# Амулет. Начало

Аноним Walter

Что было бы, если Гарри Поттер узнал о магии на год раньше, получив в подарок на десятый день рождения один своенравный, но зато без сомнения полезный амулет. Первый фик данной серии. Как же давно это было...

Амулет. Начало


http://ficbook.net/readfic/707323

Автор: walter (http://ficbook.net/authors/44577)

Беты (редакторы): Spring sun (http://ficbook.net/authors/233116)

Фэндом: Роулинг Джоан "Гарри Поттер"

Персонажи: Весь канон + оригинальные персонажи

Рейтинг: G

Жанры: Гет, Фэнтези, Мистика, Детектив, Экшн (action), Повседневность, Учебные заведения

Размер: Макси, 164 страницы

Кол-во частей: 42

Статус: закончен


Описание:

Что было бы, если Гарри Поттер узнал о магии на год раньше, получив в подарок на десятый день рождения один своенравный, но зато без сомнения полезный амулет.


Примечания автора:

Немного Мэри Сьюшно. Плюс автора иногда заносит.

Не ленимся, оставляем комментарии.

Первая часть серии "Амулет".

Ссылка на вторую часть:

http://ficbook.net/readfic/1318213

Ссылка на третью часть:

https://ficbook.net/readfic/2930990


Будни у Дурслей


Если бы кто-нибудь решил заглянуть этим жарким июльским утром на Тисовую улицу, то не нашёл бы здесь ничего необычного. Обычный пригород Лондона, застроенный маленькими уютными домиками и ничем не отличающийся от десятков подобных ему.

Но именно здесь вот уже на протяжении почти десяти лет жил мальчик, который самим фактом своего существования сумел перевернуть жизнь Англии. Ну, или, по крайней мере, её магической части.

И если бы этот неведомый наблюдатель всё же сумел бы отыскать звезду магического мира, то был бы крайне удивлён видом национального героя.

В свои неполные одиннадцать лет Гарри Поттер был худощавым ребёнком, всегда одетым в потрёпанную одежду своего кузена Дадли. Имея чёрные, вечно растрёпанные волосы и постоянно виноватое выражение лица, он всегда был объектом нападок со стороны всех окрестных хулиганов.

По крайней мере был. До своего десятого дня рождения. Сейчас же от того безобидного мальчика остались только унаследованные от матери зелёные глаза и шрам на лбу. За последний год Гарри окреп, благодаря хорошему питанию и постоянным тренировкам вечная худоба сильно уменьшилась. Движения стали более плавными, а во взгляде появилось что-то хищное.

Если раньше его задирали все, кому не лень, то сейчас же к этому "ненормальному" не рискнул бы пристать даже его дражайший кузен.

Сейчас Гарри Поттер, спрятавшись от всего мира в овраге у заброшенного туннеля, застыл в крайне напряжённой позе, выставив перед собой руку и уперев взгляд куда-то в пустоту.

"Сосредоточься!" -- раздался в глубине головы мальчика слегка дребезжащий голос.

"Не мешай", -- привычно огрызнулся Гарри, возвращаясь к своему занятию.

Глубоко вздохнув, мальчик постарался отключиться от действительности, стараясь заглянуть в себя.

Мгновение, и окружающий мир исчез, оставив вместо себя зияющую пустоту, в которой начали проступать сияющие всеми цветами радуги тончайшие нити. Ухватив нужные, он старательно связал из них несколько десятков различных символов, после чего собрал их в один клубок, поместил его в протянутую руку и с силой оттолкнул его от себя.

Раздался металлический скрежет. Гарри моментально вернул своё сознание к действительности. В середине мусорного бака, стоявшего в тридцати шагах от мальчика, зияла глубокая вмятина.

"Неплохо", -- вяло похвалил мальчика голос. -- "Но в следующий раз постарайся сохранить контроль над телом. А то за время твоего беспамятства тебя успеет побить даже полностью парализованный инвалид".

Гарри только улыбнулся на это, ставшее уже родным, старческое ворчание. Что бы не говорил его наставник, он был горд за своего ученика.

Хоть заклинание "Воздушного кулака" и считалось одним из простейших, но всё же это было боевое заклинание.

И несмотря на то, что за последний год он уже успел освоить с полсотни бытовых чар, целых три разновидности щитовых заклинаний и без малого тысячу рун, в которых его учитель был настоящим гением, но как постоянно твердил его наставник:

"Настоящим магом может считаться только тот, кто может постоять за себя!"

Гарри был полностью согласен с этим утверждением. Так что с этого момента юный Гарри Поттер мог считать себя полноценным магом.

"Ладно, хватит праздновать. У нас ещё много работы. Сейчас ещё час практики, затем марш-бросок на три километра, потом немного социологии..."

Мальчик тяжело вздохнул.

"Нечего мне тут вздыхать! Я из кожи вон лезу, чтобы вырастить из тебя сбалансированную независимую личность, а не безмозглую пешку! А он тут..."

День обещал быть долгим.

Домой Гарри вернулся только поздно вечером, когда Дурсли уже закончили с ужином и уселись смотреть в гостиной какое-то ток-шоу. Не обращая внимания на бросаемые в его сторону ненавидящие взгляды, мальчик быстро прошёл на кухню. Набрав с собой припасов, он под пристальными взглядами родственников проследовал в свой чулан.

Ещё несколько месяцев назад такая дерзость не прошла бы для него безнаказанно. Но после того случая с руной "Зов" Дурсли старались всячески игнорировать Поттера.

Закрыв за собой дверь, Гарри позволил себе упасть на матрас и расслабиться.

В углу комнаты раздалось шипение. Посмотрев на выползающую из угла гадюку, мальчик протянул к ней руку и тихо позвал:

-- Полз-зи с-сюда, Ш-шас.

Получив разрешение, змей быстро заполз на руку хозяина и тихо свернулся в клубок.

-- Я с-скучал, говорящ-щий.

Поглаживая голову своего питомца, Гарри вспомнил обстоятельства их встречи.

Он только закончил обучаться управлению энергетическими потоками в своём теле и жаждал проверить новые способности на практике.

В этот день учитель показал ему руну "Зов", и он не удержался. Как только он освоил правильное начертание руны, тут же её активировал. Ну, и как это обычно бывает, не рассчитал силы и немного перестарался.

Уже через минуту снаружи его каморки раздались испуганные крики Дурслей, а затем в каморку влетел взбешённый дядя Вернон.

Но предпринять ничего не успел. В момент, когда он уже замахнулся, чтобы ударить племянника, между ними появилась полуметровая гадюка и грозно зашипела на него.

К удивлению юного мага, он отчётливо сумел разобрать в этом шипении слова:

-- Не с-смей трогать говорящ-щего, с-смерд!

Вмиг позеленевший Дурсль было бросился назад в дом, но путь ему отрезали ещё десяток змей. Вид у них был очень решительный.

Сам до конца не понимая как, он прошипел:

-- Не трогать! Я приказ-зываю!

-- С-слуш-шаемс-ся, говорящ-щий. Ес-сли понадобимс-ся, поз-зови. Мы верим, что ты с-смож-ешь с-стать нас-стоящим Хоз-зяином.

После чего синхронно поклонились и скрылись во дворе. Остался только первый змей, защитивший Гарри от дяди. Посмотрев на мальчика, он прошипел:

-- Меня з-зовут Ш-шас. Я хотел бы ос-статьс-ся с тобой, говорящ-щий.

С тех пор Дурсли объявили ему бойкот, а Гарри приобрел второго в своей жизни друга. И кроме того, впервые в жизни мальчик получил беспрепятственный доступ к холодильнику и освобождение от домашней работы, что позволило юному магу ещё глубже погрузиться в своё обучение.

Из воспоминаний его вырвал деликатный кашель наставника.

"Если ты закончил, то давай продолжим занятия. Сейчас у нас по расписанию руны. Сегодня у нас по программе три руны, а затем небольшой тест. Приступай".

Тяжело вздохнув, Гарри одним резким движением погрузил свою руку себе в грудь по локоть. И пока волна омерзения окончательно не накрыла его с головой, быстро выдернул её с искомым.

Когда мальчик наконец поднялся и сумел разжать кулак, в его ладони оказался небольшой серебряный амулет. На одной стороне был искусно выгравирован паук. На обратной стороне находился большой кроваво-красный рубин.

Поднеся ещё чуть трясущимися руками амулет к альбомному листу, юный маг стал ждать. Через пару секунд рубин полыхнул огнём, и на листе появилась выжженная новая руна.

Повторив этот ритуал дважды, Гарри дотронулся указательным пальцем до жвал паука.

Раздался щелчок, и руку пронзила внезапная боль. Которая, впрочем, мгновенно прекратилась. Амулет вновь исчез, и только крохотная ранка на пальце свидетельствовала о произошедшем.

"Разве нельзя обойтись без этого?" -- с тоской подумал Гарри.

"Ничего в этом мире не даётся даром", -- философски заметил амулет. -- "Думаю, пять минут в день можно и потерпеть, или ты хочешь прервать наши занятия?"

"Нет, мне просто интересно. Кто придумал такую дурацкую систему защиты?"

"Это закрытая информация".

"Да-да, знаю. Не имеешь права рассказывать о своём создателе, мы это уже проходили".

"Именно. Поэтому не будем отвлекаться и начнём наши занятия. За работу, лодырь!"

Так закончился ещё один день Гарри Поттера в семье Дурслей.


День рождения, письма и прочие неприятности


Гарри устало посмотрел на заваленный исписанной бумагой стол и вновь уткнулся в свои расчёты.

Что бы он ни делал, "Воздушный кулак" никак не хотел превращаться в "Огненную стрелу". И это вместе с ехидными замечаниями наставника порядком раздражало юного мага.

Ещё раз пробежавшись глазами по формулам, он отправил ещё один смятый лист в мусорную корзину.

Гарри чувствовал, что разгадка близка, но верный ответ каждый раз ускользал от него.

"Не получается? Какая жалость. А то я решил, что ты не так уж и безнадёжен".

"Хватит ёрничать! Вместо того, чтобы подкалывать, лучше бы подсказал, в чём моя ошибка!"

"Ну уж нет. Если ты не способен справиться даже с простейшим построением чар, то чему я должен учить в дальнейшем?"

"Знаю, сколько раз ты мне это уже повторял?"

"Повторял, повторяю и буду повторять, пока ты не запомнишь раз и навсегда, магия -- это не просто беспорядочное нагромождение знаков. Магия -- это, прежде всего, наука. И как любая наука, она подчиняется определённым законам. Именно в их постижении и заключается суть моделирования. Можно годами заучивать сотни заклинаний, но так и остаться в магии полным дилетантом, который не способен ни на шаг отступить от шаблонов. А можно понять, как она работает, и моделировать нужные заклинания по мере необходимости. Мастер моделирования может создать совершенно новое заклинание за секунды..."

Гарри мысленно застонал. Его наставника вновь понесло. Конечно, то, что рассказывал говорящий амулет, было в высшей мере интересно, но только первые раз десять -- пятнадцать. Эту же речь, подчёркивающую всю важность для мага способности к моделированию, наставник произносил особенно часто.

Оставалось только молча сидеть и слушать монотонную лекцию амулета. Но, похоже, учитель был сегодня не в настроении, из-за чего лекция закончилась довольно быстро.

Ещё через два часа и полсотни исписанных листов юного волшебника осенило. Быстро сделав несколько пометок на полях, Гарри откинулся на стуле, устремив победный взор в потолок.

"Ну, понял, в чём была твоя главная ошибка?" -- раздался в голове довольный голос амулета.

"Да. В векторах мощности. Стараясь сделать "Огненную стрелу" как можно мощнее, я забыл о подаче кислорода во внутреннюю часть заклинания. Ядру не хватало горючего, и заклинание рассеивалось".

"Правильно. А теперь, Гарри, ложись спать. Сегодня был тяжёлый день".

"Спать? А как же руны?"

"Сегодня я дам тебе отдохнуть. Считай, что это подарок на наш юбилей. Вот уже ровно год я стараюсь вбить в эту пустую голову основы магии, и пока у меня, несмотря на все твои попытки мне в этом помешать, получается".

"Что? Какой юбилей?"

"Гарри, ты, часом, пока меня не было, не бился головой об стену? Давно смотрел на календарь? Если тебе так интересно, то сейчас три часа ночи тридцать первого июля 1991 года. И тебе уже три часа как одиннадцать лет. Поздравляю".

"Спасибо", -- Гарри смутился. За последние дни он совершенно потерял счёт времени и совершенно забыл о своём дне рождения.

И тут его осенило. Схватив чертёж, он быстро начал воплощать свою идею в жизнь. В его голове вновь раздалось ворчания амулета.

"Но, учитель, я ещё не закончил. Если добавить сюда пару рун "Воздуха", затем сюда, сюда и сюда..."

Дальше слова мальчика превратились в неразборчивое бормотание, которое было оборвано неожиданно властным рыком амулета.

"Поттер, спать! -- и уже тише закончил, -- давай ложись, завтра у тебя тяжёлый день. Одиннадцать лет бывает раз в жизни".

"Хорошо, мастер".

"И кстати, насчёт заклинания, ты был полностью прав. Если добавить к "Огненной Стреле" эти руны, то на выходе у тебя получится заклинание "Огненного шара". Но его мы будем проходить чуть позже. А теперь спи".

Утром Гарри проснулся от истошного крика Дадли. Не разбирая, что делает, юный маг выскочил из кладовки и столкнулся нос к носу со взбешённым дядей Верноном. Тот моментально схватил мальчика за шиворот и с силой встряхнул.

-- Ты ответишь за это, паршивец!

-- Поставь меня на место, иначе прокляну, -- прошипел Гарри, задыхаясь.

-- Молчать! -- завопил дядя Вернон так, что с потолка сорвалась пара пауков. Но всё же разжал хватку. Потом он несколько раз глубоко вздохнул и скроил на своем лице подобие улыбки, что стоило ему немалых сил.

-- Так что здесь происходит? -- Наконец смог собраться с мыслями мальчик.

-- Твоя чёртова змея схватила Дадли!

-- Змей. Шас самец, -- поправил он старшего Дурсля. -- Так что произошло?

Всё ещё красный дядя Вернон сумел, наконец, обуздать свой гнев и ответил:

-- Утром Дадли пошёл за почтой, где на него напал твой чокнутый змей.

-- Как напал? Просто обвил кольцами или укусил?

-- Обвил. А что? - Совсем потерял нить рассуждения своего племянника Вернон.

А Гарри поставил себе ещё один мысленный плюс. Все как и учил наставник. В сражении главное смутить противника, чтобы тот упустил инициативу, а затем нужно навязать ему бой на своих условиях.

-- Значит они в коридоре?

-- Да.

Зайдя в коридор, Гарри увидел то, что и ожидал увидеть. Посередине коридора стоял оцепеневший от ужаса Дадли, чьи ноги были надёжно связаны Шасом. Не обращая внимания на несвязное бормотание кузена, маг обратился к змею.

-- Ч-что з-здесь проис-сходит, Ш-шас?

-- Мальчиш-шка реш-шил украс-сть пис-сьмо говорящ-щего.

-- Пис-сьмо?

И дождавшись утвердительного кивка змея, обратился к Дадли, постаравшись вложить в голос всю возможную для него приторность.

-- Мой дражайший кузен. Тебе никто не говорил, что красть у родственников нехорошо? Тем более если твой родственник -- маг.

В подтверждение своих слов Гарри сотворил небольшой "Огненный шар", любезно подержал его пару секунд перед лицом кузена, а затем потушил.

-- Хотя, может быть, я ошибся, и ты хотел лично доставить мне моё письмо? Я прав?

Дадли в подтверждение слов "дорогого родственника" затрясся, как китайский болванчик. Конверт выпал из брюк мальчика и упал на пол.

Гарри поднял письмо и уставился на него, не веря своим глазам; в груди у него позванивало, словно там, внутри, кто-то дергал струну. Никто-никто, никогда в жизни не написал ему ни единого письма. Да и кому было писать-то? Друзей среди людей у него не было, никаких других родственников -- тоже. Он и в библиотеку не был записан, так что это даже не могло быть сердитым требованием сдать просроченную книгу. Однако письмо -- вот оно, и адрес на нем такой, что не ошибешься:


Мистеру Гарри Поттеру

графство Суррей

город Литтл Уингинг

улица Тисовая

дом 4, чулан под лестницей.

Конверт был толстым и довольно тяжелым, сделанным, похоже, из желтоватого пергамента, а адрес выписан изумрудно-зелеными чернилами. Марки на конверте не было.


Перевернув конверт дрожащими руками, Гарри разглядел лиловую сургучную печать с гербом: лев, орел, барсук и змея окружали большую букву "Х".

"Подозрительно. Всё это слишком похоже на то, что нас стараются втравить в какую-то дурно пахнущую историю. Сначала бросили мальчишку на десятилетие в доме у садистов, а теперь присылают странные письма".

"И что теперь делать?"

"Ну, лично я предлагаю избавиться от этого письма. Но выбор за тобой".

"Нет. Если кому-то я действительно понадобился, то одним письмом я не отделаюсь. Так что надо вскрывать".

"Растёшь, ученик. Но в таком случае отдай его Дадли, пусть прочтёт для нас. А то мало ли какую дрянь нам могли прислать".

Протянув конверт кузену, Гарри столь же сладко попросил дрожащего родственника:

-- Открой и прочти.

Дадли, заикаясь от страха, подчинился:

-- Школа Чародейства и Волшебства "Хогвартс"


Директор: АЛЬБУС ДАМБЛДОР (Кавалер ордена Мерлина первой степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной Конфедерации Магов)


Дорогой мистер Поттер:

Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства "Хогвартс". Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов.

Занятия начинаются 1 сентября. Ждем вашу сову не позднее 31 августа.

Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл, заместитель директора.


"И что это было?"

"Без понятия".


Хранитель ключей


Следующие две недели слились для Гарри в один миг. Один длинный, кошмарный миг.

За эти дни юный маг окончательно забыл, что такое отдых и здоровый сон.

Похоже, странное письмо заставило наставника окончательно забыть о таких понятиях, как жалость и сострадание. Теперь все дни напролёт Гарри проводил в ближайшем лесу, оттачивая свой небогатый арсенал.

Когда вечером мальчик всё же приползал домой, единственное, о чём он мечтал, это как можно быстрее провалиться в сон.

А постоянные побудки посреди ночи с последующими марш-бросками через импровизированную полосу препятствий вообще стали настолько привычными, что о них не хотелось и вспоминать. На все вялые протесты Гарри амулет жёстко отвечал, что всё происходящее в его же собственных интересах.

Единственные, кто искренне радовались сложившейся ситуации, были Дурсли. Они были счастливы хоть на время избавиться от этого "ненормального". Но, слава богу, всё плохое рано или поздно заканчивается. Закончилась и эта пытка.

Наконец настало утро пятнадцатого августа. Именно в этот день, за ним должен был прибыть представитель из Хогвартса.

И вот в назначенный час всё семейство Дурслей и последний из Поттеров застыли в гостиной, ожидая таинственного представителя.

Тут входная дверь содрогнулась от мощных ударов. Не дожидаясь, пока она окончательно слетит с петель, дядя Вернон бросился в коридор. Схватился за ручку, и в этот момент на дверь пришёлся особенно сильный удар.

Дурсля старшего подбросило и вышвырнуло обратно в гостиную.

Все поражённо замерли, глядя в дверной проём.

В дверном проеме стоял великан. Его лицо скрывалось за длинными спутанными прядями волос и огромной клочковатой бородой, но зато были видны его глаза, маленькие и блестящие, как черные жуки. Великан протиснулся в дом и пригнулся, но голова его все равно касалась потолка -- уж слишком он был велик.

Гарри всмотрелся в свирепое, страшное лицо, скрытое волосами, и увидел, что глаза-жуки сузились в улыбке.

-- Привет, Гарри. Я Рубеус Хагрид, смотритель и хранитель ключей Хогвартса. Когда я видел тебя в последний раз, ты совсем маленьким был, -- сообщил великан, проходя в гостиную и не замечая лежащего на полу Дурсля.

-- А сейчас вон как вырос -- и вылитый отец, ну один в один просто. А глаза матери.

А тем временем Гарри, пока великан пел хвалебную оду его покойным родителям, старался проанализировать ситуацию.

"Начнём с простого. Чего от него хотят те, кто прислал сюда Хагрида?"

"Не знаю. Я не вижу во всём этом логики. А ты как думаешь?" -- с любопытством спросил ученик.

"Эх, молодость. Когда-то и мой создатель был таким же наивным, как ты. Лично мне кажется, расчет был на то, что мистер Поттер воспримет того, кто придет к нему, как лучшего человека в мире. Соответственно, все сказанное этим человеком станет для Гарри истиной в последней инстанции. И кого лучше всего отправить выполнять самую важную часть плана?"

"Самого преданного, который ни на секунду не усомнится в правоте своего кукловода и не зародит подозрений на его счёт у жертвы".

"Молодец. Как видишь, Хагрид идеально подходит под это описание. Осталось только выяснить, кто стоит за этим великаном, и определиться с нашей линией поведения".

"А какой у меня выбор? Либо сразу показать, что ни он сам, ни его работодатель меня не интересуют. По крайней мере пока не докажут, что их планы представляют для меня интерес. Пусть за идею сражаются другие, а меня увольте. Либо сыграть забитого всеми мальчика, которого они и ожидают увидеть".

"И что выберешь?"

"Думаю пока подыграю, в конечном итоге никогда не поздно показать клыки".

"Хорошо, тогда мы поступим так..."

-- Хагрид, ты говорил, что держал меня на руках, а когда это было? Я почти всю свою жизнь прожил у Дурслей и ничего не помню о родителях.

-- Да в ту ночь, когда Лили и Джеймс умерли, - великан захлюпал носом. - Это ведь я доставил тебя сюда.

-- И что было дальше?

-- Ну, дык я же говорю. Доставил я тебя к Дурслям, а тут перед дверью нас уже ждали Дамблдор и МакГонагалл. Минерва не хотела тебя отдавать, но он настоял. Дамблдор сказал, что с семьёй тебе будет лучше. Но перед этим решил поговорить с ними, чтоб не баловали. Дамблдор великий человек! Великий!

"Ну, Гарри, что мы узнали из этого монолога?"

"Если хочу жить долго и счастливо, то от директора мне надо держаться подальше. В этом мне может помочь профессор МакГонагалл. Она хоть и состоит в этом кружке анонимных сектантов, но, похоже, не разделяет генеральную линию партии".

-- А что произошло с моими родителями?

-- Так ты ничего не знаешь?

-- Мне всегда говорили, что мои родители погибли в автокатастрофе, - здесь Гарри сам попытался пустить слезу. За последний год он если и не стал бессердечным циником, то успешно двигался в этом направлении.

К счастью, великан не заметил фальши в словах юного мага.

-- Автокатастрофа? Да как могла автокатастрофа погубить Лили и Джеймса Поттеров? Ну и ну, вот дела-то! Вот это да! Да быть такого не может, чтоб Гарри Поттер ничего про себя не знал! Да у нас его историю любой ребенок с пеленок знает! И родителей твоих тоже!

"Значит, мы знамениты? Всё интереснее и интереснее..."

-- Но почему? -- В голосе Гарри появилась настойчивость. -- И что с ними случилось, с мамой и папой?

-- Да, не ждал я такого, -- произнес он низким, взволнованным голосом.

-- Дамблдор меня предупреждал, конечно, что непросто будет... ну... забрать тебя у этих. Но я и подумать не мог, что ты вообще ничего не знаешь. Не я, Гарри, должен бы рассказать тебе обо всем... э-э, но кто-то ж должен, так? Ну не можешь ты ехать в Хогвартс, не зная, кто ты такой.

Он мрачно посмотрел на Дурслей.

-- Что ж, думаю, что будет лучше, если я тебе расскажу, н-ну... то, что могу, конечно, а могу не все, потому как, э-э... загадок много осталось, непонятного всякого...

"Говори!!!"

-- Наверное, начну я... с человека одного, -- произнес Хагрид через несколько секунд. -- Нет, поверить не могу, что ты про него не знаешь -- его в нашем мире все знают...

-- А кто он такой? -- спросил Гарри, не дав Хагриду замолчать и уйти в себя.

-- Ну... Я вообще-то не люблю его имя произносить. Никто из наших не любит.

-- Но почему?

-- Клянусь драконом, Гарри, люди все еще боятся, вот почему. А, чтоб меня, нелегко все это... Короче, был там один волшебник, который... который стал плохим. Таким плохим, каким только можно стать. Даже хуже. Даже еще хуже, чем просто хуже. Звали его...

Хагрид задохнулся от волнения и замолк.

-- Может быть, вы лучше напишете это имя? -- предложил Гарри.

-- Нет, не знаю я, как оно пишется. Ну ладно... э-э... Волан-де-Морт, -- выдавил, наконец, Хагрид, передернувшись. -- И больше не проси меня, ни за что не повторю. В общем, этот волшебник лет так... э-э... двадцать назад начал себе приспешников искать.

Дальше хранитель ключей поведал им о Волан-де-Морте и его родителях, как он их убил, а затем сам исчез. Гарри слушал Хагрида, не перебивая, радуясь даже таким крохам полезной информации.

Но вот с наставником во время рассказа явно творилось что-то неладное. Уже на середине повести о злодеяниях чёрного мага он перестал отпускать ехидные замечания в сторону великана, а к концу даже начал тихо ругаться себе под нос.

"Что случилось?" -- не на шутку встревожился юный маг.

"Помнишь, я говорил, что это история дурно пахнет? Я ошибся. Она прямо-таки воняет тухлятиной! Ты заметил, Хагрид ни разу не сказал, что Волан-де-Морт умер, он сказал, что с той ночи он исчез. Дальше, зачем одному из сильнейших магов мира было лично нападать на дом твоих родителей? У него для этого была целая армия приспешников. Нет, полез сам. Его поведение совершенно лишено логики. Уж на что, а на отсутствие здравого смысла тёмные маги никогда не жаловались. Ещё одна странность. С какой стороны ни посмотри, полный маразм".

"Понятно то, что ничего не понятно".

"Ну не скажи. Похоже в этой загадке отсутствует какая-то важная составляющая, её мы попытаемся выяснить позже. К счастью, для нашего уравнения это неважно. Но зато мне кажется, я понял, зачем мы Дамбмлдору. Ну как, тебе озвучить моё предположение или сам догадаешься?"

"Мы приманка для Волан-де-Морта. Конечно, если он жив. Хотя я и не пойму, почему он обязательно должен охотиться за нами? Но раз так считает Дамблдор, то вероятность такого исхода довольно велика".

"Ты прав, Гарри. Если всё обстоит именно так, то лёгкой жизни нам не видать. Но давай не будем спешить с выводами, возможно, мы ошиблись, и никто за нами охотиться не собирается".

"Не ожидал услышать от тебя такое. Мне казалось, ты будешь держаться этой версии до конца".

"Я стараюсь быть оптимистом. Иначе если Воланд-де-Морт "воскреснет" в ближайшую пару лет, то нас раскатают в тонкий блин. Если же нам дадут хотя бы два-три года, мы ещё побарахтаемся, а ещё через десятилетие нам не будут страшны все тёмные лорды в придачу со светлыми волшебниками".

"Ну и что в таком случае нам делать?"

"Во-первых, не плясать под дудку директора, по возможности увеличивая наши скромные силы, во-вторых, нам надо обзавестись преданными союзниками. И поскольку таких на горизонте я не вижу, тебе придётся вырастить их самому. К счастью, в Хогвартсе у тебя для этого будет много времени. Но мы с тобой заболтались. Вон Хагрид уже начал коситься. Быстро хватай его за руку и дуй за покупками".

-- Ну, Хагрид, пошли?


"Дырявый котёл"


Несмотря на то, что когда они покинули дом Дурслей ещё не было и одиннадцати, Гарри с Хагридом добрались до "Дырявого Котла" только к полудню. И то учитель назвал это чудом с таким-то проводником. Гарри был с ним полностью согласен.

Кроме того, что до города им пришлось добираться на полусгнившем, пропахшем бензином мотоцикле великана, как оказалось, что Хагрид не знал, как туда добраться обычным способом. Через час безуспешных поисков железный конь великана, наконец, не выдержал и заглох. И как бы не старался Хагрид его реанимировать, ему это так и не удалось.

Пришлось добираться на метро. Но даже здесь он сумел отличиться. Для начала он застрял в турникете метро, а после громко жаловался, что сиденья в вагонах слишком маленькие, а поезда слишком медленные.

На все вопросы юного мага, как же он добирался до Косого переулка раньше, великан что-то невнятно бормотал о каминах и летучем порошке.

От немедленного линчевания Хагрида спасло только то, что ученик с наставником так и не пришли к согласию о способе его умерщвления.

Единственным плюсом путешествия с Хагридом можно было назвать его абсолютную проходимость. Там, где застрял бы даже танк, провожатый проходил с лёгкостью, оставляя за собой остатки поверженных противников.

Наконец он остановился и указал рукой на неприметное здание.

-- Пришли. "Дырявый котел". Известное местечко.

Это был крошечный невзрачный бар. Если бы Хагрид не указал на него, Гарри бы его даже не заметил. Проходящие мимо люди на бар не смотрели. Их взгляды скользили с большого книжного магазина на магазин компакт-дисков, а бар, находившийся между этими магазинами, они, похоже, вовсе не замечали.

"Иллюзия или маскировочные чары?"

"Нет. Просто это место -- жуткая дыра", -- влез амулет.

"Гад. Весь момент испортил".

Внутри бар оказался точно таким же, каким он выглядел снаружи. Плохое освещение и обшарпанные стены ещё больше усиливали чувство ветхости и запущенности.

Клиенты были под стать заведению. Все как на подбор подозрительные личности с явно криминальным прошлым. По крайней мере, Гарри ни один из них не внушал должного доверия.

Когда они вошли, все разговоры сразу смолкли. Очевидно, Хагрида здесь все знали -- ему улыбались и махали руками, а бармен потянулся за стаканом со словами:

-- Тебе как обычно, Хагрид?

-- Не могу, Том, я здесь по делам Хогвартса, -- ответил Хагрид и хлопнул Гарри по плечу своей здоровенной ручищей так, что у того подогнулись колени.

-- Боже милостивый, -- произнес бармен, пристально глядя на Гарри. -- Это... Неужели это...

В "Дырявом котле" воцарилась тишина.

"Гарри, внимание! Медленно отступаем к двери и бежим отсюда со всех ног".

Но сбежать им не дали. Бармен с удивительной ловкостью вцепился в запястье мальчика и уставился на юного мага безумным взглядом.

-- Добро пожаловать домой, мистер Поттер. Добро пожаловать домой.

Гарри не знал, что сказать. Все посетители бара смотрели на него горящими глазами.

Вдруг разом заскрипели отодвигаемые стулья, и следующий момент Гарри уже обменивался рукопожатиями со всеми посетителями "Дырявого котла".

"Спасайся, кто может! Сектанты атакуют!"

Единственным адекватным посетителем бара оказался бледный мужчина средних лет в лиловом тюрбане. Пока остальной народ тихо сходил с ума, он спокойно сидел за барной стойкой и тихо поглощал выпивку.

Заметив его, Хагрид весело закричал:

-- Профессор Квиррелл! - Выталкивая перед собой мальчика. -- Гарри, профессор Квиррелл -- один из твоих будущих преподавателей.

-- П-п-поттер! -- произнес, заикаясь, профессор Квиррелл. -- Н-не могу п-пе-редать, насколько я п-польщен встречей с вами.

Квиррелл явно не желал продолжать разговор и тут же попытался ретироваться.

Но не тут то было. Не желая терять единственного адекватного человека, Гарри попросту прилип к профессору с расспросами:

-- Какой раздел магии вы преподаете, профессор Квиррелл?

-- Защита от Т-т-темных искусств, -- пробормотал Квиррелл с таким видом, словно ему не нравилось то, что он сказал. -- Н-не то что бы вам это было н-нужно, верно, П-п-поттер? -- профессор нервно рассмеялся. -- Как я п-понимаю, вы решили п-приобрести все н-необходимое для школы? А мне н-нуж-на новая к-книга о вампирах.

Вид у него был такой, будто его пугала сама мысль о вампирах.

Квиррелл вновь принял попытку к бегству. И вновь она закончилась неудачей. Гарри не собирался так просто отпускать свою жертву. Через десять минут интенсивного допроса Квиррелл уже был готов на всё, лишь бы Гарри, наконец, оставил его в покое.

Но остальные не желали мириться с тем, что Квиррелл безраздельно завладел вниманием Гарри. Прошло еще минут десять, прежде чем зычный голос Хагрида перекрыл другие голоса.

-- Пора идти. Нам надо еще кучу всего купить. Пошли, Гарри.

Его аккуратно оттеснили от преподавателя ЗОТИ и потащили к выходу.

Но Гарри всё же успел крикнуть напоследок:

-- Приятно было познакомиться, профессор! Думаю, мы продолжим наш разговор осенью в Хогвартсе.

Лицо Квиррелла приняло выражение, будто его только что огрели лопатой, а довольный собой Гарри вновь шагал за Хагридом.

"Ну, что там? Успел определить, что за артефакт был на Квиррелле?" -- задал мучивший его вопрос Гарри.

"Нет. Не хватило времени. Но у него определённо что-то очень тёмное. Явно какая-то контрабанда".

"А кто мне говорил, что для него такое ерунда?"

"Сам попробуй одновременно отражать ментальные атаки и заниматься зондированием".

"Я ещё маленький, таким трюкам не обучен... Стоп! Ты сказал ментальная атака? Но тогда, почему я ничего не почувствовал?"

"А ты думаешь, всё так просто? Выучил пару основных ментальных техник и сразу зазнался. Для защиты разума от большинства дилетантов этого, конечно, достаточно. Но против настоящего мастера твои блоки не продержатся и пары секунд. Если бы не я, то Квиррелл уже знал бы о нас всё".

"И что теперь?"

"Действуем по плану. Врагом больше, врагом меньше, невелика разница".

"Какая жалость. Единственный нормальный человек, и тот оказался тёмным магом. И как его вообще приняли на работу в Хогвартс?"

"Сам-то ты кто? Лично мне кажется, что на паладина в сверкающих доспехах ты не тянешь. Ладно, со всем этим можно будет разобраться и попозже".

Хагрид вывел его из бара в маленький двор, со всех сторон окруженный стенами. Здесь не было ничего, кроме мусорной урны и нескольких сорняков.

-- Ну, что я тебе говорил? -- Хагрид ухмыльнулся. -- Я ж тебе сказал, что ты знаменитость. Даже профессор Квиррелл затрясся, когда тебя увидел... хотя, если по правде, он всегда трясется.

"Это точно. С такими фанатами никакого Волан-де-Морта не надо. Они сами кого хочешь порвут на сувениры".

"Но с другой стороны, это потом можно будет использовать в наших целях. Ты даже не представляешь, насколько всемирное обожание облегчает вербовку рекрутов".

-- Он всегда такой нервный?

-- Вижу, он тебя заинтересовал, Гарри? Да. Жаль парня. А ведь талантливый такой, да! Он пока науки по книгам изучал, в полном порядке был, а потом взял... э-э... отпуск, чтоб кой-какой опыт получить. Говорят, он в Черном лесу вампиров встретил, и еще там одна... э-э... история у него произошла с ведьмой. С тех пор он все, другим совсем стал. Учеников боится, предмета своего боится. Так, куда это мой зонт подевался?

Пока мальчик разбирался в свалившейся на него информации, великан начал пристально считать кирпичи в стене.

-- Три вверх... два в сторону, -- бормотал он. -- Так, а теперь отойди, Гарри.

Он трижды коснулся стены зонтом. Кирпич, до которого он дотронулся, задрожал, потом задергался, в середине у него появилась маленькая щель, которая быстро начала расти.

Через секунду перед ними была арка, достаточно большая, чтобы сквозь нее мог пройти Хагрид. За аркой начиналась мощенная булыжником извилистая улица.

-- Добро пожаловать в Косой переулок, -- произнес Хагрид.


"Гринготтс"


Косой переулок завораживал.  Гарри еле себя сдерживал, чтобы сохранить невозмутимый вид, а не вертеть головой по сторонам. Даже наставник ненадолго примолк, поражённый открывшейся картиной.

Здесь были магазины, которые торговали мантиями, телескопами и странными серебряными инструментами, каких Гарри никогда не видел. Витрины по всей улице были забиты бочками с селезенками летучих мышей и глазами угрей, покачивающимися пирамидами из книг с заклинаниями, птичьими перьями и свитками пергамента, бутылками с волшебными зельями и глобусами Луны...

Но больше всего внимание мага привлекло белоснежное здание, возвышающееся над окружающими его домами.

-- "Гринготтс", -- объявил Хагрид, затаскивая Гарри внутрь. -- Еще никому не удавалось ограбить его, -- добавил он.

Сразу за первыми дверьми находились вторые, сделанные из чистого серебра.

"Понятно, что хороший понт дороже денег, но надо же знать меру. Что дальше? Двери из золота и платины?" -- опять начал ворчать наставник, но чувствовалось, что делает это он скорее по привычке.

Взгляд юного мага неожиданно наткнулся на ровные, изящно выгравированные ряды рун. Вспомнив уроки наставника, мальчик попытался расшифровать надпись. Получилась какая-то абракадабра. Причём некоторые символы друг другу противоречили.

Ещё немного поломав голову над этим, Гарри решил обратиться за помощью к профессионалу.

"Наставник, а что здесь написано?"

"Гарри, твоя невнимательность граничит только с твоей бездарностью. Если не можешь сам прочитать текст, то мог бы прочесть находящийся чуть ниже перевод. Или ты даже английского не знаешь?"

Проклиная себя за невнимательность, Гарри быстро нашёл искомый текст:


Входи, незнакомец, но не забудь,

Что у жадности грешная суть,

Кто не любит работать, но любит брать,

Дорого платит -- и это надо знать.

Если пришел за чужим ты сюда,

Отсюда тебе не уйти никогда.


"И это я должен был перевести? Да тут же отрицание на отрицании!"

"А ты как хотел? Жизнь вообще сложная штука".

Заметив интерес мальчика, великан подошёл к нему и дружески похлопал его по плечу. Гарри показалось, что он услышал треск своих костей.

-- Я ж тебе говорил: надо быть сумасшедшим, чтобы попытаться ограбить этот банк, -- сказал Хагрид.

Два гоблина с поклонами встретили их, когда они прошли сквозь серебряные двери и оказались в огромном мраморном холле. На высоких стульях за длинной стойкой сидела еще сотня гоблинов -- они делали записи в больших гроссбухах, взвешивали монеты на медных весах, с помощью луп изучали драгоценные камни. Из холла вело множество дверей, за которыми то и дело исчезали люди в сопровождении гоблинов.

Хагрид и Гарри подошли к стойке.

-- Доброе утро, -- обратился Хагрид к свободному гоблину. -- Мы тут пришли, чтоб немного денег взять... э-э.. из сейфа мистера Гарри Поттера.

-- У вас есть его ключ, сэр?

-- Где-то был, -- ответил Хагрид и начал выкладывать на стойку содержимое своих карманов.

Пригоршня заплесневелых собачьих бисквитов посыпалась на бухгалтерскую книгу гоблина. Гарри и гоблин одновременно поморщились.

-- Нашел, -- наконец сказал Хагрид, протягивая крошечный золотой ключик.

Гоблин изучающе посмотрел на него.

-- Кажется, все в порядке.

-- И у меня тут еще письмо имеется... э-э... от профессора Дамблдора, -- с важным видом произнес Хагрид, выпячивая грудь. -- Это насчет Вы-Знаете-Чего в сейфе семьсот тринадцать.

Гоблин внимательно прочитал письмо.

-- Прекрасно, -- сказал он, возвращая письмо Хагриду. -- Сейчас вас отведут вниз к вашим сейфам. Крюкохват!

Гарри понял, что ему пора вмешаться.

-- Стойте! Прежде чем спускаться вниз, я хотел бы узнать свой нынешний баланс. Сколько именно у меня на счету денег, кто управляет моими финансами и, самое главное, как мне получить ко всему этому доступ.

На Гарри упал недоумённый взгляд великана, но спорить тот всё же не стал.

-- Что ж, мистер Поттер, ваша просьба справедлива. На ваши вопросы ответит Крюкохват. А я пока лично провожу мистера Хагрида к сейфу семьсот тринадцать.

После чего они тут же скрылись в подземелье. Но на освободившееся место моментально сел тот, кого старый гоблин назвал Крюкохватом.

-- Чем могу быть полезен, мистер Поттер?

-- Во-первых, я требую полной конфиденциальности нашего разговора.

-- В этом нет необходимости, мистер Поттер. На весь зал наложены специальные чары, мешающие прослушке. Всё, что вы скажете, навсегда останется между нами.

-- Хорошо. Тогда ответьте на следующие вопросы: сколько сейчас средств находится на доступных мне счетах, и кто ещё имеет к ним доступ.

-- Как будет угодно. На данный момент вы имеете доступ ко всем родовым счетам Поттеров и своей именной ячейке. По последним данным в ней находится около тридцати тысяч галеонов. Их вы можете снять в любой момент по своему желанию. Ещё один миллион семьсот тысяч галеонов находятся в обороте с ежегодной фиксированной ставкой в три процента, принося вам ежегодно прибыль порядка пятидесяти тысяч.

Что касается доступа, то здесь всё несколько сложнее. По правилам, несовершеннолетний волшебник не может снять деньги со счёта без разрешения на то родителей, опекунов или главы рода. Но поскольку у вас нет ни родителей, ни официального опекуна, а ваш род так и не назначил нового главу, то вы не можете пользоваться средствами.

-- Как нет опекунов? А мои дядя с тётей?

-- Опекунами могут стать только совершеннолетние маги и только с согласия министерства. Ваши же родственники являются маглами.

-- А что вы там говорили о главе рода?

-- Главой рода может стать любой маг, находящийся в роду на момент гибели предыдущего главы рода Поттеров. На данный момент единственным претендентом на этот пост являетесь вы.

-- Что мне надо сделать, чтобы стать главой рода?

-- Всего лишь подписать контракт о принятии обязанностей главы рода. В нём чётко прописаны все обязанности и привилегии главы рода над остальными его членами. Но должен вас предупредить, что контракт обратного хода не имеет.

-- Чем это чревато?

-- Глава рода после подписания договора автоматически становится совершеннолетним, теряя все привилегии, а также ограничения, с этим связанные. Далее, вы будете должны не реже, чем раз в два года посещать заседании палаты лордов, и не реже раза в пять лет быть присяжным в суде. Подробнее об этом вы сможете прочитать в уложении о дворянстве.

"Что думаешь?"

"А что тут думать? Подписывай!"

-- Не могли бы вы принести мне этот контракт.

-- Сей момент, мистер Поттер.

Контрактом это можно было назвать только номинально. Всего один лист, исписанный ровно наполовину каллиграфическим почерком. На вопросительный взгляд Гарри гоблин ответил:

-- Контракт магический. В нём автоматически появляется вся информация о состоянии дел внутри вашего рода. На данный момент в роду есть только один член -- вы сами, поэтому у вас нет перед самим собой никаких обязанностей.

-- Понятно.

Не мешкая больше ни секунды, Гарри быстро поставил все необходимые подписи.

Крюкохват просиял.

-- Я рад присутствовать на столь знаменательном событии, как возрождение рода Поттеров.

-- Хорошо, а как мне теперь снять деньги?

-- Есть несколько способов: можно просто взять из хранилища, можно приобрести специальный кошель, связанный порталом с вашим хранилищем, а можно использовать чековую книжку.

-- В чём их разница?

-- У кошеля максимальный дневной лимит сто золотых, а чековую книжку принимают только в официальных магазинах. То есть купить на неё товар у уличного торговца вы не сможете.

-- Беру оба. Сколько мне это обойдётся?

-- Семьдесят пять галеонов за всё, лорд Поттер.

-- Кстати, а какой курс галеона к фунту?

-- Один к десяти.

-- Тогда разменяйте мне тысячу галеонов.

Расплатившись, Гарри стал терпеливо ждать Хагрида. Великан появился через полчаса и вёл себя крайне подозрительно.

-- Что-то случилось, Хагрид?

-- Да нет, ничего.

Тут великан запнулся, и на пол упал крохотный свёрток.

Дальше начались настоящие шаманские пляски. Хагрид позеленел, судорожно ухватил свёрток и завертелся на месте. В его глазах отчётливо виделся плохо скрываемый ужас.

Вдоволь посмеявшись над великаном, Гарри, наконец, решил узнать мнение амулета по этому поводу.

"А что тут думать? Явно спектакль одного актёра, созданный специально для нас Дамблдором. Или ты думаешь, что Хагрид сам споткнулся на ровном месте, выронив на пол артефакт огромной силы?"

"Почему именно артефакт?"

"От этого свёртка так фонит светлой магией, что я чувствую его даже отсюда. Всё, довольно! Помоги этому танцору, и двигайте за покупками".


Мантии и палочки


Покинув банк, Гарри с до сих пор бледным Хагридом направились вниз по улице. Мальчик ещё раз мысленно себя поздравил с тем, что сумел избежать катания на гоблинском аналоге русских горок.

-- Ну что, надо бы купить тебе форму, -- заметил Хагрид, кивнув в сторону магазина с вывеской "Мадам Малкин. Одежда на все случаи жизни". -- Слушай, Гарри, ты... э-э... не против, если я заскочу в "Дырявый котел" и пропущу стаканчик? Ненавижу я эти тележки в "Гринготтсе"... мутит меня после них.

Юный маг чуть не закричал от радости. Постоянная опека со стороны великана начала ему порядком надоедать. Быстро распрощавшись с Хагридом, Гарри направился в нужный магазин.

Мадам Малкин оказалась приземистой улыбающейся волшебницей, одетой в розовато-лиловые одежды.

-- Едем учиться в Хогвартс? -- спросила она прежде, чем Гарри успел объяснить ей цель своего визита. -- Ты пришел по адресу: у меня тут как раз еще один клиент тоже к школе готовится.

Мальчик сел на ближайшую скамейку и начал с любопытством разглядывать своего будущего одноклассника.

Бледный, с тонкими чертами лица и застывшей на нём маской брезгливого высокомерия, которой он поприветствовал нового посетителя. Он сразу вызвал у Гарри лёгкое чувство гадливости. Такое бывает, когда наступаешь голой ступнёй на жирного таракана.

-- Привет!  -- сказал мальчик. -- Тоже в Хогвартс?

-- Да,  -- ответил Гарри.

-- Мой отец сейчас покупает мне учебники, а мать смотрит волшебные палочки,  -- сообщил мальчик. Он говорил как-то очень устало, специально растягивая слова.  -- А потом потащу их посмотреть гоночные метлы. Не могу понять, почему первокурсникам нельзя их иметь. Думаю, мне удастся убедить отца, чтобы он купил мне такую... а потом как-нибудь тайком пронесу ее в школу.

"Типичный представитель золотой молодёжи. Скорее всего, его отец занимает довольно высокий пост в магическом обществе. Судя по всему, не блещет умом и сообразительностью, зато гонору, как у Британской королевы", -- пояснил амулет.

"Варианты поведения?"

"Ну, это смотря, чего ты хочешь добиться. Если тебя интересует протекция его отца, то можно притвориться типичным подхалимом".

"Хочу поставить этого хорька на место!"

"Тогда просто вспомни, что ты больше не подзаборный оборванец. Ты глава рода. Он может быть богаче тебя, возможно, его происхождение благороднее, и уж точно у него куда больше связей. Но это всё принадлежит не ему, а главе рода. Даже если он когда-нибудь в будущем унаследует титул отца, то сейчас он никто. Всего лишь рядовой член этого рода.

У него нет ничего своего. Ни звания, ни титула, ни денег. Всё родовое. Просто дави на это, но всё же делай это аккуратно. Нам только вендетты с аристократией не хватало. Возможно, в будущем он нам ещё пригодится. Дай ему шанс".

-- Вообще-то в цивилизованном обществе сначала нужно представиться. Хоть мы и не на приёме, но простейшие правила приличия нужно соблюдать, - прервал словесный поток аристократа Гарри.

Блондин поперхнулся, посмотрел на собеседника и слегка покраснел:

-- Да. Ты прав. Отец всегда говорил, что надо быть всегда воспитанным. Меня зовут Драко Малфой. А тебя?

-- Лорд Гарри Джеймс Поттер, -- юный маг постарался вложить в голос как можно больше снобизма.

-- Что?! Поттер! -- Лицо Драко перекосило от нахлынувших на него эмоций.

-- Лорд Поттер, -- поправил Малфоя Гарри. -- И тебе стоило бы проявлять больше уважения к главе чужого рода.

Юный маг отчётливо услышал скрежет зубов блондина, но тот всё же сумел перебороть себя и быстро сменил тему.

-- Ну и ну, ты только посмотри на этого!  -- воскликнул Драко, кивком показывая на окно. За окном стоял Хагрид, улыбаясь Гарри и показывая на два огромных мороженых, словно объясняя, почему он не может войти внутрь.

-- Это Хагрид,  -- пояснил Гарри.  -- Он работает в Хогвартсе.

-- А-а-а,  -- протянул тот.  -- Я о нем слышал. О там что-то вроде прислуги, да?

-- Он лесник.

-- Да, точно. Я слышал, он настоящий дикарь. Живет в хижине на территории школы и время от времени напивается и пытается творить чудеса, а все кончается тем, что вспыхивает его собственная постель!

-- Не знаю. Мы знакомы менее суток. Но лично мне он кажется почти бесполезным. Мало того, что фанатично предан Дамблдору, так ещё и крайне неуклюж.

-- Постой! Тебе не нравится Дамблдор? -- похоже, Драко был поражён.

-- Если ты спрашиваешь, не являюсь ли я его марионеткой, то отвечу тебе своё твёрдое нет. За что мне его любить? За десятилетие боли и унижений? За исковерканное детство? Нет уж, увольте!

"Тебя занесло!" -- заорал в голове амулет.

От продолжения этого разговора Гарри спасла мадам Малкин.

-- Все готово,  -- произнесла она.

Нельзя сказать, чтобы Гарри был огорчен тем, что у него появился повод закончить разговор, но он всё же решил закончить.

-- Запомни раз и навсегда, Драко. Я всегда сражаюсь лишь на одной стороне. Своей собственной.

-- А ты необычный человек, Поттер. Что ж, встретимся в школе, -- донесся ему вслед ответ Малфоя.

Гарри молча ел купленное Хагридом ванильно-шоколадное мороженое с колотыми орешками и одновременно с этим выслушивал нотацию своего наставника.

"Ты идиот!"  -- дребезжал его гневный голос в голове у мальчика, вызывая жуткую мигрень. -- "Так подставиться! А если бы он был шпионом Дамблдора? Нас бы уже скрутили и отправили на промывание мозга!..."

Юный маг был с ним полностью согласен, продолжая безропотно слушать разнос учителя.

Хагрид заметил, что Гарри какой-то притихший и грустный.

-- Что-то случилось? -- спросил он.

-- Все в порядке, -- соврал Гарри.

Он продолжали поход за покупками, но юный маг уже не обращал внимания на окружающую его обстановку. Единственное, чего ему сейчас хотелось больше всего, так это поскорей закончить с покупками и забыть этот день как дурной сон.

Пока Гарри механически беседовал с Хагридом, они уже прошли половину Косого Переулка. Мальчик сам не заметил, как стал обладателем всего необходимого и сумел отговорить великана от покупки совы.

Но вот настал момент покупки волшебной палочки, и юный маг встрепенулся. Гарри не совсем понимал, зачем она ему нужна, ведь его наставник учил, что для сотворения заклинаний нужна только сила воли, но у всех видимых им волшебников она была. И значит, для чего-то она всё же необходима.

"Наконец-то спросил. Ты прав в одном, для тебя палочка не столь важна. Ты умеешь управлять энергией напрямую. Но в подавляющем большинстве волшебникам лень учится прямому контролю, им легче во всём полагаться на этот кусок дерева".

"Значит, для меня она бесполезна?"

"Разумеется, нет. Используя палочку, ты сможешь сократить энергоёмкость заклятий на порядок. Но не обольщайся. Ты и дальше будешь учиться создавать все новые заклятия без палочки. Мало того, что это куда эффективнее развивает внутренний резерв, так ещё в будущем эта способность может стать неприятным сюрпризом для твоих врагов".

Магазин "Олливандер" находился в маленьком обшарпанном здании. С некогда золотых букв "Семейство Олливандер -- производители волшебных палочек с 382-го года до нашей эры" давно уже облетела позолота. В пыльной витрине на выцветшей фиолетовой подушке лежала одна-единственная палочка.

Когда они вошли внутрь, где-то в глубине магазина зазвенел колокольчик. Помещение было крошечным и абсолютно пустым, если не считать одного длинного тонконогого стула, на который уселся Хагрид в ожидании хозяина.

Гарри почувствовал, как по коже побежали мурашки. Здешние пыль и тишина были полны волшебных секретов и, казалось, издавали почти неслышный звон.

"Не вздумай переключаться на "Истинное зрение", иначе ослепнешь. Здесь такая концентрация Силы, что удивительно, даже мне немного не по себе".

-- Добрый день, -- послышался тихий голос.

Гарри подскочил от неожиданности. Хагрид, по-видимому, тоже подскочил, потому что раздался громкий треск, и великан быстро отошел от покосившегося стула.

Перед ними стоял пожилой человек, от его больших, почти бесцветных глаз исходило странное, прямо лунное свечение, прорезавшее магазинный мрак.

-- Здравствуйте, -- выдавил из себя Гарри.

-- О, да, -- старичок покивал головой. -- Да, я так и думал, что скоро увижу вас, Гарри Поттер, -- это был не вопрос, а утверждение. -- У вас глаза, как у вашей матери. Кажется, только вчера она была у меня, покупала свою первую палочку. Десять дюймов с четвертью, элегантная, гибкая, сделанная из ивы. Прекрасная палочка для волшебницы.

Мистер Олливандер приблизился к Гарри почти вплотную. Мальчик достойно выдержал взгляд мастера, хотя на миг юному магу ужасно захотелось отвернуться или моргнуть.

-- А вот твой отец предпочел палочку из красного дерева. Одиннадцать дюй...

-- Мистер Оливандер, давайте оставим моих родителей в покое и приступим к делу.

-- Конечно! Конечно! Мистер Поттер. Дайте мне подумать, -- он вытащил из кармана длинную линейку с серебряными делениями. -- Какой рукой вы берёте палочку?

-- Я?.. -- замялся Гарри, наконец спохватившись. -- А, я правша!

-- Вытяните руку. Вот так.

Старичок начал измерять правую руку Гарри. Сначала расстояние от плеча до пальцев, затем расстояние от запястья до локтя, затем от плеча до пола, колена до подмышки, и еще зачем-то измерил окружность головы.

-- Внутри каждой палочки находится мощная магическая субстанция, мистер Поттер, -- пояснял старичок, проводя свои измерения. -- Это может быть шерсть единорога, перо из хвоста феникса или высушенное сердце дракона. Каждая палочка фирмы "Олливандер" индивидуальна, двух похожих не бывает, как не бывает двух абсолютно похожих единорогов, драконов или фениксов. И конечно, вы никогда не достигнете хороших результатов, если будет пользоваться чужой палочкой.

Наконец экзекуция закончилась, и Гарри начал по очереди примерять протянутые ему палочки. Но не тут то было. Гора палочек росла, а Оливандер всё никак не мог определиться с выбором.

-- А вы необычный клиент, мистер Поттер, не так ли? Не волнуйтесь, где-то здесь у меня лежит то, что вам нужно... а кстати... действительно, почему бы и нет? Конечно, сочетание очень необычное -- остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов, очень гибкая, прекрасная палочка.

Гарри взял палочку, которую протягивал ему мистер Олливандер. И внезапно пальцы его потеплели. Он поднял палочку над головой, со свистом опустил ее вниз, разрезая пыльный воздух, и из палочки вырвались красные и золотые искры, яркие, как фейерверк, и их отсветы заплясали на стенах.

-- О, браво! Да, это действительно то, что надо, это просто прекрасно. Так, так, так... очень любопытно... чрезвычайно любопытно...

Мистер Олливандер уложил палочку обратно в коробку и начал упаковывать ее в коричневую бумагу, продолжая бормотать:

-- Любопытно... очень любопытно...

-- Извините, -- спросил Гарри, -- что именно кажется вам любопытным?

Мистер Олливандер уставился на Гарри своими выцветшими глазами.

-- Видите ли, мистер Поттер, я помню каждую палочку, которую продал. Все до единой. Внутри вашей палочки - перо феникса, я вам уже сказал. Так вот, обычно феникс отдает только одно перо из своего хвоста, но в вашем случае он отдал два. Поэтому мне представляется весьма любопытным, что эта палочка выбрала вас, потому что ее сестра, которой досталось второе перо того феникса... Что ж, зачем от вас скрывать -- ее сестра оставила на вашем лбу этот шрам.

Пока Олливандер продолжал расхваливать палочку, амулет вновь ожил.

"Гарри, раз этот спектакль закончился, мы, наконец, можем взять то, зачем пришли".

"Ты о чём? Разве мы пришли сюда не за палочкой?"

"Мой юный ученик, мы пришли сюда за инструментом, который поможет тебе стать ещё на один шаг сильнее, а не за этой светло-магической ерундой. Она хороша, не спорю, но только как спортивный образец. Эта палочка хороша в дуэли, но в реальном бою бесполезна. Как только ты попытаешься сотворить что-то темнее "Люмоса", она заартачится. Нам же нужна палочка, которая не боится запятнать себя кровью. И я чувствую её. Удивительно, что Оливер не предложил её тебе. Хотя, если это то, что я думаю... Четвёртый ряд, третий ярус сверху, пятнадцатая полка".

Не дожидаясь завершения очередного монолога Оливера, Гарри рванулся в указанном направлении. Ещё мгновение, и вожделенная палочка оказалась в руках у юного мага.

Его ладонь тут же прошиб ледяной холод. Но это длилось всего несколько секунд. Ещё мгновение, и холод отступил, оставив вместо себя только лёгкую прохладу. Гарри взмахнул палочкой, и окружающие тени послушно расступились за движением мальчика.

Именно в этот момент Гарри отчётливо ощутил, что это палочка его.

"Как я и предполагал, она просто идеальна для тебя".

"Что это за палочка?"

"Думаю, об этом тебе расскажет мистер Оливандер. Точнее, попытается отговорить от её покупки".

-- Мистер Поттер, что вы себе позволяете?

Тут он увидел то, что Гарри держал у себя в руках.

-- Мистер Поттер, немедленно положите её на место!

-- Эта палочка МОЯ!

Оливер хотел сказать что-то еще, но осёкся. Пристально посмотрел на мальчика, на палочку и вновь вернул взгляд на Гарри.

-- Двенадцать дюймов, сделана из остатков последнего ирландского энта.

Внутри находится сердце румынского чёрного дракона. Очень могущественная палочка, возможно, самая могущественная, сделанная моей семьёй. Но при этом и самая неудачная. Её своенравность и непокорность просто поразительны. Она была сделана в конце тринадцатого века, но так ни разу и не выбрала себе хозяина. И всё же ей уже не раз пришлось оказаться в реальном бою. Многие тёмные маги, искавшие силы, пытались её приручить, их конец всегда был печален. Поэтому положите её на место, не искушайте судьбу.

-- Нет, мистер Оливандер, вы не поняли она моя. Моя! Посмотрите сами.

Продавец скептически хмыкнул, но всё же подошёл и внимательно её изучил. Мгновение, и глаза Оливера остекленели.

-- Невозможно! Немыслимо!

-- Теперь вы мне верите?

-- Да, мистер Поттер.

-- Так сколько с меня?

-- Нисколько. Ответьте только на один вопрос: что в вас такого, чего не было в её остальных хозяевах? Среди них были очень достойные маги.

-- Вы правы в одном мистер Оливандер. Эта палочка действительно своеобразна. Но она не тёмная, как вы думаете. У неё есть душа, доставшаяся ей в наследство от родителей. И у них было нечто общее. Последний энт и чёрный дракон потеряли все, что им было дорого, и виновницей этого была одна и та же палочка. Всё, что она требует от своего хозяина, это готовность отомстить за неё. Но остальные маги просто рвались к власти, не желая услышать её голос, за это они и поплатились.

-- Понятно, - кивнул продавец.

-- А теперь, ответьте на мой вопрос, мистер Оливандер. Вам что-нибудь говорит словосочетание "палочка Смерти"?


Последние приготовления


На следующий день после посещения с Хагридом Косого переулка Гарри, собрав вещи и громко хлопнув дверью, покинул гостеприимный дом Дурслей.

Остаток августа Гарри провел в маленьком отеле на краю Лондона, занимаясь последними приготовлениями к отъезду и изучая купленные книги. Номер был, мягко говоря, небольшим, но мальчика это не смущало. Прожив десять лет со своими родственниками, юный маг привык выносить различные лишения. А самое главное, здесь не задавали вопросов.

Стоило только протянуть похожей на полуслепую мумию хозяйке стофунтовую купюру, как она с радостью поселила одиннадцатилетнего мальчика сюда.

Правда у этого жилья были и свои недостатки. Уже в первую ночь в номер Гарри попытались проникнуть какие-то мутные личности. К несчастью для грабителей, им это удалось.

Сигнальные чары сработали как часы, разбудив невыспавшегося мага, из-за чего тот прибывал в крайне плохом расположении духа.

Когда неудачливых бандитов с ожогами средней степени тяжести, наконец, доставили в больницу, они дружно повторяли только одно слово: демон!

А донельзя довольный собой Гарри получил по шее от наставника за несдержанность, из-за которой они так и не узнали имя наводчика. Хотя оба прекрасно знали, кто за этим стоит.

Зато утром мальчика ждал приятный сюрприз. Испуганная ночным происшествием хозяйка согласилась за нанесённый ему моральный ущерб вернуть все потраченные мальчиком деньги и предложила жить бесплатно, сколько он того пожелает.

И то, что Гарри туманно ей намекнул, что в следующий раз, если такое снова повторится, демон может зайти заодно и за ней тоже, здесь точно совершено не причём.

В общем, жизнь наладилась. Днём Гарри бродил по Лондону, скупая всё, что, по мнению амулета, могло ему понадобиться.

Первое место в этом списке занимали книги. Много книг. Причем совершено разных. Начиная с учебников по математике, физике, химии, биологии, истории, социологии и психологии -- в этом списке были даже несколько англо-французских и англо-немецких словарей, заканчивая художественными произведениями. Причём здесь разброс был ещё больше. Начиная от Дюма и Конан Дойля и заканчивая глянцевыми любовными романами.

Амулет, похоже, решил за оставшиеся две недели спустить все десять тысяч фунтов, раздобытые Гарри в Гринготтсе. И у него это почти получилось. К двадцать девятому августа в кармане у мальчика осталось всего лишь триста фунтов.

К счастью, наставника интересовали не только книги. Ещё на первый день после переезда он потащил мальчика в небольшое, но достаточно солидное мужское ателье, где юный маг обзавёлся тремя комплектами нормальной одежды, а заодно оставил полторы тысячи фунтов.

Но даже не прекрасно подогнанные костюмы были величайшей гордостью Гарри, а небольшой чёрный кейс, скромно стоящий у спинки кровати.

С ним у Гарри возникло больше всего проблем.

Поняв, что все эти горы книг надо где-то хранить, наставник забил тревогу. Сначала Гарри хотел купить обычный магический сундук с наложенными на него чарами расширения, но хитрый амулет предложил другое решение.

Первым пунктом этого коварного плана стала покупка сверхпрочного кейса. За него мальчику пришлось отдать две сотни фунтов. Дальше они вновь отправились в Косой переулок, где Гарри передал его вместе с пухлым мешком галеонов магу-заклинателю, чтобы тот нанёс чары расширения. Получившийся артефакт отправился к мастеру защитных чар, который установил на кейс мощнейшие щиты, тоже, кстати, не бесплатно.

В завершение переоборудования кейса в неприступное магическое хранилище, Гарри прикрепил к нему изнутри четыре тонкие пластины из лунного серебра, которые обошлись мальчику в полторы тысячи галеонов. Но, как уверял его амулет, они стоили каждого кната. После чего под руководством наставника нанёс на них защитные руны.

И вот шедевр был, наконец, готов. Вошедшие в резонанс щиты сделали защиту почти неприступной. Как выразился наставник: теперь этот кейс легче уничтожить, нежели открыть.

Гарри как раз заканчивал изучения "Новейшей истории Хогвартса", когда раздался негромкий хлопок, и посередине комнаты появилась невысокий тучный волшебник лет сорока.

Не обращая внимания на обстановку, гость почтительно обратился к юному магу:

-- Извините меня за столь неожиданный визит, лорд Поттер, но мы закончили собирать все необходимые документы, - на приплюснутом лице появилась лёгкая улыбка.

-- Отбросим формальности, Томас. Где я должен расписаться?

-- Вот здесь.

В руках у мага появился увесистый свиток.

-- Стандартный договор, разумеется с учётом всех ваших дополнительных пожеланий.

-- Я должен ознакомиться с ним, прежде чем подписывать.

-- Разумеется, сэр.

Через полчаса, когда на свитке появилась подпись Гарри, они, наконец, смогли перейти к обсуждению деталей.

-- Когда мы сможем приступить к операции?

-- На сбор данных нам потребуется от двух до трёх месяцев.

-- Хорошо. Но всё должно быть готово к Хэллоуину.

-- Как пожелаете. Наша контора готова оказать любые юридические услуги, будь то подача заявления в суд или консультация.

-- Я знаю, Томас. У вас безупречная репутация. И всё же ещё раз попрошу вас держать наши планы в секрете. Незачем раньше времени будоражить общественность.

Юрист молча поклонился и апарировал.

Гарри задумался, машинально поправляя несуществующие очки.

"Пора бы уже отвыкнуть от этой глупой привычки".

"Никак не привыкну к линзам".

Они помолчали. Неожиданно Гарри вновь ожил.

"Ты ему веришь?"

"Я никому не верю".

"Знаю. Постоянная бдительность -- залог выживания. И всё же?"

"Этот парень лучшее, что мы смогли найти. Он ещё та змея, как и большинство его коллег, но у него есть своеобразный кодекс чести. Кроме того, мы произвели на него хорошее впечатление, предложив эту авантюру".

"Как думаешь, из нашего плана получится что-нибудь путное?"

"Спроси что полегче. Но я надеюсь, что мы сумеем хоть немного понизить градус истерии вокруг мальчика со шрамом".

"Да. Интересно, а что было бы, если бы тогда всё пошло иначе?"

"Ты о чём?"

"О нашей первой встрече".

"Скорее всего, тебя до сих пор избивал бы Дадли, а затем ты стал разменной монетой директора. И был бы счастлив, снова и снова идя на смерть ради интересов старого манипулятора".

"Наверное..."

"Кто знает, может так для тебя было бы даже лучше. Ничего не знать, просто жить и радоваться жизни".

"И потом бессмысленно умереть! Ну уж нет. Если я чему и научился, то это драться до конца".

Они вновь замолчали. Каждый думал о своём.

Перед глазами у юного мальчика в который раз проплыли события того судьбоносного дня.

Накануне его десятого дня рождения Гарри особенно сильно досталось от Дадли и его дружков. Он как раз заканчивал уборку в саду, когда на него налетел его драгоценный кузен.

После первого мощного удара мальчик отключился и не запомнил всего процесса избиения. Когда же он, наконец, пришёл в себя, на дворе уже была глубокая ночь.

Из последних сил Гарри дополз до своего чулана, где и провалился в блаженное забытие.

С той ночи всё и началось.

Следующее, что помнил мальчик, он стоит посреди бескрайней выжженной степи. Небо покрыто густыми чёрными облаками. Но больше всего его поразило отсутствие боли.

-- Боишься? -- раздался глубокий голос из кустарника. Он убаюкивал, обволакивал, заставлял верить каждому слову.

-- Нет, -- ответил мальчик.

-- Почему?

-- Это же просто сон.

В этот момент чахлая трава расступилась, и перед мальчиком появился его собеседник.

Гарри как будто пронзило током. Пред ним стояло само воплощение власти. Сила и уверенность буквально излучались им. При одном взгляде на этого человека хотелось одновременно вытянуться по стойке смирно и смиренно упасть ниц.

Но он не сделал ни того, ни другого. Мальчик только впился глазами в подошвы ботинок сиятельного господина.

-- Боишься? -- вновь повторил свой вопрос пришелец.

-- Да, -- дрожа всем телом, прошептал Гарри.

Неожиданно сильная рука схватила его подбородок и заставила посмотреть в глаза собеседника. Гарри поразила их холодность и пронзительность, но в глубине ему почудилось что-то ещё. Он так и не сумел разобрать, что это.

-- Возьми.

В руке мальчика оказалось нечто холодное. Гарри покорно сжал кулак. И всё же он сумел выдавить.

-- Зачем?

-- Считай это подарком. Утром напои его своей кровью. А теперь ступай.

И помни, при нашей следующей встрече я не потерплю страха.

А дальше всё просто. Утро. Нахождение в сжатом кулаке серебряного амулета и бесконечная учёба.

Единственное, о чём мальчик жалел, это то, что он так и не осмелился взглянуть в лицо неизвестному магу. Да что там. Он даже не помнил цвет его глаз.

И хоть юный маг понимал, что, скорее всего он применил специальное заклинание, но всё равно мальчику было обидно. С тех пор он дал себе клятву, что будет играть только по своим собственным правилам.

Так завершилось 30 августа 1991 года. И завтра его ждал долгий путь в Хогвартс.

Посмотрев в потолок, лорд Гарри Джеймс Поттер твёрдо произнёс:

-- Хогвартс, берегись, я еду!


Платформа девять и три четверти


На следующее утро Гарри проснулся в пять часов утра. Точнее его разбудили. Наставнику неожиданно взбрело в голову устроить мальчику прощальный марш-бросок по Лондону.

Когда же юный маг всё же сумел вернуться в свою комнату, часы уже показывали полдесятого.

Мысленно проклиная чёртов амулет, он направился в душ. Быстро помывшись и переодевшись, мальчик направился к хозяйке гостиницы.

Увидев Гарри, она побледнела и пошла красными пятнами. В другое время юный маг понаблюдал бы за этим представлением, но сегодня у него не было на это времени.

-- Если через полчаса я не буду на вокзале, моё пребывание здесь продлится ещё на целый год, -- коротко бросил мальчик.

На вокзале "Кингс-Кросс" они были ровно в десять. Гарри удивился, что старый жук выдержал подобную гонку. По его собственным ощущениям за время их пути скорость ни разу не падала ниже сотни.

Правда, больше всех этому удивилась хозяйка машины. Выгрузив мальчика, она тут же дала полный газ, радуясь избавлению от этого малолетнего монстра.

Гарри победно улыбнулся, легко перебрасывая кейс из руки в руку. У него был ещё час до отправления. И он намеревался использовать это время с пользой.

Тут раздался резкий крик, что-то с силой ударило Гарри сзади, и мальчик почувствовал, как летит на пол.

Тренировки не прошли для него даром. В последний момент он всё же успел сгруппироваться и не расшибить себе нос о гранитный пол, увернувшись от дождя из книг.

Когда же готовый в буквальном смысле швырять гром и молнии Гарри обернулся к своему обидчику, он застыл от удивления.

Над ним, стараясь удержать под контролем абсурдно большую тележку, стояла девочка с густыми каштановыми волосами. Ее передние зубы были чуть крупнее, чем надо. В глазах у неё застыла детская непосредственность и показная серьёзность.

Было видно, что ей ужасно стыдно за то, что она не смогла справиться с тележкой и уронила свои вещи на мальчика.

Весь праведный гнев куда-то пропал. Гарри почему-то не мог заставить себя злиться на стоящего перед ним бурундучка. Так он сразу мысленно окрестил девочку.

"Сотри с рожи эту дебильную ухмылку. И хватит на неё таращиться. Иначе зальёшь слюной весь пол", -- не забыл его поддеть наставник.

-- Извини, я не нарочно. Просто немного не вписалась в поворот. И, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер.

Сегодня утром Гермиона вскочила с постели в тоже время, что и Гарри. Но совершено по другой причине. Она боялась опоздать на Хогвартс-экспресс.

До этого лета ее жизнь вряд ли можно было назвать чересчур счастливой. У нее были любящие родители, которые искренне заботились о ней. Ее успехи в учебе были выше всяких похвал. Родители баловали любимую дочь, но в пределах разумного.

Но девочке не хватало совсем другого -- понимания сверстников. Дети не желали иметь ничего общего с "мисс-всезнайкой", считая её задавакой, норовя обидеть ее при каждом удобном случае.

Постепенно девочка замыкалась в себе, ещё больше отдаляясь от других людей. Но ничего поделать с собой уже не могла.

И вот в середине июля к ней в дом пришла профессор МакГонагалл, объявившая, что мисс Грейнджер является волшебницей и будет отныне обучаться в магической школе Хогвартс.

Поначалу Гермиона приняла это заявление скептически, но профессор привела неопровержимые доказательства. Последней каплей, окончательно убедившей семейство Грейнджер в существовании магии, стало превращение самой мадам МакГонагалл в кошку и обратно.

И вот сегодня Гермионе предстояло, наконец, окунуться в мир волшебства.

Ее краткое посещение Косой аллеи совместно с профессором МакГонагалл зародило в душе девочки ожидание чуда. И больше всего она надеялась встретить, наконец, в этой школе детей, так же, как и она, интересующихся учебой.

Ведь магия -- это так интересно, и трудно представить себе ребенка, который бы не увлекся ей. При этом она старательно забывала, что с ее точки зрения математика и естествознание также были очень интересными предметами. Увы, дети в ее бывшей школе считали иначе.

Как ни пыталась Гермиона заставить выехать своих родителей пораньше, но на вокзал Кинг-Кросс они прибыли всего за час до отправки.

На этом её удача закончилась. Распрощавшись с родителями, Гермиона, медленно толкая перед собой наполненную до краёв тележку с книгами, начала искать нужную платформу.

И не смогла её найти. Умом девочка понимала, что это, скорее всего, простой тест, но в душе у неё начала разрастаться паника.

Ей было даже страшно подумать, что она может не попасть на поезд и навсегда потерять единственную ниточку, связывавшую её с миром магии.

Поглощённая своими переживаниями, Гермиона не заметила, как перед её тележкой появился этот мальчик, а когда заметила, было уже поздно.

Тележку повело, мальчик покатился по полу, а сверху на него обрушился звездопад из книг. Но он не растерялся.

Гермиона заметила, как он в последний миг невероятным прыжком сумел уйти с траектории бомбардировки. Не дожидаясь завершения книгопада, мальчик стремительно развернулся и застыл, внимательно разглядывая её.

Гермиона ответила ему тем же. Перед ней стоял её ровесник с растрёпанными чёрными волосами и пронзительными зелёными глазами.

Попытавшись сгладить возникшую неловкость, юная волшебница начала оправдаться.

-- Извини, я не нарочно. Просто немного не вписалась в поворот. И, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер.

Мальчик пристально смотрел на неё ещё несколько секунд, будто над чем-то раздумывая, а потом ответил.

-- Гарри.

-- Гарри?

-- Просто Гарри. Давай обойдёмся без всех этих формальностей.

Девочка поёжилась. С каждой секундой этот мальчик вызывал у неё всё большее беспокойство.

А тем временем "просто Гарри" начал сноровисто собирать рассыпанные книги. Девочка встревожилась.

Перед тем, как покинуть семью Грейнджер, профессор МакГонагалл неоднократно напоминала девочке, что ей надо держать существование магического мира втайне от маглов.

И вот сейчас какой-то мальчишка нагло лазает по её учебникам. Но, похоже, странные книги не вызвали у Гарри никакого любопытства.

Единственной не убранной в тележку книгой остался учебник по зельеварению. Мальчик взял его в руки и начал неторопливо листать.

Гермиона напряглась. Но тут Гарри её вновь ошарашил:

-- Маглорожденая, -- скорее констатировал факт, чем задал вопрос Гарри.

-- Что? -- Гермионе показалось, что она ослышалась.

-- Потрёпанный вид, потерянный взгляд, беспорядочно бегаешь по вокзалу. Обычно так себя ведут первокурсники из семей маглов, не зная, как попасть на Хогвартс-экспресс, -- любезно объяснил ход своих мыслей Гарри.

-- Значит, ты тоже волшебник? -- изумилась девочка.

-- А что, непохож? Ну, извини. Посоха и бороды у меня нет.

-- Нет. Что ты... Просто, у тебя нет с собой вещей, и я подумала... - совсем запуталась юная ведьма и начала покрываться предательским румянцем.

-- Не беспокойся. Всё своё ношу с собой, - сказал маг, похлопывая по кейсу.

-- И как же туда поместились все вещи, - она подумала, что мальчишка издевается над ней, и придала голосу должную степень ехидства.

-- Магия, -- простодушно произнес Гарри, - теперь давай пойдём на поезд, незачем и дальше привлекать к себе нежелательное внимание.

И, не дожидаясь её реакции, направился дальше. Гермионе ничего не осталось, как последовать за ним.

Пока они шли, Гарри провёл краткий инструктаж.

-- Все, что тебе надо сделать, чтобы попасть на платформу -- это пойти прямо через разделительный барьер между платформами девять и десять. Жду тебя на той стороне.

Как ни в чем не бывало шагнул в кирпичную стену. Гермиона растерянно замерла, не зная, что делать. Она не чувствовала в себе силы пройти прямо сквозь кирпичную кладку.

В этот момент из стены показалась рука. Ухватив за плечо, Гарри с силой дёрнул девочку на себя.

Не было ни вспышек света, ни темноты, просто Гермиона неожиданно поняла, что находится на полупустой платформе, у которой стоял паровоз алого цвета. Надпись на табло гласила: "Хогвартс-экспресс. 11.00".

Обернувшись назад, юная волшебница увидела, что билетная касса исчезла, а на ее месте находится арка с коваными железными воротами и табличкой: "Платформа номер девять и три четверти". На нее с самодовольной ухмылкой на лице облокотился мальчик.

Оторвавшись от арки, он обвёл руками платформу и торжественно произнёс.

-- Добро пожаловать на платформу девять и три четверти. Прошу занять места согласно купленным билетам. Следующая остановка -- Хогвартс.


Хогвартс-экспресс


Идя в купе, Гарри из последних сил старался сохранить на лице маску безразличия, но то и дело бросал на свою спутницу короткие взгляды.

Время от времени юный маг чувствовал, как на его губах помимо воли появлялась предательская улыбка.

Гарри злился, но ничего не мог с собой поделать. Ему решительно нравилась эта девочка. От нее так и веяло любознательностью, искренностью, предвкушением чуда. Она как будто светилась изнутри невидимым светом.

При этом она была достаточно сдержана и умна, чтобы, в отличие от сверстников, всю дорогу не пищать от восхищения. И даже смогла сдержать эмоции при виде Хогвартс-экспресса.

К тому же, как оказалось, Гермиона была прекрасным собеседником. За долгое время у юного мага появился человек, с которым он мог просто поговорить, не опасаясь быть порванным на сувениры. За что Гарри был ей безумно благодарен. Несмотря на все перепалки с наставником, мальчику всё равно не хватало живого общения.

Всё было бы просто прекрасно, если бы не постоянные шпильки со стороны наставника. Возникло чувство, что старый ворчун впал в детство и твёрдо решил испортить мальчику настроение.

"Эх, молодость, молодость. Как нынче быстро растут дети. Только вчера ты строил с ними планы по завоеванию мира, а сегодня они меняют тебя на смазливое личико".

"Сколько раз мне ещё повторить, что я не влюбился!"

"Врать старшим нехорошо. А себе уж тем более. Давай, пока поезд не отправился, сбегай в ближайший цветочный магазин. Пора начинать ухаживания, а то вдруг тебя опередит какой-нибудь заезжий ловелас. И ты потеряешь такое сокровище".

"Да не влюбился я!"

"Не влюбился, так не влюбился. Мне просто стало интересно, как будут выглядеть ваши дети".

"Я-НЕ-ВЛЮБИЛСЯ!!!"

И так без перерыва. К счастью, Гермиона с ушами зарылась в учебники и не замечала его внутреннего противостояния.

А тем временем на платформу прибывали всё новые люди. Глядя в окно, Гарри позволил себе презрительную улыбку, которая, впрочем, не осталась незамеченной.

-- Что там такого смешного? - спросила она, стараясь показать всем видом, что недовольна его поведением.

Юный маг вновь рассмеялся. Вид воинственной девочки был поистине неподражаем. Картина маслом "Воинственный бурундучок".

Гермиона возмущённо надулась, вызвав у Гарри очередной приступ неконтролируемого смеха.

Отсмеявшись, он попытался вернуть себе серьёзный вид.

-- Извини, Герми, но прежде чем осуждать, посмотри сама.

-- Как ты меня назвал? - девочке показалась, что она ослышалась.

-- Герми, а что, что-то не так? Не нравится?

-- Нет, просто... - волшебница замялась. Не говорить же этому едва знакомому мальчику, что так её иногда называли только её родители.

Стараясь скрыть смущение, девочка последовала совету Гарри и обратила внимание на перрон.

А посмотреть действительно было на что.

Маги, провожающие своих детей, представляли занятное зрелище. Они умудрились надеть на себя костюмы не только из разных эпох, но и разных культурных групп. Например, один маг был одет в приличный смокинг. К сожалению для мага, смокинг ну никак не сочетался с надетым на голову тюрбаном и сандалиями.

И таких примеров было не счесть.

-- Вот она хвалёная секретность. Во всей своей красе, - прокомментировал маг.

Это было и в самом деле забавно, однако Гермионе не понравилось несколько неуважительное отношение Гарри к старшим.

-- Гарри, как ты можешь смеяться над взрослыми? Это неуважение.

-- Мне не за что их уважать.

-- Как ты можешь так говорить?

-- Я буду уважать лишь тех, кого посчитаю достойным уважения. А что они сделали, чтобы заслужить его? Спасли мне жизнь? Заботились обо мне?

Помогли в трудную минуту? Нет. Поэтому не говори мне, что я кому там что-то должен. Все свои долги я давно отдал и даже с процентами. Теперь я живу так, как сам посчитаю нужным.

-- А как же твои родители...

-- Мои родители мертвы, - тихо произнес Гарри.

-- Прости, я не хотела тебя обидеть, - она виновато опустила глаза.

-- Не страшно, ты же не знала, - его мягкий голос внушал надежду, что Гарри не станет на нее обижаться. Почему-то ей совершенно не хотелось терять доверие мальчика.

Неловкую паузу, повисшую в вагоне, развеяла открывшаяся дверь. На пороге появился черноволосый круглолицый мальчик, несущий в руке толстую жабу.

-- М-можно? - в его голосе явно слышались обречённые нотки.

-- Конечно, садись. У нас есть места! - к мисс Грейнджер вернулись её боевой запал. - Меня зовут Гермиона Грейнджер, а это Гарри.

-- Приятно познакомиться, - мальчика явно ошарашил напор Гермионы, но все же он решился войти в купе. - Меня зовут Невилл Лонгботтом.

На этом прилив храбрости у Невилла закончился, и он поспешно забился в дальний угол.

Гарри же после внимательного осмотра мальчика пребывал в лёгком замешательстве. Его система классификации первокурсников впервые дала сбой.

С одной стороны, одежда мальчика явно говорила, что он из семьи магов. В том смысле, что одежда Невилла была подобрана не только с отсутствием классического вкуса, но и простого здравого смысла. Хотя стоило признать, для представителя этой маленькой касты он выглядел довольно сносно. По крайней мере, на нём были обычные брюки, пусть даже и экзотического салатового цвета, а не скажем, тога.

С другой же... Ну не мог нормальный маг быть столь затравленным, что даже боится зайти в вагон. Или всё же мог?

Решив отложить столь щекотливый вопрос на потом, Гарри открыл свой кейс и стал доставать оттуда учебник по теории магии.

Погрузившись в чтение, Гарри не заметил, как поезд медленно тронулся.

Гермиона тем временем смогла выманить из угла их попутчика. И даже смогла наладить с ним подобие разговора. Юный маг ещё раз отметил, что решительности и целеустремлённости этой девочке не занимать. Сам бы он ни за что не решился на столь бесперспективный поступок, как переговоры с Невиллом.

Как оказалось, родители Лонгботтома действительно были магами, правда, он жил не с ними, а с бабушкой, и до недавнего времени Невилл даже сам себя считал сквибом.

Гарри недовольно поморщился. О таком простом объяснении он даже не подумал. Конечно, к сквибам в чистокровных семьях отношение было резко негативное. В семейной иерархии они всегда стояли в самом низу, а в некоторых случаях и ещё ниже.

Чем-то эта история напомнила Гарри его собственную жизнь. На секунду юному магу стало жалко Невилла, но потом он увидел, какими глазами после этой истории на него посмотрела Гермиона, и жалость сразу куда-то пропала.

Захотелось взять его за шиворот и выбросить незваного гостя из купе. Желательно в открытое окно.

"Успокойся, мой юный ученик. Ты же сам только что убеждал меня, что девочка тебе безразлична. А сейчас ведёшь себя как ревнивый супруг".

"Ещё раз повторяю..."

"...Я не влюблён!" -- передразнил ему амулет.

"Да при чем здесь любовь? Просто этот Невилл меня бесит!"

"Ладно, Отелло, давай думать, как мы поставим этого мальчишку на место. Но сразу предупреждаю, без членовредительства. Никаких: молилась ли ты на ночь, Гермиона?"

Когда коварный план был готов, Гарри стал ждать подходящего момента, который не заставил себя долго ждать.

До того тихо спящая жаба Невилла соизволила проснуться, обводя собравшихся мутным взором. После чего неожиданно быстро прыгнула в сторону выхода. Юный маг её даже понимал. Провести всю жизнь в компании Лонгботтома было крайне сомнительным удовольствием.

Но побег свободолюбивой жабы не входил в планы Гарри. Выбросив палочку вперёд, он буднично произнёс:

-- Акцио жаба.

Многомесячные тренировки его не подвели. Жаба, застыв в воздухе, с протестующим кваканьем приземлилась в руку к магу.

Убедившись, что она больше никуда не сбежит, Гарри начал с интересом её изучать, время от времени бросая короткие взгляды на Невилла.

Невилл не выдержал первым. Когда он в седьмой раз начал крутить в её руках, мальчик попытался отнять своего питомца.

В момент, когда на запястье Гарри должна была сжаться рука мальчика, в купе раздалось грозное шипение. От неожиданности Лонгботтом прыгнул назад, по дороге сумев сбить с полки свой чемодан, который тут же приложил хозяина жабы по голове.

Гарри удовлетворённо кивнул. Всё получилось просто замечательно. А теперь осталось поставить заключительную точку в этом представлении.

-- Невилл, а ведь твоя жаба не фамильяр? - постарался выразить на своём лице обеспокоенность Гарри, возвращая тому питомца.

-- Нет. Обычная жаба, - замотал голов по сторонам головой Лонгботтом в поисках источника звука.

-- Тогда понятно. А я-то уже подумал, что же ты за маг, если даже собственный хранитель старается как можно быстрее отделаться от тебя.

Невилл скривился, а Гарри поставил себе один плюс. Если он до последнего считался сквибом, то должен очень трепетно относиться к своим способностям.

-- Гарри, фамильяры есть только у взрослых магов, - заступилась за Лонгботтома Гермиона.

Гарри сохранил на лице маску безмятежности, но внутри он ликовал. Гермиона, сама того не понимая, только что очень сильно подыграла ему.

-- Правда? -- с надеждой в голосе спросил Невилл.

-- Так написано в "Теории Магии".

-- Боюсь, что здесь твой учебник ошибается.

Девочка смерила его скептическим взглядом, но продолжить не успела. Купе вновь пронзило шипение, и на сиденье рядом с Гарри выползла полуметровая гадюка.

-- Без обид, Герми. Но перед тобой живое опровержение твоего утверждения. Знакомьтесь, мой фамильяр Шас.

Остаток пути прошёл без происшествий. Шас устроился на коленях хозяина и шипел от удовольствия. Гермиона сначала боялась Шаса, но Гарри сумел убедить её, что он ручной. Невилл же провёл весь остаток пути на верхней полке, трясясь от страха. И даже Гермиона не смогла спустить его на землю. Похоже, мальчик до ужаса боялся змей.

Правда, ближе к концу пути в их вагон зашёл Малфой и сразу за ним какой-то рыжий паренёк, но, поймав красноречивый взгляд змея, они поспешно ретировались.

Так втроём они и доехали до Хогвартса.


Распределение


Поезд остановился. Гермиона попыталась ещё раз стащить Лонгботтома с багажной полки. И вновь потерпела фиаско. Хозяин жабы упирался всеми конечностями.

Видя, что Невилл отказывается спускаться вниз, пока рядом Шас, Гарри вместе с Гермионой покинул вагон. Как только дверь купе закрылась, в нём послышался страшный грохот. Похоже, Лонгботтом всё же решил слезть с полки. И судя по звукам крайне неудачно.

Но вернуться в купе им не дали. Их тут же подхватил людской поток и понёс к выходу. У Гарри даже возникло опасение, что их могут ненароком раздавить, но через несколько минут они все-таки благополучно оказались на неосвещенной маленькой платформе. Пара синяков, полученных в давке, не в счёт.

На улице было холодно, и Гарри поежился. Юный маг начал внимательно оглядывать окружающих его магов в поисках Гермионы. К счастью, волшебница оказалась всего в нескольких метрах от него. Мальчик вздохнул от облегчения. За время путешествия он успел сильно к ней привязаться.

Через несколько секунд на платформе раздался знакомый голос:

-- Первокурсники! Первокурсники, все сюда!

Над морем голов возвышалось сияющее лицо Хагрида.

-- Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной!

Поскальзываясь и спотыкаясь, они шли вслед за Хагридом по узкой дорожке, резко уходящей вниз.

У Гарри крутой спуск не вызывал таких уж сложностей. Привыкший к ночным пробежкам, мальчик воспринимал крутой спуск как ещё одну разновидность тренировки. Но из окружающей его с Гермионой темноты то и дело раздавались детские стоны и вскрики первокурсников, не сумевших сохранить равновесие.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения, стало то, что Гермиона чудом не сорвалась в достаточно крутую яму. Только благодаря хорошей реакции Гарри успел в последнюю секунду подхватить девочку.

Поняв, что с этого момента счёт к директору вырос ещё на один пункт, юный мальчик прошипел сквозь зубы:

-- Люмос.

Тьму рассеял крохотный огонёк света. Через несколько секунд его примеру последовали ещё несколько учеников, которые уже умели творить это заклинание. Большинство же, бросая на них завистливые взгляды, продолжили путь в изрядно поредевшей темноте.

Гарри поморщился. Именно этого он старался избежать. Теперь о роли "своего парня" можно забыть. Толпа очень не любит, когда из неё выделяются.

-- Еще несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! -- крикнул Хагрид, не оборачиваясь. -- Так, осторожно! Все сюда!

-- О-о-о! -- вырвался дружный восхищенный возглас.

Они стояли на берегу большого черного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звезд.

"Быстро, анализ ситуации", -- раздалась в голове у мага команда амулета.

С трудом оторвавшись от сказочного зрелища, Гарри старательно начал анализировать сложившееся положение. Через секунду ответ был готов. Мальчика передёрнуло от отвращения.

"Ещё один мастерски поставленный спектакль. Теперь понятно, зачем они гнали нас по этой тропинке. Хотели добиться наибольшего эффекта. Похоже, Дамблдор за столько лет не сумел придумать ничего нового. Что эта ночная прогулка, что жизнь у Дурслей, всё это из одной оперы".

"Это называется игрой контрастов. Старый как мир, но очень действенный психологический приём, программирующий детей на почитание как Хогвартса в целом, так и директора в частности".

-- По четыре человека в одну лодку, не больше, -- скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега.

Гарри и Гермиона оказались в одной лодке с Невиллом и тем незнакомым рыжим мальчиком, который зашёл в их купе после Малфоя. Он как раз что-то оживлённо рассказывал Лонгботтому.

-- Привет, я Рон Уизли.

И сразу же вылил на них поток информации. И то, что он самый младший сын в семье и что у него множество братьев. Через десять минут Гарри знал о семействе Уизли абсолютно всё! И это знание не прибавило мальчику радости.

Похоже, у рыжего был талант доводить окружающих до белого каления. Юный маг почувствовал себя на месте Квиррелла. Появилось страшное желание использовать на Уизли что-нибудь непростительное.

"Как думаешь, мы сможем незаметно утопить этих двоих в озере и списать всё на несчастный случай?"

"Одного возможно, двух нет. И в кого ты такой кровожадный? Посмотри на ситуацию с другой стороны, такой источник информации из лагеря врага, готового работать чисто за идею, найти не просто", -- попытался успокоить мальчика амулет.

"Пусть живут", -- согласился Гарри, внося Рона к Невиллу, в свой чёрный список.

Флотилия двинулась, лодки заскользили по гладкому как стекло озеру. Все молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе они подплывали к утесу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над ними.

Дети поражённо замерли. Даже Гарри не сумел подавить в себе вздох восхищения.

"И всё же он прекрасен".

"Умели раньше строить", -- был вынужден признать наставник.

-- Пригнитесь! -- зычно крикнул Хагрид, когда они подплыли к утесу.

Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, они попали в темный туннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни.

Хагрид повел их наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. За ним, держа в руках палочки, последовали первокурсники.

Вскоре все оказались на влажной от росы лужайке у подножия замка.

Еще один лестничный пролет -- и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью.

-- Все здесь? -- поинтересовался Хагрид.

Убедившись, что все в порядке, Хагрид поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка.

Дверь распахнулась. За ней стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зеленых одеждах.

-- Профессор МакГонагалл. Это она пришла за мной, - сообщила Гарри Гермиона.

-- А за мной прислали Хагрида, - ответил Гарри, пристально рассматривая профессора.

Профессор МакГонагалл не подвела ожиданий мальчика. Лучшего он и не мог представить. Весь её вид говорил о строгости и дисциплине. Железная леди магического мира. Жёсткая, сильная, волевая!

Именно такая фигура ему и была нужна для противостояния директору. Теперь дело было за малым, стравить её с Дамблдором.

Сложно? Безусловно! Но у него с наставником на это бездна времени. А самое главное -- это фактор неожиданности. Кто будет подозревать одиннадцатилетнего мальчика в таком?

Она повернулась и пошла вперед, приказав первокурсникам следовать за ней. Заведя детей в маленький зал, произнеся небольшую приветственную речь, профессор коротко рассказала им о распределении и факультетах.

Приказав первокурсникам готовиться, МакГонагалл покинула помещение.

Между тем первокурсники оживились, разгорелся спор, как будет проходить отбор.

-- А как будет проходить этот отбор? -- спросил он Рона.

-- Наверное, нам придется пройти через какие-то испытания, -- ответил тот. -- Фред сказал, что это очень больно, но я думаю, что он, как всегда, шутил...

Началось живое обсуждение. Скоро народ договорился до того, что им придётся сражаться с драконом.

"Они что, даже не открывали "Историю Хогвартса?" -- недоумению Гарри не было предела. - "Там же чёрным по белому написано про шляпу".

"Нам же лучше".

Внезапно воздух прорезали истошные крики, и Гарри инстинктивно присел, уходя с линии возможной атаки и сжимая в кулаке палочку.

-- Что...? - начал он и осёкся.

Прямо через стены в зал валилось штук двадцать оживлённо споривших призраков.

-- А я вам говорю, что надо забыть о его прегрешениях и простить его, -- произнес один из них, похожий на маленького толстого монаха. -- Я считаю, что мы просто обязаны дать ему еще один шанс...

-- Мой дорогой Проповедник, разве мы не предоставили Пивзу больше шансов, чем он того заслужил? Он позорит и оскорбляет нас, и на мой взгляд, он, по сути, никогда и не был призраком...

Призрак в трико и круглом пышном воротнике замолчал и уставился на первокурсников, словно только что их заметил.

-- Эй, а вы что здесь делаете?

Никто не ответил.

-- Да это же новые ученики! -- воскликнул Толстый Проповедник, улыбаясь собравшимся. -- Ждете отбора, я полагаю?

Несколько человек неуверенно кивнули.

-- Надеюсь, вы попадете в Пуффендуй! -- продолжал улыбаться Проповедник. -- Мой любимый факультет, знаете ли, я сам там когда-то учился.

-- Идите отсюда, -- произнес строгий голос. -- Церемония отбора сейчас начнется.

Это вернулась профессор МакГонагалл. Она строго посмотрела на привидения, и те поспешно начали просачиваться сквозь стену и исчезать одно за другим.

-- Выстройтесь в шеренгу, -- скомандовала профессор, обращаясь к первокурсникам, -- и идите за мной!

Гарри, нервно сжимая в кармане мантии палочку, молча следовал за профессором. Как бы он не старался подавить нахлынувшее волнение, но предательская дрожь в ногах никуда не уходила. Ведь именно сейчас решалась его судьба.

Через несколько минут всё решится. Распределяющая Шляпа выберет для него самый подходящий из факультетов.

Ещё больше Гарри беспокоило то, что он сам так и не решил, где хочет, в конце концов, оказаться. У каждого факультета были как свои плюсы, так и минусы.

Зато он знал, куда точно не хочет попасть. В Гриффиндор. Мало того, что Гарри была глубоко чужда идеология самопожертвования и бессмысленного героизма, порой граничившего с идиотизмом, так ещё это был факультет Дамблдора. Место, где на протяжении многих лет директор воспитывал свою личную гвардию.

Гарри приводила в ужас сама возможность провести следующие семь лет в компании Лонгботтома и Уизли. А в их идеологической принадлежности юный маг не сомневался ни секунды.

С другой стороны, Гарри не отказался бы попасть в один факультет с Гермионой. Та, благодаря своей жажде знаний, скорее всего, попадёт на Когтевран. И это был неплохой выбор.

Нейтральный Когтевран, держащейся в стороне от постоянной войны факультетов, по мнению мальчика, мог оказаться для него неплохим вариантом. По крайней мере лучше традиционно светлых Гриффиндора и Пуффендуя.

На счёт змеиного факультета у Гарри не было единого мнения. С одной стороны, Слизерин, традиционно тяготивший к тёмной магии, мог стать для него прекрасной возможностью для развития своего потенциала. Но в тоже время изрядно осложнял бы ему выполнение оставшейся части плана.

Остальные ученики слизеринцев явно недолюбливали, а его план предусматривал в будущем тесное общение с большим количеством магов. В том числе и из Гриффиндора.

Распределение началось.

Профессор МакГонагалл вызывала ученика, тот надевал шляпу, она громко выкрикивала название факультета, и новый ученик Хогвартса отправлялся за стол своего нового дома.

Как Гарри и предполагал, младший Уизли отправился вслед за своими братьями в Гриффиндор. За ним туда отправился Невилл.

Всё шло согласно просчитанному магом сценарию, пока не настала очередь Гермионы.

Судя по всему, Гермиона, в отличие от Гарри, с нетерпением ждала своей очереди и не сомневалась в успехе. Услышав свое имя, она чуть ли не бегом рванула к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу.

-- ГРИФФИНДОР! -- выкрикнула Шляпа.

Гарри поражённо замер. Куда она её отправила?

"Вздохни, досчитай до десяти и успокойся. Вот так, молодец. А теперь иди, наш выход".

Гарри сделал шаг вперед, и по всему залу вспыхнули огоньки удивления, сопровождаемые громким шепотом. Тут же на нём скрестились сотни поедающих его взглядов.

И не все они были восхищёнными. Даже с преподавательского стола в него впились две пары ненавидящих глаз, это не считая половины стола Слизерина.

Но всё же это того стоило. Хотя бы для того, чтобы увидеть вспыхнувшие глаза Гермионы. Это было последнее, что увидел Гарри, прежде чем Шляпа упала ему на глаза.

-- Гм-м-м, -- задумчиво произнес прямо ему в ухо тихий голос. -- Непростой вопрос. Очень непростой. А вы очень непростой молодой человек. Храбрости вам не занимать, это я вижу. Но, к сожалению, Гриффиндор не для тебя. Я не вижу готовности к самопожертвованию.

Твоя душа жаждет любви и дружеской поддержки. В Пуффендуе ты сумеешь избавиться от кровоточащей в твоей душе раны и обрести долгожданный покой. Нет? Тогда продолжим.

Когтевран уже ближе к истине. Факультет учёных стремящихся к знаниям, а не власти. Правда, не худший вариант? Твой ум станет прекрасным украшением Когтеврана. Здесь ты лучше всего сумеешь развить свой потенциал.

И наконец, Слизерин. Хитрость, достойная самого Салазара. Несгибаемая воля. Жажда свободы. Желание выйти за рамки дозволенного. Качества достойные истинного Слизеринца. Слизерин поможет тебе достичь величия, это несомненно...

-- Сл...

Неожиданно шляпа поперхнулась и замолкла. Голову Гарри взорвалась от страшного крика наставника.

"Ментальная атака! Кто-то старается перехватить управление распределительной шляпой!"

"Что делать?"

"Я пока перехватил управляющие нити, но надолго меня не хватит. Быстрее решай, куда тебя определить".

"Куда? В Слизерин или Когтевран? Когтевран или Слизерин?.."

Секундная заминка, и решение было принято.

"Уверен? Что ж, тогда..."

-- Когтевран!


Когтевран


Остаток ужина Гарри провел, внимательно разглядывая преподавательский стол.

В конце концов, он остановился на трёх кандидатах: Квиррелле, Снейпе и самом Дамблдоре. Но кто из них стоял за атакой, было всё равно непонятно.

Ещё одной надеждой мальчика был амулет. Но тот лишь только неопределённо качал головой. Вернее качал бы, если бы она у него была.

От тягостных раздумий его отвлёк шум в рядах семикурсников. Похоже, они успели за лето соскучиться, и никто не хотел своё тратить время на новеньких.

До Гарри донеслись обрывки разговора:

-- Ну, Роб! Ты же староста!

-- Нет, Пенни!

-- Роб!

-- Ладно.

Наконец он сдался. Ничем не примечательный старшекурсник встал и на весь стол произнёс:

-- Первокурсники. Меня зовут Роберт Хиллиард, староста Когтеврана, и я отведу вас в гостиную. -- Было видно, что его совсем не прельщала перспектива провести весь вечер с малышней. Но иного выбора, похоже, у него не было.

Он продолжал рассказывать, но Гарри его уже не слушал. В крайнем случае, если в речи старосты было что-то важное, то можно будет попросить наставника повторить.

После долгого блуждания они добрались до их башни. Но это оказалось только началом. Они стали подниматься по головокружительной узкой спиральной лестнице.

Так они нестройной колонной и добрались до гостиной Когтеврана. Наконец они дошли до двери. На ней не было ни ручки, ни замочной скважины: сплошное полотно из старинного дерева и бронзовый молоток в форме орла.

-- "Знание-сила", - небрежно бросил Роберт, открывая дверной проём. -- Советую вам не забывать пароль, если не хотите познакомиться поближе с молотом.

Внутри башня Когтеврана представляла собой маленькую библиотеку.

Многочисленные книжные стеллажи, удобные кресла, всё это было буквально создано для получения новых знаний.

-- Добро пожаловать в ваш новый дом. Наш факультет славится своими выдающимися способностями. И это не пустые слова. По статистике, количество набранных СОВ у нашего факультета самое большое в школе.

Также за всю историю школы у наших студентов за экзамены не было ни одного "тролля".

В отличие от остальных факультетов, мы не гонимся за кубками. Вряд ли вы увидите Когтевран на первом месте в конце года, для нас это соревнование факультетов и состязания по квиддичу не имеют большого значения.

А вот количество сделанных вами открытий очень важно. Не проходит и года, чтобы ученики Когтеврана не сделали какое-нибудь открытие в области магии.

Такие эксперименты всячески поощряются.

Что ещё сказать? Не бродите ночами по замку. По крайней мере, до тех пор, пока не выучите его строение. Следуйте правилам, а если их нарушаете, то не попадайтесь. На этом предварительная часть окончена. Можете идти.

"Гарри, медленно обернись и начинай продвигаться к выходу!"

"Что такое..." -- вопрос юного мальчика оборвался на полуслове.

Сзади на него с горящими глазами надвигались его сокурсники. В столовой они постеснялись лезть к нему с вопросами, но теперь их ничто не сдерживало.

Гарри понял, что это будет мучительно долгий вечер.

Альбус Дамблдор с задумчивым видом сидел за столом.

Происходящее ему совершенно не нравилось. Директор всея Хогвартса за долгую жизнь привык, что всё идёт по заранее продуманному им плану. Но в этот раз его способность к предвидению дала сбой.

Когда он впервые увидел Гарри Поттера, то сначала не поверил своим глазам. Вместо брошенного, всеми забытого, скромного и наивного мальчика, который должен был соответствовать адресу "Чулан под лестницей", пред ним предстал только начавший входить в силу молодой хищник.

В отличие от сверстников, Гарри был спокоен и собран. Каждое движение мальчика было наполнено уверенностью в собственных силах. Одним словом, Гарри был поистине великолепен.

Именно это больше всего и пугало Дамблдора.

Слишком сильно он напоминал ему другого его студента. Его лучшего ученика Тома Реддла. Тот тоже с самых юных лет прямо-таки излучал внутреннюю силу.

К тому же он явно испытывал неприязнь к Невиллу и Рону. А именно их он выбрал, как будущих лучших друзей Гарри. Правильные дети из правильных семей должны были показать мальчику магический мир в правильном свете.

Ведомый любопытством, он попытался проникнуть в сознание Гарри. И тут его постигла очередная неудача. Все попытки проникновения разбивались о мощнейший ментальный барьер, причём его мощность если и уступала барьерам самого Дамблдора, то ненамного.

Но на этом вечер сюрпризов не закончился. Распределительная шляпа попыталась отправить Гарри в Слизерин. Гарри Поттера в Слизерин!

Этого он никак не мог допустить. Для общего блага мальчик должен учиться на Гриффиндоре. Только там он сможет получить необходимую поддержку для преодоления будущих испытаний.

Отбросив осторожность, он попытался взять под контроль Распределительную шляпу. Но и здесь его ждало разочарование. Его чары вновь разбились о выставленные щиты.

Пока он искал злоумышленника, судьба Гарри уже была решена.

Но слава Мерлину, неизвестный маг решил не искушать судьбу и отправил мальчика в Когтевран.

Тревожило другое. Он так и не сумел установить личность загадочного мага, и это вызывало смутные опасения.

Дамблдор отбросил в сторону все сомнения и откинулся на спинку кресла.

Что ж, Когтевран не Гриффиндор, но и не Слизерин. Никаких серьёзных корректив в плане не понадобится. Всё-таки Гарри пока ещё обычный ребёнок, только что приехавший в Хогвартс, и ничто не мешает ему заняться правильным воспитанием мальчика.

Это ведь так просто. Главное не оставлять его без должного присмотра.

Снейп сидел у себя в кабинете и чувствовал, как волны неконтролируемого раздражения накатывали на него.

Причине всех его проблем было одиннадцать лет, она имела зелёные глаза и носила имя Гарри Поттер.

Вспоминая прошедший отборочный банкет, зельевар скривился.

"Вот завели новичков. И тут я увидел одного мальчишку. Это он. Я узнал бы его из тысячи. Мальчишка оказался вылитой копией своего отца. Те же вихры на голове, тот же взгляд, манеры - прям возвращение Джеймса Поттера. Одно только отличало мальчишку от отца - это глаза".

В глубине души Снейп понимал, что относится к Гарри Поттеру предвзято, и пытался заставить умолкнуть совесть, которая твердила, что он не прав, но ничего не мог с собой поделать.

Глаза же он унаследовал от матери. Лили Поттер, нет, Эванс. Лили Эванс. Они такие же изумрудно-зеленые, как и у неё. Единственного человека, которого он мог искренне назвать своим другом. Человека, которого больше нет. И всё из-за этого чертова Поттера!

Он сразу решил, что ему нельзя на Слизерин. Он просто не выдержит семь лет с этим немым напоминанием об ошибках своей молодости. А если он ещё будет таким же несносным, самоуверенным, высокомерным, как отец... И даже если сам Поттер в этом не виноват, что ж, тем хуже для него. Никто и не говорил, что у ненависти должны быть причины...

Но он будет посещать уроки Зельеварения, как бы это было не прискорбно. Для него это будет настоящей пыткой.

Вспомнив, как Шляпа чуть не отправила Гарри на Слизерин, ужас Хогвартса впервые за долгие годы улыбнулся.

Гарри Поттер -- слизеринец. Наверное, Джеймс перевернулся бы в гробу от подобной новости.

Но всё же одна странность не давала Снейпу покоя.

Он не смог проникнуть в его мысли. Почему это произошло, до сих пор не понятно. Попытался проникнуть к какой-то девчонке, все получилось. Это было очень странно.

Возможно, что у мальчика просто полный иммунитет к ментальной магии, такие люди изредка, но появлялись на свет. Но декан Слизерина в это не верил. Не было в роду Поттеров таких способностей. Не было.

И самое странное, что когда он уже почти взял контроль над шляпой, уже собрался отправить его в Пуффендуй, как кто-то перехватил над ней контроль.

И это очень сильный маг, раз мастер легилименции не смог помешать. И что самое интересное, воздействие шло не со стороны преподавательского стола, а от самого Поттера.

Это было странно. Ничего так и не выяснив, Снейп решил понаблюдать за мальчишкой. Не так он прост, как на первый взгляд может показаться.

Профессор Квиррелл неторопливо допивал вечерний чай в своём кабинете.

В отличие от своих коллег, он пребывал в отличном настроении. День для него прошёл довольно продуктивно.

О том, что Поттер имеет мощные ментальные щиты, он узнал ещё две недели назад при их встрече в "Дырявом Котле". Тогда он попытался проникнуть в разум мальчишки и потерпел полный крах.

Кроме того, он сам чудом отбился от потока внимания, исходящего от Гарри. С тех пор профессор ЗОТИ дал себе зарок не удивляться ничему, что в этом году будет происходить вокруг молодого мага.

Интуиция его не подвела. В то время, как директор со Снейпом всеми силами старались добраться до сознания мальчишки, он заметил то, на что эти двое не обратили внимание.

В определённый момент распределения самоконтроль Поттера дал трещину.

Это произошло, когда Распределительная шляпа отправила одну из первокурсниц в Гриффиндор.

Как же её звали? А точно! Гермиона Грейнджер!

И вот вместо того, чтобы бессмысленно долбиться о щиты, он просто залез в голову девчонки и узнал всё необходимое.

Заглянул, посмотрел, вылез и снова напомнил себе ничему, что хоть отдалённо связано с Поттером, не удивляться.

Овладеть "Акцио" в одиннадцать лет... А ведь это заклинание могут сотворить не все взрослые волшебники. Кроме того, само поведение Поттера. В то, что одиннадцатилетний мальчишка может вести себя так, он не верил. К тому же, похоже, мистер Поттер влюбился в мисс Грейнджер, это можно будет в случае необходимости использовать.

А потом эта шляпа. Сам бы он в жизни не полез в эту авантюру, но господин ясно дал понять, что не потерпит Поттера на Слизерине.

Пришлось вмешаться. После недолгих размышлений, Квиррелл решил отправить его в Когтевран. И снова ментальный блок. Только в этот раз вокруг самой шляпы.

Дальнейшее решение шляпы вызвало у него лишь вялое удивление. Когтевран? Без проблем.

К концу ужина у профессора Квиррелла остался к нему только один вопрос: кто же вы, мистер Поттер?

Но он так его и не задал. И не задаст никогда. Потому что Поттер не интересен его господину. Для него главное камень.


Начало обучения


Если Гарри надеялся, что после приезда в Хогвартс наставник, наконец, оставит его в покое, то он очень сильно просчитался.

За окном только начинало светать, когда оглушающий звон в голове вырвал юного мага из царства Морфея.

"Что за..."

"Пора вставать, лежебока. А ну, руки в ноги и марш на пробежку!"

"Отстань, садист. Дай хоть раз нормально выспаться".

"Ну, если ты хочешь дождаться здесь, когда твои соседи проснутся, не буду тебе мешать. Быть порванным на сувениры не такая уж и плохая судьба".

"По-твоему, я должен бегать от них до скончания вечности? Не выйдет. Рано или поздно поймают, и никакая магия не поможет".

"Не всё так плохо. Думаю, через два-три дня они привыкнут к тому, что живут в одной комнате с "тем самым Гарри Поттером". Довольно сложно восхищаться человеком, с которым проводишь большую часть свободного времени. И можно будет безбоязненно передвигаться по башне Когтеврана. Так ты идёшь?"

"Уже бегу", -- ответил Гарри, одеваясь.

Амулет как всегда имел под своими замашками безукоризненно подогнанную логическую цепочку. Это злило, но ничего поделать с этим юный маг не мог.

Осторожно, стараясь не разбудить соседей, Гарри покинул комнату.

В гостиной Когтеврана никого не было, и мальчик сумел незаметно покинуть условно дружественную территорию.

"И куда теперь?" -- спросил Гарри у амулета, спустившись.

"Это ты мне скажи. Генеральный план на сегодня: найти кухню!"

"С чего ты решил, что в замке есть кухня?"

"И чему я тебя учил всё это время? Трансфигурация -- это временное и нестабильное явление. Ты представляешь, что будет, если еда в желудке человека неожиданно вернётся в исходное состояние? В лучшем случае отравление, в худшем -- смерть. А отсюда следует, что кто-то должен её готовить. А где готовят еду? На кухне! А теперь шагом марш на поиски пропитания!"

-- Вон он, смотри!

-- Где?

-- Да вон, рядом с высоким рыжим парнем.

-- Ты видел его лицо?

-- Ты видел его шрам?

Этот шепот Гарри слышал со всех сторон с того самого момента, как вернулся в спальню после двухчасового марш-броска.

Путешествие закончилось для мальчика очень удачно. Кроме вожделенной кухни Гарри нашёл и самую большую колонию домовых эльфов в Англии. Узнав, кто перед ними, домовики с радостью обслужили "великого героя" и пообещали доставлять ему провиант по первому требованию.

Так что теперь Гарри мог безбоязненно опаздывать на завтрак, зная, что без продовольствия он не останется.

Первое время окрылённый открытием Гарри даже не обращал на них внимание, но вскоре эйфория прошла, и не замечать их стало попросту невозможно.

Сначала это забавляло, потом быстро надоело и вскоре начало порядком раздражать. И на занятиях ситуация только ухудшилась.

За дверями кабинетов, в которых у Гарри были занятия, собирались толпы школьников, желающих взглянуть на него. Одни и те же люди специально по нескольку раз проходили мимо, когда он оказывался в коридоре, и пристально смотрели ему в лицо.

Гарри ещё раз поразился дальновидности наставника. Утром он успел изучить основные ходы замка и мог не бояться где-нибудь на полпути потеряться. Правда наверняка существовали и более быстрые маршруты, но юный маг не хотел рисковать. Опаздывать на занятие в первый день -- это дурной тон.

Первым уроком по расписанию стояла История Магии с Пуффендуем.

Наставник всячески подчёркивал, как важно знать прошлое, чтобы не повторять старых ошибок в будущем. Но едва Гарри увидел, кто именно будет их преподавателем, настроение наставника резко пошло вниз. Все дело в том, что профессор Бинс оказался призраком!

Бинс и при жизни не блистал красноречием, а теперь его лекции действовали не хуже снотворного. Он говорил ужасно монотонно и к тому же без остановок. Ученики поспешно записывали за ним имена и даты и путали Эмерика Злого с Уриком Странным. И где-то через пять минут лекции проваливались в царство Морфея.

Гарри сам почти провалился в блаженное забытьё, но тут в дело вновь вмешался неугомонный амулет.

"Открыл глаза!"

"Что ещё? Я поставил самопишущие перо. Потом прочитаю конспекты".

"И раз ты решил, что лекцию не обязательно слушать можно и поспать? Ну, уж нет! Взбодрись! Начинаем урок окклюменции!"

До конца пары Гарри пришлось отражать ментальные атаки наставника на своё сознание. Несмотря на явные успехи ученика, амулет всё равно был недоволен.

"Если повториться история с поступлением, твои щиты не продержатся и десяти секунд. Урок окончен. А теперь собирайся и пошли на чары".

Чары шли совместно с Гриффиндором.

Войдя в класс, Когтевранцы застали уже рассевшихся по выбранным местам Гриффиндорцев.

"А чего это Гермиона одна на первой парте делает?"

"Видимо, никто с ней сидеть не хочет. Интересно, как она смогла за неполный день настроить против себя весь факультет, прославленный своим единством? Это просто талант какой-то!"

"Просто она слишком хороша для Гриффиндора".

-- Гарри, иди сюда! Мы заняли тебе место! - раздался за его спиной весёлый крик Майкла Корнера. В отличие от всех остальных учеников Когтеврана, черноволосый и немного наивный Майкл не был подвержен Поттеромании, благодаря чему мальчики быстро смогли найти общий язык. Так что в мальчике Гарри нашёл не только хорошего соседа по комнате, но и неплохого друга.

А самое главное, он не лез с пустыми расспросами по поводу его чудесной победы над Волди.

-- Извини, Майкл, - ответил Гарри, стараясь придать лицу виноватое выражение, направляясь к первой парте.

-- Привет, Герми. Здесь свободно? Можно сесть?

-- Гарри? - Похоже, девочка только сейчас обратила внимание на подошедшего к ней юного мага.

Их декан -- профессор Флитвик, преподававший заклинания, был такого крошечного роста, что вставал на стопку книг, чтобы видеть учеников из-за своего стола. Как пояснил юному магу наставник, у профессора в предках явно затесался гоблин.

Впрочем, его маленький рост с лихвой компенсировался высокими магическими знаниями и способностями.

Когда он дошел до Гарри, то возбужденно пискнул и исчез из вида, свалившись со своей подставки. Похоже, даже профессора чар поразила болезнь имени Мальчика-Который-Выжил. Но он всё же взял себя в руки и начал урок.

-- Итак, я рад приветствовать вас на своих уроках. Мы будем встречаться с вами на протяжении всех следующих семи лет вашего обучения. На Заклинаниях от вас потребуется желание узнать что-то новое, внимание, старательность, немного упорства и крупица таланта. Тогда у вас все получится. Сегодня мы изучим чары левитации. Для их создания необходимо взмахнуть палочкой и сказать: Вингардиум Левиоса.

И тут же продемонстрировал, подняв в воздух свой письменный стол.

-- Перед вами лежат гусиные перья. К концу занятия они должны подняться в воздух. Прошу, начинайте.

"И это всё?" -- удивлению Гарри не было предела. Сам он мог заставить перо взлететь не только невербально, но и без помощи палочки.

"А чего ты хотел? Учитель всегда опирается на уровень большинства студентов. Оглянись вокруг, сколько, по-твоему, человек сможет справиться с заданием Флитвика до конца урока?"

"Половина?"

"В лучшем случае не больше десятой части. Думаю, не больше пяти человек".

Оказалось, что амулет был излишне пессимистичным.

Благодаря титанической помощи со стороны профессора, к концу занятия с заданием справились почти все. Но Гарри пришлось признать, что без его помощи они бы не освоили его и за год.

Гермионе потребовалось около десяти минут на освоение левитации. Что же касается Гарри, он сразу подвесил своё перо в двадцати сантиметрах от парты и остаток урока молча любовался стараниями девочки.

Единственное, что угнетало, это поразительно притихший наставник. За весь урок он не произнёс ни одной колкости, только на самом краю сознания тихо напевал смутно знакомую мелодию.

Наконец, к концу урока, Гарри не выдержал:

"Говори!"

"Что?"

"Не знаю. Что я влюбился! Что мы отличная пара! Что у нас будут замечательные дети, в конце концов!"

"Зачем? Ты же сам сейчас всё это сказал".

Гарри мысленно покраснел. И правда, почему он так завёлся? Наставник не сделал ничего плохого.

"Извини".

"Всё в порядке. Я понимаю".

"Кстати, а что это была за мелодия?"

"Марш Мендельсона".

Наконец чары закончились, и процессия первогодок двинулась дальше. Следующим в расписании шла Трансфигурация.

Гарри вновь сел за первую парту с Гермионой, то и дело бросая в сторону шепчущихся за их спинами учеников убийственные взгляды.

В планах мальчика профессор МакГонагалл занимала отнюдь не последнее место. И он жаждал убедиться, что не ошибся в выборе.

Она превзошла его самые сокровенные мечты.

Гарри был прав, когда, увидев ее, сказал себе, что с ней лучше не связываться. Умная, но строгая, она произнесла очень суровую речь, как только первокурсники заняли свои места.

-- Трансфигурация -- один из самых сложных и опасных разделов магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе, -- начала она. -- Любое нарушение дисциплины на моих уроках -- и нарушитель выйдет из класса и больше сюда не вернется. Я вас предупредила.

Начала профессор с того, что на глазах у учеников превратилась в кошку. После чего, вернув себе человеческий образ, превратила свой стол в свинью, а потом обратно в стол.

"Учись, ученик. Теперь они вылезут из кожи вон, но сделают всё, чтобы овладеть подобным".

В общем, урок Трансфигурации прошёл по намеченному заранее плану. Гермиона вновь оказалась лучше всех. Ну, кроме Гарри.

Она смогла не только заострить спичку, но и покрыть её серебром. За что профессор наградила юную волшебницу улыбкой. Эта улыбка поразила всех не меньше, чем превращение стола в свинью, -- ведь казалось, что профессор МакГонагалл вовсе не умеет улыбаться.

Гарри же быстро, разобравшись со спичкой, слушал очередную лекцию наставника об энергетической трансформации. И от неё мозг юного мага начал закипать.

"Постой! Ты хочешь сказать, что светлой и тёмной магии не существует?"

"Магия -- это в первую очередь энергия. Она не может быть доброй или злой. Ей всё равно, она просто существует. Как электричество. Ты же не говоришь темно заряженный электрон. Есть положительные и отрицательные заряды, но наделять их разумом -- верх идиотизма. Тоже самое относиться и к магии".

"Тогда почему во все времена шли гонения на тёмных магов?"

"Тёмная магия более грубая, мощная и деструктивная. Ею труднее управлять. Но и её мощь тоже значительно выше. Поэтому с самого зарождения цивилизации тёмную магию использовали для не слишком приглядных дел. Именно поэтому тёмную магию ассоциируют со злом, но это в корне неправильно..."

Прозвенел звонок, оповещающий об обеденном перерыве.

Гарри вздохнул свободнее. Пока всё было не так уж и плохо.


ЗОТИ и Зелья


На следующий день пришло время защиты от Темных Искусств.

По словам старшекурсников, занятия Квиррелла скорее напоминали юмористическое шоу, чем что-то серьезное.

Его кабинет насквозь пропах чесноком, которым, как все уверяли, Квиррелл надеялся отпугнуть вампира, которого встретил в Румынии. Профессор очень боялся, что тот вот-вот явится в Хогвартс, чтобы с ним разобраться.

Но Гарри эта история казалась, мягко говоря, неправдоподобной. Тёмная аура, выдающая в профессоре довольно сильного тёмного мага, никуда не исчезла. К тому же серьёзные опасения вызывал тюрбан Квиррелла.

Профессор уверял, что этот тюрбан ему подарил один африканский принц, которому он помог избавиться от очень опасного зомби. Но по-настоящему никто не верил в эту историю.

Эдди Кармайкл уверял всех, что это не подарок африканского принца, а просто мера предосторожности. По его словам, под одеждой Квиррелл был весь обвешан дольками чеснока, и в тюрбане его тоже был спрятан чеснок, поскольку профессор, боясь вампиров, желал быть полностью защищенным. И даже спал в том, в чем ходил по школе, -- чтобы вампир не застал его врасплох.

Но в это верить было ещё глупее, чем в безобидную чудаковатость профессора. У Гарри с амулетом была своя версия. И заключалась она в следующем.

По их мнению, под ним профессор Квиррелл пытался скрыть некий тёмный артефакт. Причём имеющий паразитические свойства. Такое среди них было не редкость. Иначе Квиррелл не таскал бы его постоянно с собой, а спрятал бы в надёжном месте. Но, похоже, избавиться от проклятой вещицы было как минимум крайне затруднительно, если вообще возможно.

На занятии профессор старался держаться от Гарри на максимальном возможном расстоянии. Такое поведение забавляло юного мага. Он даже придумал интересную игру. Доведи Квиррелла до ручки.

Правила были просты. Как бы случайно мигрировать по классу вслед за неудачливым тёмным магом, вызывая у того всё новые приступы паники. За первый урок такое поведение принесло свои плоды.

Пятьдесят очков Когтеврану в качестве отступных на время утолили хулиганскую натуру Гарри.

К сожалению, подобная свобода имела и минусы.

Прямо посередине занятия к нему пристала стайка любопытных девочек во главе с Падмой Патил, которая уже успела прославиться на факультете главной сплетницей потока.

И вид у гласа Когтеврана был очень решительный.

-- Гарри, а какие отношения тебя связывают с этой гриффиндоркой? - сразу взяла быка за рога девочка.

-- Чисто дружеские, - постарался обезоруживающе улыбнуться юный маг.

Но духовную наследницу Риты Скитер было не так легко сбить с толку.

-- Тогда почему вчера на занятиях ты не отходил от неё ни на шаг?

-- С ней интересно... -- Гарри замолчал, не зная, что ещё сказать.

-- Вот как. - И Падма с самой невинной улыбкой покинула общество знаменитости.

"К концу дня вся школа будет уверена, что ты влюблён в мисс Грейнджер", -- пояснил наставник.

"Так плохо?" -- занервничал мальчик.

"Ещё как, -- заверил амулет. -- Как думаешь, это праздный интерес, или у неё на тебя какие-то далеко идущие планы? А то слишком быстро они переполошились".

-- Что у нас там дальше? -- спросил Гарри у Майкла.

-- Два занятия по зельям вместе со слизеринцами. Занятия ведет профессор Снейп, а он их декан. Говорят, что он всегда и во всем на их стороне, выгораживает их перед остальными преподавателями и ставит им лучшие отметки. Вот как раз и увидим, так ли это.

"Снейп, значит..." -- мысленно оскалился юный маг.

"Не дури. У нас и так достаточно врагов. Не хватало нам портить отношения с преподавателями".

"Брось. Он меня ненавидит с самой первой нашей встречи".

"Может быть. Но чья-то неприязнь -- это ещё не повод к объявлению войны. Зачем сразу идти на конфликт? Давай пока подождём и посмотрим, что произойдёт дальше. И будем решать, уже основываясь на его поведении".

"Хорошо. Я не буду вступать с ним в конфликт. По крайней мере, первым".

"Молодец, а теперь идём. Пора нам навестить этот ужас подземелий".

Кабинет Снейпа находился в одном из подземелий. Тут было холодно -- куда холоднее, чем в самом замке -- и довольно страшно. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные.

"Мне кажется, любезный профессор всё же переборщил с антуражем", -- попытался развеять гнетущую атмосферу учитель.

Это у него получилось довольно посредственно, но всё же он сумел вернуть Гарри к реальности.

В этот момент в класс, подобно огромной летучей мыши, ворвался декан Слизерина, бросая в сторону Когтевранцев злобные взгляды.

"Переигрывает", -- поддержал замечания наставника мальчик.

И правда. Действия декана Слизерина были уж слишком театральными. Казалось, что Снейп старался сделать всё, чтобы до смерти напугать первогодок.

Наблюдая за представлением, устроенным Снейпом, Гарри незаметно улыбнулся. Страх окончательно покинул разум мальчика. Трудно бояться того, что вызывает у тебя смех.

Снейп, как и Флитвик, начал занятия с того, что открыл журнал и стал знакомиться с учениками. И, как и Флитвик, он остановился, дойдя до фамилии Поттер.

-- О да, -- негромко произнес он. -- Гарри Поттер. Наша новая знаменитость.

Закончив знакомство с классом, Снейп обвел аудиторию внимательным взглядом.

-- Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, -- начал он.

Снейп говорил резко, почти шепотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Ученики как по команде вздрагивали от каждой новой фразы зельевара.

Гарри ещё раз поразился его театральному таланту. Похоже, у профессора был большой опыт в запугивании детей.

Как и профессор МакГонагалл, Снейп обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. Здесь никто не отваживался перешептываться или заниматься посторонними делами. Но если МакГонагалл использовала уважение, то Снейп больше полагался на страх.

-- Поттер! -- неожиданно произнес Снейп. -- Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?

Гарри недоумённо замер. Ему показалось, что он ослышался. О чём Снейп спросил первокурсника, впервые пришедшего на его урок?

Формально вопрос был из учебника. А точнее из самого его конца. Но кому придёт в голову перед началом первого занятия читать учебник целиком?

План Снейпа был прост. Завалить его. Но профессор не знал, что в Хогвартсе на данный момент было двое ненормальных, способных на такое. Гермиона Грейнджер, благодаря своей любви к учёбе, и Гарри Поттер, прошедший ад тренировок наставника.

В груди мальчика начала подниматься злоба.

"Не подавайся на провокации. Он только этого и ждёт", -- предостерегающе прошептал амулет.

"Оставить всё как есть?"

"Нет. Всего лишь выждать. Снейп посмел пойти против нас, он пожалеет. Но главное сейчас подобрать момент и ударить наверняка".

"Хорошо". -- Гарри вздохнул, усилием воли загоняя нахлынувшую ярость глубоко внутрь. А теперь пора поставить зарвавшегося зельевара на место.

-- Зелье живой смерти, сэр, -- скучающим голосом ответил юный маг.

Снейпа передёрнуло, как от удара. Он был готов увидеть на лице Поттера страх, злобу или ненависть, но никак не брезгливое безразличие.

-- Хорошо, Поттер, а в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха?

-- Это одно и тоже растение, сэр. Ещё его называют аконитом.

Гарри стоя аплодировал театральному искусству профессора. На его лице не дрогнул ни единый мускул. Но почему-то мальчик был уверен, что Снейп в бешенстве.

-- Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать?

-- Нигде. Он сам ко мне придёт.

-- Что? - Снейп взорвался. - Вы совсем сошли с ума, Поттер!

-- Позвольте продемонстрировать, сэр, - и, не дожидаясь ответа, выхватил палочку и произнёс - Акцио безоаровый камень!

Один из шкафов распахнулся, и в ладонь мага прыгнул искомый предмет.

-- Прошу, сэр. Безоаровый камень.

-- Сядьте, Поттер! - рявкнул Снейп. -- За ваш наглый ответ, Поттер, минус десять очков Когтеврану.

После этого преподаватель взмахнул палочкой и объявил, что инструкции на доске, и они могут приступать к приготовлению первого в своей жизни зелья.

Никакой теории, никаких пояснений - только голая практика и плохо завуалированные оскорбления в сторону учеников. Амулет даже кисло пошутил на эту тему:

"Только Снейп! Только хардкор!"

Пока Майкл помешивал их зелье, Гарри с наставником планировали свои ответные действия. Мало-помалу план мести начал обретать законченные очертания.

Снейп продолжал критиковать всех, кроме Малфоя, которому, очевидно, симпатизировал. И этим стоило воспользоваться.

В тот момент, когда Снейп призвал всех полюбоваться, как Малфой варит рогатых слизняков, Гарри начал действовать. Убрав в карман палочку, мальчик двинулся к профессору, сделав вид, что споткнулся, при этом чуть не сбив с ног Снейпа.

-- Поттер! Минус двадцать баллов! Берите с мистера Малфоя пример, - зарычал зельевар, возвращаясь зелью Драко.

Неожиданно раздалось громкое шипение, и от котла слизеринца потянуло ядовито-зеленым дымом. Секунда, и котёл превратился в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое они готовили в котле, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников.

Класс пронзил полный ярости и боли крик зельевара, которого окатило выплеснувшимся из котла зелье. На руках и ногах Снейпа появились красные волдыри.

"Иглы дикобраза -- воистину страшная вещь. Ты доволен, мой ученик?"

"Да. Но что если нас поймают?"

"Никогда. У нас есть алиби. В момент, когда неизвестный испортил зелье Малфоя, профессор как раз снимал с нас очки".

-- Крэбб, Гойл, помогите профессору добраться до больничного крыла, - быстро сориентировался Драко.

Через секунду профессор Снейп в компании трёх слизеринцев покинул класс. На этом урок был закончен.


Первая ласточка


С момента прибытия Гарри в Хогвартс прошло уже две недели.

Наконец всё вошло в мирную колею. Ажиотаж первых дней незаметно утих. Подавляющее большинство учеников привыкло видеть рядом с собой "того самого Гарри!". По крайней мере, количество плотоядных взглядов за это время сократилось до приемлемого уровня. Что не могло не радовать.

Несмотря на некоторые опасения Гарри, учёба проходила довольно однообразно. Проходимый на уроках материал был для мальчика скорее повторением пройдённого с наставником, нежели открытием чего-то нового.

Учителя не могли нарадоваться, глядя на юное дарование. И по мере своих сил старались поощрять его тягу к знаниям. Допуск в запретную секцию, лежащий в его комнате и полученный им от Флитвика, был тому явным подтверждением.

Исключениями, как и предполагалось, оказались Квиррелл и Снейп.

Первый был не просто щедр к Гарри. Он был готов сделать всё что угодно, лишь бы мистер Поттер оставил его в покое. И юный маг этим без зазрения пользовался, получая для Когтеврана просто неприличное количество очков.

Снейп же придерживался радикально противоположного подхода. Потерять на его уроке сотню балов для Гарри очень скоро стало нормой. Тем более он тут же возвращал их на ЗОТИ.

Впрочем, Гарри не оставался в долгу. И не смотря на то, что Снейпа ещё ни разу не удалось вновь отправить в больничное крыло, мальчик был доволен.

За прошедшее время произошла детонация семи котлов, шесть раз они плавились, а один раз все котлы за ночь просто растворились в воздухе. И не за всеми из этих каверз стоял юный маг.

Неожиданно у него появилось сразу трое союзников. Фред и Джордж Уизли, и, как не странно, Невилл.

Но если первые делали это чисто из любви к искусству, то второй был просто природным дарованием. Не проходило ни одного урока Зелий в присутствии Невилла, не заканчивающегося катаклизмом.

Но куда больше занятий мальчика волновали отношения с сокурсниками.

Пока всё шло довольно хорошо. Отношения с однокурсниками медленно налаживались. Когтевранцы, наконец, перестали видеть в нём легендарного героя и стали замечать настоящего Гарри. У него даже появился ещё друг по имени Терри Бут. С виду ничем не примечательный паренёк смог поразить Гарри своей простотой и лёгкостью в общении, а также патологической верностью.

И этим воскресным утром их трио собрались за обеденным столом. Несмотря на столь ранний час, в большом зале было довольно оживлённо.

-- Какие у тебя сегодня планы, Гарри? -- спросил Терри.

-- Не знаю, -- задумчиво ответил мальчик, бросая короткий взгляд на собеседника. -- Может, схожу, составлю Гермионе компанию в библиотеке или пройдусь к озеру посмотрю на кракена.

Он, в самом деле, не знал. Впервые за всю жизнь у него появилась крупица свободного времени. Даже амулет обещал не трогать его по воскресеньям, мотивируя это тем, что всему живому нужно время от времени отдыхать.

Так неожиданно для себя мальчик получил полную свободу. И он не знал, что с ней делать.

-- Тогда пошли к Хагриду, -- предложил Терри.

-- К Хагриду? -- Юный маг был озадачен. Великан уже неделю старательно заманивал мальчика в своё логово, но до последнего времени Гарри умело избегал подобной чести.

И вот его вновь сейчас зазывают в гости к лесничему.

-- Неудобно как-то. Вот так заявляться к человеку в гости без приглашения, - попытался отказаться от прогулки к великану мальчик.

-- Не переживай. Вчера вечером мне пришло от него письмо, где он приглашает нас всех в гости, - приняв его игру за чистую монету, лучезарно улыбнулся Терри.

Гарри мысленно вздохнул. Похоже, от похода к гиганту отвертеться не удастся. А обижать Терри и Майкла отказом не хотелось.

-- Ну, пошли.

Они вышли из замка и пошли по школьной территории к дому Хагрида. Он жил в маленьком деревянном домике на опушке Запретного леса. Над входной дверью висел охотничий лук и пара галош.

Когда Гарри постучал в дверь, ребята услышали, как кто-то отчаянно скребется в нее с той стороны и оглушительно лает. А через мгновение до них донесся зычный голос Хагрида:

-- Назад, Клык, назад!

Дверь приоткрылась, и за ней показалось знакомое лицо, заросшее волосами.

-- Заходите, -- пригласил Хагрид. -- Назад, Клык!

Через пять минут, изрядно потрёпанные, но не съеденные Клыком и от этого счастливые мальчики оказались в хижине лесника.

Хагрид предложил:

-- Кексов? - друзья быстро согласились, только Гарри, помня заветы наставника, деликатно промолчал.

Амулет вновь оказался прав. О каменные кексы легко можно было сломать зубы, но приходилось есть. Никто не хотел обидеть добродушного великана. Особенно когда голова его ручного монстра лежит на твоих коленях, пуская слюни, обильно заливавшие школьную форму.

Наконец разговор мягко перетёк на преподавателей.

Гарри рассказал ему о Снейпе. Ему была интересна реакция Хагрида на это.

Хагрид посоветовал Гарри не беспокоиться, потому что Снейпу не нравится подавляющее большинство учеников.

-- Он меня ненавидит, - закончил свой рассказ мальчик.

-- Да ерунда это! -- возразил Хагрид. -- С чего бы это ему?

При этом старательно пряча от него глаза и поразительно быстро перейдя к обсуждению семьи Майкла.

"Врёт! Значит, у нашего ужаса подземелий есть любимая мозоль, на которую я ненароком наступил", -- удовлетворённо констатировал юный маг.

Пока Майкл с Хагридом вспоминали общих знакомых, Гарри взял кусок бумаги, лежавший на столе под чехлом для чайника. Это была вырезка из "Пророка".

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ О ПРОИСШЕСТВИИ В БАНКЕ "ГРИНГОТТС" -- гласил заголовок статьи.

Продолжается расследование обстоятельств проникновения неизвестных грабителей или грабителя в банк "Гринготтс", имевшего место 15 августа. Согласно широко распространенному мнению, это происшествие -- дело рук темных волшебников, чьи имена пока неизвестны.

Сегодня гоблины из "Гринготтса" заявили, что из банка ничего не было похищено. Выяснилось, что сейф, в который проникли грабители, был пуст, -- по странному стечению обстоятельств то, что в нем лежало, было извлечено владельцем утром того же дня.

-- Мы не скажем вам, что лежало в сейфе, поэтому не лезьте в наши дела, если вам не нужны проблемы, -- заявил этим утром пресс-секретарь банка "Гринготтс".

"И что это значит? Как думаешь?" -- обратился мальчик к наставнику.

"Лучше взгляни на дату ограбления".

"Тем утром Хагрид забрал из банка светлый артефакт. И на следующий день третий этаж полностью оцепили, -- задумался Гарри. -- Это не может быть совпадением. Таких совпадений не бывает".

"Именно. А теперь внимательно взгляни на другую дату".

"Газета месячной давности. Что она тут делает?"

"Варианты?"

"Ловушка. Непонятная и из-за того ещё более опасная ловушка. Кому-то нужно, что бы мы с головой залезли в это дело".

"Что будешь делать?" -- решил уточнить амулет.

"Попытаюсь вытащить информацию из Хагрида".

-- Хагрид! -- воскликнул Гарри. -- Ограбление "Гринготтса" произошло как раз в день посещения нами Косого Переулка! Возможно, грабители проникли туда как раз, когда мы с тобой там были! И на следующий день третий этаж объявляется закрытой территорией. То, что искал преступник, спрятано там!

На этот раз не было никаких сомнений в том, что Хагрид избегает взгляда Гарри.

-- Гарри! Это дело касается только Дамблдора и Николаса Фламеля.

"Опять Дамблдор! Как же он мне надоел!"

"Успокойся. В гневе ты не заметил действительно важной вещи. Кроме Дамби в этом деле замешан некий Николас Фламель. И теперь у нас есть зацепка".

После чего, одним махом доев кекс, произнёс:

-- Спасибо за чай, Хагрид, мне пора.


Взлёты и падения


Остаток дня Гарри провёл как на иголках, постоянно ожидая новых неожиданностей от директора, вновь и вновь прокручивая события встречи с лесником.

И ситуация, в которую он попал, ему очень не нравилась. Несмотря на полученные от Хагрида сведения, в ней всё равно оставалось слишком много тёмных пятен.

В том, что вырезку в хижину лесника подбросил Дамблдор, у юного мага не было никаких сомнений. Для мага такого уровня это не должно было составить никаких проблем, но каковы были его цели и мотивы, было до сих пор не ясно.

Чего от него добивается директор? Хочет получить повод для исключения? Глупо! Он потратил слишком много сил на создание из него марионетки, чтобы останавливаться на полпути. Собирается поймать его на третьем этаже с последующим шантажом? Вариант ненамного лучше первого.

Даже всезнающий амулет не мог объяснить поведение Дамби. Он только предположил, что ловушка готовится не только и даже не столько на него, сколько на таинственного вора. Но это не объясняло, зачем директору понадобилось вмешивать в это дело мальчика со шрамом.

Стараясь отвлечься от тяжёлых мыслей, Гарри решил провести остаток дня в библиотеке.

Выбрав наугад первую попавшуюся книгу из запретной секции, юный маг принялся неторопливо её изучать. Книга оказалась старой, с потрёпанным от времени переплётом.

"Теория магической фортификации" гласило название.

Фолиант оказался действительно интересным, в нём описывалось, как правильно строить и ломать магические укрепления, преимущества и недостатки щитовых чар, способы их разрушения и многое другое.

Но даже это не могло вытеснить из мозга мальчика мысли о заговоре. Неожиданно он понял, что его уже достаточно долгое время кто-то зовёт.

-- Гарри!

-- Что? -- Юный маг застыл, глядя на нависшую на ним гриффиндорку.

-- Что с тобой? Ты в последнее время сам не свой, загруженный какой-то.

-- Всё в порядке, -- попытался успокоить встревоженную девочку юный маг. -- Просто устал.

-- Устал? -- Гермиона подозрительно смотрела на него. -- Почему ты не хочешь говорить, что с тобой происходит?

-- Устал, -- ответил Гарри, стараясь вложить в голос побольше убедительности. -- Прошу, Герми, не надо, не начинай.

-- Ну, хорошо. Не хочешь говорить, не надо. Не буду к тебе приставать. И все же мне не верится, что ты устал.

Видя, что девочка уже собралась уходить, неожиданно спросил.

-- Постой! Герми, как ты относишься к Дамблдору?

-- Что? К Дамблдору? Он хороший человек, великий маг. Думаю, что если бы он был бы плохим человеком, то так долго директором не был. Он всем нравится. А почему ты спросил?

-- Да так. Просто тебе не кажется всё это странным? Ограбление Гринготтса, постоянные секреты и тайны министерства, запрет на посещение третьего этажа. У меня такое чувство, что цепь этих якобы случайных событий постоянно сжимается вокруг замка.

-- Беда? С чего ты взял? Мне кажется, ты преувеличиваешь. Если запретили ходить на третий этаж, то, наверно, там действительно что-то опасное, -- пожала плечами девочка. -- Просто так же не будут запрещать ходить туда. А в Министерстве, думаю, сами разберутся. Как и в Гринготтсе. Ты, наверно, действительно устал. Отдохнул бы, а то уже везде тебе мерещатся заговоры.

-- Может ты и права. Незачем ломать голову над тем, что всё равно не можешь исправить. С проблемами надо разбираться по мере их появления. А не ломать голову, стараясь предугадать, что же принесёт нам завтрашний день.

-- Конечно, права. Я не вижу никаких проблем. На данный момент меня больше интересуют полеты на метле. О них ничего не написано в книгах.

-- Кхм... -- Гарри сделал над собой усилие, чтобы не расхохотаться. В этом была вся Гермиона. Неожиданно он замолчал. Только тут до него дошёл смысл её фразы. -- Полёты?

-- Ну да, полеты. Я слышала, как старшекурсники говорили о том, что скоро будут полеты для младших.

-- Понятно, -- задумчиво ответил юный маг и, тут же спохватившись, продолжил. -- Спасибо за помощь, Герми. Ты мне действительно очень помогла. А теперь думаю тебе пора идти, пока нас не увидели вместе. А то и так пол Хогвартса уже шепчутся, что мы встречаемся. Не будем давать им новую пищу для слухов.

-- Хорошо. Я пойду, там от родителей письмо должно было прийти. Пока, Гарри.

-- Пока, - ответил он, глядя в спину удаляющейся девочки.

Новая неделя принесла Гарри новые неприятности.

Проснувшись утром, мальчик заметил висящее на стене объявление, которое вызвало у юного мага протяжный стон.

Со вторника начинались полеты на метлах -- и первокурсникам факультетов Гриффиндор и Когтевран предстояло учиться летать вместе.

"Потрясающе! Я всегда об этом мечтал! Опозориться перед всей школой, что может быть лучше!"

"Скажи прямо, боишься выставить себя дураком перед Гермионой".

"Не просто дураком, а дураком, изобретшим сто и один новый способ падения с метлы!"

"Да чего ты так испугался? Ты же столько времени буквально грезил полетами, а сейчас.... Или это потому, что мы будем учиться летать вместе с Гриффиндором?"

День был солнечным и ясным, дул легкий ветерок, и трава шуршала под ногами. Гарри с видом висельника медленно шагал за нестройными рядами когтевранцев, направляясь к ровной поляне, которая находилась как можно дальше от Запретного леса, мрачно покачивающего верхушками деревьев.

Часы на башне пробили полчетвёртого. Юный маг нервно огляделся. Студентов Гриффиндора ещё не было. Похоже, юным храбрецам было незнакомо понятие пунктуальности. Впрочем, как и преподавателю.

Наконец появились и гриффиндорцы, и сразу за ними преподавательница полетов, мадам Хуч. У нее были короткие седые волосы и желтые глаза, как у ястреба.

-- Ну и чего вы ждете?! -- рявкнула она. -- Каждый встает напротив метлы -- давайте, пошевеливайтесь.

Гарри посмотрел на метлу, напротив которой оказался. Она была довольно старой, и несколько ее прутьев торчали в разные стороны.

-- Вытяните правую руку над метлой! -- скомандовала мадам Хуч, встав перед строем. -- И скажите: "Вверх!"

"А как же теория?" -- изумлению мальчика не было предела.

"Какая теория? Наш добрый директор -- сторонник естественного отбора. Те, кто выживут, научатся летать, ну а остальных не жалко, -- обнадёжил его наставник. - И не отвлекайся на всякие глупости, иначе шанс дожить до вечера у тебя близок к нулю".

-- Вверх! - крикнул Гарри.

Метла послушно прыгнула ему в руку.

"Ну вот, а ты боялся. Лучше посмотри на остальных!"

Другим ученикам повезло не так сильно как юному магу.

У Невилла метла вообще не сдвинулась с места, а у Гермионы Грейнджер метла почему-то покатилась по земле. Рон Уизли умудрился получить древком метлы между глаз и теперь тихо отдыхал под деревом.

Затем пошла техника безопасности. Как нужно садиться на метлу, чтобы не соскользнуть с нее в воздухе, как нужно распределять свой вес и так далее.

Гарри внимательно слушал преподавателя, старательно запоминая нужную последовательность действий.

Меньше всего мальчику хотелось превратиться в лепёшку, свалившись с головокружительной высоты прямо на грешную землю.

-- А теперь, когда я дуну в свой свисток, вы с силой оттолкнетесь от земли, -- произнесла мадам Хуч.

По команде преподавателя два десятка мётл одновременно взлетели в воздух.

-- А теперь замрите!

Пока мадам Хуч разбиралась с учениками, никто не заметил, как Невилл, стремительно набравший первую космическую, отдаляется от земли.

-- Вернись, мальчик! -- крикнула мадам Хуч, но Невилл стремительно поднимался вверх -- он напоминал пробку, вылетевшую из бутылки.

"Он разобьётся!" -- мелькнула в голове у Гарри паническая мысль.

"Одной проблемой меньше", -- удовлетворённо пробормотал амулет.

Гарри увидел бледное лицо Невилла, испуганно смотрящего вниз. И что-то в мозгу щёлкнуло.

Не думая ни секунды, юный маг направил свою метлу в сторону Лонгботтома.

"Что ты делаешь!!!"

"Стараюсь не дать ему превратиться в лепёшку!"

"Он нас ненавидит! Ты собрался помочь врагу!"

"Да! А теперь помолчи и не мешай".

"Гриффиндорец!" -- последнее слово наставник выплюнул сквозь зубы.

В этот момент Невилл соскользнул с метлы и отправился в свой последний полёт. Стремительный рывок, и вот метла Гарри оказалась прямо под падающим Лонгботтомом.

На спину Гарри обрушился чудовищный вес. В глазах потемнело. Последнее, что увидел юный маг перед тем, как сознание покинуло его, были силуэты, приближающиеся земли.

А затем пришла тьма.


Расплата


Первое, что почувствовал Гарри после пробуждения, была ноющая боль во всём теле. Открыв глаза, мальчик упёрся взглядом в белый, потрескавшийся от времени потолок.

"Где я?" -- привычно обратился юный маг к наставнику и к своему удивлению не получил никакого ответа.

С трудом оторвав от постели руку, Гарри положил ее себе на грудь. И поражённо замер. Под тонкой полоской ткани ничего не было.

Моментально на юного мага нахлынула паника, он резко сел и судорожно застонал от заполнившей его сознание боли.

Упав обратно на кровать, мальчик тяжело вздохнул и огляделся. Он только сейчас понял, что, судя по всему, находится в больничном крыле.

"Как я здесь оказался?"

Постепенно в мозгу начала складываться примерная картина случившегося. Урок полётов. Падающий с метлы Невилл. Крики наставника. Приближающаяся земля. От осознания произошедшего юному магу стало дурно.

Хуже всего было то, что он так и не смог себе объяснить, зачем же вообще спас Лонгботтома. В тот момент это казалось мальчику единственным верным решением, но сейчас...

Это ходячее бедствие невзлюбило Гарри с первых минут их знакомства. И когтевранец отвечал ему тем же. Так какого, во имя Мерлина, он ринулся спасать его?

Его поступок противоречил не только здравому смыслу, но и ставил под угрозу его собственную жизнь. С которой Гарри не имел никакого желания расставаться.

В мозгу вновь всплыли рассказы Хагрида о его родителях. "Истинные гриффиндорцы", кажется, именно так охарактеризовал их великан. А я их сын. Ничего не поделаешь, плохая наследственность.

Наверное, так охарактеризовал бы его вспышку героизма амулет.

Но он пропал.

В другое время Гарри уже мчался бы на его поиски, но только не в таком состоянии. Наверное, он сумел бы сделать пару шагов, но что дальше? Упасть на пол без чувств от боли?

Нет! Он не доставит своим противникам подобного удовольствия, но делать что-то было нужно. И делать быстро.

В этот момент в комнату ворвалась мадам Помфри.

-- Мистер Поттер, вы должны лежать в постели! Как вы себя чувствуете? - в голосе женщины прорезалось лёгкое беспокойство.

-- Всё хорошо. Спасибо за заботу, - поблагодарил целительницу юный маг. - Можно узнать, что со мной и сколько я здесь нахожусь?

-- Около четырёх часов. При падении вы получили множественные ушибы и несколько вывихов. Плюс небольшое сотрясение. Думаю, завтра утром вас можно будет уже выписать. К счастью, обошлось без переломов, но в следующий раз вам может так не повезти!

-- Я постараюсь быть впредь осторожнее, - клятвенно заверил её мальчик. - Кстати, что с моими вещами?

-- Ваша форма в стирке, палочка на столе. - Мадам Помфри показала на стоящий в нескольких метрах от него столик, заваленный сладостями. Там между пачками с шоколадными лягушками одиноко лежала его палочка.

-- Что это?

-- Знаки внимания от твоих друзей и поклонников, - было видно, что целительница не одобряет такой подход.

-- Понятно. А ничего больше на месте падения не находили?

-- Нет. По крайней мере мне ничего не известно. А должны были?

Поняв, что разговор заходит в тупик, Гарри вновь сменил тему.

-- А как там Невилл?

-- С вашим другом всё в порядке. Он отделался лёгким испугом. Приняв укрепляющее зелье, он уснул. И вам советую поступить так же, -- строго произнесла она, вручая Гарри небольшой флакончик.

-- Пейте.

На вкус зелье оказалось отвратительным. Но юный маг под пристальным взором целительницы безмолвно выпил его до дна. После чего Гарри вновь провалился в объятия сна.

Второй раз Гарри проснулся от знакомого шипения, раздающегося у самого уха.

-- Ты в порядке, Говорящ-щий?

-- С-слезь с меня, Ш-шас.

Змей покорно отодвинулся от лица мальчика и застыл, направив свой немигающий взор прямо в глаза юному магу.

-- Ч-что привело тебя ко мне, Ш-шас?

Вопрос был действительно важным. Зная о "любви" светлых магов к змеям, Гарри ещё в поезде приказал Шасу ни в коем случае не попадаться на глаза остальным учащимся. Впрочем, тот и сам не стремился к этому. Он и так был в змеином раю.

Огромное количество заброшенных труб позволяли змею беспрепятственно передвигаться по Хогвартсу. А облюбовавшие их колонии грызунов стали отличной кормушкой для змея.

И вот теперь, невзирая на опасность, он предстал пред юным магом.

-- Я принёс-с амулет, Говорящ-щий, - ответил змей, кивком головы указывая на лежащий прямо перед ним артефакт.

-- Где ты его наш-шёл?

-- Рыж-жий мальчиш-шка попытался з-забрать вещ-щь Говорящ-щего, мальчиш-шка наказ-зан.

-- Он ж-жив?

-- И даж-же не пострадал. Я помню приказ-з Говорящ-щего.

-- Хорош-шая работа, Ш-шас, -- поблагодарил Гарри змея, гладя того по голове. С удивлением мальчик заметил, что тело больше не отзывается на каждое движение острой болью. Только ноющая слабость продолжала терзать его плоть, но и она в скором времени должна была пройти.

Гарри вновь перевёл свой взгляд на амулет. Судорожно вздохнул, зажмурился и сунул указательный палец между жвалами. Мгновение боли. Гарри почувствовал, что амулет занял законное место между рёбер мальчика. И тишина.

Секунда, две, три...

Гарри выдохнул, открыл глаза, и тут его мозг взорвался.

"Камикадзе недоделанный! Безмозглый идиот! Шальной гриффиндорец! Дебил..."

Когда поток красноречия иссяк наставник, наконец, перешёл к делу.

"Мерлинова борода, что ж это за проклятие на мою голову! Не мальчишка, а ходячее бедствие. Черт бы тебя побрал. Как ты умудряешься на ровном месте попадать в истории? Это феноменально! Но ответь мне, старику, на один вопрос: зачем? Зачем ты его спас?"

"Не знаю", -- был вынужден признать он.

"Не знает он! Ладно, опустим. Но зачем ты полез к нему на метле? Или законы физики для тебя пустой звук? Решил погеройствовать? А перед этим сложно было пораскинуть мозгами? Всё можно было сделать значительно проще. Например, наложить на него чары левитации или приклеить к метле! Но нет же! Наш великий Гарри Поттер всегда идёт напролом!"

Ещё около десяти минут амулет перемалывал кости мальчику, но уже без того огонька. Напоследок он устало сказал:

"Больше так не делай, Гарри", -- и окончательно замолчал.

Семейную идиллию разрушил резкий грохот, послышавшийся из-за занавески.

Пошатываясь, юный маг встал с постели и направился в сторону эпицентра шума. Пара неуверенных шагов, и разделяющая палату занавеску летит в сторону.

Пред взором Гарри предстаёт картина всеобщего хаоса. Эта часть палаты была полностью разгромлена. Стол и кровать были опрокинуты, многочисленные склянки разлетелись по полу. Казалось, что здесь только что прошёл небольшой ураган.

"Мерлин и Моргана, что здесь произошло?" -- только и сумел подумать Гарри.

"Одно из двух. Либо локальный прорыв Инферно, либо Невилл Лонгботтом. Но я больше склоняюсь ко второму варианту".

-- Невилл, вылезай, - позвал юный маг гриффиндорца.

-- Нет! -- категорично раздалось из под кровати.

-- Что случилось? - попытался узнать что происходит Гарри.

-- Ты! - вместо ответа донеслось снизу.

-- Что я?

-- Ты змееуст! - голос Лонгботтома стал неожиданно твёрдым и осуждающим.

"Вот и спасай их после этого. Не одно доброе дело не остаётся безнаказанным", -- наставительно произнёс амулет.

"Как он узнал?"

"Скорей всего он увидел, как ты говоришь с Шасом. Ну и слегка растерялся, запаниковал, после чего случайно задел тумбочку, она опрокинулась, а дальше пошла цепная реакция. И вот то, что мы видим в конечном итоге. Больничное крыло в руинах, Лонгботтом под кроватью и обвиняет тебя в том, что ты тёмный маг".

"И что теперь?"

"Никогда не поздно заняться работой над ошибками. Оглянись вокруг, мой мальчик. Невилл слишком опасен для этого бренного мира. Если Армагеддон когда-нибудь наступит, то я буду знать, что стало его причиной. Для всеобщего блага и светлого будущего ты должен избавиться от него. Повторяй за мной -- Авада Кедавра!" -- копируя голос Дамби, проворковал амулет.

"Если мне понадобится совет директора, я прямо у него и спрошу. Но сейчас мне нужен нормальный план!"

"Раскинь мозгами. Вспомни, чему я тебя учил, и действуй", -- после чего прервал связь.

Гарри остался один на один с Невиллом.

И что с ним делать? Юный маг вновь оглядел окружающий его беспорядок. Решение пришло неожиданно быстро.

Всё ещё чувствуя слабость Гарри, подошёл к столу, взял с него свою палочку и направил её на кровать.

-- Вингардиум Левиоса.

Кровать медленно начала подниматься со своего места. С протестующим скрипом ножки кушетки оторвались от пола. Подняв её на полуметровую высоту, когтевранец аккуратно опустил её в несколько метрах от лежащего Лонгботтома.

-- Привет, Невилл, - жизнерадостно поздоровался Гарри, вытирая с лица проступивший пот. Всё же колдовать в таком ослабленном состоянии было довольно сложно.

Гриффиндорец одарил юного мага злобным взглядом и попытался метнуться к поваленному ящику.

-- Петрификус Тоталус.

Лонгботтом не успел добежать нескольких шагов, как луч заклинания надёжно парализовал его тело. Прижатые к телу конечности стали извиваться, стараясь вырваться из-под власти заклятия.

-- Ну, куда ты так спешишь? -- пробормотал Гарри подходя к обездвиженному Невиллу. - Пора заканчивать. Обл...

В этот момент входная дверь открылась.

В следующую секунду произошло одновременно три вещи. Шас шмыгнул в еле заметную трещину в стене, Гарри, пряча палочку, невербально снял заклинание с Невилла, и в комнату влетела встревоженная Гермиона.

-- Гарри! -- завопила Гермиона, кидаясь к нему. Не добежав несколько метров, она застыла, увидев лежащего на полу Невилла и воцарившийся вокруг хаос.

"Попались", -- обречённо подумал Гарри.

"Не теряй самообладание".

"Но она видела..."

"Не беда. Подправим воспоминания и ей".

-- Мисс Грейнджер, куда вы убежали? - проворчала входящая в комнату мадам Помфри.

-- Что здесь происходит?

"И что теперь? Или ты думаешь, что я смогу справиться сразу с тремя?"

"Когда не помогает сила, спасает интеллект и смекалка. Ври!"

"Но они видели..."

"Что? Уничтоженную палату? Лежащего на полу Лонгботтома? Гарри, мы сейчас не в суде, тебе всего лишь надо придумать версию убедительнее, чем у Невилла".

Пока когтевранец думал, Лонгботтом поднялся с пола и, показывая на Гарри пальцем, обвиняющее произнёс:

-- Он тёмный маг!

Гермиона с мадам Помфри обменялись недоверчивыми взглядами.

Юный маг чуть не подпрыгнул от радости. Такого подарка от Невилла он не ждал.

-- Похоже, Невилл ещё не совсем проснулся. Можно я расскажу, что здесь произошло? - спросил Гарри и, дождавшись кивка целительницы, продолжил. - Я проснулся от странного грохота за занавеской. Привлечённый шумом, я встал и отправился, посмотреть что происходит. Как оказалось, Невилл ходил во сне, попутно превращая больничное крыло в руины. Я решил его разбудить. Мне это удалось. А дальше вы всё видели сами. Я ничего не упустил, Невилл?

В глазах гриффиндорца полыхнула ярость.

-- Ты хотел меня убить!

-- Это глупо. Если бы я желал твоей смерти, то просто позволил бы тебе разбиться. Но вместо этого я спас тебя, и вот какова твоя благодарность.

-- Но, но...

-- Думаю, Невиллу надо дать что-нибудь от лунатизма и отправить отдыхать. Вы так не думаете? -- спросил юный маг, глядя на мадам Помфри.

-- Вы правы, мистер Поттер. Идёмте, мистер Лонгботтом, - и, не обращая внимание на объяснения Невилла, потащила его в глубь больничного крыла, оставляя их двоих наедине.

-- Гарри, ты в порядке? -- оглядывая его с ног до головы, спросила Гермиона.

Юный маг немного смутился, но постарался сохранить серьёзный вид, незаметно поправляя больничный халат.

-- Да, всё хорошо, Герми. Поможешь добраться до постели? А то я боюсь не дойду.

Добравшись до кровати, Гарри благодарно улыбнулся гриффиндорке.

-- Спасибо. Это действительно много для меня значит. Извини, что заставил поволноваться.

-- Э-э-э... Да не за что. Я не очень волновалась. Знала, что с тобой будет все в порядке, -- слегка смутилась девочка.

-- Настолько не волновалась о нём, что не прибегала ко мне за сегодня раз десять, - раздалось над ухом девочки голос целительницы.

Гермиона подскочила от неожиданности.

-- Мадам Помфри.

Гарри заметил, что на лице девочки появился лёгкий румянец.

-- Всё, мисс Грейнджер! Убедились, что с мистером Поттером всё в порядке? Час посещения окончен. Продолжите завтра на занятиях.

-- Пока, Гарри.

-- Пока.

Как только Гермиона скрылась за дверью, лицо Гарри расплылось в довольной улыбке. Всё же она за него переживала.

"И чего мы тут такие довольные? Герми смутилась, а ты рад? Ну, подожди у меня! Выберемся из госпиталя и начнём настоящее обучение!" -- от слов наставника по спине мальчика побежали мурашки.

"А что было до этого?"

"Так, разминка. А вот дальше начнётся обучение. Поверь, скоро у тебя времени не будет хватать не только на девушек, но и нормальный сон! А теперь спи. Может быть, это твой последний раз, когда ты сумеешь выспаться".


Дуэль


На следующее утро мадам Помфри, как и обещала, выписала Гарри из больничного крыла.

Спустившись на завтрак, юный маг с мрачным видом стал быстро уничтожать яичницу с беконом. Все попытки друзей раскачать мальчика не принесли должного эффекта. Он отвечал на их вопросы и смеялся над шутками, но мысли мальчика были где-то далеко.

Мрачное обещание амулета никак не давало ему покоя. Оно даже оттеснило на второй план постоянные интриги Дамблдора и нерешённую проблему с Невиллом. Зная характер наставника, он не сомневался, что наставник придумает для него нечто невообразимое.

Богатая фантазия и развитый интеллект ещё больше осложняли состояние юного мага, постоянно подкидывая ему новые варианты тренировок. Самым безобидным, что приходило в голову, были ночные пробежки по Запретному лесу, с попутным уклонением от жаждущих его крови монстров.

Но зная учителя, Гарри готов был поклясться, что грядущие тренировки превзойдут даже самые безумные его фантазии. В чём-чём, а в изощрённости амулета он не сомневался.

Погружённый в свои мысли, Гарри не заметил, как к столу Когтеврана подошёл Лонгботтом в сопровождение Рона и Дина Томаса.

Заметив гриффиндорцев, мальчик на автомате произнёс:

-- Привет, парни. А, Невилл, ты тоже здесь? Пришёл поблагодарить меня за спасение?

Лонгботтом скривился как от удара.

-- Нет? Тогда зачем пожаловал? - постарался добавить побольше презрения в голос Гарри.

-- Зачем ты так, Гарри? - постарался сгладить наступившую неловкость Дин. -- Мы просто подошли поговорить.

-- О чём же? -- Когтевранец понял, что от него хотят, но не хотел портить себе шоу.

-- Это правда, что ты тёмный маг? - задал вопрос в лоб Рон.

-- Нет, - совершенно спокойно ответил Гарри. - С чего вы так решили?

-- Ну, Невилл сказал, что видел, как ты разговариваешь со змеями... -- замялся Дин.

-- И вы тут же ему поверили. Невилл, это уже ни в какие ворота не лезет. Мало того, что ты меня так и не поблагодарил за спасение хотя бы из вежливости, так ещё смеешь распускать обо мне грязные сплетни. Тебе не кажется, что это уже переходит все допустимые рамки?

-- Ты змееуст! Я сам видел!

-- Что ты видел? Расскажи мне, о поборник света и справедливости, убийца тёмных лордов и просто идеальный гриффиндорец. Разоблачи мерзкого чёрного мага. - Гарри уже не скрываясь издевался над Лонгботтомом.

Под градом колких насмешек Невилл всё больше краснел, его глаза наполнились жгучей ненавистью. В конечном итоге он не выдержал и со звериным рыком полез Гарри.

Но тут же две пары рук крепко вцепились в одежду Лонгботтома.

-- Сегодня вечером. Дуэль волшебников, - прорычал он.

-- Невилл, не надо. Гарри действительно прав, - попытался успокоить мальчика Дин.

-- Принимается, - не убирая с лица маску высокомерного презрения, произнёс Гарри. - Я, лорд Гарри Джеймс Поттер, урождённый Поттер и глава рода Поттеров, ведущего свой род от самого Игнотуса Певерелла, принимаю вызов. Ты оскорбил не только меня, но и весь мой род. Правда, нас нельзя назвать равными, ведь Лонгботтомы -- маги всего в восьмом поколении и не насчитывают и трёхсот лет, но для тебя я сделаю исключение.

Гарри испытал истинное удовольствие, наблюдая растерянность в глазах окружающих.

Только что он напомнил всем о своём социальном статусе. Всё-таки старшая аристократия занимала в магическом мире привилегированное положение.

Теперь Невилл просто обязан прийти. Если он не придёт и об этом станет известно, то о карьере можно будет забыть. Старшие семьи просто не потерпят такого покушения на свои привилегии. И быть Лонгботтому до самой смерти уборщиком мусора. И никакие оправдания не спасут.

И наоборот. Гарри Невиллу ничего не должен. Он может опоздать или вообще не прийти, и никто не посмеет ему ничего сказать. Он и так оказал Лонгботтому невероятную честь, несмотря на разницу в социальной иерархии, согласившись участвовать в дуэли.

-- А теперь, Невилл, ты дашь мне спокойно закончить завтрак?

Пробурчав что-то себе под нос, гриффиндорец покинул стол Когтеврана.

-- И тебе того же! - пожелал в спину удаляющемуся Лонгботтому Гарри. -- А теперь вернёмся к еде.

К удивлению юного мага, амулет воспринял произошедшее довольно благосклонно. Даже дал несколько полезных советов. Впрочем, последующая за этим лекция поставила всё на свои места.

"Запомни, дуэль - это прежде всего традиция. Мало победить в поединке, нужно сделать это красиво. В магическом обществе признанные дуэлянты пользуются заслуженным признанием аристократии. Зачастую для мага без богатой родословной путь дуэлянта -- это единственный способ попасть в высшее общество. Для тебя же это отличный шанс восстановить былую славу рода Поттеров. Конечно, Лонгботтом не тот противник, победой над которым можно гордиться, но надо же с чего-то начинать. Зато в будущем ты сможешь честно сказать, что выиграл первую дуэль в одиннадцать лет".

"А если я не хочу становиться дуэлянтом?"

"Боюсь, у тебя нет выбора".

-- Полдвенадцатого. Пора! -- сказал Гарри друзьям, выходя из спальни.

Когтевранское трио неспешно направилось в сторону выхода. То, что их отсутствие заметят, не очень волновало мальчиков. Ещё в первый день им ясно дали понять, что на нарушения школьных правил в Когтевране смотрят сквозь пальцы.

Кроме того, юный маг не сомневался, что в случае необходимости сумеет оторваться от любого преследователя. Правда, тогда придётся бросить на произвол судьбы Майкла и Терри, чего очень бы не хотелось.

Они короткими перебежками пробирались по ночным коридорам, расчерченным на квадраты полосками света, падающего из высоких окон. Сделав последний поворот, друзья оказались на третьем этаже и бесшумно прокрались в зал, где хранились награды. Никого из гриффиндорцев ещё не было.

В ожидание противника Гарри с интересом начал осматривать интерьер комнаты. Хрустальные ящики сверкали в лучах лунного света. Кубки, щиты с гербами, таблички и статуэтки отливали в темноте серебром и золотом. На юного мага это волшебное великолепие произвело поистине гипнотический эффект.

Когда опоздание команды гриффиндорцев уже вышло за любые рамки приличия, на лестнице, ведущей в зал наград, раздались голоса.

Гарри скривился. Ученики Гриффиндора были в своём репертуаре. Было странно, что, несмотря на крики, способные разбудить пол замка, их ещё никто не поймал. Голоса приближались, и Гарри с удивлением сумел разобрать в этом гвалте голос Гермионы.

-- Невилл, надо сейчас же возвращаться в гостиную! Иначе с Гриффиндора снимут баллы, а нас накажут!

-- Замолчи! - не выдержав напора девочки, сорвался Рон.

-- Но...

-- Молчать!

Со стороны гриффиндорцев послышался обиженный всхлип.

Наконец Невилл, Рон, Дин и Гермиона преодолели последние метры и оказались в зале наград.

Даже в полной темноте юный маг заметил покрасневшие глаза девочки.

В почувствовал, как в его груди медленно закипела злость.

"Что ты там говорил о создании репутации заядлого дуэлянта?"

"О, похоже, ты придумал что-то интересное!" -- наставник был явно заинтригован.

"Ничего такого. Просто, а что если мне сразиться не только с Лонгботтомом, но и с Уизли?"

"Зачем?"

"Что зачем?" -- вопрос амулета загнал юного мага в тупик.

"Зачем нам дуэль с Уизли?"

"Он наш враг! Именно он вчера чуть не украл тебя! Чёртов вор! Марионетка Дамблдора!"

"Раньше тебя это не трогало. Я хочу, что бы ты обосновал свой гнев".

"Он заставил Герми плакать", -- упавшим голосом сказал Гарри.

"Уже ближе к истине, но всё равно не понятно, почему ты так разозлился?"

"Почему? Почему! Гермиона Грейнджер -- моя!" -- мысленно закричал мальчик и тут же сам испугался своих слов.

"Вот так-то лучше. А теперь иди и покажи им, чего стоит тёмный лорд Поттер!"

"Ты не будешь меня отговаривать?"

"Зачем? Сегодня ты уже выучил очень ценный урок. Так что можешь развлекаться".

Собравшись с мыслями Гарри, вернулся к реальности.

Гриффиндорцы уже заняли место прямо напротив студентов Когтеврана. Невилл сверлил его взглядом, но пока не спешил атаковать.

Похоже, Лонгботтому хватило ума перед боем ознакомиться с дуэльным кодексом. А жаль. Такого нарушения протокола и насмешки над традициями аристократия бы ему не простила. Вход в высшее общество Невиллу был бы навсегда заказан. Но он всё же сумел сдержаться.

Начался стандартный ритуал.

Секунданты по очереди предлагали противникам забыть обиды и помириться. Завершив все формальности, секунданты перевели свой взгляд на дуэлянтов.

Началась их часть представления.

Неуверенно отвесив ему ритуальный поклон, Невилл поднял палочку и стал ждать.

Гарри неспешно повторил действие противника, после чего сделал сложный жест своей палочкой, который можно было перевести как крайнюю степень презрения к оппоненту.

Похоже, Лонгботтом сумел правильно расшифровать знак, поскольку он стремительно покраснел и тяжело задышал.

-- Начинаете на счёт три, - сказал Майкл - Раз, два, три!

Как только дали отмашку, Невилл выкрикнул:

-- Петрификус Тоталус.

Гарри не стал даже пытаться уклониться. Лишь сухо произнёс:

-- Протего.

Возникший между мальчиками магический щит с лёгкостью отразил "связывающее" заклинание назад.

Невилл не успел ничего предпринять. Мгновение, и дважды за сутки обездвиженный гриффиндорец уже лежит посреди зала. Но при этом его палочка осталась плотно прижата к телу, а значит, формально дуэль можно было продолжать.

Убрав щит, Гарри с наслаждением произнёс:

-- Титилландо. - Выпуская заклинание щекотки в сторону парализованного Лонгботтома.

Тело мальчика мелко затряслось, послышались жалобные стоны. Кто-то скажет, что заклинание щекотки безвредно, но, по мнению амулета, при долгом использовании оно вполне может стать светлым аналогом Круцио.

Через пять минут цвет лица Невилл приобрёл томатный оттенок, а сам он стал задыхаться. На все призывы наблюдателей прервать дуэль Гарри лишь показывал на палочку, зажатую в руке противника.

Первым не выдержал Рон. Вскинув палочку, он выпустил в сторону Когтеврана сноп искр.

В этот раз Гарри не стал играть со своей жертвой. Мгновение, и Рон Уизли уже лежит рядом с Лонгботтомом.

-- Инкарцерус, - закончил комбинацию Гарри, снимая с Невилла чары щекотки. Крепкие канаты надёжно связали двух оглушённых мальчиков вместе.

-- Мне кажется, или мой оппонент только что нарушил правила? - спокойно спросил у Майкла Гарри.

-- Да. Рон Уизли, вмешавшись в дуэль, нарушил регламент. Победитель Гарри Поттер, - объявил друг завершение дуэли, после чего показал на лежащих гриффиндорцев. - А что будем делать с ними?

-- Ничего. Заклятие спадёт к утру.

-- Может, освободишь их?

-- Нет. Именно в транспортировке проигравшего и заключается главная обязанность секунданта, а Рон её нагло нарушил. Обязанность, о которой он полностью забыл. А теперь идём отсюда, не хочу попасться Филчу.

Но уйти когтевранцам не дала вставшая на их пути Гермиона.

-- Гарри, отпусти их!

-- Зачем, Герми? Они заслужили это.

-- Может быть, но если их поймают, то у Гриффиндора могут возникнуть проблемы.

-- Они должны были подумать об этом до того, как затевать со мной дуэль.

Но, посмотрев в полные решимости глаза девочки, всё же полез в карман за палочкой.

-- Вот и всё, -- сказал юный маг, развеивая путы. -- Они очнутся минут через десять. Дальше сами. Теперь всё зависит от них. Сумеют ли они незаметно вернуться в башню Гриффиндора или попадутся Филчу, мне, если честно, всё равно. Кстати, передай этим олухам, когда очнутся, что ещё раз полезут ко мне с пустыми обвинениями, так легко не отделаются. А теперь извини, Герми, я должен идти.

И, развернувшись, начал медленно пробираться в сторону гостиной Когтеврана.

По пути в башню на лице Гарри Поттера играла еле уловимая улыбка.

День закончился просто замечательно. Жаль, конечно, что не удалось подловить Невилла на нарушении дуэльного кодекса, но младший Уизли тоже неплохо. Надо же было додуматься секунданту влезть в бой прямо по середине дуэли.

Завтра же надо будет отправить это воспоминание Томасу. Он поговорит с кем надо, и уже через неделю все заинтересованные лица будут знать о поступке Рона Уизли.

Юному магу было даже немного его жаль.

Получить волчий билет в столь юном возрасте и навсегда распрощаться с мечтой о блестящей карьере было сродни катастрофе. Но с другой стороны, на взгляд Гарри, наказание было справедливо. Рон заставил страдать ЕГО Герми, а он лишит наглеца будущего.

Всё честно.


19 Сентября


-- Значит, мы договорились? - спросил Гарри у странного существа, сидящего на кровати.

-- Да, сэр! Великий Гарри Поттер может рассчитывать на старого Нильса! Всё будет готово к указанному сроку! Нильс сам проследит за этим! - Маленький человечек с ушами летучей мыши, закутанный с головы до ног в простыню, затряс головой с такой скоростью, что показалось, что она сейчас оторвётся.

-- Отлично. И помни, Нильс, я рассчитываю на тебя. А теперь ступай.

Эльф с тихим хлопком покинул комнату мальчика.

Гарри облегчённо вздохнул. Беседа со старейшиной домовых эльфов Хогвартса как всегда оказалась очень выматывающей. Главной проблемой в общении с домовиками было их слишком сильное, подчас просто непомерное желание услужить хозяину. Ему потребовалось полчаса, чтобы вбить в голову Нильса, что от него необходимо и в каких количествах.

Но, похоже, у него получилось.

"Интересно, все домовые эльфы такие, или мне попался исключительно услужливый представитель данного вида?"

"Я же рассказывал тебе историю появления домовых эльфов. Услужить хозяину для них основной инстинкт. Они по-другому просто не могут".

"Понимаю, но кажется, он всё же понял необходимый масштаб".

"Не загадывай наперёд. Надо будет сходить проверить, как идёт подготовка. Да и перед началом стоит убедиться, что всё в порядке. Хотя это домовики, они плохо работать просто не умеют".

Гермиона проснулась рано. Из-за вчерашнего события она легла спать очень поздно, поэтому не выспалась.

Всю дорогу до башни Гриффиндора за ними по пятам шёл Филч. Удалось оторваться только после того, как гриффиндорцы случайно попали в запретный коридор.

Ужас, охвативший Гермиону при виде цербера, было трудно описать словами, но каким-то чудом они всё же смогли выбраться из запретной зоны.

Когда она дошла до спальни прошлой ночью, сердце ее готово было выскочить. Девочка очень боялась, что их поймают и лишат баллов. А может и того хуже - исключат из школы. Настроение было невеселым, но потом она вспомнила, какое сегодня число.

19 сентября. Ее день рождения!

От этого сначала на душе расцвело, но потом Гермиона поняла, что это будет самый скучный день рождения. Родители дома. А в Хогвартсе никто не знает, когда у девочки день рождения.

От этого на душе стало очень тоскливо и одиноко. Она бросила взгляд на тумбочку. Там лежала небольшая коробка, завернутая в бумагу.

Гермиона взяла ее и, разорвав бумагу, посмотрела, что было внутри. Это был подарок от родителей. Там лежали письмо и книга. Девочка отложила книгу с письмом в тумбочку.

Одевшись в школьную форму, Гермиона взяла "Историю Хогвартса", спустилась в гостиную Гриффиндора и погрузилась в чтение.

Когда она оторвала взгляд от книги, то поняла, что опоздала на завтрак, и если не поспешит, то опоздает на первый урок. Гермиона поднялась в спальню, схватила сумку и побежала на Трансфигурацию.

Всё утро девятнадцатого сентября Гарри был как на иголках, слушая преподавателей вполуха. Хотя основные приготовления взяли на себя домовые эльфы, юный маг все же немного беспокоился.

Несмотря на всю эту историю с дуэлью, Гарри ни на секунду не позволял забыть себе о своих главных приоритетах. Конечно, прошлой ночью бить Невилла было увлекательно, и это помогло ему выпустить накопившееся раздражение. Но сегодняшнее мероприятие было для мальчика важнее десятка поединков.

"Нервничаешь? Сегодня исторический день, мой юный ученик".

"Немного, -- признался Гарри. - Мне хочется, что бы всё прошло идеально".

"Не переживай. Домовики сделают всё в срок", -- попытался успокоить его амулет.

"Знаю! Просто всё равно волнуюсь".

"Поверь, твою принцессу ожидает незабываемый день".

Юный маг хотел возразить, но почему-то промолчал. Всё же после вчерашней ночи он многое переосмыслил и понял, что наставник может как всегда оказаться прав.

Этот день для Гермионы ничем не отличался от других.

Придя в кабинет Трансфигурации, девочка сразу увидела троих ребят -- Невилла, Рона и Дина. Они беззаботно болтали. По их виду было понятно, что за последствия вчерашней ночи ребята не переживали.

Девочка нахмурилась и прошла к своей парте. Прозвенел звонок, и в кабинет вошла профессор МакГонагалл. Вот тут у Гермионы замерло сердце. Она очень боялась, что кто-то видел их этой ночью и расскажет все ее декану. Но даже если профессор что-то знала, то виду не подала. Хмуро оглядев класс, она начала урок.

До звонка девочка просидела как на иголках. Когда наконец-то прозвенел колокол, оповещающий о конце занятия, Гермиона быстро собрала вещи, схватила в сумку и поспешила выбежать из кабинета.

Когда она вышла, то не смогла сдержать облегченного выдоха. У нее камень с души свалился.

Весь оставшийся день Гермиона провела как обычно, выполняла на уроках все задания и получала заслуженные баллы, очень нужные Гриффиндору.

Профессор Флитвик встретил Гарри довольно радушно, но узнав, зачем "юное дарование" пожаловало к нему, угрюмо замолчал, после чего, пристально смотря в глаза мальчику, произнёс:

-- Мистер Поттер, Вы понимаете, что ваша просьба идёт в разрез с правилами школы?

-- Понимаю, профессор. Но и Вы поймите меня. От своих планов я не отступлю. Я мог бы сделать это и без вашего на то ведома, но всё же решил проявить сознательность и поставить вас в известность. Я не прошу вас ни о чём, что могло бы поставить под сомнение вашу честь или репутацию. Завтра можете наказать меня по всей строгости, но сегодня, пожалуйста, помогите мне.

-- Хорошо, мистер Поттер. Я согласен, но сначала получите одобрение профессора МакГонагалл.

Разговор с профессором МакГонагалл был самой слабой частью всего плана. Конечно, можно было обойтись и без него, но Гарри хотелось, что бы всё прошло как можно лучше. Где-то глубоко в душе он надеялся, что Герми не забудет этот день никогда. К сожалению, наказание за самоволку никак не вписывались в планы идеального вечера.

К удивлению юного мага, "железная леди" магического мира отреагировала на его предложение довольно спокойно и даже скупо похвалила мальчика.

На ошарашенный взгляд мальчика, профессор только печально улыбнулась.

-- Мистер Поттер, мы все когда-то были молодыми. Мисс Грейнджер повезло, что у неё появился такой замечательный друг, как Вы.

-- Вы поможете?

-- Жду вас и мисс Грейнджер у главных ворот к пяти часам. Не опаздывайте, мистер Поттер. А то я разочаруюсь в вас.

После уроков Гермиона пошла в библиотеку.

Так как задали много, девочка обложилась учебниками и делала домашнее задание. Написала доклад по Зельеварению, отработала заклинание, заданное Флитвиком и решила почитать.

Найдя на полке какую-то толстую книгу, девочка погрузилась в чтение и не заметила, как быстро пролетело время.

Ближе к вечеру Гарри отправился на поиски Герми. Впрочем, поисками это можно было назвать лишь условно. А именно, надо было точно узнать, за каким из книжных стеллажей притаилась гриффиндорка.

Найдя её читающей за столом, маг тихо подошёл к ней сзади и положил руку на плечо девочки.

-- Гарри? - вздрогнув, спросила Гермиона, отрывая глаза от толстого фолианта.

-- Привет. Как вчера добрались до башни?

-- По дороге нас чуть не поймал Филч, а затем...

Дальше пошёл увлекательный, наполненный эмоциями рассказ о побеге от сторожа и встрече гриффиндорцев с цербером.

С каждой секундой эта история нравилась Гарри всё меньше. Таких совпадений просто не бывает. Даже дилетанту было понятно, что их вели на всём протяжение пути. Похоже, директор устал ждать его реакции на подсунутую к Хагриду статью и решил попытаться надавить на него через Гермиону.

Но сегодня мальчику меньше всего хотелось отвлекаться на интриги Дамблдора. Мгновенно отбросив в сторону сомнения, Гарри решил разобраться с новым замыслом интригана завтра, а сегодня посвятить этот вечер исключительно этой молодой и безумно очаровательной волшебнице.

Взглянув на часы и убедившись, что время, назначенное профессором, стремительно приближается, Гарри произнёс:

-- Заканчивай, Герми. Нас ждут.

-- Где? - на лице девочки проступили следы недоумения.

-- Увидишь, -- хитро улыбнулся в ответ когтевранец.

От чтения ее отвлек Гарри. Он спросил, как они вчера ночью дошли до башни, и девочка во всех красках поведала ему эту крайне занимательную историю.

Во время рассказа лицо Гарри меняло выражение с обеспокоенного на крайне встревоженное, в конце приобрело очень сердитое выражение.

Когда Гермиона закончила, Гарри взглянул на часы и куда-то ее позвал, а с лица не сходила хитрая улыбка. Они вышли из библиотеки и поспешили к выходу.

Гермиона очень хотела спросить, куда они спешили, но еле поспевала за мальчиком, поэтому решила отложить все вопросы на потом.

Во дворе их уже ждали профессор Флитвик и профессор МакГонагалл. В тот момент, когда Гарри с Гермионой поравнялись с преподавателями, часы в главной башне пробили ровно пять.

-- Вы как всегда пунктуальны, мистер Поттер, - одобрительно произнес Флитвик.

-- Идите за мной, - коротко приказала МакГонагалл.

Гермиона бросила на преподавателей растерянный взгляд, но перечить не стала. А на все попытки разговорить Гарри мальчик с усмешкой отвечал:

-- Придём, узнаешь.

Через двадцать минут неторопливого хода они пришли на небольшую уютную полянку, раскинувшуюся у самого берега озера.

Домовики справились со своим заданием просто превосходно.

Небольшой деревянный стол у самого берега, окружённый десятком стульев, и стоящий в отдалении мангал придавали этому месту почти домашнюю обстановку.

-- Прошу, - сказал Гарри на ухо Гермионе, сажая её за стол.

-- Это и есть твой сюрприз?

-- Нет. - В зелёных глазах юного мага плясали весёлые искорки.

В этот момент преподаватели синхронно апарировали, оставив их наедине.

-- Куда они? - недоумение девочки достигло критической отметки.

Но Гарри молчал. Неожиданно он спросил:

-- Герми, ты до сих пор переживаешь насчёт запрета на колдовство вне стен Хогвартса?

Гриффиндорка только молча кивнула. На девочку неожиданно накатила волна грусти.

Ещё в поезде она призналась Гарри, что ей бывает очень обидно, что как бы она не старалась, всё равно не сможет порадовать родителей, показав им свои достижения.

Гермиона непроизвольно вздрогнула, когда руки мальчика обвили её шею. Горячее дыхание когтевранца обожгло её затылок.

-- Герми, всё не так плохо. Строгость магического закона компенсируется его необязательностью. Следующим летом я сделаю так, что ты сможешь беспрепятственно колдовать на каникулах дома.

-- Гарри... -- попыталась немного отстраниться гриффиндорка, но мягкие руки юного мага неожиданно крепко прижали её к стулу.

-- Не возражай. Это меньшее, что я могу для тебя сделать.

Одна из рук Гарри оторвалась от её шеи и закрыла глаза девочки.

Вновь раздались хлопки апарации.

-- А теперь долгожданный сюрприз. Конечно, я обещал, что на летних каникулах избавлю тебя от присмотра министерства, но зачем тянуть? Если гора не идёт к Магомеду, то Магомед идёт к горе. Правда, мистер и миссис Грейнджер?

Гермиона чуть не подпрыгнула на стуле, услышав последние слова мальчика.

Тот тут же убрал свои руки с её шеи, позволив Герми прыгнуть в объятия родителей, успев шепнуть перед этим девочке на ухо, так, что никто, кроме неё, не услышал:

-- С днём рождения, принцесса.

Вот наконец они дошли.

Гермиона ахнула, когда увидела, куда привел ее Гарри. Она поняла, что мальчик как-то узнал о ее дне рождения.

Гермиона была на седьмом небе от счастья. Она не могла понять, откуда он узнал, да сейчас это было и не столь важно.

Но оказалось, что все подарки еще впереди. Гарри каким-то образом удалось привести сюда ее родителей. Вот теперь девочка была по-настоящему счастлива. Ее окружали любящие родители и лучший друг, который устроил ей такой замечательный праздник.

Такого друга у Гермионы не было никогда. Девочка поняла, что Гарри не бросит ее, пойдет за ней и в огонь, и в воду.

Гермиона увлеченно рассказывала родителям о своих успехах, даже показала несколько заклинаний, на что те восторженно ахнули. Иногда она бросала встревоженные взгляды на Гарри. Молодой маг пребывал в какой-то своей, одному ему известной реальности. И, похоже, возвращаться не торопился.

Гермиона решила не отвлекать мальчика, подумав, что с ним она всегда успеет поговорить, и вернулась к общению с родителями.

Наблюдая "Истинным зрением" трогательную сцену семейного воссоединения, Гарри испытал лёгкий укол в груди. Даже отсюда до него доносились отголоски окружающего эту семью счастья.

Сейчас они находились совершенно в другом мире, где не было место злобе и предательству.

Он был искренне рад счастью подруги, но в глубине сознания упорно крутилась предательская мысль.

"Почему всё так? Ведь на её месте мог оказаться я? Жить в любящей семье, а не гнить всю свою жизнь в том проклятом чулане".

Уловив его состояния, амулет ответил на немой вопрос мальчика.

"Мог. Но не оказался. Незачем ломать голову над тем, что ты не можешь изменить. Запомни раз и навсегда, Гарри. Случись всё иначе, и ребёнок Джеймса и Лили жил бы в окружении любви и заботы. Но этим ребёнком был бы не ты! Именно прожитый ад сделал из тебя того, кем ты являешься!"

"Спасибо, - поблагодарил когтевранец амулет. - Как думаешь, мои родители любили меня так же сильно, как родители Гермионы любят её?"

"Больше жизни. По крайней мере твоя мать точно. Даже на протяжении стольких лет её магия продолжает оберегать тебя. Насчёт твоего отца не уверен, но всё же он был истинным гриффиндорцем. Верность и честь у него были в крови".

В этот момент объятия семейство Грейнджер наконец-то распалось, и девочка, стремительно преодолев разделяющее их расстояние, повисла у него на шее.

Волна всепоглощающего счастья, исходящая от Герми, накрыла Гарри с головой, уничтожая все тревоги и проблемы мальчика. Пьянея от переполнивших его эмоций, он посмотрел в глаза именинницы и понял, что это того стоило.

Муки и унижения у Дурслей, часы бесконечных тренировок с наставником, постоянные интриги сильных мира сего, всё это сейчас казалось таким мелким перед полными восхищения глазами гриффиндорки.

"Поздравляю, ученик. Ты попался. Бежать и прятаться больше некуда".

"Пусть. Я не против. Это, в конце концов, мой выбор".

"А ты растёшь. Не боишься, что ее могут попытаться отнять у тебя, Ромео?"

"Не боюсь. Ты сам меня учил, что есть только я и моя цель. Всё, что посередине, всего лишь препятствия, которые надо убрать с дороги. Причём любым доступным способом".

"Да... Ты точно не Ромео. Чувствую, что в аналогичной ситуации в Вероне ты бы просто вырезал всех несогласных".

"Осуждаешь?"

"Одобряю. В жизни всегда нужен стимул. Если для тебя им станут глаза твоей прекрасной дамы, тем лучше. Как там говорил Дамблдор? Величайшая сила - это любовь. Что ж, похоже, к несчастью для самого себя, директор всё же иногда бывает прав. Мне его искренне жаль, если он втравит в свои игры ещё и Гермиону".

"Если он это сделает, то вскоре у Хогвартса появится новый директор!" -- твёрдо пообещал Гарри.

"И я о том же".

Из блаженной нирваны Гарри вывело лёгкое покашливание профессора МакГонагалл.

Как по команде дети под насмешливые взгляды взрослых отпрянули друг от друга. Заметив это, Герми стремительно вспыхнула и юркнула к накрытому столу.

Гарри же отчаянным усилием воли сумел сохранить на лице выражение невозмутимости, но внутри у него всё пылало от противоречивых чувств. Странная смесь восторга, гнева и смущения переполняли мальчика.

Хотелось одновременно вновь прижать к себе Гермиону и провалиться сквозь землю. А лучше схватить девочку в охапку и не отпускать, и на все попытки забрать её у него сразу бить непростительными.

Но прошла секунда-другая, и Гарри сумел взять бурлящие эмоции под контроль. Заметив, что к нему идёт отец Гермионы, юный маг взял себя в руки. Сделав глубокий вдох, мальчик шагнул к нему навстречу.

-- Мистер Грейнджер? - спросил когтевранец, протягивая руку. - Гарри Поттер. Это я пригласил вас сюда.

-- Можно просто Ивэн. Значит, ты и есть тот знаменитый Гарри Поттер, о котором наша малышка столько рассказывала?

-- Не знаю. Герми, у тебя есть ещё знакомые Гарри Поттеры? - шутливо бросил в сторону девочки маг. - Нет? Ну, значит я. Надеюсь, она рассказывала вам обо мне только хорошее?

Мистер Грейнджер слегка улыбнулся, показывая, что оценил шутку, но глаза его оставались предельно серьёзными. Выждав немного, он как бы в шутку произнёс.

-- Более чем. Может даже слишком. Впервые кому-то в письме она уделила больше внимания, чем описанию библиотеки. Будет крайне плохо предать такую веру. Ну, как думаешь, сумеешь оправдать оказанное тебе доверие.

-- Мистер Ивэн. Если кто-нибудь посмеет обидеть Герми, то я сделаю всё, чтобы показать наглецу всю степень его заблуждения. Я бы даже сказал летального заблуждения. - Последние слова мальчик особенно выделил. - А теперь пойдемте займёмся барбекю?

-- А я думал, что всё приготовлено заранее, - усмехнулся Ивэн, поняв намёк мальчика.

-- Что вы! В этом деле важен не столько результат, сколько сам процесс.

Небольшой пикник удался. Время текло незаметно. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается. Кончился и этот праздник.

Распрощавшись с родителями девочки, Гарри и Гермиона неторопливо двинулись к замку. Мальчик заметил, что гриффиндорка бросает в его сторону короткие взгляды.

-- Что с тобой, Герми?

-- Гарри, а как ты узнал о моём дне рождении?

Юный маг, не выдержав, рассмеялся. Только его подруга могла в такой момент мучить себя подобными вопросами.

-- Как узнал? Мне рассказали.

-- Кто? - глаза девочки заинтересованно блеснули.

-- Те, кто больше всех знают о Хогвартсе. Впрочем, легче будет показать, нежели рассказывать. Нильс!

Мгновение, и рядом с юным магом появился старый домовик.

-- Знакомься, Герми это Нильс, домовой эльф, глава общины Хогвартса. Именно он снабжает меня всей необходимой информацией. Нильс, Гермиона Грейнджер, моя подруга.

-- Мисс Грейнджер, какая честь! Старый Нильс очень почтён встречей с подругой самого Гарри Поттера!

Было видно, что домовик пребывает в крайней степени возбуждения.

-- Хватит, Нильс, - прикрикнул Гарри. - Мисс Грейнджер поняла, насколько ты счастлив. Я надеюсь, что с этого момента ты будешь выполнять её просьбы с таким же рвением, как и мои.

-- Нильс не подведёт Гарри Поттера! Нильс будет служить мисс Грейнджер. Нильс счастлив служить лорду Поттеру! Он нашёл для него то, что великий Гарри Поттер просил найти.

-- Стоп, Нильс! - заткнул мальчик домовика. - Герми, извини, но не могла бы ты дальше пойти одна. Мне надо поговорить с ним с глазу на глаз.

Дождавшись, пока Гермиона скроется в замке, Гарри потребовал:

-- Рассказывай!


Ритуал


Разговор Гарри с домовиком неожиданно затянулся. Новости оказались хорошими, правда, несколько сомнительными. О своих сомнениях мальчик поспешил уведомить наставника.

"Ты думаешь, она действительно существует?" -- эта простая мысль весь остаток вечера не давала покоя Гарри.

"Нильсу незачем нам врать. Если домовик говорит, что есть, значит, она и правда есть. Другое дело обладает ли она подходящими для наших планов свойствами, или придётся искать дальше. Вечером надо будет проверить".

Единственной проблемой при покидании башни Когтеврана, как ни странно, были его друзья, не хотевшие отпускать мальчика одного. Только применив всё своё красноречие, юный маг сумел избавиться от ненужной ему компании.

В половине восьмого юный маг был на месте, то и дело нервно озираясь по сторонам.

"Пора начинать", -- голос амулета развеял гнетущую тишину пустого коридора.

"И всё-таки я чувствую себя ужасно глупо".

"Ничего. Потерпишь. А теперь соберись!"

Он приблизился к тому месту, которое указал Нильс -- голой стенке напротив громадного гобелена с изображением Варнавы Вздрюченного и его дурацкой затеи обучить троллей балету.

"Нильс сказал, что нужно трижды пройти рядом со стеной, мысленно отдавая нужный приказ".

Так он и сделал, поворачивая назад у первого окна, а на обратном пути -- у вазы высотой в человеческий рост.

"Что мне нужно? Зал Ритуалов! Полноценный, экранированный Зал Ритуалов, в котором меня не найдут, и где я смогу практиковаться! Зал Ритуалов, где за мной не сумеет следить Дамблдор и его прихвостни!"

В стене появилась полированная дверь. Гарри схватился за медную ручку, открыл дверь и вошел в просторную комнату, освещенную факелами вроде тех, что горели в подземелье восемью этажами ниже.

Мальчик оказался в большом, плохо освещённом и пустынном зале. Никакой мебели не было и в помине, только в самом дальнем углу находился единственный, покрытый толстым слоем пыли металлический шкаф.

"Ну, подходит?" -- поинтересовался мальчик.

"Положи меня в центр внутренней пентаграммы", -- распорядился наставник.

"Какой пентаграммы?"

Пробурчав что-то себе под нос, амулет пояснил.

"Ту, что находится в центре зала. И смотри не нарушь контуры линий".

Только сейчас, приглядевшись к полу, Гарри заметил тонкие серебряно-белые нити с вписанными в них рунами, заполнявшие собой всё свободное пространство зала.

Заперев входную дверь, мальчик приступил к действиям. Осторожно, стараясь не задеть линии, юный маг добрался до центра огромной пентаграммы.

"Вот здесь. Надо проверить целостность защитного круга, -- скомандовал артефакт. - Как только положишь меня в центр, немедленно покинь магический круг и не смей заходить, пока проверка не будет закончена".

Положив амулет на требуемое место, Гарри незамедлительно покинул пределы гексаграммы.

Как только юный маг покинул опасный участок, от начерченных на полу линий начало быстро подниматься серебристое сияние. С каждой секундой интенсивность сияния нарастала, и вскоре мальчику, чтобы не ослепнуть, пришлось закрыть глаза и отвернуться в сторону двери. Но даже так серебристое свечение пробивалось в мозг юного мага.  Неожиданно свечение погасло. Зал вновь погрузился в приятный полумрак. Дождавшись, когда в глазах пройдут световые круги, и они привыкнут к темноте, Гарри вновь направился к амулету.

Металл артефакта оказался неожиданно тёплым. Осмотрев артефакт и не найдя в нём никаких видимых изменений, юный маг, помня заветы наставника о том, что не просчитав всех последствий проливать кровь внутри круга призыва ни в коем случае нельзя, просто одел его на шею.

"Ну как? Этот зал нам подходит?"

"Идеально! Это место превосходит все мои самые смелые ожидания! Я надеялся найти здесь стандартную малую пентаграмму вызова, а тут целая большая универсальная гексограмма!" -- наставник даже не старался скрыть своего возбуждения.

"А теперь тоже самое, но понятным языком".

"Мы сорвали банк! Что такое пентаграмма, тебе объяснять не надо? Вот и славно. Как ты понимаешь, они необходимы во многих полезных, но не слишком одобряемых ритуалах. Существует множество видов пентаграмм с разными характеристиками и для разных ритуалов. Так вот, те пентаграммы, которые позволяют производить большое количество различных ритуалов, называются универсальными.

Также пентаграммы делятся по уровню мощности. Чем она больше и мощнее, тем больше энергии она может удерживать в единицу времени. То есть, большая универсальная пентаграмм позволяет создавать большинство известных ритуалов, даже высшей уровни сложности. Сказка, а не магический круг".

Выслушав лекцию насчёт магических кругов и пентаграмм с гексаграммами в частности, Гарри с опаской спросил:

"А что насчёт защиты зала от проникновения? Не привлечём ли мы излишнего внимания директора?"

"Нет. Мы можем открыть здесь врата в преисподнюю или приносить в жертву девственниц, даже устроить здесь локальный прорыв Инферно, всё равно пока закрыта входная дверь, об этом никто не узнает".

"А как же магический след?"

"В этом и заключается вся прелесть Выручай-Комнаты. Зал находиться в неком карманном измерении, не связанном с остальным миром. Так что почувствовать что-то происходящее здесь, находясь в Хогвартсе, невозможно даже теоретически. Да и щиты здесь далеко не слабые. На уровне защиты кабинета Дамби, если не мощнее".

"Значит можно начинать?"

"Ещё нет. Нам нужны некоторые ингредиенты, которые, судя по всему, хранятся вон в том шкафу".

Когда все приготовления наконец-то были закончены, амулет дал добро на начало ритуала.

"Ты помнишь, что надо делать? Главное не волнуйся, если чувствуешь, что не справишься с потоком, просто отпусти, не старайся обуздать, тебе это пока не под силу".

"Не беспокойся. Ты мне это говорил уже тысячу раз. С чего такая перестраховка?"

"Силы, к которым мы собираемся обратиться, опасны сами по себе. Малейшая ошибка, и от нас не останется даже воспоминания. Пойми, что во время ритуала я тебе ничем помочь не смогу. Действовать придётся самостоятельно. Ладно, пора начинать! Удачи".

На этом ментальная связь с артефактом прервалась.

Несколько раз глубоко вздохнув, Гарри тихо начал творить заклинание, чётко выговаривая каждое слово:

-- Sum in imis tenebris circumfusa vereor dolore et ira. Nomino consistit socios meos illos, qui ad sapientiam.

В зале неожиданно похолодало. В воздухе повисло тягучее напряжение. За пределами магического круга Тьма ожила. Бесформенные тени начали свой безумный бег. Откликаясь на зов юного мага, руны начали светиться зеленовато-голубым светом.

-- Viam quФ ducit ad me ego sum, et erit signum virtutis et victoriae socium, quae futura ad habere comprehendere.

Достав из кармана маленький серебряный нож, мальчик одним быстрым движением вспорол себе ладонь. Боли не было. Как только первая капля крови упала на пол, мир взорвался на тысячи разноцветных осколков. Мощный поток магической энергии, ведомой волей мальчика, ворвался внутрь защитного круга.

Гарри охватила эйфория. Казалось, что от переполняющей его магии, юный маг вот-вот засветится. Но даже в таком состоянии, на периферии своего сознания, он не терял самообладания. Перекрикивая ветер, он закричал:

-- Tollite me, in tenebris est illusio, quod mihi impeditum yu solvite!

Miles factus sum in subsidium qui in umbra mea, quod vincimur quod erat paralyticus!

Всё возрастающий поток первобытной мощи продолжал вливаться в тело мальчика. Гарри почувствовал, как призванные им силы, разрывающие изнутри, медленно меняют его.

Он увидел, как под ударом древнего ритуала падают бастионы предопределенности, как нити его судьбы обрываются, чтобы через секунду сложится в новый причудливый узор.

Отныне пророчество, оставленное в Отделе Тайн, так и останется бредом сумасшедшей гадалки, поскольку тот, кто должен был окончательно уничтожить тёмного лорда, бесславно сгинул в потоке разрушительной силы.

Но наконец безумный круговорот сил начал стихать. На прощание, как будто в насмешку, Сила решила показать мальчику, то от чего он отказался.

Перед глазами Гарри начали мелькать отрывки так и не случившегося будущего. Будущего, которого уже никогда не будет.

Бой с Квирреллом. Огромная змея, почему-то вызывающая у него жуткую ненависть. Армия дементоров. Озеро. Змиеподобный маг. Бесконечные бои. Менялись места и лица противников, но исход сражения оставался неизменным. Рыжая женщина средних лет, тепло смотрящая на него.

Понимая, что ещё немного, и он сойдёт с ума, Гарри хрипло выдохнул.

-- Et sanctificabat umbram renatus per uterum. Honor virtus et gratia tibi munera.

Последнее невероятное усилие, и всё неожиданно закончилось.

Обессиленный Гарри упал на пол. Из пересохшего горла вырвался хриплый хохот.

"Ты в порядке?" -- вновь восстановив связь, обеспокоенно спросил амулет.

"Разумеется, нет! Такое чувство, будто из меня выкачали все силы. Сейчас я даже пальцем пошевелить не могу".

"Слабость - это хорошо. Значит, Ритуал Перерождения прошёл как надо. То, что ты сейчас испытываешь, называется откатом, плюс ко всему магическое истощение".

Не находя в себе силы для продолжения спора, Гарри только спросил:

"Это хоть того стоило?"

"Без сомнения. Ты даже не представляешь насколько".

"А можно поподробней?"

"Без проблем. Кроме значительного увеличения магического резерва и резкого скачка уровня контроля энергетических потоков, Ритуал Перерождения позволяет избавиться от нежелательного внимания. Причём Тень скрывает не только от большинства следящих чар, но и аннулирует такую противную разновидность магии, как предсказания. У мага, прошедшего данную процедуру, больше нет судьбы, точнее он сам становится её творцом. Ну, ещё некоторое улучшения физических характеристик, но это уже мелочи".

"И почему если он такой полезный, его не используют все маги поголовно?"

"Есть несколько ограничений. Светлые считают его тёмным".

"А тёмные?"

"Кроме того, что он очень сложный? Тут две основные причины. Первая -- для его создания нужна целая душа у заклинателя. Первое непростительное, и прощай мечты о Перерождении. Вторая же, для его проведения необходима добровольная жертва другого мага. Принцип равноценного обмена. Жизнь за жизнь, судьба за судьбу. Поэтому те маги, что хотят провести ритуал, этого не могут. А те, кто могут, не хотят".

"Стоп! А где наша жертва?"

"Тебе легче. Для ритуалов нет понятия времени. Твоя мать уже отдала за тебя жизнь. Мы просто воспользовались остатками ненужной нам кровной защиты и обратили её в нечто более полезное. А теперь поднимайся. Ты же не хочешь провести остаток ночи на холодном полу?"

С тихим кряхтением Гарри сумел подняться на ноги и кое-как вернуться в гостиную Когтеврана. И тут же, не раздеваясь, упал в ближайшее кресло.

"Я же обещал тебе, что скоро ты взвоешь от наших уроков", -- раздался ехидный голос в голове у мальчика.

"Садист. Кстати, если мы будем наведываться в Выручай-Комнату регулярно, то нас рано или поздно поймают".

"Ты прав. Поэтому нам нужно прикрытие для наших ночных прогулок. И я уже знаю, под что их замаскировать".

"Значит, всё же придётся создавать "Щит"?"

"Это было неизбежно. Рано или поздно нам пришлось бы создавать нечто подобное. Зато сейчас мы с помощью "Щита" сможем решить сразу несколько проблем, стоящих перед нами".

"Мне и так не хватает в сутках нескольких часов!"

"Привыкай. Амбиции и лень -- понятия несовместимые", -- после столь нравоучительной фразы амулет замолк.

Посмотрев в догорающий камин, Гарри вздохнув, прошептал:

-- Ну что же. Значит "Щиту" быть.


Щит


Конец сентября прошёл для Гарри спокойно. Если жизнь под присмотром амулета в стенах Хогвартса вообще можно было назвать спокойной. Юный маг постепенно привык к безумному графику, составленному наставником.

Раннее пробуждение и долгие пробежки вокруг замка уже не вызывали столь явного отторжения. К немалому своему удивлению, Гарри это стало даже нравиться.

Школьные занятия тоже не вызывали у мальчика никаких проблем. После Ритуала Перерождения и без того отточенная память юного мага приняла поистине пугающие черты, что позволило Гарри запоминать лекции преподавателей почти дословно. Хотя амулет клятвенно уверял, что до её предельных возможностей ещё далеко и надо продолжать старательно развивать.

Та же ситуация творилась и на практических занятиях. Больше всего усилий у мальчика уходило не на овладения новыми заклинаниями, а на скрытие своего истинного уровня перед преподавателями.

Гарри уже давно понял, что довольно сильно перерос своих однокурсников, но только там он сумел понять глубину той пропасти в умениях, что возникла между ними.

Из любопытства мальчик попросил наставника дать оценку его навыков. Услышанное порядком поразило юного мага. Тот оценил общедоступные умения Гарри как третий-четвёртый курс обучения в Хогвартсе. При этом некоторые магические навыки мальчика не преподавались в замке, и их уровень амулет не мог оценить даже приблизительно.

Ещё одним неожиданным, но довольно приятным побочным действием Ритуала стало постепенное восстановление зрения мальчика. Уже к концу недели юный маг полностью отказался от ношения контактных линз. Гарри ещё раз поблагодарил про себя предусмотрительность амулета. С его старыми очками такой трюк бы не прошёл. А так ему удалось избежать довольно опасных вопросов.

Остаток дня Гарри занимался налаживанием контактов. За этот месяц мальчик успел узнать поимённо всех первокурсников школы, а также большинство хоть чем-то выделяющихся старшекурсников, при этом не отдавая предпочтения ни одному факультету. Так что зрелище Гарри Поттера в компании слизеринцев или пуфендуйцев никого уже не шокировало.

Дамблдор вместе со Снейпом скрежетали зубами, но поделать с этим ничего не могли. А по ночам начиналось самое главное, что вызывало у Гарри определённую обеспокоенность. Тренировки в Выручай-Комнате.

Здесь наставник преподавал Гарри то, чему по какой-то причине его не обучали в Хогвартсе.

Темы занятий произвольно чередовались в самых различных областях. Начиная с тактики ведения магического боя, заканчивая ритуалами и теорией тёмной магии. Это были невероятно выматывающие, но очень интересные уроки.

Амулет зарекомендовал себя блестящим, хоть и довольно требовательным наставником. После его уроков Гарри часто буквально приползал обратно в башню, проклиная наставника. Но уже на следующий день история повторялась вновь.

В начале октября погода сильно испортилась. Расположенные вокруг замка горы сменили зеленый цвет на серый, озеро стало напоминать заледеневшую сталь, а земля каждое утро белела инеем.

В субботу утром в школе начались соревнования по квиддичу. Первый матч сезона состоялся между Гриффиндором и Слизерином.

Матч завершился ожидаемой победой команды змеиного факультета.

Единственным интересным моментом игры стали комментарии Ли Джордана. Гриффиндорец явно расценивал разгром своей команды как личное оскорбление и всячески старался поддержать свою сборную, зачастую выставляя своих сокурсников посмешищем перед всей школой.

Гарри даже стало жалко несчастных. Он искренне не понимал, как гриффиндорцы ещё не сгорели со стыда. Поблагодарив небеса за то, что уберегли его от попадания в сборную, юный маг начал пристально изучать трибуну Слизерина.

Змеиный факультет не скрывал радости в отношении победы своей команды. Тренированным взглядом Гарри нашёл в толпе слизеринцев Драко. В отличие от своих товарищей, Малфой был молчалив и крайне задумчив.

"Отлично. Клиент готов. Пора приступать", -- удовлетворённо констатировал амулет.

Юный маг согласно кивнул и двинулся в сторону слизеринцев. Пора было творить историю.

Болельщики змеиного факультета встретили мальчика хоть и несколько насторожено, но довольно радушно. Некоторые даже приветливо шагнули навстречу.

Здесь его знали не как "великого Гарри Поттера", а как потомка одного старших родов. А с этим у Поттеров всё было в порядке. В количестве именитых предков Поттеры уступали разве что только Малфоям, Блэкам и Гринграсам.

Ну, а учёба в Когтевране. А кто из нас без изъяна? К тому же Когтевран в войнах факультетов всегда придерживался нейтралитета.

Поздоровавшись со знакомыми, Гарри быстрым шагом направился в сторону Драко.

За несколько метров от блондина между ними возникла несокрушимое препятствие в лице Крэбба и Гойла. Двое подручных явно вознамерились защищать своего господина до последнего.

-- А ну, расступись. У меня дело к вашему боссу. -- В эти слова юный маг добавил как можно больше спеси.

Ручные псы Малфоя, привыкшие внушать остальным однокурсникам если не страх, то хотя бы уважение, растерянно замерли, не зная, что делать. От мучительного процесса принятия самостоятельного решения их спас окрик хозяина:

-- Пропустить.

Двое громил переглянулись и неуклюже шагнули в стороны, пропуская Гарри к своему повелителю.

-- Чего тебе, Поттер? -- зло бросил в сторону когтевранца хорёк.

-- Есть выгодное нам обоим дело, Малфой. - Вернул ему мальчик той же монетой.

-- Что за дело? -- глаза Драко хищно блеснули. Может, ему пока не хватало выдержки отца, но свою выгоду слизеринец чуял твёрдо.

-- Не здесь, -- коротко рубанул Гарри, обводя окружающих его слизеринцев красноречивым взглядом.

Слизеринцы понимающе усмехнулись. Привычные к интригам, они восприняли недоверие юного мага, как само собой разумеющееся.

-- Пошли. -- И, не оборачиваясь, бросил прислужникам: -- Кребб, Гойл, ждите меня в гостиной.

Гарри уверенно вёл Малфоя по подвалам Хогвартса. Сзади раздавалось усталое пыхтение и тихие проклятия слизеринца. Машинально заметив, что Драко не мешало бы заняться физическими упражнениями, юный маг решил, что можно начинать разговор.

Обернувшись, мальчик с удивлением заметил палочку Малфоя, упирающуюся ему в грудь. В глазах аристократа читалось отчётливое желание прибить излишне резвого сверстника.

Юный маг мысленно усмехнулся. Как оказалось, выбранная тактика себя полностью оправдала. Они с Малфоем никогда не станут друзьями, но взаимовыгодного партнёрства ещё никто не исключал.

-- Поттер, у меня сегодня был ужасный день, а теперь ещё ты! Выкладывай, что тебе от меня понадобилось! И если твои доводы на мой взгляд окажутся не убедительными... -- Драко демонстративно покачал зажатой в руке палочкой, -- ... то одна знаменитость пожалеет о своём рождении.

-- Малфой, из-за чего ты так завёлся? Потому что я потащил тебя по подземельям, или потому что тебе не разрешили играть за сборную? Правда несправедливо, что первокурсникам запрещено иметь личные мётлы?

-- Не зли меня, Поттер! - взгляд, брошенный на когтевранца, обещал Гарри скорую и очень болезненную смерть.

-- А если я скажу, что знаю способ абсолютно легально протащить твою метлу в замок так, что у тебя не будет ровным счётом никаких проблем.

-- Продолжай!

-- Правила запрещают иметь мётлы первокурсникам, но ничто не запрещает различным кружкам, сообществам по интересам и прочим внеклассным клубам провозить в Хогвартс нужный для их занятий инвентарь. Моё предложение следующее, ты поможешь мне организовать подобный клуб.

-- Впервые о таком слышу.

-- Читай "Историю Хогвартса", там об этом написано чёрным по белому.

Малфой хмыкнул, оценивающе посмотрел на Гарри и спросил:

-- А в чём твоя выгода?

-- Я стану во главе данного сообщества.

-- Зачем? - искренне удивился слизеринец.

-- Ты даже не представляешь, какие привилегии даёт подобный титул.

-- А почему ты думаешь, что я сам не организую подобный клуб.

-- По той же причине, по которой такие клубы не существуют на каждом углу. В нём должно быть не менее пяти членов от каждого факультета. Или ты думаешь, что у тебя хватит красноречия заставить вступить в него гриффиндорцев? Тогда удачи!

-- Ладно. Что я должен сделать?

-- В первую очередь передать это отцу.

С этими словами юный маг вытащил из под подола своего плаща небольшой свиток.

-- Нам нужно разрешение попечительского совета на клубную деятельность.

Малфой позволил себе скептическую улыбку, но палочку от груди Гарри, наконец, убрал.

-- Это так необходимо?

-- Либо попечительский совет, либо директор. Но я не верю, что Дамблдор пойдёт на такое. Он слишком долго натравливал факультеты друг на друга, чтобы внезапно одуматься.

-- Хорошо. Я поговорю с отцом. Но ведь это далеко не всё?

-- Ещё ты обеспечишь явку слизеринцев на занятия клуба. Не менее пяти человек. Вот собственно и всё.

Малфой несколько секунд буравил Гарри взглядом, после чего произнёс:

-- Ладно, согласен. Давай сюда свой листок.

Дальше Гарри принялся собирать свою будущую команду.

В Когтевране Гарри по-настоящему развернулся. За несколько часов он навербовал почти весь первый курс и добрую половину второго. Немалую роль в этом сыграл титул "Мальчика-Который-Выжил".

Хотя юному магу и не нравилось это прозвище, но ради общего блага он был готов потерпеть.

Вербовку гриффиндорцев юный маг без зазрения совести поручил Герми. Её не пришлось даже уговаривать. Стоило только девочке услышать магические слова "дополнительные занятия", как она тут же загорелась идеей создания клуба.

Сложнее было с пуффендуйцами. Среди них у Гарри почти не было знакомых. Из-за их посредственности мальчик не видел повода уделять им столь пристальное внимание, как остальным факультетам, но всё же проблема "отстойника" Хогвартса была решена.

Теперь перед ним стояло последнее препятствие -- найти куратора.

Найти куратора для клуба оказалось делом техники.

Впрочем, его даже не пришлось искать. Достаточно было попросить декана Когтеврана.

Сначала профессор Флитвик старался отказаться от этой чести, но правильная осада силами трёх факультетов принесла свои плоды.

К вечеру бывший чемпион по магическим дуэлям выбросил белый флаг перед превосходящими его силами врага.

Ответ от Малфоя-старшего пришёл в Хогвартс через четыре дня.

После очередного раунда противостояния со Снейпом его выловил Драко и с победной ухмылкой вернул свиток Гарри. На нём красовались восемь из тринадцати подписей членов попечительского совета.

-- Помни, что без моей помощи у тебя бы ничего не вышло. Моему отцу пришлось применить всё своё влияние для получения данного разрешения,- покровительски сказал слизеринец.

-- Я запомнил, Малфой, - пообещал Гарри. -- Но и ты не забывай, кто помог тебе вновь подняться в воздух.

-- Договорились, Поттер. - Малфой смерил когтевранца оценивающим взглядом. И лучезарно улыбнулся. - Кстати, где и когда первое собрание?

Гарри чуть не упал при виде подобной картины.

-- В субботу, в четыре часа вечера. Встречаемся на восьмом этаже. И, Малфой, что с тобой?

-- Ничего. Просто представил, что будет с нашим любимым директором, когда он обо всём узнает. Интересно, старик ещё помнит успокаивающие заклинания, или стоит запастись валерьянкой.

В назначенный час в коридоре восьмого этажа перед входом в Выручай-Комнату собралась толпа человек в шестьдесят. Когда на часах у мальчика наступило ровно четыре, он открыл перед публикой входную дверь. Толпа чуть не затоптала будущего президента.

В комнате раздались восторженные вопли.

-- А сколько книг! - разобрал Гарри в шуме толпы голос Гермионы. -- "Путеводитель по практическим проклятиям"... "Как превзойти Темные искусства"... "Самооборона чарами"...

Когда ребята немного успокоились, Гарри залез на импровизированный помост и торжественно объявил:

-- Первое заседание "Щита" объявляю открытым.


Перед бурей


В Выручай-Комнате царила приятная полутьма, разрушаемая только неровным светом камина. Сидя в кресле, Гарри, с трудом открыв глаза, посмотрел на часы. Стрелки на циферблате упорно приближались к десяти часам.

"Скоро комендантский час. Если не потороплюсь в гостиную, могу застрять здесь до утра", -- машинально где-то в глубине своего сознания отметил мальчик. Отметил и тут же забыл, вновь вернувшись к созерцанию догорающего пламени.

В последнее время подобные приступы апатии накатывали на Гарри всё чаще и чаще. За прошедшие три недели со дня основания "Щита" жизнь юного мага превратилось в бесконечную выматывающую гонку.

В последние недели Гарри был счастлив, если ему удавалось выкроить на сон хотя бы четыре часа. Юный маг побледнел, под глазами стали образовываться чёрные круги. Он стал нервным и раздражительным.

Хотя всё чаще казалось, что всё бесполезно, и он просто бегает по кругу. Несмотря на все его усилия по укреплению положения клуба, результаты были поистине смехотворны. Хотелось всё бросить и пустить судьбу "Щита" на самотёк, но очередным отчаянным усилием воли Гарри вновь заставлял себя встать и вернуться к работе.

Но с каждым днём проблем, встающих перед молодой организацией, становилось всё больше. Юный маг просто тонул под грудами бюрократической шелухи, обрушившейся на него. Приходилось выбивать из администрации буквально всё, начиная с манекенов для тренировок и заканчивая чернилами.

Похоже, Дамблдор решил его попросту сломить с помощью бюрократической машины, но у молодого когтевранца было просто ослиное или, будет правильнее сказать, гриффиндорское упрямство. Пока старый интриган не сумел достичь своей цели.

К сожалению, на этом проблемы Гарри не заканчивались.

Кроме внешнего противника существовала ещё внутренняя угроза. Впервые за многие годы в довольно замкнутом помещении по собственной воле собирались представители всех четырёх факультетов. Это не могло не вызывать разнообразных конфликтов между членами клуба.

Только нечеловеческими усилиями с его стороны удавалось поддерживать дисциплину внутри созданной структуры и не допустить раскола внутри организации.

И хотя в последнее время самые острые противоречия между учениками были устранены или сведены к минимуму, множество всплывших более мелких конфликтов не давали расслабиться ни на минуту.

От самобичевания мальчика отвлёк скрип открывающейся двери.

-- Кто там? -- тихо спросил Гарри пустоту.

Незваный гость не соизволил ответить. Послышались лёгкие шаги, и в соседнее кресло изящно опустилась светловолосая миниатюрная слизеринка.

-- Что ты здесь делаешь, Гринграс? -- неожиданно резко спросил мальчик.

Дафна бросила в сторону когтевранца свой фирменный, полный безразличия взгляд, за который её прозвали "Снежной королевой".

Впрочем, Гарри и не ждал на свой вопрос хоть какой-нибудь дельный ответ.

Происходя из одного из Старших родов, она, как и Малфой, носила титул принцессы Слизерина. Но в отличие от Драко, Дафна не выпячивала его, ведя крайне замкнутый образ жизни, постоянно замыкаясь внутри себя.

Неожиданно девочка подняла на него взгляд и тихо произнесла.

-- Я тебе не враг, Поттер. Если бы я желала тебе зла, то не пришла бы сюда. -- Гарри показалось, что он ослышался. За последние два месяца он слышал из уст слизеринки дай бог с десяток связных предложений. И в основном это были ответы на вопросы преподавателей.

-- О чем ты говоришь?

-- Мне больно видеть тебя таким. Взгляни на себя, Поттер. Ты превратился в собственную тень. Хотя, по-моему всё это должна тебе говорить не я, а одна гриффиндорка.

-- А тебе какое до всего этого дело? -- не выдержал Гарри. -- Скажи еще, что беспокоишься обо мне!

-- А если и так? -- юный маг готов был поклясться, что на мгновение увидел в глазах Дафны насмешку.

-- Не верю. Сострадание не то чувство, что может пригодиться ученику Слизерина. Змеиный факультет из всего старается извлечь свою выгоду.

-- Тогда считай, что я просто стараюсь занять место поближе к будущему Тёмному Лорду. Это будет более соответствовать духу Слизерина?

Гарри показалось, что его окатили ведром холодной воды.

-- Что ты сейчас сказала?

-- Что Лорд Гарри Джеймс Поттер -- потенциальный кандидат в Тёмные Лорды. -- Из уст этой хрупкой слизеринки данная фраза, сказанная столь безжизненным тоном, звучала так, что по спине мальчика побежали мурашки.

Откинувшись на спинку кресла, Гарри попытался придать голосу побольше непринуждённости.

-- С чего ты взяла подобную глупость? -- Единственный, кто может поверить в нечто подобное -- это Лонгботтом.

Вместо ответа Гринграс спросила:

-- Скажи, что ты знаешь о реальной политике Магической Британии?

-- Не много, -- был вынужден признать юный маг, радуясь, что слизеринка поменяла тему разговора. -- Известно только то, что Фадж скорее чисто декоративная фигура, нежели реальная власть.

-- Ты прав. Истинные рычаги влияния на магический мир поделены между главами десятка самых влиятельных магических семейств, владельцами богатейших корпораций и Дамблдором.

-- И какое это имеет отношение ко мне?

-- Брось, Поттер. Не стоит считать людей глупее, чем они есть на самом деле. В будущем та ошибка может стать для тебя фатальной. Ты живой штандарт сил Света. Неувядающее знамя победы добра. Многие влиятельные люди пристально следят за твоими достижениями.

И их довольно сильно заботит нехарактерное для ребёнка поведение юного героя. Вместо того, что бы развлекаться с друзьями, ты ведёшь свою собственную целенаправленную политику. Что очень нехарактерно для бывшего магла, пусть даже и ставшего Лордом.

Отсюда напрашивается вывод -- тобой кто-то управляет. Остаётся только один вопрос: кто именно сумел приручить Поттера?

Сейчас идёт активная закулисная грызня всех со всеми в попытках узнать это. Пока безуспешная.

-- И кто, по-твоему, мой хозяин? -- Гарри это представление начало порядком забавлять.

-- Иногда в сохранении нейтралитета есть свои плюсы. Например: возможность оценивать действия оппонента с разных ракурсов. Твои поступки поочередно противоречат политике большинства игроков. Ты не стараешься изображать из себя мессию Света, но и не ударился в презрение к грязнокровкам и возношении чистоты крови.

То есть радикальные течения отпадают. Ты не служишь директору или Малфою, хотя при необходимости готов с ними сотрудничать.

Что ещё больше сокращает список твоих вероятных покровителей.

Больше всего своими поступками ты похож на умеренного консерватора, но эту малочисленную группу магов вот уже десять лет возглавляет мой отец. И о тебе он ничего не знает.

-- И никому не пришло в голову, что я могу быть сам по себе?

-- Почему ты так думаешь? Конечно, пришло. Например, мне. И надеюсь, что я пока единственная.

Гарри смерил Дафну оценивающим взглядом.

За всё время диалога на лице девочки не проступило не одной эмоции. Она просто констатировала факты.

-- Зачем ты мне это сейчас рассказала? Чего ты добиваешься?

-- Я хочу помочь новому Тёмному Лорду, -- прозвучало в ответ.

-- Во имя Мерлина, Гринграс, с чего ты решила, что я будущий Тёмный Лорд?

-- К такому выводу можно прийти, опираясь на собранные мной данные.

В комнате повисла гнетущая тишина.

Пока девочка замолчала, Гарри нащупал в кармане мантии амулет.

"Что здесь, во имя Бездны происходит!" -- панически подумал мальчик.

"М-да, повезло нам прямо посреди Хогвартса встретить Аналитика в момент приступа".

"А это ещё кто?"

"Аналитики. Некая крайне редкая способность у магов. Способность к быстрой и точной обработке имеющейся информации.

Эта грань искусства врождённая, как и твои способности змееуста. Причём способность крайне вредная для носителя.

Во-первых, как и у истинных пророков, у аналитиков иногда происходят спонтанные приступы, во время которых они окончательно слетают с катушек и начинают делиться своими выводами с окружающим миром".

Гарри представил такую жизнь и ужаснулся.

"Это ещё не всё, -- обрадовал мальчика наставник. -- Кроме всего прочего, способность Аналитика крайне негативно сказывается на их социальных способностях. Это объясняет её замкнутость.

Короче, Аналитики -- некий магический аналог магловских компьютеров. Настоящие биороботы".

"И что нам с ней делать?"

"Как что? Она же сама попросилась в нашу команду. Неужели ты сможешь отказать столь прелестной леди в такой мелочи?"

"Ты думаешь, что Дафне можно верить? Это может оказаться ловушкой".

"Она Аналитик! Под приступом! Запомни раз и навсегда! Эта публика не умеет врать. Совершенно! Кстати, вот тебе ещё одна причина, почему их не любят. Меня заботит другое. Все Аналитики из-за слабо развитых эмоций крайне аморфны. Они не способны на самостоятельные поступки, иначе весь магический мир давно склонился бы перед ними".

"Но зачем Дафне помогать мне?"

"Спроси её сам".

Прервав ментальный разговор с наставником, Гарри вновь обратился к похожей на фарфоровую куклу слизеринке.

-- Дафна, почему ты так хочешь помочь мне?

-- Есть несколько ответов на данный вопрос. И все они будут истинными.

-- Какие именно. Прошу, перечисли их по порядку.

Девочка еле заметно кивнула и начала перечислять монотонным голосом.

-- Как слизеринке и дочери семейства Гринграс мне будет выгодней находиться в свите нового Тёмного Лорда. Это позволит в случае чего уберечь мою семью от гнева новой власти.

-- Но ведь это ещё не все твои мотивы? - спросил Гарри.

Дафна вновь кивнула.

-- Тогда каковы другие причины твоего предложения?

-- Ну... -- слизеринка неожиданно замявшись, произнесла. - Ты мне нравишься.

Сказав это, Дафна замолчала. На щеках девочки неожиданно заиграл лёгкий румянец.

Гарри почувствовал, как его челюсть медленно падает на пол.

"Гарри, ты действительно уникум. Сплошная аномалия. Настоящий альфонс. Я впервые слышу, что бы Аналитик сказал нечто подобное. Кстати, если обидишь её, я тебе этого не прощу".

-- Добро пожаловать в команду вселенского зла, Дафна.


Хэллоуин


Утро 31 октября встретило Гарри предпраздничной суетой.

Атмосфера наступающего праздника накрыла замок с головой. Ученики на пару с учителями судорожно заканчивали последние приготовления к приближающемуся торжеству.

Радостная суета не обошла стороной и гостиную Когтеврана. В последние дни предстоящие праздники стали одной из самых значимых тем обсуждения среди студентов.

Второй же по популярности место среди сплетен прочно заняла Дафна. А точнее её изменившиеся после той ночи отношения с Гарри.

А не заметить изменения в поведении слизеринки было попросту невозможно.

Девочка стала молча проводить в компании юного мага большую часть своего времени, фактически став его тенью. При этом в тот момент, когда её полностью безразличный взгляд падал на человека, у него помимо его воли по спине пробегали предательские мурашки.

Юному магу такая реакция посторонних казалась забавной. Сам мальчик считал её довольно интересным, хоть и довольно странным человеком.

Хотя стоило признать, что у Гринграс нашлось и множество достоинств и талантов, помимо хорошенького личика и способностей Аналитика.

Как оказалось, слизеринка была прекрасным администратором. Умение держать в голове запредельное количество информации позволило сократить в разы время, ежедневно затрачиваемое Гарри на бюрократические войны с директором.

Уже через несколько дней казавшиеся неподъёмными завалы макулатуры исчезли, и мальчик сумел вздохнуть спокойно, вернувшись к нормальному образу жизни.

Версии вокруг их отношений гуляли самые разные. Начиная с внезапно вспыхнувшей между ними любовью и заканчивая применением любовных зелий. Причём, кто в кого влюбился, и кто кому чего подмешал, в разных вариантах даже одной версии кардинально менялись.

То выяснялось, что юный маг, вспыхнув внеземной страстью к Гринграс, опоил несчастную девочку любовным зельем. То, что на самом деле это коварная слизеринка опоила наивного Поттера.

Но среди множества штампов появлялись действительно оригинальные предположения. Их мальчик старательно записывал в маленькую записную книжицу. Иногда, когда у него портилось настроение, кандидат в Тёмные Лорды любил пролистать ее.

Например, один Пуффендуец на полном серьёзе утверждал, что, оказывается, они с Дафной помолвлены с рождения. И вот-вот должна состояться их свадьба.

Юный Мюнхаузен, правда, не учёл нескольких существенных деталей.

Во-первых, хоть подобные брачные договоры между семьями не были чем-то необычным, но Гринграс и Поттеры традиционно находились по разные стороны баррикад, и договориться о помолвке между собой даже теоретически не могли.

Во-вторых, никто в здравом уме не стал бы отдавать наследницу Рода в другую семью.

В-третьих, даже если бы такой договор существовал, то свадьба всё равно шла бы в разрез с законодательством магической Британии. И вместо брачного ложа юный Лорд Поттер имел все шансы оказаться на скамье подсудимых.

Всё же закон о несовершеннолетних волшебниках был достаточно суров. И предусматривал наказание вплоть до помещения в Азкабан.

Уроки для когтевранцев пролетели незаметно. Сначала стояла сдвоенная История Магии. Похоже, в честь торжества профессор Бинс решил поставить новый рекорд по скорости усыпления класса. Уже через пять минут на поле брани не осталось ни одного целого бойца.

Монотонный голос призрака выкашивал слушателей не хуже залпа Ступефай. Чтобы спастись, Гарри пришлось весь урок посвятить окклюменции.

Дальше шла Защита от Тёмных искусств, ведомая достаточно сильным тёмным магом.

Гарри с Пуффендуйцами вдоволь развлеклись на уроке защиты, наблюдая за тем, как профессор Квиррелл старательно изображает из себя всеми запуганного и забитого дилетанта.

Покончив с обязательной частью, Гарри вместе с друзьями направились в Выручай-Комнату.

Массивная дверь посреди коридора ясно указывала на то, что комната активна. Не найдя на пороге никаких записок, глава "Щита" шагнул внутрь и огляделся.

Штаб-квартира встретила мальчиков стеллажами, заполненными до потолка книгами.

В этот момент наставник вновь решил проявить своё остроумие.

"Будь осторожен. Ставлю галеон против кната, что где-то здесь, в ареале своего естественного обитания, бродит на свободе Гермиона Грейнджер. Причём, судя по тому, что мы не видели её на обеде, крайне голодная и очень на тебя злая".

Гарри только печально вздохнул. За последнюю неделю ему так и не удалось нормально поговорить с Герми. Каждый раз, завидя приближающегося мальчика, она тут же прекращала все свои дела и старалась как можно быстрее покинуть данное помещение.

"Ну, так что? Так и будешь стоять? Или пойдёшь и поговоришь с ней?"

-- Парни. Вы пока подождите здесь, а я пока пойду, пройдусь, -- бросил Гарри через плечо товарищам.

"Так-то лучше. А теперь объявляю охоту открытой!"

Гермиона сидела в штаб-квартире "Щита" и делала домашнее задание. Вернее, пыталась сделать.

Мысли девочки непроизвольно вновь и вновь возвращались к событиям последних дней. Девочка думала о "Щите" и переменах, произошедших после его основания.

Забавно, как всё поменялось за несколько дней. Ведь всё так хорошо начиналось.

Как же она была счастлива, когда Гарри основал его и пригласил туда Герми. Она была очень рада дополнительным занятиям, а главное -- доступу к таким книгам, которых либо не было в библиотеке, либо они были в Запретной секции, в которую первокурснице доступ никто не даст.

Но вскоре она стала замечать, что Гарри ходит темнее тучи, но увлечённая новыми возможностями не придавала этому особого значения.

А когда в "Щит" вступила эта Дафна, Герми серьезно заволновалась за друга. До этого не проявлявший никаких предпочтений мальчик, неожиданно, без всяких объяснений, приблизил к себе слизеринку.

Она не понимала, что может связывать Гарри с ученицей "змеиного" факультета.

Гермиона боялась за мальчика. Её пугал полный безразличия взгляд девочки. От него по телу пробегали противные мурашки. В нём не отражалась ни единой эмоции. Когда слизеринка смотрела на Гермиону, у девочки складывалось чувство, что на неё смотрит фарфоровая кукла. Столь же идеальная, сколь холодная и неживая.

В душе у нее было какое-то беспокойство и что-то еще, чему девочка не могла придумать объяснение. Но как только она видела Гарри вместе с Дафной, в душе у нее это что-то сжималось и рвало душу изнутри.

Встряхнувшись, Гермиона с тоской посмотрела на стопку книг. Поняв, что сегодня ей так и не удастся сосредоточиться, девочка двинулась к выходу.

Внимательный осмотр Выручай-Комнаты не дал результатов. Гермионы Грейнджер здесь не оказалось.

"Похоже, я тебе должен галеон", -- признал ошибку амулет.

Раздосадованный когтевранец вернулся к друзьям.

-- Ну, нашёл, то, что искал? - сочувственно спросил Майкл. -- А что ты кстати искал?

-- Не что, а кого. Я искал Герми, - признался маг.

В следующую секунду с Майклам начались странные метаморфозы.

Он вначале покраснел и начал тихо булькать. Через секунду, не выдержав, он рассмеялся в голос.

-- Что смешного?

-- Ничего. Просто Грейнджер покинула помещение через несколько минут после того, как ты отправился её искать, - ответил Майкл, вытирая проступившие слёзы.

Сначала Гарри захотел обидеться, но вскоре присоединился к хохочущему другу.

-- Ладно, раз нас здесь больше ничего не задерживает, давай пойдём на ужин?

-- Пошли, -- с лёгкостью согласился Гарри, про себя решив, что с Герми сможет поговорить и попозже.

На стенах и потолке сидели, помахивая крыльями, тысячи летучих мышей, а еще несколько тысяч летали над столами, подобно низко опустившимся черным тучам. От этого огоньки воткнутых в тыквы свечей трепетали.

Гарри накладывал себе в тарелку запеченные в мундире картофелины, когда в зал вбежал профессор Квиррелл. Его тюрбан сбился набок, а на лице читался страх. Все собравшиеся замерли, глядя, как Квиррелл подбежал к креслу профессора Дамблдора и, тяжело опираясь на стол, простонал:

-- Тролль! Тролль... в подземелье... спешил вам сообщить...

И, потеряв сознание, рухнул на пол.

"Отлично. Сначала вкусный ужин, а затем театральное представление".

"Какой актёр пропадает", -- вынес вердикт актёрскому мастерству наставник.

"Ещё бы понять, зачем ему всё это понадобилось. Ведь это же просто смешно".

"Зачем? Скорее всего, тролль -- не более чем отвлекающий манёвр. Пока вся школа будет бегать за ним, Квиррелл сумеет пробраться в Запретный Коридор".

"Думаешь, он действительно туда полезет?"

"А почему нет? Лучшего шанса ему может и не преставиться. Не бросит же великий светлый маг детей на растерзание троллю. Значит, удара в спину можно не опасаться. А если и бросит, то с репутацией доброго чародея для Дамби будет покончено. Слишком много свидетелей".

А тем временем спектакль шёл строго по плану.

Паника стремительно нарастала. Видя, что ситуация выходит из под контроля, Дамблдор скомандовал:

-- Старосты! Немедленно уводите свои факультеты в спальни!

Получив чёткую команду от директора, зал ожил. Старосты бросились спешно собирать своих подопечных.

Судя по оживленному движению на лестницах, эвакуация шла полным ходом. Только ученики из Пуффендуя оправдывали репутацию своего факультета: они потерянно столпились в одном из коридоров и мешали пройти остальным.

Воспользовавшись суматохой, Гарри выбрался из-за стола Когтеврана и начал осторожно пробираться к выходу.

Смешавшись с учениками Пуффендуя, мальчик двинулся вслед за ними. Никто не обратил внимание на прибившегося к ним чужака. И очень скоро юный маг сумел незаметно выбраться из Главного Зала.

Как только они выбрались на операционный простор, наставник поинтересовался у когтевранца:

"Ну и куда мы бежим?"

"А тебе разве не интересно посмотреть на то, как Квиррелл будет снимать заклинания Дамби. Это может стать незаменимым опытом. Шанс понаблюдать за работой Мастера Тёмной Магии выпадает не каждый день".

Тихо пробурчав себе под нос "Гриффиндорец", амулет вновь вернулся в спящий режим.

До цели было подать рукой, когда сзади послышались быстрые шаги. Гарри, не думая, шмыгнул в ближайшую щель.

Из-за поворота показался профессор Снейп. Он пересек коридор и пропал из вида.

"А он то что здесь забыл?"

"Ловко, однако, Дамби перевёл стрелки".

"О чём ты?"

"Бездна! Гарри, пожалуйста, включи, наконец, мозг и подумай хорошенько, куда ведёт этот коридор".

"Хочешь сказать, Дамблдор обо всём догадался и послал вместо себя Снейпа?"

"Бинго! Так что шоу отменяется. Можем возвращаться в башню".

Неожиданно в нос ударил неожиданно резкий запах. В воздухе пахло смесью грязных носков и общественного туалета, в котором много лет никто не убирался.

"Поздравляю, похоже твоя способность на ровном месте находить неприятности не подвела тебя и сейчас".

"Что это значит?"

"Тролль, Гарри. Всего лишь тролль".

Вслед за запахом появился звук -- низкий рев и шарканье гигантских подошв.

Тролль ужасал. Примерно четырех метров ростом, с тусклой гранитно-серой кожей, бугристым телом, напоминающим валун, и крошечной лысой головой, больше похожей на кокосовый орех. У тролля были короткие ноги толщиной с дерево и плоские мозолистые ступни.

Руки у него были намного длиннее ног, и потому гигантская дубина, которую тролль держал в руке, волочилась за ним по полу, а исходивший от него запах мог сразить получше любой дубины.

Не замечая Гарри, тролль медленно прошёл через коридор и скрылся где-то в глубине замка.

"Было близко", -- выдохнул амулет.

"Точно. Мне показалось, что ещё чуть-чуть, и он нас заметит", -- согласился мальчик.

Вдруг до него донёсся отчаянный вопль ужаса, исходящий из проёма, куда только что скрылся тролль.

Рванув следом за монстром, юный маг натолкнулся в дверном проёме на застывших в ужасе Невилла и Рона.

-- Что здесь происходит? - прорычал когтевранец.

-- Мы пошли предупредить Гермиону о тролле, - пробормотал растерянный Рон.

В этот момент из-за двери раздался ещё один жалобный крик.

-- Вы что, заперли её с троллем?!

Увидев, как мальчики виновато переглянулись, Гарри зарычал.

-- В сторону, идиоты! -- И, не дожидаясь их реакции на отданный приказ, выхватил палочку и произнёс: - Mining exterminatore.

Найденое в "Теории Магической Фортификации" заклинание "горного разрушителя", официально предназначенное для прокладки шахт, а не официально -- для уничтожения магических укреплений, с легкостью снесло с петель не расчитанную на такое дверь женского туалета.

Гермиона Грэйнджер стояла у стены прямо напротив двери. Она вся сжалась, словно пыталась, подобно привидению, просочиться сквозь стену. Вид у нее был такой, словно она сейчас потеряет сознание.

Тролль приближался к ней, размахивая дубиной и сбивая со стен прикрепленные к ним раковины. Услышав взрыв, он начал медленно оборачиваться в сторону когтевранца.

Его маленькие злые глаза уткнулись в Гарри. Тролль заколебался, решая, на кого ему напасть, а потом шагнул к Гарри, поднимая свою дубину.

На мальчика неожиданно сошло ледяное спокойствие. Не дожидаясь удара, Гарри выкрикнул:

- Mining exterminatore.

Под действием заклинания, поднятая над головой и уже готовая обрушиться на мальчика дубина взорвалась в руках Тролля на сотни мельчайших осколков.

Рука монстра превратилась в кровавое месиво.

Раненый гигант взвыл от боли. Но своих попыток добраться до юного мага не оставил.

С диким рёвом Тролль бросился на когтевранца. Не ожидая от чудовища такой прыти, Гарри с трудом увернулся от пролетевшей рядом с ним туши. В последний момент мальчик сумел уйти с траектории удара. Прыжок тролля пришёлся в пустоту.

Мотая головой из стороны в сторону, сбитый с толку монстр начал искать, куда подевался его крохотный враг.

Но Гарри был не намерен давать ему время прийти в себя. Дождавшись, когда тролль повернёт морду в его сторону, юный маг выдохнул.

- Mining exterminatore.

Заклинание по мощности, равное удару стенобитного тарана, пришлось точно в лоб твари. Тролль зашатался и упал на пол с такой силой, что стены комнаты задрожали.

-- Он... он мертв? -- первой нарушила тишину Гермиона.

-- Не думаю. Череп у тролля -- самая бронированная часть тела,-- ответил Гарри, обретя дар речи вторым. -- Я полагаю, он просто в нокауте.

С этими словами мальчик начал медленно оседать на пол.

Гермиона быстро подбежала к Гарри и осторожно поддержала его, не давая упасть.

-- Гарри, ты в порядке?

-- Да. Просто немного устал, -- ответил когтевранец, прижимаясь к девочке, чувствуя, как её тепло проникает в каждую клетку его тела.

Юный маг понял, что в ближайшие часы ему придётся столкнуться со всеми прелестями лёгкого магического истощения.

Всё же три "горных разрушителя" подряд пока для него было несколько чересчур.

Но во имя Мерлина, это того стоило.


В тихом омуте


К реальности из объятий Гермионы Гарри вернуло лёгкое покашливание за спиной.

Синхронно отпрянув друг от друга, дети повернулись к двери. Из дверного проёма за ними внимательно наблюдали пять пар заинтересованных глаз.

Наверное, этот женский туалет ещё никогда не удосуживался такого пристального внимания. Кроме Рона и Невилла, о которых мальчик уже почти забыл, в помещении появились новые действующие лица.

А именно -- профессор МакГонагалл, профессор Снейп и профессор Квиррелл.

Квиррелл взглянул на тролля, очень правдоподобно побледнел, тихо заскулил и тут же плюхнулся на пол, схватившись за сердце.

При этом учитель ЗОТИ умудрился упасть на единственно сухое и относительно чистое место в разрушенном помещении. Похоже, профессора не прельщала перспектива пролежать остаток вечера в луже подозрительно пахнущей жидкости.

Снейп нагнулся над троллем и начал внимательно его осматривать, а декан Гриффиндора, грозно нависнув над Гарри и Гермионой, начала сверлить их взглядом.

Юный маг встретил его полнейшим равнодушием, а вот Герми слегка затрясло.

-- О чем, позвольте спросить, вы думали? -- В голосе профессора МакГонагалл была холодная ярость. -- Надеюсь, вы понимаете, что только чудом не погибли?

Понимая, что от подруги толку сейчас мало, когтевранец решил взять переговоры на себя.

-- Да, профессор. И это чудо в книгах именуется "горным разрушителем", -- как можно спокойнее ответил Гарри. -- И не смотря на все попытки Невилла и Рона, наше состояние можно оценить, как удовлетворительное.

-- При чём здесь мистер Лонгботтом и мистер Уизли?

-- Как? Разве они вам ничего не рассказали? -- удивился мальчик. -- Именно они заперли Гермиону в комнате с троллем. Что тут сказать? Они поступили очень по-гриффиндорски, бросив свою сокурсницу на растерзание этому монстру.

МакГонагалл пошатнулась, как от пощёчины.

-- Это правда, мистер Лонгботтом, мистер Уизли? -- обрушилась декан Гриффиндора на Невилла.

-- Да... Но... -- побледневший гриффиндорец окончательно сбился на невнятное бормотание.

-- Профессор, это произошло случайно... -- но договорить представитель рыжего семейства не успел.

Убийственный взгляд декана пригвоздил его к месту.

-- Может, мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? -- медленно, и оттого ещё более пугающе прошипела МакГонагалл.

Гарри мысленно улыбнулся. Свалить всё на этих двоих было хорошей идеей. Но пора было переходить к следующей части родившегося в его голове плана.

-- Позвольте мне попытаться рассказать, как всё было. -- Вновь вызвался под начальственные гневные очи когтевранец.

Острый, как нож, взгляд Снейпа прошёлся по мальчику, но преподаватель Зелий промолчал.

Несколько секунд профессор МакГонагалл сражалась сама с собой, но всё же скоро профессионализм победил.

-- Хорошо, мистер Поттер, начинайте.

-- Сегодня, во время ужина, когда скомандовали эвакуацию, я заметил, что Рон с Невиллом незаметно выскользнули из Главного Зала и направились куда-то вглубь Хогвартса. Поняв, что если побегу к старостам, то они вполне возможно успеют затеряться в недрах замка, и я, несмотря на всю возможную опасность данного поступка, отправился за ними.

На какое-то время я потерял их из виду, а когда нашёл и догнал, они уже заперли тролля в одной комнате с Гермионой. Не знаю всех подробностей, но предположу, что они таким образом, не понимая всей серьёзности происходящего, решили подшутить над своей одногруппницей.

-- Неправда! -- взорвались гриффиндорцы. -- Мы хотели предупредить Гермиону о тролле.

Гарри ещё раз поблагодарил судьбу, что не наделила этих двоих интеллектом. Своим криком они полностью подтвердили его легенду. Теперь никто не усомниться, что он пришёл сюда именно по их следам.

-- А вы разумеется понимали, Поттер? -- вступил в дискуссию Снейп. Голос профессора буквально сочился ядом.

-- Нет, сэр. Но из всех находящихся здесь первокурсников мои шансы на победу были самыми высокими. Кроме того, только я в случае чего мог помочь остальным при встрече с троллем.

-- Профессор Снейп, Гарри прав. Если бы он меня не нашёл, я была бы уже мертва, - вступилась за юного мага Гермиона.

-- Мисс Грейнджер, а что вы вообще здесь делали? Вы должны были быть в Главном Зале, а не бродить по Хогвартсу, - вновь взяла на себя инициативу МакГонагалл.

-- Я засиделась допоздна в Выручай-Комнате и пропустила время ужина, - виновато сказала девочка и опустила голову. А Гарри был настолько поражен, что, кажется, снова утратил дар речи и только молча взирал на гриффиндорку.

Только что Герми соврала МакГонагалл. Где-то мироздание явно дало сбой. Законопослушность Гермионы всегда казалось мальчику постоянной величиной. Такой же, как число пи или скорость света.

"А наша пай-девочка оказалась не такой уж и пай. Я всегда знал, что у неё есть потенциал", -- присвистнул амулет.

"Я в ней никогда не сомневался. Но вот так выходить против законной власти... На нее, мягко говоря, не похоже".

"Много ты о ней знаешь. Именно в таких тихонях обычно и пылают настоящие страсти. Готов поспорить, в будущем она ещё не раз сумеет удивить тебя. Вот подожди года два-три... Ведь не зря говорят, что в тихом омуте черти водятся. А у тебя под боком сразу два таких омута".

Тем временем, пока Гарри общался с наставником, разбирательство шло полным ходом. Но уже сейчас можно было сказать, что буря для Гарри и Гермионы прошла стороной. Основная часть шишек свалилась на головы мужской части гриффиндора.

Наконец, профессор МакГонагалл приняла решение.

-- Что ж, даже выслушав историю, рассказанную мистером Поттером, я все еще утверждаю, что вам просто повезло. Всё же один неверный шаг, и всё могло закончиться трагедией.

Мистер Уизли, мистер Лонгботтом, по вашей вине на счет Гриффиндора записываются пять штрафных очков! Своими действиями вы поставили жизнь мисс Грейнджер под угрозу.

Но, тем не менее, далеко не каждый первокурсник способен справиться с троллем. Поэтому мистер Поттер получает пять призовых очков. Я проинформирую профессора Дамблдора о случившемся. Вы можете идти.

Не дожидаясь, пока МакГонагалл передумает, Гарри торопливо покинул женский туалет. За ним тут же последовали остальные участники инцидента.

Поднявшись на два этажа, мальчик стал свидетелем интересной сцены.

Уизли под номером шесть схватил всё ещё находящуюся в шоке от произошедшего Гермиону за руку и начал кричать так, что в конце коридора был слышен его голос.

-- Ты! -- яростно ревел Рон. -- Мы пошли помочь тебе, а ты сдала нас МакГонагалл! Из-за тебя мы попали в эту передрягу! Да ещё прикрыла этого чёртова Поттера!

-- Возможно, мне бы не пришлось ее спасать, если бы вы не заперли тролля в туалете, -- напомнил Гарри, выходя из тени. -- С такими помощниками никаких врагов не надо.

-- Это не твоё дело, Поттер! Не видишь мы разговариваем? -- рыжий, похоже, окончательно вышел из себя.

-- Как раз моё, -- когтевранец почувствовал нестерпимое желание оторвать голову нахалу. -- И не предателю крови указывать старшему аристократу, что делать.

На эти слова Уизли только тихо зарычал. Буравя друг друга взглядами, мальчики приготовились к бою. Похоже, сообразив, что запахло жареным, Невилл начал смещаться за спину когтевранца, стараясь выйти из его поля зрения.

Заметив это, юный маг мысленно выругался. В другое время он раздавил бы их не глядя. Но бой с троллем и так забрал у него слишком много сил. Сейчас, когда его резерв был пуст, у гриффиндорского дуэта появился реальный шанс на победу.

Гарри не сомневался, что сумеет отправить Рона в нокаут первым же заклинанием, но на второе у него просто не хватит времени. А невербальную магию он сейчас просто физически не потянет.

Но надо было играть. Оставалось надеяться на то, что Невилл промахнётся.

Бой занял всего мгновение. Как будто услышав сигнал, мальчики синхронно выхватили палочки. Зал осветился двумя вспышками.

Когтевранец непонимающе глядел на парализованного Невилла и стоящую над ним Гермиону.

Оторвав взгляд от тела Лонгботтома, мальчик потрясённо попросил:

-- Герми, пожалуйста убери палочку.

Девочка, находящаяся в таком же шоке, как и Гарри, медленно, будто во сне, подчинилась.

"Я же говорил, что она нас ещё удивит", -- пробормотал амулет. Всё же произошедшее смогло выбить из колеи даже его.

Стараясь приободрить сбитую с толку Гермиону, юный маг одобряюще улыбнулся. Герми робко улыбнулась в ответ.  Взяв гриффиндорку за руку, мальчик направился в сторону гостиной Гриффиндора.

Неожиданно мир перед глазами мальчика медленно поплыл. Стараясь удержаться на ногах, Гарри схватился за ближайшую стену.

"Держись. Не теряй сознание. Помнишь, что надо делать при магическом истощении?"

"Помолчи. Дай сосредоточиться".

Глубоко дыша, Гарри погрузился в лёгкий транс и начал забирать энергию из окружающего пространства. Сила была грубой и плохо усваивалась, но она позволяла юному магу оставаться на ногах и медленно восстанавливать свой резерв.

Вдруг отработанная за прошедшие полтора года процедура дала сбой. Количество поступающей энергии резко возросло. Маленький ручеёк превратился в полновесный поток, грозящий смыть мальчика с головой. Спасая своё сознание, когтевранец рванул обратно в реальность.

Вынырнув обратно в материальный мир, Гарри испытал новое потрясение.

Обеспокоенная странным поведением друга, Гермиона положила руку ему на плечо. Но не это поразило юного мага, а тонкая струйка Силы, текущая от девочки в его ауру. Именно его обессиленный кандидат в Тёмные Лорды принял за всесокрушающий поток.

Увидев, что Гарри пришёл в себя, Герми радостно улыбнулась. Но в глазах подруги мальчик сумел разглядеть нескрываемое волнение. Отвечая на немой вопрос, когтевранец прояснил случившееся извиняющимся тоном:

-- Извини, что заставил поволноваться. Просто переутомился. Приду в гостиную, выпью укрепляющее зелье.

Было видно, что она ему не поверила, но, натолкнувшись на усталый взгляд когтевранца, решила оставить расспросы на будущее. За что он был ей безмерно благодарен.

Не слушая возражения Гермионы, Гарри проводил её до гостиной Гриффиндора. На прощание подмигнув ей, юный маг скрылся в недрах Хогвартса.

Скрывшись от любопытных глаз Герми, Гарри, наконец, получил возможность обдумать случившееся.

"Что это было? Когда она прикоснулась ко мне, я сумел забрать у неё часть резерва, но это невозможно сделать без специального ритуала", -- задал мальчик мучивший его вопрос наставнику.

"С чего ты взял? Если я тебе о таком не рассказывал, это ещё не значит, что такого нет. Просто раньше тебе это было не нужно".

"Извини. Ты прав. Так что это было?"

"Что? Если не вдаваться в детали, большие неприятности в будущем".


О судебной системе


На следующее утро после Хэллоуина Гарри впервые не пошёл на утреннюю пробежку.

Лёжа на кровати, он вновь и вновь проматывал в голове вчерашний разговор с наставником.

"Постой, поправь меня, если я ошибаюсь. Так, значит между мной и Гермионой появилась магическая связь, которую маги называют "Долгом Жизни"?

"Не совсем так. Но в целом суть проблемы ты понял верно. Судя по всему, Герми не просто могла погибнуть при встрече с троллем, она должна была погибнуть. Она не просто так забрела вечером в женский туалет. Такой была её судьба. Но ты вмешался, и магия среагировала. И вот мы имеем живую Гермиону, связанную с тобою "Долгом Жизни". Теперь надо решать, что с этим делать".

"Какие проблемы? Всё закончилось хорошо".

"Где ты здесь увидел конец? Это только начало. Пойми, магия ничего не забывает и тем более не прощает. Что ты вообще знаешь о "Долге Жизни"? А ведь у этого явления тёмная и кровавая история.

На протяжении столетий маги вели кровопролитные войны между собой. Причины войн были самыми разными. Власть, богатство, слава, знания. Всё это можно было получить, уничтожив конкурента и присвоив его имущество себе.

Именно поэтому маги так охотно шли на службу к различным феодалам. Заметь, в свите любого средневекового правителя был как минимум один маг, волшебник или чернокнижник. Самый яркий пример: Мерлин и Моргана.

Но если бы все эти бесконечные войны всегда заканчивались бы смертью проигравшего чародея, то вскоре в мире бы остался только один самый могущественный маг.

Именно тогда и появился данный магический закон. Его историю доподлинно никто не знает. Есть несколько версий его появления. Поговаривают, что несколько магических Орденов, в том числе и темных, однажды собрались вместе и решили раз и навсегда покончить с этим безумием.

Так или иначе, появился "Долг Жизни". Фактически некий аналог вассальной клятвы магического мира. После победы над очередным противником, победитель сохранял проигравшему жизнь, и между ними возникала связь, которая позволяла победителю не беспокоиться о том, что рано или поздно может получить от побеждённого вместо благодарности нож в спину или яд в бокал.

Вот такие дела. Конечно, с тех пор прошло много веков. Сила чар значительно ослабла, но даже сейчас "Долг Жизни" остаётся очень мощной разновидностью ментальной магии, внушая жертве благодарность и симпатию к спасителю. Постепенно она будет всё крепче привязывать её к тебе, и с этим уже ничего не поделаешь".

"Постой! Тогда почему такая связь не возникла между мной и Невиллом?"

"Без понятия. На самом деле никто в точности не знает, как "Долг Жизни" действует на самом деле. Это не более, чем красивая легенда. Хотя лично у меня есть одна достаточно любопытная теория".

"Не томи".

"В отличие от Гермионы, Лонгботтом происходит из магического рода. И не просто происходит, а является его наследником. Разумеется, магия рода в меру своих сил старается уберечь его от подобной участи. А может быть, всё куда проще..."

"Говори".

"Ты не подумал, что наша отважная гриффиндорка в глубине своей души банально хотела получить нечто подобное, и магия просто откликнулась на её желание?"

"Бред!"

"Кто знает? Как бы то ни было, теперь Герми -- твой магический вассал. И защищать её твой прямой долг".

Каждый раз, вспоминая слова наставника, Гарри охватывал приступ неконтролируемой злости. Мальчик вновь чувствовал себя пойманным в капкан зверем. Опять кто-то, пусть даже магия, решает что-то за него.

Выныривая из воспоминаний, Гарри понял, что завтрак вот-вот кончится, и ему уже пора было бежать на уроки.

Занятия прошли довольно спокойно. Только Невилл в очередной раз сорвал совместный со Слизерином урок Зельеварения, после чего вновь отправился в больничное крыло. Но за последние два месяца это стало скорее нормой, чем исключением.

Об этом Гарри поведала подошедшая на перемене Дафна. Вдоволь отсмеявшись, юный маг отправился на обед.

Размеренная жизнь мальчика прервалась, когда в Большой зал влетели совы, разносящие почту. Неожиданно одна из сов, отделившись от общей стаи, спикировала прямо на стол перед мальчиком, чудом не облив того супом.

Проигнорировав укоризненный взгляд мага, упитанная коричневая сова вальяжно протянула ему лапу с привязанным письмом.

Поняв, что от птицы по-другому не отделаешься, Гарри забрал конверт и незамедлительно вскрыл.

"Лорд Поттер. Насчёт вашего последнего распоряжения. Ваш заказ полностью выполнен. Мы собрали весь необходимый для работы доказательный материал. Мы можем переходить к следующей части операции. Осталось только уладить некоторые формальности и получить ваше письменное разрешение на начало следующей части вашего плана. Для этого сегодня к шести часам я прибуду в Хогвартс.

С уважением, искренне ваш Томас Райли".

Дочитав письмо, Гарри мысленно выругался. Во всей этой суматохе с троллем мальчик совсем забыл о той авантюре, начатой им перед самым поступлением в школу. Честно говоря, юный маг до последнего момента был уверен, что из этого ничего не выйдет.

Но, похоже, запущенный им механизм так и не заглох. Более того, он сумел набрать обороты и даже вышел на финишную прямую.

Что предвещало Гарри дополнительные проблемы. Но отказываться от проекта Гарри не собирался. Слишком большой банк можно было сорвать в случае победы. А заодно навсегда отбить у всяких мутных элементов желание спекулировать его именем.

Остаток дня Гарри провёл как на иголках, обдумывая возможные развития столь значимого события. Итогом его размышлений стало взятие с собой на встречу Дафны. Урождённая Гринграс не только могла помочь ему в общении с адвокатом, но и просто должна была значительно повысить его статус в глазах Томаса и отбить у него всякое желание вести свою игру.

С момента их последней встречи доверия к хитрому лису не прибавилось ни на грамм. И хоть Райли имел в определённых кругах репутацию относительно честного и бесспорно талантливого юриста, но оставлять дело на волю случая Гарри не собирался.

Одно дело обманывать мальчика, чей титул чистая формальность, а совсем другое дело подставлять человека, находящегося в фаворе у наследницы третьей по богатству и могуществу магической семьи Британии.

За такие выкрутасы можно было с равной степенью вероятности угодить как в Азкабан, так и в подвалы родового особняка Гринграс. И ещё не понятно, что хуже, попасть в лапы к дементорам или в заботливые руки к бывшим сторонникам Гриндевальда.

Гарри встретил Томаса, уютно устроившись в кресле у камина в Выручай-Комнате. Было забавно наблюдать, как немолодой адвокат осторожно осматривает погружённую в полумрак комнату. Наконец, заметив мальчика, юрист расплылся в самой добродушной улыбке.

-- Лорд Поттер, -- почтительно сказал гость. Но сегодня маска обстоятельного и учтивого юриста дала трещину. Он то и дело косился назад в сторону входной двери.

Причиной внезапного стресса для Томаса была хрупкая слизеринка, не спускающая с него своих пустых, как у инферала глаз. Под этим взглядом прожжённый интриган инстинктивно сжимался, старясь убежать от столь пугающего взора.

Юный маг снова похвалил себя за дальновидность. Отправить проводником Дафну было удачной идеей. Причём девочку даже не пришлось уговаривать. Как только она узнала его план, наследница рода Гринграс сама вызвалась быть экскурсоводом.

А реакцию посторонних на девочку Гарри успел изучить достаточно хорошо. Одно её присутствие лишало оппонента всякого желания спорить с кем бы то ни было. У любого, привлёкшего пристальное внимания Дафны, возникало стойкое желание как можно быстрее покинуть не только помещение, но и страну пребывания. Чем мальчик время от времени без зазрения совести пользовался.

Выдержав эффектную паузу, Гарри заговорил.

-- Томас, я же просил оставить все это формальности. У нас на них банально нет времени.

-- Как вам будет угодно. Тогда перейдём прямо к делу. Согласно вашему приказу, было проведено тщательное расследование, в ходе которого мной были обнаружены и самое главное письменно зафиксированы многочисленные нарушения, подлоги и откровенные фальсификации. Причём на самых разных уровнях, начиная с банального уличного мошенничества и кончая вымогательством на уровне государства. Чего стоит только "Фонд Героя", курируемый лично министром.

-- "Фонд Героя"?

-- Благотворительное общество, появившиеся сразу после окончания войны, официально собирающее деньги для Мальчика-Который-Выжил. На деле же, данные деньги оседали равными долями на счетах Фарджа, Дамблдора и ещё нескольких влиятельных чиновников. И этот случай далеко не единственный.

-- Все мы люди, и ничто человеческое нам не чуждо, -- философски заметил мальчик.

-- Вы правы. Но теперь пора решать, что нам со всем этим компроматом делать? -- Было заметно, что адвокат нервничает. Это было понятно. Неожиданно много влиятельных людей могли оказаться под ударом. И такого они точно не простят.

-- Томас. Я не настолько глуп, чтобы идти из-за такой мелочи против всего Магического мира. Мои цели куда скромнее. Я хочу получить свою долю. Мальчик-Который-Выжил вырос и теперь хочет свой процент.

Адвокат облегчённо улыбнулся. Гарри мысленно сплюнул.

-- Тогда надо решить, как именно мы будем...

-- Я всё уже продумал, -- оборвал когтевранец очередной монолог юриста. -- План будет состоять из трёх этапов. Но для начала мы разделим список тех, кто делал на моём имени деньги на три группы. В первую пойдут те, кого мы и правда засудим на первом этапе. Сюда пойдёт вся мелкая шушера, которая не имеет влиятельных покровителей. Это нам понадобится для создания прецедента. Всё же в магическом мире авторские права не слишком распространены.

Во вторую группу войдут те, кого мы попытаемся засудить. Здесь будут куда более богатые и влиятельные персоны. Скорей всего, мы не сумеем прижать их к стенке, зато знатно попортим их кровь. Таким образом показав, что мы можем доставить множество неприятных минут своим противникам.

И вот тогда наступит время третьего этапа. Тех, кого мы точно не завалим, но кому дорого время. Думаю, они в большинстве своём не захотят идти на обострения и попросту откупятся. Особенно, если сильно не наглеть.

Конечно, сейчас я сильно упрощаю, но суть вы должны уловить. Ведь это скорее концепция, чем полноценный план действий. Думаю, у вас хватит опыта на доведение его до ума. Я прав?

-- Несомненно. Всё будет сделано в лучшем виде. Но всё же, боюсь, вам этого не простят.

-- Думаю, я сам как-нибудь разберусь. Да и спад истерии вокруг избранного мне только на руку.

Обсуждение кампании по восстановлению справедливости затянулось до поздней ночи. Особенно трудно было согласовать второй и третий список. А также сроки выполнения поставленной задачи.

В конечном итоге, после долгих споров было принято решение начинать первый этап незамедлительно и продлить его до самого нового года. Второй этап должен был начаться после Рождественских каникул, а последнюю точку проекта планировалось поставить следующим летом, когда Гарри вернёт себе свободу передвижения.

Окончательно уяснив позицию работодателя, Томас поспешил покинуть гостеприимный замок, пообещав сделать всё в лучшем виде. И, отказавшись от предложившей свои услуги гида Дафны, поспешно ретировался.

Поблагодарив Дафну за прекрасный спектакль и проводив слизеринку до подземелий, когтевранец отправился в гостиную спать.

На следующее утро Главный Зал встретил Гарри ненормальным оживлением. Сотни глаз синхронно скрестились на мальчике со шрамом. Не понимая причин происходящего, юный маг направился на своё место, внимательно изучая лица друзей.

В этот момент взгляд мальчика зацепился за заголовок "Ежедневного Пророка", который не спеша читал Майкл.

"Дело Гарри Поттера против..." конец заголовка был не виден, но суть статьи можно было понять и так.

Похоже, мистер Райли понял фразу "начинать незамедлительно" слишком буквально, и сейчас на Министерство Магии начал литься сметающий всё на своём пути поток отборного компромата.

Гарри позволил себе улыбнуться. Большая Игра начиналась.


Всё идёт по плану


Для поглощённого заботами Гарри время внутри Хогвартса замерло. Незаметно подкрался декабрь. Однажды, проснувшись утром, мальчик с ужасом осознал, что замок укрыт толстым слоем снега, а огромное озеро замерзло.

Все школьники с нетерпением ждали каникул и уже не могли думать ни о чем другом. Даже не представляющая свою жизнь без книг Гермиона и апатичная Дафна всё чаще вспоминали отчий дом.

Юному магу было жаль прерывать занятия "Щита" в тот момент, когда у них наметился столь явный прогресс, но ничего поделать не мог. А успехи были на лицо.

И это отражалось не только на значительно улучшившейся успеваемости членов его кружка. У его подопечных наконец-то стало меняться само мировоззрение. Они начали чувствовать себя не просто учениками, а частью чего-то более значительного. И это было здорово.

Если раньше членство в "Щите" предпочитали не афишировать, то теперь простенькие серебряные значки в форме классического рыцарского щита носились поверх мантий с гордостью.

И любой носитель подобного украшения знал, что сумеет получить любую, разумеется, в пределах разумного, помощь от собрата по "Щиту".

Кроме того, маленький значок дарил обладателю не только эфемерное чувство причастности к чему-то грандиозному, но и реальную защиту.

С самого основания "Щита" Гарри возродил старую как мир истину: один за всех и все за одного. Теперь любой, кто осмелился обидеть члена их небольшого общества, рисковал получить вендетту от всего клуба.

Что впервые позволило детям из разных факультетов общаться, не боясь оказаться без защиты факультета. Ведь именно факультет раньше спасал от нападок со стороны других учеников, обеспечивая хоть какую-то защиту.

Так, медленно, шаг за шагом, Гарри с Дафной создавали альтернативную вертикаль власти внутри Хогвартса, давая ученикам выбор. Теперь любой член "Щита" имел выбор, к кому бежать в случае неприятностей: к старостам или к Гарри.

И если со старостами итог был не известен, староста мог и просто послать малявку разбираться самостоятельно, то когтевранец старался помочь всем. В меру собственных сил.

К счастью, худшее, что могло произойти, это ссора со старшекурсниками. Обычно этим занимались группы со второго -- третьего курса. Старшие курсы считали запугивание новичков глупым ребячеством. И Гарри не имел никакого желания их в этом разубеждать.

А с парой третьекурсников его небольшая армия могла справиться играючи. Всё же абсолютное превосходство в огневой мощи подчас творило настоящие чудеса.

Увернуться от десятка "Ступефай", брошенных одновременно, задача сложная даже для взрослого мага, не говоря уже о подростках.

Да и сам Гарри представлял собой немалую силу. Победа над троллем уже вошла в фольклор Хогвартса, обрастая всё новыми подробностями. Тролль уже был, по словам рассказчиков, десятиметровым и со временем обещал только ещё больше вырасти.

А победа над тремя третьекурсниками, попытавшимися показать зарвавшемуся сопляку его место, окончательно убедила общественность, что с Гарри Поттером лучше не связываться.

Именно так к Рождеству стал выглядеть "Щит". Достаточно мощная организация, скрывающая за своими дверями множество тайн, и оттого ещё более соблазнительная, которую учителя предпочитали не замечать, а хулиганы обходили десятой дорогой.

Ситуация в магическом мире тоже была для Гарри вполне доброжелательной.

Несмотря на то, что отобранный для первой фазы Томасом компромат был довольно безобиден и не затрагивал интересов главных игроков, он всё равно произвёл эффект разорвавшейся бомбы.

Сам факт многочисленных махинаций и хищений, а также суммы, фигурирующие в уголовных делах, всколыхнули Магическую Англию.

Обыватель пришёл в шок, когда в газетах замелькали суммы с пятью нулями. Такой наглости и безнаказанности от героев прошлой войны никто не ждал. Ведь большинство подсудимых неожиданно оказались так или иначе связанны с легендарным "Орденом Феникса".

За последние недели более полусотни знаменитых на всю Британию волшебников оказались на скамье подсудимых. Среди них Наземникус Флэтчер и Эммелина Вэнс.

Так что Дамблдор последние дни почти безвылазно находился у себя в кабинете, отправляя в Министерство десятки почтовых сов. Гарри был уверен, что директор всё же сумеет вытащить своих сторонников из-под железной длани правосудия.

Но даже по самым скромным прикидкам такое чудо обойдётся Дамблдору не в одну сотню тысяч. Что не могло не радовать.

Но это было не единственным итогом разворачивающегося скандала. Его маленькая афера неожиданно вызвала шквал отставок и увольнений в Министерстве. Похоже, правящий кабинет, почувствовав, что вот-вот может лишиться насиженных кресел, решил бросить толпе свежего мяса. В стороне от всеобщего веселья не остались и радикальные консерваторы. Лорд Малфой выступил с официальной критикой действий как нынешнего правительства, так и самого Дамблдора. Он также заверил всех присутствующих, что окажет лорду Гарри Поттеру всю необходимую поддержку в деле восстановления справедливости.

Похоже, Малфой-старший, не имевший своей доли в аферах с "Великим героем", почувствовал, что настал его звёздный час. Постоянные выступления во благо последнего из древнего рода Поттеров значительно повысили его авторитет в глазах магов. По последним опросам, Лорд Малфой вошёл в пятёрку самых популярных магов Британии, потеснив на этом посту златокудрого писателя-фантаста.

И, кажется, Малфой не собирался останавливаться на достигнутом. Похоже, он не терял надежды если не ослабить влияние директора на магическую общественность, то хотя бы заставить потратить Дамблдора лишнюю сотню тысяч. Поскольку чиновники, чувствуя за спиной молчаливую поддержку рода Малфоев, ещё больше задирали тарифы на свои услуги.

Гарри тоже, как главный организатор свистопляски, не остался в стороне. К удивлению мальчика, магическая общественность неожиданно оказалась на его стороне. Простой обыватель радовался, наблюдая, как сильные мира сего топят друг друга в грязи, и был благодарен тому, кто обеспечил ему столь увлекательное шоу. Так что количество его поклонников не только не уменьшилось, но и продолжило расти.

Так же, как и счёт Гарри в Гринготтсе. Ведь основной причиной аферы как всегда являлись деньги. По последним данным, сумма, осевшая в его кармане, уже превысила полмиллиона галеонов. И это было только начало. Что позволяло мальчику смотреть в будущее с оптимизмом.

Всё же далеко не каждый сумеет за каких-то полгода увеличить своё далеко не маленькое состояние на четверть. Хотя до заветных пяти миллионов было ещё очень далеко. Приблизительно полгода. Именно столько времени должен был занять второй и третий этап плана.

Однажды вечером после занятий "Щита" Драко предложил Гарри погостить на рождественских каникулах у него. Это было необычно. С момента образования "Щита" принц Слизерина относился к Гарри предельно вежливо, признавая его равным, но при этом всячески подчёркивал, что они просто партнёры.

На что получил пусть и мягкий, но категорический отказ. Когтевранец достаточно подробно объяснил наследнику Малфоев, почему он не может покинуть Хогвартс. Первым номером в списке причин отказа значилось нежелание принимать участие в политических баталиях, развернувшихся в министерстве.

Гарри действительно не собирался возвращаться в большой мир на рождественские каникулы. Неделю назад профессор МакГонагалл обошла все курсы, составляя список учеников, которые останутся на каникулы в школе, и Гарри тут же попросил внести его в этот список. У него было слишком много дел внутри замка, чтобы куда-то уезжать.

Нужно было закончить реформацию "Щита", завершить создание его внутренней структуры, разбить ребят на боевые тройки, заказать специальные учебники...

Список можно было продолжать бесконечно. Но без этого все мечты юного мага о независимости от директора обещали пойти прахом. И это было только вершиной айсберга.

Оставались ещё проблемы со Снейпом, Дамблдором и охотившимся за философским камнем Квирреллом.

О цели Квиррелла Гарри узнал ещё месяц назад. Когтевранец просто однажды пришёл в Выручай-Комнату и попросил у неё книгу о Николасе Фламеле. После чего ему была торжественно вручена книга "Легенды Алхимии".

А дальше всё было ещё проще. Сложив дважды два, Гарри осталось только мысленно проклинать директора.

Теперь было понятно, почему Квиррелл несмотря ни на что продолжает упорно лезть в расставленную Дамби ловушку. В случае удачи профессор Квиррелл получал не только безграничные капиталы, но и теоретическое бессмертие.

Даже Гарри был не уверен, что сумел бы побороть такое искушение. Ведь куш действительно был царским. В конечном итоге юный маг решил, что сам за камнем не полезет, но в случае чего без зазрения совести приберёт его к рукам.

Так сказать в счёт морального ущерба, нанесённого ему Дурслями.

В любом случае рождественские каникулы обещали быть интересными.

Директор школы чародейства и волшебства, кавалер ордена Мерлина первого класса, председатель Визенгамота, один из умнейших магов современности Альбус Дамблдор впервые за многие годы пребывал в растерянности.

Именно способность выходить из любых неприятностей целым и невредимым, а также феноменальное умение везде находить свою выгоду сделали Дамблдора великим светлым магом.

Сейчас все знают о том, кто сумел остановить диктат Гриндевальда. Но мало кто помнит, кто именно на протяжении многих лет был другом и ближайшим соратником тёмного мага. К несчастью, Геллерт проиграл, и когда поражение Гриндевальда стало неизбежным, ему пришлось скрипя сердцем смахнуть старого друга с доски.

Встретившись в дуэли, они показали миру красочное шоу. Ведь исход поединка был обговорён заранее.

В какой-то мере он даже оказал ему услугу. Ведь он остался жив. Другие бы не позволили Тёмному магу и этого. В обмен на жизнь Альбус забрал себе славу победителя Тёмного мага. Всё честно.

Победа над Геллертом дала ему почти абсолютную власть над Магической Британией. Всем хотелось угодить легендарному герою.

Но постепенно слава победителя Тёмного мага со временем начала тускнеть, и ему пришлось искать новые средства для поддержания своего авторитета.

И вскоре выход был найден. Нужно всего лишь победить ещё одного Тёмного мага. Но как назло, таких под рукой не оказалось. И тогда он решил создать его сам.

Том стал для него просто находкой. Полукровка, за которым никогда не пойдёт магический мир, но при этом очень талантливый тёмный маг, лучшего Дамблдор не мог и пожелать.

Мальчик стал его новым избранником. Сколько сил и нервов он потребовал от него, не сосчитать. Одна эта выходка с Тайной Комнатой чего стоила! Иногда хотелось плюнуть на всё, но несмотря ни на что своей цели он добился.

Том превзошёл все его ожидания. Сила мальчика поражала. Такого могущественного Темного мага мир не видел почти тысячу лет.

Другой бы на его месте, возможно, проиграл бы своей собственной пешке. Но он сумел предвидеть и такой расклад.

Тщательно взращиваемый в душе будущего Тёмного Лорда страх перед смертью, а также подкинутая в молодости информация о крестражах дала свои всходы.

Том начал бесконтрольно делить свою душу, с каждым разом всё больше погружаясь в пучину безумия.

Его поступки перестали быть обдуманными, всё чаще слепая ярость и жажда разрушения брала вверх над доводами разума. Почтение сторонников сменилось страхом. А Том продолжал делить свою душу.

По расчётам Дамблдора Том мог разделить своё я максимум на шесть частей. Седьмое деление должно было окончательно лишить того разума.

И пророчество Сивиллы складно ложилось на его расчёты. Ведь что говорится в пророчестве? Только после смерти одного из них второй станет уязвимым. Так всё и должно было случиться.

Поттер должен был стать последней жертвой Тома для создания последнего крестража, а потом он, Дамблдор, должен прийти и убить обезумевшего мага.

И все были бы довольны. Потом он просто бы уничтожил оставшиеся осколки и остаток дней наслаждался заслуженной славой.

Но этого не произошло. Том развоплотился, а Гарри остался жить. Выставить себя победителем он не мог, наверняка бы нашлись те, кто потребовал доказательства.

Тогда у него в голове родился новый план. Под названием возвращение Тёмного Лорда. И для него Дамблдору понадобился избранный, которым и стал Гарри.

А дальше всё просто. Позволить Тому возродиться, вновь захватить власть, а потом победоносно сокрушить зло. Перед этим позволив Тому избавиться от избранного, чтобы показать всему миру, кто истинный мессия света.

Но тут главное было всё точно рассчитать. Гарри должен был быть достаточно сильным, чтобы красиво погибнуть, и недостаточно для победы над Томом. Такой исход хоть и был маловероятен, но всё может случиться.

Поэтому он решил подстраховаться, отправив мальчика под предлогом защиты к Дурслям. Те-то точно не позволят мальчику заниматься магией, а в Хогвартсе можно было легко контролировать его успехи. А для надёжности нужно было привязать мальчика к себе.

Для этой цели Дамблдор выбрал Невилла, Рона и Хагрида. Те, кто был абсолютно ему предан, и те, кем было легко управлять.

Но всё неожиданно пошло не по плану. Исчезновение Гарри из дома Дурслей не вызвало у директора никаких опасений. На всякий случай, отправив в Дырявый Котёл своего человека, он вернулся к своим делам, уверенный в том, что за две недели с мальчиком ничего не случится.

И вот пришёл момент распределения. Какого же было его удивление, когда вместо забитого мальчика появился ОН. В первую секунду Дамблдор не поверил своим глазам. Перед ним стоял истинный, знающий себе цену аристократ.

Дальше -- больше. Абсолютное неприятие его сторонников. Блестящие познания в магии. Ментальные барьеры. Создание "Щита".

Об этом стоило сказать отдельно. Сначала директор, несмотря на довольно оригинальный способ регистрации, не придал "Щиту" особого значения. И уже не раз за это поплатился.

К данному моменту у Гарри образовалась маленькая, но слаженная и победоносная армия.

С каждой новой всплывающей деталью о мальчике, Дамблдор чувствовал, как медленно сходит с ума. Он никак не мог понять, что же происходит с Поттером.

Когда ему казалось, что он близок к разгадке, очередная деталь переворачивала всё с ног на голову. То Гарри был умным и циничным как Слизерин, то отважным как Гриффиндор. И никто не мог предсказать, что же произойдёт в следующую секунду.

А теперь ещё и это разбирательство в Министерстве с их непомерными аппетитами. Он уже потратил треть средств, выведенных им со счетов Поттеров до того момента, как они закрылись. И, похоже, ему придётся потратить ещё столько же.

Кстати, вот ещё одна странность. Откуда Гарри узнал о них? Гоблины на все вопросы только предательски ухмылялись.

Но ничего. Скоро всё закончится. На эти Рождественские каникулы у него были большие планы.


Рождественские неприятности


И вот настал столь ожидаемый многими учениками день. Начало рождественских каникул.

У ворот замка была жуткая давка. Всем не терпелось после полугода отсутствия побыстрее попасть домой, к родным. И Гарри их прекрасно понимал.

Как мальчик и предполагал, администрация не стала заставлять первокурсников второй раз пересекать озеро вплавь. За что дети были ей безумно благодарны.

До поезда они добрались на специально приготовленных каретах. Сначала юного мага немного смутило то, что они были не запряжены, но наставник пояснил, что это не совсем так.

Много лет назад один из директоров Хогвартса додумался приспособить к перевозке учеников фестралов. Эти милые невидимые зверюшки вот уже не первое столетие являются визитной карточкой замка.

Тепло распрощавшись с друзьями, оккупировавшими целый вагон Хогвартс-Экспресса, Гарри впервые за долгое время оказался предоставленным самому себе.

Он даже не замечал, как сильно привязался к людям, в будущем которые должны были стать костяком его личной армии.

Дождавшись, пока поезд скроется за горизонтом, Гарри медленно побрёл в сторону Хогвартса. Пора было возвращаться к делам.

Хогвартс обезлюдел. Пустынные коридоры замка производили гнетущее, как взор Дафны впечатление.

Как ни странно, количество когтевранцев не претерпело столь значительных изменений. Спячка обошла гостиную орлиного факультета.

В ней всё так же разгорались жаркие споры, иногда доходящие до драк. Причиной тому было то, что когтевранцы традиционно предпочитали проводить рождественские каникулы в школе, поближе к библиотеке.

Поэтому почти треть факультета осталось в замке, но снаружи башни этого не чувствовалось.

Тут играла вторая особенная черта орлят. Почти все они были прирождёнными рациональными домоседами. Существовало только два постоянных маршрута, на котором можно было поймать представителя данного факультета.

Это путь в Большой зал за провизией и дорога в библиотеку.

Впрочем, их можно было понять, да и минусовая температура, царящая в коридорах Хогвартса, не прибавляла шатанию по замку популярности.

Гарри не был исключением из этого правила, предпочитая проводить время в гостиной вместе с друзьями.

Львиную часть времени мальчика поглощали магические шахматы, которым его вызвался обучать Майкл.

Это были практически те же самые шахматы, в которые играли маглы. Разница заключалась лишь в том, что фигурки были живые, и игрок ощущал себя полководцем, направляющим свои войска на противника.

Сначала Гарри опасался, что амулет воспримет его новое увлечение в штыки, но артефакт неожиданно подержал когтевранца в его начинании.

Впрочем, он тут же объяснил причину своего странного энтузиазма. По словам наставника, данная игра неплохо формировала тактический склад ума, чего ему так не хватало. Хотя увлекаться ими тоже не стоило.

Здесь амулет отдавал предпочтение картам, как более жизненной игре. Ведь в отличии от шахмат, которой на момент игры расклад сил примерно равен, то в картах каждая сдача была уникальной. И часто приходилось создавать выигрышный расклад буквально с нуля, при этом не позволяя противнику понять, что у тебя возникли трудности.

Неприятности начались в канун Рождества. Гарри как раз заканчивал очередную партию с Майклом. Изрядно поредевшая белая армия сэра Корнера отступала после безумной попытки прорвать оборону Чёрного Властелина. Но лорд Поттер не привык прощать неповиновения. Чёрная конница раз за разом совершала дерзкие вылазки по тылам белых, сея в их рядах панику, смерть и разрушение, сокращая и без того небольшое количество вражеских офицеров и оставляя беззащитную пехоту без прикрытия. Но сэр Корнер не собирался сдаваться. Собрав вокруг своего короля все имеющиеся в наличии силы, он приготовился к последнему бою.

Но состояться последней эпической битве между силами Света и Тьмы мальчикам не дала влетавшая в окно упитанная коричневая сова.

Громко ухая, она села на подоконник и уставилась на Гарри немигающими глазами.

Недоумевая, что же могло понадобиться Томасу, юный маг поспешил забрать письмо у летающего почтальона.

Текст письма его изрядно озадачил. Несмотря на каллиграфический почерк, было видно, что оно было написано в спешке, и его составитель прибывал в сильном волнении.

"Лорд Поттер. Прошу простить мою дерзость, но возникли непредвиденные обстоятельства, требующие вашего незамедлительного прибытия в Палату Лордов в Лондоне. В письме лежит ключ-портал, который перенесёт вас прямо в мой кабинет, как только вы покинете территорию Хогвартса.

P.S. Для того, чтобы вы убедились, что данное письмо действительно написано мной и не является ловушкой наших оппонентов, напоминаю вам о "Люксембурге".

С уважением, искренне ваш Томас Райли."

Несколько секунд Гарри размышлял о написанном, прикидывая в голове возможные варианты развития ситуации.

Получалось не очень. Было банально недостаточно данных для каких бы то не было выводов. С равной вероятностью это мог быть как Томас, так и кто-то из его оппонентов.

Даже специальное кодовое слово, подобранное для подобных случаев не слишком обнадёживало. Ведь столько способов развязать человеку язык. Начиная с банального подкупа и "Веритасерума", заканчивая тёмными "Империусом" и "Круцио".

Поняв, что зашёл в тупик, Гарри решил обратиться за советом к наставнику.

"Как думаешь, это ловушка?"

"Мало данных. Пятьдесят на пятьдесят. Решай сам", -- послышался лаконический ответ амулета.

"Хорошо, а куда ведёт портал?" -- решил зайти с другой стороны мальчик.

"Хороший вопрос, -- скупо похвалил юного мага амулет. -- Портал ведёт куда-то в предместья Лондона. Точнее сказать не могу".

Взвесив все за и против, Гарри начал торопливо одеваться в магловскую одежду, при этом не забывая прихватить с собой всё необходимое на крайний случай. Если это действительно ловушка, то враги будут изрядно удивлены отпором, который сумеет дать первокурсник. Что даст ему лишний шанс сбежать.

Ну а если это письмо действительно отправил Томас, то стоило действительно поторопиться. Мистер Райли не из тех, кто тревожит покой своих клиентов по пустякам, а значит случилось что-то действительно важное, раз юристу понадобилось его присутствие в Лондоне.

С такими мыслями мальчик вынырнул из гостиной и скрылся в лабиринте переходов замка, стараясь не попасться на глаза редким пролетающим сквозь стены приведениям. Лишняя огласка его своевольному дезертирству была нежелательна. В идеале директор вообще не должен был узнать, что его ученик покидал территорию замка.

Выбравшись из чрева Хогвартса, Гарри быстрым шагом направился в сторону Запретного леса. У границы защитного купола, которая в "истинном спектре" отчётливо переливалась всеми цветами радуги, мальчик ненадолго остановился.

Взяв в правую руку палочку, а в левую обманчиво безобидный серебряный кинжал, юный маг глубоко вздохнул и решительно шагнул в неизвестность.

Порталы... Как много в этом слове... В особенности нецензурного. Гарри пришлось убедиться в этом на собственном опыте. Мальчику показалась, что за несколько коротких мгновений полёта его успели прокрутить через мясорубку. И не один раз.

К счастью, закончилось и это путешествие. Содержимое желудка перестало проситься наружу. И сквозь муть мальчик сумел рассмотреть окружающую его обстановку.

Обычный, ничем не примечательный небольшой кабинет, выдержанный в традиционном английском стиле.

Казалось, что этот уголок реальности занесло к нам из века девятнадцатого. Дубовый рабочий стол, два стула, массивный шкаф, заполненный книгами и окно. Ну и ещё высокий камин с парой мягких кресел. Куда же без столь полезного в хозяйстве предмета?

В общем, интерьер данного помещения понравился мальчику. Он был не лишён изящности, но между тем всё в нём было подчиненно практичности.

За столом, просматривая какие-то бумаги, сидел хозяин кабинета. Оторвавшись от документов, Томас приветливо улыбнулся прибывшему.

-- Лорд Поттер, я искренне рад, что вы так быстро смогли откликнуться на мою скромную просьбу. Извините, что мне пришлось вызвать вас столь экстремальным способом, но дело, по которому я вас вызвал, действительно не терпит отлагательств.

-- Что произошло, Томас? Что-то неожиданное с нашим общим проектом. -- Последние слова Гарри старательно подчеркнул. Конечно, они не делали ничего противозаконного, но, как говорится, "береженного бог бережёт".

-- Нет, сэр. С восстановлением справедливости это никак не связано. Тут всё несколько проще и одновременно сложнее.... Даже не знаю, как вам объяснить... Пожалуй, начну сначала. Видите ли, род Поттеров в последнее десятилетия пребывал в неком упадке.

Ваш отец не слишком хорошо относился как к традициям в целом, так и к аристократии в частности, что привело к фактической изоляции рода Поттеров. Согласитесь, трудно сохранять спокойствие, когда вас прилюдно называют "пережитком прошлого".

А десятилетие без Лорда окончательно поставило крест на всех ваших обязательствах перед Миром Магии, впрочем, как и Мира Магии перед вами.

И вот в очередной раз, перебирая бумаги, я наткнулся на копию вашего магического контракта. Какого же было моё удивление, когда я увидел, что вы являетесь сеньором сразу двоих "рыцарей". То есть магов, не являющихся аристократами и не имеющими за спиной рода, но при этом благодаря связи с Лордом Старшего рода, условно считающимся чистокровным, имеют возможность пользоваться магией приютившего их рода.

Кстати, предупреждая ваш вопрос, сообщаю, что нет, титул не передаётся по наследству, и дети ваших вассалов не будут иметь никаких привилегий. Так же они не имеют права на собственное знамя без предварительного на то разрешение Лорда.

-- Постойте! Кто эти вассалы? Откуда у меня взялись вассалы, и что мне теперь с ними делать?

-- Ничего. Это тоже своеобразный пожизненный магический контракт. И хотите вы того или нет, вам придётся его выполнять. Могу сказать только то, что для не аристократа это одна из немногих возможностей пробиться в нашем обществе наверх.

А насчёт личности ваших "рыцарей"... Я не знаю. Боюсь, об этом в вашем контракте не сказано ни слова. Видите ли, во времена, когда практика магических контрактов только вводилась, у одного Лорда могло быть несколько сотен "рыцарей", и забивать ценный документ их не самыми короткими именами казалось нецелесообразно.

Для этого я вас и вызвал, только с вашей помощью мы сможем узнать все нюансы столь странного дела.

-- Хорошо, я помогу. Но почему практика вассалитета ушла в прошлое? Как мне кажется, возвращение к ней помогло бы решить множество внутренних проблем. Аристократы принимают под своё крыло лучших маглорождённых волшебников, за что те платят им верностью. В таком случае никакой ксенофобии в отношении не чистокровных магов зародиться, просто не могло. Трудно ненавидеть того, кто на протяжении всей жизни был самым преданным сторонником твоего Рода.

-- Вы правы. Но есть одно но. За своего вассала сюзерен несёт полную ответственность. После нескольких громких случаев, когда вместе с "рыцарем" в Азкабан попадали и их сеньоры, большинство Старших семей решили прекратить столь непредсказуемую практику.

-- Но ведь как-то Лорды должны были проверять своих "рыцарей"?

-- Вы правы. В каждой достаточно старой магической семье есть специально приспособленный для этого артефакт. Но поскольку ваш погиб вместе с вашим домом, нам с вами придётся отправиться в Палату Лордов.

-- Надеюсь не с помощью телепорта? - нервно спросил Гарри, вспоминая "незабываемые" ощущения, вызванные перемещением.

Услышав замечания мальчика, адвокат улыбнулся.

-- Разумеется, нет, сэр. Я, как и вы, при путешествии предпочитаю в первую очередь комфорт. Никогда не понимал аппарации. Будь у нас чуть больше времени, можно было бы воспользоваться магловским такси, но поскольку Палата скоро закроется, нам придётся воспользоваться "Летучим порохом".

-- Чем? - не понял мальчик.

-- Вы никогда не пользовались каминной сетью? Ну, тут нет ничего сложного, берёте горсть порошка и бросаете его в камин, при этом говоря, куда хотите попасть. Смотрите.

Взяв из горшка щепотку пороха, Томас шагнул в камин и бросил его в огонь. Пламя вспыхнуло, загудело, изумрудно-зеленые языки взметнулись выше человеческого роста и увлекли с собой мистера Райли.

Отбросив страх, Гарри шагнул в огонь вслед за своим адвокатом.

Пламя показалось ему приятным ветерком. Взяв в руку пригоршню пороха, мальчик бросил её в огонь.

-- Магическая Палата Лордов!

Огненный вихрь завертел его волчком и понес вверх. Свист пламени оглушительно бил по барабанным перепонкам.

Конечно, по сравнению с порталами камины оказались значительно лучше, но всё равно ощущение было не из приятных.

Огненный вихрь крутил мальчика с такой скоростью, что казалось его вот-вот разорвёт на части. Вихрь продолжал вращать его, струи, овевавшие щеки, становились все холоднее. Украдкой поглядывая сквозь пламя, Гарри видел, как один за другим проносятся мимо расплывчатые пятна горящих каминов и примыкающие к ним части гостиных.

Наконец, всё закончилось. И дезориентированный юный маг выпал на ступени мраморного холла. За своё короткое путешествие он внёс в свой чёрный список ещё два способа передвижения.

"Не огорчайся. Мой Мастер тоже недолюбливал эти дыроколы. На короткое расстояние он всегда передвигался с помощью "Тропы Теней", а на большие только специальными стационарными порталами. Вот с ними таких проблем не возникало никогда", -- подбодрил его амулет.

"Научишь?" -- с надеждой спросил мальчик.

"Безусловно. Думаю, "Тропы" ты сможешь освоить уже года через два, а с заграницей придётся подождать. По крайне мере курса до пятого. Всё же высшая пространственная магия, это тебе не "Люмос".


Палата Лордов


Палата Лордов завораживала и подавляла. Монументальные мраморные колонны, упирающиеся в покрытый причудливой мозаикой потолок, производили впечатление чего-то незыблемого. Если Хогвартс восхищал, то здешнее убранство подавляло, подчёркивая превосходство своих создателей над простыми смертными.

От изучения величественного зала Гарри отвлекло появление Томаса. Приблизившись к юному магу, адвокат с почтительной улыбкой произнёс.

-- Лорд Поттер, пойдёмте. Нам предстоит достаточно долгий путь. А времени осталось не так много.

Дождавшись утвердительного кивка мальчика, юрист быстро зашагал в сторону видневшегося выхода.

Чем дальше они отходили от приёмной, тем более величественными выглядели помещения. Было видно, что строившие это место аристократы сделали все, чтобы запечатлеть своё неувядающее величие и нерушимость своей власти.

Гарри искренне любовался окружающими их галереями. Они несли в себе чувство уверенности в завтрашнем дне. То, чего нынешнему магическому миру так не хватало.

-- Лорд Поттер, что вы знаете о Палате Лордов? -- неожиданно спросил своего попутчика Томас.

-- Крайне мало. Но я буду признателен, если вы мне расскажете о ней, -- вежливо ответил Гарри.

-- Как вам будет угодно. Палата Лордов возникла в четырнадцатом веке и на тот момент состояла исключительно из представителей Старшей Аристократии. На момент создания пользовалась значительно большей властью, чем избираемый Визенгамот.

Но начиная с восемнадцатого века ситуация стала меняться. Многие Старшие Роды прервались, и на их место пришла Младшая Аристократия. Постепенно полномочия Палаты ограничивались, и в настоящее время она играет роль скорее некого памятника старины, чем реально действующей организации.

Но ещё в начале этого века Палата Лордов имела нешуточный вес в политике Магической Британии. В частности именно Верховный Лорд принял судьбоносное для Англии решение об отказе на так называемый "Ультиматум Гриндевальда", который привёл к ужасающей войне, но позволил сохранить магическому миру независимость.

К сожалению, в огне той войны остатки Старшей Аристократии были уничтожены почти полностью, и более чем пятисотлетняя история господства Палаты Лордов ушла в прошлое.

На её место пришло донельзя аморфное, но зато крайне легитимное и столь же коррумпированное Министерство Магии, которое раньше было лишь второстепенным органом контроля взаимоотношений магов и маглов. -- На этих словах, Томас, дав волю чувствам, скривился.

-- Похоже, вы недолюбливаете Министерство? -- задумчиво произнёс юный маг.

-- А за что его любить? Лорды поддерживали стабильность и порядок в стране веками, не давая таким маньякам, как Тёмный Лорд, даже шанса появиться. За всю историю существования Палаты Лордов в Англии не появилось ни одного мага, подобного Тёмному Лорду. Ведь даже Гриндевальд пришёл к нам из Швейцарии.

Хотя стоит признать, что сами они не отказывали себе в использовании тёмной магии, а подчас и сами Верховные Лорды были откровенно тёмными, но их разборки никогда не трогали мирное население. Да и остальные представители Старших Семей не давали главе Палаты забыть о своих обязательствах перед Миром Магии.

-- Не хочу задеть ваши верноподданнические чувства, но в честных чиновников, особенно такого высокого ранга, верится с трудом.

-- Вы правы, лорд Поттер. Все мы люди. И у каждого из нас есть свои изъяны. Просто я хочу сказать, что есть огромная разница между пронырливым политиком, который хитростью и обманом занял пост в Министерстве, и магом, чьи предки веками управляли страной.

Тут поневоле задумаешься не только о сиюминутной прибыли, но и о том, что ты оставишь в наследство своим потомкам. Набитый золотом сундук или благоустроенную страну. Причём почти всегда Лорды выбирали второе. Если с государством всё в порядке, деньги всегда будут под рукой, а если нет, то даже самый большой сундук рано или поздно опустеет.

Именно баланс между личной выгодой и процветанием общества сделали Палату Лордов столь эффективным средством управления. То, чего нынешнему министерству, увы, не хватает.

-- Странные слова для профессионального адвоката. Не боитесь, что они попадут не в те уши?

-- Нисколько. Моя позиция прекрасно известна всем заинтересованным сторонам. К тому же, я весьма обеспеченный человек. Конечно, до вас мне далеко, но свои десять тысяч галеонов на чёрный день я уже заработал. Или вы думаете, что в вашей афере меня привлекли только деньги? Отнюдь. Куда важнее для меня была возможность прищемить хвост Фарджу с его кабинетом.

После чего заговорщицки подмигнул мальчику. Гарри позволил себе слегка улыбнуться. Похоже, он недооценил мистера Райли. За невзрачной внешностью скрывался не только изощрённый ум и поистине змеиная хитрость, но и железная воля, позволившая Томасу, несмотря на государственный пресс, сохранить свои убеждения.

Наконец из очередного богато украшенного коридора они попали в поистине огромный зал. Даже легендарный Главный Зал Хогвартса мерк перед этим величественным памятником старины.

Все стены зала были покрыты бесчисленными гербами в человеческий рост. Приблизившись к одному из них, юный маг с удивлением понял, что перед ним находится хитроумно замаскированная под настенное украшение дверь.

-- Это Зал памяти, -- пояснил мальчику адвокат. -- Каждый Род, когда-либо имевший честь заседать в Палате Лордов, отображён здесь. И как вы видите, это не просто старые барельефы. Каждая дверь ведёт в личные покои своего обладателя. Предполагалась, что возможность вернуться сюда будет некой формой благодарности за верную службу на благо государству. К сожалению, большинство представленных здесь родов давно оборвались, но в память о них их покои никто не трогает. А теперь встаньте сюда. И положите руку вон туда.

С этими словами адвокат указал Гарри на небольшой постамент посередине зала.

Не дожидаясь, пока Томас повторит свою просьбу, юный маг двинулся к указанному объекту. Томас остановился в шаге от него и положил руку ему на плечо. Мрамор под пальцами мальчика оказался неожиданно холодным.

Секунду ничего не происходило, а затем руку мальчика неожиданно пронзило лёгким электрическим разрядом. Тихо шипя под нос проклятия, Гарри бросил испепеляющий взгляд на Томаса и растерянно замер.

Обстановка изменилась. Вместо бескрайнего Зала Памяти они стояли в небольшой комнате, выдержанной в ало-жёлтых тонах. Почти всё пространство комнаты занимала небольшая кровать и висящий на всю стену герб семьи Поттеров. Скачущий золотой олень на красном фоне. Прощальный подарок почивших в Лете Певереллов.

Гарри непроизвольно хмыкнул. Этот герб отлично подходил его отцу. Непреклонному борцу со злом, последнему паладину. Столь же твёрдому в своих убеждениях, как и слепому к окружающей его действительности. Не удивительно, что его в конечном итоге сразили не на поле боя, а у домашнего очага. Быть сброшенным с доски -- такова участь любой пешки.

И меньше всего он подходил Гарри. Быть пушечным мясом в игре мальчик не собирался. Лично мальчику больше импонировал волк. Бесконечно преданный друзьям и столь же беспощадный к своим врагам. Готовый рвать своих противников без жалости на части. Умный и жестокий, он вызывал у юного когтевранца искреннее восхищение. Но приходилось жить с тем, что было.

Выныривая из своих мыслей, Гарри вернулся к окружающей действительности.

За время, пока юный маг пребывал в своих мыслях, Томас уже вовсю делал магические пассы. Закончив колдовство, он дотронулся до герба Поттеров палочкой и выжидательное посмотрел на мальчика.

"Дотронься до герба палочкой", -- поторопил мальчика амулет.

Глубоко вздохнув и приготовившись к сюрпризам, юный маг достал палочку и дотронулся до древнего холста.

Как только они соприкоснулись, древний холст ожил. Он начал стремительно светлеть, пока окончательно не стал девственно-белым.

Но в таком состоянии он пребывал считаные мгновения. Затем он вновь стал заполняться. Но теперь уже витиеватыми письменами.

С трудом Гарри осознал, что перед ним медленно проступает генеалогическое древо Поттеров. К тому, что на старинном полотне проступило и его имя, мальчик отнёсся философски. Подумаешь, родовое древо само обновляется.

И не такое видели.

Дождавшись, пока семейное древо окончательно проявится, юный маг по наитию перевёл палочку на своё имя.

Тут же картинка вновь сменилась. Большинство записей вновь растворилось внутри полотна. Имя последнего представителя рода Поттеров переместилось в самый центр холста, и от него начали отходить множество отростков.

Сверху своё законное место заняли записи о погибших родителях. По бокам было пусто, а сразу под именем мальчика была изображена маленькая корона, символизирующая то, что этот представитель Рода на данный момент является Лордом.

Но мальчика больше всего интересовало не это, а две уходящие от его имени вертикально вниз пунктирные линии. Имена его неожиданных вассалов ввергли мальчика в состояния лёгкого шока.

"Это обман зрения? Ты видишь то же, что и я? Или я всё же, наконец, сошёл с ума?" -- мысленно обратился к наставнику мальчик.

"Не знаю. Какова вероятность, что мы сошли с ума одновременно? Мне всегда казалось, что безумие не передается. Но мне кажется, у нас есть ещё один независимый эксперт. Давай спросим нашего гида?" -- столь же неуверенно ответил мальчику амулет.

-- Томас, будьте так любезны, прочтите, пожалуйста, имена моих вассалов вслух. А то меня, кажется, прокляли.

-- Как вам будет угодно, - ответил адвокат, склоняясь над полотном. - Вашими "рыцарями" являются леди Гермиона Джин Грейнджер и леди...

На втором имени юрист завис так же, как минуту назад до него Гарри. Похоже, данное имя было знакомо юристу не понаслышке. Несколько раз моргнув и убедившись, что это не обман зрения, собравшись, он закончил.

-- И леди Дафна Гринграс.

Дождавшись, пока мистер Райли придёт в себя, Гарри поинтересовался.

-- Томас, вы можете мне объяснить, как наследница одного из самых древних магических Родов оказалась у меня в качестве "вассала"?

-- Боюсь, только сама леди Гринграс способна ответить на этот вопрос, -- огорчённо ответил Томас.

-- И это всё? Никаких предположений? -- не поверил мальчик.

-- Тут всё зависит от того, каковы были ваши отношения до того, как она отправилась на каникулы. Скажите, не предлагала ли она вам свою службу? Или нечто подобное?

-- Предположим, что да, -- не стал вдаваться в подробности Гарри.

-- Ну, тогда чисто теоретически, леди Дафна могла, ссылаясь на данную вам клятву, отречься от рода Гринграс в пользу рода Поттеров. После чего магия рода Поттеров автоматически сделала её вашим вассалом. Это, кстати, является довольно старым трюком.

-- Трюком? - не понял когтевранец. - Но что она выиграла, отказавшись от титула наследницы Гринграс?

-- Свободу. Да и к тому же она фактически ничего не потеряла. Титул рыцаря "сохраняет" за ней большинство привилегий. Разве что её дети уже не будут аристократами, если, конечно, их отцом не будет представитель Старшей Аристократии.

-- Но зачем ей всё это понадобилось?

На этот вопрос мистер Райли промолчал, загадочно улыбаясь. Зато ожил наставник.

"Ты полный гриффиндорец! Неужели не понятно, что как наследница Гринграс, она должна была выйти замуж за представителя Младшей Аристократии, чтобы сохранить линию Рода. Её муж бы стал Лордом-Консортом. Что нашу "снежную королеву" не устраивает. Зато теперь её руки развязаны. Берегись, Гарри, похоже, мисс Гринграс выбрала себе будущую жертву. И настроена она крайне серьёзно, раз решилась порвать с Родом. А перед целеустремлённым Аналитиком пасуют даже такие манипуляторы, как Дамблдор. Так что готовься к скорой и неизбежной свадьбе". -- К концу спича голос наставника всё больше сочился ехидством.

Но придумать достойный ответ Гарри не успел.

Неожиданно палочка обожгла руку юного мага холодом. Мальчик попытался рефлекторно бросить её на пол, но пальцы приклеились к деревянному корпусу. Правая рука больше не подчинялась воле когтевранца.

А ледяные щупальца начали быстро подыматься от его ладони, захватывая всё большие пространство. Гарри попытался закричать, но из горла вырвался только жалобный хрип.

Через несколько мгновений холод добрался до головы, и сознание мальчика неожиданно накрыла ледяная ярость.

Последнее, что запомнил мальчик, было, как уже не подвластное ему тело подняло палочку и, направив её на стену, прошипело:

-- Iter tenebricosum!

После чего сознание Гарри Поттера было окончательно выдавлено на периферию мозга.


Рассмешить Бога


Директор школы магии и волшебства Альбус Дамблдор, устало откинувшись в своём кресле, размышлял о событиях сегодняшнего дня. Как глупо -- отсутствие одной крохотной детали грозило разрушить такую красивую комбинацию.

И эту деталь звали Гарри Поттером. Мальчик опять сумел спутать ему все карты, неожиданно исчезнув с территории замка. Каково же было его удивление, когда на просьбу о совместном ужине с мистером Поттером ему сообщили, что никак не могут найти мальчика.

В этот момент дверь кабинета открылась. В кабинет вошла профессор МакГонагалл. Вид у вечно собранного декана Гриффиндора был довольно помятый.

Не дожидаясь реакции женщины, Дамблдор спросил, тщательно стараясь спрятать своё волнение:

-- Минерва, вы нашли его?

-- Нет, Альбус. Мальчик как будто сквозь землю провалился. Как нам удалось узнать от его соседей, днём к ним в башню прилетела сова с неким посланием, после чего мальчик быстро собрался и покинул гостиную. С тех пор они мистера Поттера не видели. Отследить, куда он направился дальше, не представляется возможным.

-- Понятно, -- пробормотал директор. Минерва не сообщила ему ничего нового.

Вот уже больше часа с самого момента обнаружения пропажи ученика в Хогвартсе творился самый настоящий аврал. Все учителя были подключены к поиску юного когтевранца.

-- Альбус, как думаешь, с мальчиком всё в порядке? -- в голосе "железной леди" послышались явные нотки волнения.

-- Не беспокойся, Минерва. Я уверен, что сын Джеймса не даст себя в обиду. Наверняка он сейчас сидит где-нибудь в "Сладком Королевстве" и пьёт сливочное пиво.

-- Наверное, вы правы, директор, -- согласилась с Дамблдором профессор трансфигурации.

-- Вот именно. И всё же мистера Поттера стоит найти. Ведь рядом находится Запретный Лес, и вот там мальчику действительно может угрожать опасность. Поэтому, Минерва, мы будем продолжать поиски.

Дождавшись, пока МакГонагалл скроется за дверью, директор бросил взгляд на стоящие в углу часы. До начала операции осталось всего двадцать минут.

Больше было откладывать нельзя. Похоже, придётся начинать без Поттера. Конечно, жалко терять такой замечательный повод заполучить доверие мальчика, но ничего, для его планов сгодится и простая ненависть к Тому и его сторонникам.

А в том, что мальчик скоро возненавидит самопровозглашённого Тёмного Лорда, старый маг не сомневался. Он сам об этом позаботился.

Гермиона вместе с родителями наряжала елку к предстоящему празднику.

Был канун Рождества. Девочка развешивала игрушки на дереве, а сама думала о школе.

Герми было жалко уезжать из Хогвартса, пусть даже всего лишь на рождественские каникулы. Там был ее второй дом.

Девочке было жаль расставаться даже на две недели со стенами уже ставшей такой родной школы, с библиотекой, которая постоянно манила ее своей необъятностью, и, что уж греха таить, ей было жаль расставаться с Гарри. Он стал девочке настоящим другом.

Но, сойдя с Хогвартс-экспресса и увидев счастливые лица родителей, Герми поняла, что не зря уехала на каникулы из школы.

Приехав домой, мама закатила пир по случаю приезда дочери. Весь следующий день они катались на лыжах. Но езда часто прерывалась на игру в снежки.

Вот тут все семейство Грейнджер превращалось в маленьких детей, которые валялись в снегу и дурачились. Домой они заползли поздно вечером.

На четвертый день каникул Грейнджеры отправились в гости к тете Аманде, младшей сестре мистера Грейнджера, которую гриффиндорка не видела с июля.

Женщине сказали, что девочку отправили учиться в колледж в другом городе, и что приезжать она будет только на каникулах. Мисс Грейнджер наготовила столько вкусностей, что Герми показалось, будто она уже вернулась в Хогвартс.

Трапезу закончили, когда время было далеко за полночь. Решив, что домой ехать не смысла, они остались с ночевкой, чему тетя Аманда была очень рада.

Наутро попрощавшись с тётей Амандой, чета Грейнджеров направилась домой.

Все остальные дни Гермиона и ее родители ходили по магазинам, покупая украшения для дома и подарки.

Пару раз плутание по магазинам приводили их на территорию Косого переулка. Здесь юная волшебница смогла вновь ненадолго окунуться в ощущение сказки. А заодно выбрать подарок для оставшегося в Хогвартсе Гарри.

Немного подумав, девочка решила подарить когтевранцу книгу по редким древним рунам. По неизвестным причинам юный маг питал к этой разновидности магии особую слабость. Когтевранец мог часами сосредоточенно выводить на листке пергамента вязь непонятных простому обывателю символов.

Из любопытства Гермиона однажды попыталась расшифровать написанное, но, к своему стыду, потерпела сокрушительное фиаско. Половины из рун просто не было ни в одном взятом ею справочнике.

Так что её подарок должен был понравиться мальчику.

В этот момент мама зашла в комнату и позвала девочку на ужин. Гермиона улыбнулась. Вечер обещал быть чудесным.

Неожиданно в дверь постучали.

Наземникус Флэтчер тихо выругался, поправляя сползшую на бок маску Пожирателя Смерти, и направился к ближайшему дому.

Весь этот маскарад ему не нравился. Чем ближе он подходил к крыльцу, тем сильнее у пожилого вора начинало сосать под ложечкой. Интуиция мошенника буквально кричала о том, что он направляется в ловушку. Но Наземникус старался заглушить её панические вопли.

Всё равно уже ничего не переиграть. Вся эта история очень не нравилась прожжённому жулику, и будь его воля, он никогда бы не согласился на такое, но идти против Дамблдора было сродни самоубийству.

Ещё во время войны с Тёмным Лордом Флэтчер не раз становился свидетелем расчётливой жестокости предводителя Светлых Сил, и если он хотел сохранить свою жизнь, то надо было периодически доказывать свою верность директору.

Именно тогда было заключено их странное на первый взгляд соглашение. Он помогает Альбусу в его, мягко говоря, сомнительных делишках. За что Дамблдор прикрывал его от нападок со стороны министерства.

Расчёт полностью оправдался. Во время войны Альбус предпочитал посылать на смерть менее значимых для Ордена фигур, нежели старина Наземникус. Так не самый сильный маг сумел пережить страшнейшую магическую войну столетия.

Но даже после падения Тёмного Лорда нужда в услугах мастера пера и кинжала не пропала, хотя и значительно уменьшилась. У лидера Света иногда случались затруднения, которые мог решить только пройдоха Наземникус.

Но ему было грех жаловаться. Каждая акция приносила ему целую гору золота и несколько беззаботных недель в самых злачных заведениях Магического Мира.

И всё равно, когда поступало задание, подобное сегодняшнему, Наземникус чувствовал себя последней сволочью.

Да и способен ли обычный человек на такое? Навряд ли. Разве что слетевшая с катушек Беллатриса или её муженёк Рудольфус. Но он же, в отличие от них, не был получающим наслаждение от боли своих жертв чудовищем. У него просто не было другого выбора! По крайней мере, Флэтчер старался себя в этом убедить. Подойдя к двери, Наземникус выбросил все эти философские рассуждения из головы.

Главное работа. Он же профессионал. Подумать о моральных аспектах операции можно будет и позже. Когда деньги, полученные от Дамблдора, закончатся.

Постучав в дверь, он стал ждать.

С той стороны послышались шаги, и входная дверь с лёгким щелчком отворилась.

-- Ступефай! -- ударившее в упор парализующие заклинание не дало появившемуся в проёме мужчине ни шанса.

Не дожидаясь, пока обезвреженное тело сползёт на пол, Наземникус быстро прошёл в коридор.

На непонятный шум в коридоре с кухни выглянула обеспокоенная женщина. Через секунду она разделила участь своего незадачливого супруга.

Всё же годы, проведённые на войне с Пожирателями, не прошли даром. Всё складывалось неожиданно легко.

Но вот дальше начались трудности.

Последняя обитательница и по совместительству главная цель рейда оказалась неожиданно крепким орешком.

Как только он вломился на кухню, его встретил направленный Ступефай. Еле увернувшись в узком дверном проеме, он ответил девочке тем же.

К удивлению ветерана Ордена Феникса, юная волшебница приняла его оглушающие заклинание на достаточно неплохой Протего.

Установился некий паритет. Началась игра в салки. Он посылал в девочку "оглушающие", а она принимала его на щит. А бить чем-то более сильным ему категорически запретили.

Но вскоре малышка начала уставать. Всё же разница в резерве между первокурсницей и взрослым магом была колоссальной.

Но она продолжала отчаянно драться, видно надеясь, что в Министерстве засекут их маленькую дуэль, даже не подозревая, что на весь квартал наложены специальные глушащие чары.

И даже если он начнёт кидаться в неё Авадами, никто не придёт ей на помощь. Но у него был другой приказ, поэтому девчонка должна была остаться целой и невредимой.

Неожиданно выражение лица девочки изменилось. Её взор приковала точка за его спиной. В глазах малышки легко читался страх, удивление и надежда.

Против своей воли Наземникус обернулся и поражённо замер. Стена за его спиной потемнела и начала быстро покрываться инеем, под которым отчётливо проступил человеческий контур. На него со стены смотрели полыхающие ненавистью чёрные глаза. Тень, которой они принадлежали, с каждым мгновением становилась всё плотнее, в глубинах её зрачков всё больше разгоралось торжество.

Повидав многое на своём веку, мошенник не выдержал.

Напрочь забыв о девочке, он направил на гостя из-за Грани палочку и прохрипел:

-- Авада Кедавра!

Зелёный луч, сорвавшийся с палочки вора, развеялся на полпути, не причинил никакого вреда пришедшему существу.

А оно между тем окончательно материализовалось и, отделившись от стены, сделало свой первый шаг в этом мире.

Температура в комнате сразу стала минусовой. Из-за рта Наземникуса повалил густой пар.

К удивлению вора, вид у гостя был вполне человеческим. Он бы даже сказал детским. Перед ним стоял обычный двенадцати-тринадцати летний подросток... Если бы только не эти бездонные угольно-чёрные глаза с застывшей в них ледяной ненавистью.

В этот секунду из-за спины Наземникуса послышался сдавленный шёпот девочки:

-- Гарри?

На что существо лишь презрительно ухмыльнулось.

От его улыбки Наземникуса пробил холодный пот. Вор со стажем не был сопливым юнцом и за свою долгую жизнь прошёл не один десяток смертельных схваток с самыми Тёмными Магами Англии.

Но перед этим созданием одним своим видом, внушающим страх, все его прошлые противники казались мелкими и несерьёзными. Да что там противники. Даже сам Тёмный Лорд на пару с великим Альбусом Дамблдором не вызывали у него такого суеверного ужаса, как он.

Собрав остатки мужества, старый пройдоха решил продать свою жизнь подороже. Вновь подняв палочку, он решил попробовать непростительное ещё раз.

Но даже дать последний бой ему не дали. Повинуясь взмаху руки существа, Наземникуса со страшной силой что-то ударило в грудь и отбросило к противоположной стене.

Раздался хруст, и Флэтчер понял, что в его грудной клетке не осталось не одного целого ребра. После осознания этого факта к авантюристу пришла ужасающая боль.

Не в силах пошевелиться, Наземникус с ужасом смотрел, как монстр медленно шагает к нему, сжимая в левой руке клубок полупрозрачных змей. Пришло осознание того, что если они его коснутся, то никакого посмертия для него не будет.

Но судьба оказалась вновь благосклонна к вору. Пройдя половину пути, демон остановился, к чему-то прислушиваясь, а затем повернулся к нему спиной.

Последнее, что заметил Наземникус Флэтчер перед тем, как потерять сознание, был звук массовой аппарации.

Не зная, кто появился во дворе семейства Грейнджеров, он всё равно пожелал им удачи. Это надо было уничтожить любой ценой. Иначе последствия могли оказаться действительно ужасающими.


В гостях у Гринграс


Стоя под чёрным, покрытым густыми облаками небом и глядя на окружающую его со всех сторон выжженную степь, Гарри отчётливо испытывал чувство дежавю.

За спиной раздался треск сухого кустарника. Уже зная, кого он увидит, юный маг обернулся.

-- Повторяешься. Не мог придумать ничего более оригинального? -- постарался съязвить мальчик в лицо вышедшему из зарослей человеку.

При этом, не смотря на окружающий мага ореол власти, безуспешно старался разглядеть каждую мельчайшую чёрточку собеседника. Стоило только отвести взгляд, как черты лица незнакомца тут же вылетали у него из головы.

Наблюдавший за его потугами мужчина только усмехнулся и язвительно заметил.

-- Ничем не могу помочь. Вся эта степь существует только в твоем подсознании. Я просто принял его условия, чтобы не тратить лишние силы на поддержание чуждого тебе образа. Так что единственный, у кого здесь проблемы с фантазией, это ты.

После чего его тон неожиданно потеплел.

-- Но я рад, что эти полтора года не прошли для тебя даром. В тот раз ты так и не осмелился поднять от земли глаза, а сейчас с поистине гриффиндорским упорством стараешься сломать мою иллюзию. Именно таким я и желал тебя увидеть, когда преподнёс тебе мой скромный дар.

-- Что произошло? -- постарался выяснить у мрачной фигуры мальчик.

-- Я ненадолго взял твоё тело в аренду. Боюсь, твоих навыков, к сожалению, не хватит, чтобы решить надвигающиеся проблемы, поэтому тебе пару минут придётся посидеть здесь, пока я не разрешу это маленькое недоразумение. Но это в первый и последний раз. В будущем тебе придётся разбираться с интригами уважаемого Дамблдора самостоятельно.

-- Кто ты, во имя Бездны, такой? И что тебе от меня нужно? -- Гарри почувствовал, что начинает злиться. С тех пор, как он вырвался из-под опеки всемогущего директора, мальчик терпеть не мог, когда им старались манипулировать.

-- Кто я? Я человек. По крайне мере был им когда-то.... Или ты спрашиваешь моё имя? У меня было много имён. И тебе они ничего не дадут. Можешь звать меня... Лорд Спрут. Пожалуй, это имя наиболее полно отражает мою суть. А насчёт того, что я от тебя хочу, всё просто. Мне нужно, что бы ты стал независим.

-- Зачем? Какова твоя цель? - мальчик попытался вернуть разговор в конструктивное русло.

-- Моя цель проста. На данный момент она заключается в том, что бы вырастить из тебя того, кто сумеет противостоять надвигающемуся кризису. Если всё пойдёт так, как сейчас, то магический мир обречён. Через пару лет, если победит Том, или десятилетий, если победа останется за Дамблдором. В любом случае, такой исход не желателен.

-- Но это не объясняет, зачем тебе понадобился я. Раз ты такой великий, почему сам не наведёшь нужный тебе порядок.

-- Не путай причину и следствие. Как взмах крыльев бабочки может вызвать ураган, так и моё прямое вмешательство способно вызвать пространственный коллапс. На это я пойти не могу. Ты альтернатива. Не идеальная, но вполне приемлемая. Можешь считать, что я в этой Игре поставил на тебя и искренне желаю твоей победы.

-- Нашёл себе гладиатора! -- взорвался мальчик.

-- Ты очень точно уловил аналогию. Сейчас ты находишься на арене, с которой в живых уйдёт только один. И я хочу, что бы этим единственным стал ты.

От последних слов Спрута ненависть накрыла юного мальчика с головой. Мир вокруг мелко задрожал и начал стремительно менять свои очертания. Пожухлый кустарник вокруг вспыхнул синим пламенем.

Скорее по наитию, чем осознавая, что делает, Гарри мысленно скатал свою ярость в один сверхплотный комок и бросил его в сторону врага. Задыхаясь от злости, мальчик прорычал:

-- Я тебе не игрушка!

В ту же секунду фигуру мага смело с поляны, но на прощание в голове у мальчика послышался смех великого мага. А потом поляну огласил тихий шёпот:

-- Хорошая работа. Ты оправдал самые смелые мои ожидания. Твое желание быть независимым просто поражает. Но запомни, в этой жизни есть только две роли. Кукла и кукловод. Но дошедшая до конца пешка может сама стать Игроком. -- И после секундного молчания вновь продолжил весёлым тоном, -- а знатно ты приложил эту Дамблдорскую псину.

-- Что здесь, во имя Бездны, творится? -- очнувшись от наваждения, невольно произнёс Гарри, наблюдая, как сразу три волшебные палочки оказались направлены на него.

"Вкратце? Наше дело полное Scheisse. Теперь от звания нового Тёмного Лорда уже не отмахнёшься. Оглянись вокруг".

Моргнув, мальчик огляделся. Степь исчезла. Он оказался посреди разрушенной гостиной. Казалось, что здесь прошёл небольшой ураган.

С удивлением когтевранец заметил, что кроме трёх взрослых магов с палочками наизготовку в комнате присутствуют ещё двое действующих лиц. Одетое в чёрное трико тело в дальнем углу комнаты можно было не брать в расчёт.

Кроме прибывающей в лёгком ступоре Гермионы, Гарри с удивлением заметил за спинами магов наблюдающую за происходящим Дафну.

Понимая, что такими темпами от подобного театра абсурда он скоро сойдёт с ума, юный маг взмолился.

-- Может быть мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

-- Не знаю. Вы позвали меня, мой Лорд. Я пришла и привела помощь, -- лаконично ответила слизеринка из-за спин магов. Те синхронно кивнули.

"Что я сделал?" -- Гарри почувствовал, как его мозг вовсю кипит.

"Позвал. Тоже одна из возможностей вассальной связи. Или ты думал, что чёрная метка изобретение Волди? Нет, он просто довёл этот вид магии до абсурда", -- вновь встрял амулет.

-- Герми... -- Гарри захотелось расспросить о случившимся девочку, но та прибывала в состоянии близком к шоковому. Поняв, что сейчас от неё ничего не добьётся, юный маг обратился к наставнику:

"Прошу, можешь объяснить, куда я вляпался на этот раз по вине твоего создателя?"

"Правда не понимаешь? Хорошо, давай с начала. Что последнее ты помнишь?"

"Палату Лордов", -- признался мальчик.

"Хорошо, -- неожиданно легко согласился амулет.-- Посередине разговора с мистером Райли ты подвергся ментальному воздействию, после чего применив "Тропы Теней" переместился сюда. Кстати предупреждаю, надо сразу решить, что мы будем с ним делать, а то "Тропы" и во времена Основателей были несколько сомнительным видом передвижения, а сейчас беспощадно заклеймены, как жутко тёмная магия".

"Постой! Ты же должен был защищать мой разум от проникновения?"

"Каким образом? Он мой создатель! Разумеется, у него есть способы преодолеть мои щиты. Ведь он сам их накладывал", -- пробурчал наставник. Похоже, признаваться в своём бессилии для его самолюбия крайне трудно.

"Что было дальше?" -- постарался сгладить неловкость мальчик.

"Ты перенёсся сюда, по пути наложив на себя "Вуаль Страха". Очень любопытное заклинание. Тоже, кстати, магия из раздела теней. Не только гасят большинство слабо заряженных плетений, но и деморализуют противника. Нечто подобное носят на себе те, кого местные называют дементорами.

Кстати, именно возможность разрушения слабых чар помогла тебе остаться в живых. Это подобие мага, лежащее в углу комнаты, попыталось создать непростительное. Но эта мразь настолько испугалась тебя, что так и не сумела напитать его Силой, за что и поплатилась. "Вуаль" выпила его за мгновение.

А дальше ты его приласкал простым всплеском грубой силы. Если честно, давно мне не приходилось наблюдать подобного. От стихийного всплеска не спасают никакие щиты. Как тебе это удалось? Или это тоже работа моего бывшего хозяина?"

Вспомнив, как Спрут виртуозно вывел его из себя, Гарри признался:

"Это уже я. Но ты мне так и не ответил, где мы и что здесь произошло?"

"Откуда мне знать? Хотя судя по косвенным уликам, например, присутствия здесь твоей гриффиндорки, мы находимся в гостях у семейства Грейнджеров. И только что они подверглись нападению неизвестного мага. И мы прибыли, как полагается, в последний момент".

"Хочешь сказать, что кто-то посмел напасть на Герми? Кто за этим стоит?"

-- в голосе Гарри зазвенел металл.

"Мало данных для того, чтобы делать выводы, но я думаю, что наш пленник даст нам все ответы", -- подержал мальчика амулет. - А сейчас надо переместиться в более безопасное место. Мало ли кто ещё заглянет на огонёк. Попроси телохранителей нашей милой барышни переместить нас в её поместье. Я столько легенд слышал о знаменитых подвалах Гринграс, думаю, нашему другу не помешает убедиться в их достоверности".

Гермиона молча лежала, глядя в потолок специально выделенной для неё комнаты.

События последних часов казались девочке сюжетом плохого ужастика. Хотелось спрятаться под одеялом и забыть сегодняшний день, как ночной кошмар.

Такого просто не могло произойти! Только не с ней! Не в месте, где она всегда чувствовала себя в безопасности.

Но реальность жестоко разбила иллюзии юной волшебницы. Нападение на её дом наглядно показало, насколько её домашнее счастье хрупко.

И она ничего не смогла сделать для защиты своих самых дорогих людей. Страшно представить, что могло бы произойти, если бы не Гарри...

Девочка вздрогнула, вспомнив, как выглядел её друг в момент появления.  Такого страха она не испытывала никогда в жизни. Казалось, что источаемую мальчиком ауру всепоглощающего ужаса можно было потрогать руками. Хотелось бросить всё и бежать от него без оглядки. Но, между тем, он завораживал. Несмотря на желание спрятаться, было невозможно отвести от когтевранца взгляд. Сила, окружающая в тот момент мальчика, была прекрасна некой чужеродной и противоестественной красотой, которую девочка затруднялась описать.

Нечто подобное Гермиона испытывала, смотря с вершины Астрономической Башни вниз и невольно представляя, как она может сорваться. Крайне противоречивое чувство.

В этот момент раздался еле слышный стук в дверь.

Приподнявшись, Гермиона нашла в себе силы произнести:

-- Открыто.

Дверь бесшумно отворилась, и в комнату тихо проскользнула Дафна.

Гриффиндорка мысленно сжалась. Хоть они в Хогвартсе и виделись довольно часто во время заседаний "Щита", но даже привыкнуть к этой молчаливой слизеринке, не смотря на все старания, у неё никак не получалось.

Слишком уж она была отчуждённой. У Гермионы иногда промелькала мысль, что ей было бы легче поладить с нахальным Малфоем, чем с этой "Снежной Королевой".

Конечно, гриффиндорка понимала, что относится к Дафне предвзято, но поделать с собой ничего не могла. Слишком уж они были разными.

Не обращая внимания на душевные терзания пострадавшей, Дафна села на стул рядом с кроватью и тихо произнесла:

-- Мы закончили. Все следы нападения на тебя устранены. Дом восстановлен. Память всех свидетелей нападения подверглась коррекции. Но, несмотря на это, я рекомендую остаток каникул провести в моём доме.

-- Хорошо, -- облегчённо вздохнула Гермиона. С души девочки упал исполинский камень. То, что с её родителями всё нормально, сильно подняло настроение девочки. Но заметив, что Дафна не собирается покидать её комнату, спросила. -- Что-то ещё?

-- Моя семья хочет предложить тебе коррекцию памяти. Думаю, теперь, когда на твой дом наложены защитные чары, тебе незачем помнить о случившемся. Будет проще, если ты просто забудешь о произошедшем.

Гермиона задумалась. И правда, почему бы просто не забыть? Не вернуться к привычной и спокойной жизни. Вновь стать той беззаботной девочкой, которой она была несколько часов назад.

Но через секунду гриффиндорка, устыдившись, отбросила предательские мысли прочь. Не так её воспитали, что бы она, подобно страусу, прятала голову в песок. Этим проблему не решить. Всем жизненным тяготам надо противостоять с высоко поднятой головой. Только так их можно преодолеть.

-- Нет, спасибо. Дафна, ты не знаешь, где Гарри? Мне надо с ним серьёзно поговорить.

Смерив гриффиндорку пустым взглядом, Гринграс ответила:

-- В подвале. Наш Господин попросил разрешение присутствовать на допросе.

-- Каком допросе?! Постой! Почему ты назвала его нашим Господином?!

Гарри удовлетворённо улыбнулся, смотря на бьющегося в истерике мужчину.

Преданности мистера Наземникуса хватило менее чем на час. Всё-таки палачи рода Гринграс не зря ели свой хлеб.

И теперь бывший герой войны торопливо, со всеми подробностями, рассказывал о своей деятельности под покровительством добрейшего волшебника.

И чем больше фактов из жизни великого светлого мага всплывало наружу, тем сильнее Гарри хотелось повесить старика на его собственной бороде.

Мальчик давно свыкся с мыслью, что он, мягко говоря, не ангел, но по сравнению с директором его собственные грехи казались столь мелкими, что ими можно было пренебречь.

И пробрало не только его. Даже циничный наставник признался, что будь у него волосы, они бы встали дыбом.

Планомерно подводить Магическую Англию к неизбежному уничтожению ради утоления личного тщеславия было поистине дико. Даже идеи Волди меркли перед всей грандиозностью безумия директора.

В том, что старик не в своём уме, ни наставник, ни тем более мальчик больше не сомневались. Никто в здравом уме на такое просто бы не пошёл. Ни Тёмные, ни Светлые.

Светлым бы помешала их, так называемая совесть, а Тёмные всегда были рационалистами. Они прекрасно понимали, что мир один и их детям придётся в нём жить.

Даже маглы в середине двадцатого века поняли это и запретили ядерное оружие.

Но победителя Гриндевальда подобные мелочи не останавливали. Ради утоления своего тщеславия старик не останавливался ни перед чем.

Как удалось выяснить, именно великий Дамблдор продавил большинство, мягко говоря, не очень умных законов, принятых Министерством за последние пятьдесят лет. Чего стоит только "Статус о секретности", фактически полностью уничтоживший действующий внутри страны на протяжении столетий механизм отбора новых членов для Магических Родов. И накрепко привязавший не способных колдовать вне стен замка детей к Хогвартсу, где за ними пристально следило неусыпное око директора.

А то, что из-за него за последние двадцать лет средний уровень магов значительно снизился, так это пустяки. Именно с подобных законов и началась деградация волшебного мира, приведшая, в конце концов, к появлению Тёмного Лорда.

Тот тоже был не подарочек, особенно к концу своего правления, но теперь стало окончательно понятно, почему столь многие аристократы встали на его сторону.

Даже не понимая причин происходящего, они видели, что надо было что-то менять и быстро. И Волди стал для них единственным шансом. К сожалению, неудачным.

Как итог, Дамби окончательно потерял чувство меры, объявив аристократию вселенским злом и заклеймив Слизерин обителью тёмных магов.

Те не остались в стороне. И сейчас даже нейтральные Роды, не принимавшие участия в войне, готовы были порвать Дамблдора на Британский флаг. Но не могли. Момент был упущен.

У старого интригана была своя собственная карманная армия, готовая порвать любого за своего любимого вождя.

Так Магический Мир и жил уже на протяжении более чем десяти лет и прибывал в состоянии холодной войны.

Когда допрос был закончен, палач, собрав свой скарб, подошёл к мальчику и тихо, но так, чтобы узник услышал, произнёс.

-- Лорд Поттер, как вы и просили, теперь он полностью ваш.

Дождавшись, пока палач уйдёт, Гарри подошёл к Флэтчеру и пристально посмотрел в глаза великого афериста. Когда мальчик заговорил, по спине вора побежали мурашки.

-- Мистер Наземникус, меня нельзя назвать моралистом. За свои преступления вы заслужили смерть. И вы умрёте. Но я не садист. Попади вы ко мне в руки вчера вечером, я бы просто вас убил. Быстро и безболезненно. Хотя вы этого и не заслуживаете.

В этот момент прикованный маг заметил, как в глазах мальчика заклубился уже знакомый мрак. В голосе юного мага прорезалась сталь.

-- Но, к несчастью для вас, нападение на дом Грейнджеров лишило вас и такой малости, как лёгкий уход за Грань. Видите ли, мистер Флэтчер, я по своей природе собственник. И я терпеть не могу, когда на то, что принадлежит мне, покушаются.

Готовьтесь, мы с вами проведём множество захватывающих вечеров. Только вы, я и очень тёмная магия. Мне же надо практиковаться. Но не беспокойтесь. Я надеюсь, что скоро нашу сугубо мужскую компанию разбавят другие члены вашего славного Ордена. Во главе с вашим Лидером.


Заговор


Закончив с Наземникусом, Гарри устало покинул подвал.

Напряжение последних суток для мальчика не прошло бесследно. Физическая и моральная усталость начинала сказываться на состоянии юного мага.

Да и допрос Флэтчера не добавил бодрости. Цепной шакал Дамблдора выпил из юного мага все оставшиеся силы. После столь насыщенного дня Гарри хотелось только одного: спать.

Единственное, что согревало душу мальчика, это то, что мистеру Наземникусу Флэтчеру сейчас было значительно хуже, чем ему.

Изучая наследие лорда Спрута, Гарри не стал откладывать в долгий ящик и сразу начал обещанную вору экзекуцию. С помощью амулета вывернуть наизнанку структуру "Вуали Страха", после чего прикрепить её к резерву мошенника не составило особого труда. Амулет, немного поворчав, помог успешно осуществить юному экспериментатору данный проект.

Результат эксперимента мальчика порадовал. Судя по имеющимся у него данным, ему с наставником удалось создать поистине идеальное пыточное заклинание, действующее напрямую на разум, пробуждая и многократно усиливая самые потаённые страхи жертвы. Причём поскольку источником питания заклинания был сам узник, то сила воздействия магии на разум жертвы напрямую зависела от уровня самого узника. Например, если для среднего чародея эта величина была сравнима с воздействием пары дементоров, то для такого зубра, как директор, это число надо было умножить в несколько десятков, если не сотен раз.

А на маглов данные чары, похоже, вообще не должны были действовать. Инквизиция бы явно одобрила. Появись такое заклинание лет пятьсот назад, и маги исчезли бы с лица земли как вид. И никакие статусы секретности их не спасли. Но даже сейчас подобное заклинание могло оказаться очень полезно.

Но отдохнуть Гарри не дали. Прямо на пороге выделенных ему покоев мальчика перехватили его подруги. Вялая попытка скрыться с места преступления не увенчалась успехом. Взглянув в решительно настроенные лица девочек, Гарри понял, что он попал. Вздохнув, он приготовился.

-- Гарри Джеймс Поттер, -- грозно произнесла нависшая над ним Гермиона. -- Я требую объяснений.

Гарри засмотрелся на раскрасневшуюся подругу. Пылающая праведным гневом, она была прекрасна. Вот ещё бы все эти эмоции были направлены не на него, а то под испепеляющим взглядом гриффиндорки у юного мага возникли опасения насчёт целостности своей шкурки.

Встряхнув головой, когтевранец предложил.

-- Может хотя бы для начала пройдём внутрь? Похоже, разговор у нас будет долгим, - тоскливо вздохнул мальчик.

Когда через несколько минут девочки, наконец, разместились, полностью оккупировав его кровать, Гарри спросил:

-- Что тебя интересует?

-- Ну, во-первых, какого чёрта я оказалась твоим вассалом? И что, во имя Мерлина, здесь вообще происходит? Ведь ты знал, что подобное может произойти ещё несколько месяцев назад! Я слишком хорошо помню наш разговор в библиотеке! В какие игры ты играешь, Гарри Поттер? -- если бы взглядом можно было убивать, то юный маг давно бы отправился на тот свет. К счастью для мальчика, в семье Грейнджеров василисков не было, и он с честью выдержал.

Досчитав до десяти, Гарри молча достал из под мантии пухлую папку и протянул её девочкам.

-- Вот записи допросов. Читайте. Обо всём остальном мы поговорим позже.

Поняв, что выиграл немного времени, Гарри начал судорожно собираться с мыслями. Все попытки спросить совета у амулета натыкались на поставленные наставником блоки.

Похоже, вредный артефакт решил, что спасение утопающих -- дело рук самих утопающих. Видимо, ему придётся объясняться самому.

Пообещав в будущем припомнить предателю дезертирство, юный маг вернулся к своим мыслям.

К немалому удивлению мальчика, скоро его мысли вновь сползли к изучению и невольному сравниванию сидящих напротив него девочек.

Несмотря на все их различия, сейчас они казались когтевранцу настоящими сёстрами. Да в общем-то в этом не было ничего удивительного. Несмотря на все внешние различия, обе девочки отличались необычайным умом и смекалкой. И, по его скромному мнению, именно из-за этой схожести им так и не удалось поладить.

Они обе видели друг в друге качества, которых им самим не хватало. И в то же время они были абсолютно разными.

Гермиона была вспыльчивой, темпераментной, горячей, как огонь. Чем бы она ни занималась, делала это с горячим энтузиазмом и бурей энергии, просто не умея вовремя остановиться.

А Дафна была спокойной, молчаливой, даже холодной, "Снежной Королевой". При этом она была очень внимательной, умной и крайне рациональной личностью. Пожалуй, даже слишком.

Иногда ей не хватало именно этого внутреннего огонька, что полыхал в груди у юной гриффиндорки. Как и Герми спокойствия и собранности Дафны.

Ошарашенные девочки, наконец, закончив разбор документов, заметили пристальное внимание со стороны Гарри.

-- Это правда? -- дрожащим голосом спросила гриффиндорка, показывая на бумаги. -- Профессор Дамблдор правда сделал всё это? -- на последних словах голос девочки дрогнул.

Юный маг с жалостью посмотрел на чуть не плачущую Гермиону. Мальчик прекрасно понимал её. Сказка о волшебстве, давшая трещину есколько часов назад, окончательно разлетелась на кусочки. У юного мага возникло нестерпимое желание прижать к себе разбитую девочку и не отпускать, защищая её от внешнего мира. Но усилием воли когтевранец подавил этот посыл в зародыше. Надо было прежде всего поставить все точки над "и". И лишь потом бросаться в водоворот безумия. Видя, в каком состоянии находится подруга, Гарри ещё раз пообещал, что смерть великого Светлого Волшебника, Кавалера ордена Мерлина первой степени, Верховного чародея и прочее не будет ни лёгкой, ни тем более быстрой.

Да и достойное поссмертие для доброго дяди Дамблдора не мешало бы организовать по всем правилам заранее. Сразу, как только наставник подпустит его к изучению Некромантии. Благо не одним поднятием мертвецов славится эта крайне полезная грань искусства, но и способностью взаимодействовать с другими планами бытия. Благо, склонность к магии Смерти и Тени у него после одного Ритуала значительно обострились.

Дождавшись, пока Гермиона более менее придёт в себя, Гарри спросил:

-- Что ты хотела узнать?

-- Как давно ты знаешь об этом?

-- Подозревал с самого первого дня, но доказательства появились только что. Впрочем, давайте я начну сначала... -- задумчиво произнёс мальчик. После чего начал свой рассказ с того момента, как одной отнюдь не счастливой ночью младенца по имени Гарри Поттер подбросили на Тисовую улицу.

Они слушали о злоключениях маленького Гарри, открыв рот. За время, которое у него было, Гарри сумел несколько подкорректировать свою историю, полностью выбросив из неё все намёки на магический амулет. А так же на его тайные занятия.

Несмотря на то, что он был абсолютно уверен в преданности девочек, но их способности защитить свой разум вызывали некоторые опасения.

Но в остальном он как можно точно рассказал обо всём, что с ним произошло за последние десять лет. Вплоть до сегодняшнего дня. Когда Гарри закончил, на лицах его подруг застыло выражение глубокого сочувствия и раскаяния. Даже на лице Дафны появились виноватые нотки.

-- Гарри, мне жаль, что заставила тебя всё это вновь пережить, -- попыталась утешить его гриффиндорка.

-- Так нельзя обращаться со Старшими Аристократами, -- поддержала её слизеринка. Дафна хоть и знала достаточно много о тайной жизни юного мага, но о его дошкольных годах была в неведении.

Гарри почувствовал лёгкое раздражение. Жалость к себе он не переваривал.

-- Спасибо, конечно. Но вам не за что извиняться. Именно боль создала меня таким, каким я стал. Тогда я понял, что в этом мире надо надеяться в первую очередь на себя. А не на милость таких, как наш обожаемых директор. Кем бы я вырос на попечении сторонников Дамби? Ещё одной послушной марионеткой! -- услышав такое пренебрежительное сокращение имени директора, Гермиона по привычке вскинула голову, но промолчала.

-- За всю мою жизнь Дамби сделал для меня только одну хорошую вещь. Он позволил мне прозреть. И я непременно поблагодарю его за это. Прямо на его похоронах. А до тех пор пусть наш светлейший директор не лезет в мои дела. Разумеется, если он желает сохранить свою бороду в сохранности.

Теперь вы знаете всё. Что будете делать, решать вам. Я вам рассказал всё, что знаю. Можете думать сколько хотите. Я не буду вас неволить. Когда решите, сообщите свой ответ.

-- Я с вами, мой Господин, -- почти моментально донёсся лаконичный ответ Дафны. При этом он прозвучал так сонно, лениво и как-то обыденно, как будто это было чем-то само собой разумеющимся.

"А ты чего ждал? -- раздался в голове ехидный голос предателя. -- Она давно определилась с выбором. Для мисс Гринграс твои душевные терзания подобны бородатому анекдоту. Или ты думал, что она вот прямо сейчас даст задний ход?"

Довольный собой амулет вновь замолчал, оставив мальчика в тягучей тишине комнаты.

Пауза затягивалась. Гарри с тревогой наблюдал, как на лице подруги проступают следы внутренней борьбы. Герми буквально разрывалась от противоречивых желаний. Врождённое чувство дисциплины громко требовало от неё покинуть столь дурную компанию, задумавшую пойти против власти в лице директора.Авантюристка же требовала действовать, невзирая ни на какие запреты.

Гермиона заговорила, когда Гарри уже почти потерял надежду получить от неё вразумительный ответ. Посмотрев на мальчика, гриффиндорка тихо, но твёрдо произнесла.

-- Я с вами.


Возвращение в Хогвартс


К удивлению Гарри, оставшиеся дни Рождественских каникул в резиденции рода Гринграс пролетели тихо и незаметно. Даже слежка была откровенно ненавязчивой.

Хотя, по идее, за их весёлую компанию должна была активно взяться служба безопасности далеко не самой бедной магической семьи.

Впрочем, столь странный факт быстро получил достойное объяснение. Место, куда они перенеслись, было всего лишь одним из многих второстепенных законсервированных убежищ на территории Англии, созданных на случай как раз таких непредвиденных происшествий.

Хотя назвать роскошный двухэтажный особняк, стоящий посередине заснеженного леса, "обычным временным убежищем" у выросшего в чулане мальчика язык не поворачивался. Оставалось только гадать, как тогда выглядит родовое гнездо Гринграс, если то, что их окружало, было для девочки обыденностью.

За время каникул никто из старшего поколения семейства так и не появился. Зато на следующий день к ним на огонёк заскочила Астория.

Сначала девочка старалась поддерживать маску высокомерной аристократки, но скоро не выдержала и полезла к Гарри с расспросами, как о Хогвартсе в целом, так и о своей сестре в частности.

Младшая сестра Дафны неожиданно оказалась живым и искренним ребёнком, хотя и имеющим свои недостатки. К тому же, младшая Гринграс оказалась невероятно въедливой, когда дело касалась сестры, а особенно её личной жизни.

Такая любовь и забота не могла не умилять, но к концу вечера постоянные расспросы, чередующиеся подначками, начали юного мага порядком доставать.

И, судя по всему, не его одного. Гермиона весь день проходила красная как рак после того, как маленькая егоза спросила на весь зал, решили ли они, кто из них будет женой Гарри, а кто любовницей. И если нет, то когда решат.

От такой постановки вопроса все находящиеся в тот момент в зале выпали в осадок.

В том числе и присутствующая здесь же Дафна. И если когтевранец с гриффиндоркой просто пребывали в около обморочном состоянии, то слизеринка, похоже, всерьёз задумалась.

А Астория на направленные на неё гневные взгляды только мило улыбнулась, после чего желание злиться на девочку сразу же пропало.

Но, в общем, несмотря на появление в их компании маленького, но уже состоявшегося тролля, день прошёл в целом неплохо. Хотя Гарри уже заранее боялся представить, что произойдет, когда это маленькое чудо поступит в Хогвартс.

Оставалось надеяться, что девочка сумеет найти более лакомую жертву для своего острого язычка, нежели он. Причём у юного мага было даже несколько претендентов на роль жертвы Астории. Ну, например, Невилл. А то в последние время у него как-то не доходили руки до этого недобитого героя. Зато, если удастся сплавить на него младшую Гринграс, то за гриффиндорца можно будет не волноваться. Для мистера Лонгботтома следующий год станет поистине незабываемым.

Нет, Гарри не считал себя злопамятным. Он просто был тёмным с хорошей памятью и с вбитой с детства привычкой платить по счетам.

Стоя на платформе девять и три четвери, Гермиона вместе с родителями ждала прибытия поезда. Девочка то и дело теребила свисающий с шеи кулон, который Гарри ей подарил на Рождество. Он был сделан в виде голубой капельки на тонкой серебристой цепочке. На солнце кулон блестел, ослепляя отражающимися лучиками.

Как сказал мальчик, он являлся не только красивым украшением, но и достаточно мощным защитным артефактом. Ради интереса Герми спросила у Дафны, сколько такая вещь может стоить и, услышав ответ, изрядно растерялась. Не каждый день тебе дарят украшение стоимостью минимум в пятьдесят тысяч фунтов. И это по самым скромным подсчётам.

Услышав сумму, гриффиндорка постаралась вернуть столь дорогой подарок, но на все её попытки Гарри отвечал лёгкой улыбкой и качал головой.

Наконец, не выдержав, девочка прямо потребовала забрать кулон обратно, на что получила неожиданный ответ. Юный маг сделал лёгкий взмах рукой и тихо произнёс:

-- Если он тебе так не нравится, можешь его выбросить. Но не оскорбляй меня подобными требованиями. Подарки не возвращают и не передаривают. Да и что ты так разошлась? Всего пять тысяч галеонов. Хотя, если тебе не нравится, могу купить что-нибудь более подходящее твоему новому статусу.

После чего быстро покинул комнату, оставив сбитую с толку девочку наедине с собой.

С тех пор Гермиона больше не старалась вернуть ему свой подарок, но некое чувство неправильности осталось. В этот момент арка дрогнула, пропуская на станцию Гарри с Дафной. Внутри у девочки что-то кольнуло. Возникла мысль, что она должна была идти рядом с мальчиком. Но она не придала этому никакого значения, понимая, что так было надо. Необходимость данного манёвра Гарри объяснил гриффиндорке ещё вчера вечером.  По мнению когтевранца, Дамби не стоило знать, где Гермиона провела остатки каникул. И, самое главное, при каких обстоятельствах исчез Наземникус. Конечно, он наверняка догадается, что его схватили, но между подозрениями и знанием большая разница. Да и личность похитителей он вряд ли сможет установить.

Ведь то, что первокурсница смогла победить взрослого мага, покажется большинству здравомыслящих людей ересью. Куда логичнее предположить, что мистер Флэтчер, окончательно струсив, сбежал из-под опеки директора и забился в дыру потемнее в надежде, что его не найдут.Так что лучше делать вид, что ничего не произошло. Глядишь, старый интриган и не сумеет правильно связать между собой семейство Грейнджеров и род Гринграс. Ну, или, по крайней мере, потратит на это достаточно сил.

Поздоровавшись с родителями Гермионы, Гарри тихо спросил:

-- Ну, пошли?

Быстро оккупировав последней вагон Хогвартс-экспресса и убедившись, что их никто не подслушивает, дети начали делиться последними новостями.

Главной темой для разговоров стала сегодняшняя встреча Гарри с дедом "Снежной Королевы", по совместительству являющимся нынешним лордом рода Гринграс.

-- Ну, какой он? -- с неподдельным энтузиазмом спросила Гермиона. За последние дни девочка перевернула всю библиотеку в доме Дафны и, похоже, нашла себе нового кумира среди старшего поколения магов вместо Дамблдора.

Похоже, юной волшебнице для внутреннего спокойствия нужен был яркий образ, которому нужно соответствовать. И раз директор не оправдал её ожиданий, Герми быстро нашла ему замену. Тоже, кстати, легендарная личность. По крайне мере, в некоторых кругах.

Гарри всё понимал и не собирался ей мешать. Уж лучше пусть подруга равняется на главу рода Гринграс, чем на Великого волшебника. Всяко лучший пример для подражания, чем этот проклятый интриган.

Немного обдумав вопрос Гермионы, Гарри просто ответил, погружаясь в воспоминания.

-- Он... Он Тёмный.

Массивная входная дверь из тёмного металла беззвучно отворилась, пропуская Гарри в святая святых главного дома семейства Гринграс.

Мальчик мысленно напрягся. Сейчас идея познакомиться с дедушкой Дафны и Астории уже не казалось ему такой уж хорошей. Но давать задний ход было уже поздно.

Юный маг вновь мысленно перебрал в уме всё, что он сумел узнать об этой во многом противоречивой личности. Эдмунд Гринграс на протяжении последних шестидесяти лет является главой рода с момента смерти своего отца на дуэли с неким магом из Франции. И, судя по всему, управлял успешно. Хотя, если верить некоторым записям, был довольно требовательным и жестоким человеком. И не только к окружающим, но и к самому себе. Но у старика было то, чего нынешнему поколению, по мнению мальчика, так не хватало. Понятие чести. Пусть своей, несколько извращённой, но всё же чести. Несмотря на тонны грязи, вылитые на него авторами прочитанных Гарри книг, старик за свою жизнь ни разу не нарушил данного слова. И всегда дрался за своих людей до последнего.

Лучше всего это показала война с Гриндевальдом. Лорд Гринграс был единственным магом, который сражался за своего господина до самого конца. И сложил оружие только после прямого приказа швейцарского мага.

В общем, мальчик понимал, что надо во что бы то ни стало наладить контакт с дедом Дафны, иначе в будущем у него могут возникнуть довольно большие неприятности. Да и с положением подруги надо было окончательно разобраться. А то было не очень понятно, кем она является на данный момент.

И хоть юридически она была вассалом рода Поттеров, но вряд ли соратнику Гриндевальда понравилось, что его внучка связалась с представителем Светлого рода, пусть и относящегося к Старшей аристократии. Ещё раз мысленно обозвав себя трусом, Гарри шагнул в кабинет и застыл, изумлённо глядя на главу Тёмного рода.

Эдмунд Гринграс в свои семьдесят пять больше всего напоминал древнюю, сморщившуюся, давно высушенную мумию. На лице тёмного мага не было ни следа растительности. Но всё впечатление портили глаза. Острые, проницательные, холодные. В них буквально кипела жизнь. Старого мага, похоже, порядком забавляла реакция мальчика на его внешний вид.

Поборов растерянность, Гарри сделал шаг вперёд и учтиво склонил голову:

-- Лорд Гринграс, для меня большая честь познакомиться с вами.

-- Лорд Поттер. Чем я обязан вашему визиту? Впрочем, давайте я угадаю, всё дело в моей любимой внучке? - голос старика был столь же сух, как и его тело.

-- Не только. Вообще-то я хотел задать вам несколько вопросов, как о прошлом, так и о будущем.

Услышав эти слова, старик расхохотался. Постепенно гавкающий смех перешёл в сухой кашель. Откашлявшись, Эдмунд ответил:

-- А вы необычный молодой человек. У вас есть хватка. Знаете, лорд Поттер, вы сейчас напоминаете меня в молодости. Хорошо, спрашиваете.

-- Первый вопрос, что вы думаете о вассалитете Дафны?

-- Ничего. Это её решение. Она сама выбрала свой путь. Так что никаких репрессий против вас я не планирую, -- отмахнулся старик.

-- Дальше. Почему ваш род не участвовал в последней войне? Пусть не сначала, но после падения Волди вы бы могли возглавить обезглавленную аристократию.

Комнату вновь потряс приступ старческого смеха.

-- Волди?! Не могу, насмешил. -- Было видно, что Эдмунд не испытывает никакого страха перед последним Тёмным Лордом. -- А что касается причин... Мальчик, скажи мне, что ты знаешь о чести? Это старая история. Она началась в далёком сорок пятом.

Я был последним из офицеров армии Геллерта, оставшимся с ним до конца. Когда мой Господин пал, я был уверен, что меня казнят, но Суд Лордов оказался милосердным. Не знаю, что тогда сыграло большую роль -- нежелание уничтожать Старший род или желание напоследок насолить Министерству.

Они всего лишь потребовали от меня принести клятву, что на протяжении следующих пятидесяти лет мой род не будет заниматься никакой политикой. С того момента прошло сорок шесть лет. И я до сих пор держу слово. Вот и весь секрет.

-- А как же Дафна?

-- А что с ней? Она не относится к роду Гринграс. Девочка вассал рода Поттеров.

Теперь маги синхронно рассмеялись. Мальчик посмотрел на старика с восхищением. Хитрый лис переиграл всех. Но он прав. Формально Дафна хоть и Гринграс, но не имеет к роду никакого отношения.

-- Думаю, последний вопрос задавать преждевременно? - спросил Гарри, пристально глядя на Эдмунда.

-- Вы правы, лорд Поттер. Вернёмся к нему года через четыре. А теперь, вам пора на поезд.

-- Тогда до встречи, лорд Гринграс. Разрешите откланяться?

-- Идите. Идите, Лорд.

Гарри вновь мысленно обдумал этот разговор. Всё прошло просто замечательно. Нужно будет на летних каникулах заехать поздороваться.

Но теперь надо было вернуться к более неотложным делам.

Второе полугодие обещало преподнести ему ещё множество сюрпризов.


Новые трудности


Надвигающиеся неприятности Гарри почувствовал ещё в поезде на полпути к замку. Чем ближе Хогвартс-экспресс приближался к замку, тем настойчивее интуиция юного мага била в набат. Но при этом не уточняла, откуда следует ожидать удара.

Покидая поезд, мальчик мысленно был готов ко всему, начиная от атаки пожирателей и заканчивая объявлением о его переводе в Гриффиндор. И если честно, мальчик не знал, что из этого хуже. Спустившись с поезда, трио неторопливо направилось к замку, внимательно оглядываясь по сторонам. Пятая точка вновь оказалась права. Неприятности начались сразу, как они вылезли из кареты.

На пороге замка его встретила буквально пылающая праведным гневом профессор МакГонагалл. Больше всего в этот момент декан Гриффиндора напоминала разъярённую кошку.

Заметив мальчика, профессор Трансфигурации быстрым шагом направилась к нему.

-- Быстро в мой кабинет, -- скомандовала разъярённая фурия.

Попрощавшись с друзьями, юный маг направился вслед за профессором.

Пока они шли по коридорам Хогвартса, Гарри мысленно прокручивал в голове все свои последние прегрешения и никак не мог найти причину гнева профессора. Всё было или слишком мелко для подобной реакции, либо наоборот тянуло на группу авроров.

Но вот так, без объяснения причин тащить ученика в кабинет... Тут у мальчика не было никаких сколь-нибудь правдоподобных вариантов.

Наконец, они зашли в логово "железной леди". Сев за стол, профессор МакГонагалл пристально посмотрела на мальчика:

-- Мистер Поттер, как вы объясните ваше поведение? -- голос декана Гриффиндора не обещал юному магу ничего хорошего. Гарри, представив, как подобный тон действует на неподготовленных детей, мысленно усмехнулся. Не зря же Минерву в замке боялись наравне со Снейпом. К сожалению, для профессора МакГонагалл, после общения со Спрутом от подобного способа воздействия у юного мага вырабатывался некий иммунитет.

-- Что именно, профессор? -- максимально учтиво ответил когтевранец.

-- Куда вы исчезли на Рождественских каникулах? Своими действиями вы подрываете школьную дисциплину.

Гарри чуть не рассмеялся. Он ожидал чего угодно, но не нападок из-за своевольного исчезновения. Поняв, что ему, собственно, ничего не угрожает, юный маг решил немного поиграть на нервах преподавателя.

-- Профессор, со всем моим уважением к вам, вы в корне не правы. Нельзя подорвать того, чего нет. Или близнецы Уизли стали в одночасье образцовыми учениками? Я уже не говорю о том, что творится между старшекурсниками. Особенно между гриффиндорцами и слизеринцами. Сколько учеников оказалось в больничном крыле за последние полгода из-за "случайного" проклятия? Или вся эта постоянная война только плод моего больного воображения?

-- К чему вы клоните, мистер Поттер? -- в голосе профессора отчётливо проступило кошачее шипение.

-- Если вы поднимете архивы, то заметите, что в этом году количество учеников с младших курсов, попавших в больничное крыло, резко уменьшилось. И во многом это является моим достижением. Так что я и мои друзья несут Хогвартсу только мир, стабильность и покой. А вы меня обвиняете в разжигании настоящего мятежа внутри замка.

Профессор Трансфигурации замолчала, переваривая свалившуюся на нее информацию. Несмотря на откровенно хамское поведение, стоящий рядом с её столом юный маг был полностью прав.

Обычно первое полугодие больничное крыло буквально ломилось от новичков попавших туда частично по своей глупости, частично из-за выходок старшекурсников. Сейчас же в замке было относительное затишье.

-- Это так, мистер Поттер, но это вас нисколько не оправдывает. Вы все равно покинули территорию школы без получения на то предварительного разрешения.

-- Профессор, я не знал, что для того, чтобы покинуть территорию школы во время каникул мне необходимо какое-либо разрешение. Всё же мне казалось, что Хогвартс -- это школа, а не тюрьма наподобие Азкабана. Извините, если был не прав. Тогда я требую в своё распоряжение личного дементора. Кстати, по какой статье я прохожу в вашей картотеке, надзиратель?

От подобного заявления волосы заслуженного профессора Трансфигурации встали дыбом.

-- Мистер Поттер, минус сто очков Когтеврану, и вы только что заработали себе два месяца отработки с мистером Филчем. Так же, я закрываю ваш так называемый "Щит".

-- С первыми двумя пунктами согласен, но со всем к вам уважением закрыть "Щит" вы не можете. Даже у директора нет таких полномочий. Правило Хогвартса семьсот тридцать семь, параграф четыре. Только попечительский совет может принять решение о закрытии данного образования, поскольку именно его подпись стоит под данным документом. -- Гарри понимал, что его несёт, но уже ничего не мог с собой поделать.

-- Три месяца отработки. Идите!

-- Как вам будет угодно.

Выйдя из кабинета МакГонагалл, Гарри двинулся в сторону гостиной Когтеврана.

На душе у мальчика после разговора с деканом Гриффиндора скребли кошки. Юный маг прекрасно понимал, что перегнул палку. Хотелось просто лечь спать, и навсегда забыть об этом разговоре. Но добраться до гостиной у когтевранца так и не получилось. На пол дороге его перехватили двое самых проблемных учеников школы.

Появившись из-за угла, близнецы Уизли схватили мальчика под руки и утащили в ближайший свободный класс. Не давая когтевранцу прийти в себя, близнецы начали допрос с пристрастием.

-- Привет, Гарри!

-- Отличная проделка.

-- Мы слышали, что все преподаватели стояли на ушах.

-- Рассказывай, как ты это провернул...

Дальше мальчик просто утонул в свалившейся на него информации, пытаясь понять, что здесь всё же происходит.

Наконец разум юного мага сумел приспособиться к манере разговора гриффиндорского кошмара.

Из рассказа Фреда и Джорджа перед мальчиком начала вырисовываться картина случившегося дурдома. Причём Гарри не понимал, что ему со всем этим делать, плакать или смеяться. Как оказалось, его исчезновение произвело среди преподавателей настоящий аврал.

Узнав о том, что Поттер покинул территорию замка, директор поставил на уши всех, до кого мог дотянуться, начиная с преподавателей и заканчивая жителями Запретного Леса. И вот уже третьи сутки все преподаватели полным составом копают землю в поисках Гарри Поттера. В том числе и Снейп, который оправдывая свою фамилию, уже более суток безвылазно плескался в ближайшем болоте в Запретном Лесу. И близнецы спорили, вернётся ли он или окончательно поселится на природе в роли Лешего. Впрочем, остальные не сильно отставали от Зельевара. Теперь было понятно, почему профессор МакГонагалл выглядела так, как будто её прожевал дракон.

Скорей всего столь ответственный специалист, как она попросту ни на минуту не сомкнула глаз с самого начала кризиса. А трое суток беготни без сна могли испортить настроение кому угодно.

Гарри на секунду стало стыдно, но в следующую секунду он встряхнулся.

То, что он сделал, было необходимо, директору и его приспешникам было необходимо дать понять, что он не потерпит над собой излишний опеки.

Ну, а три месяца отработки... Не велика цена за свободу.


Запретный Лес


-- Быстрее, мистер Поттер! Кубки сами не почистятся, -- уже привычно заворчал на юного мага наблюдающий за его отработкой Филч.

Дождавшись, пока мальчик закончит с очередной полкой, сторож произнёс.

-- Ладно, на сегодня хватит, встречаемся завтра на этом же месте. Не опаздывайте.

Сказав это, старик медленно заковылял прочь. Гарри непроизвольно улыбнулся, наблюдая за ворчливым сторожем. Вот уже более двух месяцев когтевранец каждый вечер посещал отработки у мистера Филча. При первом знакомстве юный маг удивился, как сторож ещё не утонул в своём же яде, настолько Филч был циничен, ежедневно поливая мальчика колкостями.

Этот ад продолжался до тех пор, пока Гарри, наконец, не послушал предложение амулета и не поговорил с ним по душам. К немалому удивлению мальчика, враг всех учащихся Хогвартса открылся перед мальчиком с неожиданной стороны.

Под маской брюзгливого старика скрывался живой ум, неплохое чувство юмора и мощная самоирония, не позволяющая сквибу, окружённому магами, скатиться в депрессию. Но, несмотря на такую мощную душевную броню, мистер Филч всё равно оставался глубоко одиноким человеком. Поэтому, найдя в мальчике достойного собеседника, сторож буквально расцвёл.

И пусть количество шпилек, бросаемых в адрес когтевранца, только увеличилось, но мальчик был этому даже рад. Старик во время отработок мог часами вспоминать бесчисленные увлекательные истории из своей давней молодости.

Старик отвечал мальчику взаимной симпатией. Похоже, ему было жизненно важно выговариваться. И теперь всесильный сторож был даже готов закрывать глаза на некоторые вольности со стороны когтевранца.

Гарри было даже искренне жаль, что время его наказания постепенно подходит к концу.

Ещё пара недель, и подобная идиллия должна была закончиться.

А вот с учёбой всё было не столь радужно. С самого первого дня преподаватели взялись за своих студентов всерьёз, просто заваливая учащихся необходимым материалом. Особенно остро ощутили нехватку времени члены "Щита". Из-за необходимости заниматься в кружке, времени на домашнюю работу у них катастрофически не хватало. Даже у Гермионы от такого графика был вечно усталый вид, не говоря уже о других учащихся.

Гарри даже стал подозревать, что всё это было своеобразной местью преподавателей за устроенный на Рождество переполох. Особенно зверствовал Снейп, всё же вылезший из болот.

Но стоит сокурсникам отдать должное. Несмотря на возросший пресс, никто не отказался от членства в данном образовании, поскольку уже видели наглядный результат своей напряженной работы. И пусть по различным сочинениям у всех членов "Щита" были задолженности, зато на практике они всё равно оставались первыми. Что служило особым предметом гордости.

Такое поведение детей заставляло преподавателей скрипеть зубами, но поделать с этим они ничего не могли.

Особенно сильно досталось самому когтевранцу. Из-за ежедневных отработок мальчику пришлось вновь вернуться к экстренному графику начала года. Четыре часа сна стали для него поистине царской роскошью. Иногда Гарри жалел, что в сутках нет лишнего часа, но отказываться от своих негласных тренировок он не собирался.

В такой почти военной обстановке подошло время пасхальных каникул.

Дети облегчённо выдохнули. Пускай преподаватели буквально завалили учеников домашними заданиями, но по сравнению с учебной нагрузкой это было откровенно смешно.

Но стоило закончиться преподавательскому беспределу, как появилась новая проблема. Гарри с удивлением заметил, что за прошедшие два месяца в его окружении наметился раскол. Всё началось с того, что Гермиона начала частенько покидать их занятия раньше времени. При этом девочка постоянно пребывала в состоянии некоего внутреннего напряжения.

Сначала мальчик свалил всё происходящие на переживаемый гриффиндоркой стресс, но вскоре произошло то, что поставило юного мага в достаточно сложное положение.

Однажды во время заседания "Щита" Малфой в разговоре с Гарри обмолвился, что видел Гермиону в компании с Лонгботомом и Уизли.

От такой новости когтевранец чуть не потерял дар речи. Пусть они и были с одного факультета, но вся школа знала, что Грейнжер входит в некую партию Поттера, где эти двое были фигурами нон грата. Переварив услышанное, Гарри поинтересовался у Драко, понимает ли он, что с ним будет, в случае если он соврал.


На что блондин с кривой улыбкой ответил утвердительно. И заверил, что не заявился бы к союзнику с непроверенной информацией о кроте. И что аристократы должны поддерживать друг друга. Молча выслушав спич слизеринца на счёт чистоты крови, Гарри, несмотря на разгорающуюся внутри ярость, спокойно попрощался с наследником Малфоев и вернулся к работе, понимая, что ему предстоит достаточно тяжёлый разговор с Герми.

Но внятных объяснений Гарри так и не получил. Каждый раз, когда мальчик старался вывести гриффиндорку на чистую воду, та молниеносно меняла тему разговора, а приставать с откровенными распросами ему не позволял голос разума. Юный маг понимал, что получение ответов таким способом поставит крест на их дружбе. Но это не мешало когтевранцу медленно сходить с ума.

Если бы не молчаливая поддержка Дафны, Гарри скорее всего не выдержал и давно устроил бы гриффиндорцам допрос с пристрастием.

Но постоянное присутствие рядом с собой слизеринки глушили особенно сильные приступы ярости. Казалось, само присутствие хрупкой девочки создавало вокруг неё зону спокойствия и безмятежности. Гарри был ей благодарен за это. Он понимал, что в противном случае мог бы наломать множество дров.

Наконец, во время очередной их встречи, Герми не выдержала и сказала, что дала клятву молчать о происходящем, но у неё всё в порядке и скоро всё закончится, после чего пулей вылетела из комнаты. Слова подруги сильно заинтересовали, но у него ещё целую неделю были отработки. Решив отложить решение данной проблемы до завершения своего наказания.

Но судьба решила подбросить Гарри очередной сюрприз. Настал последней день отработки у мистера Филча. Мальчику было жалко прощаться со стариком, но с другой стороны он был рад, что у него, наконец, появится свободное время.

Вот на лестнице раздались шаркающие шаги, и старый сторож зашёл в пустынный класс, где он по традиции вот уже три месяца дожидался старика.

-- Вставай, Поттер. Пора идти. Сегодняшняя ночь будет очень весёлой. -- Филч старался добавить в голос максимум злорадства, но Гарри почувствовал, что сторож не на шутку встревожен.

-- Что происходит?

-- У Хагрида возникли проблемы в Лесу. Веселее, Поттер, похоже у тебя есть прекрасная возможность стать удобрением. -- На этих словах Филч засмеялся, правда, смех у него вышел каким-то не особенно радостным.

-- Но чем может помочь опытному леснику первокурсник?

-- Пять первокурсников. У тебя сегодня будет замечательная компания. Аж три гриффиндорца и один слизеринец. Все твои хорошие знакомые. А на счёт помощи... Кто его знает? Приказ директора.

-- Готов поспорить, что теперь вы серьезно задумаетесь, прежде чем нарушить школьные правила. Если вы спросите меня, я вам отвечу, что лучшие учителя для вас -- это тяжелая работа и боль...

Жалко, что прежние наказания отменили. Раньше провинившихся подвешивали к потолку за запястья и оставляли так на несколько дней. У меня в кабинете до сих пор лежат цепи. Я их регулярно смазываю на тот случай, если они еще понадобятся... Ну все, пошли! И не вздумайте убежать, а то хуже будет.

Они шли сквозь тьму -- света от лампы Филча хватало ровно настолько, чтобы увидеть, что у тебя под ногами.

Гарри не обращал внимания на ворчание старика, а старательно осматривал свою компанию по несчастью.

Рядом с ним медленно плелись по тропинке его однокурсники. Причём состав данного квартета был, честно говоря, необычен.

Если Невилл и Рон довольно часто оказывались на отработках у Филча, то объяснить, как здесь оказались Гермиона и Драко, было затруднительно.

Решив прояснить обстановку, Гарри незаметно приблизился к Малфою и тихо спросил:

-- Колись, как ты здесь оказался?

Слизеринец бросил короткий взгляд на гриффиндорцев и начал быстро рассказывать. История, поведанная принцем змеиного факультета, выбила юного мага из колеи.

Рассказ Малфоя о драконе отчётливо попахивал некой шизофренией. Держать дракона в деревянной хижине -- это же надо было до такого додуматься. Они бы ещё догадались держать василиска в туалете. Полный маразм, как раз в духе директора.

Одновременно мальчик ощутил облегчение. Все недомолвки Герми получили, наконец, логическое объяснение.

-- Понятно. А как тебя занесло сюда?

-- Узнав об отправке, решил проучить. Да, сдал я их Филчу, а тут выяснилась, что твоя гряз... -- заметив колючий взгляд когтевранца, Малфой тут же исправился, -- маглорожденая увязалась с ними. Вот и пошёл спасать.

-- Зачем? Ты же откровенно недолюбливаешь Гермиону?

-- Как зачем? Ты бы мне не простил, если бы с этой что-нибудь случилось. А быть твоим врагом -- крайне неблагодарное занятие.

-- Ты прав, Малфой. Лучше меня не злить...

Вдруг впереди показались огоньки. Гарри понял, что они приближаются к хижине Хагрида. А потом послышался и голос великана.

-- Это ты там что ли, Филч? Давай поживее, пора начинать.

Гарри понял, что это конец. Их точно решили отправить на смерть. Куда безопаснее было бы сходить в Запретный Лес одним, чем в компании этого великана.

-- Полагаю, ты думаешь, что вы тут развлекаться будете с этим придурком? Нет, вы не угадали, мальчики. Вам предстоит пойти в Запретный лес. И я сильно ошибусь, если скажу, что все вы выйдете оттуда целыми и невредимыми... -- данные слова мистера Филча были адресованы Невиллу и Рону. Похоже, не один Гарри недолюбливал наивного лесника.

Услышав это, Невилл застонал, а Малфой остановился, как вкопанный.

-- В лес? -- переспросил он, и голос у него был совсем не такой самоуверенный, как обычно. -- Но туда нельзя ходить ночью! Там опасно. Я слышал, там даже оборотни водятся.

После этих слов Драко получил чувствительный тычок в бок от Гарри.

-- Малфой, если не можешь сказать чего-нибудь умного, то промолчи. Не выставляй себя на посмешище.

Тут разговор прервал Хагрид, у ног которого крутился Клык. Великан держал в руке огромный лук, на его плече висел колчан со стрелами.

-- Наконец-то, -- произнес он. -- Я уж тут полчаса как жду. Гарри, Гермиона, как дела-то у вас?

-- Я бы на твоем месте не был с ними так дружелюбен, Хагрид, -- холодно сказал Филч. -- В конце концов, они здесь для того, чтобы отбыть наказание.

-- А, так вот чего ты так опоздал-то? -- Хагрид смерил Филча суровым взглядом. -- Все лекции им читал небось, ага? Не тебе этим заниматься, понял? А теперь иди, нечего тебе здесь делать.

-- Я вернусь к рассвету... и заберу то, что от них останется. -- Филч неприятно ухмыльнулся и пошел обратно к замку, помахивая лампой.

Гарри махнул старому сторожу в ответ. Для детей ночь обещала быть интересной. Особенно, когда рядом с ними находиться такой замечательный мальчик, как Гарри Поттер.

Юный маг дал себе обещание, что эту ночную прогулку гриффиндорцы точно не забудут.


Разговоры под луной


Маленький отряд неспешно двигался вдоль кромки Леса. Наконец Хагрид, высоко подняв над головой лампу, указал на узкую тропинку, терявшуюся среди толстых черных стволов.

Гарри с неким садистским удовольствием заметил, как его спутников бьёт мелкая дрожь. Всё же не каждый день страшная сказка, которой родители пугают своих детей по ночам, вдруг оживает. Великан остановился и показал рукой на землю:

-- Вон смотрите... пятна на земле видите? Серебряные такие, светящиеся? Это кровь единорога, так вот. Где-то там единорог бродит, которого кто-то серьезно поранил. Уже второй раз за неделю такое. Я в среду одного нашел, мертвого уже. А этот жив еще, и надо нам с вами его найти, беднягу. Помочь или добить, если вылечить нельзя.

-- А если то, что ранило единорога, найдет нас? -- спросил Малфой, не в силах скрыть охвативший его ужас.

-- Нет в лесу никого такого, кто б вам зло причинил, если вы со мной да с Клыком сюда пришли, -- заверил Хагрид.

"Разумеется, а единороги сами себя убивают. Какие нехорошие единороги". -- Яда в голосе амулета хватило бы на целый выводок василисков.

Гарри согласно кивнул. Он и раньше знал, что в Хогвартсе забота о жизни учеников находится далеко не на первом месте, а теперь получил ещё одну возможность убедиться в этом.

Добавив ещё один пункт к счёту, который он когда-нибудь выставит директору, юный маг вновь обратил внимание на лесника. Хагрид между тем продолжал делать всё, чтобы дети не дожили до рассвета.

-- Сейчас на две группы разделимся и по следам пойдем... в разные стороны, потому как их тут... ну... куча целая, следов. И кровь повсюду. Он, должно быть, со вчерашней ночи тут шатается, единорог-то... а может и с позавчерашней, -- с детской непосредственностью сказал великан, явно не понимая, что решением разделиться фактически выносит первокурсникам смертный приговор.

Гарри хотел было попроситься в команду с Клыком, но Драко его опередил.

-- Я хочу вести собаку! -- быстро заявил Малфой, глядя на внушительные собачьи клыки.

Хитрый слизеринец явно понял, кто является для его тушки в данной ситуации главной опасностью. И поспешил отделаться от лесника.

-- Хорошо, но я тебя предупрежу: псина-то трусливая, -- простодушно пожал плечами Хагрид. -- Значит так, Гарри и Гермиона со мной пойдут, а ты, Малфой, с Невиллом, Роном и Клыком будете. Если кто находит единорога, зеленые искры посылает, поняли? Палочки доставайте и потренируйтесь прямо сейчас... ага, вот так. А если кто в беду попадет, тогда пусть красные искры посылает, мы сразу на помощь придем. Ну все, поосторожнее будьте... а сейчас пошли, пора нам.

С этими словами Хагрид просто отпустил группу первокурсников в свободное плаванье.

Гарри, бросив тоскливый взгляд вслед уходящему слизеринцу, пообещал разобраться с ним позже. Если конечно выживет после этой прогулки с Хагридом.

Гарри, Гермиона и Хагрид молча шли по ночному лесу. Юный маг то и дело бросал короткие взгляды на мертвенно-бледное лицо своей спутницы.

Было видно, что девочка сильно напугана. Юный маг захотел обнять и успокоить гриффиндорку, но отчаянным волевым усилием мальчик задушил в себе этот позыв.

Когтевранцу пришлось напомнить себе, что Герми предала его.

Боль от уязвлённого самолюбия произвела на мальчика отрезвляющие действие, но он всё же решил от греха подальше перебраться поближе к Хагриду.

Лунный свет, пробивающийся сквозь кроны деревьев, освещал пятна голубовато-серебристой крови, покрывших опавшую листву. Гарри заметил, что Хагрид выглядит очень озабоченным. Юный маг отчётливо почувствовал в крови единорога присутствие Тёмной магии, но сообщать об этом леснику не стал. Они прошли мимо поросшего мхом пня. Гарри услышал шум воды, должно быть, поблизости был ручей. На извилистой тропинке то здесь, то там виднелись пятна крови.

Наконец, оторвавшись от своего занятия, великан, заметив состояние девочки, поинтересовался:

-- Ты в порядке, Гермиона? -- прошептал Хагрид. -- Не волнуйся, найдем мы его скоро... не мог он с такой-то раной далеко уйти. Найдем, а там уж... Быстро на дерево оба!

За секунду до крика Гарри успел почувствовать присутствие знакомой ауры, которую за этот год мальчик видел столько раз, что не мог спутать ни с чем другим, а в следующую секунду Хагрид схватил в охапку Гарри и Гермиону и, сойдя с тропинки и сделав несколько шагов в сторону, поставил их под высоченный дуб. А сам выхватил из колчана стрелу и натянул тетиву лука, готовясь выстрелить.

Пока возникла минутная передышка, Гарри поинтересовался у наставника:

"Что здесь забыл Квиррелл?"

"Что непонятного? Цветочки он нюхает в три часа ночи! Что же ещё?"

"Не язви, лучше объясни, зачем ему единороги".

"Если ты не знал, то кровь единорога -- мощнейший магический ингредиент, используемый в некоторых особенно сложных зельях. Так же она обладает мощными целительными свойствами. Фактически, кровь единорога способна буквально вытащить с того света. Правда, у данной методики есть существенные побочные эффекты. Например: маг, убивший единорога, навсегда теряет возможность творить Светлые заклинания".

"Как думаешь, что заставило профессора так рисковать? Мне он всегда казался вменяемым и осторожным человеком".

"Думаю, тот артефакт, что он скрывает под тюрбаном. Похоже, он является некой разновидностью паразита,пьющего из Квиррелла жизнь. Тогда становится понятно, зачем ему философский камень. Для него он единственная надежда на выживание. Бедный парень. Печальная судьба".

Наконец, Хагрид дал отбой, и они двинулись дальше, внимательно вслушиваясь в тишину. И вдруг уловили какое-то движение на видневшейся впереди опушке.

-- Кто там? Покажись -- или стрелять буду! -- закричал великан.

Из темноты вышло нечто непонятное -- то ли человек, то ли лошадь. До пояса это был человек с рыжими волосами и бородой, но от пояса начиналось лоснящееся, каштанового цвета лошадиное тело с длинным рыжеватым хвостом.

-- А, это ты, Ронан. -- В голосе Хагрида послышалось облегчение. -- Как дела-то?

Хагрид подошел к кентавру и пожал ему руку.

-- Добрый вечер, Хагрид, -- приветствовал его Ронан. Голос у него был низкий и полный печали. -- Ты хотел меня убить?

-- Да нет... я ж не знал, что это ты, а сейчас... ну, особо осторожным надо быть, -- совершенно запутался Хагрид, кивнув на свой лук. -- Что-то плохое по этому лесу бродит. Да, забыл совсем... это Гарри Поттер, а это Гермиона Грэйнджер. Школьники наши, из Хогвартса. А это Ронан. Он кентавр.

-- Заметно, -- ответил мальчик, вспоминая всё, что он слышал об этих созданиях.

Картина получалась безрадостная. Особенно если вспомнить, что это существо являлось другом Хагрида.

-- Добрый вам вечер. Значит, вы школьники? И много вы уже выучили в школе?

Гарри с трудом сдержался, чтобы не послать в расплывшуюся морду кентавра то, чему он научился. Юный маг ненавидел, когда к нему относились как к ребёнку, опираясь только на внешность.

К счастью для всех, Гермиона не заметила подначку Ронана и робко ответила:

-- Немножко.

-- Немножко. Что ж, это уже кое-что. -- Ронан вздохнул, откинул голову и уставился в небо. -- Марс сегодня очень яркий.

-- И станет ещё ярче, -- подтвердил Гарри, не смотря на небо. То, что Ронан не столь прост, как хочет казаться, он уже понял.

-- Ты прав мальчик, но ведь тебя это не заботит?

-- Меня от его гнева прикроет тень Луны.

-- Несомненно. Я вижу на тебе её отпечаток. Но будь осторожен. Ведь всегда первыми жертвами становятся невинные, -- произнес он. -- Так было много веков назад, так происходит и сейчас.

С этими словами Ронан повернулся и двинулся к лесу.

В этот момент Хагрид, наконец, вышел из ступора.

-- Эй, не знаю как там Марс, а про кое-что поближе, -- заметил Хагрид. -- Так ты ничего странного не видел?

И снова Ронан ответил не сразу. Прошло какое-то время, прежде чем он открыл рот.

Гарри и Гермиона вновь двинулись за Хагридом.

-- Ну никогда кентавры эти напрямую ничего не ответят, -- раздраженно заметил Хагрид. -- Звездочеты проклятые! Если что поближе луны находится, это им неинтересно уже. Кстати, Гарри, о чём вы с ним там болтали?

-- Лес скрывает много тайн. -- Туманно ответил когтевранец и поспешил перевести разговор на другую тему. -- Так ты думаешь, что тот звук, который мы слышали, прежде чем встретить Ронана, что это тоже был кентавр? -- спросил Гарри.

-- Разве похоже было, что копыта по земле стучат? -- ответил Хагрид вопросом на вопрос. -- Не, я тебе так скажу: это тот был, кто единорогов убивает. Я в лесу раньше таких звуков не слышал -- так что он это.

Извилистая тропинка снова сделала резкий поворот, но едва они прошли его, как Гермиона ухватила Хагрида за руку.

-- Хагрид, смотри! Красные искры, они в опасности!

-- Здесь ждите! -- проорал Хагрид. -- И с тропинки ни шагу. А я вернусь скоро!

Они слышали, как он ломится через заросли. А потом снова наступила тишина, только листья шелестели вокруг. Гарри облегчённо перевёл дух. От одной проблемы избавились. Оставалось только надеяться, что второй отряд всё же сожрали местные твари.

Впрочем, надежды на это было мало. Закон подлости ещё никто не отменял.

-- Ты думаешь, они попали в беду? -- прошептала Гермиона.

-- Если так, Невилла с Роном мне не жалко, а вот Малфоя... -- честно признался мальчик, за что тут же получил маленьким кулачком по голове.

-- Дурак!

Время словно застыло -- минуты тянулись, как часы. Гарри ощутил, что слух его обострился до предела.

Вскоре громкий треск оповестил о появлении Хагрида. Малфой, Невилл, Рон и Клык шли за ним.

Гарри постарался скрыть своё разочарование. Хагрид был вне себя от ярости. Оказалось, что Малфой зашел Невиллу за спину и схватил его сзади, чтобы напугать. Невилл запаниковал и выхватил палочку. Вот за эту выходку когтевранец мысленно пообещал бить на следуюшей тренировке Малфоя не так сильно, как собирался, но окончательно за сорвавшийся план по закапыванию гриффиндорцев в землю так и не простил.

-- Эти двое такой шум подняли, что не знаю, как нам теперь найти удастся то, зачем мы здесь, -- пожаловался Хагрид. -- Так, по-другому разделимся -- Невилл, Рон, и Гермиона со мной пойдут, а ты, Гарри, бери Клыка и этого идиота.

Хагрид подмигнул Гарри и наклонился к нему. Когда Хагрид скрылся в лесу, Гарри шепнул на ухо слизеринцу:

-- Молодец.


Ночной бой


Подождав, пока Хагрид отойдёт подальше, Гарри обратился к Малфою:

-- Идём. Или ты решил заночевать здесь?

И не дожидаясь реакции слизеринца, углубился в лес. Через секунду сзади послышалось торопливое сопение Драко.

Наследник Малфоев если и обладал особыми талантами, то храбрость в их число точно не входила.

Так Гарри начал медленно пробираться по Запретному лесу вместе с Клыком и Малфоем. Маленькая группа уходила все глубже в лес, и где-то через полчаса деревья окончательно преградили им путь.

Юный маг заметил, что пятен крови становится всё больше. Все корни деревьев были забрызганы кровью, словно несчастное создание металось здесь, обезумев от боли.

Поняв, что цель их похода близка, Гарри удвоил осторожность.

Сквозь толстые ветви стоявшего перед ними древнего дуба мальчик увидел поляну.

На ней прямо посередине пустыря лежал мёртвый единорог. Гарри признал, что никогда не видел такой печальной и такой прекрасной картины.

Даже мёртвый единорог завораживал. У него были длинные стройные ноги и жемчужного цвета грива. Магия не поскупилась, наделив своё создание сказочной красотой.

-- Стой здесь, а я посмотрю, что там. И во имя Мерлина, что бы там ни произошло, не лезь! -- попросил Гарри Драко.

Принц Слизерина старательно закивал головой, соглашаясь с планом когтевранца.

Подойдя к мёртвому зверю, Гарри вдруг услышал шорох. Кусты на другом конце поляны зашевелились, и из тени выступила облаченная в длинный балахон фигура с наброшенным на голову капюшоном.

"На ловца и зверь бежит. Вот и наш дорогой профессор пожаловал. Что будешь теперь делать?" -- обрадовал мальчика амулет.

"Не знаю. Какие будут предложения?"

"Можно попытаться убежать, но это у нас вряд ли получится. Так что остаётся только драться".

Не замечая мальчика, Квиррелл подошел к мертвому животному, опустился на колени и склонился над огромной рваной раной в боку единорога. И... начал пить кровь.

"Подожди. Дай этому вурдалаку присосаться. Иначе он может успеть среагировать. А теперь..."

Но за мгновение до того, как Гарри успел применить заклинание, из-за спины раздался истошный крик. У Малфоя не выдержали нервы, и он бросился бежать, а вслед за ним устремился трусливый Клык. Квиррелл поднял голову и уставился на Гарри. Мальчик отчетливо видел, как с невидимого лица на балахон капала кровь.

Не дожидаясь реакции мага, Гарри произнёс:

- Mining exterminatore.

В последнюю секунду профессор ЗОТИ сумел создать некое щитовое заклинание между ними. "Горный Разрушитель", который смог пробить толстую шкуру тролля, только отбросил преподавателя на пару метров.

Не давая Квирреллу времени опомниться, Гарри ударил по профессору связкой маленьких огненных шаров, заранее сформированных в левой руке.

Не имея достаточной убойной силы, они смогли только подпалить мантию профессора, но этого оказалось вполне достаточно.

Ослеплённый многочисленными огненными вспышками, Квиррелл не сумел отразить второй "Горный Разрушитель".

В этот раз заклинание произвело должный эффект. Профессора Зоти, подобно тряпичной кукле, оторвало от земли и отбросило на другую сторону поляны. Изо рта тёмного мага начала течь слабая струйка крови.

Не расслабляясь, Гарри подошёл к противнику и с удовольствием заметил, что профессор, несмотря на множественные внутренние повреждения, даже не думал умирать.

Заметив интерес юного мага к своей скромной персоне, преподаватель прохрипел:

-- По-ттер.

-- Да, профессор. -- Гарри был самой учтивостью.

-- Добей меня.

-- Если бы хотел, то вы были бы давно мертвы, профессор. Но у меня на вас совершенно другие планы. Впрочем, если мы не сойдёмся во мнениях о наших дальнейших действиях, то вам всё же придётся уйти за Грань раньше срока.

-- Чего ты хочешь?

-- Всего лишь учиться. Учиться тому, в чём вы на самом деле мастер, и чему нас никогда не научат в Хогвартсе. Мне нужен учитель Тёмных Искусств. И им станете вы.

Полумёртвый маг хрипло засмеялся.

-- А если я откажусь?

-- То когда Хагрид найдёт нас, вы будете уже мертвы. А у журналистов появиться новая сенсация. "Тёмный Маг в Хогвартсе! Куда смотрит Дамблдор?" и "Новая победа Мальчика-Который-Выжил!". Что-то наподобие этого. В любом случае я в плюсе.

На этот раз Квиррелл молчал значительно дольше, после чего наконец произнёс:

-- Я согласен. Какую клятву ты от меня хочешь?

-- Уж точно не "Нерушимый Обет"! -- хмыкнул Гарри, наблюдая за профессором. -- Призовите в свидетели Тьму.

-- А...?! -- глаза у тёмного мага от такого предложения стали квадратными. -- Никогда о таком не слышал.

-- И не услышите. Считайте это моим капризом.

-- Хорошо. Обещаю обучить лорда Гарри Джеймса Поттера Тёмному Искусству, и пусть Тьма станет мне свидетельницей.

В этот момент поляну накрыло ощущение пристального взгляда, словно тень чего-то необъятного на миг посмотрела на присутствующих, выступая гарантом данной сделки.

Тело профессора Квиррелла на миг изогнулось страшной судорогой, после чего он упал без сознания.

"Я больше не чувствую присутствие паразита. Надеюсь, профессор не слишком сильно обидится на нас за уничтожение артефакта?" -- сообщил наставник.

"Вот и хорошо. А то у меня от постоянных ментальных атак по коже мурашки бегали. Ладно, теперь надо придумать нормальную версию о произошедших здесь событиях".

"Это несложно. По сравнению со всем остальным вообще мелочь. Но ты рисковал. Ты понимаешь, что играть с такими силами нельзя! Но всё же хорошо иметь ТАКИХ покровителей".


Шахматы


После событий в Запретном Лесу прошла неделя. Профессора Квиррелла, наконец, выписали из больничного крыла, и он сумел вернуться к преподавательской деятельности.

После выписки из больницы профессор существенно изменился. Привычная для него лиловая мантия вместе с легендарным тюрбаном исчезли бесследно. Теперь Квиррелл ходил на занятия в костюмах самого разнообразного покроя, начиная от классических мантий и заканчивая вызывающими магловскими джинсами и байкерскими кожаными куртками.

Чем изрядно рвал шаблоны в головах у студентов и некоторых преподавателей, настолько новый Квиррелл был непохож на того учителя защиты, которого они знали.

Даже плешь на голове нисколько не смущала профессора ЗОТИ. Он принципиально не носил больше головных уборов. При этом только пренебрежительно смеясь над теми, кто старался указать ему на этот маленький недостаток.

Видя перемены, случившиеся с профессором, студенты вновь стали придумывать теории случившегося в ту судьбоносную ночь, когда тело полумёртвого профессора доставили в замок.

Варианты были самыми разнообразными. Гарри больше всего понравилась та, где рассказывалось, что преследующие профессора Квиррелла вампиры всё же нашли свою жертву, но в пути настолько ослабли, что не смогли проникнуть в замок. Для восстановления сил они начали охотиться на единорогов, но об этом узнал доблестный профессор и, превозмогая страх, вступил с упырями в неравный бой.

В конце концов израненный герой победил, но эта победа далась ему не легко. Квиррелл так и не смог покинуть Запретный Лес, и только помощь подоспевшего Хагрида спасла его от участи закуски. И с тех пор профессор ЗОТИ больше не видел необходимости таскать на себе набитый чесноком тюрбан.

Когда Гарри поделился этой теорией с самим профессором Квирреллом, то оба ещё долго смеялись. Только потом учитель поведал ученику, что этот слух, также как и ту историю с чесноком придумал он сам для того, чтобы избежать лишних вопросов на счёт тюрбана.

Тогда же Гарри узнал от профессора, что за артефакт весь год постоянно находился на голове у преподавателя защиты. Услышав о крестражах, амулет ещё долгое время плевался, требуя во что бы то ни стало уничтожить подобную мерзость.

На законное недоумение юного мага наставник ответил, что этот аппендикс некромантии, позорящий всех тёмных магов, созданный криворуким гоблином с перепоя, не имеет права называться магией. И только полный тролль мог решиться добровольно расколоть свою душу, тем самым лишая себя даже шанса на посмертие ради призрачной надежды ненадолго продлить свою жизнь.

К сожалению, Квиррелл не мог сказать точно, сколько крестражей сумел наделать безумный тёмный маг, поскольку крестраж, что чуть не подчинил себе его, был создан ещё в 1975 году и с тех пор существовал отдельно от оригинала.

Как рассказал Квиррелл, каждый крестраж был автономной копией личности владельца и не имел постоянной связи с родителем.

И хотя после того, как остатки личности данного осколка были уничтожены откликнувшимися на клятву мага Силами, Квиррелл сумел поглотить большую часть информации, содержащейся в крестраже, он всё равно не мог ничем помочь в этом направлении, разве что указать возможные сосуды, которые Волди мог использовать для хранения осколков.

Зато Квиррелл, как прямой наследник памяти Тёмного Лорда, получил колоссальный по своим объёмам теоретический материал по Тёмной Искусствам, любовно собранный Томом за годы странствий.

С практикой было сложнее. Квиррелл по своей природе был довольно посредственным магом, потому и стал изначально преподавать магловедение, теоретический предмет, где сила дара не играла особого значения.

Узнав об этом, Гарри не очень расстроился. Практику по Тёмному Искусству он надеялся получить в конце лета на одном из частных полигонов семейства Гринграс, зато теоретические выкладки последнего Тёмного Лорда обещали значительно ускорить его собственные разработки в данной области.

К сожалению, личная память была почти полностью уничтожена вместе с личностью Волди. Удалось лишь восстановить его настоящее имя, происхождение и приблизительно биографию.

При этом осталось тайной, почему полукровка по происхождению так ненавидел всех нечистокровных магов. Да и выставляемая напоказ связь Тома с Лордом Слизерином теперь казалась донельзя надуманной. Полученная информация заставляла серьёзно задуматься над корректировкой своих планов, но этим можно будет заняться и позже, а сейчас Гарри приготовился слушать очередную лекцию профессора Квиррелла по тёмной магии.

На первый взгляд, Выручай-Комната была пуста. Камин в ней давно погас, погружая помещение в полумрак. Но так казалось лишь на первый взгляд.

Юная слизеринка, удобно устроившись в углу комнаты, тихо сидела в мягком кресле и неторопливо передвигала по шахматной доске неподвижные фигуры. Дафна предпочитала использовать для игры магловский аналог шахмат. Это безмолвное противостояние самой с собой помогало ей сосредоточиться и собраться с мыслями.

Наконец, достигнув некоего предела, слизеринка откинулась на спинку кресла и молча застыла в подобии транса, из которого её вывел звук открывающейся двери. Не открывая глаз, Дафна дождалась, пока нарушитель её спокойствия займёт соседние кресло. Только после этого "ледяная королева" удостоила Гермиону взглядом и поинтересовалась:

-- Ну, каковы новости из стана врага?

Гриффиндорка поморщилась. Юная Гринграс знала, что подобное несколько высокомерное обращение сильно коробит самомнение девочки, не привыкшей к подобному обращению, чем регулярно и пользовалась. При этом Грейнджер было нечем возразить на её спесь. Хотя после недавних событий они и стояли с Гермионой на одной социальной ступени, но Гермиона-то этого не знала. А рассказывать ей об этом Дафна не спешила.

Наконец, подавив в себе раздражение, Гермиона ответила:

-- Ничего особенного. Всё те же ничего не значащие выпады в наш адрес, плюс куча беспочвенных угроз на это "Тёмное Отродье". Также Рон и Невилл окончательно вбили себе в голову, что Снейп вместе с Гарри решили украсть филосовский камень.

Последней каплей для них стало избиение Квиррелла в Запретном Лесу. Они считают, что наши "заговорщики" окончательно сломали волю бедного профессора ЗОТИ и склонили его к сотрудничеству.

Дафна позволила себе лёгкую улыбку. Пока всё развивалось в точности с её планом. Жаль, пока нельзя похвастаться своими достижениями перед Гарри, зная его характер, слизеринка была уверена, что он бы не допустил данной операции. Несмотря на весь свой прогресс, он до сих пор оставался излишне импульсивным. А упускать такую возможность было поистине грешно.

Поэтому пока приходилось действовать за спиной у Господина. Но это временно. Правда, зная Гарри, сначала он её отчитает, но потом...

Юная Гринграс позволила себе мечтательно зажмуриться в предвкушении. Как говорится, победителей не судят, а она принесёт для него победу.

Хотя было жаль делиться лаврами победителя с этой... Но тут ничего не поделаешь, всё же для достижения успеха ей нужен был свой человек в рядах "белых".

Благо, Гермиону даже не пришлось уговаривать. Всё же Грейнжер, несмотря на все потрясения, была истинной гриффиндоркой, до сих пор деля мир на чёрное и белое, не понимая, что сторон значительно больше.

Стоило только намекнуть о задуманной авантюре, как гриффиндорка сама вызвалась ей помочь, даже не потребовав от неё ничего взамен.

Вскоре Дафна позволила себя уговорить. Ведь вероятность успешного исхода была крайне высока.

Причём свои дивиденды данная операция уже начала приносить. Хоть те же молчаливые вечера, что она провела наедине с Господином. Гриффиндорка даже не поняла, что сама толкает Гарри в её руки.

Кроме того, если что-то пойдёт не так, она сможет свалить всё на Герми. Благо, она так и не поняла, что несколько последних месяцев она провела под пристальным надзором слизеринки.

В любом случае она останется в плюсе. Выслушав все новости, произошедшие с их последней тайной встречи, Дафна внимательно посмотрела на собеседницу.

Гермиона выглядела не очень. Бледная, с кругами под глазами. Двойная жизнь явно давалась юной волшебнице нелегко.

-- Неважно выглядишь. Может пора заканчивать? -- предложила гриффиндорке "снежная королева".

-- Нет, -- твёрдо ответила девочка.

Дафна мысленно кивнула. На то и был расчёт. Упрямство гриффиндорцев поистине поразительно. Они никогда не знают, когда надо остановиться.

-- Ну, раз так, держи, -- протянула Дафна Гермионе небольшой флакон.

-- Зелье Дружбы, последняя порция, Его хватит на две недели. Больше не проси, не дам. Иначе может начаться отравление. А теперь иди спать. А то и правда загремишь в Больничное Крыло. Тебе надо беречь себя.

Попрощавшись, Гермиона молча ушла, а Дафна вернулась к незаконченной партии.

Чёрная пешка как раз поставила шах белому королю.


Очная ставка


Погружённый в свои проблемы, Гарри не заметил, как пролетело оставшееся время до экзаменов. На улице стояла ужасная жара. В огромном кабинете, в котором они писали экзаменационные работы, было не только жарко, но и невыносимо душно. Перед экзаменами всем раздали специальные перья, заколдованные так, что тот, кто брал в руки это перо, лишался возможности хитрить.

На эти потуги юный маг только снисходительно улыбнулся. Изучив структуру заклинания, Гарри нашёл не менее трёх способов незаметно его обойти, но делать этого не стал из принципа. Да и честно говоря, делать это было просто незачем. Мальчику было трудно представить вопрос из программы первого курса, на который он не смог бы ответить.

Весь материал этого года, да и следующего тоже, а также половины третьего был намертво вбит в мозг когтевранца амулетом. А учить нерадивого ученика амулет любил. Только вот любовь была какой-то уж слишком нездоровой, с откровенно садистким уклоном.

Зато пройдя все круги ада обучения у артефакта, Гарри было крайне сложно напугать каким-то экзаменом. Пусть даже и итоговым. К тому же сильно обострившаяся память мальчика уже давно стала почти абсолютной.

Впрочем, особо много времени зубрению различных формул он не уделял. В большинстве случаев для нахождения правильного ответа было достаточно понимать принципы работы тех или иных законов магии. Единственной проблемой оставалась духота, но с ней приходилось просто мириться, как с неизбежным злом.

Небольшой отдушиной для Гарри стали практические экзамены. Такого парада уродцев юный маг давно не видел. Профессор Флитвик по одному приглашал переволновавшихся первокурсников в свой кабинет и требовал заставить плясать лежащий на столе ананас. После чего начиналась потеха. Бедные фрукты меняли цвет, летали, прыгали, взрывались, в общем, делали всё, что угодно, кроме, разумеется, заказанного деканом танца.

Дальше эстафету перехватила профессор МакГонагалл. Она дала им задание превратить мышь в табакерку. Количество полученных за экзамен очков зависело от того, насколько красивой получалась табакерка. Но если у табакерки были усы, балл автоматически снижался. Но чаще всего у студентов получалось этакое фарфоровое нечто, лишь отдалённо напоминающее коробочку с ножками.

А на экзамене у профессора Снейпа все жутко перенервничали, пытаясь вспомнить, как приготовить зелье, отнимающее память. Здесь во всей красе себя показал главный гроза подземелий. Созданное Невиллом зелье из абсолютно безвредных ингредиентов, которые в принципе не могли повредить человеку, оказалось ужасно токсичным и жутко нестабильным, грозя сдетонировать от любого косого взгляда и чуть не отправило на тот свет весь первый курс, сдававший в тот момент практику. Как у юного дарования получилась столь опасная смесь, осталось тайной.

К счастью, Гарри, как и большинство членов "Щита" минула подобная участь. Даже ненавидящий мальчика профессор зелий не сумел его завалить, хотя и поставил только "удовлетворительно".

Несмотря на мелкие неприятности, они смогли сдать все зачёты, хотя экзамены выпили из них немало крови.

-- Я думала, все будет гораздо сложнее, -- заметила Гермиона, когда они вместе с другими учениками вышли на залитый солнцем школьный двор. -- Оказалось, что мне даже не надо было учить наизусть кодекс волков-оборотней тысяча шестьсот тридцать седьмого года и историю восстания Элфрика Нетерпеливого.

Гарри мысленно улыбнулся. В этом была вся Гермиона. Прилежная до абсурда. Лично ему зубрить нечто подобное даже не пришло бы в голову.

Хотя это же Гермиона. Если обычные люди после подобной встряски стараются побыстрей выкинуть её из головы, то гриффиндорка всегда досконально разбирала каждую мелочь прошедшего теста. И очень любила указывать окружающим на их ошибки.

Гарри подобная привычка казалась забавной. Наверное потому, что сам юный маг мог поспорить с мисс Грейнджер в эрудированности. А вот остальные, кто не привык проводить большую часть свободного времени за учёбой, буквально выли от постоянных придирок гриффиндорки. Особенно доставалось той небольшой группе раздолбаев, которые учиться не хотели категорически.

Самым ярким примером этому служил Уизли под номером шесть. Вот на ком Гермиона отрывалась по полной. Её нравоучения медленно сводили рыжего с ума. Гарри, наверное, наслаждался бы, если бы ему так не хотелось пробить наглецу череп. Но пока это было невозможно.

Впрочем, ситуация с Гермионой вскоре должна была проясниться тем или иным образом. Он об этом позаботился через несколько дней после возвращения из Запретного Леса.

-- Нильс! -- тихо позвал домовика Гарри.

С тихим хлопком рядом с юным магом появился старый домой эльф.

-- Сэр! Нильс всё выполнил. Старый Нильс рад услужить вам.

-- Докладывай, -- коротко бросил когтевранец, прерывая бесконечный поток восхищения старого домовика.

-- Конечно, сэр! Как вы и просили, верный Нильс проследил за госпожой Гермионой. Нильс очень старался, но так и не смог найти ничего необычного. Госпожа Гермиона не встречалась ни с кем, кто бы мог причинить ей вред!

-- Понятно. Что-нибудь ещё?

-- Да, сэр! Мне очень жаль, но старый Нильс несколько раз терял юную госпожу из виду! Если вы хотите, то я с радостью накажу себя за это!

-- Где именно? -- почти прошипел Гарри. Колокольчик интуиции зазвенел на этих слова домового. А своей интуиции мальчик привык доверять.

-- В Выручай-Комнате, сэр! Я не сумел попасть туда.

-- И что тут такого? Мы все посещаем Выручай-Комнату во время свободного времени после занятий, да и все заседания "Щита" проходят там же.

-- Нет, сэр! Юная госпожа часто посещает Выручай-Комнату после отбоя!

Гарри напрягся. Это было непохоже на Гермиону. Гриффиндорка не любила лишний раз нарушать школьные правила и никогда не одобряла ночных прогулок по Хогвартсу. И вот теперь по собственной воле бродит по ночам.

-- Удалось узнать, что она там делает?

-- Нет, сэр. Но старый Нильс думает, что юная госпожа может встречаться с госпожой Дафной. Старый Нильс несколько раз видел, как госпожа Дафна покидала Выручай-Комнату после того, как туда заходила госпожа Гермиона.

-- Вот как... Это надо будет проверить. Ты свободен.

-- Нильс рад служить великому Гарри Поттеру.

С этими словами старейшина домовых эльфов Хогвартса исчез.

Гарри вздохнул. Эти создания были безусловно полезными, но как же общение с ними порой утомляло.

Через несколько часов Гарри спустился в катакомбы под замком. Он доверял Нильсу, но надо было проверить слова старого домовика.

К счастью, мальчик давно предусмотрел вариант того, что Дафна рано или поздно затеет свою игру. Поэтому юный маг давно приставил к ней соглядатая.

Кто-то назовёт это подлостью, но в мире, где интриги были неотъемлемой частью жизни, здоровая паранойя ещё никогда не вредила.

Да и глупо было ждать абсолютной покорности от любимой внучки такого мага, как Эдмунд Гринграс.

Наконец, он подошёл к нужному месту и тихонько позвал:

-- Ш-шас.

Через несколько секунд из небольшой трещины в стене показалась голова фамильяра.

-- Ты з-звал, говорящ-щий?

-- Да. Ты с-сделал, ч-что я тебя приказ-зал?

-- Да, говорящ-щий.

-- Рас-сказывай.

-- Девочка что-то з-задумала, но она верна тебе, говорящ-щий. Я чувс-ствую.

Гарри задумался. Несмотря на то, что фамильяр не знал англиского, к его мнению стоило прислушаться. О том, что у змея начала появляться эмпатия, он знал, поэтому к словам Шаса юный маг относился предельно серьёзно.

-- Она вс-стречается по ночам с другой девчочкой, которую я тебе показ-зывал?

-- Да, говорящ-щий.

-- Когда?

-- Нес-сколько дней наз-зад.

-- Ч-что ты об этом думаеш-шь?

-- Она не враг, говорящ-щий. Я виж-жу.

-- С-спасибо, Ш-шас. С-ступай.

Когда змей скрылся, Гарри задумался.

Похоже, серьёзного разговора с леди Гринграс было не избежать. И лучше бы у неё были ответы на его вопросы. Хуже всего, он не мог понять, что же задумала хитрая слизеринка. Ведь, судя по всему, она не собиралась ему навредить. Тогда в чём заключался её план?

Стоя в коридоре, Гарри прошептал одними губами:

-- Что же ты задумала, Дафна?


Прыжок в люк


К несчастью, в тот день Гарри так и не удалось поговорить с девочками наедине.

Гермиона всё время находилась рядом с Роном и Невиллом, а Дафна вообще не покидала пределов гостиной Слизерина. Поэтому серьёзный разговор пришлось ненадолго отложить.

Лезть напролом, не зная всех деталей задуманной девочками аферы, когтевранец не хотел. Несмотря на бурлящий внутри котёл противоречивых эмоций, мальчик понимал, что своими действиями мог только всё окончательно запутать.

Решив, что один день ничего не решает, Гарри отправился на ужин. Здесь его ожидал очередной сюрприз.Место директора за преподавательским столом пустовало. Как удалось выяснить, что несколько часов назад Дамблдор получил срочную сову из Министерства магии и немедленно вылетел в Лондон.

При этом не уточнялось, почему великий маг из всех средств, доступных ему для передвижения, выбрал самое медленное.

Кроме того, все почему-то были свято уверены, что директор вернётся только завтра утром. И к тому же с ним нет ну совсем никаких способов связаться.

Подобные разговоры лишь позабавили юного мага. За время ужина он сумел придумать целых четыре способа при необходимости передать нужную информацию Дамблдору и вернуть его в Хогвартс менее чем за час.

Гипотетически, самое простое в данной ситуации было бы просто воспользоваться каминной сетью и встретить директора ещё в Министерстве Магии или вылететь навстречу.

Сам же великий светлый комбинатор, знавший про магию куда больше него, наверняка имел в запасе не один десяток подобных заготовок на экстренный случай.

Но своими соображениями Гарри ни с кем делиться не стал, только ещё раз ощутил лёгкий укол интуиции.

Она недвусмысленно намекала на то, что всё происходящие является звеньями одной цепи.

-- Что бы ни надвигалось, это произойдет сегодня вечером, -- тихо пробормотал Гарри.

Гарри, сжавшись в кресле, молча сидел в гостиной Когтеврана. Часы медленно отсчитывали оставшееся время до отбоя.

Наконец, последний учащийся отправился на боковую, и Гарри покинул территорию факультета.

Путь юного мага с самого начала не заладился. Не успел он подойти к самой первой лестнице, как у ее подножия нарисовалась миссис Норрис.

Увидев Гарри, кошка радостно мяукнула. Миссис Норрис очень привязалась к нему во время его отработки и никак не хотела отпускать мальчика.

Пришлось сперва зайти на кухню и взять для верной помощницы Филча пару сардин, а затем спуститься в каморку сторожа и, быстро засвидетельствовав своё почтение старику, попросить Филча забрать у него кошку, а то она никак не хотела покидать мальчика. Поговорив несколько минут со сторожем и отклонив предложение Филча выпить с ним чашечку душистого чая, Гарри вновь двинулся в сторону Запретного Коридора.

Пройдя около половины пути, Гарри заметил мелькнувшую впереди тень. Рефлексы сработали раньше, чем мальчик успел что-либо предпринять:

-- Петрификус Тоталус! -- воскликнул юный маг, указывая палочкой на замеченную впереди тень.

Тень дёрнулась и упала на пол. Подойдя к своей добыче, когтевранец позволил себе лёгкую улыбку. Уж эти белые, идеально уложенные локоны он ни с чем не перепутает.

Снимая заклинание, он спросил.

-- Ну, здравствуй, Даф. А я как раз тебя искал. Может объяснишь мне, что здесь происходит? -- От бархатного голоса Гарри слизеринка вздрогнула. Она прекрасно знала, что такая интонация из уст когтевранца говорит о том, что собеседник находится в состоянии крайнего бешенства.

-- Не сейчас. Мне... -- посмотрев на Гарри, Дафна поправилась. -- Нам надо идти! Если мы не поспешим, то все приготовления пойдут прахом.

-- С этого момента поподробнее.

-- Давай я тебе всё расскажу по дороге. Иначе с этим "золотым трио" что-то может случиться.

-- Беспокоишься о гриффиндорцах?

-- Нет. Просто если что-то случиться с Грейнжер, то ты же меня никогда не простишь.

Гарри промолчал. Дафна как всегда била точно в цель.

-- Пошли. А по дороге рассказывай, что вы там на пару напридумывали.

По мере того, как Дафна излагала события минувших месяцев, глаза Гарри всё больше расширялись от удивления. Так виртуозно управлять сложившейся ситуацией, имея такие ничтожные ресурсы... Поразительно! Использовать Рона с Невиллом, как штрафной батальон на пути к камню. Такого элегантного решения проблемы его "заклятых друзей" мальчик не ожидал.

Но вот использование во всем этом Герми изрядно раздражало когтевранца, но Дафна заявила, что гриффиндорка была единственным доступным агентом влияния. И она сама вызвалась добровольцем. При этом ей было строго настрого запрещено лезть на рожон. И при первой же серьёзной опасности она должна была отступить.

Гарри даже немного остыл. Но оставалась ещё одна самая главная деталь, которую юный маг никак не мог понять.

-- И всё же ты не ответила на главный вопрос. Зачем? Какова цель всей этой грандиозной аферы?

-- Их несколько. Но главная -- лишить нашего основного противника стратегического ресурса. Философский камень не только дарует бессмертие, но и позволяет создавать золото в промышленных масштабах.

-- И ты решила его украсть? Извини, Даф, но тебе не приходило в голову, что в коридоре может находиться пустышка? Жалкая поделка, созданная директором.

-- Вероятность этого не более десяти процентов. Крайне сложно сделать действительно качественную поделку столь мощного артефакта. Сильный маг, а также многие амулеты смогли бы почувствовать это ещё до входа в Запретный Коридор. Куда проще и надёжнее спрятать там настоящий камень.

-- И что ты собиралась делать с камнем?

-- Забрать и передать в один из тайников Рода. В случае невозможности безопасной передачи камень планировалось уничтожить.

-- Ну, а как ты собиралась оградить Герми от преследования Дамблдора? Не верю, что наш великий и ужасный директор оставил бы подобную выходку безнаказанной. Напомню, что он мощный легимент и не хуже Снейпа умеет копаться в мозгах у своих студентов.

-- А что он сумеет там найти? Ведь я не зря всё время держала руку на пульсе событий. У него, как и у любого другого менталиста, что решился бы покопаться в головах у гриффиндорцев, сложится впечатление, что автором этого похода является именно Невилл с Роном, а Гермиону они чуть ли не насильно заставили помогать в своей безумной авантюре. Плюс одно редкое зелье, начисто стирающее последний час жизни из памяти принявшего препарат. Я специально заранее дала Герми необходимые инструкции. Когда камень окажется у них, Герми останется лишь напоить им мальчишек. Так что главным виновником признают Лонгботтома. Как впрочем, Дамблдор и планировал.

-- В смысле? -- не понял Гарри. Иногда выводы подруги могли сбить с толку кого угодно.

-- Как, по-твоему, зачем вообще нужна эта полоса испытаний, которую может преодолеть даже первокурсник? Ответ очевиден, всё это часть тренировки великого "Героя". К сожалению, с тобой этот фокус не прошёл, вот Дамблдор и вытащил из рукава запасного претендента на роль главного защитника света. Почти идеальный вариант. Истинный гриффиндорец, имеющий множество достоинств, которых начисто лишён некий Гарри Поттер. И главное, он абсолютно предан идеалам добра.

Удивительно, что ты сам не догадался. Впрочем, это не важно. Мы почти пришли.

-- Да нет. Мне просто были интересны твои выводы. Иногда полезно взглянуть на события со стороны. Это помогает оставаться объективным.

Несколько секунд спустя они стояли перед дверью, ведущей в запретный коридор. Дверь была распахнута настежь.

-- Да. Они точно здесь были. Только гриффиндорцы могли оставить дверь в Запретный коридор настежь. Они что, никогда не слышали о простейших способах маскировки? Хотя бы дверь за собой бы прикрыли, -- с лёгким презрением пробормотала Дафна.

-- Пошли, -- прошипел на ухо слизеринке Гарри и шагнул внутрь.

Раздался громкий скрип, и до них донесся раскатистый громоподобный храп цербера. Пес дёрнулся во сне и снова затих.

-- Тише. Не разбуди его, -- одними губами прошептала девочка.

-- Что это? -- спросил юный маг, указывая на крохотный предмет находящийся у ног пса.

-- Волшебная арфа. Один из простейших магических музыкальных инструментов. Заряда в ней хватит до утра. Главное случайно не задеть.

Подойдя к распахнутому люку, Гарри спросил:

-- Что теперь? Я лично ничего не вижу в этой темноте.

-- Секунду, -- пробормотала Дафна, делая лёгкий пас волшебной палочкой.

Из темноты в руки слизеринки скользнул бумажный журавлик.

-- Магическая записка? Оригинально.

-- Да. Все старшекурсники пользуются такими для переговоров во время занятий. Герми должна оставлять такие по всему маршруту своего движения.

Несколько секунд Гринграс внимательно изучала её содержимое, а затем молча шагнула во тьму проёма, и со свистом скрылась во тьме.

Пару мгновений Гарри простоял на краю люка, а затем последовал за слизеринкой. Глубоко вздохнув, юный маг шагнул в бездну. И полетел вниз.

Он все летел и летел, прорезая холодный влажный воздух, а дна все не было...


В погоне за каштановым бурундуком


Момент удара Гарри не заметил. Просто в один момент мальчик почувствовал, что находится на чём-то мягком. Он сел и огляделся. Глаза его еще не привыкли к темноте, но было такое ощущение, словно он сидит на каком-то смутно знакомом растении. Через пару секунд юный маг смог вспомнить, что же это за растение.

-- "Дьявольские силки", -- печально констатировал когтевранец. -- Могла бы предупредить.

-- Узнал? А теперь лежи и не дёргайся, -- раздался голос Дафны из темноты.

Гарри ещё раз вздохнул и стал ждать. Было жалко тратить на "дьявольские силки" лишнее время, в то время, когда с Гермионой могло произойти всё, что угодно, но другого способа пройти через ловушку действительно не было. Не в их ситуации.

Огненные заклинания не бьют на такое расстояние, а жечь сорняк сейчас было бы крайне опрометчиво. В столь замкнутом помещении при сожжении этого гадкого сорняка была велика вероятность банально погибнуть от угарного газа, запутавшись в стеблях магического растения. Поэтому приходилось ждать, пока он не успокоится.

"Как сказал бы амулет: Раз нельзя ничего изменить, то надо расслабиться и получать удовольствие".

Мальчик ещё раз вздохнул. Жаль, что наставник категорически отказался лезть в эту ловушку вместе с ним. И при этом так всё логически обосновал, что у мальчика даже не получилось на него обидеться.  Ведь правда, в случае провала миссии по спасению рядовой Грейнжер и добычи философского камня их скорей всего досконально обыщут, и не факт, что даже в режиме "слияния" директор не смог бы заметить данный магический атрибут. Всё же титул Великого Мага Дамблдор носил вполне заслуженно. Поэтому Гарри пришлось скрепя сердцем оставить амулет под защитой Шаса.

Наконец, "Дьявольские силки" успокоились и позволили своим пленникам выбраться наружу. Пара секунд, и Гарри с Дафной уже скрылись в единственном каменном проходе, который вел отсюда. На прощание юный маг обернулся и бросил:

-- Лакарнум Инфламаре Максима!

Понаблюдав пару секунд, как вспыхнувшее синее пламя охватывает магическое растение, когтевранец позволил себе мечтательную улыбку.

Конечно, не адское пламя, но всё же знатно горит. Вот теперь преследователей можно было не бояться. Любого, кто попытается воспользоваться люком, ожидает большой сюрприз. А заодно и участь лепёшки. Всё же выжить, упав с такой высоты на каменный пол, проблематично.

Лучше всего, конечно, что бы данная участь постигла дорогого директора. Но это только мечты. Такое развитие событий крайне маловероятно. Но может же мальчик немного помечтать?

Бесконечный коридор вывел Гарри с Дафной к входу в ярко освещенный зал с высоким дугообразным потолком. Зал был полон порхающих и кружащихся птиц -- маленьких и ярких, как драгоценные камни. На другой стороне зала виднелась тяжелая деревянная дверь.

-- Думаешь, они нападут на нас, если мы попытаемся пройти через зал? -- задал резонный вопрос когтевранец.

Юный маг точно знал, что в таком случае, несмотря на все свои навыки, он продержится всего пару секунд. Тут их не спас бы и "Адский огонь". Слишком много целей для одного заклинания.

Гарри ещё раз пожалел, что не додумался выбить из Квиррелла или наставника что-нибудь для ударов по площади. Впрочем, юный маг был реалистом и понимал, что у него просто не хватит сил на подобное массовое проклятие.

-- Вряд ли. На полу нет ни растерзанных тел, ни даже следов крови, а значит гриффиндорцы прошли данный этап без потерь. Но надо быть настороже.

Гарри шумно втянул в себя воздух и, на всякий случай закрыв голову руками, осторожно высунулся в зал, готовый в любой момент рвануть обратно, но ничего не произошло.

Видя, что птицы не собираются атаковать, Гарри спокойно подошёл к двери и схватился за ручку. Она оказалась запертой. Для порядка юный маг попробовал открыть дверь "алохоморой". Без результата.

-- Не работает? Надо подумать... Ведь гриффиндорцы как-то прошли... -- пробормотала подошедшая слизеринка.

-- Никаких подсказок от Гермионы?

-- Я проверила. Чисто. Похоже, Грейнжер считает, что мы справимся сами. Ведь и о силках она предупредила только для того, чтобы доказать, что прыжок в люк был безопасным. Решение должно быть достаточно простым... Стой! Эти птицы... Они не могут быть здесь просто так, для украшения!

-- Тоже заметила? Я уже минуту разглядываю местных пташек. -- Гарри было приятно, что он сумел поддеть излишне самоуверенную Дафну. -- И скажу тебе следующее. Они состоят из металла и поразительно похожи на ключи. А ещё вон там стоит метла. Но я туда не полечу. Мне жалко моё время. Да и не уверен, что эта стая там только для массовки. Играть наперегонки со смертью мне не охота. А теперь, Даф, будь добра, не отвлекай.

Вытащив волшебную палочку, Гарри тщательно вывел на поверхности двери руну "Дагаз". Довольно простая в своём начертании, и хотя данная руна являлась созидательным атрибутом, всё же несла в себе элемент времени, на который и собирался воздействовать юный маг.

Пара секунд, и древесина начала превращаться в труху. Не прошло и минуты, как дверь упала на пол, открывая дальнейший путь в глубь подземелий.

-- Прошу, мисс, путь свободен.

В следующем зале было настолько темно, что вообще ничего не было видно. Однако стоило им сделать несколько шагов, как комнату внезапно залил яркий свет.

Они стояли на краю огромной шахматной доски, прямо за черными каменными фигурами, которые были выше их на добрую голову. На другой стороне доски стояли белые фигуры. Мальчик хмыкнул, заметив, что у белых фигур, в отличие от черных, отсутствовали лица.

Ещё одной неожиданностью стало лежащее в небольшом углублении тело рыжего долговязого парня. К удивлению когтевранца, всё, что он испытал, глядя на него, было лёгкое презрение.

-- Неудачник. Дафна, тебе будет достаточно десяти минут?

-- Если при создании использовался стандартный алгоритм, то мне хватит и трёх, -- после секундной заминки не без гордости сообщила слизеринка.

-- Хорошо. Куда мне встать? -- поинтересовался Гарри.

-- Займи место короля, а я стану ферзём.

И началось великое избиение. Надо отдать должное белым, они мужественно сопротивлялись, но их судьба была предопределена изначально. Дорвавшись до своего любимого средства релаксации, Дафна не знала жалости. Любая попытка белых отодвинуть неизбежное жёстко пресекалась разошедшейся слизеринкой. За всю партию Гарри так и не пришлось сделать ни одного хода.

Партия заняла несколько больше времени, чем предполагала Гринграс. А именно четыре с половиной минуты, но половину этого времени Дафна потратила на подготовку красивого финала, сама нанеся "удар милосердия" белому королю.

И вот очередная комната встретила их таким отвратительным запахом, что если бы они не зажали носы, то наверняка потеряли бы сознание. Даже глаза слезились, пока они всматривались в полумрак. Наконец они увидели распростертого на полу огромного тролля, значительно превосходившего по размерам того, которого они победили в Хэллоуин. Тролль явно был без сознания, а на его голове багровела гигантская шишка. Дафна сделала попытку потерять сознание, но поняв, что её никто на руках не потащит, вновь невозмутимо двинулась дальше.

-- Бедный тролль. Он не заслужил такой участи. Лучше бы они его убили, -- скорбно пробормотал Гарри, вытаскивая из носа монстра волшебную палочку.

-- Живодёры. Гринписа на них нету, -- поддержала игру слизеринка.

Тут же коридор наполнился нервным смехом. Гарри с Дафной были искренне рады, что им не пришлось сражаться с этим колоссом. Всё же тролли, с их достаточно мощным иммунитетом к магии, не лучшие противники для магов.

Гарри аккуратно приоткрыл следующую дверь и с опаской заглянул внутрь -- за ней их могло ждать что угодно. Но в комнате не было ничего страшного.

Посредине стоял стол. На нем выстроились в ряд семь разнокалиберных сосудов, наполненных какими-то жидкостями.

В этой же комнате они нашли оглушённого Невилла. Бой с троллем всё же собрал свою дань. Пока всё складывалось даже лучше, чем они могли предполагать. Значит, ему с Дафной не придётся в конце драться с гриффиндорцами.

-- А вот привет от Снейпа!

Он подошел к столу, и вдруг позади них из-под пола вырвалось пламя, отсекая путь назад. Судя по ярко-фиолетовому цвету, это был не простой огонь, а волшебный. Тут же языки огня заплясали перед той дверью, которая находилась впереди. Гарри и Дафна оказались в ловушке.

-- Примитив, профессор. Скорей всего здесь должна быть логическая загадка, но у меня на это нет времени.

Гарри сосредоточился, выставив перед собой палочку. И погрузился в транс, стараясь почувствовать пламя. После чего начал поглощать находящуюся в пламени магию.

Всё же хорошо, что в своё время он послушался наставника и купил именно эту палочку, а не ту с пером феникса. Ведь волшебная палочка -- это не только средство для манипуляции энергией, но и накопитель маны. И чем мощнее палочка, тем больше Силы она может вместить в себя.

Поток магии оказался неожиданно сильным, а процесс поглощения шёл мучительно медленно. С каждой секундой палочка от переполнявшей её мощи начала всё быстрее нагреваться. И вот когда жар стал уже почти невыносим, всё закончилось.

Гарри перевёл дух, обещая, что больше не будет поступать так опрометчиво. Возомнил себя архимагом! Вот что творит с магами излишнее высокомерие. Но пора было двигаться дальше.

-- Герми, я иду!


О зеркале, камне и демоне


Когда магический огонь окончательно потух, Гарри и Дафна двинулись дальше сквозь открывшийся проём.

Последний зал оказался обставлен неожиданно скромно. Лишь посередине комнаты в золотой раме стояло красивое магическое зеркало высотой до потолка, украшенной орнаментом.

-- Зеркало Еиналеж, -- шёпотом выдохнула стоящая за его спиной слизеринка.

Услышав название зеркала, юный маг непроизвольно сделал шаг назад. У него не было ни малейшего желания попасть под действие столь жуткого легендарного артефакта. Гарри вспомнил историю Зеркала Желаний, которую ему однажды поведал наставник как яркий пример того, что человеческая подлость не знает границ. А пытливый ум всегда найдёт лазейку даже в самой страшной клятве.

По легенде, созданное самой Морганой зеркало было сделано как особо жестокий способ уничтожения других магов в обход всех клятв и обетов. Обычно ведьма приводила к нему неугодного мага и показывала ему его самую сокровенную мечту. После чего просто оставляла его там. При этом клятва не была нарушена.

Что может быть плохого в исполнении самой заветной мечты, пусть даже и в грёзах? Вот только у зеркала был один маленький недостаток. Оно брало плату за просмотр. Достаточно скромную по меркам столь мощного тёмного артефакта. Всего лишь одну сотую способностей мага за ночь. Мелочь по сравнению с получаемым наслаждением. Кроме того, первый сеанс был абсолютно бесплатным. Поэтому самый первый раз был абсолютно безопасным, ну а дальше всё было на совести гостя. Ему никто не запрещал смотреться в проклятое зеркало, но при этом и не заставляли ходить к артефакту. Маг сам решал свою судьбу.

Разумеется, гости не знали о маленьком недостатке повторных сеансов, а хозяйка об этом им не рассказывала. И те день за днём сидели перед зеркалом, постепенно отдавая свою силу в обмен на сладкие грёзы, не замечая этого.

И вот когда потерявшая все свои силы и обезумевшая от сладкого дурмана жертва лишалась последней капли магии, то зеркало начинало медленно поглощать душу нового сквиба. Ещё пара дней, и бывший маг превращался в высохшую мумию, а Моргана получала от заточённого в зеркале демона свою долю. А на следующую ночь у артефакта появлялась новая жертва.

Все довольны, и не одна клятва не нарушена. Кто виноват, что гость сам отдал магическому зеркалу всю свою силу. Надо было быть внимательнее.

Убедившись, что находится на безопасном расстоянии от зеркала, Гарри внимательно оглядел комнату в поисках Гермионы. И к своему ужасу заметил её. У подножия зеркала лежала ничком маленькая, облаченная в черное фигурка с растрёпанными в беспорядке с каштановыми волосами. Впервые за время их маленького путешествия мальчик растерялся. Первым его побуждением было сломя голову броситься к ней, но намертво вбитые наставником рефлексы требовали прежде, чем предпринять какие-либо действия сначала оценить обстановку.

К удивлению юного мага, у Дафны, которую он всегда считал живым воплощением здравомыслия, не возникло подобной трудности. Юная слизеринка без лишних раздумий бросилась под губительное действие древнего артефакта. Проклиная себя за секундную слабость, Гарри последовал примеру девочки.

Гермиона была белой, как мел. Губы девочки начали уже наливаться синевой. Быстро дотронувшись до шеи девочки, Гарри с облегчением нащупал слабый пульс.

Осмотр не выявил никаких видимых повреждений на теле гриффиндорки, только в правой руке были обнаружены слегка дымящиеся осколки того, в чём Гарри признал остатки философского камня. Но это открытие не приблизило юного мага к разгадке происходящего. Было видно, что жизнь стремительно покидала тело девочки.

Поняв, что так он ничего не найдёт, когтевранец закрыл глаза и сосредоточился. К удивлению Гарри, сегодня он сумел настроиться почти мгновенно. Секунда, и окружающий мир засветился новыми красками.

Зеркало Еиналеж наполнилось зловещим кроваво-красным свечением, осколки философского камня запылали бледно-белым свечением, а самое главное, юный маг сумел разглядеть ауру гриффиндорки.

От увиденного Гарри чуть не взвыл. Энергетическая оболочка девочки была почти полностью разрушена. Ядро личности, которое в простонародье называют просто душой, держалось за тело всего на нескольких быстро тускнеющих энергетических нитях.

А самое главное, мальчик сумел разглядеть причину столь плачевного состояния девочки. Небольшой сгусток энергии, стремительно поглощавший остатки жизненной энергии.

Хуже всего, что Гарри узнал это "светлое" заклинание. Обычное "Изгнание" -- чары, специально созданные светлыми магами для уничтожение инферналов и прочих тварей, порожденных некромантией. Его тёмную версию юный маг освоил на первом уроке по прикладной некромантии. Специально для упокоение неудачных кадавров, которые вдруг решили закусить своим создателем.

Попадая в цель, "Изгнание" разрушало связь между душой и телом, но по идее его мощности было недостаточно для такого эффекта. Им было не убить даже обычного магла, не говоря уже о волшебнице, чья аура была на порядок сильнее.

Максимум, что ей должно было грозить -- это кратковременный обморок и пара дней на восстановление, но никак не смерть.

И тут мозаика в мозгу Гарри сложилась. Он понял, в чём заключался план директора. Заманить Волди сюда с помощью камня. Потом, когда он его достанет, должно было сработать замаскированное в камне "Изгнание". Из-за мощного магического фона обнаружить его было почти невозможно.

Дальше Квиррелл, чья аура была изгрызена одержимостью, должен был умереть здесь. А осколок души последнего Тёмного Лорда должен был быть съеден запечатанным в зеркале демоном, который кроме всего прочего своим присутствием на порядок усиливал действие "Изгнания". Потрясающе красивая комбинация, которая сейчас медленно убивала Гермиону. Было удивительно, что она вообще протянула до этого момента. Но восхищаться умом Дамблдора сейчас не было времени, надо было спасать девочку.

Первым делом Гарри поставил между собой и зеркалом простенький щит, не дававший демону высасывать из Гермионы энергию. Затем пришла пора убрать из организма эту гадость, что продолжала свою подрывную деятельность.

Дальше настала очередь "Изгнания". Пришлось осторожно вырезать эту магическую опухоль из ауры девочки. После чего Гарри щедро плеснул в её каналы собственной энергии из своих запасов.

К сожалению, это не помогло. Жизнь продолжала покидать тело Гермионы. Юный маг бессильно сжал кулаки. Он не знал, что ещё можно сделать.

-- Гарри, что происходит?

Только сейчас юный маг вспомнил о Дафне. В голове у мальчика появилась призрачная надежда. Когтевранец быстро описал девочке ситуацию.

Пару секунд Дафна задумалась. А затем вынесла свой вердикт:

-- Нужно быстро восстанавливать связи.

-- Это понятно, но как? -- почти зло прокричал Гарри.

-- Единственное, что приходит на ум это -- Ритуал Принятия.

-- Что? -- юному магу показалось, что он ослышался.

-- Её нужно провести через Обряд Принятия в Магический Род.

Существует такое понятие, как Родовая Магия. При прохождении данного обряда у мага появляются новые способности, а так же происходит изменение ауры. Конечно не факт, что поможет, но попробовать можно.

-- Что нужно делать? -- быстро выловил из свалившейся на него информации мальчик.

-- Тебе ничего. Судя по всему, её в этом мире и так держит только одна вассальная клятва. При ритуале с тобой она разрушится, и Гермиона просто не доживёт до её окончания.

-- Тогда зачем... -- Гарри хотел заорать на девочку, разбившую его последние надежды, но увидев, что она достала из одного из многочисленных карманов миниатюрный серебряный нож, замолчал.

Наклонившись над Гермоной, Дафна аккуратно сделала на своём запястье несколько надрезов и быстро начала что-то бессвязно шептать.

Через несколько секунд тело слизеринки окутало синеватое сияние, которое тут же начало плавно перетекать к лежащей на полу гриффиндорке. Пару минут ничего не происходило, а затем голубое марево развеялось. Дафна бессильно рухнула на пол.

-- Надо же. Получилось. Магия Рода всё же приняла её, -- удивлёно прошептала девушка.

-- Что это значит? Она могла и не принять.

-- Могла. И должна была это сделать. Она ведь даже не чистокровная. Маглорожденая. Я никогда о таком не слышала. Род должен был её отвергнуть...-- тихо произнесла слизеринка. У Гарри появилось нехорошее предчувствие.

-- И что бы тогда произошло?

-- Мы бы обе умерли, -- спокойно произнесла Гринграс.

-- Ты... Зачем? -- только и сумел выдохнуть мальчик.

-- Я втравила её во всё это, а значит несу всю полноту ответственности за произошедшее.

-- Ты неисправима.

-- Я такая, какая есть. Как там Гермиона?

-- Уже лучше. А с чего тебя вдруг заинтересовало состояние какой-то маглорожденной? Не умирает и ладно. Твоя совесть чиста, -- подколол слизеринку Гарри.

-- А что тут такого? Беспокоиться о самочувствии моей маленькой сестрёнки вполне нормально.

-- Сестрёнки? -- юный маг рассмеялся. -- Интересно, какое будет лицо у Герми, когда она узнает, что она теперь входит в благородный род Гринграс, пусть и задним числом. Я хочу это увидеть, а теперь тебе пора вставать.

-- Встаю, -- с явной неохотой пробормотала Дафна, поднимаясь. -- Что теперь? Задание выполнено. Камень был уничтожен и без нашей помощи.

-- Ты берёшь Герми на прицеп и левитируешь её в медпункт, а затем идёшь к директору. Думаю не ошибусь, если скажу, что он уже вернулся. Чтобы выбраться из ямы, воспользуйся метлой из комнаты с ключами.

-- А ты?

-- У меня осталось здесь ещё одно незаконченное дело.

Когда девушки скрылись, Гарри перестал сдерживать эмоции и бросил полный ярости взгляд на стоящее зеркало. Подойдя к нему юный маг тихо прорычал:

-- Давай! Покажи то, что я хочу увидеть!

На поверхности Зеркало Еиналеж начала появляться багровая фигура демона. Существо с трудом помещалось в немаленькое магическое зеркало. В глазах порождения Бездны, кроме всепожирающей ярости, читалось нескрываемое удивление.

Внимательно оглядев заточённого демона, юный маг продолжил:

-- Ты чуть не погубил дорогого мне человека, и я это так не оставлю. Ты вместе с директором поплатитесь! Тебе так нужна энергия? Подавись!

После этих слов Гарри поднял палочку и выбросил в зеркала всё, что сумел накопить в своём резерве.

В последнюю секунду перед тем, как зеркало исчезло в яркой вспышке высвободившейся магии, Гарри отчётливо увидел в глазах монстра страх и безысходность.

А затем наступила тьма.


Новости


Гарри не особо удивился, когда перед ним неожиданно вновь раскинулся мир под угольно-чёрным небом. Нечто подобное он и ожидал, когда высвобожденная в зале Сила накрыла его с головой.

Хотя с прошлого посещения юным магом этот мир претерпел некоторые изменения. Кустарник, раньше заполнявший всё свободное пространство бескрайней степи исчез. На его месте осталось лишь унылое пепелище, и первые, пока ещё робкие побеги зелёной травы. А посередине степи раскинулось небольшое озеро с такой же чёрной водой.

Заворожённый этой картиной, когтевранец не заметил, как сзади появился его старый знакомый. Гарри подскочил от неожиданности, когда за спиной раздались громкие хлопки. Обернувшись, юный маг впился злобным взглядом в подкравшегося волшебника.

Лорд Спрут тоже претерпел изменения. Если раньше мальчик не мог вспомнить черты лица собеседника, то теперь юный маг отчётливо понял, что на лице странного человека во время их кратковременных встреч находилась простая белая маска с вырезами для глаз. А он как последний дурак старался рассмотреть то, что увидеть было в принципе невозможно.

Прочитав что-то в глазах мальчика, Спрут одобрительно хмыкнул. Гарри готов был поклясться, что сейчас на лице мага выступила лёгкая улыбка. Но в следующую, когда он заговорил, секунду наваждение рассеялось.

-- Гарри, я в замешательстве. Ответь мне пожалуйста на один вопрос. Ты действительно идиот, начисто лишённый чувства самосохранения? -- в голосе Лорда Спрута яда хватило бы десятку василисков. -- Ты вообще думаешь перед тем, как творишь? Что это был за акт вандализма? Какого чёрта ты вообще решил уничтожить это зеркало? Оно тебе мешало? Что бы ты делал, если бы в зеркале действительно был заключён могущественный демон? Ты понимаешь, что освободившийся от оков демон, мягко говоря, не лучшая компания для обессиленного мальчика. Думаю, что просидев столько лет в подобном месте, у любого окончательно сьедет крыша. Так что в лучшем случае тебя ждала бы участь закуски. Это понятно?

-- Я должен был это сделать. Ради Герми.

-- Думаю твоей подружке не слишком бы понравилось, что её парень стал завтраком для безумного демона.

-- Постой, ты хочешь сказать, что никакого демона в зеркале не было?

-- Почему не было? Он действительно там находился, правда, не совсем так, как это понимают нынешние маги. Высших демонов, таких, какой находился в зеркале, вообще крайне сложно запечатать в некий предмет. Это тебе не мелкий бес, каких тысячи. Высшие -- это, так сказать, аристократия Бездны.

-- Не понимаю. То ты говоришь, что демон был, то что его не было. -- Гарри понял, что окончательно запутался. Зато, он понял, у кого амулет научился таким путаным объяснениям. И к тому же похоже Спрут, как и наставник не мог одновременно злиться и вести просветительную работу.

-- Зеркало не было тюрьмой. Его способность забирать магической дар не был основным предназначением зеркала. Оно было якорем-порталом. Через него данный тип смог зацепиться и взаимодействовать с нашим миром. Тебе повезло, что владелец портала не успел вмешаться. А поглощение являлось просто приятным бонусом. Хотя тебе повезло, что при уничтожении не произошёл локальный прорыв Инферно, иначе на месте Хогвартса, а заодно и на территории старушки Англии произошёл бы локальный Армагедон. Хотя тебе и так не слабо досталось.

-- Но ведь теперь всё в порядке? -- уточнил мальчик.

-- С чего ты решил? Оглянись вокруг, Пламя Бездны всегда оставляет свой след. Хотя я и не знаю, чем это для тебя обернётся. Но думаю, ты в конечном итоге получишь некоторое увеличение твоих способностей. Ведь всё, что не убивает делает нас сильнее? Да и Тьма не осталась в стороне, наградив тебя чем-то за отличную работу. Но будь осторожен. Быть в фаворе у столь капризных сущностей крайне опасное дело.

-- Тьма? -- Гарри вздрогнул.

-- Чему ты так удивляешься? Твоя покровительница не слишком жалует демонов. Никто не любит конкурентов.

-- И к чему мне готовиться?

-- Кто знает? Госпожа горазда на выдумки. А теперь тебе пора просыпаться.

В себя Гарри пришел рывком. Он снова моргнул. Из тумана выплыло улыбающееся лицо Альбуса Дамблдора.

Увидев прямо перед собой великого Светлого Волшебника, юный маг рефлекторно отшатнулся. Улыбающийся Дамблдор пугал мальчика сильнее, чем все демоны Бездны.

"Мама! Меня сейчас будут медленно убивать!"

Но Дамби, похоже, этого не замечал, молча продолжая гипнотизировать мальчика. Наконец, ему это надоело.

-- Добрый день, Гарри, -- произнес Дамблдор. Мальчик уставился на него.

Какой добрый день? По идее, Светлый маг должен был сейчас гореть чувством праведной мести и мечтать только о том, как будет поджаривать его на медленном огне. Хотя...

Почему собственно он так решил? Ведь за камнем полезли именно гриффиндорцы, а установить его причастность к произошедшему невозможно. Он просто спасал подругу, что собственно и является правдой. Вот и будем играть эту роль до конца. Особенно, если ему действительно было интересно.

-- Сэр! -- произнес Гарри слабым голосом, тщетно пытаясь подняться. -- Что с Гермионой и остальными? Им надо помочь!

-- С твоей подругой всё в порядке. Она, как и остальные пострадавшие, находится в Больничном Крыле. Несмотря на довольно сильное магическое истощение, она идёт на поправку, и её скоро выпишут.

Гарри мысленно выругался. Сильное магическое истощение? Да ему с Дафной каким-то чудом удалось склеить разорванную ауру Гермионы. И всё из-за глупых экспериментов великого Светлого комбинатора.

-- А что с камнем? -- продолжая изображать из себя дурачка, спросил когтевранец.

-- Он уничтожен.

-- Уничтожен? -- недоверчиво переспросил Гарри. -- Но ваш друг, Николас Фламель...

-- О, так ты знаешь о Николасе? -- судя по голосу, Дамблдор был очень доволен этим обстоятельством. -- Ты все разузнал, не так ли? Что же, мы с Николасом немного поболтали и решили, что так будет лучше.

-- Но это означает, что он и его жена умрут, не так ли? -- продолжал недоумевать Гарри.

-- У них имеются достаточные запасы эликсира для того, чтобы привести свои дела в порядок. А затем -- да, затем они умрут, -- сказал Дамблдор, улыбаясь, видя непонимание на лице Гарри.

А юный маг ещё раз удивился изворотливости старика.

Всего несколькими фразами директор вполне мог посеять в душе мальчика семена вины перед неизвестным ему человеком, в чьей гибели он должен будет подсознательно винить себя.

Умно. Вот только назвать Лорда Поттера обычным мальчиком было невозможно. Гарри и так не мог разобраться в себе и уж точно он не собирался брать на себя ещё и мнимое чувство вины.

При этом директор всё время старался ментально надавить на него, вызвав чувства вины, и поставить ментальные закладки на верность.

Гарри не подавая виду, что заметил, с любопытством наблюдал, как они сгорают, только прикоснувшись к его ауре.

Юный маг немного расслабился. Похоже, одну из способностей, полученных в результате инцидента с зеркалом, он уже обнаружил. Иммунитет к ментальной магии... Незаменимая вещь в общении с Дамблдором.

Похоже именно из-за этого тот и не выпотрошил ему мозг во сне.

Но даже иммунитет к ментальной магии не спасал от банального внушения. А оратором директор был великолепным. Маска "Доброго Дедушки" была почти совершенной.

Поэтому Гарри приходилось слушать монолог "Светлого" о его вдруг ставшем смертным друге.

Возможно, Николас Фламель действительно был замечательным человеком, но единственным, кто виноват в его скорой кончине, был он сам. Не стоило доверять столь драгоценный артефакт Дамблдору, а он тут совершено не причём.

Гарри пришлось ещё раз напоминать себе о том, что не стоит выбиваться из выбранной роли.

-- Я...

-- Гарри, пожалуйста, тихо, -- попросил Дамблдор. -- Иначе мадам Помфри выставит меня отсюда.

Гарри тяжело вздохнул и огляделся.

Он только сейчас понял, что, судя по всему, находится в больничном крыле. Он лежал на кровати, а столик, стоявший рядом с ним, был завален сладостями.

-- Знаки внимания от твоих друзей и поклонников, -- пояснил Дамблдор.

"Опять пошла ментальная обработка".

В конечном итоге Дамблдор закончил свой монолог и перешёл к сути.

-- Гарри, возможно это тебе покажется несколько странно, но я хочу попросить тебя вернуться на каникулы к Дурслям.

-- Зачем, профессор? -- Гарри постарался добавить в голос максимум непонимания.

-- Увы, Гарри, на этот вопрос я не могу ответить. По крайней мере сегодня и сейчас. Однажды ты узнаешь... а пока забудь об этом. Когда ты будешь старше... Я понимаю -- наверное, это звучит неприятно. Тогда когда ты будешь готов, ты все узнаешь.

Юный маг чуть не рассмеялся.

Такие доводы не смогли бы убедить даже Невилла с Роном... Хотя, пожалуй этих смогли бы.

У Гарри были свои планы на лето, но делиться ими с директором он не собирался.

Поняв молчание мальчика по-своему, Дамблдор решил подсластить пилюлю.

-- У меня для тебя есть подарок.

С этими словами он вытащил из воздуха нечто воздушное серебристо-серого цвета.

-- Манти-невидимка. Когда-то твой отец оставил ее мне. А я подумал, что, возможно, она тебе понравится. -- Глаза Дамблдора засияли. -- Полезная вещь...

Твой отец в основном использовал ее для того, чтобы тайком пробираться на кухню в поисках еды. Это было, когда он учился в Хогвартсе.

Гарри взял её в руки и нащупал вышитый внутри знак Смерти. Уж о чём, а о семейной реликвии он узнать успел.

Когтевранец выдавил из себя улыбку, мысленно кипя.

"Вот ещё один пункт в твоё дело. Старик нагло эксплуатировал ценнейшую реликвию, а теперь ещё и ждёт благодарности за возвращение того, что и так по праву принадлежит ему".

Дамблдор, ничего не замечая, улыбнулся и закинул в рот золотисто-коричневую карамельку. И тут же поперхнулся.

-- Не повезло! -- выдавил он. -- Вкус ушной серы, не самый приятный на свете, ты не находишь?

Дождавшись пока Дамблдор скроется из виду, Гарри тихо позвал Шаса. Змей появился почти мгновенно, неся в пасти его самое дорогое сокровище.

Через секунду серебряный амулет с выгравированным пауком вновь висел на его шее. Юный маг никогда бы не признался, но он чувствовал себя без него почти голым.

-- Я защ-щитил амулет, Говорящ-щий.

-- С-спас-сибо, Ш-шас. Ты хорош-шо с-справился.

-- С-служу Говорящ-щему.

С этими словами змей растворился во тьме.

Поднявшись на ноги, Гарри прошёл в другую часть Больничного Крыла.

Найти палату Герми было нетрудно. Она была единственной занятой в женской половине лазарета.

Стоило мальчику только отодвинуть занавеску, как его тут же оглушили.

-- Гарри! -- завопила Гермиона, кидаясь к нему. Гарри показалось, что сейчас она заключит его в объятия, но к его огорчению, она в последний момент остановилась.

Подавив лёгкое раздражение, юный маг сам схватил в охапку замершую девочку.

Мальчик заметил, как Герми мило покраснела и попыталась отстраниться, но он жёстко пресекал любые попытки к бегству. На показное недовольство гриффиндорки он пояснил:

-- Не мешай сканировать ауру.

На самом деле он уже закончил с этим, а сейчас просто наслаждался её теплом, стараясь наверстать упущенное из-за поиска камня время, но есть вещи, о которорых даже такой умной девочке знать не следует. К тому же Гермиона вроде и не была особо против. И старалась выбраться только чтобы не выбиваться из рамок приличия.

Но долго идиллии было длиться не суждено. Неожиданно над ухом раздалось вежливое покашливание. Дети синхронно отпрыгнули друг от друга.

Обернувшись, Гарри бросил злобный взгляд в сторону неожиданной помехи, но на появившуюся в комнате Дафну он не произвёл никакого впечатления.

-- Ну, и что это только что было? -- включив режим "снежной королевы", ровным ничего не выражающим голосом, спросила Гринграс.

-- Гарри сканировал мою ауру, -- от лица гриффиндорки можно было закуривать.

-- Понятно.

-- А ты, Даф, что здесь делаешь? -- попытался пойти в контратаку юный маг.

-- Я пришла навестить своего Господина и свою любимую младшую сестрёнку, -- ответила слизеринка, при этом плавно перейдя из режима "айсберг" в режим заботливой старшей сестры. При этом Дафну не останавливало то, что Гермиона её старше.

-- Кстати, если ты с ней что-нибудь сделал, тебе придётся взять на себя ответственность. Род Гринграс не может допустить такого унижения...

С этими словами слизеринка повисла на шее у юного мага. И бросила заинтересованный взгляд в сторону гриффиндорки.

-- Гермиона, ты не против? Ведь у сестёр всё должно быть общее, -- и заметив, что она уже на полпути к Астралу, прошептала в ухо: -- Так на чём мы остановились?

Гарри застонал, теперь он понял, у кого Астория брала уроки троллинга. Вечер обещал быть очень долгим.


Навстречу свободе


Заключительный банкет прошёл в довольно весело.

Гарри, сумевший наконец уговорить мадам Помфри выпустить его из Больничного Крыла, тихо присел в сторонке, ожидая, когда официальная часть банкета подойдёт к концу.

Поскольку соревнование между факультетами в седьмой раз подряд выиграл Слизерин, то зал был оформлен в зелено-серебряной цветовой гамме. На стене за преподавательским столом висело огромное знамя Слизерина, на котором была изображена змея.

Когтевранцам на соревнование факультетов, как и на результаты турнира по квиддичу было откровенно плевать, но кислый вид "Золотого Дуэта" порадовал мальчика.

Но на прощание Дамблдор решил устроить очередное представление в своей излюбленной манере. Поднявшись со своего кресла-трона, директор произнёс:

-- Итак, еще один год позади! Но перед тем, как мы начнем наш фантастический пир, я немного побеспокою вас старческим брюзжанием и пустой болтовней. Итак, позади остался отличный учебный год! Я надеюсь, ваши головы немного потяжелели по сравнению с тем, какими они были в начале года. Впрочем, впереди у вас все лето для того, чтобы привести свои головы в порядок и полностью опустошить их до начала следующего семестра.

Дамблдор обвел всех присутствующих взглядом своих лучистых глаз.

-- А сейчас, как я понимаю, мы должны определить, кто выиграл соревнование между факультетами. Начнем с конца. Четвертое место занял факультет Гриффиндор -- четыреста десять очков. Третье -- Пуффендуй, у них четыреста двадцать семь балов. На втором месте Когтевран -- пятьсот десять очков. А на первом Слизерин -- пятьсот сорок балов.

Стол, за которым сидели слизеринцы, взорвался громкими криками и аплодисментами. Гарри видел, как Малфой победно стучит по столу золотым кубком.

Юный маг бросил в сторону слизеринца убийственный взгляд. Драко непонимающе приподнял бровь. Принц Слизерина не понимал, отчего у когтевранца, которому не было никакого дела до соревнования, такая реакция. Но быстро присмирел и собрался.

Гарри сам не до конца понимал, почему он не рад за Малфоя, но интуиция говорила мальчику, что Дамби подготовил ему очередную пакость. Как оказалось, она его не подвела и на этот раз.

-- Да, да, вы прекрасно потрудились, -- произнес Дамблдор, обращаясь к сидевшим за столом Слизерина. -- Однако мы не учли последних событий...

Зал затих. За столом Малфоя улыбались уже не так радостно, предчувствуя подставу.

Дамблдор громко хмыкнул.

-- Итак. В связи с тем, что в свете последних событий некоторые ученики заработали некоторое количество очков... Подождите, подождите... Ага...

Дамблдор задумался -- или сделал вид, что задумался.

-- Начнем с мистера Рональда Уизли, за лучшую игру в шахматы в истории Хогвартса я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков.

Крики, поднявшиеся за столом Гриффиндора чуть не разрушили замок. По крайней мере, звезды на потолке задрожали. Рон блестел от гордости, как начищенный самовар.

Гарри скривился. Юному магу захотелось предложить этому рыжему кролику сыграть парочку партий с Дафной. Очень помогает от излишне завышенной самооценки.

-- Далее... мисс Гермиона Грэйнджер. За умение использовать холодную логику перед лицом пламени я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков.

Гермиона закрыла покрасневшее лицо руками. Было видно, что девочка еле сдерживает свои эмоции. Правда, Гарри был не уверен, что это гордость, скорее уж это был стыд или чувство вины.

Гермиона до сих пор, несмотря на все его с Дафной заверения, считала себя главной виновницей его прописки в Больничном Крыле. А директор продолжал свою речь.

-- Мистер Невилл Лонгботтом. -- объявил Дамблдор, и в зале воцарилась абсолютная тишина. -- За железную выдержку и фантастическую храбрость в битве с Троллем я присуждаю факультету Гриффиндор шестьдесят очков.

Гарри почувствовал, как у него задёргался глаз.

С каких пор самоубийственная игра в салочки с троллем стала достойным поступком? Нельзя награждать живодёров, сующих свои палочки куда не попадя!

А меж тем театр абсурда продолжался.

-- Мисс Дафна Гринграс. За вашу помощь в транспортировке пострадавшей ученицы в безопасное место, а так же за своевременное оповещение школьного персонала, я дарую Слизерину двадцать баллов.

Недовольные выкрики из-за зелёного стола набрали силу. Их поддержали голоса членов "Щита". Дети прекрасно знали, на что способна хрупкая блондинка и никак не могли понять, почему её вклад оценили столь низко.

-- Храбрость бывает разной. -- Дамблдор по-прежнему улыбался. -- Надо быть достаточно отважным, чтобы противостоять врагу. Но не меньше отваги требуется для того, чтобы остаться в самый решающей момент остаться хладнокровным. Благодаря оперативным действиям мистера Поттера удалось спасти несколько жизней. И за это я присуждаю ему пятьдесят баллов.

Поднявшийся шум оглушил Гарри. Все, кто умел считать и одновременно хрипло вопить, уже поняли, что у Гриффиндора теперь пятьсот семьдесят баллов. На десять очков больше, чем у поделивших второе место Слизерина и Когтеврана.

-- Таким образом, нам надо сменить декорации, -- громко прокричал Дамблдор, пытаясь заглушить аплодисменты, которые только усилились оттого, что факультеты Когтевран и Пуффендуй тоже возликовали по поводу поражения Слизерина.

Он хлопнул в ладоши, и свисавшее со стены зелено-серебряное знамя стало ало-золотым, а огромная змея исчезла, и вместо нее появился гигантский лев Гриффиндора.

Как только ужин закончился, по пути в гостиную Гарри перехватил брызжущего во все стороны ненавистью Малфоя.

-- Драко, нам надо поговорить. -- окрикнул юный маг горящего праведным гневом слизеринц.

-- Чего тебе, Поттер? -- грубо зарычал Малфой.

-- Ты чего так завёлся?

-- Да как этот старый маразматик посмел присвоить победу своим любимчикам? -- почти закричал Драко.-- Я ему ещё устрою. Ему и всем гриффиндорцам!

-- Успокойся! -- От ледяного тона когтевранца Малфой осёкся. -- Неужели тебе не понятно, что именно этого директор от вас и добивается. Он хочет, что бы факультеты вновь вцепились друг другу в глотку. Дамблдор стремится уничтожить всё, что мы с таким трудом создали за этот год! Тебе понятно, Малфой? Поэтому соберись, обдумай хорошенько то, что я тебе только что сказал и иди успокой своих излишне вспыльчивых однокурсников! А я постараюсь придержать остальных. Нам не нужна новая война.

Несколько секунд Драко молчал, а затем спокойно произнёс:

-- Я понял.

Как говорится, беда не приходит одна. На следующее утро весь Хогвартс облетела ужасная новость: профессор Квиррелл уходит из школы.

Надо сказать, что многие привязались к новому-старому профессору. С тех пор, как он перестал корчить из себя идиота, он в одночасье стал одним из самых популярных учителей.

Решив во всём разобраться лично, Гарри направился в кабинет Квиррелла. Тот встретил мальчика радушно. Выпив чаю, юный маг задал интересующий его вопрос:

-- Профессор, почему вы уходите?

-- Гарри, мне больше незачем здесь оставаться. Всё, чему я мог научить тебя, я научил. Теорию Тёмной магии ты знаешь даже лучше меня, а практик из меня, скажем прямо, аховый.

-- Но почему вы уезжаете? Вы отличный преподаватель ЗОТИ.

-- Ты помнишь ту историю, которую я скормил местной публике про вампиров и ведьму?

-- Да. Бред, но многие в неё поверили.

-- Ты не совсем прав, Гарри. По крайней мере некая ведьма в Чёрном Лесу действительно есть.

-- И?

-- Гарри, ты не маленький, должен понимать, что происходит между взрослым мужчиной и женщиной.

-- Вы едете к ней?

-- Да. Теперь я вернусь к ней. Ты бы её видел... Она... Она... просто вейла! Но если тебе понадобиться моя помощь, дай знать, я сделаю всё, что будет в моих силах.

-- Спасибо вам за всё, профессор. Удачи.

Только когда поезд покинул перрон, Гарри сумел перевести дух.

Ему всё же удалось остановить надвигающуюся бойню. Правда мало кто знал, сколько нервов это ему стоило. Если бы не помощь Герми с Дафной, то у него бы ничего не получилось.

Юный маг бросил на оживленно спорящих рядом сестричек короткий взгляд и улыбнулся. Они, наконец, смогли найти общий язык. Всё же эта встряска с Философским Камнем пошла им на пользу.

Хотя, в тот момент, когда Герми сообщили, что у неё теперь появилось сразу две сестрёнки, и ей теперь придётся соответствовать своему новому статусу, то у гриффиндорки чуть не случился инфаркт. А лицо... Это просто не описать словами. Амулет что-то съязвил на счёт анимешных глаз, но Гарри его не понял. На все вопросы наставник обещал ответить летом. Впрочем, Гермиона быстро освоилась и сейчас проводила большую часть свободного времени в словесных дуэлях с Дафной. При этом обе получали от них колоссальное удовольствие.

Наконец, впереди замаячил вокзал "Кингс Кросс". На перроне Дафну уже ждали двое магов-охраников, которых Гарри запомнил со времени зимних каникул. Перед выходом с перрона стоял старый мудрый смотритель, выпуская их по двое и по трое, чтобы они не привлекли внимание маглов. Если бы из сплошной стены вдруг появилась толпа школьников с огромными чемоданами, маглы бы точно переполошились.

Выйдя в магловскую часть вокзала, когтевранец стал свидетелем трогательной сцены воссоединения Гермионы с родителями. Поздоровавшись с ними, разросшаяся компания двинулась к выходу.

Юный маг заметил, что чета Грейнджер подозрительно косится на сопровождение слизеринки.

Но спокойно уйти им не дали. Но полдороги его смёл рыжий ураган.

-- Вот он, мам, смотри!

К нему приближалось рыжое нечто. Гарри вспомнил, что он слышал о младшей дочери семьи Уизли по имени Джинни.

-- Гарри Поттер! -- пропищала Джинни. -- Смотри, мам! Я его вижу.

-- Потише, Джинни, -- одернула ее мать. -- Не надо показывать пальцем, это некрасиво.

"Сколько же их? Похоже "Уизли номер семь" твоя фанатка. Как думаешь, она попытается тебя захомутать? У неё есть все шансы. А что, неплохая партия для возрождения Рода. С их легендарной плодовитостью и живучестью... Иногда мне кажется, что атомную войну переживут только тараканы, крысы и Уизли." -- подколол мальчика наставник.

"Спасибо за совет. Но я лучше пущу себе "Аваду" в лоб, чем пойду на такое" -- буркнул маг.

В этот момент между ними вырос размахивающий руками Рон.

-- Не подходи к нему, сестрёнка! Он зло!

Когтевранец развеселился. Юному магу захотелось подурачиться.

Подойдя к рыжему чуду, Гарри, включив всю свою галантность, спросил:

-- Как зовут прекрасную леди?

-- Дж-жини У-уизли, -- пробормотала седьмая.

-- Лорд Гарри Поттер. Наверное, твой брат рассказывал обо мне много "хорошего", -- с этими словами, он бросил многозначный взгляд на Рона.

Девочка ещё сильнее покраснела. И быстро опустила глаза в пол.

-- Приятно было познакомиться, Джинни. Если захочется поговорить -- пиши.

"А ведь рыжий бы прав. Ты зло!"

"Да, я вроде этого и не скрывал".

Как только рыжее семейство скрылось из виду, на голову мальчика прилетело сразу два подзатыльника.

-- За что? -- не выдержал юный маг.

-- Тебе нас мало? -- крайне двусмысленно спросила слизеринка. Гермиона ничего не сказала, но согласно кивнула.

"Женщины. Ничто их так не сближает, как наличие конкурентки", -- вздохнул амулет.

На парковке их уже ждали. Гарри растеряно замер, разглядывая приехавший за ними кортеж. Большинство моделей мальчик даже не мог опознать, но они безусловно были очень дорогими.

-- Не передумал? Мы вполне могли бы разместить тебя у нас, -- с некоторой дрожью в голосе спросил Ивен у мальчика.

-- Нет. Этот месяц я проведу в доме Дафны. Но где-то через неделю я обещаю наведаться к вам домой и помочь Гермионе с легализацией магической практики. Кроме того, наше французское турне в июле ещё никто не отменял.

-- Не беспокойтесь. Род Гринграс достаточно богат, чтобы позаботиться о юном Лорде Поттере, -- вставила Дафна.

-- Лорде?

-- Разумеется. Неужели сестрёнка ничего вам не рассказывала о нашем господине?

И довольная как слон Дафна под гневные взгляды гриффиндорки спокойно заняла своё место, оставив Герми на растерзание родителям.

Машины тронулись, увозя его всё дальше от алчных взоров директора. Конечно, от проблем не убежишь, но теперь можно хоть ненадолго почувствовать себя свободным.

Кортеж Лорда Гарри Поттера всё ускорялся, везя мальчика на встречу свободе.

Жизнь наладилась.

Не забудьте оставить свой отзыв: http://ficbook.net/readfic/707323