Гор Александр: другие произведения.

Точка перехода

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 8.06*15  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Фанфик на "Землю Лишних" Андрея Круза. Не знал обычный коммерсант, торгующий запчастями к грузовикам, что странный попутчик, подсаженный им в глухом "углу" Башкирии настолько сильно изменит его жизнь. Ведь на Землю Лишних он отправляется не просто так, а с заданием. С заданием найти людей, пославших того самого попутчика, и ещё одну точку перехода из одного мира в другой, неподконтрольную Ордену. Обновление 26.09.22

  Трасса Уфа-Белорецк, где-то между поворотом на Межгорье и Белорецком, 5 июля 1996 года, 14:30,
  Старики - они, зачастую, как дети малые! Вот и этот: что-то не понравилось в Камазе, в котором он проезжал мимо, пока я... гм... в кустики ходил, и вот уже чуть ли не под колёса мне кидается, подняв руку. Подвези, мол. Да жалко, что ли?
  - Садитесь, дедуля! - распахнул я дверцу своего 'Дакара' перед крепким пенсионером, одетым в гимнастёрку старого образца с планкой потрёпанных наградных ленточек.
  Но дед закочевряжился:
  - А по пути ли мне с тобой, внучок?
  Стариковские глаза смотрели с насмешкой, но такая сталь в них светилась, что мурашки между лопаток пробежали.
  - Мне-то аж до Миасса пылить. Так что подвезу, куда захотите, если Вас устраивает мой 'кадиллак'.
  Про 'кадиллак' я, разумеется, загнул. Всего лишь 'марторелли'. Не слышали про такую марку? Я тоже не слышал, пока на выставке в Москве не увидел это чудо вражеской техники, в которое превратился банальный советский 'бобик'. Увидел и свихнулся: хочу такой! А когда домой приехал, всем друзьям уши прожужжал про пластиковую крышу, про кресла, куда более удобные, чем в новой 'Волге', про стасильный итальянский дизель с турбонаддувом, про 'кенгурятник' и лебёдку, про багажник на крыше...
  Поскольку наши автозаводчане только-только запустили совместное с 'Ивеко' производство грузовиков, их представители частенько в Италию наведывались. Ну, и пришлось пообещать им энную сумму за содействие в приобретении у фирмы 'Марторелли' модернизированного российского УАЗа модификации UAZ-Dakar. Сидели они тогда без зарплаты. От слова 'вообще'. А платил им завод фантиками с официальным названием 'талоны' и народным прозвищем 'юрики' по имени директора завода. Поэтому мужики землю рыли, чтобы мою блажь исполнить. И вот в середине января этого, 1996 года, выкатил я из ворот автозаводского отдела сбыта на новенькой машинке с итальянскими надписями на решётке радиатора, капоте и заднем борте, к коему была прикручена 'зубастая' внедорожная запаска. Разумеется, остальные колёса в такую же резину 'обуты' были, потому на наваливший за ночь и нерасчищенный поутру снег я и внимания не обратил.
  На меня, правда, особого внимания тоже никто не обращал: подумаешь, нашёлся чудик, который штатные колёса на импортные переставил да машину иностранными надписями размалевал. Ладно бы понятными английскими, а то ещё и итальянскими. Удивлялись только на заправке, когда я к колонке с дизтопливом подъезжал вместо привычной для всех 'уазистов' с А-76. Кое-кто даже пальцем у виска крутить пытался: мол, парень решил устроить себе сексуальные игры с промывкой карбюратора и топливной системы.
  С топливом и вправду пришлось напрячься: ну, не любят иностранные моторы продукцию наших нефтезаводов. А потом подсмотрел у местных бандитов, нагнавших себе подержанных японских джипов, что они ездят заправляться на станцию 'Миасс-2'. Оказывается, тепловозное топливо не только железнодорожная техника прекрасно переваривает, но и капризные 'японцы' жрут с удовольствием. И хотя Витторио Марторелли свои турбодизели во время гонки 'Париж-Дакар' даже на африканском типа-топливе гонял, да стрёмно как-то было: хоть я и не бедствую на торговле ураловскими автозапчастями, но всё равно опасался влететь на нехилые денежки на ремонте движка фирмы 'Пежо'. Да и машина надёжнее служит, если к ней по-хорошему относишься...
  
  Пост ГАИ на въезде в Белорецк со стороны Уфы, 5 июля 1996 года, 15:07
  - В Миасс, говоришь... -з адумался на мгновение старик. - Слушай, а у вас там ракетное КБ ещё работает?
  - А куда оно денется? Работает, конечно!
  - Ну, тогда поехали.
  Он ловко впрыгнул в удобное итальянское кресло и, чуть поёрзав в нём, хлопнул дверцей. Я тронул машину.
  - Докуда поедете?
  - Раз у вас в Миассе ещё ракетными делами занимаются, то в Миасс и поеду. Ты же говорил, что туда путь держишь?
  - Неужто на работу туда собрались? - скептически хмыкнул я.
  - Ну, это уж мои проблемы, что я собрался делать, - снова сверкнул сталью во взгляде дедуля и протянул мне руку. - Иван Андреевич.
  - Николай. Николай Колесов, - подцепил я дедову пятерню.
  Ничего так, крепонькая ладошка. Сухая, но сильная. Да и сам дедок выглядит вовсе не развалиной какой-нибудь. Гимнастёрка с армейскими штанами - старого образца. Явно не один месяц по полям да лесам ношены. Как и кирзачи. Что-то не так в этой форме... Ух ты! Петлички-то совсем недавно спороты. Да и под погонами ткань менее выгоревшая. Он что, в своей деревне форму так и не снимал, как на дембель ушёл? Впрочем, какой дембель? На планках - ленточка 'Красной Звезды' и 'Александра Невского' третьей степени. А 'Невского' только офицерам вручали. Ой, не прост дедуля!
  - Хм... Колесов, говоришь?.. Да ещё и Николай?.. И из Миасса?.. А тебя, часом, не в честь деда назвали?
  - В честь деда, Николая Ивановича Колесова, одна тысяча девятьсот двадцать шестого года рождения. Только я не Иванович, а Валерьевич. А Вы с дедом Колей знакомы были?
  Попутчик посидел пару секунд с задумчивым видом, а потом кивнул.
  - Если он у тебя в Порт-Артуре служил, то был.
  - Да, в Порт-Артуре, - удивился я совпадению.
  - Ну-ка, ну-ка, поверни ко мне личико-то...
  Дорога по прямой катилась с горки, и я секунды на три глядел в глаза Ивана Андреевича.
  - А ведь похож! Такой же остролицый...Дед-то жив?
  Я нахмурился:
  - Четыре года, как похоронили. Рак. Он же потом в ликвидации аварии на химкомбинате 'Маяк' участвовал. Вот, видимо, и сказалась радиация...
  - Это он тебе про ликвидацию рассказывал?
  - Ага! Водителей с машинами со всего города повыдёргивали. Ну, вроде как на переподготовку. А на самом деле - что-то возить в заражённой зоне. Тогда же ещё толком ничего про действие радиации не знали, вот и поили их водкой перед рейсами. Дед даже говорил, что транспаранты на дорогах стояли: 'Осторожно, пьяный водитель!' А потом все эти машины, что в ликвидации последствий аварии участвовали, куда-то в здешние края перегнали. Да только я, когда здесь служил, уже этой техники не видел. Может, уже переплавили всё?
  Дед удивлённо приподнял бровь.
  - Так ты тоже здесь где-то служил?
  - Здесь. Вон, в Межгорье. Сначала срочную, а потом ещё три года прапором.
  - Сверхсрочником, что ли? - удивился дед.
  - Ну, да. Пристал зам командира части, как банный лист, да и уговорил пойти в школу прапорщиков. А потом контракт на пять лет. А что? Зарплата неплохая, плюс коэффициент 1,7 к зарплате, плюс льготы... Только кто же знал, что тут такой бардак в стране начнётся? В общем, прослужил лишь три года: под сокращение армии я попал. Что в городе делать, где работы не найти, кроме как у строителей? Пришлось в Миасс возвращаться и в бизнес идти. Вон, запчастями ураловскими приторговываю теперь...
  Иван Андреевич внимательно меня слушал, параллельно думая о чём-то своём. Потом как-то встрепенулся, и в глазах появился какой-то непонятный блеск.
  - Межгорье - это Кузъелга, что ли?
  - Вроде так его раньше называли. Или деревню, которая на его месте стояла...
  - И чем ты на службе занимался?
  - А вот это - уже секрет, о котором я подписку давал. Причём, на 25 лет... Хотя, блин, что там секретного? Внешний периметр города и объекта охранял. К этой норе в гору нас на пушечный выстрел не подпускали, а подписку содрали, будто я супер-оружие какое-нибудь разрабатывал.
  За разговорами мы доехали до спуска к Белорецку, в самом низу которого сгрудилась кучка машин.
  - Вы, Иван Андреевич, ремень пристегните, а то, похоже, гайцы белорецкие опять сегодня злобствуют.
  Дедок недоумённо захлопал глазами. Блин, да из какой он задницы выпал?!
  - Ремень, говорю, застегните, - подёргал я за лямку, перечеркнувшую мою грудь. - Справа над плечом у вас. За защёлку потяните, и её сюда воткните.
  - Не тянется... - растерянно пробормотал попутчик.
  - Чуть отпустите, а потом плавно вытягивайте, - терпеливо объяснил я, хотя уже начал понемногу закипать от бестолковости попутчика.
  Тот со второй или третьей попытки всё-таки дотянул чёрную ленту до гнезда, но воткнуть наконечник ремня в гнездо у него всё никак не получалось. Пришлось отобрать треклятую металлическую блямбу и в темпе вщёлкнуть в паз.
  - Вы что, никогда ремнём безопасности не пользовались?
  - Да откуда ж они у нас? - развёл руками пассажир.
  Я уже собрался выматериться в адрес той деревни, где провёл последние лет тридцать Иван Андреевич, но вовремя поймал себя за язык: в здешних горах действительно были такие медвежьи углы, куда добраться можно исключительно на тракторе или 'Урале'. Так что мой чудо-уазик для их жителей - не просто диковинка, а невидаль невероятная. Вон, как старичок рассматривает этот советско-итальянский гибрид, пытаясь понять, что за автоэксклюзив его везёт.
  Ну, да. Не только старичок. Сейчас и работники жезла и свистка начнут докапываться...
  Крупный гаишник с 'ксюхой' на ремне, сделав стойку на 'зубастые' шины и тонированные задние стёкла, помахал полосатой палочкой и продемонстрировал, куда припарковаться.
  Фамилию он свою пробормотал настолько невнятно, что на слух это воспринялось как 'млацант Траливалин'. Зато очень внятно объяснил, за что с меня сейчас будет бабки выкачивать:
  - Почему нарушаете законодательство и задние стёкла затонировали? Кстати, заключение завода-изготовителя о том, что изменения, внесённые Вами в конструкцию автомобиля, не ухудшают его безопасность, имеются?
  Ну, этим меня не пронять: не он первый, не он последний, кто меня пытается на таком разводняке пощипать. Тонировка заводская... Поковырять пальцем можно... Машина импортная... Производитель - Италия... Вот, смотрите в ПТС - Италия, буквами по бумаге... Да, шины родные... И диски тоже... И мотор на заводе установлен: вот копия таможенной декларации, где всё указано... Сколько бензина жрёт? Да не бензина, а солярки. По трассе - литров 10 на сотню, если больше 100 км/час не разгоняться... Быстрее не пробовал: у нас же ограничение на дорогах - 90 километров, а я никогда правил не нарушаю...
  Как они задрали, эти 'продавцы полосатых палочек'!
  Первым вопросом дедули, когда я машину тронул с поста ГАИ, вогнал меня в ступор:
  - И давно у вас орудовцев автоматами вооружили?
  - КОГО??? Иван Андреевич, Вы сколько лет ни телевизор не смотрели, ни радио не слушали, ни газет не читали? ОРУД расформировали лет тридцать пять назад, ещё до моего рождения. А этим 'романтикам с большой дороги' автоматы выдали сразу после распада Союза, когда от бандитов ни на трассах, ни в городе сладу не стало.
  По шевельнувшимся губам попутчика я понял, что его эмоции носили отнюдь не печатный характер. Помолчав, пока мы крутились по промзоне, он заговорил снова.
  - Ты, парень, верно подметил: в цивилизацию я не вылезал поболее тридцати пяти лет. А точнее - почти с тех пор, когда последний раз с твоим дедом виделся, с пятьдесят восьмого года. Вскорости, после того, как он свой ГАЗ-63 нашей части сдал, нам и пришлось... Да-а-а! Много с тех пор воды утекло. Белорецк, вон, как отстроился - любо-дорого посмотреть. Дороги кругом асфальтовые, машины такие ездят, что нам с твоим дедом и не снились в те времена... Только, смотрю, не всё у вас тут ладно... Да что ж он, паскуда, делает!
  Изрядно обшарпанный чёрный 'бумер', только что обогнавший меня, резко метнулся вправо и ударил по тормозам в расчёте на длинный уазовский тормозной путь. Не тут-то было! Откуда 'кааанкретным пацааанам' было знать, что Марторелли не только 'зубастые' шины на свои детища поставил, а ещё и тормозную систему серьёзно переделал? Вот и получилось, что между висевшим на соплях задним бампером БМВ и 'кенгурятником' моего 'Дакара' чуть ли не полтора метра осталось в момент полной остановки обеих машин.
  - Это, Иван Андреевич, называется 'подстава'. Местные бандюки решили деньжат подзаработать на проезжем лохе.
  'Бумер' тронулся, но еле катился впереди. Мдя... Братки попались настырные, упускать жертву явно не желали, выжидая, пока я пойду на обгон, чтобы подставить под моё правое крыло свою бочину. Приём тоже у них отработанный. Правда, известный и мне. Поэтому перед ближайшим перекрёстком я врубил левый поворот, а сам юркнул направо в узкую улочку частного сектора.
  Бандиты, было, встали, чтобы сдать назад и повернуть следом за нами, но сзади их уже припёрли ехавшие за нами машины, недовольно сигналя. Я спокойно развернулся на пустынной улочке и вернулся к перекрёстку, мигая правым поворотником. Где-то впереди, коптя выхлопом, уходила вперёд по встречной полосе чёрная 'бэха': пацаны ехали искать другую жертву.
  - А что было бы, если бы ты всё-таки ударил их машину? - поинтересовался дед.
  - Вылезли бы мордовороты и стали бы требовать, чтобы я заплатил за их гнилушку, как за новую. Или попытались бы мою машину отобрать. Типа в счёт оплаты ремонта.
  - Но они же сами аварию провоцировали!
  - Ну и что? Кто это докажет? По правилам - кто сзади, тот и виноват.
  - А свидетели?
  - Ой, Иван Андреевич, какие свидетели? Вы их сначала найдите, этих свидетелей! Местные ни за что против бандитов свидетельствовать не станут, потому что побоятся за своё здоровье, имущество и родных. А иногородним некогда задерживаться, пока милиция соизволит приехать на ДТП. Вот и получится: слово чужака против слова своего 'уважаемого человека'. Кому поверит милиционер, у которого в этом же городе дочка в садик ходит, сын в школу бегает или жена с работы по темноте возвращается?
  - Но это же чистый бандитизм! - искренне возмутился старик.
  - Так и я говорю - бандитизм. И все говорят то же самое. Самое хреновое - милиция прекрасно знает про это. Но не просто не трогает этих самых бандитов, а даже помогает им. Я совсем не удивлюсь, если вот этих на нас навёл именно 'млацант Траливалин': эта БМВ рядом с постом стояла, и он, как мы отъехали, прямиком к ней пошёл.
  Горяч был дед! На лицо практически не изменился, а вот правая рука очень даже характерное движение изобразила. Будто Иван Андреевич кобуру, висящую на привычном месте, попытался расстегнуть...
  - СМЕРШа на них нет! - буркнул попутчик.
  -Д а какой там СМЕРШ? Если сами эфэскашники... Тьфу, ты! Теперь же они ФСБ называются! В общем, сами чекисты во время войны в Чечне чеченским боевикам информацию сливали за деньги!
  - Какой войны??? В Чечне???
  Мой пассажир встретился со мной взглядом, осёкся и надолго, до самого выезда из Белорецка, замолчал. А когда 'Дакар', сыто рыча мотором, полез в затяжной подъём, обгоняя скисающие 'жигули' с 'москвичами', заговорил снова.
  
  Трасса Белорецк-Учалы, 5 июля 1996 года, 15:40
  - Ты на меня, Коля, не смотри, будто я сектант какой-то или сумасшедший. Ну, да, выпал я из земной реальности на три с половиной десятка лет. Ты правильно это понял. Да и я хорош! Говорили мне, что я на мелочах проколюсь, но я надеялся, что не так скоро.
  - Так Вы, Иван Андреевич, шпион, что ли? - скептически хохотнул я. - Так шпионов, насколько я знаю, намного лучше готовят перед заброской. По крайней мере, и недавнюю историю они учат, и названия правоохранительных органов, и внутреннюю ситуацию в стране. А Вы, как мне кажется, и имя российского президента не назовёте, если спросить.
  Лицо старика было на удивление спокойным.
  - Мало того, что имя не назову. Я от тебя только что узнал о существовании такой должности. И о том, что КГБ теперь по-другому называется, и про то, что социалистического государства трудящихся больше не существует. Много чего ты мне, Николай, поведал, даже сам того не поняв.
  Я молчал, осознав, наконец, откуда у дедка сталь в глазах: пожалуй, успел он у товарища маршала Берии поработать...
  - В верном направлении мыслишь, Колесов.
  - Вы и мысли читать умеете?
  - Мысли, не мысли, а лицо у тебя довольно выразительное. Да и логикой ты, как я обратил внимание, не обделён. Ведь просчитывал, не из органов ли я?
  - Просчитывал, - нехотя согласился я.
  - Из органов. И с дедом твоим из Порт-Артура уезжал одним эшелоном именно в качестве безопасника. Потому и знаю о нём даже то, чего ты не знаешь. Он рассказывал, что полгода отсидел в молодости?
  - Он - нет. А вот сестра его как-то обмолвилась.
  - Полгода отсидел. За опоздание на работу свыше четырёх часов. Верно?
  - Верно, - недовольно буркнул я.
  - Вот этим четырём часам, пока твой дед спал с похмелья после празднования своего восемнадцатилетия вместо того, чтобы на работу бежать, и будь благодарен за то, что на свет появился. Иначе бы он не домой отправился после того, как мы технику, вывезенную из Порт-Артура, в Катав-Ивановске с эшелона сгрузили, а... Ну, ладно. Будем считать, что проверку ты успешно прошёл, допуск соответствующий имеешь, раз подписку на четверть века давал. Только учти: про то, что я тебе сейчас расскажу, не двадцать пять лет, а по гробовой камень молчать придётся. Иначе тебя либо прибьют, либо в психбольницу отправят.
  Что такое Кузъелга ты наверняка слышал. Лагерь там в начале 1930-х был: лес валили 'враги народа'. И объявился там в сороковом наш бывший разведчик-нелегал, длительное время работавший в США у Николая Теслы. Попросту он провалился, и был вынужден бежать в СССР. А поскольку связь он держал через репрессированных руководителей внешней разведки НКВД, его арестовали, судили как американского шпиона и отправили сюда. Проработав в Кузъелга-лаге с полгода, он принялся бомбардировать письмами руководство Управления лагерями. И, что самое интересное, не помилования просил, а требовал передать руководству страны о том, что совершил важнейшее для страны открытие, которое, если его воплотить в жизнь, принесёт огромнейшую пользу. Этапировали его в Москву, а ещё через полгода, как война началась, вернули в Кузъелгу. Да не одного, а вместе с десятком других заключённых, собранных по разным лагерям.
  Поселили эту бригаду в отдельном бараке, куда завезли массу всяких приборов. Даже отдельную дизель-электростанцию поставили. И охраняли - едва ли не лучше, чем товарища Сталина. После Курской дуги часть заключённых с лесоповала перевели на рытьё тоннелей. Одного - в склоне Большого Иремеля, а второго - в горе Ямантау. Что-то очень специфическое обнаружилось то ли в минеральном составе, то ли в расположении пластов, слагающих эти горы. К сорок пятому, говорят, первый успех в работе этого инженера наметился. А из Кузъелги перестали освобождать тех, кто свой срок отсидел.
  Я-то те времена не застал, я, как в тридцать девятом на Дальний Восток загремел границу от японских империалистов защищать, так всю войну и просидел в тех краях. Ну, да, повоевал немного, когда япошек погнали...
  Мне уже потом всю предысторию рассказали. А к сорок девятому, когда я с твоим дедом из Порт-Артура лишнюю технику вывозил, и установка, собранная этим помощником Теслы, работала, и сама программа начала раскручиваться.
  Что за программа? Не считай меня сумасшедшим, но программа колонизации иного мира.
  - А Вы, Иван Андреевич, случайно не перечитались книжек Обручева и Ефремова?
  - Ты, Николай, не хами, когда с тобой полковник КГБ разговаривает! Разумеется, и 'Плутонию' Обручева, и книжки Ефремова я в своё время читал. Как только узнал, что именно мы охранять приставлены. Выяснилось, что этот ученик Теслы, основываясь на опытах своего наставника, открыл мгновенный перенос в какой-то иной мир. Причём, если в расчётах Теслы установка должна была иметь существенные ограничения по габаритам перемещаемых объектов, а её работа нестабильной из-за то ли космических лучей, то ли солнечной активности, то особенности Ямантау и Иремеля позволяли избавиться от этих проблем.
  Опыты ставили, само собой, на заключённых, приговорённых к смерти. Выдержали они этот переход, а учёный, ушедший с ними добровольно, во время работы установки регулярно рассказывал по рации, с чем они столкнулись. Недолго, правда: буквально на второй день троих из пяти заброшенных местное зверьё схарчило. А ещё через день рация и вовсе замолчала. Как позже оказалось, её растоптало стадо четвероногих. Тогда и направили в тот мир первый взвод солдат-добровольцев, которые должны были создать укреплённое поселение для приёма учёных, обещавших соорудить установку для обратного перехода.
  К сорок девятому году, когда я в Кузъелгу попал из Порт-Артура, на ту сторону уже переправили до полка солдат и около двух тысяч гражданских. В первую очередь - из числа 'парившихся' в лагерях. А узкоколейка Катав-Ивановск - Белорецк работала на пределе возможностей, доставляя в Кузъелгу и Верхний Аршан технику, людей, оборудование, продукты. Всё это шло по двум каналам ТУДА. Поэтому я и говорю тебе: молись на четыре часа, которые прогулял на работе твой дед, поскольку у него была судимость, а людей с судимостями ТУДА не отправляли. За исключением учёных и смертников.
  - Смертников? - прервал я.
  - А кого же ещё отправлять туда, откуда возврата нет? Только добровольцев, солдат и смертников, которым было обещано освобождение после того, как отработают половину срока по приговору суда. Тебе известна формулировка 'десять лет без права переписки'? И много ли людей с таким приговором вернулось из лагерей после пятьдесят третьего года? Хотя кое-кто из тех, кого по официальным документам НКВД похоронили где-нибудь на Колыме или в пермской тайге, до сих пор живы.
  - Подождите. Вы же говорили, что учёные должны были построить установку для обратного перехода.
  - Они её и построили. И много чего ценного через неё в этот мир переправили: золото, камни... Думаешь, почему Советский Союз так быстро восстановился после Войны? А попутно успел и атомную бомбу построить, и реактивную авиацию, и ракетную технику, и гидроэлектростанции на крупнейших реках. Да, энтузиазм. Да, трудовой героизм. А ещё - многие сотни тонн золота, тонны алмазов, тысячи тонн урановой руды, переправленные из Нового Мира. Которые продавали капиталистам и использовали для собственных промышленных нужд. Но вот людей назад не пропускали. За исключением самых-самых ответственных, докладывавших о делах лишь самому первому лицу. И немедленно возвращавшихся 'за стену' после этого доклада. Тайна даже не номер один, а номер ноль, Коля! И представляешь себе, что бы началось в мире, сболтни дружкам, где он срок мотал, освободившийся и вернувшийся в этот мир какой-нибудь зэ-ка? Поэтому проще было таких оставить навечно 'за стеной', предоставив им возможность жить на свободе после отбытия срока.
  - А те, кто связь держал с этим самым 'Новым Миром'? Они что, проболтаться не могли?
  - Могли. Поэтому они и не работали дольше трёх лет на своём месте. Оттрубил три года на обслуживании установки - и вперёд, осваивать новые просторы Нового Мира.
  - Да уж! - хмыкнул я. - Нет человека - нет проблемы, как говорил товарищ Сталин. И что, никого из этих невольных переселенцев никто никогда не хватился?
  - Во-первых, все они были военнослужащими. И в их личном деле ставилась пометка: 'Откомандирован в распоряжение энного управления энной службы', о которых спрашивать было опасно для карьеры и даже здоровья. А во-вторых, на такую работу подбирались люди, не имевшие ни семьи, ни родственников: кто-то в детдоме воспитывался, у кого-то родственники в войну погибли или пропали. Думаешь, мало таких было? Миллионы! А простые солдаты... Простых солдат списывали как погибших на учениях, павших смертью храбрых во время оказания помощи братским народам Китая, Кореи, Израиля, чёрт возьми! Позже, насколько я знаю, была целая куча азиатских, арабских, африканских и даже южноамериканских стран. Да и вообще все эти 'братские помощи', 'стройки века' и перевооружения оказались настолько удачными операциями прикрытия для переброски за стену сотен тысяч людей, десятков тысяч единиц техники, миллионов тонн грузов промышленного назначения, оборудования для целых заводов, оружия и боеприпасов, что никто в мире даже не заподозрил ничего.
  - Оружия и боеприпасов? Там война, что ли идёт?
  Странный дедок засмеялся.
  - Нет там никакой войны. Там другая проблема: живность весьма агрессивная. Настолько, что за пределы городов без оружия высовываться просто опасно для жизни. Да и не всякое оружие некоторых тварей возьмёт. Например, ППШ, с которыми первопереселенцы в тот мир попали, только против мелочи, размером со здешнюю корову, и годились. А на зверюг, размером со слона и поболее, как ты догадываешься, без крупнокалиберного пулемёта выходить и вовсе бесполезно. Против десятиметровых крокодилов, которые в низовьях крупных рек крутятся, неплохо глубинные бомбы работают, которыми подводные лодки уничтожают. То же самое и в морях против местных 'рыбёшек'. На местных птичек типа птеродактилей хорошо с зенитными пулемётами охотиться.
  - Так это что, древний мир какой? Типа Земли миллионы лет назад?
  - Да хрен его разберёт! Деревья и трава, похожие на здешние, есть. Зверьё и рыбы - иногда попадаются похожие. Как и мелкие птицы. Но бОльшая часть таких, что ни один палеонтолог признать не может.
  - Ну, а климат, природа? - заинтересовался я.
  - Климат в тех местах, откуда мы расселение начали, существенно теплее, чем здесь. Примерно как в Центральной Европе: летом тепло и солнечно, зимой - прохладно и сыро. Иногда выпадает снег, но ненадолго. Севернее и восточнее - понятное дело, холоднее. Южнее - жарче. Вплоть до самых настоящих пустынь. Но мы туда не лезем, поскольку миллиона полтора населения на отдельном континенте, хотя и относительно небольшом, всего раза в два большем, чем Австралия, друг другу не мешаются. Есть горы, есть равнины. Реки-озёра, леса самые разнообразные, от редких перелесков до непролазной тайги вроде сибирской, степи и пустыни.
  - А люди чем живут?
  - Кто чем. Пока у нас связь с этим миром была, мы успели построить мощную промышленную базу. Несколько ГЭС, перекрывающих наши потребности в электроэнергии раз в пять. На перспективу работали! Металлургические заводы, химическое производство, машиностроение, производство стройматериалов, лесозаготовка и деревообработка. Угольные карьеры и нефтепереработка. Сельское хозяйство, само собой разумеется.
  Мне резанула слух фраза 'пока у нас связь с этим миром была'...
  - Вы говорите, что связь была...
  Иван Андреевич вздохнул и умолк на несколько секунд.
  - Я понял, о чём ты спрашиваешь. В тайну Нового Мира было посвящено три-четыре человека в высшем руководстве страны, не больше. При Сталине исследование Нового Мира было направлено на разведку полезных ископаемых и их скорейшую добычу. Во времена Хрущёва началось создание строительной базы, закладывалась энергетика, исследовался континент, и мы совершили переход на самообеспечение сельхозпродукцией. Промышленный рывок сделали, по вашему летоисчислению, в конце 60-х, 70-е. В семидесятые же у нас заработало несколько научных групп, исследовавших местные ресурсы и формы жизни. Перспективы открывались мощнейшие. Насколько я знаю, именно в это время к Кузъелге построили полноценную железную дорогу из Уфы, а у нас развернулось строительство мощного транспортно-складского комплекса по двусторонней перевалке крупных объёмов грузов. То же самое строилось в недрах Ямантау.
  По сути, наши предприятия готовились влиться в единый народно-хозяйственный комплекс СССР. А наши медики получили первые обнадёживающие результаты по тематике, которую из Старого Мира обозначили как задачу первостепенной важности: регенерация стареющих клеток организма и продление жизни человека. И буквально через месяц после того, как сообщение об этом ушло 'наверх', нас предупредили о прекращении переходов 'в связи с плановой реконструкцией оборудования и переходом на новую технику'. И с весны 1981 года связи с вашим миром у нас нет.
  Несколько попыток возобновить связь с нашей стороны привели к трагическим последствиям: гибли люди при попытке перехода, уничтожалась техника. Как мы поняли, выходы из установок по переходу просто забетонировали, чтобы не допустить контактов с нами.
  
  Село Учалы, Учалинский район Башкортостана, 5 июля 1996 года, 17:30
  Что-то не вязалось в рассказе странного попутчика, но мы уже въезжали в Учалы, где на круге перед отворотком в город мне опять предстояла беседа с местными гаишниками.
  К стандартному набору вопросов 'кто, куда, откуда' добавилось 'что везём'. Ответ про полиэтиленовые пакеты для 'УралАЗа' чуть взбодрил постовых, принявшихся с наслаждением рыться в накладной, выписанной цехом товаров народного потребления комбината 'Салаватнефтеоргсинтез', а также рассматривать печати на сертификатах качества, совершенно им ненужных, но предусмотрительно вытребованные мной в отделе сбыта комбината.
  Транзитное движение через Учалы довольно редкое, и сотрудники местного поста ДПС не так часто получают возможность нажиться на взятках, как их коллеги, пасущиеся на более нагруженных направлениях. Поэтому в ход пошла даже проверка срока годности огнетушителя и лекарств в аптечке. А один, особо рьяный, даже проверил, действительно ли застёгнут ремень у моего пассажира, подёргав чёрную ленту устройства, не предусмотренного 'родной' конструкцией, но установленной итальянцами прямо на заводе. Лишь покосившись на наградные планки Ивана Андреевича, сопроводившего телодвижения сержантика насмешливым взглядом, боец смутился.
  - Вы извините, уважаемый, но с нас начальство требует, чтобы мы проверяли всех подряд.
  Потом он повернулся к напарнику и крикнул:
  - Ирек, ты долго ещё возиться будешь? Заканчивай, всё у них в порядке, пусть едут.
  - Да подожди, я ещё не у всех лекарств срок годности проверил!
  - Заканчивай, я сказал! Отдай человеку документы!
  Мой дедуля благосклонно кивнул головой милиционеру.
  - Спасибо, сержант. Я вижу, совесть ты не потерял, как многие.
  - Да что Вы дедушка! Мой дед - тоже фронтовик. Как я могу обидеть того, с кем он мог сидеть в одном окопе? Вы, правда, выглядите немного моложе него, но я же вижу, что награды у Вас не за выслугу лет, а именно боевые! Проезжайте, уважаемый!
  И парень, подобравшись, отдал честь старику.
  Вот оно! Ну, никак не выглядел Иван Андреевич на минимум семьдесят пять лет, которые получались, если поверить, что он охранял границу на Дальнем Востоке ещё в тридцать девятом. Этот вопрос я дедульке и задал, когда едва ли не насильно затащил его в драную столовку советского образца, сохранившуюся почти на выезде из Учалов. Не города Учалы, а одноимённого села, непосредственно примыкающего к городу.
  - Ещё одна мелочь, которую ты заметил, - удовлетворённо кивнул дед. - На Дальний Восток я попал уже после пяти лет службы в Закавказье. И не семьдесят пять мне, а восемьдесят три, если считать по здешним годам. Как раз то лекарство по регенерации стареющих клеток, про которое я говорил. После организации ферм по выращиванию скальных игуан затраты на производство вытяжки из их крови стали минимальными, а инъекция препарата обязательна каждые десять лет для любого человека, старше... земных сорока.
  - Я не понял: Вы постоянно ссылаетесь на возраст именно в земных годах. Разве там, в вашем мире, год другой?
  - Не только год, но и день. Год там длится четыреста сорок суток.
  - Ого! - не сдержался я.
  - А сутки - тысячу восемьсот двенадцать минут вместо тысячи четыреста сорока здесь. Поэтому нам пришлось перекроить длительность месяцев: теперь в коротком месяце, которых четыре - февраль, май, август и ноябрь - по тридцать шесть дней, а во всех остальных по тридцать семь. А вот с часами пришлось повозиться: слишком много единиц измерения завязано на секунды, минуты и часы, чтобы их было можно произвольно изменить. Вот и решили ничего не трогать, а утвердить тридцатичасовые сутки с дополнительными двенадцатью минутами. Часовщики, которые нам механизм для часов выдумывали, наверное, с ума сходили. Потом, правда, когда в Минске наладили производство электронных часов, полегче стало. Жаль, ненадолго. За пятнадцать лет часть из них испортилась, часть потеряна или уничтожена, а прирост населения у нас довольно неплохой, так что снова умельцам приходится извращаться, чтобы народ мог время узнать...
  Иван Андреевич ковырялся в еде без особого удовольствия, и мне пришлось оправдываться:
  - Вижу, Вам тоже не очень понравилось, как здесь кормят?
  - Да не просто не понравилось! Я уже не помню, когда последний раз такую отраву ел! Это каким же криворуким надо быть, чтобы так продукты испортить?! Ну, да. У нас там тоже ресторанов почти нет, но мясо - это мясо, а не смесь жира, свиной шкуры и хрящей. И картофельное пюре молоком разводится, а не водой из крана. Но чайком я насладился, хотя и понимаю, что в придорожной забегаловке хорошего чая быть нет может! Он, собака, у нас предерьмовейший вырастает.
  Со стариком мы за время в дороге как-то уже сроднились, и я понимал, что просто так высадить его в Миассе - значит выбросить на улицу. К кому бы он ни ехал, за пятнадцать лет с тех пор, когда прервались связи с нашим миром, и город поменялся, и люди могли уехать или даже умереть. Да и времени в пути до Миасса оставалось часа два по рассыпавшейся за годы безвременья дороге. И куда он пойдёт на ночь глядя? Бомжевать на вокзале, откуда его местные менты вышибут?
  - Иван Андреевич, а как Вы к баньке относитесь? - завёл я разговор, влезая в машину.
  - Ты намёк делаешь, что меня к себе в гости зовёшь? - улыбнулся дед. - Если так, то очень даже люблю. Только я семью твою не потесню?
  - Да нет у меня никакой семьи. Родители погибли в автомобильной аварии, когда я школу заканчивал. Дед помер, бабушка в его квартире с семьёй младшей сестры живёт. А я пока - в родительском домике, доставшемся им как раз от деда. Хоть и прикупил недавно себе квартиру. Но там ещё ремонт идёт. Вот закончу с ремонтом - надо будет продажей дома заниматься. Домишко неказистый, старенький, но гараж есть, баня есть, колонка с водой под окнами...
  - А неженатый-то чего?
  - Пытался жениться. Пока прапорщиком служил. Да только когда невеста моя узнала, что я под сокращение попадаю и без работы остаюсь, всё и разладилось. Теперь вот бизнес немного раскрутил, деньжата появились. Понятное дело, и претендентки на них завелись сразу. Но я-то вижу, что им только они и нужны, ради них и в постель ко мне нырнуть не прочь. Я, в общем-то, тоже не прочь, чтобы они время от времени туда ныряли, но не надолго... Так что никому Вы, Иван Андреевич, не помешаете.
  
  Миасс, Челябинская область, 6 июля 1996 года, 19:30
  Денёк выдался суетный. С утра пришлось побегать, сдавая в Социально-бытовой комплекс 'УралАЗа' треклятые пакеты с логотипом, которые автозавод заказывал к очередной годовщине выпуска своего первого автомобиля. Поскольку я брал за их изготовление и поставку не живые деньги, как все прочие фирмы, куда автозаводчане обращались, а запчастями, то заказ я получил без проблем. Разумеется, заложив двойную цену пакетов. За сами пакеты я тоже расплачивался не деньгами, а... 'ураловскими' запчастями для нужд 'Салаватнефтеоргсинтеза'. И опять же, по двойным ценам, так как салаватцы расплачивались за запчасти не деньгами. Обычно это была гранулированная пластмасса, которую я вагонами отправлял в Москву производителям рулончиков ленты для кассовых аппаратов. Причём, пластмасса им шла с небольшим дисконтом от заводской цены. За безналичный расчёт. Но в этот раз я 'милостливо согласился' получить от нефтепереработчиков небольшую часть оплаты запчастей теми самыми пакетами.
  С моей фирмочкой работало несколько водителей автомобилей разного тоннажа, которых я обычно нанимал, если требовалось перевезти груз, но в этот раз пришлось ехать в Салават самому: во-первых, груз пакетов был меньше грузоподъёмности моего 'Дакара', во-вторых, нужно было отвезти 'откат' снабженцу 'Нефтеоргсинтеза', а в-третьих, водитель 'Москвича', 'каблучок' которого я нанимал для подобных нетяжёлых грузов, ушёл накануне запланированной мной поездки в запой. Вот и пришлось развеяться самому. И, нужно сказать, небезынтересная поездка случилась!
  Разгрузившись, подъехал в офис, где одиноко гоняла чаи Светка, наша секретарша. Она успела поработать в комсомоле на аналогичной должности, так что своё дело знала прекрасно, претензий у меня к ней не было никаких. Два года назад она вышла из декретного отпуска, брат её мужа работал представителем 'конторы' на ракетном КБ, так что никаких бандитских наездов я не опасался, поскольку Виктор совершенно недвусмысленно предупредил: даже при малейших поползновениях сообщать ему кто и с какими претензиями лезет. Да и сам нередко забегал в наш снятый в промзоне кусок офисного помещения потрындеть на тему охоты-рыбалки. А подобная информация о друзьях-приятелях 'режимщиках' в среде коммерсантов быстро распространяется...
  - Привет, Светлячок! Что, народ по предприятиям разъехался?
  Народ - это громко сказано: весь коллектив, кроме нас со Светланой, четыре человека. Трое коммерсантов, именуемых новомодным словом 'менеджеры', да бухгалтер-совместитель Люся, появляющаяся в конторе всего на два дня в неделю.
  Светка, прихлёбывая чай, подробно рассказала, кто чем был занят в моё отсутствие, кто о чём и с кем договорился, кто, куда и сколько чего отправил, какие деньги пришли, за что и сколько Люся перечислила. Выслушав её доклад, я попросил:
   -Вечером созвонись со своим деверем, передай, что я его в баню завтра приглашаю после работы. Возможно, до утра засидимся. Только с домашнего на домашний звони.
  Светлана понимающе кивнула, и я зарылся в бумаги на своём столе. Ознакомившись, помчался в банк. Потом была пара встреч с такими же торговцами запчастями, как и я, с которыми мы порешали вопросы обмена разных позиций. Заскочив снова на минутку в офис, полетел на арендованный склад отпускать заезжим клиентам их заказ, а уже в самом конце дня помчался к бухгалтеру подписывать платёжки, которые нужно было завтра завезти в банк.
  
  Иван Андреевич, пока я трудился в поте лица, успел приготовить немудрёный ужин, с любопытством взирая на привезённые мной импортные продукты в ярких упаковках.
  - 'Сникерс. Съел и порядок', - процитировал он слоган из рекламы, и я понял, что старик целый день не отвлекался от телевизора, которым я научил его пользоваться, убегая на работу.
  - Вижу, день у Вас прошёл не зря, - рассмеялся я.
  - И не говори! - сумрачно покачал он головой. - Такого насмотрелся и наслушался, что волосы дыбом встают. До чего же вы страну довели!
  Вчера, рассматривая дедовы фотографии, он ткнул пальцем в майора лет тридцати пяти, стоящего вместе с группой солдат возле какого-то здания, похожего на станционное. Один из этих солдатиков был моим дедом
  - Узнаёшь?
  Присмотревшись, я кивнул.
  - Это мы перед самой отправкой эшелона в Порт-Артуре снялись... Почти все, кроме твоего деда, вот этого и вот этого, в Новый Мир переправились. Те двое, как и твой дед, тоже по анкетам не подошли...
  Накануне после бани мы долго засиживаться не стали, поскольку дорога у обоих была неблизкая, а разговоры оставили на потом. Впрочем, кое-что успели обговорить, и теперь я рапортовал:
  - Я не знаю, Иван Андреевич, что Вы хотите от спецслужбистов, но завтра к нам приедет мой хороший знакомый из 'конторских'. Я ему, конечно, доверяю, но, боюсь, у него далеко не тот уровень допуска, чтобы он Вам объяснил, почему вас от Земли изолировали.
  - А мне, Коля, этого и не надо. Я тут передачку сегодня посмотрел про Брежнева, потом на какого-то краснобая наткнулся, вещавшего о том, какие великие дела начались после прихода этих Горбачёва с Ельциным, - старик с таким отвращением произнёс эти фамилии, что мне не по себе стало. - И старому энкавэдисту всё стало понятно.
  - Ну-ка, ну-ка, расскажите, до чего Вы додумались!
  Я аж жареную картошку, которую всегда обожал, жрать перестал.
  - Да всё достаточно прозрачно. Кому-то очень мешал Брежнев, и единственным способом избавиться от него было - позволить ему поскорее уйти в мир иной. Ему и его соратникам, которые больше напоминали дом престарелых, чем боевой авангард советского народа. А тут мы вылезли со своим обещанием вот-вот выдать чудо-лекарство, которое продлило бы царство этой, как его, ге-рон-то-кратии минимум на два-три десятка лет. Андропов, похоже, был извещён о Новом Мире, а вот 'Меченого' посвящать не стали, поскольку прекрасно знали, что это за фрукт. Потом и Бориску, развалившего Союз, в известность ставить не стали. Иначе бы тот всё американцам продал. А со временем те, кто имел доступ к Тайне, то ли не у дел остались, то ли померли.
  Так что с этим мне всё ясно. И, как говорится, хрен с ним! Пятнадцать лет прожили в изоляции и не померли. Дай бог, доживём и до того времени, когда нормальный человек страну возглавит. А этого уродства, что сейчас у вас творится, нам в Новом Мире и на дух не надо!
  В словах старика резон был. Оставалось непонятным, зачем он здесь. Да и как вернулся, если обратный переход заблокирован.
  - Заблокирован-то он заблокирован, - пояснил Иван Андреевич. - Да только заблокирована новая, мощная установка для промышленных масштабов. А старенькую, использовавшуюся буквально в первые годы, наши спецы законсервировали, и когда очень большая нужда пришла, восстановили и отправили меня, старого, ничего не боящегося и не вызывающего особых подозрений. В тоже время, знакомого с деятельностью органов, но не способного восстановить переход из-за отсутствия каких-либо знаний о его устройстве.
  Дедок рассмеялся, но потом снова посерьёзнел.
  - А очень большая нужда имеет своё имя. Американцами она называется. Мы всё время жизни в Новом Мире были уверены, что мы одни на той планете. Да только несколько месяцев назад один из радистов, дежуривших на связи в одном из посёлков на западном побережье материка, поймал радиопереговоры на английском языке. На коротких волнах. Это такая зараза, что даже сигнал слабого передатчика, много раз отразившись от поверхности и ионосферы, может на тысячи километров распространяться. Наши спецы несколько месяцев эфир слушали, и, в конце концов, убедились: таки да, есть радиообмен. И, судя по всему, действительно американский. Но ещё - немецкий, французский, испанский, китайский и даже арабский Причём, многие из них вовсе не военные, а чисто бытового характера. То есть они тоже начали колонизацию Нового Мира. И очень масштабную, с привлечением гражданских переселенцев из самых разных стран.
  Мы свою связь на коротких волнах полностью перевели на закрытые каналы, которые сложно от естественных радиопомех отличить. Но про американцев, которые, судя по всему в переселении в Новый Мир заправляют, надо пронюхать, чтобы быть готовыми.
  
  Миасс, Челябинская область, 8 июля 1996 года, 06:10
  Выпили мы втроём после баньки всего по рюмочке, за встречу, и к утру, когда Виктор Галанин, 'режимник' с ракетного КБ, поднял руки и попросился домой, за руль можно было садиться без всяких проблем.
  Разговаривали они с Иваном Андреевичем Даниловым, оказавшимся на момент перехода в Новый Мир полковником КГБ, всю ночь, время от времени выставляя меня за дверь, когда дело касалось исключительно их конторских вопросов. И садился Виктор в мой 'Дакар' будучи в глубочайшей задумчивости. Когда же я остановился возле его подъезда, он, вытряхнув последнюю сигарету 'Бонд' из двух привезённых с собой пачек, глубоко затянулся, не спеша выходить.
  - Ну, Колька, ну и сволочь же ты! Надо же было тебе такой геморрой на мою жопу найти!
  Злобы в его голосе не было, была только усталость и беспокойство.
  - Поясни! - пьяным тоном спародировал я киногероя.
  - Да что там пояснять? Информация, которой меня полковник - с твоей подачи, между прочим - нагрузил, относится к категории 'перед прочтением сжечь, пепел растворить в воде и выпить натощак, образовавшуюся мочу слить в Тихий океан, а самому после этого застрелиться из 152-миллиметровой гаубицы'. Мало мне было просто следить, чтобы ты со своей полукриминальной коммерцией ни в какое говно не вляпался, так теперь ещё проблем добавилось...
  - А чего это полукриминальной?! - взвился я.
  - Не трынди! - потёр Виктор красные от недосыпа и выжранного за ночь кофе глаза. - А то у нас не знают, как списывается сверхприбыль от бартерных операций! В общем так. Похоже, на следующей неделе я буду в Москве. Чем там дело обернётся, останемся ли мы все трое, в конце концов, в живых, я не знаю. Вам с дедом всё время, пока меня в городе не будет, сидеть тихо, как мыши. В идеале было бы вообще никуда из дома не высовываться, но я понимаю, что тебе работать надо. Поэтому будь предельно осторожен, ни в какие аферы не лезь, даже если они миллиардами баксов прибыли могут обернуться. И за деда головой отвечаешь, запомни!
  А на обратном пути, подъезжая к дому, я столкнулся с соседом по улице, относящемся к категории людей, с которыми бы вообще лучше не сталкиваться. Нет, был этот невысокий, с круглым, как блин, лицом, очень вежлив и благожелателен со всеми, живущими неподалёку от его двухэтажной 'хатынки' с закрытым бассейном. Да только знание того, что этот бывший начальник следственного управления горотдела милиции ныне является паханом всего городского криминалитета, удовольствия от общения с ним лишала напрочь.
  - Здорово, Коля!
  - Здравствуйте, Махмуд-джан!
  - Никто тебя не обижает? А то смотри, не стесняйся мне рассказать, если кто надумает обидеть. С удовольствием помогу по-соседски!
  - Нет, нормально всё.
  - Ну, да, 'нормально'. Вон, белорецкие пацаны жалуются, что обвёл ты их вокруг пальца.
  Махмуд-джан мелко захихикал.
  - А, это те, которые мне попытались свою ржавую 'бэху' подставить под ДТП?
  - Зачем же сразу 'ржавую'? Видел я её: месяца полтора она ещё точно не развалится! - снова заржал мафиози. - Они меня стали спрашивать, кто же тут у нас в городе такой крутой, что их лохами выставил, но я пацанов успокоил: сосед, мол, мой. А в том, что сами лоханулись, нечего других винить. Правильно ведь?
  - Правильно, Махмуд-джан.
  - Тогда будь здоров! - махнул было рукой бандит, но потом остановился, что-то вспомнив. - Слушай, а кто это у тебя теперь живёт? У них там в Башкирии какая-то странная возня началась, ищут какого-то дедка непонятного...
  - А, это дедов сослуживец. Они с ним в Порт-Артуре служили, друзьями были. Я к нему частенько заезжал погостить, когда в Салават в командировки мотался. Он жену недавно похоронил, а когда я в этот раз к нему заехал, попросился на дедову могилку свозить. В следующий раз в командировку поеду - назад отвезу.
  - Ну да, ну да... - как болванчик, закивал головой хитрый казах и, махнув рукой двум охранникам, топчущимся метрах в пятнадцати позади шефа, двинулся дальше по маршруту своей ежедневной утренней прогулки.
  'Чёрт, надо будет не забыть с работы Виктору позвонить, чтобы про этот странный разговор рассказать', -мелькнула мысль.
  
  Миасс, Челябинская область, 13 июля 1996 года, 07:45
  Подумал и забыл.
  А спустя несколько дней та самая БМВ рано-рано утром припарковалась наискосок от моего дома по улице Динамитной. Иван Андреевич, взявший на себя обязанности по домашнему хозяйству, показал на неё, когда мы сели завтракать.
  - Это не те бандиты, что пытались аварию спровоцировать?
  - Похоже, они, - насторожился я, но вскоре всё решилось совершенно неожиданным образом.
  Припозднившийся с утренней прогулкой Махмуд-джан неспешно подошёл к машине белорецких 'гостей', и о чём-то коротко переговорил с ними. Судя по тому, как напряглись сопровождавшие пахана бандиты, разговор был не самый благодушный. Но белорецкие завели машину и, вздымая облака сизого выхлопа, перемешанного с пылью, с пробуксовкой сорвались с места. Махмуд-джан ещё с полминуты потоптался на месте, дожидаясь, пока осядет поднятая пыль, пару раз глянул в сторону моего дома, и пошёл дальше своим обычным маршрутом.
  А я велел Ивану Андреевичу собираться, сообщив, что ночевать сегодня мы будем в купленной мной квартире: ремонт в ней практически был закончен, оставалось лишь установить электророзетки в самой маленькой из трёх комнат.
  Как говорится, долго ли голому собраться? Только подпоясаться...
  За гостя мне было спокойнее, зная, что он сидит в бетонной коробке за бронированными дверями. А вот новость, которую мне с порога вывалила Светка, когда я вернулся с обеда, очень даже ошарашила.
  - В Измирова стреляли!
  - В кого? - не понял я.
  - Махмуд-джана Измирова час назад ранили, когда он на машине к своему офису подъехал. Четыре выстрела из пистолета Макарова, один охранник убит, а сам Измиров ранен в плечо. Говорят, не опасно. Стрелявший убежал через двор, свидетели видели, как он садился в тёмную БМВ без номеров.
  Твою мать! А бандиты-то к нашему делу какое отношение имеют? Они же всегда от всего, что даже припахивает секретностью, шарахались, как чёрт от ладана! Одно радует: сейчас на Динамитной куча милицейских машин, и эти уроды к моему дому несколько дней не сунутся.
  - Свет, договорись с Петровичем, что я ему свой 'Дакар' на техобслуживание загоню.
  - Так ты же ТО перед командировкой делал!
  - Ты договорись, а я уж разберусь... Деверь не звонил из командировки?
  - Послезавтра ночью прилетает, просил, чтобы ты его встретил. И это... Не знаю, что он имел в виду, но просил передать, что все его поручения остаются в силе...
  
  Челябинск, 15 июля 1996 года, 02:35
  Виктор выглядел ещё более уставшим, чем после разговора с дедом. Поскольку он был без багажа, а только с пластмассовым 'дипломатом', то, не задерживаясь в зале прилёта, сразу потопал со мной на стоянку. Тяжело плюхнувшись в переднее кресло, он устало уронил руки вдоль спинки сиденья.
  - А это что у тебя такое? - удивился 'режимщик', наткнувшись рукой на холодный металл, явно не относящийся к механизмам управления.
  - 'Сайга'.
  - На хрена?
  Мне пришлось рассказать историю с Махмуд-джаном от начала и до конца.
  - Та-а-ак... Давай-ка не спеши, а зарулим к областному управлению ФСБ. Мне туда надо на полчасика заглянуть. Подождёшь?
  Управился он немного быстрее и, устроившись на сиденье, махнул рукой:
  - Поехали!
  - Он сказал 'поехали' и взмахнул рукой, - процитировал я строчки из известной в советское время песни.
  Вместо ответа Галанов нажал на кнопку 'ментовской' переносной рации:
  - Штора Объекту. На маршруте.
  - Объект, вас понял, - зашипела в ответ рация.
  - Всё так серьёзно? - удивился я.
  - А хрен его знает, - пожал плечами Виктор. - Но бережёного бог бережёт.
  - Ну да! Паранойя в наших рядах не приветствуется, но нельзя забывать, что кругом одни враги...
  Ехали по городу не спеша. Патрульный на выезде из города помаячил палочкой, но рассмотрев задний номер, дал отмашку, чтобы я не останавливался. Виктор время от времени сообщал по рации о прохождении контрольных точек, а я, как баран, строго держал по спидометру девяносто, не имея права ни ускориться, ни притормозить.
  Ждали нас после поворота на Мисяш. В свете фар я узнал корму мигающей аварийкой 'бэхи', врубившей фары, когда я с ней поравнялся.
  - Штора Объекту. Сигнал красный.
  - Объект, сигнал красный принято! - отозвалась рация.
  - Карабин приготовь, - скомандовал Виктор. - Когда начнут обгонять, со всей дури жмёшь на тормоза, а когда они проскочат вперёд, уходишь на левую обочину. И вываливаешься из машины. Понял? Стрелок у них хреновый, при таком манёвре, если палить начнёт, всё равно никуда не попадёт.
  - С чего ты решил, что хреновый?
  - Четыре выстрела в Измирова, из которых всего два результативных. С трёх метров. Штора Объекту. Сигнал бордовый.
  - Принято, - буркнула рация, и я заметил в зеркале, что горевшие где-то в километре позади фары попутной машины погасли.
  Но тут мне стало не до того: бандитская БМВ уже почти поравнялась с нами. По лицу мне скользнул свет фонарика, вспыхнувшего на пассажирском месте 'бумера', и ночную тишину разорвал истошный визг моих шин.
  - Отлично! - рявкнул Виктор, когда я остановил 'Дакар' на левой обочине, едва не уронив его в кювет.
  Вместе с 'Сайгой' я вывалился наружу, перекатившись подальше от машины. Свет фар 'уазика' слепил выскочивших из 'бэхи' бандитов, сжимавших каждый по пистолету.
  Тот, что справа трижды выстрелил в лобовое стекло, целясь в пассажирское место.
  - Перестань, идиот! - заорал, перекрикивая два работающих двигателя, водитель. - Нам этот лох нужен живым. Кто нам расскажет, где он деда прячет, если ты его сразу пришьёшь? Эй, ты, лошара! Не заставляй нас нервничать! Лучше сам выходи, пока мы твой пепелац не расх*ярили!
  Суки! Он же стрелял по Виктору, который остался в машине!
  Я и сам не заметил, как палец нажал на спусковой крючок, и пуля, диаметром чуть больше десяти миллиметров, отшвырнула стрелка на багажник 'бэхи'. Рефлексы, вбитые во время службы в армии, сработали без сбоя: мгновенный перекат, по тому месту, где я лежал секунду назад, хлещут пули...
  Но откуда-то взявшиеся чёрные тени уже крутят водителя БМВ, и ночь разрывает громогласный крик:
  - Не стрелять! Работает группа 'Антитеррор'! Всем положить оружие на землю и выходить с поднятыми руками...
  
  - Погорячился ты немного, - ворчал Виктор, которому я сливал на руки из пластиковой бутылки с минералкой. - Ну, на хрена сразу в грудь стрелял? Мог бы для начала просто ногу отстрелить. Впрочем, этот киллер особо ничего не знал, его только для огневой поддержки послали. Но если бы ещё минут пятнадцать пожил, я бы успел у него ещё что-нибудь выяснить...
  - А второй?
  - А что второй? Второй решил самостоятельность проявить, и не только выяснить, где теперь наш полковник, но и приволочь его заказчику. А заодно - грохнуть 'обидевшего' белорецких братков Измирова. Теперь у нас время есть: пока найдут их сожжённую машину, пока сообразят, что два найденных в разных местах трупа и есть эти бандиты, пока вместо них пришлют ещё кого-нибудь. На тебя вряд ли подумают, поскольку ты у них - лох. Ну, нарвались братки на кого-то более крутого, решив разбоем на дороге своё благосостояние поправить...
  - Неужто второй имя заказчика назвал?
  - Не только того, кто ему заказ передавал, но и тех, кто за ним стоит... Интересные люди, я тебе скажу!
  - И ты уверен, что это не выдумки?
  - Под 'сывороткой правды' не врут! Поехали! Мужики, кажется, уже обоих прикопали...
  
  Московская область, радиоцентр ВМФ РФ, 5 июля 1999 года, 12:30
   Всё, последний пеленг на пакетную передачу радиограммы с подводной лодки взят, теперь можно будет передохнуть перед очередным экзаменом.
  Ровно три года назад всё началось. Минута в минуту, если учитывать разницу в часовых поясах. Я, тогда обычный предприниматель, торгующий автозапчастями, подобрал на трассе Уфа - Белорецк странного дедка, незадолго до этого виденного мной в проехавшем мимо 'Камазе'. В результате всего произошедшего потом я превратился в строжайше засекреченный объект, готовящийся к глубокой заброске. Уже почти три года готовящийся! Но строго в свободное от основной деятельности время, поскольку я теперь - крупный официальный дилер запчастей для 'Уралов', работающий на всю Россию, ближнее и дальнее зарубежье. Да и самими уральскими машинками мы не брезгуем торговать. Спасибо 'конторе', подмогли с клиентурой! А Иван Андреевич Данилов, тот самый дед, которого я подсадил на трассе - мой заместитель по безопасности.
  Переезд из Миасса в Москву залегендировали как вступление в права наследства дальней-дальней родственницы, оставившей мне по завещанию свою 'трёшку' в Алтуфьево (потом пришлось выплачивать её стоимость из прибылей предприятия). А когда миасский бандитский пахан Махмуд-джан Измиров узнал, что я продаю дедовский домик, он зашёл ко мне в гости.
  - Здравствуй, Коля. Слышал, что ты свои хоромы продаёшь?
  - Продаю, Махмуд-джан. В наследство получил квартиру в Москве. Вот и решил поменять сонный Миасс на бурлящую столицу.
  - Тогда я твой дом покупаю. Надеюсь, пятьдесят тысяч долларов - достойная цена?
  Он выложил на стол довольно объёмную пачку баксов, стянутую, как и положено в России, резинкой. Честно говоря, у меня глаза на лоб полезли.
  - Да Вы что, Махмуд-джан?! Дом и половины этой цены не стоит!
  - Дом, может быть, и не стоит, а вот та услуга, которую ты мне оказал, очень даже стоит. Ты меня от очень большой проблемы избавил там, на мисяшской дороге!
  - О чём Вы, Махмуд-джан? - насторожился я.
  - Я понимаю, Коля, что ты ничего о мисяшской дороге не знаешь, и даже охотно верю в то, что никогда, и особенно - в ночь на 15 июля, по ней не ездил. Мало того, даже сам могу под присягой подтвердить, что всю эту ночь ты просидел возле моей больничной койки, кормил меня с ложечки и рассказывал анекдоты, чтобы мне было не так больно от пулевого ранения. Но, Коля, я же бывший следак. Знаю, какую пулю вынули из неопознанного трупа, закопанного в паре километров от следов торможения внедорожных шин на асфальте, а также в трёх километрах от сожжённой БМВ, за пару дней до этого уехавшей с места покушения на меня. А до этого караулившей тебя вон там. Именно поэтому я хочу купить твой дом не меньше, чем за пятьдесят тысяч долларов. Соглашайся! Цена хоть и немного заниженная, зато переоформление тебе не будет стоить ни копейки, да и время на поиск покупателя сэкономишь.
  
  Квартира моя со свежайшим ремонтом тоже ушла достаточно быстро и за неплохие деньги. Таким образом, я стал обладателем довольно солидной (по моим тогдашним меркам) суммы, на которую мог бы, не жируя, прожить в Москве лет пять. Но слишком незначительной для того, чтобы развернуть серьёзное дело.
  Помог товарный кредит 'УралАЗа', с огромным удовольствием предоставленный руководством. За совершенно пустячную услугу: именно я занимаюсь заказом авиабилетов для руководства предприятия решившего, скажем так, поправить здоровье в ходе командировки в Москву. Оплата строго наличными, комиссионных вполне хватает для того, чтобы содержать двух секретарш, занимающихся только заказом этих самых билетов.
  А контору свою миасскую я продавать не стал, назначив Светку Галанову директором: всё равно представительство в Миассе мне нужно, а она как раз в курсе всех моих входов-выходов. Плюс её комсомольские друзья-подруги сейчас понемногу вверх по служебной лестнице пошли. Да и не хотелось людей, с которыми несколько лет бок о бок работал, на улицу выгонять. Не по-людски это...
  И вот теперь у меня вечерами и по выходным - изнуряющая зубрёжка английского по экспресс-программе, разработанной в Военном институте иностранных языков, стрелковая подготовка, техническая подготовка, включая радиодело, астронавигацию, радионавигацию, экстремальное вождение, выживание в пустынной, степной, лесистой местности и на море. Да, блин, чему только не учили!
  Для чего весь этот геморрой?
  Информация от Ивана Андреевича о том, что американцы осуществляют крупномасштабную колонизацию Нового Мира, полностью подтвердилась. Были выявлены не только многие точки перехода, задействованные ими, но и целая сеть вербовщиков, работающих, в том числе, и в России. Мало того, выяснилось, что в создании перехода американцам очень помогли знания одного из советских 'невозвращенцев', работавшего в одном из институтов по тематике, использовавшейся в разработке аппаратуры для 'ворот'. Да и к поискам старика бандитами был причастен один из агентов так называемого 'Ордена' - американской организации, владеющей правом переселения людей в Новый Мир. Дед просто ляпнул водителю 'Камаза', к которому он подсел после перехода в наш мир, что отвык от этого мира, и попросил помочь ему связаться с КГБ.
  Водила, разумеется, решил, что дедуля умом тронулся. И от греха подальше высадил его прямо на дороге. А я подобрал. Потом, приехав в Белорецк, водитель рассказал эту историю дружкам в пивнушке. Его байку случайно услышал вербовщик 'Ордена', решивший перебдить и глянуть на старика. Обратился к местной братве, которая запомнила, что именно я вёз в своём 'Дакаре' пенсионера, приметы которого полностью совпадали с описанием. Те от скуки не додумались ни до чего лучшего, чем похитить Ивана Андреевича и стрясти деньги не только с орденского вербовщика, но и с меня, поскольку Махмуд-джан представил его моим дальним родственником. Ну, а то, что было дальше, вы уже знаете. За исключением того, что вербовщик, узнав, в какую задницу с покушением на бандитского авторитета его впутали отморозки, плюнул на свои подозрения и 'лёг на дно'.
  
  Раскрутка агентов 'Ордена' дала много полезной информации по той среде, в которую мне предстоит внедриться до того, как начнётся следующий этап операции. Главное, что колония 'Ордена' находится не на том континенте, где была основана советская колония. О наличии советской колонии и иных континентов 'Орден' даже не подозревает, поскольку американцы столкнулись с существенными ограничениями габаритов перемещаемых в Новый Мир грузов. Проблемой, успешно решённой нашими учёными ещё в начале 1970-х. Мало того, агенты в один голос твердили, что переход односторонний, хотя наши аналитики пришли к выводу: обратный переход существует, но им пользуется исключительно 'Орден' и в очень ограниченном режиме. Эти ограничения не позволяют колонии обзавестись океанскими судами, способными исследовать планету Нового Мира более полно, а категорический запрет на перемещение ракетной техники исключает запуск спутников.
  Финансовой системой колонии владеет 'Орден', получающий просто баснословные прибыли на эмиссии тамошней валюты и налогах на любую предпринимательскую деятельность. Кроме того, доходной статьёй 'Ордена' является само переселение людей и доставка в Новый Мир грузов по заказам частных лиц, предприятий и даже государств. Да, да! На колонизируемом континенте уже возникли самостоятельные государства, среди которых две Америки, Англия, Евросоюз, Китай, Бразилия, Арабский халифат, Ичкерия, Дагомея, Бразилия. И даже две России.
  Не менее крупные доходы 'Орден' получает со смертей: поскольку практически все средства вновь переселяющихся хранятся в банке 'Ордена', после гибели любого человека его средства, чаще всего, остаются на счетах банка. Возможно, поэтому одним из приоритетов является переселение 'ненужных', неблагополучных или даже преступных элементов, быстро сбивающихся в банды и промышляющих грабежами и убийствами. Что в условиях отсутствия ограничений на оборот оружия является безумно доступным занятием. Но и очень опасным, поскольку на бандитов охотятся не только вооружённые силы 'Ордена'. Простые переселенцы тоже заинтересованы в отстреле негодяев, поэтому тоже поголовно вооружены до зубов.
  С дорогами в колонии 'Ордена' полный швах. Асфальтированы, в лучшем случае, отдельные участки в городах Америки. Всё остальное - типичные российские грунтовки. Правда, летом без грязи из-за крайне сухого и жаркого климата. Сухого летом. Зимой снега не бывает, но беспрерывно льют проливные дожди с ураганными ветрами, поэтому жизнь в колонии фактически замирает.
  Местная авиация представлена преимущественно легкомоторными самолётами, а флот - небольшими корабликами и катерами. Последние очень любят местные пираты, поэтому вооружены и все судёнышки, выходящие в море.
  И вот в этот кошмар нам с Иваном Андреевичем предстоит вскоре окунуться...
  
  Москва, кафе 'У Гоги', 14 сентября 1999 года, 13:25
  Вербовщика обложили очень грамотно. К его приходу для разговора с клиентом оставался свободен единственный столик по соседству с моим. На момент его явления я допивал молочный коктейль, лениво потягивая его через трубочку. А дождавшись клиента моей жертвы, вынул мобильник и обиженно пропел в трубку:
  - Счастье моё, ну когда же ты закончишь свою боевую раскраску?.. Хорошо, жду. А то я уже скоро с голода помру.
  Студенточка юридического факультета ВИИЯ, трудящаяся у меня по полдня в качестве стажёра юротдела, явилась лишь минут через двадцать, когда за соседним столиком вовсю шло обсуждение нелёгкого положения дел в фирме клиента.
  Наташа выглядела на все сто, и я невольно залюбовался ею: в офис она являлась в строгом костюме, а сейчас нарядилась в обтягивающие брюки и не мене плотно сидящий свитерок, выгодно подчёркивающий стройную фигурку и довольно крупную грудь. При моих 185 сантиметрах она была ниже меня всего сантиметров на пять. Причём, без высоких каблуков.
  - Ну, наконец-то! - прижал я к себе стажёрку, сегодня играющую роль моей возлюбленной, и провёл ладонью по её спине.
  Ого! А девочка-то оказывается - огонь! Как она отреагировала на эту ни к чему не обязывающую ласку! На работе ни я к ней никак не относился, ни она меня не воспринимала как нечто достойное внимания...
  Мы, сделав заказ, негромко, чтобы у меня была возможность слышать разговор за соседним столиком, щебетали обо всяких пустяках, постепенно переходя на всё более и более фривольные темы. И когда я дал девушке заранее обусловленный сигнал о том, что пора сворачиваться (за соседним столиком уже договорились, и разговор шёл к завершению), Наташа абсолютно профессионально изобразила на лице испуг:
  - О, господи! У меня же через полчаса лабораторная!
  Она быстро подскочила, суетливо собрала выложенные на стол вещи в дамскую сумочку и, чмокая губами воздух, уже собралась бежать.
  - Нет, так не пойдёт! - совершенно искренне возмутился я и шагнул ей навстречу в проходе между столами.
  Наташа снова очутилась в моих объятиях, прижимаясь ко мне всем телом. Поцелуй пришлось прервать, чтобы дать ей уйти. Но перед этим, касаясь её уха губами, я прошептал:
  - Сегодня после десяти жду тебя в моей квартире.
  - Да! - прошептала она и куснула мне мочку уха.
  Меня ещё несколько минут потряхивало от пережитых эмоций, но пришлось взять себя в руки, поскольку клиент 'выпасаемого' вербовщика уже уходил.
  Дождавшись, пока он скроется за дверью, я пересел за соседний столик.
  - Простите меня великодушно, но я невольно стал свидетелем вашего разговора.
  - Хм, а мне показалось, что Вы были всецело поглощены своей прекрасной - без каких-либо преувеличений - дамой...
  - Увы, но столь интересная тема не могла не привлечь моего внимания даже в ситуации, когда его объектом должна была всецело быть женщина, сумевшая мне запасть в душу.
  Я достал свою визитку и протянул её вербовщику.
  - Хотел бы встретиться с Вами при более располагающих для столь серьёзной темы обстоятельствах. Увы, но сейчас я немного не в форме: эта женщина умеет довести мужчину до невменяемого состояния!
  И ведь, что характерно, мне даже лгать не пришлось!
  
  Москва, Алтуфьевское шоссе, квартира Николая Колесова, 15 сентября 1999 года, 7:30
  Блаженно улыбающаяся Наташа, на которой была одета только моя рубашка, сидела на кухонном диванчике, обхватив обеими руками крошечную кофейную чашку.
  - Отдай! - засмеялся я, отбирая давно опустевшую посудинку.
  - У меня сил нет, чтобы её поставить, - прошептала девушка. - Ты просто монстр какой-то!
  - На себя посмотри! - хмыкнул я счастливо. - Хорошо, хоть пару часов дала поспать... На занятия поедешь?
  - Не-е-ет! И тебя на работу не пущу! Они без тебя не пропадут, а я - пропаду... Отнеси меня на руках в спальню, - протянула она руки. - Я чуть сознание от счастья не потеряла, когда ты вчера меня в постель нёс...
  И попытка поехать на работу, утонула в океане ласки. Мы даже спали, так и не разомкнув объятий.
  
  Москва, Алтуфьевское шоссе, квартира Николая Колесова, 18 сентября 1999 года, 14:05
  Бухгалтер, выполняющая обязанности кадровика, протянула свою зелёную папочку с аккуратной наклейкой посредине 'Кадровые вопросы', где сиротливо лежало четыре листочка. Так, назначить временно исполняющим обязанности старшего кладовщика на время отпуска штатного сотрудника... Подписываем. В связи с производственной необходимостью направить в командировку сроком с... Подписываем.
  - А это что?
  - Заявление об увольнении по собственному желанию стажёра Алёшиной.
  - Как по собственному желанию? Почему?
  - Мы не имеем права задавать такие вопросы...
  - Пришлите ко мне Алёшину. Немедленно.
  Бухгалтер пожала плечами, и через пару минут в кабинет вошла Наталья.
  - Наташа, это что такое? - показал я ей листок, на котором была её подпись.
  - Заявление об увольнении по собственному желанию...
  - Но почему? Я тебя чем-то обидел?
  - Нет.
  - Тогда в чём дело?
  Девушка неожиданно выпрямилась и её лицо закаменело.
  - У каждого человека есть свои принципы, - негромко, но твёрдо заговорила она. - Одним из главных моих принципов является - не спать со своими начальниками. Я его нарушила. Поэтому я здесь работать больше не буду.
  Я разорвал заявление на несколько частей, скомкал обрывки и выбросил их в мусорку.
  - Ты всё поняла?
  - Тогда я уйду без увольнения!
  
  И я запил.
  Нет, на работе я появлялся абсолютно трезвый, хотя и с трясущимися по утрам руками. И пахал, как зверь, выматывая и себя, и сотрудников. Но каждый вечер, придя домой, выключал телефон, садился в кресло перед невключенным телевизоров и тупо напивался до беспамятства. Чтобы по звонку будильника проснуться, на автомате доехать до офиса, досидеть до восьми вечера, когда уходят даже самый закоренелые трудоголики, и уехать напиваться в опостылевшем кресле... Чаще всего я и засыпал в этом кресле, но когда сил хватало дойти до постели, я никогда не ложился спать в той комнате, где мы были с Натальей.
  В один из этих кошмарных вечеров меня вывел из забытья звонок в дверь.
  - Да пошли вы все! - буркнул я в сердцах и снова уронил голову на грудь. А потом вдруг почувствовал, что кто-то касается моей руку.
  Кое-как разлепив залитые водкой глаза, я вдруг увидел её. Осунувшаяся и как-то посеревшая, Наташа сидела на полу перед креслом и гладила мою руку.
  - Зачем ты пришла?
  Мой язык заплетался, но я постарался задать вопрос внятно.
  - Прости меня. Я думала, что смогу без тебя жить.
  И девушка, уткнувшись лбом в мою коленку, разрыдалась. А я пьяно бормотал какие-то успокаивающие глупости и гладил её по мокрым от дождя волосам.
  В том, что это был не пьяный бред, я убедился утром, обнаружив голову вздрагивающей во сне Наташи на своём плече. Но ещё долго лежал неподвижно, боясь потревожить её сон. А когда она всё же проснулась, я задал вопрос, ответ на который, сколько ни ломал голову, я так и не мог найти:
  - Как ты сюда попала?
  - Ты не открыл, когда я звонила в дверь, хотя с улицы было видно, что у тебя горит свет. Я каждый вечер ездила через пол-Москвы, чтобы посмотреть на твои окна! А вчера сдалась. Но ты мне не открыл, и я попросила Ивана Андреевича приехать с ключами, чтобы проверить, не случилось ли что-нибудь с тобой.
  - Хорошо, что ты пришла этой ночью. Уже сегодня вечером ты бы опоздала ...
  - Что-то должно было произойти? - насторожилась Наташа.
  - Нет. Просто уже было бы поздно.
  Мы долго-долго лежали, прижавшись друг к другу, а в моей голове всё вертелась фраза, которую девушка едва слышно прошептала мне в ответ:
  - Господи, какое счастье, что я успела одуматься!
  
  Москва, кафе 'У Гоги', 2 октября 1999 года, 13:30
  Вербовщик позвонил накануне, и сегодня мы втроём сидели в знакомом кафе. Третьей была Наташа, на присутствии которой я настоял, хотя ей нужно было на занятия. От сегодняшнего разговора, как я решил для себя, зависело, будет ли она доучиваться, или забросит учёбу. Расставаться больше ни я, ни она не хотели, но, в отличие от девушки, мои планы отменить было нельзя. Даже если бы это стоило мне разбитого сердца и сломленной психики.
  По поводу психики я уже получил вчера здоровенный нагоняй от Деда. Именно так, с большой буквы, теперь называли Ивана Андреевича все, начиная с меня, включая сотрудников фирмы и заканчивая чинами в 'конторе'. А Наталья, придя вечером из университета (пардон, название ВИИЯ сохранилось лишь в обиходе лиц, связанных какими-либо отношениями с заведением, а называлось оно теперь Военный университет), пожаловалась, что её вызывал к себе зам руководителя факультета по воспитательной работе для 'беседы по душам', в ходе которой уговаривал менее болезненно относиться к различным житейским неурядицам, поскольку это может очень навредить её будущей служебной деятельности.
  Какой характер носит служебная деятельность Натальиных коллег после выпуска, я прекрасно знал. И подозревал, что после получения диплома военного юриста она вполне могла оказаться на другом конце Земли. Хорошо ещё - если под своим именем и при официальном статусе. В общем, всё вполне могло обернуться, как в песне: дан приказ ему на запад, ей - в другую сторону.
  
  Судя по довольному виду вербовщика, я понял, что усилия 'конторы' по 'созданию трудностей' для моей фирмы в виде блокирования кредитных линий, судебных исков со стороны партнёров и налоговых проверок не прошли даром. Обладатели подобных проблем и были основными источниками наживы для большинства вербовщиков 'высокого полёта', бравших просто грабительские отступные за 'решение проблем' подобных мне 'жирных' клиентов.
  - Я навёл справки о Вас и Вашей фирме, Николай Валерьевич.
  - А я о Вас и Вашей фирме, Олег Константинович, - парировал я.
  - Да, я в курсе, - хмыкнул вербовщик.
  Ещё бы он не был в курсе! Для того, чтобы он обнаружил внимание к себе, специально нанимали самую непрофессиональную команду частных сыщиков, которую сумели разыскать даже не в столице, а в забитой глубинке...
  - Но это лишь говорит о том, что Вы пытаетесь подойти к делу достаточно серьёзно. И, как я понимаю, не против того, чтобы воспользоваться моими услугами. Тем более, в скором времени у Вашего бизнеса должны возникнуть довольно крупные неприятности.
  Олег Константинович сделал паузу, но я вовсе не горел желанием заполнить её возмущёнными репликами о том, как у меня всё прекрасно, а любые проблемы я решаю одним щелчком пальцев.
  - И то, что Вы не возражаете против такой постановки вопроса, только подтверждает сложившееся у меня мнение о том, что Вы - достаточно умный человек. Не каждому бывшему прапорщику, начинавшему свой бизнес в глухой провинции, удаётся развить его до достаточно серьёзного уровня после переезда в Москву. При том, что этот прапорщик - не только без высшего, но и вообще без какого-либо специального образования.
  - А вот в этом Вы, уважаемый Олег Константинович, глубоко ошибаетесь. Ещё год назад я с отличием закончил заочное отделение Автомобилестроительного института...
  - Хм... Простите...
  - Ничего страшного. Я этот факт стараюсь не афишировать. Приятно, знаете ли, бывает поставить на место некоторых клиентов, надеющихся обвести вокруг пальца безграмотного бывшего 'куска'... Но давайте всё-таки ближе к делу. Я-то часть вашего разговора во время предыдущего нашего... э... свидания слышал, а вот моя подруга до сих пор остаётся в неведении того, что Вы предлагаете людям. Не могли бы Вы повторить Ваш рассказ. И не только для неё: боюсь, будучи увлечённым более приятным разговором, я мог что-то либо не понять, либо неправильно понять.
  Честно говоря, я сам мог бы прочесть лекцию Константинычу о Новом Мире и жизни в нём, но мне нужно было, чтобы Наталья услышала это именно от него. Да и каждый новый рассказ, как бы ни зубрили информацию, всегда приносит в общую картину новые детали. А Наташе, ещё когда мы собирались на встречу, я строго-настрого наказал: любым, даже самым фантастическим фактам, которые выложит вербовщик, следует верить. Потому что это не выдумки сбежавшего на волю пациента психушки, а сущая правда. И вам, дорогие читатели, нужно было видеть выражение лица девушки, слушавшей рассказ.
  
  Воспользовавшись тем, что Наталья отлучилась 'припудрить носик', Олег Константинович задал вопрос, казавшийся ему очень важным:
  - Вы знаете, где учится Ваша подруга?
  Я спокойно кивнул.
  - И Вас не смущает то, в какие структуры распределяются выпускники этого учебного заведения?
  - Ничуть. Если Вы наводили справки обо мне, то должны прекрасно знать, где я служил. Это далёкие от реалий экзальтированные интеллигенты пусть округляют от ужаса глаза при каждом упоминании об этих структурах. А я уже давно привык к их соседству и ненавязчивому вниманию. Одним источником внимания больше, одним меньше... Насколько мне известно, кусок Вашей жизни тоже отдан чему-то подобному... Да и это должно произойти только после окончания учёбы, которого, если мы с Вами согласуем сроки перехода, может и не случиться.
  Со сроками мы тоже более или менее определились: чтобы не потонуть в суете переселенческого бума, сделать это решили... в ночь на Рождество. А вот во всём остальном я, с серьёзным видом выслушав советы и записав адреса, предпочёл оставить решение за собой.
  
  Москва, Алтуфьевское шоссе, квартира Николая Колесова, 2 октября 1999 года, 22:15
  После встречи я завёз молчаливую Наташу в Лефортово, где она собиралась прихватить из общежития какие-то свои вещи, а сам отправился на работу. Поэтому тот серьёзный разговор о нашей дальнейшей жизни, запланированный на сегодня, состоялся лишь поздно вечером.
  - Зачем ты меня возил на встречу с этим сумасшедшим?
  - Во-первых, он не более сумасшедший, чем мы с тобой. А во-вторых, мне нужно было, чтобы ты узнала об этом именно от него.
  - Ты считаешь, что весь этот бред - правда?
  - Я не считаю, я знаю. Это не мистификация, не выдумка, а реальность. Информация очень серьёзно проверенная. Причём, не единожды и из нескольких источников, знать о которых тебе совершенно не обязательно.
  Девушка ненадолго замолчала, переваривая услышанное.
  - Но почему никто об этом не знает?
  - Кому надо - те знают.
  - И ты, как я понимаю, собрался туда переселиться?
  - Не собрался, я должен туда переселиться.
  И снова пауза. На этот раз сопровождаемая испуганным взглядом.
  - Не смотри на меня так. Я потому тебя и потащил на эту встречу, чтобы ты могла самостоятельно принять решение: едешь ты со мной или остаёшься.
  На лице Наташи отразился настоящий ужас, и она замотала головой.
  - Нет! Я не останусь здесь без тебя!
  Я притянул её к себе, и девушка, уткнувшись лицом мне в грудь, захлюпала носом.
  - Спасибо, малышка! Я тоже не хочу оставаться без тебя. Всё будет хорошо... Только подумай ещё и над тем, что обратного пути нет. Это - навсегда. Даже если что-то пойдёт не так, ты никогда уже не вернёшься в этот мир. За тобой не будет государства, на которое ты работаешь, и никто тебя не обменяет на такого же, но вражеского агента-нелегала. И я там буду вовсе не мелким московским миллионером, а таким же, как все, переселенцем. Считай, бомжом...
  - Ну и пусть! - обвила она руками мою шею, пряча заплаканное лицо где-то у меня за ухом. - Зато я буду с тобой!
  Дав моей (да, именно моей!) женщине успокоиться, я отправил её умыться.
  - Нам нужно поговорить ещё на несколько не менее важных тем.
  Она вернулась не просто умытая, а какая-то посвежевшая, умиротворённая, будто заново обрела цель жизни.
  - Раз ты согласна, нам нужно подготовиться. И для этого у нас довольно мало времени, всего три месяца. Но сначала надо решить ещё кое-что. Во-первых, кто мы с тобой друг другу.
  Ах, как она сверкнула глазами!!! Но тут же взяла себя в руки и таким же жёстким голосом, как во время своей попытки увольнения, чётко и внятно объявила:
  - Если после того, что я пережила за эти две недели, ты мне скажешь 'давай останемся друзьями', то я тебя зарежу уже сегодня ночью.
  Я расхохотался, отыскал на подоконнике самый бодрый из своих полузасохших кактусов и упал перед сидевшей в кресле Натальей на колено, протягивая ей горшок.
  - Что это? - не поняла она.
  - Цветок... - пожал я плечами. - Тебе... Любимая, будь моей женой!
  Да, порвать шаблон процедуры предложения руки и сердца, изваянный девичьими фантазиями, я сумел. Причём, порвать качественно.
  Она принялась растерянно хлопать глазами, вертя в руках горшочек с несчастным кактусом.
  - Ты не можешь подобрать слова, чтобы не обидеть меня своим отказом? Говори первыми, пришедшими на ум, я переживу...
  - Ты... это серьёзно?
  - Абсолютно!.. БЛИН!!!! КАКТУС!!!
  Ещё минут пятнадцать мы, бесчисленное количество раз прерываясь на поцелуи, избавлялись от кактусовых колючек, впившихся мне в ухо: когда Наташа бросилась меня обнимать, она совсем забыла о том, что держит мой 'букет' в руках.
  - Ну, всё, всё! - погладил я девушку по спине, усаживая её поудобнее на своих коленях. - Давай всё-таки решим наше 'во-вторых'. Что будем делать с твоей учёбой? Мы уже не можем оттянуть переход до защиты твоего диплома, у нас для этого не времени.
  - Почему? Нас кто-то торопит?
  - Да. Операция по созданию моей... нашей легенды уже фактически завершена, и затягивать с началом следующего этапа нам никто не позволит.
  - Легенды?.. Я правильно поняла то, что ты хотел этим сказать?
  Ответом был кивок головой.
  - А я... тоже элемент этой легенды?
  - Нет. Ты была одним из инструментов создания легенды. Пока не стала несистемным фактором, едва не сорвавшим все планы. И до тех пор, пока я положительно не решу с руководителем операции вопрос твой вопрос, ты будешь оставаться этим самым несистемным фактором. Но это - чистая формальность, поскольку у меня есть право привлекать к операции любых людей.
  - И что это за операция, мне знать не положено... - понимающе вздохнула Наташа.
  - Ага. У тебя форма допуска недостаточная.
  - А вот с этим ты промахнулся: она у меня первая! - гордо объявила любимая.
  - Не ошибся, - срезал я. - Нужна нулевая. Кстати, только за то, что я тебе рассказал, какая форма допуска нужна для получения информации, меня уже могут взять пятую точку...
  Наташа уткнулась носом в мою коротко стриженную шевелюру и задумалась.
  - Так что, всё-таки, будем делать с твоей учёбой?
  - А есть варианты?
  - Есть. Либо ты бросаешь учёбу прямо сейчас и в полный рост впрягаешься в подготовку к переходу, либо впрягаешься в подготовку к переходу вполсилы, продолжая получать свои жутко секретные знания ещё пару месяцев. А потом всё равно бросаешь институт.
  - Можно, я подумаю до утра?
  - А ты уверена, что у тебя до утра будет на это время? - хитро прищурившись, провёл я ладонью по её бедру снизу вверх.
  - Ну, тогда до завтрашнего вечера, - томно прикрыла она глаза.
  - Тогда последняя проблема, - обломал я весь кайф. - Каким огнестрельным и холодным оружием, специальными средствами, знаниями и подготовкой ты владеешь и в какой степени? Военная юриспруденция и зарубежная юридическая база к знаниям и подготовке не относятся, а про твои английский и испанский я знаю.
  - Ещё итальянский и немецкий разговорный. Но первый - значительно хуже испанского и английского, а второй и вовсе кое-как: у нас в Саратовской области немного волжских немцев осталось со времени войны, вот и нахваталась отдельных слов у бывших соседей...
  
  Москва, промзона, 14 октября 1999 года, 11:05
  Над решением вопроса своей учёбы Наталье не пришлось думать до следующего вечера. Во второй половине дня она позвонила мне на мобильный и попросила забрать её с оставшимися вещами из общежития. Выглядела она, когда я приехал, довольно растерянной.
  - Меня сегодня вызвал начальник училища и сообщил, что переводит меня на индивидуальный учебный план. На два месяца. По истечении которых мне вручат диплом. Представляешь? Я за всё время учёбы его всего раз пять видела, а тут - прямо к себе в кабинет... А ещё пожелал счастья в связи со скорыми изменениями в семейном положении и попросил, несмотря на это, ответственно отнестись к завершению обучения.
  - Примерно этого я и ожидал...
  - Ты? Ты хочешь сказать, что это ты его попросил о таком?
  - Нет, конечно. Ему не положено знать обо мне. Попросили - точнее, приказали - другие, которым он не имеет права отказать.
  - Приказали? Генералу с такими звёздами?
  - А ты думала, что мы с тобой в игрушки играем?
  - Но я же никогда не думала, что всё будет настолько... серьёзно! Я не готова к такому... Коля, я боюсь! - вцепилась невеста в мою руку. - Ой, мамочка, роди меня обратно!
  
  Вот уже вторую неделю моя будущая жена (мы решили отпраздновать свадьбу скромно, пригласив на неё лишь Наташиных родителей и Деда) приползала вечером домой чуть живая, и мне пришлось восстанавливать свои изрядно подзабытые кулинарные навыки. А в постели, перед тем как заснуть, жаловалась на болящие от стрельбы из пистолета ладони, синяки от автоматного приклада, крепатуру от бесконечных тактических занятий на полигоне. И вовсе не ради того, чтобы 'отмазаться' от секса: я-то знал, что ей действительно доставалось по полной программе.
  А я... Я, стараясь не привлекать излишнего внимания, переводил личные сбережения в золотые слитки, рассчитывался с кредиторами, закупал радиоаппаратуру на машины. И готовил сами машины для эксплуатации в условиях Нового Мира.
  До начала моего романа с Натальей Дед категорически отказывался заводить собственную машину, пеняя на то, что моего 'Дакара' нам для наших целей вполне достаточно. И лишь после того, как я официально объявил, что собираюсь жениться, и Наташа переходит со мной, завёл разговор о том, чтобы я продал ему свой итальянский УАЗ. Поскольку принимать его в подарок он отказался наотрез, я показал старику в интернете цену на обычный '469-й' того же года выпуска, которую Иван Андреевич мне немедленно выплатил. И теперь гордо ездил на собственной машине на работу и домой.
  Правда, за три года моей жизни в Москве 'Дакар' пробежал всего тысяч десять, большей частью простаивая в ангаре, арендованном фирмой под склад. А я катался на более удобной в городских условиях 'Хонде-Аккорд'. Зато мой любимый 'проходимец' обзавёлся за это время более мощным дизелем и обновил трансмиссию на более надёжную импортную. Что в очередной раз подтвердило истину: были бы деньги, а в конфетку можно превратить любую развалюху.
  Теперь вместо 'Хонды' я пересел на длиннобазовый 'Лендровер-Дефендер', не уступающий в проходимости УАЗу, но существенно превосходящий его по надёжности. Причём, выбирал комплектацию именно предназначенную для путешествий по бездорожью в жарком климате: со 'злыми' шинами, двумя лебёдками, шноркелем, багажником на крыше и дополнительными баками. Полазив по сайтам и форумам всевозможных клубов любителей внедорожников, нашёл немало советов по доработке и этой, весьма неплохо подготовленной версии. И теперь сдавал машину, вместе с теперь уже Дедовым 'Дакаром' в цепкие лапы автомастеров.
  Один из них, плотный мужчина лет сорока, выслушав наши пожелания, поймал нас на выходе из бокса.
  - Что, тоже ТУДА собрались?
  - Куда ТУДА? - насторожились мы с Дедом.
  - В Другой Мир. Да вы не удивляйтесь, здесь у нас многие из тех, кто ТУДА собирается, машины дорабатывает. Я и сам уже с семьёй намылился, только до конца года доработаю. Брат у меня в Протекторате Русской Армии на заводе работает. Позвонил с полгода назад, звал к себе. А у меня квартира неплохая, которую за бесценок отдавать не хочется. Вот сюда и устроился, чтобы опыта поднабраться в переделке машин под тамошние условия. Завод, не завод, Протекторат, не Протекторат, а в какой-нибудь автомастерской пристроиться - мне самое то будет: всю жизнь в машинах ковыряюсь. Вы, судя по всему, тоже после Нового Года, собираетесь? Вот я и ищу попутчиков, чтобы не в одиночку добираться с Базы. ТАМ, говорят, постреливают в одиночек, а толпой можно и отпор дать...
  - Интересное предложение, - не стал ломаться я. - А ехать-то есть на чём?
  - Да есть... Продал своего жигулёнка, прикупил вместо него 'буханку'. Подшаманил, чтобы не подвела... В общем, если повезёт встретиться либо при переходе, либо уже ТАМ, предлагаю вместе держаться. Сергеем меня зовут, Семёнов я.
  - Николай Колесов, - представился я. - А это - Иван Андреевич, мой двоюродный дед.
  
  Москва, ресторан 'Орбита', 25 ноября 1999 года, 18:50
  Расписались мы в ЗАГСе без особого пафоса, а уже через полчаса сидели за накрытым на пятерых столиком в небольшом уютном банкетном зале ресторана средней руки. Наташа, как и положено, была в белом платье с фатой, а я - в строгом чёрном костюме. Дед, за неимением другой родни, играл роль ближайшего родственника с моей стороны, а мать с отцом молодой супруги имелись в полном наличии.
  Наташа уродилась в отца, высокого, подтянутого мужчины с тёмной, едва тронутой сединой шевелюрой и голубыми глазами. А мать, которую дочка переросла почти на голову, выглядела словно и не роднёй Наташе.
  Люди они были достаточно простые: Валентина Евгеньевна почти всю жизнь проработала диспетчером на ТЭЦ, а Виктор Сергеевич - инженером по контрольно-измерительным приборам. Рос у моей жены и младший брат, доучивающийся сейчас в школе и по этой причине не приехавший на свадьбу сестрёнки.
  Наташа уже рассказала родителям, что скоро мы уедем в другую страну, откуда связаться с Саратовом будет практически невозможно. Оттого и такая спешка с бракосочетанием: к отъезду все бумажные и имущественные дела должны быть улажены. Виктор Сергеевич, отслуживший после окончания института два года в лейтенантском звании, лишних вопросов не задавал, а вот Валентина Евгеньевна откровенно 'хлопала крыльями', переживая, как же так можно молоденькую девочку заслать в неведомые заграничные дали.
  - Мама, ну ты же знаешь, где я учусь. Приказы не обсуждают, а исполняют. И раз мне приказали, то придётся ехать.
  - Но это же неправильно: девочку, почти ребёнка, послать неизвестно куда...
  - Мама, я уже не ребёнок, а даже замужняя женщина! И со мной муж будет.
  - А Вы, Николай, тоже Наташенькин сослуживец?
  - Не совсем. Я предприниматель. Пока ещё... Мы с супругой и познакомились, когда она у меня на фирме подрабатывала.
  - Как это 'пока ещё'?
  - Очень просто: я сейчас продаю свой бизнес, чтобы уехать вместе с Наташей.
  - А там чем собираетесь заниматься?
  Я пожал плечами:
  - Посмотрим. Средств у меня достаточно даже для того, чтобы просто сидеть дома несколько лет. Но вряд ли мне понравится такая жизнь. На месте будем смотреть...
  - Вы уж, пожалуйста, берегите Наташу! И хотя бы сообщите нам, когда у нас с Виктором Сергеевичем внуки появятся.
  - Ну, мама!
  - А что 'мама'? Надеюсь, вы не собираетесь до пенсии бездетными оставаться...
  Воспользовавшись моментом, пока мать и дочь увлеклись насущной проблемой, я отлучился в туалет, а при выходе из него столкнулся с явно нервничающим тестем, прикуривающим сигарету.
  - Будете? - предложил он.
  - Ну, давайте, хоть я и практически не курю.
  - Это правильно! А я вот никак от своей дурной привычки никак избавиться не могу, хотя Валя и ворчит время от времени. Всем молодым говорю: если не курите, то лучше и не начинайте. Хотя, если честно, сигареты помогают отвлечься, если нервничаешь. Не успокаивают, а именно отвлекают.
  - А Вы, я вижу, сейчас нервничаете?
  - Ещё бы! Надеюсь, когда-нибудь будете свою дочь замуж выдавать, тогда и вспомните про меня.
  Виктор Сергеевич затянулся, и сигарета явно дрожала в его руке.
  - Но не только из-за этого нервничаю. Понимаете, пару недель назад ко мне подошёл один человек и начал рассказывать разные небылицы. Агитировал перебраться в какой-то малоисследованный мир, якобы открытый лет двадцать пять назад американскими учёными. Там, по его словам, уже живёт несколько миллионов переселенцев со всего света, но людей катастрофически не хватает для его полноценного освоения. Одна проблема - назад вернуться невозможно. И всё бы ничего, но когда он спрашивал, не хотим ли мы всей семьёй перебраться в этот новый мир, он добавил: 'как ваша дочь'.
  Я даже не стал рассказывать Вале про эти глупости, но уже здесь вдруг от Наташи узнал, что она вместе с Вами уезжает куда-то так далеко, что даже связаться с нами не сможет. Скажите, Николай, вы действительно едите туда, куда я думаю? И этот человек рассказывал мне не сказки?
  - Нет, это не сказки, - вынужден был признаться я. - Едем мы действительно туда. А история про командировку по линии... Наташиной специальности - всего лишь попытка утаить правду, поскольку тайна Нового Мира скрывается его открывателями от правителей государств. Иначе бы они уже давно попытались подмять под себя и открытие, и процесс переселения. И это не я еду следом за женой, а она едет вместе со мной. Может быть, я неправильно поступил, рассказав Вам это, но мне кажется, у Вас будет меньше переживаний, если Вы будете знать правду, а не вздрагивать каждый раз после очередного сообщения о кровопролитии где-нибудь в Африке. Азии или Южной Америке.
  - Спасибо, что успокоили отца! - с чувством стиснул мою руку Виктор Сергеевич. - А может, и нам туда рвануть следом за вами?
  - Не спешите. Никуда этот Новый Мир не убежит. А нам с Наташей ещё предстоит изрядно попутешествовать, пока мы отыщем местечко получше. Дайте сыну образование, а там уже и думайте. Мы к тому времени обязательно на связь выйдем и, если не передумаете, сообщим, как ехать, куда ехать... Кстати, не помните, как Вашего странного собеседника звали? Не Олег Константинович, часом?
  - Вы знаете, я не запомнил. Кажется, да...
  
  Москва, Алтуфьевское шоссе, квартира Николая Колесова, 31 декабря 1999 года, 12:01
  Была когда-то квартира Николая Колесова... А теперь мы доживали в ней последние дни.
  Да, именно та квартира, 'доставшаяся по наследству', где у нас с Наташей, ныне моей законной супругой, случилась наша первая ночь, где произошла масса приятных и неприятных событий, где мы с ней проснулись после свадьбы.
  Я поднялся в то утро первым и принёс в постель жене, разбуженной несколько раньше, и теперь млеющей после очередной порции удовольствия, чашку кофе.
  - И каковы Ваши первые впечатления, Наталья Викторовна, от официального замужества?
  - Всё примерно так, как я себе представляла, - потупила глазки Наташа. - Неутомимый в постели муж, носящий меня на руках и подающий кофе в постель, уютная квартира, никуда не надо мчаться поутру... Ни на лекции, ни на стрельбище, ни на полосу препятствий...
  Наивная девочка! Всё это возобновилось, как только мы проводили её родителей. Но только стрельбище и полосу препятствий мы теперь отрабатывали вдвоём. На предмет совместной работы в составе ударной двойки. А также привыкания к оружию, которое мы возьмём с собой: пистолеты, 'Калашниковы' 103-й модификации, только-только поставленный на конвейер пулемёт 'Печенег', являющийся модернизацией хорошо знакомого ПКМ, на крышу нашего 'Дефендера'...
  Из пистолетов мы выбрали себе 'бесшумный' вариант 'стечкина', именуемый АПБ, и 'Глок-18' с магазинами увеличенной ёмкости. Оба типа пистолетов зарекомендовали себя как очень надёжное, точное и достаточно эффективное оружие. Как пистолеты, так и все остальные стволы тщательно отбиралось оружейниками по наилучшим параметрам качества передаваемых нам экземпляров, хранившихся с момента изготовления на складах и имевших фактически нулевой настрел.
  На случай необходимости снайперской поддержки нашей двойки должен был быть задействован Дед, ещё в 1930-е имевший значок 'Ворошиловский стрелок' и быстро освоивший снайперскую винтовку СВД с оптическим прицелом. Причём, специалисты вручили ему винтовку 1969 года выпуска, ещё имевшую шаг нареза 320 мм, обеспечивающий наилучшую кучность. Его тоже пару раз вытаскивали на полигон, но не столько для тренировок, сколько для практических занятий по радиосвязи в составе группы и боевого слаживания двойки со снайпером.
  
  Какой бы бесконечной и утомительной ни казалась Наташина индивидуальная подготовка, но всему приходит конец. 17 декабря, в последний рабочий день перед Днём Чекиста, она встретила меня с работы с загадочным видом, но явно в неплохом настроении. На накрытом столе стояли... бутылка водки и две стопки. Я сам не большой любитель спиртного, а за женой раньше замечал лишь употребление исключительно лёгких напитков.
  - Что празднуем?
  Супруга сделала ещё более загадочный вид, выскользнула с кухни и вернулась назад буквально через пару секунд, держа руки за спиной. Торжественно встав передо мной, она протянула мне диплом о высшем образовании на имя Колесовой Натальи Викторовны. Дождавшись, пока я это прочту, она с визгом бросилась мне на шею.
  - Ура-а-а! Коленька, я отмучилась!!!
  А когда навизжалась, напрыгалась на месте, нацеловалась, снова отошла от меня на шаг назад.
  - Но это ещё не всё! Вот!
  И она хлопнула по столу парой парадных лейтенантских погон с синим просветом.
  - И теперь, - она быстро налила в рюмки водку. - мы будем обмывать мои первые звёздочки.
  
  А потом начались трудовые будни: окончательная распродажа имущества, заготовка всего необходимого для обитания в не очень-то благоустроенном Новом Мире, продажа фирмы... Многое из этого легло на Наташу. Единственное, к чему я её не подпускал, было формирование эшелона из 'Уралов', который я собирался переправить 'за ленточку' в качестве своего первоначального капитала.
  Эшелон состоял из двенадцати машин - двух цистерн-топливозаправщиков, залитых под горлышко соляркой, и десяти бортовых грузовиков армейского типа, загруженных по максимальной грузоподъёмности наиболее ходовыми запчастями. От гидроусилителей и рулевых наконечников до раздаточных коробок, радиаторов и двигателей в сборе. Это всё богатство переправили на указанную Олегом Константиновичем промплощадку, где, установив грузовики на железнодорожные платформы, оставили храниться до дня перехода.
  Переправка такого объёма груза влетала мне в изрядную копеечку, но обещала окупиться не менее чем двукратно, на той стороне: по здравому размышлению, Протекторат Русской Армии должен был оторвать машины и запчасти просто с руками. Но самой большой проблемой, как и ожидалось, стала конвертация остатков средств от продажи фирмы в золотые слитки. Впрочем, после звонка неизвестного мне сотрудника 'конторы' председателю правления банка, на счетах которого сконцентрировались средства от продажи предприятия, и этот вопрос был решён, а груз, предназначенный для загрузки в 'Дефендер', потяжелел на пару десятков килограммов.
  Задача перед нами стояла предельно простая: успеть подготовиться к 31 декабря, поскольку любые дальнейшие телодвижения будут просто бесполезны: в России начинались 'две недели, от которых тошнит всю страну'.
  
  Новый год собирались встретить очень тесным кругом лиц: мы с женой и Иван Андреевич, который уже давно мне стал вторым родным Дедом. И поэтому сейчас на кухне кипела работа: я учил Наташу лепить настоящие уральские пельмени, назначенные гвоздём нашего новогоднего застолья. Телевизор, что-то бормочущий за пределами слышимости, служил ненавязчивым фоном наших добродушных пикировок на кулинарные темы. Поэтому телефонный звонок Деда прозвучал диссонансом на фоне этой пасторали.
  - Срочно включи телевизор.
  - Да он включен...
  - Тогда включи звук.
  И в трубке запищали короткие гудки. Только теперь я поднял глаза на 'зомбоящик', стоящий на холодильнике. На экране что-то бормотала опостылевшая морда нашего гаранта, панимаиш!
  Самое главное мы всё-таки услышали. Он устал, он уходит, он назначает...
  Наташа, практически не помнящая хоровод похорон начала восьмидесятых, зябко поёжилась.
  - Тревожно как-то...
  - Пусть тревожно будет тем, кто остаётся!
  
  Москва, промзона, 7 января 2000 года, 01:45
  Москва, звонят колокола...
  А нам - не до них. Нас с Натальей колотит лёгкий мандраж. И только у Деда радостное настроение. Это мы отправляемся в мир, которому ещё предстоит стать своим. А он наконец-то покидает тот, что стал ему чужим за прошедшие почти сорок лет. Но это - тайна, в которую мою жену не посвятили даже тогда, когда нас в последний раз инструктировал наш куратор.
  Происходило это вовсе не на Лубянке, как могли бы предположить некоторые 'дарагие расияни', а в небольшой аккуратной квартирке на окраине города. Никто из нас не знал ни настоящего имени, ни звания, ни должности этого седоватого добродушного на вид мужчины предпенсионного возраста. Иван Иванович - и всё.
  - Приятно узнать, что у нас подрастает такая красива смена, - польстил он Наташе, целуя её ручку.
  Удивительно, но он сумел при этом выглядеть не дешёвым фигляром, как все, проделывающие подобное, на протяжении всей моей жизни, а с достоинством мудрого гусарского полковника, которому благородные манеры были привиты с молоком матери.
  - Это - наша последняя встреча, которая означает, что принято окончательное решение о начале операции 'Синдбад'. Хотя, если говорить откровенно, мы сначала считали, что из-за непредвиденных обстоятельств в виде... гм... ваших сложных отношений, всё придётся свернуть. Потом, правда, всё пошло значительно лучше, вы неплохо подготовились к её выполнению, и ваши усилия получили высокую оценку. Именно поэтому я хочу поздравить не только Наталью... Викторовну с присвоением ей воинского звания лейтенанта, но и Вас, Николай Валерьевич, с досрочным присвоением очередного звания капитана.
  Куратор потряс мою руку и продолжил.
  - На первом этапе операции вы должны оценить состояние дел на территории Нового Мира, известной Ордену: земли, государственные и квази-государственные образования, их политическое устройство, структура общества, промышленный, военный и мобилизационный потенциал, природные ресурсы, явные и тайные взаимоотношения этих образований. Но главная цель и объект внимания - сам Орден и силы, которые за ним стоят. Как и рычаги влияния на тамошние государства и социальные группы. Собранная вами информация чрезвычайно будет важна и для выполнения следующего этапа, и для принятия нами важных решений в будущем.
  На выполнение данного этапа вам определяется срок полтора года. По времени Нового Мира. За этот срок будет подготовлена техническая и организационная база для реализации второго этапа операции. Все инструкции по этому этапу будут предоставлены вместе с материальной частью. Вашу кодовую фразу, Наталья Викторовна, мы тоже решили считать сигналом о том, что с вашей группой всё в порядке, и вы приступили к выполнению операции.
  Моя супруга-тихушница густо покраснела, так как считала, что слова, сказанные за свадебным столом её матери, знали лишь они вдвоём.
  - Пожалуй, это всё. Удачи! Она вам понадобится!
  
  Колокольный звон рождественской Москвы заглушили закрывшиеся двери ангара.
  - А где мои грузовики? - спросил я у оператора, командующего нашей отправкой.
  - Уже там! - махнул он рукой в сторону странной сварной конструкции, стоящей почти впритык к противоположной стене ангара. - Загоняйте машины на эту платформу. Обе. Друг за другом. И моторы заглушить не забудьте! Я сейчас принесу ваши документы. Да! И пока есть время, уберите оружие, если оно у вас имеется, в оружейные ящики или закрытые сумки: на той стороне его запрещено носить неопечатанным.
  Человек, явно недовольный тем, что ему пришлось работать в праздничную ночь, умчался в стеклянную будку, сооружённую под потолком ангара.
  Мы с Дедом загнали 'Дефендер' и 'Дакар' на низкую платформу, опирающуюся крошечными вагонеточными колёсиками на рельсы, уходящие к конструкции. Она напоминала арку, облепленную какими-то жёлтыми цилиндрами и опутанную толстыми кабелями. Иван Андреевич рассматривал арку, брезгливо поджав губы, но молчал. Молчала и Наташа, крепко-крепко подхватив меня под локоть, для чего ей пришлось сильно наклониться в мою сторону через пространство между сиденьями машины.
  Техник вернулся с пластиковыми удостоверениями личности, напоминавшими по размеру обыкновенную кредитную карту, но с цветными фотографиями, которые на всех троих я заранее передал Олегу Константиновичу.
  - Поздравляю вас, вы первые и последние в моей сегодняшней смене. Поэтому послушайте инструкцию. Она, в общем-то, довольно простая. Вы садитесь в машины, я включаю установку и зажигаю красный сигнал светофора. Жёлтый свет - оборудование вышло на заданный режим, и сейчас начнётся переход. Попросту мы катнём вашу платформу под уклон, когда загорится зелёный. Ваша платформа начнёт въезжать в своеобразное переливающееся зеркало. Не нужно этого бояться, это и есть транспортировочная среда. Вы при этом должны замереть. Можно даже не дышать: секунд пять, пока ваше тело пересечёт это зеркало, можете и потерпеть. Но ни в коем случае нельзя дёргаться. Вас в этом случае просто разорвёт: часть здесь останется, а часть ТУДА улетит.
  - А что, бывали такие случаи? И как?
  - Очень неприятно... - поёжился техник. - Даже для тех, кто в этот момент находится либо с одной, либо с другой стороны зеркала: слишком много работы по отмыванию помещения и техники от... содержимого бренной человеческой оболочки. Так, хватит трепаться! Запомнить раз и навсегда: жёлтый - приготовились, зелёный - замерли и не шевелимся. Если страшно - закрыли глаза. Когда перейдёте - вам на той стороне объяснят, куда идти и что делать.
  Техник умчался в свой скворечник, и над аркой загорелся красный свет, а ангар наполнился мощным басовитым гудением. Тон гудения стал быстро повышаться, и вскоре достиг свиста, перейдя затем в ультразвуковой диапазон. А арка словно наполнилась чуть колышущейся ртутью. Зажёгшийся жёлтый сигнал заставил Наташу отпустить мою руку, и она впечаталась спиной в пассажирское кресло 'Дефендера'.
  - Я тебя люблю! - негромко сказала она мне.
  - А я тебя люблю! - признался я.
  И мы почувствовали, как наша платформа покатилась в ртутное зеркало под горящий зелёным глазом светофор.
  Зеркало было какое-то холодное, неприятное, хотелось отдёрнуться от него, но пришлось потерпеть.
  Всё действительно заняло буквально три-четыре секунды, но мы продолжали сидеть с закрытыми глазами и не шевелиться, пока вагонеточные колёсики платформы не лязгнули о подложенные на рельсы башмаки.
  'Христос пришёл в этот мир!', - вспомнилась мне фраза, выхваченная радиоприёмником проезжавшей мимо машины из праздничного богослужения Патриарха, когда мы уже заруливали на территорию промзоны. 'Не богохульствуй!' - мысленно оборвал я себя.
  
  Новая Земля, База 'Россия', 18 год, 9 месяц, 38 день, суббота, 10:57
  - С вами всё в порядке? - раздалось снаружи, и я повернул голову на голос.
  Если всего четверть минуты назад ворота ангара находились у нас за спиной, то теперь они, распахнутые настежь, маячили впереди. А рядом с машиной возвышалась довольно крупная фигура вооружённого американской штурмовой винтовкой М-4, часто принимаемой за укороченную М-16, бойца в форме песчаной расцветки. Я тронул Наташину ладонь, и она шевельнула ею.
  - Да, всё нормально.
  - Тогда поздравляю вас с прибытием на Новую Землю. Съезжайте с платформы и двигайтесь по стрелкам на парковку.
  - Разрешите хотя бы минуту двигателем помолотить? Стёкла от разницы температур обмёрзли: у нас там всё-таки зима, рождественская ночь!
  - Да, конечно! В ближайшие несколько часов всё равно больше переходов не будет. И это... сами не спарьтесь, у нас ЗДЕСЬ сегодня жарковато... - засмеялся охранник. - И спрячьте оружие в сумки или ящики, если оно у вас до сих пор не спрятано: на территории Базы ношение оружие запрещено всем, кроме сотрудников Ордена.
  - Мы его убрали в ящики ещё на той стороне, - успокоил я бойца.
  Может, ему и было всего лишь жарковато, но ощущение - будто какой-то шутник втащил 'Дефендер' в сауну: так на контрасте с московским морозчиком воспринимался ворвавшийся в открытое автомобильное окно воздух Нового Мира.
  Пока врубленный на полную мощность обдув размораживал лобовое стекло, мы с женой быстро избавились от верхней одежды. Но и одетые под ней лёгкие свитерки явно были лишними. Тем временем охранник, углядев, что в лобовых стёклах 'Дефендера' и 'Дакара' появились достаточные для небольшого обзора оттаявшие дыры, нетерпеливо принялся крутить светящимся оранжевым светом жезлом:
  - Съезжайте!
  Стрелки вывели нас к полупустой парковке немалых даже по меркам московских гипермаркетов размеров, возле которой нас встретил ещё один вооружённый боец в такой же форме, указавший нам, куда припарковаться, и подавший знак выйти наружу.
  - С прибытием на Базу 'Россия'! Предъявите, пожалуйста, ваши Ай-Ди.
  Мы все трое передали ему пластиковые карточки, вручённые нам перед переходом, и охранник, сверив фотографии на них с оригиналами, вернул документы.
  - Вам нужно пройти в иммиграционную службу, - указал он на железную дверь расположенного неподалёку административного здания, - Все ценное можете оставлять в машине, территория надёжно охраняется. Если у вас есть огнестрельное оружие, которое до сих пор не находится в оружейных сумках или в ящике, то настаиваю на том, чтобы вы убрали его туда сейчас. Перемещение по территории Базы с неопломбированным оружием является нарушением, которое может повлечь для вас большие неприятности. Вплоть до летальных. Если оружие уже находится в ящиках или оружейных сумках, я их опломбирую. На выезде с Базы пломбу снимут на контрольно-пропускном пункте.
  Пока охранник ставил свинцовые пломбы на оружейные ящики в наших машинах, мы избавились от лишней одежды, оставшись лишь в футболках и заранее надетых камуфляжных штанах.
  
  Помещение иммиграционной службы, соседствующее с караульным помещением, больше походило на офисную приёмную, чем на прибежище бюрократии. За стойкой ресепшен нас встречала симпатичная шатенка всё в той же песочной форме с шевроном, на котором была изображена знакомая по однодолларовой купюре пирамида с глазом, как и у встреченных нами ранее охранников. Только вместо штурмовой винтовки на боку женщины красовалась кобура.
  - Здравствуйте, - с чуть слышным акцентом поприветствовала нас она. - Могу я увидеть ваши идентификационные карты?
  Мы поздоровались в ответ и передали свои карты. Сотрудница Ордена прокатала документы через какую-то компьютерную приставку.
  - Госпожа Колесова Наталья, господа Колесов Иван и Колесов Николай, ваше прибытие зарегистрировано. Если у вас сохранились какие-либо документы из вашей прошлой жизни, но вы хотите расстаться с ними, вы можете бросить их в эту бумагорезательную машину. Здесь ваше прошлое не интересует никого, и оно, если вы того желаете, не пройдёт за вами в этот мир. Вы в Новой Земле и имеете право на новую жизнь. Никто из вас не желает взять какое-либо другое имя?
  - А разве имена, указанные в наших документах и зарегистрированные Вами, можно поменять?
  - Конечно! В течение нескольких минут Вы получите новый документ, старый будет уничтожен, а вся информация о нём будет удалена безвозвратно. Какое новое имя Вы хотите взять?
  Всё-таки русский язык был для неё родной. Но, скорее всего, она либо родилась в русскоязычной семье за границей, либо выехала из СССР в раннем детстве...
  - Нет, спасибо! Меня просто удивило Ваше предложение, и я хотел уточнить возможность такой замены, - вежливо улыбнулся я.
  - Ваши спутники также не желают поменять свои имена?
  Наташа тут же отрицательно замотала головой, а Иван Андреевич сделал это секунду спустя. Что ж, его сомнения вполне понятны: он и так ради легенды поменял фамилию на мою...
  - В таком случае, оставим всё, как есть, а я перейду к исполнению моих дальнейших обязанностей. Я должна кратко ознакомить вас с основными принципами проживания в Новой Земле, помочь разобраться в финансовой системе и снабдить вас первоначальным набором материалов, необходимым для жизни здесь. Более подробную информацию вы можете найти в этой памятке переселенца. Прочтёте её, когда будет время.
  Она протянула каждому из нас по небольшой брошюрке.
  - На прочтении я настаиваю: Новая Земля - опасный мир, и знания о нём помогут вам уцелеть. Также вы можете купить подробные карты известной местности и путеводитель по основным населённым пунктам этого мира. Если у вас остались какие-нибудь наличные деньги Старой Земли, то тратьте их здесь: вам просто негде будет их тратить, когда вы выйдете отсюда. Набор карт стоит двадцать долларов, путеводитель - десять. Рубли пересчитываются в доллары по сегодняшнему курсу Старой Земли.
  Однако, цены у них! Порывшись в кошельке, я достал купюру с Улиссом Грантом.
  - Два комплекта карт и один путеводитель.
  - Номера ваших Ай-Ди одновременно являются и номерами банковских счетов, которые вы сможете пополнить в любом отделении Банка Ордена, имеющихся фактически в любом городе. Так же в отделения Банка Ордена вы можете восстановить идентификационные карты в случае их утраты. Оттиск с вашей Ай-Ди на специальном бланке может являться персональным чеком. Более подробно о работе банковской системы вам расскажут в отделении Банка, имеющемся здесь, на Базе. Насколько я понимаю, вам ещё предстоит конвертировать привезённые с собой средства в единственную, имеющую на Новой Земле хождение, валюту, называемую экю.
  - Прямо как в средневековой Франции! - съязвил Дед, но чиновница пропустила его колкость мимо ушей.
  - Как у вас обстоит дело с оружием?
  - Вполне нормально...
  - 'Вполне нормально' для Старой Земли может оказаться 'никак' в условиях Новой Земли. Этот мир очень опасен, и после прочтения 'Памятки переселенца' вы это поймёте. Поэтому всё время пребывания на Базе 'Россия', где вы имеете право находиться не более трёх суток, оружейный магазин к вашим услугам. В любом другом месте оружие обойдётся вам значительно дороже. И, поверьте моему опыту, экономия на оружии может стоить вам жизни.
  - Опасности только в агрессивной фауне, как нам рассказывал вербовщик? - вставила свои три копейки супруга.
  - К сожалению, не только. Конечно, Орден всячески старается избавиться от банд, которые нападают на проезжающих по здешним дорогам, но отсутствие ограничений на ношение оружия вне населённых пунктов, малонаселённость и сложный рельеф местности способствуют дорожному разбою. Особенно на пути от Баз Ордена к ближайшему городу Порто-Франко, также находящемуся под юрисдикцией Ордена: многие переселенцы слабо вооружены, а также, в силу психологического шока от перехода, ещё плохо ориентируются в местных реалиях. Именно поэтому вам даётся три дня на адаптации на территории Базы.
  - Порто-Франко? - удивилась Наташа. - Вольный город? Это функция или название?
  - И название, и функция. Практически все переселенцы следуют через него в избранные ими анклавы, поэтому это действительно своего рода вольный город, главный принцип жизни в котором - абсолютная терпимость к любым занятиям, кроме немногих, запрещённых законом, а также к людям различных рас, национальностей и вероисповеданий. Во многих иных городах и анклавах вы никакой терпимости не найдёте.
  - А что запрещено в Порто-Франко? - подал голос Иван Андреевич.
  - Любое насилие, включая занятие деятельностью, которой человек не хочет заниматься. Например, принуждение к проституции.
  - То есть, сама проституция не запрещена, запрещено лишь принуждение? - уточнил я, за что получил лёгкий тычок кулачком в почку от своей благоверной.
  - Совершенно верно. Если кому-то нравится зарабатывать на жизнь таким способом, то он имеет на это право, но без какого-либо принуждения. Но давайте закончим с вводным инструктажем. Предлагаю вам купить часы, поскольку часы со Старой Земли здесь бесполезны. Дело в том, что местная продолжительность суток и года сильно отличается от земных: год длится четыреста сорок суток, а сутки - тридцать часов. Причём, последний час длится не шестьдесят минут, а семьдесят две. Это было сделано для того, чтобы сохранить в неприкосновенности основные единицы измерений - секунду, минуту и час. На них завязано слишком много производных физических величин, и пересчёт их повлечёт полный отказ от приборов и устройств, ввозимых из-за ленточки.
  - Откуда? - переспросил Дед.
  - Простите, так здесь принято называть ворота, через которые со Старой Земли приходят люди и грузы. Так вот, здешний год делится на одиннадцать месяцев по сорок четыре дня каждый. Сегодня, например, тридцать восьмой день девятого месяца восемнадцатого года по местному летоисчислению. Названий месяцы не имеют, различаются только по номеру. Зато сохранена привычная всем семидневная неделя.
  - А разве нельзя было сохранить ещё и привычные всем двенадцать месяцев? - удивился Иван Андреевич. - Достаточно ведь только поменять чередование длинных и коротких месяцев!
  Чиновница пожала плечами:
  - Я не знаю, чем руководствовались учёные, начинавшие осваивать Новую Землю, когда придумывали эту систему, но она устоялась, и люди привыкли. Вы будете покупать часы?
  И она выложила на стойку образцы. От простеньких пластиковых до собранных в массивном золотом корпусе. Но все - электронные, категории унисекс.
  Выбрав и оплатив часы, мы стали свидетелями того, как сдача перекочевала, уже в местной валюте, на мой банковский счёт. А потом был визит в местную то ли амбулаторию, то ли лабораторию, где у всех нас взяли экспресс-анализы. А ещё - поставили несколько прививок и напоили каким-то сиропчиком, предупредив, что в ближайшие сутки возможна реакция организма на вакцины в виде повышения температуры и общей слабости. При этом следует не терпеть недомогание, а немедленно вызывать врача.
  
  Новая Земля, База 'Россия', 18 год, 9 месяц, 38 день, суббота, 11:30
  После иммиграционной службы и медпункта в распорядке дня было отделение Банка Ордена. За привычной по староземельским банкам стойкой явно скучала девушка, года на три-четыре старше моей супруги.
  Подняв глаза на нашу компанию, вошедшую в помещение, девушка, одетая в уже ставшую привычной песчаную форму с шевроном 'всевидящего ока', откровенно переменилась в лице.
  - Ленка, ты? - вдруг издала удивлённый возглас благоверная.
  - Наташка? Алёшина? - округлились глаза 'хозяйки' помещения. - Неужели?
  - Ленка! Ты же за границу уехала! Твои родители всем соседям по улице уши прожужжали про то, как ты хорошо устроилась где-то за тридевять земель, а ты - здесь?
  Знакомая жены засмеялась.
  - Да твои, небось, теперь тоже всем рассказывают, что ты за границу укатила! Как там мои? Нам хоть и разрешают бесплатно раз в год им звонить, но я же скучаю.
  - Ой, Ленка! Здорово-то как, что я тебя встретила: хоть одна знакомая душа в этом мире! Ну, за исключением мужа и его дедушки. А про твоих, извини, не знаю. Я же сюда перешла посреди учебного года, а из-за подработки дома больше года не появлялась.
  - Так ты замуж вышла?!
  - Ага! Недавно, правда. Всё так быстро получилось: свадьба, сборы, переход... Ты-то как?
  Елена чуть откатилась на офисном кресле назад, и из-за стойки стал виден её круглый животик.
  - Я тоже замужем... Только извини, Наташа, давай об этом вечером поговорим, когда у меня рабочий день закончится. Здесь в этом году неплохой бар открылся, и я вас со своим мужем познакомлю. Спросите у любого, как к Араму пройти, вам покажут. Кстати, там и гостиница есть, можете в ней остановиться. А то очень не хочется нагоняй от начальства получать в последний месяц перед уходом со службы. У нас здесь с трудовой дисциплиной строго...
   Для начала Лена рассказала нам про то, что единственная валюта, имеющая хождение на Новой Земле, гарантирована золотом, из-за чего не подвержена девальвации. Золото подлежит свободному обмену на банкноты, а банкноты - на золотые накопительные монеты и слитки Банка Ордена. При этом Орден сдирает весьма нехилую маржу не только при продаже слитков, но и при приёме благородного металла, если это - не слитки или монеты Банка Ордена. Мдя... На десять процентов мои золотые запасы сейчас похудеют...
  Пока мы с Дедом бегали за своими заначками в машины, Наталья трындела со старой знакомой о чём-то своём, девичьем. Причём, как она мне позже доложила, вынесла из этой беседы очень ценную информацию: переход каким-то образом положительно влияет не только на сексуальное влечение (то-то я с трудом глаза отводил от декольте дамы в иммиграционном отделе!), но и на женский организм. А именно нейтрализует действие гормональных контрацептивов, что нам с супругой придётся очень и очень учитывать!
  В итоге обменных операций имеющихся у нас в наличии долларов, рублей и слитков мы стали обладателями весьма немалых (учитывая, что на 700-800 экю в месяц семья из трёх-четырёх человек могла вполне сносно существовать в Новом Мире) средств. Мы с Натальей - суммарно двухсот сорока трёх тысяч экю, а Иван Андреевич, практически не тративший в Москве зарплату моего заместителя по вопросам безопасности, - почти двадцати тысяч.
  Львиная доля этих средств пошла на наши счета-айдишки, а пару тысяч Дед и по пяти мы с женой, мы взяли наличными. Причём, местная валюта нас ввергла в шок: тонкие пластиковые листочки, по размерам напоминавшие игральные карты, были усеяны голографическими изображениями глазастой пирамиды, а кроме цифрового номинала имели ещё и тиснение азбукой для слепых.
  - Зато мы избавились от проблемы фальшивомонетчиков! - гордо заявила Елена, глядя, с каким выражением лиц мы рассматриваем купюры. - В общем договорились? В девятнадцать тридцать - у Арама. А сейчас дуйте снова в иммиграционный отдел, пусть вас Маргарита в оружейную лавку отведёт. И не жлобитесь на оружии!
  
  Новая Земля, База 'Россия', 18 год, 9 месяц, 38 день, суббота, 12:05
  - Маргарита, это опять мы. Нам в банке подсказали, что Вы нас можете проводить в оружейный магазин.
  Марго, сверкнув впадинкой декольте (вот чёрт!), с готовностью поднялась с места.
  - И ещё один вопрос. С нами должен был переправиться наш груз: платформы с грузовиками.
  - Да, они уже прибыли и дожидаются Вас на железнодорожных путях. Как Вы намерены поступить со своим грузом?
  - Это я и хотел узнать. В смысле, как с ним поступают в подобных случаях.
  - Есть два варианта: либо Вы их сгружаете с платформ здесь, а потом своим ходом гоните туда, куда Вам нужно, либо на этих же платформах переправляете в Порто-Франко, где водителей-перегонщиков будет найти проще. Я рекомендую Вам именно второй вариант, хотя, разумеется, за доставку платформ придётся заплатить. Как и за их хранение в Порто-Франко. И не только потому, что оплата железнодорожных услуг и хранения на станции Порто-Франко пойдёт Ордену. Так безопаснее, поскольку нападения бандитов на грузовые составы практически не случаются.
  - А на пассажирские - часто? - задал я вытекающий из сказанного вопрос.
  Чиновница уклонилась от прямого ответа:
  - Намного реже, чем на переселенцев, следующих без орденского конвоя... Пойдёмте!
  На человека, никогда не видевшего не-российских оружейных магазинов, подвальное помещение, заставленное самыми разнообразными стволами, произвело мощное впечатление. Хотя образцы оружия, выставленные в... (мдя... лавкой это назвать язык не повернётся ни за что!) чем-то среднем между музеем вооружений и супермаркетом не отличались свежестью, выбрать было из чего! От древней 'мосинки', одну из которых долго вертел в руках Иван Андреевич, вспоминая, видимо, свою службу в Закавказье, до СВД. От 'нагана' и 'Маузер-боло', выпускавшегося для советских комиссаров, до 'генеральского' ПСМ под патрон калибром 5,45х18. От легендарного 'пожирателя патронов Шпагина' до складывающегося в компактный прямоугольник ПП-90. Ну и, разумеется, вся номенклатура 'Калашниковых' от модели 1947 года до модификаций АК-74. Включая болгарские, румынские, китайские и ещё бог весть какие лицензионные и не очень копии. То же самое - с пулемётами: ДП-27 с 'блином' наверху, СГ-43 на станке, различные модификации калашниковских пулемётов - всё не перечислить - и даже легендарный 'Максим'. А в проходах - горы цинков с патронами различных типоразмеров. И это только из советского оружия, а много больше имелось иностранного.
  К разочарованию Маргариты, стволами мы не разжились, а вот боезапас таки пополнили, поскольку переходили ворота всего лишь со 'стандартными' тремя магазинами на автомат и двумя магазинами на пистолет. Кроме автоматных 7,62х39, взяли цинк со снайперскими 7Н1 для дедовой СВД, а также запаслись дополнительными магазинами и 'банками' к 'Печенегу'. А ещё - цинк, 35 штук, ВОГ-25 к подствольникам наших автоматов.
  -Да, неплохо вы потрясли российские склады длительного хранения! - прокомментировал я оружейную 'пещеру Али-Бабы', впервые расплачиваясь за покупки со своей айдишки.
  - Увы, на Старой Земле много лишнего оружия, которое здесь имеет спрос. Собственного оружия у нас ещё не производят, хотя в Демидовске недавно наладили производство патронов. Для русского, естественно, оружия: к американскому и европейскому они мало подходят, поскольку несколько иной состав пороха сильнее загрязняет точную механику...
  А это была уже любопытная новость!
  - Цены на их патроны немного ниже тех, по которым предлагаем мы, но пока они не нашли широкого распространения, - нехотя пояснила Маргарита.
  - И ещё одна просьба: подскажите, пожалуйста, как нам добраться железнодорожной станции, чтобы уладить вопрос с моим грузом. Ну, и к бару Арама пройти, чтобы на ночлег устроиться: всё-таки мы из Москвы среди ночи переходили...
  
  Новая Земля, База 'Россия', 18 год, 9 месяц, 38 день, суббота, 12:45
  На станции я мог появиться без эскорта в лице красавицы-жены и ветерана-энкавэдэшника, поэтому со стоянки, которую мы посетили, чтобы забросить в машины прикупленные боеприпасы, оправились искать гостиницу, на первом этаже которой, как нам объяснили, находится и разрекламированное заведение общепита.
  Явно недавно отстроенное здание встретило нас не только запахами, свойственными новостройкам, но и ароматами, доносящимися с кухни. Скучающий за стойкой полный мужчина кавказской наружности заметно оживился при нашем появлении.
  - Здравствуйте, гости дорогие! Жду, жду вас, а вы никак не идёте! Вам сначала показать номера или покушать?
  - Добрый день! А почему Вы решили, что мы непременно у Вас появимся?
  - Э-э-э, уважаемый! Я же прекрасно знаю, что сегодня в первой половине дня только вы переходите! Остальные появятся только ближе к ночи: все за ленточкой празднуют! С Рождеством вас, гости дорогие!
  - С Рождеством, - вразнобой пробормотали мы.
  - Так что вначале: покушать или номера показать?
  - Давайте начнём с номеров, уважаемый... Арам?
  - Он самый!.. С номеров так с номеров. Есть номера побольше и с ванной по пятнадцать экю за ночь, есть поменьше с душем - по десять. Кровати везде одинаковые, телевизор тоже в каждом номере.
  - О! Здесь уже и телевидение имеется! - удивилась Наташа.
  - Конечно! - возмутился хозяин заведения. - Неужели Вы...
  - Наташа, - потупила глазки супруга.
  - ...Наташенька, считаете нас такими отсталыми?! Каналов здесь, на Базе, правда, пока только два, но, как говорят в России, лиха беда - начало!
  Тут и я спохватился, представился сам и представил Ивана Андреевича.
  - Вам каждому по номеру, или можно...
  - Можно! - кивнула жена. - Мы недавно поженились...
  - Хм... - вскинул брови Арам. - А это идея - сделать номер для молодожёнов! Вы меня простите, что не могу вам предоставить такого уже сегодня: мы только в этом году открылись, поэтому кое-какие огрехи в планировании приходится исправлять уже на основании приобретаемого опыта. Гостиничный бизнес для меня новый, так что не обессудьте, а вот собственный ресторан я ещё на Старой Земле держал. Поэтому гарантирую: недовольными моими обедами вы не останетесь!
  И мы с Натальей, и Дед выбрали комнаты с ванной, в каждой из которых стояло по двуспальной кровати, поэтому Арам, вручив нам ключи, поплыл на кухню. А мы - на стоянку за вещами.
  На приём ванны и переодевание у нас с женой ушло несколько больше времени, чем его уходит для таких процедур у двух чужих друг другу людей (здесь-то Наташа и поведала мне про особенности влияния перехода на мужской и женский организмы). Поэтому, когда мы спустились в бар, Иван Андреевич уже клевал что-то восточное с тарелки, а за его столиком, попивая из стакана какую-то рубиново-красную жидкость, сидел довольный Арам.
  - Вы не представляете, Наташа и Николай, насколько здесь приятно встретить человека, который прекрасно разбирается в кавказской кухне! -приветствовал нас хозяин.
  - Иван Андреевич может! - засмеялся я. - Он же в молодости пять лет на турецкой границе в Армении прослужил.
  - Серьёзно?! - едва не уронив свой стакан, всплеснул руками ресторатор. - У меня бабушка родом из Арташата!
  - Нет, не бывал там, - огорчил его Дед, что-то произнеся по-армянски. - Моя застава под Гюмри находилась.
  - Всё равно близко! - загорелся Арам, ответив ему на том же языке. - Армения - небольшая страна, там всё близко. Поэтому для столь дорогого гостя и его внуков вино от меня бесплатно!
  Он с неожиданной для полного человека прытью сорвался с места и умчался на кухню, откуда послышались его повелительные выкрики. Спустя минуту Арам уже ставил на стол прозрачный кувшин с той же рубиновой жидкостью, а официантка почти бегом несла поднос со стаканами, большую тарелку с мясными закусками и две книжечки меню, прижатые локтем к пухленькому бочку.
  - Зачем ты меню принесла, бестолковая? - накинулся он на официантку. - Я сам всё расскажу, всё самое лучшее предложу! Но для начала давайте выпьем этот напиток, родившийся под благословенными лучами здешнего солнца! Такого вина вы ещё не пробовали! Это лучшее вино из тех, что родит эта земля!
  Вино оказалось очень лёгким и действительно приятным на вкус. В нём явно чувствовалась вишня.
  - Оно с добавлением вишнёвого сока? - спросила Наташа.
  - Нет, дорогая! - торжественно объявил ресторатор. - Это вино из местной вишни. Ну, не совсем вишни, но местные жители так называют это растение потому, что вкус его ягод очень похож на вкус вишни. Но будьте аккуратны с этим коварным напитком: он только кажется очень лёгким! Поэтому давайте перейдём к заказу блюд. И предлагаю я вам действительно всё самое лучшее, что имеется в моём заведении!
  Самое лучшее, как я и предполагал, оказалось блюдами кавказской кухни. Но приготовленными из мяса туземной фауны. А поскольку порции оказались весьма немаленькими - раза в три больше, чем в московских забегаловках - и очень вкусными, минут через сорок мы уже осовело хлопали глазами.
  Арам, весь обед разрывавшийся между кухней и нашим столиком, на мою попытку расплатиться лишь махнул рукой:
  - Потом расплатишься, дорогой! Вечером жду вас на ужин!
  Может, ещё и потому, с началом местного полдня, наступившего в 15 часов (удивительно!), заведение начало заполняться служащим Базы.
  
  Новая Земля, База 'Россия', 18 год, 9 месяц, 38 день, суббота, 19:10
  Вопрос с отправкой в Порто-Франко моих платформ с 'Уралами' решился на удивление быстро: сверились с данными индивидуальной карты, пощёлкали на калькуляторе, чтобы сказать, во что мне выльется доставка, сунули под нос написанные по-английски сопроводительные документы, в которых я оставил нужное количество автографов, и дали адрес, куда мне обращаться, чтобы получить груз. Не забыли даже предупредить, что если у меня нет страсти к коллекционированию поюзанного подвижного состава, то я получу компенсацию за переданные железной дороге платформы. И это не могло меня не порадовать: расходы на переход в Новый Мир явно не закончились оплатой Олегу Константиновичу, и во что может вылиться организация бизнеса, всё ещё оставалось загадкой.
  
  - А я бы ещё повторила, если бы не надо было на встречу с Ленкой идти! - сладко потянулась Наташа.
  Подремать ей удалось всего часок, пока я бегал на станцию да осматривал территорию Базы, оказавшейся достаточно защищённым укреплённым поселением: мощные заборы с колючей проволокой поверху, сторожевые вышки с пулемётами, укреплённый КПП на выезде. Служащие Ордена - поголовно вооружены. Если не штатовскими М-4, то пистолетами. Впрочем, даже те, кто носил винтовку, обязательно имели пистолетную или револьверную кобуру. Раздавшиеся откуда-то с задворков выстрелы несколько насторожили, но пробегавший мимо меня орденец по-английски пояснил, что это кто-то на стрельбище резвится.
  За время моих хождений я изрядно пропотел: всё-таки из московской влажной зимы попасть сразу в жаркую саванну - неплохой шок для организма, явно придётся несколько дней адаптироваться. Пришлось, возвратясь в гостиницу, тихонько топать в ванну. Правда, жену я всё-таки разбудил своим появлением, и принимать водные процедуры вскоре пришлось повторно. А поделившись после этого первыми впечатлениями от Нового Мира, засели (точнее будет сказать - залегли) за чтение 'Памятки переселенца'.
  Первую часть, тут же спародированную Натальей с интонациями незабвенного Леонида Ильича 'неуклонно растёт благосостояние советского народа', пробежали по диагонали, ознакомившись лишь с крохами исторических и социально-экономических данных. Зато вторую, посвящённую живности, которая уже через три дня начнёт покушаться на дегустацию наших тушек, перечитали с особой тщательностью, обмениваясь впечатлениями от ужастиков, расписанных и изображённых в брошюрке. Мдя... Поговорка 'в кулацком хозяйстве и пулемёт - не помеха' здесь начинала играть совершенно новыми красками... Пожалуй, иногда пулемёт требовался даже не ручной, а крупнокалиберный.
  Но особенно меня впечатлило обилие ползающих гадов. Да, доводилось мне, шляясь по Уралу, видеть гадюк обыкновенных, гадюк зелёных, красных, коричневых, чёрных живородящих. Только эти 'шнурки', практически никогда не выраставшие даже до метровой длины, выглядели безобидными опарышами в сравнении с тварями длиной по четыре-шесть метров. И даже ставши чрезвычайно редким безобидный уральский удавчик-полоз со своими полутора-двумя метрами выглядел рядом с ними недомерком. Впрочем, змей нам обещали много и самых разнообразных по размерам и цветам. Но практически про всех говорилось, что они жутко ядовитые.
  - В общем, в кустики будешь бегать только после того, как в них пару камешков зашвырнёшь, - распорядился я.
  Но и без змеюк чудовищ хватало! Свинки-падальщики габаритами с бычка, слоноподобные травоядные рогачи, увенчанные целой короной из костяных отростков и весящие, как небольшой слон. Малые и большие гиены, очень уважающие человечинку в качестве деликатеса. Особенно впечатлила большая, напоминающая бегемота-дистрофика, отрастившего себе крокодилью морду. Зубастые птицы-падальщики, больше напоминающие птеродактилей, с размахом крыльев в пару-тройку метров. Ну, и насекомые гигантских размеров, вроде двадцатисантиметровой мокрицы, покрытой жгучими волосками. И всё это норовило обидеть двуногих пришельцев и днём, и особенно - ночью, когда двигаться по здешним саваннам крайне не рекомендовалось.
  Ещё больше не рекомендовалось по ночам купаться в море, запах которого ощущался вместе с ароматами степных трав. Если днём от не менее злой, чем сухопутная живность, водной фауны удавалось спрятаться на мелководье и за сетчатым ограждением, то ночное купание практически гарантировано вело летальному исходу. Не от зубов гигантских рыб, так от стай мелкой плавающей и ползающей по дну живности, некоторые из представителей которой также были ядовитыми.
  Но полный наш восторг вызвала карта политико-административного устройства колонизируемых Орденом земель. Все они раскинулись вокруг огромного залива, конфигурацией напоминая окрестности Карибского моря с Мексиканским заливом. Базы по приёму переселенцев и город Порто-Франко вытянулись вдоль восточного побережья материка с юга на север по Территории Ордена. Этот анклав с севера граничил с германской территорией, входившей в Евросоюз, а с запада - с Новой Англией, часть которой располагалась на материке, а часть, как и положено, на островах. Евросоюз через горный хребет на севере граничил с... Китаем. А на западе и юго-западе - с Америкой. Точнее, с ТРЕМЯ Америками: Американскими Соединёнными Штатами, Техасом (вместе с Автономной территорией Невада и Аризона) и Американской Конфедерацией. Севернее Конфедерации и Техаса, за горами, уходил в неизведанные дали Латинский Союз. А на западе она граничила с Россией. Точнее, с двумя. Одна из них называлась Московский Протекторат, а вторая - уже слышанный нами Протекторат Русской Армии.
  По территории ПРА протекала крупная река, называвшаяся... Нет, не Волга, а... Амазонка! (В этом месте Наталья настолько расхохоталась, что убежала в туалет) Амазонка, как и положено, брала начало в Бразилии, примыкавшей к России с севера и граничащей на востоке с Латинским Союзом. Зато южнее нижнего течения и дельты Амазонки, ничуть не уступая России по территории, значилось гордое название 'Ичкерийский Имамат'. Занимал Имамат горные долины на перешейке, соответствующем староземельской Мезоамерике.
  Ещё южнее и восточнее Имамата по реке, разумеется, Евфрат, вольготно раскинулся Великий Исламский Халифат со столицей, как и предполагалось, в Новой Мекке. Оседлавшей Евфрат! Далее к востоку меняли друг друга Африканский Халифат Нигер и Судан, Свободная Африканская Республика, Дагомея и... типично 'африканская' страна Британская Индия, отделённая от британских островов широким проливом.
  Территория АСШ, вдававшаяся в море полуостровом и грядой из двух крупных островов, на юге полуострова имела автономию с названием Федеральный округ Новый Израиль, столицей которого числился город Сион или Зион на американский лад. Вообще же названия городов представляли собой весьма колоритное зрелище: Нойехафен, Бейджинг, Нью-Портсмут, Виго, Вако, Форт Рейган, Нью-Рино, Джохар-Юрт, Кейптаун, Нью-Дели, Лумумба, Новая Одесса, Рио-де-Жанейро и совершенно уж невнятная База в России. Как и реки, среди которых были Рио-Гранде, Большая река, Мормонская, Москва... В общем, к географии тоже придётся привыкать!
  Но пора, пора спускаться в ресторан, где нам назначена встреча с бывшей соседкой Наташи и сестрой её одноклассника.
  
  Новая Земля, База 'Россия', 18 год, 9 месяц, 38 день, суббота, 19:32
  Лена появилась в зале вместе с крупным чуть рыжеватым верзилой под метр девяносто, рядом с которым она смотрелась дюймовочкой, едва дотягивая мужу до плеча. То, что это именно муж, она объявила сразу, представляя нас друг другу. Ричард или, как он предложил называть его, Дик, достаточно скверно разговаривал по-русски, и мы с Наташей перешли на английский (Дед, сославшись на то, что не хочет смущать молодёжь своими сединами, засел перед телевизором в номере). Сделали заказ, и, ожидая его, принялись потягивать напитки: Елена сок, Наталья - мгновенно полюбившуюся ей 'вишнёвку', а мы с Ричардом - рекомендованное им пиво из германского анклава. Весьма неплохое, нужно отметить!
  История перехода Лены на Новую Землю была достаточно незамысловатой: поступив в институт, она на третьем курсе попала в группу студенческого обмена с Англией. А оказавшись на Альбионе, 'свихнулась', как она выразилась.
  - Много ли для двадцатилетней девчонки нужно? Красивые ухоженные домики провинциального городка, вежливые, вечно улыбающиеся горожане, шикарные, в сравнении с 'москвичами' и 'жигулями' машины, лезущая в глаза имперская роскошь Лондона, красивые традиции... Вот крыша у меня и поехала, а я стала 'невозвращенкой'. Правда, немного позже увидела и обратную сторону: облезлые припортовые рабочие кварталы, одиночество от стандартной формулы 'это не мои проблемы', вечная кабала кредитов за те же машины, квартиры, телевизоры и просто шокирующая дороговизна всего и вся...
  Но упрямая саратовская девица сумела проявить характер, зацепившись за работу в должности клерка в какой-то мутной юридической конторе. Как оказалось, занимавшейся решением проблем клиентов, изъявивших желание переправиться на Новую Землю. Там её приметили и предложили контракт на службе в Ордене уже по эту сторону ленточки.
  - А при переходе я познакомилась с Диком. Попали мы служить вместе: я - клерком, он - охранником. Понравились друг другу, встречались, а потом стали жить вместе. Когда подошёл срок ротации, официально зарегистрировали отношения, чтобы переехать на новое место вдвоём. Уже год здесь, на Базе 'Россия'. Ребёнка давно хотели, но если бы я родила до окончания контракта, меня вышибли бы со службы без льгот и пособий. Начальство, узнав, что я беременна, хотело меня уволить немедленно, но потом позволило дослужить до конца контракта, который заканчивается через пару недель. Не знаю, получилось ли бы такое, если бы не Дик: он у нас здесь не так давно попал в большой переплёт при нападении банды на колонну переселенцев. Ребят из конвоя почти всех перебили, Дик с напарником вдвоём уцелели. Но от банды тоже почти ничего не осталось, а среди переселенцев потери были минимальными. Вот и не смогло начальство герою отказать...
  Лена погладила руку мужа, который, смутившись, залился краской.
  - Да какой там герой?! Выжить просто очень хотелось, ребёнка своего будущего увидеть...
  - А я - очень его ждала. Помнишь, Наташка, как у Симонова? - перешла Лена на русский.
  - Жди меня, и я вернусь,
  Всем смертям назло.
  Кто не ждал меня, тот пусть
  Скажет: Повезло.
  Не понять, не ждавшим им,
  Как среди огня
  Ожиданием своим
  Ты спасла меня.
  Как я выжил, будем знать
  Только мы с тобой, -
  Просто ты умела ждать,
  Как никто другой.
  Лена привалилась к плечу мужа, и он, неловко высвободив руку, прижал жену к себе.
  - И вот уже скоро-скоро мы с Диком снимем эту форму, доедем до Порто-Франко, где сядем на какой-нибудь белый-белый пароход, который доставит нас в Куинстон, где на берегу голубого-голубого залива нас ждёт наш собственный дом, купленный пару месяцев назад. И мы целых два месяца в сезон дождей, будем жить вдвоём. А потом - уже втроём! - засмеялась Лена. - Ну, а ты-то как здесь оказалась?
  - Да как 'как'? Тоже обыкновенно. Поступила в ВУЗ. Уже под конец учёбы стала подрабатывать в юридическом отделе фирмы Николая. И в мыслях ничего не имела, пока он меня с собой на одни переговоры не взял.
  - Зато он, наверное, какие-то виды на такую красавицу имел! - засмеялся, подмигивая мне, Ричард.
  - Не поверишь, Дик, но тоже в мыслях не было! Это был вербовщик на Новую Землю, и мне нужно было уломать его на более мягкие условия: налоговые инспектора с конкурентами уже зубы на мои деньги точили, так что не ясно было, удастся ли вообще хотя бы половину средств спасти. Мужчины, как ты знаешь, перед симпатичными женщинами начинают 'плыть', чем я и воспользовался на переговорах с вербовщиком. А заодно и на Наташу внимание и обратил.
  - А я - на Николая. Он оказался настолько интересным человеком, что я и сама не заметила, как влюбилась в своего шефа. Который, сволочь этакая, уже собирался сюда сбежать! Без меня! - с притворной яростью забарабанила кулачками по моему плечу Наталья. - В общем, мои однокурсники всё ещё пыхтят на лекциях, готовясь к защите дипломов, а я уже здесь.
  - А старик, что был с вами, твой родственник, Николай?
  - Двоюродный дед. Родители уже давно в автокатастрофе погибли. Потом родного деда похоронил, а год назад и бабушка умерла. Сестра далеко, на Урале. А Иван Андреевич, как и я, одиночка. Не бросать же его на российскую пенсию! Вот и взял с собой.
  - Обычно старики долго здесь не заживаются...
  - Да ты что, Ленка!? Дед Ваня - ещё тот крепыш! - после памятного возвращения в мою квартиру, у Наташи с Иваном Андреевичем сложились собственные отношения, и без чужих она его называла 'дед Ваня', а он её - 'внучка', действительно заботясь, как о родной. - Не удивлюсь, если он в Порто-Франко или Новой России себе какую-нибудь кралю заведёт!
  - А вы собрались в Новую Россию?
  - Не знаю, - пожал я плечами. - Для начала осмотреться надо. Я же всё-таки коммерсант и собираюсь дальше бизнесом заниматься. Насколько я из 'Памятки' понял, скоро начнётся сезон дождей, во время которого деловая активность падает.
  - Да не просто падает, а до нуля! - встрепенулась Елена. - Ты просто не понимаешь, что это такое - сезон дождей! Представь себе почти не прерывающийся по нескольку недель тропический ливень с ураганным ветром. Потом может быть небольшая пауза, и снова ливень с ветром. Асфальтированных дорог здесь практически нет, поэтому в сезон дождей дороги превращаются в болота, а крошечные ручейки, которые в сухой сезон воробей перейдёт, не замочив коленок, превращаются в потоки, глубиной два-три метра. Зато рождаемость повышается - не надо баловаться! Здесь даже специальный термин придумали для зачатых в мокрый сезон - 'дети дождя'.
  - Я за ленточкой торговал запчастями для грузовиков. Дик, ты слышал про русские 'Уралы'?
  - О! Русская Армия их очень любит! Зверь, а не машина! Пройдёт там, где ни одна другая не проходит. Но очень тяжёлая. У нас в Ордене предпочитают 'Унимоги'. У вас, русских, есть похожие, вы их называете 'ши-ши-га', - с трудом выговорил жаргонное название ГАЗ-66 ирландец. - Но они в сравнении с 'Уралом' - детская игрушка.
  - Вот для этих 'Уралов' я запчасти и продавал. Несколько машин, загруженных запчастями, сюда переправил.
  - Русская Армия или даже москвичи их у тебя с удовольствием купят!
  - Может быть. А когда это всё закончится, придётся что-то новое придумывать. Как, кстати, здесь дела обстоят с открытием фирмы?
  - Очень просто! - вмешалась в разговор Лена. - Приходишь в мэрию выбранного тобой городка, пишешь заявление о том, что открываешь бизнес, тебе его тут же регистрируют - и работай! Можешь в банке открыть отдельный счёт предприятия, а можешь пользоваться своей Ай-Ди. Главное - не забывай отдавать пятнадцать процентов налога Ордену. Ну, и какие-то местные налоги, учреждённые на данной территории.
  Я удивился такой простоте, но Дик меня успокоил:
  - Здесь вообще всё предельно упрощено. У Элен в Англии была большая проблема при сдаче экзаменов на право управления автомобилем. А здесь никого не интересуют ни твои водительские права, ни номера автомобилей. Умеешь водить - води, владеешь автомобилем - значит это твой автомобиль. Но и ответственность жёстче: повредил чьё-то имущество - заплати, иначе получишь одну или несколько дырок в теле, не предусмотренных конструкцией, - засмеялся Ричард. - Совершил преступление - пристрелят или отправят строить железную дорогу. Но лучше - если сразу пристрелят. Оружие есть у всех, поэтому многие десять раз подумают, прежде чем совершить что-либо противоправное: если есть доказательство, что ты убил преступника, а не добропорядочного гражданина, тебя ещё и поблагодарят. В том числе - деньгами. И самое главное - никаких судов, адвокатов, правозащитников, которые норовят сделать из бандита жертву, а из тебя - преступника.
  - Да, да! - подхватила супруга Ричарда. - Орден выплачивает вознаграждение в размере тысячи экю за каждого убитого бандита. Разумеется, если есть доказательства того, что это бандит, и что ты его уничтожил. Фотографии места преступления достаточно! Кроме того, тебе переходит всё находящееся при нём имущество преступника, стоимость которого, порой, во много раз превышает орденское вознаграждение. Некоторые переселенцы даже пытаются охотиться на бандитов ради вознаграждения, но, к сожалению, такие долго не живут, за редчайшими исключениями.
  - Нет уж! - засмеялся я. - Бизнес охотника за головами - не для меня. Если бы была возможность наладить поставки тех же запчастей из-за ленточки! Ведь связь со Старой Землёй, как вербовщик рассказывал, есть?
  - Есть, - согласилась Лена. - Но её стоимость - просто заоблачная. Стоимость переправки товара - тоже. И всё это делается только по согласованию с чиновниками Ордена.
  - И что? Если заплатить, я смогу родителям позвонить?
  - Сможешь, конечно. Нам с Диком, пока мы служим, каждому положен раз в год бесплатный звонок за ленточку. А ты, если хочешь успокоить тётю Валю, можешь завтра просто телеграмму ей отстучать. Заполнишь в офисе Базы бланк, оплатишь, и уже через несколько часов твои родители её получат.
  Мы уже давно расправились и с отбивными из местной антилопы, оказавшимися очень вкусными, и с долмой из мяса рогача, и с салатом из местных морепродуктов, и с грудой жареной местной сладковатой картошки. А сейчас просто сидели и болтали, лениво прихлёбывая свои напитки.
  - Ты чего ёрзаешь, как на иголках? - негромко спросил я жену.
  - Видишь, за тем столиком, куда Дик подходил здороваться, когда в туалет отлучался, белобрысая мымра? Коль, она мне глазки строит!!! - испуганно пожаловалась Наташа.
  Я посмотрел в указанную сторону, и перехватил взгляд неприятной, давно потерявшей товарный вид особы с лошадиным лицом. Мадам, заметив, что я обратил на неё внимание, скисла и брезгливо поджала губы, всем своим видом выражая недовольство.
  - А, эта... - поняла, о ком речь Лена. - Говорят, что её собираются назначить заместителем руководителя этой Базы. Нынешнего переводят по ротации куда-то к чёрту на кулички, а её к нам должны прислать. Вот она и явилась познакомиться, так сказать, с обстановкой. Наши девчонки узнавали о ней у подружек, бывших в её подчинении. Мрак! Дура, стерва, да ещё и убеждённая лесбиянка. Не завидую я девочкам, которые с этой мисс Майлз работать останутся!
  
  Новая Земля, База 'Россия', 18 год, 9 месяц, 39 день, воскресенье, 08:20
  Утро красит нежным светом стены древнего Кремля...
  Правда, где тот Кремль теперь? За сколькодевять земель?
  
  Как нам и обещали, за ночь переселенцев на Базе изрядно прибыло, и часть из них теперь ошалело носилась между стоянкой автотранспорта, иммиграционной службой, банком, оружейным магазином и гостиницами. А кое-кто уже с озабоченным видом жевал свой первый на Новой Земле завтрак в баре. Неужто мы также выглядели вчера?
  Арам встретил нас, как старых знакомых, поинтересовавшись, что раньше подавать - кофе или еду? Разумеется, кофе! Причём, с нами согласился в этом вопросе и Дед, на Урале и в Москве всегда отдававший предпочтение чаю. Он ещё в самом начале нашего знакомства рассказал, что чай здесь премерзкий, а вот кофе - отличный. Но реальность сломала все наши стереотипы о том, каким является хороший кофе: ничего подобного ни я, ни Наташа никогда в жизни не пробовали! И на наши похвалы хозяин заведения просто махнул рукой:
  - Не мне спасибо, здешней земле спасибо! Как вам на новом месте спалось?
  - Прекрасно! - невинно улыбнулась супруга. - Я дрыхла, как младенец!
  Ну, ну! А я-то и не догадывался, что младенцы такое в постели вытворяют! Похоже, переход не только на мужскую сексуальность благотворно влияет, как нас Лена предупреждала...
  
  Сегодня у нас по плану была отправка телеграммы Натальиным родителям, и мы отправились в офис мимо автостоянки, куда периодически катились машины из ангаров, на которых сокращённо были обозначены города отправки переселенцев: Мск, Спб, Вшв, Ект, Нвсб, Хкв, Киев... Возле самой стоянки мы, нос к носу, столкнулись с семейством, пытающимся разобраться с клетчатыми сумками 'мечта челночника', вынутыми из уазовской 'буханки'. Фигура главы семейства показалась мне знакомой, а он, почувствовав мой взгляд, обернулся и всплеснул руками:
  - О, Николай! Колесов, кажется? Не помнишь? Я твой 'Дефендер' к переходу готовил. Сергей Семёнов, мастер из автосервиса!
  Теперь и я узнал этого автослесаря, перебравшегося на Новую Землю вслед за братом, трудившемся где-то в ПРА.
  - Как не помню? Помню! Вы ещё предлагали вместе держаться, если здесь встретимся.
  - Да что ты 'выкаешь'? Мы здесь уже, можно сказать, родные, если на той стороне встречались. Я так понимаю, ты вместе с супругой? А деда своего тоже забрал?
  - Да, это моя жена Наташа. И Иван Андреевич с нами, но он сейчас в гостинице прохлаждается.
  - Отлично! Тогда, может, подскажешь, где тут обустроиться можно? Мы уже и в иммиграционной службе отметились, и прививки сделали, и деньги на здешние тугрики поменяли. Ну, и дерут, заразы! А теперь ещё, говорят, оружие надо идти покупать...
  - Надо, Сергей. Надо! Вам 'Памятки переселенцев' вручили? Почитай, там хорошо расписано, почему без оружия нельзя. И не жлобись на оружие: я местных уже порасспрашивал, они тоже говорят в один голос, что здесь без оружия - смерть. А обустроились мы у Арама. Это вон туда идти. Там вывеска 'Бар', не перепутаете. Нам сейчас надо в офис Ордена заскочить, а потом мы вас найдём.
  - Слушай, если всё так серьёзно, ты не поможешь мне оружие выбрать? А то я, знаешь ли, больше по другим железкам...
  Я кивнул, и Сергей погнал своё семейство, наконец-то разобравшееся с баулами, в сторону гостиницы.
  
  Наташина телеграмма была довольно короткой: 'Долетели хорошо. Послезавтра едем дальше. Привет Хомяку'. Но обошлась нам, как получасовой телефонный разговор с Владивостоком.
  - А кто такой Хомяк? - поинтересовался я.
  - Брат Андрюшка. У него, когда он родился, такие смешные щёки были, поэтому его в семье Хомяком называли... Мы с мамой и договорились, что я передам ему привет, чтобы она поняла: это именно я телеграмму отправила.
  - Конспираторы, блин! - засмеялся я.
  
  Семёновы обустроились в четырёхместном номере для небогатых переселенцев, расположенном в другом корпусе, но разыскивать их не пришлось: к нашему возвращению семейство уже вернулось в бар и ждало завтрака. Поэтому мы с Наташей не отказали себе в удовольствии выпить ещё по чашечке кофе перед тем, как отправиться всей компанией в оружейный магазин.
  На стоянке, постепенно превращавшейся в выставку советского внедорожного автопрома, разбавленного подержанными образцами зарубежной продукции, наше внимание привлекла к себе парочка молодых людей в германском камуфляже, восседавшая верхом на броне некоего монстра, обводы которого мне показались смутно знакомыми. Ба, да это же армейский 'бардак', перелицованный до неузнаваемости! С БРДМ-2, хорошо известной телезрителям по хроническим похоронам позднесоветских руководителей, мастерами 'колхозного тюнинга' был срезан верхний бронелист вместе с башней. Не наблюдалось и обычно торчащих снизу из-под корпуса авиационных 'дутиков', штатное предназначение которых в БРДМ - дополнительные опоры при преодолении рвов и траншей. Зато там, где должны располагаться ниши этого девайса, в бортах машины были прорезаны двери, открывавшиеся, правда, как надо - вперёд.
  На то, что агрегат предназначался отнюдь не для охоты и рыбалки, указывали выступающие за кромку бортов кронштейны с торчащими вперёд и вбок зачехлёнными пулемётами. Судя по габаритам - винтовочного калибра. А по курсу задирало ствол в небо что-то крупнокалиберное. Парни откровенно красовались перед публикой, один - обхватив зачехлённый ствол 'главного калибра', а второй - оперевшись локтем о само тело пулемёта. Один из них, блондин с оселедцем, заправленным за ухо, презрительно взирал сверху на суетящихся на стоянке людей и недовольно бухтел:
  - Скики ж тут кацапни! Чому ты мэнэ не казав, Олэжэ, шо мы будемо траспортуватыся москальською базой? Знав бы - у Польщу бы поихав, щоб на ци поганы москальськи пикы нэ дывытыся!*
  - Тю! Хто ж нас до ляхив пэрэпустыв бы з кулэмэтамы? Я тэж нэ знав, що мы до москальскойи базы стрыбатымо, брат Олэсь,** - оправдывался другой, коротко стриженный шатен, на рукаве которого я разглядел шеврон УНСО.
  - Та нэ можу я цю собачу мову слухаты! Лэдь сэбэ утрымываю, щоб оцэ кодло нэ розстриляты. Чого зэнкамы блымаешь, кацапня вонюча? - отреагировал Олесь на моё внимание к украинской вундервафле. - Всих вас пэрэрэжэмо, колы выйидимо за паркан!***
  Он изобразил оттопыренным большим пальцем резкое движение поперёк горла, а потом вскинул вверх правую руку в нацистском приветствии и истошно, едва не срывая связки, завопил:
  - Слава Украйини!
  Олег, едва не свалившись от неожиданности с брони, через секунду не менее истошно рявкнул в ответ:
  - Героям слава!
  Эти вопли немедленно привлекли к себе внимание охранников Ордена, которые, на ходу перехватывая свои винтовки, помчались к стоянке. И спустя секунд пятнадцать, за нашей спиной послышался новая порция криков:
  - Я не розумию английську! Говорить украинською!.. Ни, росийською я нэ розмовляю, цэ мова окупантив... Украйина - цэ нэ Росия!**** Слава Украйини! Героям слава!
  
  Тяжело гружёное семейство Семёновых наконец-то выбралось со стрельбища, где мы с Наташей вначале пристреляли купленное оружие, а потом попытались добиться от каждого, чтобы выпущенные пули хотя бы через раз попадали в мишени.
  Лучше всех, на удивление, получалось у шестнадцатилетней Иришки, быстро освоившей специально приобретённые для неё пистолет-пулемёт Судаева и 'генеральский' малокалиберный ПСМ. Её старшему брату-погодку Даниле приглянулась 'ксюха', а в качестве второго ствола он выбрал 'Наган', хотя мы и отговаривали парня от этого достаточно специфического оружия. Как мы и предполагали, из револьвера он безбожно мазал из-за большого усилия на спусковом крючке в режиме самовзвода. Но со взведённого курка результат получался терпимый.
  Оксана Семёнова также вооружилась АКС-74У, но не стала выпендриваться в поисках необычного оружия ближнего боя, положив в кобуру ПМ. Школьные занятия НВП для матери семейства не прошли даром, и она довольно быстро вспомнила сборку-разборку. Её приятно удивила слабая, в сравнении с АКМ, отдача 'ксюхи', из которой она отстрелялась тоже нормально. Но когда взялась за пистолет, дело едва не закончилось серьёзной травмой: она слишком высоко перехватила рукоятку двуручным хватом, и лишь благодаря нашим предупредительным воплям избежала разрыва кожи между большим и указательным пальцем при перемещении затвора после выстрела. Хват Оксане мы поправили, но каждый раз после перезарядки магазина бдительно следили, чтобы она держала пистолет правильно.
  Сергей хорошо отстрелялся их 'макарова', но из АКМС меткость у него была нестабильной. Как оказалось, с детства страдая небольшой близорукостью, автослесарь стеснялся носить очки. Зато сборку-разборку и порядок чистки всех стволов семейства он ухватил мгновенно, покрикивая на домочадцев, если те только пытались что-то сделать не так.
  На выходе со стрельбища, где Семёновым опечатали сумки с оружием, нас уже ждал Ричард.
  - Хай, Ник! Хай, Натали! Я к вам по поводу инцидента на стоянке. У вас и ваших спутников есть какие-нибудь претензии к этим двоим неуравновешенным молодым людям? Они объяснили своё неадекватное поведение тем, что вы своим присутствием на Базе оскорбляете их национальные чувства. Но поскольку политикой Ордена является толерантность к представителям всех, без исключения рас, народов и религиозных взглядов, такое объяснение не является оправданием. В то же время, они не совершили ничего противоправного, и если у вас нет к ним претензий, мы не будем применять к ним никаких мер. Если претензии имеются, то они будут выпровожены с территории базы.
  - Нет, Дик. Ничего они нам не сделали. Так, покричали, что ненавидят русских...
  - О`кей! Тогда я вас попрошу не приближаться к их машине, чтобы не провоцировать их. Они будут ночевать в ней, поскольку отказались селиться в гостинице. Говорят, что не хотят жить в отеле, принадлежащем... какое-то неизвестное мне слово... 'ба-на-бак'! Что это значит, Ник?
  Оксана, как оказалось, родившаяся в Харькове, понимала английский и пришла нам на выручку, поскольку и мы не знали такого слова.
  - Так на Украине презрительно называют выходцев с Кавказа.
  - О, так они ещё и расисты? - удивился Ричард.
  - Да, я видела у них на камуфляже шевроны одной из украинских неонацистских организаций. Да и лозунги, которые они выкрикивали, были паролем и отзывом нацистских коллаборационистов времён Второй мировой войны.
  - Спасибо за разъяснение, мэм! Я предупрежу ребят, чтобы они присмотрели за этими наци!
  ==========
  *Сколько же тут кацапни! Почему ты мне не сказал, Олег, что мы будем транспортироваться через москальскую базу? Знал бы - в Польшу бы поехал, чтобы на эти поганые москальские морды не смотреть!
  **Тю! Кто же нас к полякам пропустил бы с пулемётами? Я тоже не знал, что мы на москальскую базу будем прыгать, брат Олесь.
  ***Да не могу я этот собачий язык слушать! Еле себя сдерживаю, чтобы эту кодлу не расстрелять. Чего зенками моргаешь, кацапня вонючая? Всех вас перережем, когда выедем за забор!
  ****Я не понимаю по-английски! Говорите по-украински!.. Нет, по-русски я не разговариваю, это язык оккупантов... Украина - это не Россия!
  
  Новая Земля, База 'Россия', 18 год, 10 месяц, 1 день, вторник, 09:40
  За время нашего пребывания на Базе 'Россия' неугомонный Серёга Семёнов сколотил целый небольшой караван из тех, кто имел хоть какое-то отношение к ремонту и эксплуатации автомобилей, а также вообще к работе с железом. Были среди них ещё двое автослесарей, один из Воронежа, а другой - из Пскова, водила из Новосибирской области, перешедший в Новый Мир вместе со своим 'Камазом'-вездеходом, и мастер участка наварки изношенных шин из Поволжья. 'Завербовал' он даже конструктора с Киевского мотоциклетного завода, сбежавшего из Незалёжной после того, как его лоток по торговле носками на Троещинском рынке отобрали за долги.
  Планы у людей были самые разные, но языкатый Серёга объединил их идеей 'авторемонтного братства по всей Новой Земле'. А для сплачивания коллектива предложил одной компанией добраться до Порто-Франко, где каждый уже начнёт действовать по собственной программе, но возьмёт на себя обязательство, если пути членов 'братства' снова пересекутся, помогать друг другу.
  Благосостояние этой пёстрой компании тоже было весьма разным. Семёновы хоть и ехали на неновой 'буханке', но Сергей её неплохо подготовил к местным реалиям ещё за ленточкой. Да и продажа квартиры на Солянке, полученной ещё его родителями, позволяла не читать каждую копейку. Простите, цент. Камазист тоже перешёл не с пустыми руками, поскольку кое-где сквозь тент его грузовика выпирали углы коробок, а на пассажирских местах в кабине с любопытством вертели головами по сторонам удивительно спокойная женщина лет тридцати и десятилетний мальчишка.
  - Вдова друга, - пояснил он, не вдаваясь в подробности.
  Мастер-шинник крутил баранку 'шишиги', а резкий запах свежей резины выдавал, с каким 'хабаром' он явился в этот мир. На втором сидении машины грустила его дочь лет восемнадцати. Хуже обстояли дела у автослесарей. Псковичанин, тот, что постарше, вёз в длиннобазовой 'Ниве' 'бабий батальон' в составе жены и двух дочек тринадцати и шестнадцати лет. И, судя по отсутствию груза и самому простенькому оружию, на Старой Земле доходами не блистал. Как и его молодой, лет двадцати трёх, коллега, крутивший баранку уже ставшего раритетом, явно дедовского 'ЛуАЗа'. С ним рядом восседала вульгарного вида девица.
  - Плечевая,* - пояснил парень. - Вот, увязалась за мной, когда я с ней в последнюю ночь перед переходом 'отрывался'.
  - А не боишься, что какую-нибудь гадость 'на винт намотаешь'**? - спросил я у парня при знакомстве.
  - Уже нет: её же проверили после перехода!
  И парень с девицей, и 'безлошадный' мотоконструктор, усевшийся 'штурманом' в Дедов 'Дакар', переходили по программе для неимущих, предусматривающей выделение Орденом материальной помощи в тысячу экю. Поэтому из оружия у них был минимум: 'ксюха' у автослесаря, ТТ у шалавы и кавалерийский карабин у конструктора. Пулемёт, причём, привезённый со Старой Земли, был только у 'камазиста', который кроме прочего, мог похвастаться ещё и старым охотничьим карабином под патрон от 'трёхлинейки'. И пулемёт не абы какой, а хорошо знакомый по советским военным фильмам ДП-27 с 'блином' наверху. Остальное вооружение нашей колонны, кроме уже ранее упоминавшегося, не отличалось изысками и представляло собой разные модификации 'калашей', 'макаровы' да ещё один 'наган', приглянувшийся псковичанину.
  Автомобильными рациями были оборудованы лишь наши с Дедом машины да Камаз, а 'ходиболтаки' позволили себе купить шинник и 'капитан' 'Нивы', поэтому мне пришлось вручить Наташину рацию экипажу 'луаза'.
  Хотя выезд с Базы мы и назначили на девять утра, после преодоления ворот, где нам срезали пломбы с оружия, пришлось остановиться, чтобы окончательно распределить места в колонне, настроить рации на единый канал и определиться с действиями на случай нападения бандитов.
  Пока я проводил последний перед выездом инструктаж, мимо, обдав нас дизельным выхлопом (а колхозники, 'тюнинговавшие' этот агрегат, оказались с мозгами!), прокатилась уже знакомая БРДМ-2. Пулемёты 'крутые хлопцы' уже расчехлили, и я в них узнал ДШК-2 с характерным дульным тормозом и СГМ, разработанные в далёком 1943 году.
  - Щоб вы здохли, кацапня вонюча! - передал нам 'прощальный привет' националист с 'чупрыной'. - Украина - понад усэ!
  - Он что, из всех трёх пулемётов один стрелять собрался? Не разорвётся? - хмыкнул Иван Андреевич, и в ответ на наш дружный хохот 'самостийник' повторил уже знакомый жест оттопыренным большим пальцем поперёк горла, подкреплённый злобным выражением лица.
  
  ======
  *Плечевые - дорожные проститутки, 'работающие' на определённом участке трассы, 'плече', двигаясь в машине клиента между какими-либо населёнными пунктами
  **'Намотать на винт' - жаргонизм, обозначающий 'заразиться венерическим заболеванием'
  
  Новая Земля, дорога между Базой 'Северная Америка' и Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 1 день, вторник, 11:10
  Фу-у-у! Тронулись, наконец-то!
  Колонну возглавляли мы с Натальей на 'Дефендере', а замыкал Дед. За нами тащились на своём 'луазике' молодой автослесарь с путаной, потом Семёновы на 'буханке'. Затем шли грузовики, а перед 'Дакаром' глотал пыль 'бабий батальон' из Пскова.
  Пыли было действительно немало. Просохшая за сухой сезон грунтовка, изъезженная тысячами колёс, не позволяла держать скорость, выше пятидесяти километров в час. Нет, мы бы на 'Лендровере' разогнались и быстрее, но колонну сдерживали гружёный Камаз с 'шишигой', и я постоянно поглядывал в боковые зеркала, чтобы не оторваться от грузовиков. А жена с любопытством 'втыкала' на полосу саванны справа, за которой вдалеке синело море. Обзор же слева закрывала железнодорожная насыпь.
  Саванна кишела жизнью: паслись знакомые по 'Памятке переселенца' антилопы и рогачи, где-то заходила на посадку стая 'птеродактилей', похоже, приметившая падаль. Перемахнула железнодорожное полотно и скрылась за ним большая гиена...
  - 'В мире животных' отдыхает! - прокомментировала Наташа.
  - Да уж! Просто 'Энималс плэнет' какая-то, - поддержал её я.
  База 'Северная Америка', неожиданно вынырнувшая после подъёма на очередной холм, даже внешне выглядела куда более крупной, чем База 'Россия'. Да и на въезде, прикрытом блокпостом, кроме пары 'хамви' в укрытиях, из капонира выглядывал старый американский танк 'шеридан' с короткоствольной 152-мм пушкой. А на перекрёстке дороги дежурила ещё пара 'хамви' с крупнокалиберными пулемётами М2 на крыше, экипажи которых проводили нашу колонну равнодушными взглядами.
  Практически сразу за базой мы перескочили через железнодорожные пути, и теперь 'чугунка' потянулась справа. Ещё километров сорок мы глотали пыль без приключений, а потом с вершины холма увидели вьющуюся над дорогой стаю падальщиков. Кружились 'птеродактили' над каким-то тёмно-зелёным пятном на противоположном склоне долины.
  - Внимание всем! - произнёс я в рацию. - Впереди что-то происходит, но пока опасности нет. Следите за обстановкой слева и справа. Дакар, что сзади?
  - Сзади никого, - послышался в ответ голос Ивана Андреевича.
  - Луазу. Приотстаньте от нас метров на двести.
  - Поняли, - вякнула в микрофон 'плечевая', и я чуть прибавил газа.
  Зелёным пятном оказался 'бардак', над моторным отсеком которого поднимался едва заметный парок. А рядом с машиной топтались уже знакомые нам националисты. Увидев нашу приближающуюся колонну, парни прекратили суетиться, явно дожидаясь нашего приближения.
  Причина птичьего внимания вскоре тоже стала ясна: в полутора сотнях метров справа, почти у самого железнодорожного полотна, валялось пара трупов рогачей, которых рвала целая стая свиноподобных тварей.
  Я отправил Наташу к пулемёту, приказав быть очень внимательной, отдал по рации распоряжение остановиться в паре сотен метров от нас, а сам аккуратно приблизился к 'крутым хлопцам', высунувшись в окошко. Никакой агрессивности они не проявляли. Наоборот, выглядели крайне расстроенными.
  - Ребята, как хорошо, что вы нас нагнали! - на чистейшем русском языке заговорил чубатый. - Слушайте, помогите, а! У нас с машиной жопа!
  - Не понял: так 'кацапня вонючая' или 'ребята, помогите'?
  - Блин, да что ты такой злопамятный?! Ну, погорячились мы, ну извини! Мы же все русские люди!
  - А как же 'Украина понад усе'? И разве вы москалей резать больше не собираетесь? - продолжал глумиться я. - Такие щирые украинские патриоты, для которых мы - оккупанты...
  - Слушай, ну чего ты пристал? Какие мы тебе украинские патриоты? - возмутился второй. - У меня родители русские, хоть и коренные киевляне, моя фамилия Чивилёв, а Сашка - так вообще всего три года назад в Киев из-под Питера переехал, где его предки чуть ли не с восемнадцатого века жили.
  - А чего ж вы тогда там, на Базе, выё... - еле успел я себя поймать на полуслове. - ...строили из себя, чёрт знает кого?
  - Ну... - опустил голову Александр-Олесь. - Выделиться хотелось... Ребята, помогите. Если машину нашу на буксир не можете взять, так хоть нас самих заберите! Нас же это зверьё тут сожрёт! Мы тут пару штук подстрелили, которые вокруг машины крутились, так их наоборот набежало ещё больше...
  - А что с машиной-то?
  - Ремень вентилятора лопнул. Эти хохлы криворукие, что нам её сбагрили, умудрились двигатель перекосоё... криво поставить. Я Олежке говорил, что неправильно это, а он - 'они машину испытывали, побратимы для себя делали'...
  - И что? Ремень-то запасной есть?
  - Да откуда... - вздохнул Олег.
  В этот момент пролетавшая над нами 'птичка' ляпнула ему на рукав помётом, и оба парня, отвернувшись от меня, принялись увлечённо размазывать птичий 'привет' по камуфляжу. Похоже, это и спасло им жизнь. Замерев на какое-то мгновение, они вдруг разом метнулись под БРДМ, а у меня над головой загрохотал длинной, на полсотни патронов, очередью пулемёт.
  Большая гиена, виденная мной в 'Памятке', теперь лежала в метре от 'крутых хлопцев', залёгших под 'бардаком', и судорожно клацала изорванной пулями крокодильей пастью. Наташа ещё дважды нажала на спуск, продырявив для верности сначала шею, а потом голову, целясь в глаз зверюге. Наконец, судороги прекратились, и гиена, намеревавшаяся пообедать парнями, стоявшими как раз между бронемашиной и моим 'Дефендером', замерла.
  - Как ты там, любимая? - отойдя от шока спросил я жену.
  - Кошмар! - устало выдавила она и плюхнулась на заднее сиденье.
  - Солнышко, потерпи ещё чуть-чуть, но покарауль всё же за пулемётом.
  Наташа вздохнула, но снова вылезла в люк на крыше.
  Вылезли из-под 'бардака' и бледные, как мел, унсовцы.
  - П...дец! - прокомментировал произошедшее Олег, и что-то мне подсказывало, что он имел в виду вовсе не мокрые пятна, расплывшиеся по камуфлированным штанам обоих.
  - Дефендер, у вас всё в порядке? Помощь не нужна? - заговорил динамик рации голосом водителя Камаза.
  - В порядке. Сможешь эту телегу на прицеп взять? Они движок загубили. Если да, то подъезжай.
  
  Пока хлопцы переодевали штаны, мимо нас проследовал бронепоезд. Да, да, самый настоящий! Из бойниц бронированной платформы, катящейся впереди бронированного же тепловоза, торчали стволы крупнокалиберных пулемётов. К локомотиву были прицеплены несколько пассажирских вагонов, обшитых понизу стальными листами. За ними шли грузовые вагоны и платформы с техникой, а замыкала эшелон платформа с двумя бронированными гнёздами, ощетинившимися шестиствольными пулемётами, похожими на тот, с которым наперевес бегал Арнольд Шварценегер.
  Олег со своим тёзкой, водителем Камаза, уже заканчивали цеплять 'галстук' жёсткой сцепки, когда к месту нашей вынужденной остановки подлетели два 'хамвика' с орденскими эмблемами на бортах. Как оказалось, патруль, которому с бронепоезда передали о подозрительной (так кому-то показалось) возне на дороге. Почти одновременно с ними подкатил трёхдверный 'Опель-Фронтера-Спорт' без верха. За его рулём сидел один из товарищей Дика, с которым мы даже как-то посидели в баре у Арама за одним столом. Он вышел из машины, как старый знакомый поздоровался с высыпавшими из 'хамви' патрульными, помахал рукой Наташе и пожал руку мне.
  - Какие-то проблемы? - поинтересовался по-английски старший патруля.
  Поскольку языком владел в достаточной степени лишь я, общение с ним легло на мои плечи.
  - Ребята двигатель перегрели. А потом - ещё и чуть не попали на обед этой зверюге.
  Патрульный понимающе кивнул, и они вместе с водителем 'Опеля' отошли полюбоваться гиеной. Спустя минуту оба 'хамви', поднимая клубы пыли, умчались дальше, а товарищ Ричарда подошёл к хлопцам.
  - Я не знаю, о каком вознаграждении вы договорились со своими спасителями, но на Новой Земле существует обычай выплачивать четверть стоимости спасённого имущества спасителю, - на ломанном русском произнёс он, потом подмигнул мне и, предупреждающе подняв палец, негромко добавил по-английски. - Но только в случае, когда имущество спасли в стычке с бандитами.
  Я кивнул, что всё понял и, едва сдерживая смех, подмигнул ему в ответ. Орденец козырнул на американский манер, поднеся руку к непокрытой голове, и двинулся к своей машине.
  У унсовцев вытянулись физиономии, а Олесь с досадой плюнул в дорожную пыль.
  - Вот тебе, бля, и новая жизнь! Да нас так, если не сожрут, то разденут до нитки, прежде чем мы доберёмся до места, где будем строить Украинскую Самостийную Соборную Державу!
  
  Новая Земля, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 1 день, вторник, 14:40
  Доехать до Порто-Франко без остановок не удалось. Примерно через час нашу колонну, ещё сбавившую скорость из-за волочившегося на сцепке с Камазом 'бардака', опять тормознули патрульные. Они заметили на одном из окрестных холмов подозрительны блеск, и, решив проверить местность, наткнулись на лёжку наблюдателя, успевшего сбежать на лёгком багги. Ребята попросили выждать нас минут десять, пока вернутся бойцы, обследовавшие окрестности лёжки. Заодно, воспользовавшись тем, что патрульные распугали в месте своей остановки живность, выполнили процедуру 'мальчики налево, девочки направо'. А мне орденцы настроили автомобильную рацию на свою волну, чтобы я был в курсе, если они заметят что-то подозрительное. Но обошлось...
  Унсовцы, пересевшие к нам в 'Дефендер', первое время ехали молча, удручённые местными жёсткими реалиями, но со временем отошли, и нудную дорогу мы коротали разговорами 'за жизнь'. Разумеется, я не удержался, чтобы не спросить, почему эти не самые безмозглые парни (а перешли они в Новый Мир с начала четвёртого курса Киевского университета), русские по происхождению, оказались в рядах украинской националистической организации.
  - Понимаешь, у нас доцентом был один из идеологов организации 'Тризуб', Сергей Квит. Так он нам все уши прожужжал величием украинской нации, героической борьбой украинского народа и Украинской повстанческой армии с москальской оккупацией.
  - А это что за зверь такой, 'Тризуб'?
  - Боевое крыло Конгресса украинских националистов, созданного Славой Стецько, женой и соратницей самого Ярослава Стецько, бывшего правой рукой Степана Бандеры и провозгласившего Акт восстановления Украинской Державы. В этом... тьфу, в прошлом году они выделились в самостоятельную организацию.
  - Это того самого Акта, в котором украинцы объявляли о том, что будут строить новый мировой порядок совместно с вождём Великой Германии Адольфом Гитлером? - блеснула эрудицией Наталья.
  - А ты откуда о таких тонкостях знаешь? - удивился я.
  - Так я же, в первую очередь, юрист!
  - Не, чё-то ты не то говорищь... - неуверенно пробормотал Олег. - Я такого не помню в Акте...
  - А ты его читал? - хмыкнула жена.
  - Ну... Нам давали его читать... Частично... Без первого абзаца третьего пункта...
  - Потому и давали без первого абзаца, что это там написано!
  - Ладно, юристы, хватит спорить. Ты говоришь, вам уши прожужжал тризубовец, а вы почему-то оказались в УНСО, если судить по вашим нашивкам.
  Олесь тяжело вздохнул.
  - Понимаешь, 'Тризуб' так организован, что они - очень закрытая структура. Что-то типа религиозного ордена. Причём, все действительно поведенные на религии. А нам это надо, поклоны бить и со свечками стоять? Кроме того, мы для них, как бы ни старались из себя всё русское вытравить, всё равно москали. Вот и сошлись с унсовцами. Они как раз у нас в универе агитацию развернули. Уж больно нам понравилось, как Корчинский выступает... Мы же не знали, что он предателем окажется...
  - А, это тот, что в Чечне воевал?
  - Ага, 'воевал'! Водку он там пил с чеченцами, а пацанов под пули толкал! - вызверился Олег. - Те, кто там был, рассказывали.
  - Да, Корч звиздеть умеет! Провокатор он на службе СБУ, а не лидер боевой организации! - поддержал друга Олесь. - Зря, что ли, он с эсбэушным генералом Скипальским корешится? Ему бы только из всего устроить шоу да перед камерами потусоваться.
  - А что, твой пидороватый Шкиль - лучше? Тоже, мля, шоумен...
  - А чего он вдруг пидороватый? - возмутился чубатый.
  - Походочку его вспомни! И усики!
  - Блин, достал ты с его походкой и усикам! Ну, интеллигентная, артистическая личность!
  - Вот и я говорю - пидороватый! А вообще мне больше Мамалыга нравится: вот это - лидер, так лидер!
  - Кто? Казахстанский повар без высшего образования - лидер? И если он тебе так нравится, то какого хрена ты у его орлов БРДМ сп...дил, когда мы сюда переходить намылились?
  - Я - БРДМ, ты - бабло. Для благородной цели ведь! Так чего возмущаешься?!
  Парни, поняв, что сболтнули лишнего, приумолкли. Чтобы замять тему, я задал новый вопрос:
  - Ну, а почему перешли на Новую Землю податься?
  - Да если бы не слиняли, сели бы мы, - вздохнул Олег. - Мы там на киевских выборах хорошо... засветились. Ну, там драки с агитаторами от этого жидовского олигарха Суркиса... С пострадавшими... Хорошо - лето прокуратура проволынила, а как учебный год начался, за нас и взялись. Хоть партийные адвокаты и старались, но из универа нам вылет реально грозил. Да и не очень-то грело на пару лет за решётку загреметь. Так бы, может, за поломанные носы и обошлись условным сроком, да ведь суркисовские адвокаты - тоже не пальцем деланные, стали нам групповуху по предварительному сговору лепить... Хоть Корчинский нас и накачивал, что каждый уважающий себя революционер обязан посидеть в тюрьме, но что-то не очень хочется... Вот и дёрнули, не дожидаясь оглашения приговора...
  - И всё-таки непонятно: зачем вам, русским людям, понадобилась в организацию вступать?
  - Наверное, потому что это модно, - чуть подумав, ответил Олег.
  - Модно?
  - Ну да! Есть такое понятие - мейнстрим. Если не хочешь выглядеть лохом - держись в струе, будь как самые крутые парни и даже круче их. А у нас самыми крутыми были львовяне, которые в 'Спадщине' и 'Пласте' состояли, себя считали потомками борцов с оккупантами и запорожского казачества.
  - Что? Львовяне - потомки запорожского казачества? - чуть не задохнулась от хохота Наташа. - Вы ещё скажите, что они - жертвы Голодомора!
  - А что тут не так? - удивился Александр. - Они сами рассказывали, как коммуняки у их дедов в тридцать втором году зерно отбирали и в реку выбрасывали!
  - Олесь, в каком году Западную Украину к СССР присоединили?
  - В тридцать девятом... Бля-а-а!.. А чего же они тогда?..
  - А к запорожцам львовяне, никогда не входившие в состав Украины до тридцать девятого, имеют только то отношение, что откупились от разорения войсками Богдана Хмельницкого во время одного из его походов. Тоже мне, модники!
  - Ну, может это и не то, что мода... Вот ты, Колян, был в молодости футбольным фанатом? Ну, там шарфики определённые, речёвки... Так то, чем мы занимались, чем-то похоже на эти фанатские объединения.
  - Не, ребята. Не был я никогда фанатом и не понимаю всего этого.
  - А с реконструкторами когда-нибудь сталкивался? Теми, которые себе мундиры старинные шьют, рыцарские турниры устраивают...
  - Ты ещё скажи - с толкиенистами! Приходилось. И с теми, и с другими. Какие-то они все... шизанутые, что ли: живут в собственном вымышленном мире по каким-то выдуманным правилам и обычаям. Делают вид, что всё у них всерьёз, даже не задумываясь, что это - всего лишь игра, не имеющая ничего общего с реальным миром.
  - Вот-вот! - подтвердил Олег. - Что-то типа игры, но всерьёз! Игра до тех пор, пока не вживёшься в неё настолько, что она становится образом жизни. Как стала образом жизни для нас, украинских националистов. Ну и не русскими же националистами быть в стране, где живут украинцы! Это же себе все перспективы в продвижении по жизни перекрыть собственными руками!
  
  Так за разговорами и добрались до блок-поста на въезде в Порто-Франко, где у нас снова проверили айдишки и опечатали оружие.
  Расставались на большой парковке неподалёку от въезда в город, куда затащили закипевший БРДМ. Парни оставались при нём, пока не определятся, куда его тащить для замены ремня и, возможно, переборки перегретого двигателя. А наше 'братство авторемонтников', выяснив, где можно встать на постой, разъезжалось по мотелям и гостиницам.
  Олег с Александром, пошушукавшись о чём-то, с понурым видом подошли к нашему 'Дефендеру'.
  - Вот, - протянул мне Олесь пачку новоземельских банкнот. - Это за спасение нашего имущества...
  Я взял пачку, перетасовал её, как колоду карт (благо, и по размеру купюры были похожи), вытянул сотенную и протянул её Олегу.
  - Отдашь своему тёзке за потраченную солярку и помощь.
  А остатки денег засунул в карман разгрузки чубатого.
  - Не будьте лохами, пацаны: четверть стоимости отдаётся только за спасение имущества от бандитов.
  Парни заметно повеселели и принялись расчувствованно тискать мне руку.
  - Спасибо, Николай! Надеюсь, не последний раз видимся!
  - Окажешься у нас в Украинской Суверенной Соборной Державе, будешь лучшим гостем!
  - А где это?
  - Где-нибудь - да построим! - оптимистично махнул рукой Олесь.
  
  Новая Земля, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 1 день, вторник, 18:30
  С поисками гостиницы мы мудрить не стали, а тупо цугом в три машины - мы с Натальей, Дед и семейство Семёновых - поехали прямо по улице к центру города, пока не выехали на овальную площадь с фонтаном посредине. И первый же попавшийся молодой человек с готовностью пришёл нам на помощь.
  - Вам просто остановиться или 'с клубничкой'? Простите, сэр, я не заметил, Вашу спутницу. Тогда вам лучше не советовать те, что в квартале красных фонарей.
  - А что, и такой здесь есть?
  - Конечно, сэр! Порто-Франко - это перевалочная база для всех переселенцев, а запросы у них самые разнообразные. И подобных заведений у нас - больше сотни, на любой вкус. Но раз вам нужен просто отдых, семейный отдых, то я посоветую 'Сан-Ремо' миссис Лигуритани. Она недорого берёт за номера, поскольку заведение у неё не самое престижное, но там довольно уютно. Это всего в трёх кварталах отсюда.
  Миссис Лигуритани оказалась вовсе не итальянкой, как можно было подумать, а бельгийкой, ещё на Старой Земле влюбившейся в курортный городок на берегу Лигурийского моря, подаривший миру музыкальный фестиваль. Даже фамилию свою она поменяла после перехода на Новую Землю. Поэтому всё, от самого крашенного в белый цвет отельчика, до негромко бормочущего в динамиках на баре Челентано было выдержано в итальянском стиле.
  Двадцать экю за номер на двоих и двенадцать на одного (с завтраком) показались нам вполне приемлемой ценой, и Элиза, которая терпеть не могла, когда к ней обращались 'миссис', вручила нам ключи от номеров. Наш запылённый вид рассказал ей о том, что мы только-только с дороги, так и не снятые с машин номера поведали о первом дне вне Базы по приёму переселенцев, а буквы RUS на них - о стране, из которой мы прибыли.
  - Если господа захотят выяснить, когда отправляется ближайший конвой в Москву или Демидовск, я объясню им, где это можно сделать, - с мягким французским акцентом поведала нам хозяйка, сухощавая дама лет шестидесяти. - А через час, когда вы приведёте себя в порядок, я жду вас на обед. У нас сегодня морское меню.
  Обстановка номеров оказалась... как бы это удачнее выразиться... лаконичной. Всё самое необходимое, но ни каплей больше. Порадовали, разве что, просторный, вмещающий сразу двух человек (мы проверили!) душ, да лоджия в сторону моря. Разумеется, моря, загороженного крышами соседних домов, видно не было, но оно угадывалось дымкой испарений. Пожалуй, если мы надумаем поспать подольше, придётся с вечера опускать жалюзи, чтобы не быть разбуженными лучами восходящего солнца...
  Я и на Старой Земле абсолютно не разбирался в морепродуктах, поэтому в выборе блюд полностью положился на Наташу, познания которой, как бывшей жительницы города на берегу Волги, оказались чуть лучшими. Но понравились и салат из местных 'чапчериц' с листьями какого-то южного растения, и классическая итальянская паста, и сочный ломоть жареной рыбы, политый соком приложенной половинки лайма. Да и белое вино (уже с виноградников Новой Земли, как пояснила официантка) к нему оказалось очень неплохим.
  В отличие от хозяйки, черноглазая и черноволосая Софи оказалось самой настоящей итальянкой из Апулии, 'каблука' Апеннинского полуострова, и Наташа с удовольствием потрещала с ней по-итальянски, после чего мы стали любимыми клиентами не только Софи, но и Элизы. Пока мы с Дедом были вынуждены молча жевать, поскольку оба не понимали ни слова из вылетающих с темпом пулемётной стрельбы реплик, Наталья, как потом выяснилось, узнала немало полезного. В том числе - где прикупить снаряжение, отсутствие которого нам могло серьёзно осложнить жизнь.
  Во-первых, это лёгкие трекинговый ботинки-вибрамы с высокими берцами. Взятые нами кроссовки в здешних условиях явно не годились из-за обилия ползучей живности в высокой траве. Ну, пожалуй, только для города...
  Во-вторых, наш зелёный камуфляж мог пригодиться, разве что, в достаточно короткий период, когда саванна покрывается свежей растительностью.
  В-третьих, платки-шемахи при путешествиях по местным пыльным дорогам являлись предметом первой необходимости. Да и какая-нибудь бандана на голову вовсе не будет лишней, поскольку в панамах-'афганках' особо не разбежишься.
  В-четвёртых, сегодняшнее путешествие продемонстрировало, что я серьёзно прокололся, не озаботившись наличием бинокля.
  В-пятых, разгрузка. И не только чтобы носить автоматные рожки и пистолетные магазины. Любой выход 'в поле' в здешнем климате требовал носимого запаса воды. То есть, ещё и фляжки прикупить.
  То же самое касалось машин, где, кроме канистр с топливом, нужно было возить хотя бы с ведро воды. Не только для питья, но и руки помыть. Да и поездка с автоматом, болтающимся в салоне, удовольствия не доставила. Значит, нужно найти автомастерскую, где нам соорудят крепления для оружия, которыми пользуются и орденские патрульные, и местные жители.
  Ещё из насущных проблем, которые следовало решить если не сегодня, то, кровь из носа, завтра утром, были мои платформы с 'Уралами'. Машины следовало сгрузить и определить на охраняемую стоянку, а сами железнодорожные платформы 'толкнуть' либо местным скупщикам металлолома, либо железнодорожникам. Ну, и озаботиться продажей своего 'хабара'...
  Поэтому после обеда мы втроём, скрутив, наконец, российские номера со своих машин, на 'Дакаре', посчитав который более удобным для езды по городу, выдвинулись обследовать Порто-Франко. Серёга Семёнов, сославшись на семейные дела, остался обживать номер, но попросил нас прикупить какую-нибудь местную газетку объявлений.
  
  Новая Земля, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 2 день, среда, 08:00
  Не ошибся я с тем, что солнце поутру будет в окошко светить...
  Но это сегодня. А вчера мы первым делом рванули на станцию. Груз мой, как оказалось, пришёл ещё позавчера, но в контракте на доставку было оговорено, что санкции за простой начнутся только с полудня 02.10.18, так что можно было не торопиться. Да разве ж меня удержишь!
  В общем, 'толкнул' я платформы железнодорожникам: оказывается, Олег Константинович не самое 'г' для транспортировки моих 'Уралов' подсунул. В результате чего мой счёт в банке пополнился суммой, на которую мы втроём могли бы вполне безбедно жить весь срок первого этапа операции. Порадовало и то, с какой скоростью сделка была совершена: не успели мы вернуться в центр города, а денежки уже были перечислены.
  'Уралы' сегодня уже встанут на охраняемую площадку для грузов. Но вряд ли долго застоятся на ней: начальник смены (или как он здесь называется?) рассказал, что машинами очень интересовались и здешние москвичи, и представители Русской Армии. Телефоны они в диспетчерской оставили. Я тоже оставил координаты заведения миссис Лигуритани с просьбой сообщить, потенциальным покупателям, где меня искать. Ради чего сегодня и нацепил на себя свой московский костюм, ставший за последние три года моей второй шкурой.
  
  Наше появление в баре гостиницы произвело фурор у Элизы и Софи. Ещё бы! Их клиенты, чаще всего, щеголяли в соответствии с канонами местной моды: разнообразный камуфляж, высоко шнурованные полевые ботинки, бейсболка либо панама с болтающимся на шее 'шемахом'. Ну, или джинсы, футболка, кроссовки и та же бейсболка, если это местный житель, заглянувший перекусить на скорую руку. А тут шествует по лестнице коротко стриженный сэр в тёмно-синем костюме от далеко не криворукого портного, белоснежной карденовской рубашке, стильном галстуке в тон костюму и итальянских туфлях. Его держит под ручку обутая туфли на низком каблучке и со стразам по наружным швам высокая леди с чуть подвитыми каштановыми волосами до плеч, одетая в строгий пиджак, юбку чуть ниже колена, белоснежную блузку, оттенённую чёрным узеньким галстуком.
  Ну, вепендрились. Но зачем же стаканы на пол от удивления ронять? Подумаешь, ещё час назад вяло жевали бутерброды с ветчиной, одетые чёрт знает во что! Вот за этот час и переоделись!
  Софи, расколошматившая посуду, ввиду экстраординарности события отделалась лёгким шипением миссис Лигуритани, но нести нам кофе хозяйка ей не доверила.
  - Элиза, Вы не возражаете, если мы этот столик оккупируем на пару часов? У нас здесь назначена пара встреч.
  - Конечно, конечно! - растаяла в улыбке бельгийка, сгорая от любопытства, кого же она всё-таки приютила, но лишних вопросов нам задавать не стала, предпочтя выведать всё о нас у официантки.
  Верно нам говорили, что даже обычный новоземельский кофе заткнёт за пояс даже лучший, приготовленный на Земле Старой! Но наслаждались мы его вкусом уже не одни.
  В первый момент мне показалось, что всё, произошедшее за последние дни мне лишь приснилось, а сейчас я наконец-то проснулся. Поскольку в гостиничный бар зашёл... одетый в серый камуфляж полковник российской милиции. Но он обратился к Элизе на паршивеньком английском, спрашивая меня, и я понял, что пробуждение, если и состоится, то не сейчас.
  - Здравствуйте, господин Колесов, - уже по-русски поприветствовал меня визитёр, козырнув. - Я - сотрудник представительства Новой России в Порто-Франко полковник Силаев.
  На вид Силаеву было лет сорок пять. Рослый, широкоплечий, широкое лицо, маленькие, настороженные глазки, красный, даже сквозь загар, нос. Рукопожатие крепкое, да и через камуфляж проглядывала неплохая мускулатура. И начавший расти живот.
  Покончив с приветствиями и представлениями, по инициативе полковника сразу перешли к делу.
  - Машины я твои видел, Николай. Новёхонькие, муха не е... сидела. Поэтому готов их у тебя забрать для нужд Новой России по заводской цене хоть сегодня. Разумеется, в перерасчёте с рубля на экю. Мало? А кому ты их сможешь оптом все сдать? А за опт, как известно, всегда скидка положена. Ну, хорошо. Чтобы тебя не грабить, давай добавим к заводской цене десять процентов. При условии - пять тебе, пять мне. Мне же тоже хочется на казённый кусок хлеба положить свой маленький кусочек масла. Идёт такой вариант?
  Наглость была несусветная, учитывая стоимость техники по эту сторону ленточки. Иван Андреевич, попивавший кофеёк за отдельным столиком за спиной у визитёра, даже глаза ладонью прикрыл.
  - Господин Силаев, Вы не возражаете, если я Вам расскажу еврейский анекдот? Да, да, кури́те. Мы, хоть и не курим, но табачный дым переносим вполне нормально! 'Мойше, мне очень нравится и твой замечательный дом, и мебель, которой ты его обставил, и этот парк, разбитый вокруг. Но у меня есть замечательное предложение: мы сейчас спускаемся в твою гостиную, ты угощаешь меня тем замечательным вином, которым ещё твой дед запасся, дружно смеёмся над твоими аппетитами, а потом я тебе называю реальную цену'.
  Вот оно! Перехватив сигарету, Силаев сделал затяжку, держа её в кулаке, как нередко курят недавно освободившиеся с зоны. И тут же спохватился, быстро перекинув её между указательным и средним пальцем.
  - Остроумно, ничего не скажешь! - засмеялся он. - Но продаёшь ты, а покупаю я. Нет, даже не я, а Новая Россия в моём лице. И она вполне себе может купить точно такие же машины непосредственно на заводе. Твой вариант нам удобен только тем, что не нужно возиться с оформлением заказа и ожиданием его исполнения. Именно за это мы готовы заплатить тебе пятнадцать процентов комиссионных. Я даже согласен из них отдать тебе не семь с половиной, а девять. Или ты собираешься ограбить свою новую родину?
  - Не сочтите за грубость, господин полковник, но Вы мне напомнили замполита роты, который очень любил говорить нам, новобранцам, высокие слова о священном долге и великой коммунистической родине. Только с чего Вы решили, что я собираюсь обосноваться именно в Московском Протекторате?
  - Не в Московском Протекторате, а в Новой России, молодой человек. Я вижу, ты, Колесов, уже наслушался глупостей про то, что существует ещё одна какая-то Россия. Так вот, это - глупости! Да, у нас есть определённые трудности с контролем над небольшой территорией, где власть захватили криминальные авторитеты Демидов с Аверьяновым. Но это - временное явление, которое завершится закономерным, известным всем итогом: воры будут сидеть в тюрьме!
  - А ещё существует другая закономерность, свойственная чисто нашему, русскому менталитету: нет ничего более постоянного, чем временное. Здравствуйте, господин Силаев! - иронично заметил вошедший минуту назад невысокий, плотно сбитый мужчина, неприметно (по местным меркам) одетый. - Здравствуйте, господин Колесов. Здравствуйте, госпожа...
  - Колесова, - подсказала Наташа.
  - А, это ты, Райзман! - недовольно скривился на подошедшего мент. - То-то, я смотрю, этот лоша... бизнесмен так дерзко себя ведёт! Что, сговорились уже, а меня решили болваном выставить?
  - Ошибаетесь, господин полковник. Я, как и Вы, сегодня впервые вижу господ Колесовых. Мне, как и Вам, диспетчер сообщил, что господин Колесов будет в этом баре после восьми часов. Вы, как человек военный... Я надеюсь, Вас не коробит от такого определения? Пришли минута в минуту, а я, как лицо сугубо гражданское - даже в армии служил исключительно в музыкальном взводе - так и не сумел подняться по будильнику, чтобы не опоздать. Впрочем, судя по последним сказанным Вами словам, жалеть о своём опоздании мне пока не стоит. И, если позволите присесть, готов присоединиться к разговору.
  - Нам с тобой, Райзман, говорить не о чем! - лениво поднялся из-за стола Силаев. - А тебе, Колесов, моё последнее слово: пятьдесят процентов сверху, и ни копейкой больше! И удачно поторговаться с этим ушлым жидярой! Заходи, когда надумаешь.
  Он кинул на столик визитную карточку на двух языках, русском и английском, нацепил на голову кепи с кокардой и уверенным шагом вышел на улицу.
  - Позвольте представиться: Семён Маркович Райзман, хозяйственная служба Русской Армии.
  - Ну вот, а говорили - сугубо гражданский человек! - засмеялась Наташа, которой, как и мне, этот покупатель пока нравился больше, чем Силаев.
  - А разве я сказал, что я военный? Я действительно носил погоны всего два года, и потратил их на занятие музыкой: играл в военном оркестре на кларнете. И знаете, почему именно на нём? Это один из самых лёгких по весу инструментов! Что же касается хозяйственной службы, то в ней могут трудиться и гражданские люди.
  Лысоватый и крючконосый Райзман всё-таки располагал к себе больше, чем милицейский полковник, хотя и не лез без мыла в... Ну, вы поняли. По морщинкам вокруг его почти чёрных глаз было видно, что он очень любит улыбаться, хотя с ним вовсе не хотелось панибратствовать. Цену он себе явно знал, и дистанцию держать умел.
  - Но давайте всё-таки перейдём к делу. Как меня проинформировали, машины вы переправили отнюдь не пустые. Что в них, если не секрет?
  - Не секрет. В наливняках - солярка. Бортовые загружены запчастями к 'Уралам'.
  - Хм! А это интересно! Вы не покажете мне перечень?
  Распечатку Семён Маркович изучал минут пять, время от времени похмыкивая и одобрительно качая головой.
  - Отлично! Вы так подобрали номенклатуру, будто заранее знали наши потребности!
  - Предполагал. Дело в том, что я уже шесть лет торгую запчастями именно к 'Уралам'. И регулярно анализирую... анализировал потребности в них по различным регионам. Поэтому мне не представляло сложности составить этот список, примерно зная, с чем вы здесь сталкиваетесь.
  - В таком случае, запчасти я у Вас покупаю однозначно, даже готов их взять по розничной цене Порто-Франко: это будет лучше, чем ждать, пока Орден сподобится выполнить нашу аналогичную заявку. А значит - меньше будет финансовых потерь из-за простоя техники. Солярку в наливняках - тоже по ценам Порто Франко, но уже оптовым: смысла тащить их в ПРА, который сам её производит, нет никакого, а заправлять из них машины в дороге будет дешевле, чем на фортах-заправках. С самими же машинами... Разумеется, с баз длительного хранения они нам обходятся дешевле, чем с завода. Но отнюдь не по цене металлолома. Поэтому давайте договоримся так: я их возьму процентов на пятнадцать дороже, чем те, что мы получаем отремонтированные после хранения. Всякие природные глупости, вроде старения материалов, никто не отменял, и машина с конвейера всё-таки лучше, чем простоявшая лет двадцать. Это, само собой, будет раза в полтора дешевле, чем если бы Вы продавали их в розницу. Но существенно больше, чем предлагал господин Силаев, явно намеревавшийся эту разницу положить себе в карман.
  - А Вы, случайно, не пытаетесь очернить конкурента?
  Райзман широко улыбнулся.
  - Николай Валерьевич, хотя полковник Силаев и появился в Порто-Франко довольно недавно, а я здесь бываю довольно редко, мне уже пару раз доводилось сталкиваться с его манерой работы. Да и слава о нём тянется ещё со Старой Земли. Или думаете, на зоне в Нижнем Тагиле он объявился по собственной инициативе? Объявился, потом пропал, но всплыл в здешней Москве, в окружении нынешнего министра внутренних дел Московского Протектората Коршунова...
  - У Вас такие глубокие познания прошлой жизни господина Силаева...
  - Понимаете, уважаемая Наталья...
  - Викторовна.
  - Наталья Викторовна, у Протектората Русской Армии не только хозяйственная служба имеется, но и другие службы... Так на чём мы остановимся? Я вас не тороплю, дня четыре до отправки очередного конвоя в Демидовск у меня есть. А для того, чтобы думалось лучше, я завтра занесу вам подробное коммерческое предложение с ценами и окончательной суммой. Его можно будет передать через хозяйку отеля, чтобы вы не ждали моего послания целый день?
  
  Новая Земля, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 4 день, пятница, 15:00
  Никак не привыкну, что полдень здесь - это не 12:00, а 15:00! Именно на полдень нам назначена встреча с хозяйкой дома, который мы хотим арендовать минимум до конца мокрого сезона.
  Объявление о его сдаче мы нашли в той самой газетке, что купили по просьбе Серёги Семёнова. Его интересовало трудоустройство и реклама автомастерских, поэтому мы вырезали то, что касалось недвижимости, а ему оставили всё остальное. Из предлагавшегося нас устраивали по цене и размерам три-четыре варианта, но они располагались либо слишком близко к кварталу красных фонарей, либо на отшибе, либо выходили окнами прямо на Главную улицу, где постоянно пылили машины не только местных жителей, но и свежеприбывших переселенцев. Поэтому Наташа и предложила, сориентировавшись по купленной ещё на въезде в город карте, этот вариант.
  Двухэтажный домик - на самом деле вилла с пятью спальными комнатами, гостиной, которую можно было использовать под столовую, кухней и техническими помещениями в подвале - располагался в десяти минутах пешей ходьбы от Овальной площади, но не на Главной улице, а через одну от неё. Стоило это чуть дороже, чем жильё, потребное нам троим для того, чтобы не топтаться друг у друга по головам, но в средствах мы ограничены не были и могли себе позволить немного побарствовать.
  Семёновы пошли другим путём. Сергей решил сначала 'провентилировать' ситуацию с работой, а уж потом принимать решение, оставаться ли им в Порто-Франко 'на зиму' или сразу двигаться в ПРА к брату.
  - Понимаешь, там-то я без работы по-всякому не останусь, никуда от меня этот Демидовск не уйдёт. А вдруг здесь какой-нибудь ещё более удачный вариант подвернётся?!
  Поэтому он уже третий день, оседлав свою 'буханку', носился по адресам автомастерских и 'разборок', занимавшихся дерибаном авто, не выдержавших местных направлений или разбитых в стычках со зверьём и бандитами.
  Перед нами же, особенно после вчерашнего совершения сделки с Райзманом, вопрос о трудоустройстве не стоял. Этот чёрт языкатый не только с утра приволок своё коммерческое предложение, но и вытащил нас в бар, где, поторговавшись по поводу заправленных под завязку машин, имеющих не 'заводской' пробег, а своим ходом добежавших от Миасса до Москвы.
  - Если меня не подводит память, Вы же собираетесь гнать машины в ПРА своим ходом? Вам нужны неприятности с их поломками на первых километрах пути?
  - Почему Вы, Николай Валерьевич, думаете, что возникнут неполадки? Это какая-то некондиционная партия? - насторожился Семён Маркович.
  - Я просто знаком с теорией отказов. Большинство их у автомобилей происходит на первой тысяче километров пробега, после чего количество отказов достигает минимальных величин и начинает расти только после пятидесяти-шестидесяти тысяч. Именно для выявления подобных неприятностей уважающие себя фирмы перед установкой в автомобиль обкатывают, например, двигатели на стенде в течение нескольких часов. Мои машины прошли своим ходом почти две тысячи километров. Если при этом и возникли какие-то неисправности, они были устранены, после чего им провели техническое обслуживание с протяжкой резьбовых соединений, проверкой уровней рабочих жидкостей и смазкой контрольных точек. Так что у моих машин как раз такие отказы уже маловероятны. Можно сказать, они почти прошли обкатку и готовы к полноценной эксплуатации. И именно поэтому я на девяносто девять процентов уверен в том, что дойдут до ПРА без проблем.
  - Ваши объяснения меня устроили, я согласен с Вашими условиями, а моё начальство, с которым я успел связаться по радио, дало 'добро' на сделку. После её подтверждения с моей стороны, на Ваш счёт поступит вот эта сумма, - он обвёл перьевой ручкой откорректированную в ходе торгов цифру в экю, означавшую, что я стану богаче почти на один миллион семьсот тысяч долларов. - И ещё. Не поймите это как угрозу, Николай Валерьевич, поскольку мы с Вами были предельно откровенны, чем Вы мне и симпатичны. Я хочу дать Вам совет опытного человека, у которого на глазах рос и развивался этот мир. Если Вы собираетесь вести здесь бизнес, то должны усвоить его местную особенность: на Новой Земле не принято строить его на обмане, как это пытался сделать один наш общий новоземельский знакомый. Помяните моё слово, он, в конце концов, плохо кончит. Это там, за ленточкой, можно было при помощи разнообразных уловок безнаказанно обмануть клиента или партнёра. Здесь люди быстро привыкают к тому, что честные бизнесмены живут дольше.
  А уже сегодня утром, после проверки в Банке Ордена состояния моего счёта, мы с Семёном Марковичем заехали на станцию, где я отдал распоряжения о передаче ему своего движимого на высоких 'зубастых' шинах имущества.
  
  Приглянувшийся нам дом выглядел почти свежим, поскольку, по словам хозяйки, немки лет сорока, был построен всего пять лет назад. Новоземельских лет. Её супруг, занятый в строительном бизнесе, постарался сделать семейное гнёздышко предельно уютным, но полтора года назад семейству пришлось перебраться в Нойехаффен, поскольку купленный там кирпичный завод требовал постоянно присмотра хозяина. В планах семейства было жить часть времени там, а часть - в Порто-Франко. Но как говорят у нас, русских, мы предполагаем, а обстоятельства располагают. В Порто-Франко отец семейства появлялся пару раз в год на день-два, а всё остальное время дом пустовал. Пока вместо продажи решили его сдавать в аренду, но возможность продажи фрау Нагель, демонстрирующая нам свои владения, не исключала.
  - Если у Вас возникнет желание приобрести наш дом, герр и фрау Колесофф, мы сможем обсудить этот вопрос в новом сухом сезоне.
  Мдя... Это была не моя халупа на улице Динамитной в Миассе, доставшаяся мне от деда, где я при своих 185 сантиметрах едва не касался макушкой потолка. Сложенному из серо-голубого немецкого кирпича и покрытому ярко-синей металлочерепицей дому вполне подходило название 'Голубая мечта'. У меня на Урале в наличии была крохотная кухня с печью, которую приходилось 'кормить' дровами или углём, а здесь эта кухня занимала почти такую же площадь, как весь мой домишко. Широченные тонированные стеклопакеты пропускали море света, а дождливые вечера можно было коротать, закутавшись в плед в кресле у камина, украшавшего гостиную. Хитроумные солнечные батареи на крыше в сухой сезон и многотопливный бойлер в подвале в мокрый (а вовсе не выварка на плите, памятная мне с детских лет) были источником горячей воды.
  Спальни на обоих этажах вовсе не напоминали отделённый от 'зала' закуток с узкой панцирной кроватью, на которой я спал, оставаясь в гостях у деда с бабушкой. Самая маленькая из них имела площадь около пятнадцати квадратных метров, а к двум примыкали собственные санузлы с душевыми кабинами. И это - кроме общих туалетов на каждом этаже. Так что носиться в мороз и ливень (ну, первое здесь вообще невероятно!) в хлипкое дощатое сооружение на краю огорода нам точно не придётся.
  В подвальном этаже располагались, кроме топочной, прачечная с мощной стиральной машиной, и всевозможные кладовки.
  Дополняли всё это просторная беседка с легкосъёмным остеклением (отсутствующим по причине сухого сезона), крепким деревянным столом, лавками и мангалом под вытяжным коробом. Впрочем, можно было дышать свежим воздухом и на широких лоджиях, выходивших на обе стороны дома. Двор позволял припарковать минимум четыре машины, не считая площадки перед воротами, и когда у нас появятся друзья, в гости они могут приезжать без опасения проблем с парковкой.
  Так что я, рассчитавшись наличными за три месяца вперёд, получил от Марты Нагель ключи от дома и приглашение заезжать в гости к семейству кирпичезаводчика в Нойехаффене. Чему поспособствовало моё упоминание о том, что я намерен продолжать занятия бизнесом, как и на Старой Земле.
  
  Новая Земля, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 6 день, воскресенье, 07:30
  Вчера мы распрощались с 'Сан-Ремо' и гостеприимной миссис Лигуритани. Она знала Герхарда и Марту Нагель, как и их дом, поэтому наш авторитет в глазах Элизы поднялся ещё выше: не всякий свежеприбывший на Новую Землю может позволить себе арендовать, пусть и всего лишь на мокрый сезон, 'Голубую Мечту'. Официантка Софи горько сожалела, что больше не сможет болтать на родном языке с Наташей. И вовсе не из-за недостатка в городе итальянцев. Это нам заливали про то, как демократично общество на Западе. На самом деле, между клиентами и обслуживающим персоналом и на Старой, и на Новой Земле лежит непреодолимая социальная пропасть. Ну что может быть общего у клиента заведения с движущейся и понимающей человеческий язык мебелью? И когда моя жена отнеслась к Софи как к равной себе, как к временной, но подружке, девушка отозвалась искренней симпатией к Наталье. А теперь пришла пора расставаться.
  Семёновы тоже выезжали. Сергей нашёл работу на 'разборке', куда брали не только его, но и семнадцатилетнего сына Данилу. Разумеется, парня - всего лишь учеником. Но на двоих у них выходило 1450 экю в месяц, что позволяло им тоже снять домик. Не такой шикарный, как у нас, но всё равно выглядевший хоромами в сравнении с их бывшей московской квартирой.
  - Научится - мне помощником будет! - жизнеутверждающе констатировал Серёга. - А через годик, глядишь, опыта с ним наберёмся по устройству этих импортных машин, да и собственную мастерскую откроем.
  - Как же только вы общаться будете на работе? Ты же по-английски едва 'май наме из Васья' можешь сказать. Да и Данилка явно в школе на уроках английского мух ловил.
  - Механик механика всегда поймёт! Научимся, нас дома Оксанка ещё поднатаскает, и всё будет чики-пики! - не унывал автослесарь. - Слушай, тут кое-кто из нашего 'братства авторемонтников' завтра с конвоем Русской Армии в Демидовск отправляется. Может, рванём с утра попрощаться с ребятами?
  
  'Сборный пункт' конвоев находился на уже известной мне Станционной улице. Огромная площадка, заставленная разномастной и разнокалиберной техникой, представляла собой растревоженный человеческий муравейник, по которому в ожидании отправки носились люди, одетые преимущественно в камуфляж разных покроев и расцветок. Но всё закручивалось вокруг раскрашенных жёлтыми и зелёными пятнами военных машин с надписями РА и RA на дверцах и бронированных бортах.
  Чинно в ряд стояли мои (ещё недавно - мои) 'Уралы', возле которых скучающе прогуливался Семён Маркович. Мы дружески поздоровались, и он поинтересовался, не собираюсь ли я присоединиться к конвою.
  - Пока нет. Приехал попрощаться со знакомыми, с которыми сюда с Базы 'Россия' добирался.
  Потом я пожелал Райзману счастливого пути, а он выразил надежду, что я всё-таки переберусь в Демидовск или недавно начавший расстраиваться ППД.
  'Шишигу' мы с Сергеем заметили сразу. Рядом с мастером-шиноваром стоял и командир 'бабьего батальона'. А вот вместе с автослесарем из Воронежа на 'Луазе' теперь ехал мотоконструктор-киевлянин.
  - Володя, а где же твоя подружка? - поинтересовался Серёга.
  - Да не захотела она со мной ехать, когда узнала что в ПРА ей придётся на каком-нибудь заводе вкалывать. Может, встретите ещё здесь: она к каким-то румынам в ночной клуб пошла работать.
  - Знаем уже, какие у этих румынов ночные клубы! - скривился водитель ГАЗ-66. - К моей Настасье уже подваливали такие, еле монтировкой разогнал. Мол, чистая, спокойная работа, богатые и щедрые клиенты. Опыт работы не нужен: знай лишь ноги раздвигай...
  - Мужики, а где этот... Олег с Камаза?
  - Так он куда-то в немецкие земли подался! Его двоюродный брат ещё при Горбаче, когда выезд из страны разрешили, в Германию свалил. А оттуда сюда перебрался. А теперь и Олежку с зазнобой следом перетащил. Наш сибиряк хоть и говорит, что это вдова друга, да только пацанчик больно уж на него смахивает!
  - Ещё не думали где в ПРА будете трудиться?
  - Уже вербовщики здесь бегали! Семён на механический завод пойдёт, - кивнул командир 'бабьего батальона' на мотоконструктора. - Я в армейскую мастерскую, бронетехнику буду восстанавливать после прошлогодних боёв под Береговым. Жена у меня в ПТУ преподавала, так ей тоже пообещали что-то подобное подобрать. Говорят, специалистов-станочников у них не хватает, прямо со школы собираются профессиональную подготовку начинать.
  - Ну, а мне - прямая дорога в Береговой, на 'нефтянку' - поделился 'шинник'. - Настька последний год в школе доучится, а там что-нибудь придумаем...
  - А я ещё не определился, - признался воронежец. - До места доберусь, там и решим!
  Пробегающий мимо боец со значками автобата в петлицах на ходу бросил:
  - По машинам! Отправляемся! Рации не забудьте включить.
  И мы, пожав руки своим знакомым, ещё минут десять стояли посреди площадки, пока 'бардак' арьергарда колонны не вырулил в сторону блокпоста на выезде из города.
  
  Новая Земля, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 8 день, вторник, 25:40
  Наше пребывание в Порто-Франко пока напоминало анекдот о Рабиновиче, который вышел на пенсию и строил планы на жизнь пенсионера: 'куплю себе кресло-качалку и целый месяц буду сидеть в нём, а уже после этого начну раскачиваться'. Ну да, продажа 'хабара', завезённого со Старой Земли. Ну да, поиски временного жилья на мокрый сезон и переезд в него. Ну да, обживание дома, который станет нашим минимум на три ближайшие месяца. Но ведь пора и начинать раскачиваться! А то, пока мы занимаемся хозяйственно-бытовыми проблемами, работает у нас только Дед.
  Как Иван Андреевич работает? Да знакомства заводит, с людьми разговаривает. Имидж дедушки-пенсионера, которого безответственный внучек затащил на старости лет чёрт знает куда, такое позволяет. Он и с Элизой общий язык нашёл, пока мы шлялись по городу, и с пожилыми рыбаками в порту знал, о чём потолковать. Да и с соседками дома Нагелей познакомился. А то, что английский у него ещё корявый, так понимает-то он его довольно неплохо. И о чём бы рассказ старожилов ни зашёл, всё равно когда-нибудь к Ордену свернёт, к главной цели Дедовых расспросов. А попутно выплывает масса интересного по экономике и политике Новой Земли. Например, о трениях между АСШ и жителями Федерального округа Новый Израиль. Или о том, почему жителей Нового Уэльса не стоит называть англичанами...
  Почему такой интерес к Ордену? Это не просто наиболее могущественная сила Нового Мира, это доминирующая сила, от которой здесь зависят буквально все. На Старой Земле ни Штаты, ни пресловутое 'Мировое правительство', ни, тем более, любимое пугало параноиков всех мастей масоны о подобном влиянии на весь мир даже мечтать не могут. Орден, как инопланетяне в сознании другой категории параноиков, повсюду. Без участия Ордена ни один человек на Новую Землю не может попасть. Надеюсь, пока не может. То есть контроль начинается с самого момента пересечения ленточки. Каждый человек имеет электронное удостоверение личности, выданное именно Орденом. Это удостоверение - ещё и личный счёт человека. То есть Орден контролирует его финансы, денежные взаимоотношения с другими людьми и организациями. Контролирует любые перемещения по территории Нового Мира, поскольку АйДи проверяются на всех блок-постах. Любые сделки с землёй и недвижимостью проходят регистрацию в Ордене. Это касается частных граждан.
  Предприятия и предпринимательская деятельность также под контролем Ордена, взымающего пятнадцатипроцентный налог с этой деятельности. Поскольку операции между предприятиями проходят, чаще всего, через Банк Ордена, он, как паук в центре паутины, в курсе всей их коммерческой жизни. Да, как мы уже выяснили, на Новой Земле существуют и другие банки, но их масштабы сопоставляются с этим монстром даже не как слон с Моськой, а как слон со стаей тараканов.
  Национальные анклавы на территории Новой Земли также всецело зависят от Ордена, поскольку именно Орден регулирует и потоки переселенцев в них, и перемещаемые по заявкам анклавов грузы. Например, как мы выяснили, под полнейшим запретом находится ракетная техника, очень ограничено приобретение тяжёлой бронетехники и других видов тяжёлых вооружений. В полной зависимости от Ордена поставки некоторых видов стратегического сырья. В то же время, все эти ограничения и согласования служат прекрасным рычагом влияния на политику анклавов: строптивых можно прижать так, что юшка брызнет, а послушных - погладить по головке. Как было в прошлом году, когда добрый десяток тысяч чеченских боевиков пытался штурмом взять нефтяной центр Протектората Российской Армии город Береговой.
  Всё это позволяет смело заявить, что континент, осваиваемый сегодня людьми, это континент Ордена. В Ордене, разумеется, пока считают, что вся эта планета - планета Ордена, хотя два человека в Порто-Франко знают, что это - не так. Всего два человека - Иван Андреевич Данилов, известный здесь под фамилией Колесов, да я. А Наташа, спросите вы? Нет, не знает она пока этого. Рановато ей это знать. Вот такая наша шпионская судьба: любить человека, жить с ним, делить все радости и невзгоды, быть соратниками в общем деле, но, до поры, до времени, не иметь права посвятить его во все подробности того, что он осознанно делает.
  Ёрничаю, скажете? Немного ёрничаю. Но ведь правду говорю! Ведь так оно и есть на самом деле!
  
  Если вы считаете, что шпионы только носятся, как угорелые, в длинных плащах, широких шляпах и масках на лице, ежеминутно подсматривая, подслушивая и воруя секретную информацию, значит, вы в своих представлениях о реальности не ушли дальше семилетнего ребёнка. Могут, конечно, возникать ситуации, когда нужно тайком куда-нибудь пробраться, чтобы подсмотреть, подслушать и выкрасть. С маской на лице. Но это уже - настоящее ЧП, экстраординарная ситуация, в которой приходится идти ва-банк, рискуя тем, что наступившее завтра может стать для тебя совершенно не радостным. По статистике, 80% разведывательной информации добывается из открытых источников, менее 20% приходится на агентурную работу, а всё оставшееся - на спецоперации 'в плащах и с кинжалами'.
  Другие считают, что разведчик должен быть незаметным. Этакой серой мышкой, о прохождении которой мимо скажет лишь слегка колыхнувшийся воздух. А прямой взгляд на него вызовет абсолютно искреннее удивление: и как же этого человека раньше никто не видел? Глупости это всё! Он может быть каким угодно, может быть даже супер-звездой, которой на улице не дают прохода поклонники. Главное - чтобы он вёл себя естественно: если это канцелярская крыса в каком-нибудь коммунальном хозяйстве, то незачем ему присматриваться к новейшему вооружению на авиабазе и встречаться с агентами в баре Президент-отеля. Если рокер-металлист, то будь добр буянить в кабаках, тусоваться в компании экстремалов и хлопать по попкам фанаток. Ну, а если предприниматель, решивший после переселения на Новую Землю продолжить занятия бизнесом - встречайся с деловыми людьми, заводи знакомства с чиновниками, интересуйся конъюктурой рынка, ужинай с молодой и красивой супругой в приличных ресторанах.
  Вот этому самому ресторану, где обычно толчётся деловой люд Порто-Франко, мы сегодня и решили посвятить вечер. Ещё и потому, что надоела суета последних полутора недель. Первых полутора недель нашей жизни в Новом Мире. Хотелось просто отвлечься от забот с продажей имущества, покупкой необходимого для жизни, переездами, обустройствами...
  Что такое приличные ресторан в Новом Мире? Во-первых, здесь точно нет танцовщиц, стриптизёрш и прочих дам 'службы эскорта'. У официанток из-под юбки-написьника не выглядывают плавки, а из декольте не вываливаются полупудовые груди. То есть никакого намёка на занятия проституцией дамской части персонала. Во-вторых, этот самый персонал не нанят из числа вчерашних школьниц и школьников 'за еду и кровать в кладовке'. Это, в основном, уже люди за двадцать пять, которые хорошо разбираются не только в кухне заведения, но и в психологии клиентов. В-третьих, здесь безопасно, поскольку за порядком следит не деревенский бугай с тремя классами образования и битой в руках, а очень даже серьёзные мужики, явно прошедшие соответствующее обучение ещё на Старой Земле. Умеющие среди потенциальных посетителей выявить людей с неадекватной психикой и поведением. И аккуратно, без скандала, уговорить их поискать сегодня другое заведение. В-четвёртых, кухня. Не просто шмат свинины или мяса антилопы, которые сами по себе тоже могут быть божественно вкусными, а украшенные разными листочками, травками, соусами так, чтобы радовали не только желудок, но и глаз. Ну и, конечно, ненавязчивая живая музыка разных стран и народов. Если, конечно, ресторан не носит откровенно национального характера.
  Мы выбрали ресторан именно этого типа с названием 'Мадрид'. Довольно крупное двухэтажное здание выглядело как стилизованный замок с двумя башенками по краям и узкими оконцами-бойницами. Одна башня служила входом в сам ресторан, а вторая - в крохотную гостиницу на втором этаже. Само здание было выложено из кирпича, что выдавали оконные проёмы и арки над входами, но серые разногабаритные каменные плиты, которыми были обложены стены, создавали иллюзию постройки из дикого камня.
  Внутри небольшого зала, частью которого было и пространство входной 'башни', всё выглядело довольно просто: крашенные белой водоэмульсионной краской стены имитировали побелку, а ряд толстых брусьев-колонн из морёного дерева, подпирающих потолок, гармонировал с массивными деревянными столами и тяжеловесными стульями с высокими спинками. Над имитацией камина, по краям которого в специальных стойках торчали сработанные под старину алебарды, неизвестный художник достаточно профессионально изобразил в виде фрески какую-то средневековую батальную сцену. Ещё одну стену занимала фреска со сценой сельской жизни на фоне замка, напоминающего своим очертанием само здание ресторана.
  Кроме общего зала, в заведении имелось несколько отдельных кабинетов, мимо которых вёл коридор к 'местам общего пользования', но все кабинеты на момент нашего появления были уже заняты. И мы с Наташей уселись за небольшим столиком в углу, неподалёку от входа, чтобы трио гитаристов, исполнявших испанскую и латиноамериканскую музыку, не глушило наши разговоры, а мелькавшие на плазменной панели, висящей над стойкой, кадры корриды не привлекали взгляда.
  С кружевными жабо и узкими камзолами для персонала хозяева заведения перебарщивать не стали, но от публики он отличался 'цивильной' одеждой классического сочетания цветов: белый верх, чёрный низ.
  Меню также соответствовало названию ресторана, имея несколько разделов: испанская кухня, мексиканская, аргентинская, кубинская. Мексиканскую мы с Наташей сразу отмели, как неумеренно, на наш вкус, острую. А от аргентинского стейка я отказаться не смог.
  - Вам какой? Говяжий, из антилопы или рогача? - уточнил официант.
  Подумав, я выбрал мясо антилопы, менее жёсткое, чем говядина и рогач. Жену очень заинтересовало блюдо с названием 'мясо по-мадридски', при описании которого официант, худощавый черноволосый мужчина примерно моего возраста, блаженно закатил глаза. Названия выбранных нами салатов из сочетания местных и староземельских трав и овощей я не запомнил. Имелся и неплохой выбор испанских вин местного производства, а также испанских, аргентинских и чилийских из-за ленточки. Причём, цены на местную и староземельскую выпивку (включая текилу, которая, на мой вкус, ничем не лучше плохонького самогона) отличались раза в три. Не из жлобства, а ради интереса мы заказали бутылочку местного: никакого ГАИ на Новой Земле не существовало, и количество выпитого перед тем, как усесться за руль, ограничивалось благоразумием водителя. Ну, а поскольку я никогда (если не считать моего единственного в жизни запоя) не злоупотреблял спиртным, бокал, другой вина под качественную мясную закуску, что я сумею выпить, явно не выключит мне мозги.
  Мы был новыми в здешнем обществе, поэтому никто к нашему столику не подходил, хотя брожения отдельных людей от столика к столику наблюдалось. Но всё происходило в благопристойной обстановке. Лишь однажды мы напряглись, когда в ресторан ворвалась компания мужчин с ярко выраженной латиноамериканской внешностью: смуглых, с зачёсанными назад набриолиненными волосами, одетых в яркие гавайские рубахи, в массивных часах с золотым корпусом, поблёскивающим камнями, и с тяжёлыми золотыми цепями на шее, оттягиваемыми массивными католическими крестами с распятием. Многие сидящие за столиками повскакивали с мест, а гитаристы на эстраде, не прерывая исполнения, чинно наклонили головы в приветствии.
  - Это очень большой человек из Нью-Рино! - восхищённо пояснил официант, менявший нам блюда, когда компания, не задерживаясь в зале, проследовала в коридорчик, ведущий в кабинеты. - Он непременно бывает у нас, когда посещает Порто-Франко. В Нью-Рино он контролирует значительную часть шоу-бизнеса и игрового бизнеса.
  О том, что Нью-Рино, самый большой город Новой Земли, является вместилищем порока, мы уже слышали. А теперь, похоже, удостоились созерцания одного из руководителей тамошних криминальных кланов. Впрочем, по своему опыту я знал, что криминальные авторитеты, в отличие от своих шестёрок, ведут себя на публике чинно. Так что беспокоиться о возможности влипнуть в неприятную разборку нам не стоило.
  Повар заведения действительно оказался на высоте. Наташа даже наплевала на приличия и, промакивая кусочки хлеба в белом соусе, подававшемся к мясу, отчистила от него свою тарелку. Чудесной оказалась и моя отбивная. Поэтому мы выходили из ресторана в прекраснейшем расположении духа.
  Супруга уже уселась в машину, пока я протирал фары 'Дефендера', покрывшиеся за день слоем пыли. И поэтому раздавшиеся за углом выстрелы, сменившиеся быстрым топотом, прозвучали диссонансом. Мимо нас неслись... наши старые знакомые, Олесь с Олегом, за которыми кто-то гнался.
  - Быстро на заднее сиденье и ложитесь! - скомандовал я, и парни, едва не опешившие от нашей встречи, метнулись в машину.
  Выскочившая из-за угла компания с каким-то короткостволом в руках чуть тормознулась, один из неё двинулся в мою сторону, и я, не прерывая возни с фарами, махнул рукой:
  - Туда побежали!
  - Тенкс! - кивнул он, и что-то крикнул по-своему остальным.
  Через десять секунд преследователи умчались в указанном мне направлении, а я сел в машину и завёл её.
  - Ну, рассказывайте, герои, за что вам сегодня слава!
  - Да хватит подкалывать, Колян! - послышался голос Олега. - Еле, блин, ноги унесли от этих грёбанных румынов!
  - А чего они на вас взъелись? - спросил я, выруливая со стоянки перед 'Мадридом'.
  - Ну, помнишь Зинку, что ехала с Базы с этим, на табуретке с колёсами?
  - На чём?
  - Да на 'Луазе' этом задрипанном!
  - Помню.
  Я остановился, выехав на Главную улицу.
  - Мы её тут у румын встретили, языками зацепились, винишка с ней выпили. Ну и, уболтали, как положено. По разику. А когда от неё выходили, нас эти романешты прессовать начали: мол, платите. Сашка им говорит, что у нас всё по обоюдному согласию. Она же действительно сама дала! Даже презики научила правильно надевать!
  Наталья от хохота просто легла на переднюю панель.
  - Да чё ты ржёшь?! - возмутился Олег. - Ну, вот. Те упёрлись. В общем, набили мы им морды и слиняли.
  - Ага. А сегодня, как нас увидели, они сразу за перья и пушки похватались. И как ведь, суки, узнали? Ведь что в тот раз, что сегодня, темно было. Да и одеты мы были по-другому... - возмущённо добавил Олесь.
  - Да тебя с твоим чубом только слепой не узнает! - снова захохотала справа от меня Наташа.
  - Ясно всё с вами, - тоже посмеялся я. - Куда вас подбросить, чтобы вас эти румыны по дороге не перестреляли за то, что вы их путану бесплатно трахнули? И вообще, чем занимаетесь, какие планы на будущее?
  - Какую путану? - удивились пацаны.
  - Вы что же, песню никогда не слышали? 'Путана, путана, путана. Ночная бабочка, ну кто же виноват?' - фальшиво, из-за едва сдерживаемого смеха, пропел я.
  - Ой, бля-а-а-а! А мы-то думали, что она просто у румын каморку снимает! - схватился за голову Олег, и мы с женой опять рухнули от хохота.
  Проржавшись, я всё-таки уточнил, куда доставить этих горе-любовников, и по дороге они рассказали, что из-за ремонта машины решили остаться в Порто-Франко на мокрый сезон. И, чтобы было на какие средства существовать всё это время, устроились вышибалами в какой-то бар.
  - А заодно и людей подберём, которые с нами по весне двинут Украинскую Самостийную Соборную Державу строить! Только, блин, что же нам делать, чтобы эти румыны от нас отстали? - снова поделился своей головной болью Олесь.
  - Чуб свой сбрей! И усы. Всё равно они у тебя, как мышиные хвостики, - опять хихикнула Наталья.
  - Ага! Ты ещё, Наташка, скажи, чтобы я пейсы отрастил! Это вам, москалям, всё равно, как ходить, а для нас, украинцев, оселедец и запорожские усы - гордость настоящего козака!
  Супруга снова засмеялась.
  - Саш, а ты знаешь, что слово 'козак', через 'о', - еврейского происхождения? Значение, конечно, всё равно благородное, 'сильный', но сам факт происхождения я тебе, как лингвист, гарантирую! Так что пейсы козаку - точно не помеха! Сбрей усы с чуприной, а то, я чувствую, гордиться ими тебе придётся на кладбище.
  - Пожалуй, она права... - тяжело вздохнув, согласился Олег.
  
  Новая Земля, территория Евросоюза, Веймар, 18 год, 10 месяц, 11 день, пятница, 14:10
  В этот раз Иван Андреевич ехал с нами. И не только потому, что ему тоже было любопытно посмотреть на немецкий анклав территории Евросоюза.
  - Вы же оба по-немецки - ни бум-бум! А я на совесть этот язык зубрил во время войны, всё надеялся, что меня на фронт отправят.
  - И что же Вы у них спрашивать будете, дед Ваня? 'Где штаб полка?'
  - Зря ты, внучечка, так язвишь! - обиделся Дед. - Я концу войны мог и о погоде поговорить с немочками, и о поэзии. Даже до сих пор 'Лореллею' наизусть помню:
  Ich weiß nicht, was soll es bedeuten,
  Daß ich so traurig bin;
  Ein Mährchen aus alten Zeiten,
  Das kommt mir nicht aus dem Sinn.
  
  Die Luft ist kühl und es dunkelt,
  Und ruhig fließt der Rhein;
  Der Gipfel des Berges funkelt
  Im Abendsonnenschein.
  
  Die schönste Jungfrau sitzet
  Dort oben wunderbar
  Ihr gold'nes Geschmeide blitzet,
  Sie kämmt ihr gold'nes Haar.
  
  Sie kämmt es mit gold'nem Kamme,
  Und singt ein Lied dabei;
  Das hat eine wundersame,
  Gewaltige Melodei.
  
  Den Schiffer im kleinen Schiffe
  Ergreift es mit wildem Weh;
  Er schaut nicht die Felsenriffe,
  Er schaut nur hinauf in die Höh'.
  
  Ich glaube, die Wellen verschlingen
  Am Ende Schiffer und Kahn;
  Und das hat mit ihrem Singen
  Die Lore-Ley gethan.
  - Красиво... О чём это? -смутившись опустила глаза Наташа.
  - О прекрасной речной нимфе с золотыми волосами, Деве Рейна.
  
  И вот мы уже почти на Рейне. Нет, не на том, где с высокого утёса прекрасная Лорелея смущала пышущих любовным жаром лодочников, а на новоземельском. Хотя чёрт его знает, может и здесь есть какой-нибудь утёс, возле которого местные рыбаки немало лодок угробили. Или плотогоны, сплавляющие древесину с верховий реки, свои плоты регулярно бьют. Левый берег у него, говорят, высокий! А наш, правый, низинный. Должно быть, в мокрый сезон изрядно его подтопляет.
  Дорога от Порто-Франко до Веймара накатана не хуже, чем от Баз до Порто-Франко. Но если между базами и главным транзитным центром Нового Мира ферм не так уж и много, то Евросоюз ими неплохо засеян. Хотя по рельефу и растительности - то же самое: степь да степь кругом, путь далёк лежит. Тьфу, ты! Саванна. Да и замёрзнуть в ней ямщику сложновато...
  Едем уже почти пять часов. По местным расстояниям - недалеко, всего двести пятьдесят - двести семьдесят километров. Наташу загнали на заднее сиденье: она у нас пулемётчик, вот и пусть под люком сидит, чтобы, случись проблема, быстренько к своей 'машинке' могла вынырнуть. А проблемы в здешних местах вполне могут случиться. Бандиты, конечно, на этой дороге особо шалить не любят, поскольку немцы - люди обстоятельные, особо не церемонятся даже при малейшем подозрении на причастность к дорожным разбоям. Не то, что орденские красноберетные патрульные, которые даже матёрого бандюка пальцем не тронут, если он на горячем не попался. Да и живность чуть реже встречается: люди - самые страшные хищники, чем их больше в округе обитает, тем меньше живности. Зато ранее не попадавшийся нам вид хищника довелось увидеть - степного варана. Ящерка такая, метров до шести в длину, украшенная шипастым жабо. В отличие от каменного варана, не хищник, а падальщик.
  Наталье всё интересно: целый час, высунувшись из люка, проторчала, несмотря на болтанку. Зато всю остальную дорогу сидела ровно, только морщилась, когда головой вертеть приходилось. В городе-то мы постоянно из тени в тень перебегали, а тут - целый час на солнышке. Вот шею и плечи ей и сожгло. Придётся теперь в Веймаре аптеку искать и мазь противоожоговую покупать. Да, неправ был я, решив, что панамы надо банданами заменить! Бандана, конечно, удобнее, да только панама ещё и тень даёт. Надо что-то комбинированное придумывать, чтобы совместить и то, и другое. Типа ковбойской шляпы с резиночкой, чтобы далеко не улетала с головы, надетая поверх банданы. Впрочем, проблемы с солнечными ожогами пройдут, как только мы загаром покроемся так, что в нас недавно перешедших через ленточку перестанут признавать.
  Веймар - далеко не Порто-Франко, здесь всё, нужное нам, в пределах минутной поездки на машине. И аптека, и 'изба-едальня', и гостиница. Где придётся на день задержаться, поскольку Наталья что-то очень поскучнела... Не температура ли у неё?
  
  Новая Земля, территория Евросоюза, Нойехафен, 18 год, 10 месяц, 12 день, суббота, 17:25
  Слава богу, не температура оказалась. Солнечный ожог, разумеется, имелся, но не настолько сильный, чтобы из-за него в депрессию впадать. Причина оказалась более естественная, физиологическая, каждой женщине свойственная. Вот она и расклеилась...
  Ну, да ладно. Зато разобрались с тем, чем этот самый Веймар дышит.
  А дышит он запахом свежесрубленного леса, которого у здешних немцев много. Даже домики строят, кроме кирпичных, не только из привычного по Старой Земле фахверка, то бишь, каркаса, заполненного всевозможными строительными отходами, но и из цельных брёвен. Ну да, натуральные рубленные избы! С немецким, само собой, колоритом, но избы.
  Чуть выше по Рейну, где ещё несколько немецких городков стоят, устроены затоны, куда загоняют сплавляемые с верховий плоты, а рядом с ними - лесопилки: немцы денежки считать умеют, и прекрасно знают разницу в цене на лес-кругляк и доски с брусом. К слову, пока мы пылили от Порто-Франко, нам навстречу попались несколько грузовиков, везущих из Германии пиломатериалы. Да и сам Веймар потреблял их немало: стук топоров и визг бензиновых пил слышатся по всему городу, а где-то вдалеке ухает пилорама.
  Водится в городе и производство других стройматериалов. Прежде всего, конечно, из древесины: мягкая древесно-волокнистая плита, вагонка, обналичники, паркетная плитка. Но работают или строятся и кирпичные заводики близ месторождений глины. Этой продукцией немцы уже успели прославиться на Новой Земле. А поскольку вывозится всё автотранспортом, сибирский водила Олег, подавшийся на своём Камазе-вездеходе в здешние края, без работы не останется.
  Ну, и ещё один типично немецкий промысел - пивоварение. Здесь пиво самое разнообразное, его варят в каждой местной забегаловке. Понемногу, по два-три сорта, но в каждой! Причём, отличнейшего качества, такого в Порто-Франко и днём с огнём не сыщешь.
  Окрестности Веймара довольно густо, для Новой Земли, заселены фермерами. Выращивают они пшеницу, ячмень, кукурузу, овощи. Ближе к реке - картофель. Кое-кто разводит коров и свиней, так что традиционные немецкие колбаски к пиву и сосиски с воздушным картофельным пюре мы в баре гостиницы тоже отведали.
  А вот здесь нам Дед очень помог, поскольку, для порядка, многие немцы с грехом пополам могли изъясниться по-английски, но на уровне большинства наших выпускников школ, которые какой-нибудь иностранный язык тоже типа знают. Упомянул он в разговоре с барменом и герра Нагеля, с которым мы, памятуя приглашение его жены Марты, мы собирались встретиться в Нойехафене. Оказалось, в Веймаре о нём тоже наслышаны, и с неплохой стороны.
  Вот чего немецкому анклаву не хватает, это дороги на Китай. Всё-таки грузо- и товарооборот через городок пошёл бы на них немаленький, что в одну сторону, что в другую. Многие переселенцы в здешний Китай с удовольствием добирались бы до новых Шанхая и Бейджина, как они произносят название города Пекин, не морем, а сушей. А назад шли бы китайские товары, производство которых у них за горным хребтом Кхам разворачивается ничуть не медленнее, чем в Поднебесной на Старой Земле.
  На выезде из Веймара мы миновали охраняемую немецким патрулём развилку, где дорога налево ведёт в крошечные немецкие городки, натыканные по берегу Рейна, а прямо - к Нойехафену.
  
  Городок Нойехафен открылся нам с одного из островов дельты, соединённых между собой целой чередой мостов. Ничего так, крупненький городишко. По местным меркам. До Порто-Франко ему, разумеется, ещё расти и расти, но на центр окрестной цивилизации вполне тянет. Почему не Веймар, а именно Нойехафен такого положения удостоился? Скорее всего, из-за возможности морского сообщения. Расположенный на берегу самого левого русла дельты Рейна, Нойехафен способен принимать корабли из моря при любом уровне реки. А водой, как известно с древности, самые дешёвые грузоперевозки. Кстати, вон и кораблик движется к порту со стороны виднеющегося на горизонте моря. Да и само название города говорило о его портовом характере - Новая Гавань, в переводе с немецкого.
  На въезде, как и всюду, где мы бывали, блокпост с проверкой АйДи и опечатыванием оружия. Со знанием английского здесь существенно лучше, чем в Веймаре, и нам на блокпосту сразу дали несколько адресов гостиниц, попутно продав ксерокопию плана города. Припомнив адрес Нагелей, я выбрал ту, которая не так далеко от их жилища. Чтобы им поближе было выбираться, если у них найдётся время посидеть с нами в ресторанчике. Разумеется, не попрёмся мы к ним сами: 'Тётенька с дяденькой, дайте водицы напиться, а то так кушать хочется, что даже переночевать негде. Да и не с кем'. Не тот у нас статус, чтобы в гости напрашиваться, а вот проявить уважение к хозяевам дома, который мы снимаем, и пригласить их на ужин - вполне прилично. Тем более, под предлогом того, что я ищу сферу деятельности, куда можно свободные средства вложить.
  Но это - не раньше, чем завтра. Сегодня только - устроиться в отель, отмыться после сотни с хвостиком вёрст дороги, часть которой пылит не хуже, чем возле Порто-Франко, и погулять по городу, предварительно оценить его потенциал. Да и кушать что-то хочется! Растрясло в дороге, что ли?
  
  Новая Земля, территория Евросоюза, Нойехафен, 18 год, 10 месяц, 13 день, воскресенье, 23:30
  Когда-то в Нойехафене работала верфь, на которой собирали деревянные судёнышки для местных рыбаков. Потом леса в окрестностях свели, и немецкое судостроение заглохло. Нет, не совсем: небольшое предприятие, носящее гордое название верфи, всё-таки занималось сборкой рыболовецких катерков из привозного металла, но клепало, от силы, один кораблик в год. Благо, металлообрабатывающая база в городке имелась.
  Начало заселения Новой Земли немцами из бывшей ГДР подтолкнуло ещё одно направление деятельности жителей этого городка. Важного, но находящегося в тупике дороги на север: к производству мини-гидроэлектростанций. Каскад таких станций теперь питал электричеством Нойехафен и его предприятия. Ну и, разумеется, оборудование для электростанций продавалось везде, где имелись гидроресурсы.
  Производили в городке стекло. Именно благодаря этому производству в Порто-Франко продавалось бутылочное пиво 'Нойехафен'. А ещё город жил рыбной ловлей, и львиная доля выловленной рыбы перерабатывалась на консервы на только-только запущенном в эксплуатацию рыбоконсервном комбинате. Как позже выяснилось, кирпич с приобретённого герром Нагеля заводика шёл именно на его строительство. А городская гавань была забита разнокалиберными судёнышками.
  В отличие от одно-двухэтажного Порто-Франко, Нойехаффен выглядел этаким Манхеттеном. Этажностью построек. Многочисленные трёхэтажные дома и строящийся четырёхэтажный казались просто небоскрёбами.
  Местным 'бродвеем' служила океанская набережная, при которой даже имелся городской пляж. Наташа, в силу обстоятельств не имевшая возможности искупаться, как это делали праздношатающиеся по случаю выходного дня местные жители, тяжело вздохнула и легонько дёрнула меня за локоть:
  - Мы никуда отсюда не уедем, пока я не смогу залезть в море!
  А потому одной из торговых точек, которую мы посетили в первый день пребывания в городе, стала лавочка, торгующая купальниками и плавками.
  
  Но искупались мы лишь в понедельник утром, перед отъездом домой. А в воскресенье вечером мы отужинали с четой Нагелей.
  Герхард Нагель оказался высоким статным мужчиной с суровым взглядом. На вид - чуть моложе пятидесяти, с высокими залысинами и начавшими седеть висками. Строительным бизнесом он занимался ещё на Старой Земле, но именно здесь пошёл в гору.
  - Понимаете, Николай, там я был связан по рукам и ногам всевозможными согласованиями, контролирующими органами, налогами, наконец. А здесь - только пятнадцать процентов Ордену и местные налоги. Из контролирующих органов - только вот это моих заказчиков! - Герхард похлопал себя по кобуре на поясе. - Да и то - если что-нибудь сделал неправильно. Согласования? Пять минут общения с чиновниками при получении разрешения на строительство. Мой последний объект там, за ленточкой, строили пять лет. Пять лет!!! И это было простое трёхэтажное офисное здание. Из-за чего? Да при расчистке фундамента наткнулись на остатки какого-то древнего строения. И четыре года из пяти по этим старым каменюкам ползали археологи с кисточками. Нашли полтора десятка обломков глиняного горшка, пригоршню наконечников от стрел и бронзовый топор. А здесь - просто гарантировано, что ничего подобного не случится! Потому и в Порто-Франко каждая моя строительная бригада успевала за сухой сезон построить два-три дома. Они и сейчас там работают. Разумеется, под присмотром наёмного управляющего.
  - А не проще ли было бы оставить управляющего здесь, на заводе, а самому руководить делами из Порто-Франко.
  - Не проще. Там процесс отлажен, а здесь мне пришлось в каждую мелочь нос всовывать, чтобы всё заработало так, как нужно. Теперь вот, скажу тебе по секрету, планируется постройка железной дороги от Порто-Франко к Нойехафену, и у меня возникает огромная забота, как войти в число поставщиков и подрядчиков с немецкой стороны. Это же только по территории германского анклава - более трёхсот километров пути с десятками мостов.
  - Через Рейн - десятки мостов?
  - Зачем их столько через Рейн? - засмеялся Нагель. - Через него всего несколько штук между островами дельты понадобится. Вы забыли про овраги и ложбины в саванне, которые в мокрый сезон превращаются в реки и ручьи. И в каждой ложбине, в каждом овраге нужно предусмотреть водоотводы, чтобы полотно не размывало.
  - А как Вы со своим кирпичом можете вписаться в этот проект? Бетонные трубы сквозь полотно дороги или бетонные же арки, насколько я знаю, более надёжны, чем кирпичные.
  - Так ведь и мои кирпичи изготавливаются не обжигом, а формованием и прессовкой песчано-цементной смеси! По сути - тот же бетон, только чуть менее прочный. Чуть-чуть дорабатывается технология, чуть-чуть меняются формы для прессов, и получается именно нужная продукция! Кроме того, в следующем сухом сезоне мы с партнёрами начинаем производство щебня в карьере на южных отрогах хребта Кхам. Скоро в Нойехафен люди будут ехать не по грунтовке, а по нормальному, посыпанному щебнем грейдеру! Плюс он пойдёт в качестве балласта на полотно будущей железной дороги. Так что, Николай, если Вы надумаете вложиться в мой бизнес, то я готов обсудить Вами этот вопрос.
  - Спасибо за предложение, Герхард! Но, к сожалению, мы с Вами встретились в очень неудачное время, накануне мокрого сезона. Так что разговор об этом я смогу продолжить лишь после того, как закончатся дожди...
  - К сожалению, дорога от Веймара ещё пару месяцев после окончания мокрого сезона непроезжая из-за высокого уровня воды в реке. В этот период связь с Нойехафеном возможна лишь по морю. Так что учтите, что Вам, в этом случае, придётся добираться к нам кораблём.
  - Кстати, Герхард, а почему в городе умерло судостроение? Причину прекращения строительства деревянных судов я знаю. Но почему практически не строятся стальные?
  - Увы, мы не выдерживаем конкуренции с Виго. У них под боком угольные запасы Нью-Портсмута, которые позволяют дёшево перерабатывать металлолом и производить прокат, а нам для этого требовалось пережигать лес на древесный уголь. Поэтому пришлось законсервировать до лучших времён металлургическое производство, которое располагалось к северу от Нойехафена, и поставить крест на планах развития судостроения. Руководство анклава вынашивает надежду когда-нибудь создать на базе наших металлообрабатывающих мощностей машиностроительный кластер, но всё сдерживается недостатком населения и отсутствием железной дороги: всё-таки восемь тысяч жителей города для такого проекта недостаточно. А ещё - трения с Орденом. Вы, наверное, заметили, что у нас нет ни их представительства, ни отделения Банка Ордена?
  - И заметили, и удивились. Но как же вы поддерживаете финансовые отношения с остальным Новым Миром?
  - Если у руководства анклава и существуют определённые противоречия с Орденом, то банкиры всегда найдут способ сделать так, чтобы и волки были сыты, и овцы целы. То есть, и политическая самостоятельность анклава соблюдена, и мы, бизнесмены, из-за этого не страдали, - засмеялся Нагель.
  Развеял Герхард и мои иллюзии относительно продолжения дороги от Порто-Франко через Нойехафен до Шанхая и Пекина.
  - Нет уж, Николай, увольте! Мы на Старой Земле достаточно хлебнули лиха с турецкими, боснийскими, и арабскими иммигрантами, китайских нам не нужно! Толерантности, насаждавшейся американцами и, под их давлением, нашими политиками, мы здесь тоже больше не хотим! Это же стоит только дорогу туда открыть, как из-за хребта Кхам сюда кинутся тысячи нищих маленьких узкоглазых Ванов с Чжанами, и через пять лет у нас опять начнётся то же самое, что было там, за ленточкой: мы перестанем быть хозяевами в своей стране. Это, кстати, одна из причин, почему руководство анклава собачится с Орденом. И если Орден своё продавит, американский куклусклан покажется детскими играми в песочнице в сравнении с тем, что здесь устроим мы, немцы.
  
  Орденская территория, дорога от Веймара к Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 14 день, понедельник, 20:55
  Кто сказал, что понедельник - день тяжёлый? Дайте, я пожму ему руку!
  Нет, началось всё более чем прекрасно: проснулись, убедились, что у Наташи её проблемы закончились. Потом ещё раз убедились. Позавтракали, прогулялись на городской пляж, поплавали, вернулись в гостиницу, собрали вещи и погрузили их в машину. Хорошо, что здесь день такой длинный, так что выехали за пару часов до полудня. Около 13 часов дня, то есть.
  Основной поток желающих рвануть в Порто-Франко уже схлынул, и на блокпосту в очереди на распечатывание оружейных сумок стоять не пришлось. Быстренько докатили до Веймара. Почти удачно, поскольку на развилке перед городом патрульный мне указал на правое заднее колесо, которое слегка подсело. Причина была видна невооружённым глазом: головка болта 'на 14' торчала между протекторами.
  - Рановато Вы, сэр, надели шипованную резину! - съязвил патрульный, пока я возился с колесом.
  Нет, менять я его не стал, просто подкачал компрессором, работающим от прикуривателя. До города это должно было хватить, а там неподалёку от гостиницы я видел шиномонтажку, где надеялся избавиться от чёртова болта.
  Так и получилось: высадив Наташу с Дедом возле гостиничного бара и попросив жену заказать мне обед, я вручил колесо скучающему без дела мастеру. По-английски он еле белькотал, но по регулярно употребляемому неопределённому артиклю 'бля' я быстро определил язык, на котором мы отлично поймём друг друга. Так и получилось, поскольку шиномонтажник оказался советским немцем, эмигрировавшим в Германию (сначала Старую, а потом и Новую) из Кустанайской области. Ну, а когда я заикнулся, что родом из Миасса, Степан Ней долго тряс мою руку с радостным воплем 'Земеля!!!'
  Да уж! Верно мне говорил знакомый, три года проживший в Швейцарии: в Европе и узбек - земляк!
  Через полчаса езды после Веймара нас тормознул фермер, странный аппарат которого заглох в пятидесяти метрах от поворота к его владениям. И этот тоже оказался 'нашим'! Ну, блин, и везёт мне сегодня! Только был он поляком, родом из Черниговской области. Не выдержал, когда на Украине начали насаждать мову и переводить фамилии. Он долго воевал со школьным начальством, принуждавшим его дочь подписывать тетради и дневник 'Труша' вместо значащейся в свидетельстве о рождении 'Труш': мол, не существует такой украинской фамилии. Ну, а когда не помогло даже обращение к энциклопедии, где целая статья была посвящена художнику из Львова Ивану Трушу, собрал вещи и перебрался сюда.
  Аппарат, о котором я упомянул, действительно был странный: открытая площадка водителя, крошечный двигатель под его сиденьем и кубометровый кузов-бункер впереди. А на его борту - из-за чего я и остановился - рекламный логотип украинской молочной фирмы 'Галичина'. Для полноты картины следует упомянуть груз, который вёз Александр Труш в бункере со столь громким названием - куча коровьего навоза...
  Труш просил дотащить его назад, к ферме, виднеющейся в паре километров на склоне широкой долины.
  - Что за техника-то? - поинтересовался я.
  - А хрен его знает! Арабская какая-то, - ткнул Александр пальцем в шильдик с арабской вязью. - Опять, блин, движок барахлит!
  - Ну, для 'араба' это - не мудрено! Тоже мне, моторостроители!
  - Ты это зря! - обиделся за собственность фермер. - Двигатель-то здесь стоит от 'Мазератти'. Двухтактный, двухцилиндровый...
  - ОТ КОГО???
  - Вон, читай! - ткнул он уже в другой шильдик, где значилось столь знаменитое название.
  - Охренеть!!! И где ж ты такое чудо откопал?
  - Да с собой перетащил. У нас в Соколовке под Моровском Черниговской области на базе отдыха бегало, мусор вывозило. Вот я у них по дешёвке и выкупил, когда сюда намылился...
  - А эта наклейка? - кивнул я на логотип 'Галичины'.
  - Так и было при покупке. Не отдирать же... Да и, какая-никакая, месть тем тварям, из-за которых мне из родных мест пришлось уезжать...
  Незадачливого однофамильца львовского импрессиониста я взял на буксир, и уже через пятнадцать минут снова вернулся на 'большак'. Но пакость я всё-таки замыслил...
  
  До Порто-Франко оставалось где-то километров семьдесят, чуть больше часа пути. Наташе уже надоело вертеть головой, и она прилегла на заднем сиденье, подложив под голову дорожную сумку. Она так и дремала, когда спокойно стоявшая на обочине 'Тойота-Бандейранте' тронулась нам вслед, а вскоре пошла на обгон.
  Я не стал 'козлить', пытаясь не дать себя обогнать, хотя двигатель и подвеска вполне позволяли держать на спидометре не полсотни километров в час, а все семьдесят. Ну, торопятся куда-то мужики... А мужики откровенно латноамериканского вида, поравнявшись с нами, пару секунд ехали ноздря в ноздрю, откровенно рассматривая нас, прежде чем прибавили скорость и оторвались. Я видел, как сидевший на пассажирском сиденье потянул ко рту микрофон, соединённый с самой радиостанцией чёрным витым шнуром. И через секунду наша рация, настроенная на сканирование эфира, забормотала что-то по-испански. Ответ прозвучал на том же языке, и Наташа подскочила со своей импровизированной лежанки.
  - Они нас собрались перехватывать! Первый доложил, что есть хорошая машина, на крыше какой-то непонятный пулемёт винтовочного калибра, в машине два гринго: молодой мужчина и старик. А второй ответил, что, значит, надо действовать по обычному плану. Нас зажмут на начале спуска.
  - А вон и другие! - показал я рукой в сторону машины, спускающейся с одного из близлежащих холмов в сторону дороги.
  - Что делать будем? - подал голос Дед.
  - Если они нас собираются зажать на начале спуска, то перед переломом дороги я чуть сброшу скорость, чтобы можно было остановиться как можно дальше от них. Все трое вываливаемся из машины. Их в 'Бандейранте' всего двое. Иван Андреевич, сможете их быстренько снять?
  Старый энкавэдэшник молча кивнул.
  - Ну, а мы с тобой, супруга моя, не обращая внимания на эту парочку, из положения 'лёжа' бьём экипаж багги. Ты пулемётчика, а я водителя.
  То, что это была именно багги с пулемётом, стало видно, когда мы пересекли курс бандитам, явно намеревавшимся пристроиться у нас в хвосте.
  - Коль, а если они нас просто расстреляют, когда мы из-за горки выскочим?
  - А зачем им машину портить? - ответил я вопросом на вопрос.
  - Тогда, может, из пулемёта? Сразу выскочим и их срежем. А потом и багги...
  - Не пойдёт. Они тоже не дурные. Ты будешь стрелять с болтающейся по неровностям машины, а они - прочно стоя на земле. И наверняка не рядом друг с другом. То есть у одного из них точно будет несколько секунд, чтобы снять вначале тебя, а потом и нас расстрелять в машине. А пулемётчик с багги ещё и добавит. Ты же пулемёт назад не развернёшь быстро... В общем, действуем, как я сказал. Вон, Тойота явно в отрыв пошла перед горкой.
  Бандиты стояли метрах в двухстах от перелома дороги. Машина с распахнутыми дверями - прямо посредине, а двое камуфлированных латиноса, изготовившихся к стрельбе с колена, по обочинам. И сразу же метрах в пятидесяти перед нами на дороге вспухли фонтанчики автоматной очереди.
  Мы с Наташей отработали приём выпадания из дверей катящегося автомобиля до автоматизма, а вот Ивана Андреевича на такие трюки не таскали, поэтому пришлось вначале полностью зафиксировать остановку, и лишь потом выпадать. Получилось у него довольно неплохо. Я ещё прижал машину чуть правее, чтобы девушка и старик выпали в придорожную траву. Осложняло дело ещё и то, что СВД Деда куда длиннее наших 'калашей'.
  Но он справился. Я ещё перекатывался подальше от машины, когда щёлкнул первый винтовочный выстрел. А второго я уже не слышал, поскольку из-за горки выскочил багги, и синхронно загрохотали наши с Натальей 'сто третьи'. Правда, быстро среагировавший пулемётчик успел полоснуть в мою сторону очередью, и мне по лицу сыпануло каменной крошкой, выбитой его пулями. А ещё каким-то раскалённым прутом прижгло левую икру.
  Багги, теряя скорость, плавно ушёл влево, едва не зацепив меня колесом, и заглох метрах в пятидесяти от дороги, чуть обогнав Тойоту. По обеим сторонам от которой, скукожившись, лежали на обочинах две тушки. Было тихо, лишь едва бормотал незаглушенный двигатель 'Дефендера', и я условным знаком скомандовал Наташе: поднимаемся и движемся к машине бандитов. Это мы тоже отрабатывали, так что отработали своё номер на 'отлично'. Лишь лицо у жены было какое-то испуганное. Мандраж первого боя, что ли?
  Как и ожидалось, 'Бандейранте' была пуста, а Дед сработал как настоящий ворошиловский стрелок, всадив каждому из бандитов по пуле в центр груди. Контроля им не понадобилось. Как и членам экипажа багги, в каждого из которых прилетело по три-четыре пули. Нет, 'сто третьи' - это вещь! И здорово, что я не пожлобился на коллиматорные прицелы для них, не забыв погонять себя и Наталью на городском стрельбище Порто-Франко! Время прицеливания они снижают минимум вдвое, что в нашей ситуации было очень даже необходимо.
  И лишь после этого моя напарница рассказала о причине своего испуга:
  - У тебя кровь на лице!
  - Пустяки: каменной крошкой сыпануло. А ещё - что-то ногу жжёт.
  Оказалось, её действительно обожгло скользнувшей по коже на икре пулей, которую успел выпустить второй бандит, ехавший в Тойоте.
  Только вот мародёрством мне пришлось заниматься в одиночку. Наталья наотрез отказалось, поскольку её и без того мутило от вида только что убитого ею человека, а Дед взялся фотографировать место сражения, чтобы предъявить доказательства нападения и уничтожения бандитов.
  От этого занятия нас отвлёк рёв двигателя поднимавшегося на пригорок грузовика. Это был похожий на наши Кразы американский М-939, гружённый досками, который мы обогнали около часа назад.
  Водитель среагировал на развернувшуюся перед ним батальную сцену довольно спокойно. Особенно, после того, как мы опустили взятое наизготовку оружие. Остановившись, он высунул голову из окна:
  - Помощь нужна?
  - Уже нет. Если только патруль где-нибудь встретите, пришлите, чтобы нападение бандитов зафиксировали.
  - Вы тоже долго здесь не рассиживайтесь, а то скоро падальщики набегут! Вон, уже стая кружится! - показал он на небо, где действительно уже парили десятка три местных птеродактилей.
  
  Как сказали приехавшие через полчаса орденские патрульные, водитель грузовика связался с ними по рации. За это время ещё пять машин останавливались дать нам советы и справиться, не нужна ли помощь. Четыре из них двигались в Порто-Франко, а один безбашенный водитель Унимога - в Веймар, куда он будет въезжать уже затемно.
  Патрульные тоже работали оперативно: проверили наши АйДи, АйДи убитых нами бандитов, справились, кто из бандитов на чьём счету и пообещали, что если кто-то из нападавших числится в розыске Ордена, на счёт убившего его капнет не только тысяча, полагающаяся за это, но и дополнительная премия от Ордена. Козырнув, старший патруля дал команду двигаться дальше, оставив нас разбираться с добычей.
  
  Территория Ордена, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 14 день, понедельник, 24:40
  С каким же удовольствием я мылся!
  Ещё бы! Полтора часа тащиться за рулём бескабинного багги на тросе за нещадно пылящим 'Дефендером'!
  Всё-таки наши с Наташей пули зацепили двигатель этой лёгкой машинки, и своим ходом ехать она не могла. Дед ехал на трофейной Тойоте, а поскольку водительский опыт жены заключался в выражении 'папа разрешал иногда на своей Ниве порулить', я её усадил за руль Лендровера, хотя это тоже был не лучший вариант из-за смещённых относительно руля педалей управления. Но всё-таки доехали... И если бы не снятые с убитого водителя мотоциклетные очки, я бы ничего не видел уже через пять минут движения.
  Кроме орденской тысячи мне, тысячи Наташе и двух тысяч Деду, мы обогатились на одну целую машину и одну требующую ремонта, почти пять тысяч наличными, шесть золотых монет по сто экю, пару неразобранных сумок со снаряжением, и на несколько единиц оружия с кучей патронов. Предварительно, без осмотра возможных тайников в машинах, в нашем распоряжении оказались три FN-FAL, американский 7,62-мм пулемёт М-60, закреплённый на багги, германская винтовка G-3 под патрон 7,62х51 НАТО.
  Из короткоствола в наличии были 'девяносто вторая' Беретта, пара Глоков под патрон 9х19, и прекрасно нам всем троим знакомый АПС. У того бандита, что рассматривал меня при обгоне, в заначке нашёлся ещё и револьвер - длинноствольный 'Кольт-Питон' с ореховыми щёчками рукоятки, под патрон .357 Магнум. Ну и патроны с магазинами и тройкой коробок пулемётных лент. Патроны без счёта, поскольку на дороге считать некогда было, а по приезду домой - не до того. Завтра разберёмся, а на сегодня у нас по плану, кроме помывки, успокоение нервов в виде приёма пары-тройки стопок вискарика.
  'Бандейранте' и 'Дефендер' загнали во двор дома, а багги бросили на стоянке возле блокпоста. Завтра заскочу к Серёге Семёнову и попрошу его глянуть машинёшку, чтобы знать: гнать её сразу на 'разборку' или отремонтировать двигун и продать за нормальную цену. И ещё одно дело на завтра - заскочить на почту. Лена с Диком уже должны быть в Порто-Франко, и мы договаривались, что они оставят на имя Наташи записку с указанием гостиницы, где они остановились, ожидая корабля до Куинстона.
  Кстати, пакость свою, несмотря на все сегодняшние волнения, я воплотил в жизнь. Благо Олежка с Сашкой оказались на стоянке, куда мы багги загоняли. Возились в своём 'кабриолете': то ли качество ремонта, проведённого Серёгой, проверяли, то ли очередной 'колхозный тюнинг' мутили. В общем, ключами звякали.
  Пытались они меня подколоть моим непрезентабельным видом и пыльной мордой с единственным чистым пятном под очками, да быстренько заткнулись, услышав историю о бандитах и добытых трофеях. Видно, жаба задушила. Но я их чуть ли не до оргазма довёл рассказом про ферму с выходцами из Черниговской области, хозяин которой ездит на драндулете с надписью 'Галичина'. Оказалось, Олег этот Моровск прекрасно знает, так как у родителей дача возле соседнего городка Остёр. Да и в Соколовку на рыбалку ездил на старицу Десны.
  - У вас флаг украинский есть? Вот и повесьте его на антенну, чтобы он сразу, издалека обратил внимание на то, что земляки едут, а не бандиты какие-то, - окончательно усугубил я ситуацию.
  Зато пацаны аж подпрыгнули от восторга.
  - Точно! И как мы раньше до такого не додумались! Никто же не знает, что мы с Украины, а так мы быстро найдём соратников для создания УССД! Всё, завтра бежим удочки покупать!
  - А удочки-то на хрена?
  - Сразу видно, Колян, что в вашей Рашке - диктатура и никакой свободы! На телескопические удочки флаги цепляются, дерёвня! У нас в Киеве рыболовный рынок 'Бухара' не столько на крючках и поплавках в рыболовный сезон выручку делает, сколько на удилищах в политический!
  Ничего, ребятки, за 'дерёвню' мы, можно сказать, уже поквитались. Вы же, блин, точно помчитесь к Трушу, зуб даю! Заодно и проверим слова Серёги про то, что теперь ваш 'бардак' сносу не будет знать.
  
  Территория Ордена, База 'Россия', 18 год, 10 месяц, 16 день, среда, 13:40
  Едем на Базу. В этот раз решили на поезде: зачем расходовать моторесурс машины и глотать пыль, если можно спокойно подремать в относительно непыльном вагоне, который сам тебя везёт?
  Какого чёрта нам там понадобилось? У тёщи моей, Валентины Евгеньевны, сегодня сорокапятилетие. Разумеется, по календарю Старой Земли. А на вчерашней посиделке Лена и Диком ещё раз подтвердили, что за энную, достаточно солидную для простого здешнего обывателя, сумму телефонный звонок в Саратов возможен. Но на какие траты не пойдёшь ради любимой женщины? Нет, я не про тёщу, с которой едва познакомиться успел, а про свою благоверную: наши приключения с переездом и адаптация к здешним реалия - тоже ведь шок для вчерашней студентки, не жившей нигде, кроме родного Саратова и Москвы. Вот и пусть поболтает с мамой, отцом и братом, которого вообще больше года не видела. Всё равно часто звонить не будем.
  Лена и Ричард уплывают девятнадцатого утром, и Наташа пообещала поделиться с ней саратовскими новостями, когда мы приедем их провожать в порту. Адрес свой куинстоунский они нам на всякий случай оставили, так что, если занесёт нас нелёгкая в Новую Ирландию (а ведь занесёт, спинным мозгом чувствую - занесёт!), в гости заскочим. У нас же - всё ещё полная неопределённость: до мокрого сезона осталось всего ничего, и затевать свой бизнес накануне него просто бессмысленно. Поэтому до конца второго месяца следующего года мы точно будем жить в 'Голубой мечте', а вот что дальше - хрен его знает. За то время, пока дожди льют, будем думать. Вот и договорились, что с третьего месяца с нами опять связь письмами до востребования.
  Кстати, наши орденские (уже бывшие орденские) друзья интересный факт поведали, очень характеризующий обстановочку в 'дружном' орденском коллективе. Та шмара, что Наталье глазки строила, пока так и не стала заместителем руководителя Базы. После того, как пошёл слух о её назначении, на эту Майлз полились просто водопады дерьма, и с назначением получилось, как в анекдоте про одесского нарушителя границы и пограничника: 'Ша, ша, ша! Уже никто никуда не идёт!' В общем, вопрос замяли. Не исключено, что просто на время, чтобы кипение говен утихло.
  
  Изнутри наш бронепоезд, стоявший на запасном пути всю ночь, и за пять минут до отправления поданный на главный, оказался похожим на банальную электричку. Железнодорожная сеть здесь только в зародышевом состоянии, поэтому вагоны со спальными местами здесь не нужны: спать некогда. Электричка, разумеется, европейского типа, поскольку колея здесь тоже европейская. Меня вначале удивило, как удалось наши платформы по ней переправить, а потом я вспомнил, как Олег Константинович, наш вербовщик, специально подбирал такие, у которых ширина колеи автоматически переводится с отечественной на европейскую. Оказывается, в СССР такие выпускались, чтобы не возиться с перегрузкой составов на пограничных станциях.
  Кстати, слышали байку, почему российская колея шире европейской? Когда прокладывали в России первую ветку, строил её, естественно, европейский инженер. Выучивший для лучшего понимания рабочих местный язык. Бросили первые рельсы, а рабочие предлагают: может, шире сделаем? А инженер спрашивает: на ... шире? Вот ровно на член шире и сделали... Правда, достоверность истории сомнительна. Всё-таки восемь с половиной сантиметров разницы: по длине маловато будет, а по толщине - многовато...
  Байки байками, а народу в вагонах было немного. В подавляющем большинстве - сотрудники Ордена. Хотя имелись и такие, как мы, штатские, которым тут же распломбировали оружейные сумки. Последовав примеру тех, кто ехал на здешнем поезде не впервые, мы повесили свои 'сто третьи' на крючки, использующиеся в Старом Мире для одежды.
  На оружие наше народ посматривал с интересом, но без особого ажиотажа, и это говорило о том, что 'сотая серия' АК здесь не в новинку, хотя и не особо распространена. Ну, а нас в своё время специально погоняли по различным системам европейского и американского вооружения, да и оружие сотрудников Ордена было стандартизировано, так что особо пялиться в пути было не на что. Разве что наблюдать в окно, как от железнодорожной насыпи разбегается живность, отпугиваемая тепловозным гудком?
  И снова проверка документов, и снова опечатывание оружейных сумок: мы на Базе 'Россия', где восемнадцать здешних суток назад мы ступили на эту землю. А сколько же там прошло? Двадцать девять минус семь. Ого! Двадцать два дня, больше трёх недель!
  Первым делом, разумеется, помчались в орденской офис, чтобы договориться о звонке. Наташа заказала десятиминутный разговор, и я, крякнув про себя по поводу орденских расценок на связь со Старой Землёй, протянул для оплаты свою айдишку. А поскольку время до восьми вечера по Москве ещё оставалось достаточно, прогулялись к Араму попить кофе и уронить себе что-нибудь в желудок. Тот горячо извинялся, что не может остаться с нами, поскольку нужно разобраться с подъехавшими поставщиками, и взял с нас слово, что мы обязательно заглянем к нему после переговоров.
  
  Связь между двумя мирами, на удивление, оказалась без каких-либо звуковых 'спецэффектов'. Мне уже доводилось пользоваться сотовыми телефонами, при разговоре через него примерно так же всё и звучит. В переговорной кабинке я слышал не только радостные вопли жены, но и голос Валентины Евгеньевны, которую интересовало, и как мы устроились, и какая у нас погода, и какие цены, и достаточно ли продуктов, и не обижают ли нас аборигены... В конце концов, Наташе удалось-таки задать волновавший её вопрос:
  - Мам, а у вас-то как?
  - Да у нас всё в порядке, - неожиданно погрустнел голос тёщи. - Вот, за праздничным столом собрались. Я на громкую связь телефон поставила, тебя сидим слушаем, радуемся за вас...
  - Мама, у вас что-то случилось?
  - Да нет, Наташенька, всё в порядке! - попыталась бодриться Валентина Евгеньевна, но прозвучало это настолько фальшиво, что не заметить было невозможно.
  Из телефона сначала послышалось невнятное бубнение, а потом трубка заговорила голосом Виктора Сергеевича.
  - Наталья, Николай с тобой?
  - Да, он здесь. Здравствуй, па!
  - Извини. Здравствуй, дочь. Дай-ка трубочку своему мужу.
  Краткое приветствие, и тесть уже рассказывает мне в ухо.
  - Проблемы у нас, Николай. Большие проблемы. Андрюшка наш несколько дней назад с отморозками сцепился, когда девочку с дискотеки провожал. Парень он крепкий, на восточные единоборства ходит. Подонков этих уделал, но переборщил: двоим руки-ноги переломал, а третьего так мордой по лобовому стеклу его же 'мерса' долбанул, что стекло лопнуло. Оказалось, сынка заместителя губернатора. Его папа на рычаги надавил, и уже сегодня знакомые из УВД сказали, что из числа вещественных доказательств и ножи исчезли, и пистолет, которым они Андрею угрожали. Теперь парню будут шить попытку ограбления, порчу треклятого 'Мерседеса' и нанесение тяжких телесных. Ну, а нас с Валей по требованию этого замгубернатора с работы вчера уволили. Вот такой подарочек ей к юбилею!
  - К ФСБ не пробовали обращаться?
  - Они разводят руками и говорят, что это слишком высокий для них уровень.
  Я, охренев, ничего не мог ответить, а Виктор Сергеевич продолжил.
  - Это не всё. Я своим ещё ничего не рассказывал, но сегодня Олег Константинович по телефону звонил, - многозначительно произнёс он имя. - И предложил за две трети стоимости нашей квартиры организовать нам срочный переход к вам.
  - Соглашайте! - отрезал я, помня о времени.
  - Но две третьих стоимости...
  - Соглашайтесь! - оборвал я. - Спасайте парня! Сейчас же позвоните вербовщику и скажите, что согласны и будете уходить по срочному варианту. Грузите в машину всё самое ценное и немедленно выезжайте в Москву. Завтра же утром выезжайте! Мы с Наташей вас здесь встретим, ни о чём не беспокойтесь.
  - А как же с трудовыми книжками? Они всё ещё в отделе кадров ТЭЦ. Со снятием машины с учёта? У Андрея ещё и паспорт в милиции...
  - Забудьте. Этого не понадобится. Через двое суток мы вас ждём уже здесь.
  - Хорошо. Я сейчас всё своим расска...
  В трубке запикал отбой.
  
  Территория Ордена, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 18 день, пятница, 21:20
  К Араму на пять минут перед поездом, возвращающимся в Порто-Франко, мы всё-таки успели заскочить. Вкратце объяснив сложившуюся ситуацию, попросили его забронировать на завтра на вечер три номера: себе, Наташиным родителям и их сыну.
  - Конечно, дорогие мои! - согласился Арам.
  И мы помчались на станцию.
  Чтобы, в случае чего, не заморачиваться с покупкой оружия, я почистил и пристрелял два трофейных FN-FAL для тестя и шурина, а также привёл в человеческий вид донельзя запылённые 'Беретту' и оба 'Глок-17', хотя и существовала вероятность того, что Виктор Сергеевич, отслуживший офицером-'двухгодичником', предпочтёт знакомое ему советское оружие. Ну, посмотрим: главное - чтобы успели до Москвы добраться до того, как заместитель губернатора спохватится.
  Поскольку едут наши родственники на своей машине, состояние которой мне неизвестно, на Базу мы с Наташей выдвинулись на 'Дефендере': в случае чего, можно будет тестеву 'Ниву' и на прицеп взять, и, если уж совсем прижмёт, после перегрузки шмоток просто бросить, разместив родственников в немалом по габаритам Лендровере.
  На Базу выехали во второй половине дня в четверг, поскольку, по нашим прикидкам, Алёшины будут переходить ленточку ночью. Солярки под завязку, проверена запаска. Почти так пел Розенбаум! Магазины в автоматы вставлены, гранаты в подствольники тоже, а в 'Печенеге', закреплённом на крыше, лента заправлена. Это, из-за пыли, не есть хорошо, но лучше уж лишний раз почистить пулемёт, чем в ненужный момент возиться с заправкой ленты.
  Предосторожности не лишние, поскольку едем одиночной машиной. Бандиты, конечно, предпочитают нападать на едущих с Баз, а не на Базы, но кто знает, что на уме у отморозков? Однако обошлось.
  И первым делом после опечатывания оружия и руления по парковке - в иммиграционную службу, где, на наше счастье, на смену только-только заступила Маргарита, принимавшая на этой стороне нас с Наташей.
  - Алёшины? А почему вы интересуетесь?
  - Это мои родители и брат, - пояснила Наташа.
  - Да, есть такие в списках, - поклацав компьютерной мышью, подтвердила Марго.
  Что-то я на её декольте не реагирую. Действие перехода закончилось или из-за проблем родственников жены мысли в иную сторону направлены? Морализаторы - молчать! Хоть рядом с женой мужик, хоть не рядом, а на чьи-то женские прелести он всегда обратит внимание: природа мужицкая такая. Другой разговор, что у одних хватает мозгов не подавать вида, а у других крышу сносит при виде симпатичной попки или иных выпуклостей. Тем более, лучше моей Наташи всё равно никого на свете нет!
  - После трёх ночи будут переходить.
  А вот теперь можно и к Араму!
  Наш старый знакомый на этот раз разрывался между столиками зала, наполнившегося ужинающим персоналом Базы. Изобразив физиономию кающегося грешника, он только и успел вручить нам ключи от одного из номеров и получить заверения, что бронирование ещё двух остаётся в силе.
  - Если Вас не сильно это напряжёт, мы перед закрытием поговорим, -успокоила гостеприимного армянина жена. - Нам перехода наших всё равно до глубокой ночи ждать.
  А пока, перекусив без изысков, направились подремать, поскольку ночь предстоит бессонная.
  Нет, не закончилось действие перехода: мы пару раз удостоверились! Потому и спустились в бар, где наконец-то усталый хозяин мог спокойно посидеть с нами, голодные, как звери.
  Ох, не зря говорят, что хуже не бывает занятий, чем ждать и догонять! Жена явно волновалась, и иногда отвечала на вопросы Арама невпопад. И я предложил ей не притворяться сегодня трезвенницей, а присоединиться к нам и выпить бокальчик вишнёвки. Не пьянки ради, а здоровья для. А поскольку к моей агитации присоединился собравший последние силы хозяин бара, мы её уломали, и вино оказало своё благотворное действие: Наташа расслабилась и перестала себе забивать голову дурными мыслями. Ну а поскольку к тому времени обмен новостями и расспросы о том, как адаптируется к новой жизни Иван Андреевич, закончились, мы отпустили начавшего клевать носом Арама и сами поднялись в номер.
  Как вы считаете, каким способом я успокоился молодую жену, каждые полминуты поглядывающую на часы? Верно! Завёл будильник на два часа ночи, раздел её, отнёс в постель, выключил свет, обнял... А вот дальше не угадали, пошляки! Попросил положить голову на моё плечо и принялся рассказывать какую-то длинную-предлинную сказку, сочиняя на ходу весёлые подробности. И уже через двадцать минут моя красавица тихонько посапывала носом на моей груди.
  
  В три часа мы уже топтались на парковке, поглядывая в сторону ангаров, где располагались ворота. Подошедший к нам охранник поинтересовался:
  - Ждёте кого-то?
  Получив положительный ответ, он махнул рукой и закурил.
  - Немного подождать придётся. Вспышка на Солнце, канал мерцает.
  Я, чтобы отвлечься от дурных мыслей, стрельнул у сотрудника Ордена сигарету и тоже затянулся.
  - Надолго это?
  - Нет, вспышка не сильная, прогнозируют отставание от графика всего на полчаса.
  
  Наконец-то дождались! Наташа едва не подпрыгнула, увидев подруливающую к парковке трёхдверную 'Ниву' с саратовскими номерами.
  - Они!
  Виктор Сергеевич подрулил к ближайшему же свободному месту, а начались обнималки... Меня наконец-то познакомили с моим шурином, достаточно крепким для своих семнадцати лет и таким же рослым, как и тесть.
  - Жарко у вас здесь! - наконец-то обратил внимание Наташин отец, скидывая с себя куртку.
  - Это ещё прохладно, потому что ночь кончается! - счастливо засмеялась Наташа. - Вы переодевайтесь и идите в иммиграционную службу, вон в ту дверь! Машину никто не тронет, здесь всё под наблюдением и хорошо охраняется!
  Охранник, уже собиравшийся открыть рот, чтобы произнести ту же фразу, удовлетворённо закивал головой.
  Ну а после окончания обязательных по прибытию процедур мы повели вновь обретённых родственников в гостиницу: Виктор Сергеевич еле держался на ногах после девятисот километров за рулём и весьма напряжённого дня в Москве.
  
  Утро началось для нас в одиннадцать часов. Именно в это время Наташа подорвалась и, быстро приняв душ, побежала в номер к родителям. Которые, к моему великому удивлению, тоже проснулись сами. А после получасового подпинывания Андрея всё семейство дружно спустилось на завтрак. Здесь и началась основная накачка вновь прибывших информацией об этом мире, которой занималась (как ни удивительно, успевая при этом пережёвывать и глотать пищу!) Наташа. Единственный вопрос задала мне, а не дочери, Валентина Евгеньевна:
  - Оружие - это обязательно?
  Она, конечно, пребывала от всего произошедшего в сильном шоке. В том числе, и от 'Африки', в которую попала сразу из морозной Москвы.
  - Да! - кивнул я. - И жизненно необходимо. Поэтому мы все после завтрака идём на стрельбище, где разберёмся с тем, что мы приготовили для вас. Если что-то не нравится, можем докупить здесь же в оружейном магазине.
  - У папы уже есть двустволка, - подсказал Андрей.
  - Этой двустволка здесь годится только мышей гонять! Ты, Хомяк, 'Памятку переселенца' читал?
  - Да он в последнее время только интернет читает! - вздохнула тёща.
  - Оно и заметно! - фыркнула Наталья, достала из кармана разгрузки собственный экземпляр 'Памятки' и, раскрыв на нужной странице, протянула брату. - На, почитай!
  - Ни хрена себе! - послышалось через полминуты.
  - А какое оружие вы приготовили? - поинтересовался тесть, и я перечислил то, что мы привезли с собой.
  
  Стрельбище подтвердило именно то, что мы и предполагали: Андрей был в восторге от FN-FAL и 'Глока', палил из них азартно, а потому - не очень точно. Пока Наташа и Виктор Сергеевич подначками и подзатыльниками не добились того, чтобы он перестал увлекаться самим процессом, а сосредоточился на результате. Валентина Евгеньевна держала пистолет впервые, и обоим инструкторам пришлось терпеливо уговаривать её вначале не закрывать глаза при нажатии на спуск, а потом - не отчаиваться из-за плохих результатов. Ну, а сам тесть достаточно быстро приноровился к незнакомому оружию и, вопреки ожиданиям, отказался менять его на привычные 'Калаш' и 'Макаров'.
  Тестева 'Нива' оказалась довольно ухоженной машиной, и он, не задумываясь, подтвердил, что двести километров грунтовки она одолеет без проблем. А поскольку реакции на прививки ни у кого из родственников жены не наблюдалось, выехали мы с Базы после полудня, отдав должное поварскому мастерству Арама.
  Виктор Сергеевич с Андреем уселись в 'Ниву', тёще я зарезервировал место на переднем сиденье 'Дефендера', а Наташу отправил назад. Валентина Евгеньевна пыталась упираться, рассказывая, что впереди должна сидеть именно жена, но я сразил её наповал тем, что Наталье с заднего сиденья будет удобнее стрелять из пулемёта.
  Первый перегон до Базы 'Северная Америка', как и у всех, впервые попавших в Новый Мир, был посвящён разглядыванию местной живности. А вот у поворота на саму Базу нам пришлось тормознуться, повинуясь команде красноберетного патрульного.
  - Сэр, мы просим Вас подождать минут пятнадцать, впереди небезопасно. Наш патруль обнаружил дорожную банду, и сейчас занимается её ликвидацией. Мы сообщим Вам, когда это закончится.
  Стоять пришлось минут десять, пока патрульный, получив очередное сообщение по радио, не дал нам отмашку, разрешающую ехать.
  Примерно спустя полчаса мы увидели неподалёку от дороги пару сгоревших машин и стаи падальщиков, пирующих в местах, где были брошены тела бандитов.
  
  В ворота 'Голубой мечты' мы въезжали после двадцати одного часа.
  - Как впечатления от Нового Мира, мама? - спросила Наташа Валентину Евгеньевну.
  Та подняла на дочь полные слёз глаза:
  - Кошмар! Жара, как у нас в самый разгар лета, пыль, бандиты, чудовища! У всех - оружие, из которого все, как помешанные, палят! Этот крошечный городишко с неасфальтированными улицами и населением, в несколько раз меньше, чем в любом районе не самого крупного российского областного центра, Саратова, называют крупнейшим городом планеты! Наташенька, куда мы попали?!
  
  Территория Ордена, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 21 день, понедельник, 13:35
  В том, что слова тёщи не следует принимать слишком близко к сердцу, я прекрасно понимал: у женщины шок, ведь за прошедшие несколько дней она пережила столько потрясений! История с попыткой сделать из её сына преступника, увольнение с работы, где она трудилась практически всю свою сознательную жизнь, необходимость фактически бросить квартиру со всем нажитым имуществом, бегство из Саратова, дорога в Москву, где тоже покоя не было, переход. И вместо ожидаемой передышки - здешние жестокие реалии. Тем не менее, стало как-то обидно за НАШ мир...
  Впрочем, Валентина Евгеньевна, отдохнув с дороги и поужинав, немного успокоилась и начала находить свои прелести в мире, окружающем её теперь. Особенно - после беседы с Дедом, быстро уловившим настроение Наташиной матери и сумевшим найти нужные аргументы для её убеждения.
  Ошеломляюще на тёщу подействовала встреча, совмещённая с проводами, с уезжающей в Новую Ирландию Леной. Наташа долго уговаривала мать поехать поутру с нами в город, скрывая, для чего она понадобилась нам. Поэтому эффект от сюрприза превзошёл все ожидания. А мы с женой таким хитрым способом выполнили данное нами обещание привезти Лене порцию свежих саратовских новостей. Именно после этой встречи в потухших от пережитого стресса глазах Валентины Евгеньевны снова появился живой огонёк.
  Тем не менее, 'пляски с бубнами' вокруг родителей и брата жены затянулись на два дня. Мы им показывали город, водили по магазинам, чтобы привести одежду и обувь родственников к требованиям здешней среды обитания, а по вечерам подолгу засиживались в беседке, где готовили шашлыки из антилопы. И лишь в понедельник мы с Виктором Сергеевичем и Андреем занялись делами. А именно отправились к Серёге Семёнову, узнать, в каком состоянии трофейный багги и договориться об обслуживании и доработки тестевой 'Нивы'.
  Движок багги шёл на выброс, поэтому я продал машинку Сергею почти по цене металлолома. Тот уже быстро сообразил, что, совместив работу в 'разборке' с 'шабашками' может неплохо зарабатывать. Поэтому также охотно подрядился вместе с сыном перетрясти машину тестя.
  После этого мы отправились на парковку, чтобы отдать распоряжение охране, что багги продан новым хозяевам. А заодно - вдумчиво порыться в трофее на предмет возможных тайников.
  То, что мы нашли под водительским сиденьем, нас не сильно порадовало, хотя, несомненно, имело немалую ценность. Во-первых, старый и потёртый 'Вальтер-ППК', выпущенный в Третьем Рейхе для прусской полиции и внешне похожий на привычный нам ПМ. На удивление, в неплохом состоянии. Видимо, прежний хозяин хранил его в качестве 'оружия последнего шанса'. А во-вторых, маленькую жестяную баночку из-под дешёвого староземельского кофе, заполненную на треть всевозможными золотыми украшениями: крестиками, цепочками, кольцами, серёжками. Наверняка - снятыми бандитами с жертв.
  
  Тут же, на стоянке, меня разыскали 'строители Украинской Суверенной Соборной Державы'. При этом Олесь, теперь гладко бреющий голову и избавившийся от позорных усишек, освещал себе путь лиловым 'фонарём' вокруг левого глаза.
  - Ну, спасибо тебе, Колян, за помощь! - саркастически изрёк унсовец. -Ну, и классных же ты нам земляков подогнал!
  - А что такое?
  Мой невинный взгляд наверняка гарантировал мне бесконкурсное поступление в любое театральное училище.
  - Не видишь, что ли? - ткнул Александр пальцем в свой бланш.
  - Вижу, конечно! Кто это тебя так? Драка, что ли, в кабаке приключилась?
  - Да какой там кабак! - фыркнул Олег. - К этому долбанному фермеру мы скатались, который на говновозке 'Галичина' ездит.
  - На бандитов, что ли в дороге напоролись? Кстати, как там Труш? Движок у своего драндулета отремонтировал?
  - Блин, да твой Труш - сам хуже любого бандита! Мы же к нему со всем уважением приехали. Как ты и говорил, флаг украинский на машине вывесили. Я для него последнюю бутылку самогона не пожалел!
  В общем, эти два обалдуя, укушав с фермером самогона и закусив выставленным тем сальцом, как я и предполагал, принялись агитировать Труша строить УССД на территории благословенного Евросоюза. Сбудется, мол, извечная мечта всех великих украинских деятелей прошлого и современности о возвращении украинского государства из москальской азиатчины и дикости в состав великой европейской цивилизации. И будет в составе Украинской Самостийной Соборной Державы, как завещали великие Донцов, Коновалец, Сциборский, Михновский, Бандера и Шухевич, вольно житься каждому украинцу, но не будет в ней ни одного русского, еврея и поляка. Поскольку, как писал в своём 'Декалоге' Михновский, 'москали, ляхи, венгры, румыны и евреи - это враги нашего народа'. А его ферма лучше всего подходит для того, чтобы с неё эту державу начинать строить...
  После этих слов Труш и врезал Сашке в глаз. Да так, что тот вместе со стулом на пол улетел. А потом крикнул работников, которые пинками 'проводили' 'строителей УССД' до их броневичка и пообещали из гранатомёта расхреначить, если те ещё раз к ферме сунутся.
  - Ты прикинь, Николай: он, оказывается, поляк! Флаг наш, блин, с машины сорвал и свиньям выбросил! Я так и не понял: за что он нас так? - жаловался Сашко.
  - Может, за то, что вы его, как поляка, врагом украинского народа обозвали? - предположил я, едва сдерживая смех. - Явились на его ферму, говорите, что с неё будете строить государство, в котором полякам не место... Что бы вы на его месте подумали? Радуйтесь, что живыми оттуда уехали!
  - Подумаешь, поляк! А я - русский. И что, мне теперь из-за этого от идеи Украинской Самостийной Соборной Державы отказываться? Я же ему всего лишь в теории рассказывал, а он мне - сразу в глаз!
  
  Территория Ордена, Порто-Франко, 18 год, 10 месяц, 25 день, пятница, 14:50
  Вот и дождались мокрого сезона.
  Нет, дождь вовсе не начался разом, будто его рубильником включили. Просто последние дней десять погода становилась всё менее солнечной, сначала появились лёгкие облачка, потом облачность со стороны океана затягивала небо всё сильнее, а в последние дня три-четыре даже иногда лёгкий дождичек сбрызгивал. Настолько лёгкий, что даже пыль прибить не мог.
  Тёща моя за несколько дней, проведённых в Порто-Франко, отошла от шока, и теперь смотрела на жизнь уже не так мрачно. Хотя курьёзов хватало.
  Например, возвращаясь с рынка, я как-то увидел 'плечевую', топавшую по тротуару, картинно повиливая попкой. Припарковавшись, я выскочил из машины и окликнул её:
  - Зинаида!
  Шлюха меня узнала и разулыбалась в ответ. После обмена любезностями, я перешёл к делу.
  - Я тут наслышан про твою эпопею с украинскими хлопцами. Слушай, ты бы замолвила за них словечко перед своими хозяевами. Пацаны же не знали, что ты на работе была, вот и начудили.
  - Они не знали, а у меня из зарплаты эти деньги вычли!
  - Давай, я с ними переговорю, вернут парни эти деньги и тебе, и хозяевам твоим. Они же хоть и балбесы, но вроде бы безобидные ребята. Жалко будет, если румыны их где-нибудь прирежут!
  - Прирежут! Это точно! Если узнают, что они так и не смылись из Порто-Франко. И действительно мальчики классные! Сладенькие! - облизнулась Зинка. - Ладно, намекну я романештам, что видела их случайно на улице, и те извинялись и обещали деньги вернуть. Где их искать-то, если всё нормально с румынами сложится?
  - А если не сложится? Их же тогда не ты искать будешь, а гориллы, под которыми ты ходишь.
  - Не переживай! Я же не дура, чтобы своих клиентов под нож или пулю подставлять. Сначала скажу, что видела, извинялись, хотели деньги вернуть, а если румыны упрутся и начнут интересоваться, где их искать, заявлю, что они собирались до начала дождей в... Нью-Портсмут уехать.
  Я рассказал Зинке, где работают эти обалдуи, и она кивнула в знак того, что место она представляет.
  - Ну, а сам ты, красавчик, почему ко мне не ходишь?
  - А ты не помнишь, что я с молодой женой сюда перебрался? - кивнул я на стоящую на противоположной стороне улицы машину.
  - Ну, смотри. В жизни всякое бывает...
  
  Наташа потом мне рассказала, что в это время происходило в машине.
  Тёща долго вертела головой, а потом не выдержала:
  - Это что за женщина?
  - Да так, Колина знакомая. Проститутка...
  - ЧТО??? ПРОСТИТУТКА???
  - Мам, а чему ты удивляешься? Я же тебе рассказывала, что здесь огромный квартал красных фонарей и десятки публичных домов.
  - Рассказывала. Но чтобы у моего зятя была знакомая - проститутка!!! Ты глянь, как он мило с ней беседует! И ты спокойно на это смотришь???
  - Мама, а ты считаешь, что я должна выскочить из машины и выцарапать ей глаза? Мало ли, что Коля с ней может обсуждать?
  - Нет, ты этого не должна так оставлять!
  - Мама, не лезь, пожалуйста, в мою семейную жизнь! Мы сами разберёмся! - фыркнула супруга.
  Именно поэтому, когда я вернулся в машину, они обе сидели насупленные. И так и не заговорили друг с другом, пока мы не вернулись домой.
  Гарным хлопцам я разговор с Зинкой передал, за что они меня от всей души благодарили. И тут же упали на хвост.
  - Слушай, у тебя забор у дома высокий?
  - Ну, метра два, наверное...
  - Можно, мы свою БРДМ к тебе во двор на мокрый сезон загоним? Куда-нибудь возле стеночки приткнём, чтобы не мешалась...
  - А что случилось?
  - Да типы какие-то разные вокруг неё начали на парковке вертеться. Вчера охране даже пришлось в воздух стрелять, чтобы отогнать. Боимся, понравилась она кому-то. А если у тебя за забором будет стоять, никто её и не заметит. Не, ну если надо - мы тебе как за платную парковку заплатим...
  В общем, теперь 'бардак'-кабриолет маячил под забором на участке нашего дома. А поскольку у самих 'строителей УССД' мозгов не хватило поставить на машину сверху штатный тент, пришлось заставлять их это сделать 'с пинка': сезон дождей уже напоминал о себе, а плавательный бассейн из БРДМ - просто никакой...
  
  Трофейную 'Бандейранте' мы тоже до дождей перетрясли. В смысле - и более тщательно на предмет тайников порылись, и нормальное ТО провели, и мелочи, вроде не горящих лампочек и закисших контактов аккумулятора, исправили. Тайник добавил в нашу коллекцию трофеев ещё граммов сто разномастной ювелирки и пару стограммовых орденских брусков золота. Похоже, банда действительно специализировалась на грабежах одиночек, и в машинах прятались лишь заначки, либо закрысенное. Где была их база, аккумулировалась ли награбленные суммы на счетах или в тайнике, нам уже, увы, не узнать. Всю ювелирку я отнёс в Банк ордена, а слитки оставил в качестве резерва. Две пачки патронов к найденному ранее 'Кольту-Питон' можно и не считать за вновь обретённую добычу.
  Лишнее оружие из числа трофеев - пулемёт М-60 и одну FN-FAL - я сдал в оружейный магазин, взяв вместо них для тёщи пистолет-пулемёт МП-5. Она хоть и упиралась, не желая связываться с оружием, но мы все в один голос задавили её, и теперь Наташа взялась дважды в неделю натаскивать мать по стрельбе. В этом, кстати, и пригодилась 'Бандейранте', от которой, как от трофея, отказался Дед, заявив, что он и на 'Дакаре' почти не катается. Забегавший в гости Семёнов примерно оценил Тойоту, и я, несмотря на протесты Ивана Андреевича, перечислил её стоимость на дедов счёт.
  При перетряхивании Тойоты выявилось побочное занятие моего тестя на Старой Земле: оказывается, инженер по КИПиА уже года три 'ковырялся в мозгах' новомодных (для России) инжекторных бензиновых двигателей и дизелей. Не только российского производства, но и иномарок. То есть занимался перепрошивкой блоков управления двигателей, адаптируя их к некачественному отечественному топливу и улучшая рабочие характеристики моторов. Причём, работал не только с новомодными блоками управления, где программа записывается на флеш-память, но и с микросхемами, данные на которых стирались ультрафиолетовым светом.
  'Бандейранте', которую я 'зарезервировал' для разъездов Наташи по городу, имела систему непосредственного впрыска топлива, и Виктор Сергеевич, поколдовав над управляющим блоком с помощью своего вывезенного со Старой Земли оборудования и ноутбука, теперь гарантировал, что двигатель переварит солярку любого качества. При этом расход снизится на целый литр, а мощность возрастёт.
  - За счёт чего? - удивился я, зная, что в механике чудес не бывает.
  - Там много факторов. И оптимизация параметров впрыска, и заложенные конструкцией внутренние резервы, и, пусть уж простят меня экологи, кое-что можно выгадать, снизив требования по выбросам.
  Но проверка машины на ходу показала: приёмистость действительно выросла, а под капот Тойоты будто бы засунули несколько дополнительных лошадей.
  Разумеется, я захотел того же самого для своего 'Дефендера', и эффект получился ещё круче. Тесть это объяснил наличием у моего Лендровера турбины, с которой появлялась возможность увеличить давление впрыска.
  А вот выехать за город, чтобы проверить машину в полевых условиях, уже не удалось. Пошёл первый настоящий дождь этого мокрого сезона. Не редкие брызги с неба, а тот, после которого появляются лужи на улицах и грязь в колеях.
  
  Территория Ордена, Порто-Франко, 18 год, 11 месяц, 40 день, четверг, 30:11
  Если считать по земному календарю, то ещё не прошло и четырёх месяцев, как мы опять встречаем Новый Год.
  - Главное - сегодня в полдень телевизор не включать! - мрачно пошутила Наташа, когда завтраком мы всем большим семейством обсуждали, что бы приготовить на праздничный ужин.
  - Да уж! - засмеялся Виктор Сергеевич. - Правда, здесь некому говорить 'я устал, я ухожу'.
  Оно и правда: ну, нет на Новой Земле единоначалия. Может, сегодня главы государств и анклавов будут обращаться к населению, но нам и в Порто-Франко и с этим 'повезло': Орден - настолько закрытая структура, что, пожалуй, только на самом-самом верху очень-очень ограниченный круг лиц знает, кто всем этим хозяйством рулит. Ну и ладно! Нам с этим человеком детей не крестить.
  Новый Год в Новом Мире празднуется в самый разгар мокрого сезона. Угораздило же этого Чамберса в такую пору перейти сюда! Нет, жизнь здесь с началом дождей не останавливается. И сами дожди вовсе не непрерывные. Но за день заряжает по нескольку раз. Причём, не угадаешь, какой интенсивности будет следующий дождь: то ли изморось с моря приволокут тучи, полностью завесившие небо, то ли тропический ливень со шквалистым ветром. Да и похолодало изрядно - редко когда температура выше пятнадцати-семнадцати градусов поднимается. Неприятно, чёрт возьми!
  Вот этими шквалами и задрало хреново закреплённый тент на 'бардаке' унсовцев: раздолбаи, что с них взять?! Пацанов я вызвал, чтобы поправили. Потом слышу - у них в машине какая-то банка звякает. Эти чудики решили вручную вычерпать из машины воду, которая туда натекла. В дождь вычерпать!!!
  Дождевик накинул, выскочил во двор, и ору им:
  - Хорош хернёй страдать! Кингстоны откройте, и вода сама стечёт!
  - Кого открыть?
  - Да не кого, блин, а что! Конструкторы машины не такими дятлами были, как вы, специальные отверстия в днище предусмотрели, чтобы попавшую внутрь воду можно было слить. Они называются кингстоны. Вот их и нужно открыть.
  - А где они? И как их открывать?
  Вот, блин, неумехи! Пришлось тащиться по размокшей земле и носом тыкать. Хорошо - травка во дворе высажена, а так бы точно по колено проваливался бы на каждом шагу! А потом ещё проконтролировал, надёжно ли они края тента натянули.
  Эти оболтусы верёвки натягивают, а у самих рты не закрываются - всё благодарят, что я их с румынами помирил. Мол, теперь им к Зинке можно ходить.
  - Далась вам эта Зинка! Что, шлюх других в Порто-Франко мало? Других бы завели!
  - Да пробовали мы других завести... Не понравилось...
  - Вот уж не думал, что вы на простую трассовую бл...дь так западёте! Неужто такая затейница и искусница?
  - Да какая искусница? Баба - как баба. И получше видали! Только, понимаешь, никакого удовольствия от других не получаешь, как бы они ни выёживались. Нет, в смысле кончить - всё нормально! - испуганно пояснил Олег. - Но... такие уж мы, русские, что нам с женщиной для души ещё и поговорить нужно. А со всякими там немками, чешками, китаянками, американками, француженками даже поговорить не о чем: тупые они какие-то...
  - А разве вы русские? Вы же мне все уши прожужжали, что вы - украинцы! Даже украинские националисты!
  - Да ладно тебе, Колька, подкалывать! Украинцы мы! И националисты! Но русские украинцы!
  Сегодня эти гаврики у себя в кабаке ночью работают: праздник же! А мы никуда не пошли. Наташа уже лет шесть вместе с родителями Новый Год не праздновала. Вот и решили собраться вдесятером: трое Колесовых, трое Алёшиных и четверо Семёновых.
  Шампанское нашли местное, итальянское: поглядел я на цены заленточного, и меня жаба задушила. Настоящие уральские пельмени слепил. Ну, почти настоящие, поскольку не телятину со свининой на них пустил, а мясо местной антилопы и новоземельской же свиньи. Тёща оливье полную кастрюли набодяжила и огромную миску селёдки под шубой. Ну, не совсем селёдки, а какой-то местной рыбы, похожей по вкусу. И не совсем оливье, поскольку местные криворукие мясопереработчики до сих пор так и не научились варёную колбасу делать. Но что-то похожее и на оливье, и на шубу всё же получилось.
  Семёновы тоже навезли традиционных маринованных огурчиков-помидорчиков домашнего изготовления. Оксана 'бутербродов' из жареных баклажанов с помидорами наготовила, а Серёга сюрприз приготовил. Даже для жены, которая немедленно на него наехала, едва узнала про его художество. Самогонки он бутыль привёз! Собственного изготовления из каких-то местных плодов.
  Ну, и моя благоверная отличилась - торт испекла. Вот и проверим справедливость поговорки: если дело до торта дошло, значит, праздник не удался.
  И это всё - не считая прочей всякой всячины.
  
  Всё, хватит болтать!
  - У всех нОлито? Тогда С НОВЫМ ГОДОМ!!!
Оценка: 8.06*15  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"