебя в очень хорошее место и обеспечу до конца твоей жизни”.


“Да, я не смогу этого увидеть!” Огрызнулась Катя.


“Тропический рай гарантирован”, - серьезно сказал Майк. “Слуги и все остальное. Сколько вы хотите за это?”


“В любом случае одно и то же”, - натянуто ответила Катя. “Если я проведу эту операцию, между нами все кончено. Я получу очень много денег и хорошее место где-нибудь в тепле. Дальше я пойду своим путем ”.


“Готово”, - сказал Майк. “Могут возникнуть некоторые требования сообщить им, как обстоят дела после свершившегося факта. Вы справитесь с этим? Помимо всего прочего, это означало бы, что правительство США позаботится по крайней мере о части вашего медицинского обслуживания. ”


“Возможно”, - сказала Катя, нахмурившись. “Но я все еще хочу на тропический остров”.


“Согласен”, - сказал Майк, улыбаясь. “Итак, чтобы внести ясность, это ”да"?"


Катя сделала долгую паузу, а затем пожала плечами.


“Да”.


“Однако я укажу еще на одну вещь”.


“Что?” Спросила Катя.


“Вы будете подключены к звуку и видео до конца своей жизни”, - сказал Майк. “По общему признанию, доступ к ним будет иметь ограниченное число людей. Правительство США, вероятно, осыплет вас деньгами, чтобы попытаться привлечь к другим операциям. Вы будете лучшим в мире супер-жуком, пока они не найдут кого-нибудь еще, достаточно сумасшедшего, чтобы сделать это. И с твоей внешностью и ... подготовкой я был бы удивлен, если бы ты нигде не смог пробиться.”


“Тогда почему ты этого не делаешь?” Спросила Катя, нахмурив брови.


“Я боец, а не любовник”.


“А я убийца, а не любовник”, - заметил Хлопкохвост с чисто злобной улыбкой.


* * *


Майк постукивал ногой, наблюдая, как келдара убирает последнюю часть витрины.


Съезд закончился, войска были собраны, а он все еще не получил известий от Адамса. Он начал думать, что, возможно, грозный бывший морской КОТИК нарвался на грабителя или что-то в этом роде. Может быть, ему следует позвонить в этот чертов морг. Или, черт возьми, посмотрим правде в глаза, шеф, возможно, просто решил, что пребывание рядом с Майком не способствует долгой жизни и процветанию. Хотя он зарабатывал с Майком больше денег, чем тот заработал бы, выполняя практически любую работу, для которой его обучали и готовили.


“Килдар”, - неуверенно сказал Гурум. “Мы собрали все снаряжение. Пора уходить”.


“Где, черт возьми, ...” Начал говорить Майк, но затем остановился, увидев, что Адамс бродит вокруг ряда киосков, которые все еще не были снесены. Он заметно пошатывался и, казалось, был в паршивой форме. Майк не был уверен, что именно.… О. Черт. Он забыл об Адамсе и Лас-Вегасе. Он не должен был этого делать, но тот прошлый уик-энд был давным давно. И, честно говоря, Майк почти ничего из этого не помнил.


“Был в запое, засранец?” Ехидно спросил Майк, как только убедился, что Адамс страдает от похмелья, а не от малярии.


“О, идите”, - ответил шеф, прислоняясь к кабинке и подавляя отрыжку. Он на мгновение почесал под явно новой футболкой Hooter's и рассеянно оглядел пейзаж. Он также где-то раздобыл пару шорт-бермуд, которые были по крайней мере на пару размеров больше, чем нужно. Похоже, они были подпоясаны бечевкой. “Какой сегодня день?” Слова были отчетливо произнесены невнятно.


“Понедельник”, - сказал Майк. “День, когда мы уезжаем”.


“Хорошо”, - сказал Адамс, пытаясь вытянуться по стойке смирно. “Я прошу”.


“Это все, что ты можешь сказать в свое оправдание?” Спросил Майк, уперев руки в бедра. “Что ты сделал движение? Предполагается, что ты мой заместитель! Ты больше не гребаное мясо, шеф!”


“Как насчет ‘Да здравствует Лас-Вегас!”? ответил шеф и снова рыгнул. “Или ‘У меня действительно чертовски хорошая, блядь, работа’? Что я могу вспомнить об этом?”


С этими словами шеф медленно сполз по стенке кабинки, пока не растянулся на спине на полу конференц-зала. Затем он захрапел.


“Меня так и подмывает отправить его домой в контейнере...” Пробормотал Майк.


Глава тридцать четвертая


“Мистер Дженкинс”, - сказал доктор, кивая и глядя на Катю. “И вы, потенциально, могли бы стать пациентом номер 7194”.


Майк отправил остальных келдара обратно в Джорджию вместе с шефом Адамсом, Вэннером и Карлсоном-Смитом, которые, казалось, были навсегда привязаны к их коллективу, пока миссия не была завершена. Однако он остановился в Вирджинии, чтобы остаться с Катей на время процедуры и убедиться, что о ней позаботятся. Он все еще не был уверен, где находится больница; поездка велась на обычном закрытом фургоне. Просто “где-то в Виргинии”, в равнинной местности. Он не мог определить, где это находится в радиусе ста миль.


“Вау, в последнее время много жертв”, - сказал Майк, улыбаясь.


“На самом деле мы не увеличиваем количество пациентов”, - ответил доктор. Майку пришлось предположить, что он врач, поскольку он так сказал. Но на голых стенах спартанского офиса явно отсутствовали обычные таблички. “В противном случае люди могли бы высказать предположение, подобное тому, которое вы только что высказали, о количестве жертв среди чернокожих подразделений. Общее число пациентов, прооперированных в этой больнице, является такой же тайной, как и их личные данные. ”


“Мне нравится это место”, - сказала Катя, дружелюбно улыбаясь пухлому врачу. “Мне рассказали о плане. Прикрепите микрофон и камеру. В теле”.


“Не совсем фотоаппарат”, - сказал доктор, вытаскивая какие-то бумаги и переходя к другой стороне стола. “Мы собираемся вставить небольшой пучок проводов в вашу зрительную кору, где зрительный нерв пересекается с мозгом. Они, вместе с микропроцессором и небольшим передатчиком, будут расшифровывать изображение, которое ваши глаза посылают в мозг. Эта процедура была успешно продемонстрирована на всех животных, вплоть до шимпанзе. Покушения на человека пока не было. Технология очень передовая, и, честно говоря, мы не нашли никого, кто согласился бы пройти процедуру. Вы в курсе этого? ”


“Да”, - сказала Катя, пожимая плечами. “Мне много платят за выполнение этой миссии, и мне нужны ... вещи”.


“Очень хорошо”, - сказал доктор. “Однако я должен предупредить вас о потенциальных известных побочных эффектах, а также о возможных неизвестных побочных эффектах”.


“Продолжай”, - сказала Катя, вздыхая.


“Существует вероятность ухудшения или потери зрения”, - сказал врач. “На самом деле у нас не было пациента, который мог бы рассказать нам, насколько точным стало его зрение и как оно изменилось. Существуют тесты на остроту зрения для животных, но они не совсем точны. Существует вероятность долговременного ухудшения зрения. Существует вероятность долговременного вторичного разрушения черепа. Имеется очень мало данных о долговременных мозговых имплантатах. Инфекция вокруг места имплантации может вызвать повреждение головного мозга, то есть повреждение головного мозга. Повреждение также возможно в результате длительной деградации. Существует небольшая вероятность изнурительного инсульта. И, как при любой хирургической процедуре, существует вероятность летального исхода. Вы уверены, что хотите продолжать процедуру? ”


“Доктор”, - сказала Катя странно тихо. “Я выросла в детском доме в России вместе с сотнями других девочек. У меня не было ничего своего, пока меня не продали прямо из приюта сутенеру, который изнасиловал меня, когда мне было двенадцать. И он был не первым; я получила свои сиськи, когда мне было восемь, и вскоре после этого была изнасилована хозяином приюта. Меня избивали, насиловали, пытали и угрожали смертью всю мою жизнь, которую я помню. Я голодал и мерз больше раз, чем могу вспомнить. Смерть меня не пугает. Как и слепота. Или повреждение мозга . Я хотел бы, чтобы я не помнил большую часть своей жизни. И с этими… устройствами я буду обладать огромной властью. Многие захотят использовать меня в качестве своего шпиона. Если это сработает, я больше никогда не буду бедной или зависимой от мужчин, - выплюнула она.


“Док?” Майк обратился к врачу с каменным лицом.


“Да?”


“Доступны какие-нибудь другие улучшения?” Спросил Майк. “Спрятанное оружие? Отравленные ногти на руках? Прыгающие струи в ногах? Она заберет их все”.


Доктор некоторое время злобно смотрел на него, а затем откашлялся.


“Мы уполномочены предоставлять только перечисленные имплантаты. Однако зрительная система оснащена системой воспроизведения биологической обратной связи, которая потенциально способна улучшить зрение на большие и короткие расстояния. Это требует практики ”.


“Глаза-телескопы, круто”, - сказал Майк, ухмыляясь. “Значит, у нее могут быть реактивные двигатели в подошвах?”


“Есть и другие… устройства”, - сказал доктор, пожимая плечами. “Но я не уполномочен ...”


“Есть внешняя линия?” Серьезно спросил Майк. “Я могу авторизовать их всех. Как долго она будет отключена?”


“Сколько вы хотите?” - рявкнул врач. “Я даже не могу сказать вам, что это за все”.


“Соедините меня с внешней линией”, - сказал Майк, вздыхая. “Я достану вам разрешение”.


* * *


Катя с удивлением просмотрела длинный список.


“Что такое ‘микрометаллическое улучшение скелета’?” - спросила она, широко раскрыв глаза.


“Тебе это не нужно”, - сказал Майк, заглядывая ей через плечо. “Если только не произошел какой-то радикальный прорыв в нанотехнологии, на котором они сидят, это означало бы содрать с себя кожу и мышцы, чтобы получить это. С другой стороны, вы были бы пуленепробиваемы к низкоскоростному оружию на большей части своего тела. Господи Иисусе. Не многие из них указаны как фактически использованные. Но те, что есть, пугают меня до чертиков. По крайней мере, ‘звуковой трансивер’ указан как ‘проверенный, стабильный ’. Но я пошутил насчет отравленных ногтей! ”


“Где?” Спросила Катя.


“Цифровое химическое устройство для введения в конечности", - сказал Майк, указывая. “Хотя это выглядит довольно неприятной процедурой”.


“Хуже, чем когда кто-то втыкает тебе в нос скальпель?” Спросила Катя.


“Мешочек для всего, что ты хочешь подарить получателю, находится в ладони”, - отметил Майк. “Ты будешь разбрызгивать цианид повсюду каждый раз, когда сжимаешь кулак. Не говоря уже о том, чтобы делать себе уколы.


“Тогда используй что-нибудь, у чего есть противоядие”, - сказала Катя, ухмыляясь. “С одной стороны, противоядие, с другой - яд”.


“С этим наверняка возникнут проблемы”, - отметил Майк. “Выбирайте ‘устройство для подкожных неметаллических проколов’. Означает, что вы можете носить нож где угодно”.


“Мне нравятся отравленные ногти”, - сказала Катя. “Я могу использовать их в этой миссии!”


“Боюсь, что если ты получишь полное обновление, они никогда не выпустят тебя из поля зрения”, - сказал Майк со вздохом.


“Подкожная инъекция, физиотерапия ... Я снова заблудился ”.


“Подкожно... ’ - пробормотал Майк на секунду, а затем покачал головой. “Это боевой наркотик. Я не уверен, какой именно; они долгое время с ними забавлялись. Вероятно, временное увеличение силы и времени реакции вместе с успокаивающим средством, чтобы вы меньше боялись. ”


“Я больше не боюсь”, - мрачно сказала Катя. “Я злюсь”.


“Тогда идеально для тебя”, - сказал Майк.


“Мас..." - сказала Катя, указывая на одну строчку.


“Переделай лицо”, - сказал Майк. “Измени свою внешность”.


“Значит, я могу выглядеть как конкретный человек?” Спросила Катя.


“Ты недостаточно хорошо поешь, чтобы заменить Джессику Симпсон”, - сказал Майк, качая головой. “Это для людей, которые по какой-либо причине не могут использовать свое настоящее лицо. Возьмите пару подкожных мешочков. В них можно поместить все, что угодно. И, черт возьми, если вам действительно нужны отравленные ногти ... ”


“Что ж, спасибо тебе, Килдар”, - сказала девушка, слабо улыбнувшись.


“Но после этого я определенно выставлю тебя из своего дома”, - сказал Майк, ухмыляясь. “И тебе понадобится эта масео-лицевая операция, если ты думаешь, что собираешься вернуться”.


“Ты меня не любишь”, - сказала Катя, надув губы.


“Я тебе не доверяю”, - ответил Майк с улыбкой. “Ты будешь удивлен, насколько сильно ты мне нравишься. Я не уверен, что зашел бы так далеко, как любовь, но ...”


Катя на мгновение странно посмотрела на него, затем пожала плечами.


“Аудиовизуальное улучшение”, - сказала она, просматривая список. “Три подкожных мешочка, улучшенное боевое лекарство и отравленные ногти”.


“Я скажу доктору”.


* * *


“Так я могу называть вас вашим настоящим именем?” Спросил Майк, когда директор Парейс вошел в маленькую и явно безопасную комнату ожидания.


“Должен ли я?” - спросил Парейс.


“Я надеюсь, ты даже не знаешь этого”, - огрызнулся Майк.


“Да ладно, я директор АСВ”, - сказал Парейс со вздохом. “И теперь я официально заявил, что мне неудобно подбирать это ...”


“Русская шлюха”, - закончил за него Майк.


“Иностранный агент”, - поправил Парейс, - “с некоторыми из самых передовых технологий улучшения личности на земле”.


“Включая следопыта?” Спросил Майк.


“Какой следопыт?” Спросил Парейс.


“Да ладно тебе”, - презрительно ответил Майк. “Если на этой девушке нет GPS-трекера, я собираюсь позвонить президенту, как только выйду отсюда, и сказать ему, что он должен отчислить тебя за то, что ты полный идиот. Хлопкохвостка - опасная сука. И теперь она станет самой опасной сукой на планете. Как только она зарядит свои ногти, я не захочу находиться с ней в одной комнате ”.


“Он передает только тогда, когда сигнал щекотки поступает со спутника”, - признался Парейс. “И я буду удивлен, если даже она сможет его обнаружить”.


“Вы проверяли эти штуки на наличие помех, верно?” Спросил Майк.


“Настолько хорошо, насколько мы можем”, - признался Парейс. “Ей понадобится день или два на тестирование и настройку, как только она выйдет из реанимации”.


“А потом мы отправимся в чудесную Албанию”, - сказал Майк, фыркая. “Я так понимаю, у нас есть накладные расходы?”


“Их доставит вам офицер-курьер, когда вы будете возвращаться домой”, - сказал директор. “Вместе с обновленной информацией. Мы все еще не знаем, там ли девушка. Знаете, их отправляют. В частности, в Италию. И мы боялись прощупывать ее по понятным причинам ”.


“Она все еще там”, - сказал Майк. “Я чувствую это в воде”.


* * *


“Как дела?” Спросил Майк.


Технически самолет принадлежал чартерной компании, но его поставляло DIA, поэтому Майк решил, что это что-то вроде Air America. Пилоты были, конечно, сдержанны. Майк скучал по капитану Хардести. Не говоря уже о стюардессах, которые сопровождали рейсы; ему пришлось самому добывать себе напитки, и пришлось немного поохотиться и в конце концов прибегнуть к тому, чтобы открыть приспособление с помощью отвертки.


“Ты был прав насчет ногтей”, - ответила Катя, поднимая руки. На ладонях виднелись линии маленьких колотых ран. “Но там есть клапан. Однако я начинаю играть с этим, когда расстраиваюсь ... ”


“И это в большинстве случаев”, - сказал Майк, глядя на нее и улыбаясь. “Тебе просто придется научиться сдержанности”.


“Я работаю над этим”, - сказала Катя, моргая и качая головой. “И я продолжаю получать двойные изображения, одно из них зернистое. Как будто плохой телевизор показывает мне, что только что произошло”.


“Тебе нужно поработать над тем, чтобы зафиксировать это”, - сказал Майк, вытаскивая листы бумаги с грифом “Совершенно секретно”, которые были ее инструкциями после операции. “Когда мы уходили, температуры не было, и это хорошо”.


“У меня болят некоторые странные места”, - призналась Катя.


“Страннее, чем обычно, я так понимаю”, - сказал Майк, осторожно беря ее за руку. “Ты привыкнешь к этому. С тобой все будет в порядке—”


“От всего этого?” Спросила Катя, убирая руку. “Или на задании?”


“Да”, - сказал Майк, скрещивая руки на коленях.


“Мне хорошо заплатят”, - сказала Катя, улыбаясь. “Это все, что имеет значение. Почему ты так внезапно проявляешь беспокойство, Килдар?”


“Ты думаешь, мне было все равно?” Спросил Майк. “С самого начала? Ты думал, что я был просто одним из пользователей в твоей жизни?”


“Нет”, - призналась Катя.


“Полагаю, это делает меня одним из неудачников”, - сказал Майк, фыркая.


“Это тоже не так… ”, - сказала Катя, по крайней мере, ее голос звучал честно. “Так что я не знаю, кто ты”.


“Потому что есть либо пользователи, либо лохи?” Спросил Майк.


“Да”, - призналась Катя. “Так что, да, я должна признать, что ты лох. Конечно, за то, что подарил мне все эти подарки”.


“Используй их не на том человеке, и каждый агент на земле заключит с тобой контракт о расторжении контракта”, - отметил Майк.


“Значит, я должна найти подходящих мужчин, чтобы использовать их, да?” Сказала Катя, улыбаясь и шевеля пальцами. “Я с нетерпением жду этого”.


* * *


“У вас реальные проблемы”, - сказал Нильсон, указывая на карту. “Вы понимаете это, верно?”


“Я знаю некоторых из них, расскажи мне остальное”, - сказал Майк, вздыхая и откидываясь на спинку стула. Он был рад вернуться в караван-сарай; Америка стала для него почти культурным шоком. В эти дни караван-сарай действительно казался мне домом.


“Я не буду вдаваться в тактические вопросы”, - сказал Нильсон. “Я рассматривал то, что вы могли бы назвать оперативными вопросами. Вся территория вокруг Лунари контролируется албанскими бандами. Вам нужно пройти несколько контрольно-пропускных пунктов, чтобы хотя бы добраться до города. И забудьте о пешем переходе через горы. Во-первых, выйти было бы непросто. Во-вторых, это центр власти клана. Вам придется сражаться со всеми албанскими кланами, по сути, с того момента, как вы пересечете границу. И это не только их территория, они будут превосходить вас численностью в несколько сотен раз. К одному. Я не вижу, как происходит вход и выход по суше.”


“Лунари не имеет выхода к морю”, - сказал Адамс. “Вы хотите, чтобы мы прилетели? Войска не обучены аэромобильным операциям. Или HALO, если уж на то пошло”.


“Обучение посадке и извлечению на вертолете не такое уж сложное”, - сказал Майк. “Но напрашивается вопрос: где, черт возьми, мы собираемся достать вертолеты?”


“Больше, чем вертолеты”, - сказал Нильсон, снова указывая на карту. “Вы имеете дело с несколькими суверенными странами, окружающими этот район. Я не смог найти ни одного места, через которое я хотел бы провести сборку и извлечение. ”


“Я надеюсь, вы не просто отбрасываете это как неразрешимую проблему”, - сказал Майк, вздыхая. “Потому что мы не можем использовать для этого американские активы. Ни одного”.


“Не неразрешимо”, - признал Нильсон. “Но это будет очень дорого”.


“Насколько дорого?” Спросил Майк. “И каков твой план?”


“В России есть группа, которая поставляет тяжелые вертолеты”, - сказал Нильсон, протягивая Майку брошюру. “В основном они занимаются операциями по оказанию помощи и нефтяными операциями в отдаленных районах. Они отправились вместе с морскими пехотинцами в Дали, где я впервые услышал о них. Когда вы сказали, что келдара собираются нанести удар по Лунари силой, я начал изучать проблему и довольно быстро нашел решение. И у меня было несколько очень спокойных бесед с ними об этой проблеме. Они готовы предоставить достаточно вертолетов и пилотов, чтобы доставить нас туда и обратно. Но… они полагают, что это будет горячая зона. И потом, есть проблема с опознанием. Итак, они хотят минимум два миллиона за миссию. Плюс возмещение расходов за любой самолет, потерянный во время выполнения задания, которые будут переведены на счет в швейцарском банке, контролируемый нейтральной третьей стороной. Выигрыш от этого составляет еще миллион. Но это еще не все. ”


“Дерьмо”, - сказал Майк, качая головой. “Три миллиона за ввод? Нам нужны наши собственные вертолеты и экипажи”.


“Возможно”, - сказал Нильсон, пожимая плечами. “Но остальное тоже дорого. Видите ли, вы не можете вылететь ни из одной из соседних стран. Никто не пропустит, как спецназовцы садятся на военные вертолеты. И на большей части территории вокруг есть албанцы, которые собираются сообщить об этом мафии. Тогда остаются только дипломатические последствия. Поэтому вам придется заходить с моря. Вы не можете вылететь из Италии, которая является единственным местом в радиусе действия модного вертолета, так что ... ”


“Нам придется подниматься с лодки”, - сказал Майк, вздыхая. “Сколько за это?”


“Триста тысяч”, - сказал Нильсон, выкладывая на стол полный бюджет. “Но это включает в себя сбор Бедер, переезд в албанские воды, запуск, восстановление и доставку бедер обратно в Грузию”.


“Что ж, даже если я смогу заставить сенатора подурачиться, это все ради прибыли от миссии”, - сказал Майк со вздохом. “Думаю, я позвоню в Округ Колумбия и скажу им, что хотел бы получить боевую премию. Потому что мы потеряем людей”.


“И нам придется положиться на то, что эти вертолетчики не трахнут нас?” Спросил Адамс.


“У тебя есть план получше?” Спросил Майк.


“Да, позови кого-нибудь из ‘тренеров”, - сказал Адамс. “По одному на каждом вертолете и группа на лодке”.


“Возможно”, - сказал Майк. “Но мы должны начать с этого прямо сейчас. Нильсон, немедленно приготовь эту порцию. Вэннер, тактическая разведка?”


“Мы получили данные георадара о борделе и окрестностях”, - сказал Вэннер, пожимая плечами. “Итак, у нас есть интерьер. Здание трехэтажное из бетона с двумя этажами деревянной пристройки наверху. Кажется, там еще есть подвал...


“Именно там будут находиться DVD”, - предсказал Адамс. “Мы будем пробиваться туда и обратно с боем”.


“Мы можем ознакомить войска со зданием, сделав макет”, - указал Майк. “Но мы все еще не знаем наверняка, где расположены какие-либо из целей”.


“DVD, скорее всего, находятся в сейфе”, - отметил Нильсон. “Кто-нибудь знает, как взломать сейф?”


“Не я, сказал Петух Робин”, - ответил Вэннер, пожимая плечами.


“Дайте мне достаточно демо, и я смогу перевернуть мир”, - сказал Адамс, приподняв бровь.


“Мы хотим вернуть их в целости и сохранности”, - сказал Майк. “Нам нужен кто-то, кто действительно знает, как открыть сейф. Нильсон?”


“Всплывает один медвежатник”, - сказал Нильсон, вздыхая. “Мы даже не знаем, что это за сейф”.


“Тогда найдите того, кто может думать самостоятельно”, - сказал Майк.


“Я возьму это на себя”, - сказал Карлсон-Смит, улыбаясь. “Я просто позвоню Дрейку из МИ-5. Я имею в виду, что он из тех, кто присматривает за такими парнями. И в МИ-6 есть люди, которые также обучаются подобным навыкам ”.


“Спасибо”, - сказал Майк. “Что скажут итальянцы группе вертолетов, вылетающих в Албанию? Или албанцы, если уж на то пошло?”


“У албанцев есть чем прикрыться на этом побережье”, - сказал Ваннер. “Они не проблема. Нам придется держаться подальше от итальянских территориальных вод, пока мы не закончим. Или… Мне неприятно предлагать это, но мы можем сделать несколько копий клипов и представить их паре человек в итальянском правительстве. После этого, я не думаю, что они вообще что-то скажут ”.


“Это очень скользкий путь”, - сказал Майк после минутного раздумья. “Посмотрим, смогут ли британцы убедить итальянцев смотреть в другую сторону”, - добавил он, глядя на Карлсона-Смита.


“Было бы полезно иметь хотя бы фотографию этого итальянского генерала ...” Отметил Карлсон-Смит.


“Сделайте это”, - сказал Майк со вздохом. “Но давайте попробуем ограничить это. Иначе мы станем такой же мишенью, как Лунари. Адамс, приступайте к созданию макета. Нильсон, приводи в движение грузовое судно и пригони сюда вертолеты. Рассел проведет инструктаж по вводу и извлечению вместе с начальником, отвечающим за тактическую подготовку. Мистер Карлсон-Смит ... ”


“Полагаю, мне нужно успеть на самолет”, - со вздохом сказал агент МИ-6. “Я очень надеюсь, что в следующий раз, когда я приеду навестить вас, у вас действительно будет свой вертолет. Эти дороги мучительны. ”


“Вэннер тоже”, - сказал Майк, нахмурившись.


“Сказать еще раз?” подал голос Патрик.


“Нам нужно немедленно внедрить Катю”, - ответил Майк. “Ты возьмешь команду Sawn intel и будешь следить. Ты знаешь, какую информацию мы ищем. На время передайте магазин Лилии. Возьмите с собой для безопасности огневую команду стрелков-келдара из Team Sawn.”


“Значит, я собираюсь сидеть в лесу следующую неделю или две?” Спросил Патрик. “Круто”.


“Черт возьми, нет”, - ответил Майк. “Что натолкнуло тебя на эту идею?”


Глава тридцать пятая


Катя вышла из машины, когда ей сказали, опустив голову, и направилась к двери, подняв голову ровно настолько, чтобы хорошенько осмотреться. Камера над дверью, одна из двух, по-видимому, в том же здании, еще одна камера там. По больше на каждом конце улицы. Окна в стене зарешечены. Один охранник у двери. Этого должно быть достаточно.


Двое мужчин, которые перевезли ее через македонскую границу, были наемными головорезами и получили кое-какие дополнительные льготы по дороге; у нее на щеке был заживающий синяк от ее единственного протеста по этому поводу. Согласно плану, где-то там должна была быть резервная команда. Но она ожидала, что ее убьют. Очень сильно. Пощечина - это не повод для слез, и она этого не делала, просто отсосала ему, как он ей сказал. Ей действительно хотелось вонзить свои новые ногти в его мошонку и посмотреть на его лицо, когда он истекал кровью, но она сопротивлялась.


Она также удержалась от того, чтобы сжать кулаки. Пакет был заряжен, хотя, пока она не повернет клапан на ладони, он не должен был выплеснуться. Но ей сказали, что яд “быстродействующий” и у него нет противоядия. Также было маловероятно, что она сможет использовать его больше одного раза.


Она была отправлена в ад по меньшей мере на неделю. Ей нужно было приберечь это до того момента, когда это действительно принесет какую-то пользу.


Но если они думали, что она собирается выполнить это задание без того, чтобы всего один работорговец не покончил с собой от ее рук, то они действительно были очень глупыми людьми.


“Заходи внутрь”, - сказал мужчина на двери, открывая ее и собираясь дать ей пощечину.


“Нет, я ухожу”, - сказала Катя, захныкав, пригнула голову и юркнула в дверь, опережая обещанную пощечину.


“Это новая сучка?”


Комната за ней была темной, с потолка свисала только одна лампочка. Там был стол, за которым несколько мужчин играли в покер, несколько девушек сидели на коленях, а по бокам еще больше мужчин.


“Катрина или что-то в этом роде”, - сказал один из мужчин, вставая и подходя к ней. “Посмотри вверх, сука, я хочу видеть твое лицо. Как тебя зовут, сука?”


“Катя”, - тихо сказала Катя. “Они называют меня Ватным Хвостом”.


“Это ты?” - спросил мужчина, задирая ей юбку и грубо срывая трусики. “Эй, ковер подходит к занавескам”.


“Симпатичная”, - сказал один из мужчин, стоявших в тени вдоль стены. “Хотя здесь она заработает всего несколько евро. Отправьте ее в Италию”.


“Во-первых, мы должны знать, что она знает свою работу”, - сказал мужчина, стоящий перед ней.


“Я хорошая проститутка”, - сказала Катя, снова глядя в пол и не обращая внимания на порванную одежду. “Я была проституткой в Украине. Я знаю свое место”.


“Посмотрим”, - сказал мужчина, поднимая ее и бросая на стол. “И мы посмотрим, насколько тугая у нее киска”, - добавил он, расстегивая ремень.


“Так же туго, как было до тебя, Грева”, - засмеялся другой голос.


Катя проигнорировала это и подумала о почесывании. Всего одна маленькая царапина…


* * *


Когда последний член вышел из ее задницы, мужчина перевернул ее на спину и дал пощечину. Таких тоже было немало.


“Я Борис Дейти, а ты...?”


“Катя”, - прошептала она, шевеля губами. Из разбитой губы сочилось совсем немного крови, но ей действительно хотелось сплюнуть. Она также знала, что если она это сделает, ее ударят сильнее.


“Иди наверх и найди себе кровать”, - сказал мужчина. “Тогда вытаскивай свою задницу на улицу. Сегодня вечером ты должен мне шестьсот евро. Это в счет погашения твоего долга. Я купил тебя, и если ты хочешь освободиться, ты должен заплатить мне десять тысяч евро. Из этих шестисот сотня пойдет в счет твоего долга, остальное - проценты. Ты должен мне двадцать евро в день за постель и десять евро в день за еду. Все остальное можешь оставить себе. Однако, если ты отдашь это мне, твой долг окупится быстрее. Вы понимаете?”


“Да”, - сказала Катя, по-прежнему тихо и не поднимая головы. Это была обычная сделка с подобными ублюдками, но еще более ростовщическая, чем обычно.


“Мы все друзья в этом городе, мы знаем, чьи девушки есть кто”, - продолжил Борис, схватив ее за волосы и больно вывернув голову. “Если попытаешься сбежать, кто-нибудь в этом городе вернет тебя мне. И тогда я сниму кожу с твоего тела маленькими полосками, ты понял?”


Всего одна маленькая царапина.


“Я понимаю”, - захныкала Катя. “Я буду хорошей. Я буду хорошей шлюхой”.


“За работу, сука”.


* * *


Она заковыляла наверх, чувствуя боль, о которой почти забыла. Это была боль, которая пропитывала душу, как отвратительный привкус у нее во рту, боль в каждой поре ее существа и, конечно же, во всех трех отверстиях, в которые мог бы поместиться пенис. За время, проведенное с килдар, она также частично утратила контроль над мышцами рта. Там ей не приходилось постоянно обслуживать мужчин. Ее челюсть болела вместе со всем остальным телом.


Там, где бетонные ступени кончались и начинались деревянные, стояли охранники, и она начала замечать нескольких девушек, выглядывающих из занавешенных комнат по обе стороны коридора. Все они выглядели очень больными. Она догадалась, что нужно быть очень больным, чтобы не работать в этом месте. Здесь было много девушек. Найти эту глупую сучку Наталью будет нелегко.


Она заглядывала в комнаты, видя немногочисленные пожитки девушек рядом с матрасами или на большинстве из них, разбросанных по полу, пока не наткнулась на один примерно на середине пятого этажа. Там был матрас, как и на других, без простыней и со множеством пятен. И маленькое одеяло - единственная уступка девушкам для выживания в этих краях.


На другом матрасе в маленькой комнате лежали вещи. Она знала, что девочки украдут все ценное, даже самую малость косметики, вот почему у нее почти ничего не было. В какой-то момент она находила место, чтобы спрятать вещи на улице.


Нет, ей не пришлось бы. Она не собиралась оставаться здесь так долго. Но должна ли она в любом случае? Да, оставаться в укрытии…


“Катя, ты читаешь?” Ваннер прошептал по радио в ее голове.


“Ммм ...?” промычала она. Она пробовала субвокализацию, но пока не очень преуспела в этом.


“Мы на месте”, - отметил Ваннер. “Видео и аудио через… на удивление ясным. Ты держись. Команды находятся на пути, чтобы быть здесь. Извините, что я ничего не могу сделать до тех пор. Но мы здесь. ”


“Хммм...” Сказала Катя, закатывая глаза. Вэннер был таким придурком. Он-Мужчина-герой, прячущийся в каком-то отеле. И наблюдающий за всем, что с ней происходило, но не чувствующий этого. Вероятно, он просматривал видео.


“Просто хотел, чтобы вы знали, что я был здесь”, - сказал Вэннер.


“ХМММ...” Катя практически закричала.


“Понял. Я заткнусь”.


Она бросила свою сумку на кровать и спустилась обратно по лестнице; внизу она увидела табличку с названием туалета.


Место было грязным и вонючим, неудивительно. Но там было немного горячей воды, и она умыла лицо и на мгновение промокнула синяки. Затем она достала из-под платья расческу и причесалась, придав себе хотя бы немного презентабельный вид.


Пора повесить его на решетку для мяса.


* * *


“Михаил”, - сказал Ваннер, глядя на одного из скучающих сотрудников службы безопасности Келдары. “Время создавать прикрытие”.


Команда действовала по отдельности, каждый из мужчин привел с собой одну из девушек-Келдара вместе со своим снаряжением и снял отдельные номера в отеле Albana. Когда все они были на своих местах, снаряжение перенесли в номер Вэннера, и все собрались там и оставались там, девушки по очереди наблюдали за Катей, в то время как стрелки просто чистили свое оружие и скучали.


Но если бы группа мужчин немного не преуспела в Лунари, возникли бы вопросы.


“Итак, как мне это сделать?” - спросил руководитель группы, откладывая SPR, с которого он вытирал воображаемую пыль.


“Это не так уж сложно”, - сказал Вэннер. “Возьми свою машину, поезжай по городу, подцепи девушку и отведи ее к себе в комнату. После этого позволь природе взять свое”.


“Не волнуйся, Михаил”, - сказал Грезня, ухмыляясь. “То, что происходит на задании, остается на задании. Я не скажу твоей матери”.


* * *


Она уже опаздывала на первую добычу к обеду, и пробок было немного. И у нее было много конкурентов.


Девушки выстроились в очередь вдоль улицы перед борделем, махали каждой проезжающей машине, кричали, даже визжали. Она наблюдала, как один из них вышел прямо на дорогу и попытался остановить проезжавшую мимо "Ладу" с тремя мужчинами в ней, встав перед ней. Водитель посигналил и объехал ее, на что она закричала и ударила кулаком в стекло со стороны пассажира, разразившись потоком ненормативной лексики, которая произвела впечатление даже на Катю.


Катя смотрела на женщин вдоль улицы и отчаивалась когда-либо найти эту сучку Наталью. Она просто стояла там, скрестив руки на груди, когда "Фиат" остановился и просигналил. Она даже не поняла, что это ей сигналят, пока три другие девушки не подбежали, наклонившись к окну со стороны пассажира, и она не услышала спор.


“Нет! Тот, что позади вас, тупые сучки!” - крикнул мужчина по-английски. “Убирайтесь с дороги, уродливые шлюхи. Вон та! Блондинка!”


Катя подошла сзади к девушке в центре, пытавшейся силой прорваться в машину, и спокойно пнула ее в промежность. Эта область была почти так же чувствительна для женщины, как и для мужчины, не говоря уже о том, что являлась основным источником дохода этой девушки, и девушка вскрикнула и отпрянула назад, упав на каблуки стилетто.


“Я именно та, кто тебе нужен”, - сказала Катя, пиная девушку, блокирующую дверную ручку, в лодыжку и открывая дверь. “Я очень хорошо забочусь о тебе”.


“Ты чертовски великолепна”, - сказал мужчина, смущенно вытирая лицо, когда у него действительно потекли слюни.


Американец, судя по акценту, полноватый, но не грубый, и лысеющий. И очень возбужденный. Она видела и похуже. Она наклонилась и провела рукой по его промежности. Ну, не настолько возбужденный. Это должно было занять некоторое время.


“Я очень добра к тебе”, - сказала она.


“Ты выглядишь… молодо”, - сказал мужчина. “Куда я иду? Куда я иду?”


“У меня есть место”, - сказала Катя, качая головой. Она не знала, где в этом городе были тусовки. Пять минут на улице, и ее уже подобрали. Конечно, после достойной жизни с килдар и легкой жизни в борделе до этого, она выглядела лучше, чем большинство уличных проституток в этом городе. Настолько лучше, что это на секунду действительно напугало ее. Но если Борис, этот ублюдок, ничего не заметил, то она, вероятно, в безопасности.


“Я был в одном из таких”, - сказал мужчина с содроганием, испуганно оглядываясь на дорожное движение. “И у меня чуть не угнали мою машину. Они вырвали радиоприемник, и ты не поверишь, сколько эти придурки из агентства проката взяли с меня за его замену!”


“У тебя есть отель?” Спросила Катя, закатывая глаза. Это должно было занять дополнительное время на трах и дорогу, а потом ей нужно было возвращаться! Возможно, она могла бы работать в отеле, но у охраны, вероятно, уже были сделки с другими девушками. Что ж, для этого и существовал минет. “Я могу отсосать тебе, вот здесь”.


“Не здесь, это небезопасно”, - сказал мужчина, задыхаясь.


Катя изо всех сил старалась не вздыхать, парень был таким... как там сказал Рассел, "нытиком”? Застряв в той дыре в Джорджии, обслуживая безденежных батраков, она забыла о подобных трюках. Испуганные люди, которые убегали от всего и были совершенно не в своей тарелке. Конечно же, у него было обручальное кольцо. Вероятно, он был в Европе по “делам” и каким-то образом попал в Албанию.


“Мы поедем в мой отель”, - внезапно сказал мужчина, поворачивая налево и едва не врезавшись в фургон. “Не могли бы вы убрать руку с моей молнии? Я вроде как ...”


“Тебе нужна хорошая вещь”, - сказала Катя, придвигаясь и продолжая работать с промежностью мужчины. Если бы она этого не сделала, ему потребовалась бы целая вечность, чтобы кончить, когда они добрались до отеля. У него явно не было эрекции в течение последнего десятилетия.


“Насколько вы молоды?” - внезапно спросил мужчина, притормаживая.


“Я не слишком молода”, - ответила она, не уверенная, хотел ли он чего-то молодого или боялся, что она “слишком” молода. Насколько молодым было “слишком” молодое? Была ли она “слишком” молода, когда Иван изнасиловал ее, когда ей было восемь? “Но я достаточно молод, чтобы тебе было хорошо”.


“Подожди”, - сказал он, фактически поворачиваясь и глядя на нее. С тех пор как она села в машину, он, казалось, боялся даже этого. “Ты говоришь по-английски?”


“Я мало говорю”, - сказала она, выругавшись. Беглый английский, а она на тот момент владела им в совершенстве, не был распространен среди уличных шлюх. “Насколько молодой ты меня хочешь видеть?” - кокетливо спросила она, опустив голову и глядя на него из-под ресниц. “Я могу быть такой молодой, какой захочу. Я почти девственница ”, - добавила она, зная, что это его заводит. Конечно же, он действительно перешел от совершенно вялого состояния к пульсирующему.


“Насколько вы молоды?” - спросил мужчина, снова прибавляя скорость и проезжая на красный свет. В любом случае, никто не обратил на них внимания.


“Мне только что исполнилось шестнадцать”, - сказала Катя, вычеркнув из своего возраста легкий год и выбрав тот, на котором, казалось, зациклились американцы. “Здесь я достаточно взрослая. Проблем нет”.


“Ты уверена, что тебе шестнадцать?” спросил мужчина с ноткой разочарования, когда они подъехали к отелю.


“Когда мы доберемся до комнаты, я назову тебе настоящий возраст”, - застенчиво сказала Катя, невинно улыбаясь ему и снова моргая голубыми глазами из-под ресниц. “Я провожу с тобой очень хорошо время, а ты даешь мне хорошие деньги, да?”


“Да, да”, - тяжело дышал мужчина. “Но… Нельзя, чтобы меня видели проходящим с вами через вестибюль ...”


“Назови мне номер комнаты”, - сказала Катя, изо всех сил стараясь не вздыхать. “Встретимся там”.


* * *


Михаилу не нравилась эта конкретная “миссия”, но он чувствовал, что должен подать хороший пример. Каждому из команды предстояло передвигаться по городу, встречаться и ... проводить время с проститутками, которые поддерживали местную экономику. В его случае с этим было несколько проблем. Первая заключалась в том, что он никогда не снимал проститутку. Об остальном не стоило и думать.


Он ехал по главному бульвару в удивительно нервном состоянии для человека, столкнувшегося с чеченцами в бою. Он думал, что был полностью подготовлен ко всему, с чем мог столкнуться, но американские тренеры на самом деле не дали ему особых советов по этому конкретному навыку. Он мог бы убить нескольких проституток, выстроившихся вдоль улицы и во многих случаях кричавших на него. Но он не был уверен, что знает, как с ними разговаривать. По этому поводу должно было быть учебное задание. Ему придется поднять этот вопрос, когда они вернутся. Если они вернутся.


Он знал, что не хочет брать в руки одну из сучек с жестким лицом, которая выглядела такой же старой, как его мать, и далеко не такой хорошенькой. В основном это были те, кто кричал с тротуара, как вороны, а иногда подбегал и пытался открыть дверцу его машины. А некоторые девушки просто смотрели… Он не мог представить, что будет делать это с ними. Они были просто…


Наконец, примерно через час езды по окрестностям он заметил то, что искал, и остановился, помахав девушке рукой.


Брюнетка практически подбежала к двери, когда он наклонился и открыл ее. Ей все еще пришлось оттолкнуть бедром другую женщину, одну из тех, что постарше, с дороги и плюхнуться на пассажирское сиденье.


“Привет”, - сказала девушка, придвигаясь, чтобы прислониться к нему. “Я Таня. Я очень хорошо провожу с тобой время”.


“Михаил”, - сказал Келдара, заводя машину и пытаясь сообразить, каким путем возвращаться в отель.


“Привет, Михаил”, - сказала девушка, садясь. “Куда мы идем?”


“Отель "Альбана", если я смогу его найти”, - сказал Михаил.


“Я думаю, здесь нужно повернуть направо”, - сказала девушка, вздыхая. “Я была там однажды. Это мило. Но чтобы добраться туда и обратно, нужно время, так что будет больше. Я даю вам очень хорошее время на час за ... пятьдесят евро.”


Ваннер сказал ему, что девушка должна стоить тридцать или сорок евро, но он не собирался торговаться. Одной из причин, по которой он выбрал эту девушку, было то, что она выглядела так, как будто знала, что делает, но на самом деле не была похожа на шлюху. Он просто не мог торговаться с ней.


“Пятьдесят - это нормально”, - сказал Михаил, нахмурившись. Вэннер сказал ему просто представить “отчет о расходах”. Он полагал, что одна из женщин знает, как это сделать.


“Ооо, ты милый”, - сказала Таня, проводя рукой по его руке. “Тебе это очень понравится”.


Михаил на секунду нахмурился, а затем вздохнул.


“Мне нужно тебе кое-что сказать”, - сказал он.


“Вы хотите больше специальных услуг”, - сказала Таня, выглядя не очень счастливой. “В задницу - это десять евро. Вы хотите удар - это больше”.


“Дело не в этом”, - поспешно сказал Михаил. “Дело в том, что… Я никогда раньше этого не делал. Был с...”


“Проститутка?” спросила девушка, затем посмотрела на его лицо и остановилась. “О. Никогда не был с девушкой?”


“Не смейся, пожалуйста”, - в отчаянии сказал Михаил.


“Рано учись не смеяться над мужчинами”, - сказала Таня, все еще серьезно глядя на него. “Ты говоришь правду?”


“Да”, - сказал Михаил, нахмурившись. “Там, откуда я родом ... шансов мало. Хорошие девочки ... не делают этого. Плохие девочки… уходят”.


“О”, - сказала Таня. “Что ж, я покажу тебе хорошее времяпрепровождение. Все будет хорошо, хорошо?”


“Хорошо”, - сказал Михаил, наконец улыбнувшись. “Спасибо, что не смеешься надо мной. Как ты...”


“Как такая милая девушка, как я, оказалась здесь?” Сказала Таня, вздыхая. “От такого милого парня, как ты”.


“Прошу прощения?”


“Парень”, - сказала Таня, откидываясь на спинку своего кресла. “Я с ним ... месяца три или около того. Он сказал мне, что его друг может устроить меня в Германию горничной. Для меня нет работы в России, поэтому я говорю, что встречусь с другом. Оказывается, друг нанимает проституток для албанцев. Никогда больше не увижу парня ”.


“Это...” Сердито сказал Михаил.


“Дерьмово, да?” девушка ответила горьким смехом. “Я думаю, может быть, он не знает. Я люблю его, да? И он сделал это со мной. Но он должен знать. Иногда думаю о том, что хотел бы с ним сделать, если бы нашел его снова. Не самые приятные мысли. ”


“Я подержу его за тебя”, - сказал Михаил. “Если ты не хочешь этого делать...”


“Я должна это сделать”, - в отчаянии сказала Таня. “Не высаживай меня, пожалуйста. Мне нужно заработать денег. Если я не верну деньги, меня побьют”.


“Хорошо”, - сказал Михаил, когда они подъехали к отелю. “Мы сделаем это”.


“Ты очень милый”, - ответила Таня, снова прижимаясь к нему. “Ты хороший мальчик, приятный мужчина. Думаю, я оказываю тебе особую услугу. Я переворачиваю твой мир”.


Глава тридцать шестая


Когда американец открыл дверь, он схватил ее и попытался поцеловать в губы. Катя на секунду задумалась и позволила ему. Он воспользовался одеколоном и почистил зубы. Американцы. Как будто ей было не все равно.


“Я очень хороша для тебя”, - сказала она, переосмысливая свою стратегию. Если бы она вернулась в отель пешком, то, вероятно, проходила бы через территорию других борделей. Это означало, что если бы она попыталась освоить трюки, сутенеры, которые следили за девушками, выбили бы из нее все дерьмо. Об оплате такси, если только этот парень не был невероятно щедр, не могло быть и речи. Даже если бы он дал ей денег на проезд, ей было бы лучше прикарманить их и пойти пешком.


Но назад было по меньшей мере полчаса ходьбы, если она шла быстро. На каблуках.


Так... и так.


“Я даю тебе хорошо провести время”, - сказала Катя, подталкивая его обратно к кровати. “И ты дашь мне денег, пожалуйста?” - она практически рыдала. “Мне жаль спрашивать, но я плохая шлюха. Я была шлюхой всего несколько дней ”. Она села на край кровати и начала рыдать.


“Что?” - спросил мужчина, садясь и похлопывая ее по плечу. “Правда?”


“Я сирота”, - всхлипывала она. “Меня выгнали из детского дома. Там я учу английский. Не очень хорошо, но я могу понимать, да? Мне некуда идти, никто меня не нанимает. Я должна это сделать. ” Внезапно она подняла глаза и свирепо уставилась на него. “Я сделаю это с тобой, да? Ты хороший человек, милый и обходительный, хороший американец, да? Я дам тебе много секса, но, пожалуйста... ” Она не выдержала и зарыдала. “Пожалуйста, я прошу тебя, не отсылай меня обратно. Я буду заниматься с тобой сексом снова и снова, но Борис, он ударит меня, если я не принесу достаточно! Пожалуйста, помоги мне! ”


“Сколько тебе лет, дитя?” спросил мужчина, усаживая ее к себе на колени.


“Я… Мне четырнадцать”, - всхлипывала Катя. “Я шлюха всего несколько дней. Борис, он изнасиловал меня и сказал, что я зарабатываю для него деньги. Он заставляет меня платить за квартиру, и я должна платить ему восемьсот евро каждый день! Вчера я заработала всего шестьдесят евро! Он сильно ударил меня ”, - добавила она, указывая на синяки на своем лице и рассеченную губу.


“Это просто ... отвратительно”, - огрызнулся мужчина. “Ужасно! Ты можешь остаться здесь, если хочешь. Я собираюсь быть здесь… Я планировал пробыть здесь несколько дней ...”


“Нет!” Катя испуганно ахнула. “Нет! Люди Бориса, они находят меня. Находят тебя! Нет, я останусь с тобой до самого вечера. Но у меня должны быть деньги! Я должен… ты не такой… Я должен...” Она снова не выдержала.


“Послушай”, - сказал мужчина. “Я планировал потратить… совсем немного, вот. Ты можешь взять это. На самом деле мне не нужно ...” Он замолчал и вздохнул.


“Тебе нужно, да?” Сказала Катя, глядя снизу вверх со слезами на глазах. “Я буду. С тобой мне очень хорошо для тебя, да? И... тебе нужно. Я чувствую тебя.”


“Моя жена и я ...” - сказал мужчина со вздохом. “Я имею в виду, я люблю ее, но она просто ... больше не хочет. И я не собираюсь… вы не можете просто взять и избить женщину, потому что она не хочет заниматься сексом. Итак ... я пользуюсь бумажными салфетками и ... ну. В общем, я был на семинаре в Италии, и там было это… юная леди. Похожа на тебя, но… не так молода. И она ... была очень хороша для меня ”.


Катя боролась с зевотой и одновременно пыталась сдержать слезы. Это было нелегкое испытание, но она справилась с ним. Важной частью было посмотреть ему в глаза и кивнуть. Красить ногти было плохой идеей. Прибереги это на потом, когда он будет сверху и не заметит, пока ты будешь шуметь.


Длинная история о путешествии этого человека в самый кишащий шлюхами город Албании подходила к концу, и Катя резко проснулась, пытаясь вспомнить, что он сказал.


“Твоя жена - очень плохая женщина!” Сказала Катя, обнимая его. “Она должна дать тебе то, что тебе нужно. Ты хороший человек!” Я надеюсь, что смогу высосать из него достаточно за все это время. Но если я правильно разыграю свои карты ...


“Она неплохая женщина”, - сказал мужчина со вздохом. “Она просто не понимает, как… что мне нужно. И ... она уже не так хороша собой, как раньше. Но я не хочу оставлять ее. Итак ... я здесь. In Lunari. Мне показалось хорошей идеей немного выпить ...”


“Но я к тебе хорошо отношусь”, - сказала Катя, вставая и немного приподнимая юбку. “Я забочусь о тебе. Но...”


“Я заплачу тебе”, - сказал мужчина, залезая под рубашку и вытаскивая надежный бумажник. “Я куплю тебя у него, если это потребуется!”


“Не продал бы меня”, - сказала Катя, отодвигая деньги и мысленно подсчитывая выпуклость. Если это все, что у него было с собой, она пропала. “Этот город не безопасен одновременно. Я знаю, что люди заботятся о безопасности. Но нужны деньги. Вы платите мне, и я остаюсь рядом с вами большую часть времени. Я должен вернуться, чтобы они знали, что я не пытаюсь сбежать. Но я пришел за тобой. Я показываю тебе город, мы идем в клуб. Ты платишь мне. Я даю тебе много секса, больше, чем когда-либо в жизни. У нас есть другие девушки, займись этим вместе, если хочешь. Денег совсем немного. Я очень хорошо забочусь о тебе! Но ... ”


“Тысяча евро в день покроет это?” - спросил мужчина, вытаскивая дорожные чеки.


“Я не могу обойтись этими ...” Сказала Катя в настоящем отчаянии. “Но можно обналичить в отеле?”


“У меня тоже есть немного евро”, - сказал мужчина, передавая их ей. Там было около трехсот, пока неплохо. О, черт, задание. Это был бы рай, если бы она действительно была одной из шлюх в борделе. Но у нее была другая миссия. “И, да, я могу обналичить их в отеле. И там есть банкомат, но… если я ударю слишком сильно, моя жена будет удивляться, почему. ”


“Мы позаботимся об этом”, - сказала Катя серьезно, но с оттенком невинности. “Я забочусь о тебе и даю тебе очень хорошее время, пока ты не уйдешь. Я переворачиваю твой мир”.


* * *


“О... вау!” Сказал Михаил, откидываясь на кровать.


“Ты быстро кончаешь”, - ответила Таня, вытирая сперму со своего рта. “И много. Я думаю, там есть еще что-то”, - добавила она, поглаживая его член. И действительно, он начал возвращаться к жизни.


“Я не уверен...” Сказал Михаил, начиная садиться.


“Я покажу тебе другой путь”, - сказала проститутка, вставая и стаскивая с себя платье-футляр. “Тебе нравится мое тело?”


“Ты очень хорошенькая”, - признал Михаил. Она была бы обычной келдарой, но он никогда не видел девушку-келдаранку обнаженной, поэтому у него был ограниченный опыт, чтобы судить. Все, что он знал, это то, что хотел сделать это снова. И снова, и снова.


“Иди сюда”, - сказала она, ложась на кровать. “Тебе нужен презерватив”.


“У меня есть один”, - признался Михаил, быстро вставая и роясь в своих сумках, пока не нашел пакет из фольги.


“Я показываю”, - сказала Таня, пока он возился с латексной простыней. “Почти слишком мал”. Она взяла презерватив, положила кончик в рот и надела его таким образом. “Тебе нравится?”


“Да”, - признал Михаил. “Что… где...?”


“Иди сюда”, - сказала девушка, притягивая его к себе. “Сверху. Постарайся не наваливаться на меня всем своим весом...” Она начала поплевывать на пальцы, чтобы смочить себя, и поняла, что ей не нужно этого делать, она на самом деле наслаждалась собой. “Я доставлю тебя туда ...” добавила она, направляя его вниз и внутрь.


“О ... вау”, - повторил Михаил, начиная яростно тискать ее. Через мгновение он поднял взгляд и остановился, увидев слезы в глазах девушки. “Ты в порядке?” спросил он, начиная вырываться.


“Не надо”, - сказала она, впиваясь пальцами в его ягодицы. “Для меня это тоже хорошо. Ты очень милый. Мне нравится. Хотя мне грустно. Я недолго буду шлюхой. Снова почти как парень ”.


“Только почти?” Спросил Михаил.


“На самом деле, так лучше”, - призналась Таня, улыбаясь сквозь слезы. “Парень был слишком маленьким. Я думаю, ты перевернул мой мир”.


* * *


Катя вышла из такси, одного из последних, проезжавших по Лунари, и повернула позвоночник, чтобы выровнять его, получив полный обзор фасада здания. Два охранника, еще больше зарешеченных окон до четвертого этажа, тяжелая стальная дверь. Однако в это время ночи улица была почти пустынна.


Мужчина, он сказал, что его зовут Том и он нейрохирург из Кливленда, штат Теннесси, отделался так же трудно, как она и предсказывала. Но большую часть времени он все еще хотел секса, и она давала ему это. И он, должно быть, проспал, потому что отключился только после трех. Это не сильно продвинуло миссию, но дало ей некоторую свободу действий. По крайней мере, на сегодня у нее были деньги.


“Ты опоздала”, - прорычал охранник у двери. Она воспользовалась главным входом, через который никогда не заходила, потому что было ясно, что остальные были закрыты.


“Я должна зарабатывать деньги, да?” спросила она.


“Садись”, - раздраженно сказал он. “Ты последний”.


Невероятно, но Борис все еще бодрствовал, ублюдок.


“Где, черт возьми, ты была, сука!” - бушевал он, подходя к ней и швыряя на пол сильной пощечиной.


“У меня есть твои деньги!” - захныкала она, залезая под платье и вытаскивая деньги. “Шестьсот евро!”


“Дай-ка мне взглянуть”, - сказал Борис, выхватывая деньги у нее из рук, а затем залезая ей под платье и роясь там. “Еще, сучка? У тебя есть еще!”


“Я нашла богатого американца”, - сказала Катя, прекращая притворство и вставая. “Он думает, что мне четырнадцать и я только что сломалась. Я полагаю, что мои удивительные навыки отсасывать у него естественны. Шестьсот в счет моего долга, тридцать за комнату, которой я воспользуюсь всего на несколько часов, и еду, которую я не ела, да? Она протянула руку и спокойно забрала у него из рук банкноту в сто евро. “Это для меня, да? Если ты ударишь еще раз, американцу может не понравиться мое лицо. Он хочет меня, а иногда и другую девушку. Позволь мне выбрать, и он останется доволен, да? А ты заработаешь свои деньги. Еще одна сотня там - ваша. Или… ты можешь ударить меня и сказать, что я тупая сука, и избить так, что я плохо выгляжу… и завтра, может быть, у меня будет шесть, а может и нет ”. Она пожала плечами и осмелилась посмотреть ему в глаза.


“Ты бывал здесь”, - сказал Борис.


“Я сказала, что я шлюха в Украине”, - сказала Катя, пожимая плечами. “Была шлюхой ... пять лет. Я знаю, как работать с мужчинами, как высасывать из них деньги. Я говорю по-английски, я говорю по-русски, я даже говорю на гребаном грузинском. Никакого албанского. Но я проведу здесь некоторое время, высосу своего американца досуха, отправлю его счастливым домой к его толстой жене, а потом ты отправишь меня в Италию, где я заработаю тебе настоящие деньги ”.


“Приведите его завтра в клуб”, - сказал Борис, сузив глаза.


“Ему не нравятся эти дерьмовые комнаты наверху”, - сказала Катя. “Я буду, но...”


“Есть другие комнаты”, - сказал Борис. “Десять евро за аренду. Чистые простыни, красная лампочка, очень мило. Ты не знал?”


“Нет”, - сказала Катя, стараясь снова не вздохнуть, потому что тогда он бы ее ударил. “Ты только сказал мне выйти на улицу и заработать тебе твои деньги, да? Я заработал тебе твои деньги. Я приведу его в клуб. Но… я ему нравлюсь. Ему нравятся такие девушки, как я. Позволь мне найти другую на какое-то время. Здесь найдется по крайней мере один, который подойдет. Я приведу его, представлю, попрошу купить выпивку за отдельную плату, да?”


“Ты знаешь рутину”, - сказал Борис. “Но я думаю, что ты слишком умен для твоего же блага”.


“Я приношу тебе деньги”, - сказала Катя, пожимая плечами. “Почему тебя это волнует?”


“Потому что ты лучше понимаешь, что ты принадлежишь мне, сука”, - прорычал Борис, хватая ее за руку. “И я могу научить тебя этому, даже не оставив следов. Пойдем со мной”.


Он потащил ее в заднюю часть клуба, в мужской туалет. Там все еще не убирали с ночи и пахло дерьмом, мочой и блевотиной.


Он пинком распахнул одну из кабинок и сунул ее голову в зловонный бачок унитаза.


“Вылижи это дочиста, сучка”, - прорычал Борис, пригибая ее голову. “Ты не более чем гребаная шлюха. А шлюхи делают то, что им говорят. Так что слижи это дерьмо из миски, сука!”


Катю тошнило, но она сделала, что ей сказали, облизывая испачканную дерьмом миску. Она пыталась сказать себе, что бывало и хуже, но "когда" не приходило на ум. Да, так и было. В Украине был японский турист, который заплатил ей за то, чтобы она ела его дерьмо. Но ей, по крайней мере, заплатили. И это было давно.


Когда Борис рывком поднял ее голову, она постаралась выглядеть как можно более кроткой. Он хотел ее унизить, поэтому она пролила еще немного слез и задрожала от страха.


“Пожалуйста”, - захныкала она. “Я принесу тебе денег! Я принесу!”


“Ты чертовски права, что так и будет”, - сказал Борис, снова залезая ей под платье и вытаскивая оставшуюся у нее банкноту в сто евро. “А это штраф за то, что считаешь себя умной! А теперь тащи свою задницу в комнату, сука. И твоему богатому американцу лучше быть завтра в моем клубе!”


По пути в свою комнату Катя держала голову опущенной. Свет, по-видимому, был необязательным выше основного клубного уровня, и она то и дело спотыкалась о неровности и трещины в полу каблуками, пока шла.


Когда она добралась туда, то увидела, что ее вещи были разобраны, но, по крайней мере, зубную щетку они не забрали. Но у нее не осталось зубной пасты.


Она вернулась в единственную ванную, которую нашла, не считая той, что на первом этаже, и не собиралась идти туда в ближайшее время. Она почистила зубы ужасным мылом, которое было в раковине, и ей удалось избавиться от остатков дерьмового привкуса, затем ненадолго приняла душ. Горячую воду, по-видимому, тоже отключили.


Покончив с этим, она вернулась к своей залитой спермой и кровью кровати, прислонила платье к стене, чтобы его не украли, и сцепила пальцы за головой, уставившись в потолок.


Пока что миссия продвигалась лучше, чем она ожидала.


* * *


“Михаил, ты хоть представляешь, который сейчас час?” Сварливо спросил Ваннер.


“Да”, - сказал руководитель группы. “У меня проблема”.


“Проходите”, - сказал Вэннер, махнув рукой в сторону своей спальни. Команда разведки расположилась в главной комнате, а он занял одну из двух спален. Он только что сменился с дежурства по наблюдению и с нетерпением ждал нескольких часов отдыха, прежде чем Катя проснется. Одна из девушек была на дежурстве, чтобы следить за тем, когда она спит, на случай, если возникнут серьезные проблемы с безопасностью. Но Ванда могла спать днем. У него не было такой возможности.


“Девушка, которую я забираю...” - сказал Михаил, когда специалист по разведке закрыл дверь.


“О, дерьмо”, - сказал Вэннер, падая на кровать. “Только не говори мне, что ты влюбился в проститутку”.


“Она не хотела быть шлюхой”, - настаивал Михаил.


“Михаил”, - сказал Вэннер, нахмурившись. “Мы здесь на задании. Мы не можем позволить тебе изображать из себя Джона Уэйна”.


“Что?” Растерянно спросил Михаил.


“Ты должен был просто пойти и потрахаться”, - ответил Вэннер, вздыхая. “Не влюбляться в девушку. Послушайте, большинство проституток в городе здесь не потому, что они выросли, желая быть проститутками. На самом деле, вам было бы трудно найти ту, у которой это было бы в списке предполагаемых профессий. Но таковы они сейчас. Что ты хочешь с этим делать? Кстати, где она? ”


“В моей комнате”, - сказал Михаил, закусив губу.


“Черт возьми, у них комендантский час”, - огрызнулся Вэннер. “Ее сутенер собирается прийти за ней”.


“Она звонила”, - сказал Михаил. “Она сказала им, что остается со своим... трюкачом и привезет деньги утром”.


“Ей нужно хотя бы...”


“Шестьсот тридцать евро”, - с несчастным видом сказал Михаил.


“И я полагаю, ты хочешь, чтобы я раскошелился”, - сказал Вэннер. “Килдар заплатят за это”.


“Я отплачу”, - сказал Михаил. “Я не хочу, чтобы она пострадала. Она из клуба "Алдарис". Это цель, да?”


“Господи”, - сказал Вэннер, придвигая кровать и облокачиваясь на изголовье. “Михаил, предполагается, что ты охраняешь номер. Ты думаешь, она может войти сюда с тобой?”


“Нет”, - признался солдат. “Но...”


Ваннер поднял руку и на секунду задумался.


“Хорошо”, - сказал специалист по разведке, нахмурившись. “Сегодня вечером вы дежурите на палубе для обеспечения безопасности. Вы должны быть там сейчас. Так что иди и скажи ей, что тебе нужно ненадолго уйти, она может переночевать там. Завтра ты отвезешь ее обратно в клуб, она заплатит своему сутенеру, затем вы двое вернетесь в свою комнату. Отдохни немного, не валяй дурака весь день, потому что завтра ночью тебе тоже на дежурство. Посмотрим, что мы сможем организовать ”.


“Благодарю вас, сэр”, - сказал Михаил, вставая.


“Я хочу встретиться с ней завтра”, - добавил Вэннер. “Может быть, мы сможем извлечь из этого что-нибудь полезное”.


“Да, сэр”.


“А теперь ... вперед!”


* * *


“Войдите”, - сказал Майк, услышав стук в дверь.


“Килдар”, - сказал Олег, входя в комнату и вытягиваясь по стойке "смирно".


“Садись, Олег, что у тебя на уме?” Сказал Майк, очищая экран своего компьютера.


Прибыли вертолеты, и келдара приступили к тренировкам. Большинство из них никогда раньше не летали на самолете, а немногие даже видели вертолет. Но, как всегда, они впитывали информацию, как губки. И большинство уже знали, как закрепить эту часть записи.


Взлет и посадка на грузовое судно, однако, были проблематичными. Майк намеревался провести учения в Черном море, прежде чем они отправятся в Албанию.


“Килдар, я не уверен, как это сказать ...” Сказал Олег.


“Если речь идет о том, что… Дело Kardane...” Сказал Майк.


“Нет, нет!” Ответил Олег, размахивая руками. “Однако это затрагивает честь келдара”.


“Продолжай”, - сказал Майк, нахмурив брови.


“До того, как вы пришли, у нас были проблемы с чеченцами”, - сказал Олег, задумчиво нахмурившись. “Они часто приходили, желая, чтобы мы отказались от нашей еды, от наших мулов… наши женщины.


“И ты отбился от них по крайней мере один раз”, - сказал Майк. “Я слышал об этом”.


“Но даже тогда...” Сказал Олег и сделал паузу. “Не мне бы это говорить, но у старейшин нет того же...”


“Кем она была?” Тихо спросил Майк.


“Моя сестра”, - сказал Олег. “Елена. Ей было двенадцать”.


“Олег, там, снаружи, чертовски большой мир ...” Сказал Майк, затем сам сделал паузу. “О чем ты спрашиваешь?”


“В Лунари будет информация о... многом”, - отметил Олег. “Грезня говорил со мной. На одном из... восстановленных вами жестких дисков была указана Елена, девушка из Грузии. Тот, что в Румынии...”


“Олег, она может быть не в том здании”, - сказал Майк, вздыхая. “Вероятность того, что она там будет, астрономически мала. И, Олег, ты видел исходную информацию. Этот город сменяет одну крепость за другой. Если мы сможем найти и вызволить Елену, не ставя под угрозу миссию, мы это сделаем. И если мы не сможем извлечь ее, но сможем найти, я переверну небо и землю, чтобы вернуть ее. Она единственная?”


“Нет”, - признался Олег. “Катрина Махона. Ее похитили… четыре года назад. И о ней не было никаких записей. Но, Килдар, обе эти женщины, они...”


“Мертвы для клана”, - сказал Майк, кивая. “Я понимаю. Они запятнаны, неприкасаемы. Я разговариваю со школой в Аргентине, которая могла бы принять девочек, которых мы нашли, тех, у кого нет какой-то жизни, к которой можно вернуться. Я могу также послать им нескольких девушек из гарема. Этого хватит?”


“Килдар...” Ответил Олег, его лицо исказилось.


“Сосредоточься на миссии, Олег”, - сказал Майк с суровым выражением лица. “Ты поделился со мной своими опасениями. Позволь мне разобраться с этим дальше. У тебя и так достаточно поводов для беспокойства”.


* * *


“Обычно ты так поздно не встаешь, Дэвид”, - сказал сенатор Траскел, когда его провели в гостиную. Президент откинулся на спинку дивана, закрыл глаза и пощипывал переносицу, в то время как глава его администрации наливал кофе.


“Сегодня было слишком много дел, чтобы прерваться пораньше”, - сказал президент, зевая. “И еще одно долгое дело завтра, если я не сильно ошибаюсь. Чем я могу быть тебе полезен, Джон?”


“До меня дошел слух, что у нас в Албании проводится операция”, - сказал сенатор Траскел, садясь и принимая предложенную чашку кофе. “Я надеюсь, что это не то, что следовало обсуждать с моим комитетом заранее. Албания - суверенная страна с растущей репутацией в ООН ...”


“Албания?” - переспросил президент, вопросительно глядя на начальника штаба. “Вы говорите о спецоперации "Черный"? Насколько я знаю, никакой американской военной операции в Албании не планируется. Я даже представить себе не могу, зачем нам ее проводить. Я имею в виду, что это страна, которая не экспортирует ничего, кроме наркотиков и избитых проституток, что является веской и достаточной причиной для демократизации. Но это не угрожает США активно, поэтому мы более или менее оставили это в покое, за исключением обнадеживающего улучшения. Фактически, через ООН ”.


“Вы уверены в этом?” - спросил сенатор. “До меня дошел довольно правдоподобный слух о том, что рота американских рейнджеров собирается вылететь в город в Албании, чтобы спасти нескольких заложников. Я даже не знал, что в Албании были заложники. Если бы они были, я думаю, американскому народу было бы интересно, не так ли? Я знаю, что многие вещи должны оставаться "черными", как любят выражаться военные. Но некоторым вещам нужно, чтобы на них светило солнце, тебе не кажется? ”


“Я уверен, что так оно и есть”, - сказал президент, улыбаясь. “Но, как я уже сказал, никакой американской военной операции в Албании не проводится. Нет, подождите”, - сказал президент, когда сенатор начал протестовать. “Я могу ошибаться. По всему миру проводятся операции. Возможно, там действует группа террористов, за которыми мы охотимся. В конце концов, Албания в основном мусульманская страна. Позвольте мне проверить.”


Президент наклонился и поднял телефонную трубку.


“Грейс? Не могла бы ты позвонить в OSOL и спросить их, проводится ли у нас операция в Албании? Что-нибудь о роте рейнджеров? Если да, то я хочу знать, прямо сейчас, какова природа и цель миссии. Спасибо. ” Он повернулся к сенатору и пожал плечами. “Как вы знаете, OSOL держит руку на пульсе каждой операции, черной или белой, которая проводится под эгидой любых специальных операций, включая самые черные операции DIA. Если что-то происходит, они узнают об этом. В то же время, что вы думаете об Astros в этом году? ”


* * *


“Ваша информация была неверной”, - прорычал Траскел в трубку.


“Я так не думаю”, - сказал человек на другом конце провода. “Роту рейнджеров отправили в Восточную Европу. Это факт. И еще один источник сообщил, что на Лунари планировалась миссия с использованием сил численностью в роту. Есть люди, которые не согласны со всеми этими военными авантюрами этого идиота в Белом доме. Мы разговариваем. Ты это знаешь.”


“Они ищут девушку”, - сказал сенатор, его лицо исказилось. “И она в Лунари. Иди туда. Тебе следовало убрать это в первый раз. Сейчас же уберите это. ”


“Ты хоть представляешь, сколько женщин в Лунари?” - раздался сдавленный голос.


“Они собираются найти ее, сможешь и ты. А потом покончи с этим. Никаких маленьких игр, ты меня понимаешь. Прикончи ее”.


Глава тридцать седьмая


“Катя”, - прошептал женский голос в ее голове. “Это Надежда, команда Swan. Доброе утро”.


“Хммм ...” Ответила Катя, снова чистя зубы. Она обменяла доллар, который спрятала в одной из своих сумочек, на зубную пасту, и, Боже, как же она ей была нужна. Время приближалось к обеду. Пора снова посмотреть “Тома”. Она должна была выглядеть хотя бы наполовину прилично. Героиня фильма, которая была избита, но все еще выглядит как модель… Она провела пальцами по волосам и растрепала их, чтобы добиться нужного эффекта. Если бы у нее только было немного косметики, она могла бы сделать прическу идеальной.


“Дополнительная миссия. В городе могут быть несколько девушек-келдара. У нас есть их изображения. Если мы увидим одну из них, через вас мы перенаправим. Понимаете?”


“Хммм ...” Сказала Катя, закатывая глаза. Отлично. Чертовски святая Келдара. Никто никогда не приходил за ней, когда она в этом нуждалась.


“Тебе нужно больше узнать о клубе. Используй свой американский, если сможешь”.


“ХММММ...” Научи меня сосать яйца, тупая келдарская сука!


“Я вижу, ты не жаворонок”.


Катя сердито вздохнула, закончила расчесываться и направилась обратно на улицу. Предположительно, здесь было что-то похожее на завтрак, но у “Тома” в комнате было немного еды, и этого было достаточно, чтобы она продержалась всю очень короткую ночь.


Но сначала она хотела осмотреться. Большинство девушек все еще только готовились к сегодняшнему дню, ленивые шлюхи. Если выйти пораньше и выглядеть свежим, то обычно получалось как минимум два-три трюка. Все, что требовалось, это встать с постели. Если бы она заправляла этим заведением, там был бы подъем.


Но факт был в том, что их не было. Итак, девушки все еще вставали, и она могла видеть их лица.


Она нашла ее на шестом этаже. Девушка как раз заканчивала укладывать волосы, используя кусочек зеркала на стене. Она была почти уверена, что это та же самая девушка, но продолжала пялиться, затем промычала и, наконец, вздохнула.


“Извините, вы звоните нам, не так ли?” - произнес женский голос. “Да, похоже, это цель. Выясните, какой комнатой она пользуется. Переезжайте в нее, если считаете, что это сработает”.


У нее мгновенно возник план, но она не была уверена, как рассказать об этом глупой Келдаре. Было очень мало возможностей для уединения. Об этом позже.


“Привет”, - сказала она, подходя к девушке.


Наталья испуганно посмотрела на нее, затем огляделась в поисках поддержки.


“Я не собираюсь краситься тобой”, - сказала Катя, оглядывая ее с ног до головы. Девушка была молода и довольно хороша собой. Без сомнения, с косметикой она выглядела бы лучше. Смогла бы она провернуть это? “Я нашла богатого американца. Он хочет двух девушек, хотя едва может справиться с одной. И ему нравятся молоденькие. Но не стоит заигрывать, он милый. Ты довольно хорош. Хочешь присоединиться? ”


“Я буду готовить столько же, сколько обычно?” Спросила Наталья покорным тоном.


“Если ты будешь работать со мной, то так и будет”, - сказала Катя, качая головой. “Больше и с меньшим трудом. Тебе все же нужно научиться быть хорошей шлюхой. Он думает, что мне четырнадцать и я едва тронута. Я не собираюсь сводить его с какой-то потасканной шлюхой. Если ты не умеешь играть, сделка расторгается. Ты говоришь по-английски? ”


“Нет”, - сказала девушка, все еще со страхом глядя на нее.


“Хорошо”, - сказала Катя, и план расцвел. “Тогда позволь мне вести переговоры. И никому не говори, в чем заключается соглашение. Ты будешь получать семьсот евро в день. Он пользуется дорожными чеками. Я знаю человека, который предложит мне по ним специальную сделку, так что я обналичу их один ”.


“А, понял”, - сказал слушатель из Келдары. “Мы дополним. Я позову Вэннера и скажу ему”.


“Мы спустимся, ты останешься у дверей. Я найду его, мы встретимся с ним и расскажем ему о сделке. Да?”


“Да”, - сказала Наталья, широко раскрыв глаза. “Но почему ты так добр ко мне?”


“Кто сказал, что я веду себя мило?” Сказала Катя, злобно смеясь. “Я собираюсь позволить тебе заниматься большей частью траха, и я заберу большую часть денег. И поскольку ты такая маленькая мышка, ты не будешь пытаться обмануть меня, не так ли? Она наклонилась вперед и легонько провела своими заостренными ногтями по шее девушки. “Правда?”


* * *


”Знаешь, - сказал Вэннер, откидываясь в изголовье кровати и просматривая зернистое видео на своем ноутбуке. “Если бы мы действительно охотились только за девушкой, мы могли бы вытащить ее вот так. Никакой суеты.”


“Кто бы мог подумать, что они заставят ее разгуливать по улицам?” Спросила Надежда, качая головой. “Это что-то значит, но я не уверена, что именно”.


“Ну, что бы ни было важного в этой девушке, албанцы явно этого не знают”, - ответил Ваннер. “Загрузите этот предмет. Возможно, мы захотим найти альтернативный план, чтобы заполучить девушку. Ту, у которой меньше шансов, что ее замочат.”


* * *


Катя поняла, что облажалась, не договорившись о встрече с “Томом” вчера вечером. Но как только она вышла на улицу, то увидела его "Фиат", медленно едущий по бульвару.


“ Том! ” крикнула она, когда он поравнялся с ней. Она подбежала и, высунувшись в окно, наградила его крепким французским поцелуем. Она надеялась, что когда-нибудь у нее будет шанс рассказать ему, как прошла ее ночь. Но не сегодня, не после того поцелуя.


“Он причинил тебе боль”, - сказал Том, осторожно проводя рукой по свежему синяку на ее щеке.


“Все в порядке”, - сказала Катя. “Мужчины били меня с тех пор, как я была очень молода. Я привыкла к этому. Я говорила тебе, что у меня есть друг”, - сказала она, помахав Наталье рукой. “Мы предложим вам очень выгодную сделку, но нам нужно поговорить. И, если вы не возражаете, я хотел бы принять душ в вашем отеле. Не могли бы вы потереть мне спину?”


* * *


“У нас есть такая установка?” Спросила Катя по-грузински, когда принимала душ. Вода в отеле была, по крайней мере, теплой, если не совсем прозрачной. И горячая, похоже, не подходила. Но, слава Богу, нашелся шампунь и приличное американское мыло. Она усердно терла.


“Все готово”, - ответила Надежда. “Когда вы будете готовы совершить замену. Это будет в отеле”.


“Хорошо”, - сказала Катя.


“Мы связываемся с высшим руководством по поводу извлечения вас и Натальи до начала основной операции, меньше шансов получить пулю”.


“Это было бы неплохо”, - сухо сказала Катя. “Как долго?”


“Не более четырех дней”, - ответила Лидия.


“Я надеюсь, что смогу водить его за нос так долго”, - сказала Катя. “Это лучший вариант, который у меня есть, чтобы держаться поближе к девушке”.


“У тебя все хорошо”, - успокаивающе сказала Надежда. “Просто продолжай в том же духе”.


“Быть избитым, изнасилованным и обслуживать мужчин?” Саркастически ответила Катя. “Ты попробуй”.


“У меня есть и другие навыки”, - сказала Надежда. “Один из них - убедиться, что у тебя есть деньги, чтобы твой сутенер держался от тебя подальше”.


“Я здесь закончила”, - сказала Катя.


“Выходим”.


“Ты тоже разговариваешь сам с собой?” Мечтательно спросила Наталья.


У Кати чуть не случился сердечный приступ, пока она не поняла, что девочка никогда не узнает версию грузинского языка с келдарским акцентом, на котором они говорили. Диалект был практически другим языком.


“Иногда”, - сказала Катя, гадая, что могла понять девушка. “Когда я думаю, что я одна!” Следовало убедиться.


“У вас есть голоса?” Спросила Наталья тем же мечтательным голосом. “У меня есть голоса. Они говорят мне, что плохой человек приближается”.


“Они все плохие люди”, - сказала Катя, задаваясь вопросом, были ли у девушки имплантаты, как у нее, или она просто сумасшедшая. Будем надеяться, что просто сумасшедшая.


“Нет, это настоящий плохой человек”, - сказала Наталья. “Он сказал, что придет за мной. Что он позволит мне ждать и бояться. Но он не вернулся. А вместо этого они послали меня сюда.”


“Ну, его здесь нет”, - сказала Катя. “Но я здесь. И если ты не уберешься из проклятой ванной, тебе не придется его бояться, потому что я собираюсь убить тебя! ”


“Он казался таким приятным человеком”, - сказала Наталья, закрывая дверь. “Такой очень приятный. У него было приятное лицо”.


* * *


“Бинго”, - сказал Вэннер, прокручивая эту часть записи. Конечно, это также означало, что ему пришлось посмотреть на сиськи Кати под таким углом, под которым он никогда раньше их не видел. Но ему удалось сосредоточиться на работе. “Она увидела лицо парня, который выдавал себя за Грэнтэма”.


“И он сказал, что вернется”, - продолжила Надежда. “Чтобы убить ее позже. Но албанцы уже отправили ее”.


“Так он знал, что в Rozaje было полное аудио / видео?” Вэннер задумался. “Кто знал в то время?”


“Британское правительство”, - указала Надежда. “Может быть, и американское правительство тоже?”


“Да, но кто в американском правительстве?” Риторически спросил Вэннер. Он переключился на спутниковую связь и начал печатать. “Хотите поспорить, что сенатор Траскел есть в списке?”


“Кто будет сажать растения?” Спросила Надзия. “Две девушки вышли сажать видео, я на палубе, а Ванда спит”.


“У меня есть идея”, - сказал Вэннер, улыбаясь.


* * *


“О, это очень вкусно”, - простонал Михаил, когда Таня трахнула его сверху.


“Ты очень хорош”, - ответила Таня, тяжело дыша. “Я думаю ... туууууу...” Она замолчала и ахнула, когда раздался стук в дверь. А затем взвизгнула, когда ее внезапно отбросило на полпути через кровать, а Михаил вскочил на ноги с пистолетом, зажатым двумя руками.


“Кто ты...” - спросила она полушепотом.


“Ложись и помолчи”, - ответил Михаил, по-кошачьи пятясь к двери, очевидно, не обращая внимания на то, что он полностью обнажен. “Кто там?”


“Vanner. Откройтесь.”


Михаил снял курок с пистолета и дико огляделся, затем схватил полотенце, прежде чем открыть дверь.


“Пахнет так, словно ты плохо спал”, - сказал Ваннер по-русски, входя в комнату. “Где девушка?”


“Здесь?” Сказала Таня, появляясь с дальней стороны кровати, держа перед собой платье-футляр.


“Надень что-нибудь”, - сказал Вэннер и оглядел Михаила с ног до головы. “И ты, Михаил. Но сначала сними презерватив”.


* * *


“Мы оба будем очень добры к тебе”, - сказала Катя, возвращаясь в комнату с полотенцем, обернутым вокруг волос и торса. Последнее едва прикрывало ее лобковые волосы и было спущено низко на грудь, так что она завладела его полным и безраздельным вниманием. “Но есть кое-что, что мы должны сделать для этой сделки”.


“Хорошо”, - сказал Том, затаив дыхание. Наталья даже не стала дожидаться предложения и жестко отсосала ему. “Чего бы вы двое ни захотели ...”


“Я нашла человека, который даст мне хорошую скидку на дорожные чеки”, - сказала Катя. “Я обналичу их. Только раз в день, восемьсот евро. И мы должны проводить время в клубе ”.


“Я не...” Начал было говорить Том, но потом поморщился.


“Мы не ходим в комнаты для девочек”, - быстро сказала Катя. “Там есть хорошие комнаты, всего за десять евро. И если ты найдешь других девушек, которые тебе понравятся, ты тоже пойдешь с ними. Но ты должен купить нам выпивку, чтобы Борис заработал денег, иначе он разозлится ”. Она легонько провела рукой по щеке и покачала головой. “Он был очень зол, что я вернулась вчера так поздно. Он думает, что я сбегаю. Если ты хочешь нас обоих, сделай так, чтобы он был счастлив ”.


“Хорошо, хорошо”, - сказал Том, застонав. “Все, что ты захочешь...”


“Подвинься, тупица”, - сказала Катя по-русски, опускаясь на колени перед нейрохирургом. “Ты не знаешь, как по-настоящему дать мужчине по голове”.


* * *


“Итак, ты Таня”, - сказал Вэннер, когда они оба оделись. Он вынужден был признать, что она была довольно симпатичной брюнеткой. Не соответствовала стандартам келдары, но близко.


“Да?” - ответила она, глядя на Михаила.


“Вы, наверное, уже поняли, что Михаил здесь не управляющий фермой в отпуске”, - сказал Ваннер, улыбаясь. “Клянусь пистолетом, если не чем иным”.


“Я… раньше так не думал ...”


“Ты хочешь уйти?” Спросил Вэннер. “Перестать быть шлюхой, то есть?”


“Да”, - яростно сказала девушка, затем сделала паузу. “Но я не могу убежать. Меня бы избили, убили”.


“Не туда, куда мы вас отправим”, - сказал Ваннер. “Албанцы не смогут вас тронуть. Но чтобы выбраться, действительно выбраться, вы должны помочь нам”.


“Что ты делаешь?” Нервно спросила Таня.


“Вам не обязательно знать”, - сказал Вэннер. “Все, что вам нужно делать, это то, что мы вам скажем, в точности тогда, когда мы вам скажем. И вы не говорите об этом. Даже своим подругам. Если ты это сделаешь, из-за тебя убьют Михаила и тебя саму. Ты понимаешь?”


“Да”, - ответила девушка.


“Хорошо”, - сказал Вэннер, вытаскивая металлический пакет и бросая его ей. “Положи это в свою сумочку. Ты собираешься подбросить это для нас”.


* * *


“Итак”, - сказала Катя, когда доктора уложили плашмя на кровать, а Наталья использовала горячую воду. “Пункт обмена денег, который я нашла, находится рядом с отелем. Я буду ходить к нему раз в день, как я уже сказал. Но мы также должны ходить в клуб. И я должен спать там допоздна, чтобы они знали, что все их девушки все еще в городе. Итак, мы должны либо вернуться сюда позже, чтобы обменять деньги, либо я поменяю их сейчас ”.


“Ты просто собираешься сбежать, не так ли?” Сказал Том, вздыхая с сожалением. “Бери деньги и беги...” - пропел он.


“Нет, Том”, - серьезно сказала Катя. “Пожалуйста, посмотри на меня. Я не убегу”. Правильно, посмотри прямо в эти невинные голубые глаза, ты, молокосос.


“Хорошо, хорошо”, - сказал Том, вытаскивая свой кошелек с деньгами и вынимая дорожные чеки. “На какую сумму?”


“Восемьсот, пожалуйста”, - сказала Катя, кладя руку ему на плечо и прижимаясь к нему. “Я обещаю. Я всего лишь ушла...”


“Десять минут”, - прошептал Вэннер. “Максимум”.


“Десять минут”, - продолжила Катя, переступая через его “максимум”. “И Наталья останется здесь, да? Когда она выйдет из душа, она хорошо проведет с тобой время”.


“Не так хороши, как ты, Катя”, - сказал Том, вручая подтвержденные дорожные чеки. “Никто не может сравниться с тобой”.


“Я очень скоро вернусь”, - сказала Катя, вставая. “Я делаю все, что ты захочешь. Я играю в маленькую девочку, да?” спросила она, собирая волосы в хвостики.


“У тебя есть школьная одежда?” Спросил Том, тяжело дыша.


“Нет”, - сказала Катя, надув губы. “У меня даже нет лент для волос. Это все, что у меня есть, то, что вы видите”, - добавила она, махнув рукой на свое тело.


“Я мог бы...”


“Если хочешь, пошли меня в магазин”, - сказала Катя, победно улыбаясь, - “Я куплю все, что ты захочешь. Я буду той, кем ты захочешь. Любое имя, которое ты захочешь, любая девушка, которую ты захочешь. Вы делаете все, что хотите. ”


“Ты можешь… немного сопротивляться?” Спросил Том.


“Я буду такой, какой ты захочешь”, - сказала Катя, проскальзывая к двери. “Десять минут”.


* * *


“Через десять минут, с такой суммой денег, я могла бы быть на пути в Грецию”, - сказала Катя, шагая по коридору. “Для меня сейчас самое время сорваться с места и убежать, как обычно. Куда я иду?”


“Третий этаж”, - ответил Вэннер. “Западная лестница”.


Она спустилась на лифте на третий этаж и отступила в сторону, пропуская другую шлюху, которая молча вошла в лифт, когда она выходила. Затем она направилась к лестнице.


“Отделение для пожарных шлангов справа от вас”, - сказала Вэннер, выходя на лестничную клетку. “Контейнер под ним”.


Она вытащила пластиковый контейнер и на мгновение замялась, открывая его. Но когда она это сделала, оттуда выпал толстый конверт.


“Положите дорожные чеки обратно”, - сказал Вэннер. “Вы не можете хранить их, когда Борис обыскивает ваше платье каждый раз, когда вы возвращаетесь”.


“Тебе это нравится, не так ли?” Спросила Катя, засовывая чеки в коробку и ставя ее на место.


“Только когда смотришься в зеркало, милая”, - сказал бывший морской пехотинец. “Серьезно, у тебя все отлично получается”.


“Комплиментами ты ничего не добьешься”, - сказала Катя, отступая в коридор. “Но Килдару лучше вернуться с деньгами, иначе он узнает, как сильно я умею царапаться в наши дни”.


* * *


“С нами все будет в порядке?” Спросила Таня, вернувшись в комнату.


“У нас все будет в порядке”, - пообещал Михаил. “До тех пор, пока ты не будешь говорить о том, что делаешь или о чем тебя просят. Хорошо?”


“Да”, - ответила девушка.


“Я бы хотел вернуться к тому, чем мы занимались”, - добавил он. “Но нам придется подождать до позже. Как давно ты в клубе ”Алдарис"?


“ Три месяца, ” ответила Таня. “Почему?”


“ Вы много времени проводили в клубе? - Спросил Михаил, вытаскивая несколько листов бумаги.


“Да”, - ответила она. “Все девушки проводят время, работая в клубе. Почему?”


“Потому что мне нужно задать вам несколько вопросов об этом”, - сказал Михаил, разворачивая листы и указывая на точку на плане этажа. “ Для чего используется эта комната?


* * *


“Вот, видишь?” - Спросила Катя, вернувшись в комнату.


Том сидел на кровати, глядя на Наталью, которая скорчилась в углу и раскачивалась.


“С ней все в порядке?” Нервно спросил Том. “Она вышла из душа и казалась в полном порядке. Потом она закричала и с тех пор находится там”.


“Плохой человек”, - бормотала Наталья, делая вид, что рисует пальцем на своей ноге. “Плохой человек придет ...”


“Некоторым девушкам здесь не очень хорошо”, - осторожно сказала Катя. “Я разговариваю с ней, я успокаиваю ее. Она по-прежнему очень добра к тебе”.


“Она мне нравится”, - сказал Том, и его лицо исказилось. “Она кажется такой ... хрупкой. Тебе тоже, но она не нравится. Я хотел бы забрать вас обоих отсюда”.


“Этого не может быть”, - сказала Катя, вздыхая и подходя к раскачивающейся девушке. “Наталья?”


“Плохой человек идет”, - напевала девушка про себя. “Возвращается за тобой...”


“Наталья!” Резко сказала Катя. “Здесь нет плохого человека. Это он плохой человек?” добавила она, бросив взгляд на “Тома”.


“Нет, не здесь”, - сказала Наталья, все еще рисуя на своей ноге.


“Наталья, иди пососи Тома”, - приказала Катя.


Девушка быстро перебежала через кровать и начала расстегивать ширинку доктора.


“Она беспокоилась, что была недостаточно хороша для тебя”, - сказала Катя, испустив вздох облегчения, который прозвучал очень искренне, потому что так оно и было. “Это было все. Она позволила этому слишком сильно волновать ее. Если ты недостаточно хорошо справляешься с сутенерами, что ж, они бьют тебя и делают другие вещи. ”


“О”, - сказал Том, качая головой, когда проститутка начала делать ему минет. “Я не думаю, что смогу… ты знаешь, прямо сейчас.”


“Может быть, нам купить какие-нибудь школьные наряды?” Спросила Катя. “ Немного косметики? Мне сказали, что я могу быть очень похожа на Бритни Спирс… Ты хочешь изнасиловать Бритни?”


Глава тридцать восьмая


“Килдар”, - сказала Анастасия, заглядывая в дверь. “Отец Кульчьянов желает тебя видеть”.


“Отправьте его сюда”, - сказал Майк, стараясь не вздыхать и очищая экран своего компьютера. Операция оказалась почти кошмарно сложной, и убедиться, что все нити на месте, стало ежедневной борьбой. Последнее, что ему было нужно, - это иметь дело с часто многословным отцом Кульчьяновым.


В конечном итоге стало разумнее двигаться поэтапно. Грузовое судно не нуждалось в особых модификациях для выполнения миссии, поэтому, поскольку нанятое ими судно находилось в западном Средиземноморье, когда была заключена сделка, оно направилось прямо в воды Албании.


Вертолетная компания "Русская тяжелая авиация" часто работала в Македонии и Албании и вокруг них, снабжая силы по осуществлению и гуманитарные операции. С несколькими словами в нужных ушах получить разрешение вертолетам забрать “группу помощи на нефтяной вышке” было несложно.


Таким образом, команды должны были быть доставлены самолетом в аэропорт Эллиники, сесть в автобусы и доехать до побережья Греции, затем их заберут вертолеты и доставят на грузовое судно.


Самой большой проблемой была доставка им оборудования. Для этого потребовались услуги другого грузового судна и пересадка посреди океана, которой руководил шеф Адамс.


Собрать все это воедино было постоянной борьбой с логистикой при сохранении безопасности. Вэннер в итоге отправился в Испанию, чтобы организовать перевозку груза, шеф Адамс вставил больше страниц в свой паспорт, отправляясь в Турцию и Грецию, чтобы убедиться, что оружие доставлено, и даже Нильсону пришлось слетать в Германию за обновленной информацией. Карлсон-Смит наладил отношения в Греции и нашел довольно респектабельного на вид парня, который очень много знал об индустрии безопасности. Оказалось, что он действительно не хотел подвергать свою жизнь опасности, но он определил фактический сейф, установленный албанцами, его местоположение и тщательно обучил некоторых женщин из Келдары способу открывания.


И если окажется, что это не тот сейф, Майк планировал использовать метод шефа и послать к черту содержимое.


Майк признал, что без шефа и Нильсона, не говоря уже о Карлсоне-Смите, он был бы потерян. Черт возьми, даже Дарья выполняла собачью работу, не отставая от всей бумажной волокиты. Она лучше остальных понимала, что где находится в любое время.


Этот уровень организации и поддержки настолько превосходил его предыдущую подготовку, что он половину времени понятия не имел, о чем люди говорят на этих частых собраниях. Но он упрямо задавал вопросы, пока не понял, придумал серию контрольных точек и время, которое люди должны были пройти, а затем убедился, что они это сделали. И Дарья не отставала от них, не моргнув глазом.


Рассел оказался хранителем. Крупный бывший рейнджер, очевидно, впитал все, что армия США могла рассказать об аэромобильных операциях, и безжалостно муштровал Келдару. Менее чем за неделю он полностью обучил каждую из команд всему - от быстрой работы с канатом до подтягивания строп. Насколько мог судить Майк, последнее им не понадобилось бы, но было приятно, что они прошли подготовку.


Если бы все на какое-то время замедлилось, он мог бы просто взять самолет и начать обучать их работе с парашютом. Какого черта.


“Килдар, рад тебя видеть”, - сказал отец Кульчьянов, с достоинством входя в кабинет.


“И вам, отец Кульчьянов”, - сказал Майк, придвигая стул к кофейному столику в кабинете. “ Как дела с урожаем? - спросил я.


“С ними все в порядке, Килдар”, - ответила старейшина, когда Анастасия приказала одной из девушек гарема подать чай. “Это трудно, когда все молодые люди заняты подготовкой к миссии, но мы упорствуем. Эта миссия важна для келдары и для вас, а мы - ваши последователи.


“ И с семьей все в порядке? - Спросил Майк, беря одну из чашек и делая глоток.


“Семья в порядке”, - сказал отец Кульчьянов, потягивая чай и кивая. “Хорошо. Но чтобы поддерживать тебя и твоих близких из поколения в поколение, мы должны расти, Килдар”.


“Надеюсь, с женщинами все в порядке?” Растерянно спросил Майк.


“Все хорошо”, - сказал отец Кульчьянов, глубокомысленно кивая. “Женщины - это испытание, но они должны быть у нас, чтобы содержать дом, не так ли?” Он кивнул девушке, которая все еще стояла рядом на случай, если килдару что-нибудь понадобится.


“И поддерживайте ополчение”, - отметил Майк. “Девушки на миссии были бесценны. Келдара - удивительные люди”.


“Но чтобы иметь больше келдара, ” сказал отец Кульчьянов, “ мы должны заключать браки, Килдар”.


“О”, - сказал Майк, качая головой. “Это дело Кардана, не так ли? Спасибо тебе, Лида, на этом все”, - добавил Майк, подбородком показывая девушке, чтобы она покинула комнату.


“Свадьба всего через четыре недели, Килдар”, - царственно произнес отец Кульчьянов. “Тебя не будет по крайней мере на две из них...”


“И это не очень хорошая идея - проводить церемонию за день до свадьбы, да?” Сказал Майк. “Отец, мы очень заняты—”


“Мы обеспечили лошадей, которых ты просил”, - сказал отец Кульчьянов, игнорируя спор. “Все готово, Килдар. Когда ты сможешь совершить обряд Кардане?”


“Учитывая, с чем мы здесь работаем, весь этот ритуал вызывает у меня дискомфорт”, - признался Майк. “Но я думаю, что все еще могу втиснуть его в себя. Держись”.


Он подошел к телефону и нажал на громкую связь.


“Нильсон?”


“Вот, Килдар”, - сказал полковник. “Хотя я по уши завяз...”


“Когда подходящий день, чтобы закрыть караван-сарай на целую ночь?” Спросил Майк. “Не говори ‘никогда’. ”


“После миссии?” Спросил Нильсон. “Я имею в виду, мы выдвигаемся через четыре дня!”


“Недостаточно хорошо”, - сказал Майк. “Дай мне день. Одну ночь”.


“Господи, Майк”, - сказал Нильсон, но Майк слышал, как стучат клавиши. “Завтра выглядит лучше всего. Хотя мне придется спустить свой флаг на Келдару”.


“Выделите три часа вечером для всей Келдары”, - сказал Майк. “И все в караван-сарае будут заперты. Если им нужно приходить и уходить, они пользуются черным ходом.”


“Сойдет”, - сказал Нильсон. “В чем дело?”


“Это дело Келдары”, - сказал Майк. “Я вам перезвоню”. Он повернулся к отцу Кульчьянову и пожал плечами. “Завтра вечером?”


“Очень хорошо, Килдар”, - сказал старейшина. “Мы будем готовы”.


“И хотя мне нравится разговаривать с вами, - сказал Майк, протягивая руку, - я также по уши погружен в работу. И теперь я должен закончить ее быстрее”.


“Я пойду и прослежу, чтобы Лидию подготовили”, - сказал отец Кульчьянов, кивая.


“Я больше беспокоюсь об Олеге”, - сказал Майк после того, как дверь закрылась.


* * *


“Мистер Бежмель?”


“Да”, - сказал специалист по безопасности, усаживаясь за столик. Ему позвонил человек, с которым он иногда вел дела, и который договорился о встрече в баре отеля "Москва". Как обычно, никаких имен, просто так работал наш бизнес. “Вам нужны особые меры безопасности?”


“У меня есть информация, которая вам нужна”, - сказал мужчина, американец, по-русски. Затем он улыбнулся. “И особая охрана нужна. Вы расследовали нападения на Розайе и клуб ”Дракул"?"


“Возможно”, - сказал Бежмель, пожимая плечами.


“Известно, что вы работаете с кланом Дейти”, - ответил мужчина, все еще улыбаясь. “Так что я буду считать это согласием. Возможно, вам будет интересно узнать, что следующая цель - лунари, вероятно, клуб "Алдарис". Их миссия - освободить эту девушку ”, - добавил мужчина, подвигая фотографию по столу. “Ее зовут Наталья. И, возможно, для того, чтобы захватить DVD-диски с виллы Розае. Это было бы нехорошо, не так ли?”


“Нет”, - нахмурившись, ответил Бежмель. “Зачем ты мне это рассказываешь?”


“Потому что я твой друг”, - ответил мужчина, затем тихо рассмеялся и покачал головой. “Боже, я сам себя ломаю. Нет, причина, по которой я говорю вам, в том, что мне нужно, чтобы эту девушку убили до того, как она попадет к ним в руки. И этот человек ... ” - добавил он, перекладывая через стол еще одну фотографию вместе с толстым конвертом. “Понятия не имею, под каким именем он будет выступать, но он будет рядом с Натальей. Там тридцать тысяч евро. Если вы убьете обоих, вам перешлют еще шестьдесят тысяч. Если вы убьете только одного, это ваша плата. Если вы не убьете ни одного… Я ожидаю полного возмещения. В мире есть и другие специалисты по безопасности.”


Глава тридцать девятая


Майк посмотрел в зеркало и поморщился.


“Я не уверен насчет этого”, - сказал он, нервно теребя свои кружевные манжеты.


Майк все еще не был уверен во всей этой истории с “Карданом”. Во-первых, ему было очень трудно поверить, что Олегу это нравится. Но поскольку он согласился, то решил, что это должно быть правильно .


Отчасти это создавало настроение. Он мог, конечно, просто забрать Лидию из Экспедиции, подъехать к караван-сараю, хорошо провести время, а затем отвезти ее обратно к ее дому. Это, однако, выглядело слишком “буднично” для того, что было чрезвычайно важным событием. Один момент, который Адамс, как никто другой, затронул, заключался в том, что Обряд Кардане был формой связи между килдар и келдара; Келдара, по сути, обеспечивали жертвоприношение девственниц, и килдар, предположительно, отреагировали на это более тесной связью с Келдара.


Правые также предоставили генетический материал. Анастасия немного покопалась и нашла старые записи о килдарах, относящиеся к средневековью. Все они были “иностранными” солдатами удачи той или иной расы, курдами, греками, немцами, французами и даже британцами. Все они достигли этого положения, будучи превосходными бойцами и командирами. Итак, если Природа имела какое-то отношение к культуре, то "генетический вклад” килдаров, через Обряд Кардана, постепенно, на протяжении многих лет, увеличивал воинскую составляющую келдара.


Но он все еще не был уверен в своем наряде.


“Я такая”, - ответила Анастасия, улыбаясь. “Если ты собираешься что-то делать, делай это правильно...”


“... Или не делай этого вообще”, - сказал Майк, вздыхая.


По словам старейшин Келдары, Обряд Кардане не практиковался со времен царей. И последним “настоящим” Килдаром был немецкий наемник, который начинал советником в царской армии, а в конце концов добился положения дворянина и был причислен к келдара.


Анастасия, традиционалистка до мозга костей, указала, что для этого случая было бы уместно одеться в традиционной и официальной манере. И она, опять же, провела исследование.


Именно поэтому Майк был одет в темно-зеленый бархатный пиджак с короткой талией и белую шелковую рубашку с оборками и темно-зеленые брюки в тон, очень облегающие. Завершали ансамбль сапоги для верховой езды до колен.


“Я чувствую, что у меня за поясом должна быть бейсболка и пневматический пистолет”, - сказал Майк, теребя шнурок на воротнике. “Ты готов?”


“Очень даже”, - ответила Анастасия, расправляя кружево. “К тому времени, как ты вернешься, я оденусь и уйду. Кстати говоря, скоро закат”.


“Верно”, - ответил Майк, одергивая куртку, чтобы разгладить складки.


“Пора уходить”.


* * *


Петро придержал открытой входную дверь караван-сарая, когда Майк вошел внутрь. Майк, несмотря на попытки сохранять серьезность по отношению к тому, что, в конце концов, было очень серьезным событием, не мог не прокручивать в голове такты из “Помпезности и обстоятельств”, когда спускался по лестнице.


Дядя Латиф держал мерина у стойки для верховой езды. Геннадий проделал там хорошую работу. Мерин был “русской верховой лошадью” Орлова-Ростопчина, порода, основанная в 1845 году, и лучшая верховая лошадь царского двора. Гладкошерстный черный мерин ростом около семнадцати ладоней, прекрасно сложенный, был обучен как выездке, так и "прогулочной езде”. По словам Геннадия, который, как выяснилось, практиковался в выездке в университете, на нем было легко ездить верхом и он был вполне послушен, у него “очень плавная походка.” Черное кожаное седло с серебряной отделкой было почти незаметно на лоснящейся спине лошади.


Майк, однако, с трепетом посмотрел на лошадь. Он не ездил верхом уже много лет. Он намеревался освежиться верховой ездой, прежде чем сделать это, но текущая миссия отняла практически все его время.


Позади мерина стояла кобыла поменьше ростом, поводная веревка тянулась от ее недоуздка к седлу мерина. Кобылой была менее распространенная Браз Керли, русская теплокровная кобыла, происходившая от кавалерийских лошадей. “Серая” кобыла, если говорить о лошадях, была красивой, почти идеальной белой, а ее вьющаяся грива была перевита красными лентами. Несмотря на то, что кобыла с четырнадцатью руками происходила из рода боевых коней, она была настолько безмятежной, что казалась одурманенной наркотиками.


Самой сложной частью всей операции оказалось найти дамское седло. В конце концов, у немецкой компании были заказаны два седла: строгое "тренировочное” для Лидии и гораздо более нарядное для ночи церемонии.


Майк мгновение оглядывал двух лошадей, а затем, поняв, что тянет время, взобрался на камень для крепления, вставил сапог в стремя, которое держал Петро, и вскочил в седло.


Седло не сдвинулось с места. С другой стороны, лошадь тоже не сдвинулась. Ни бочком, ни с места. Это было все равно что взобраться на теплую, покрытую мехом скалу.


Дядя Латиф молча передал ему поводья и отступил назад.


“Спокойной ночи, Килдар”, - сказал келдара, кланяясь.


“Спокойной ночи, Латиф”, - ответил Майк, устраиваясь поудобнее. Единственное, что он помнил, это то, что лошадь хотела знать, что всадник знает, что делает. Он взял поводья в левую руку, зажал двумя пальцами и медленно ослабил давление, обхватив колени и слегка "щелкнув” языком.


Мерин автоматически тронулся с места, кобыла безмятежно последовала за ним, и Майк, просто для верности, повел их по двору, пока два келдара возвращались в караван-сарай. Он ясно дал понять, что не хотел, чтобы кто-нибудь видел, как он пробует лошадь.


На вельветовых брюках была замшевая заплата на заднице и в промежности, и первое, что он заметил, это то, что заплата создавала очень прочную посадку. Раньше он всегда ездил в джинсах, которые имели тенденцию немного сползать, и он нашел эту езду гораздо более обнадеживающей. Лошадь также была отзывчивой, но не чрезмерно. Одного круга по двору было достаточно, чтобы он с уверенностью направился по дороге к Семейному анклаву.


На самом деле, ему вроде как понравился этот наряд. Глубоко в израненной душе Майка таился павлин, которого он энергично подавлял; его обычной одеждой были джинсы или шорты, в зависимости от погоды, и футболка. Во-первых, он действительно не чувствовал, что у него хватит щегольства носить с собой красивую одежду. Но когда у него была возможность покрасоваться, ему это нравилось. Черт возьми, ему даже нравилось одеваться в белое, что было чем-то вроде ереси среди морских котиков. Он был почти уверен, что это не делало его геем; у него никогда не было никакого интереса к парням. Но он также был уверен, что не собирался признаваться в этом Адамсу.


У нас не было другого выбора, кроме как спускаться по горным тропам; на поворотах легкий галоп был бы невозможен, а о рыси, на данный момент, не могло быть и речи. Кроме того, лошадям было просто безопаснее спускаться по склону. Итак, несмотря на то, что он бежал с отставанием от графика, он осторожно спустился к дороге, а затем, когда достиг относительной равнины, перешел на рысь, затем на галоп.


У мерина был превосходный галоп, длинный, ровный и быстрый. Однако, оглядываясь назад, он заметил, что кобыла перешла в галоп. В следующий раз ему понадобятся лошади более подходящей комплекции. Лидия, однако, ехала верхом. Ему придется спросить ее, удобно ли ей было скакать галопом на обратном пути.


Когда он остановился у дома Махона, дверь открыла мать Махона, старшая леди Семьи. Майка немного утешал тот факт, что у нее было трезвое, но не несчастное выражение лица.


Одна из молодых самок келдара была снаружи, ожидая, и она взяла поводья Майка, когда килдар спешились. Майк настоял, чтобы в церемонии приняли участие минимально необходимые самцы. Майк снова поправил куртку, а затем направился к двери, остановившись на пороге.


“Я прошу привилегии войти в дом Махоны”, - сказал Майк, сделав паузу.


“Эта крыша твоя, Килдар”, - ответил изнутри отец Махона. “Эти стены твои. Ты можешь войти в этот дом”.


Майк кивнул, втайне вздыхая с облегчением; все помнили свои реплики.


Майк вошел и огляделся. Главная комната домов келдара обычно была битком набита людьми; среди келдара была небольшая нехватка жилья, которую он все время собирался исправить. Однако в данный момент присутствовали только мать и отец Махона, отец Юзев, православный священник из города, и Лидия.


На последней было белое шелковое платье, отделанное мелким жемчугом, которое совсем не походило на большинство свадебных платьев. Платье было разрезано спереди, открывая довольно поразительное количество ложбинок, заканчивалось значительно выше колен и облегало фигуру повсюду. На ней также была пара белых туфель на высоких каблуках. Обычно ездить верхом на высоких каблуках было чертовски невозможно, но в дамском седле было намного проще. Наряд был, по стандартам келдары, скандальным. Одна из причин, по которой больше никто не присутствовал.


Девушка выглядела взволнованной, но ей хватило присутствия духа не теребить наряд, пока она ждала своей реплики.


“Я пришел заявить о своих правах килдар”, - строго сказал Майк, глядя отцу Махоне в глаза.


“Право Килдара признано Келдарой и Семьей Махона”, - ответил старейшина, кивая. “Килдару напоминают о его долге перед будущей семьей”.


“Я признаю свой долг”, - сказал Майк, поворачиваясь к отцу Джусеву, священнику. “Я пришел заявить о своих правах килдар”.


“Право килдар признается церковью”, - нервно сказал священник. Дело в том, что православная церковь ничего подобного не признавала. Но Майк, несмотря на то, что он никогда не посещал церковь, был единственным крупнейшим жертвователем в местном приходе. Отец Джусев также знал, что келдара не совсем христиане. Учитывая два факта, он не собирался стоять на пути Обряда Кардане. “Килдару напоминают о его долге учить”, - добавил священник, нервно сглотнув.


“Я признаю свой долг”, - сказал Майк, поворачиваясь к матери Махоне. “Я пришел заявить о своих правах Килдара”. Его тон в данном случае был намеренно гораздо менее суровым.


“Женщины келдара признают права килдар”, - сказала мать Махона, слегка улыбнувшись. Она была единственной, кто, по-видимому, нашел церемонию забавной. “Килдару напоминают о его долге мягкости”.


“Я признаю свой долг”, - мягко сказал Майк, затем повернулся к Лидии, опустившись на одно колено и склонив голову. “Моя леди, я пришел просить вас о милости, об одной ночи нежности. Могу ли я уделить время тому, на что имею право?”


“Ты можешь, Килдар”, - нервно ответила Лидия. “Пусть ты всегда будешь помнить о своих обязанностях”.


“ Я так и сделаю, ” сказал Майк, вставая и беря ее за руку. “Я вернусь с этой дочерью Келдары, когда взойдет солнце”, - сказал он, глядя на троих. “Я исполню свой долг в соответствии с традицией, и в этом Обряде нет ничего постыдного”.


“Нет стыда, только долг”, - сказал отец Махона.


“Нет стыда, только долг”, - нараспев произнес священник.


“Никакого стыда, ” сказала матушка Махона, подмигивая, “ только удовольствие”.


Так вот, это было не по сценарию.


Лидия густо покраснела, но последовала за Майком из комнаты.


Молодая девушка Келдара все еще держала лошадей, когда вышел Майк. Она отстегнула поводья и держала в руках оба комплекта поводьев. Майк сначала помог Лидии забраться в боковое седло, не то чтобы она нуждалась в особой помощи, затем сел верхом и взял поводья.


“Веселись”, - сказала девушка Лидии, хихикая, затем побежала за угол дома.


* * *


Майк перешел на легкий галоп до равнин, затем Лидия пустила свою лошадь в галоп и бегом преодолела первый поворот.


Мерин фыркнул и рванулся вслед за кобылой, а Майк, изо всех сил стараясь удержаться в седле, дал лошади подзатыльник. Однако, когда он поравнялся с кобылой Лидии, то слегка придержал поводья, позволяя кобыле задавать темп.


После первого поворота, который они преодолели быстрее, чем хотелось Майку, кобыла начала сопротивляться, и Лидия позволила ей перейти на рысь, а затем на шаг.


“Это было весело”, - сказала Лидия, улыбаясь ему.


“Ты ездил верхом до того, как начал тренироваться?” Спросил Майк.


“Просто несколько лошадей для пахоты без седла”, - сказала Лидия, пожимая плечами. “Не таких”, - добавила она, указывая на дамское седло.


“Что ж, у тебя хорошее место”, - сказал Майк, улыбаясь. “По правде говоря, лучше, чем у меня”.


“Но у тебя лошадь лучше”, - сказала Лидия, улыбаясь в ответ.


Две девушки из гарема ждали их, когда они вышли во двор, обе в “традиционных” гаремных платьях, включая вуали. Они молча взяли поводья, когда сначала Майк, затем Лидия, с помощью Майка, спешились. Затем они так же молча повели лошадей в конюшню.


“С тобой все в порядке?” - Спросил Майк, когда они стояли перед дверями караван-сарая.


“Да”, - отстраненно сказала Лидия, затем повернулась, чтобы посмотреть на него. “Я признаю, что даже горю желанием”. Но ее глаза были закрыты.


“Но?” Спросил Майк.


“Я беспокоюсь об Олеге”, - призналась Лидия, поворачиваясь обратно к открытым дверям. “Не надолго, но на сегодняшний вечер”.


“Я тоже”, - сказал Майк, беря ее за руку и шагая к двери.


“Неужели?” Спросила Лидия.


“Об Олеге... позаботились”.


* * *


“Выпей еще пива, Олег”, - сказал Соун, качая головой. “И расскажи мне, что происходило, пока нас не было”.


“Ничего особенного”, - сказал Олег, забирая кружку у другого руководителя группы и разглядывая ее. “Тренировки и еще раз тренировки”.


“Это нам понадобится достаточно скоро”, - сказал Падрек, сплевывая сквозь зубы в огонь. “Я слышал, как Маккензи что-то бормотал об этой миссии”.


Лидеры команд собрались у своего костра, взяв ночной перерыв в тренировках. Якобы это был перерыв, чтобы команды не слишком вымотались перед заданием. Но все знали, в чем на самом деле был смысл: сделать Олегу хорошо и напоить. Молодой человек был внешне готов к тому, что килдар временно потеряют “его” девушку, но это должно было причинить боль.


“Волосатые”, - сказал Вил, кивая. “Но мы это сделаем”.


“ За то, чтобы это было сделано, ” сказал Соун, поднимая свою кружку. “Забей на это, Олег”.


“Я в порядке”, - сказал Олег, вздыхая. “Просто в порядке”.


“Вы не будете ими, если—” - начал было говорить Вил, когда из темноты за костром донесся звон колокольчиков.


Все шесть руководителей команд посмотрели в сторону звука, и затем их глаза расширились.


Женщина, кем бы она ни была, была одета в голубое платье девушки из гарема, прозрачные панталоны, трусики-бикини и голубой топ с вырезом до колен. На каждом подоле были маленькие колокольчики, и еще больше их было на пальцах рук и ног.


Призрак извилисто двигался в свете костра, пока не убедился, что группа полностью завладела его вниманием, а затем начал танцевать.


Где-то в темноте звучал барабан, ритм которого соответствовал биению человеческого сердца, когда женщина извилисто скользила перед костром, пока не оказалась напротив Олега. Кружась, изгибаясь и извиваясь, она, казалось, танцевала только для него в такт барабану, пока тот внезапно не прекратился.


“Килдар боялся, что ты будешь одинок этой ночью”, - хрипло сказала женщина. “Он послал меня для твоего удовольствия и научить тебя искусству доставлять удовольствие женщине. Этой ночью я для тебя - доверенное лицо твоей будущей невесты. Ты одобряешь? ” спросила она, посмеиваясь и грациозно опускаясь перед ним на колени.


Соун посмотрел на своего друга, который сидел на бревне с открытым ртом.


“Я думаю, что да”, - ухмыльнулся Соун. “Но тебе, возможно, придется помочь ему”.


“Тогда это сделаю я”, - сказала Анастасия, беря Олега за руку и поднимая его на ноги. “Джентльмены, я верну его утром”.


“Живые?” Спросил Вил.


Смешки последовали за парой обратно в темноту.


* * *


Майк повел Лидию наверх, в свои личные покои. Пока они поднимались по лестнице, он мог сказать, что она нервничает все больше и больше, и почти со смешком отметил ее удивление и шок, когда ее повели на кухню.


“Что, я тоже должна готовить?” Спросила Лидия, увидев еду, разложенную на столешницах, и сковороду на плите.


“Вовсе нет”, - сказал Майк, усаживая ее на барный стул, откуда она могла наблюдать за происходящим. В баре уже были накрыты два места, а также незажженная свеча и цветы. Он достал бутылку шампанского, одну из трех, из большого ведерка, наполненного льдом и водой, и откупорил ее. “Ты можешь посмотреть”. Он налил два бокала шампанского и протянул один ей. “Ваше здоровье”.


“Ты умеешь готовить?” Удивленно спросила Лидия. “Я не имею в виду...”


“Мужчины келдара не очень-то умеют готовить”, - признался Майк, подходя к плите и снимая фартук. “Но я научился этому давным-давно. Лидия, мы оба знаем, что значит эта ночь. Но… хм...” Он сделал глоток шампанского, повязал фартук, а затем налил на сковороду немного оливкового масла, перемешал его и включил огонь.


“В США у нас есть обычай, который называется "свидания’, - продолжил Майк, бросая предварительно намазанные ломтики говядины на сковороду с соусом. Стенки были закруглены и отбиты молотком, чтобы он мог использовать их как вок. “Это также обычай почти во всех больших городах. Теперь ты деревенская девушка. Единственные, кого вы знаете, - это жители Келдары и несколько горожан. Но в городах девушки, как правило, не знают окружающих их мужчин с рождения. И парни не знают девушек. Так что им нужно как-то встретиться ”.


“Я догадываюсь”, - сказала Лидия, скрестив ноги и сделав глоток шампанского, затем посмотрела на бокал. “Что это?”


“Шампанское”, - сказал Майк, улыбаясь, не глядя на нее. “Игристое вино”.


“Это вкусно”, - сказала Лидия, делая еще один глоток.


“Возьми еще”, - ответил Майк. “В любом случае, там, откуда я родом, парень знакомится с девушкой и обычно приглашает ее на свидание, чтобы прощупать почву. Они ужинают, может быть, смотрят шоу, а затем, если химия правильная, может быть, и больше. Итог с точки зрения парня - ‘может быть, больше " ... ”


“Так я слышала”, - многозначительно сказала Лидия.


Майк повернулся, чтобы посмотреть на нее, и ухмыльнулся.


“Разные штрихи”, - сказал Майк, пожимая плечами, и вернулся к готовке. “В Штатах разумно случайный секс не имеет такого уж большого значения. Разные культуры, и, поверьте мне, я не отношусь к этому вечеру небрежно. Но дело в том, что, когда я встречался с кем-то, я был заинтересован в том, чтобы заинтересовать молодую леди настолько, чтобы она по-настоящему прощупала почву ”.


“Это были они?” - Заинтересованно спросила Лидия. “ Кстати, это хорошее вино. Сухо”.


“От этого хочется выпить еще”, - сказал Майк, снова оглядываясь через плечо. “Продолжай. С учетом того, как вы, келдара, пьете, у вас будет высокая переносимость. Во всяком случае, чтобы ответить на ваш вопрос, несколько. Ладно, больше, чем несколько. Но быть на хорошем свидании - это важный момент. В Штатах есть поговорка: ‘Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок ”.


“Мы говорим что-то похожее”, - хихикая, сказала Лидия. “Еда делает постель мягче”.


“Ну, что я узнал, - продолжил Майк, добавляя немного вина в овощную смесь и накрывая ее крышкой, - так это то, что это действительно путь к сердцу женщины. Большинство мужчин не умеют ничего, кроме приготовления на гриле. Итак, вместо того чтобы приглашать молодую леди в дорогой ресторан, где вам пришлось бы сделать еще несколько шагов, чтобы добраться до сути, я бы пригласил ее на ужин к себе ”.


“Я бы сказала ”своди меня в ресторан", - сказала Лидия, затем снова хихикнула.


“Ах, но это потому, что ты хорошая девочка”, - сказал Майк, глядя на нее и ухмыляясь. “Я был очень осторожен и встречался только с хорошими девушками. Ты знаешь разницу между хорошей девочкой и ницца?”


“Нет?” Сказала Лидия, наливая себе третий бокал шампанского. Частью требований, которые выдвинул Майк, было то, что, поскольку речь шла об ужине, она ничего не ела с обеда. Шампанское также подействовало сильнее, чем она предполагала. Он не хотел, чтобы она напивалась, но алкоголь, как правило, снимал ее напряжение, и это было хорошо.


“Хорошая девушка идет на вечеринку, возвращается домой и ложится спать”, - сказал Майк, снова поворачиваясь к плите. “Хорошая девушка идет на вечеринку, ложится спать и возвращается домой”.


“Это ужасно”, - сказала Лидия, смеясь.


“В любом случае, я бы пригласил к себе милую девушку”, - сказал Майк, помешивая овощи, затем добавляя немного устричного соуса. Последнее оказалось практически невозможно достать, и он решил приготовить его с нуля. Тем не менее, он заранее опробовал рецепт, и домашнее блюдо получилось отличным. “Затем я готовил для нее, пил вино и ужинал с ней, возможно, смотрел фильм по видео, и когда приходило время закрывать сделку, вуаля! Мы уже были в моей квартире. Никаких ‘у тебя дома или у меня’, никаких ‘не хотите ли чашечку кофе”.


“Подло”, - сказала Лидия.


“Если ты не жульничаешь, значит, ты и не пытаешься”, - нараспев произнес Майк.


“И если тебя поймают, ты не ТЮЛЕНЬ”, - закончила Лидия, хихикая. “Значит, я должна ожидать подлости?”


“Решать тебе”, - сказал Майк, перекладывая говядину по-китайски с овощами со сковороды на сервировочное блюдо. “Но давай просто поужинаем, ладно?”


У него уже был приготовлен рис, и он достал его тоже, поставив на стойку бара. Затем он усадил ее на прежнее место, осторожно выдвинув ее стул и задвинув его обратно. Последним шагом было зажечь свечу и погасить пару светильников.


“Это интересно”, - сказала Лидия, с сомнением глядя на еду.


“Я думаю, вы найдете это съедобным”, - сказал Майк.


Лидия выбрала для начала кусочек мяса, а затем, с удивленным видом, взяла еще.


За едой они болтали об условиях среди келдара и состоянии фермы. Каждый раз, когда они касались щекотливых тем, Майк осторожно уводил их в сторону. Он не хотел говорить ни о предыдущей миссии, ни о предстоящих, ни о том, куда он направлялся с Келдарой. Атмосфера вечера была легкой и непринужденной. И он следил за тем, чтобы ее бокал с шампанским был до краев наполнен.


Что касается сники, то она пропустила первый “обман”. Майк позаботился о том, чтобы бокалы с вином были разделены как минимум на расстояние вытянутой руки. Это потому, что ее бокал был по крайней мере на двадцать пять процентов больше его. Даже если он подбирал бокал к бокалу, она наливала гораздо больше вина. И это было заметно. Со временем алкоголь и еда заставляли ее нервничать меньше.


“Это весело”, - сказала Лидия, вздыхая и откладывая вилку. Она ела легко, и это было вкусно. “В жизни должно быть больше таких вещей, как эта. Но работы всегда слишком много.”


“Так будет лучше”, - сказал Майк, вытирая рот салфеткой. “Ты был бы удивлен, насколько лучше. Десерт?”


Лидия также никогда не пробовала шоколадный торт. Конечно, не тот глубокий, с шоколадной помадкой, который приготовил Майк.


“Лучше съесть это у огня”, - сказал он, ухмыляясь. “Принеси свой бокал, там есть еще шампанское”.


Он провел их в гостиную, где был разведен камин, и поставил тарелки и свой стакан на место, а затем плюхнулся на диван. В центре кофейного столика стояла ваза с клубникой.


“Это тоже мило”, - сказала Лидия, счастливо улыбаясь и садясь рядом с ним. “Я подумала, что ты просто… знаешь...”


“Не-а”, - сказал Майк. “Идея здесь в том, чтобы повеселиться. Ты не сможешь повеселиться, если будешь сильно беспокоиться о том, что может произойти. И не должен. Это важно, не поймите меня неправильно. Но это также что-то естественное и очень веселое. Если все сделано правильно, и у меня редко были жалобы ”.


“Я говорила с матерью Савиной об ... этом”, - нервно сказала Лидия, ее улыбка исчезла. “И с Анастасией. Я ... кажется...”


“Это невозможно описать”, - сказал Майк, накалывая на вилку кусочек торта и протягивая его ей. “Попробуй торт”.


“Это хорошо”, - сказала Лидия, широко раскрыв глаза.


“Увы, этого готовил не я”, - сказал Майк, беря клубнику и предлагая ей. “Я плохо пеку”.


“Ты хорошо справляешься и с другими вещами”, - сказала Лидия, осторожно откусывая кусочек клубники и глядя ему в глаза.


“Ты тоже”, - сказал Майк, впервые за вечер по-настоящему возбудившись. Он так усердно обдумывал ситуацию, что забыл о веселье.


Она предложила ему клубнику, и он осторожно откусил от нее, затем быстро лизнул ее пальцы, что вызвало еще одно хихиканье.


Они еще немного поторговались клубникой, а затем Лидия неожиданно взяла одну в зубы и наклонилась вперед.


Майк заглотил наживку, откусив свой кончик клубнички, а затем продолжил поцелуй, проведя языком по ее губам. Независимо от того, занималась Лидия когда-либо сексом или нет, было ясно, что она, как выражалась его мать, “баловалась”. У нее вообще не было проблем с поцелуями.


Однако, когда рука Майка поползла вверх по ее ноге, она на мгновение напряглась, затем вернулась к поцелую. Он скользнул рукой вверх по задней части ее ноги, проверяя другой рукой ее предплечье. Мурашки по коже всегда были показателем того, что девушка возбуждается от ласк, и их у нее было предостаточно.


“Килдар”, - хрипло сказала девушка, отстраняясь и вытирая губы. “Я хочу… Я думаю...”


“Не думай”, - сказал Майк, улыбаясь. Он взял ее за руку и заставил встать. “Но, да, пора двигаться дальше. Лидия, сними платье”.


Девушка постояла так мгновение, а затем, закрыв глаза, подняла платье через голову. В нем был встроенный бюстгальтер, поэтому, когда она его сняла, на ней остались только туфли на каблуках, трусики, пояс с подвязками и чулки.


“Ты очень красивая”, - сказал Майк, беря подушку с дивана и бросая ее на пол. “Итак, мы прогрессируем. Но прежде чем мы перейдем к другим вещам, есть одна вещь, которая мне нужна.”


Он встал и обхватил ладонями ее грудь, вызвав дрожь. Она все еще сидела с закрытыми глазами, что заставило его почти рассмеяться.


“Что тебе… нужно?” Спросила Лидия, открывая глаза.


“Есть очень старая поговорка”, - ответил Майк, надавливая ей на плечи, так что она опустилась коленями на подушку. “Встань перед своим богом, преклони колени перед своим королем и перед своим мужчиной ”.


“Мне рассказали об этом”, - сказала Лидия, глядя на него снизу вверх. “Но я никогда...”


“Я знаю”, - сказал Майк, расстегивая штаны. “Позже я покажу тебе другие вещи. Но это мне нужно. Позже я скажу тебе почему”.


“Очень хорошо”, - тихо сказала Лидия, опустив глаза. “Я ... хотела бы”.


“И ты возьмешь все это в рот”, - продолжил Майк. Он был не прямо на ней, а немного сзади. “Я так понимаю, ты никогда не видела раздетого мужчину”.


“Нет”, - неуверенно ответила Лидия. “Они рассказали мне об этом”.


“Твоя очередь”, - сказал Майк, выходя вперед.


Лидия медленно потянулась к его штанам, а затем так же медленно стянула их вниз, отчего Майк чуть не потерял самообладание. Однако он оставался спокойным, пока она рассматривала ... его.


Лидия осторожно протянула руку и коснулась его, склонив голову набок, чтобы рассмотреть.


“Это больше, чем я думала”, - нервно сказала Лидия.


“И, честно говоря, Олег крупнее меня”, - сказал Майк. “Анастасия обсуждала, что делать?”


“Да”, - сказала Лидия, прикусив губу и обхватив большим и указательным пальцами основание его члена. Затем она подвинулась вперед на подушке и взяла его в рот.


Поначалу у нее были небольшие проблемы с ритмом движения рук и рта, но она быстро освоилась.


Майк взял ее за волосы и ускорил шаг. Она снова сбилась с ритма, но вскоре почувствовала это и немного ускорилась.


Однако Майк знал, что мышцы ее шеи долго не выдержат. Однако ему было более чем достаточно того, что восхитительная белокурая девственница сделала минет, стоя на коленях. Он быстро кончил ей в рот.


Она остановилась и поперхнулась, услышав это, но он схватил ее за волосы и удержал на месте, вдыхая и выдыхая, чтобы выпустить последнюю каплю.


“Возьми это в рот и проглоти”, - хрипло сказал Майк.


“Да, Килдар”, - сказала Лидия, проглотив.


”А теперь, - сказал Майк, поднимая ее бокал с шампанским и натягивая штаны, “ выпей шампанского. Оно улучшает вкус”.


“Это ... было неплохо”, - сказала Лидия, наморщив лоб. Она все еще разливала шампанское по бокалам.


“Апельсиновый сок”, - сказал Майк, поднимая свой стакан и делая глоток. “Это как-то влияет на химию”. Он опустился на колени и поцеловал ее. “Спасибо”.


“Не за что”, - сказала Лидия, нахмурившись.


“Теперь остальное”, - сказал Майк, поднимая ее на ноги, а затем заключая в свои объятия. “С тобой все будет в порядке”, - добавил он, увидев выражение ее лица.


“Я знаю, что буду такой”, - сказала Лидия, все еще нервничая.


“Держи этот стакан при себе”, - добавил Майк, посмеиваясь.


“Обязательно”, - ответила Лидия, улыбаясь, а затем допила оставшееся в бокале шампанское.


Он отнес ее в спальню и положил на кровать, сел рядом и взял клубнику из вазы у кровати.


“Клубничка?” Спросил Майк, ухмыляясь.


Они играли в клубничку, пока она снова не улыбнулась. Во время нее Майку удавалось избавиться от ботинок, штанов и рубашки, иногда с посторонней помощью.


Наконец-то они оба были более или менее обнажены. Лидия все еще была в трусиках и туфлях, но Майк был поразительнее. Лидия начала проявлять некоторые признаки нервозности, среди прочего пытаясь прикрыть свою прелестную грудь, поэтому Майк решил сделать крюк.


“Перевернись”, - сказал он, хлопнув ее по боку и улыбнувшись.


“Почему?” - Нервно спросила Лидия.


“Тебе понравится, поверь мне”, - сказал Майк, более или менее подталкивая ее к себе.


Уложив ее на живот, он открыл баночку и нанес немного массажного крема ей на спину. Крем представлял собой смесь миндального крема с небольшим количеством кунжутного масла - трюку, которому его научила бывшая подружка, работавшая массажисткой. Она также научила его правильному способу массажа, поэтому он начал воздействовать на мышцы Лидии сильными движениями больших пальцев, проводя ими по рельефу мышц спины девушки.


“Это приятно”, - вздохнув, сказала Лидия.


“Было бы лучше, если бы у нас был массажный стол”, - сказал Майк, продолжая массировать спину и шею девушки, затем двигаясь вниз.


Массаж, к сожалению, нейтрализовал предыдущий минет. Смысл этого, помимо того, что Майк просто наслаждался этим, состоял в том, чтобы позволить ему выпустить пар. Но у Лидии была действительно великолепная попка, округлая и упругая, и хотя Майк не планировал устраивать какие-либо тайные действия, это было чертовски соблазнительно.


Он провел массирующими движениями по ее спине и заднице, попутно снимая трусики, затем спустился по ногам к икрам. Затем он снова двинулся вверх, пока не оказался между ее бедер, и скользнул пальцами в ее киску. Это вызвало еще один удивленный вздох, но она также была мокрой, что было очень хорошим знаком, поэтому Майк быстро перевернул ее и за волосы оттянул голову назад.


Он скользнул языком вниз к месту соединения ее шеи и плеча, сильно вонзаясь в эту нежную нервную точку и вызывая стон. На ее руке появилось еще больше мурашек, что было еще одним хорошим знаком. Идея в тот момент состояла в том, чтобы просто отвлечь ее мысли от чего-либо, кроме текущего момента. Если она начала напрягаться, то только потому, что думала о второстепенных проблемах: что подумает Олег, что подумает ее семья, Келдара. Он должен был удерживать ее разум сосредоточенным на том, что происходит сейчас, исключая все остальное. И это означало поддерживать стимуляцию, чтобы она не могла думать ни о чем другом.


В то время как он продолжал поглаживать ее шею языком, его правая рука была занята, сначала играя с ее сосками, которые казались особенно чувствительными, затем скользнув вниз по ее боку, вызвав в какой-то момент смешок. Щекотливость была еще одним хорошим знаком. Это показывало, что у нее была определенная степень сексуальной нервозности, которая была с хорошей стороны. Девушки, у которых практически не было реакции на щекотку, как правило, были либо асексуальны, либо просто не увлекались сексом, и точка. Это сделало бы этот вечер довольно утомительным. Но Лидия всегда обладала природной сексуальностью, в которой должна была быть какая-то глубина.


Наконец его рука скользнула обратно к низу ее живота, и он скользнул пальцами между ее ног. На мгновение они напряглись, когда она попыталась вырваться, затем разошлись, когда его пальцы сотворили свое волшебство. Некоторым женщинам нравилось, когда с их клитором играли, в то время как другие предпочитали проникновение. Судя по реакции Лидии, она была больше склонна к проникновению, поэтому Майк осторожно скользнул пальцами внутрь, потирая ими клитор при этом.


Он переместил свой рот вниз к ее груди и обнаружил, что соски определенно были эрогенной зоной Лидии. Сочетание поглаживания и игры со своими сосками заставило девушку извиваться и тяжело дышать.


На данный момент на этот вопрос действительно нельзя было ответить. Некоторые женщины не испытывали бы оргазма без проникновения, в то время как другие редко испытывали его с проникновением. Не имея опыта общения с Лидией, он не был уверен, кем она окажется. Но ответ на вопрос последовал мгновением позже, когда девушка ахнула и выгнулась в сильном оргазме.


Пока она все еще выгибалась дугой, Майк быстро скользнул вперед и раздвинул ее, входя в нее быстро, но так нежно, как только мог. Он мог сказать по гримасе на ее лице, когда девственная плева была разорвана, но он не смягчился, начав жестко входить в нее.


Лидия явно была готова к этому, поскольку ее пальцы впились в его задницу и сильно втянули его внутрь, пока он гладил. Ее глаза были закрыты, и она тяжело дышала, когда он менял ритм, не давая ей заскучать от этого действия. Она кончила снова меньше чем через минуту, затем почти сразу же после этого с криком боли и удовольствия.


Последний оргазм был достаточно сильным, и Майк понял, что ему все равно нужно остановиться на секунду. Когда он замолчал, она открыла глаза и покачала головой.


“Я никогда не знала...” - прошептала девушка.


“Это невозможно знать наверняка”, - сказал Майк, целуя ее в лоб. “Но я еще не закончил”. Он на мгновение замолчал, а затем злобно ухмыльнулся. “Я думаю, что этого отдыха достаточно”.


“О... Всемогущая Мать”, - прошептала Лидия, когда он начал снова. “О… Боги...”


* * *


Лидия остановилась, направляя лошадь на территорию лагеря, нервно прикусив губу. Вариантов было немного. Вероятно, она могла бы развернуться и ускакать обратно к Килдару и умолять его взять ее в качестве одной из его женщин. И в этом были ... привлекательные стороны. Привлекательные стороны, которые усердно боролись со страхом позора предыдущей ночи.


Но, с другой стороны, был Олег. Они дружили в детстве, и еще до того, как они были помолвлены, она знала, что любит его. Она всегда будет любить его, несмотря ни на что. И он обещал, что не будет держать на нее зла этой ночью.


Наконец она ослабила поводья смирной кобылы и пропустила ее во двор, остановившись недалеко от входной двери. Для большинства людей было еще рано, но она была удивлена отсутствием активности вокруг дома; он выглядел почти заброшенным.


Однако, когда она остановилась, открылась входная дверь, и вышла мать Махона с одной из кузин Лидии, Настей. Настя держала поводья, пока мать помогала Лидии спуститься.


Лицо матери Махоны было картинным. Было ясно, что она рада, что ее дочь вернулась, по-видимому, невредимой. Но это сочеталось с дискомфортом по поводу причины, по которой она отсутствовала всю ночь, и любопытством к тому, что хранилось в большой кожаной сумке, прикрепленной к ее седлу. Футляр из искусной кожи с ярким серебряным шитьем по краям был тяжелым, когда Лидия развязала завязки, которыми он крепился к седлу.


“Входи”, - наконец сказала мать, ведя дочь в главную комнату дома.


Первое, на что обратила внимание Лидия, было то, что за исключением отца Махоны, который также пытался сохранять приветливое поведение, единственными людьми в комнате были женщины. Более того, большинство из них были подругами и ровесницами Лидии, девушками ее возраста, несколько замужних, большинство незамужних. втайне она была рада, что Гранд Ман, бабушки Махоны, не было в комнате. Старая пердунья неделями ходила с поджатыми губами и сердитым видом на протяжении всего Обряда, несмотря на то, что обычно она первой заявляла о превосходстве чего-либо старого.


“Добро пожаловать домой, Лидия”, - сказал отец Махона, слегка поклонившись ей. “Мы еще раз приветствуем тебя в нашем обществе”.


Слова были написаны подозрительно формально, как будто их написали килдар. И заставили отца Махону отрепетировать.


“Я рада быть дома”, - нервно сказала она, оглядывая группу.


“Да ладно тебе с этим возиться!” Настя наконец не выдержала. “Я хочу знать, что в посылке! Что это?”


“Честно говоря, я не знаю”, - сказала Лидия, ставя подозрительно тяжелый кожаный футляр на кухонный стол. “Килдар сказал мне не открывать его, пока я не вернусь домой. И он сказал, что мы должны отослать лошадь обратно, но чемодан оставлю себе я ”.


“Так что там?” Нетерпеливо спросила Настя. “Открой это”.


“Не торопи ее”, - отрезала мать Махона, но ей явно было также любопытно.


Лидия сломала восковую печать на футляре, затем открыла его. Внутри были еще три свертка, один - в синей шелковой обертке, другой - в мягкой замшевой сумочке, которая позвякивала, и последний - еще один шелковый сверток, перевязанный шелковым шнурком, более или менее прямоугольной формы.


Лидия сначала открыла кожаную сумочку, вывалив ее на стол.


Из него посыпался водопад серебряных и золотых монет, от которого у всех округлились глаза. На столе было больше денег, чем вся Келдара зарабатывала за год.


“Что в остальном?” Спросила Настя сдавленным голосом.


В прямоугольном пакете оказались наличные деньги, грузинские рубли, привязанные к толстой пачке американских стодолларовых банкнот. Лидии не хотелось думать о том, сколько там было долларов, а доллары были гораздо более стабильны, чем рубли, но рубли были разложены веером так, что было ясно, что там пять сторублевых купюр. Она фыркнула, когда увидела это. Это была ее официальная “цена”.


Лидия быстро развязала красные завязки на синем шелковом свертке и развернула его. Оказалось, что это ювелирная упаковка, в которой находились жемчужное ожерелье, а также подходящие к нему серьги и браслет. Внутри была небольшая записка, в которой говорилось только “Для твоей свадьбы”.


“О, Всеотец”, - прошептала Настя. “Я так хочу быть невестой Кардана! Мы можем начать приготовления прямо сейчас?!”


Глава сороковая


Майк взобрался по плавучей платформе на палубу грузового судна, осторожно оглядываясь по сторонам. Небо было затянуто тучами, но, согласно прогнозам погоды, это не предвещало плохой погоды.


В итоге Майку пришлось вылететь в Италию, чтобы уладить некоторые дипломатические вопросы, связанные с фотографией, которая была у Карлсона-Смита. Очень вежливый итальянский шеф разведки, с которым они в конечном итоге вели большую часть переговоров, интересовался, что еще может быть в кладе. Когда ему вежливо сказали отвалить, он указал, что им нужно молчаливое согласие итальянцев, если они хотят, чтобы операция удалась. В противном случае, увы, катер итальянской береговой охраны мог просто случайно оказаться в этом районе.


Итак, Майк просто начал перечислять некоторые из известных количеств, избегая имен или других описаний, но перечисляя общие уровни, связанные с ними. В этот момент итальянское правительство тихо наложило в штаны.


Майк закончил пятиминутную, очень дружескую беседу с премьер-министром, у которого, как оказалось, был довольно длительный разговор с президентом. После чего все проблемы чудесным образом исчезли.


Однако из-за этого он скучал по вертолетам. Именно поэтому он отправился в доки близ Брундизи и купил яхту в открытом море. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз катался на одной из более крупных и мощных версий cigarette boat, и он соскучился по ощущению необузданной мощи. Ему ничего не оставалось, кроме как вовремя добраться до грузового судна, и это было лучшее времяпрепровождение за последние месяцы, включая секс.


Но эта приятная идиллия закончилась, и, ступив на палубу, он почувствовал, как мантия командира опустилась на его плечи, как тяжелый плащ. Очень тяжелый. Наполненный свинцом. Келдара собирался умереть в этой операции. Ему пришлось задуматься, действительно ли эта проклятая штука того стоила.


“Где мы?” Спросил Майк, когда шеф, сопровождаемый Дарьей, подошел к ним.


“Войска загружаются”, - ответил Адамс, махнув рукой группам келдара, выстроившихся в очередь для посадки в вертолеты. “Все вспомогательное оборудование на борту. Команды набраны. Все, чего мы действительно ждали, - это тебя. ”


“Я же говорил тебе, что буду вовремя”, - сказал Майк, когда Дарья махнула двум келдара вперед с его снаряжением.


Он разделся прямо на холодной палубе, усевшись на свернутый трос, чтобы натянуть штаны. Делая это, он размышлял о том, что до вечера с Лидией ему было далеко. Который, по сути, в этот самый момент уже был в Лунари, гораздо ближе к пути Хармса, чем он сам. Не очень хорошая мысль, учитывая все обстоятельства.


“Ваннер и разведгруппа на месте”, - продолжил Адамс. “И разведка точки сбора завершена. Пока все выглядит ясно”.


“Мы получаем что-нибудь от Кати?” Спросил Майк.


“Много”, - проворчал Адамс. “Судя по тому, что сказал Вэннер, ее прием был невеселым”.


“Пока она жива достаточно долго, чтобы сообщить нам план и местоположение цели, это все, что имеет значение”, - сказал Майк.


“С тех пор все стало лучше”, - сказал Адамс. “У нее есть папочка, который не дает ей слишком часто попадаться на глаза, и она нашла главного. Она и праймериз делают папика счастливым, тем самым защищая праймериз и знакомясь с клубом. Она не получила много информации о планировке клуба, но Ваннер также нашла другой источник. Этот источник был золотой жилой ”.


“Он уверен насчет источника?” Спросил Майк.


“Все, что смогла подтвердить Катя, подтвердилось”, - сказал Адамс. “Источник выглядит подлинным. Михаил, руководитель группы безопасности, переспал с одной из проституток того же сутенера. Она видела клуб больше, чем Катя, и заполнила все маленькие пробелы. Мы даже знаем, где находится компьютерный зал. ”


“Отлично”, - сказал Майк, вставая. Один из келдара водрузил на место свой патронташ, а другой вручил ему свой SPR. “Я бы сказал, что мы готовы”.


“Согласен”, - сказал Адамс.


“Дай мне карты, и давайте отправим это шоу в путь”.


* * *


Катя слушала музыку и старалась не спрашивать, который час.


После второго дня, проведенного с ее сладким папочкой, они в основном оставались в клубе; американский нейрохирург, казалось, наслаждался атмосферой. Клуб "Алдарис" был похож на большинство подобных заведений в мире. На первом этаже был бар, где тусовались посетители, и девушки, бродившие по залу, делали им предложения. В центре находился сам бар, а у задней стены были три танцевальные площадки, где девушки демонстрировали свое мастерство.


Прием был неровным все это время. Сочетание толстых железобетонных стен и фонового шума создавало помехи для звука, и видео тоже было плохим. Поэтому она также не могла спросить Вэннера, который час. Давно пора было выйти из клуба и приготовиться к выписке. Но “Том” был в подсобке с другой девушкой.


Она подняла глаза, когда мужчина подошел к столу и оглядел их обоих. Однако особое внимание он уделил Наталье, которая рисовала на столе, используя запотевшие стекла.


“Давай, девочка”, - сказал мужчина, наклоняясь и дергая Наталью за руку. “Мне нужно немного развлечься”.


“Сэр”, - сказала Катя, вставая и поднимая руку. “Мы с другим мужчиной. Вам следует попросить кого-нибудь другого”.


Она взглянула на Наталью, которая застыла в своем кресле, глядя на мужчину, как мышь на змею.


“Я просто хочу эту маленькую шлюшку”, - сказал мужчина, поднимая застывшую Наталью на ноги.


“Привет, приятель”, - сказал Том, подходя сзади к мужчине и похлопывая его по плечу. “Это мои девочки”.


“Что, они твои?” - усмехнулся мужчина.


“Он плохой человек”, - сказала Наталья так тихо, что ее было трудно расслышать из-за музыки. “Он пришел за мной”.


“Да, я взял их напрокат на день”, - сердито сказал Том. Он постоянно пил весь вечер, и Катя была уверена, что он должен был быть пьян. “Я купил их, они мои. Так что убери от нее свои руки. ”


“Я хочу эту”, - сказал мужчина, державший Наталью, и полез в карман. “Я заплачу вам за нее”.


“Подождите”, - сказал один из охранников клуба, подходя к ним. “Это не драка”.


“Мне не нужны твои проклятые деньги!” Рявкнул Том, отбрасывая бумажник мужчины. “Просто убери свои руки от моей девушки!”


“Катя, что происходит?” Спросил Вэннер.


“Проблемы”, - прошептала Катя. “Большие проблемы”.


* * *


“Итак, почему мы это смотрим?” Спросил капитан О'Киф, просматривая видео в реальном времени с беспилотника Predator.


“Потому что нам не все равно?” Спросил Пирсон, пожимая плечами. “На случай, если мы можем чем-нибудь помочь?”


“Ну, мы не можем сбросить JDAMS на город”, - отметил О'Киф. “И мы не можем послать на помощь команду МОРСКИХ котиков. И мы не можем наложить запрет с помощью томагавков. Так что именно мы собираемся делать?”


“Прочесайте окраину города”, - сказал Пирсон в микрофон. “Вы действительно думаете, что президент не захочет узнать, как это произошло? А получать отчет о дальнейших действиях от Дженкинса - все равно что вырывать зубы. Так что ... мы смотрим. Он сделал паузу и наклонился вперед, снова нажимая на коммуникатор. “Вау. Направляйтесь по первому шоссе. Кажется, я видел ...” Он сделал паузу и побледнел. “Увеличьте ту группу автобусов. Сделайте ракурс сбоку, если сможете ”.


“Это ненормально”, - сказал О'Киф, наклоняясь вперед, затем взглянул на другой сюжет. “И они уже в воздухе”.


“Нет, это не так”, - согласился Пирсон. “И да, это так. Увеличьте окна”.


“Дерьмо”.


* * *


“Килдар, Вэннер”.


“Вперед”, - сказал Майк, оглядывая вертолет. Келдара были настолько подготовлены к миссии, насколько это было возможно, но он все равно был недоволен. Пока он наблюдал, один из них сунул руку под блузу и вытащил серебряный “крест”; на самом деле это был молоток, замаскированный под христианский крест. Келдара поцеловал реликвию и спрятал ее обратно под блузу. За то, что мы сейчас получим…


“У нас только что возникли две основные проблемы”, - спокойно сказал Ваннер. “Девушки все еще в клубе, и кто-то пытается вызволить Наталью. Катя считает, что это может быть тот человек, который выдавал себя за Грэнтема.”


“Черт”, - сказал Майк. “У тебя есть изображение лица?”


“Да”, - сказал Вэннер. “Я загрузил это полковнику Пирсону. Однако у них есть беспилотник Predator, и он только что сообщил мне, что в город направляется колонна вооруженных людей. Расчетное время прибытия составляет около сорока пяти минут.”


“Они нападут на нас в середине операции”, - сказал Майк, лихорадочно соображая. “Где?”


“Они приближаются по шоссе номер один”, - ответил Вэннер.


“Итак, мы проиграли?” Спросил Адамс.


“Есть еще какие-нибудь показатели?” Спросил Майк.


“В клубе ничего нет”, - сказал Вэннер. “В городе ничего”.


“Я не думаю, что это совпадение”, - ответил Майк. “Но мы все еще сосредоточены на миссии. Я буду работать над этим. Хорошая работа. Скажи Кате, чтобы она оставалась с Натальей, если это вообще возможно. Пришло время ей воспользоваться своими игрушками. ”


“Вас понял”, - сказал Вэннер. “Я собираюсь направить часть своей команды безопасности следовать за вами”.


“Согласен”, - сказал Майк. “Продолжайте миссию. Адамс?”


“Идите”.


“Соедините меня с командой Падрека”.


* * *


“Все, что я хочу, это эту маленькую сучку”, - прорычал мужчина охраннику. “Я, блядь, куплю ее у тебя!”


“Она куплена и за нее заплачено, приятель”, - огрызнулся Том. “Убирайся нахуй!”


“Джентльмены, джентльмены”, - сказал Борис, подходя к ним. “Не нужно спорить о шлюхах; шлюх и так предостаточно”.


“Тогда пусть у него будут другие”, - сказал мужчина, снова залезая в карман. “Вот, ” сказал он, вытаскивая толстую пачку банкнот в сто евро. “Пять тысяч евро. Теперь я ухожу с ней?”


“Теперь ты уходишь с ней”, - сказал Борис, кивая и перебирая деньги. “И ты делаешь, что хочешь, до тех пор, пока она вернется живой”.


“Прекрасно”, - отрезал мужчина, увлекая ее за собой к двери.


“Эй!” Крикнул Том. “Я заплатил за нее!”


“Я возвращаю тебе деньги”, - ухмыльнулся Борис.


“Я тоже пойду с вами”, - сказала Катя, вставая перед мужчиной. “Я провожу с вами время, а вы даете мне деньги!”


Он сделал паузу и оглядел ее с ног до головы, затем улыбнулся.


“Ты тоже хочешь пойти со мной?” - спросил мужчина. “Хорошо, ты хочешь поиграть с большими мальчиками, ты тоже можешь пойти”.


“Сучки”, - крикнул Том. “Одни гребаные сучки! Все, что вас волнует, - это деньги!”


“Да?” Сказала Катя, смеясь ему в лицо. “И что? А мне никогда не было четырнадцати!”


Том зарычал на нее и начал отдергивать руку, но затем выбежал из клуба.


“Теперь я пойду с тобой”, - сказала Катя, кладя руку на плечо мужчины. “И я покажу тебе, на что я способна”.


* * *


“Где она?” Спросил Михаил, когда "Лада" с визгом затормозила перед клубом.


“Ушли”, - отрезал Вэннер. “Похоже, на запад, к первому шоссе, ведущему к холмам. Пока что мы засекли ее на двух видео, но всего через минуту она будет вне зоны нашего приема. ”


“Я займусь этим”, - сказал Михаил. “Присматривай за Таней для меня”.


* * *


“Таня”, - сказал Вэннер, когда девушка открыла дверь. “Нам нужно большое одолжение. Очень важное и опасное одолжение”.


* * *


“Падрек”, - сказал Майк по радио. “Смена миссии. Похоже, что силы реагирования направляются к городу. Отведите половину своей команды, которая должна была обеспечить безопасность Передового пункта сбора воздушных сил, вниз по шоссе номер один примерно в двух километрах и заблокируйте дорогу. Как только дорога будет перекрыта, я пришлю кого-нибудь за вами. Старайтесь не вступать в помолвку.”


“Понял, Килдар”, - сказал руководитель группы.


“Ваша стартовая доля перейдет к команде Олега”, - сказал Майк. “Удачи. Постарайтесь, чтобы вам не подстрелили задницы”.


* * *


“Где Борис?” Спросил Бежмель у охранника внутри клуба, когда тот торопливо проходил через двери.


“Сзади”, - равнодушно сказал охранник. “Мы закрываемся”.


“Будем надеяться, что не навсегда”, - сказал специалист по безопасности, торопливо пересекая почти опустевший клуб. “Борис!”


“А, Ярок Иванович!” - сказал албанец, грустно улыбаясь. “Чего вы хотите?”


“Вы знаете эту девушку?” Спросил Бежмель, доставая фотографию Натальи.


“Наталья”, - сказал сутенер, кивая. “Что такого важного в одной маленькой сумасшедшей шлюшке? Сначала двое американцев дерутся из-за нее, потом она нужна тебе. Она ушла ”.


“Ушли!” Крикнул Бежмель. “Ушли куда?”


“С американцем”, - сказал Борис, нахмурившись. “Ты кричишь на меня в моем собственном клубе?”


“Черт”, - выругался Бежмель. “Смотрите, приближается атака, но я должен найти эту девушку. У меня есть группа солдат, которые придут, чтобы остановить это, мои люди, бывшие спецназовцы. Они позаботятся об этом, но вы должны немедленно поднять свою охрану! И мне нужно знать, куда ушла девушка, сейчас же! Вы сказали, что она ушла с американцем ... ” Сказал Бежмель, вытаскивая другую бумагу. “Он был одним из них?”


“Тот, с кем она ушла”, - сказал Борис, кивая и пытаясь догнать. “Какое нападение?”


“Группа, которая напала на Club Dracul и Rozaje”, - сказал Бежмель, убирая фотографии. “Куда они пошли? Мужчина с девушкой”.


“Я могу поспрашивать вокруг”, - сказал Борис. “Они были в серебристом "Мерседесе". Но… что за нападение?”


“Мои люди будут здесь примерно через тридцать минут”, - сказал Бежмель. “Мне нужно найти остальных. К востоку или западу от города?”


“Спросите охранников у дверей”, - сказал Борис, пожимая плечами. “Я пойду разбужу своих охранников. Я позвоню по телефону и узнаю, видел ли их кто-нибудь”.


“Хорошо, я ухожу отсюда”, - сказал Бежмель. “Мой заместитель по командованию - Евгений. Он приведет сюда солдат. Атака может начаться сегодня вечером, а может и нет. Нам нужно застать их врасплох.”


“Мы убьем”, - сказал Борис, ухмыляясь. “Мы убьем их всех ради Дракулы и Розайе”.


“Мне нужно идти”.


* * *


“Я получаю кое-что от нее”, - сказал Михаил. “Это ретрансляция?”


“Понял”, - сказал Вэннер. “Я пытаюсь увеличить выигрыш ...”


Глава сорок первая


“Куда мы идем?” Спросила Катя, кладя руку на промежность мужчины и потирая ее.


"Мерседес" был очень удобным, с кожаными сиденьями, как в экспедиции Килдара, но шире и мягче. Когда-нибудь у нее будет такая же машина, как эта. Включая перегородку, чтобы водитель не мог подслушать.


“Я знаю местечко в горах”, - ответил мужчина. “Тихое местечко, где мы сможем немного повеселиться. Ну, где я могу немного повеселиться, - добавил он, хватая ее за запястье и отталкивая руку. Он заломил ей руку за спину и наклонился к уху. “Есть особый вид веселья, который мне нравится”.


“Ты хочешь сделать это, мне нужно много денег”, - сказала Катя, внутренне ругаясь, когда он заломил ей руки за спину и надел на них наручники. “Пожалуйста, не причиняй вреда. Я даю тебе хорошее время! Не нужно причинять боль. ”


“Мы поговорим об этом, когда я закончу”, - сказал мужчина, залезая ей под платье и сильно покручивая сосок. “Ну, прямо перед тем, как я убью тебя”.


“О, пожалуйста, не делай этого”, - сказала Катя, всхлипывая.


“Но это то, что мне нравится”, - прошептал мужчина ей на ухо. “Мне нравится причинять боль маленьким девочкам вроде тебя. Мне нравится убивать их. Я собираюсь сделать с тобой так же, как с той маленькой сучкой в Розае. Я собираюсь причинить тебе боль, и еще большую. Тогда я собираюсь взять тебя за задницу и задушить, продолжая накачивать твою задницу, пока не кончу, сука.”


“Зачем ты это делаешь?” Захныкала Катя. “Зачем тебе Наталья?” Пока мужчина говорил, она заламывала руки, как будто хотела убежать. Клапан на каждом суставе у основания пальца пришлось нажать четыре раза, чтобы открыть мешочек с ядом. Это был трудоемкий процесс. К счастью, этот осел захотел поговорить.


“Это было так просто”, - сказал мужчина, смеясь. “Просто купи устройство для изменения голоса, надень маску, и я был Грэнтемом. Ублюдок. Он заблокировал мою кандидатуру при прошлой администрации. Я должен был стать заместителем министра по международному развитию, но он поднял эту тему из Нигерии, как будто маленькие сучки что-то значат! Что ж, я его хорошенько наказал. И теперь он поет другую мелодию! ” Он посмотрел на нее и покачал головой. “Что такая маленькая шлюха, как ты, вообще в чем-либо понимает. Ты годишься только для одного”.


“Тебе не нужно убивать нас”, - захныкала Катя.


“Попытайтесь выяснить, какое отношение к этому имеет Траскел”, - внезапно сказал Ваннер. “И за вами следит команда безопасности. Просто держитесь там”.


“Пожалуйста, не убивай меня”, - продолжила Катя, стараясь не зарычать на далекий голос. “Кто такой Грэнтэм? Я не знаю Грэнтэма. Я ничего не знаю! Пожалуйста, не убивайте!”


“Грэнтэм - сенатор”, - сказал мужчина, притягивая ее к себе так, что ее голова оказалась у него на коленях, в то время как он продолжал играть с ее телом. Он одернул ее платье и достал мундштук для сигар, прикурил, а затем поднес зажигалку к ее груди. “И ты все равно ничего в этом не поймешь”.


При этих словах Катя издала самый настоящий вопль и попыталась вырваться.


“Пожалуйста!” - умоляла она. “Пожалуйста, не делай мне больно. Я буду очень добра к тебе. Я хорошо отсасываю. Я действительно хорошо отсасываю. Я хорошо отделываю тебя!”


“Это верно”, - сказал мужчина, стаскивая ее с сиденья на колени на полу. “Ты хорошенько отсосешь у меня, и я, возможно, оставлю тебя в живых. Но если ты укусишь ...”


“Я не кусаюсь”, - пообещала Катя. “Я не царапаюсь”, - добавила она, солгав. “Я буду добра к тебе, ты оставишь меня в живых. Убей ее, если хочешь, мне все равно. Но оставьте меня в живых ”.


“Я уже совершил эту ошибку”, - сказал мужчина, глядя на почти оцепеневшую Наталью, которая съежилась в углу. “Убей одну суку и позволь другой попотеть в ожидании смерти. Но потом мой проклятый начальник, сука, у которой была моя работа, отправил меня в гребаную Руанду! И когда я вернулся, этой маленькой сучки уже не было. Но теперь она здесь, и она может наблюдать, пока ты обслуживаешь меня, а потом ... ”


“Мммф”, - ответила Катя, когда мужчина запустил пальцы в ее длинные золотистые волосы и насадил ее на свой член.


“Правильно, я оставлю тебя в живых, если ты хорошенько отсосешь мне”, - сказал мужчина, когда она начала умело делать ему минет. “Это хорошая шлюха, ты хорошо отсасываешь. Гребаный Грэнтэм! Думает, что он такой высокомерный… Но мне нужен был Траскел, ублюдок. Он уговорил Грэнтэма отправиться в это проклятое путешествие. Я заставил еще одну из вас, шлюх, подсыпать ему в выпивку Руфи. Он не помнит, что делал той ночью, а это было не так уж много. Затем тупые ублюдки дали мне этот чертов DVD, и это было все, что мне было нужно. Этот гребаный Грэнтэм теперь танцует под нашу дудку. Это игра с большими мальчиками! Между Грэнтемом и Траскелом у нас налажены международные отношения и судебная система ”.


Он внезапно дернул ее голову назад и потянулся вниз, чтобы поднять обе ее руки с кандалами так сильно, что ей пришлось снова закричать.


“Но хочешь знать лучшую часть?” - сказал он, наклоняясь вперед и шепча ей на ухо. “Лучшая часть в том, что с этими двумя позади меня я могу делать это в любое время, когда захочу. Я могу купить вам маленьких шлюшек, причинить вам боль, изнасиловать вас и убить, и никто меня не остановит ”.


“Пожалуйста, не убивай”, - взмолилась Катя, когда машина остановилась.


“Зависит от того, насколько ты хороша”, - сказал мужчина, вытаскивая ее из машины и уводя в лес. “Встань на колени и отсоси мне так хорошо, что я забуду о том, что тебе больно”.


“Дай мне одну руку?” Катя умоляла. “Мне не больно, но я могу сосать намного лучше руками и ртом. Пожалуйста? Я беру тебя до конца. Я глотаю твою сперму. Не убивай меня! Пожалуйста!”


“Гюнтер”, - рявкнул мужчина, отступая назад. “Позови сюда ту другую сучку, чтобы она могла это увидеть. Я хочу, чтобы она смотрела каждую секунду ”.


Водитель вытащил Наталью из машины за волосы в лес, подтянув ее так, что она оказалась спиной к одному из деревьев, а затем обмотал веревку вокруг дерева и ее шеи, привязав ее на месте. Дерево было слишком толстым, чтобы она могла дотянуться до него сзади и развязать.


“Возьми меня в рот, сучка”, - гортанно сказал мужчина, спуская штаны и засовывая свой член в рот Натальи. “Соси это!”


“Мммф!” Ответила Катя, пытаясь помахать руками.


“Вы хотите, чтобы одна рука была свободна?” спросил американец. “Почему?”


“Я не кусаюсь”, - заскулила Катя, отстраняясь. “Я не царапаюсь. Могу лучше работать ртом и рукой, могу сосать и качать обеими. Очень хороша”.


“Да, это так”, - сказал мужчина, внимательно рассматривая ее. Он внезапно сильно ударил ее по лицу, затем, когда она была в полуобморочном состоянии на земле, быстро разомкнул ее правую руку, а затем грубо дернул наручник вниз, так что ее левая рука оказалась прикованной к левой ноге. “И вот так ты никуда не пойдешь”, - добавил он, рывком ставя ее на колени за волосы.


“Пожалуйста, не убивай меня”, - захныкала Катя, медленно поднимая правую руку к его члену. “Я буду хорошей. Я не буду разговаривать. Только не убивай меня”.


“Делай мне добро, и я подумаю о том, чтобы оставить тебя в живых”, - сказал мужчина, смеясь и спуская штаны, чтобы они оказались у него на лодыжках.


“Я сделаю тебе добро”, - спокойно сказала Катя, а затем провела ногтями по внутренней стороне его бедра.


Мужчина вскрикнул от боли, автоматически ударил ее кулаком в лицо, а затем зажал рану рукой. Однако быстродействующий нейротоксин вызвал спазм мышц его ноги, и он упал на бок, дергая ногой.


“Что ты со мной сделала, сука?” - заорал мужчина, начиная барахтаться в листьях на лесной подстилке.


Катя не слушала. Она откатилась от ожидаемого удара и теперь изо всех сил пыталась добраться до водителя.


Гюнтер был полностью занят глубоким трахом Натальи, когда услышал крик, и когда он попытался отстраниться, Наталья наклонилась и схватила его за штаны, поставив ему подножку.


Водитель откатился в сторону, на мгновение врезавшись в Катю, а затем заехал ей локтем в живот.


Катя согнулась от удара, но когда водитель начал подниматься на колени, она перекатилась к нему и уперлась правой рукой в его задницу, затем упала поперек него, надавливая на ладонь и закачивая нейротоксин в мышцы его задницы.


Хлопкохвостка наконец поднялась на колени и посмотрела на Наталью.


“Все кончено”, - сказала она. “Теперь, чтобы выбраться из этого ...”


“Позади тебя”, - выдохнула Наталья. “Плохой человек”.


Яд либо действовал не так быстро, как ей обещали, либо она получила недостаточно в “плохом человеке”. Американец вытащил пистолет из наплечной кобуры и размахивал им перед ней.


“Я собираюсь убить...” - пробормотал он, с трудом отводя курок. Пистолет раскачивался, как ветка на сильном ветру.


Катя отвернулась как раз в тот момент, когда раздался выстрел, а затем вздрогнула.


“Я думаю, он промахнулся”, - сказала она, глядя на Наталью, которая наблюдала за происходящим широко раскрытыми глазами.


“Вряд ли, девушка”, - произнес голос британца у нее за спиной. “Я редко это делаю”.


Катя повернула голову в другую сторону, и ее глаза расширились так же, как у Натальи.


“Том?” - спросила она мужчину, опускающего "Вальтер ППК". “Том?”


“На самом деле меня зовут Чарльз”, - протянул мужчина чисто оксфордским тоном, убирая пистолет и вытаскивая связку ключей от наручников. “Чарльз Кэлтроп, МИ-6. Рад познакомиться с тобой, Хлопкохвост. Это Хлопкохвост, не так ли?”


Глава сорок вторая


“Вэннер, каков статус праймериз?” Спросил Майк, когда вертолет сделал вираж над холмом; высокооплачиваемые российские пилоты отрабатывали свое жалованье.


“Временно вроде как в безопасности”, - сказал Вэннер.


“И что, черт возьми, это конкретно значит?” Огрызнулся Майк.


“Вы хотите услышать всю историю, сэр?” Спросил Вэннер. “Это длинная история. Она вне подозрений. В настоящее время ей ничто не угрожает. Они с Катей размещены рядом. В данный момент я пытаюсь забрать их. Было очень сложно, но, я думаю, ситуация стабилизировалась. Хочешь еще? ”


“Отрицательно”, - сказал Майк.


“Плохая новость заключается в том, что клуб перевернули вверх дном, как муравейник”, - продолжил Ваннер. “Количество внешних охранников увеличилось на триста процентов, и, похоже, в настоящее время они в полном составе. Вы хотите прервать операцию?”


“Отрицательно”, - сказал Майк через мгновение. “Мы продолжим миссию. Силы поддержки?”


“Все еще в движении, все еще вне игры”, - сказал Ваннер. “Босс, у вас нет, повторяю, нет элемента неожиданности в клубе. Мне удалось преподнести несколько новых сюрпризов, но вы попадаете впросак.”


“Понял”, - сказал Майк, глядя через грузовой отсек на Креату. Она была самой молодой из специалистов по разведке, миниатюрной девушкой с птичьими костями и узким лицом, обрамленным темно-каштановыми волосами. Она была такой маленькой и хрупкой, что все в Келдаре называли ее “Мышка”. Она также была удивительно искусна в обращении с механическими устройствами и показала себя самой быстрой и сведущей во вскрытии сейфов. Она сидела очень спокойно, держа на коленях сумку с инструментами, которые, казалось, составляли по меньшей мере две трети веса ее тела, с закрытыми глазами и, казалось, либо молилась, либо перелезала через ступеньки, чтобы взломать сейф. Назовите это мантрой. “Мы все равно справимся с этим. Здесь”.


Майк наклонился и переключил свое радио на “all force”.


“Слушайте сюда, солдаты”, - сказал Майк. “Начальная подготовка идет полным ходом. Они знают, что мы приближаемся. С востока приближаются тяжелые силы. Вся охрана начеку. Мы все равно войдем. Команда FAAP собирается задержать тяжелые силы. Основная группа восстановления теперь добавлена к парадному входу. Вход и миссия, как и планировалось. Но будет жарко. Делайте свое дело, и мы уберемся к черту из доджа. Это все, Килдар уходит ”.


“Вы уверены в этом, босс?” Спросил Адамс.


“Я уверен”, - сказал Майк. “Мы собираемся раздобыть эти DVD и по пути трахнем их всех”.


* * *


Птичья стая сделала вираж над последним холмом, а затем разделилась, половина эшелона направилась вниз по главному бульвару, а другая половина - на меньшую заднюю улицу.


Когда они разделились, четыре вертолета Allouette увеличили скорость и оторвались от строя. Двое затормозили в воздухе в пятистах метрах от клуба и развернулись боком так, чтобы их десантные двери были направлены в сторону клуба.


Как только на них указали, два пулеметчика в каждой из дверей открыли огонь.


MG-240 был способен производить более 1200 выстрелов в минуту при непрерывном огне, но пулеметчики, хотя и были недавно обучены, были достаточно опытны и позволяли им вести точные трех- и пятизарядные очереди. Комбинированный огонь опрокинул охранников у входной двери клуба ничком, усеяв тротуар телами. В этот поздний час единственными людьми на улице были несколько оставшихся охранников клуба, так что никаких осложнений со стороны дам вечера не возникло.


Ведущий "Аллуэт" на мгновение замер в воздухе, затем, когда количество охранников у дверей уменьшилось, скользнул вперед в смертельно точном маневре и остановился напротив клуба.


Разведка установила, что большинство охранников были размещены в казармах на третьем этаже. В каждом из укрытий находились два стрелка из РПГ, два помощника стрелка и снайпер. Пока "Аллуэт" медленно катился по теперь уже почти пустой улице, автоматчики из РПГ начали выпускать снаряд за снарядом в зарешеченные окна третьего этажа, засыпая верхние этажи смертоносной шрапнелью. Ответный удар был направлен через другую дверь разобранного вертолета. В нескольких окнах второго и третьего этажей ненадолго появились фигуры. Те, кто в настоящее время не был мишенью стрелков из РПГ, были атакованы снайпером из Келдары, чьи точные выстрелы устранили большинство угроз.


Когда вертолет, работавший над фасадом здания, почти закончил свой полет, у одного охранника хватило ума поспешить на верхний этаж и открыть огонь по вертолету из своего АК-47. Большинство пуль калибра 7,62х39 пролетели мимо цели, но две попали в корпус турбины французского вертолета.


Российский пилот увидел, как примерно половина его огней погасла менее чем за секунду.


“Ты свой мат!” - крикнул он, заглушая двигатель и камнем сбрасывая зависший вертолет. “Мы заходим!”


* * *


“Где Таня?” Спросил Вэннер.


“Второй этаж”, - спокойно ответила Лидия. “Комната семь. Это внутреннее помещение”.


“Скажите команде Соуна, когда они очистят второй этаж, чтобы нашли ее и извлекли”, - ответил Патрик.


“К нам на улицу Ордур прибывает ответная реакция”, - сказал Грезня.


“Понял”, - сказал Вэннер, переключая экраны. “Взорвать зоны обнаружения девять и девятнадцать...”


* * *


Евгений Кульчьянов ухватился за веревку и соскользнул вниз, сильно ударившись, а затем прыгнул к задней двери клуба.


“Приготовь это”, - сказал он, даже не оглянувшись через плечо, чтобы убедиться, что Бран стоит у него за спиной.


“Понял”, - сказал специалист по демо-версии Keldara, ударяя зарядом по тяжелой двери. “Чисто”, - крикнул он, сползая по стене в сторону, а затем активируя килограмм Семтека.


Оставшаяся часть команды входа в Келдару задержалась вне зоны взрыва, пригнувшись, чтобы принять удар на свою броню. Как только он сработал, Евгений бросил осколок в дверь, подождал, пока он сдетонирует, а затем нырнул в дым.


“Чисто справа!”


* * *


Падрек пробрался сквозь пыль от разрушенной главной двери и занял позицию справа от двери, обходя практически заброшенную территорию главного клуба. То есть покинутый клиентами. С дальней стороны бара доносилась сильная стрельба.


Падрек Ферани ростом 5футов 9 дюймов был ниже среднего келдара и к тому же темнее, с каштановыми волосами и глазами с небольшой эпикантической складкой, вероятно, результатом того, что монгольский воин проходил через эту местность. Но его тело было достаточно мускулистым за годы работы на ферме и тренировок, которые келдара проходили для испытаний в Онде. Эти мышцы были дополнительно отточены тренировочным режимом западных инструкторов, как и без того быстрый ум.


Выбор команд ополчения, в конце концов, свелся к чему-то вроде выбора команд для игры в мяч в школе. В какой-то степени инструкторы позаботились о том, чтобы определенные навыки передавались всем, но окончательное решение о том, кто был в “их” команде, оставалось за лидерами команд. И они, как правило, выбирали единомышленников.


Олег был прирожденным воином, настоящим потомком викингов, который склонен был считать, что миру лучше всего может служить превосходящая огневая мощь. Когда он видел препятствие, его выбором было разрушить его. Вил был более утонченным, предпочитая обман и быстрые движения, рапиру палашу.


Падрек был одним из лучших келдара в механике, одним из тех ребят, которые всю свою жизнь поддерживали в рабочем состоянии те немногие технологии, которыми владели келдара. У него был склад ума инженера, поэтому, когда он видел проблему, он пытался решить ее, мыслить “нестандартно”. Наблюдая за разрушениями, он автоматически просчитывал действия как вблизи, так и вдали с точки зрения боевого времени. И уж точно он не планировал лобовую атаку.


Олег попытался бы подавить его огневой мощью. Вил попытался бы прибегнуть к хитрости.


Падрек, как правило, предпочитал технологию.


Один из келдаров лежал в дверном проеме, и кровавый след указывал на другого, которого утащили с линии огня. Остальные сидели на корточках за баррикадой из столов, обмениваясь выстрелами с албанцами в дальнем конце зала. Еще больше их вливалось в дверной проем, который находился просто вне линии огня Келдары.


“Тч, тч”, - сказал Падрек, качая головой. Основным инструктором команды Падрека был Маккензи, шотландец, бывший сержант SAS, и кое-что из его манер передалось по наследству. “Это просто не годится, что? Краса?”


“Иди, Падрек”, - ответила специалист по разведке. Она сидела на корточках снаружи здания, ожидая, пока очистят клубный уровень.


“У вас есть коды детонации, которые прислал Вэннер, да?” Спросил Падрек, сверяясь с листком бумаги. “Не могли бы вы дать мне координаты номеров шесть и ... восемь?”


* * *


Креата подождала, пока восемь членов команды бокового входа соскользнут на землю, затем шагнула к двери. Она оглянулась через плечо и не удивилась, увидев, что килдар подает ей сигнал поднятым большим пальцем. Она ухмыльнулась ему, схватила веревку и скользнула в переулок.


Как и планировалось, она отошла на дальнюю сторону от двери и прижалась к земле, пока Иван и Михаил сжимали ее с обеих сторон, прикрывая от случайного огня и случайных осколков.


“Тебе не нужно так сильно наклоняться”, - пробормотала она, едва способная дышать под тяжестью этих двоих. О, ну, наверное, это было что-то вроде секса. Может быть, когда-нибудь она узнает.


Раздался взрыв, а затем серия выстрелов, затем Иван встал и рывком поставил ее на ноги.


“Оставайся между нами, Мышонок”, - прорычал он, изо всех сил устремляясь к двери.


“Танго вниз направо”. “Вниз налево. Слева чисто”. “В коридоре чисто”. Еще один взрыв. “Дверь открыта. Спускаемся”. “Проверить огонь в коридоре. Основная команда входа на месте ”. “Подвал...”


Креата вовремя не остановилась и отскочила от брони Ивана, прежде чем Иван повалил ее на землю.


“Что происходит?” спросила она. Ее проинструктировали не включать радио, если только ей не будет абсолютно необходимо им воспользоваться.


“В подвале слишком много охранников”, - пробормотал Михаил. “Второстепенная команда входит”. Как он сказал ей, на верхнем уровне раздался мощный взрыв.


“Что это было?” Крикнул Креата.


“Падрек развлекается”, - ответил Михаил, ухмыляясь.


* * *


“Вперед и на них!” Крикнул Падрек, возвышаясь над баррикадой и стреляя из MG-240 от бедра.


Взрыв двух самодельных взрывных устройств, которые проститутка спрятала на лестнице, отбросил охранников из дверного проема, как куски мяса. Это также серьезно подорвало моральный дух охранников, которые успешно блокировали группу по проникновению в Келдару. Они прекратили стрелять и повернулись, чтобы посмотреть, что произошло, дав Падреку минутную передышку, в которой он так нуждался. Теперь албанцы были подавлены как его огнем, так и огнем двух канониров SAW в команде, наполнивших пространство вокруг штанги свинцом.


“Гранаты”, - крикнул он, продолжая стрелять очередями по три-пять патронов, двигаясь взад-вперед вдоль барной стойки, поднимая вверх несколько оставшихся нетронутыми бутылок со взрывом стекла и ликера. “Сейчас же!”


Когда гранаты достигли апогея, он прекратил стрелять и пригнулся; фрагс понятия не имел, кто друг, а кто враг. Раздалась серия “тресков” и криков, затем он снова встал на ноги.


“Следуйте за мной!”


* * *


Грегорий перепрыгнул через одетое в черное тело келдара у основания лестницы и укрылся в дальнем конце коридора, пока по длинной галерее трещали пули.


“Четыре, может быть, больше, на южной оконечности”, - сказал он. “ Двадцать метров вниз.


“Я прикрою”, - сказал Евгений, выглядывая из-за угла лестницы и поливая огнем из своего автоматического оружия всю длину коридора.


Грегорий пригнулся и на цыпочках подполз к следующему дверному проему, протянул руку и попробовал открыть дверь. Заперто.


“Черт”, - пробормотал он.


“Перезаряжаю!” Евгений позвонил, когда пожар утих.


Грегорий развернул свой SPR и начал посылать по коридору очереди из трех патронов, пытаясь подавить защитников в дальнем конце. За углом торчал автомат АК, и он нажал на спусковой крючок, наполнив коридор пулями, одна из которых попала ему в броню.


“Мне нужно прикрытие получше, чем это!” - пропел Грегорий.


Внезапно в коридоре послышалась стрельба не только из ПИЛЫ, и АК быстро отдернули назад.


“Спасибо”, - пробормотал он, приставив ствол SPR к замку и разнеся его парой очередей. Он толкнул дверь стволом, а затем выглянул из-за угла. Комната казалась пустой, поэтому он проскользнул в дверь, оглядываясь в поисках угроз.


Ну, не совсем понятно. В углу была девушка, прикованная цепью к стене. Она выглядела так, как будто ее недавно довольно сильно избили. А порез на ее ноге, вероятно, был от вышибалы.


“Просто стой там и молчи”, - сказал он по-русски, жестом указывая ей сесть. Он снова высунулся наружу, осторожно, учитывая количество разбрасываемого вокруг свинца, и проверил дверной проем в конце. Достаточно близко. Он вытащил осколочную гранату, выдернул чеку и со всей силы швырнул ее в коридор.


К сожалению, он не прицелился, и граната отскочила от края дверного проема. Он задавался вопросом, почему инструкторы так настаивали на точности, и, нырнув обратно в комнату, решил, что теперь знает.


“Ублюдок!” Рявкнул Евгений, выскакивая за дверь. “Ты мог бы позвать гранату!”


“Я думал, ты прячешься на лестнице”, - ответил Грегорий, ухмыляясь.


“Просто заткнись и дай мне осколочный”, - сказал Евгений. “Граната!”


* * *


“Гранаты здесь, здесь и здесь”, - сказал Антон, указывая на карту, когда вертолет Hip оторвался от дороги и исчез в темноте. “Протяните поперек дороги растяжки. Мы повалим деревья отсюда до сюда. Затем заложим глинобитные плиты, когда будем отступать. ”


“У нас нет никаких топоров”, - заметил Джина.


“Кому нужны топоры”, - усмехнулся Антон, вытаскивая из рюкзака моток детоксикационного шнура. “У нас есть демо!”


* * *


“Уберите их оттуда”, - сказал Майк, коснувшись двух запасных Келдара и указывая на сбитого Аллаута, когда тот сошел с бедра. “Статус очистки?”


“Первый этаж свободен”, - сказал Адамс. “Двое келдара ранены, один мертв. Зачищаем верхние этажи. Группа захвата открыла подвал, в данный момент зачищает. Некоторое сопротивление, но они справляются. Новые жертвы.”


“Олег?” Спросил Майк, проходя через курительный вход в клуб.


“Реакция со всех четырех сторон”, - ответил руководитель группы безопасности. “Нескоординированно. Сохраняем позицию. Мы получаем хорошие данные от Вэннера”.


“Распиленный”?


“Третий этаж ...” На заднем плане послышалась стрельба, затем раздался взрыв, и командир группы Келдара что-то проворчал. “Второй и третий этажи чисты. Мы взяли первичного за Вэннера. Закрепляем и вытаскиваем. СВУ заложены для прикрытия. ”


“Когда будешь отступать, свяжись с командой подвала и узнай, не нужна ли им какая-нибудь помощь”, - сказал Майк. “Если нет, иди подкрепи Олега”.


* * *


“Олег! По улице Дутрис идут еще люди! Нам нужна помощь!”


“Сколько их?” Спросил Олег, махнув рукой команде, которая была с ним, и поспешив к точке защиты на Дутро.


“По меньшей мере двадцать”, - ответил Дмитрий. “И сейчас они прикрывают друг друга огнем. Мимо нас тоже пыталась проехать машина”.


Олег завернул за угол и присел на корточки за лестницей, выглядывая сверху, затем посмотрел через улицу на команду защиты.


“Теперь они у нас под перекрестным огнем”, - сказал Олег, заметив фигуры, движущиеся по дальней стороне улицы. “Юрис, посмотри, сможешь ли ты забраться на один из верхних этажей и обеспечить нам прикрытие огнем. Джитка, приготовь свою ПИЛУ и развлекайся ...”


* * *


“Устроили достаточно беспорядка?” Спросила Креата, переступая через тело на пороге комнаты и оглядываясь по сторонам. Компьютеры офиса в подвале были разнесены в клочья не одной гранатой, но сейф на дальней стене был непроницаем для осколков.


“Более или менее”, - ухмыльнулся Евгений. “Маленькое мышиное гнездышко, да?”


“Генрих, Степас”, - сказал Грегорий. “Начинайте вытаскивать ИА. Маус, у нас мало времени”.


“Поняла”, - сказала девушка, спеша к сейфу. “Я вернусь по крайней мере через десять минут”, - добавила она, начиная доставать инструменты из сумки.


“Понял”, - сказал Грегорий. “Безопасная комната защищена. Работаем над сейфом ...”


Глава сорок третья


“Креата в безопасности”, - сказал Адамс, снимая балаклаву и оглядывая клуб. “Десять минут. Предлагаю выпить. Если Падрек оставил нам хоть какие-нибудь целые бутылки.”


“Кто она?” Спросил Майк, указывая подбородком на проститутку, которую держал один из келдара.


“Таня”, - ответил Соун. “Она - источник информации, который Вэннер попросил нас найти”.


“Vanner?” Спросил Майк по радио. “Мы сейчас подвозим проституток?”


“Ты говоришь о Тане, Килдар?” Ответил Вэннер. “Она хороший человек, и мы у нее в долгу; она заложила серию самодельных взрывных устройств, которые действительно спасли задницу Падрека. Кроме того, она действительно нравится Михаилу.”


“Ладно, ладно, типа того, что когда-нибудь”, - сказал Майк. “Итак, мы подвозим проституток. Как обстоят дела с Олегом?”


“Довольно плохо”, - признал Вэннер. “Ему предстоит борьба на всех фронтах”.


“Савн, это безопасное место?” спросил Майк.


“Да, сэр”, - ответил руководитель группы.


“Соберите всех, кто поддержит Олега”, - сказал Майк. “Оставьте здесь минимум сил безопасности”.


“Да, Килдар”, - сказал Соун, отходя и разговаривая по рации.


“Creata?” Тихо спросил Майк.


“Да, Килдар?” Креата ответил через мгновение.


“Как долго?”


“Я только начинаю свою тренировку, Килдар”, - сказал Креата. “Минимум восемь-девять минут”.


“Спасибо, Мышонок”, - ответил Майк, затем оглядел комнату. “Остаться здесь или пойти помочь Олегу?” он задал риторический вопрос.


“Ты остаешься здесь”, - сказал Адамс, ставя свою пустую рюмку. “Я пойду помогу Олегу О Килдару!”


“Работает. Вэннер, статус основного?”


* * *


“Килдар”, - сказал Вэннер. “Обновите ситуацию с Катей. Все еще неизвестный мужчина вытащил их из клуба из-за протестов папика. Вывез их за город с явным намерением убить. Наталья узнала в нем ‘плохого человека’, предположительно двойника Грэнтема из Розаже. Человек, злорадствуя, объяснил Кате большую часть инцидента.”


“А Катя… жива?” спросил Майк.


“Кате удалось поцарапать его и его водителя”, - продолжил Ваннер. “В любом случае, неизвестный мужчина собирался убить ее. ‘Папик’ предотвратил это. Оказывается, он из МИ-6.”


“Разве тебе не нравится, когда план складывается?” Сказал Майк. “Он узнал преступника?”


“Отрицательно”, - сказал Вэннер. “Я загрузил хороший снимок лица Пирсона; они пытаются провести совпадение. Он, по-видимому, из Госдепартамента США”.


“Есть что-нибудь странное в этом парне?” Спросил Майк, его мозг о чем-то задумался.


“Акцент”, - тут же сказал Вэннер. “Чистый Кембриджский, бостонский. Хах'ва'д, понимаешь? ‘Па'к ках”?"


“Подожди”, - сказал Майк. “Проверь парня, который первым связался со мной по поводу сенатора. Он был брахманом Госдепартамента ...”


“Просматриваю журнал ...” - сказал Вэннер. “Уилсон Харгрив Торнтон. И теперь Google наш друг ...”


“И что?” спросил Майк.


“Бинго”, - ответил Ваннер. “Теперь у нас есть один мертвый сотрудник из отдела Молдавии в лесах Албании. За исключением того, что на самом деле он работает в Бюро международного развития”.


“Связь с Траскелом?” С любопытством спросил Майк.


“Он все объяснил”, - ответил Ваннер. “Ну, большинство. Достаточно. Я уверен, мы выясним связь, кроме того, что они вращаются в более или менее одинаковых кругах”.


“Понял”, - сказал Майк. “С нетерпением жду повтора”.


“Возможно, это все, что у нас есть”, - сказал Ваннер. “Я послал Михаила за ними в качестве охраны, но он опоздал. Однако, согласно данным Predator, за ним следует "Лендровер". Значит, кто-то еще, похоже, охотится либо за Уилсоном, Как его там, либо за Натальей.”


“И они уже готовы”, - сказал Майк, выругавшись себе под нос. “Мы отправим команду по восстановлению, как только выйдем из этой зоны. Скажи им, чтобы они либо бежали со всех ног, либо стояли рядом. Но мы скоро поднимемся, чтобы схватить их ”.


“Как там дела?” Спросил Вэннер. “Олег выглядит так, словно его избивают”.


“В остальном все хорошо”, - признал Майк как раз в тот момент, когда внизу раздался выстрел. “Проверьте это. Стрельба. Здесь”.


* * *


Борис спокойно ждал в комнате безопасности, проклиная ублюдков, которые разгромили его клуб.


Как только наверху начались взрывы, он бросился в охраняемую комнату в подвале. Но еще до того, как он добрался до лестницы, он услышал стрельбу из боковой двери и понял, что они подверглись сильному обстрелу. Вероятно, слишком тяжелые даже для его раздутой охраны.


Спустившись в подвал, он приказал охране продержаться как можно дольше, а затем спрятался в “комнате страха”. Комната была скрыта за стеллажами, на которых хранились некоторые документы, относящиеся к разветвленной сети публичных домов и уличных шлюх.


Комнату обыскали, но, к счастью, никто не заметил тщательно спрятанную дверь. После нескольких минут лихорадочной деятельности грабители, в основном женщины, как ни странно, ушли, унеся с собой почти все документы и жесткие диски компьютера, находившиеся в комнате. Исключением была женщина, работавшая с сейфом, и один телохранитель.


Борис бы очень предпочел, чтобы тот, кто нападал, не завладел содержимым сейфа. Даже если все остальное пропало, он мог восстановить то, что там было, из денег, наркотиков и особенно из своей коллекции DVD. Он не был уверен, но ему казалось, что большинство нападавших поднялись наверх. Остальные банды, должно быть, напали на них извне. Если бы он мог просто убить этих двоих, то, возможно, смог бы выбраться живым.


Проблема заключалась в том, что маленькая шлюха-взломщица сейфов смотрела прямо на него. Она включила дрель, пока другие женщины были в комнате, а затем оставила ее сверлить, пока болтала с охранником. Все, что ему было нужно, это чтобы она обернулась на несколько секунд…


* * *


Креате было скучно.


Первая часть миссии была захватывающей и пугающей. Три келдара были ранены или убиты, пытаясь добраться до офиса в подвале, и она чувствовала себя плохо из-за этого. Но ожидание выхода в коридор было самым захватывающим занятием, которое она когда-либо делала, за исключением, может быть, быстрого спуска по веревке в переулок.


Затем бежать по коридору и настраиваться было захватывающе. Ей пришлось тщательно, но быстро найти точное место для начала сверления. Если бы она ошиблась на полмиллиметра, вход не сработал бы. Она тщательно отмерила, а затем приступила к тренировке. Однако после этого это стало скучным. Скучно, скучно, скучно.


Было два варианта сверла: механическое или лазерное. Лазерное сверло было немного тяжелее, но у него было два преимущества. Он мог определить, когда произошло прожигание, а благодаря прекрасному оборудованию на дальней стороне внешней пластины Креата не хотела, чтобы к ней прикасался кто-либо, кроме нее, и у него не было проблемы с поломкой или склеиванием кусочков. В остальном он был немного менее надежным, но она позаботилась о том, чтобы закрепить его на входе, и он запустился без проблем. Теперь все, что ей нужно было сделать, это дождаться, пока он дойдет до узла тумблера.


Скучно.


Теперь она знала, почему слова в английском были одинаковыми. Они говорили об этой части на брифинге, и килдар сказала, что ей станет скучно, а потом рассмеялась. Она так и сделала, посмеиваясь при этой мысли.


“Что?” Нахмурившись, спросил Иван.


“Я только что поняла, почему килдар смеялись, когда мы говорили об этой части”, - сказала Креата. Она прислонилась спиной к сейфу, ожидая окончания занудства. От одного взгляда на это дело быстрее не станет. “Есть какие-нибудь новости о том, что происходит наверху?”


“Все четыре команды прижаты”, - сказал Айвен, пожимая плечами. “Они понесли несколько потерь. Единственными убитыми, пока что, были Димант там, на лестнице, Аркадий, открывавший входную дверь, и Станислав, когда вертолет разбился. О, и второй пилот вертолета. Тем не менее, куча раненых.”


“Я иду так быстро, как только могу”, - сказал Креата, пожимая плечами.


“Мы знаем”, - ответил Айвен, затем ухмыльнулся. “Хотя я подслушал кое-какие комментарии сверху. Но все они знают время. С ними все будет в порядке”.


“Я надеюсь, что они смогут извлечь все в порядке”, - сказала девушка, закусив губу.


“Килдар думает...” Сказал Айвен, как раз когда тренировка перешла в режим повышенной готовности.


“До конца”, - крикнул Креата, выключая дрель. “Теперь тихо”.


“Да, мэм”, - ответил Айвен, ухмыляясь. Но он включил свой микрофон и тихо заговорил в него.


Креата осторожно вытащил сверло из корпуса, откатил его в сторону, затем просунул в отверстие двойной оптический провод. Один был для обзора, а на другом был фонарь. Интерьер был именно таким, каким ей сказали, и она на секунду посмотрела на стаканы.


“Я вижу первый номер...” - пробормотала она себе под нос, не обращая внимания на слабый щелчок позади нее.


* * *


Охранник, казалось, не услышал слабого щелчка, когда полки отодвинулись от стены, и Борис, затаив дыхание, медленно открыл дверь. Но, тем не менее, охранник, который тихо разговаривал по рации, казалось, ничего не заметил.


Охранник был одет в тяжелый бронежилет, поэтому Борис медленно поднял пистолет на уровень своих глаз, взял его двумя руками и выстрелил охраннику чуть ниже основания шлема.


* * *


Креата в шоке обернулась, когда все вокруг нее было покрыто брызгами крови, только для того, чтобы обнаружить неизвестного мужчину, судя по внешности, одного из албанцев, стоящего над телом Ивана с дымящимся пистолетом.


“Уходи оттуда, девочка”, - сказал мужчина, мягко махнув ей рукой. “Уходи, и тебе не причинят вреда”.


“Нет”, - сказал Креата, поспешно прячась за лазерным сверлом. “Они скоро придут за тобой”.


“Но ты их взломщик сейфов”, - сказал мужчина, отходя в сторону, чтобы лучше видеть. “Без тебя они не смогут войти, не так ли?”


“Я не хочу причинять тебе боль”, - ответила Креата, держа дрель между собой и мужчиной. У нее было очень маленькое тело, и она могла прятаться за ним почти полностью в укрытии. “Просто уходи”.


“Ах, но мне очень нравится причинять боль таким маленьким девочкам, как ты”, - сказал мужчина, делая шаг вперед.


“Вероятно, так и есть”, - ответил Креата и включил лазер.


Пятнадцатимегаваттный химический лазер был разработан для того, чтобы проходить сквозь один сантиметр стали со скоростью 440 ударов в секунду. Человеческая плоть сопротивлялась ему примерно так же, как масло - раскаленному ножу. У него почти закончился заряд, но Креате оставалось только провести им по животу мужчины, на 23 миллиметра ниже пупка. Лазер должен был находиться на точной высоте, чтобы войти в сейф.


* * *


Борис сначала даже не почувствовал боли: его ноги просто подкосились под ним, когда он почувствовал, как по ним что-то скользнуло. Он ударился лицом об пол, но сохранил хватку за пистолет и попытался поднять его, но только для того, чтобы нащупать маленький изящный ботинок на своем запястье.


“Я действительно не хотела причинять тебе боль”, - сказала Креата, направляя свой пистолет ему в лицо. “Я просто хотела убить тебя. Конечно, я думаю, что выпотрошение, которое ты только что получил, вероятно, начинает причинять боль. Позволь мне быть добрее тебя и избавить от боли ... ”


* * *


Майк увидел тело Ивана на полу еще до того, как добрался до двери офиса в подвале, но раздавшийся выстрел стал неожиданностью.


Он проскользнул в дверь, вскочил и прицелился, как раз в тот момент, когда Креата убирала пистолет. На полу, рядом с телом Ивана, лежало тело неизвестного албанца с запутавшимися в кишках ногами. Его личность, вероятно, навсегда останется неизвестной, поскольку у него также было пулевое отверстие в затылке и разнесено лицо.


“О, привет, Килдар”, - сказал Креата, поворачиваясь обратно к сейфу. “Как думаешь, ты мог бы прикрывать мне спину, пока я заканчиваю?”


“Конечно”, - так же спокойно ответил Майк. “Я буду вести себя тихо, как церковная мышь”.


Глава сорок четвертая


“Олег”, - позвал Юрис, проследив за движущейся фигурой, а затем нажал на спусковой крючок. Фигура на противоположной крыше упала, но еще двое проскочили мимо него и начали поливать огнем окно, в которое он выстрелил. “У нас есть танго на крыше напротив. Я должен выйти”.


“Я думаю, мы разозлили этих парней”, - пробормотал Джитка по радио.


“Их родная территория”, - ответил Олег, осматривая улицу, затем сверился со своей картой. “Албанские кланы очень территориальны. Это оскорбление их чести. Они будут продолжать прибывать, как муравьи на пикник, пока мы не убьем их всех или пикник не закончится. ”


“Тогда я предлагаю сложить салфетки и уйти. Юрис усмехнулся. “Могу я чем-нибудь прикрыть это?”


“Понял”, - сказал Олег. “Уличная команда Дутри, отступайте по секциям. Первая секция, отходите. Всем командам отступить к клюшке. Килдар, в это время мы отступаем по частям. Просим открыть огонь на поражение внутри клуба и вокруг него ”.


* * *


“Олег, это Килдар”, - прошептал Майк. “Все с тобой. Я перезвоню тебе на обложке”.


“Вас понял, Килдар”, - сказал Олег, когда на заднем плане раздался крик.


“Вэннер”, - сказал Майк. “Кто участвует в миссии по перехвату и каков статус?”


“Район оцеплен”, - сказал Вэннер. “Они отступают”.


“Передайте им два аллюэта”, - сказал Майк. “Пусть они обеспечат огневое прикрытие при отходе в клуб. Начинайте перемещать весь персонал к точке эвакуации на крыше”.


“Сойдет”, - ответил Вэннер.


* * *


“Сдохните, албанские ублюдки”, - пробормотал Ионис, нажимая на спусковой крючок своего MG-240.


Он думал, что лететь на Аллуэттах было страшно. Но все получилось идеально. Однако теперь они со Стефаном находились под сильным огнем, прикрывая отступление одной из команд Олега.


“Продолжай пополнять запас патронов, брат”, - пробормотал он, когда Стефан вставил еще одну коробку с сотней патронов в ремень, питающий пистолет.


“Продолжай стрелять, брат”, - ответил Стефан, ухмыляясь, как раз в тот момент, когда раздался свистящий звук.


Ионис мельком увидел РПГ в воздухе, прежде чем тот врезался в стену над ним.


* * *


Олег бросился через улицу, не обращая внимания на шквал огня из стрелкового оружия, и подобрал MG-240.


“Дмитрий! Сверян! Хватайте Иониса и Стефана и уводите их в укрытие, - взревел командир группы, выскакивая из-за лестницы и поливая из шланга дальнюю сторону улицы, держа автомат наготове, как гигантскую винтовку. Тем не менее, раздался ответный огонь, казалось, из каждого окна и с крыши. Он почувствовал, как пуля ударила его в броню, а затем еще одна в левую ногу. Он проигнорировал их и продолжал стрелять, одновременно подавляя огонь с дальней стороны улицы и отводя его, чтобы команда могла отступить. “Vagis! Юрис! Кто-нибудь, накормите меня!”


* * *


“ Килдар, это Соун. Мы отступили по Невску и Агаеву. Однако я перебрасываю некоторые силы в Дутрис. Олег и его команда зажаты там”.


“ Понял, ” тихо сказал Майк. “Возможно, у меня будет некоторая поддержка на этом пути. Выведите всех как можно быстрее. Мышь почти готова. Мне нужна, по крайней мере, пожарная команда здесь, в здании, чтобы убедиться, что мы доберемся до точки отхода. ”


“Будет сделано”, - сказал Соун. “Увидимся в Валгалле”.


“ Понял, ” сказал Креата, откидываясь назад и поворачивая ручку. Ручка продвинулась примерно на треть пути, а затем остановилась. “Черт возьми”.


“Что случилось?” Спросил Майк. Если они не смогли открыть дверь, вся миссия была напрасной.


“Мне показалось, что я увидела осколок металла в стаканах”, - сказала Креата, вставая и подходя к телу Ивана. Она спокойно перевернула его на спину и отстегнула ремень безопасности, затем вернулась к сейфу и стучала по ручке до тех пор, пока та не сдвинулась с места. “Вот и все”, - добавила она, поворачивая его до упора, чтобы открыть, а затем открывая сейф.


“Вау”, - сказал Майк, моргая глазами. “Распиленный”.


“Килдар, мы в основном вернулись в клуб, за исключением группы на Дутро. Мы прикрываем их с тыла, но они находятся под сильным огнем ”.


“Ладно, мне нужно около ...” Майк снова взглянул на содержимое сейфа, а затем пожал плечами. “Здесь около десяти парней. Подойдут несколько девушек, но мне понадобится сильная поддержка ”.


“Вас понял, Килдар”, - сказал Соун. “Будет сделано”.


“Это большие деньги”, - сказал Креата, вытаскивая одну из стопок евро. “Много денег”.


“А DVD?” Спросил Майк, не сводя глаз с коридора.


“Вот”, - сказала Креата, вытаскивая две коробки для хранения аудио и поднимая крышку на одной. “В хрустальных футлярах, да?” спросила она.


“Проверь их”, - сказал Майк. “Вэннер, каков статус этого Аллюэта?”


* * *


“Рад вас видеть!” Прокричал Антон, перекрывая шум мойки ротора.


“Возможно, вы и не будете”, - крикнул в ответ пилот. “Я знаю, что я несчастлив! Видите пулеметы?”


“Да?” Крикнул Генка.


“Они будут использованы, да?” сказал пилот, а затем ухмыльнулся. “Как говорят американцы, мы направляемся в центр города”.


* * *


“В городе стрельба”, - сказал Евгений Андрушкин, глядя на Дмитрия Балбошина. “И я не могу связаться с Яроком по его мобильному телефону”.


Евгений и Дмитрий были распределены в одну и ту же команду Спецназа, сразу после обучения, Евгений - новеньким лейтенантом, а Дмитрий - столь же блестящим старшим рядовым. И оба покинули команды примерно в одно и то же время, после предложения русской мафии, перед которым они не смогли устоять. С тех пор Евгений поднялся на военизированной стороне мафии, став старшим вербовщиком и лидером профессионалов в “мокрой работе”, в то время как Дмитрий занимался его личной охраной.


Евгений неохотно согласился на просьбу своего бывшего командира сформировать крупное подразделение для албанской мафии. албанцы и русские часто конфликтовали, но если появилась новая группа специальных операций по борьбе с преступностью, Евгений чувствовал, что в интересах всех разгромить ее как можно скорее.


Это предполагало, что они смогут добраться до силы даже до того, как она завершит свой текущий рейд. Ярок сказал “скоро”, но не так скоро.


“Мне было бы наплевать на Ярока”, - сказал Дмитрий, устанавливая свой SMG в более удобное положение и теребя одну из осколочных гранат на своем бронежилете. “Хотя лучше бы нам заплатили”.


“Будем”, - сказал Евгений. “Пока не опоздаем. Водитель, поторопись!”


“Да, мистер Куткин”, - нервно ответил водитель-албанец. “Но эта дорога очень извилистая —”


“Мне все равно!” - крикнул Евгений как раз в тот момент, когда на обочине раздался треск.


У небольшой команды Келдара было мало времени, и они только недавно прошли школу сноса деревьев. Но все, что они знали о том, как сбрасывать деревья, еще не было обнаружено.


Взрывная серия началась с трех гранат, чеки которых были ослаблены и прикреплены к проводам, протянутым поперек дороги на высоте пояса. Когда первый автобус врезался в провода, чеки были выдернуты, и каждая из гранат сдетонировала.


Под гранатами на деревьях, к которым они были прикреплены монтажной лентой, была тройная обмотка деткоордом с двумя небольшими зарядами Семтека, обернутыми в него. Деткорд сработал в ответ на взрыв гранат, в свою очередь взорвав "Семтек", и основания деревьев отлетели от дороги, обрушив их кроны, как ракеты.


Но занятым келдара этого было недостаточно. Они протянули еще шнур от основных деревьев к другим вдоль дороги, а также нанизали на их стволы клейморы.


Еще до того, как первый автобус врезался в внезапно возникшие на его пути препятствия, на дорогу на протяжении более пятидесяти метров посыпалось еще больше деревьев, а также град ударов шариками, превративших автобусы в множество истекающих кровью коллапсов.


* * *


“О, это было очень круто”, - сказал Джина. Вертолет поднялся достаточно высоко, чтобы он мог видеть всю дорогу, и они добавили несколько сигнальных ракет, так что сцена была полностью освещена. Автобусы, перевозившие ”силы реагирования", были разбросаны поперек дороги в разные стороны, и три из них были в огне. Только два задних автобуса казались невредимыми.


“Соун, это Антон”, - сказал руководитель пожарной команды. “Силы реагирования ... плохо проводят ночь. Они опоздают на вечеринку”.


“Хорошо”, - сказал Соун. “Одна хорошая новость. Сколько еще до города?”


“Возможно, минуты три”, - сказал Антон, взводя курок установленного на двери MG-240. “Я так понимаю, у вас есть для нас еще работа”.


“Да”, - сказал Соун. “Поторопись”.


* * *


В Олега попали еще два раза, но он смог отступить только на половину квартала. Он знал, что у него слишком сильное кровотечение, но у него едва хватало времени, чтобы наложить повязки на раны.


“Юрис, ты там?” Слабо позвал Олег.


“Над тобой, брат”, - ответил снайпер.


“На крыше над вами боевики”, - сказал Олег. “Уходите”.


“У тебя нет никакого прикрытия, брат”, - заметил снайпер. “Я останусь”.


“Идите”, - сказал Олег. “Идите сейчас. Это приказ”.


“Ухожу”, - сказал Юрис через мгновение. “Но я подумал, что пристрелю парня, который собирался бросить в тебя гранату”.


“Спасибо”, - сказал Олег, нажимая на спусковой крючок. У него почти закончились патроны для 240-го, а Сверьяна, который подобрал запасные, уже оттащили назад с засасывающей раной в груди. Что это была за песня, которую пели килдары?


“И в ярости этого самого мрачного часа мы будем вашим светом”, - сказал Олег, отслеживая движущуюся фигуру на крыше напротив и нажимая на спусковой крючок. Пулемет выплюнул три очереди, а затем замолчал. “Ты попросил меня о жертве, а я Рожден Зимой...”


* * *


“Олег”, - прошептал Юрис. “Вставай”.


“Убирайся”, - ответил Олег. “Иди”.


“Не без тебя, брат”, - ответил снайпер, целясь в фигуру на дальней крыше. Мужчина, казалось, споткнулся, а затем упал на улицу, но одиночный выстрел, даже из снайперской винтовки с глушителем, вызвал шквал огня со всей улицы. “Время ползти”.


“Трудновато сделать”, - сказал Олег, задыхаясь. “Но, да, мы ползем...”


Однако, когда они попытались покинуть укрытие под лестницей, вокруг них затрещали пули.


“Или нет”, - вздохнул Юрис. “Возможно, мы останемся здесь, да?”


“Я же говорил тебе”, - ответил Олег, заливисто смеясь. “Тебе следует послушать своего брата”.


“Я бы предпочел быть в доме, да?” Сказал Юрис, прислоняясь к стене и пытаясь найти цели. “Выпить немного варева матушки Ленки”.


“Я бы предпочел оказаться в постели с Лидией”, - сказал Олег. “Если у тебя получится, скажи килдар...”


“Мы оба справимся, брат”, - сказал Юрис, зная, что он лжет. “Но я скажу килдар...”


Он остановился, когда из окна наверху выпало тело, развернулся, чтобы выстрелить, а затем проверил.


“Видишь!” - сказала девушка позади него. “Я говорила тебе, что это Юрис и Олег! Вот, ” добавила она, бросая ему три коробки патронов для MG-240. “За работу, Юрис. Ты всегда был ленивым!”


“Елена”, - сказал Олег, удивленно моргая. “Катрина? Это действительно ты?”


“Я задавалась вопросом, сколько времени вам потребуется, чтобы найти нас”, - сказала Елена, скорчив гримасу. “Я не ожидала, что это займет так много времени”. Она наклонилась и сняла туфли на шпильках, потирая ступни. “Я так рада их снять!”


“Мы здесь не ради вас”, - сказал Юрис, вставляя патроны в пулемет и открывая огонь. “Не то чтобы я не рад вас видеть, особенно если вы принесли патроны!”


“Олег, Юрис”, - сказал Соун. “Вы там?”


“Здесь, Соун”, - ответил Юрис. “Нам не помешало бы немного огня для прикрытия”.


“Ты сейчас получишь это”, - сказал Соун. “Пригнись”.


“Скажи тому, кто стреляет, чтобы был осторожен”, - сказал Олег, протягивая руку и притягивая сестру ближе, поскольку его глаза слезились не только от боли. “Мы нашли Елену и Катрину”.


“Нашел нас, черт возьми!” Сказала Катрина, торжествующе обнимая Юриса. “Мы должны были найти тебя!”


* * *


Alloutte затормозил на пересечении улиц Дутрис и Турла, позади атакующих албанцев. Как только вертолет замедлил ход, Антон и Гена открыли огонь.


Два MG-240 вели огонь вниз, подавляя или поражая всех на улице, пока "Аллуэт" медленно двигался взад-вперед. Они начали с крыш, стреляя сверху и сзади по нападавшим, которые пробрались туда, затем перешли к тем, кто был на улице.


У албанцев, попавших под перекрестный огонь сзади и сверху, не было большого выбора. В основном они погибали. Некоторые побежали в здания, нескольким удалось укрыться под вертолетом, но там им было не намного лучше. Ефим и Виталий, два других члена группы блокирования, нашли ящик с осколочными гранатами. Все, кто направлялся к вертолету, обнаруживали, что на них с большой высоты падают осколки. Из-за времени попадания осколков и расстояния до земли большинство разорвалось до попадания. Однако это не принесло отступающим сутенерам и охранникам особой пользы, поскольку это просто означало, что осколки лучше разлетелись по округе.


Когда боевики рядом с вертолетом были подавлены, пилот повел вертолет боком вниз по дороге, позволив пулеметчикам и гренадерам поразить больше целей. Однако по нему открыли огонь спрятавшиеся в окнах домов вдоль улицы стрелки, и он отступил.


“Соун, это Антон”, - позвал руководитель группы. “Каков статус?”


“ Отъезжай, ” крикнул Соун. “Весь персонал восстановлен. Мы начинаем эвакуацию. Приезжай на другой конец Дутриса и прикрой нас” когда мы будем уходить.


- Понял, - крикнул пилот, разворачивая “птицу” вверх. “Будет сделано”.


“У кого-нибудь есть какие-нибудь идеи, как у нас дела?” Спросила Антония.


Что это была за фраза, которую использовали килдары?


“Не считай свои карты, пока они лежат на столе”, - прорычал Соун. “Просто трахни свою задницу”.


Глава Сорок пятая


“Так вы из МИ-6?” Растерянно спросила Катя, когда агент начал снимать с нее наручники.


“Да”, - сказал Кэлтроп, ухмыляясь. “Лорд Арнольд подумал, что вам может понадобиться подкрепление”.


“Я никогда не подозревала”, - призналась Катя, потирая запястье и лодыжку, пока снимались наручники.


“У меня был обширный опыт работы в качестве актера-любителя в Оксфорде”, - сказал Кэлтроп, подходя к Наталье и перерезая веревку у нее на шее. “Я должен сказать, что мой Санчо Панса был хорошо оценен Oxford Gazette . У меня где-то здесь есть вырезка ...” - добавил он, похлопав себя по карманам.


“Я думаю, мы поговорим об этом позже”, - сказала Катя, морщась, когда поднималась на ноги. “В городе творятся кое-что...” - продолжила она как раз в тот момент, когда в ночном воздухе раздалась серия отдаленных ударов.


“Ах, да, ваш рейд келдара, что?” Спросил Кэлтроп. “И, конечно, есть две машины, которые, кажется, поднимаются на холм”.


“О, черт”, - сказала Катя. “Вэннер, Вэннер, ты меня слышишь?”


“Да, это Лидия”, - ответила Лидия ей на ухо.


“Пока у нас все в порядке”, - сказала Катя. “Но там есть машины”.


“Тот, кто впереди, - Михаил”, - сказала Лидия. “Сообщается о другом, но кто это, неизвестно. "Лендровер". Определенно преследует вас и, вероятно, настроен враждебно”.


“Было бы неплохо узнать это раньше!” Огрызнулась Катя.


“Вы казались немного занятыми”, - сказала Лидия с ноткой юмора в голосе. “Основная часть сил задействована в городе или в других операциях. Килдар говорит, что вам нужно бежать или сражаться, на ваш выбор, но продержитесь еще несколько минут, пока мы не сможем оказать вам поддержку. ”


“Понятно”, - сказала Катя, оглядываясь по сторонам. “Я думаю... бежать”.


“Я так понимаю, ты используешь эту специальную штуковину в своей голове”, - сказал Кэлтроп. “Что они говорят?”


“Ведущая машина - друг”, - сказала Катя, нахмурившись. “Идущая следом машина - "Лендровер", вероятно, враждебный. Келдара не может освободиться в течение нескольких минут. Так что мы предоставлены сами себе. ”


“Тогда я согласен”, - сказал Кэлтроп, протягивая руку и помогая ей подняться на ноги. “Мы бежим”.


* * *


“Михаил”.


“Вперед, Лидия”, - сказал Келдара, вписываясь в крутой поворот.


“Приготовьтесь повернуть направо”.


“Это дорога к Кате?” Растерянно спросил Михаил. “Я видел их огни над нами”.


“Так и будет”.


* * *


“Другая машина поворачивает”, - сказал Чито, глядя на Бежмеля.


“Да, но "Мерседес” там, наверху", - ответил Ярок, указывая на холм. “Эта дорога ведет нас туда. Продолжайте ехать”.


* * *


“О'кей, ”Танго-один" все еще поднимается на холм", - сказал капитан О'Киф по спутниковому телефону. “Сьерра-два” движется по боковой дороге".


“Поняла”, - сказала Лидия, беря микрофон. “Катя...”


* * *


“... Поверните направо на следующем перекрестке”, - сказала Катя, указывая.


“Это отсылает нас обратно в город”, - сказал Кэлтроп, притормаживая перед поворотом.


Большой Mercedes был солидным и удобным в управлении, но ему действительно не хватало ускорения и поворотов; мягкие толчки делали его поворот чрезвычайно широким. Он уже мог видеть вспышки света от следующего марсохода.


“Мы встречаемся с другом”.


* * *


Михаил задним ходом выехал на дорогу, а затем выпрыгнул из "жигулей", пробежал небольшое расстояние до остановившегося "Мерседеса" и плюхнулся на заднее сиденье.


“Приятно, что ты присоединился к нам, Михаил”, - сухо сказала Катя. “Отличная безопасность. Мне пришлось положиться на защиту британцев”.


“Я делал все, что мог”, - сказал Михаил, загоняя патрон в SPR. “Но я был за рулем "Лады". Чего ты ожидал?”


“Я тоже, парень”, - ответил Кэлтроп по-грузински. “Конечно, у меня была небольшая зацепка за тебя. Кстати, о зацепках, мы теряем нашу с Ровером. Мило с вашей стороны припарковать свою машину на дороге, но я не думаю, что это их остановит. ”


“Я надеюсь, они немного притормозят”, - сказал Михаил, пожимая плечами и глядя в заднее окно. “Если нет, что ж, мы умрем достойно”.


“Единственный способ сделать это - опоздать”, - ответила Катя.


* * *


“Кто, блядь, стал бы парковать машину ...” Сказал Чито, объезжая "Ровер" вокруг припаркованной "Лады". Он едва успел заметить это вовремя, и ему было очень трудно удержать внедорожник под контролем, когда тот выехал на обочину дороги. Но через мгновение ему это удалось.


“Кто-то пытается замедлить нас”, - ответил Бежмель.


Вопрос был в том, сколько человек было в машине. Американец был мертв; он видел тело, когда они проезжали мимо. Он мог поставить это себе в заслугу. Все, что ему нужно было сделать, это убрать проститутку Наталью. Тогда он стал бы на шестьдесят тысяч евро богаче. Но в машине была не только проститутка. По крайней мере, одна, возможно, больше.


Однако на заднем сиденье внедорожника у него было трое бойцов, он сам и Чито. Этого должно быть достаточно, чтобы уничтожить все, что им противостояло.


* * *


“Держитесь”, - сказал Кэлтроп, резко затормозив, когда увидел впереди поворот.


Дипломат / ассасин увез девушек далеко в горы над городом, но нынешняя дорога снова вела вниз. Узкая, едва заасфальтированная дорога спускалась серией неприятных поворотов, которые большой Mercedes люто ненавидел.


Внешние шины прорыли гравий на внешней обочине дороги, вызвав всплеск адреналина в крови, который ударил как молотком.


“Это было слишком близко”, - неодобрительно сказала Катя.


“Да”, - сказал Кэлтроп сквозь поджатые губы. “Но и они тоже”.


* * *


“Там”, - крикнул Бежмель, указывая на узкую тропу.


Тропинки были не единственным способом спуска с горы. В разных местах местные пастухи гнали свои стада прямо вниз, как правило, недалеко от тропинок. Туда, куда могли пойти овцы и козы, мог последовать Вездеход.


Чито ударил по тормозам и резко повернул влево, передние шины на мгновение оторвались от земли, а затем с глухим стуком покатились вниз.


Поездка была ухабистой, троих стрелков на заднем сиденье швыряло из стороны в сторону под громкие жалобы. Но "Ровер" выехал на дорогу впереди мчащегося "Мерседеса", когда Чито с трудом затормозил, не доезжая до противоположной стороны дороги.


* * *


“О ... черт возьми”, - крикнул Кэлтроп, ударив по тормозам и резко повернув направо.


Когда Mercedes вильнул через дорогу, Михаил ухватился за поручень и опустил стекло со своей стороны. Как только машина более или менее остановилась, он направил свой SPR в окно и открыл огонь.


* * *


“Блядь!” Закричал Бежмель, когда по внедорожнику начали бить пули. “Вон!” - продолжил он, пригибаясь и толкая водителя, чтобы идиот выпрыгнул с дальней стороны.


Однако утка была случайной, поскольку позволила пуле калибра 5,56, предназначенной для его головы, вместо этого попасть водителю в правый висок.


Голова Чито дернулась влево, когда кровь заполнила салон автомобиля, и его тело рухнуло в том же направлении, запутавшись в руле и фактически заблокировав дверь.


“Блядь!” Бежмель снова закричал, толкая тело и пытаясь добраться до дверной защелки. “Чего вы, ублюдки, сзади ждете? СТРЕЛЯЙТЕ!”


* * *


“Вон!” Кэлтроп крикнул, выпрыгивая со своей стороны. Он был несколько удивлен, почувствовав резкий удар высоких каблуков в спину, когда Катя самостоятельно выбралась из машины-мишени. Пули прошили воздух и машину еще до того, как он успел опуститься на колени. Но тем временем проститутка вытащила Наталью с заднего сиденья машины и уже направлялась прочь, в темноту.


“Куда ты направляешься?”


“Я спасаю свою жизнь”, - сказала Катя, не оборачиваясь. “И ее, основную, да? Вы поможете нам, убив как можно больше из них, прежде чем умрете сами. ”


“О, это так кроваво ...” Сказал Кэлтроп, перекатываясь за руль в поисках укрытия, когда пули из АК начали попадать в машину и пробивать ее насквозь. Две девушки, однако, уже растворялись в темноте. “Распутный”.


Он протянул правую руку и вытащил "Вальтер" из наплечной кобуры, затем покачал головой.


“Чертовски маловероятно”, - пробормотал он, протягивая руку с другой стороны и доставая револьвер Winchester 454 калибра. Оружие было “пистолетом” только по техническому описанию; выпущенный им патрон по баллистике был похож на очень тяжелую штурмовую винтовку. К тому же оно лягалось, как мул. “Лучше. Верно ”. Он сделал глубокий вдох, а затем выдохнул, крепко ухватившись двумя руками и облизнув губы, когда огонь на заднем сиденье угас. Вот и все для Михаила. “Верно. Кровавое время Джеймса Бонда, верно? Получите мой рейтинг double O и все такое. Верно. Они поэтому не учли это при наборе персонала. Мама была права; мне следовало стать актером... ”


* * *


Бежмелю наконец удалось открыть дверь и выпасть на дорогу, когда огонь утих. Но первое, что он увидел, был один из стрелявших с заднего сиденья, распростертый на дороге, его ноги все еще были на заднем сиденье внедорожника.


В живых остался только один из бывших спецназовцев, и он держался за руку, в том месте, где пуля прошла сквозь бицепс.


“Двигайся”, - сказал Бежмель, махнув ему рукой вперед и выхватывая АК из рук мертвого бойца, распростертого за дверью. “Я прикрою тебя”.


“Верно”, - проворчал русский, поднимая свой SK-74. “Я думал, мы охотимся за девушкой. Кто эти парни?”


“Я не знаю”, - сказал Бежмель, пожимая плечами. “Вероятно, Келдара”.


“Гребаные грузины”, - сказал бывший спецназовец, сплюнул и поднялся, чтобы шагнуть вперед. “Пора им—”


Бежмель никогда не был уверен, для чего, по мнению бывшего солдата, пришло время. Он наблюдал за задним сиденьем, но когда боец поднялся, Ярок увидел вспышку движения через заднее стекло и раздался оглушительный грохот, как будто кто-то пронес мимо снайперскую винтовку 50-го калибра.


Бывший солдат Спецназа только что поднялся, также наблюдая за задним сиденьем, и был отброшен назад, как будто его дернули за проволоку. Он упал на спину и завалился набок, обнажив выходное отверстие размером с кулак от пули в верхней части груди.


“Твою мать”, - заорал Бежмел, понимая, что, во-первых, он теперь совершенно один в этой схватке, и, во-вторых, на другой стороне была одна большая пушка.


* * *


Один убит, по крайней мере, один остался в живых.


Кэлтроп никогда не участвовал в перестрелке. Он участвовал в одной драке в баре, из которой выбрался как можно быстрее, и однажды грабитель угрожал ему ножом. Но это был первый раз, когда он участвовал в перестрелке, и он не был уверен в правилах. Что ж, единственное, в чем он был уверен, так это в том, что правил не было.


Но он смотрел довольно много телепередач и фильмов. На самом деле, он винил во всем этом пристрастие к фильмам о Джеймсе Бонде, особенно ранним с Шоном Коннери. И хотя большая часть того, что он почерпнул из этих и других фильмов, несомненно, была фальшивкой, был один трюк, который он видел, и который мог спасти его задницу.


Поэтому он лег на живот, мысленно составляя отчет о расходах на свою одежду, и осмотрел под машиной цели.


Один человек, по-видимому, все еще стоял с другой стороны. Кэлтроп мог видеть только колено за левым передним колесом "Ровера". Он тщательно прицелился, отвел тяжелый курок чудовищного оружия назад и нажал на спусковой крючок.


* * *


“Болгемои!” Бежмель крикнул в сторону взорвавшейся шины рядом с ним. Что-то сильно ударило его по бедру, отбросив на землю, но в то же время Ровер опустился почти до земли, давая ему больше укрытия.


За этим выстрелом, однако, быстро последовали еще три, каждый из которых пробил не только дальние двери, но и обе стенки "Ровера", отбросив осколки и рикошеты в ночь.


“ К черту все это, ” пробормотал Бежмель, подползая к мертвому бойцу в дверях. Он похлопал по карманам, пока не нашел то, что искал.


“Получи это, козлиный ублюдок”, - пробормотал он, выдергивая чеку из гранаты и швыряя ее со всей силы в направлении пожара.


* * *


Кэлтроп прислонился к покрышке и открыл барабан револьвера, выталкивая стреляные гильзы и быстро вставляя новые. Перезаряжайте, когда это возможно. Эта часть была возвращена с очень отдаленных занятий по тактике.


Закрывая цилиндр, он услышал глухой удар в темноте за ним и осторожно выглянул. Когда он увидел катящуюся сферу, он вспомнил другое предписание, которое было прямо там, с надписью “перезарядить”.


“О, да”, - сказал он, пытаясь как можно быстрее оказаться по другую сторону колеса. “Я должен был подвинуться”.


* * *


На фоне взрыва гранаты раздался крик, и в этот момент Бежмель вскочил на ноги, обежал "Ровер" сбоку и бросился к "Мерседесу", выпуская поток пуль из АК, который держал у бедра.


Когда он обогнул "Мерседес", то обнаружил, что ему не нужно было беспокоиться. У переднего колеса лежало распростертое тело, очень большой пистолет лежал недалеко от его вытянутой руки. На заднем сиденье лежало еще одно тело, лицом вниз, одна рука все еще лежала на SPR, другая упала на половицу, залитую кровью.


Однако женщин там не было. Только двое мертвых мужчин.


“Куда, о, куда подевались мои маленькие ягнята”, - прошептал Бежмель, прислоняя пустой АК к борту грузовика и вытаскивая из наплечной кобуры "Зиг-зауэр". “О, где, о, где они могут быть?”


Глава сорок шестая


“Поторопись”, - сказала Катя, подталкивая девочку впереди себя по извилистой козьей тропинке. Она услышала один взрыв и еще одну стрельбу, и теперь все было тихо. Она приняла это за плохой знак.


“Я едва могу ходить”, - сказала Наталья, всхлипывая. “У меня ноги в крови”.


“Все твое тело будет в крови, если ты не побежишь”, - яростно прошептала Катя. Она приказала девушке снять туфли на высоких каблуках; они были бы невозможны на узких, крутых тропинках. Но горный хребет, на котором они находились, был покрыт камнями, которые разорвали ноги им обоим в клочья.


“Катя”, - спокойно сказала Лидия. “Доложи обстановку. Похоже, что Михаил и человек из МИ-6 оба были уничтожены. Хорошая новость, какая бы она ни была, заключается в том, что только один из русских все еще жив. Он ищет вас, но пока не вышел непосредственно на ваш след. ”


“Как скоро ...” Катя тяжело дышала, морщась, когда камни еще сильнее врезались в ее изувеченные ступни. Это было похоже на тот раз, когда один ублюдочный сутенер отхлестал ее по подошвам. Но она делала это с собой, что почти компенсировало это.


“По крайней мере, еще семь минут”, - сказала Лидия. “Я ясно дала понять, что ты остро нуждаешься в поддержке”.


“Скажи им, чтобы они поторопились”, - ответила Катя.


“У меня есть”, - сказала Лидия. “Позволь мне напомнить тебе, что миссия состоит в том, чтобы вернуть первичного”.


“Да, я знаю”, - огрызнулась Катя. “Но я не смогу получить свои деньги, если буду мертва”.


Они достигли второго уровня ниже горки, на которой произошла перестрелка, и Катя остановилась, запыхавшись, когда они это сделали. Наталья упала на землю, явно желая скорее умереть, чем бежать дальше.


“Это никуда не годится”, - пробормотала она, глядя на холм.


“Катя”, - сказала Лидия. “Он что-то нашел. Он направляется по следу. Американцы говорят, что он каким-то образом следит за тобой”.


“Скажи им, что это, вероятно, кровь с наших ног!” - яростно прошептала Катя. Взглянув на холм, она отчетливо увидела свет фонарика. “Мы больше не можем бежать!”


“Тогда я предлагаю тебе кое-что придумать”, - сказала Лидия со сводящим с ума спокойствием.


“Тебе легко говорить”, - сказала Катя, оглядываясь по сторонам. Там была водосточная труба, но поскольку за ними обоими тянулся кровавый след…


“Наталья”, - рявкнула Катя. “Встань на четвереньки”.


“Да”, - сказала девушка с полной покорностью, делая, как ей сказали. “Я умру сейчас”.


“Черта с два ты это сделаешь”, - ответила Катя. “Я не получу своих денег, если ты умрешь. Теперь, стараясь не поцарапаться и оставить след, оторвите ноги от земли и заползите в эту трубу. ”


“Почему?” Спросила Наталья.


“Потому что я сказала тебе это, маленькая шлюха”, - прорычала Катя. “Убирайся. И когда вы будете там, отползите как можно дальше и ведите себя тихо. ”


Катя с трудом удержала свои туфли, держа их за ремешки. Теперь она села и, морщась, надела их снова. Как только они были включены, и Наталья забралась в водопропускную трубу, она начала шататься по дороге, испытывая боль.


“Катя”, - сказала Лидия с ноткой замешательства. “Хищник говорит, что Наталья залегла на дно, а ты очень медленно продвигаешься по дороге. Что ты делаешь?”


“Выигрываем время”, - прорычала Катя. “Постарайся использовать его с умом”.


* * *


Бежмель заметил движение и выключил фонарик, давая глазам на мгновение привыкнуть. Вот, одна фигура.


Какое-то время он бежал вверх по дороге, пока не заметил узкую тропинку, а затем помчался по ней так быстро, как только мог, не сломав лодыжку. Часть времени он катался на заднице, съезжая с крутого холма, но добрался до дороги сразу за глупой маленькой сучкой, ковыляющей на своих высоких каблуках.


“Стоп”, - сказал он, тяжело дыша. Драка и погоня измотали его; он был уже не в той форме, в которой был, когда уходил со службы. “Стой”, - повторил он, снова включая фонарик и высвечивая маленькую шлюху, которая все еще пыталась заковылять прочь. Он видел кровь; ноги не могли унести ее далеко.


Девушка обернулась, морщась от боли от света факела, и подняла руки.


Не та девушка. Но она бы знала, куда ушла другая.


* * *


“Где другая девушка?” рявкнул мужской голос с дальней стороны света.


Катя зажмурилась от яркого света и упала на колени, склонив голову и закрыв глаза руками.


“Пожалуйста, сэр”, - умоляла она, слезы катились по ее лицу. “Я не знаю, что происходит. Я ничего не знаю...”


“Где другая девушка, сука”, - сказал мужчина, подходя ближе. Фонарик был опущен, и она могла смутно видеть его очертания в отражении. И блеск пистолета, приставленного к ее лбу.


“Она бросила меня”, - захныкала Катя, немного убирая руки, но по-прежнему не поднимая головы. “Мои ноги, они были такими больными. Она убежала по дороге...


Факел поднялся, и человек шагнул вперед, глядя вниз с холма.


“Я ее не вижу”, - сказал он.


“Она была там ...” Сказала Катя, протягивая руку под левую подмышку и быстро нажимая на клапан четыре раза подряд. Затем она сильно надавила на маленький пакетик под кожей и позволила наркотику подействовать на нее.


Она не была уверена, что в нем было. Американские врачи говорили о псевдо-адреналине, окислителях, стероидах и искусственных эндорфинах, пока у нее не закружилась голова от незнакомых терминов. Но они провели ей одну демонстрацию в контролируемых условиях, чтобы она знала, чего ожидать. Все, что она знала, это то, что мир, казалось, замедлился, и она внезапно почувствовала легкость, боль в мышцах от бега и в ногах, исчезающих, как будто они были ничем. Она также чувствовала себя сильной и грациозной, как будто могла сойти в танце с лица земли и улететь в космос.


И последнее, но не менее важное: она чувствовала злость. Но, опять же, так она чувствовала себя всегда. И теперь она могла позволить всему этому выплеснуться наружу.


* * *


Бежмель держал факел в левой руке и пистолет в правой, шагая взад и вперед по дороге. Свет от факела был достаточно ярким, чтобы отчетливо видеть дальний поворот, и никакой девушки в поле зрения не было.


Он начал поворачиваться к маленькой шлюшке, которая солгала ему, и мельком увидел, как она поднимается с земли, затем… она, казалось, расплылась.


* * *


Катя сильно ударила мужчину по руке с пистолетом тыльной стороной кулака, отчего пистолет и фонарик полетели вниз по склону. Ее учили сложному способу обезоруживания, но под действием наркотика все, о чем она могла думать, - это нанести удар. Поэтому она нанесла удар.


Она с разворота ударила мужчину снизу вверх в живот, заставив его согнуться пополам в агонии от усиленного наркотиками удара, затем еще раз ударила его ногой в лицо, когда тот опускался. Она получила болезненное удовлетворение от хруста кости и брызг крови, когда его нос расплющился. От второго удара у нее словно что-то сломалось в ноге, но ей было наплевать. Они сказали ей, что у нее будет самое большее тридцать секунд на полное действие наркотика, и она намеревалась максимально использовать это время.


* * *


Маленькая шлюха была сверхъестественно быстрой и такой сильной, что казалось, будто ее ударил профессиональный кикбоксер. Бежмель был обучен рукопашному бою, но это было все равно что сражаться с бешеным мангустом. Он был застигнут врасплох и даже не мог начать защищаться, поскольку удар за ударом сыпались из ниоткуда…


* * *


Опустив бьющую ногу и шагнув вперед, Катя фактически повернулась спиной к мужчине, затем развернулась на одной ноге, заехав ребром сжатого правого кулака ему в правый висок, затем развернулась в другую сторону для аналогичного удара слева. Этому способствовал тот факт, что голова мужчины была пробита в том направлении.


Она ударила его каблуком в подъем ноги, вогнав стилетто до самой подошвы ботинка. Затем, когда он согнулся пополам от боли, она ударила его локтем в челюсть. На этот раз она услышала треск, возможно, шейных позвонков. Она надеялась, что нет, ей предстояло еще больше взбеситься. Надеюсь, это было просто много зубов.


Сейчас, в это время и в этом месте, она могла выпустить наружу каждую крупицу ненависти, накопившуюся в ее душе. Этот человек, этот ублюдок, работавший на албанцев, был каждым мужчиной, который когда-либо насиловал ее, каждым мужчиной, который когда-либо бил ее, каждым мужчиной, который когда-либо прикасался к ней. И она намеревалась потратить все свое время, каким бы ускоренным оно ни было, на этого единственного мужчину. Возможно, это единственный шанс, который у нее когда-либо был.


* * *


Бежмель был на ногах. Его глаза были ослеплены ударами в голову, техническим нокаутом на любом боксерском ринге. Но это был не бокс, и женщина явно не собиралась прибегать к простым техническим приемам. Это было все, что он мог сделать, чтобы суметь встать, попытаться поднять руки в жалкой защите, когда безумно мощный удар за ударом обрушивался из темноты…


* * *


Катя, чувствуя, что действие наркотика начинает ослабевать, ударила мужчину коленом в пах, а затем ударила в солнечное сплетение прежде, чем он успел согнуться пополам. Он был согнут вдвое, его шея была широко открыта, и она нанесла ему один мощный удар локтем сзади по шее, сбив его с ног.


Килдар сказали ей, что это часто был смертельный удар, но мужчина все еще корчился в агонии на земле. Ну что ж. Это было достаточно легко исправить.


Она подняла одну ногу и вонзила узкий кончик своего ненавистного каблука-шпильки в верхнюю часть шеи мужчины, чуть ниже черепа. Удар погрузил стилет до самого основания. Мужчина дернулся один раз, очень похожий на выпотрошенную лягушку, а затем затих.


Она испуганно посмотрела вверх, когда вертолет поднялся из-под земли и боком заскользил к ней. Она была так сосредоточена на избиении, которое она нанесла мужчине, что даже не услышала его приближения. Внезапно включился прожектор, который шарил по сторонам, пока не поймал ее в своем свете. Ей снова пришлось прикрыть глаза от яркого света.


Вертолет снова заскользил вбок, поравнявшись колесами с краем обрыва, и Катя смогла смутно разглядеть движение за лучом прожектора. Она не была уверена, кто это был, но ей было уже все равно. Она повеселилась. Если бы там было больше албанских ублюдков, они, черт возьми, могли бы убить ее, но она никогда не вернется в рабство.


“Привет, Катя”, - небрежно сказал Кайфолом, выходя из света. Он почесывался под своей броней, и если его и встревожил вид женщины, стоящей на затылке мужчины и проткнувшей своим высоким каблуком его пищевод, то виду это не подал. “Что случилось?”


“Твоя работа, ублюдок”, - ответила Хлопкохвостка, наконец вытаскивая свой стилет из шеи мужчины. Даже из-за шума ротора раздался отчетливый “хлопок”. “Как раз вовремя ты появился. Подкрепление в моей заднице”.


Глава сорок седьмая


Майк забросил в вертолет последний пакет с добычей нечестным путем и помахал Олегу и Юрису рукой, пропуская их. Он наморщил лоб при виде двух явных проституток, помогающих большому руководителю команды, но решил не упоминать об этом.


“Ты справишься, здоровяк?” Спросил Майк лидера группы, который был почти подстрелен, но все еще хромал с помощью снайпера и двух девушек, у одной из которых был АК.


“Я буду на своей свадьбе, Килдар”, - сказал Олег, ухмыляясь. “ И тебе лучше бы тоже быть таким. И Катрина с Еленой тоже!”


“Рад познакомиться с вами”, - сказал Майк, установив связь.


“И ты, Килдар”, - сказала та, что с АК, делая реверанс, от которого ее платье задралось достаточно высоко, чтобы показать волосы на лобке, а затем помогая руководителю группы подняться по трапу.


“Я буду дядей обезьяны”, - пробормотал Майк, когда подбежал Адамс. “Ну?”


“Все учтено”, - сказал Адамс, даже не остановившись, продолжая подниматься по пандусу "Хип", который парил прямо над крышей клуба. “Приветствую и не приветствую. И, как вы заметили, две восстановленные девушки-келдара.”


“Тогда поехали”, - сказал Майк, поднимаясь по трапу. “Пилот, трахни свою задницу”.


Когда пандус начал закрываться, он щелкнул предохранительным выключателем активатора и нажал на красный поршень. Детонация была на удивление приглушенной. Они не смогли взорвать все здание, на верхних этажах все еще были девушки, но офисы в подвале были по-настоящему разгромлены. Однако, когда он оглядывался в поисках свободного места, он заметил удивительное количество незнакомых женских лиц в вертолете. Возможно, они могли бы взорвать все здание.


“Адамс, у нас, кажется, есть несколько безбилетников”, - сказал Майк, усаживаясь на пол, поскольку свободных мест не было.


“Подвальные помещения использовались как камеры пыток для новеньких девушек или девушек, которые каким-то образом действительно разозлили босса”, - ответила Адамс, равнодушно пожимая плечами. “И, конечно, войскам пришлось пройти через строй девушек, когда они направлялись на крышу. Я думаю, некоторые каким-то образом прилипли к ним. А чего вы ожидали?”


“Ни много ни мало”, - признал Майк, глядя на одну из девушек, которая одарила его робкой улыбкой надежды. “Ни много ни мало. Они горные тигры”.


Эпилог


“Сенатор”, - сказал исполнительный помощник Траскела, заглядывая в дверь. “К вам пришел мистер Дженкинс. Он...”


“ Весьма настойчиво, ” сказал Майк, распахивая дверь, а затем захлопывая ее перед носом секретарши. “Привет, Джон”.


“Я думал, у вас хватит здравого смысла не встречаться со мной здесь”, - сказал сенатор, поднимая трубку.


“О, я думаю, мы можем обойтись без этих игр, сенатор”, - сказал Майк, подходя к столу и хлопая телефоном и рукой сенатора по столу с такой силой, что они оба сломались.


“ Господи! ” взревел сенатор, яростно отдергивая руку. “ Я прикажу арестовать тебя за это...


“О, я так не думаю”, - сказал Майк, садясь и бросая пакет на стол. “Видишь ли, я нашел Наталью. И ублюдка, которого ты послал убить ее. Кто был настолько глуп, чтобы говорить об этом. Все это, сенатор. Верхний лист - частичная расшифровка. ”


Сенатор наклонился вперед и осторожно вскрыл конверт из манильской бумаги здоровой рукой, затем начал читать расшифровку.


“Здесь нет никаких доказательств”, - хрипло сказал он.


“Этого достаточно, чтобы иметь значение”, - сказал Майк. “Средства массовой информации будут мусолить это повсюду, как дерьмо, даже если ты их светловолосый парень. Уилсон Три-Имена был бывшим помощником. Источник из первых рук определенно опознал его как человека, который убил девушку в Македонии и пытался обвинить в этом сенатора Грэнтема. И, несмотря на изменение голоса, вы можете получить частичное совпадение. Между этим и конфиденциальными записями, когда вы покрывали его после того инцидента в Нигерии, которые достаточно легко просочить, вы пропали. Даже не пытайтесь бороться с этим, или вам предъявят обвинения, а также лишат государственной службы ”.


“Чего ты хочешь?” - прошептал сенатор.


“Ты уходишь с государственной службы”, - сказал Майк. “Сойдет и старое боевое ранение. Ты тоже не играешь за кулисами. Никакого сбора средств, никакой поддержки кандидатов, никаких тихих сделок, никакого лоббирования. Ты выбываешь. O-U-T. Выбывай. Иди преподавать или еще что-нибудь, ты идеально подходишь для академических кругов. И тебе не придется работать за свою зарплату. Твоя жена будет содержать тебя. Но один проблеск намека на то, что вы вернулись в бизнес влиятельных брокеров, и весь этот файл будет разослан во все новостные издания планеты.”


“Пошел ты”, - огрызнулся сенатор. “Нет никакого способа...”


“Руководство Сената уже просмотрело это досье”, - сказал Майк, ухмыляясь. “Если ты не уйдешь, тебя отстранят от должности. И тогда это будет во всех новостях. Я бы предположил, что президентская партия даже смогла бы занять ваше место после этого фиаско. Черт возьми, я сомневаюсь, что ваша партия смогла бы удержать Нью-Джерси. Как бы то ни было, ваша партия может назначить временного представителя, и он, вероятно, будет переизбран. ”


“Что они собираются делать с Уилсоном?” - спросил сенатор, сдуваясь. “Он заговорит. Он слишком большой трус, чтобы не говорить”.


“С ним уже разобрались”, - сказал Майк, вставая. “С ним произошел небольшой несчастный случай на Балканах. Бандиты и тому подобное, вы знаете, как там неспокойно. И если вы попытаетесь подшутить надо мной или моими людьми, сенатор, открыто или скрыто, с вами поступят точно так же. О, и вы должны мне пять миллионов ”, - добавил он. “Номер банковского счета есть в файле. Не затягивайте с платежами. Вы же не хотите иметь дело с моим отделом сбора платежей ”.


* * *


“Сколько было взято с публичного дома?” Спросил Пирсон.


Они с Майком договорились встретиться в баре Джорджтауна после встречи Майка с сенатором Траскелом. Майк знал, что после этого ему понадобится хотя бы один бокал. Хотя, учитывая все обстоятельства, встреча с руководством Сената была скорее шумной.


“Чертовски близко к шести миллионам”, - сказал Майк, качая головой. “Оказалось, что клуб был центральным расчетным центром для этого клана на большей части Балкан. Кто когда-либо знал, что проститутки могут приносить столько денег? ”


“Не только проституток”, - сказал Пирсон. “Банда, по-видимому, была по уши в героиновом бизнесе. Интерпол прислал нам очень тщательно сформулированную, но сердечную благодарность”.


“Приятно знать, что нас ценят”, - сказал Майк, качая головой. “И я вроде как понял это, когда мы нашли более шестисот фунтов этого проклятого барахла в сейфе. Вот почему большинство Семтеков и поджигателей были на высоте. ”


“С чего вы собираетесь начать?” Спросил Пирсон, меняя тему.


“Я думаю, Япония”, - ответил Майк. “У них больше всего файлов после США, Ты знаешь, что после этого я стану самым ненавистным сукиным сыном на земле. "Застрелить посланника" даже не начинает прикрывать это. Сенат США был бы рад похоронить меня под Капитолием. Обе партии. Встреча руководства была настоящей демонстрацией двухпартийности ”.


“Ты также станешь одним из самых страшных”, - заметил Пирсон, посмеиваясь. “Знающие люди в этих странах — а мы говорим о каждой действительно крупной нации на земле — не захотят выводить вас из себя. Не после этого. Забудьте о спасении Парижа. Общая информация о том, что сделали вы и Келдара, уже распространилась по разведывательным и военным службам, по крайней мере, по отделам ТС высокого уровня. Как и новости о файлах. И, поверьте мне, люди в штаны накладывают, ожидая вашего появления. Особенно те, кто еще не знает, нанесут ли им визит. Честно говоря, я не уверен, кого они больше боятся - файлов или вас лично. ”


“Ну, я сомневаюсь, что они когда-нибудь полюбят меня. Большинство из них - лицемерные компьютерные ублюдки, у которых нет ни грамма мозгов. Будьте свидетелями того, что французы вышвырнули меня вон после того, как я спас их жалкие задницы. Я никогда не понравлюсь "высокому и могущественному’ из stripe Траскела ”. Он встал и залпом выпил свой бурбон, затем задумчиво покатал пустую рюмку между большим и указательным пальцами. “ Полагаю, достаточно, чтобы они боялись меня.


“Ты и твои Горные Тигры”.