# Цена признания

Алия Миннезагитовна Амирханова

## Глава 1.


-Петька, слабо моё предложение принять! - бросил Степан, входя к другу в комнату.

-А что такое?

-Я сейчас тебе одну программу загружу, ты посмотри, подумай. С ответом не тороплю, если откажешься - не обижусь.Встань-ка, - и Степан сев на место друга перед компьютером, достал из кармана блокнот и застучал по клавишам.

Когда он работал, беспокоить его было бесполезно, он просто игнорировал присутствующих. Зная эту черту друга, Петя сел на диван и углубился в чтение. Через полчаса, довольный собой, Стёпа встал со стула.

-Всё Петька - смотри, изучай! Пойду я. Надо ещё Эдику предложить, - и он, попрощавшись ушёл.


Степан был превосходным программистом и в их компании неоспоримым авторитетом. Их было четыре двадцатилетних московских парня и дружили они уже более четырёх лет, несмотря на то, что все они учились в разных институтах, разным профессиям. Их дружба началась ещё в школе и объединил их всех авантюризм во всём; во взглядах на политику, культуру, на учёбу и вообще на жизнь. Собирались они обычно у Степана и до поздней ночи, спорили, доказывая друг другу правоту своего представления о мире, об его устройстве. Они мечтали скопить денег и вчетвером совершить кругосветное путешествие. А ещё, они мечтали уехать заграницу, их грандиозным планам не хватало места на Родине, им хотелось покорить весь мир. Как бы там не было, но их мечты - пусть дерзкие, бесшабашные, но всё таки позитивные были направлены на жизнь. Так было до некоторого времени, пока их общий друг Степан, особо одержимый программированием, не стал писать программы - убийцы. И вот сегодня он выложил на обозрение своим друзьям новую программу - "рулетка", которая бросала вызов жизни. Степан предлагал "крутить" - в особой формуле, которую сам же и создал - номера квартир друзей. Вероятность выпадения квартиры - ничтожна мала, но если такое случилось бы, то "счастливчику" на компьютер стало бы приходить сообщение о приближающейся Смерти. И человек, согласившийся на участие в игре, обязан был покончить с собой. Таково было условие!


-Стёпка, круто! - первым откликнулся Пётр. - Я два дня не спал. Просчитал все возможные случаи. Моя квартира выпадет не раньше, чем через пятьдесят лет. К тому времени жизнь до того достанет меня, что я и без рулетки захочу умереть. Вообщем, я - за! Включай мою квартиру.


На восемь часов вечера была назначена встреча у Степана, который собирался взять с друзей особую клятву, не оставляющую им пути к отступлению. Три друга: Петя, Эдик и Николай решили встретиться и пойти к Степану вместе, но Николай отказался, сославшись на дела. К другу, к назначенному времени, пошли Эдик и Петя.

-У Стёпки вообще крыша от своего программирования поехала, - Эдик понуро шёл рядом с Петей.

Он, как и Николай считал эту Стёпкину затею дурацкой, но смелости отказаться у него не нашлось.

-Да не заморачивайся ты так! Я всё проверил, там эта формула такая сложная, что вероятности выпадения вообще нет.

-Он точно псих! Это я тебе как будущий врач говорю, - не унимался Эдик. - И чего я дурак вас слушаю... Послать бы вас к чёрту! Колька правильно сделал, что сразу отказался.

-Да хватит тебе ныть! Если что я вместо тебя.... сам понимаешь, что сделаю, - Петя ободряюще похлопал друга по плечу.

-Успокоил, - и Эдик нажал на кнопку квартирного звонка Стёпы.

-Колька, что струсил? - первое, что сказал Степан, открывая дверь.

- Да! Эдька, между прочим, пока шли тоже весь изнылся и готов сбежать, - выдал друга Петя, заходя в квартиру.

-Да ладно вам так за свою жизнь держаться. Смелее надо быть! Зато, зная что можете умереть будете более интенсивно работать. Больше успеете сделать!- и Степан повёл друзей в свою комнату.

Встали вкруг.

-Не бойтесь, у меня мать лаборанткой работает, проткну и не почувствуете, - и Степан достал приспособление для прокола пальца. - Чего глаза закрыли, анализ крови никогда не сдавали?

-Хватит болтать, режь уже, - нетерпеливо сказал Эдик, продолжая держать глаза закрытыми.

- Ай, что так больно то! - Пётр дёрнул палец из рук Степана.

-Ничего не больно. Неожиданно как-то, - Эдик, растирал палец, подгоняя кровь к самому кончику.

-Давайте сюда свои руки, - и Степан, выдавив кровь из своего, пальца наложил его на кровь из пальца сначала Петра, затем Эдика.

По очереди подобное проделали все. Затем Степан стал говорить, а остальные повторять за ним. Молодой человек говорил сосредоточенно, отрешённо, тогда как друзья еле сдерживались, чтобы не рассмеяться.

-Клянусь, - начал Степан, - если выпадет моя квартира, то я не струшу, не поддамся уговорам ни матери, ни жены и смогу покончить жизнь самоубийством. Клянусь!

"Клянусь! Клянусь"! - послышались голоса друзей.

-Ну, всё, - торжественно сказал Степан, - поклялись на крови - это товарищи серьёзно.

Все улыбались, но напряжение в лицах чувствовалось. Каждый вдруг понял, что просчитывая вероятность выпадения их квартиры, они не учли фактора сбоя программы. Прошло двадцать лет...


Провинциальный город Благое московской области был можно сказать большой деревней. По улицам с утра словно по расписанию на местную речку, что была совсем близко, вразвалочку шли гуси и утки. Частенько, на проезжей части дороги - машины, не щадя ушей прохожих, пугали нерасторопных кур. Да и время, в этом городке,казалось, текло медленнее, уж как-то не спеша ходили люди,открывались магазины.

Последний раз мы встречались со следователем Герасимовым, когда он вёл дело серийного убийцы и не смотря на запутанность преступлений, всё же сумел раскрыть их и обезвредить маньяка. Хотя, прошло немало времени, но он практически не изменился. По прежнему был холост и всего себя отдавал работе. Лишь росло количество раскрытых его отделом громких дел и как следствие, увеличивалось количество звёздочек на погонах. В ту новую с ним встречу, о которой пойдёт речь, за окном стояла глубокая осень и был понедельник...


Следователь Сергей Борисович Герасимов, что - то писал, когда зазвонил телефон.

-Да! Подполковник Герасимов слушает... Что? Опять самоубийство! Они что с ума посходили! Третье за полгода! .. Сейчас приеду! - подполковник раздражённо положил трубку.

" Да что же, это такое творится", - в сердцах произнёс он, нервно закуривая. "Два пацана несколько месяцев назад вскрыли себе вены, теперь девчонка. Что же такое делается"?- подполковник подошёл к окну и, открыв форточку, нервно закурил, но докуривать не хватило нервов. Бросив окурок в окно, стремительно направился к двери.

Открыв дверь в соседний кабинет он крикнул: " Толик, Влад едем", - и уже не останавливаясь, пошёл по направлению к выходу. Почти на выходе его догнали два молодых полицейских. Один из которых - Влад, был в звании капитана, другой - Анатолий в звании - старшего лейтенанта.

-Шеф, что за спешка?

-Звонили! Вблизи деревни Серпухово, девушку нашли. Вены себе перерезала.

-Н -да, дела! - чуть ли не в один голос воскликнули полицейские.

Приехали вовремя, тело девушки ещё не увезли. Санитары как раз подносили носилки к машине скорой помощи, когда подполковник, махнув рукой, попросил их задержаться. Приоткрыв простыню, он увидел совсем ещё юное создание. Привычно защемило в груди и стало тяжело дышать.

-Уносите, - Герасимов, тяжело вздохнув, направился к месту, где был обнаружен труп.

Было довольно прохладно, дёрнув за замок на молнии, подполковник поднял его до конца,но к его огорчению теплей не стало.

Сослуживцы Анатолий и Влад были уже на месте и опрашивали зевак, в надежде найти свидетелей. Закурив, Герасимов подошёл у криминалистам, заканчивающих осмотр места происшествия.

-Здорово, Петрович! Как ты?

- Всё я закончил, - и пожилой мужчина лет шестидесяти повернул лицо к следователю. -Девушка - восемнадцати лет или чуть больше. Судя по всему - суицид! Внешних следов борьбы я не заметил, но точнее скажу после вскрытия. Она умерла где-то между пятью и шестью часов утра. Пока всё. .. Пошёл я Сергей, если что экстраординарное, сразу дам знать.

-Да, конечно, езжай Петрович, - подполковник вернулся к своим сослуживцам, узнать нет ли новостей.

- Сентябрь светает поздно, потому народу на улицах мало, - капитан стал докладывать, подошедшему шефу. - Первым девушку обнаружил случайный прохожий- в шесть часов утра. Он и позвонил в полицию. Погибшая - не из местных, телефон при ней и всё. .. Никаких документов, ни сумочки, ничего.

-Ясно! Влад, девушку сфотографируй и с Толиком поездите по соседней округе, может в соседних сёлах кто опознает. Телефон я с собой заберу, отдам на экспертизу.


Когда подполковник стал возвращаться в отдел, с места происшествия, было уже одиннадцать часов утра и движение достигло своего пика. Герасимов медленно ехал в отдел. Настроение было паршивое. Перед глазами стояло лицо погибшей девушки. "Три суицида для нашей округи- многовато", - эта мысль весьма огорчила его. Приехав в отдел, он первым делом зашёл к программисту, теперь такой был даже положен по штату.

- Иван опять суицид! Выжми из телефона всё что можно.

-Сергей Борисович не волнуйтесь. Он гад, - и молодой человек легонько хлопнул по крышке, принесённого телефона, - мне всё расскажет, уж я то знаю, как на него надавить.

-Дерзай Ванюша, потом сразу ко мне.

-Само собой!

-Да, чуть было не забыл! Изучай новое дело в ракурсе двух предыдущих. Ну, тех парней, которые вены себе вскрыли. При них ведь тоже только телефоны и были. Помнишь?

-Помню! Сергей Борисович, думаете, есть связь?

-Вот ты нам и ответишь на этот вопрос. Всё я пошёл.


Подполковник прошёл в свой кабинет. Вскипятив воду и сделав себе чашечку кофе, он углубился в изучение дел двух парней, которые раньше - с интервалом месяц, полтора, друг от друга тоже покончили с собой. "А ведь я собирался закрыть эти дела", - в сердцах подумал он, раскрывая дело Егорова Петра - первого погибшего парня.

Подполковнику Сергею Борисовичу Герасимову было пятьдесят лет. Опытный, смелый полицейский уже как пятнадцать лет возглавлял отдел убийств. В ведение его отдела были семь деревень, которые располагались в радиусе ста пятидесяти километров. Раскрываемость дел, за которые брались его подчинённые, была сто процентной. И большая заслуга в этом, как раз подполковника Герасимова. Симпатичный, среднего роста, с умным проницательным взглядом, подполковник обладал редкой интуицией. Он сразу безошибочно находил направление ведения дела, которое всегда приводило к его раскрытию. И в этих трёх самоубийствах, он тоже почувствовал неоспоримую связь и теперь весь сосредоточился на её обнаружении.


"Итак, что имеем? Дело Егорова Петра", - вслух произнёс подполковник, раскрывая первую папку и начиная читать. "Был обнаружен с перерезанными венами на руках. От тела исходил неприятнейший запах концентрированной уксусной кислоты, свежих грибов. Через месяц нашлись знакомые, узнали по фотографии, опубликованной в местной газете. Сирота, воспитывала бабушка. Вскрытие показало наличие в крови, в печени следы сильных нейролептиков, которые используются при лечении психических заболеваний. Бабушка это подтвердила. Парень регулярно ложился в психбольницу. Диагноз - шизофрения. В моменты ремиссии работал менеджером в строительном магазине города Благое. Есть квартира, которая досталась от бабушки", - следователь, в который раз читал дело, отпивая маленькими глотками кофе. " Труп обнаружил прохожий, шёл на работу. Следов борьбы нет. Суицид". Прекратив читать, подполковник откинулся на спинку кресла и в сто первый раз задал себе вопрос: " Зачем понадобилось молодому парню, имеющему и квартиру, и работу, кончать жизнь самоубийством? Кредитов не было, долгов вроде тоже. Несчастная любовь? И здесь всё в порядке. Была девушка, даже не ссорились. Что же явилось причиной? Болезнь или парню помогли уйти? Может какая секта"? - все эти вопросы были его отделом тщательно проработаны, потому подполковник ни на одном из них не задерживал своего внимания, а мысленно прокручивал лишь с одной целью - надеясь по новому взглянуть на них, но на ум ничего не шло.

В дверь постучали и, не дождавшись ответа, вошли Анатолий и Влад.

- Шеф, мы с осмотра, - сказал капитан и, они, с лейтенантом пройдя к столу сели на стулья.

-Ну, что? - подполковник закрыл дело Егорова.

- Ничего. Дали объявление в газету. Может родственники узнают.

-Н-да, час от часу не легче. Сдаётся мне, что причина всех этих трёх суицидов одна. Одинаково они все покончили с собой, все трое вскрыли себе вены на руках. Это не может быть совпадением.

Тут вновь в комнату постучали, и программист Ваня заглянул в кабинет.

-Можно, товарищ подполковник? - несмело спросил он, увидев в кабинете сотрудников отдела.

-Проходи Иван, но только не говори, что ничего интересного.

-Не скажу! Наоборот, весьма любопытная картинка просматривается. Все трое получали перед смертью сообщение.

-Почему сразу ничего не сказал? - строго прервал его подполковник. Два парня погибли несколько месяцев назад.

- Проверить хотел, может, думаю игра, какая. Мало ли игр. Думал ничего особенного.

-Думать будем мы! Если хочешь остаться в отделе, то заруби себе на носу - твоя обязанность докладывать незамедлительно и обо всём. Ясно? - подполковник был явно раздражён.

-Хорошо, виноват, исправлюсь. Мне продолжать?

-Продолжай. Что в сообщение? - нетерпеливо спросил подполковник.

-Ничего особенного. Сейчас!

Иван прочитал: "С приветом! Три гинея".

-Ко всему прочему, сообщение сопровождается музыкой. Она какая-то особенная, приглушённая, на подсознание давит. У меня после неё, всякий раз, на душе муторно становится, депрессия наваливается, - добавил программист.

- Давай не чуди! - остановил его Влад. - Смотри сам не застрелись. Депрессия у него видетели от музыки началась. Если ты после каждого дела будешь хандрить, то так никаких нервов не хватит.

-Влад, ты чего несёшь, - подполковник прервал капитана. - Продолжай Ваня. Раз эта музыка на тебя так плохо действует, ты её больше не слушай. Кто передавал сообщение, удалось узнать?

-Нет. Абонент без номера.

-Да, задачка так задачка, - продолжил подполковник,- у одного из парней экспертиза подтвердила наличие психического заболевания. Другой - наркоман со стажем. Если и с девушкой что-нибудь подобное, значит, кто-то упорно уничтожает больных людей. Но кому они могли мешать? - подполковник размышлял вслух.

- И почему музыку, такую противную вставили, у меня после неё муть на душу накатывает, прямо жить не хочется, - Иван вновь заговорил о музыке, его она явно волновала.

-Это у тебя от чувствительности натуры. Лично меня подобная галиматья, пусть даже сопровождается похоронным маршем, даже подумать о собственной смерти не заставит, ни то, что пожелать её, - Влад на свой манер продолжал успокаивать товарища.

-Давайте по существу, - недовольным голосом остановил сослуживцев подполковник. - Спасибо Иван, ты свободен, - когда за программистом закрылась дверь, он продолжил.

- Все трое погибли в одном и том же районе в радиусе друг от друга не более километра. Смотрим на карту, - и подполковник раскрыл самодельную карту на своём столе.


У следователя Герасимова был хороший друг - картограф, который и составил такую подробнейшую карту. На ней были отмечены все населённые пункты района, за порядок в которых отвечал отдел подполковника. Все деревни, районные центры, посёлки были отмечены с указанием расстояния друг от друга и прочими характеристиками.

- Итак, первый труп был обнаружен вот здесь, - подполковник поставил точку и обвёл её кружком. - Второй - здесь, третья - здесь. Все смерти в районе деревень: Серпухово, Новодвор, Белозерск. Чем примечательны эти места?

-Да вроде ни чем. Деревеньки серенькие, есть куда богаче и крупнее, - первым ответил капитан Влад.

-Обратите внимание все трупы как бы "разбросаны" в округе совхоза Белозерье, - подполковник квадратом объединил трупы и совхоз.

И капитан, и лейтенант согласились с шефом.

Тут раздался телефонный звонок.

-Герасимов слушает? .. А, это ты Петрович, что скажешь?... Понятно... Спасибо, - и подполковник положил трубку.

-Звонил патологоанатом. Погибшая девушка наркоманка со стажем, но говорит, приблизительно как полгода не кололась. И ещё, у неё на туфлях, которые все в грязи - торф, хотя в том месте где её нашли - обыкновенный чернозём. По-моему у тех двоих ребят тоже самое, - подполковник лихорадочно стал листать дело первого погибшего парня. Лейтенант вызвался помочь ему и смотрел дело второго.

-Да, я прав, у первого тоже - торф, - первым произнёс подполковник, поднимая лицо на коллег.

-И у второго, - добавил лейтенант, закрывая папку, - и, кстати, напоминаю, что второй парень тоже был наркоманом со стаже, но последние полгода перед смертью не кололся.

Все трое следователей почти одновременно склонились над картой, пытаясь выяснить, в каком районе почва богата торфом.

-Совхоз Новодвор! - воскликнул капитан, ткнув пальцем на обозначение торфяника.

-Интересно получается,- подполковник посмотрел на сослуживцев,- трупы были обнаружены совсем в другом месте. Чтобы это значило? Одно очевидно, что в совхозе Новодвор они все были! Ничего примечательного о селе не слышали?

-Ничего, - подумав ответил лейтенант.

- Вспомнил! - воскликнул капитан, стукнув себя по лбу. - Я как-то был в Новодворе, колесо прокололось, заезжал в их Шиномонтажку -это год как было, так вот, в то время ходили слухи, что недалеко от этой деревни, староверы обосновались, человек пятнадцать. Уже как два года. Живут тихо.

-Так! Будем думать. Без моего ведома в село не суйтесь. Ни под каким предлогом. Ясно! Пока знакомимся с друзьями погибших. Я занимаюсь первым парнем Егоровым Петром. Ты Влад - вторым, ну а ты Анатолий займись девушкой. Наша задача узнать о них как можно больше. Всё! Расходимся, - подполковник встал и не дожидаясь, когда все выйдут, прошёл к окну.

На душе у него была беспросветная тоска. Дело обещало быть долгим и сложным. Время было три часа дня, и он решил навестить квартиру парня, погибшего самым первым - почти два месяца назад. По пути подполковник зашёл к программисту Ивану.

-Сиди, сиди, - следователь слегка надавил на плечо парня, пытавшегося встать. - Я на минутку.

Однако подполковник, взяв стул сел к программисту поближе.

-Иван, как могло такое случиться, что о сообщение, которое поступило на телефоны парней, мы узнаём с опозданием в месяцы?

-Не знаю, Сергей Борисович. Сам не пойму! У меня, после того как я впервые прослушал музыку, при сообщениях, такая депрессия охватила, что работать не хотелось, вообще ничего не хотелось. Помните, я ещё бюллетень взял на почти три недели.

-Сейчас ты как?

-Получше. Работаю над собой - аутотренинг и всё такое, но когда вновь прослушал музыку с сообщением, которое пришло девушке на телефон, опять - обострение.

-Иван, собирайся поедешь со мной на телевидение.

-Зачем?

-Проверим музыку, на наличие посторонней информации.

-Я лучше Сергей Борисович домой пойду, полежу, всё равно не работается.

-Врача вызови. У меня знакомый психиатр есть, позвонить?

-Нет, не надо. .. Отлежусь.

-Ну, смотри, - и Герасимов дружески похлопав парня по плечу, вышел из комнаты.


Стояла пасмурная погода. Моросило. Подполковник Герасимов ехал на своём Уазике на телевидение. Все его мысли были о погибших молодых людях. "А я ведь собирался закрывать их дела, за отсутствием состава преступления... Прокололся. Дело похоже набирает обороты и обещает быть запутанным ", - вздохнув подполковник остановился возле телецентра. Поднявшись в операторскую он окликнул Семёна. Этот молодой оператор не раз консультировал его по разного рода сьёмкам.

-Сергей Борисович, какими судьбами? - Семён встал поприветствовать следователя.

-По делу я к тебе Семён, опять по делу, - подполковник подошёл к столу Семёна. - Проверь-ка музыку, что-то она дурно на моих сотрудников действует, - и он протянул молодому человеку телефон.

-Хорошо! Вы пока посидите, я мигом, - Семён, взяв телефон, пододвинул к следователю стул.

Через несколько минут он вернулся.

-Ну, что Семён, не тяни, - подполковник спросил первым, видя замешательство молодого человека.

-Сергей Борисович однозначно что-то там закодировано, но конкретно что, наша аппаратура не определяет. Я по делам в Москву сегодня еду, если хотите на телевидение заскочу, там спецы по таким шифровкам.

-Семён не в службу, а в дружбу узнай и сразу позвони.

-Не переживайте Сергей Борисович, я сейчас выезжаю.

-Спасибо,- попрощавшись следователь вышел на улицу.

На душе у подполковника было беспокойно. Он жалел, что не настоял и не взял Ивана с собой. Уже сев в машину, решил позвонить капитану.

-Влад, давай быстро к Ивану на квартиру. Его телефон не отвечает. Я сейчас на телецентре проверял музыку, в неё встроена какая-то фраза.Всё остальное потом. Я тоже скоро подъеду.

Предчувствие не обмануло подполковника, когда он приехал на квартиру Ивана, там помимо Влада был и участковый, и скорая помощь.

- Товарищ подполковник, - стал докладывать участковый, первым приехавший на место происшествия. -Труп обнаружил сосед, говорит, пришёл деньги занять. Дверь была открыта. Вошёл, а на полу Иван лежит весь в крови. Вены себе на руках порезал. ... От потери крови умер.


Ближе к вечеру вновь собрались в кабинете у подполковника.

-Мне сейчас оператор Семён звонил из Москвы, - начал подполковник, - в музыке закодирована фраза:"Порежь себе на руках вены".

-Вот это номер! - воскликнул капитан, - выходит кто-то намерено толкал ребят на смерть.

-Да! Кто-нибудь помимо Ивана музыку слушал?

-Нет, - оба следователя отрицательно замотали головой.

-Очень хорошо, потому как достаточно её послушать один раз и подсознание запомнит.И ещё, Семён сообщил, что у нас в стране вопросами кодирования информации занимался лишь один учёный - психиатр Смирнов Эдуард Петрович, он их консультировал в своё время, я имею в виду телевизионщиков московских. У них с этим строго, проверяют и рекламу, и прочую музыку на наличие посторонней информации. Этот учёный работает в Москве. Он то нам и нужен.... Я срочно еду в Москву. У вас что-нибудь по делу есть?


-О погибшей девушки ничего узнать не удалось. На объявление о смерти, никто не откликнулся. Жаль девчонку, была наркоманка, причём со стажем, но как полгода - не кололась.

-Да,- подполковник тяжело вздохнул. - Если с иглы соскочила, тогда ей жить и жить бы.

-Второго парня узнали, - вступил в разговор капитан. - Женщина позвонила, сказала соседка. Он из деревни Серпухово. .. Я уже был там. Отец и мать пьют, что сын пропал и не заметили. Он тоже был наркоманом и, тоже где-то с полгода не кололся. Я думаю может свои достали - наркокурьеры и наказали. Там ведь не любят, когда с иглы соскакивают.

-Вряд ли. И потом, первый парень к наркотикам не имел никакого отношения. И родом они из разных мест. Выходит, что-то другое объединяет их всех троих, раз кто-то им шлёт одно и тоже сообщение, - подполковник вновь раскрыл карту местности. - Неспроста они все бывали на торфяниках. Это важный момент и об этом забывать нельзя. Объединяет их всех совхоз Новодвор, который как раз стоит на торфянике. Влад, вчерашний наркотик, ну который мы изъяли у одного из парней на дискотеке, отправь на экспертизу. Похоже синтетика.

Тут в дверь постучали и дежурный сообщил, что подполковника Герасимова просит к себе в кабинете начальство.

-Что там ещё? - недовольно бросил он, но всё же встал со своего места. - Всё, расходимся. Вы тут сами без меня помяните Ивана и по домам.Работаем по старой схеме.


Когда подполковник вошёл в кабинет к начальнику отделения - полковнику Нестерову Ивану Николаевичу, тот нервно ходил по кабинету.

-Между прочим, информация о загадочных смертях просочилась в прессу. Газеты пестрят заголовками статей: "Японский звонок добрался в наш город", " Сообщение приносящее смерть" и так далее и тому подобное, - с ходу начал полковник, жестом показывая подполковнику, чтобы тот проходил и садился. Люди - в панике, особенно молодёжь. Слухи о погибших разнеслись как в испорченном телефоне, обрастая всё более немыслимыми подробностями. Людей охватила паника. Сергей Борисович, как такое стало возможным? - возмущённо спросил полковник.

-Что вы имеете ввиду?

-Как что - слухи! Вам что они не известны? Почему информация столь серьёзного дела просочилась в прессу?

-Сам в недоумении, - пожал плечами подполковник. - Я никогда не привечал прессу и вообще не контачил с ней, да и не были они на месте ни одного преступления. Никто из моих подчинённых не причастен к утечке информации. Я за своих ручаюсь. Это кто-то из ваших - тыловиков.

-Ладно, я проверю по своим каналам, - уже более снисходительным тоном продолжил полковник. - Но выступить перед прессой вам, Сергей Борисович, всё же придётся. Разъясните населению, что так, мол и так, бояться нечего. А то, понимаешь ли, люди стали шарахаться от любого телефонного звонка, - полковник посмотрел на часы. - Я вызвал телевизионщиков. С минуты на минуту будут.

Дверь открылась и в кабинет заглянул молодой человек.

-Мы с телевидения. Можно?

-Только о вас говорили. Да, проходите, - полковник пригладил рукой волосы.

В комнату вошёл молодой человек, держа в руках камеру, вслед за ним вошла молодая девушка с микрофоном в руках.

-Здравствуйте! - они быстро поздоровались и приступили к установлению аппаратуры. Когда всё было готово, девушка спросила.

-Кто будет давать интервью?

-Подполковник Герасимов Сергей Борисович, - и полковник указал головой на сидящего рядом следователя. - Он ведёт дело. Все вопросы к нему.

-Хорошо, - девушка подошла к подполковнику и попросила его подняться. - Я буду задавать вам вопросы, а вы просто на них отвечайте. Хорошо? - и она доверчиво посмотрела ему в глаза.

-Что ж давайте попробуем, - уклончиво ответил подполковник.

- Мотор, снимаю, - тихо произнёс оператор и направил камеру на девушку и следователя.

- Товарищ подполковник, - начала девушка, - скажите пожалуйста сколько уже людей погибли от полученных сообщений?

Герасимов аж опешил, от столь неправильно истолкованной ситуации. Через секунду, взяв себя в руки, он холодным тоном ответил.

-Люди гибнут ни от сообщений. Последние, вообще просто фон, который использует преступник для большей напыщенности.

-По какому принципу преступник находит своих жертв?

-Мы над этим сейчас работаем. Я хочу ещё раз подчеркнуть, что телефонные звонки и сообщения - это выдумки. Ничего общего с делом они не имеют, так что не надо бояться звонить и общаться по телефону. Паника нам ни к чему. Все силы брошены на поимку преступника и мы надеемся, что в скором будущем он будет задержан и предстанет перед законом. Всё! Больше пока я ничего сообщить не могу в целях дела, - подполковник жестом попросил оператора остановить съёмку и покинуть кабинет.


## Глава 2.


Герасимов собирался в Москву на встречу с учёным Смирновым Эдуардом Петровичем. Он надеялся, что тот прольёт свет на смерть молодых людей, погибших от слов закодированных в музыку.

-Может вместе поедем, - предложил свою помощь лейтенант. - Я всё-таки москвич. На МКАДе застрянете, и потом город не знаете.

-Ой, испугал, я думаешь в Москве ни разу не был? Признайся, что хочешь родителей навестить. Ладно, согласен! На твоей машине поедем. Наш полицейский Уазик светить не будем. Влад, ты за старшего! Мы завтра лишь к вечеру вернёмся в лучшем случаи...

В Москву приехали в восемь часов утра.

-Сергей Борисович может быть всё-таки к моим заскочим, там и позавтракаем?

-Нет, Толик. Я не привык задабривать рабочую атмосферу. У тебя будет время заскочить к своим. Давай вези меня в кафе, считай, что я твой гость.

-Конечно Сергей Борисович - вы мой гость.

Многие кафе ещё не открылись, потому ограничились привокзальным буфетом.

- Молочная рисовая каша - моя любимая, - Герасимов поднёс тарелку к носу и с удовольствием вздохнул запах молока. -Люблю каши в любое время дня, - быстро вытерев бумажной салфеткой ложку он принялся есть.

Некоторое время молчали.

-Ты почему Толик не женишься? Ел бы каждый день такие вкусные каши, - подполковник довольно облизал ложку и положив её на пустую тарелку отодвинул в сторонку.

-Да всё как-то не соберусь, - уклончиво ответил лейтенант.

-А девушка-то есть? - подполковник умудрялся есть бутерброды и задавать вопросы.

-Была. Расстались.

-Что так?

-Она полюбила другого.

-Не переживай. Другую найдёшь, ещё лучше.

Заканчивали завтрак уже, молча.

В первой московской психиатрической больнице, где работал психиатром Смирнов Эдуард Петрович, подполковнику сообщили, что врач умер как семь месяцев назад.

-Обширный инфаркт. Дома умер. Для нас его смерть была как гром среди ясного неба. Не должен был он умереть так. Во всяком случаи, мы как врачи пытались узнать правду, но нам и результаты вскрытия не показали, - главврач - красивая женщина средних лет, с кем беседовал следователь, на прощание добавила, - у Эдуарда Петровича была ассистентка.... Они были очень дружны, - и она загадочно посмотрела на подполковника, пытаясь узнать, понял ли он насколько они были дружны.

-Вы хотите сказать, что они были любовниками? - напрямую спросил следователь.

-Я вам этого не говорила, - и главврач быстро добавила, - может быть Ольга Николаевна знает подробности смерти нашего коллеги. Обратитесь к ней. Она на кафедре...По коридору и налево. Мы даже на его похороны не были приглашены.

-Спасибо за помощь, - подполковник вышел из кабинета главврача.

Ольга Николаевна была на месте и охотно вышла к следователю. Узнав причину его прихода, улыбка сошла с её лица. Было видно, что девушка расстроилась.

-Пройдёмте к месту для курения, - грустно сказала она, указывая на коридор.- Страшно курить хочется, там и поговорим.

Достав сигарету и закурив она продолжила.

-Абсурд конечно, но не знаешь, что и думать, - начала она. - Успешный, здоровый мужчина .. и вдруг умирает. Официально - обширный инфаркт. Конечно, в принципе такое бывает, но с ним почему-то не вяжется... Я его хорошо знала, мы вместе на лыжах зимой катались. И на похоронах мы никто не присутствовали, я имею ввиду коллектив. Родственники пожелали похоронить его в семейном кругу, хотя он и женат то никогда не был, и детей не было... Какие родственники?

-У вас есть собственная версия смерти коллеги?

-Мне кажется ему помогли уйти. За несколько дней до смерти, он мне рассказал, что в молодости они с друзьями втянулись в какую-то игру. Он не уточнил правила, но сказал, что она связана со смертью. И ещё он говорил, что один из его друзей отказался участвовать.

-А кто? Он не называл?

- Называл. Сидоров Коля, он кажется, работает в научно исследовательском институте метрологии. Я запомнила, потому что когда нам нужно было ехать в горы, он всегда к нему обращался, чтобы узнать погоду.

-Ясно. Скажите, пожалуйста, в течение этих семи месяцев его имя всплывало каким-нибудь образом?

-Вы хотите сказать в криминальном? .. Нет что вы! Эдуард Петрович был человек науки. Он, можно сказать, жил в больнице. Его кроме больных никто и ничто не интересовало... Ему всего сорок два года было бы сейчас.

-Такой молодой и доктор наук?

-Он был очень талантливым психиатром и много сделал для психиатрии. Жаль, что у него учеников не было. Все свои наработки он в голове держал, так и унёс их с собой в могилу.

-Что, с вами даже не делился?

-Нет, он был очень амбициозен.

-Ну, спасибо вам. До свидания. Вы нам очень помогли.

-Прощайте.


-Дело усложняется, - сказал подполковник, садясь в машину, где его ждал Анатолий.

-Что - эмигрировал?

-Хуже - умер. Хотя все коллеги утверждают, что его смерть какая-то странная. Конкретно о своих разработках никому не говорил. Очень скрытным был. Ничего после себя не оставил! Жаль, - Герасимов тяжело вздохнул, - вместе с этим психиатром исчезла возможность узнать, каким образом и кто мог закодировать эту убийственную фразу. Я на него очень рассчитывал... Его смерть вызвала в коллективе, где он работал много всяких домыслов, придётся проверить, - сделав паузу подполковник продолжил. -Со слов его любовницы, кроме матери у него никого не было. .. Она живёт в Подмосковье - в деревне "Зарница". Мать навещать пока не будем, а вот друга, про которого рассказала любовница - Сидорова Николая Владимировича, навестим. Не люблю недосказанность и туманность. Трогай Толик,- и подполковник продиктовал адрес.


Николай Владимирович был на работе. Узнав причину встречи, он вышел в вестибюль и они, с подполковником усевшись на скамейку стали беседовать.

-Я психиатр, из Германии, Абрамов Пётр Зигмундович, - представился подполковник. Затем добавил, - докторскую пишу, хотел посоветоваться с Эдуардом Петровичем по некоторым вопросам. Специально прилетел, а тут такое.

-Ясно! Да, умер Эдуард Петрович. Вы что же не слышали?

-Я болел долго. Меня смутили слухи о его смерти, - подполковник направил разговор в нужное русло. - Говорят, из-за какой-то там игры он покончил с собой.

-Да, что вы верите слухам! Это чушь! Он - взрослый человек.

-А что за игра? Его подруга, тоже уверенна, что из-за неё.

-Глупости. Стёпка Коновалов - наш общий друг в программировании очень силён. Он с молодости таким был, сейчас вообще - асс. Нам тогда по двадцать лет было. Стёпка программу какую-то запустил каждому в компьютер. В некую формулу он ввёл наши квартиры. Они и крутились во времени, и если чей номер квартиры выпадал, то тот должен был покончить жизнь самоубийством. Они даже поклялись на крови, что не струсят и если что покончат с собой. Правда незадолго до смерти, Эдик мне сам говорил, что его квартира якобы выпала, но я не думаю, что он придал этому значение. Взрослый человек, доктор наук и какая-то юношеская игра - не серьёзно.

-Вы тоже поклялись?

-Нет. Двадцать лет прошло - можно сказать. Если честно, то я струсил.

- А сколько вас - друзей?

-Нас четверо было. Стёпка, Эдик, Петя и я.

-А вы что же, вместе учились в одной школе?

- Да! Мы 57 кончали, в одном классе учились.

-Думаете, игра тут не причём.

-Ну, конечно же.

-Вы были на похоронах?

-К сожалению нет, меня не было в городе.

- Ясно. Ну ладно спасибо вам. Жаль, очень жаль. Эдуард Петрович был очень талантливым психиатром, - подполковник попрощался и вышел.


-Ну как поговорили? - спросил Анатолий, который успел заскочить к родителям и навестить их.

-Да, хотя вопросы не уменьшились, - и подполковник подробно рассказал о разговоре с Николаем. - Надо в 57 школу заехать, взять фотографии его друзей.


Как оказалось не только психиатр был доктором наук. Один из друзей- Мартынов Пётр Романович был доктором химических наук. А сам программист Степан - неоднократный призёр международных олимпиад по программированию. С двумя друзьями подполковнику встретиться не удалось; профессор химии был на симпозиуме в Варшаве, а сам программист отдыхал в Болгарии.

- Да, друзья что надо! Все именитые! Ну, что Анатолий едем домой. Много вопросов, обмозговать надо.

Когда на следующий день подполковник утром пришёл на работу, Толик уже был там и эмоционально рассказывал Владу о поездке.

-Даже эксгумацию делать не надо, и так ясно - живой этот психиатр, - поздоровавшись с шефом начал Влад. Он кстати, как ни странно, выполнил данную им клятву. Если он скрывается, то значит, поменял внешность, фамилию, а с ними пропали и все его регалии. Это равносильно смерти для учёного!

-Ты, прав Влад. Наверняка внешность поменял. У тебя есть что по делу?

-Есть! Не совсем по делу. Помните Сергей Борисович вы мне поручали на днях, проверить синтетический наркотик, который изъяли у одного наркомана.

-Ну, помню и что? Не тяни!

-Поступила информация, что синтетическими наркотиками вовсю торгуют в Благое. Продавцы известны. Вот этот наркотик, - и Влад положил упаковку зелья на стол.

-Отправь на экспертизу. Пусть определят время упаковки. Наркотиков нам только и не хватало, - подполковник тяжело вздохнул.

- Уже! Экспертиза показала, что это синтетический наркотик амфетаминовой группы - сильнейший психостимулятор! По негативному воздействию на организм сравнимым с героином! И самое главное выпускается где-то поблизости, похоже в нашем районе.

"Вот это, да"! - чуть ли не в один голос воскликнули и подполковник и лейтенант.

-Наркотики не наша с вами зона ответственности, я сообщу куда надо. Не дай Бог спугнём.

-Не беспокойтесь шеф, не впервой. Жалко отдавать, могли бы сами.

- Хорошо, я пока повременю сообщать, обмозговать надо, но не будем забывать, что наша с вами задача узнать, кто послал сообщения погибшим ребятам, и не будет ли повторов. Не отвлекаемся товарищи.


Было час ночи, но подполковнику Герасимову было не до сна. С годами своей холостяцкой жизни он выработал привычку допоздна работать дома и уже завтра, на работе, отрабатывать версии, пришедшие на ум. Сегодня было как всегда. Но, ни одна новая идея пока не посетила его."Надо перекусить", - сказал он сам себе, направляясь на кухню. "Чёрт, шаром покати", - дверца холодильника с шумом захлопнулась. Герасимов стоял в одних трусах и удручённо посматривал на буфет, не решаясь открыть его, предполагая, что и там пусто. "Господи! Я же вечером в магазин заезжал", - и чуть ли не бегом он направился в прихожую. Там в углу у самой двери валялся пакет. Радостно схватив его, подполковник вернулся на кухню.В пакете лежали: колбаса, два батона хлеба, ряженка и молоко.

Вытащив нож, из кухонной раковины, наполненной грязной посудой, он ополоснул его и, отодвинув рукой мусор на столе, состоящий из всевозможных объедков, крошек, пакетов - начал резать колбасу. Найдя неизвестно где чистую тарелку, он уложил на неё целую гору бутербродов. В одной руке держа тарелку с едой, в другой - бутылку ряженки, довольный прошёл в комнату.


Там у подполковника был такой же беспорядок, как и на кухне. В субботу приходила домработница баба Лена, которая за небольшую плату, умудрялась наполнить квартиру семейным уютом. Она варила борщи и пекла пироги, но сегодня была лишь среда, потому подполковник ограничился поеданием бутербродов. Поев и сделав себе чашку крепкого кофе следователь вновь сел за стол и стал думать.

Сообщения сопровождались музыкой, в которой была закодирована фраза, призывающая покончить с собой. А что если это и есть та самая злосчастная программа, которую придумал программист? Работает и косит людей. Метеоролог говорил, что если выпадает чья-то квартира, ему на компьютер начинает приходить сообщение. В нашем случаи тоже приходят сообщения. Если программа тут не причём, то кто встроил в музыку убийственную фразу? Без психиатра, или большого знатока человеческих душ здесь явно не обошлось. Попробуем поискать психиатра. Но где искать? Если не уехал, то наверняка сменил внешность. У него есть мать, причём больная. Бросить он её скорее всего не мог, значит нужно перво - наперво её отыскать, чем мы и займёмся. И ещё, от тел двух, погибших парней исходил неприятнейший запах - это может означать ещё и то, что парни каким-то образом причастны к производству синтетических наркотиков. Но как и где? Было три часа ночи. Подполковник довольный обозначенной целью лёг спать.


На следующий день он уже в девять часов утра гнал свою машину по направлению села Зарница, где по сведениям жила мать психиатра. Село Зарница было в ста километрах от их города Благое. Стояло бабье лето. Под лучами солнца красно-жёлтым огнём полыхали листья, подмятая трава из последних сил отливала зеленью - природа крепилась, молодилась, но холодная, отрезвляющая зима жизни уже тряслась от нетерпения вступить в свои права. Адрес матери психиатра у подполковника был, потому найти дом не составило труда. Когда следователь Герасимов подошёл к калитке дома, то первое кого он увидел, опрятную старушку, которая сидела на скамейке во дворе и грелась на солнце.


-Здравствуйте бабушка, - вежливо поздоровался подполковник. -День сегодня жаркий выдался, водичкой не угостите, - Герасимов произнёс банальное вступление.

-Здравствуй милок, - ответила бабушка. - Не мог бы ты говорить погромче. Плохо слышать я стала. Старость она не только красоту забирает, но и здоровье. Зайди во двор, чего плетень подпираешь.

Подполковник поспешно открыл калитку и вошёл во двор. Он подошёл и сел рядом на скамейку.

-Дом хочу купить. Не знаете кто продаёт?

-Нет, дорогой. Ноги у меня больные с трудом хожу. Что из магазина или по какой другой нужде - дочка соседки приносит. А лекарством сынок обеспечивает. Заботливый он у меня.

- Хорошо, когда сын заботливый. .. Сын поди врач, раз лекарствами обеспечивает?

-Нет, что ты! Он у меня водителем маршрутки работает, а лекарства - это какие местный фельдшер назначит, он и покупает.

-Вы давно в этих краях живёте, в вашем лесу ягода какая, грибы водятся?

-Нет, родимый, не знаю. Я сама как около года здесь живу.

-А где прежние хозяева, небось в город поддались? Бежит молодёжь из деревень, что говорить.

-Да нет, вроде как, здесь раньше старушка жила. Как раз моего возраста будет. Елена Владимировна по батюшки.

-Имя запомнили.

-Да! Мы с ней два месяца вместе жили. Она не сразу съехала. На память мне фотографию свою подарила. Хорошая старушка, приветливая, уезжать не хотела. ... Но что поделаешь, сына её на новую работу перевели, то ли в селе Нарын, то ли Нарьян, словом в деревне на букву "н" ей сын домик купил. Он у неё один, потому с собой забрал, - бабушка порылась в кармане халата и достала маленькую фотокарточку и стала её разглядывать. - Плохо, без очков не вижу. Я её с собой ношу, она мне на память подарила, а ей - свою.

-Ясно! В жизни всякое бывает, - подполковник как бы из уважения взял в руки фотографию. Ему хватило минуты, чтобы запечатлеть в памяти образ старушки.

-Спасибо бабушка, за водичку, за разговор. Отдохнул, теперь пойду до магазина. Узнаю не продаёт ли кто дом. До свидания, - Герасимов вернул фотографию и попрощавшись вышел на улицу.


Лишь сев в машину, он позволил себе расслабиться, достав сигарету, закурил.

"Значит, мать он всё же не оставил. Забрал с собой. Свою внешность наверняка изменил", - подполковник перебирал в уме возможные варианты развития событий. "Итак, ищем деревню или город на букву "н", а в нём старушку. Удача в том, что теперь ясно кого искать, лицо я запомнил. На старушку и сын клюнет. За работу", - бросив окурок в окно, подполковник снял машину с ручника.


Понадобилась неделя, прежде чем на окраине деревушки Норка, что в ста километрах от города Благое и в пятистах от Москвы, подполковник отыскал старушку - мать психиатра. А неподалёку от деревни находилась психиатрическая больница, где и работал сам разыскиваемый психиатр. Во внешности он поменял лишь нос. Паспорт же сменил и теперь назывался Нестеренко Эдуард Петрович. "Пока удача на моей стороне - значит, двигаюсь в правильном направлении ", - похвалил себя подполковник. Всю ночь он проходил по комнате в раздумьях, зато уже завтра на работу он шёл с конкретными предложениями к действию.


Оперативка началась как обычно в девять часов утра. Первым начал говорить сам подполковник.

-Итак подытожим факты. Психиатра удалось найти. Он особо не замарачивался с конспирацией. В пятистах километрах от Москвы в деревне Норка в психиатрической больнице он и работает. Сменил лишь фамилию и нос подкорректировал. Понятно, никакой он не профессор и не доктор наук. Ради чего спрашивается серьёзную московскую клинику и всевозможные звания он променял на деревенскую неустроенность?

-Может сам свихнулся? У них, у психиатров - это говорят тоже случается, - вставил капитан.

-Может быть, но может быть и другая причина о которой необходимо узнать. Один из погибших был психически больным. Необходимо выяснить, не лечился ли он в его клинике. Весть о талантливом психиатре далеко за пределы Норки распространилась, люди к нему едут. Славы не хватало? Но в Москве его тоже ценили.

-Ты, Влад, установи неусыпную слежку за психиатром. За ним надо следить день и ночь. Открыто ни куда не суйся. Вопросами кодирования информации у нас в стране только он и занимался. Дело сложное, можем спугнуть... Неспроста он прячется! Надо действовать осторожно.... Теперь, что касается наркотиков. От погибших парней пахло концентрированной уксусной кислотой - это может означать, что ребята причастны к производству наркотиков. Таково рода запах - издержки производства. В совхозе Новодвор, возможно, цех и находится. У меня приятель бизнесмен, как раз собрался в этом селе магазин строить, так вот ты, Толик, и сыграешь роль этого бизнесмена. В преступном мире тебя не знают, так как человек ты новый, родом из Москвы. Тем более я слышал и не раз, как ты канючил, что домик в деревне купить хочешь, для родителей или для себя, не столь важно. Радуйся! Такая возможность у тебя будет. Не позднее чем завтра и приступай. Новодвор - село богатое, и лес опять таки рядом... Задержись, обсудим детали.


После разговора с Анатолием следователь Герасимов пошёл в кабинет начальника - Нестерова Ивана Николаевича.

-Товарищ полковник, мне нужен психиатр. Желательно - женщина и как можно быстрей.

-Хорошо! Будет тебе психиатр. Есть успехи по делу?

-Работаем товарищ полковник.

-Ладно ступай, вижу не хочешь говорить.

-Нечего пока рассказывать, - Герасимов попрощался и вышел из кабинета.....


## Глава 3.


Село Новодвор - твёрдо стоящий на земле совхоз. Собственная птицеферма, теплица, где круглый год выращивали овощи, весьма приличное стадо и много техники - всё это успешно обеспечивало жителей села работой. Практически на всех подворьях водились с десяток гусей, козы, коровы. Лес,окружающий село - щедро баловал своими дарами местных жителей. Старший лейтенант Анатолий купил небольшой домик на окраине села. Его соседями оказались пожилой мужчина - егерь и его больная жена. На второй день своего пребывания в селе, Анатолий направился к председателю правления.


- Константин Петрович можно? - следователь заглянул в кабинет председателя.

-Проходите, что у вас? И вообще кто вы, я вас впервые вижу? - председатель мельком взглянул на вошедшего.

-Я бизнесмен - Анатолий Сергеевич, купил в вашем селе дом. Хочу построить магазин детской игрушки.

-И что? - равнодушно, если не сказать презрительно председатель вновь посмотрел на гостя.

-Хотелось бы получить от вас разрешение.

-В каком месте хотите поставить магазин?

-Можно возле продуктового, там и место есть?

-Хорошо. Вопрос будет вынесен на правления совхоза, - и председатель забыл о посетителе, углубившись в чтение каких-то бумаг.

-До свидания, - гость поднялся со стула, но пошёл не к выходу, а к столу председателя. - За потраченное на меня время, хотел бы сделать вам небольшой презент и он положил на стол обыкновенный почтовый конверт.

Ни один мускул на лице председателя не дрогнул, он даже не притронулся к конверту, не подняв головы, лишь сухо бросил.

-Зайдите завтра после обеда.

-До свидания! - вновь повторил гость и направился к выходу.

Первые дни Анатолий обживался, присматриваясь к жителям села. Все новости и события можно было узнать в продуктовом магазине, куда слухи и сплетни стекались ручейками, потому Анатолий находил повод бегать туда по несколько раз в день. После посещения председателя, в тот же день его удостоил своим вниманием местный участковый.

-Лейтенант Захарченко, - представился он. - Ваши документы?

Анатолий протянул участковому паспорт.

-Москвич значит, - многозначительно произнёс лейтенант рассматривая паспорт. - К нам в глушь зачем пожаловали?

-На природу потянуло, - Анатолий был немногословен.

-На природу значит, а бизнес?

-Так ведь ещё добро не получено.

-У нас, к сведению будет сказать, все бизнесмены делают пожертвования. Потому у нас есть и клуб, и школа приличная с компьютерами, спортивный зал, опять таки, хороший.

-А кому приносить? - напрямую спросил Анатолий.

-Мне, я председателю потом сам отнесу. Сам понимаешь, я по долгу службы всегда на месте, а он - в разъездах.

-Хорошо. Первую прибыль тебе принесу.

-Вот и порядок. ..Пойду я.

"Ну ты и влип Захарченко ", - с улыбкой произнёс Анатолий, когда за незваным гостем закрылась дверь... Но через пару дней, уже получив добро на строительство, Анатолий всё же с удовольствием отметил, что польза из "дружбы" с участковым налицо. После их разговора, строительство магазина пошло как по маслу. В совхозе всегда находился и нужный инвентарь, и строительные материалы. Нанятые рабочие работали на совесть.


Поселенцы - староверы, как называли их жители, жили где-то в лесу, в совхозе не появлялись и чтобы отыскать их не привлекая внимания, Анатолий решил познакомиться с местным егерем, благо он жил по соседству. Однажды вечером, заметив, что егерь вернулся домой он, купив бутылку водки и закуску, постучал в его дверь. На стук первой отреагировала собака Жучка. Подбежав к двери она начала лаять. Простояв под дверью десять минут и уже было, собравшись уходить, Анатолий услышал голос хозяина дома.

-Чего разлаялась, слышу я. Сейчас открою, - скрип задвижки и сильная рука распахнула входную дверь.

Первые несколько секунд егерь просто сурово смотрел на молодого человека.

-Здравствуйте Алексей Семёнович! Я - ваш новый сосед.

-Ну и что? - егерь не сдвинулся с места.

-Поговорить хотел, у меня к вам дело. Можно войти?


Ещё несколько секунд хозяин дома неподвижно стоял, глядя на Анатолия о чём-то раздумывая, но затем развернулся и бросив :"Заходи"! - пошёл в комнаты. Молодой человек шёл следом за хозяином. Они, пройдя прихожую, которая служила хозяевам одновременно и кухней, вошли в небольшую комнату, обставленную довольно скромно. Стол с электрическим самоваром у окна, вокруг несколько табуреток. В углу старый телевизор и рядом небольшой диванчик. Комната была смежна с другой, очевидно со спальней, дверь в которую была закрыта.


-Проходи, - пригласил егерь, усаживаясь за стол и беря в руки чашку. - Чай собирался пить, будешь?

-Не откажусь, - и Анатолий поставил на стол бутылку водки и пакет, из которого вытащил колбасу, банку солёных огурцов, консервы и пачку печенья.

Хозяин тем временен, выйдя на кухню, принёс литровую банку молока и буханку свежего хлеба.

-Открывалки я полагаю у вас нет? - спросил гость, глядя на консервы.

Хозяин дома молча, вновь вышел на кухню и вернулся с новенькой открывалкой и с тремя тарелками.

-Замечательно!

Анатолий ловко открыл консервы и уже через каких-то десять минут на тарелке красовались кусочки сайры. Хозяин тем временем нарезал хлеб и колбасу. Первые четверть стакана водки выпили за здоровье.

Во второй раз Анатолий налил хозяину половина стакана, себе же, как и в первый раз лишь четверть. И вновь выпили - закусили. Хозяин упорно не хотел говорить. К еде он едва притронулся. Анатолию было неловко есть одному, но он боялся опьянеть и сболтнуть лишнего, потому налегал на хлеб и колбасу.

-Места у вас красивые, лес, наверное и лоси водятся? - Анатолий едва пригубил свой стакан, тогда как хозяин выпил до конца.

-Встречаются, - егерь был немногословен.

Разговор всё никак не завязывался. Так перебрасываясь словами, или небольшими фразами Анатолию всё же удалось заполучить у хозяина обещание взять его с собой на охоту, но как оказалось егерь не был заядлым охотником. Уже как больше месяца молодой человек жил в совхозе Новодвор, но поохотиться ему так и не привелось. А между тем строительство магазина детской игрушки закончилось и начались отделочные работы. ...


## Глава 4.


Подполковнику Герасимову позвонили и назначали встречу в районном кафе "Заходи". Районный центр объединял несколько деревень, в числе которых и была деревня Норка. В кафе к подполковнику сразу же подошёл администратор и проводил его за столик, где уже сидела высокая, красивая блондинка.


- Извините опоздал, - подойдя к столику произнёс подполковник. -Не предупредили кто меня будет ждать. Весьма польщён! - и следователь галантно поцеловал девушке руку. - Сергей Борисович Герасимов, - представился он, усаживаясь за столик. - Вы психиатр из Москвы?

-Да. Зовут меня Наталья Петровна. Вы, как я полагаю, и есть тот легендарный Герасимов.

-Не в курсе, что обо мне уже легенды ходят.

-Не скромничайте.... Вы закажите, что-нибудь, иначе мы рискуем привлечь к своим персонам любопытные взгляды, - сказала девушка.

Сама она ела мороженное. Подполковник подозвав официанта сделал заказ. Ожидая еду, он продолжал слушать гостью, которая говорила без умолку.

-Я по легенде племянница заведующего районными больницами и приехала в эти края с целью собрать материал на докторскую диссертацию. Кандидатскую, я уже защитила и ... это правда. Завтра мой первый рабочий день. Встречаться будем у меня на квартире, которую я снимаю, здесь - в районном центре, - Наталья Петровна, порывшись в сумочке, достала ключи и листочек , на котором был адрес квартиры. Взяв ключи Герасимов мельком бросил взгляд на листок с адресом и тут же разорвал его на мелкие кусочки.

-Неужели запомнили? - удивлённо спросила психиатр.

-Невесть что - адрес, - нехотя бросил он в ответ.

Принесли заказ. Подполковник заказал себе на первое борщ, а на второе -бефстроганов и стакан кефира. Его дома никто не ждал, потому он решил подкрепиться основательно. Отломав кусочек хлеба, он приступил к еде. Психиатр Наталья между тем начала задавать вопросы.

-Что известно о подозреваемом? Его фотографию я видела.

-Сорок два года, холост, доктор психиатрических наук. Во внешности изменил только нос, а вот новый паспорт себе сделал. Он теперь - Нестеренко Эдуард Петрович - поменял лишь фамилию, имя и отчество оставил. И разумеется сейчас он никакой не доктор наук. Запомните пожалуйста. Начните работать, войдите в доверие. Это очень важно! Ваша задача выяснить причастен ли он к тем угрозам, из-за которых гибнут люди. Вам наверное известно, что в музыке, сопровождающей сообщения, была закодирована словесная фраза?

-Да, обо всём этом я осведомлена. Каков характер подозреваемого? Что-нибудь известно?

-По словам коллег, он очень одержим своей работой. Буквально свихнулся на ней. Остальное придётся узнавать на месте. Не боитесь?

-Чего? - подполковник поймал на себе удивлённый взгляд девушки.

-Ну, мало ли что, психи всё - таки.

-Это обывательское отношение к больным! Поверьте мне, в своём большинстве - это весьма незаурядные личности, с богатым внутренним миром. И потом, я работала консультантом, и мне приходилось общаться и с маньяками, и с уголовниками. Так что меня мало чем удивишь и испугаешь.

-Значит, психиатра раскусите сразу, - ободряюще улыбнулся подполковник. - Да, чуть было не забыл, найдите возможность выяснить не лечились ли когда-нибудь в этой больнице наши потерпевшие. Вот фотографии и фамилии.

Наталья Петровна надо отметить держалась весьма холодно, если не сказать надменно. Она не принимала ни улыбок партнёра по делу, ни его шутки. Доев мороженное она подозвала официанта и, расплатившись, ушла, сухо попрощавшись.

-Ох, мне эти московские штучки, - вздохнул подполковник и продолжил есть...


В свой первый рабочий день Наталья Петровна пришла в психиатрическую больницу, деревни Норка, как полагается к девяти часам, и первое, что она увидела как две нянечки и медбрат стояли возле двери, одной из палат и, сменяя друг друга, толкаясь смотрели в смотровое окошко, и что самое ужасное - смеялись.

-Что за безобразие? - Наталья Петровна грубо обратилась к наблюдавшим. - Что в цирк пришли? Марш по своим местам! - и она буквально испепелила огнём ненависти смотрящих.

Те обескуражено попятились назад и через минуту их и след простыл. В коридоре по - прежнему никого не было. Часы показывали время завтрака и больные, и обслуживающий персонал находились в столовой. Наталья Петровна быстро повернула ключ в двери и вошла в комнату. Это был изолятор, стены оббиты матрасами, всё вкручено и привинчено, на случай если пациент захочет причинить себе вред. В комнате находился мальчик лет тринадцати, во всяком случаи он так выглядел. Он сидел на полу и ел обои. Где он их взял было непонятно. Его горящий взгляд как бы замер на одной точке. Наталья Петровна смело подошла к подростку и села возле него, на корточки. В её руке мелькнула конфета, которую с улыбкой на лице она протянула мальчику.


-Возьми, это тебе, - голос женщины, который минуту назад был груб и резок, преобразился и стал мягким и спокойным. - Ты знаешь, дураков в жизни много, стоит ли обращать на них внимание.

После этих слов мальчик поднял глаза и посмотрел на женщину. То, что она была рядом, буквально на расстояние вытянутой руки и её добрый голос, эта конфетка, всё это ввели его в некоторое замешательство. Он неотрывно смотрел на женщину и в его глазах заблестели слёзы. Та между тем продолжала с ним разговаривать.

-Вставай милый, на полу холодно, - она нежно обняла его за плечи и сделала попытку его поднять.

Подросток, молча, подчинился ей и прошёл к кровате. После того как он сел, женщина, также села рядом. Затем она одной рукой обняла мальчика, другой же стала гладить по голове.

-Выплюни дорогой, что у тебя во рту. Это гадость! Не слушай никого кто бы ни заставлял тебя это делать. Не бойся, я с тобой.


Женщина продолжала обнимать и гладить рукой волосы мальчика. И тут его охватил приступ рвоты. Мальчика буквально выворачивало от потока рвотных масс. И всё это время Наталья Петровна была рядом и, гладя подростка по спине, помогала ему. Её халат был весь испачкан, как впрочем, и пол и матрас. Лишь через несколько минут к ребёнку пришло облегчение. Стянув наволочку с подушки, она вытерла мальчику рот и уложила в постель. После того как пришедшие уборщицы убрали комнату и поменяли постельные принадлежности, Наталья Петровна попросила принести два чая. Они вместе попили с конфетами чай, которых оказалось в её карманах несколько штук и всё это время они разговаривали. Мальчика звали Костя и он поведал, что голоса внутри его головы заставляют есть обои и если он не послушается, то они сильно кричат и пилят его голову пилой. Это очень больно. Он их боится.


-Сейчас они кричат? - ласково спросила Наталья Петровна.

-Нет. Я почему-то их не слышу, - Костя недоумённо пожал плечами.

-Вот и замечательно. Ты главное их не бойся и не слушайся их.

Часа три провела врач в палате подростка. Лишь после того как Костик уснул она потихонечку вышла. А между тем по больнице уже распространился слух, о новом враче-женщине, которая одна бесстрашно вошла в палату буйного больного, рушившего буквально стены! Наталья Петровна шла по коридору с горящим взглядом своих прелестных глаз и ловила на себе восхищённые взгляды, но сегодня это её совсем не занимало, ибо мысли женщины были заняты поиском тех троих - "безмозглых чурбанов", чтобы утопить в их "крови" своё страстное желание наказать. Женщина буквально сканировала каждый уголок коридора, но почему-то совсем не замечала пристального взгляда врача Эдуарда Петровича, который увидев её прервал разговор с медсестрой. И когда Наталья Петровна поравнялась с ними, он первым окликнул её, сделав шаг навстречу.

-Позвольте выразить вам своё восхищение, - с этими словами Эдуард Петровича слегка коснулся локтя женщины.

Только теперь Наталья Петровна как бы вернулась в действительность. Она остановилась и, взяв себя в руки, повернула голову к говорящему и с милой улыбкой на губах произнесла.

-Здравствуйте! Извините, я не заметила вас. Моё возмущение поведением некоторых нянечек, столь велико, что я просто готова убить их.

-Да, коллега я с вами абсолютно согласен, в том, что поведение обслуживающего персонала из рук вон плохое, но голубушка за такую мизерную зарплату никто не хочет работать и администрация вынуждена держать идиотов. Такова реальность.

-И всё же пусть не попадаются мне на глаза! - угрожающе добавила женщина.

Она узнала Эдуарда Петровича сразу. Его внешность она изучила основательно и, продолжая мило улыбаться, представилась.

-Наталья Петровна - назначена лечащим врачом в вашу больницу.

-Очень приятно! Эдуард Петрович, - в свою очередь представился мужчина. - Мне звонил ваш дядя, прося оказать вам помощь, но я смотрю вы в ней совсем не нуждаетесь. Мне в подробностях рассказали о вашем первом посещение больного. Примите мои поздравления. Всё было сделано на высшем уровне профессионализма.

-Спасибо, - доктор совсем не смутилась. - Надеюсь, вы введёте меня в курс дела.

-Да конечно пройдёмте.

Так вот напористо и скандально Наталья Петровна начала работать врачом в деревенской психиатрической больнице. Лечащих врачей было двое - она и Эдуард Петрович. Больных же было человек тридцать. С мужской галантностью, Эдуард Петрович поручил Наталье Петровне вести лишь десять больных, в числе которых был тринадцатилетний подросток Костя.


## Глава 5.


Психбольница деревни Норка. Кабинет Эдуарда Петровича. Небольшая комната производила впечатление лаборатории. В углу на небольшом столе стоял энцефалограф, возле которого крутился молодой человек. Рядом стояла кушетка. На другом столе более длинном было много другой аппаратуры. Сам психиатр Эдуард Петрович сидел за письменным столом и что-то писал.

- Андрей, у тебя как всё готово?

-Минуточку Эдуард Петрович!

-Сейчас войдёт новенький, поступил буквально два дня назад. Вменяем, всё понимает. Пока у него ремиссия.

-Всё ясно Эдуард Петрович. Работаем на полную катушку.

-Скажешь Андрей, когда можно будет приступать, - и врач углубился в бумаги, которые были у него на столе.


Андрей - молодой красивый парень был добровольным ассистентом у Эдуарда Петровича. Он учился на пятом курсе медицинского университета и был влюблён в психиатрию. Будучи родом из деревни Норка он каждое лето на добровольных началах работал в психиатрической больнице, а около года назад познакомился с Эдуардом Петровичем. О таком везение молодой человек даже не смел мечтать. С этого времени он чаще стал бывать в деревне и всячески старался быть полезным Эдуарду Петровичу, как губка впитывая его полные новаторства методы лечения. Через некоторое время, Эдуард Петрович уже встречал больного у дверей кабинета.


-Проходи, дорогой. Всё хорошо! Бояться нечего.

Подойдя совсем близко к больному он дружески похлопал его по плечу и, взяв за локоть, провёл к креслу.

- Садись. Больно не будет. Я буду стоять рядом. Ничего не бойся. Сейчас мы подсоединим к твоей умной головке электроды, - все свои действия врач комментировал спокойным, доброжелательным голосом. -Теперь наденем наушники. Вот и всё. Ты просто сиди и смотри на монитор компьютера. Ты абсолютно ничего не будешь чувствовать. Просто сиди, смотри и отдыхай. Понял?

-Молодой человек кивнул головой.

-Эдуард Петрович включать? - донёсся голос Андрея.

-Давай, - врач дал команду включения энцефалографа, сам же остался стоять рядом с больным .


Наталья Петровна сидела в углу комнаты и внимательно наблюдала. Она уже как две недели работала в больнице и старалась как можно чаще встречаться с объектом, ради которого она приехала из Москвы в эту дыру. Но если честно, она нисколечко об этом не жалела. Эдуард Петрович был превосходным психиатром. Его методика лечения была нова и столь успешна, что она как врач заинтересовалась ею и была благодарна Эдуарду Петровичу за предоставленную ей возможность наблюдать процесс лечения.

Сеанс начался, на мониторе перед глазами больного стали мелькать тысячи символов - слова или образы. С бешеной скоростью мелькали картинки. Глаз едва успевал фиксировать их, но мозг, который превосходил по скорости компьютер, успевал отреагировать и его реакцию на картинки скрупулёзно регистрировал энцефалограф. Когда сеанс окончился, Эдуард Петрович снял электроды.


-Вот и всё. Ты просто молодец! - и доктор вновь одобрительно похлопал больного по плечу. - Всё дорогой, ты можешь идти в свою палату. Когда результат будет готов я, тебе объясню, что он будет обозначать, и мы с тобой решим что делать дальше, чтобы ты вскоре поправился, - доктор проводил больного до его палаты. Когда он вернулся, Наталья Петровна ещё была в кабинете, Андрей же ушёл предварительно обрабатывать полученные данные.

-По чашечке кофе, - первое, что спросил доктор, проводив больного.

-Можно, - просто ответила психолог.

Разлив горячий кофе по чашкам и, достав печенье, доктор пригласил гостью угощаться. Взяв пару печений и чашечку с кофе, Наталья Петровна прошла и села на своё место.

-Вас, наверное, интересует, чем мы сейчас занимались, - сделав глоток кофе, заговорил доктор.

- Хотелось бы узнать, вы столь успешны и любое ваше действие - ноу-хау, - женщина кокетливо улыбнулась.

-Ну, что вы дорогая. Ничего нового я не делаю. Хотя, это моё изобретение. Дело в том, что мы с вами через некоторое время, когда Андрей принесёт обработанный материал, сможем воочию увидеть работу подсознания - не осознаваемую психическую деятельность человека. Ведь его поведение определяется не тем, что составляет его взгляды и мировоззрение, а эмоциями, страхами и желаниями, т.е. набором его активизированных привычек и доминант, всё то, что накопило его подсознание. Эмоции - это и есть язык подсознания. Наше подсознание управляет информацией всех типов, поступающей из окружающей среды, - всем, что мы видим, слышим, знаем. Она первая прорабатывает информацию, делит её по степеням важности и, осведомляя нас заранее об этих степенях, делает людей чувствительными к любым известиям. Эмоции - ставят цели человеку! Моя задача как врача, выявить конкретно, на что у больного - тревожные, боязливые эмоции. Потому как, разобравшись в проблеме, решив её - человек обретёт здоровье и счастье.


-Вы сами составляете набор вопросов, картинок, которые мелькали перед глазами больного?

-Конечно сам. Изучая историю жизни человека, общаясь с его родственниками, я собираю тем самым нужный мне материал. Извините дорогая мне пора на обход, - доброжелательно, улыбаясь, доктор встал.

-Да, конечно. Спасибо, что приоткрыли для меня дверь в мастерскую вашего ремесла, - женщина знала, что её улыбка весьма обворожительна, потому охотно использовала её в общении с мужчинами.

-Ну, что вы милая, это я рад, что могу быть куратором столь очаровательного создания.

И галантно пропуская даму вперёд, Эдуард Петрович вышел из кабинета. Через несколько дней обработанный материал был готов.

-Спасибо Андрей ты можешь идти, - беря из его рук распечатки, произнёс Эдуард Петрович.

Когда за молодым человеком закрылась дверь, врач, сделав себе чашечку кофе, углубился в работу. От того насколько правильно он сейчас проанализирует не осознаваемую психическую деятельность больного и сделает выводы - напрямую зависит здоровье пациента. Эдуард Петрович всегда очень ответственно подходил к этому этапу работы и никому из врачей её не доверял. Вот и сегодня он тщательнейшим образом изучал результаты. Выявить сферы значимости для больного сознания - половина дороги к выздоровлению.


## Глава 6.


Лейтенант Анатолий связался по телефону с шефом и попросил о встрече. Встретились у подполковника дома.

-Сергей Борисович, что-то меня беспокоит местный егерь, - начал лейтенант, после того как подполковник разлив по чашкам кофе сел за стол.

-Что именно?

-Мрачный он какой-то, нелюдимый. Действовал, как вы и советовали. Месяц его обхаживаю, водку вместе жрём, всё нипочём. Напрашивался с ним на охоту, надеясь к староверам дорогу узнать. Нет, ни в какую, то ли сам не ходит, то ли меня не хочет брать. Но мне всё же удалось узнать, что егерь у староверов посыльным работает. Один раз в неделю, им продукты доставляет. Но делает это он так тайно, что пока выследить не удалось.

-А что, они сами не могут продукты покупать? - поинтересовался подполковник.

-Якобы им нельзя общаться с грешниками. Мы, безбожники, являемся в их глазах грешниками, потому общение с нами запрещено.

-И что, староверы вообще в селе не появляются?

-Нет! Больше месяца там живу, можно сказать с улицы не захожу из-за стройки, ни разу не видел и даже не слышал, что кто-то из местных их видел. Пытался егеря порасспрашивать. Бесполезно! Как про староверов начну говорить, бешеным каким-то становится.

-Если он их так ненавидит, чего тогда у них работает?

- Вот и я о том.

-Давно говоришь, он в селе живёт?

-Егерь то? Я узнавал, говорят около года как объявился. Мне показалось он из местных, я имею ввиду из Благово он.

-Почему так решил?

- Названия улиц знает. Сам то я представился москвичом.

-Ясно, поищем. Давай фотографию егеря.

Лейтенант достал сотовый. Она у меня тут, - и лейтенант похлопал по крышке телефона.

-Придётся оставить.

- Без проблем, у меня второй есть. Сейчас номер запишу, - и лейтенант оглянулся, ища куда бы записать.

-В телефон введи, буду я с твоей бумажкой ходить. Да, вот ещё. Как говоришь фамилия егеря? И какие улицы называл?

- Егеря зовут Никитин Алексей Семёнович. Мы больше о Старославянской говорили, про храм и всё такое. Да, вспомнил, он имя батюшки как-то упомянул, значит знает.

-Хорошо, это уже кое- что. Ты, Толик, на него сильно не нажимай, пока я его не проверю, чтобы не заподозрил чего. Ещё новости есть?

-Участковый приходил, я вам о нём рассказывал.

- Который Захарченко? Если мешает, можем убрать?

-Нет! Трогать опасно. Особо конечно не мешает, но его нахальству нет предела. Знает, что пока магазин не работает - денег нет, так он стройматериалами взятку берёт. Не будешь давать, начнёт выживать из села. Придётся терпеть. Но дело сделаем, я ему устрою Варфоломеевскую ночь.

-Я тебе в этом помогу.

- Пойду я Сергей Борисович мне ещё в строительный забежать нужно.


Лейтенант попрощался и ушёл. Было три часа дня. Подполковник Сергей Борисович не пошёл в отдел, а прямиком направился на улицу Старославянскую к местному участковому, с которым ему не раз приходилось встречаться по ходу службы. Участковый оказался на месте.

- Сергей Борисович, здравствуйте, - молодой лейтенант быстро встал со стула.

-Сиди, сиди, - подполковник махнул рукой, направляясь к столу участкового.

-Петя, отыщи мне по своим каналам - Никитина Алексея Семёновича, вот его фотография,- и Герасимов протянул телефон.

-Какой мрачный тип, - произнёс лейтенант, рассматривая снимок.- Хорошо Сергей Борисович, отыщу! Вам как, срочно?

-Срочно Петенька, срочно.

Спустя пять минут подполковнику позвонили и он, не дождавшись результата ушёл. Участковый дал о себе знать ближе к вечеру.

-Сергей Борисович, тот о ком вы спрашивали - Никитин Алексей Семёнович проживал по адресу, - и он продиктовал название улицы, номер квартиры, и год рождения разыскиваемого. -Его фотография не пригодилась, не с кем сравнивать.

-Адрес есть и ладно. Сами разберёмся, он это или нет. Спасибо Петя, я твой должник, - радостно воскликнул подполковник.


А радовался он тому, что предположительно этот Никитин, которого нашёл участковый, совпадал по возрасту с егерем. Ехать в храм, что на Старославянской, было поздно, потому подполковник решил дождаться утра. До трёх часов ночи, он провёл за письменным столом, пытаясь понять смысл слов, которые были в сообщениях у погибших. "С приветом Тир Гинея" - это короткое сообщение почему-то не давало следователю покоя, хотя экспертиза показала, что суицид людей вызвала закодированная в музыку фраза, совсем иного содержания, действующая непосредственно на подсознание. "Зачем же тогда автор вставил эти слова."? - эта мысль мучила подполковника уже больше двух недель. И для себя он решил, что это послание. Но кому?

"Чёрт! Если переставить буквы, то буде три гения",- подполковника аж бросило в жар от мысли, которая неожиданно пришла ему в голову. "С приветом три гения, - это определённо имеет смысл, но кто эти три гения". Хотя вопросов не уменьшилось - подполковник был доволен. Он чувствовал, что идёт в правильном направлении и это главное. Теперь нужно найти этих трёх гениев.

На следующий день в десять часов утра подполковник уже сидел в кабинете главного духовного лица церкви города. Грустные глаза пожилого священника выражали груз ответственности за совершённые грехи его прихожан, исповедью, разделившие с ним их тяжесть. Но вместе тем его взгляд был полон смирения, ибо добровольно выбрал он путь служения Господу и людям.


-Батюшка, - поздоровавшись, подполковник сразу перешёл к делу. - Мне нужно знать, о чём исповедовался вот этот мужчина, - и следователь положил перед священником фотографию егеря.

Священник взял фотографию в руки и некоторое время, молча, рассматривал её.

-Вы знаете, что мы не имеем право разглашать содержание исповеди?

-Знаю, потому я не прошу рассказать мне про всех ваших прихожанах. Меня интересует лишь этот человек, и поверьте, не просто так.

Священник пристально посмотрел в лицо подполковника. Умные, серьёзные глаза того, очевидно убедили священника в важности дела, ради которого его просили нарушить закон, потому через минуту он начал рассказывать.

-Никитина Лёшу я знаю, уже много лет. Он давно посещает церковь. Молится, прося помощи у Господа для своей дочери.

-А что с ней? - прервал подполковник.

-Она у него наркоманка. Исповедовался он давно, приблизительно год назад. Дело в том, что у него больная жена, живут бедно и, понятно на наркотики денег нет. По его словам, год назад ему предложили поработать наркокурьером, а плату за эту работу ему обещали выдавать дочери наркотиками. Лёша и согласился, - тяжело вздохнув, священник замолчал.

-Спасибо! Вы нам здорово помогли, - подполковник, попрощавшись, вышел из церкви.


Сев в машину он закурил. Мысли лихорадочно крутились в голове и подполковник не торопился трогаться. Скорее всего или в самом совхозе Новодвор, или староверы производят эту злосчастную синтетику, и погибшие молодые люди похоже причастны к производству этого зелья. Может, работали там, потом чем-то не угодили и их убрали? "Сплошные вопросы", - в сердцах бросил подполковник, сняв машину с ручника и трогаясь. ...


Было одиннадцать часов ночи, когда Анатолий постучал в дверь к егерю. Дверь открыли быстро.

-Кто там? - сурово спросил егерь, появившись на пороге.

-Семёныч, это я - Толик.

-Чего по ночам шляешься, не мог до утра подождать, - голос хозяина, немного смягчился, но всё же, был груб.

-Можно войти, разговор есть.

-А что до утра не терпит?

- Не терпит.

Хозяин, молча, развернулся и пошёл в дом, оставив дверь открытой. Толик, а вместе с ним подполковник, который бесшумно появился из темноты, вошли вслед за хозяином в прихожую.

-Семёныч, давай здесь поговорим, чтобы не мешать твоей жене, - Толик окликнул хозяина.

Тот обернулся и, увидев подполковника, насторожился. Казалось он сейчас накинется на вошедших; его глаза расширились и наполнились злобой, ладони сжали кулаки.

- Это что ещё за новость, - грубо бросил он Анатолию и сделал шаг к столу, на котором лежал нож.

-Старик не дури! - подполковник опередил его и первым взял нож. - Садись разговор есть, - следователь придвинул к себе стул и сел. Анатолий остался стоять ближе к двери.

Хозяину ничего не осталось делать, как тоже пройти к столу и сесть.

-Обложили как волка, - недовольно бросил он.

-Да ладно тебе, не ворчи, у нас к тебе дело, - доброжелательно сказал подполковник, протягивая хозяину своё удостоверение.

Тот взял и молча, пару минут изучал его.

-Ты Толик мне сразу подозрительным показался, - полными ненавистью глазами, хозяин посмотрел сначала на подполковника, отдавая ему удостоверение, а затем на Толика. - Зачем пожаловали?

-Ты чего такой сердитый? Мы к тебе с миром, а ты войной на нас идёшь, - подполковник пытался шутить, но хозяин был не преклонен.

-Я сказал - чего надо?

-Ладно, дело так дело, - подполковник достал сигарету и закурил, а потом, спохватившись, спросил, - можно?

-Кури, - разрешил хозяин.

-Спасибо. Мы о тебе Семёныч всё знаем.

Было видно, что хозяин занервничал. Достав носовой платок, стал торопливо вытирать пот, хотя было прохладно, если не сказать холодно. Подполковник заметил волнение хозяина, потому поспешил добавить.

- Ни тебе, ни твоей дочери ничего не грозит. Мало того, если ты нам поможешь, мы поможем тебе.

-Чем? Срок скосите?

-Нет! Тебя вообще судить не будут. Дочь определим в лучшую клинику, где её вылечат.

-Что я должен сделать?

-Во-первых расскажи на кого работаешь.?

-Я ничего не знаю. В мою обязанность входит отвезти продукты и забрать товар.

-Где твоя дочь?

Хозяин замешкался.

- Я же сказал Семёныч, что мы всё знаем, - подполковник пытался успокоить хозяина, потому поспешил вставить. - Люди, которые называют себя староверами, делают синтетические наркотики и твоя дочь у них. В качестве заложницы?

- Они убьют её, если узнают, что я связался с вами,- голос хозяина дрожал.

Потом, с каким-то отчаяньем, очевидно вспомнив что-то, сжав кулаки он зло заговорил.


-Что можете вы - продажная полиция! Делать вид что работаете! Избивать и убивать, попавших к вам, - глаза хозяина горели огнём ненависти и презрения. - Моя дочь была наркоманкой пять лет. И что? Что вы сделали, чтобы спасти её. Наркотиками торгуют на каждом углу, а вы делаете вид, что ничего не знаете. А всё потому, что вы все кормитесь из этой кормушки,- слёзы текли по его щекам, но хозяин не замечал их. Его глаза просто кричали о муках и страданиях, терзавших его бедную душу и взывали к состраданию. - А они пришли и спасли мою дочь! Она перестала принимать наркотики! Оставьте нас в покое! - крикнул он, но испугавшись, что услышит больная жена - замолчал и, перейдя почти на шёпот продолжил. - Вы не сможете уничтожить их. Они опять купят вас, и вы сдадитесь, но нас они накажут! Мою дочь вновь посадят на иглу! Моя больная жена не переживёт этого.

-Успокойся Семёныч, - видя страдания мужчины, подполковник стал его успокаивать. - Я не стану защищать нас - полицейских, хотя ты не прав. Не об этом речь. Те, кому ты помогаешь, очень сильны и влиятельны - это правда. Но самое главное они беспринципны. Их не останавливает, что перед ними -молодые люди, а порой и дети. Их интересуют лишь деньги. Ложью они заполучают в свои сети людей. Вот и ты попался.

-Неправда, они излечили мою дочь.

-Где она?

-Она работает в поселение.

-Почему не живёт с вами.

-Я не смог оплатить лечение и она отрабатывает. Скоро долг будет выплачен.

-Ты видишься с дочерью?

-Уже как три недели нет, но до этого виделся регулярно.

- Я хочу тебя предупредить, если ты поможешь нам поймать эту банду, то ты спасёшь дочь. В течение полугода в этих краях погибли три молодых человека. Два парня, одна девушка. Так вот, экспертиза показала, что они раньше были наркоманами, но последнее время не кололись. Похоже на случай с твоей дочерью?! А теперь посмотри, что с ними стало, - и подполковник выложил перед егерем снимки ребят, которые были сделаны с места происшествия.


Волна страшного предчувствия больно сжала его грудь. Егерь взял дрожащими руками фотографии. Видно было, что ему трудно дышать. Инстинктивно мужчина расстегнул ворот рубашки. Сердце учащённо билось и капельки пота покрыли его нос. Первыми шли фотографии ребят, но на них он взглянул мельком. В голове, в страхе билась мысль о девушке, которую упомянул следователь. И когда перед глазами егеря предстало голубенькое платье, перемазанное кровью - мужчина издал крик отчаянья. Он поднял на подполковника глаза, в которых невыносимая боль, не умещавшаяся в груди, буквально разрывала глазницы. Что мужчина узнал в девушке свою дочь, не оставляло сомнения. Подполковник встал и прошёл к окну, ему было тяжело смотреть на сломленного горем мужчину. Через некоторое время, как бы опомнившись, вытирая рукой слёзы, он умоляюще обратился к подполковнику.


-Я хочу видеть свою дочь.

-Хорошо. Лучше всего будет, если мы проедем в морг прямо сейчас, - подполковник понимал, что в таком состоянии егерь может натворить дел, потому оставлять его без присмотра было опасно. - Я думаю жене пока говорить не стоит.

-Конечно, это известие убьёт её. Я только предупрежу, что отойду на некоторое время, - егерь тяжело встал.

В морге мужчина сразу опознал дочь. Рыдая, он стал обнимать её холодное тело, целовать окаменевшее лицо. С трудом двое мужчин - подполковник и патологоанатом оторвали обезумевшего от горя отца от тела дочери. Сделав егерю укол успокоительного, подполковник увёл его к себе в кабинет.

-Семёныч, - обратился следователь к егерю, протягивая ему чашку кофе. - Теперь я думаю ты убедился, что те кому ты служишь - подонки.

-Я убью их, - сурово произнёс егерь.

-И правильно сделаешь, но ты должен понять, что необходимо уничтожить всю организацию, найти и обезвредить их главарей. Иначе они тоже самое будут творить в другом месте.

Егерь молча пил кофе.

-Расскажи, как они вышли на тебя? И вообще что ты о них знаешь?

Горе егеря тем временем трансформировалось в страстное желание отомстить, потому он охотно стал рассказывать.

-Я уроженец города Благое. Катя наш единственный ребёнок. Жена после родов заболела, так и не оправилась. Вначале ходила, по дому всё делала. Я разрывался между работой и семьёй. Работал я тогда снабженцем. В доме нужды не было. Дочь мы обожали, баловали, как могли. Весть, что дочь наркоманка, свалила жену. Она слегла. Вот уже как четыре года не встаёт. С работы снабженцем я ушёл, устроился сторожем. Весь день был дома. За женой требовался уход. Денег на наркотики не было, я распродавал всё что мог. Дочь в беде бросить мы не могли. Однажды, к нам пришёл молодой человек, и сказал, что наша Катенька ему нравится и он хочет нам помочь. Ну и предложил работать курьером. Мы продали свою городскую квартиру и купили дом в селе Новодвор. В мои обязанности входило два раза в неделю отвозить в поселение продукты, мне вручали пакет, что там я не знаю. Его я передавал парню. С ним мы встречаемся в городе Светлое, в кафе. Всё.

-Как вы узнали, что дочь больше не колется?

-Однажды, когда я привёз продукты ко мне подошёл хорошо одетый мужчина и сказал, что дочь получила лечение. Она дескать больше не колется, но некоторое время с ней нельзя будет общаться.

-Почему, он не стал уточнять?

-Ну, почему сказал. Катеньке, якобы поменяли память и она нас - родителей не помнит, но зато и про наркотики забыла. И ещё он сказал, что теперь она будет счастлива.

-Я понятно дело поначалу расстроился, даже испугался, но видя её, счастливую успокоился.

-А как вы поняли, что она счастлива?

- Катенька у них на кухне работала. Всегда весёлая, смеяться стала. Я успокоился. Подумал, что пусть дочь нас с матерью забыла, но самое главное, чтобы у неё всё было хорошо. А тут такое! - мужчина тяжело вздохнул.

-Вы можете описать того мужчину, который сказал, что вашей дочери стёрли память.

-Высокий - средних лет, на вид лет сорок. Да вот ещё, у него зубы с щербинкой, но не посредине как у всех обычно, а сдвинуто чуть вправо, - егерь на секунду задумался, очевидно вспоминая на какой стороне щербинка, потом добавил. - Точно справа.

-Этот, - и подполковник показал егерю фотографию психиатра, потому как именно она и была у него в кармане.

Егерь взял в руки фотографию и несколько секунд рассматривал.

-Похож, по - моему - он. Вы обратите внимание, если у него щербинка.

-Хорошо! Алексей Семёнович, теперь только от вас будет зависеть уничтожим мы это страшное гнездо зла или нет.

-Что я должен делать? - сурово спросил егерь, поставив чашку на стол.

-Пока ничего. Ради Бога самостоятельно ничего не предпринимайте. Вы видели фотографии погибших парней. Они тоже чьи-то дети. А о скольких мы ещё не знаем. По нашим предположениям в поселение производят синтетический наркотик, страшной силы. По всему городу Благое и по всей округе его распространяют. Тысячи молодых людей сидят на игле. И вы Алексей Семёнович можете остановить кровавую косу смерти.

-Мне что же продолжать работать у них?

-Пока да. Нам надо кое - что согласовать. Нужно вычислить главарей. Мы сейчас вас отвезём домой. Толик будет постоянно рядом, о необходимых действиях он будет вам сообщать. Договорились?

-Да.


## Глава 7.


Психиатр Наталья Петровна встречалась с подполковником Герасимовым у себя на квартире. Следователь приходил к ней всегда заранее. Сегодня, придя с работы, она застала его спящим в кресле. Демонстративно громко хлопнув дверью на кухне, она разбудила спящего мужчину.


-Я тут вздремнул маленько, - виновато произнес подполковник, входя на кухню, где хозяйка готовила ужин. - На меня тоже приготовь, с утра ничего не ел, попросил он, усаживаясь за стол.

-Я слышу это всякий раз, когда ты, выспавшись заходишь ко мне на кухню.

-Ну, что тебе жалко, что ли?

-Представь себе обидно! Я, между прочем с работы пришла. Чем спать в чужом кресле, лучше бы картошку к моему приходу сам пожарил.

-Ну и злая ты! - бросил подполковник. - Потому и не замужем.

-Добрый нашёлся. Давно ли сам женат? - в ответ огрызнулась женщина, раскладывая картошку по двум тарелкам.

-Да ладно тебе, Наталья. Я вот колбасы и огурчиков нарезал, - примирительным тоном произнёс подполковник.

-Не Наталья, а Наталья Петровна.

-Я, между прочим, тебя на двадцать лет старше - имею право, - откусив хлеб, подполковник начал есть, -я же не возмущаюсь, что ты мне тыкаешь.

-Здрасьте! Сам меня об этом попросил, дескать уже как месяц вместе работаем.

-Я что, я ничего. Дружить мы с тобой должны, напарники всё таки.

Промолчав, хозяйка села напротив и тоже стала есть.

-Молодец Наталья картошка у тебя отменная, - доев, подполковник откинулся на спинку стула и устремил свой взор на девушку.

От его пристального взгляда ей стало почему-то не по себе. Её щёки покрылись ярким румянцем. Сердце учащённо забилось. Но подполковник упорно не замечал стеснения девушки.

-Что там наш психиатр? - произнёс он, разливая по чашкам чай.

Девушке на его слова почему-то захотелось запустить в него ложкой. С трудом пересилив себя, она рассказала все события сегодняшнего дня. И в конце непонятно почему добавила.

-Похоже, я этому психиатру нравлюсь.

-Да ты что! Это же здорово! - радостно произнёс подполковник, и едва успел увернуться от ложки, всё же запущенной в него девушкой.

Наталья выскочила из-за стола и убежала в комнату. Через некоторое время в спальню заглянул и сам подполковник.

-Я смотрю ты сегодня не в настроении. Я приду завтра, - и он быстрым шагом вышел из квартиры.

-

Уже почти как месяц к подполковнику в помощники приехала из Москвы психиатр Наталья Петровна. Красивая, молодая девушка тридцати лет, была грамотным психиатром и хорошим аналитиком. В центре она имела большой авторитет и к ней не раз обращались за помощью при ведении весьма запутанных дел о маньяках. Наталья Петровна помимо светлой головы имела хороший характер и пользовалась большой популярностью среди мужчин их отдела. Привыкшая к мужскому вниманию, она всё же не торопилась обзаводиться семьёй, хотя молодые люди предлагали ей много раз руку и сердце. Девушка мечтала о профессиональном росте. В общении с подполковником она впервые не ощутила внимания и восхищения с его стороны. Этот мужественный следователь, о котором ходили легенды в сыскном мире, совсем не замечал ни её красоты, ни её обворожительной улыбки. Для него она была лишь коллегой по делу. Самолюбие женщины избалованной вниманием мужчин было задето. И подполковнику Герасимову было невдомёк, что за всеми её колкостями в его адрес, пряталось её страстное желание быть замеченной им. Впервые за свои тридцать лет эта красивая девушка сама добивалась внимание мужчины!


Наталья Петровна пришла на работу чуть раньше обычного, и с порога дежурная медсестра сообщила ей, что у Костика опять приступ. Бросив на стол медсестры свою сумку, доктор помчалась в ╧48 палату, где лежал мальчик. Когда она вошла две нянечки с трудом удерживали его. Вдруг Костя резко дернулся и, вырвавшись, бросился к стене, в надежде удариться головой об неё. Но Наталья Петровна успела перегородить ему дорогу.

-Костик, милый потерпи, она, встав на пути подростка, приняла его сильный удар тела, которое в порыве безумной работы мозга мчалось на стену. Женщина, раскрыв объятия, явилась буфером и на некоторое время задержала Костика, в то время как нянечки подбежав, схватили его за руки. Три мужественные женщины удерживали мальчика, лицо которого было изуродовано страданиями, а грудь глубокими царапинами. Его кулаки неистово сжимали клочья волос, которые он успел у себя выдернуть, пока прибежали нянечки.

-Костик, терпи милый, скоро тебе полегчает, - чуть ли не плача молили женщины.

-Не могу! Они орут и их крики буквально разрывают мою голову. Сделайте мне пожалуйста дырку в голове, чтобы стало потише, - Костик сам кричал, очевидно стараясь перекричать голоса, которые оглушительно орали в его голове. Его безумный взгляд молил о помощи. Ужас, беззащитность, бессилие, горе, отчаяние выражал его взгляд и все присутствующие также испытывали страдания и вину, что не могут облегчить боль подростка.

Но это было действительно так! Как бы не хотела помочь Костику Наталья Петровна она не могла. Ибо всё возможное было сделано и нужно было только ждать. Мальчик получал необходимое лечение, которое должно было подавить голоса и галлюцинации в виде чудовищ, появляющихся вместе с голосами внутри мальчика. Они - эти чудовища, по словам Костика, грызли его сердце, печень, вызывая у него неимоверную боль и страх. Час за часом нянечки и Наталья Петровна удерживали подростка, пока он не умолк от ужаса и усталости. Уложив его в постель, Наталья Петровна ещё некоторое время сидела рядом с ним держа в руках обессиленную его руку и говорила, и говорила нежные тёплые слова, стараясь хоть как-то уменьшить душевные страдания мальчика.


-Родной мой, - тихий, ласковый голос врача успокаивал, - помнишь мы с тобой разобрались, что голоса появляются, когда ты что - то делаешь против своей воли. Мы же с тобой договорились, что ты если что-то не захочешь делать, то скажешь: " Я не хочу". Что ты сегодня делал? В столовой убирался?

-Костик помотал головой.

-А что? Вспомни? Говори милый, говори, что ты хочешь, а чего не хочешь! Не надо бояться сказать об этом. Поверь мне, что ты здесь нам всем дорог. Всеми этими образами в виде галлюцинаций ты заменяешь слова! Нужно говорить, милый! И тогда поверь мне - образы, голоса исчезнут.

Наталья Петровна гладила руку подростка, время от времени целуя её. Когда наконец Костик под действием сильно действующего успокоительного уснул, она позволила себе выйти из палаты. Подойдя к одной из нянечек она попросила её почаще заглядывать к мальчику, чтобы он не чувствовал себя одиноким. Пройдя в ординаторскую, Наталья Петровна дала волю слезам. Впервые за время своей профессиональной практики она столкнулась с больным ребёнком. До сего времени Бог её миловал и она лечила взрослых людей. Сейчас же, видя страдания ребёнка, Наталья Петровна мучилась и как просто женщина. Её материнское сердце рвалось и металось в страстном желании принять на себя страдания Костика, но осознавая не возможность этого - умирало. Зазвонил сотовый телефон. С трудом взяв себя в руки, она взяла трубку. Звонил Эдуард Петрович и попросил зайти к нему.


- Ну, что Наталья Петровна, я слышал - у Костика вновь обострение, - спросил Эдуард Петрович, едва она вошла в его кабинет.

-Да, - еле слышно произнесла женщина. Её красные от слёз глаза были полны скорби.

-Вы зря игнорируете мои рекомендации, о введении ударных доз нейролептиков. Понимаете, шизофрения коварная болезнь и нужны многие годы, чтобы она отступила. Вам не жаль парня?

-То, что вы предлагаете, очень рискованно и может сделать из Костика просто - "овощ", - ответила Наталья Петровна проходя в кабинет и усаживаясь в кресло.

- Возможно, но в лучшем случаи исцелит его. Что вы на это скажете?

-Скажу, что печень его не выдержит, он слишком молод.

-Всю жизнь потратить на крохотную надежду исцеления! Вы думаете он об этом мечтает и будет вам благодарен за своё исцеление в пятьдесят лет. В лучшем случаи - в сорок!

-Вы слишком пессимистичны.

-Нет, дорогая, я - реалист. Нужно кардинально менять тактику лечения психических больных, чтобы они ещё будучи молодыми возвращались в строй здоровых людей. И знаете почему?

-Почему?

-Потому, что практически у восьмидесяти процентов нынешних, живущих людей есть психические нарушения и в дальнейшем они будут лишь усугубляться.

-У вас конкретные предложения.

-Да, но мы о них поговорим в следующий раз. Мой телефон разрывается от звонков, хотя звук выключен.

-Всё ухожу, - понятливо отреагировала Наталья Петровна, вставая и направляясь к выходу.

На следующий день Наталья Петровна задержалась на работе дольше обычного. Уже собираясь, домой, она встретила Эдуарда Петровича в коридоре.

-Наталья Петровна я обработал результаты психосоматической диагностики больного Карелина? Не хотите посмотреть результаты?

-Да, с удовольствием.

- Тогда проходите в кабинет, я сейчас подойду.


Наталья Петровна вошла в кабинет врача. Он у него был персональный. Сам доктор называл его мастерской человеческих душ. В нём Эдуард Петрович работал с больными. Его сеансы проходили при закрытых дверях и что проходило за ними никто не знал. Наталья Петровна первая женщина, да пожалуй и вообще первый врач, которая переступила порог этого кабинета и даже присутствовала на рабочих сеансах . Кабинет был небольшой. В левом углу у окна - рабочий стол врача. Неподалёку кушетка с подушкой, на ней очевидно доктор отдыхал. Посреди комнаты удобное кресло, обитое почему -то розовым гобеленом, рядом простой стул и столик. С правой стороны в углу - раковина. Наталья Петровна подошла быстро к столу и выдвинула первый ящик. Папки лежали стопкой, приблизительно десять штук. Прислушавшись не идёт ли хозяин, женщина стала быстро открывать их. На титульном листе каждой папки красовалась фамилия больного. Погибшие ребята были последними. Двое парней и девушка в том числе! Тут она услышала шаги и ей едва хватило времени, чтобы положить папки на место и сесть в кресло, стоящее возле рабочего стола. Не успела она усесться, как вошёл хозяин с подносом в одной руке, на котором стояла тарелка с обильной закуской, в другой руке он держал бутылку шампанского.


-Мы сейчас с вами перекусим. Имеем полное право - рабочий день закончился, уже шесть часов вечера, - Эдуард Петрович поставил поднос и бутылку шампанского на стол. - Мойте руки дорогая, и прошу к столу.

Сам же доктор достал из шкафчика на стене два хрустальных бокала и стал открывать шампанское. Разлив его по бокалам один протянул Наталье Петровне.

-Я очень рад, что вы появились в нашем таком мрачном мирке под названием психиатрическая больница. Вы знаете, дорогая, мне сорок два года и я впервые встретил женщину, красота которой обрамлена рамкой ума. За вас! - и Эдуард Петрович галантно поцеловал руку женщины.

Сердце в груди Натальи Петровны учащённо забилось от прикосновения губ доктора и предательский румянец обагрил её щёки. Они выпили по бокалу, а затем ещё. Когда шампанское закончилось Эдуард Петрович достал едва начатую бутылку коньяка.

-Вы говорили давеча о какой-то разработанной вами методике для лечения больных. В чём её суть? - спросила охмелевшая Наталья Петровна, начав разговор о работе, чтобы как-то отвлечь себя от нарастающего желания заняться любовью с этим красавцем врачом.


-Вы думаю, со мной согласитесь, - начал доктор, облокотившись на спинку кресла. В руках он держал рюмку коньяка, и время от времени пригублял её. - Человек, люди очень ведомы. И своё мировоззрение они могут менять по сто раз за день. Что им говорят с трибуны, с экранов телевидения, какие ценности господствуют в данном обществе - таковы люди. И сколько раз поменяются ценности - столько раз поменяется мировоззрение людей! Разве не так! Сколько лет люди верили Сталину и тупо шли за ним, затем - тому самому Брежневу и тоже шли за ним, затем - Горбачёву и так далее. Я дорогая моя просто потрясён насколько человек - гениальнейшее творение Творца, столь уязвим психически!

-Я с вами согласна, но что делать? Как навязать обществу конкретные стабильные ценности, чтобы он не шёл как стадо баранов за очередным вождём? - вставила Наталья Петровна, сделав глоток коньяка.

-Надо разработать, чем честно говоря, я и занимаюсь - определённые фабулы, то есть тексты внушения, которые периодически необходимо вводить обществу.

-По каким критериям составлять эти тексты внушения? Кто имеет нравственное право составлять их и затем кодировать, и вводить в музыку или какой-то образ? Как быть с этим? Опять создадим некого, так сказать вершителя судеб!

-Ну, не надо быть столь пессимистичной. Мы ведь отправили в космос закодированное сообщение о нашей цивилизации. Кому то это, мы доверили и не испугались, что кто-то этот, отправил в космос от нашего имени свои больные извращения. Ведь так?

-Вы сравниваете несравнимые вещи.

-Ничего подобного. Всё очень похоже. Необходимо закодировать наши вековые ценности добра и зла, которые несли Толстой, Достоевский.

-Зачем повторяться! Читай книги и всё.

-А кто их читает? Вы интересовались, что читает нынешняя молодёжь.

-Ну, хорошо. Предположим, закодируем и что? - щёки Натальи Петровны пылали огнём, глаза неотрывно смотрел на Эдуарда Петровича.

- А ничего! Вставляем эту информацию во всё что угодно. В музыку, в рекламу, в новости.

-Что -то вроде 25 кадра?

-Не совсем. При составлении текста необходимо учитывать: менталитет конкретной популяции, родной язык, вероисповедание и многое другое. Очень сложное программное обеспечение такого рода задания. Легче сказать, чем сделать! Такой же способ можно использовать при лечении психически больных людей, но предварительно стерев их предыдущую память.

-Что вы говорите! Это чудовищно!

-Не так эмоционально дорогая. Какова память шизофреника? Нужна ли она ему? Из-за неё он болеет, если честно. Я просто уверен, необходимо стирать память больным и сообщать им здоровую информацию.

-И сколько раз за жизнь это нужно делать? Ведь вы согласитесь, что завтра, он так сказать "новенький", попадёт в какую-нибудь стрессовую ситуацию и всё по-новому? Так?

-Молодец! Умница! Это и есть камень преткновения. Я над ним бьюсь уже много лет. Как создать непробиваемую оболочку для нашей психики? Вы мне дорогая нравитесь всё больше и больше, и я нестерпимо хочу вас, - изрядно охмелевший Эдуард Петрович вскочил со своего места и направился к Наталье Петровне.

Женщина не сопротивлялась. Этот красивый, умный врач, с щетиной в несколько дней выглядел столь сексуально, что по правде сказать она давно была готова отдаться ему. Они занимались любовью на той самой кушетке, которую Наталья Петровна приметила в самом начале... Выходя из кабинета в одиннадцать часов вечера, Наталья Петровна довольно улыбалась, и про себя подумала: " Холодный чурбан Герасимов, получил по заслугам"!


Когда взяв такси она вернулась домой, подполковник как обычно спал в её кресле. Но в отличие от того раза настроение у Натальи Петровны было просто восхитительное. Ей не составило труда пожарить, как обычно картошку и уже за столом она подробно рассказала о событиях дня.


-Я просто уверена, что психиатр к смертям не имеет абсолютно никакого отношения, - Наталья Петровна решительно встала на защиту любовника. - Ты даже не представляешь, какие чудеса он творит с больными. Он отработал интереснейшую методику лечения шизофрении. Вначале он проводит так называемое психозондирование. Это компьютерная программа, в основу которой положен метод кодирования речи с сохранением ее смыслового содержания, то есть цифры, наложены на слова или фразы. На мониторе мелькают цифры. Больной просто сидит перед экраном и нажимает на клавиши цифр, так как ему заблагорассудится. Он не осознает, что отвечает на вопросы. Но мозг на происходящее реагирует очень четко. Процедура занимает до получаса. С помощью этой программы мы можем получить полноценный психологический портрет пациента - шкалу его ценностей; его склонность к наркотикам, алкоголю, криминалу, суициду, террору, сексуальным извращениям... Проанализировав ответы можно достоверно узнать опорные точки человека, воздействуя на которые можно избавить его от многих комплексов, излечить от болезней. А этот его метод лепки маски человека. Я просто восхищена! - Наталья Петровна рассказывала очень эмоционально, жестикулировала руками, а глаза её при этом пылали огнём страсти.

-Интересно, она давно с ним спит? - подумал подполковник больше наблюдая за выразительной мимикой женщины, чем вникая в суть дела. Наталья Петровна между тем продолжала.

- Я сама присутствовала на сеансе. Вся проблема в том, что у больного происходит некоторая потеря себя. Это действительно так при шизофрении. И больной как будто носит чужое лицо. При лепки маски врач стоит рядом с пациентом. Этот момент тоже очень важен. Психически больные люди зачастую чувствуют себя одинокими, отвергнутыми, а тут такое участие! Врач по ходу лепки, произносит в разговоре, между прочим, слова, которые несут особую нагрузку для пациента. Помнишь, он при психозондирование узнал проблемы больного? - Наталья Петровна вопрошающе посмотрела подполковника.

Тот, едва понимая о чём речь, всё же утвердительно махнул головой.

- Так вот, - продолжила женщина,- как бы между прочим вставляя при лепке "нужные слова" врач вызывает у больного непроизвольную реакцию на эти слова. Она, как известно, болезненна для пациента и вызывает мимические изменения в его лице. Ясно, что по завершении работы, больной видит в маске искажённое своё лицо оно, конечно же ему не нравится и он разбивает маску. Это как раз то ради чего всё затевалось. Позже врач с помощью гипноза вынуждает больного вспомнить, какое отрицательное событие связанно с тем или иным словом. Больной выговаривается и проблема исчезает! Фантастика, но это работает! Лепят , разбивают маски и разговаривают до тех пор, пока пациент не выздоравливает и узнаёт себя на маске. Это громадный труд! Он требует колоссального напряжения, участия врача. Только искренне, желающий помочь врач сможет провести правильно, эту простую на первый взгляд процедуру, как лепка маски.


Выговорившись Наталья Петровна, наконец успокоилась и откинулась на спинку стула. Подполковник, наблюдавший за ней, с улыбкой спросил.

-Капитан Васильева, вы не забыли цель вашего приезда?

-Не забыла,- поджав по-детски губы, обиженно произнесла хозяйка. - Говорю же он не причастен.

Помолчав добавила виноватым голосом.

-Все трое погибших лечились у него.

-Вот это да! И ты молчала, полчаса неся тут всякую ахинею о его таланте. Причастен - это однозначно!

Женщина пожала плечами.

- Найди возможность изъять истории болезни наших потерпевших. Они будут выступать как обвинения.

-Лечить людей не значить убить их.

-Ты опять за своё! Если я правильно понял, это ваше психозондирование, или по - простому - узнавание проблем больного, требует участие программиста.

-Несомненно! Эдуард Петрович не раз при мне хвалил программиста. А однажды, - чуть помолчав, очевидно, что-то вспоминая, Наталья Петровна добавила,- когда мы с ним были одни, он признался, что программист работает с ним по убеждению, хотя он не раз говорил, что хорошо ему платит.

-Выходит главный - программист.

-Не совсем. Самый сложный и ответственный момент - это составление фабулы, то есть текста внушения, который может состоять иногда всего из одного слова и длиться по времени всего 4 или 7 секунд, но это нужное слово очень, очень тяжело найти. Потом фабулу программист кодирует в музыку или шум и записывает на аудиокассету. Работа на каждом этапе очень сложная и требует таланта.

-По штату в больнице программист положен.

-Нет.

-Значит, оплачивает его услуги он сам. Зарплата, как известно, у вас маленькая. Вопрос откуда деньги? Зря ты так восхищаешься им, чувствует моё сердце - он ещё тот фрукт. Будь с ним осторожней. Пойду я,- подполковник встал со стула и направился к входной двери. - Пока! Помни, что ни при каких обстоятельствах, психиатр не должен узнать о деле. Ясно! - Герасимов на секунду задержался в прихожей, дожидаясь ответа.

-Ясно! Пока, - ответила Наталья Петровна и тоже встала. Она устала и даже не убрав со стола легла спать, предаваясь сладким воспоминаниям сегодняшнего "ужина" вместе с Эдуардом Петровичем.....


## Глава 8.


Подполковник и капитан сидели в кабинете. Влад достал кипу фотографий, которые он сделал, ведя наблюдение за врачом.

-Осторожный этот психиатр. Лишний раз не светится. Больше месяца слежу. Объявился новый человек, но наш психиатр сам на встречу с ним пришёл лишь раз, хотя вот этого пацана посылает регулярно, - капитан разложил перед шефом целый ряд фотографий.

-Этого нового человека я знаю - это программист! Ну, тот, который запустил программу рулетка.

-Да вы что? Тот самый, по вине которого "умер" психиатр.

-Да! И который сейчас живее всех живых. Вот разыграли! Выходит они общаются! А этот молодой парень, который чаще всего на встречу с программистом приходит - его ассистент. Да дела. Молодец Влад! Продолжай следить за врачом день и ночь. Всех с кем встречается, фотографируй.

-Ладно! Свободен я?

-Да можешь идти.


Когда за капитаном закрылась дверь подполковник вновь углубился в просмотр фотографий.

" Что там говорила Наталья, работа врача с подсознанием требует серьёзного программного обеспечения, которое может предоставить лишь талантливый программист" - мозг подполковника лихорадочно вспоминал разговор с психиатром из Москвы. "Вот вам и два гения"! - через минуту радостно воскликнул подполковник от мысли осенившей его. От волнения он не мог сидеть, потому встал и прошёл к окну. Ради чего-то свою совместную деятельность они держат в секрете! Надо узнать ради чего и кто третий гений. Неужели психиатр причастен к наркотикам, но как? И зачем ему это надо? Лечил всех троих погибших ребят - это уже о многом говорит...


## Глава 9.


Наталья Петровна стала регулярно " ужинать" с Эдуардом Петровичем. Один, а то и два раза в неделю он приглашал её к себе в мастерскую. Как то незаметно любовь вползла змеёй в душу молодой женщины и она даже стала подумывать о счастливом замужестве. Спустя три недели, Эдуард Петрович после очередного ужина сообщил Наталье Петровне, что в Калуге состоится международный симпозиум посвящённый экотехнологиям в психиатрии.


-Милая ты должна поехать.

-Эдик, ты же понимаешь я не могу оставить Костика. Ему только, только становится лучше. Поезжай лучше ты.

-Кто пишет докторскую? Я или ты? И потом, для меня этот симпозиум крайне важен. Неужели в такой мелочи ты не можешь мне уступить!

-Хорошо, хорошо дорогой, я поеду. Но ты, пожалуйста, присмотри за Костей. Обещаешь?

-Обещаю. Да ещё, не обижайся дорогая, но эти дни у меня будет новый пациент, а значит много работы, так что пожалуйста мне не звони. Я обычно не отвлекаюсь от мыслительного процесса. Пойми меня правильно.

-Ладно, мне будет очень тяжело, но я потерплю, - и она вся прижалась к Эдуарду Петровичу...


То что она едет на конференцию, Наталья Петровна сообщать подполковнику Герасимову не стала. Они, если нет особой необходимости, встречались один раз в неделю, а именно в пятницу. Сегодня был понедельник и потому Наталья со спокойной душой ехала на симпозиум в Калугу. Уже на четверг у неё был обратный билет.

На симпозиум за особую плату, достаточно большую, местная администрация допускала вольных слушателей. Наталья Петровна купив билет, благодаря своей обворожительной улыбке, сидела в партере, а не на галёрке, как ей полагалось по статусу. Всё внимательно слушая, и конспектируя самое интересное, она ревностно фиксировала любые наработки в той области, в которой работал её любимый. Где-то в глубине души она помнила, что Эдуард Петрович не мог сам присутствовать, в связи с непонятной сменой своей фамилии. Но её любящая душа так исказила информацию, что её возлюбленный превратился в её фантазиях чуть ли не в героя, вынужденного скрываться, из-за недоброжелателей, потому женщина с каким -то даже рвением трудилась на симпозиуме. Домой она летела переполненная счастьем скорой встречи и тем, что смогла быть полезной любимому.


Когда она сияющая появилась в больнице, то первое, что она увидела настежь открытую дверь палаты, где лежал Костик. Её сердце замерло от страха, ибо палата была пуста. Весь персонал, пряча глаза, не отвечал ей ничего вразумительного о месте нахождение подростка. Женщина уже в который раз звонила Эдуарду Петровичу, но тот был не доступен.

В ярости, она металась по больнице, заглядывая в каждый уголок, но все поиски были тщетны. Нянечка Нюра, проходя мимо сунула Наталье Петровне записку и еле слышно произнесла: "Здесь не читай". Несколько секунд Наталья Петровна обескуражено стояла на месте, потом придя в себя, помчалась в туалет. Развернув записку, она прочла: "Костика забрали в подвал в понедельник. Вход в подвал с улицы ".

В не себя от ярости Наталья Петровна выскочила во двор больницы. Она носилась по двору, заглядывая в каждую дырку. Перевёрнутые мусорные бочки, разбросанные вёдра, коробки, и даже женщина умудрилась сдвинуть тяжёлую скамейку, закрывающую вход, как оказалась в котельную. Наконец её взгляд упал на маленькую дверцу в стене. Наталья Петровна стала дёргать её, но дверь не поддавалась, но было ясно, что она заперта изнутри.

-Откройте, - на неистовый крик женщины прибежал дворник.

-Степаныч, ломай дверь! Я приказываю! - Наталья Петровна требовательно посмотрела на дворника.


Тот в замешательстве остался стоять на месте.

-Чёрт побери! Что у вас здесь происходит? Ломай или я звоню в полицию, - Наталья Петровна достала сотовый телефон.

Тут дверь открылась и на пороге показался взбешённый Эдуард Петрович.

-Чего орёшь дура! - от неожиданности врач опешила.

Воспользовавшись замешательством Эдуард Петрович схватил женщину за руку и рывком, бесцеремонно потащил за собой, ногой прикрыв дверь. Почти в темноте они шли по небольшому коридору, пока наконец он не втолкнул её в хорошо, освещённую комнату. Наталья Петровна замерев, растеряно смотрела по сторонам. В комнате кроме Эдуарда Петровича был медбрат и ассистент Андрей, сидящий за компьютером. В углу стояла кровать. На ней кто-то лежал с открытыми глазами. Женщина узнала в нём Костика.

-Родной мой! - она бросилась к кровати.

Обсыпая поцелуями лицо и руки мальчика, она плача всё время повторяла: "Живой милый, живой. Я пришла. И теперь всегда буду с тобой".

Костик, почему то увёртывался от поцелуев, вырывался из объятий.

-Ты что милый, меня не узнаёшь, - улыбаясь Наталья Петровна удивлёно смотрела мальчику в глаза. - Это же я - Наташа, ты ведь так меня называл.

-Тётенька я вас не знаю, мальчик сел на кровати и испуганно смотрел на неё.

Эти слова привели женщину в такое замешательство, что она на некоторое время потеряла даже дар речи.


-Отойди от ребёнка, - грубо дёрнув её за рукав, вмешался Эдуард Петрович.

Подавленная происходящим, Наталья Петровна молча, поднялась с колен. Ещё некоторое время она была в растерянности, хотя её мозг при этом работал в колоссальном темпе, выискивая объяснение происходящему. И женщина вспомнила, что Эдуард Петрович предлагал как метод лечения - стирать память пациентам.

-Ты стёр ему память, - тихо произнесла она, оборачиваясь к врачу.

Все присутствующие, молча, наблюдали за происходящим.

- Я убью тебя! - вдруг яростно крикнула она и бросилась с кулаками на Эдуарда Петровича.

-Как ты мог так поступить с ребёнком! - женщина кричала и била кулаками в грудь врача, стараясь попасть ему в лицо.

Он несколько секунд увёртывался, затем грубо и сильно толкнул её. Наталья Петровна отлетела и больно ударилась о стену.


-Ах, ты гад! Я смотрю у тебя тут целая лаборатория и Костик наверняка не единственный, которому ты стёр память. По тебе тюрьма плачет! - ярость, охватившая женщину придала ей силу и встав почти в прыжке, она вновь хотела кинуться на врача, но была остановлена сильным ударом кулака в грудь, который нанёс ей мед брат. Тот самый, который повстречался ей в её первый день появления в больнице и который затаил обиду.

Наталья Петровна на некоторое время потеряла сознание. Очнулась она от боли. Медбрат, пользуясь возможностью отомстить, с удовольствием скрутил бедной женщине за спиной руки и упёрся коленкой ей в спину. Наталья Петровна попыталась вырваться, но мужчина лишь сильней надавил на поясницу.

-Отпусти сволочь, больно же!

-Будешь сидеть тихо, отпустим, - грубо бросил Эдуард Петрович.

Женщина промолчала. Когда медбрат отпустил её и она села, опираясь о стену, так как сильно болела спина, Эдуард Петрович заговорил.

-Я спас твоему Костику жизнь и сделаю его счастливым. Я - гений! Ты должна быть счастлива, что удостоилась моего внимания.

-Ты болван и преступник! Имей ввиду я это так не оставлю, - зло ответила женщина.

Медбрат хотел, уже было, броситься с кулаками на женщину, но психиатр остановил его.

-Пусть говорит.

- Нужно изменить весь мир, всех людей сразу! Неужели не ясно, что отдельный человек не может быть счастливым в несовершенном мире! Ты не сможешь уничтожить память полностью, а значит то, что осталось рано или поздно вытащит на свет всё прошлое! Я убью тебя! Ты ради своих больных амбиций губишь людей, - женщина попыталась встать, но была остановлена угрожающим взглядом медбрата.


-Ты - дура! Я творю науку! Скажи, зачем шизофренику память? Я знал больных, которые ели гвозди, и одного, который пятнадцать лет провёл под одеялом, боясь неизвестно кого. Ты думаешь им нужна такая жизнь? Или память, которая делает их больными? Шизофрения лечится много лет, а я предлагаю быстрое излечение! Костику " подсажена" другая личность. Он забыл всё о своей прошлой жизни, и знает лишь выдуманную мной. Конечно, я не знаю, как в дальнейшем поведёт его разум, но все великие учёные проводили опыты на людях! Иначе проблему не решить!


-Кто ты такой и по какому праву меняешь судьбу человека? Ты фашист!

-Результатами опытов над людьми, которые проводили фашисты, нынче пользуется вся современная медицина, к твоему сведению.

-Ты ублюдок!

-Если ты не заткнёшься, такая участь ожидает и тебя, - раздражённый Эдуард Петрович отошёл к столу ассистента. Они стояли втроём и шептались.

-Убить её надо, делов то, - посоветовал медбрат Володя, насытившись местью.

-Опасно! Она так орала! Если не появится в больнице, начнётся переполох. Володя ты проводи её в палату на место Кости я ей, потом инсулин введу. Она у меня ещё на коленях прощение просить будет. Ого, уже пять часов вечера, - врач, посмотрев на часы, засобирался и уже уходя, бросил, - у меня сейчас встреча неотложная, скоро буду. Володя сделай всё как положено.

-Эдуард Петрович, обижаете.

Когда врач ушёл, Владимир подошёл к Наталье Петровне и пнул её ногой.

-Вставай! Отлечила теперь поболей, - и он зло расхохотался, обнажая зубы в лошадином оскале.


Наталья Петровна молча, встала. Долго оставаться наедине с этим нравственным уродом она боялась, потому без пререканий пошла к выходу. До входной двери больницы дошли без проблем. Войдя в холл больницы, она увидела медсестёр и нянечек, столпившихся у поста. Наталья Петровна только было собралась позвать на помощь, как сильный удар медбрата сбил её с ног. Грубо схватив женщину за ворот платья, Владимир потащил её волоком по коридору. Длинные волосы Натальи Петровны растрепались и бесцеремонный Владимир время от времени наступал ей на волосы. Женщина судорожно оттягивала ворот платья, чтобы не быть задушенной. И всё это происходило на глазах у перепуганного персонала. Толкнув измученную Наталью Петровну на кровать, Владимир, осознавая, что возможно его власть над этой женщиной заканчивается, ударил напоследок её кулаком в лицо.

Оставив женщину лежать без сознания на кровати, медбрат поспешил в столовую на обед. Дверь в палату запереть он забыл. Наталья Петровна очнулась от того, что кто-то тряс её за плечо. С трудом приоткрыв заплывшие глаза, она увидела нянечку.


-Помоги мне, - Наталья Петровна начала подниматься.

Опираясь на руку нянечки она с трудом встала с кровати.

- Он в столовой, нужно торопиться,- шёпотом предупредила старушка. Во двор они вышли через чёрный ход. Там как раз разгружали хлеб в столовую и в приоткрытую дверь, Наталья Петровна увидела фигуру медбрата. Стараясь как можно тише, не привлекая к себе внимание, женщина взобралась в кабину. Ключи от машины были на месте. Через какую - то минуту она уже мчалась по деревенской улице. На её счастье машин в больнице больше не было. Единственная машина Эдуарда Петровича, но на ней он уехал сам. На сиденье лежал телефон водителя. И первое что сделала Наталья Петровна это позвонила подполковнику Герасимову. Трубку он взял сразу.

-Я в опасности,- в волнение произнесла женщина.

-Где ты?

-На трассе еду в сторону города. За мной погоня, скорей всего перекроют дороги.

-Ясно, ничего не бойся, езжай не останавливаясь. На какой машине ты едешь?

-На которой хлеб развозят.

-Понятно. До встречи.

Наталья Петровна уже проехала полдороги, когда телефон зазвонил вновь. Несколько секунд женщина колебалась брать или не брать трубку, но потом всё же решила не брать. Она правильно рассудила, что машину Герасимова она пропустить не могла, так как движение было ненасыщенным, а дорога узкая. Значит, звонили из больницы и скорее всего начали бы шантажировать жизнью Костика. Наталья Петровна не зря имела звание капитана, оно ей досталось лишь после того как она побывала в серьёзных бандитских заварушках, с риском для жизни, потому хорошо знала многие бандитские приёмчики. В скором времени она заметила машину подполковника. Решено было съехать с проезжей части и в ближайшем леске Наталья Петровна остановила машину. Но слезть с машины она уже не смогла.

-Ублюдок! - Герасимов в сердцах выругался, увидев женщину всю в синяках и кровоподтёках - Собственноручно убью, попадись он мне в руки.

-Ты Герасимов был прав, - Наталья Петровна с трудом шевелила разбитыми губами. - Он стирает больным память и внушает что-то своё.

-За что он тебя так?

-Я была против. Это -медбрат, он смотрел.

Телефон зазвонил вновь.

-Бери трубку и соглашайся на всё,- предупредил подполковник.

- Чего надо? - Наталья Петровна как могла грубо бросила в трубку.

-Слушай внимательно. Если ты сообщила в полицию, то Костику не жить. Он возле меня и медбрат тоже. Его я надеюсь, ты помнишь.

-Чего надо? - Наталья Петровна вновь повторила вопрос.

- Мне надо три дня. Больше ты меня не увидишь и не услышишь. Костика ты получишь только через три дня, если к тебе у меня не будет претензий.

-Он бросил трубку, - женщина устало повернула голову к следователю.

-Так, ясно! Оставляй свою машину и пересаживайся в мою.

Лишь сев на сиденье машины подполковника Наталья Петровна облегчённо вздохнула.

-Всё милая, - следователь нежно обнял женщину за плечи.- Твоя работа закончилась, началась наша. Сейчас я отвезу тебя к себе домой, где ты будешь в полной безопасности.

А Эдуард Петрович между тем обзванивал своих людей. Первому он позвонил программисту.

-Степан, меня могут арестовать! Подробности потом. Надо выбираться из страны. Да подожди ты, с расспросами, - в сердцах бросил он товарищу. - Пойми дело очень серьёзное. Когда наш самолёт?.. Я успею! Если нет - летите без меня. И вообще нам вместе нельзя светиться, - психиатр явно нервничал. - Петру сам позвони, мне некогда, хочу продать Бобу всю аппаратуру, не пропадать же добру. Инструкцию по производству мне Петя давно написал на случай чего. Вот этот случай и наступил. Всё пока. До встречи.

Закончив разговор с другом Эдуард Петрович тут же стал набирать телефон Боба.

-Боб, у меня к тебе срочное дело,- без приветствия начал психиатр.

На другом конце ему напомнили, что время для дел позднее.

-Другого времени может и не быть. Так ты будешь слушать или мне, звонить другим, - психиатр шёл ва-банк.

Угроза сработала и через некоторое время Эдуард Петрович стал объяснять суть дела.

-Я хочу продать цех, какой ты знаешь. Цена прежняя, какая ты знаешь. Имей ввиду не уступлю ни копейки! Заплатишь - получишь оборудование. Подробную инструкцию производства я тебе подготовил.... Хочешь знать, что за спешка? Мне просто нужны деньги! То что тебе некуда ставить меня не волнует! - Эдуард Петрович буквально кричал в трубку. - Привези в конце-концов к себе на дачу! Так ты согласен?

На другом конце провода послышалась нецензурная брань и только через несколько секунд психиатр услышал - "согласен".

-Встречаемся в два часа ночи в кафе, в Светлом. Отдашь мне деньги - получишь грузовик с аппаратурой и инструкцию. Всё! - и Эдуард Петрович прервал связь.

После разговоров он сел в свою машину и поехал в посёлок. Надо было поторапливаться. Часы показывали девять часов вечера. От деревни Норка до Новодвора, точнее сказать до поселения он домчался за сорок минут. Едва он остановил машину, как к нему уже мчался начальник поселения.

-Эдуард Петрович, что случилось?

-Семёныч пошли в цех разговор есть.

Они зашли в небольшое построение похожее на хлев. Расчистив на полу солому, начальник приподнял достаточно большую деревянную крышку. Под ней показался лаз, в который спускалась лестница. Включив на стене свет, они начались спускаться вниз. Семёныч спускался первым. Достаточно пологая лестница в ступенек двадцать привела их в просторное помещение. Комната хорошо освещалась и была заставлена всевозможной химической аппаратурой, предназначенной для опытов. Везде было чисто. Пахло наркотиками. Людей не было.

-Семёныч собирай людей. Мы переезжаем.

Через каких-то двадцать минут в комнате собрались люди - было человек десять.

Работа закипела, Эдуард Петрович лишь успевал давать указания. Первой демонтировали установку синтеза амфетамина, затем всевозможные колбы. Все наркотики были упакованы и сложены в ящике. Три часа упорной работы и в комнате ни осталось ни соринки.

-Семёныч, ты поедешь с нами. В новом месте поможешь всё установить и наладить выпуск. Я договорился ,тебе хорошо заплатят. Потом ты можешь быть свободен. Даю тебе двадцать минут, затем выезжаем.

Психиатр поднялся наверх и закурил.


## Глава 10.


Подполковник Герасимов устроив Наталью у себя на квартире поехал в отдел. Там его уже ждал капитан.

-Ну, что Влад переходим к активным действиям, - с ходу начал подполковник. - Времени в обрез слушай внимательно. Скорее всего психиатр захочет покинуть страну. Необходимо перекрыть ему и программисту все пути отступления. Влад, все! Вот адрес матери психиатра, он может там появиться, если появится - надо брать, но так, чтобы он не успел сделать звонки. Фотография программиста у тебя есть. Вот тебе ещё одна фотография, - и подполковник протянул фотографию химика. - Если этот человек захочет покинуть страну - задержи. Причину выдумай сам. Фотографии всех троих разошли куда надо. Надо поторапливаться. Я займусь наркотиками. Всё расходимся.

Было десять часов вечера, когда подполковник незамеченным вошёл в дом к Анатолию.

-Сергей Борисович что случилось?

-Толик спокойно, операция "наркотики " началась. Село окружено. Если, как я предполагаю, психиатр замешан в производстве наркотиков, то сейчас он начнёт в спешном порядке заметать следы. Возможно, даже захочет уничтожить цех. Иди к егерю предупреди его, чтобы ни случилось, он не должен выдавать себя. Иначе его убьют и жена останется совершенно одна. На жену дави, чтобы не проболтался.

Группа спецназа во главе с подполковников спрятались на подступах к селу. Несколько военных были непосредственно и в поселении. Они постоянно сообщали о том, как идёт подготовка вывоза наркотиков с оборудованием. Ночь была им хорошей помощницей.

Начальник поселения Семёныч, побежал домой за вещами. Вернувшись, застал психиатра во дворе, курящим сигарету. Неподалёку стояли молодые люди, закончившие разборку оборудования. Они ждали дальнейших указаний.

-Эдуард Петрович, с людьми что делать будем? - произнёс начальник, показывая на кучку молодых людей, стоящих у сарая.

-Да, чёрт с ними! Отбросы общества. Не до них! - махнув рукой, бросил психиатр, усаживаясь в машину.

-Идите спать! - скомандовал Семёныч молодым людям и сел рядом с егерем, который был за рулём грузовой машины.

-Сволочи, - тихо процедил егерь сквозь зубы еле сдерживаясь.

"Ты что-то сказал"? - спросил Семёныч, усаживаясь рядом с водителем, но не дождавшись ответа приказал: Трогай. Держись легковушки. Едем за ней, - и он, усевшись поудобней, всунул в уши наушники, и включил плеер.

В два часа ночи две гружённые машины двинулись из поселения в город Светлое. Очень было важно выйти на покупателей, потому машины беспрепятственно двинулись по шоссе. Лишь в самом городе Светлом, возле кафе при передаче оборудования произошло задержание и психиатра, и Бобы со своими телохранителями. А через два часа Эдуард Петрович и Семёныч сидели в следственном изоляторе полицейского отделения города Благое. Было почти семь часов утра. Через каких-то сорок минут Влад сообщил, что двое пассажиров рейса Москва - Лондон были задержаны в аэропорту Внуково. Эти двое были - программист Степан и химик Пётр. К десяти часам утра все трое друзей были в сборе. А между тем, тщательное изучения оборудования экспертами дало свои результаты. На всём оборудовании стояло клеймо научно исследовательского института, в котором работал наш химик.

-Вот вам и третий гений, - с улыбкой произнёс подполковник коллегам, сидящих рядом.

Первым на допрос был вызван психиатр - Эдуард Петрович. Увидев, избитую Наталью в звании офицера полиции он не стал ничего отрицать.

-Да поймите, я вернул людям потерянный мир! Они все законченные наркоманы! Внушённые им личности оторвали их от наркотиков. Они стали читать книги великих авторов! У них восстановилась умственная деятельность! - психиатр говорил воодушевлённо.

-Только без пафоса, - прервал его монолог подполковник. - Возможно, вы и спасли людей, но чтобы сделать их вашими рабами. Им было внушено беспрекословное вам подчинение. И потом, они производили наркотики, чтобы убить тысячи. И это вы считаете счастьем для них?

-Мне нужны были деньги: на лекарства для поддержания их здоровья, для оборудования. Вы думаете, всякая психбольница имеет тот же самый энцефалограф?

"А щербинка -то у него в зубах есть и как раз с той стороны, о которой говорил егерь", - подполковник удовлетворённо отметил этот факт, хотя раздражение его всё более нарастало.

-Всё было совсем не так, - терпение подполковника лопнуло. Он встал и уже ходя по комнате, начал говорить.- Вам не хватало признания. Вы считали себя гениями! И вы решили втроём эмигрировать, но с пустыми карманами ехать не хотелось, потому и появился наркобизнес. Ваш друг химик знал схему синтеза амфетамина и потому организовать цех, вам не составило труда. Оборудование, вплоть до колб, он взял у себя из лаборатории. Проблема была с людьми, которые были бы равнодушны к наркотикам. Тут пригодились и ваши разработки, которые помогал вам претворять в жизнь ваш общий друг - программист, поставляя вам программное обеспечение. Судя по трём погибшим молодым людям, ваша разработка дала сбой.

- А что вы хотите! - глаза психиатра горели огнём. - Они были первыми ласточками.

-За что вы уничтожали ребят?

-Не всех, а только тех кто начал сходить с ума. Увы, человеческая психика полна загадок. Эти люди были обречены. Мы вывозили их в разные места, - психиатр замолчал.

-Вы забыли добавить, что всем погибшим ребятам, ваш друг программист посылал сообщение с убийственной музыкой, - подполковник смотрел на психиатра, ожидая его реакции, но тот продолжал молчать. - Но этого вам было мало, - чуть погодя продолжил следователь. - Ваше самомнение зашкаливало! Сообщение сопровождалось подписью - три гения. Конечно, ваш друг поменял буквы местами, но разгадать смысл не составило труда. И потом, как вы ни старались испачкать грязью обувь всех троих погибших ребят, на ней остались следы торфяника. А он, как известно, в наших краях лишь в селе Новодвор. Остальное дело нашего профессионализма.

Психиатр поникшим голосом спросил.

-Что нам будет? У меня мать больная. Я готов сотрудничать и помочь в лечении Костика, - и он с надеждой посмотрел на Наталью.

-О матери нужно было думать раньше. Да вот ещё, что там за игра- рулетка, о которой говорила ваша сослуживица?

-Значит сработало! - психиатр удовлетворённо посмотрел на подполковника. - Действительно по молодости мы втянулись в эту игру. Даже на крови поклялись, что не струсим и покончим с собой, если квартира выпадет, но где-то через месяц, после клятвы, Степан собрал меня и Петьку и сказал, что выключил рулетку, дескать не хочет терять друзей. Мы, якобы будем думать, что себя, он как программист - застраховал. Если честно, то у меня такая мысль мелькнула. Одним словом забыли мы об этой игре, а вот когда решили цех организовать, вновь вспомнили. Дело в том, что в Москве претворять в жизнь свои разработки у меня бы не получилось.Надо было уезжать в глубинку. Тогда и решили придумать легенду, что я умер, но предварительно я пустил слух об игре-рулетка, дескать моя квартира выпала. Все стали думать, что я покончил жизнь самоубийством, потому всё так скрытно. Так что я исчез без проблем.

-Значит своими жизнями вы рисковать не стали, а вот чужими распоряжались бесцеремонно!

-Пойми-те, мы работали с больными людьми или законченными наркоманами!

-Вы что же действительно считаете - это оправданием?! - подполковник негодующе смотрел на психиатра. - У вас больная мать, значит и её можно пускать в расход?

Психиатр молчал.

-Уведите, - подполковник обратился к вошедшему дежурному.

Когда задержанного увели, подполковник, видя уставшие лица своих коллег сказал.

- На сегодня хватит. Пойдёмте товарищи спать. Мы это заслужили.

Подполковник Герасимов устало поднимался по ступенькам. В руках он держал коробку конфет "Белочка". Но не успел он подойти к своей квартире, как сзади к нему тихонько кто-то подошёл. Он оглянулся и увидел Наталью - московского психиатра. Подполковник от неожиданности растерялся. Он, взрослый, немолодой мужчина стоял, как мальчишка и растерянно хлопал ресницами, не зная как себя вести. -Хорошо, что я конфеты купил, - наконец-то он нашёлся что сказать и, открыв ключом входную дверь - посторонился, пропуская вперёд Наталью......