Андреев А.В. : другие произведения.

Книга 1 "Главное - воля!". Часть вторая

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


Оценка: 3.18*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Обновление 05.09.2008


  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   КНИГА ПЕРВАЯ "ГЛАВНОЕ - ВОЛЯ!"
   ЧАСТЬ ВТОРАЯ "ЖАРКОЕ ЛЕТО 95-ГО"
   ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  
   1.
  
   Титулярного советника Матвея Павловича Колышкина уговаривать отпустить дочь на два года в Царское Село ко двору учится на фрейлину пришлось долго и упорно. Неблагодарное это дело взяла на себя маменька - своей приемной дочери она была старше всего-то на девять лет. И они с Фросей прекрасно понимали друг друга. Если б Машенька была в возрасте Ефросиньи, она рванула бы в Санкт-Петербург, даже не спросившись. Ах, какое может быть сравнение - Северная Пальмира... И губернский город, откуда "до любой границы десять лет скачи - не доскачешь" . Всех возможностей для замужества - местный чиновник да если вдруг заедет навестить родных армейский офицер.
   А там!
   Ведь не на какие-нибудь "бесстыжевские" курсы приглашают, а ко Двору. Если повезет, то Фроська станет - страшно подумать - фрейлиной Ея Императорского Величества! Да даже если и не повезет... За два года в Царском селе она уж точно с кем-нибудь да познакомится. И не с армеутом серым или коллежским секретарем провинциальным, а с гвардейцем блистательным или чиновником с ПЕРСПЕКТИВОЮ.
   Словом, вдвоем дамы таки Матвея Павловича уломали.
   И начались лихорадочные сборы - что взять с собой? Новый гардероб построить? А не будет ли смешно провинциальные наряды во Дворец тащить? С другой стороны - не в старье же ехать! Но тут вмешался как раз Матвей Павлович, указав своим дурехам, что в телеграмме сказано было: предоставляется форма. То есть по прибытии Фроське выдадут то, в чем она и проведет следующие два года, и думать надо только о дорожном. Кроме Ефросиньи Колышкиной в Царское ехали еще две барышни из гимназии, в которой училась она, да еще трое из епархиального училища - две поповны и одна купеческая дочь, учившаяся в Епархиальном за плату. Сопровождала группу вдова генерала Щербинина, крепкая, нестарая еще женщина, которой поездка в Петербург тоже представлялась шансом изменить свою жизнь к лучшему.
   Ехали через Рязань, где переночевали. На Москву выехали уже большой компанией - к их шестерке присоединились еще три барышни-гимназистки и три поповны из Рязанского Епархиального училища. Из Москвы в Царское выехал уже целый девичий поезд в пять вагонов, специально арендованный руководством Ведомства императрицы Марии для перевозки будущих фрейлин в Царское Село.
   Добравшись, наконец, до первого в своей жизни настоящего Дворца, Фроська была сильно разочарована. Как-то не смотрелись среди позолоченной лепнины, зеркал и зеркального паркета несколько сотен раскладушек.
   С другой стороны - понятно, что необходимость разместить где-то почти девять сотен девиц, страстно мечтающих стать фрейлинами Её Величества, или хотя бы Двора Её Величества, была довольно острой. Не в казармах же гвардейских их селить?
   Униформу начали выдавать уже на следующее утро. Частично она была похожа на стандартную гимназическую - коричневые тонкой шерсти и хорошего покроя платья с узкой полоской белых кружев на вороте. Для занятий в классе к нему полагалось надевать черный фартук, чтобы не заливать платье чернилами. Для торжественных построений полагался белый фартук, обшлага пристегивались крохотными пуговичками белые кружевные, белый платок на голову для церкви. Но вот форма для занятий физкультурой!
   Обычная матроска, да. Но вместо широкой юбки к ней полагались... ШТАНЫ!
   Скандализированные юницы взвыли хором.
   Явившаяся в ответ молодая дама, одетая неброско, но крайне стильно, оглядела толпу возмущенных девчонок и, весело сощурившись, сообщила, что ежели барышни хотят юбок - то они получат юбки. На следующее же утро, действительно, всем ученицам УФС было выдано по еще одному комплекту униформы. Синяя с белым и красным матроска. И такая же юбка. Юбка заканчивалась СУЩЕСТВЕННО выше коленей.
   Больше ученицы с начальством спорить не решались.
  
   2.
  
   Не считая НПО "Полет"...
   У Елены как-то вылетело из головы - то ли в по запарке, то ли ещё почему - самое-самое необходимое. Если уж начинать думать военно-морскими проблемами... и вспоминая все, что ей наговорили офицеры "Памяти Меркурия", последующие комментарии Сандро, кое-что из прочитанного... И, главное, ту счастливой памяти беседу того чокнутого на военно-морской истории парня с её Археологом...
   Русские пушки стреляли так же, если не лучше, чем английские, немецкие... и японские, конечно же... Поскольку японцы сами для себя пушек ещё производить не умели, закупая их за границей. У англичан, естественно.
   Российская морская артиллерия - на уровне мирового развития.
   У Елки в рукаве лежала пара козырных идей, способных поднять её на абсолютную, недосягаемую высоту. И "пара" здесь была понятием математическим. Этих идей было ровно две: дульные тормоза и лейнеры. И всё! Вот этими пунктами все усовершенствования в ствольной артиллерии и исчерпываются - за весь ХХ век не появилось больше ничего нового!
   Мелкие недочеты - слишком легкие, маломощные и плохо взрывающиеся снаряды... это именно мелочи. Преодоление таких препятствий входит в понятие "в рабочем порядке" как шар в лузу.
   "Правила артиллерийской службы" Елена прочитала ещё во время того плавания на "Памяти Меркурия". Официальное флотское издание 1893 года предписывало дальность стрельбы от 7 до 15 кабельтов считать средней... А пределом - 25 кабельтов. То есть меньше пяти километров.
   При этом в официальные же таблицы стрельбы шестидюймовых орудий занесено, что их максимальная дальнобойность равняется одиннадцати километрам. ОДИННАДЦАТИ! То есть более чем вдвое больше.
   Самое же смешное шло дальше. Там, где начинался главный калибр, двенадцатидюймовые пушки. Старые, образца 1885 года, орудия в тридцать пять калибров имели предельную дальность в десять километров - при стрельбе под углом +15 градусов. Выше они стволы задрать не могли, этого не позволяла конструкция артиллерийских установок. Впрочем, даже и эта дальность кем-то очень значительным была сочтена излишней: поскольку таблицы стрельбы для этих орудий были составлены только до 7320 метров, а башни новейшего броненосца "Наварин" ограничивали плюс вертикальной наводки главного калибра углом в двенадцать с половиной градусов.
   Первое орудие нового образца, с длиной ствола в сорок калибров, должно было испытываться стрельбой в конце весны. И их баллистические данные должны быть куда лучше. Если верны расчеты - где-то на треть. То есть до пятнадцати километров.
   Что и само по себе было замечательно. Даже с углом вертикального наведения в те же проклятые плюс пятнадцать градусов. Эти чертовы цифры стояли в заказе, выданном Металлическому и Обуховскому заводам на башенные артустановки для строящихся броненосцев "Сисой Великий", "Полтава", "Петропавловск" и "Севастополь".
  
   3.
  
   Не забывая о малых углах возвышения, вспомним ещё о скорострельности. Той самой, благодаря которой шестидюймовое орудие превосходило двенадцатидюймовку по массе выброшенного в противника металла. А почему? А потому, что 12" орудие делало один выстрел в три с половиной минуты, а шестидюймовка - десять в минуту!
   При этом орудия главного калибра дредноутов и сверхдредноутов эпохи Первой Мировой били - в максимальном режиме - раз в восемь чаще. Археолог как-то сказал, что старший артиллерист "Дерфлингера" фон Хазе в своих мемуарах "Киль и Ютланд" решительно утверждал - германские артиллеристы могли давать из своих пятидесятикалиберных два выстрела в минуту!
   Если этого смогли добиться от своих орудий Крупп и от своих людей фон Тирпиц...
   То сможет и она!
   Когда установит контроль над артиллерийским ведомством.
  
   4.
  
   Обдумав все это, Елка поняла, что подходила к делу не с той стороны.
   В начале двадцать первого века представление о том, что лучше то оружие, которое лучше стреляет, устарело. Совершенство компьютеров и программного обеспечения - вот залог победы.
   И с чего она взяла, что здесь все по-другому?
   Конечно, нет ни компьютеров, ни программ...
   Ну и что?
   Это же не значит, что и системы управления огнем отсутствуют как класс.
   Не значит.
   Просто они... проще.
   Задав Сандро один простой вопрос и получив на него один оч-чень непростой ответ, Елка теперь точно знала как, по идее, должен происходить выстрел. Не считая всяких технических подробностей относительно заряжения орудия, горения пороха и движения снаряда в стволе и после вылета из него...
   Определяем направление, соответственно ему наводим пушку по горизонтали. Затем определяем расстояние до цели, вычисляем, какой угол возвышения орудия этому расстоянию соответствует, поднимаем ствол... Выстрел!
   Учтем два фактора. На расстоянии в пять километров стандартный эскадренный броненосец водоизмещением в пятнадцать тысяч тонн видится мишенью откровенно скромных размеров. И как определить дистанцию до этой мишени? На глазок? Сотней метров больше или меньше - подумаешь!
   Ага.
   А ведь корабли не стоят на якоре в тихой бухте. Они двигаются. В море. Иной раз это море волнуется. Интересно это не столько потому, что приходится учитывать движение мишени, делая соответствующую поправку. Дело в том, что орудия, установленные на корабле, двигаются вместе с ним, и когда броненосец валит с борта на борт или колыхает с носа на корму... То стволы... "водит". Вверх-вниз, вправо-влево...
   Это к тому, что попытка нащупать дистанцию, стреляя во врага "навскидку", является просто напрасной тратой снарядов - а их в боекомплекте всего-то сто штук на ствол. В лучшем случае.
   И что же получается?
   Получается, что корень всех проблем - в определении дистанции и точности прицела.
  
   5.
  
   Лазерный дальномер и компьютерная СУО... ах, мечты, мечты... Все, что Елка знала о лазерах, уместилось бы на одной странице. И до воплощения этого "всего" науке и технике конца XIX века было примерно так же далеко, как и до луны. Лет так шестьдесят с небольшим гаком.
   Значит, чтобы орудия стреляли точнее, необходимо в первую очередь снабдить их оптическими прицелами. Которые в России не производились.
   Оптическим стеклом и производством из него линз для биноклей, подзорных труб, охотничьих оптических прицелов, телескопов и прочего не занималась ни одна сволочь на землях Империи! Спрос - незначительный и исключительно частный: офицеры закупали для себя бинокли не каждый день и даже не каждый год, охотники приобретали оптические прицелы не намного чаще, а уж как часто покупали себе новые телескопы астрономы-любители...
   Удовлетворяли его заграничные поставщики - фирмы из Парижа, Берлина, Вены и Лондона снабжали русских контрагентов всем, что им только могло понадобиться. То есть могло понадобиться их русским покупателям, конечно.
   Вывод: срочно, буквально "уже вчера", необходимы были НПО "Оптика", специализирующееся на всеразличных оптических приборах - главными из которых будут дальномеры и оптические прицелы - и НПО "Прибор", что звучит гораздо лучше, чем прямое "Вычислители СУО".
  
   6.
  
   Записка Менделеева--Ключевского тем временем жгла сердце Елке. Ну кто такой Паршин по сравнению с этими двумя? Не то, чтобы пустое место... Но величина весьма скромная.
   Её воображению мерещился уже концептуальный труд "Россия: Цивилизация Севера". Который будет положен в основу программы Возрождения Империи - "и грянет страшный русский Ренессанс!".
   И в книге этой должны найти свое отражение не только теория "природного налога", но и марксистский подход. Конечно, это должен быть ПРАВИЛЬНЫЙ подход - географически и исторически детерминированный... Или же цивилизационный. Да, хорошо звучит - цивилизационный марксизм.
   Естественно, вместе с критикой марксизма традиционного, евро-центрического. Благо, основа-то есть - только найти те так и не отправленные письма Маркса к Вере Засулич, где Маркс писал, что русская община есть зерно и двигатель социализма, возможность перейти к крупному земледелию и в то же время избежать мучительного пути пауперизации и капитализма! А также разъяснения насчет двуединого "кентавра" капитализма западноевропейского типа и его "невидимой" колониальной составляющей...
   Вот и ещё одна головная боль! Хотя Менделеев и Ключевский были, наверняка, намного умнее Елены Зелениной - иначе они не стали бы тем, кем стали! - но информацией-то они не могли владеть по определению!
   И её-то следовало довести до них в полном объеме. А значит, из и без того плотно забитого графика государыни выпал ещё один остро необходимый ей час. А в образовании "новых фрейлин" выявилась очередная прореха: ни стенография, ни машинопись в список необходимых навыков не попали. И ей пришлось нанять двух стенографисток и четырех барышень, обученных обращению с пишущей машинкой - которые, как оказалось, на территории Империи не производились! И как можно работать в таких условиях?..
  
   7.
  
   Работать - плохо. Зато зарабатывать - хорошо.
   Причем лицензия на производство пишущих машинок, приобретенная у "Ундервуда" некоей никому не известной фирмой "Irena Browning Manufacturers", позволяла надеяться не только на неплохой заработок. Протекционистский тариф - очень удобная штука. На заграничных конкурентов действует получше нейтронной бомбы. Один удар - и рынок пуст как в первый день творения.
   Ещё фирма IBM открывала кое-какие иные возможности... В иных сферах.
   В двух сразу.
   Искать под вывеской IBM военное производство будут обязательно. И обязательно найдут. Перенос на эту фабрику производства части газоотводных узлов и ударно-спусковых механизмов для ручных пулеметов, карабинов, самозарядок и прочего автоматического и полуавтоматического стрелкового оружия просто-таки напрашивался!
   Ведь механический завод АУЦ, сразу же разделившийся на собственно Царско-Сельский Механический Завод ЦСМЗ, и Центральное НПО Точного Машиностроения, НПО "ЦентрТочМаш" - он и замышлялся в качестве довольно скромного предприятия с ограниченной производительностью. Тысяча, от силы полторы тысячи единиц в месяц... Между тем это был ЕДИНСТВЕННЫЙ завод в Империи, способный выпускать автоматическое оружие серийно! Все остальные производили только винтовки и револьверы. Даже станковые пулеметы - и те планировалось закупать за границей. Поскольку пока военная наука испытывала к этому виду оружия острое недоверие.
   Поминавшийся уже генерал Драгомиров острил: "Если бы одного и того же человека нужно было убивать по несколько раз, то это было бы чудесным оружием. На беду для поклонников быстрого выпускания пуль, человека довольно подстрелить один раз, и расстреливать его затем, вдогонку, пока он будет падать, надобности, сколь мне известно, нет". Юморист, понимаешь. Просто Жванецкий в погонах.
   Комиссия по перевооружению крепостей, испытывавшая пять закупленных в начале 90-х годов у фирмы "Норденфельд" пулеметов конструкции Максима, нашла, что "в крепостной войне пулеметы могут принести несомненную пользу". И рекомендовала закупить - ровным счетом четыре сотни пулеметов! Это на всю Россию!
   И стоили они недешево - по три тыщи рублей за штуку. За всю партию - миллион двести тысяч. "Зачем платить такие деньги за то, что все равно нам не потребуется?" - рассуждали окопавшиеся в кабинетах Военного Ведомства бюрократы в погонах. "И тем более когда столько других расходов?" - продолжали свою мысль они.
  
   8.
  
   Расходы по военному ведомству действительно были изрядными - и делились они на две категории. Средства, расходуемые на содержание армии, именовались обыкновенными или повседневными расходами. А то, что назначено было для повышения боеспособности армии, именовалось расходами чрезвычайными. Так вот, военный министр во "Всеподданнейшем отчете по Военному Ведомству" исчислял необходимые чрезвычайные расходы в сто пятнадцать миллионов рублей в год! Поскольку: "Имелся целый ряд "мероприятий, либо начатых и незаконченных, либо новых, вполне подготовленных, но не начатых из-за недостатка средств". Требовалось улучшать личный состав и бытовые условия (одно улучшение офицерских квартирных окладов - это на четыре миллиона рублей "чрезвычайного" бюджета ежегодно!), увеличивать мобилизационную готовность, переустраивать в соответствии с требованиями времени органы управления и командования, развивать материальную часть"...
   Причем "развитие материальной части" - это были относительно скромные замыслы. Модернизация 87-мм пушек образца 1877 года (по 48 орудий на пехотную дивизию и 24 или 32 на стрелковую бригаду) установкой их на лафет нового образца. Перевооружение трехлинейками резервных войск и создание мобилизационного их запаса. И ещё - полевые кухни. И все!
   И пока что никаких ОФИЦИАЛЬНЫХ рычагов управления Военным Ведомством у Её Величества не было. А неофициальных на такое предприятие, как, скажем, развертывание производства тех же станковых "Максимов" в Туле вместо закупки их за границей, просто не хватило бы.
   Конечно, может показаться, что завод, производящий в год до восемнадцати тысяч единиц автоматического оружия - более чем достаточно. Так вот - недостаточно! К началу 1937 года в частях РККА имелось 95 тысяч одних только ручных пулеметов ДП-27 и под две сотни тысяч единиц другого автоматического стрелкового оружия - пистолетов-пулеметов, автоматических винтовок, станковых пулеметов... Елка считала это количество НОРМОЙ, достаточной для вооружения войск мирного времени и резервных частей первой линии. За четыре года Великой Отечественной было произведено более полутора миллионов пулеметов всех типов, ДП и его модификаций - львиная доля. А ещё - более шести миллионов пистолетов-пулеметов (гениальная все же машинка ППШ!) и полтора миллиона самозарядных и автоматических винтовок! В год - 2,25 миллиона единиц автоматического оружия!
   ТАКИЕ производственные мощности на дороге не валяются. Тем более, что мощности русских заводов были недостаточны даже для производства обычных магазинок - полмиллиона винтовок в год на пике производительности. В феврале Ванновский представил "Всеподданнейший доклад по Военному Ведомству", подводивший итоги 1894 года и освещавший перспективы 1895-го. Так вот, оказалось, что когда в 1891 году на вооружение приняли трехлинейку, то потребности первой очереди, которые надлежало удовлетворить до весны 1895 года, ведомство расценило в два миллиона винтовок. За три года. Так пятьсот тысяч пришлось заказывать во Франции!
   Российские оружейные заводы страдали двумя коренными недостатками. Их было мало, всего три штуки, и устроены они были из расчета потребностей мирного времени. Для удовлетворения же усиленной потребности периода перевооружения "должны были служить временное усиление деятельности заводов (например, введение ночных работ) и заказы на частных заводах". В этом самом усиленном режиме, при работе днем и ночью, годовой объем продукции Императорского Тульского Оружейного Завода составлял 265 тысяч винтовок, в Ижевске в год выпускали 160 тысяч, а в Сестрорецке - 75 тысяч стволов. Итого - полмиллиона в год.
  
   9.
  
   На переоборудование казенных заводов надежда маленькая. Если на отдел станковых пулеметов в Туле или Сестрорецке бюджета ещё хватит, то вот на все остальное...
   Вряд ли. Очень, очень, очень вряд ли.
   Следовательно, завод по производству автоматического оружия надо строить на средства Дома. А ещё лучше - не один, а несколько заводов. Специализированный, по ручным пулеметам - скажем, в Коврове. В Нижнем Новгороде - IBM, специализирующаяся по газоотводным узлам и ударно-спусковым механизмам, и фабрика спортинвентаря, производящая пневматические ружья "Кадет" и винтовки "Кадет-2"... Винтовка калибра 5,6 мм - две или 2,2 линии, в зависимости от того, как мерить - и выглядящая в точности как пехотная трехлинейка. Только соответственно уменьшенная и облегченная, чтобы мальчишки могли её поднять и выстрелить. И не один раз. А столько, сколько потребуется.
   Стволы - это отдельная песня. Любые сколько-нибудь разумно устроенные оружейные заводы всегда рассчитаны на "полный цикл", то есть производят не только все оружие, но и все, что потребляется в ходе его производства. Включая и сменную оснастку для нарезки стволов. Казенные оружейные заводы России, имеющей двухмиллионную полевую армию и миллион человек запаса, должны были производить полмиллиона винтовок в год. И пятьдесят тысяч единиц личного оружия. Если бы личное оружие имело иной, отличный от винтовочного калибр... Это обошлось бы существенно дороже "единого" варианта.
   Именно поэтому для замены 4,2-линейных револьверов "Смит & Вессон", стволы которых нарезались на том же оборудовании, что и стволы 4,2-линейных винтовок системы Бердана, будет принят револьвер конструкции Нагана, калибр которого - 3 линии или 7,62 мм - совпадает с калибром принятых на вооружение взамен берданок трехлинеек Мосина.
   Основная мысль здесь совершенно правильна и глубоко разумна. Стандартизация действительно удешевляет производство. Если, конечно, это производство по-настоящему МАССОВОЕ. Однако переход на гораздо более мощный по сравнению со старым черным бездымный порох и вызванное им уменьшение калибра привело к тому, что пули, несмотря на большую силу удара, имели меньшее останавливающее действие. У винтовок это не критично. Ещё бы, при дистанции реального огня, начинающейся с восьмисот метров...
   Личное оружие, дистанция огня которого составляет менее двух дюжин шагов - совсем другое дело. Здесь этот показатель имеет РЕШАЮЩЕЕ значение. Поскольку если первая пуля не остановила бегущего на вас противника, а просто пробила его насквозь и унеслась дальше... То выстрелить второй раз вы можете и не успеть.
   Ну, то, что для армии - это ладно. Хотя, конечно, бой в окопах, где с трехлинейкой, имеющей с примкнутым штыком длину метр семьдесят три, попросту не развернуться... Но, опять-таки, ладно. В конце концов, пистолеты-пулеметы именно поэтому и появились! А ещё есть автоматические пистолеты, дробовики... Ручные гранаты, наконец!
   А вот в полиции... Или - особенно! - в службе безопасности...
   Елка точно знала, что у неё - паранойя. Но все же Александра Федоровна никогда не расставалась с оружием. И настоятельно просила мастеров, уже развернувших работы в недостроенных цехах ЦСМЗ, максимально ускорить разработку и производство первой партии оружия для "новых фрейлин", Дворцовых Гренадер и частей Гвардии, а также себя, любимой. Пока в список "к производству" входили только револьверы и помповые дробовики! Самозарядные и штурмовые пистолеты, самозарядные карабины под пистолетный патрон, пистолеты-пулеметы, ручные пулеметы и самозарядные винтовки оставались пока мечтой.
   Голубой, как лацканы новых мундиров финских стрелков.
   Завод мог выпускать оружие любого калибра - экспериментальными и установочными партиями в две--три--пять сотен стволов. Основных же калибров, таких, чтобы штамповать пока предусматривалось три: 5,6 мм "Спорт", он же .22LR, 7,62 мм, три линии "нового стандарта"... И "старый стандарт" - 4,2-линейный, или 10,67 мм. Все равно оборудование, на котором производились "Смит-Вессоны", пойдет на списание - так чего ж добру пропадать?
   Планы насчет калибра 9 мм были пока туманны. Вообще-то хороший калибр. Не слишком мощный, отдача суставов не выбьет и руку не сломает, и при этом - отличное останавливающее действие. Вот только... не стандарт! Нарезать на ЦСМЗ пару десятков или пару сотен стволов... Да хоть пару тысяч! Не проблема. А вот массовое производство...
  
   10.
  
   Кстати, о массовом производстве. До 1895 года в России имелось всего два патронных завода - "Петербургский арсенал" и частный Тульский завод. В 1894 году построили ещё один завод, в Луганске - производительностью до 130 миллионов патронов в год. Тульский завод мог выдать "на-гора" до 90 миллионов патронов, Петербургский - до 170 миллионов. Итого - 390 миллионов патронов в год.
   Поскольку потребность в патронах рассчитывалась исходя из опыта, устаревшего на четверть века... То даже и для армии, вооруженной только винтовками, этого было совершенно недостаточно. Генералы считали, что на каждую винтовку необходимо иметь: в полевой пехоте по 600 патронов, в резервной по 500, кавалеристам по 400, в инженерных войсках по 120, а в запасных батальонах по 135.
   Опыт русско-японской войны подтвердил, что эти нормы занижены минимум вдвое.
   А ведь ещё есть пулеметы. И сколько же патронов надлежит иметь на один станковый пулемет? Исходя из того, что его огневая производительность приравнивает его к двадцати пяти винтовкам? А сколько патронов должно приходиться на один "ручник"?
   Да ещё следует помнить, что патроны будут нужны не только в Европейской России.
   Следовательно, из трех патронных заводов, постройка которых совершенно необходима, как минимум один должен располагаться как можно дальше на восток.
  
   11.
  
   В глубокой тишине подвального тира металлические щелчки проворачивающегося барабана звучали громом. Особенно - по контрасту с легкими, едва слышными хлопками и змеиным с присвистом злым коротким шипением. Которое и дало намек на название.
  -- И как вам "Аспид", дорогая?
  -- Потрясающе!
  -- Чувствуете, как он в палец отдает? - при взведении курка два пера V-образной боевой пружины "Нагана" поджимались друг к другу, а при нажиме на спуск верхнее перо, поворачивая курок, резко уходило вверх. От этого движения нижнее перо получало обратный импульс, который, воздействуя на спусковой крючок против нажима стреляющего пальца, не должен давать спуску "провалиться". Одна из двух "изюминок", благодаря которым был вообще принят на вооружение револьвер, устаревший более чем на двадцать лет. Однотипный по способу извлечения стреляных гильз "Кольт SAA", прославленный в десятках тысяч вестернов "Миротворец" - хотя гораздо более точным переводом обозначения "Писмейкер" было бы слово "Умиротворитель" - поступил на вооружение кавалерии Соединенных Штатов аж в 1873 году, двадцать два года назад! И благодаря которым он продержался так долго.
  -- Ещё бы. Но, насколько я разобралась, это ведь не обязательно?
  -- Вы правы. Необязательно. Просто сильные пружины и нет времени отлаживать каждую мелочь.
   Семь выстрелов - серия. "Новый стандартный" калибр револьвера обеспечивал барабану меньший диаметр, чем у сорокачетырехкалиберного, 10,67-мм (а если мерить по пуле, так и вообще 11), "Смит & Вессона", вмещая при этом больше патронов. Поскольку на ствол была одета трубка интегрированного глушителя, выбрасыватель пришлось переделать. После этого внешне "Наган" стал совсем похож на "Миротворца" - отличия заключались только в дизайне рукояти, имевшей совсем другие очертания... И - внешне - все! В мастерских АУЦ, кстати, как раз доделывали несколько образцов "Нагана" калибра 4,2 линии - который от "Миротворца" внешне вообще практически не отличался. Дурацкая идея, конечно... Но Сергей Юрьевич, отец Елены Зелениной, в детстве был без ума от "Великолепной семерки". И сумел - отчасти - заразить этим восторгом и дочь.
   Пока тезки, выбивая по одной гильзе за раз, перезаряжали револьверы, дежурившая по тиру девчонка в сером с белым лацканом кителе мариинского училища фрейлинской службы сбегала сменить мишени. Её Величество уложила в девятку шесть из семи пуль. У её статс-дамы дела пока шли похуже - Александра Михайловна не поднималась выше шестерки. Впрочем, учитывая, что стрельбой она занималась меньше пяти недель, результат был впечатляющий.
  -- А...
  -- Вы что-то хотели спросить, дорогая?
  -- Да, Ваше Величе... Извините. Миледи. Почему "Наганы"? Ведь они же неудобные! А "Смит--Вессоны" можно вообще одной рукой разрядить. Да вы же сами это и показывали. А эти пружины ведь можно и на них установить. Ведь можно?
  -- Пружины? Можно, конечно. А глушители?
  -- А разве нельзя?
  -- О, дорогая!.. - императрица сочувственно покачала головой и защелкнула дверцу барабана. -- Самое главное, наши генералы хотят иметь стандартное оборудование для нарезки стволов, поэтому калибр стрелкового оружия, то есть винтовок, и личного оружия должен совпадать. А поскольку любой револьвер обычной конструкции при использовании патрона калибра 7,62 будет слишком слабым... Вот, посмотрите сюда. Зазор между рамкой и передним срезом барабана видите? Здесь, в "Нагане", он значения не имеет, поскольку сам барабан имеет механизм, продвигающий его вперед. В результате устье гильзы, целиком закрывающее пулю, вдвигается в ствол и полностью перекрывает зазор. Увидели? У обычных же револьверов, такого устройства не имеющих, на прорыве пороховых газов между стволом и барабаном теряется до трети полезной энергии выстрела! Поэтому, кстати, на них нельзя и глушители устанавливать. Ведь звук выстрела создается именно расширением пороховых газов! А если исключить ту треть энергии, что тратилась на бесполезный шум... Понятно, почему в "Нагане" при меньшем импульсе отдачи и приложенной мощности эффективность сравнима с гораздо более крупными калибрами?
   Александра Михайловна кивнула, озадаченно разглядывая револьвер. Казалось бы, примитивнейшая железка, смотреть не на что. А на самом деле - жутко хитрая штука, потребовавшая от конструкторов уйму воображения.
  -- А если взять пистолеты? Те же "Борхарды"? На них нельзя установить пружину?
  
   12.
  
   Пресловутая двуперая V-образная боевая пружина, запатентованная фирмой "Братья Наган", была действительно очень ценной идеей. Ведь обычно при стрельбе из пистолета или револьвера, в тот момент, когда курок срывается с шептала, сосредоточенные на спусковом крючке килограммы усиления боевой пружины - а на моделях военного образца там сосредоточены именно килограммы: усилие спуска "самовзводом" составляет от двух до трех кг! Что считается СОВЕРШЕННО необходимым для предотвращения случайного выстрела - мгновенно пропадают и спуск "проваливается". В результате равновесие оружия резко исчезает, и пистолет или револьвер "клюет" - поскольку остальные-то пальцы руки, удерживающей оружие, продолжают на него давить, компенсируя вес, ранее сосредоточенный на указательном пальце. Поскольку "сдергивание" оружия в сторону на миллиметр оборачивается на дистанции в 25 метров "сдергиванием" пули сантиметров на 20 - промах, вполне способный оказаться последним в жизни... по крайней мере, в ВАШЕЙ жизни - несколько поколений стрелков старались это явление как-то компенсировать. И у них получилось! Был выработан особый хват оружия, при котором оно не "клевало" при выстреле. Для того, чтобы этот хват выработать, превратив его в безусловный рефлекс, требовались сотни часов упражнений. С "наганом", или, по крайней мере, его пружиной, ничего этого было уже не нужно: при правильном прицеле промахнуться из него можно только случайно! Это Ее Величество объяснила еще днем, выкроив полчаса из своего крайне плотного расписания на вручение училищу партии закупленных в Бельгии револьверов.
   Помимо пружины, глушителя и "стандартного" калибра, у "Нагана" было и ещё одно достоинство. Устаревшую на целое поколение схему извлечения стреляных гильз можно было счесть и преимуществом. С определенной точки зрения.
   Гильза патрона, предназначенного для использования в револьверах должна иметь рант, он же - фланец, шляпка и закраина. Рант препятствует тому, чтобы патрон, вставленный в барабан, проскочил его насквозь и вылетел с другой стороны. И за рант зацепляется звездочка экстрактора - хоть автоматического у "Смит & Вессона" или английских "Веблей", хоть ручного у "Рыси"... и всех револьверов ХХ века.
   Пистолетный патрон, фланца, как правило, не имеющий - исключения ОЧЕНЬ немногочисленны - в барабане не фиксируется и выбрасыватель за него не зацепится. Конечно, это можно... преодолеть. И Елка даже знала, как. Но считала это знание преждевременным. Поскольку сочетание схемы "Нагана" с бутылочной гильзой патрона 7,62х25 мм - впервые появился как 7,65 мм Борхард, стал известен как 7,63 Маузер, громкую славу приобрел как 7,62 ТТ - позволяло решить проблему быстро и просто. Бутылочной формы камора легко фиксирует бутылочной формы патрон, а одиночная экстракция с помощью стержня-выбрасывателя позволяет легко выбивать из камор барабана не имеющие фланца пистолетные гильзы. И при этом можно ещё здорово упростить конструкцию револьвера - исключив механизмы надвигания барабана на ствол и подвижного казенника. Попроще, подешевле, погрубее. В результате - единый калибр и единый, и при том в высшей степени эффективный патрон.
  
   13.
  
   -- В пистолетах это... сложнее. Ну, на счет "раз"...
   Знакомство Александры Федоровны и Александры Михайловны началось со списка военных инженеров, направленных в Царское Село Инженерной Академией. Для них проект АУЦ был, в общем-то, вторичен. Хотя тоже имел значение. Главным было участие молодых "незашоренных" умов в работе той группы молодых--талантливых, что Императрица предназначала на роль личного генштаба. Тем более что сам ГенШтаб, созданный при Милютине в качестве ещё одного стола Военного Министерства, так и не смог выбраться из навязанной ему роли - никакого Большого Генерального Штаба в России не было. А было Главное Управление Генерального Штаба - один из отделов Главного Штаба... Который и управлял всеми армейскими механизмами. И преподаватели и выпускники Академии, давным-давно попав под мертвящее воздействие обскурантизма, рутины и "плац-парадного" мышления, были не в состоянии родить ни одной свежей идеи даже под страхом немедленного расстрела всех сверху донизу. Отдельные исключения только подтверждали правило.
   На чистку всего аппарата у Александры Федоровны не было ни полномочий, ни возможностей. Абсолютный первый закон: ВСЕГО НА ВСЕХ НЕ ХВАТИТ! Ресурсы ограничены. ВСЕ! В том числе и человеческие. Работы всегда, всегда больше, чем тех, кто может её сделать ХОРОШО. Или - хотя бы - удовлетворительно. Поэтому... Или протягивай ножки по одежке - то есть бери, что дают. Или воспитывай тех, кто тебе нужен, сама. Начиная с самого раннего возраста.
   Военный инженер Саткевич считался одним из самых перспективных выпускников академии за последние по крайней мере лет десять. Его одноклассник Владимир Коллонтай был далеко не столь блистателен. Однако дружба, этих двоих связывающая, позволила ему попасть в отборочный список - хотя и в числе запасных вариантов.
   Все списки Ее Величество просматривала лично, и оценка Саткевича оказалась для неё ценной. Во всяком случае, его вызвали в Царское Село и спросили, кого бы из своих соучеников или сослуживцев он хотел видеть в одной группе с собой. О том, что фамилия Владимира Коллонтай будет названа одной из первых, Елка если и не знала наверняка, то уж точно догадывалась. Шурочка Домонтович, получившая по мужу фамилию Коллонтай, была из тех женщин, что способны очаровать любого мужчину. Даже не стремясь к тому.
  
  
   ГЛАВА ОДИНАДЦАТАЯ
  
   1.
  
  -- ... Армия негуса получает оружие в основном через мелких комиссионеров, собирающих его из бракованных частей, продающихся заводами на вес. Качество этих винтовок, как правило, ниже всякой критики. Парк артиллерийских орудий, также закупаемых абиссинцами через комиссионеров, мелкими партиями и исходя в основном из ценовых приоритетов...
  -- Значит, вы считаете, что из-за местных условий, в первую очередь полного отсутствия технической базы, посылка артиллериста-техника не даст никакого эффекта?
  -- Я опасаюсь, что она даст обратный эффект. Негус может неправильно понять, когда увидит полное отсутствие результатов, - генерал от инфантерии Ванновский и в самом деле слегка напоминал собаку, с которой так любил себя сравнивать. Очень старую и очень усталую собаку. Пост военного министра он занял сразу же по воцарении Александра II. И тащил на себе этот воз уже четырнадцать лет. Для человека, которому уже вскоре должно было исполниться семьдесят четыре года, нагрузка была явно чрезмерна. -- К тому же итальянцы недавно взорвали единственный в Абиссинии пороховой завод, так что помимо всего прочего у негуса образовалась еще и острая нехватка боеприпасов, особенно - артиллерийских выстрелов.
  -- Что вы предлагаете?
  -- Вместо посылки техника подарить негусу сотен пять пехотных берданок, тысяч пятнадцать патронов и пару горных пушек. Таким образом абиссинцы смогут...
  -- Петр Семенович, скажите... каковы МАКСИМАЛЬНЫЕ мобилизационные возможности Абиссинии?
  -- К концу года абиссинцы поставят под ружье до ста тысяч человек, - слегка недоуменно пожал плечами старик.
   Императрица хмыкнула, искоса глянула на министра... Генерал Ванновский, которого будто хлестнуло порывом ледяного ветра, постарался, чтобы прохватившая его дрожь осталась незамеченной.
  -- Уточняю вопрос. МАКСИМАЛЬНЫЕ возможности. Если припрет. И если вывести за скобки количество винтовок в арсеналах.
  -- Около пятисот тысяч, - неохотно отозвался Ванновский, уже понимая, к чему клонит Её Величество.
  -- Полмиллиона человек. И пятьсот винтовок. С боекомплектом в тридцать патронов на ствол. Вы щедрый человек, генерал, - голос Александры Федоровны был задумчив и мягок. -- Скажите, сколько у нас вообще винтовок Бердана? У вас есть эти данные?
   Генерал снова пожал плечами:
  -- Точно не скажу, поскольку часть уже распродана населению... но где-то около двух миллионов. Это считая те, что ещё состоят на вооружении резервных войск, а также карабины.
  -- Это замечательно. Что там у абиссинцев может быть на обмен... Растят они сахарный тростник, каучук и хлопок. Добыча золота, платины и драгоценных камней... неактуально - у французов на это исключительные права. Как и на закупку кофе. Кустарно разрабатываемые месторождения... железная руда, марганец, каменный уголь, медь, свинец, цинк, вольфрам, слюда и сера... Прекрасно. Полный набор. Генерал, господа. Предлагаю. Первое. Учредить в какой-либо дружественной державе, лучше всего во Франции, акционерное общество "Офир Инвест Груп". Второе. Передать этому обществу через подставной банк триста тысяч пехотных винтовок "Бердан М70" и пятнадцать миллионов патронов к ним, оформив это как приобретение в кредит на пять--восемь лет из двух с половиной процентов годовых. Третье. Предложить негусу приобрести эти винтовки, предоставив в обмен генеральную концессию на строительство в Абиссинии военно-промышленного комплекса "под ключ". Комплекс должен включать... цементный завод, угольные шахты, рудники, металлургический и химический комбинаты, пороховую и патронную фабрики, завод металлических изделий. И ряд вспомогательных предприятий, в первую очередь - завод по очистке хлопка. Метизный завод должен быть рассчитан на выпуск не менее двенадцати тысяч трехлинейных винтовок в год. Также в списке готовой продукции ВПК должны быть револьверы, патроны, снаряды, ручные гранаты, порох, взрывчатка, проволока, цемент, арматура и рельсы. В списке побочной продукции основного производства - очищенный хлопок, удобрения и сельскохозяйственный инструмент. Среди вспомогательных производств - консервная фабрика, сахарный и табачный заводы... Для реализации концессии продать часть пакета акций общества французским банкам. Четвертое. Создать совместное русско-французское общество для строительства железной дороги Джибути--Хараре--Аддис-Абеба...
  -- Ваше Величество! - министр Ин-Дел почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Всякого он ждал от императрицы, ухитрившейся вышибить в отставку почти всемогущего Витте и уже успевшей печально прославиться полным пренебрежением к нормам приличия... Но ТАКОЕ! -- Посол Италии уже представил мне ноту, протестуя против торжественного приема абиссинской делегации в Одессе, и...
   Император с явным трудом оторвал жадные глаза от одухотворенного лица самой любимой в мире женщины.
  -- Дорогая, как ты относишься к возражениям Италии?
  -- Пренебрежительно, - легким движением изящной кисти царица подчеркнула всю беспочвенность итальянских претензий. -- Я помню эту ноту. Как это он там выразился... А, "в Италии новость произвела прискорбное впечатление". Вряд ли Рим решиться на что-то большее. Единственные, кто может серьезно вставить плану "Офир" палки в колеса, это французы. Если они запретят транзит оружия через Джибути...
  -- Ваше Величество, должен заметить, что мнение итальянцев будет разделено ее союзниками. А не принимать в расчет совместное мнение Германии и Австро-Венгрии мы позволить себе не можем.
  -- Петр Семенович, вы серьезно думаете, что Германия и Австро-Венгрия полезут на рожон из-за трехсот тысяч винтовок, проданных каким-то абиссинцам? Австро-Венгрия, скорее, будет обрадована, если итальянцы ввяжутся в серьезную колониальную войну. Эти вечные проблемы с Триестом и Трентино успели достать и австрияков, и мадьяров. Да и претензии самозванных наследников Цезаря на Албанию также стоят поперек горла и Вене, и Будапешту. То же самое, я думаю, порадует и Германию - чтобы не видеть, как два твоих союзника готовятся к войне друг с другом, немцы проглотят даже увеличение значения Англии.
  -- Солнышко, при чем здесь Англия?
  -- Колонии отделены от Италии морем. Которым владеет английский флот. Чем больше колоний, тем больше Рим будет прислушиваться к Лондону... А у англичан сейчас проблемы с королевством Махди в южном Судане. И абиссинцам, которые почти все христиане, эти исламисты тоже поперек горла... Повторяю, французы - ЕДИНСТВЕННЫЕ, кто сможет зарубить нашу затею на корню.
  -- А значит вам, князь, поручается предпринять все необходимые меры, чтобы они этого не сделали...
  
   2.
  
   -- Просматривается две возможности. Можно сохранить старый патрон. А можно создать новый, по той же технологии, что и экспериментальные револьверные патроны, на базе укороченной гильзы от трехлинейки...
   До 1891 года на вооружении российской армии состояли три образца винтовок "Бердан N2" (М1870) - пехотная, драгунская и казачья. И еще - карабин, положенный артиллеристам, саперам и железнодорожникам.
   По сравнению с тех хламом, что продавали плохо разбирающейся в современном стрелковом оружии армии негуса жуликоватые французские комиссионеры, они, конечно же, были решительным шагом вперед. Столь же морально устаревшие, как и составлявшие основную массу вооружения эфиопской армии винтовки "Гра", берданки попадали в Абиссинию прямиком из государственных арсеналов - и уж за их-то качество поставщику краснеть не пришлось. Если не считать врожденных недостатков конструкции. Негус получил именно то, за что заплатил: винтовки устаревшие, но хорошей работы и полностью боеспособные.
   А Её Величеству не давали спать оставшиеся в распоряжении военного ведомства полтора с лишним миллиона берданок. Продавать их кому бы то ни было... разве что - кому-то в совсем уж бедственном положении. Вроде абиссинцев. Ведь от них даже находящиеся в глубокой заднице китайцы, и те отказались! Предпочтя закупить для намеченной к формированию "Армии Северного Океана" новейшие немецкие "Маузеры".
   Можно было, конечно, распродать все собственному населению. В охотничьих целях. Оно и безопасней как-то: если у населения берданки, а у армии - трехлинейки, армия находится в заведомо выигрышном положении... При этом вполне вероятно было даже остаться "при своих" - без прибыли, но и без убытков. Вот только горело у государыни ретивое. Желалось ей из этого, скажем честно, барахла, сделать что-нибудь общественно полезное. И прибыльное...
   -- ... исходя из параметров стандартизации, экономии и эффективности, сохранение старого патрона признано тупиковым вариантом. Также исходя из требований экономии, производство патронов должно быть стандартизировано. Мы не можем себе позволить выпуск сразу двух типов патронов, как это практиковалось ранее!
   Карабин и драгунская и казачья винтовки Бердана отличались от пехотной М70 не только внешним видом и войсковым назначением. Они еще использовали и другой патрон - со специально ослабленным пороховым зарядом. Скорость пули, выпущенной из пехотной М70, составляла 430 м/с, а пуля из карабина летела к цели на 75 м/с медленнее! Винтовка с начальной скоростью 355 метров в секунду - курам на смех!
   При этом. Если взять, и выстрелить из "драгунки", или, не дай Боже, карабина мощным пехотным патроном, с берданкой, в общем-то, не случится ничего плохого... А вот стрелку будет мягко скажем неприятно. В лучшем случае будет мощнейший синяк. В худшем ударом приклада взбрыкнувшего от отдачи оружия стрелку сломает пару костей. Ведь винтовка со штыком весит четыре шестьсот, а карабин - всего два восемьсот, и энергия, швыряющая пулю весом в двадцать четыре грамма ВПЕРЕД, равна энергии, швыряющей оружие, из которого она выпущена, НАЗАД! Школьная физика: "сила действия равна силе противодействия". Чем тяжелее оружие, тем меньше отдача. И наоборот.
   -- Поскольку очевидно, что ориентироваться необходимо на минимум, а не на максимум... Постольку новый патрон должен иметь либо малую начальную скорость пули, либо пулю уменьшенного веса. Однако! Эксперименты с остроконечными пулями, проведенные в патронной лаборатории Офицерской Стрелковой Школы на базе немецких пистолетных, трехлинейных винтовочных и наших новых револьверных патронов, доказали, что при прочих равных, то есть с равным зарядом, весом пули и длинной ствола, остроконечная пуля дает прирост скорости в двадцать пять-тридцать процентов по сравнению с пулей традиционной формы. Таким образом, даже если будет признано необходимым сохранить тяжелую пулю, малую энергию патрона можно будет компенсировать, доведя начальную скорость до... четверть от трехсот пятидесяти... До четырехсот сорока метров в секунду. Если же мы, вдобавок к этому, снабдим пулю нового патрона облегченным стальным или алюминиевым сердечником, то её скорость можно будет довести до рекордных для этого калибра цифр...
   Елке, если не считать отдельных исключений, на интересных мужчин везло. С ними было трудно, больно, по большей части - бесперспективно... Зато каждый из них учил её чему-то новому, показывая, рассказывая или просто... просто...
   Ветерана - её вторую большую любовь, второго настоящего мужчину и единственного, кто... кто...
   Погиб он... по дикому, страшному в своей неуместности случаю. Пройти Афганистан, Балканы, Чечню... и погибнуть на случайном, чужом пожаре, вытаскивая из огня чужих детей... В этом он был весь.
   Его Елена Зеленина вспоминать не любила. Слишком больно.
   Но всплыло. Совпало.
   В начале 90-х годов ХХ века появилось в России такое оружие - ВСС "Винторез" и АС "Вал". Винтовка специальная снайперская и автомат специальный. Калибр - 9х39 мм. База патрона - 7,62 мм Калашников, иногда упоминаемый как 7,62х39 мм "промежуточный" образца 1943 года. Главным достижением конструкторов патрона считается то, что он получился дозвуковым, то есть допускает использование глушителя, и при этом имеет приемлемые баллистические характеристики. Прицельная дальность ВСС и АС не превышает четырех сотен метров. И, несмотря на это, они являются крайне эффективным оружием. А почему? А потому, что требования к ним другие!
   Следовательно, минимизация калибра - отнюдь не единственный путь усовершенствования оружия. Так-то вот.
  
   3.
  
   Главное в любом оружии - то, чем из него стреляют. При обсуждении проектов модернизации в "узком кругу" - Её Величество, генералы Мосин и Роговцев и подполковник Филатов - высказывались и другие идеи. И их даже можно было осуществить. В принципе, винтовку можно даже оставить с тем же старым патроном. Или снарядить его же новым порохом. Тоже могло получится миленько... Но эту мысль зарезали сразу же. Поскольку старый патрон, хоть дымный, хоть бездымный, возможности модернизации сокращал раза в три, если не больше. А какой тогда вообще смысл все это затевать?
   -- Итак, господа, первые две схемы сохраняют все или почти все элементы, имеющиеся на сегодняшний день. Первая схема модернизации наиболее проста. В патронник винтовки или карабина вставляется вкладыш, позволяющий стрелять новыми патронами. И все. Второй вариант - чуть сложнее. В свое время затвор винтовки образца 1870 года было решено усовершенствовать. Были произведены работы, закончившиеся разработкой нового затвора. С винтовкой он совмещался без каких бы то ни было дополнительных переделок. Эта винтовка получила обозначение М1870/76, и была даже принята на вооружение, однако война с Турцией помешала развертыванию производства новых затворов, и модернизация проведена так и не была. Второй вариант нашей модернизации предусматривает совмещение нового патрона и затвора образца 1876 года. Эти две схемы, особенно - первая, имеют ряд достоинств, которые вам, господа, безусловно, ясны и без дополнительных разъяснений. Однако недостатки их также существенны - поскольку эта, так называемая "экономная" модернизация поднимет боевые возможности винтовок и карабинов в явно недостаточной степени.
   Несмотря на волнение, подполковник, впервые докладывающий всему Артиллерийскому Комитету Главного Артиллерийского Управления - в полном составе! - говорил четко и внятно. Как по писанному.
   -- Необходимость более глубокой разработки вопроса привела к пристальному рассмотрению двух вариантов. Первой из них стала, конечно же, "французская" схема Кропачека...
   Французы переделывали свои однозарядные "Гра", врезав в ложу трубчатый подствольный магазин конструкции Кропачека, с выключателем, который запирал патроны в магазине. Иначе винтовку невозможно использовать как однозарядную - сберегая магазин до решительного момента. А это было необходимо. Потому что снаряжать такой магазин необходимо через верхнее окно ствольной коробки по одному патрону за раз. Даже для опытного стрелка это минимум двадцать секунд. Второй, и точно так же неустранимый недостаток схемы с трубчатым магазином - смещение баланса винтовки по мере его опустошения.
   -- Не затрагивая здесь общеизвестные достоинства и недостатки винтовок "Гра--Кропачек", необходимо сказать, что новый патрон добавляет ко всем ним ещё один фактор. Остроконечная пуля при сотрясении или ударе, и даже просто при перемещении ружья может надколоть капсюль впереди лежащего патрона, произведя тем самым нечаянный выстрел. Второй вариант переделки винтовок в многозарядные состоит в том, чтобы совместить в проекте максимальное число элементов старой винтовки и магазин от трехлинейной винтовки образца 1891 года - поскольку патрон, используемый в переделке, практически тот же, то и магазин можно использовать с минимальными переделками. В третьем варианте мы просто устанавливаем старые стволы от винтовок Бердана на трехлинейные винтовки образца 1891 года - с соответствующими переделками в магазине. Это, конечно, нельзя уже назвать модернизацией винтовок образца 1870 года, зато этот путь, по нашему мнению, будет наиболее эффективен...
  
   4.
  
   Вкратце предложение заключалось в следующем. Берем трехлинейку, делаем из неё карабин, устанавливаем на него 4,2-линейный ствол от карабина "Бердан М1870" или укороченный до его же длины винтовочный, переделываем магазин под новый патрон... И наслаждаемся получившимся результатом. Потому что оружие, получившиеся в таком случае, будет вполне способно поспорить по своим данным даже и с современной винтовкой! По крайней мере, на дистанциях в три--четыре сотни метров.
   А больше-то и не надо!
   Второй вариант, тот, который "французский"...
   Он предусматривает легкую пулю с тупым концом - чтобы капсюли не разбивались прямо в магазине. Проще всего - если взять револьверную пулю. Потому что массовый выпуск двух не слишком отличающихся образцов экономически неоправдан. Тогда... Тогда, в принципе, и сам патрон можно взять револьверный... Это ещё дешевле будет. Впрочем, не обязательно. Патрон этот, вполне достойный называться ".44 Магнум", все-таки можно будет использовать в револьверах. Но в первую очередь он все же для карабина. Который при этом, как ни крути, получится чисто полицейским оружием. Ограниченная дальнобойность, достаточно скромная пробиваемость, ОГРОМНЫЙ останавливающий эффект... И емкость магазина, хоть и значительная, но все же ограниченная - потому как расстреляв весь магазин, винтовку можно использовать уже только как однозарядную. В горячей перестрелке иначе - никак. А это уже дает значительное преимущество армейским частям. В том случае, если им придется столкнуться с кем-либо, вооруженным захваченными в полицейских участках карабинами, то в первые несколько секунд будет настоящий огневой шквал. Ну, а потом... А потом патроны кончатся!
  
   5.
  
   О том варианте, который для Её Величества был основным, подполковник не обмолвился и словом. Здесь ведь обсуждали, выделить ли деньги на экспериментальную переделку нескольких карабинов по вышеупомянутым схемам? Ну, а схему номер четыре мастера, собранные в Сестрорецке со всех концов страны, уже воплощали в железе.
   Императрица совместила обыкновенный карабин и револьверный патрон 44-го калибра - не тот, что "S&W-R Nitro", для старых служебных "Смит-Вессонов", а "New Age", усиленный, с начальной скоростью в три сотни метров в секунду. Плюс коробчатый магазин, вроде того, что использовался Хуго Борхардом в его пистолете М1893, только скошенный, чтобы фланцевые револьверные патроны не цеплялись друг за друга шляпками. И свободный затвор - как венец всего. Причем выстрел должен производится не как в пистолетах-пулеметах, с открытого затвора, а по-нормальному, спуском совершенно отдельного ударника. Надульник с направленными назад и вверх соплами, предназначенный для компенсации подскока и отдачи, и откидной игольчатый штык.
   Эксперименты с новыми пулями, легкими, как револьверные, но остроконечными, как винтовочные, и вставленными в револьверные патроны, пока только намечались. Если они пойдут как предполагается, то оружие, получившееся в результате, превзойдет по своим боевым возможностям все, что только можно себе представить.
   А уж когда группа генерала Роговцева завершит работы над патронами 7,62х51 мм "Винторез" и ".44 Авто" - представляющими собой точно такую же пару, что и 7,62х54Р "трехлинейный" и ".44 Нитро"/".44 Нью Эйдж"... Тогда можно будет сделать коробчатый магазин с двухрядным расположением 25-30 патронов - и вот после этого карабин станет по-настоящему страшным оружием ближнего боя!
  
   6.
  
   Артиллерийский Комитет отнесся к модернизации берданок с определенным сомнением. Вроде уже заменили, и какой теперь от них толк... Списать, распродать населению - и пусть уже они с этим барахлом мучаются!
   Однако же перспективы, обрисованные подполковником Филатовым, были весьма заманчивы. Обтекаемая пуля вместе с облегченным сердечником позволяла рассчитывать на начальную скорость в пятьсот пятьдесят метров в секунду. А это уже действительно цифра - у трехлинейки всего на 70 м/с меньше!
   Так что средства на экспериментальные работы были выделены - по первому варианту, предусматривавшему только вкладыш в патронник, АртКом хотел модернизировать двадцать пять винтовок, по "французской" схеме десять, и переделать в 4,2-линейные позволял пятнадцать трехлинеек.
   На каждый ствол требовалась сотня патронов, для начала только со старыми пулями. Впоследствии, после того, как генерал Роговцев завершит свою работу, будут исследованы пули в металлической оболочке, но старого образца, пули остроконечной формы старого веса, и "облегченные" остроконечные пули.
   Все работы были поручены Офицерской Стрелковой Школе.
  
   7.
  
   Уже первые опытные стрельбы показали Елке и Аликс, что они, даже и вдвоем, далеко не такие умные, как сами о себе думают. Патрон ".44 New Age" должен был точка в точку соответствовать патрону .45 АКП - вес пули, начальная скорость... Только для револьвера. И как-то из головы вылетело, что в револьвере теряется до 30% энергии выстрела - пороховые газы проскальзывают между стволом и барабаном. И если в револьверах патрон ".44 NA" свою роль играл блестяще - начальная скорость в 270-280 м/с - то при попытке использовать его в карабине...
   Понятно, да?
   За исключением этой совершенно непредвиденной подлости, работы шли успешно.
   И не только в ОСШ. Проект переделки "берданок" в общественно-полезные карабины обещал быть не только полезным, но и прибыльным. Ведь к строящимся уже предприятиям в Царском Селе, Москве и нижегородской IBM Александре Федоровне удалось выдавить из Удельного ведомства суммы, необходимые для создания еще двух машиностроительных предприятий - "Радом" и Victoria Kaiserin Technologies.
   Головные конторы фирм находились в Варшаве и Гельсингфорсе соответственно... Завод, пока что - один на двоих (даже на троих, если считать и НПО "Полет"), располагался в Москве. Оставалось только уговорить Ванновского передать этим трем фирмочкам берданки на тех же условиях, что и "Офир--Инвесту". Только раза в три дешевле - потому что сделка с Абиссинией была оценена военным ведомством аж в шесть миллионов золотых франков. Правда, включая стоимость пяти десятков добавленных в последний момент картечниц Гатлинга и дополнительных пяти миллионов патронов, а также тридцати тысяч сабель и палашей и двадцати тысяч тесачных штыков: в России тесаки к винтовкам примыкали только гвардейские и гренадерские части, "линейная" пехота довольствовалась традиционными (а главное - более простыми и дешевыми) гранеными штыками. "Офир--Инвесту" кредит достался уже под 3,5%, а французским банкирам, сразу же выразившим свою заинтересованность, эта сделка обойдётся еще дороже.
   Вообще-то VKT создавалось как предприятие опытно-конструкторского типа, ориентированное на разработку и производство вспомогательного оборудования для флота. В первую очередь - моторы внутреннего сгорания, предназначенные для минных катеров нового поколения, дирижаблей ПЛО и подводных лодок. Но моторы можно ведь разрабатывать и параллельно. Тем более что и "французская", и "трехлинейная" схемы переделки пехотной винтовки такой уж сложной конструктивной работы явно не требуют. Не дизель, чай! А это важно - потому что бензиновые, газолиновые и... и всякие прочие монстры были только одним из трех главных направлений работы ОКБ.
   Второй по порядку, но не по важности, была задача разработки и производства новых торпед калибра 456 мм. Вопрос стоял остро и крайне срочно, поскольку старые 381-мм современным броненосцам были что слону дробина... А война надвигалась.
   Третье направление было особо секретным. Легкое водолазное снаряжение - акваланг - изобрел Жак-Ив Кусто, то ли в 30-х, то ли в 40-х годах. А итальянские боевые пловцы, как в Первую, так и во Вторую Мировую, действовали без них... И все же добивались успеха!
   Кстати - о ластах, масках и дыхательных трубках ЗДЕСЬ также понятия не имели.
   И все равно "Вирибус Юнитис" на дно отправили!
  
   8.
  
  -- А зачем ствол-то сохранять, Сергей Иванович? Ну, экономия в стоимости переделки. Причем небольшая - отпиленный кусок ствола тоже можно пустить в дело. Прикиньте, кстати, как это можно проделать с револьверами. Сохраняя длину ствола, мы выигрываем только в прицельной дальности. Ну и какой в этом смысл?
  -- А штыковой бой? Боец с карабином в нем заведомо проигрывает бойцу с полноразмерной винтовкой! Ствол от берданки - восемьсот семнадцать миллиметров, ствол трехлинейки - ровно восемьсот. Переставляя ствол, получаем винтовку длинной метр семьсот пятьдесят один.
  -- Со штыком. Без - метр триста двадцать три.
  -- Ну да. А карабин, даже если его переделать по образцу жандармского "Манлихера", с этим самым откидным штыком... Он, даже со штыком в боевом положении, будет короче винтовки без штыка!
  -- И вы опасаетесь... А-а, понятно. Извините, я совсем забыла сказать. Мы уже решили проблемы со сбытом, и вы можете об этом не волноваться. Армии наши переделки не интересны совершенно. Карабины поступят на вооружение МВД - пойдут в полицию и жандармам. Но... вы подали интересную идею. Ведь ствол можно переставить и обратно? Получится этакий... дуплекс. Возможность установки ствола в три линии либо от "берданки"... Знаете, что? Созовите-ка вы завтра утром, часикам к девяти, творческую группу. Будем устраивать мозговой штурм. Тема - "Трехлинейка и её радикальное улучшение".
   Отрезаем приклады и вырезаем кусок цевья. Вставляем новую ствольную коробку с барабанным магазином, переделываем патронник... И вставляем новый затвор, поскольку к старому, образца 1870 года, претензии возникли еще в самом начале его карьеры. Что и неудивительно, поскольку "Бердан N2" образца 1870 года сделали из "Бердана N1" - образца 1868 года. Всего за два года, в темпе "давай--давай", взамен откидного затвора сварганили продольно-скользящий. Неудивительно, что конструкция оказалась продуманной не до конца, дорогой в изготовлении и ненадежной. Попыткам же заменить затвор на усовершенствованную конструкцию 1876 года помешала сначала война 1877--1878... А потом появились бездымный порох и новые системы уменьшенных калибров, и было решено, что систему проще заменить целиком. По русской методе - "До основанья, а затем..."
  
   9.
  
   В результате практического применения всех этих идей, высказанных во время "мозгового штурма" на общем собрании инженеров и опытных мастеровых ЦСМЗ, уже через пару месяцев фирма VKT представила военному ведомству, МВД и широкой публике несколько экземпляров вполне приемлемого карабина. Двух образцов. Оба имели выдающиеся по меркам древнего мира характеристиками. Точный и кучный бой на пять сотен метров - хотя прицел был насечен на полторы тысячи шагов, но это было явное преувеличение. И - великолепнейшая убойность...
   При этом у той модели, которая не являлась почти точной копией трехлинейки, магазин и затвор были сконструированы таким образом, чтобы их можно было очень легко переделать для модернизации той самой трехлинейки. Не то, чтобы у конструкции Мосина с этим были проблемы - не больше, чем у остальных винтовок конца XIX века, и уж во всяком случае куда меньше, чем, скажем, у французских "Лебелей"... Но все же даже в самом лучшем образце остаются еще резервы для улучшения. Ведь...
   Коробчатый магазин трехлинейки полностью исключает возможность задержки в результате зацепления фланца верхнего за фланец нижнего. Однако он однорядный, выступает из ложи, увеличивая габариты винтовки, и может быть поврежден сильным ударом или при падении.
   А расположение рукояти затвора в его средней части, а не в конце, как, скажем, на всех английских винтовках, начиная с "Ли--Метфордов", и на немецких "Маузерах", приводит к тому, что стрелок для каждой перезарядки вынужден изменять положение винтовки: слегка ее опускать, перемещая приклад от плеча под мышку. И только после этого рукоять оказывается досягаемой. Казалось бы, всего несколько сантиметров - а результатом является сбой наводки и потеря нескольких секунд, которые в обстановке современного боя могут оказаться решающими! Также неплохо, если рукоять затвора будет не горизонтальной, а как бы отогнутой к низу, максимально близко к спусковому крючку - это также сокращает время на перенос руки от спуска на рукоять и обратно, а также уменьшает общие габариты оружия.
   И обрезок ствола - 342 или 225 мм - можно использовать для изготовления чего-нибудь еще. Скажем, револьверов "Рысь". Или пистолетов-пулеметов. Или... или--лили. Главное, что технология - почти безотходная.
   Последними элементами, добавленными на карабин "Бердан--Манлихер М70/95", стали откидной игольчатый штык, который можно было использовать и как сошку, и как ножницы для резки проволоки.
  
   10.
  
   Принципиальная схема пистолета-пулемета проста, как яблоко в разрезе.
   Проблемы начинаются только в том случае, если нарушать рецептуру.
   Например, пытаться использовать револьверный патрон.
   А других патронов... Из всех других подходящих патронов пока имелся только 7,65 мм Борхард, уже недалекий от превращения в 7,63 Маузер. Ведь в Оберндорфе братья Фегерле ещё в марте закончили работу над опытным образцом, и Пауль Маузер уже начал патентовать их изобретение по всей Европе. Проблема - очередная! - заключалась в том, что стволов калибра 7,62 в России невозможно было найти днем с огнем. Поскольку активно шло перевооружение и все оборудование было занято двадцать четыре часа в сутки, нарезая стволы для трехлинеек. Конечно, для жены государя императора достать десяток или сотню стволов - плюнуть и растереть. Принесут на блюдечке.
   К сожалению, для того, что Елка и Аликс планировали провернуть, этого было слишком мало. Одной--двух тысяч хватит на вооружение охраны Царского Села и АУЦ. И все! А значит, генералы вновь обзовут пистолет-пулемет "полицейским оружием" и напрочь откажут ему в доверии. И пока до генеральских постов доберутся те бывшие курсанты АУЦ, которым автомат знаком не только по картинкам... Ох, и много пройдет времени. А крови прольется еще больше!
   Между тем, в результате активнейших действий VKT и "Радома" по переделке берданок в России вскоре появится даже переизбыток коротких, но весьма сподручных стволов 44-го калибра. Пускать их все на производство револьверов?
  
   11.
  
   Идея эта пришла в голову Елке, когда она пыталась собрать в глубинах памяти, ставшей гораздо отчетливее, но как раз в силу этого гораздо захламленнее, набор разнообразных - по принципу автоматики - крупнокалиберных пистолетов. Тогда, в конце ноября, Елка как раз пыталась вычислить оптимальный тип армейского пистолета. Предполагая, что калибр его будет 9 мм Маузер Экспорт. Немцы его соорудили в начале девятисотых годов, расширив дульце гильзы от 7,63-мм "маузеровского" патрона (начавшего жизнь как 7,65 мм Борхард, в России более известного как 7,62 ТТ) и превратив её таким образом из бутылочной в цилиндрическую. И вставив в эту цилиндрическую гильзу пулю калибра 9 мм. Под этот патрон не было выпущено ни одного пистолета, кроме ма-аленькой партии "Маузер К-96", целиком ушедшей куда-то в Южную Америку. Для ручного оружия 9х25 мм Маузер оказался СЛИШКОМ мощным. Зато у конструкторов пистолетов-пулеметов этот калибр шел "на ура": "Суоми", "Штейер--Солотурн", швейцарский "Нойгаузен", венгерские "39М" и "43М", датско-немецкий МР-35/I...
   С точки зрения Елки, калибр этот был выгоден тем, что гильзу под него промышленность уже освоит к тому моменту, когда такая мощА понадобиться - что в разы снизит стоимость освоения его в производстве.
   В числе прочего попался в сеть и американский "АвтоМагнум" - AutoMag Pistol. Елка нашла все, что у неё в памяти на этого монстра нашлось, отложив собранный из нескольких книжек, пары фильмов и нескольких разговоров обобщенный образ на особую полочку в памяти - рядом с "Дезерт Иглом" и "Кольтом", но чуть дальше. Поскольку со "Степным Орлом" и "Жеребенком" ей довелось пообщаться вживую, а вот АМР... или вообще виденный только в энциклопедиях "Уайлди Магнум"... Эти пушки были чересчур редки, так что мистер "М.", несмотря на свой почти фанатический интерес к "по-настоящему большим пушкам" и неплохие деньги, раздобыть их все же не смог.
   Вот так, невзначай, всплыла интереснейшая мысль. Рожденная историей изобретения патрона к этому пистолету. Патрон .44 АМР был создан неким фанатом крупнокалиберных монстров путем обрезания гильзы винтовочного патрона 7,62х51 мм НАТО - он же, для гражданской продажи, ".308 Винчестер" - на высоте в 32,5 мм и вставки в получившееся убоище стандартной пули сорок четвертого калибра.
   А чем, скажите на милость, винтовочный 7,62х54Р хуже ихнего "Винчестера-308"? Ничем совершенно! Ну, кроме пресловутой шляпки - она же закраина, фланец и рант (отсюда - "Р" в обозначении 7,62х54Р).
   А потому появившиеся в составе АУЦ патронная опытно-конструкторская мастерская и отдельный цех ЦСМЗ по производству опытных и малосерийных патронов и отработке массового производства сразу же получили задание на конструирование ряда револьверных патронов на базе винтовочной гильзы. Ответственным был назначен полковник Роговцев - спроектировавший в свое время тот самый патрон к трехлинейке, который теперь был вынужден подвергать безжалостной вивисекции.
   Первым в списке был патрон "4,2-лин Нитро", предназначенный для состоящих на вооружении револьверов "Смит & Вессон" - его характеристики были подобраны в точности под старый патрон образца 1871 года. К сожалению, это означало начальную скорость всего лишь в 200 метров в секунду. И отыграться можно было только на качестве пуль - старые, цельносвинцовые, по пробивным способностям уступали даже 7,62-мм нагановским "маслинам": пуля ".44 Смит-Вессон Русский" образца 1871 года пробивала пакет из 1-дюймовых сосновых досок, поставленных в одном дюйме друг от друга, на глубину до двух досок. Пули 7,62 мм "Наган" пробивала от трех до пяти досок.
   Новая пуля была целиком заключена в стальную оболочку, покрытую тонким слоем мельхиора, имела вес двести сорок гран и плоскую головную часть, где на её поверхность выступал стальной сердечник. Она была очень хороша. Нельзя было желать лучше - ни по пробивному, ни по останавливающему эффекту.
   При условии, конечно, достаточной мощности патрона. А как раз с этим у ".44 СВР Нитро" (".44 S&W--R Nitro"), были бо-ольшие проблемы. А попытка компенсировать их созданием "автоматического револьвера" провалилась ещё на стадии технического проекта. Английский полковник Джордж Фосбери взял ствол и барабан от британского служебного "Веблей Мк.IV", точно такого же переломного, как и русские "Смит & Вессон Русский" III образца, и установил их на новый... лафет, пожалуй. По калибру и принципу - вполне подходит. После выстрела ствол и барабан откатываются назад, при этом проточка в барабане, зацепившись за выступ рамки--лафета, проворачивает его, а весь узел, двигаясь назад, взводит курок. Преимущество "Арфы" (от АРФ - автоматический револьвер Фосбери) состояло в том, что импульс отдачи в первую очередь уходил на откат довольно массивного ствольно-барабанного узла, проворот барабана и взвод курка - поэтому отдача у него должна была быть гораздо, гораздо легче, чем у любого другого известного Елке оружия подобного калибра.
   Флажковый предохранитель, в первоначальном проекте только с левой стороны револьвера, в окончательном варианте двусторонний, запирал подвижную систему и курок в любом положении. Что позволяло выбрасывать стреляные гильзы одной рукой - просто уперев в бедро ствол при запертой в переднем положении подвижной системе.
   Неизбежным дополнением системы Фосбери была двуперая V-образная боевая пружина. Вариантов предусматривалось три - сорок четвертого калибра (под патрон ".44 СВР Нитро") с барабаном на шесть патронов и выполненные в той же рамке - т.е. с тем же диаметром барабана - десятизарядник под патрон 7,62 Наган и двенадцатизарядный "Физкультура и Спорт" под 5,6-мм патрон бокового боя.
  
   12.
  
   Это было отличное оружие. Даже в замысле. Но после воплощения в металл Елка в "Арфу" просто влюбилась. Благодаря тяжести подвижной системы, в значительной степени поглощавшей энергию отдачи, сорок четверка отдавала в ладонь не намного сильнее, чем какая-нибудь карманная игрушка вроде "Ругера"... И при этом способна была достать человека через кирпичную стену! Высоковатое расположение ствола, создающее большой опрокидывающий момент, можно легко парировать - направленные вверх--назад реактивные сопла, просверленные в районе мушки, выбрасывая пороховые газы, отбрасывали ствол вниз--вперед, компенсировав тем самым подскок и отдачу.
   И ей было очень жаль, что "Арфе" не светит массовое производство. Для армейского оружия эта мортира была слишком чувствительна к загрязнению, особенно к попаданию песка, а также слишком требовательна к боеприпасам: малейший разброс по мощности, и - пишите письма. Либо энергии выстрела не хватит, чтобы сработала автоматика, либо её будет слишком много, и оружие заклинит. Что так хорошо, что эдак отлично.
   С другой стороны, тем, кто очень редко имеет дело с песком и прочей грязью и может быть сколь угодно требовательным к качеству патронов - вплоть до ручного их снаряжения! - этот револьвер подойдет как нельзя лучше. А выбор между "Фурией", "Орлом", "Арфой" или "Перуном" - это уже их личное дело.
   "Достаточной" мощностью Елка сочла заряд пороха, обеспечивающий достижение пулей скорости 275 метров в секунду.
   Следующие два патрона были изначально рассчитаны на экспорт. По крайней мере, в первые несколько лет. Поэтому наименования они получили экспортные - ".44 Наган" и ".44 Полис". Оба были спроектированы под ту же пулю, сразу же получившую от государыни ласковое прозвище "следжхаммер": шестнадцатиграммовая "маслина" с начальной скоростью в двести семьдесят пять метров в секунду производила на человеческое тело действие, сравнимое с эффектом от удара кувалдой.
   А кроме того, Елке очень нравился тот старый телесериал.
  
   13.
  
   Разницы между 44-м "Наганом" и Polis'ом не было никакой, за исключением большей длины гильзы у первого - та четверть энергии, что у "Полиса" тратилась напрасно, у "Нагана" уходила в интегрированный со стволом глушитель. Модель без глушителя в производство так и не пошла - оказалась попросту ненужной.
   Под "полицейский" патрон на ЦСМЗ сразу же начали разрабатывать револьверы - шестизарядные длинноствольные "армейские" и компактные "карманные" короткостволки. А после того, как Александра Федоровна мягко намекнула на то, что "скошенный" коробчатый магазин, не позволяющий сцепляться шляпкам винтовочных патронов в трехлинейке, столь же идеально подходит и для пистолетов...
   Пистолетов было замыслено целых пять - по одному на основные виды систем автоматики, подходящих для столь крупного калибра: три системы с коротким ходом ствола и по одной с полусвободным затвором и отводом газов.
   Из всего семейства в производство пошли только "Кольт М1911А1", в новом рождении получивший имя "Перун", переделанный под крупный калибр и переименованный в "Хорс" немецкий Р-08 "Парабеллум", и "Орел", в прошлой реальности именовавшийся "Орлом Пустыни" - Desert Eagl'ом. Причем "Хорс" остался всего лишь в пятнадцати экземплярах.
  
   14.
  
   По обыкновению, к которому Василий Осипович уже успел привыкнуть, императрица одновременно занималась несколькими делами. Сейчас она казалась полностью поглощенной какими-то многочисленными документами, которые по одному извлекала из разлохмаченной по краям серой картонной папки... Но профессор точно знал, что эта видимость обманчива.
  -- Добрый вечер, Василий Осипович. Присаживайтесь. Чай, кофе? Как хотите. Помниться, в апреле мы с вами говорили о новых возможностях. И новом учебнике истории... для гимназий и других средних учебных заведений, а также курсе лекций для университетов. Как продвигается работа?
  -- Довольно быстро. Идея географической и климатической обусловленности российской... цивилизации превосходно объясняет множество фактов, доселе представлявшихся необъяснимыми, - профессор, споткнувшись на пока что плохо освоенном термине, предпочел не растекаться мыслью по древу.
  -- Прекрасно, - императрица жирно отчеркнула что-то красным карандашом и поставила восклицательный знак. -- А про Мариинские высшие женские курсы в Царском Селе знаете? Замечательно. Но вот о чем вы наверняка не знаете, так это о том, что готовится императорский указ, изменяющий требования, предъявляемые к системе образования Империи. Подписан он будет в январе. У господ из министерства народного образования будет шесть месяцев на подготовку и ещё шесть - на осуществление. Если через год хотя бы в одной гимназии Империи будет преподаваться хотя бы один древний язык... - ещё одно энергичное отчеркивание, галочка и короткая приписка. Секунда на просмотр предыдущей бумаги, и ещё более краткое добавление. -- То сам министр будет отправлен в отставку. Без мундира и пенсии. С формулировкой "за подрыв обороноспособности", - несколько бумаг сложены отдельной стопочкой и отложены на другой край стола. -- Когда-то, при прошлом царствовании, Государственный Совет постановил преобразовать классическую систему уменьшением числа уроков по древним языкам и отменой переводов с русского на древние языки. Государь император Высочайше утвердил это постановление. Тогда, помнится, педагоги заявили, что изучение грамматических форм древних языков ослаблено быть не может. Теперь... Теперь либо они отменят его вовсе, либо империя их самих... отменит.
  -- Давно пора, - профессор на мгновение забылся: воспоминания о многократных и всегда тщетных попытках избавить Россию от "классических" гимназий и "латинской заразы" были мучительны. А столкновения с юнцами, вышедшими из стен этих "учебных" заведений, иной раз доводили профессора до инфаркта. Попытка Толстого вывести породу "практических людей" обернулась несколькими поколениями прекраснодушных мечтателей, абсолютно уверенных в том, что солнце восходит на Западе. Расходились либералы только в одном. И целые поколения их ломали копья в бессмысленном споре о том, какая модель основного закона для России лучше - французская или британская?
  -- Вы правы. Вопрос назрел.
   На столе лежала наполовину опустевшая папка и три тонких стопки документов, различающихся цветом скрепок. Василий Осипович знал, что это должно что-то означать - императрица никогда не делала чего-либо просто так - но отнюдь не стремился узнать, что именно. Хотя... удобный метод. Александра Федоровна достала из ящика еще одну папку, тоненькую и совсем новую, затем выдернула оттуда же несколько чистых листов бумаги с личным вензелем в верхнем правом углу, и сразу же начала покрывать первый из них своей неповторимой скорописью.
  -- Из высвободившихся таким образом двух тысяч шестисот часов курса... Отечественная литература получит дополнительно шестьсот часов, география - двести. А тысячу восемьсот часов займет история отечества. Вам, профессор, поручается написать учебник, по которому её будут преподавать. Здесь некоторые наметки и предварительные условия договора, ознакомьтесь...
   В тонкой папке лежали четыре листа, на первом из которых, прямо под украшавшей верхний левый угол эмблемой Секретариата Ея Императорского Величества, горели алые строки: "России безразлично, во что ты веришь. Ей важно, чтобы ты чтил величие её прошлого и чаял и требовал величия для её будущего, чтобы благочестие Сергия Радонежского, дерзновение митрополита Филиппа, патриотизм Петра Великого, геройство Суворова, поэзия Пушкина, Гоголя и Толстого, самоотвержение Багратиона, Нахимова, Корнилова и всех миллионов, умиравших за Россию, были для тебя святынею. Ибо ими, этими святынями, творилась и поддерживалась Россия, как живая соборная личность и как духовная сила. Ими, их духом и мощью, мы только и можем двигаться вперед".
   Ниже были плотно уложены строки печатного текста, зверски изуродованного неведомым машинописным агрегатом. Учебник предполагался в четырех томах и пяти книгах по двадцать два--двадцать пять авторских листов. Первый том, "Славяне и Древняя Русь", будет обнимать примерно полторы тысячи лет, период от скифов и киммерийцев до Татарского Ига. Во втором, "Московское Царство", должна поместиться история за три с половиной века, от Батыя до Смутного времени. Третий том - "Эпоха решительной модернизации", от Смуты до смерти Петра. Четвертый том, "Империя", должен быть разбит на две части: "Гвардейское столетие", с 1725-го по 1825-й годы, и "Новейшая история" с начала царствования Николая I до смерти Александра III. Срок исполнения - лето будущего года. Чтобы учебник был готов к сроку, предполагалась выплата аванса в размере двенадцати тысяч рублей, а также создание особого фонда для найма гражданских помощников и консультантов - некоторые помощники и консультанты будут предоставлены "от казны" вместе с выданными во временное пользование техническими средствами для быстрого написания: Секретариат ЕИВ предоставит профессору двух опытных стенографисток и одну пишущую машинку с машинисткой. Главными "казенными" консультантами будут офицеры генерального штаба из состава преподавателей АУЦ, собранные в специальную группу и ответственные за написание всех глав по истории войн и военных действий. Для поиска документов в архивах и библиотеках в помощь будет предоставлена группа вольнонаемных курсисток с бестужевских и университетских курсов.
  
   15.
  
   -- Задача у вас будет непростая. Но если кто и может справиться с ней - то это именно вы. Мальчики и девочки, которые прочтут вашу работу, должны полюбить свою родину и испытать глубокое, до коленопреклонения, восхищение перед её народом. А главное - они должны понимать, в какой стране живут, - царица поставила точку, несколько раз что-то подчеркнула, подколола к одной из стопок и отложила её в сторону. Поставила локти на стол, сложила пальцы домиком и глянула на профессора...
   Иногда, не каждый раз, но довольно часто - по правде сказать, в отсутствие императора это бывало почти всегда - взгляд Её Императорского Величества становилось физически трудно выносить. Необыкновенно ясные глаза - очи! - невероятной, сказочной синевы... которую совершенно невозможно было сравнить с небесами, морем, звездами, или с чем там положено сравнивать синь подобной красоты поэтам, влюбленным и просто воспитанным людям, склонным делать комплименты прекрасным дамам. Пусть даже это La Belle Dame Sans Mercy... Нет, в глазах императрицы в эти моменты был только синий лед. И ледяная решимость, твердая, как алмаз.
   Глядя в такие ясные, такие холодные глаза, Василий Осипович невольно каждый раз вспоминал с оглядкой ходящие по столице слухи. Опасливо озираясь, посетители светских салонов шептались, что мать императрицы была не вполне... здорова душевно. При этом обычно вспоминали пронизанную мрачной мистикой связь с пресловутым Штраусом и странную смерть ещё молодой тридцатипятилетней женщины. Также в салонах бесперечь поминали странности брата Её Величества.... Ну, а уж странностей самой Александры Федоровны хватило бы на целую книгу. И не самую тонкую. Возможно даже - в нескольких томах.
   Те, кто хоть раз, хотя бы мельком заглядывал в эту необыкновенную синеву, с радостью бы поверили, что императрица безумна. К сожалению, дело было гораздо хуже: Её Величество давно уже миновала стадию обыкновенного безумия. И оказалась далеко за ней.
   Такую вот решимость, ледяную, как воды Коцита, и абсолютную, как суд Божий, источали глаза террористов-народников, решившихся идти до конца.
  -- Наступает двадцатый век, профессор. Для Империи это будет время... ужасных чудес. Тяжелое время. Страшное. И на этом этапе государство российское не может себе позволить мягкое отношение к "пятой колонне". Ах, да, вы же не знаете... Это из древней истории. Как-то некий полководец осадил некий город, приведя к его стенам четыре колонны. Однако он говорил, что колонн у него пять, и пятая - уже внутри города. Осада длилась два с лишним года. А потом в городе случился мятеж. И полководец вошел в город - усилиями пятой колонны. Наша молодежь из образованных сословий, даже понятия не имеющая о том, в какой стране им довелось родиться, имеет несчастье сочетать евроцентризм с антиправительственными настроениями. И вдобавок... "национализм" и "шовинизм" в спутанном сознании нашей интеллигенции давно уже стали синонимами. А в последнее время к тому же знаменателю господа космополиты и интернационалисты стремятся свести и патриотизм. Не удивлюсь, если в следующей войне они будут поддерживать не Россию, а ее врагов. Призывать солдат бросить оружие и посылать врагу поздравительные адреса по случаю его побед... Империя не может это терпеть. И она этого терпеть НЕ БУДЕТ.
   В глазах снежным бураном взметнулся вихрь ненависти, царица быстро скрыла его под густыми тяжелыми ресницами, но профессор все же успел заметить. По его спине снова прокатился легион ледяных мурашек.
  -- Теперь... почему я вспомнила о царскосельских курсах. К концу января девочки закончат первую окту. Вторая окта будет более... образовательной, нежели тренировочной. Девочкам понадобятся учебники. Включая и учебник по истории Отечества. И те, что имеются сейчас, меня не устраивают. Категорически. Поэтому попрошу вас дополнительно к учебнику для гимназий написать его... сокращенную версию. Что-то вроде конспекта лекций. Объем - шестнадцать авторских листов. Срок исполнения - два месяца. Извините, больше дать не могу. Если сможете управиться в срок с конспектом - получите ещё четыре тысячи.
  
   ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
  
   1.
  
   Облик армейской пехоты, мельком замеченный Александрой Федоровной во время траурной поездки, не понравился Елке с первого взгляда. Долгополые кафтаны на крючках, широкие шаровары и низкие шапки из поддельного барашка, мрачные, почти черные тона... Даже и парадная униформа была почти начисто лишена блеска, той "изюминки", что заставляет сердца мальчишек и женщин биться чаще. Лучшее, что можно было о ней сказать - на "потенциального противника" видимая мощь и величие имперских войск неизменно производили впечатление. Мрачные тона расставляли по местам акценты.
   Кстати, именно эти черные мундиры подали английским газетчикам блистательную идею обозвать Россию "Империей Тьмы" - выражение, впоследствии бессовестно украденное спичрайтерами Рейгана.
   При ближайшем рассмотрении неприязнь Елки к "псевдорусской" униформе, введенной в царствование царя--Миротворца, значительно усилилась. Из воспоминаний Ники о семейной жизни в Гатчине как-то незаметно выползла мысль о склонности покойного императора к мелочной скупости. Введенная им экипировка армии свидетельствовала, что эта черта отнюдь не ограничивалась семейным кругом и не заканчивалась привычкой носить штаны до самой последней возможности и запретом императрице Марии Федоровне покупать рамочки для фотографий, которыми её одаривала датская родня.
   Удешевленная униформа была только стилизована под "русский дух" - в походе и бою она не слишком отличалась от той, что подверглась обоснованной критике после войны 1877--1878 годов. Тогда из 77 800 пехотинцев, выбывших из строя, было убито и пропало без вести 16 315 человек, умерло от ранений - 3 869... А от болезней скончалось 28 876 человек - в полтора раза больше! И львиную долю этих потерь можно было приписать именно униформе, не спасающей ни от морозов при переходе через Балканы, ни от жары под Константинополем.
   Исчезновение кепи и шако, султаны которых торчали, как эмблемы мужества, эффектных мундиров с цветными лацканами сделало офицеров армейской пехоты, и без того не блистающих, окончательным подобием обер-кондукторов. Фельдфебели стали похожи на околоточных надзирателей или сельских старост, а солдаты, получившие вместо упраздненных ранцев вещевые сумки, выглядящие точь-в-точь как нищенские котомки, уподобились не то паломникам ко святым местам, не то попрошайкам. На том, что принято называть "моральным климатом", а выражаясь проще - боевым духом войск - эти перемены не отразиться не могли. Результатом, сразу же сказавшимся на состоянии армейских частей и комплектации офицерских кадров, стало мгновенное падение престижа военной службы. Которая и без того была не слишком привлекательна для молодежи. Особенно - молодежи тех сословий, которые, благодаря многочисленным льготам "милютинской" системы призыва, оному призыву практически не подлежали, а служили только ДОБРОВОЛЬНО.
   Больнее всего реформа ударила по армейской кавалерии. В 1882 году генерал Сухотин, фактически исполнявший должность генерал-инспектора конницы вместо престарелого и болезненного великого князя Николая Николаевича--Старшего (скончавшегося в 1891-м), начал печально известную "драгунскую реформу". По своему вредоносному воздействию на предмет реформирования реформам 90-х годов ХХ века она ничуть не уступала - поскольку кавалерийские полки, служба в которых требовала как раз самого лучшего морального состояния и высочайшего боевого духа, лишились не одной только красочной униформы, каждый элемент которой мог поведать о героизме Аустерлица и Бородина, поделиться блистательной славой Кульма, Фер Шампенуаз или Лейпцига. "Вверенная мне часть из блестящего гусарского полка стала армейским драгунским номера 6-го полком, с традициями которого можно было познакомиться только в архивах, а не по форме одежды и гордому виду людей, её носящих" - как жаловался только что назначенный командир лейб-гусарского Павлоградского полка - "шенграбенских гусар" - полковник Сухомлинов. Новые дикие наименования - "Бугские драгуны", "Павлоградские драгуны", "Ахтырские драгуны" - резали ухо кавалеристам и щемили их сердце. Мало того, что реформа, отобрав у полков славные имена и блестящие мундиры, напрочь перерезала всякую связь традиции, ударяя по боевому духу, словно серпом по известному месту. Она ещё и сильно ослабила кадровый состав - произошедшие одновременно с переобмундированием и переименованием изменения в обучении нижних чинов, в котором предписано было делать упор на пешем строю и стрельбе, стало для многих офицеров, истинных кавалеристов, сигналом к отставке. К примеру, когда Киевский гусарский полк, существовавший двести с лишним лет, был обращен в "драгунский 27-й", в отставку подали ВСЕ его офицеры - от командира полка до последнего корнета.
  
   2.
  
   "Интересно, а чего ещё они ожидали? Ни одна из трех последних войн не продемонстрировала эффективности конницы на поле боя. Зато обратных примеров - полно. Атаки бригады Мишеля при Верте, бригады Бредова при Тионвиле... И - венец всего! - атака генерала Маргерита под Седаном. Как там её назвали? "...ужасная и бесполезная жертва храбрецов", да?"
   "Ты одно упускаешь. Да, на поле боя конница больше не может практически ничего. Тем важнее её роль ВНЕ поля боя. Стратегическая подвижность, ясно? Бросок кавалерийских масс, две или три дивизии, с хорошей артиллерией, пулеметами и всем таким. Стратегический бросок! Километров на четыреста во вражеский тыл, на какой-нибудь ключевой пункт. Узловая железнодорожная станция, перекресток шоссейных дорог, что-нибудь такое. И там - занимает оборону. Жесткую оборону. Окопы, пулеметы, артиллерия. Много минометов. Нет узловой станции или перекрестка - нет движения по дорогам. Нарушается связность позиции. И..."
   "А при чем здесь это? Тут ведь как раз на пехотную тактику упор?"
   "Вот именно - ТАКТИКУ! А вот в СТРАТЕГИИ должен сохраняться кавалерийский дух! Бросок на три--четыре сотни верст во вражеский тыл требует совершенно особенного боевого духа. Особенно у командования. "Кавалерийский генерал должен иметь высокий ум, соединенный с мгновенной сообразительностью и чрезвычайной смелостью, полным хладнокровием в связи с величайшей стремительностью. Для составления плана действий необходим ум, для его выполнения - стремительность!" И вот для того, чтобы воспитать такого генерала..."
   "Военная педагогика, да? А вот возьмет такой, "смелый и стремительный", да и бросит свои полки прямо на не расстроенную пехоту. А то, не дай бог, и на пулеметы! Потому как смелость и мозги в одной голове помещаются очень редко"
   "Погоди, погоди... Сейчас... У меня тут мысль" - Елка быстро отыскала нужную книгу. На поиск нужного абзаца ушло гораздо больше времени.
   "Вот, смотри, здесь. "Лава приближалась, и я уже был готов скомандовать "огонь", как вдруг впереди красного строя вынырнули несколько пулеметных тачанок и начали быстро разворачиваться. Я понял, что будет дальше, но моя команда опоздала на несколько секунд. Огонь наших пулеметов буквально смел одну из тачанок, но остальные развернулись и ударили в упор" Вот! Вот почему в нашей Гражданской конница могла играть такую роль! Да, конница не может атаковать не расстроенную пехоту. Для того-то махновцы и придумали тачанки!"
  
   3.
  
   Ещё у императрицы имелось множество других поводов для недовольства состоянием российской униформистики. Помельче, но все же достаточно досадных. Ведь в России, помимо вооруженных сил и МВД, были ещё чиновники - огромная армия чиновников - и каждое ведомство имело свой покрой мундира. Пройдешься по улице - господи Иисусе! Десятки, сотни разных мундиров, тысячи элементов - обшлага, лацканы, канты, выпушки, петлицы, нашивки, погоны... И все - совершенно разное. Голова у простого солдата и без того легко шла кругом, так зачем его ещё дополнительно запутывать?
   Следовало ввести единый образец мундира, имеющего четкие, ясно видимые ведомственные различия и знаки ранга. Чтобы сразу было видно, что вот идет коллежский асессор горного ведомства, а это - надворный советник от МВД, тут - коллежский секретарь министерства финансов, а во-он там - его высокопревосходительство действительный статский советник министерства путей сообщения!
   И кому же ещё было этим заняться, кроме императора?
   Николай просто обожал армию: её блеск и парадность, мундиры, пуговицы, погоны, выпушки, кант и петлицы были для него столь же значимы, сколь значимы для языческого жреца атрибуты его божества.
   Таким образом, заняв Ники полной реформой армейского и чиновничьего мундира, императрица решала сразу две задачи: во-первых, повышалась привлекательность военной службы - красивый мундир в этом деле пусть не альфа и омега, но имеет огромное значение. Во-вторых, император почти два года радостно занимался чем-то тихим и спокойным, оставляя ей все проблемы и треволнения - которых было более чем достаточно.
   Так что солдатам и офицерам армии были дарованы новые красивые парадные мундиры, стилизованные под униформу победного 1812 года. Пехота получила мундир с цветным лацканом и низкий, так называемый "пехотный" кивер - исключая полки Кавказского округа, по-прежнему носившие свой исторический "малахай". Кавалерия, почти полностью избавленная от наименования "драгун" - из сорока восьми полков регулярной армейской кавалерии драгунских осталось только четыре, всем остальным были возвращены или вновь присвоены наименования гусарских, уланских, кирасирских, конно-егерских и конно-гренадерских - вернула себе вожделенные "традиции": уланки, высокие гусарские кивера и ментики, кирасирские ботфорты, лосины и супервесты...
   Но такова была только парадная форма. Повседневная, городская и походно-боевая отличалась от неё, как день от ночи - травянисто-зеленые гимнастерки и фуражки с козырьком получили ВСЕ, как в кавалерии, так и в пехоте. "Нищенскую суму" заменили "туркестанские" вещевые мешки типа "сидор", со стягивающейся горловиной и двумя лямками... армейская пехота пока сохраняла старое снаряжение, ограниченное одним только поясным ремнем, а гвардия, гренадеры и стрелки получили новое, "немецкого образца" или "разгрузочного типа" - с двумя наплечными ремнями, сводящимися на спине с третьим в виде буквы Y. К этому снаряжению полагались новые подсумки, о пяти карманах на три обоймы каждый - всего 150 патронов, а также жесткие ранцы. Шинели и папахи сохранялись как элемент походной формы, но в дополнение к ним было предусмотрено - для военного времени - снабжение войск полушубками, валенками и ушанками.
   Кстати, на парадных фуражках генералов и старших офицеров - которые в кивере смотрелись бы довольно глупо - а также всех тех, которые не получили киверов или присвоенных кавказским полкам мохнатых шапок, появился двуглавый орел нового образца, прозванный "длинным", в отличие от прежнего, "круглого". Широко распахнув узкие прямые крылья, орел летел, держа в лапах сменившие скипетр и державу меч и щит.
   Крылья орла и общий облик птички Елена скопировала с эмблем III Рейха. Хотя она и ненавидела нацизм так, как только его может ненавидеть историк, понимающий, куда вели те врата, что Гитлер открыл, придя к власти, но некие достоинства она за немцами этих времен признавала. В частности, они-таки умели разрабатывать символику и униформу. И то, и другое у наци было первый сорт, что да, то да. Жаль, что эти мундиры и эмблемы носила такая мразь.
   Елка надеялась, что в новом рождении орел будет служить более светлому делу.
   Хотя не была уверена, что более разумному.
   Пытаться спасти человечество от него самого...
   Она и сама сочла бы это безумием. Если бы выбор был.
  
   4.
  
   Кроме "реформы униформы" Елка-Аликс мягко внедрила в сознание императора ещё несколько идей, по её мнению - совершенно необходимых. И тесно связанных с мундиром, рангом, классом и т.п. Окончательным результатом реформы по её мысли должно было стать появление чего-то вроде "Геральдического Кодекса" в смеси с "Военным Кодексом": система титулования, структура Сословий, роспись классных чинов, принятых для служащих гражданских органов управления, а также нестроевых военных и приравненных к ним департаментов, роспись собственно военных чинов, полное описание знаков различия, нашивок и орденов... Она даже позаимствовала оттуда же несколько чиновных званий - поскольку все предыдущие попытки сократить количество чиновников провалились с громким треском, проблему следовало решать с другого конца.
   На сегодняшний день в составленной ещё Петром I и с тех пор непрерывно усовершенствовавшейся "Табели о рангах" имелось четырнадцать позиций, начиная с I класса - каковому соответствовали: армейский "генерал-фельдмаршал", флотский "генерал-адмирал", чиновный "действительный тайный советник I класса" и не используемый, но и не отмененный "канцлер" (последний раз звание канцлера присваивали в 1867 году князю Горчакову). Заканчивал "Табель" XIV класс, каковому соответствовали только чиновники - в виде чина "коллежского регистратора". Кроме этой, существовали ещё две "пустых графы" - XI и V классы, заполненные только в колонке "гражданские чины".
   При этом чин "полковника" означал командование именно полком. Для командования бригадой или дивизией надлежало иметь чин генеральский. Кстати, после Милютина в российской армии командиров дивизий не было. А были "дивизии начальники". Мелочь, конечно, но весьма показательная. Граф, похоже, попросту не видел особой разницы между канцеляристом и боевым командиром.
   Это положение было исправлено очередным введением чинов "майора" (последний раз его отменили в 1884 году) и "капитан-лейтенанта" - их поставили в VII класс, что вытеснило чины "подполковника" и "капитана 2-го ранга" в VI класс, а "полковника" и "капитана 1-го ранга" - в пустовавший до того V. Пустая строка XI класса была заполнена подъемом чина "подпоручик" и соответствующих ему "корнета" и "хорунжего". В тот же XI класс Елка ввела чин "фельдпоручика" и кавалерийского "фельдкорнета" - для выслужившихся из нижних чинов по окончании специальных командных курсов при военных училищах или сдачи экзаменов. "Прапорщик запаса", присваиваемый студентам и прочим вольноопределяющимся, остался чином XIII класса, "подпрапорщик" - XIV, в XII классе появился "старший прапорщик".
   Дырой - причем одной из основных - в царской армии этого времени была практически полная невозможность карьерного роста для рядового и унтер-офицерского состава. Их продвижение по службе заканчивалось в чине фельдфебеля, в крайнем случае - того же прапорщика, по окончании войны тут же отправляемого в запас. А это, в свою очередь, весьма и весьма способствовало тому, что наиболее талантливые либо не попадали в комсостав вовсе, либо очень быстро его покидали - в том или ином направлении. А те, кто все же оставался - как сотни тысяч "химических" прапорщиков 1917-го - воспринимали свое "куриное" положение "не офицеров" крайне болезненно. Введение чина фельдпоручика должно было изжить эту язву - из этого звания открывались уже многие пути... включая и путь к золотым погонам настоящего кадрового офицера. Ясен пень, что выше комбата (то есть, в САМОМ лучшем случае, капитана гвардии) офицеру, выслужившемуся из рядовых, дорога будет практически закрыта - сколько бы курсов он не окончил. Однако и капитан - VIII класс, личное дворянство... Не так уж плохо! За такое стоит бороться!
   Одновременно военные и приравненные к ним чины были разделены на несколько категорий. Прапорщики XIV--XII класса именовались на французский манер "пти-офицерами". С XI по VIII класс шел "младший офицерский состав", к которому было положено обращаться уже на "ваше благородие". "Старший офицерский состав" - VII--V класс, "ваше высокоблагородие". "Высший офицерский состав" или "генералитет", занимал четыре строчки табели - с IV по I класс. При этом к чинам IV и III класса обращались "ваше превосходительство", II и I класса - "ваше высокопревосходительство".
   И I класс Елка-Аликс намеревалась переименовать и существенно расширить. "Генерал-адмирал" - это ведь не чин, а должность. Да и генерал-фельдмаршалов тоже не сказать, чтобы за историю России было много - за двести лет это звание присваивалось всего лишь шестьдесят два раза. Между тем армии нынче уже далеко не те - в 1796 году армия России насчитывала полмиллиона человек, в 1821-м - 621 тысячу... Сейчас же только армия мирного времени переваливала за миллион человек, а по мобилизации она развертывалась более чем в три раза! Что требует соответствующего наращивания структуры управления и командования.
   Поэтому армейский чин I класса был разделен на три ступени - вице-маршал, маршал, маршал Империи. Связываться с генерал-адмиралом великим князем "семь пудов" было пока что рановато, но все же у неё уже имелся проект переименования I класса флотской табели в "Адмирала Флота Российской Империи": что "Адмирал Флота", что "Имперский Адмирал" - все звучало одинаково хорошо. И, что самое лучшее - эти звания не имели никакого отношения к управлению МорВедом.
  
   5.
  
   В ходе тех же преобразований по причине "растущей потребности в повышении качества офицеров Российской Имперской Армии" пятнадцать окружных юнкерских училищ (12 пехотных, 3 кавалерийских) с одногодичным сроком обучения, выпускающих в войска стажеров--подпрапорщиков, были преобразованы в полноценные военные училища двухгодичного курса, выпускники которых получали сразу офицерские погоны. Чин "подпрапорщика" остался только для военного времени - как высшее звание для нижних чинов, не прошедших специального обучения.
   В тех же целях основаны две новых военных Академии. Уже существовавшие Интендантские Курсы при Академии Генерального Штаба превратились в Академию Тыла. Здесь готовили офицеров интендантского корпуса, претендующих на должности заместителей по тылу - начиная от полка и вверх до самого фронта эта должность и подчиненная ей структура стали обязательными. А вот Военно-Дипломатический Курс (также отпочкованный от Академии ГенШтаба) пришлось создавать заново. И до Военно-Дипломати-ческой Академии ему пока что было как до Луны пешим ходом. Поскольку до этого никаких специальных курсов, готовящих военных и морских дипломатических представителей, не существовало в природе - все приходилось делать заново.
   Для офицеров, произведенных в чин вне очереди за храбрость и боевые заслуги были введены знаки "орел с мечами в серебре" и "орел с мечами в золоте": на черном щите топорщил перья стилизованный "круглый" орел, за ним накрест два меча - цвет каймы, орла и мечей серебряный или золотой. Один раз произведен - получай серебро, два раза - золото.
   Для общего исправления образа Российских Имперских Вооруженных Сил и приравненных к ним структур также были изменены звания нижних чинов и унтер-офицеров. До того в пехоте и кавалерии за рядовым следовали чины "ефрейтор" (на нем кончались "нижние чины"), "младший унтер-офицер", "старший унтер-офицер" и "фельдфебель" - последние три использовались также и во флоте. Эти германизмы не то, чтобы резали слух - за двести лет, со времен Петра, народ привык и не такое не то что слушать, а даже и выговаривать, не поперхнувшись - но... Но! Гоголевский "унтер Пришибеев" ведь не с потолка взялся - и не остался в закрытой пьесе. Он стал именем нарицательным!
   Поэтому отныне за рядовым шли "старший рядовой" (как вариант... можно было бы использовать звания рядовых 2-го и 1-го классов - но это была бы уже неприкрытая англомания... или американомания? Александра Федоровна пока ещё путалась в мелких деталях), "младший урядник" и "урядник". В кавалерии за этим следовал, как и раньше, "вахмистр", а в пехоте и ВМС появился "старшина".
   Произошли изменения и в погонах, хотя и не столь значительные, какими могли бы быть... если бы Её Величество продолжала настаивать на том, что "голый погон" - только просвет, без звездочек - это гораздо меньше, чем просвет с одной звездочкой, принадлежащий подпоручику. Но генералы все же сумели её убедить в том, что люди, привыкшие к тому, что "голый просвет" принадлежит капитану, будут серьезно дезориентированы. Зачем создавать проблемы, когда система и так работает?
   Подпрапорщик сохранил широкую продольную полосу, у прапорщика к этой полосе добавилась звездочка, у старшего прапора их было две (продольно), а у фельдпоручика - три. Погоны младшего комсостава имели один просвет и от одной до трех звезд, у старшего - два просвета и от одной до трех звездочек покрупнее. У высшего комсостава, генералов и адмиралов - золотой погон в зигзагах, у армейцев звезды, у флотских - черные двуглавые орлы. I класс "Табели" во флоте отмечался большой звездой в лавровом венке, в армии к этому добавлялись звездочки, носимые в петлицах - от трех золотых, сгруппированных в треугольник, у вице-маршала до одной, зато бриллиантовой, у маршала Империи. Простой маршал носил две платиновых с драгоценными камнями - рубины у пехотинцев, сапфиры у кавалеристов и изумруды у артиллеристов и других "техников".
   Гражданские чины XIV--V классов вместо погон получили к мундирам петлицы с серебряными (XI--VIII класс) и золотыми (VII--V класс) звездочками или эмалевыми треугольниками у "пти-чиновников" XIV--XII класса. Были также введены некоторые новые или дополнительные наименования званий - то самое заимствование, "Имперские министры" (II класс, в дополнение к "действительным тайным советникам"), "Вице-министры Империи" (III класс, в дополнение к обычным "тайным советникам"), министерские, департаментские и канцелярские советники и секретари вместо всяких "коллежских асессоров", ушедших в прошлое вместе с коллегиями. Ну, и ещё кое-что по мелочи...
  
   6.
  
   В тот же "Кодекс о рангах" попали и полковые знаки, вводимые взамен использовавшихся до того "фуражных шапок" с номерами полков и петлиц, цвет которых обозначал порядковый номер полка в дивизии. Отныне петлицы обозначали только род войск и специальность, а вместо "шапки" в парадной униформе использовался кивер, а во всех остальных случаях - фуражка с козырьком. Исключительно защитного цвета.
   "Возобновляя традиции Петра I", присваивавшего полкам гербы тех городов, имена которых они носили - при Павле полковые гербы практически полностью исчезают из обихода... а теперь предписано было всем полкам всех родов войск, артиллерийским бригадам и военно-учебным заведениям срочно разработать проекты гербов и нагрудных знаков для постоянного ношения на всех видах формы, кроме походно-боевой, как господ офицеров, так и нижних чинов. Этот знак должен был "отражать историю полка и теснеё скреплять полковую семью". Вместе с полковыми знаками полагалось носить нашитую на рукав, чуть пониже левого плеча, тактическую опознавательную нашивку дивизии, заменившую её номер, ранее проставлявшийся на погонах. Для разбора предлагаемых вариантов в июле 1895 года при Генеральном Штабе была учреждена специальная военно-геральдическая комиссия, годом позже преобразованная в постоянный отдел военной геральдики.
   Ещё из той же серии были нашивки за ранения и контузии (за легкие красные, за тяжелые - золотые), нашивки "фронтовых полугодий", шевроны "Монаршей благодарности", квалификационные значки и нашивки, "городские" медали, кресты за участие в компании - для последних был установлен единый статут и единая форма.
   Вообще-то первоначально Елка хотела ввести вместо нашивок "медаль невезения" - "За ранение на императорской службе". Однако... Эта идея была из "космической оперы" - а космос суров, и ошибок он не прощает. Ты либо цел и невредим... либо покойник. И "медаль невезения" свидетельствует скорее об обратном - о потрясающей удаче.
   Н-нда.
   А на Земле условия совсем другие, здесь риск, связанный с повреждением вашего тела, не связан с риском повреждения вашего, скажем, скафандра. Или космического корабля. То есть не приводит к гибели автоматически. Что может кончиться тем, что "медаль невезения" превратится в одну из основных наград вооруженных сил. Что, в свою очередь, обесценит саму ИДЕЮ наградной системы. Как её обесценили многочисленные награды, раздаваемые Куропаткиным в Манчжурии. Тем не менее... Императрица все же составила проект статута и рисунок, подколола к ним записку, чтобы не забыть провести соответствующее статистическое исследование - и отправила в архив. Пусть будет.
   На лицевой стороне "городской" медали, отчеканенной по поводу взятия или обороны города не менее чем губернского значения, крепости или населенного пункта, за который шли особо кровопролитные бои, должен быть выбит профиль царствующего монарха, надпись "За взятие" или "За оборону" и название города сверху и датой взятия внизу.
   "Крест компании" - крест, в зависимости от театра "кульмский", "кавказский" или "мальтийский", с датами начала и окончания боевых действий на горизонтальных перекладинах и наименованием компании или театра военных действий на вертикальных. Или только сверху - а снизу, наискось, дубовые ветви. По одной за каждые шесть месяцев на фронте. До завершения боевых действий эту же роль должны были исполнять специальные нарукавные нашивки. Надписи, ветви, стилизованный "круглый" орел в медальоне, кант и эмблемы позади креста (мечи, сабли, пушки или якоря - для непосредственных участников боевых действий в пехоте, коннице, артиллерии и флоте соответственно; крест без эмблем - для "тыловых крыс") исполняются в серебре для нижних чинов и в золоте для офицеров.
   Красный шеврон "Монаршей благодарности" должен был отмечать тех, кто удостоился благодарности в приказе, с перехватами, если удостоился больше одного раза.
   А ещё Елка придумала - ну ладно, ладно, украла! - звание "Герой России" и медаль "Терновый Венец": на георгиевской колодке двойной терновый венец из серебра и платины, сквозь него продеты два меча - золотой снизу вверх и вороненый сверху вниз, рукояти мечей украшены крохотными бриллиантами, между терновыми иглами разбросаны рубины, с внутренней стороны гравирован девиз "Feci quod potui!" ("Я сделал все, что мог!" - латынь)... Только сейчас момент для введения этого ордена был неподходящий.
   Дождаться только первой войны...
  
   7.
  
   Конечно, красивые мундиры в стиле 1812 года, переименование "младших унтеров" в "младших урядников", проведенная при переаттестации в соответствии с новой "Табелью" выбраковка совершенно уже никуда не годных "высокоблагородий", последние лет пятнадцать утруждавших мозги только подсчетом очков в преферансе, и сплоченная полковая семья - это, в лучшем случае, только косметический ремонт.
   Корни зла были в устройстве военного министерства и военно-окружной системы и "Положении о полевом управлении войск". Если бы можно было их изменить... Но в прошлый раз выработка "Положения", порученная комиссии генерала Лобко, заняла восемь лет - с 1882 по 1890 годы. На этот раз, учитывая, какие изменения Елка считала необходимыми, времени могло уйти и вдвое больше - уж больно дискуссионной была та структура управления войсками, которая виделась ей идеалом. Или хотя бы чем-то, адекватным поставленным грядущим XX веком задачам.
   Любой чиновник рассуждает приблизительно следующим образом: зачем что-то делать, когда и так нормально? Что-то делать - означает взять на себя ответственность за возможную ошибку. А зачем мне, чиновнику, это надо, когда все и так зашибись, как хорошо? Русская национальная птица - не двуглавый орел, а жареный петух. Покуда он чиновничий афедрон не клюнет, никакого продвижения в делах обычно не бывает. И исключения здесь только подтверждают правила.
   Это - относительно перемен вообще. Относительно же перемен, которые могут урвать у бюрократа хотя бы чуть-чуть власти... За власть чиновники и озолотят, и удавят. Создание вместо единой структуры Военного Ведомства сразу трех, равных в правах - Министерства, Генерального Штаба Сухопутных Войск и Военного Департамента Имперской ЕИВ Канцелярии - умалит власть военного министра ровно в три раза. И что, чиновники военного ведомства, надеющиеся однажды стать военным министром, и сам министр лично, не будут с этим бороться?
   Смешно слышать.
   То же самое касается и Морского Ведомства - с тем, однако, добавлением, что начальником его является великий князь, дядя царя. И возможностей сопротивляться переменам у него намного больше.
  
   8.
  
   Двадцать четвертого января 1895 года русская средиземноморская эскадра получила приказ на передислокацию - в связи с японо-китайской войной, начатой в июле 1894 года атакой японского отряда крейсеров на стоящие на рейде корейского порта Асан китайские суда и потоплением китайского войскового транспорта "Kowshing".
   В сентябре в битве при Ялу японцы разбили китайский флот. Затем осадили главную базу китайского ВМФ Вей-Хай-Вей. Россия, стремясь умерить хищные намерения самураев в отношении Китая и опасаясь за безопасность дальневосточных границ, решила перевести на Тихий океан основные силы из Средиземного моря - таранный броненосец "Император Николай I" под флагом адмирала Макарова и броненосный крейсер "Владимир Мономах" прошли через Суэц и спешно направились через Индийский океан к берегам Японии.
   Переход этот оказался нелегким для адмирала - в холодную штормовую погоду он долго оставался на мостике в легком мундире и жестоко простудился. Болезнь дала осложнение в виде острого воспаления коленного сустава, из-за которого адмирал мог передвигаться только с помощью костылей, однако в этой напряженной обстановке он отказался покинуть свой пост и остался на корабле.
   В Японском море отряд был подчинен командующему Дальневосточной Эскадрой вице-адмиралу С.П. Тыртову, но сохранился в качестве самостоятельной боевой единицы, а сам Макаров стал младшим флагманом.
   В апреле напряженное положение на Дальнем Востоке достигло кульминации - Россия, Франция и Германия потребовали от Японии вывести войска из Китая. Елка точно знала, что Япония на войну не решиться (да и странно было бы ожидать от японцев откровенного самоубийства... Хотя, конечно, Первое Правило Волшебника гласит, что люди глупы - дык ить не настолько же!!!), но отзыв в этих обстоятельствах лучшего из русских адмиралов выглядел бы по меньшей мере странно.
   Только к лету 1895 года обстановка на Дальнем востоке несколько разрядилась. Япония под давлением Англии, которой не понравилась сложившаяся коалиция Франции, Германии и России, согласилась с требованиями, предъявленными Парижем, Берлином и Санкт-Петербургом. Хотя перспективы России выглядели мрачно: японцы откровенно дали понять, что ничего не забудут и ничего не простят. Однако контр-адмирал Макаров тут же отбыл в Санкт-Петербург "в распоряжение Морского Ведомства". О том, что его уже давно дожидалось кресло исполняющего должность начальника Морского Департамента Имперской ЕИВ Канцелярии, пока говорить не стоило. Рановато.
  
   9.
  
   В принципе, Александру не слишком волновало время отбытия какого-то там контр-адмирала с другого конца света. Критической точкой являлось время его ВОЗВРАЩЕНИЯ. Если Макаров не отбудет в Петербург для вступления в должность... Что ж, начало скандала просто застанет его на должности. Всего делов. Никакой угрозы того, что будет упущен прекрасный повод как следует замутить воду в ГАУ и Морском Ведомстве одновременно, в этом не было - замыслы Её Величества никогда не были одномерны.
   Вот только прибыть в Россию Макаров должен в строго определенный момент. Чтобы Император находился именно в нужном состоянии! Иначе... иначе пропадет великолепный шанс выловить в этой мутной воде ну о-очень увесистую рыбку.
   Но адмирал - слава Господу за его маленькие благодеяния!!! - отбыл вовремя.
   И грянул бой, какого давно не бывало.
   Поводом к грандиозному сражению была поданная на Высочайшее утверждение десятидюймовая береговая пушка длиной в сорок пять калибров. Изначально она задумывалась как единая морская и береговая пушка, но, поскольку ГАУ пожелало иметь орудие попроще, подешевле и с лафетом образца 1870-х годов - с откатом станка по наклонной поворотной раме и накатом под воздействием силы тяжести - то взаимозаменяемость по телу орудия полетела ко всем чертям и осталась только частичная унификация по боеприпасам.
   Дело в том, что все морские крепости и система береговой обороны принадлежали Военному Ведомству чуть ли не со времен Петра Великого - поэтому береговую артиллерию в России проектировали генералы сухопутной артиллерии. Во флотских проблемах и перспективах они разбирались примерно так же, как свинья в апельсинах. В результате их трудов система БО Российской Империи получила бы орудие, устаревшее по калибру лет на пять: непрерывный рост тоннажа броненосцев флота "вероятного противника", калибра орудий и длины стволов, толщины брони и совершенствование систем обеспечения непотопляемости требовал соответствующего увеличения калибра хотя бы до "английского стандарта" в двенадцать дюймов... А по лафету и вытекающих из его устройства скорости горизонтальной наводки и скорострельности десятидюймовка устарела абсолютно.
   Ещё до того, как её приняли на вооружение!
   Несчастная 254/45-мм береговая пушка, конечно же, была не единственным направлением атаки, начатой императрицей на ГАУ. Была ещё пятнадцатилетняя эпопея со скрывающимися лафетами систем Разсказова и Дурляхера, было совершенно чудовищное состояние парка осадной и крепостной артиллерии, за последние десять лет не получивших ни одной новой артсистемы, спроектированной под бездымный порох и стальной мелинитовый снаряд! Из имевшихся десяти тысяч орудий крепостной артиллерии 30% были образца 1877 года, 45% - образца 1867 года... И 25% - ГЛАДКОСТВОЛЬНЫХ пушек, систем времен Николая I и графа Аракчеева! Был чудовищный застой в области снарядов, которые до сих пор, как при царе Горохе, отливали из чугуна и снаряжали пироксилином, а то и вовсе черным порохом - между тем мелинит, он же пикриновая кислота, был предложен российскому военному ведомству французом Тюрпеном ещё восемь лет назад! И что? И - ничего. Мелинитовые снаряды для шестидюймовых орудий крепостной и осадной артиллерии, а также полевых мортир поданы на Высочайшее утверждение 31 января этого года! Причем первая партия готова будет не раньше, чем в 1897 году - поскольку мелинитовый отдел Охтинского завода ещё только начнут строить этим летом!
   Был, наконец, поданный на Высочайшее утверждение почти одновременно с пресловутой десятидюймовкой проект "3,4-дм скорострельного орудия образца 1895 года". Полученный путем наложения стволов 87-мм пушек образца 1877 года на новый лафет конструкции полковника Энгельгардта. И накат орудия в нем обеспечивался не гидравликой или пневматикой, действующей по оси канала ствола - нет, отнюдь нет! Орудие по-прежнему откатывалось вместе с самим лафетом, а "для увеличения скорострельности орудия" полковник спроектировал большой и упругий хоботовый сошник (!!!), уменьшавший откат лафета и обеспечивающий его самонакатывание. Таким образом, вместо одного перевооружения - на современную патронную пушку, созданную под бездымный порох, с гидравлическим или гидропневматическим тормозом отката и пружинным накатником - российская артиллерия должна была пройти ДВА. Сначала модернизацию пушек образца 1877 года установкой их на новые лафеты - а это, между прочим, четыре с половиной ТЫСЯЧИ пушек! - и сразу после этого - замену их на артсистему, отвечающую требованиям времени. Метод, именуемый "выкрасить и выбросить", обычно применяется тогда, когда кто-то (не будем персонально тыкать пальцами), желает получить неплохой куш: поскольку понятно, что орудия в любом случае вскоре после перевооружения отправятся в переплавку, то на качестве можно сэкономить, а экономию положить в карман. Между прочим, цена вопроса - девяносто миллионов рублей. Есть ради чего стараться!
   Ну и, конечно же, отставание с проектированием этой самой пушки "наисовременнейшего" типа. В Германии 7,7-см "Фельдканоне" будет принята уже в следующем году, французы примут на вооружение знаменитые "семидесятипятки" годом позже. Россия же, потратив время и средства на "образец 1895", отстанет на три года, а потом ещё придется переделывать крайне неудачную систему образца 1900 года - в результате отставание имперской артиллерии составит ровным счетом шесть лет!
   И наверстать эти годы России не удастся до самой Мировой.
  
   10.
  
   Увидев, как перекосило великого князя Сергея Михайловича, Елка заметила Аликс, что интригу стоило заплетать хотя бы ради этакого зрелища. Не хуже смотрелся и "семь пудов" в мундире генерал-адмирала, прелестно оттеняемом апоплексическим багрянцем. Это был практически "куп де грас". Остальные участники совещания явственно мечтали оказаться в этот момент где-нибудь подальше - там, где от них не потребуют высказывать своего мнения в споре двух почти всемогущих персон, любая критика которых может быть рассмотрена как "оскорбление Величества".
  
   11.
  
   Сергей не мог не отреагировать на подобный наезд - в первую очередь потому, что ВСЕ обвинения, выпущенные в его адрес, были справедливы. Именно ОН отвечал за десятидюймовку, за своевременную разработку орудий для крепостной и осадной артиллерии, за проектирование новой полевой пушки, за безумные лафеты Рассказова... Если он все знал, но ничего не делал - он либо некомпетентный болван, либо предатель. А если ничего не знал - то тем более некомпетентный болван.
   И в любом случае в ГАУ ему делать нечего.
   Но и у Сергея Михайловича было, чем ответить флоту. Здесь были и те же десятидюймовки флотского образца, которые Морской Технический Комитет переоблегчил настолько, что каждый броненосец получил орудия с собственной баллистикой, и "дешевые" таранные броненосцы типа "Император", и ещё более удешевленный по сравнению с "Императорами" и, соответственно, ещё более никуда не годный "Гангут". Который вообще не имел боевого применения!!!
   Этот несчастный ублюдок водоизмещением в семь с половиной тысяч тонн был заложен потому, что управляющий морским ведомством вице-адмирал И.А. Шестаков посчитал (или согласился с чьим-то мнением), что "удешевленные" броненосцы типа "Император Александр II" слишком-де дороги - поэтому МорВеду потребовался корабль, разработанный с обязательной экономией средств. При этом от проектантов требовали, чтобы броненосец, изначально предназначенный для закрытого морского театра, "в случае необходимости" мог совершить переход в Средиземное море и даже на Дальний Восток. Результатом этого было появление корабля, слишком большого и тяжелого для броненосца береговой обороны, но безнадежно слабого для корабля правильного эскадренного боя.
   А постоянный долгострой, при котором корабли, бывшие передовыми на момент разработки проекта, к моменту ввода в строй уже успевали безнадежно устареть? А совершенно жуткие весовые нарушения при строительстве, из-за которой осадка кораблей увеличивалась настолько, что над уровнем воды иной раз оставалось торчать только несколько сантиметров плит поясной брони?
   Это не говоря уже о полном срыве всех судостроительных программ, начиная с программы 1882 года - вместо запланированных ею восемнадцати броненосцев "открытого моря" имелось только девять, причем "Петр Великий" можно было считать боевым кораблем только очень и очень условно. И не говоря уже о тех практически небоеспособных монстрах, которые флот строил с достойной лучшего применения старательностью!
   Проще говоря, из девяти эскадренных броненосцев: "Петр Великий", "Император Александр II", "Император Николай I", "Гангут", "Наварин", "Сисой Великий", "Полтава", "Петропавловск", "Севастополь" - первый был истинным музейным экспонатом, годным только на то, чтобы его "в тихом месте прислонить к теплой стенке", три следующих "экономичных" - сущим барахлом, на котором "плохо сражаться, но хорошо тонуть". Таким образом русский флот "Открытого Моря" - то есть не включая "запертые" корабли Черноморского Флота - имел в своем составе круглым счетом ПЯТЬ боеспособных кораблей линейного класса!
   Вместо 30 крейсеров имелось 21, причем 11 из них также утратили всякое подобие боевого значения, намеченный к постройке ещё в одна тысяча восемьсот девяностом году броненосный крейсер "Россия" заложили на стапеле с опозданием на пять (!!!) лет, только в мае 1895-го. В строю имелось только три минных крейсера и тридцать четыре мореходных миноносца - это против ста пятидесяти мореходных миноносцев Германии...
   И те же снаряды! Чугунные, с пироксилиновой начинкой! Между прочим, пехоте совершенно все равно, какой шрапнелью по ней садить. Разрушение полевых укреплений чугунным пироксилиновым бомбам доступно вполне, и особо острой нужды в чем-то большем не чувствуется. Сталкиваться с долговременной обороной русская артиллерия не будет, поскольку наступательной войны Россия не планирует. А вот флоту стальные снаряды, начиненные мелинитом, как раз нужны крайне - потому что отход от многократно слабейшего по сравнению с мелинитом пироксилина позволяет при том же весе снаряда многократно увеличить его поражающую силу. Точно то же самое относится и к стальным корпусам - при том же весе они многократно прочнее чугунных, а значит, вполне можно, снизив вес корпуса, увеличить заряд! Так почему же ведомство генерал-адмирала вместо этого занимается черт знает чем?
   А потому, что чугунный снаряд с пироксилиновой начинкой в разы дешевле стального, начиненного мелинитом, а значит, украсть на этом можно много больше. Вот на что великий князь недавно купил бриллиантовое колье для постоянно "гастролирующей" в его особняке мадемуазель Балетты?
  
   12.
  
   Увидев, как побагровел Алексей, Елка даже испугалась. От его физиономии можно было прикуривать! Артиллерист бил точно. И здесь ВСЕ упреки были справедливы. Ответить генерал-адмиралу было нечем.
   Кроме базарной ругани.
   Поскольку совещание явно перешло в непарламентскую стадию, Ники, по совету взявшей на себя управление Аликс (разделение обязанностей у них было простым: за технику, политику, стратегию, оружие и все остальное отвечала Елка, Аликс же отвечала только за общение с Николаем), счел вопрос требующим дополнительного рассмотрения, перенес продолжение на завтра и отправился на прогулку в парк.
  
   13.
  
   С точки зрения Елки - да и Аликс тоже - главной бедой флота были даже не дураки и казнокрады. Таких, в конце концов, хватает везде. Основная проблема заключалась в полном отсутствии какой-либо единой стратегической линии. Если не считать за таковую простую и естественную мысль о необходимости захвата Черноморских Проливов, Босфора и Дарданелл, и вытекающую из этой стратегмы эвентуальную неизбежность войны с Англией.
   Особое Совещание в августе 1881 года определило, что главной задачей российского флота в Черном Море является сохранение безусловного господства и постоянная готовность к высадке десанта и захвату Константинополя. Балтийскому флоту, действующему с баз в наименее замерзающей части Финского залива, следовало воспрепятствовать блокаде своего побережья, а также исключить высадку десантов в Прибалтике и в районе Санкт-Петербурга - для чего Совещание сочло необходимым иметь на Балтике флот, превосходящий по своим силам соединенные флоты Германии и Швеции. На Тихом Океане решили ограничиться обороной отдельных пунктов "одними инженерно-артиллерийскими средствами и минными заграждениями". В океанах должны были действовать сильные крейсерские эскадры.
   В сентябре 1881 года выводы Совещания были Высочайше одобрены, и была создана специальная Комиссия, которая должна была определить количество и тип кораблей, предполагаемых к постройке - исходя как из военно-стратегических потребностей, так и финансовых и военно-промышленных возможностей. В апреле 1882 года программа "Нового Флота" была утверждена - за следующие двадцать лет, т.е. до 1902 года, предполагалось построить 16 броненосцев "открытого моря" (с тем, чтобы иметь их 18), 13 крейсеров (в дополнение к 17 имеющимся) и 100 "минных судов". Черноморский флот должен был получить 8 броненосцев "открытого моря", 2 "малых крейсера" (к уже имеющемуся "Ярославлю") и 20 "минных судов". На Дальнем Востоке Сибирская Флотилия должна была получить 8 "боевых канонерок" и 12 "минных судов".
   В мае--июне 1882 года специальная комиссия сформулировала первые задания на проектирование кораблей - в соответствии с новой программой. Возглавивший комиссию морской министр И.А. Шестаков сразу же потребовал от проектировщиков брать за основу "французские или английские типы безразлично и принимать в расчет, чтобы суда по возможности имели наименьшую вместительность", и при этом особо оговорил, чтобы "выдумок и новостей, несогласных с настоящим состоянием науки, отнюдь не допускать".
   Говоря проще, "не надо фигурять". Не надо тратить деньги на опыты и эксперименты. Берем хороший иностранный проект и строим по нему, принимая лишь те изменения, которые вызваны спецификой Балтийского либо Черноморского театра. И, конечно, уменьшаем водоизмещение - "из соображений экономии". И плевать, что при таком подходе русские инженеры не получат опыта самостоятельного проектирования, флот будет получать корабли новейших классов с неизбежным запозданием в три--пять лет, а сами корабли будут неизбежно слабее своих прототипов! Ведь главное - "экономия"!!!
   Когда-то кто-то умный сказал, что он "слишком беден, чтобы покупать дешевые вещи". К тем вещам, которые измеряются не только в деньгах, но ещё и в человеческих жизнях, это приложимо в гораздо большей степени.
   До своей смерти, случившейся 21 ноября 1888 года, адмирал Шестаков успел фактически выбросить на ветер колоссальные средства - но сменившие его лица также не жалели сил, чтобы российский флот получил как можно больше "экономических" (то есть никуда не годных) кораблей.
  
   ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
  
   1.
  
   В 1885 году было созвано межведомственное совещание, потребовавшее "в связи с осложнениями международной обстановки" скорейшего усиления флота береговой обороны - для чего предложено расширить миноносное судостроение, даже пожертвовав частью предусмотренных планами строительства флота эскадренных броненосцев.
   Совещание 1890 года, созванное в связи с "изменением задач" Балтийского Флота, вызванным значительным усилением военно-морских сил Германской Империи, предложило построить для Балтийского флота дополнительно ещё 10 броненосцев, 3 броненосных крейсера, 3 канлодки и 50 миноносцев в 120 тонн ("по образцу французского миноносца "Авангард""). Одновременно для Черноморского флота восстановили исключенные в 1885 году два броненосца.
   К лету 1895 года из этой программы были фактически осуществлены четыре эскадренных броненосца на Балтике - "Сисой Великий" и три типа "Полтава" - и два на Черном Море. Причем "Ростислав", заложенный в январе 1894 года в Николаеве, строился как "дешевый" в идеологии достопамятного адмирала Шестакова - девять тысяч тонн водоизмещения и четыре десятидюймовки главного калибра. Ещё на Балтике были заложены три броненосца береговой обороны типа "Адмирал Ушаков" - с вооружением из тех же четырех 254/45-мм пушек, втиснутых в 4,5 тысячи тонн водоизмещения. Вместе эти четыре посудины весили чуть меньше (23,5 тысячи тонн против 26,7 тысяч), а стоили несколько больше, чем два первосортных броненосца типа "Три Святителя". Который на данный момент считался одним из самых мощных кораблей своего класса - если не учитывать некоторых несообразностей вроде воткнутых в дополнение к четырнадцати шестидюймовкам ещё и четырех 120-мм пушек и совершенно никому не нужных шести торпедных 381-мм аппаратов (последние, впрочем, пока устанавливались на всех кораблях мира: Елена помнила, а Аликс теперь знала, что ими не перестанут нагружать линкоры даже после Первой Мировой - например, "Нельсон" и "Родней", построенные англичанами аж в середине 1920-х годов, несли по два 609-мм подводных ТА!). Ни один из девяти кораблей "программы 1890" в строй ещё не вошел - хотя первые из них были заложены ещё в июле и сентябре 1891 года!
   Подводя итоги, созванное в марте 1895 года совещание "опытнейших наших адмиралов" сочло, что России необходимы ещё 10 броненосцев (9 на Балтике, 1 на Черном Море), 11 крейсеров (9 для Балтики), 5 канонерок, 5 минных крейсеров, 54 миноносца и 6 транспортов.
   Но уже спустя три--четыре месяца стало очевидно, что программу надо менять снова, причем радикально: во-первых, Германия заложила сразу пять ЭБР типа "Кайзер Фридрих III", вооружение которых включало 4х240-мм (немцы пожертвовали калибром ради скорострельности), 18х150-мм и 12х88-мм орудий. Во-вторых, Япония одолела Китай и приняла программу срочного судостроения, так называемую "симметричную" или "шесть--шесть". Согласно которой к 1903 году её флот должен был получить 6 эскадренных броненосцев, 6 броненосных крейсеров и до двадцати бронепалубников.
   Таким образом, Россия должна была резко усилить флот на Дальнем Востоке с созданием там постоянной эскадры, противодействовать непрерывно возрастающей германской угрозе на Балтике, готовиться к захвату Босфора на Черном Море и вытекающей из этого морской войне с Англией... И все это - ОДНОВРЕМЕННО!
  
   2.
  
   Кстати, о морской войне с Англией. Стратегию этой войны разрабатывал капитан 2-го ранга Л.П. Семечкин, служивший в 1860--1862 году под командованием контр-адмирала И.А. Шестакова - сначала офицером на флагмане, а затем адъютантом. В 1863 году, во времена грозившего конфликтом с Англией и Францией Польского восстания, он участвует в американской экспедиции эскадры контр-адмирала Лесовского, также в качестве флаг-офицера, а в 1878 году, уже в звании капитан-лейтенанта, сам создает в Штатах крейсерскую эскадру, приобретая корабли прямо на американских верфях! Между прочим, три из этих четырех крейсеров - "Азия" (бывший "Колумбус"), "Африка" (бывший "Саратога") и изначально заказанный в качестве военного корабля клипер "Забияка" - и до сих пор числились в составе флота! "Европа" (бывший "Штат Калифорния") была превращена в транспорт флота - несмотря на свой более чем почтенный возраст.
   Согласно замыслам, в случае возникновения "ситуации, угрожающей войной", в океан должны выйти несколько - от шести до пятнадцати - крейсеров, как изначально флотских, так и переоборудованных из торговых пароходов. Получив через один из нейтральных портов известие о начале военных действий, оные крейсера начнут войну против вражеской морской торговли, снабжаясь с заранее зафрахтованных пароходов тех же нейтральных стран. Оперирующие на коммуникациях крейсера должны были опираться на опыт рейдеров Конфедерации (особенно - знаменитой "Алабамы"), попортивших немало крови Северу во время американской Гражданской Войны 1861--1865.
   В теории все выглядело прекрасно - и во времена, когда Л.П. Семечкин был кавторангом, адмирал Шестаков - морским министром, самой мощной взрывчаткой - обыкновенный черный порох, а главной движущей силой военного корабля являлись паруса, это даже могло сработать. Может быть. Но с той поры прошло пятнадцать лет!
   Парус давно заменили паровые двигатели, появились В РАЗЫ повысивший дальнобойность орудий бездымный порох и мощнейшие взрывчатые вещества бризантного действия вроде мелинита, тротила, лиддита и шимозы... Противостоять ЭТИМ пушкам и ЭТИМ снарядам обычное железо гражданских пароходов более не могло! А на ногах крейсерских судов появилась гиря по имени "уголь" - зависимость "флотских" крейсеров от угольных станций была АБСОЛЮТНОЙ.
   В этих условиях древность вроде "Забияки" или клиперов типа "Крейсер", также постройки 1878--1880 годов, попытавшаяся выйти в море через Балтийские Проливы и начать крейсерскую войну, будет выглядеть... Ну, скажем, как древнегреческая трирема, пытающаяся таранить "Бисмарка".
  
   3.
  
   Последним по порядку - но отнюдь не по значению! - грехом великого князя был так называемый "Либавский проект". Генерал-адмирал еще во время траурной поездки начал очень, очень настойчиво уговаривать племянника строить в Либаве первоклассную военно-морскую базу. Да, Либава была незамерзающим портом - в отличие от всех остальных русских портов Балтийского моря. Но это было её единственным плюсом. Все остальное относилось к недостаткам.
   Для начала - здесь не было НИКАКИХ условий для создания крупной военно-морской базы: низменный песчаный берег, малые глубины, подвижные пески, отсутствие закрытой от ветров якорной стоянки...
   Оборонять этого "Белого слона", возведенного всего в тридцати верстах от границы с германской Восточной Пруссией, также было бы как минимум неудобно - поскольку сухопутную крепость поневоле пришлось спланировать так, что ряд господствующих высот оставался вне линии фортов! При этом строительство ВМБ в Либаве являлось наглым вызовом Германии, ибо использование её могло быть хоть сколько-нибудь целесообразным ТОЛЬКО в случае наступательной войны.
   Проект постройки порта и крепости был утвержден императором Александром III 30 августа 1892 года - скорее всего, в рамках кампании по привлечению Франции к союзу с Россией. Фактическое выполнение его, судя по полному отсутствию каких-либо практических движений, по всей вероятности даже не планировалось. Оно и неудивительно - одна только крепость должна была обойтись в шестнадцать миллионов рублей золотом. А сколько бы угробили на оборудование порта в столь неподходящем для того месте... Страшно представить. Именно это обстоятельство и привлекало генерал-адмирала в "Либавском проекте". Огромные, с трудом поддающиеся исчислению расходы должны были позволить ему "не целевое расходование" сумм, о которых в прочих кормушках нельзя было и мечтать!
   "И человек, ответственный за все это, ещё желает получить в свое распоряжение морские крепости России!"
   Великий князь Сергей Михайлович, распознав косвенную цель атаки, ошибся как в её авторе, так и в истинном объекте - и эта ошибка была из тех, что принято называть "смертельными". А генерал-адмирал, не сумевший избежать соблазна присоединить к МорВеду морские крепости, приобретя тем самым ещё кусочек власти и неплохой ломоть финансового пирога, вообще не понял, что происходит на самом деле.
  
   4.
  
   Затеянная царицей при помощи нескольких дружественных морских офицеров интрига была проста, как мычание - сначала группа адмиралов, рассмотрев поближе проект 254/45-мм/клб береговой пушки, разражается громовыми протестами против принятия на вооружение этого техномонстра, морально устаревшего лет на десять. Сразу же после этого появляются столь же разгромные сообщения о никуда не годных, но обошедшихся в жуткие деньги лафетах, о перспективах полевой артиллерии и бесперспективности "87-мм орудия образца 1895 года", о скандальном состоянии крепостной и осадной артиллерии...
   Великий князь Алексей Александрович, которому намекнули, что интрига может принести ему прибыль в виде расширения бюджета Морского Ведомства на полную модернизацию всех морских крепостей (Кронштадт, Выборг, Свеаборг, Дюнамюнде - на Балтике; Севастополь, Керчь, Очаков, Батум - Черное море; Владивосток и Николаевск-на-Амуре - Тихий океан; всего-то - десять крепостей и укрепленных районов!) и реализацию "Либавского проекта", проглотил наживку с крючком, поплавком и удочкой. Началась "схватка бульдогов под ковром" - но эта подковерная борьба то и дело вылезала на свет божий шокирующими разоблачениями. Конечно, они оставались внутри весьма ограниченного круга лиц, которые в большинстве своем и так это все знали. Кроме одного-единственного человека - Николай и представить себе не мог, что в российской артиллерии, оказывается, на самом деле твориться ТАКОЕ. А уж когда Сергей Михайлович нанес ответный удар, в мелкие дребезги разнеся репутацию флота и его генерал-адмирала...
  
   5.
  
   Первыми на дикий крик прибежали Сандро, великий князь Александр Михайлович, и одна из новых фрейлин Её Величества, с которой он как раз пытался найти общий язык. И уже почти добился успеха, когда в соседнем коридоре раздался вопль смертельно напуганной женщины, прорезавший шум гремящего во дворце Большого Осеннего Бала-Маскарада не хуже пробивающего хауберк флорентийского стилета.
   Выбежав из-за угла, Сандро и одетая испанской танцовщицей фламенко фрейлина обнаружили женщину, одетую в костюм императрицы Жозефины с портрета Прюдона. Она стояла, всем телом вжимаясь в стену коридора, словно пытаясь уйти от кошмарного зрелища. Напротив нее, прямо в дверях небольшого уютного алькова - Сандро знал этот альков и позже надеялся показать его кокетливой Испанке - лежал навзничь огромного роста тучный мужчина в окровавленном костюме пирата Черная Борода. Рядом с трупом, прямо в луже крови, стоял Пьеро и безумно хихикал.
   -- У него револьвер! - перебил визг "Жозефины" резкий голос лейб-фрейлины. И она дважды выстрелила в Пьеро из внезапно появившегося у неё в руке крошечного двуствольного пистолета. Судя по языку пламени длинной ладони в две и тому, как отшвырнуло назад одетого в белую хламиду человека с выбеленным лицом (впрочем, уже без лица - вторым выстрелом ему разнесло череп), патроны в "Дерринджере" были ну ОЧЕНЬ мощные.
   -- ...! - выругалась она в следующую минуту, роняя пистолет и хватаясь за кисть руки. -- Больно-то ка-ак... Что это за клоун?
   -- Это Пьеро, - рассеянно отозвался великий князь, рассматривая намертво сжатый покойником револьверчик. Явно дамская игрушка, никелированная фиговина типа "Смит-Вессон" с коротким стволом небольшого, менее трех линий даже калибра. И наверняка с перламутровыми щечками рукояти. В барабане - семь стрелянных гильз.
   -- Я и говорю - клоун! - качнула заколотой высоким гребнем копной волос смуглянка-фрейлина, ощупывая пострадавшую от мощной отдачи часть тела.
   -- Это не клоун, - простонала "Жозефина", переставшая визжать сразу, как только в коридоре загрохотал "Дерринджер". -- Это мой муж!
   И упала в обморок. Сандро едва успел подхватить на руки нежную муслиновую ношу. И только теперь он узнал её. Божественная Зи! Понятно, почему костюм Жозефины... И понятно, кто там лежит. Даже бороду отцеплять не надо.
   Сандро долго потом стыдился этого, но первой его мыслью был вздох облегчения.
  
   6.
  
   В принципе, любую, даже самую сложную мысль, можно свести к одному или нескольким простым положениям. И оттуда уже развивать вширь и вглубь - вплоть до достижения уровня полной непонятности.
   Итак, флот. Точнее, ФЛОТ. Военно-Морские Силы.
   Основная военно-морская доктрина, молчаливо или не очень молчаливо признаваемая всеми хоть сколько-нибудь разбирающимися в проблеме профессионалами, а также и многими любителями, именуется "Теорией Морского Могущества". Или - "Морской Мощи". Что, в принципе, одно и то же.
   Её постулаты просты и строги, как математические теоремы. Первый: судьба любого военно-морского конфликта решается генеральным сражением, основную роль в котором играют главные корабли флота - это могут быть древнегреческие триремы, древнеримские либурны, каракки эпохи Возрождения... в любом случае это - опорные корабли флота. Его становой хребет и главная ударная сила. Второй постулат, прямо вытекающий из первого: той стороне, у которой основных кораблей больше, победить гораздо проще.
   Из этой теории помимо всего прочего следует и простая мысль, столь же ясная, как и постулаты самой доктрины. При столкновении первого по числу кораблей флота со флотом, располагающимся в этой "Табели о рангах" на второй строчке, тот, который N2, проигрывает почти автоматически. Просто потому, что он - ВТОРОЙ.
   Естественно, никому, кроме англичан, эта мысль удовольствия не доставляла.
   Первым, что приходило в головы огорченным флотоводцам держав N2, N3 и всех прочих, лежащих ещё ниже, была простая идея построения недостающего количества кораблей. Мысль была действительно простая, но трудноосуществимая на практике. Для начала - потому, что всего на всех не хватит. Имеющееся количество основных кораблей есть тот максимум, который экономика способна выдержать, не загнувшись от перегрузок. Ведь каждому мальчишке хочется иметь побольше красивых игрушек... А каждому политику - побольше увесистых аргументов на переговорах. И только глупцы думают, что личные связи могут заменить парочку броненосцев.
   Для того, чтобы "прыгнуть выше головы", надо... Три "либо".
   Либо - угробить экономику в надежде отыграться после победы.
   Либо - сократить расходы на все остальное. Опять-таки в надежде отыграться на побежденных.
   Либо - развить экономику до такой степени, чтобы пропорционально увеличивающийся сектор бюджета позволил строить именно столько, сколько хочется.
   Имеются еще два варианта, касающиеся распределения средств. Нестабильные модификации. И противоположные друг другу.
   Первый подход предполагал строительство дешевых кораблей - мониторов, броненосцев береговой обороны, таранных броненосцев... Это позволяло построить равное, а то и превосходящее количество вымпелов - что не могло не радовать политиков, позволяя им с радостным видом врать электорату насчет того, что "броня крепка, линкоры наши быстры". Ни на что большее эти корабли, как правило, не годились. В случае начала настоящей войны их - опять-таки, как правило - старались не выпускать дальше рейдов военно-морских баз. Или - при ПОЛНОМ отсутствии противника - использовали для поддержки сухопутных войск.
   За всю историю этого нелепого вида "броненосцев, берегами охраняемых", в боевых действиях против кораблей противника участвовали только три корабля - русские БРБО "Адмирал Ушаков", "Адмирал Сенявин" и "Генерал-адмирал Апраксин". Все три входили в состав 3-й Тихоокеанской эскадры, первый из них погиб при Цусиме, два остальных спустили флаг перед японцами. Показательно, что это был полномасштабный бой броненосных эскадр, классическое генеральное сражение. В котором гораздо больше пользы принес бы один нормальный эскадренный броненосец, нежели эти три недоразумения!
  
   7.
  
   Некоторые державы придерживались подхода прямо противоположного - они строили кораблей даже меньше, чем могли бы. Но эти корабли, компенсирующие количественное отставание качественным превосходством, были - или должны быть - таковы, что противник, будучи в соотношении 1:1, с ними предпочел бы не встречаться.
   Отличными примерами такого подхода являются итальянские корабли, спроектированные Бенедетто Брином - броненосцы типа "Дуилио", "Андреа Дориа" и "Ре Умберто" и "картонки" типа "Италия". Эти корабли имеют максимально тяжелое вооружение и наибольшую возможную скорость, ради чего итальянцам пришлось пожертвовать защитой. Корабли "Италия" и "Лепанто", например, вообще не несли бортовой брони! Благодаря чему итальянские "броненосцы", фактически являвшиеся сверхтяжелыми крейсерами, могли навязать бой тем, кого превосходили, и легко уйти от тех, с кем не рассчитывали справиться.
   Елка могла бы добавить к этому и свой пример - она-то, в отличие от читавшего ей эту лекцию адмирала Макарова, кое-что знала и о будущем. Которое здесь, вероятно, никогда уже не наступит.
   Подход японцев отличался оттенком. Итальянцы схватку за господство на море не планировали даже в страшном сне, потому задачи флоту ставили ограниченные. И весьма специфические - в основном роль итальянского флота в стратегии Тройственного Союза заключалась в том, чтобы угрожать английской коммуникационной линии, идущей через Средиземное море. Защищая эту линию, жизненно важную для их империи, англичане ПОНЕВОЛЕ вынуждены будут ослабить Флот Метрополии. И этим моментом воспользуется немецкий флот - получающий благодаря Италии возможность навязать сражение в условиях если не благоприятных, то все же не настолько плохих, какими они могли бы быть, если бы Средиземноморье не поглотило часть сил и внимания несоизмеримо более могущественного британского льва.
   Япония же не исключала для себя и генерального сражения. Для которого требовалась не столько скорость, сколько мощь и боевая устойчивость. А экономика у Страны Восходящего Солнца в те годы была далеко не в лучшем состоянии. И даже более того. Так что когда в середине 30-х годов специалисты Бюро военного кораблестроения начали создавать проект линкора нового поколения, в него ИЗНАЧАЛЬНО были заложены характеристики, исходящие из соотношения 1:3. Самые большие в мире орудия главного калибра - 460 мм! - и самая толстая броня обеспечивали кораблям типа "Ямато", заслуженно носившими титул "мегалинкоров", абсолютное превосходство над любыми современниками. А вот скорость их была явно недостаточной.
   К сожалению, японцы недооценили психологический эффект: завеса секретности, сотканная ими вокруг линкоров типа "Ямато", развеялась только в 50-х годах. А если бы американцы ЗНАЛИ, какие на самом деле СКАЗОЧНЫЕ чудища могут повстречаться их новейшим и очень дорогостоящим линкорам типа "Вашингтон"... Они были бы как минимум намного менее решительными в планировании операций.
  
   8.
  
   Отсюда - переход к заканчивающей парад "линкорных" доктрин "Теории риска", состыковывающейся с концепцией "fleet in being". Дословно это переводилось как "флот в бытии" или "существующий флот" и использовалось как общеупотребительное обозначение достижения военно-морской мысли, в краткой формулировке звучащего приблизительно следующим образом: "Флот оказывает влияние [на политику и стратегию] самим фактом своего существования".
   Вырастающая из неё "теория риска" шла немного дальше и сильно наискосок. Она заранее соглашалась с тем, что флот N1 неизбежно победит в столкновении с флотом N2. Однако - какой ценой? Потери, понесенные в ходе генерального сражения, могут быть настолько тяжелы, что флот державы, удержавшей свой титул "Владыки Морей", окажется слабее, чем флот державы N3, в конфликте не участвовавшей вовсе!
   Эта крайне интересная теория была слаба в одном - она фактически превращал военно-морские силы в инструмент политического давления на психологию противника, заменяя боевую силу на грозный вид. Корабли строились не для того, чтобы побеждать в генеральных сражениях, а для того, чтобы пугать вражеских политиков! Для чего им требовалось, как минимум, не потонуть в первом же бою. В прошлой реальности сочетание "теории риска" с доктриной "fleet in being" и обычным нежеланием рисковать ОЧЕНЬ дорогими кораблями привело Германию к катастрофическому поражению в Первой Мировой Войне. В 1914 году шансы у немцев ещё были - а вот в 1916 году их уже не оказалось. И то, что следствием Ютланда стало падение Британской империи, вряд ли утешало германских адмиралов - поскольку было последствием ну очень отдаленным. А вот самозатопление германских кораблей в Скапа-Флоу случилось всего лишь три года спустя!
  
   9.
  
   Теоретикам генеральных сражений кораблей основного класса - в 90-х годах XIX века это были эскадренные броненосцы - противостояла французская "Jeune Ecole", созданная в конце 1870-х годов под влиянием успехов русских минных катеров в борьбе с турецким флотом на Черном Море. Гиацинт Об, адмирал и морской министр, главный теоретик, фактически и создавший эту школу, вывел из действий парохода "Великий князь Константин" и его героического капитана мысль, что с любым кораблем, включая и эскадренный броненосец, может справиться обычный минный катер. Стоящий, по сравнению с тем же самым броненосцем, сущие гроши. Логике это, в общем, не противоречило, а потому мысль оказалась привлекательной. Тем более, что и практикой она была проверена - монитор "Сейфи", бриг "Османие" и пароход "Интибах" потоплены, броненосец "Иклалие", монитор "Ассари Шевкет" и канлодка "Хивзи Рахман" тяжело повреждены - а возразить столь заманчивой мысли ни у кого рука не поднялась.
   По крайней мере, для Франции, перманентно готовившейся к войне с Англией, берега которой через пролив Па-де-Кале можно увидеть в хороший бинокль, минные катера и миноноски действительно могли заменить корабли основного класса. Атакуя одновременно с разных направлений, они способны были пустить ко дну любую эскадру, состоящую из тихоходных неповоротливых броненосных кораблей! Адмирал Об недаром сравнивал свои минные суда с москитами, способными, собравшись большой стаей, насмерть зажалить громоздких неповоротливых бегемотов-броненосцев.
   В самом скором времени вслед за французами с воплем "А я это же самое давно говорил!" хлынули и все остальные. В особенности идея "москитного" флота понравилась тем, у которых экономики на сильный броненосный флот не хватало. Однако Франция, гордясь своим приоритетом в теории, боролась за первое место в практике. К лету 1896 года в строю французских ВМС окажется триста семьдесят "torpilleurs"!
   В глазах людей, не столь озабоченных доктриной "Jeune Ecole", это было довольно сомнительное достижение - хотя бы потому, что миноносец 1-го класса, имевший водоизмещение в 100--150 тонн, при скорости в 25--27 узлов имел дальность плавания в 500--600 миль и совершенно ничтожную мореходность. Миноносец 2-го класса, в русской терминологии именовавшийся "миноноской", был в этом отношении ещё хуже, а единственным его плюсом была возможность переброски по железным дорогам и внутренним водным путям - что позволяло оперативно собирать мощнейшие ударные кулаки из десятков и даже сотен кораблей на нужном театре.
   На фоне этих характеристик декларируемая "молодой школой" и лично адмиралом Обом возможность использования миноносцев в войне против вражеской (читай - английской) морской торговли, выглядела сущим бредом.
  
   10.
  
   Российская доктрина крейсерской войны, разрабатываемая в теории на случай войны с Англией, предполагала взаимодействие вспомогательных крейсеров, переоборудованных из обычных лайнеров, сухогрузов и грузопассажирских пакетботов, с бронепалубными и броненосными крейсерами.
   Соединение, включающее два--три пакетбота с установленными на заблаговременно подкрепленной палубе 120-мм скорострелками, бронепалубник типа "Адмирал Корнилов" и броненосный крейсер типа "Рюрик", способно не только потрошить купцов и отправить на дно случайно подвернувшийся колониальный крейсер, но и нанести дружественный визит какому-нибудь не шибко хорошо охраняемому порту. А какие из них охраняются хорошо?
   По европейским меркам на гордое звание "береговой обороны" могут претендовать разве что батареи Сингапура. Все остальное - в лучшем случае якорные стоянки, прикрытые либо полевыми орудиями, стоящими здесь исключительно "для галочки", либо гладкоствольным антиквариатом времен Ост-Индской Кампании. Тридцатипятикалиберные восьмидюймовки "Рюрика" устарели на поколение только для Европы, по меркам же этой, с позволения сказать, "обороны", или колониальных крейсеров, древних жестянок ажно в две тыщи тонн с тремя--четырьмя армстронговскими шестидюймовыми "аргументами" в те же тридцать--тридцать пять калибров...
  
   11.
  
   Закончив кратенький обзор основ, Степан Осипович хотел было перейти к глубинам... Но Елке-Аликс было довольно и этого - в сочетании тем, что попалось ей на глаза и пролилось в уши во время склоки между генерал-фельдцехмейстером и генерал-адмиралом, а также с опытом Первой и Второй мировых войн. Применить его пока что возможности не представлялось, но парой интересных идей она с адмиралом все же поделилась. Атакующие минные заграждения, замаскированные минзаги, развитие приборов управления артиллерийским огнем, увеличение процентного содержания взрывчатки в фугасных снарядах, радиосвязь, увеличение калибра торпедного вооружения и количества аппаратов в одной установке...
   Вместе с постом начальника Департамента ВМС Имперской ЕИВ Канцелярии и должностью Морского секретаря Его Величества адмирал Макаров получил и карт-бланш на кадры. Поскольку пока что в его департаменте не было никого, кроме канцелярских крыс, что попали в него вместе с выведенными из состава ГлавМорШтаба "кадрами", отделом личного состава. В дополнение к этому требовались ещё пять--шесть офицеров, способных сыграть роль не только личного генштаба Императрицы, но и Большого Флотского Генштаба. Поскольку ничего похожего у российских военно-морских сил не было!
   Осуществлять ПОСТОЯННОЕ перспективное планирование военно-морского строительства было просто-напросто некому. Орган для осуществления такой задачи отсутствовал в природе.
   Из шести фамилий, названных Степаном Осиповичем на следующее утро, Елка смогла вспомнить только двоих - фон Эссена и Григоровича. Тридцатитрехлетний каплей Николай Кладо также особых нареканий не вызывал - с отличием окончил Николаевскую Морскую академию, преподавал военно-морскую историю и тактику в Морском Училище и военно-морское искусство в Морской академии. А главное - Мэхэна переводил! Значит, имеет понятие о классической стратегии. Степан Осипович, при всех его достоинствах, был все-таки склонен переоценивать некоторые свежие идеи, Елке казавшиеся несколько... сомнительными. Конечно, хорошо, что адмирал, в его-то возрасте, сохранил юношескую энергию. Борьба с гидрой российской бюрократии требует чего-то подобного. Но вот юношеский максимализм был в его положении совершенно лишним. Эта почти маниакальная увлеченность Степана Осиповича "эльсвикскими" крейсерами... Конечно, Елена Зеленина не была специалистом, а он-таки был. Зато она прозревала будущее - а вот он мог только строить предположения. Пусть и достаточно обоснованные.
   Остальные трое "штабистов Ея Величества"... Капитан 2-го ранга Бострем, капитан-лейтенанты Брусилов (младший брат ТОГО САМОГО Брусилова, автора Брусиловского прорыва) и Воеводский...
   Ну, Макаров их выбрал, ему с ними работать... И ему же за них и отвечать.
  
  
  
  
   ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
  
   1.
  
   Реформа, проведенная ураганным темпом - в течение трех дней полторы дюжины Высочайших приказов полностью изменили всю структуру Военного и Морского Ведомств - вкратце сводилась к уменьшению роли бюрократов из этих самых ведомств.
   До этого существовали министерства, им подчинялись Главные Штабы, и уже внутри них... В Военном Министерстве имелось подчиненное Главному Штабу Главное Управление Генерального Штаба, фактически являвшееся всего лишь одним из канцелярских "столов" обширного бюрократического аппарата. Включавшего, помимо ГлавШтаба и ГУГШ, ещё Канцелярию ведомства, Военный совет из двух дюжин "опытнейших генералов", шесть Главных управлений: интендантское, артиллерийское, инженерное, военно-медицинское, военно-учебных заведений и военно-судное - и одно управление "просто", канцелярию Александровского комитета о раненных, три военных богадельни... И пять управлений инспекторских: генерал-инспекторов артиллерии, кавалерии, по инженерной части, военно-учебных заведений и стрелковой части в войсках.
   В Морском Ведомстве роль, отдаленно напоминающую роль генерального штаба, исполнял Военно-Морской Ученый Отдел - но особой нужды в оперативном или каком-либо ином планировании как-то не ощущалось: операция "Босфор" была разработана так, что лучше не бывает, а других морских войн руководящий флотом генерал-адмирал и его подпевалы из министерства не ожидали. Флот существовал для ценза, карьеры и - для великого князя - казенных сумм, которые можно тратить на собственные нужды. Ещё в числе центральных учреждений были Канцелярия, Адмиралтейств-Совет, Главный Морской Штаб в два отдела, ВМУО и личного состава, Главное Гидрографическое Управление, Главное Управление Кораблестроения и Снабжения, Морской Технический Комитет в пяти частях - Артиллерийская, Судостроительная, Механическая, Минная и Строительства береговых зданий - и Главное Военно-Морское Судное Управление с Главным Военно-Морским Судом. А также Управление Главного Медицинского Инспектора Флота, Отдел по делам Эмеритальной кассы МорВеда и Архив Морского Министерства.
  
   2.
  
   В результате реформы ситуация поменялась зеркально. Отныне существовал объединенный Имперский Генеральный Штаб, главной задачей которого было перспективное планирование - не только сухопутных и морских операций, но и вообще всех сил и средств, выделенных Империей для "продолжения политики иными средствами". То есть в сферу ответственности Генерального Штаба Российской Империи попадала военная стратегия и предвоенное оперативное планирование. Мысль о том, что для достижения р-решительного успеха потребуется более двух-трех месяцев и одной стратегической наступательной операции, казалась генштабистам конца XIX века ересью. Да Александра Федоровна особо и не настаивала, признав свою некомпетентность...
   И напросившись вольнослушательницей на занятия Николаевской академии.
   Желание Императрицы - закон для её подданных. Пусть даже и желание, и Императрица - такие странные, что дальше просто некуда. Но даже последняя собака из аппарата бывшего ГУГШ знала, кому она обязана высшим счастьем - избавиться от мелочной бюрократической опеки сбрендивших на "экономии" канцелярских крыс, давным-давно променявших честную службу "под погонами" на тепленькое местечко в Министерстве...
   Генеральный Штаб Вооруженных Сил Российской Империи включал в себя и подчинял себе три основные части - квартирмейстерскую, Инспекторат и Управление. Последние две были объединены под крышами Главных Штабов - ГШСВ и ГМШ, Сухопутных Войск и Морского. Оба они являлись структурами, жестко подчиненными ИГШ.
   Взаимоотношения между "победителями", каковыми считались "фазаны"--генштаби-сты, и "побежденными", в роли которых пришлось выступить "чернильницам" из министерских канцелярий, были далеки от идеала. Но Высочайший приказ, четко расписывающий права и обязанности каждой инстанции, не оставил ведомственным бюрократам выбора. К тому же вновь назначенные министры не имели ни авторитета, ни связей в высоких сферах - на посту военного министра авторитетнейшего генерала Ванновского сменил мало кому известный за пределами военных кругов генерал Куропаткин, а Морское ведомство вместо Чихачева возглавил столь же малоизвестный адмирал Асланбеков.
   По новому уложению оба министерства были подчинены ИГШ и входящим в него Главным Штабам, а единственной их обязанностью отныне была администрация всякого рода. Проще говоря - добывание и распределение денег. Чтобы подчеркнуть этот "чисто административный" статус, начальники получили указание на службу надевать мундиры не офицерские, а чиновные. И хотя это означало повышение - для Куропаткина, всего лишь генерал-лейтенанта, аж на два ранга, поскольку чин Имперского Министра по Табели относился ко II классу... Но новые "чиновники" восприняли это крайне негативно.
   Как и их "товарищи по несчастью", те, что в свое время выбрали не строй, а "теплое местечко": только в одной Канцелярии Военного Ведомства в "штатское" состояние были обращены одиннадцать (!) генералов и двадцать пять офицеров. Блистательные полковники и капитаны, внезапно превратившиеся в каких-то СОВЕТНИКОВ и СЕКРЕТАРЕЙ, хором взвыли. Но было поздно.
  
   3.
  
   Собственно Имперский Генеральный Штаб делился на пять главных управлений, подчиненных пяти пронумерованным генерал-квартирмейстерам, два отдела, три службы и отдельное Центральное управление: отделы "организации ГенШтаба" Ц-1, ведающий вопросами организации работы и внутреннего порядка в Генеральном Штабе и управлением Корпуса Генштабистов, и "общевойсковой боевой подготовки" Ц-2, занимавшийся отработкой взаимодействия родов войск от бригады и выше, а во время войны также обобщением и распространением нового опыта в боевой подготовке войск и командного состава действующей армии и армии резерва - если это не проводилось по линии отдельных родов войск, а касалось общевойсковых соединений.
   1-й генерал-квартирмейстер возглавлял Оперативное управление, состоящее из четырех отделов. Здесь составлялись планы операций, а во время войны с его помощью Верховный Главнокомандующий оперативно руководил войсками. В задачи "операторов" входила подготовка директив, анализ и обработка оперативной информации, распределение сил и средств в действующей армии и флота. Отделы делились по направлениям - I-а "Европа", I-б "Юг", I-в "Восток" и I-м "Морской".
   2-й генерал-квартирмейстер начальствовал над Организационно-Мобилизационным Управлением, в которое входили отдел российской статистики II-а ("Ростат-отдел"), собиравший всю возможную статистическую информацию о России - в первую очередь военную и военно-промышленную, но не только, мобилизационный отдел II-б и отдел II-в, в ведении которого находились вопросы организации войск действующей армии (потому чаще он именовался "ОРДА"). 3-й отдел также определял права и обязанности создающихся инстанций действующей армии и разрабатывал вопросы организации высших органов управления военного времени.
   В подчинении 3-го генерал-квартирмейстера находилось Главное Разведывательное Управление - всего восемь отделов, включая три аналитических: отделы III-а, "Иностранная статистика--Европа", III-б, "Инстат--Юг" и III-в, "Инстат--Восток". Добыванием информации занимались два отдела: через 7-й, "Военно-Дипломатический", проходила вся информация, добытая военными и морскими атташе, а 9-й отдел - "Земля" - ведал разведывательными и контрразведывательными пунктами в штабах приграничных военных округов, флотов и бригад ОКПС, Отдельного Корпуса Пограничной Стражи. Отдел III-д именовался "группой технического обеспечения" - здесь делали фальшивые документы, мгновенно смывающуюся краску для волос, ядовитые карандаши, стреляющие портсигары... и тому подобные чудеса из фильмов о Джеймсе Бонде. 11-й отдел состоял из двух групп - связи и шифров. "Отдел Особых Операций" - три "О" или "Три--О". Поэтому отдел получил 15-й номер - III-o. Такая типа шутка. В составе отдела имелась группа "Центр", планировавшая и осуществлявшая стратегические... операции, и управление "Терра", в ведение которого входили батальоны особого назначения, оперативно подчиненные армейским и фронтовым штабам, а также морской особый отряд "Нереида".
   4-й генерал-квартирмейстер руководил Управлением полевого материально-технического снабжения. Ему подчинялись отделы руководства снабжением войск, военной администрации и собственно материально-технического снабжения. В тот же IV-в входили транспортная и инженерная службы полевого тыла.
   5-й генерал-квартирмейстер во время войны, когда ИГШ делился на Ставку Верховного Главного Командования и тыловые органы штаба, оставался в Петербурге и осуществлял контроль за всеми тыловыми органами ИГШ. В его подчинении находилось Научное управление - отделы военно-научный (V-a), занимающийся "направлением ученой деятельности генерального штаба и развитием образования в армии", военной истории и геральдики (V-б) и топографический (V-в), гидрографическая и метеорологическая службы. Отделу V-в был подчинен особый Корпус Топографов.
   Две службы имели свои собственные штабы и разветвленную инфраструктуру.
   Служба связи обеспечивала связь с войсками, а также получение информации о противнике при помощи средств связи (прослушивание) и создание помех действиям систем связи противника. В подчинении начальника службы связи находились войска связи и фельдъегерский корпус.
   Военно-транспортная служба ведала вопросами перевозки войск и грузов для армии, в подчинении её начальника находились железнодорожные войска.
   Культурно-воспитательная служба занималась культурой и воспитанием - отделы печати, библиотек, спортивный, школ грамотности, художественной самодеятельности... Сюда же собирались отнести и войсковых священнослужителей - тоже игра слов: одновременно культ как религиозный культ и сокращение от культуры... Но Её Величество вовремя опомнилась.
   Заканчивали список отделы полевой почты и гражданских дел.
  
   4.
  
   Главные Штабы были разделены на Инспекторат и Управление. Управление ГШСВ включало Главное Артиллерийское Управление, Главное Интендантское Управление, Главное Военно-Инженерное Управление, Главное Военно-Медицинское Управление, Главное Управление Ветеринарии и Ремонтирования, Главное Управление Военно-Учебных Заведений и Главное Военно-Юридическое Управление.
   Инспекторат ГШСВ состоял из Управлений генерал-инспекторов. При этом в ходе реорганизации к существующим генерал-инспекторам артиллерии, кавалерии, военно-учебных заведений и стрелкового дела в войсках должны были добавиться Управления генерал-инспектора по мобилизации и резервным войскам и генерал-инспектора полевого тыла. Одновременно Управление генерал-инспектора "по инженерной части" разделилось на четыре - инженерно-саперное, крепостное, железнодорожных войск и войск связи.
   В их задачу входили все сферы, связанные с боевой подготовкой отдельных родов войск и специальностей, в первую очередь - разработка Уставов и наставлений, контроль за их точным осуществлением и соответствием обстановке и обобщение боевого опыта. А также и постоянный надзор за тем, чтобы оружие и вооружение войск полностью соответствовало требованиям как уставов, так и времени.
   В состав МГШ вошли ГУКиС, МТК и Медицинское и Юридическое Управления. Это из старого состава. В связи с передачей в ведение флота морских крепостей со всеми их службами, включая артиллеристские батальоны и крепостную пехоту, созданием подразделений Морской Пехоты и другими новшествами в структуре ВМС пришлось создавать и управления для них.
   Генерал-инспекторов в ВМС не было, но начальники Управлений ("Эскадренного Боя", "Войны с Торговлей" и "Береговой Обороны") и отделов - Броненосцев, Крейсеров, Торпед и торпедных Кораблей, Мин и минных заградителей, Береговой и корабельной Артиллерии и прочих - должны были выполнять фактически те же функции.
   Таким образом процедура - в идеале - выглядела следующим образом.
   Генеральный Штаб имеет полные, подробно разработанные планы операций на случай абсолютно любой войны. Даже самой маловероятной. А также он имеет планы перспективного развития вооруженных сил - исходя из ПРИОРИТЕТНЫХ возможностей. То есть, скажем, в данный момент наиболее вероятна война с державой X, в то время как войны с державами Y и Z считаются несколько менее вероятными. Россия, превосходя державу Х в некоторых отношениях, во многих других уступает. Что нужно сделать для того, чтобы военные возможности России более соответствовали военным возможностям державы Х - в этом квартале? В этом году? В следующем году? В ближайшие пять лет?
   Далее - Главные Штабы. Эти имеют дело с реальностью. С тем, что УЖЕ ЕСТЬ. Их задача - обучение. Выработка и закрепление ТАКТИКИ и РЕФЛЕКСОВ: первое означает действие отдельных частей и их соединений, а второе - действия отдельного бойца. Здесь пишут наставления и уставы, стремясь к тому, чтобы обучение войск наиболее соответствовало имеющимся возможностям. И жестко контролируют процесс обучения, стремясь к тому, чтобы каждый солдат в любой напряженности бою действовал именно так, как ДОЛЖЕН. А не как ему в голову взбредет. И чтобы подразделения и части, от роты до полка, действовали, как единое целое.
   Министерства же имеют дело с тем, чего постоянно нет. С деньгами. Их задача - финансирование. Те самые перспективные планы, разработанные Генеральным Штабом, воплощаются именно здесь. Строительство дорог и крепостей, казарм и арсеналов, заказ патронов, винтовок, сапог, шинелей, котелков, артиллерийских орудий, колючей проволоки, пороха, снарядов, взрывчатки... и ещё десятков тысяч вещей. И каждая мелочь здесь может стать РЕШАЮЩЕЙ. Ну, по крайней мере, очень значимой. Не заикаясь даже о боевом снабжении - винтовки, патроны, снаряды, пушки, пулеметы, колючка... Тут все ясно. Про "снарядный кризис" 1915-го года не слышали только глухие. И про винтовки, которых уже весной 1915 года пришлось закупать за границей, тоже все знают.
   А вот история не такая громкая. О... сахаре.
   Солдат должен получать свою норму сахара - сколько-то там стаканов сладкого чаю. В полевых условиях - соответствующее количество чайного листа и сахара. Просто, понятно, удобно. И очень полезно - в холод, дождь, в полном воды окопе... Так вот, в 1916 году он этот, положенный ему сахар, получать перестал. Причем, что самое смешное, сахар в стране был. Его было даже довольно много. Но это был НЕ ТОТ сахар - песок, а не рафинад. Не ясно? Кусковой, пиленый сахар солдат может завернуть во что-нибудь, положить в карман, и после боя выпить чай с сахаром - растворив или вприкуску, это уж как душа желает. А куда и как он денет четверть фунта сахарного песку?
  
   5.
  
   Тяжелый, властный обскурантизм Ванновского, поставленного покойным Императором прежде всего для того, чтобы найти опору политике "контрреформ", привел к тому, что в российской военной науке, и без того сильно ослабленной многолетним господством "гатчинских" плац-парадных взглядов, изначально унаследованных Александром I и Николаем I от своего покойного батюшки, а затем воспринятых и "творчески развитых" воспитанными с 1801 по 1856 годы генералами и офицерами, воцарилась рутина. Опыт Русско-Турецкой войны совершенно не был использован и пропал даром, отразившись лишь в мелочах. В генеральских головах царили погубившая в 1877-1878 году российскую победу на Балканах отрядная система, а поддерживаемая рутинерами религия "резервов" и "заслонов" служила ей теоретическим обоснованием. Проект нового полевого устава лежал под сукном уже лет пятнадцать. А учитывая, что средний возраст командующих военными округами, будущих командующих армиями и фронтами Действующей Армии, несколько превышал шестьдесят лет...
   Застой царил везде. Престарелые генералы, последние четверть века упражнявшие мозги только расписыванием пулек, учили войска так, что у некоторых офицеров, отличавшихся повышенной чувствительностью и патриотизмом, волосы вставали дыбом.
   Окружная система обучения полностью зависела взглядов командующих войсками. В одном и том же округе система менялась с каждым новым командующим. Если этот последний был артиллеристом, то интересовался лишь своими бригадами, предоставляя командирам пехотных и кавалерийских частей обучать войска как то им заблагорассудится. Назначают сапера - и начинается увлечение "гробокопательством": сооружение полевых укреплений, самоокапывание без конца при полном пренебрежении ко всему остальному на свете. Сапера сменял малиновый стрелковый кант - фортификация немедленно упразднялась, и все обучение сводилось к выбиванию "сверхотличного" процента попаданий на стрельбище. Наконец появлялся представитель драгомировской "школы", провозглашал, вслед за своим гуру, что "пуля дура, штык молодец!" - и стройно идущие под барабан густые цепи начинали одерживать блистательные и сокрушительные победы над обозначенным противником.
   Опыт больших двусторонних маневров, устраиваемых по настоянию возглавлявшего Академию Генерального Штаба генерала Обручева, не только не представлял особой ценности, но и был объективно вреден. Обе стороны всегда бывали одинаковой силы, составлены по одинаковому шаблону и в одной и той же пропорции родов оружия. Что при среднем и весьма среднем уровне начальников вело к отсутствию оригинальности, стратегическим и тактическим общим местам, трафаретной постановке задач и шаблонному их выполнению. Посредники вели кропотливый и тщательный подсчет батальонов - и та сторона, что успевала сосредоточить в данный момент и в данном пункте на один или два батальона больше, неизменно объявлялась победившей. В результате генералы все более и более проникались убеждением, что на войне все решает количество, управление войсками сводится к арифметике, а вывод этой арифметики неизменен: "с превосходящими силами в бой отнюдь не вступать".
   Арифметический подход вреден сам по себе, поскольку автоматически приводит к "отрядной" тактике. Генералы, соревнуясь в том, кто быстрее дезорганизует свое соединение, нарезав его на максимально возможное количество отрядов "трех родов оружия", искренне уверены в том, что четыре батальона, выдернутые из разных полков и сведенные под началом случайным образом выбранного из рядов офицера, значат ровно столько же, сколько и обычный пехотный полк! В сочетании с рутинерскими взглядами, полностью отрицавшими всю военную науку последних двадцати пяти лет, героическим ореолом "железных" защитников Шипки и катастрофическими потерями при штурмах Плевны, воспринятых доктринерами как окончательное доказательство явного преимущества обороны перед наступлением, "арифметика" превращается в самую настоящую мину замедленного действия.
  
   6.
  
   Кареты, сопровождаемые казаками Собственного ЕИВ Конвоя, остановились у охраняемого вознесенными на высокие постаменты старинными пушками подъезда большого дома на Литейном ровно без пяти десять. Из передней, поменьше, но явно более дорогой, вылезли две дамы и оснащенный большим портфелем мужчина лет сорока пяти в мундире генерал-майора Свиты. Из второй десантировались сразу четыре дамы, все они зябко прятали ладони в большие меховые муфты. Несмотря на то, что до настоящих холодов было ещё далеко, эта привычка не вызвала ни капли удивления у людей, сгрудившихся у громадных окон расположенного на втором этаже, прямо над главным подъездом, обширного зала заседаний Артиллерийского Комитета.
   Собравшиеся на сегодняшнее совещание генералы и профессора, имевшие возможность пронаблюдать прибытие императрицы воочию, хоть краем уха, да слышали истории о "новых фрейлинах" государыни - за неполный год своего существования "Росомахи" Александры Федоровны успели приобрести кое-какую репутацию - правда, почти исключительно скандальную. Но это "почти" было весьма... зловещим. Очень уж туманные слухи ходили о причинах смерти генерал-адмирала. Это, в конце концов, уже не первая в семье Романовых смерть от апоплексического удара - табакеркой в висок или вилкой в шею! А о том, что на одном из полигонов ОСШ фрейлины упорно отрабатывают упражнение на выхватывание из муфты двух спрятанных в ней револьверов и стрельбу из них "по-македонски" с двух рук, члены АртКомитета если и не знали, то точно догадывались.
   Сегодняшнее заседание должно было стать для многих из членов комитета судьбоносным - низвергнуть в пропасть отставки или вознести к вершинам славы и процветания. Выводы комиссии генерал-майора А.А. Орлова, расследовавшей деятельность ГАУ, вроде бы полностью обелили исполнителей... Но - а что там этот особо близкий к императрице красавец-мужчина нарасследовал НА САМОМ ДЕЛЕ?
   Точнее, что ему предписали нарасследовать?
  
   7.
  
   В мертвой тишине зала подковки на каблуках модных "стрелецких" сапожек императрицы звучали небесным громом. За тянущимся вдоль окон длинным столом, покрытым темно-зеленой скатертью, собрались сотрудники шести отделов ГАУ - седьмой (по порядковому номеру - 5-й), оружейный, должен был собраться послезавтра, и не здесь, а в Царском Селе. К разработчикам стрелкового и холодного оружия у Александры Федоровны особых претензий не было - в отличие от "артиллерийских" отделов.
   Четверо фрейлин, благодаря парикам и гриму одинаковых, как близнецы, вытянулись вдоль стены, сложив руки за спиной. Так, чтобы, в момент выдернув укрытые под накидками штурмовые "Валькирии", мгновенно перекрестить зал длинными очередями. Пятая, бывшая чуть постарше остальных - Александра Михайловна была ровесницей императрицы - и красовавшаяся шифром гоф-дамы, всегда находилась на шаг слева и сзади государыни. Она предпочитала штурмовой "Валькирии" или "Фурии" шестидюймовую нержавеющую "Арфу-44" с компенсатором. И левая рука у неё всегда была занята толстой темно-красной кожаной папкой для бумаг со стальной подкладкой и кобурой.
   Развешенные по стенам портреты отличившихся деятелей АртКома неодобрительно смотрели на наглую девчонку, посмевшую вторгнуться в самое сердце исконно мужских владений. Свиты Его Величества генерал-майор истуканом замер позади кресла, предназначенного для председательствующего в собрании.
   Государыня прошлась по залу, останавливаясь за стулом то одного, то другого члена комитета:
  -- Что ж, господа, для начала... Сегодня утром Император подписал указ. Согласно ему должность Верховного Главнокомандующего является непременной обязанностью правящего государя как в дни войны, так и в дни мира. Министерства - Военное и Морское - отныне ведают только строительством, снабжением и администрацией. В обязанность Объединенному Генеральному Штабу Вооруженных Сил Российской Империи вменены стратегическое и оперативное планирование первого броска и все задачи, с этим связанные. Имперский Генеральный Штаб включает в себя, помимо прочих частей, Морской Генеральный Штаб и Генеральный Штаб Сухопутных Войск, которые состоят из инспекций родов оружия и отвечают за их боевую подготовку. Военный и Морской Департаменты Имперской ЕИВ Канцелярии отвечают за кадры офицерского состава и специалистов, их подбор, назначение и обучение, а также консультируют Государя по всему кругу вопросов - военных и морских соответственно. Артиллерийский Комитет вместе со всем главным артиллерийским управлением отныне входит в структуру Имперского Генерального Штаба и отвечает за разработку как сухопутных, так и морских артиллерийских систем всех классов и назначений. Для чего в его состав будут переданы соответствующие отделы Морского Технического Комитета. При этом морские крепости и вся структура береговой обороны вообще переданы в ответственность флота...
   Императрица немного помолчала, о чем-то задумавшись. В такие моменты Елка очень сожалела о том, что дамам неприлично курить вообще, а в особенности - курить трубку. Ведь сколько всего можно сделать, имея в руках трубку - прочищать, набивать, курить... Да даже и просто вертеть в руках - как великолепно можно держать паузу, вертя в руках трубку!
   -- Мало кто, даже из специалистов, задумывается над тем, как узок круг лиц, создающих тактико-технические задания на новые образцы оружия. И ещё меньше тех, кто понимает, насколько дорого ошибки этих, с позволения сказать, "экспертов", обходятся Империи и всем её подданным. Поэтому искренне, ИСКРЕННЕ надеюсь, что подобные ошибки в работе Артиллерийского Комитета больше допускаться не будут.
   Ещё раз прошлась.
   -- На этом вопрос закрыт.
   Села.
  -- А теперь перейдем к теме заседания. С генерал-майором Ивановым все знакомы? До недавних пор Николай Иудович являлся командиром крепостной артиллерии Кронштадта, а сегодня утром назначен начальником артиллерийского отдела Военного Департамента Имперской Его Императорского Величества Канцелярии. В каковом качестве и приглашен на заседание. Генерал, вам слово.
   Генерал вышел из ступора, откашлялся, длинно и витиевато поблагодарил за оказанную ему честь - кого он благодарил конкретно, так и осталось неизвестным, поскольку, в силу некоторых обстоятельств, конкретизировать некоторые черты некоторых принимающих ОСНОВНЫЕ решения личностей было бы несколько опрометчиво - и открыл портфель. Вскоре перед каждым членом АртКома лежала тонкая папка для бумаг, клейменая наклейкой "Особо секретно! Допуск не ниже А-3!".
  -- Итак, господа. Отныне полевая артиллерия будет иметь пять уровней. Батальонная. Полковая. Дивизионная. Корпусная. И тяжелая особого назначения. Четыре специализированных подвида полковых орудий - горные, конные, морские десантные и башенные. Четыре рода артиллерийских систем - пушки, гаубицы, мортиры, минометы. Начнем с нижнего. Прошу открыть восьмую страницу. Батальонные гаубицы должны иметь калибр в три дюйма и следующее устройство...
  
   8.
  
   Рождение первого ребенка, дочери, названной Ольгой - практически никак не отразилось на императрице. Ольга не оставила следов ни на фигуре, ни на планах государыни: уже через пять дней после родов Александра Федоровна оправилась достаточно, чтобы принять участие в тренировке фрейлин. А спустя две недели она выехала в Санкт-Петербург - наводить порядок в ГАУ и министерствах.
   Спустя еще два дня в Царское пожаловали гости - и это, пожалуй, было для Елки самым ответственным экзаменом. Не в том смысле, что самым сложным или, упаси Боже, решающим. Просто лично значимым. В конструировании, испытаниях и доводке тех образцов, что будут нынче представлены экзаменаторам, она принимала личное участие - в отличие, скажем, от того же немецкого 75-мм легкого пехотного орудия le JG-18, краткое описание которого она спихнула ГАУ под обозначением "3-дм батальонной гаубицы". Там была просто страничка вытащенного из памяти текста, табличка тактико-технических характеристик и две нарисованных от руки картинки, максимально точно воспроизводящих иллюстрации из справочника.
   А эти вороненые "детишки" были знакомы ей каждой своей пружиной, каждым узлом и механизмом. На заводике не хватало ещё почти трети необходимого оборудования, и хотя мастера были подобраны из тех Левшей, что способны блоху подковать, но иногда даже и этого оказывалось недостаточно.
   Ручная штучная работа, весьма почитаемая среди ювелиров, на строгом языке военной промышленности называется кустарщиной.
   Да что там говорить - многие детали и узлы оказывалось невозможно переставить с одного изделия на другое, изготовленное по тем же самым чертежам! Благодаря этому каждая вылезшая неполадка все больше индивидуализировала мертвое железо - и теперь среди изделий одного и того же образца не было и двух совершенно одинаковых.
  
   9.
  
   Оружейный отдел - как и весь артиллерийский комитет в целом - "состоял из старейших и опытнейших работников российского оружейного дела". Среди них были и участники венгерского похода 1849 года, и герои севастопольской обороны, и участники русско-турецкой войны... Высокий, седой как лунь профессор Эгерштром шутил, что он представляет в Оружейном отделе древнюю историю, когда русская армия была вооружена кремневыми и капсюльными ружьями, генералы Ридигер и Чагин являются представителями средней истории, когда в России появились первые казнозарядные винтовки, полковник же Мосин со своей трехлинейной магазинной винтовкой - это уже новая история.
   А грядущую новейшую историю предстояло воплотить молодым поручикам, вытащенным Елкой из глубин памяти и безвестности. Пока - безвестности. Потому что одного из них звали Владимиром Григорьевичем Федоровым - и нелегко же было найти во всей России одного-единственного нужного тебе В.Г. Федорова, если тебе о нем не известно ни черта, кроме инициалов! С Федором Васильевичем Токаревым было чуть полегче - в книге, посвященной автоматическим пистолетам России, о нем было вполне достаточно, чтобы его поиск не занял и нескольких дней. Но сейчас будущий создатель знаменитых ТТ и СВТ был двадцатичетырехлетним рукастым парнем, всего четыре года назад закончившим оружейное отделение Новочеркасской военно-ремесленной школы - пока Елка определила его в помощники Федорову, который вместе с ещё несколькими молодыми офицерами и рабочими "доводил до ума" ручной пулемет. Официально же он получил погоны урядника лейб-гвардии Уланского Её Величества полка и должность помощника начальника службы вооружений этого полка.
   "Оборотной стороной огромного опыта, сконцентрированного в ГАУ, было то, что человек в семьдесят лет не имеет уже, естественно, той энергии и инициативы, которые бьют ключом в более раннем возрасте - многих членов комитета уже тянуло на покой". И это в то время, когда проведение в жизнь необходимых Армии и Империи изобретений и мероприятий в условиях доминирования в России безликих бюрократов и слабовольных либералов "было сопряжено с большими трудностями, требовало необычайной настойчивости и сил".
   Вдобавок организация работ по военным изобретениям и усовершенствованиям в России была поставлена просто... омерзительно. Из-за системы "крохоборческой экономии" штат Артиллерийского Комитета был ужат до последней возможности, и расширить его не удавалось - не было средств. Немногочисленные работники крутились, как белки в колесе, но все равно ни черта не успевали, дела по большей части шли самотеком, потому что присматривать за ними у работников АК не было ни сил, ни времени...
   Один тот факт, что до перевода ОСШ в Царское Село и создания ЦСМЗ и механических мастерских АУЦ в распоряжении оружейного отдела АК вообще не было экспериментальной базы - никаких проектно-конструкторских бюро, экспериментальных лабораторий и опытных заводов, вообще ничего! Опытные экземпляры производились на одном из оружейных заводов - что, конечно, облегчало (хотя и не слишком) последующее массовое производство. Зато опыты это задерживало дико.
   Да что там говорить - в России не было ни одного ружейного полигона! Не то чтобы что-то там, а даже и простейшее, казалось бы, действие - измерение скорости пули - и то сделать негде и не на чем!
  
   10.
  
   Императрица свела знакомство с соратниками полковника Мосина ещё весной. Тогда на вооружение принимался револьвер Нагана, и Елка очень колебалась, стоит ли соглашаться с этим, принимать ли "наган" на вооружение. В принципе, это было почти то же самое, что и "3,4-дм пушка обр.1895" - в том смысле, что уже через пять--шесть лет появятся системы, которым револьвер будет уступать практически по всем показателям. Ну, а если уж армии нужен револьвер - что, в общем, глубоко неочевидно - так пусть это будет СОВРЕМЕННЫЙ револьвер с мощным патроном, а следовательно цельной рамкой, откидным в сторону барабаном и одновременной ручной экстракцией. Ведь по скорострельности "Смит-Вессонам", уже состоящим на вооружении, "Наган" уступает в разы! Англичане, между прочим, свои переломные револьверы, "Веблей" с "Энфильдом", использовали аж до начала 50-х годов, пока полностью на "Браунинги НР-35" не перешли. Так что можно вообще не суетится и оставить на вооружении те самые "Смит & Вессон Русский" III модели ("4,2-линейный служебный револьвер образца 1880 года") - только модернизировать слегка и новый патрон разработать. Куда как дешевле обойдется!
   Однако... Преимущества у "Нагана" все же были. Двуперая пружина в сочетании с малым импульсом отдачи обеспечивали великолепную точность, система обтюрации позволяла использование глушителя... Ну, и "единый" калибр - тоже, в своем роде, плюс. А главное - в тот момент Александре Федоровне с генералами ссориться было пока что рановато. Поэтому и поступил на вооружение "3-линейный револьвер Нагана образца 1895 года" двух модификаций: "офицерская" модель, обычный револьвер двойного действия с самовзводом, и "солдатская", предназначенная для вооружения пулеметчиков, урядников, вахмистров, старшин и кавалеристов - она имела только одинарное действие: перед каждым выстрелом курок надлежало взводить вручную. Это считалось необходимым "для предотвращения беспорядочной стрельбы и непроизводительного расхода патронов". И нельзя сказать, чтобы эти опасения были совсем уж безосновательны. В конце концов, в барабан "Нагана" помещалось только семь патронов - и попробуйте-ка перезарядить его, сидя в седле во время кавалерийской атаки! Именно поэтому некоторые "эксперты" призывали комплектовать каждого солдата не одним, а двумя--тремя револьверами. Расчет простой: нельзя перезарядить - так смени оружие целиком!
  
   11.
  
   Главными гостями на сегодняшнем празднике жизни были Генерал-от-Инфантерии Драгомиров, специально вызванный из Киева, генерал-лейтенант Ридигер, инспектор стрелковой части, председатель оружейного отдела АК и член главной распорядительной комиссии по перевооружению армии, и генерал Залюбовский, занимавший должность начальника Сестрорецкого оружейного завода.
   Императрица медленно прохаживалась вдоль составленных в ряд дощатых столов. Длинная кавалерийская шинель, туго перетянутая в талии, лилово-алая кепи-конфедератка с четырехугольным верхом и "узким" орлом, короткая тугая коса. Легкое прикосновение кончиков затянутых в тонкую кожу пальцев к разложенным и расставленным по столу образцам. Задумчивость в необыкновенно синих глазах.
   Стол и выставленные рядом с ним полдесятка особо масштабных изделий, топырящихся суставчатыми паучьими лапами треног, находились у самого края трехсотметровой дистанции, ограниченной на дальнем краю земляным валом. Вдоль вала возвышались густо натыканные мишени, менять их должны были укрывавшиеся в проходящей у подножия вала полнопрофильной траншее солдаты.
   Неподалеку навеса и собравшихся вокруг императрицы генералов толпились особо доверенные лица - дюжины полторы офицеров. На ослепительно-белом снежном фоне новехонькие серо-синие кителя АУЦ - курсантские, отмеченные на голых гладких погонах буквой "К" и эмблемой ОСШ на левом рукаве, и золотопогонные преподавательские - мешались с темно-зеленой формой гвардейской стрелковой бригады, алыми черкесками Конвоя и сплошь покрытыми золотым шитьем мундирами роты Дворцовых Гренадер. Офицеры Лейб-гвардии Уланского Её Величества полка держались несколько особняком - как и положено кавалеристам в обществе презренной пехоты.
   Полк этот, шефом которого являлась царствующая государыня, Александра Федоровна превратила в некое подобие личной гвардии - при помощи генерала Орлова, назначенного по её настоянию командиром этого полка.
   Аликс познакомилась с ним, тогда ещё полковником, в 1889 году во время второго визита в Россию, когда она за шесть недель пребывания в гостях у старшей сестры смогла насмерть влюбить в себя цесаревича.
   Его стройная фигура, матовая кожа и глаза-маслины, малиновый звон отчаянных шпор и дерзкие речи произвели на молодую принцессу, отвергнутую родителями её БОЛЬШОГО ПРИЗА и русской аристократией, немалое впечатление.
   Они бы произвели впечатление и на Елку, но у неё были дела и поважнее - так что она только отметила про себя, что полковник, претендуя на некие чувства и проистекающие из этих чувств выгоды, представляется довольно полезным... человеком. Хотя и не очень высокого качества - по причине запущенной наркомании и крайней увлеченности мистикой.
   Мистику Елка ценила. Она значительно упрощала жизнь и ОЧЕНЬ значительно упрощала работу. В планах, потихоньку составляемых ею, нашлось место нескольким мистическим сектам - точно так же, как и тантрическим, символическим, христианским... Сектанты - отличный финансовый инструмент и великолепное пушечное мясо.
   К этому же самому кругу относятся и наркотики. Да, полезная штука. В созданном при АУЦ медцентре УЖЕ проводятся масштабные исследования - Империи срочно требовались "боевые коктейли", позволяющие использовать возможности организма бойца на максимуме и за этим максимумом: "...зловещие шоколадки" с говорящими названиями вроде "Боевой" и "Офицерский", дозволенные или даже предписанные - при острой нехватке времени - для "использования при планировании и проведении операций". Нечто в этом духе. Но "боевой пыл" - это одно. И то - только в соответствующих обстоятельствах. А морфий, эфир или опиум - со-овсем другое.
   "Орлов был не из орлов". Такой вот каламбур.
   Шакал из шакальей стаи, преданный до тех пор, пока чует выгоду.
  
   12.
  
   Казаки Собственного ЕИВ Конвоя, уланы Её Величества, рота дворцовых гренадер, куда набирали только солдат и унтеров, отмеченных либо солдатским георгиевским крестом, либо медалью ордена Святой Анны (каковая вручалась за ДВАДЦАТЬ лет беспорочной службы!) и курсанты АУЦ - включая в их число и нижних чинов Учебного унтер-офицерского батальона - вместе с пажами и фрейлинами служили превосходным рабочим материалом. С их помощью на полигонах АУЦ из сложения отдельных технических идей все яснее и яснее прорисовывалась совершенно новая тактика. Рождаясь из техники, как Венера из пены морской.
   Техника--тактика--ведение операций--стратегия--политика!
   "Все выше, и выше, и выше..."
   А их умение обращаться с автоматическим оружием могло превратить эти численно небольшие силы в весьма грозного противника - в случае необходимости, разумеется. И "численно небольшими" оные силы могли оставаться недолго. Как известно, рецепт быстрого развертывания умеренных качеств дивизии заключается в том, чтобы создать один батальон - но такой, чтобы у него с дороги вражеские полки разбегались! А потом каждого рядового назначить сержантом, каждого сержанта - младшим лейтенантом... И так далее. Конвойцев, улан и дворцовых гренадер Елка готовила по этому принципу.
   Стрелки... это была совсем другая песня. Для тех трех стрелковых батальонов гвардейской бригады, что постоянно стояли в Царском Селе, Её Величество планировала совершенно особенное будущее. Стрелковые батальоны были созданы в конце 50-х годов, когда армию начали перевооружать на нарезное оружие ЦЕЛИКОМ. До того в каждом пехотном батальоне существовала "штуцерная команда"... Впрочем, все это - древняя история. Главное же... Гвардейская Стрелковая бригада относилась к "Молодой Гвардии". И от полков "Старой", таких, как основанный Петром Великим Преображенский или созданный при Анне Иоанновне Измайловский, переполненных надменной гордостью и бесконечно амбициозных, они отличались, как день от ночи.
   Здесь и в самом деле собирались стрелки - лучшие стрелки Гвардии. А Гвардия, в свою очередь, во столько же раз превосходила в этом отношении армейскую пехоту. Словом, понятно, почему Елка считала использование гвардейских стрелковых батальонов в качестве обычных пехотных частей, пускай даже и сверх-элитных, идиотизмом эпического масштаба. Поэтому по возвращении из Финляндии, где постоянно был расквартирован 3-й батальон бригады, офицеры получили такой... намек. Что в том случае, если они пожелают - совершено, совершенно добровольно! - поучаствовать в работе КБ ЦСМЗ и "оружейного клуба" АУЦ... то будет им счастье.
   На сегодняшний день первая партия отобранных из валового производства "наилучших по кучнобойности" винтовок проходила переделку на ЦСМЗ - основным и главным была установка на трехлинейки оптических прицелов, особая обработка механизма и пристрелка специальными целевыми патронами с буквально микронными допусками по гильзам, пороху и пулям. Патроны валового производства, у которых вес пуль и насыпка пороха могут отличаться от эталонного на 5--6, а то и 10 процентов, для целевой стрельбы подходили примерно так же, как безрукий пианист подходит для игры на рояле.
   На столе были представлены три таких винтовки. "Модель I", самая дешевая, была простой винтовкой, отобранной из валовой партии - от обычной пехотной она отличалась только большей кучностью ствола, перебранным и точно и ладно подогнанным механизмом и диоптрическим прицелом, пристрелянным без штыка. "Мк.II" имела оптический прицел и соответственно измененный затвор - прицел, установленный прямо над стволом, вступал в решительное противоречие с прямой рукоятью обычного. "Модель III" получила ореховую ложу с покрытой мелкой чешуйной насечкой пистолетной шейкой и регулируемым по длине прикладом, специальный ударно-спусковой механизм: спуск с предупреждением и регулируемым усилием, прецизионное качество работы и сборки ... Ну, и оптический прицел, конечно же.
   Кроме номеров, модели имели и наименования - "армейская целевая", "армейская снайперская" и "офицерская снайперская" винтовки. Рядом с ними поблескивал мощными цейсовскими линзами "Зверобой". Порождение вполне здравой мысли: "А что будет, если не подбирать заряд к существующим стволам "Берданок", а просто засыпать в патрон столько пороху, сколько влезет в гильзу?". Винтовка обозначалась 10,67х76,2, и отправляла в цель пулю весом в сорок граммов. С начальной скоростью почти 900 метров в секунду.
  
   13.
  
  -- Итак, господа, я хотела бы представить вам поручиков Федорова и Филатова и унтер-офицера Токарева. Создателей основного, пожалуй, элемента того боевого комплекса, ради которого мы все здесь сегодня собрались.
   Императрица пробежалась пальцами по лакированному дереву прикладов, ласково коснулась вороненой стали широкого тонкого диска...
   -- Мы назвали это изделие "ручным пулеметом" - поскольку часто используемый термин "ружье-пулемет" предполагает, что оружие является некоей комбинацией ружья и пулемета, магазинной винтовкой, стреляющей очередями. Это же творение, как вы можете убедиться, не имеет абсолютно никакого отношения к винтовкам... Также это название подчеркивает основное качество, отличающее этот пулемет от любого другого...
  
   14.
  
   Ручные пулеметы произвели на гостей впечатление и на стрельбище. Как и все остальное, показанное в этот день. По лицам генералов было отлично видно, как меняется их отношение: утром, выходя из вагонов, это были солидные, уверенные в себе профессионалы, "опытнейшие работники российского оружейного дела", собирающиеся объяснить сопливой девчонке, что ей не стоит лезть в мужские игры. Естественно, со все уважением - все-таки Её Императорское Величество уже имела кое-какую репутацию: паранойя, целеустремленность, доходящая до фанатизма... и ледяное равнодушие к судьбам тех, кто попался под колеса этого золотоволосого "Джаггернаута". Но все же - она ведь женщина! Вот и пусть занимается женскими делами. Благотворительностью там... воспитанием детей... благо, в МинНарПросе дел - начать и кончить. Лет на двадцать работы. Тем более, что и склонности у государыни к этому делу есть - вон как резво в мариинских гимназиях все забегали... И необходимость ощущается очень и очень настоятельная - вон какой рекрут пошел хилый да болявый...
   "Предварительный показ" на стрельбище дал им кое-какую пищу для размышлений.
   А показательные выступления дворцовых гренадер на полигоне их добили.
  
   15.
  
   Согласно условиям, рота должна была атаковать во встречном бою батальон противника. Батальон состоял из различного профиля мишеней, от ростовых до одной головы, вооруженных исключительно винтовками и расположенных так, как если бы батальон, развернувшись в уставной плотности стрелковые цепи, перемещался по слегка пересеченной местности.
   Наглость, конечно - атаковать ротой батальон. А если ещё посчитать число штыков в этой роте, то размеры наглости возрастают до эпических масштабов. Потому как батальон
   противника был представлен полным военным штатом - по 216 нижних чинов на роту!
   Рота же Дворцовых Гренадер всегда имела штат, сильно отличающийся от расписания, положенного обычной пехотной роте. Набрать за две сотни человек, имеющих рост выше 180 сантиметров, благообразного вида и отслуживших беспорочно двадцать лет или удостоенных солдатского Георгия, было трудно даже среди миллионной российской армии. Поэтому в РДГ обычно не набиралось и половины того. Получив вместе с новым вооружением и новый штат, теперь она считалась в три взвода по три отделения. Во взводе - сорок семь человек, включая взводного в капитанских погонах. Самой ротой, кстати, командовал аж цельный генерал-майор.
   С двух до полутора тысяч метров, "обнаружив продвижение противника", рота развертывалась в боевой порядок, состоящий из девяти отдельных групп, собравшихся вокруг ручных пулеметов. С рубежа в тысячу двести метров рота открыла огонь. Два установленных на флангах тяжелых станковых пулемета, оснащенных ребристыми кожухами систем жидкостного охлаждения, нащупали дистанцию почти сразу. От мишеней только щепки полетели. Пулеметчики пехотных взводов были гораздо менее опытны - "легкие" пулеметы потребовали колоссальной доработки, фактически, два из них были изготовлены с нуля - и им на то, чтобы установить превышение, времени потребовалось гораздо больше. Секунд так на десять--пятнадцать.
   Рота двигалась совершенно правильно: сначала короткими перебежками перекатывались стрелковые группы под прикрытием пулеметного и снайперского огня, затем вперед выдвигались ручные пулеметы, потом подтягивались снайперы и станкачи... Гренадеры, большинство которых имели боевой опыт в Туркестанских походах или ещё за Русско-Турецкую, изучили предмет на "ять", насквозь и глубже.
   До рубежа в восемь сотен метров винтовочный огонь считался неэффективным... в целом. Дворцовые гренадеры, почти все отмеченные нашивками и медалями за отличную стрельбу, били в цель не хуже буров, и беспокоящий огонь они открыли с километра - рубеж "1200" был несколько слишком даже для лучших из них. И даже для "оптики", привинченной к обычной, пусть даже и высочайшего качества, трехлинейке...
   С такой дистанции точно в цель били только оснащенные шестикратными прицелами "Зверобои" - их огонь, по идее, должен был отвечать вражеским пулеметам. Их, как предполагалось, у врага было по две штуки на батальон - того самого образца, что сильно умные личности рекомендовали принять на вооружение в русской армии. Этакое нечто из фильма ужасов - внебрачный плод незаконного сожительства фирмы "Максим--Виккерс" с представлением некоторых русских генералов о пулеметах как о легкой полевой артиллерии. Поэтому макеты пулеметов были установлены не на треногие станки, а на самые настоящие лафеты, очень похожие на артиллерийские. Если, конечно, не считать массивных щитов из ижорской броневой стали. Которых на артиллерийские орудия не устанавливали, опасаясь возникновения у артиллерийской прислуги "робости и оборонительных настроений": генерал Драгомиров, считавший, что дух гораздо важнее материи, сильно переоценивал способность духа противостоять вражеской шрапнели. Сразу же после того, как посредники выставили у макетов ма-аленькие красные флажки, символизирующие дульное пламя, от щитов полетела стальная щепа - 11-мм пули с закаленными сердечниками пробивали их навылет.
   Когда первая волна роты приблизилась к "вражеским позициям" на шесть сотен метров, два 50-мм миномета, перетаскиваемые вместе с тяжелыми станкачами и легким пулеметом 3-го взвода в полутора сотнях метров за передовой цепью, открыли беспокоящий огонь. Собранные по "глухой" схеме минометы имели два фиксированных положения ствола - 45 и 75 градусов - и газоотводный кран с тремя положениями: "закрыто", "открыто" и "Ґ". С закрытым краном, дававшим начальную скорость девятисотграммовой мины без малого в сотню м/с и углом вертикальной наводки в 45 градусов дальнобойность миномета составляла примерно восемь сотен метров. Должна была составлять. По идее. К сожалению, на практике... все вышло далеко не так хорошо и замечательно. Мины летели либо плохо и недалеко, либо хорошо слишком, так, что отдача опрокидывала миномет. К тому же у минометчиков явно недоставало практики - по тем же самым причинам, что и взводным пулеметчикам, усугубленным ещё и крайним недостатком снарядов. Опытные партии были незначительными, и для тренировок выделялось только минимально необходимое количество.
   Сочетание плохой подготовки и плохих мин позволило пулеметам противника "вести огонь" несколько дольше запланированного. "Зверобои", уже превратившие щиты пулеметов в металлолом, покрытый высокохудожественной кружевной перфорацией, все-таки не могли ГАРАНТИРОВАТЬ их уничтожение. Перебить весь расчет - это да. Издырявить щит, доведя его до полного сходства со швейцарским сыром - запросто. Но все это не позволяло считать уничтоженным сам пулемет. А если он внезапно оживет на дистанции кинжального огня... то у пехоты, несмотря на... как бы это сказать... редкую разреженность бойцов, возникнут серьезные проблемы.
   Рубеж "350 метров" был решающим - поэтому рота задержалась там несколько дольше. Передовую цепь на наиболее выгодном направлении подкрепил до того следовавший позади 3-й взвод, тяжелые станкачи, лупившие с рубежа "1000", подтащили к самой передовой цепи вместе с легкими пулеметами и "зверобоями"...
   И минометы наконец-то нащупали дистанцию! Немного покрутившись на позициях вражеских пулеметов, быстрая волна разрывов покатилась вдоль обозначенной "стоячими" и "укрывшимися" мишенями плотной цепи. И под аккомпанемент разрывов и басовитых пулеметных очередей в атаку поднялась пехота. Решать дело холодной сталью длинных граненых штыков - как сто, как двести, как триста лет назад. Грудь в грудь, глаза в глаза...
   За три сотни метров до цепей противника огонь открыли командиры отделений и взводов - плотный треск полутора дюжин "Росомах" вплелся в симфонию боя почти органично. Нечленораздельный рев, мешающий ругань с криками "Ура!" и подбадривающими воплями унтеров и фельдфебелей, сменил затихший минометный огонь. Полторы сотни великанов, несущихся в атаку, выставив штыки и поливая все перед собой шквальным огнем... и разрывы ручных гранат - в упор, в упор! - должны были окончательно деморализовать противника.
  
   ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
  
   1.
  
   Гренадеры репетировали этот номер три недели с лишним. Сплошная показуха.
   И это понимали обе стороны.
   Тем не менее зрелище произвело на "оружейников" потрясающее впечатление. И даже не столько сами ручные пулеметы - весьма сходными по эффекту автоматическими винтовками оружейный отдел занимался уже лет двадцать, хотя и без особого пыла - сколько использованная при их демонстрации тактика.
   С автоматическими винтовками давным-давно было ясно всё и всем. Мысль о том, что когда-нибудь, по мере развития техники, они заменят трехлинейки точно так же, как те заменили берданки, стала шаблоном. Место же такого оружия, как ручной пулемет - или, как его называли до этого, ружье-пулемет - было пока ещё очень... неопределенным. Где-то их считали вооружением кавалерии, где-то средством самообороны артиллерии... Но нигде не ожидали от них существенной пользы для пехоты.
  
   2.
  
   Одна магазинная винтовка способна выпустить до двух обойм в минуту - десять выстрелов. РП за то же время выпускает до сотни пуль. Точнее, 94 - два диска по 47 патронов. За счет этого рота, имея по одному ручнику на каждое из девяти отделений, увеличивала огневую мощь на 850 выстрелов в минуту. Не только практически полностью компенсируя уменьшение общего залпа с 2160 до 1200 выстрелов - это ведь, в конце концов, всего лишь арифметика. Но и обеспечивая минимальную зависимость боевого могущества роты от боевых потерь. Каждый убитый или тяжело раненный стрелок уменьшает общую огневую мощь подразделения. Но ручной пулемет может подобрать другой стрелок - любой! А вот стрелять из двух винтовок сразу он не сможет!
   За счет этого рота, уменьшенная на четверть, по огневой мощи соответствует роте обычного штата. Что позволяет либо усилить состав этой самой роты - если оставить штат мирного времени в 48 рядов на роту, и принять штат военного в 80 рядов на роту - это вместо прежних 108 рядов... То соотношение кадровых и мобилизованных нижних чинов в роте измениться. Причем сильно. Было пять кадровых на шесть запасных, а станет... станет три к двум! Что не может не привести к существенному росту боеспособности. Поскольку, как понимает каждый разумный человек, солдат мирного времени, пусть даже и отслуживший меньше года, все равно гораздо больше подходит для войны, чем оторванный от мирной жизни резервист, успевший уже позабыть и строй, и стрельбу, и дисциплину. Не говоря уже о том, что 3-линейную винтовку приняли на вооружение только четыре года назад, а в войсках её начали изучать не ранее 1893-го - так что большую часть запасных ещё надо будет переучивать с берданок!
   Либо же за счет этого можно развернуть... Из того же расчета на 80 рядов и соотношения пять к... даже можно щедрее - пять к пяти. Получится, что из каждой роты мирного времени можно высвободить шестнадцать нижних чинов. Что позволяет из каждых пяти имеющихся рот сформировать одну новую!
  
   3.
  
   А если использовать все элементы комплекса...
   Ведь кроме ДП-27, который - теперь уже в этом сомневаться не приходилось - вскоре станет "3-линейным ручным пулеметом образца 1896 года", Её Величество представила общественности ещё несколько образцов вооружения. В первую очередь интерес представляли модификации станкового пулемета "Максим".
   Пулеметную группу ротной секции тяжелого оружия составляли два "тяжелых станковых пулемета" - оригинальный "Максим" производства английской фирмы "Виккерс" и его не слишком коренная модификация. На ЦСМЗ только заменили ряд деталей из бронзы - рукоятки, приемник, кожух ствола, ещё кое-что по мелочи - на такие же стальные, равные по прочности, но намного легче. На более серьезные переделки попросту не было времени. Хотя стоило бы. Ох, и стоило бы. Эти могли применяться только со станков, зато прицельная дальность огня для них начиналась с двух километров. По отдельной цели - с тысячи двухсот метров.
   На ЦСМЗ "облегчили" два пулемета "Максим--Виккерс" - к кожуху второго присобачили крепление для двуногой сошки и слегка изменили органы управления, заменив затыльник с двумя рукоятями и гашеткой прикладом с пистолетной шейкой и обычным спусковым крючком. Ещё два пулемета, легких уже совсем без кавычек, получили тяжелый ствол с толстыми стенками - его медленный нагрев мог заменить жидкостное охлаждение гораздо более тонкостенного ствола обычного "Максима". Один из этих "Максим ТС" получил такой же приклад и двуногую сошку в передней части, складывающуюся вверх--назад. Второй оборудовали пистолетной рукоятью и сошкой у центра тяжести, складывающейся вверх--вперед - её деревянная облицовка в сложенном состоянии образовывала цевье. Самые обыкновенные германские MG-08/15 и MG-08/18 времен Первой Мировой Войны. Хотя и получились они не такими легкими, как должны бы быть по справочнику. Немцы над ними здорово поработали, прежде чем принять на вооружение. А у мастеров ЦСМЗ, просто не хватило времени ни на что, кроме самого очевидного. Тем не менее, питание от матерчатой ленты на 250 патронов повышало практическую скорострельность антикварных "чудес техники" до этих самых 250 выстрелов в минуту. Теоретически - даже больше. И с металлической лентой так бы оно и вышло - там можно скрепить воедино несколько лент и лупить до упора, "на расплав ствола". Но и так получилось неплохо.
   Промежуточная "полулегкая" модель, та, которая на сошках, но с водяным охлаждением, оказалась откровенно неудачной. Двадцать два килограмма - это все-таки немного слишком. Зато позаимствованная из конструкции немецких "FallschirmjДger--Gewehr" сошка--цевьё превращала третью "легкую" модель в хотя бы отдаленное подобие нужного "эрзац-универсального" типа. Этот пулемет, приблизительный аналог MG-34, соответствующим образом доработанный и модифицированный, должен был играть роль оружия взводного звена пехоты и горных войск, как пехотных, так и кавалерийских. И, в перспективе, которую Елка расценивала как довольно отдаленную - использоваться для вооружения бронетехники.
   Один легкий пулемет на взвод, два в ротной группе тяжелого оружия - всего пять. Что дает увеличение плотности огня на 1250 пуль в минуту для роты. Причем с такой дистанции, которая для винтовочного огня недоступна в принципе!
   Для батальона же введение станковых пулеметов позволяет... при нынешнем штате в четыре роты батальон может дать - по максимуму - девять тысяч выстрелов в минуту. Батальон в три роты с ручными и станковыми пулеметами - десять тысяч выстрелов.
   При этом каждая из трех рот экономит стране 58 резервистов - которые продолжают работать на экономику вместо того, чтобы перейти на казенное обеспечение и начать сосать из нее деньги. А четвертая рота, отмененная полностью - это 216 нижних чинов...
   Из которых девяносто шесть - войска мирного времени!
   Если утилизировать роту внутри батальона, разделив её между тремя оставшимися - получится, что состав роты мирного времени - 64 ряда. А соотношение кадровых и призванных по мобилизации составит четыре к одному!
   Хотя... надо ведь ещё учесть батальонную группу тяжелого оружия - минометы, батальонные гаубицы... снайперскую и разведывательную группы... в целом, кроме рот и старых батальонных штатов, ещё человек тридцать пять--сорок. А то и пятьдесят.
   Значит, максимальная экономия составит три с половиной сотни запасных.
   На один батальон.
   На каждый батальон.
   БЕЗ УЩЕРБА ЕГО ОГНЕВОЙ МОЩИ!
  
   4.
  
   А ещё каждая рота должна была получить по восемнадцать пистолетов-пулеметов "Росомаха". Это оружие, исполненное по высшим стандартам качества, ни в чем не было похоже на вошедшие в моду во время Второй Мировой штампованные пистолеты-пулеметы типа ППС и СТЭН. Большие объемы механической обработки деталей, буквально микронные допуски, сложные и металлоемкие технологии... Очень дорогой и довольно тяжелый автомат, по мысли Елки, должен был компенсировать эти недостатки высочайшей надежностью - пока получалось не очень, но дайте только срок! "Томпсоны" и "Суоми", выполненные в этой же идеологии, лет по пятьдесят служили - "Росомахи" не хуже будут.
   Внешне "Росомаха М1896" со своей деревянной ложей и вставляемым в торчащую слева горловину прямым коробчатым магазином с двухрядным расположением 25 патронов сильно напоминала английский "Ланчестер М40" или немецкий "Шмайсер МР-28/II". Магазин, разработанный как универсальный для всего стрелкового оружия под пистолетный патрон, пока использовался только "Росомахами" и СТЭНами, в новом рождении названные "Полонезами". Самозарядные карабины и штурмовые пистолеты "Пума" (в девичестве "Маузер К-96", переговоры о приобретении у братьев Маузер лицензии уже велись) и "Фурия" (довольно изящное подражание "Штейер--ТМР" с некоторыми оригинальными узлами от других конструкций) пока находились в процессе доводки.
   Калибр, естественно, был принят трехлинейный. Во-первых, стандарт. А во-вторых, под рукой как раз имелось кое-что подходящее. Уже проявивший лучшие свои качества патрон - ещё и более чем сто лет спустя он останется одним из самых эффективных в своем классе. Пистолетный 7,62х25 мм, разработанный Борхардом для своего пистолета-карабина, позднее использованный Федерле для пистолета-карабина "Маузер", а ещё позже принятый в СССР для всех армейских пистолетов-пулеметов, подходил для этой роли идеально: мощный дальнобойный патрон, достаточно точный на дистанциях до 350 метров. В то время как стандартный у немцев 9-мм патрон "Парабеллум" уже на двухстах метрах давал такое рассеивание, что можно было промахнуться и в слона. Не говоря уже об американском сорок пятом калибре, которым в слона можно было промазать и с полусотни метров. Хотя свои достоинства у немцев и американцев были, да. Остроконечная пуля из ТТ нередко пробивала мишень навылет и уносилась дальше - в то время как пули из "Парабеллума" человека останавливали, а пули из "Кольта" отбрасывали его назад с такой силой, что он своим телом мог пробить стену.
   Прилагающийся к пистолету-пулемету штык-нож являлся также новинкой - первым ножом новой торговой марки "Дикая Кошка" серии "С" ("Складной"). Оригинальность заключалась в том, что клинок был длиной вдвое больше рукояти, и использовать его можно было и в сложенном положении. Конструкция позаимствована у итальянского штык-ножа образца 1938 года. Впрочем, это был уже чистый выпендреж. Можно было использовать и обычный ножевой штык, без всяких наворотов... или принять к производству модель "Росомаха Мк.II" - с постоянным штыком, намертво закрепленным на кожухе и в случае необходимости откидываемым в боевое положение.
  
   5.
  
   "Росомахи" полагались по пять штук на взвод - командирам отделений, помощнику командира взвода и взводному - и три в роту: ротному командиру, ротному фельдфебелю и командиру группы тяжелого оружия. При скорострельности в 100 выстрелов в минуту (четыре магазина по 25) это дает 1800 пуль в минуту. На одну роту. Правда, на дистанциях не более трех сотен метров... зато уж там-то одна рота российской пехоты - пять тысяч пуль в минуту!!! - способна легко задавить огнем аж две роты противника. А соотношение между батальонами будет почти столь же разительным - девять тысяч к пятнадцати.
   Если развернуть эту модель ввысь, вширь и вглубь... можно вывести... если армию ручными и станковыми пулеметами перевооружить ПОЛНОСТЬЮ... То!
   Либо экономия по мобилизации составит около четырехсот тысяч запасных, и ВСЕ полевые войска отправятся на войну, совершенно не разбавленные резервистами: полк нынешнего штата имеет 1600 нижних чинов в четырех батальонах по четыре роты, всего шестнадцать рот по 48 рядов - по четыре человека с роты выделено в полковую "команду охотников". Переведя на троичный штат, получим девять рот по 160 нижних чинов. Ещё 160 человек свободного состава - на батальонные и полковые части тяжелого оружия. И взвод полковой разведки, также сокращенного штата: сорок пять нижних чинов вместо шестидесяти четырех.
   Либо вместо имеющихся войск - сорока одной пехотной, трех гвардейских и четырех гренадерских дивизий мирного времени... Появится восемьдесят две только пехотных: из каждых двух батальонов формируется один новый, и стандартный пехотный полк из четырех батальонов развертывается в два по три!
   А ещё четырнадцать дивизий - из пяти стрелковых и девяти резервных бригад, тех, что в четыре полка по два батальона. Всего же, считая гвардию и гренадеров, получится СТО ДЕСЯТЬ пехотных дивизий. Без ослабления их качества!
  
   6.
  
   Все эти подсчеты были также детально изложены членам "приемной комиссии". Генералы поддакивали и восхищались, хотя даже лесному ежику, не говоря уже об императрице, было понятно, что находятся они в глубоком сомнении.
   Массовое введение автоматического оружия действительно позволяло развернуть из двух батальонов третий. Не только сохранив, но и увеличив боевое качество каждого. Поскольку один ручной пулемет не только мог заменить десять пехотинцев, вооруженных винтовками, по плотности огня. Он ещё и превосходил эту группу, во-первых, по компактности и скрытности, занимая меньше места на позиции, будучи менее заметным для противника и с большей легкостью пользуясь малейшими укрытиями. И, во-вторых, по управляемости - гораздо проще и легче управлять одним пулеметчиком, чем десятком стрелков. Это генералы понимали прекрасно. Демонстрация была уж очень убедительна.
   Вот только стоимость подобной реформы...
   Ну, возьмем самое простое. По пятнадцать станковых пулеметов на батальон. Каждый пулемет - три тыщи целковых. На батальон выходит сорок пять тысяч, на полк - сто тридцать пять. Ручной пулемет при массовом производстве будет стоить - ориентировочно! - около пяти сотен рублей за штуку. Скорее всего, цифра приуменьшена, причем значительно, но - ладно. Согласимся. На батальон пойдет двадцать семь штук - в рублях это будет тринадцать с половиной тысяч. На полк - сорок одна тысяча. Складываем, умножаем на количество полков - включая резервные и крепостные. Это что - больше ста миллионов рублей? На одни только пулеметы?
   А офицеры? Вдвое больше полков, значит, и офицеров хоть и не вдвое, но также больше. Причем взводные-то - это ладно. Фельдпоручики и прапорщики с этой ролью справятся вполне. Если учесть, что средний срок жизни командира взвода в ходе интенсивных военных действий равняется десяти дням, то совершенно все равно, сколько времени тратить на его подготовку - два года или три месяца. Три месяца даже предпочтительнее - производительность учебных заведений возрастает. А дивизии и корпуса? Для командования каждым батальоном, каждым полком, каждой дивизией и корпусом нужен офицер. Для штабов батальонов, полков, дивизий, корпусов - также нужны офицеры. В каждом полку, дивизии и корпусе положено иметь соответствующие структуре и штатному расписанию части - артиллерийские, кавалерийские, саперные, войск связи... Для этих частей ТОЖЕ нужны офицеры.
   А также и вооружение - в первую очередь артиллерийские орудия. Как минимум - дополнительные шестьдесят артиллерийских бригад. Учитывая переход с координатных чисел "четыре" и "два" (4 отделения во взводе, 4 взвода в роте, 4 роты в батальоне, 4 или 2 батальона в полку, 2 или 4 полка в бригаде, 2 бригады в дивизии, 2 дивизии в корпусе) к координатному числу "три" - три отделения, три взвода, три роты, три батальона... Насчет трех полков государыня пока сомневалась, но в исторической перспективе это было неизбежно... Значит, три полка и три дивизии... Скорее всего, по результатам реформы дивизий получится даже не вдвое, а минимум вчетверо больше. И каждой - артиллерию, кавалерию, саперов...
   Пункт четыре. Дислокация. Конечно, два новых полка по численности равны одному старому, и их, в принципе, можно запихнуть в ту же казарму. И даже придумать, где хранить тяжелое вооружение - тем более, что ещё лет пять ничего, кроме минометов, на батальонном и полковом уровнях не появиться. Но вот две дивизии, развернутые на месте одной, уже в одном и том же пространстве не уд?ржаться. НИ ЗА ЧТО. Стало быть, строительство. Казармы, военные городки, дороги, склады, арсеналы, конюшни, артиллерийские парки, квартиры для офицеров, постройки административно-хозяйственной и культурно-воспитательной служб... И так далее, и так далее, и так далее...
   Конечно, МОЖНО пойти другим путем - вместо того, чтобы расширять армию, сузить её. Ужесточить отбор, получив войско, меньшее по количеству, но зато лучшее по качеству.
   Ага. Нашли идиотов.
   Где и когда были генералы, которые бы обменяли дивизию на полк? Нет, были, конечно, и не так уж мало - но это же надо понимать разницу между элитным полком и полевой дивизией, наполовину укомплектованной резервистами, и на четверть - необученными призывниками!
   В мирное время такая разница значит намного меньше, чем разница между командиром полка и командиром дивизии.
   А во время войны у господ с большими звездами на погонах может просто не хватить времени на осознание существенности первой разницы - и полнейшей несущественности разницы второй.
  
   7.
  
   Споры на пустой желудок - не лучший способ избежать язвы. Поэтому после бодрящей прогулки по свежему воздуху императрица пригласила членов комиссии отобедать - "чем бог послал".
   Обществом самого императора и членов его Свиты государыня господ генералов угнетать не стала. Да и вообще, дворцовая обстановка как-то не способствует деловым разговорам. Весь этот поганый этикет... За год жизни в этом веке Елку он достал по самое не могу. Аликс, выросшая в тихом провинциальном Гессен-Дармштадте, также видела подобный церемониал, разработанный до мелочей и охватывающий буквально все стороны жизни, только изредка - наездами в гости к бабушке или замужним сестрам. И до самого возвращения в Царское село в ранге уже законной жены даже не подозревала, НАСКОЛЬКО эти китайские церемонии напоминают каторжные кандалы.
  
   8.
  
   Армейский Учебный Центр имел пять или шесть "точек общепита", предназначенных для обслуживания курсантов и преподавателей собранных под его крышей учебных заведений. Но это был именно "общепит" - обычные буфеты и столовые самообслуживания. Для приема, даваемого Её Величеством аж пяти генералам сразу, они не подходили категорически. Тем более - для приема неофициального, сочетающего прием пищи с обсуждением достаточно сложных и острых вопросов.
   Зато ресторанчик "У трех ведьм" для этого подходил идеально. Крошечный, всего на дюжину столиков общий зал был стилизован под Центральную Европу - а наметки для художников, работавших над его оформлением, делала лично Её Величество. И навеяли их незабвенные матушка Ветровоск, нянюшка Ягг и Маграт Чесногк.
   А работали в нем чехи.
   Ещё поблизости имелись кофейня "ДНК", что расшифровывалось как "Кофе, Джаз & Никотин", и пивной бар "У пса", с вывески которого салютовал прохожим пивной кружкой сидящий в кресле бульдог в котелке и жилете. В лапе у бульдога была сигара, а мордой он был удивительно похож на Черчилля. Даже Елка удивлялась.
   Завершал список "питательных пунктов" ресторан "Лазурный дракон", стилизованный под дальневосточную Азию. Не то Китай, не то Япония... Нечто среднее. На самом деле ресторанчик принадлежал корейцам. Китайцы же держали в Царском Селе две прачечных, монастырь - монахов для последнего Ее Величество планировала выписать прямо из самого Шао-Линь - и чайную "Бамбуковый фонарь". Вывеска в виде рисунка старинного китайского фонарика с иероглифами была выполнена из ярко-красных неоновых трубок, вполне обличающих истинное назначение заведения. Кроме "фонаря", в Царском имелась ещё "приватная гостиница" с неброским наименованием "У лиры" - лира, изображенная на вывеске, напротив, была очень броской, и форму имела довольно вызывающую. Ещё имелись таверна "Распутный Единорог" и несколько специфический "Дом Арахны". Елка находила довольно забавным, что первыми четырьмя потребителями ещё почти экспериментальных цветных неоновых ламп, производство которых только-только наладили на ЭТЗ "Динамо", были именно публичные дома.
  
   9.
  
   После обеда последовало продолжение показа - уже не на стрельбище, а в тире, на полосе препятствий и полигоне для "тактической стрельбы". Членам комиссии были представлены образцы личного оружия. Начали с "наганов" в 3 и 4,2 линии в трех модификациях на каждый калибр - обычные, бесшумные и длинноствольные бесшумные револьверы-карабины с приставными прикладами под усиленный патрон. Плюс модель под пистолетный патрон, тот же, что использовали в своем ещё полуэкспериментальном пистолете-карабине конструкторы фирмы "Маузер" - членам АК были показаны полдюжины образцов, предоставленных фирмой по личной просьбе Её Величества. Ещё имелась дюжина револьверов "Рысь": стандартная для револьверов XX века конструкция с цельной рамкой и откидным влево барабаном с одновременной ручной экстракцией. Ассортимент состоял из шестизарядной длинноствольной модели "Армия и Флот" и компактной пятизарядной модели "Криминальная Полиция", обе - калибром в 4,2 линии, патрон на базе винтовочного. Технология та же, что и с 4,2-линейным "Наганом", только гильза укорочена больше, и пуля не заглублена. Также было продемонстрировано легкое стрелковое оружие под пистолетный патрон - пистолеты-пулеметы и самозарядные карабины. Завершила показ демонстрация штурмовых дробовиков нескольких модификаций: были представлены общепринятая "помпа", перевернутая "помпа", у которой магазин располагался над стволом, а перезаряжение осуществлялось движением ствола вперед и назад, самозарядный дробовик с коробчатым магазином и "револьвер" с громоздким барабаном на шестнадцать патронов 12-го калибра.
   Встреча затянулась до позднего вечера. Члены оружейного отдела АК покинули Царское Село в полнейшем восторге как от показанного им, так и от глубоко продуманного отношения императрицы к проблемам стрелкового дела в России.
  
   10.
  
   Кроме этого, явного, списка, существовал список закрытый. В него входило то оружие, которое производить сериями, пусть даже и малыми, было бы либо невыгодно, либо преждевременно. К числу первых относились "Орлы" - "Полярный" и "Черный", нержавеющий и вороненый "Дезерт Игл" 44-го калибра - и "Валькирия", скопированная с творчески развитой "Беретты М93", переделанной под патрон 7,62х25 мм. Ко второй категории Елка отнесла несколько учебно-тренировочных пистолетов "начального обучения", точная копия с "Ругеров" 22-го калибра, десяток компактных пистолетов-пулеметов "Скорпион" - патроны 7,65 мм Браунинг начнут широко распространяться только в 1900-м, а изобретены будут не раньше 1897-го, поэтому пока что в них использовались 5,6-мм патроны бокового боя. С тем, чтобы потом, накопив достаточный опыт, мастера смогли изготовлять настоящее боевое оружие с минимумом переделок. И полторы дюжины "Перунов", базирующихся на конструкции "Кольта М1911А1". Часть "Орлов" и "Перунов" использовали тот же револьверный патрон, что употреблялся и в револьверах "Рысь". Полуофициально он именовался ".44 Полис". Для другой части, а также для самозарядных карабинов и пистолетов-пулеметов на ЦСМЗ наладили выпуск патрона ".44 Авто" - его гильза имела и узкий фланец, позволявший использовать его в револьверах, и проточку для зацепления зуба выбрасывателя автоматического оружия. Эту фенечку Елка позаимствовала у патрона 7,65 мм Браунинг, но гордилась ею так, будто придумала сама.
   Дюжины четыре единиц "экзотики", вроде автоматических револьверов полковника Фосбери и переделанных для стрельбы очередями "Борхардов М93", занимали промежуточную позицию. Ближе к первому. Как правило - слишком дороги и непрактичны для массового выпуска, и заметно уступают "Орлам" и "Валькириям" по боевым качествам.
   Исключением являлась довольно точная копия английского СТЭНа - естественно, под патрон 7,62х25 мм Борхард/Маузер.
  
   11.
  
   Правильно расставляйте акценты. При вооружении массовой армии в четыре--пять миллионов человек кустарщина НЕДОПУСТИМА. Зато! Штучная ручная работа, прецизионная сборка и высочайшее качество - самое то, что нужно для оружия элитного спецназа. Производительность - едва ли больше шести--восьми сотен стволов в год. А больше и не надо. При ПРАВИЛЬНОМ употреблении.
   А вот производительность "открытого" сектора ЦСМЗ императрицу тревожила. По её расчетам, даже плюнув на всю остальную продукцию, не сказать, чтобы совсем уж ненужную, перейдя на трехсменную работу семь дней в неделю и связавшись со всеми возможными и невозможными поставщиками и субподрядчиками, вывернувшись наизнанку и встав на уши, завод не сможет производить более тридцати тысяч пулеметов в год.
   ЦСМЗ, он же - НПО "ЦентрТочМаш", не для того строили.
   На строительство "с нуля" специализированного завода РП нужно не менее трех лет.
   Над этой проблемой требовалось думать - и думать крепко.
   Поскольку есть ещё один аспект проблемы. ДП-27 хорош, очень хорош. Но для Первой Мировой нужно нечто другое. При стрельбе ствол пулемета нагревается. Известно всем. Но не все делают нужные выводы. Чтобы ствол не потерял боевых качеств при долгой непрерывной стрельбе, его нужно либо сделать очень, очень толстым, чтобы грелся как можно медленнее, либо охладить, либо заменить на запасной и дать остыть. Ни то, ни другое, ни третье в ручном пулемете Дегтярева предусмотрено не было. Из него просто не надо стрелять долгими непрерывными очередями. Он не для того создавался.
   Эту роль должен играть станковый пулемет "Максим". Вот он-то как раз БЫЛ рассчитан на то, чтобы стрелять долгими непрерывными очередями. Одна лента - двести пятьдесят патронов - одна очередь. Потом сменил ленту, и ещё одна очередь, снова 250 пуль во врага. Через час - или десять тысяч выстрелов (норма по живучести ствола), что соответствует технической скорострельности с учетом времени, необходимого на замену лент - ствол заменяется. И снова можно стрелять. Долгими непрерывными очередями.
   Вопрос о том, кому может понадобиться час за часом швырять пехоту на вражеские пулеметы, отметем с порога. Пехотная тактика, практически неизменной дошедшая с 70-х годов XIX века до самой Первой Мировой, представляла собой довольно простую вещь. По правде сказать, ПРЕДЕЛЬНО простую. Пехота собирается в густые, очень плотные цепи, и наступает в направлении противника.
   Единственное, что смогли придумать растерявшиеся генералы, столкнувшись с прикрытыми колючей проволокой пулеметами, это предварять атаку все более и более массированным артиллерийским огнем. Если он и влиял на выживание пулеметов, то явно в недостаточной степени. И только в самом конце войны немцы перешли от сосредоточенных атак пехотных масс к тактике "малых групп" и "просачивания". К тому времени спасти Германию могло уже только чудо. И в марте 1918-го под Аррасом штурмовые дивизии Людендорфа почти сотворили его! Что было на целое "почти" больше, чем это казалось возможным Антанте. И на целое "почти" меньше, чем надо было Германии.
   Так что станковый пулемет в паре с ручным необходим АБСОЛЮТНО.
   И желательно также иметь некоторое количество самозарядных винтовок и штурмового оружия для действий во вражеских траншеях. По минимуму - один пистолет-пулемет у комотделения. В элитных частях - дополненные ещё парой ПП и двумя--тремя самозарядками...
   Вот только убедить генералов в необходимости таких затрат... Да легче эти клятские "дегтяри" вручную изготовить - все девяносто с лишним тысяч!
   И ведь не одни только пулеметы в программе военных реформ - отнюдь нет. И артиллерия - также далеко не самая незаметная и малозатратная статья. Уж не говоря о том, что и военная реформа - отнюдь не единственная. На все остальное тоже деньги нужны.
   Вот и сиди. Думай.
  
   12.
  
   "Я помню, этот анекдот ты мне рассказывала! Ну, вот. Чего тут думать-то? Трясти надо"
   "Трясти? Чего трясти?"
   "Неправильно поставлен вопрос. Некорректно. Трясти надо не ЧЕГО. Трясти надо КОГО. Трясти надо французов"
   "Мы им и так уже задолжали до последних штанов"
   "Ну и что? Ещё не одно государство мира не пошло с молотка за долги. А французы без нас не обойдутся, поскольку иначе им немцы очко на британский флаг порвут. Платили, платят и платить будут..."
   "Твой язык..."
   "Язык как язык. С кем поведешься... По факту имеете что возразить? Ну?"
   "Одних кредитов не хватит"
   "М-мда, тут, пожалуй, ты права. Но миллиардов десять--пятнадцать мы с них слупим, это как пить дать. А ежели не хватит - так продадим что-нибудь ненужное. Пару броненосных недоразумений, например..."
  
   13.
  
   На новый 1896 год рабочие и инженеры Царскосельского Механического Завода сделали Александре Федоровне роскошный, просто-таки царский подарок. Первые серийные партии пистолетов-пулеметов "Росомаха Мк.I" и ручных пулеметов ФФТ (Федоров-Филатов--Токарев) пошли "в войска" - первыми ручники и автоматы получили части Гвардии, расквартированные в Царском Селе и занимающиеся НЕПОСРЕДСТВЕННОЙ охраной Их Величеств.
   Кроме пистолетов-пулеметов, в Царском Селе планировалось выпускать револьверы "Смит & Вессон" офицерского образца, состоявшие на вооружении российской армии до принятия "Нагана". Линии для производства "Смит-Вессонов" будут переданы с Тульского Императорского Оружейного Завода сразу после того, как там получат новые американские и английские станки. Калибр револьвера в русской системе обозначался как "4,2-линейный", в международной - как ".44 Смит и Вессон Русский". В миллиметрах - 10,67.
   Весной и летом 1895 года, раздумывая над альтернативами "нагана", Елка выдвинула несколько предложений. Первым из них было сохранение на вооружении "Смит-Вессонов" - это обошлось бы гораздо дешевле. А эффективность легко и просто поднималась введением нового патрона. Экономичного - то есть унифицированного с прочими боеприпасами по максимальному числу показателей.
   Патрон был создан, результаты, им показанные, оказались вполне на уровне, но "Смит-Вессон" это не спасло. На вооружение приняли "Наган". И если так... Что ж, приказы надо исполнять. И, коли так, то налаживать производство "Наганов" в Туле надо начинать немедленно, не отговариваясь нехваткой средств и тем, что "время терпит". Коли уж у вас нашлись средства закупить у Наганов аж тридцать тысяч револьверов - и планировать закупку ещё стольких же... А время, как известно, не ждет. И терпеть не может тех, кто пытается его тянуть. Наказывая таких затейников быстро и сурово.
  
   14.
  
   Кроме револьверов "Арфа" и "Рысь" в КБ ЦСМЗ почти детально воспроизвели револьвер "Удар", с которым Елка как-то пару раз имела дело - его мощь произвела на неё тогда неизгладимое впечатление. Отработанная в производстве металлическая гильза 32-го охотничьего калибра оказалась весьма удобна и в середине 90-х годов XIX века - не хуже, чем в середине 90-х годов века XX. Боевая пуля того же "кувалдообразного" типа - со стальным сердечником, плоская головная часть которого выступает из плакированной мельхиором стальной же оболочки и создает чудовищный останавливающий момент. Этот патрон получил русское обозначение "12,5х40-мм револьверный", а для внешнего рынка именовался ".494 Русский". Тремя основными отличиями "Удара" М1896 должны были стать V-образная "нагановская" боевая пружина, приближенная к классическим британским "бульдогам" рукоять и механизм смены барабана, также приобретший классические черты - ось барабана оттягивается вперед, барабан свободно извлекается.
  
   15.
  
   Вместе с "Ругерами", которым Елка планировала не столько спортивное, сколько боевое будущее (только вместо .22 LR использовать 7,65 мм Браунинг - и отличный боевой пистолет получится. По крайней мере, для начала XX века!), разрабатывались и несколько других конструкций, чисто спортивных - вся серия должна была получить название "Олимпия".
   А увлечение Ники допетровской Русью добавило к и без того довольно обширному списку разнообразных дробовиков ещё и специальной конструкции обрезы, предназначенные для вооружения планируемого батальона Драбантов.
   Дело в том, что Николай II был в восторге от старой Московии, той Руси, что окончилась в огне начатой Петром I революции. А идеалом правления для него был Алексей Михайлович, прозванный "Тишайшим". В связи с чем государь частенько мечтал переодеть хотя бы часть дворцовой охраны в старорусские кафтаны. В ответ Елена, также иногда - а честно сказать, довольно часто! - страдавшая от острых приступов театральности, предложила создать специальный батальон ряженных, одна рота которого должна была изображать стрельцов, вторая - "синих" мушкетеров из любимого ею в детстве романа Дюма, а третья - что-нибудь из сказок Шахерезады. Благо, Российская Империя имела весьма дружеские отношения с Эфиопией, и в обмен на небольшую партию оружия могла легко получить две--три сотни эфиопов.
   А если предложить, чтобы во время, свободное от несения караула во дворце, оные эфиопы могли, на правах вольнослушателей, посещать занятия различных факультетов АУЦ, то эфиопы будут не простые, а отборные и специально подготовленные.
   Эти три роты составляли отдельный батальон Драбантов ЕИВ, и их "форменное" вооружение должно было соответствовать костюму. Потому на ЦСМЗ экстренными темпами налаживался выпуск специального оружия: замаскированные под старинные кремневые и колесцовые пистолеты двуствольные дробовики 8-го калибра вполне гармонировали с нарядом, но в то же время были исключительно пригодны именно для боя в ограниченном пространстве. Где плотный сноп картечи мог оказаться гораздо эффективнее обычных револьверных и винтовочных пуль.
  
  
  
   ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
  
   1.
  
   Елка-Аликс ещё не настолько впала в манию величия, чтобы пытаться заглянуть в будущее и предсказать, как конфликты, приведшие к Первой Мировой, реализуются в ЭТОЙ реальности. Планы её пока находились в стадии предварительных наметок, и даже если бы они были всегда готовы, как пионеры... Случайности случаются. ВСЕГДА.
   Но то, что как-нибудь они реализуются обязательно...
   Это без вопросов...
   И к гадалке не ходи.
  
   2.
  
   Если вспоминать, то стоит начать с предыстории...
   "Обычно рассказ о политическом аспекте истории Первой Мировой войны начинают с аннексии Германией Лотарингии и Эльзаса. Находясь в безнадежном военном положении, Франция была принуждена подписать мирный договор, который даже немцы не считали сколько-нибудь справедливым. Аннексии, против которой возражал Бисмарк, персонифицирующий политическое руководство новоявленной империи, требовали - и добились - победители из Прусского Генерального штаба. Свои резоны имелись у обеих сторон.
   Франция - в лице правительства, парламента и народа - отказалась признать захват Эльзаса и Лотарингии.
   Это означало, что отныне при любых правительствах и при любых обстоятельствах Париж будет вести последовательную антигерманскую политику, причем тяга к возвращению утраченных территорий станет во Франции национальной сверхидеей, если не национальной паранойей. Само по себе это, конечно, делало неизбежной (в более или менее отдаленном будущем) новую франко-германскую войну, но никак не предрешало ее общеевропейского характера.
   Надо заметить, что, поставив своей непременной целью возвращение восточных департаментов (и ориентировав соответствующим образом пропаганду), Франция не проявила должной государственной мудрости. Ее политика стала предсказуемой. Это означало, что вне всякой зависимости от авторитета своей армии и степени экономического процветания Франция перестала быть субъектом международной политики и сделалась её объектом. Грамотно используя ограничения, которые "великая цель" возвращения Эльзаса накладывала на внешнеполитические акции Третьей Республики, Францией стало возможно манипулировать. Но в таком случае французская политика должна быть признана несамостоятельной и говорить о германо-французских противоречиях как о причине или даже одной из причин Первой Мировой войны нельзя"
   Эту книгу Елка читала всего-то один раз, и то только потому, что больше делать было нечего. Теперь, благодаря полному контролю над памятью, любой кусок текста она могла вспомнить не то, что дословно, а даже и вплоть до расположения на странице каждой буковки.
   "Внимательно посмотрев на довоенную политическую карту Европы, мы увидим, что объяснить характер и происхождение Мирового кризиса 1914 года, отталкиваясь от геополитических интересов стран -- участниц конфликта, невозможно. Германия играет в Мировой войне роль нападающей стороны, не имея вообще никаких осмысленных территориальных притязаний. (Идеологи пангерманизма говорили, разумеется, об аннексии Бельгии, русской Польши и Прибалтики, но как серьезная политическая цель эти завоевания никогда не рассматривались, поскольку теории "жизненного пространства" еще не существовало, а с геополитической точки зрения пространство империи и без того было избыточным. Что же касается требования о переделе колоний, то сомнительно, чтобы оно вообще когда-либо выдвигалось.) Франция, выступающая под знаменем реванша и возврата потерянных территорий, напротив, обороняется. Россия, которой исторической судьбой уготовано южное направление экспансии (зона Проливов и Ближний Восток), планирует операции против Берлина и Вены. Пожалуй, только Турция пытается (правда, безуспешно) действовать в некотором соответствии со своими геополитическими целями.
   Сравним эту ситуацию с русско-японской войной 1904--1905 годов. В этом конфликте экономические интересы стран сталкивались в Корее и Манчжурии. Японские острова перекрывали русскому флоту выход в Тихий океан. С другой стороны, географическое "нависание" Российской империи над Японией сдерживало японскую экспансию в любом стратегическом направлении. При сильном русском Тихоокеанском флоте Япония не могла продвигаться ни на континент, ни к южным морям, ни к архипелагам островов центральной части Тихого океана. Эффект "стратегической тени" был продемонстрирован Японии сразу после заключения победного для нее Симоносекского договора с Китаем.
   Перед нами типичный геополитический конфликт, когда ни одна из сторон не может достигнуть своих внешнеполитических целей без подавления другой. Такой конфликт не вел фатально к войне: Япония могла не решиться на чрезвычайно рискованное нападение. В этом случае она осталась бы второразрядной державой.
   Стремление Японской империи к активной внешней политике (обусловленное логикой борьбы за источники сырья и рынки сбыта) спровоцировало развитие конфликта и переход его в военную стадию. Заметим, что, несмотря на всю ожесточенность боевых действий на море и на суше, война рассматривалась обеими сторонами как ограниченная. Ни для Японии, ни тем более для России преобладание в Корее и на Тихом океане не было вопросом выживания. Потому Россия и заключила благоприятный для Японии мир, далеко не исчерпав своих возможностей продолжать военные действия. Война закончилась, как только ее стоимость превысила в глазах России значимость конфликта.
   Итак, в случае русско-японской войны стороны действовали в соответствии со своими геополитическими интересами. Возникший конфликт они решили в форме ограниченной войны.
   В Первой Мировой войне стороны действуют если не прямо вразрез собственным интересам (Германия, Австро-Венгрия), то во всяком случае "перпендикулярно" им (Россия). Результат разрешения возникшего конфликта -- всеобщая война и крушение цивилизации. Разумно предположить, что этот конфликт вообще не имел геополитической природы"
  
   3.
  
   "Ортодоксальный марксизм, объясняющий происхождение Великой Войны экономическими причинами - прежде всего, острейшей конкурентной борьбой между Германией и Великобританией - вероятно, ближе к истине, нежели геополитическая концепция. Во всяком случае, британо-германское экономическое соперничество действительно имело место. Резкий рост промышленного производства в Германии (при сравнительно низкой стоимости рабочей силы) серьезно подорвал позиции "мастерской мира" на рынках и вынудил правительство Великобритании перейти к протекционистской торговой политике. Поскольку преференционные тарифы для стран Британской империи (идея Джозефа Чемберлена) провести через парламент не удалось, протекционизм привел к заметному увеличению "транспортного сопротивления" империи. Это не могло не повлиять на состояние финансово-кредитной мировой системы с центром в Лондоне и опосредованно -- на мировую систему торговли. Между тем именно положение "мирового перевозчика" обеспечивало Великобритании экономическое процветание и политическую стабильность.
   На рубеже веков Германия переходит к строительству огромного военного и гражданского флота. Пользуясь поддержкой со стороны государства, крупнейшие немецкие судоходные компании (ГАПАГ и "Норддойчланд Лайн") выходят на первое место в мире по суммарному тоннажу судов водоизмещением более 5000 тонн. Суда этих компаний последовательно завоевывают самый престижный в торговом судоходстве приз -- Голубую ленту Атлантики. Речь идет, следовательно, о самой основе экономического и политического могущества Великобритании -- о "владении морем".
   Экономическое содержание структурного конфликта, приведшего к Первой Мировой войне, очевидно. Увы, именно в данном случае динамика экономических показателей выступает лишь отражением более глубоких социальных процессов. В конечном счете Великобритания заплатила за участие в войне цену, неизмеримо превышающую все реальные или надуманные потери от немецкой конкуренции. За четыре военных года мировые финансово-кредитные потоки, ранее замыкавшиеся на лондонское Сити, переориентировались на Уолл-Стрит. Следствием стало быстрое перетекание английских капиталов за океан. Великобритания начала войну мировым кредитором. К концу ее она была должна Соединенным Штатам более 8 миллиардов фунтов стерлингов. (Для сравнения -- совокупные затраты Великобритании в ходе "дредноутной гонки" 1907--1914 годов не превышали 50 миллионов фунтов.)
   Разумеется, финансовые круги в Великобритании прекрасно оценили ситуацию и выступили в 1914 году против вступления страны в войну. (Равным образом, категорическими противниками войны были германские промышленники.) Иными словами, легенда о "заговоре банкиров против мира" не выдерживает критики. Вообще, обосновывать неограниченную войну торговыми, финансовыми или иными деловыми причинами -- не слишком серьезно..."
  
   4.
  
   Интересно - а то, что ЕДИНСТВЕННОЙ страной, вышедшей победителем из ОБЕИХ Мировых Войн, были Соединенные Штаты, это просто такое себе стечение обстоятельств? Первую Мировую США выиграли с разгромным счетом: Англия задолжала восемь миллиардов, Франция потеряла до 10% населения (превратившись к концу века в крупнейшую мусульманскую страну Европы) и всякое подобие политической воли, Россия (в феврале--октябре 1917 года), Германия и Австро-Венгрия вообще перестали существовать как независимые государства... Если бы не возникновение в России коммунизма, передел мира окончился бы ещё в середине 20-х годов!
   В игре с такими ставками СЛУЧАЙНОСТЕЙ НЕ БЫВАЕТ - кроме вовсе уж непредсказуемых. Навроде тех же большевиков - до лета 1917 года РСДРП(б) не имела вообще никакого политического значения в России! Понятно, почему "кукловоды" вроде Рейли и Локкарта не учитывали Ленина в своих прогнозах...
   Ещё в Древнем Риме знали, что тот, кто больше всего с какого-то дела поимел, тот, вероятнее всего, его и провернул.
  
   5.
  
   "Ты всегда слишком тревожишься о слишком отдаленном будущем"
   "А по мелочи бить - только кулак себе отшибать"
   "И как это надо понимать?"
   "Для разгребания всяких мелочей необходимо иметь аппарат. Наша цель - глобальна"
   "Ты как-то рассказывала анекдот об артиллерийском училище, над которым долгие годы висел плакат "Наша цель - коммунизм". Твоя фраза - из той же серии"
   "Не-а. Тогда бы она звучала как "Наша цель - глобализм". Впрочем, так оно и есть"
   "Честно говоря, не представляю себе, как можно устроить что-либо подобное. Мировая Война - слишком глобальное явление для...ТАКОГО"
   "Это-то как раз просто. Англичане пересчитали русских, французов и немцев, и, естественно, подумали, что они тут самые умные. А вот ни фига, ответили им из Америки. В чем суть? Англичане нарезали в Европе такой паззл, который неминуемо приводил к разгрому Германии. Но при этом кое-чего не учли..."
   "М-мда?"
   "Именно! Во-первых, они не учли Мольтке-младшего и того типа, который оказывал на него влияние. Я не знаю, кто это был, но должен был быть кто-то, способный убедить нормального, вполне компетентного офицера Генерального Штаба принять столь идиотскую схему..."
   "Я теперь тоже знаю эту книгу. Ты считаешь, что эти решения "Мрачный Юлиус" принял под чьим-то влиянием?"
   "Ну, вряд ли бы он смог додуматься до этого сам, верно? Глупости такого масштаба случайно не происходят. Как и последующее из этой же серии - Фалькенгайн весь пятнадцатый год с упорством маньяка рвется на восток... а затем, когда УЖЕ ПОЗДНО, начинает с не меньшей энергией биться лбом в стены Вердена... Чертова мясорубка в погонах! Два миллиона человек! ДВА МИЛЛИОНА! И это только Верден! А Августов? А Горлице? А..."
   "Прекрати. Что во-вторых?"
   "А во-вторых, они не учли собственных политиков. Когда из-за идиотских решений Мольтке-младшего Германия не смогла разгромить Францию за шесть недель, в результате чего из Вильгельма Второго не вышло нового Наполеона Первого, и война стала чисто континентальной, Англия зачем-то полезла в это дерьмо. Вполне... допустимое политическое решение в виде посылки на континент шести дивизий Британского Экспедиционного Корпуса, эдакий "жест доброй воли" и знак единения всех вокруг знамени Антанты, вдруг стало причиной - или же поводом? - для развертывания полномасштабной сухопутной армии. Семьдесят дивизий! СЕМЬДЕСЯТ! На те средства, что позволили содержать два миллиона солдат на Западном фронте, можно было построить больше ВОСЬМИ ТЫСЯЧ эсминцев! Представляешь себе? Вот, смотри здесь: "Одновременно выяснилось, что стоимость снарядов, выпущенных одной только британской артиллерией, просто чудовищна. Армия "выстреливала" по два линкора каждые три дня". Понятия не имею, был Китченер предателем или добросовестно ошибся, однако же результат налицо. Попытка содержать одновременно первый в мире флот и достойную "европейских стандартов" сухопутную армию угробили английскую экономику всего за четыре года! Также решение "не для среднего ума", и тоже из серии "суицид спешиал" - думаешь, его они сами приняли? Не смешите мои тапочки! Англия ВЕКАМИ строила свою политику на доктрине морского могущества - а тут взяла, и в одночасье все переменила. Совершенно случайно! "
   "И все?"
   "Нет, конечно. Есть ещё, например, сопротивление британского адмиралтейства введению системы конвоев - в семнадцатом, когда немцы начали тотальную подводную войну. Даже последний идиот, читавший Мэхэна, знает, что единственно правильным ответом на войну против торговли может быть только введение конвоев. А вот Лорды Адмиралтейства, и не какого-то там. А британского! Почему-то вместо этого начинают формировать эскадры охотников! Фактически Англия была поставлена если и не на край гибели, то в весьма тяжелое положение. Ага? Есть ещё десантная операция в Галлиполи, Салоникский фронт, который сами немцы всю войну называли "самым большим лагерем для союзных военнопленных", есть десятки ошибок помельче и сотни, а то и тысячи совсем уж крохотных... Но ведь и тех двух оказалось вполне достаточно..."
  
   6.
  
   Ситуация в целом выглядела безоблачно. В ближайшее время войны не предвиделось.
   И тем муторнее было Александре Федоровне.
   "Кошмар коалиций" - вот что мучило её более всего остального.
   Противоречия между Россией и Австро-Венгрией, касающиеся положения балканских славян, НЕРАЗРЕШИМЫ. Если коротко, то Австро-Венгрия в своей балканской политике имела программу-минимум и программу-максимум. Минимально Дунайская монархия стремилась не допустить никакого, даже самого малейшего развития Сербии и Черногории - ни территориального, ни экономического, ни культурного, не говоря уже о военном или промышленном. В Вене и Будапеште считали, что само по себе существование этих государств несет угрозу "лоскутной империи", поработившей миллионы славян.
   Программа максимум предусматривала присоединение к Австро-Венгрии Боснии и Герцеговины, ныне находящихся всего лишь "под контролем" двуединой монархии по врученному Берлинским конгрессом мандату на управление, и полное экономическое и политическое порабощение Сербии и Черногории. С последующим превращением их сначала в протектораты, а затем и в провинции. В данный момент в Сербии правила династия Обреновичей, австрийских марионеток, пляшущих под дудку венского кабинета так старательно, будто присоединение их родины к хозяйству венского рамолика Франца Иосифа II было их самой заветной мечтой. В дальнейших планах венско-будапештской камарильи - выход к берегам Эгейского моря посредством мирного или военного раздела европейских владений Турции.
   Россия же не может себе позволить не обращать внимания на доносящиеся с Балкан стоны и мольбы о помощи. Проблема Проливов, наследие славянофильства и обыкновенное опасение "потерять лицо" - вот что столкнет Санкт-Петербург и Вену на Балканах.
   Лоб в лоб - только кости хрустнут.
  
   7.
  
   С другой стороны - Германия. Разорвавшая в 1890-м "Договор Перестраховки" и связанная с Веной теснейшими военными обязательствами.
   Между прочим, Николай был просто убит, когда узнал от умирающего министра иностранных дел Гирса (старый министр ушел вслед за своим императором - двадцать шестого января 95-го), что Россия, оказывается, связала себя военным союзом с "безбожной" Францией - к чему она была принуждена самой Германией, разорвавшей тот самый договор. Вильгельм, германский кайзер и кузен Ники, всегда очень ему нравился, и теперь необходимость думать о том, что когда-нибудь с ним, не дай Боже, придется вести с ним войну, нагоняла на царя страшную тоску. Всегда любезный, вечно дружественный "кузен Вилли" - и разрыв "договора перестраховки"... Это жуткое противоречие бедному мальчику просто душу в клочья рвало.
  
   8.
  
   С третьей стороны - Франция. Жаждущая реванша - и готовая за него платить.
   В начале 1880-х годов в России назрела необходимость выкупить в казну частные железные дороги. Исходя в первую очередь из военно-стратегических соображений. Решено было разместить за границей займы. Первоначально - в Германии. Немцы, не пожелав усиливать Россию, займ благополучно провалили - газеты подняли крик, русские "железнодорожные" акции покупать никто не стал, и они пошли с молотка за 70% номинала. Скандал вышел грандиозный, и Россию с Германией он поссорил сильно. А учитывая предысторию - Берлинский конгресс в первую очередь...
   Французы тут же воспользовались ситуацией - и остатки ценных бумаг, и "залоговое золото", положенное на депозит как гарантию займа, тут же перевезли в Париж и разместили в таких банках, как Credit Lionnais, Paribas и Societe Generale. В последующие четырнадцать лет во Франции было размещено десять крупных и не поддающееся учету количество мелких и частных займов. В одном только 1888 году император Александр III, отправившись в Париж на открытие Всемирной выставки промышленности и торговли, увез оттуда аж восемь миллиардов золотых франков!
   При этом русские ценные бумаги обещали прибыль от 4% годовых и более. По специальным долгосрочным обязательствам - на детей или молодоженов - проценты достигали 10 и даже 14% годовых! Неудивительно, что люди продавали дома, землю, фамильные драгоценности... и покупали "царскую бумагу".
  
   9.
  
   Разрыв соглашения с Францией представлялся государыне вещью практически невозможной. Как по личным, так и по финансовым соображениям. О финансовых - сказано выше. России необходимы были деньги на реформы и индустриализацию. Взять их, кроме как во Франции, было негде.
   Что же касается личного аспекта...
   Ники буквально благоговел перед отцом, и практически любое действие, предпринятое или запланированное Александром III, было правильно уже только поэтому. Это обстоятельство, вместе с чрезвычайно мощным французским лобби, превращало любое покушение на договор Антанты в попытку с негодными средствами.
   И даже более того - в результате этого конфликта Аликс могла потерять контроль над императором. Этого нельзя было допускать ни в коем случае. Мания величия или не мания величия, но упустить этот шанс предотвратить Мировую Войну и проистекшие из неё бедствия... Для Елки и Аликс это было попросту НЕМЫСЛИМО.
  
   10.
  
   С другой стороны...
   Если внимательно изучить Вторую Мировую Войну...
   Одним из планов бытия этого грандиозного противостояния был конфликт между Великобританией и США. При этом и официально, и неофициально Англия и США являлись союзниками в войне против III Рейха и Японии. Блистательное решение проблемы - японцы, ещё за двадцать лет до того являвшиеся лучшими союзниками англичан и не имеющие к Британской Империи НИКАКИХ осмысленных территориальных претензий, топят английские линкоры и изгоняют британцев из Сингапура, долгие века бывшего символом власти Империи. В то время как англичане вынуждены растягивать свой и без того ослабленный Вашингтонскими и Лондонскими договоренностями и предыдущими потерями флот, защищая три океана сразу - и без помощи американцев эта задача становится неразрешимой, как Великая Теорема Ферма. И возразить против политики Рузвельта, упорно провоцирующего японцев на нападение, для них все равно, что плевать против ветра. В результате американцы руками своих врагов N2, японцев, ведут войну против своих врагов N1, англичан!
   Блистательно.
   Макиавелли аплодировал бы Рузвельту.
   А Сунь-Цзы назвал бы его одним из лучших полководцев в истории.
  
  
   ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
  
   1.
  
   Реформа образования, начатая январским указом Его Величества об отмене "классических" гимназий, была последней из "горячего", или, вернее, "горящего" списка - последней из тех, которые должны были быть проведены "ещё вчера".
   Первой из них, начатой ещё почти за год до того, в феврале 95-го, была информационная. Ведь в ЭТОЙ России ещё ни одна собака не знала, что важнейшим из искусств для Империи является "PR" - "пи-ар", оно же, в неправильном переводе с английского - "связи с общественностью". В обиходе именующееся рекламой, а в точном и кратком военном языке определяемое как "пропаганда".
   Искусство информационной войны известно человечеству с древнейших времен. Рухнувшие от рева труб стены Иерихона помните? Или вы действительно думали, что древние трубачи сумели создать эффект резонанса? И с тех пор как Гуттенберг изобрел печатный станок, возвестив начало Второй Информационной Революции, пропаганда шагала вперед семимильными шагами.
   Вспомним, например, Тридцатилетнюю войну. Католики насмерть схватились с протестантами, в результате Германия, на территории которой развернулись основные боевые действия, потеряла до двух третей населения! Церковь тогда была вынуждена официально ввести многоженство! Чтобы оправиться от этой демографической катастрофы, Европе понадобилось более полутора столетий. И тут как раз во Франции случилась революция. Та самая, Великая Французская. Войны Революции и Империи продолжались двадцать два года - с 1792 по 1815 - и унесли жизни более четырех миллионов французов.
   Третья Информационная Революция - изобретение телеграфа - добавило к возможности сохранения информации (письменность) и широкого её распространения (печать) возможность делать это почти мгновенно. Результатом стала бойня Первой Мировой. Пропаганда достигла своих вершин - и правительства, воодушевлявшие свои народы на усилия, необходимые для победы, внезапно обнаружили, что оседлали тигра. Да, пропаганда позволяла превращать народ в единое целое, одушевленное ненавистью к врагу. Вопросов нет. Проблема, вначале мало кем замеченная, заключалась в том, что ненависть, однажды разбуженную, усыпить обратно было невозможно. Тот самый "кризис системы управления", о котором так долго твердили марксисты, был многообразен. В том числе кризис поразил и систему управления общественным мнением. Она, видите ли, оказалась СЛИШКОМ уж эффективной. Лозунг "Победа или смерть", прозвучавший одновременно по обе стороны фронта, первоначально был только красивой фразой, выражавшей решительность правительства. А потом пропаганда превратила её в твердую, как скала, решимость погибнуть, но не отступить. И любого, кто попытался бы, толпа разорвала бы на многие тысячи очень-очень мелких клочков.
   Успехи пропаганды в этой войне поразительны: ВСЕ изначальные участники Первой Мировой сделали это выбор. Просто редакция исхода слегка различалась: от полного разгрома и уничтожения прежней государственности - иной раз вместе с самим государством - для России, Германии и Австро-Венгрии до просто тяжелого поражения Англии и Франции. У которых катастрофа оказалась растянутой во времени лет на тридцать - поскольку никакие выплаты и репарации, аннексии и контрибуции не могли компенсировать понесенных за те четыре года потерь.
   А в России до сих пор не было даже и частного общероссийского телеграфного агентства! Не говоря уже о государственном. Охват трех имевшихся - Русского, Международного и Северного - был узок, и "страшно далеки они от народа". А то с чего бы во время Русско-Японской русские интеллигенты японцам поздравительные телеграммы слали? Именно поэтому! Потому, что у Империи не было собственной пропагандистской машины, способной растереть подобных... личностей... в порошок. Или что-либо ещё более мелкое. Хотелось бы, конечно, в лагерную пыль... К сожалению, состояние системы народного образования было не то, чтобы разбрасываться профессурой, рассылая её по Соловкам и лесоповалам.
  
   2.
  
   Реформа средств массовой информации началась с создания в Имперской ЕИВ Канцелярии Отдела Общественных Связей и Публичной Информации, вскоре переименованного в Информационное Бюро. Обязанностью которого было создание общественного мнения - тех взглядов и представлений, которые требовались Императрице в данный момент. Этакое собственное Министерство Пропаганды. Конечно, никаких наставлений по ведению информационной войны и психологических операций пока не существовало - ну и что? Елку это никогда не останавливало. Не остановило и сейчас.
   Одновременно в Санкт-Петербурге было создано Российское Телеграфное Агентство, имеющее целью "сбор, обработку и снабжение информацией газет, журналов, правительственных учреждений, общественных организаций и частных лиц". Внутри России РОСТА должно было постоянно взаимодействовать с газетным трестом "Ведомости", предоставляя ему не только хронику и правительственную официальную информацию, но и репортажи, статьи, интервью, комментарии, очерки, обзоры... И даже, если понадобиться, иллюстративный материал - что в эту эпоху, характерной скоростью которой был почтовый поезд, было сопряжено с изрядными трудностями.
   Трест "Ведомости" создавался параллельно с РОСТА - путем объединения в единое целое большинства существующих официальных правительственных газет. Издающиеся попечением губернских и областных властей "Ведомости", именующиеся "Губернскими" или "Областными", являлись официальным рупором Империи. Здесь печатались постановления и предписания властей, перепечатываемые из центральных официальных изданий политические известия и статьи, казенные объявления... Ну, а заодно - сведения о происшествиях, явлениях природы, торговле, сельском хозяйстве, промышленности, об учебных заведениях, древностях... истории, этнографии, археологии, географии...
   Одним словом, хорошая газета.
   К сожалению, в некоторых обстоятельствах этот эпитет может иметь и отрицательный смысл. Поскольку "ничто не бывает хорошо или дурно само по себе - а только смотря по обстоятельствам". И в дополнение к "казенному" РОСТА и подчиненному ему газетному тресту "Ведомости" Елка начала спешно создавать "частное" Агентство Печати "Новости" - с одноименным газетным трестом. По охвату "Новости" должны были стать вровень с "Ведомостями"... А вот их характер должен был быть совершенно противоположным.
   Задачей АПН была "занимательная печать", ещё пока не именовавшаяся "жёлтой", но уже близкая к тому. Нью-йоркские газеты "Уорлд" и "Джорнел", публиковавшие на первой странице рисунок малыша в желтой рубашке, потешавшего читателей далеко не детскими высказываниями, и спорившие о праве первенства на эту идею, уже были названы "желтой прессой", однако термин этот, хлесткий и прилипчивый, ещё не распространился по миру, превратившись в обиходное название. Пока что газеты, отличающиеся поразительно низким вкусом и поразительно высокими тиражами, называли "школой Херста" - в честь газетного магната, первым поставившего создание таких газет на поток. Именно он был владельцем той самой газеты "Джорнэл".
   Основным содержанием газет Рэндолф Херст считал пожары, скандалы и беспорядки, а залогом успеха - огромные заголовки, бросающиеся в глаза и доступные даже для малообразованных и смертельно усталых людей, и максимально скандальные или максимально кровавые фотографии, рисунки... на худой конец - описания. Больше крови и скандала - и успех обеспечен.
   Кто-то когда-то сказал, что основной задачей литературы является "занимая, поучать". Автор этой мысли, кто бы он ни был, не заметил, что люди - en masse - не любят, когда их поучают. Пусть даже и занимательно. Зато они любят пощекотать себе нервы, почитав что-нибудь... эдакое. Чтобы побольше крови, трупов и обнаженных блондинок.
   И Херст и владелец "Уорлд" Пулитцер дали обывателю то, чего тот так жаждал.
  
   3.
  
   Кроме РОСТА с "Ведомостями" и АПН с "Новостями" Информационное Бюро Имперской Канцелярии курировало ещё и военную цензуру: созданная в ноябре 1895 года в составе Имперского Генерального Штаба "Пресс-Служба", вскоре переименованная в "Пресс-Бюро", была полным аналогом ООСПИ/"ИнформБюро", отличаясь только наличием прав предварительной и карательной цензуры, а также значительно более узким кругом задач. В сферу компетенции ПБ официально входило только сохранение военной и государственной тайны. Неофициально - ещё дезинформация противника через открытую печать и агитация и пропаганда в интересах Вооруженных Сил Российской Империи.
   Общая цензура, подотчетная Главному управлению по делам печати при МВД и Особому Совещанию по делам печати, в состав которого входили министры внутренних дел, юстиции, народного просвещения и обер-прокурор Синода, по-прежнему занималась политикой, религией и нравственностью - к этой гадости Елка не собиралась прикасаться даже самой длинной палкой. Она собиралась просто-напросто её отменить.
   Хотя и не сразу: поспешность хороша только при ловле блох.
   Чего совершенно не понимали авторы "петиции литераторов", поданной на Высочайшее имя 8 января. Эти... крайне наивные... люди ходатайствовали о "принятии русской литературы под сень закона" - дабы оградить её от "непосредственного воздействия светской и духовной цензуры". Отмене подлежала предварительная цензура, особые разрешения для издания газеты или журнала - достаточно, дескать, просто подать заявление надлежащей власти, отмена административных взысканий и замена их властью суда и закона... Угу, и демократия расцветет сразу же, как только объявят свободу прессы.
   Не дождетесь, господа!
   Если армейскую пресс-службу ИнформБюро курировало только косвенно, то ОРРО-НРС, Объединение Российских Разместителей Объявлений--Национальный Рекламный Синдикат был подотчетен ему прямо. Эта организация теоретически была создана для размещения в газетных и журнальных изданиях рекламных объявлений предприятий, подписавших с ней контракт. Через НРС проходили все договоры рекламодателей с "Ведомостями" и другими казенными газетами, а также с трестом АПН/"Новости" - сначала ОРРО выкупала у газет все рекламные площади, а затем размещала на них рекламные объявления, деля все площади между общеимперскими и местными фирмами и трестами в зависимости от значения издания и губернии, в которой оно выходило. И все договоры о рекламе продукции и услуг казенных и царских предприятий. "Летайте самолетами Аэрофлота". "Храните деньги в сберегательной кассе". И так далее, и тому подобное. Железные дороги, банки, заводы и фабрики, издательства, предприятия Большой и бытовой химии... Все, что только имелось в стране казенного или принадлежащего Дому Романовых, ОБЯЗАНО было пользоваться услугами НРС. А любое предприятие, желающее разместить свои объявления по всей империи, вынуждено было работать с ОРРО-НРС, монополистом, имеющим исключительные права на рекламные страницы государственной периодической печати. В дальнейшем это должно было привести к тому, что синдикат займет монопольную или почти монопольную позицию на рынке рекламных услуг. И после того, как закон о свободе печати вступит в силу, займет место отмененной общей цензуры.
  
   4.
  
   Выходя на площадь Финляндского вокзала, Володя был абсолютно доволен жизнью и собой. Поездка по Европе прошла архивеликолепно, швейцарская встреча была более чем результативна: удалось договориться об обмене материалами - издании там сборника и пересылке сюда их литературы. Во Франции и Германии дело прошло чуть хуже, ЭТИ господа его всерьез не приняли. Проездом через Гельсингфорс получилось пообщаться с финскими товарищами и наладить канал...
   Словом, хорошо съездил.
   Владимир уже начал оглядываться в поисках извозчика...
  -- Володя? Лена, посмотри, это же твой Володя!
  -- Ой, и правда! Володя, вы откуда здесь?
   Он не замедлил с ответом ни на минуту, а только на пару секунд, пока соотносил лица с именами и вспоминал, что: а) никогда в жизни не видел этих бестужевок; и б) ничего нелегального при нем нет. Опомниться Владимир не успел - его ухватили под руки и оглушили болтовней. По счастью, обе барышни придерживались в общении той манеры, которую один писатель метко прозвал "глухим аспидом". Проще говоря, они трещали, как заведенные, не давая мужчине, зажатому между ними, вставить и единого слова, зато поведав ему массу интересного. Та блондинка, что ухватилась за его левую руку, носила имя Елена и, судя по всему, Владимир, с которым его перепутали, чрезвычайно ей понравился во время знакомства, случившегося месяца четыре назад на вечеринке, организованной бестужевками, успешно сдавшими весеннюю сессию. Вторая, с волосами, которые какой-нибудь поэт мог бы описать как "медово-золотые", а недоброжелатель - сравнить с морковью, звалась Ириной, также была знакома с неизвестным Владимиром, и, судя по тому, как крепко она вцепилась в правую руку, также горячо ему симпатизировала. Обе курсистки учились на историческом факультете, и помимо учебы и сплетен могли говорить только о готовящейся, по слухам, реформе образования - классические гимназии отменят, а все время, занятое сейчас древними языками и латынью, отдадут истории. Ходили также смутные слухи о том, что где-то в недрах министерства просвещения зреет какая-то новая концепция истории Отечества, а вырабатывать её поручили профессору Ключевскому. Говорили, что концепция эта будет ответом на происки марксистов и народников - одновременно! Как это может быть, девушки только предполагали - к его удивлению, предположения были не только вероятны, но и довольно естественны. И обличали поразительно глубокие познания не только сочинений господ народников, но и Маркса, и Энгельса... и даже, что было совсем уж странно, его собственной книжки!
  
   5.
  
   Внезапно прямо у правого уха раздался оглушительный визг, навылет пробивший его барабанную перепонку. Рыжая Ирина радостно махала рукой высокой светловолосой даме, одетой строго, но с большим вкусом. И очень большими деньгами.
  -- Александра Федоровна!
  -- Ира, Леночка, рада вас видеть. Только не надо так старательно подражать боевым воплям индейцев. Это очень, о-очень неприлично, девочки, - судя по заговорщическим улыбкам, это была цитата. -- И представьте мне вашего друга.
  -- Александра Федоровна, это Володя, он - помощник присяжного поверенного. Володенька, позвольте вас представить Александре Федоровне Улановой. Она читает у нас новую и новейшую историю.
   Он знал многих бестужевок, включая и своих сестер. Но о госпоже Улановой, преподающей новую и новейшую историю, никогда не слышал.
   -- Рада с вами познакомится, Владимир, - как-то странно, усмехнувшись своим мыслям, Александра Федоровна пристально взглянула Володе в глаза. Взгляд у нее был... Не то, чтобы неприятный. Очень красивые глаза, невероятно синие... И невероятно холодные. Ледяные просто. "Похоже, ловить нечего" - огорченно подумал двадцатишестилетний помощник присяжного поверенного, ощущая, как крепко повисли у него на руках курсистки. И открыто улыбнулся новой знакомой:
   -- Архирад... Ваше Величество.
  
   6.
  
   Одновременно с РОСТА и АПН возникли ещё три телеграфных агентства, базирующихся на газетный трест - такая стандартная симбиотическая конструкция. Точнее сказать, возникли два агентства - третье было куплено и переименовано. Таким образом "Северное Телеграфное Агентство", выкупленное частной компанией, собравшейся вокруг журнала "Русское Богатство" и газеты "Неделя", превратилось в "Телеграфное Агентство "Норд". ТАН получило права на издание газеты "Вестник" или "Курьер" - во всех губерниях и областях России. Флагманское издание треста, бывшая "Неделя", отныне именовалось "Русским Курьером".
   Одновременно было создано ТАСС, что расшифровывалось как "Телеграфное Агентство Струве и Старинова". Под псевдонимом "Старинов" скрывался некто В.И. Ульянов, разыскиваемый полицией за создание петербургского "Союза борьбы за освобождение рабочего класса", где соединение научного социализма с рабочим движением было проведено настолько успешно, что всего за год количество стачек на промышленных предприятиях Санкт-Петербурга выросло почти на пятнадцать процентов! Первая газета треста, начавшая выходить в ноябре 1895 года в Санкт-Петербурге, получила, как это ни удивительно, название "Правда". Завершало список телеграфное агентство "Монитор", застолбившее за собой право на издание во всех губерниях и областях Империи газеты "Известия". Центральный орган "Монитора" именовался "Русским Вестником".
   Эти три газеты, финансируемые через НРС, должны были играть роль рупоров общественного мнения трех наиболее влиятельных в России идеологий. ТАН представляло точку зрения того крыла народничества, которое, пораженное вдруг открывшимся им истинным ликом России, отрясло со своих ног прах прошлого и превратилось в прогрессивных консерваторов, встретившись на пол-пути с ярыми монархистами и поддержав их почти во всех начинаниях. Агентство "Монитор" выражало идеи либерального евроцентризма, в общем и целом ассоциируемого с земством. ТАСС, собравшее под своей крышей социал-демократов всех известных сортов, склонялось к радикальному марксизму.
   Пока что - до полного реформирования, в обязательном порядке подкрепленного законом о свободе печати - тресты и их газеты были довольно-таки беззубы. На то, чтобы обзавестись приличными клыками, достойными "акул пера и шакалов ротационных машин", трестам отводилось два года. За это время им полагалось создать, в дополнение к центральной, сеть губернских газет, ряд тематических приложений и журналов... А главное - занять именно то место, которое им подобало. Рупора и выразителя мнений той части "общества" - или того, что его в России заменяет - которая была им предписана.
   Для распространения всех газетных и журнальных изданий была создана, совместно всеми трестами и Министерством Почт и Телеграфов, компания "РОСПЕЧАТЬ" - подписка на газеты и журналы, киоски на всех станциях всех казенных железных дорог и везде, где только можно...
   А в киосках, помимо газет и журналов - книги.
   Много книг.
   Последний элемент комплекса ИнформБюро появился точно по расписанию - 28 декабря 1895 года в подвале "Гран-Кафе" на бульваре Капуцинов в Париже братья Луи и Огюст Люмьеры провели первый киносеанс. Атташе русского посольства в Париже заплатил один франк, с удовольствием посмотрел "Прибытие поезда" и "Выход рабочих", а затем сделал братьям предложение, от которого те не смогли отказаться. И не в том дело, что атташе был такой грозный - хотя он действительно раньше служил в гвардейской кавалерии - а в том, что "царские бумаги" на пятьдесят тысяч франков с годовым доходом в 5% на дороге не валяются!
   Так в Царском Селе появилась контора с неброской вывеской "Синематрест", которой принадлежали все права на все аспекты кинематографической деятельности на территории Российской Империи, от производства оборудования до кинопроката. Логичным следствием этого было появление в списке промышленных предприятий, подконтрольных Личной ЕИВ Канцелярии, РОМО - Российского Оптико-Механического Объединения. Основанный в Петербурге завод строился для производства не только и не столько микроскопов и объективов для фото и кинокамер - сами камеры и проекционное оборудование производилось заводом "Динамо". Основную часть продукции РОМО должны были составить бинокли, дальномеры и оптические прицелы.
   Елка очень старалась никогда и нигде не делать ничего, что имело бы только одну цель. Во-первых - из уважения к принципам. А во-вторых - из-за экономической невыгодности.
  
   7.
  
   На этапе создания газетных трестов информационная реформа сливалась с реформой земского и городского самоуправления, а также с реформой образования. Которые своим истоком имели военную реформу. По правде сказать, все три реформы - информационная, земская и образовательная - и начаты-то были только и исключительно потому, что новой Империи требовалась новая армия. Офицерский корпус которой должен комплектоваться не по господствующему ныне остаточному принципу, когда основной контингент поступающих в военные училища составляют недоучившиеся гимназисты, не справившиеся со склонением древнегреческих или латинских глаголов и потерявшие из-за этого надежду на поступление в университет!
  
   8.
  
   Дело в том, что лучшие, наиболее перспективные молодые люди, то, что называется "цвет нации", в России служить были не обязаны. Они попадали в армию, только если того ЖЕЛАЛИ.
   Конечно, в первую очередь это относилось к дворянству. Но были и другие...
   Почетное гражданство, введенное в 1834 году с упразднением звания "именитых граждан", имелось потомственное, то, которое можно передать потомству, и личное. Обе категории освобождались от рекрутской повинности и подушной подати, и получали право участвовать в городском самоуправлении.
   Потомственными почетными гражданами автоматически становились дети православного духовенства по окончании духовной академии или семинарии и потомки личных дворян при рождении. По ходатайству это звание могло присваиваться купцам 1-й и 2-й гильдий, ученым и художникам, имеющим ученую степень.
   Личное почетное гражданство давалось при рождении детям духовенства. По ходатайству присваивалось лицам, окончившим университет или некоторые высшие учебные заведения, а также чиновникам, не имеющим права на личное дворянство.
   Также почетное гражданство присваивалось протестантскому и мусульманскому духовенству, артистам Императорских театров и за общественно-полезную деятельность (за десять лет - личное, за двадцать - потомственное).
   Одним словом - практически вся русская интеллигенция, принадлежа либо к дворянству, либо к почетным гражданам, была надежно защищена от "солдатчины". А после того, как правительство несколько раз предписывало отдавать "неблагонадежных" студентов в солдаты, престиж воинской службы среди "образованщины" был подорван настолько сильно, насколько это было возможно вообще. Ну, по крайней мере - до "кровавого воскресенья" 9 января и всех прелестей, связанных с карательными операциями армейских частей в ходе Революции 1905--1907 годов. Тогдашний пик отвращения "общества" к армии собственной страны был чрезвычаен по любым меркам.
   И не сказать, чтобы это отвращение было совсем уж незаслуженным...
  
   9.
  
   Однако был у Её Величества способ заманить интеллигента в армию - хотя, приобретя опыт общения со здешними "общественниками", она в этом способе сильно засомневалась, гораздо более склоняясь к мерам простым и грубым.
   В 1864 году в Империи была проведена земская реформа. В ходе её в части губерний европейской России были созданы губернские и уездные земские собрания и земские управы - распорядительные и исполнительные органы земства. В основу избирательной системы были положены выборное и сословное начала, дополненные имущественным цензом. Избиратели делились на три курии: уездных землевладельцев, городских избирателей и выборных от сельских обществ.
   Правом участия в выборах по 1-й курии пользовались владельцы не менее чем 200 десятин земли, владельцы промышленных, торговых предприятий или другой недвижимости на сумму не ниже пятнадцати тысяч или приносящего в год не менее шести тысяч доходу.
   Избирателями городской курии были лица, имевшие купеческие свидетельства, владельцы предприятий или торговых заведений с годовым оборотом не ниже шести тысяч, а также владельцы недвижимой собственности на сумму от пяти сотен до трех тысяч рублей - в зависимости от значения города.
   Выборы по крестьянской курии были многостепенными: сельские общества выбирали представителей на волостные сходы, те -- выборщиков, а последние -- гласных в уездное земское собрание. Губернские гласные избирались на уездных земских собраниях.
   Система выборов обеспечивала значительное преобладание в земствах помещиков и практически полное отстранение от них мелкой буржуазии и интеллигенции. Председателями губернских и уездных съездов были предводители дворянства.
  
   10.
  
   Надо честно сказать, что роль земства в Империи была относительно... скромной. Земства имелись только в тридцати четырех из восьмидесяти губерний Империи. Ни одна из двух десятков областей также земства не имела. Принудительной власти земские собрания и управы не имели, деятельность их полностью контролировалась губернатором и министром внутренних дел, имевшими право приостанавливать исполнение любого постановления земского собрания. Опасаясь, что земские учреждения - а точнее, либералы, засевшие в них, как изюм в булке, с тою только разницей, что выковырять их оттуда было нельзя - буде предоставить им власть, обратят её на подрыв устоев или, чего доброго, устройство революции, правительство передало земству только хозяйственные дела, касающиеся "польз и нужд" данной губернии или уезда. Управы занимались содержанием путей сообщения, строительством и содержанием школ и больниц - для чего земства облагали население местными сборами - и "попечением" о развитии местной торговли и промышленности. И так далее, и тому подобное.
   Отделение хозяйственной области от общей администрации раздробило местное управление между различными казёнными и земскими учреждениями - что не замедлило крайне пагубно сказаться на всём ходе местной деятельности.
   Более же всего прилагательное "скромные" относилось к финансовым средствам земских учреждений. Основой земского бюджета было обложение недвижимых имуществ - земель, домов, фабрично-заводских предприятий и торговых заведений. Сказать, что средства эти были скудными - значит не сказать ничего.
   Земские расходы делились на "обязательные" и "необязательные". К первым относились: дорожная, квартирная и подводная повинности, падавшие главным образом на крестьянское население, а также содержание гражданских управлений, тюрем, мировых судов и др. Расходы же на здравоохранение и народное образование санкт-петербургские чиновники считали "необязательными".
   И даже и эти до обидного грустные права и средства правительство ограничивало всемерно и с достойной лучшего применения старательностью. По закону 1867 земские доклады и журналы должны были проходить через цензуру губернатора, земствам разных губерний запрещалось общаться между собой и печатать свои постановления, усиливалась власть председателя земского собрания.
   А уж пресловутые "контрреформы" конца 80-х--начала 90-х годов, те и вовсе прокатились по ним, как танк по донской степи.
   Земские участковые начальники, введенные законом от 12 июля 1889 года, утверждались министром внутренних дел по представлению губернатора и предводителя дворянства из числа местных дворян, обладавших определённым имущественным и должностным цензом. Они сочетали административную и судебную власть: осуществляли контроль над органами крестьянского общественного управления, утверждали должностных лиц и волостных судей, а также осуществляли функции мировых судей. Введены земские начальники были для того, чтобы как-то усилить влияние поместного дворянства, заметно упавшее после отмены крепостного права.
   Основной вопрос, по мнению императрицы, заключался в том, стоило ли усиливать это влияние? Учитывая, что, если принять земли, полученные при проведении реформы 1861 года частными лицами - читай помещиками - за 100%, то к 1877 году у них оставалось 87% (то есть ежегодно они теряли 0,8125%), а спустя десять лет, в 1887 году - уже только 76%. Потери - 1,1% в год...
   И дальнейшие перспективы были не более радостными, чем разверстая могила: темп потерь возрастал. В 1887--1897 годах ежегодно из частных рук уплывали 1,2% земель, и к концу десятилетия у помещиков останется только 65%. За следующие восемь лет потери станут рекордными - 1,625% в год. Остаток на 1905 год - 52%.
   К началу мировой бойни в руках частных землевладельцев в России останется только 41% тех земель, что это сословие имело в 1861 году! Причем 2/3 этого количества использовалось крестьянами через аренду.
   "Земское положение" от 12 июня 1890 ввело сословные курии для избирателей, усилило представительство дворянства, заменило выборность крестьянской курии назначением губернатором гласных от крестьян из числа избранных крестьянами кандидатов. В среднем по 34 губерниям процент дворян в уездных земских собраниях всего за четыре года вырос на 12,8%, с 42,4% в 1886 до 55,2% в 1890. В губернских земских собраниях рост составил 7,9% - с 81,6% в 1883 до 89,5% в 1894. Усиливалась бюрократическая опека над земством - было учреждено "губернское по земским делам присутствие" под председательством губернатора.
   Результат этих мер был плачевен - как для земства, так и для Империи. По данным Особого Совещания при Имперской ЕИВ Канцелярии, занимавшейся назначением, присвоением и продвижением чиновников в соответствии с "Табелью", к концу 1894 года по всей Империи их имелось более ста шестидесяти тысяч. Офицеров в рядах имперской армии было ровно в четыре раза меньше! Бюрократия росла и крепла, жирея за счет тех людей, которые могли бы составить если и не славу российского оружия - те, кто способен на такое, в столоначальники не пойдут, как ни заманивай - то хотя бы неплохого качества офицерский корпус.
  
   11.
  
   Между тем именно с начала 1890-х годов земства занялись, наконец, полезной работой. Чем это было вызвано - ростом "попечительных забот государства" и бюрократии или же тем, что в "этот период в них приобрёл большое влияние "третий элемент" - служащая интеллигенция, среди которой были либералы, народники и даже социал-демократы"? Один только Бог ведает.
   Каков бы ни был "правильный" ответ на этот вопрос ("естественные" ответы у консерватора и либерала будут противоположными), но спорить с фактами попросту глупо. Именно в этот период и именно земские учреждения добились успеха в распространении школьного и медицинского дела. Земства открывали больницы, аптеки, созывали съезды врачей, организовывали фельдшерские и акушерские курсы. Земства основывали начальные сельские школы, а также гимназии и учительские семинарии, выдавали стипендии нуждающимся учащимся. Земства проводили мероприятия, укрепляющие сельское хозяйство, приспосабливая его к запросам времени: устраивали сельскохозяйственные выставки, опытно-показательные станции, создавали артели кустарей, содействовали сельхозкредиту, привлекали агрономов и ветеринаров, открывали сельскохозяйственные училища...
   Наконец, именно земства ввели взаимное страхование сельских строений от огня - самой страшной угрозы в российской деревне.
   Это не говоря уже о земской статистике - земцы проводили колоссальные работы по обследованию состояния сельского хозяйства и процессов его социально-экономического развития. Земская статистика возникла из потребности земских управ и собраний в сборе материалов о ценности и доходности земель и других недвижимостей, служивших главными объектами земского обложения в условиях пореформенной России. Но уже в 1887 году на 1-м съезде земских статистиков была выдвинута задача всестороннего экономического и социального обследования крестьянского хозяйства. К 1893 году земские статистические работы проводились в семнадцати губерниях из тридцати четырех - то есть охват составил ровно 50%! Учитывая, что от казны не было выплачено и копейки, результат поразительный!
   Тем страннее было видеть, как петербургская бюрократия и провинциальное чиновничество, склонные экономить казенную копейку пуще собственной жизни, в единых рядах с дворянством старались задавить ко всем чертям всякую независимую статистику, пытаясь полностью подчинить её правительственному контролю. Земские либералы-евроцентристы поступали гораздо умнее - попросту толкуя полученные исследованиями данные так, как это им было выгодно.
   И вот если убрать этот последний элемент - пристрастное толкование сведений...
   ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
  
   1.
  
   Земская реформа началась, как шаг навстречу самым потаенным мечтаниям либералов. Отныне уездные земские собрания, переименованные в уездные земские советы, избирались - на равных правах - абсолютно всеми, имеющими гражданские права. Только вот толкование этого термина либеральной интеллигенцией и Её Величеством Государыней--Императрицей Александрой Федоровной разошлось самым решительным образом.
   Елка и Аликс понимали права как оборотную сторону обязанностей.
   Новые законы, один за другим появлявшиеся в повестке Государственного Совета - который, по статусу, являлся не только заповедником для отставников, но и "законосовещательным органом" при Его Величестве - вызвали в империи шок. Равные выборы! Распространение земской системы самоуправления на все губернии и области России! Дарование земству права сносится между собой! Создание земского газетного треста, не просто дарованное в правах, но вмененное земству в ОБЯЗАННОСТЬ!
   Превращение земских участковых в "префектов", начальников уже не волостной, а уездной администрации! Имеющей уже одни только административные права!
   Выборность председателей уездных и губернских земсоветов гласными этих советов!
   И новое "Уложение о гражданстве и подданстве"!
   "Уложение", подписанное императором в феврале 1896 года и вступающее в действие с 01.01.1898 года, гласило, что право избирать имеют все душевно здоровые подданные Империи, достигшие возраста 21 года... Прошедшие службу в рядах Вооруженных Сил Российской Империи! А все лица, таковой службы не прошедшие, или прошедшие, но впоследствии приговоренные судом или именным императорским указом к лишению прав, объявлялись не гражданами, но подданными. Подданные не имели права не то, что выдвигать себя кандидатом на выборную должность, но и вообще участвовать в выборах. А также - претендовать на казенные должности.
   Это было уже слишком!
   Интеллигенция, похоже, вообще не понимавшая про обязанности, но зато досконально знавшая права, ВЗВЫЛА. Ещё громче возопило смертельно уязвленное дворянство. Да и мещанство с купечеством отстали ненамного. Возмутились все - от махровых консерваторов, для которых даже Победоносцев был слишком либерален, и до радикальных социал-демократов, со дня на день ждавших Революцию.
   Евроцентристы, в принципе, готовы были согласится с тем, чтобы от кандидатов на выборные и казенные должности требовать опыта службы "в рядах". В конце концов, офицерский чин или звание унтер-офицера запаса для таких лиц были практически обязательны - в столь милой их сердцу Европе.
   Однако требовать того же самого от избирателя?!! Неслыханно!
  
   2.
  
   Как уже сказано, во всей Империи имелось около сорока тысяч офицеров. Точнее, полторы тысячи генералов и 44 тысячи офицеров, военных врачей и военных чиновников. Собственно строевого офицерства - тридцать пять тысяч. И тысяча двести строевых генералов. Ежегодный выпуск военных училищ - 2,4 тысячи офицеров. С 1886 по 1894 годы в армию записывалось ежегодно 6--7 тысяч вольноопределяющихся, что давало около пятидесяти тысяч прапорщиков запаса "нового образца": до 1886 года вольноопределяющиеся служили не год, как ныне, а шесть месяцев, что приводило к слишком слабому знанию ими своих обязанностей.
   При этом всего в запасе числилось до 3,5 миллионов человек, что давало в мобилизованную армию около 5 миллионов обученных бойцов - считая с казачьими частями. Зная арифметику, мы легко вычислим, что из примерно трех с половиной миллионов человек, имеющих права граждан, примерно 3,3 миллиона будут нижними чинами. То есть, в большинстве своем, крестьянами.
   Именно на это обожаемая Санни и указала своему драгоценному Ники, когда тот, подзуживаемый своими дядюшками, бывшими наставниками (особенно опять усердствовал Победоносцев) и министрами, начал было приводить резоны, и ему самому казавшиеся верными.
   Тем более, что и покойный папенька права земства именно всемерно ограничивал!
   Солнышко же уверило сомневающегося монарха, что крестьяне - в отличие от всех прочих сословий - есть естественная опора трона. Наиболее надежная из всех. О дворянстве или интеллигенции такого сказать совсем нельзя. Они - не просто шаткая опора. Они - "трость повапленная". Та самая, на которую стоит лишь опереться, как она тут же ломается, пронзая руку, её держащую.
   Именно от того-то они все и дрожат - что государь наконец-то найдет себе прочную опору.
   И перестанет нуждаться в их предательских услугах.
   Что же касается указаний покойного папеньки, так они не нарушаются ни одной буквой, а даже наоборот - углубляются и утверждаются. Веденный им институт земских начальников укреплял вертикаль власти, заставляя её прорастать в самые глубины русской жизни. Теперь же, после создания уездной администрации, вертикаль эта укрепилась необыкновенно! Поскольку исполнительные комитеты уездных и губернских земских советов, имеют права только попечительные - дорожное строительство, здравоохранение, народное образование и т.д. В то время как за префектами и губернаторами сохраняется вся полнота административных полномочий, а также право отменить любое постановление земского совета и право цензуры земских журналов.
   Ибо сказано: "Пусть председатель исполкома (в оригинале было сказано араван, однако Елка очень сомневалась, что Ники сможет оценить сам роман, а не только наставление императора Веспшанки сыну) занимается делами губернатора, а губернатор - делами председателя исполкома. Тогда в губернии царит раздор, а в столице - спокойствие. Тогда из губернии спешат доносы, а в столице растет осведомленность. Тогда в губернии невозможны нововведения, и делами её правит столица. Когда же доносы прекращаются, наместник и араван подлежат смене - ибо ничто так не угрожает полноте императорской власти, как единство её чиновников"
   Поскольку председатель исполнительного комитета уездного или губернского земского совета сменялся при перевыборах оного совета безо всякого вмешательства центральной власти, то сентенция казалась ещё более подходящей к случаю.
   Ники, трогательно уверенный в верности ему народа - и, что самое поразительное, в этом отношении не ошибавшийся! - тут же вновь переменил свое мнение и начал, наоборот, настаивать на углублении реформы.
  
   3.
  
   Одной "информационной поддержки", обеспечиваемой контролем Информационного Бюро над РТА и АПН, для столь радикальных перемен оказалось явно недостаточно. Несмотря на весь громокипящий пламень, обрушиваемый авторами статей и комментариев на безответного читателя, "народ безмолвствовал". То есть никто не собирался кричать "Ура!" и бросать в воздух чепчики по поводу грядущей демократизации, либерализации и прочей "ции".
   И главной в этой компании недовольных была интеллигенция - та самая, которую положение обязывало именно кричать и бросать чепчики. Ведь сбылись двадцатилетние мечты - права земства наконец-то расширены до крайних пределов!
   Даже дворянство, и то восприняло реформу менее болезненно - хотя ударила она как раз по их правам и привилегиям. О, нет, стон, плач и скрежет зубовный стоял. Тут уж ничего не поделаешь - всякий, уязвленный подобным образом, просто-таки обязан стонать, плакать, скрежетать зубами и всячески жаловаться на горькую обиду и уязвленное самолюбие.
   Но дворянству был кинут кусок - и довольно жирный кусок. Для того, чтобы выставить свою кандидатуру на выборы в уездный земский совет, необходимо было собрать подписи не менее 1% избирателей. Или - иметь имущественный ценз, соответствующий прежней 1-й или 2-й курии.
   Понятно, что дворянство в таком случае имело преимущество - во-первых, большинство из тех, кто значил хоть что-то, прошли службу "в рядах". Или, хотя бы, обучение в среднем военно-учебном заведении - это считалось достаточным. Таким образом дворянство, хотя и со скрипом, и на равных правах со своими недавними рабами, попадало-таки в "коридоры власти". А вот озабоченная этой самой властью до маниакальной её жажды интеллигенция - не попадала. Ибо служить Империи, по их понятиям, было "западло". Если выражаться грубо и не изячно. "Служить бы рад - прислуживаться тошно" - вечная отмазка либералов, навязшая в зубах не хуже плавленого сырка.
   И надлежало кинуть свой кусок и этим вечным нытикам - ибо, во-первых, не ведают, что творят. Фанатики чертовы! А во-вторых - подвешивание вопроса в воздухе чревато большими проблемами в будущем. Искусство правления - искусство компромисса. Баланса. Точного уравновешивания противоположных сил. И вот тогда можно править, "обернувшись лицом к югу".
  
   4.
  
   Имперская система образования была больна. Давно и тяжело. И "классические" гимназии, в которых 41% учебного времени уходил на латынь и древнегреческий, были только одним из назревших фурункулов. Которые надлежало вскрыть и вычистить. Невзирая на кровь и вопли пациента - ИнформБюро, к глубочайшему сожалению, пока было более чем не всесильно. С ролью анестезии оно справлялось слабо.
   Итак.
   Начальные учебные заведения, существующие только для "народа" - с легким пренебрежительным оттенком - имеются трех видов: церковно-приходские, земские и министерские. Все три вида изучают только закон божий, чтение, письмо и арифметику. В церковно-приходских школах помимо этого дают ещё церковно-славянский язык и церковное пение. От большинства средних учебных заведений эти "начальные" школы были отделены железобетонной стеной - программы обучения были составлены гениально: человек, окончивший какое бы то ни было начальное учебное заведение, в гимназию, прогимназию или реальное училище поступить не может в принципе. Для поступления в них требовалось ДОМАШНЕЕ образование. Для поступления в другие учебные заведения - коммерческие училища, кадетские корпуса, институты благородных девиц - требовались либо деньги, либо принадлежность к определенному сословию. Как правило - и то, и другое. Даже коммерческие училища, якобы открытые для всех сословий, на самом деле были сословными - таковыми их делали высокая плата за обучение и гораздо большие возможности, открытые для дворянства.
   Городское училище - единственное исключение. Туда, в принципе, может поступить и сын зажиточного крестьянина. Там он, за немалые деньги, шесть лет будет учиться "закону божьему, чтению и письму, русскому языку и церковнославянскому чтению, арифметике, практической геометрии, географии, отечественной и всеобщей истории, естественной истории и физике, черчению, рисованию, гимнастике, а также некоторым прикладным знаниям и ремёслам - работы по дереву и металлу". После чего сможет поступить на педагогические курсы или в низшую профессиональную школу. Ну, и надо это крестьянину? За свои-то деньги? Так что городские училища были названы о-очень точно. Только горожане в них и учились.
  
   5.
  
   Гимназии - семь классов, восемь лет: седьмой класс разбит на два года. Среднее учебное заведение, поступление отодвинуто и сопровождается экзаменом, позволяющим поступить сразу во 2-й или 3-й класс. Окончившие гимназию с золотой и серебряной медалями принимались в университет в первую очередь и без экзаменов, остальные также без экзаменов, но по конкурсу аттестатов. К 1895 году в России имелось около двухсот сорока гимназий, около семидесяти тысяч учащихся.
   Прогимназии - четырехклассные учебные заведения, полностью соответствовавшие первым четырем классам гимназии и потому издевательски именовавшиеся "полусредними". По окончании - экзамен на звание приходского учителя или на первый классный чин. Число мужских, женских и военных прогимназий к 1895 году перевалило за две сотни, число учащихся колебалось в районе шестидесяти тысяч.
   Реальные училища - также среднее учебное заведение, дающее гораздо больше часов по предметам естественно-математического цикла. Для поступления необходимо домашнее образование. Выпускники могут поступить только на физико-математический и медицинский факультеты университета, а также во все технические, промышленные и торговые ВУЗы. В России - около двух с половиной сотен. Учащихся - около шестнадцати тысяч.
   Замыкают список коммерческие училища - находящиеся в ведении министерства финансов, платные и позволяющие поступать в коммерческие институты или высшие технические учебные заведения. Также около двух с половиной сотен, около пятидесяти пяти тысяч учащихся, включая десять тысяч девушек.
   Коммерческие училища были ЕДИНСТВЕННЫМИ, допускавшими совместное обучение. В начальную школу девочек просто не брали, а для высших сословий имелись женские гимназии и прогимназии, институты благородных девиц, епархиальные училища (только для дочерей священников, все остальные принимаются на платной основе) и мариинские женские училища - аналог городских училищ для девочек. Высшими женскими учебными заведениями являлись фребелевские курсы (готовившие дипломированных воспитательниц для дошкольных учреждений), высшие педагогические курсы и открывавшиеся при университетах высшие женские курсы.
   Для мужчин же была открыта дорога в университеты. О, университеты, блеск и слава системы российского просвещения! Их в России было ровным счетом десять штук - Московский, Харьковский, Казанский, Санкт-Петербургский, Томский, Киевский, Новороссийский (в Одессе), Варшавский, Дерптский и Гельсингфорсский. Факультетов - четыре: историко-филологический, физико-математический, юридический и медицинский. Последнего не было в Одесском и Петербургском университетах, зато второй имел факультет восточных языков. В Дерптском существовал богословский факультет для подготовки пасторов евангелическо-лютеранской церкви. Единственным этот богословский факультет был потому, что во всех остальных университетах на всех факультетах в обязательном порядке изучались богословие, церковная история и действующее церковное право.
   Всего - тридцать шесть тысяч студентов, из них в Московском девять тысяч и в Санкт-Петербургском - семь. А всего высших учебных заведений насчитывалось около шестидесяти штук, студентов в них числилось под девяносто тысяч.
  
   6.
  
   Эта цифра была ничтожна. Она не обеспечивала потребностей страны в кадрах специалистов - однако беспрерывно плодила лишних людей, досконально разбиравшихся в делах Европы и совершенно не понимавших страны, в которой они живут. Но при этом горевших жаждой власти и желанием осчастливить весь народ разом. "И пусть никто не уйдет обиженным!"
   Когда двадцать один год спустя эти фанатики дорвутся, наконец-то, до власти, благодарное отечество наградит их - за все старания - пулей в лоб или штыком в брюхо. Потому что надо ЗНАТЬ, в какой стране революцию делаешь!
   И знать - что такое революция! Любая революция!
   Это сейчас во Франции жизнь такая... европейская. А сто лет назад "революционная бритва" по шейкам аристократическим гуляла со свистом. Уж никак не хуже, чем шашка по золотопогонникам под Новороссийском или Каховкой!
   А они только блеяли баранами - "Россия, ты сошла с ума!" - и страшно удивлялись происходящему. Ведь они же как лучше хотели! Чтобы демократия... Чтобы капитализм... Чтобы - как в Европе...
   А их за это - в расстрельные подвалы ЧК.
  
   7.
  
   Между прочим, расстреливали немного. Сравнительно, конечно.
   Конечно, смерть даже и одного человека - трагедия.
   А смерть семи миллионов - это вам как?
   В России цари правили всегда. Сколько народ помнил, всегда была Столица, в которой на золотом троне сидел надежа-государь. Царь-батюшка. Обратили внимание на прилагательные? "Надежа". "Батюшка". Последняя надежда и отец родной - в одном флаконе. И за эти века государство и государь в России слились настолько, что стали понятием неразделимым.
   Людовик с порядковым номером XIV сказал как-то, что государство - это он. Лично. Тогда его мало кто понял. И только спустя девяносто лет, когда началась Вандея, кое до кого, хотя и со скрипом, но дошло. Государь есть персонифицированный образ государства. И если государя убрать, а государство оставить...
   То народ попросту откажется это государство признавать.
  
   8.
  
   Фроська доползла до своей комнаты на последнем дыхании и стиснутых зубах, чуть ли не цепляясь за стены. Она точно знала - стоит ей хотя бы присесть... И не разбудят и пушками.
   В койку она рухнула, не раздеваясь и даже не сняв сапоги.
   Учеба ее убивала!
   Начиналось все относительно безобидно. Но уже вскоре восемь часов из каждых двадцати четырех были посвящены физической подготовке - приседания, отжимания, растяжка, шведская стенка, штанга... Группы передвигаются по территории училища только бегом! Чудной азиат, учивший их своей странной азиатской гимнастике, больше похожей на систему, призванную не улучшить, а ухудшить здоровье ближнего. Быстро и радикально. И стрельба, стрельба, стрельба... Сначала их учили стрелять из "монтекристо", затем Императрица специально заказала в Бельгии партию револьверов "Наган", и почти одновременно на заводе доделали первую партию "Химер" под настоящий патрон, с гильзой и порохом. И вот тогда-то они и начали по-настоящему интенсивные тренировки. По десять серий из револьвера и пистолета - сто семьдесят выстрелов в день! Потом вновь появилось ружье - но не "монтекристо", а полноценная драгунская винтовка. Одновременно началась и придворная служба, и занятия в классе. И учеба языкам - методом "погружения". Расписание стало плотным, как ряды шпрот в банке, пти-фрейлины буквально не видели белого света. Со смены во дворце в тир, из тира в танцкласс, сразу после танцев извольте ответить задание по истории отечества (на том языке, который будет угодно выбрать преподавателю - господи Иисусе, убереги от английского и пошли французский!), потом гимнастика, где сенсей требует изгибания самым немыслимым образом, а не изогнешься - так бамбуковой связкой-синаем влупит, что только ой-ой-ой. От Мориты-сенсея к m-lle, что теорию французского языка преподает, не успеешь там занятие завершить - как уже - бегом-бегом! - в тренажерный зал, на изобретенных Её Безумным Величеством пыточных снарядах мучатся. Потом на пруды - ЗИМОЙ!!! - для закаливания в проруби, затем на занятия по стенографии...
   И вот так - весь день, с подъема в семь утра до отбоя в одиннадцать вечера. С четырьмя перерывами: завтрак пятнадцать минут, обед полчаса, полдник пятнадцать минут и ужин - полчаса. Правда, кормят хорошо...
   Многие не выдержали.
   Это на самом деле просто - подойти к дежурной гоф-даме и заявить: "Мне все это надоело!". Тут же отправят домой. Мгновенно.
   И останешься ты на всю жизнь провинциальной барышней. Получишь диплом "домашней учительницы", выйдешь замуж за коллежского секретаря... Ила даже целого асессора!..
   Бр-ррр... Да лучше сразу пулю в лоб, чем в это болото возвращаться!
  
  
  
  
   ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ.
  
   1.
  
   Содержанием первого этапа военной реформы была стандартизация штатов и развертывание максимально возможного количества полевых войск - тех, которые создаются в мирное время полностью или почти полностью, а по мобилизации только дополняются до штата. А также создание ряда специализированных войсковых соединений, ориентированных на ведение боя в особых условиях.
   К концу 1894 года Россия имела сорок восемь пехотных дивизий: сорок одну армейской пехоты, четыре гренадерских и три гвардейских. Устроенных совершенно стандартным образом: 4 пехотных полка по 4 батальона. Также имелось некоторое количество стрелковых бригад. Некоторые из которых, как пять армейских или Финляндская, состояли из четырех стрелковых полков в два батальона, то есть всего восемь, а некоторые - как 1-я и 2-я Кавказские, 1-я и 2-я Сибирские и семь Туркестанских, включали только четыре батальона. 8-я Туркестанская была исключением из обоих правил - в её состав входили пять стрелковых батальонов. Восемь Финских стрелковых батальонов были отдельными.
   Резервные войска состояли из двадцати четырех бригад: 42-я--61-я и 1-я--4-я Кавказские. Девять бригад имели по восемь батальонов в четырех резервных полках, а остальные - по четыре резервных батальона. Тринадцать резервных батальонов в состав бригад не входили. Крепостная пехота считалась в 17 полков и 13 отдельных батальонов.
   При этом штаты самих батальонов были весьма хаотичны - в пехоте роты содержались в одиннадцати различных составах, количество рот в батальонах (полевых, резервных, крепостных) колебалось от четырех до десяти, полки бывали в два, три и четыре батальона. Корпуса колебались от двух бригад до четырех дивизий с одной бригадой, то есть от 16 до 72 батальонов, некоторые корпуса вовсе не имели конницы, а в состав других входили по 2 кавалерийских дивизии. Пребывавшей в столь же хаотичном штате артиллерии корпуса имели от 7 до 21 батареи, от 56 до 168 орудий.
   Один корпус таким образом мог быть вдвое и втрое сильнее другого, а расчет неизбежно велся не на стандартные стратегические единицы, а только и исключительно на количество батальонов, эскадронов и батарей.
   Что вновь и вновь с неизбежностью сводило все к пресловутым и гнуснопрославленным милютинским уставом "отрядам трех родов оружия", вырезаемых из своих соединений прямо по живому телу войсковой организации.
   Театров военных действий имелось четыре: Западный или Европейский, от Балтики до Черного Моря, Кавказский или Турецкий, от Черного Моря до Каспия, Туркестанский - почти чисто теоретический, направленный против Афганистана и далее на Индию - и Дальневосточный.
  
   2.
  
   Первым шагом реформы было преобразование пехотных полков и дивизий, переводимых с "четного" на "троичный" штат. При этом в каждой дивизии оставалось только три полка в три батальона каждый, а вместо четвертого из сводных рот трех полков формировался "кадровый батальон резервного пехотного полка N-ской дивизии". Только за счет этой перестановки количество дивизий армейской пехоты выросло с сорока одной до пятидесяти пяти. Без формирования новых полков!
   Например, в Кавказском военном округе было расквартировано шесть пехотных и Кавказская гренадерская дивизии. Гренадерскую дивизию весной 1896 года перебросили в Московский военный округ, а шесть остальных развернули в девять.
   В состав 19-й, 20-й и 21-й пехотных дивизий входили полки с 73-го по 84-й. При переформировании бывшая 19-я, ставшая 25-й, сохранила 73-й, 74-й и 75-й полки, а 76-й передала в получившую 26-й номер 20-ю. 21-я пехотная, ставшая 28-й, также сохранила три своих полка - 82-й, 83-й и 84-й. А из 79-го и 80-го полков, ранее входивших в состав 20-й дивизии в качестве 2-й её бригады, и 81-го полка, состоявшего в 21-й, была сформирована 27-я пехотная дивизия.
   ДО: ПОСЛЕ:
   73-й, 74-й, 75-й, 76-й = 19-я 73-й, 74-й, 75-й = 25-я
   77-й, 78-й, 79-й, 80-й = 20-я 76-й, 77-й, 78-й = 26-я
   81-й, 82-й, 83-й, 84-й = 21-я 79-й, 80-й, 81-й = 27-я
   82-й, 83-й, 84-й = 28-я
   Точно так же 38-я и 39-я дивизии были переформированы в 50-ю (148-й пехотный полк был передан из состава бывшей 37-й, получившей N 49), 51-ю и 52-ю. А из 41-й пехотной дивизии, присоединившей, соответственно, 160-й и 165-й полки, сформированы 54-я и 55-я ПД.
   Командирами дивизий "нового формирования" назначались генералы из числа командиров упраздненных бригад. Причем из всех возможных кандидатур выбирали не по выслуге, самых старших в чине, а совсем наоборот - самых молодых, менее опытных, зато более энергичных.
   В том случае, если все три составляющих последовательность "триады" пехотных дивизии находились в разных округах, то полки, как правило, передавались из "крайних" дивизий в "среднюю", достаточно просто разделявшуюся на две. Например, 1-я пехотная дивизия, входящая в состав стоящего в Московском военном округе XIII армейского корпуса, передала 4-й пехотный Копорский полк в состав 2-й дивизии X корпуса в Киеве. Бывшая 3-я дивизия (XVII АК, Москва) отправила туда же 9-й пехотный Ингерманландский, составивший со 2-й бригадой бывшей 2-й дивизии (7-й Ревельский и 8-й Эстляндский пехотные полки) новую 3-ю пехотную дивизию.
   Естественно, если "средняя" дивизия находилась от западной границы дальше, чем обе "крайние", то все происходило наоборот. Если бы 2-я дивизия стояла в МоВО... То после реорганизации там осталась бы только ОДНА дивизия.
   Одновременно со всеми этими переездами проводилась и "реструктуризация" - то есть изменение структуры - армейских, гвардейских и гренадерских пехотных полков: "четный" штат заменялся "троичным".
   Но не сразу и не до конца. Сначала армейский пехотный полк выделял "сводный батальон" в три сводных роты старого 48-рядного штата. Со штатным же количеством офицеров и унтеров. Оставшиеся 1300 нижних чинов разделялись на 10 рот. По завершении перестроения на уровне дивизионного звена каждый из трех полков "заново собранной" дивизии выделял 10-ю роту в состав кадрового батальона её резервного полка, а двести восемьдесят восемь нижних чинов и соответствующее количество офицеров "сводного батальона" передавал в "маршевый полк" дивизии.
   Полк этот использовался почти исключительно в качестве резерва личного состава для переформирования частей своего собственного военного округа. Как девять "маршевых полков", сформированных дивизиями Кавказского ВО - они использовались исключительно для пополнения до штата развертывавшихся в округе новых частей. За счет собранных там солдат, унтеров и офицеров Кавказские стрелковые батальоны превращались в двухбатальонные стрелковые полки, а резервные полки 1-й и 2-й Кавказских резервных бригад развернулись в обычные пехотные полки 56-й, 57-й и 58-й пехотных дивизий.
   Однако так было не везде. Часть "маршевых полков", сформированных в западных военных округах, где ещё со времен графа Милютина стояли самые боеспособные части и соединения Империи, была переформирована сразу в обычные стрелковые полки в два батальона каждый, тут же, на месте сведенные в бригады, предназначенные для отправления на Дальний Восток. Со всем штатным оружием и тяжелым вооружением, которое они получали в первую очередь - раньше них ручники, станкачи и минометы должны были получить только Гвардия, гренадеры, морская пехота и кавалерия.
   Гвардейские и гренадерские полки никаких "сводных батальонов" не выделяли, утилизируя свои 4-е батальоны на пополнение трех остальных. Единственное исключение - Л.-гв. Егерский пехотный полк. За счет этого Гвардия и гренадеры сразу же получали полный штат военного времени, по 80 рядов или 160 штыков на роту. В армейской же пехоте "реструктурированные" роты имели 64 ряда. Что, в общем, тоже было неплохо.
   Пять армейских стрелковых бригад создали сводные батальоны из лучших стрелков - учитывая, что стрельба в бригадах была чем-то вроде культа, даже средние достижения стрелков были куда лучше, чем в среднем по пехотным частям. А уж в сводном батальоне, куда забирали только тех, кто имел значок "за отличную стрельбу", а некомплект добирали на конкурсной основе... Неудивительно, что эти батальоны сразу же получили гвардейский статус. При этом сводный батальон 4-й стрелковой бригады стал Лейб-гвардии 3-м императора Александра III Стрелковым, а батальоны остальных четырех бригад получили номера с пятого по восьмой. Гвардейские стрелки, в отличие от любой другой стрелковой бригады, в полки не сводились и тяжелого вооружения не получали. Зато получили довесок к имени, став из просто Л.-гв. Стрелковой - Лейб-гвардии Стрелковой Бригадой ОСНАЗ. Особого назначения.
   Три из пяти армейских стрелковых бригад были переданы флоту в качестве бригад Морской Пехоты - по одной на флот. Стрелковые полки 4-й бригады, знаменитых "железных стрелков" Шипки, были сведены в два гренадерских полка - 17-й Джуранлийский и 18-й Шипкинский. 3-я Стрелковая бригада развернута в пехотную дивизию N68 - единственную во всей Российской Армии, сохранившую все четыре полка.
   Дивизии с 56-й по 67-ю были развернуты из девяти резервных бригад, дополненных вливанием личного состава "маршевых полков". Оставшиеся пятнадцать резервных бригад, те, что по четыре батальона, и ещё три нового формирования (в них были сведены двенадцать из тринадцати отдельных резервных батальонов) получили новые номера - с N1 по N15 и 1-я--3-я Кавказские. Эти части составили шесть резервных корпусов, 1-й--5-й и Кавказский.
   7-я Туркестанская стрелковая бригада была переброшена на Кавказ, переименована в 3-ю Кавказскую стрелковую бригаду и сведена с двумя остальными в Кавказский горно-стрелковый корпус.
  
   3.
  
   Эти перемены, коснувшиеся Европейского и Кавказского театров, оценивались экспертами, специалистами и любителями заинтересованных держав весьма по-разному. Доминировало мнение, что ЭТИ изменения далеко не так значительны, как кажется на первый взгляд. Да, из сорока восьми дивизий развернуто семьдесят восемь. И что? Батальонов-то сколько было, столько примерно и осталось! Равно как и батарей...
   Зато стоимость этой реформы...
   Взять ту же артиллерию. До реформы громоздкие батареи по восемь легких или батарейных пушек в каждой - мортирные и конные имели по шесть орудий - сводились по две или три в дивизионы. Дивизионы - по два или три в артиллерийские бригады. Которые не входили в состав пехотных дивизий, а находились в подчинении округов, но тем не менее взаимодействовать учились только со "своей" дивизией. В разных бригадах могло быть по 4, 5, 6, 7 и даже по 9 батарей. Были и отдельные батареи, не сведенные в дивизионы, были и отдельные дивизионы, а некоторые артбригады не подразделялись на дивизионы.
   В зависимости от такой пестрой организации русская пехотная дивизия первой очереди (полевая) имела в большинстве своем 48, а некоторые до 72 орудий. Второочередные - резервные - дивизии, развертываемые из резервных бригад по мобилизации, должны были иметь от 32 до 48 пушек. В корпусах же, весьма разнообразных по составу, имелось от 56 до 168 орудий, включая конные, горные и мортирные батареи, входившие в состав некоторых корпусов.
   Орудий, находящихся в полевых войсках, резерве первой и второй очереди и мобилизационном запасе, хватало на укомплектование всех необходимых частей. Даже с некоторым излишком. Вот только никакого резерва и никакого запаса после этого у русской армии уже не оставалось. Для восстановления запаса в полном его объеме требовалось, учитывая привычное соотношение количества полевых и резервных батарей 5х2, не менее двух с половиной тысяч артиллерийских орудий!
   Самым худшим было даже не то, что после реформы всё, что имелось на сегодняшний момент в физическом наличии, сосредотачивались исключительно в первоочередных войсках. Главное - для всех этих бригад и дивизионов не имелось обученного личного состава. Солдат и офицеров невозможно заказать на заводе! Их надо готовить. Долго и тщательно. Особенно - офицеров. Особенно - офицеров-артиллеристов, требования к которым гораздо выше, чем к офицерам пехоты.
   На всю огромную Россию имелось только два - ДВА!!! - артиллерийских училища!
   Каждая пехотная дивизия в результате реформы получила артиллерийскую бригаду стандартного штата - шесть батарей в двух дивизионах, в каждом по шестнадцать 87/24-мм "легких" и восемь 107/20-мм "батарейных" пушек. Кроме двенадцати дивизий Кавказского ВО, получивших вместо двух батарей 107-мм орудий столько же горных пушек.
   Стрелковые и резервные бригады должны были получить артиллерийские полки в четыре батареи каждый. При этом состав вооружения резервных бригад был определен заранее - три батареи 87-мм и батарея 107-мм орудий. Стрелковые корпуса требовали индивидуального подхода. Штаты артиллерии для них требовалось подбирать в зависимости от театра, на котором корпусу предстоит действовать, и задач, которые он должен будет решать.
   Теоретически.
   Поскольку на практике никаких пушек, кроме 87/24-мм "легких" и 87/20-мм конных, в распоряжении ГАУ просто не имелось. Батарейных орудий едва хватило - в обрез! - на бригады шестидесяти шести пехотных дивизий Европейского ТВД, а горных пушек образца 1883 года не хватило даже на двенадцать дивизий Кавказского ВО. Поэтому все бригады, и резервные, и стрелковые, получили по одному артиллерийскому дивизиону из трех батарей 87/24-мм орудий. Только в бригадах Кавказского Горного Стрелкового Корпуса были не дивизионы, а полки - три "легких" батареи и одна батарея 2,5-дюймовых горных пушек Барановского. Ещё две батареи таких пушек получила 68-я пехотная дивизия. Двенадцать из оставшихся пятнадцати трехбатарейных дивизионов были сведены в четыре крепостных артиллерийских бригады - ими были усилены гарнизоны Варшавы, Новогеоргиевска, Ивангорода и Владивостока. Пятая бригада, названная Кавказской, была раздергана между Карсом, Ардаганом и Михайловской крепостью в Батуми.
   В Киевском и Варшавском военных округах развернулись пять полевых мортирных бригад, в каждой по два дивизиона, шесть батарей, сорок восемь полевых шестидюймовых мортир образца 1877 года. На Кавказ попала одна-единственная мортирная батарея, шесть её орудий дополнили вооружение Кавказского стрелкового корпуса.
  
   4.
  
   За прошедшие с момента образования Приамурского военного округа десять лет силы, имеющиеся в распоряжении его командующего, увеличились вдвое: с 10 батальонов, имевшихся в 1884 году, до 20 батальонов в 1894-м. При этом от Байкала до Владивостока проживало не более миллиона человек, из них в Амурской и Приамурской областях совместно - не боле четырехсот тысяч. Транссибирская магистраль не была доведена и до Байкала, и большую часть понадобившегося для развертывания на Дальнем Востоке армии, соответствующей ожидаемым неприятностям, пришлось перевозить из европейской России во Владивосток морем.
   Первым шагом все Восточно-Сибирские и Западно-Сибирские стрелковые и линейные батальоны свели в Сибирские стрелковые бригады - с 1-ю по 5-ю, 7-ю и 8-ю. Каждая включала по четыре Сибирских стрелковых батальона. Ещё две бригады - 6-я и 9-я - были сформированы в Санкт-Петербургском и Одесском военных округах. И пока они дожидались перевооружения, на Дальний Восток один за другим отправились шестнадцать "маршевых полков" - за счет которых все двадцать восемь батальонов были развернуты в двухбатальонные стрелковые полки 1-го--3-го Сибирских стрелковых корпусов.
   В Туркестане после того, как 7-я Туркестанская стрелковая бригада отправилась на Кавказ, а 8-я, состоявшая из Западно-Сибирских стрелковых батальонов, уехала на Дальний Восток, осталось шесть стрелковых бригад в четыре батальона - с 1-го по 20-й Туркестанские и 1-й--4-й Закаспийские. Из этих сил были созданы два Туркестанских стрелковых корпуса: Закаспийскую и 2-ю и 4-ю Туркестанские бригады свели в I-й, а II-й создали из 1-й, 3-й и 5-й Туркестанских стрелковых бригад. Развертывание батальонов в полки здесь осуществлялось не такими зверскими темпами, как на Дальнем Востоке, поэтому в новый штат корпуса были приведены относительно поздно, только к концу 1899-го года.
  
   5.
  
   С Финскими стрелковыми батальонами командование - в лице Её Величества - намеревалось поступить точно так же, как в Туркестане, на Дальнем Востоке и Кавказе. Сформировать две бригады, развернуть в полки и, дополнив армейской Финляндской, переименованной в 1-ю Финскую, свести в Финский Стрелковый Корпус. Однако, как оказалось, финские батальоны требовали гораздо более тонкого обращения. Поскольку являли собой армию не Российскую, а Великого Княжества Финляндского!
   Финская армия имела совершенно особую систему комплектования, ограниченную численность и свои особые привилегии - в дополнение к тем, что даровал всем поданным Империи пресловутый милютинский закон. "Армия состоит из: 1) действующих войск, на постоянной службе; 2) резерва, главное назначение которого состоит в пополнении действующих войск в военное время, и 3) из милиции или оседлой национальной стражи (landwДrn), пополняемой всеми, прошедшими через резерв". Общая численность действующих войск по установлению Сейма не должна была превышать пяти тысяч человек. При сроке службы в три года ежегодно на действительную брали только не более двух тысяч финнов призывного возраста. Все остальные рекруты сразу же попадали в резерв. Отделяли "агнцев" от "козлищ" при помощи жребия. Попавшие в резерв сразу первые три года собирались на сборы - не более 90 дней на весь срок службы. Затем два года - полного бездействия. Точно так же, как и у окончивших действительную - они тоже попадали в резерв, но на два года. В возрасте двадцати шести лет гражданина Финляндии переводили в оседлую национальную стражу, где он и числился до сорокалетнего возраста.
   Эта система, отвечавшая требованиям 50-х--60-х годов, показала все свои слабости во времена Франко-Прусской войны - "территориальная армия" погибшей II Империи была почти полным аналогом финского "резерва".
   Замена этого убожества на современный, действительно всеобщий призыв, потребовала существенных усилий. Сейм сопротивлялся. Сенат сопротивлялся. Сопротивлялся Статс-секретариат по делам Финляндии, причем сопротивлялся бешено - укомплектован он был исключительно финскими чиновниками.
   В конце концов, когда Сейму предложили реальный выбор между, в принципе, небольшими изменениями - самыми серьезными здесь были переход всего военного аппарата Великого Княжества, до этого сохранявшего независимость от имперского Военного Ведомства, под прямое управление этого ведомства и увеличение призыва с последующей полной отменой жеребьевки - и полной отменой какой бы то ни было военной повинности... С естественной заменой этого натурального оброка соответствующей повинностью денежной, то есть налогом... и разъяснили размеры этого налога...
   Встав перед таким выбором, Сейм предпочел благонамеренно и верноподданно утвердить программу реформирования военной повинности в Финляндии, согласившись с развертыванием существовавших до того стрелковых батальонов - восьми, по одному на каждую губернию Великого Княжества - в соответствующее количество стрелковых полков. Укомплектование их первоначально происходило за счет частичного призыва резервистов, а затем и первого в истории княжества ПОЛНОГО призыва. В результате которого "под погоны" загремел каждый финн, достигший призывного возраста и признанный годным к службе. Льготы по образованию (для образованных срок службы сокращался, выпускники университета, например, служили только год) также были серьезно откорректированы: в учебных заведениях всех уровней были введены военизированные предметы. В школах и гимназиях это была начальная военная подготовка, а в институтах и единственном в Великом Княжестве университете - Военная Кафедра.
   Русская Финляндская стрелковая бригада была переброшена в Финляндию, переименована в 3-ю Финскую и начала пополняться финскими рекрутами - одновременно передав часть офицеров и нижних чинов в две другие бригады Финского Лыжно-Егерского Стрелкового Корпуса. Стремительное развертывание после многих лет спокойной провинциальной жизни значительно понизили боеспособность этих частей. Между тем корпус, имевший весьма специфическое назначение, предназначался на роль элитного соединения с особыми правами и не менее особыми возможностями - и для того, чтобы этой роли соответствовать, егерей-лыжников требовалось натаскивать и натаскивать.
   Коллизию с трехгодичным сроком службы в финском корпусе и четырехлетней - во всех остальных частях имперской армии разрешили просто: во ФЛЕСК и остальных элитных частях и соединениях нижние чины служили официально четыре года. Но последний год они, продолжая числится в своих батальонах, эскадронах и батареях, на самом деле пребывали в отпуске - с сохранением половинного жалования.
   Эта особенность была одной из приманок, при посредстве которых в элитные части должен был привлекаться элитный контингент. Ведь отныне в Гвардию, гренадерские дивизии и егеря мог попасть любой желающий того призывник. Пройдя конкурсный отбор, естественно.
  
   6.
  
   Часть крепостных полков и батальонов, ранее составлявших гарнизоны морских крепостей, с осени 1895-го года переданных в ответственность флота, была расформирована или стала основой для армейских пехотных полков. Как 1-й и 2-й Динабургские крепостные пехотные полки, ставшие 177-м Изборским и 178-м Венденским, или 1-й и 2-й Кронштадтские крепостные пехотные полки, превратившиеся в 199-й Кронштадтский и 200-й Кроншлотский пехотные. Ещё часть ушла на развертывание Северо-Западной (3-й) и Ивангородской (4-й) крепостной стрелковой бригады в четыре полка каждая - 1-я и 2-я защищали укрепления Варшавы и Новогеоргиевска. На Кавказе имелись два крепостных стрелковых полка, составлявшие гарнизон ключевой для Кавказского театра крепости Карс, и два отдельных батальона - в составлявшем передовую позицию к Карсу городке Сарыкамыш и в устаревшей, но достаточно значимой крепости Ардаган.
   Пехотные дивизии, имевшие в мирное время по 10 батальонов, а по мобилизации разворачивающих "кадровый батальон" в полноценный трехбатальонный полк, сводились в двухдивизионные корпуса. Стрелковый корпус как в мирное, так и в военное время состоял из трех бригад по восемь батальонов. Крепостные стрелковые полки по мобилизации развертывали два батальона в три, превращаясь в пехотные. Таким образом 68 пехотных, 4 гвардейских и 6 гренадерских дивизий составляли 39 стандартных армейских корпусов. Четыре крепостных стрелковых бригады Западного театра - два условных пехотных корпуса. Финский, Кавказский, 1-й и 2-й Туркестанские и 1-й--3-й Сибирские стрелковые завершали список. Шесть резервных корпусов, по мобилизации развертывая свои батальоны в стрелковые полки, в мирное время не учитывались. Всего таким образом армия мирного времени считалась в 39 корпусов по 20 батальонов и 7 корпусов по 24 батальона. По мобилизации - 54 корпуса по 24 батальона.
   Однако такая стандартизация имеет как положительные, так и отрицательные стороны. Поэтому бригады Кавказского стрелкового корпуса сначала стали горно-стрелковыми, а потом и горно-егерскими стрелковыми. А Финский стрелковый корпус почти сразу же превратился в Финский Лыжно-Егерский стрелковый. Таким образом все корпуса были разделены на армейские и стрелковые, армейские в свою очередь делились на "линейные" и отличающиеся условиями комплектования, штатом и вооружением "элитные" (к последним относились гвардейские и гренадерские корпуса), а стрелковые - на "специальные" егерские, во многом аналогичные элитным частям Гвардии, и "местные", к числу которых относились Сибирские и Туркестанские стрелковые корпуса.
  
   7.
  
   Лейб-Гвардии Егерский пехотный полк, с 1856 по 1871 год именовавшийся Лейб-Гвардии Гатчинским, был переформирован вместе с выдернутым из Гвардейской стрелковой бригады Лейб-Гвардии Финским стрелковым батальоном. В состав новообразованной 2-й Гвардейской дивизии вошли три батальона полка, вновь получившего название "Гатчинского". А ещё один батальон, сформированный из лучших солдат и офицеров полка, был сведен с финнами в Лейб-Гвардии Егерский стрелковый полк. Первый его батальон именовался Лейб-Гвардии Горно-стрелковым Егерским батальоном, а второй - Лейб-Гвардии Финским Лыжно-стрелковым Егерским батальоном.
   Эмблему в виде коричневого кленового листа, наложенного на изображенные на коричневом щите три серебряных горных пика, получили все горные егеря. А гвардейские - ещё и соответствующий мундир: "Коричневый китель с вышитым серебром гербом на вороте, расшитые серебром обшлага, коричневые брюки с серебряным кантом"... Единственным отступлением от оригинала являлись сапоги - хотя и коричневые, но вовсе не кавалерийские и даже не высокие. Наоборот, горные егеря получили специальные укороченную модель с широким голенищем, в которое можно засунуть запасной магазин к "Росомахе", нож, гранату с длинной ручкой или трехлинейного "Аспида".
   Такая вот шутка - из числа тех, совершенно никому не понятных, но крайне веселивших Её Величество. У неё таких было множество. Ведь и императрице нужно как-то развлекаться, верно?
   Егеря ФЛЕСК получили в качестве "парадки" армейские зеленые мундиры с синим с белым лацканом и такими же погонами, гвардейские лыжные егеря - белые мундиры с синим лацканом.
   В дальнейших планах присутствовало создание третьего батальона гвардейских егерей - Лейб-Гвардии Парашютного. И разрабатываемые для десантников парашюты уже испытывались в Царском Селе сбрасыванием с привязного аэростата. Пока что они были не очень удачны: раскрывался только каждый третий. Запускаемые с тех же привязных аэростатов планеры, по крайней мере, падали не так отвесно и наглядно. Хотя и их катастрофы были достаточно... катастрофичны. Казалось бы, чему там биться - бамбуковые рейки, шелк и немного проволоки... а вот поди ж ты.
  
   8.
  
   Пехотная дивизия мирного времени по "расписанию 1897 года" состояла, помимо трех полков по три батальона и "кадрового батальона резервного пехотного полка", ещё из учебного батальона - три пехотных роты и рота тяжелого вооружения - и саперной роты усиленного состава. А также пока остающейся в прежнем штате артиллерийской бригады: шесть батарей по восемь орудий. Хотя тип и калибр орудий оставался спорным.
   Многие оспаривали и количество орудий в батарее. Ведь тактико-технические характеристики, детально прописанные в заданиях на проектирование новых артиллерийских орудий "системы 1896 года", требовали от них патронного заряжания и скорострельности в 10--12 выстрелов в минуту. Поскольку старые 87-мм орудия с картузным заряжанием могли в лучшем случае дать два или три выстрела в минуту, то одно новое орудие вполне успешно заменяло четыре или пять старых. И даже если каждую батарею по укомплектовании новыми орудиями сократить вдвое, с восьми до четырех стволов, то и тогда она сможет в минуту выдать почти пятьдесят снарядов - то есть ВДВОЕ более, чем старая восьмиорудийная!
   К глубочайшему сожалению - и весьма сильному гневу! - Её Величество Государыня Императрица Александра Федоровна так и не смогла добиться ускорения работ по дивизионным системам. В 1896--1897 годах полигоне ГАУ испытывались более шести десятков образцов - свои варианты на конкурс представили российские Обуховский, Александровский, Путиловский, Пермский, СПб-ский Орудийный и Металлический заводы, их конкурентами выступали орудия лучших мировых фирм: германский Крупп, французские Шнейдер-Крезо и Сен-Шамон, британский "Виккерс-Армстронг" и австрийская "Шкода". Часть заводов сосредоточилась на одной модели, пробуя силы в конструировании либо 76,2-мм пушки с длиной ствола не менее чем в 30 калибров, либо 122-мм гаубицы со стволом не менее 12 калибров, либо 152-мм мортиры не короче 9 калибров. Вес пушки и гаубицы в боевом положении, включая броневой щит, не более 1250 килограммов, максимальный вес мортиры - на полтонны больше. Четыре из числа иностранных заводов (исключением стал "Сен-Шамон") и три из российских - Путиловский, Обуховский и Пермский - представили два из числа заданных орудий. Все три заданных системы одолели только Крупп, "Виккерс" и Обуховский завод. Как и предписывалось условиями испытаний, в ГАУ были представлены по два экземпляра каждого вида, с запасными лафетами, укомплектованные передками, зарядными ящиками и с боекомплектом в 500 выстрелов на орудие.
   Лучшей - наиболее близкой к заданным характеристикам, образцом для которых послужила табличка ТТХ трехдюймовки образца 1902/30 года - была признана система Путиловского завода. Мнения по гаубицам разделились. Хороша была гаубица Круппа - но несколько тяжеловата. Гаубица же "Виккерс" имела очень хороший вес, но меньшую дальнобойность. В конце концов большое совещание ГАУ решило, что боевые качества важнее. На вооружение была принята гаубица Круппа - под названием 122/14-мм дивизионная гаубица образца 1897 года.
   6-дюймовая дивизионная мортира, образцом для задания по которой Елене послужили характеристики немецкого 15-см тяжелого пехотного орудия образца 1933 года s.I.G.33, лучше всего удалась Пермскому заводу.
   Производство орудий развернулось сразу же.
   Предполагалось, что каждая пехотная дивизия Европейского ТВД получит по четыре батареи пушек и гаубиц и одну батарею мортир. Артиллерийская бригада в три дивизиона, 1-й и 2-й дивизионы получат по две пушечных и одной гаубичной батарее, 3-й - две гаубичных и мортирную. На корпус таким образом должно было прийтись шестьдесят четыре 76,2/30-мм пушки, столько же 122/14-мм гаубиц и шестнадцать 152/9-мм мортир. Всего - 144 орудия.
   Для дивизий, расквартированных на Кавказе и предназначенных для действий в горах, такое вооружение было сочтено излишне настильным и недостаточно параболическим, а также недостаточно мобильным. Поэтому их артиллерийские бригады получили по два гаубично-мортирных дивизиона и три батареи горных пушек.
   Следуя логике "стандартных расчетных единиц", стрелковые бригады "местных" корпусов должны были получить артиллерийский полк - дивизион пушечный и дивизион гаубично-мортирный, всего три батареи дивизионных пушек, две батареи гаубиц и одна - мортир. Итого на корпус 72 пушки, 48 гаубиц и 24 мортиры. "Специальные" корпуса, финны и кавказские горные егеря, получили особые штаты: кавказский стрелковый корпус получил на бригаду дивизион горных пушек и обычный гаубично-мортирный дивизион, а бригады ФЛЕСК включали артиллерийский полк, вооруженный исключительно горными орудиями - в каждом из двух дивизионов по две пушечных и одной гаубичной батарее. Дело в том, что лыжно-егерским корпус был официально. На практике его больше натаскивали на преодоление озерно-болотистых районов.
   Бригады резервных корпусов - полк в два дивизиона, четыре пушечных и две гаубичных батареи. На корпус получилось 96 пушек и 48 гаубиц.
   Состояние же дел в области полковых систем и вовсе вгоняло её в глухую тоску. Поэтому нормативы оставались пока штатными. На дивизию приходилось четыре "легких" батареи 87/24-мм пушек. В шестидесяти шести дивизиях, предназначенных для Европейского Театра, они дополнялись двумя "тяжелыми" батареями 107/19,5-мм орудий образца 1877 года, установленных на лафеты образца 1895 года. При этом орудия на старых лафетах по-прежнему именовались "батарейными пушками", а на новых, с большими углами возвышения, они превращались в "полевые гаубицы обр.1877/1896".
  
   9.
  
   До этого в составе Российской Имперской Армии имелись I--XIX армейские корпуса, I Кавказский, Гвардейский и Гренадерский корпуса. Штат этих частей был довольно неопределенным. И хотя стандартом считалось наличие в корпусе мирного времени двух пехотных дивизий и резервной бригады, по мобилизации превращавшейся в третью дивизию (после чего АК приобретал штат военного времени - 48 пехотных батальонов), но штат этот оставался скорее благим пожеланием, чем общепринятым правилом.
   По новому штату стандартный армейский корпус, обычный, гренадерский или гвардейский, состоял из двух пехотных дивизий, артиллерийской бригады (два дивизиона по три батареи в каждом) и корпусного саперного батальона. В элитных корпусах вместо батальона был полк: два саперных и один понтонно-мостовой батальоны, телеграфная и воздухоплавательная роты.
   Армейским корпусам был придан кавалерийский полк, в мирное время посменно отправляющий свои эскадроны в дивизии для отработки навыков дивизионной конницы, по мобилизации дивизии получали казачьи сотни. Гвардия и гренадеры получили на каждый корпус по кавалерийской бригаде в два полка со средствами усиления, и дивизионная конница у них была постоянной, а не приданной.
   Завершали список корпусных частей железнодорожные батальоны (по одному на гвардейский и гренадерский корпус), полевые корпусные госпитали и тыловые войска продовольственного и боевого обеспечения - в основном обозные части разных наименований.
   Таким образом, всего Русской Имперской Армии требовалось пять элитных, семь стрелковых и тридцать четыре армейских корпуса - т.е. сформировать заново три элитных, семь стрелковых и четырнадцать армейских корпусов. Никакой возможности это сделать у военного ведомства не было. Не хватило корпусных частей и управлений, кадров, техники...
   Не говоря уже о том, что орудий корпусной артиллерии пока что не было даже в заводе - точнее, в заводе-то они были. Даже в четырех: Санкт-Петербургском Орудийном, Путиловском, Обуховском и Пермском. В конструкторских бюро - куда поступили переданные из ГАУ рисунки, краткие описания и ТТХ корпусных орудий. Поэтому было решено сформировать все три элитных и шесть стрелковых, но только восемь пехотных корпусов - с XX по XXV армейские и II и III Кавказские. Ещё двенадцать дивизий "линейной пехоты" решили пока использовать "россыпью".
   Высшей ступенью управления были армии и фронты. Управления армий должны были создаваться из управлений приграничных и центральных военных округов. Реформа добавила к ним две Особых Армии, первая из которых сводила в единое целое пять пехотных (1-й и 2-й Гвардейские и три Гренадерских), Финляндский стрелковый и гвардейский кавалерийский корпуса. Штаб Армии располагался в Варшаве, куда по мобилизации должны были собраться её корпуса. Неофициально эта армия именовалась Гвардейской и Ударной. ОДВА, Особая Дальне-Восточная Армия, она же - 2-я Особая, объединяла все российские войска на Дальнем Востоке.
  
   10.
  
   В конце предыдущего царствования саперных войск в составе РИА имелось двадцать один батальон, железнодорожных войск - пять батальонов.
   В ходе первого этапа реформы возникла необходимость увеличения этого количества - восемь армейских и семь стрелковых корпусов требовали по саперному батальону, каждая из шестидесяти восьми пехотных дивизий - по роте. Элитные дивизии требовали по батальону, а корпуса - по три (включая один понтонно-мостовой). Итого требовалось - восемь армейских, два специальных и пять территориальных саперных батальонов, шестьдесят восемь отдельных рот, восемь гвардейских и двенадцать гренадерских саперных батальонов. Итого - пятьдесят восемь новых саперных батальонов.
   Железнодорожные батальоны, сформированные в элитных корпусах, были номинально сведены в два трехбатальонных полка - Лейб-гвардии Железнодорожный (два батальона в корпусах, один - обслуживает личные поезда царской семьи) и Гренадерский железнодорожный полки.
  
   11.
  
   Из пятнадцати армейских кавалерийских дивизий девять получили смешанный состав - первая бригада включала кирасирский и уланский полки, вторая - гусарский и Донской казачий. Из остававшихся шести гусарских и шести уланских полков были сформированы Уланская, Армейская Гусарская и Легкая Смешанная. Ещё четыре полка сохранили наименование "драгунских": 1-й лейб-драгунский Московский, 2-й Новороссийский, 3-й Кинбурнский и 4-й Переяславский. Три полка конных егерей вместе с Лейб-гвардии Конно-Егерским образовали Кавказскую горно-кавалерийскую дивизию. Два конногренадерских полка были включены в кавбригады 2-го и 3-го гренадерских корпусов. Бригаду 1-го Гренадерского развернули вокруг Л.-гв. Конно-Гренадерского.
   Из четырнадцати гвардейских кавалерийских полков два полка были переформированы в четыре - из трех четных эскадронов Л.-гв. Драгунского полка был воссоздан Л.-гв. Конно-Егерский полк, впервые сформированный 3 апреля 1814 года в Версале из особо отличившихся офицеров и нижних чинов армейской кавалерии и переименованный в Л.-гв. Драгунский только в 1833-м. Лейб-гвардии Кирасирский Его Величества, 22 августа 1831 года слитый с Л.-гв. Подольским кирасирским, был с ним разделен. Ещё четыре полка были сформированы заново.
   Для формирования Л.-гв. Кирасирского Наследника по одному эскадрону было выделено из трех полков 1-й Гвардейской Кавалерийской ("Кирасирской"), за исключением и без того ослабленного Кирасирского Его Величества полка, а ещё три - из первых трех (по старшинству) армейских кирасирских полков.
   Один из двух гусарских полков был сформирован из эскадронов двух гвардейских гусарских полков и четырех старейших армейских гусарских полков. Он получил название Острогожского. Первый полк этого имени был основан вместе с Изюмским, Ахтырским, Харьковским и Сумским в 1765 году после уничтожения слободского казачьего войска на Украине и упразднен при Павле I - и включение в состав нового полка эскадронов из четырех уцелевших было сочтено достаточным основанием для присвоения ему имени и старшинства. Которое полки унаследовали от того самого слободского казачьего войска - датой его основания был 1654 год.
   Лейб-Гвардии Гусарский Её Величества полк, прозванный "волчьими гусарами" за эмблему в виде воющей на луну серебряной волчицы на синем поле, создали совершенно особым путем, фактически сформировав заново на конкурсной основе - в него попали только армейцы, но зато самые лучшие.
   В состав Гвардейского кавкорпуса вошли три гвардейских кавдивизии - Кирасирская (Кавалергардский ЕВГИ Марии Федоровны, Л.-гв. Конный, Л.-гв. Кирасирский Его Величества и Л.-гв. Кирасирский ЕВГИ Марии Федоровны), Гусарская (её составили три гусарских полка и Л.-гв. Драгунский) и Казачья (Л.-гв. Казачий Его Величества, Л.-гв. Атаманский Наследника, Л.-гв. Сводно-Казачий и Л.-гв. Кавказский казачий Собственного ЕИВ Конвоя). Кавбригаду 1-го гвардейского АК составили Л.-гв Подольский кирасирский полк и уланы Его Величества, бригаду 2-го - гусары и уланы Её Величества. В составе 1-й и 2-й гвардейских пехотных дивизий были сформированы дивизионы Л.-гв. Золотого Его Величества конного полка. В дивизиях второго гвардейского корпуса появились дивизионы Серебряного полка, шефом которого стал цесаревич.
  
   12.
  
   Российская армия мирного времени состояла из миллиона ста тысяч человек, включая миллион "срочников", служивших по четыре года. Ежегодный призыв - четверть миллиона. В принципе, даже со всеми льготами милютинского закона о воинской повинности призыв мог быть увеличен раза в два. А если грести абсолютно всех, вплоть до последних рахитиков и задохликов - то даже в два с половиной. ТАКОГО увеличения пока не требовалось, и хотя военные не отказались бы улучшить качественный состав призыва за счет отмены части льгот, на это Империя пойти пока не могла. До тех пор, по крайней мере, пока в обществе не начнут чувствоваться результаты информационной и мундирной реформ - пока престиж воинской службы не пойдет вверх.
   Поэтому пока что дело ограничилось количественным увеличением - в связи с созданием новых саперных и артиллерийских частей, а также необходимостью развернуть новые резервные части взамен пошедших на формирование частей первой линии, в призыв 1896 года намечалось взять около четырехсот пятидесяти тысяч рекрутов. Призыв, кстати, проводился только осенью - что пока никаких нареканий не вызывало, но изменено было в первую очередь. Первый весенний призыв будет проведен в апреле--мае 1897 года.
   Уволенным же из рядов было решено предложить, на выбор, три варианта их дальнейшей судьбы - не считая обычного "запаса" и сверхсрочной службы "в рядах", престиж которой был изрядно повышен увеличением жалования, новыми красивыми мундирами и массовым строительством казарм.
   С 1896 года нижние чины и урядники при выходе в запас могли записаться в казаки - в Амурское или Уссурийское казачье войско. Транспортировка на Дальний Восток за казенный счет, кусок земли в тридцать--сорок десятин, беспроцентный кредит на обзаведение... в том случае, если в казаки запишутся сразу несколько запасных из одного и того же подразделения, подписав дополнительный "артельный" договор, кредит увеличивается пропорционально количеству "артельщиков". Перевозить на Дальний Восток членов семьи также можно было за казенный счет. Это предложение относилось в основном к запасным, отслужившим в кавалерии или гвардии, но дорога в казаки не была закрыта и для пехоты. Перевестись для начала в сибирские стрелки - и пожалуйста. Если уж и не в казаки, куда брали с разбором, то уж кусок земли на Амуре или в Приморье им был почти гарантирован.
   Вторым вариантом был названный "реестром" аналог германского ландвера. За обязанность ежегодно проходить трехнедельные зимние сборы, где отрабатывались взводные, ротные и батальонные задачи, и ещё двадцать один день в год (но уже в разбивку, по два--три дня в месяц) проводить на стрельбище губернского учебного центра "реестровые" получали денежную, вещевую и продовольственную дачу и льготу по налогам. Запасные реестрового резерва младших возрастов, покинувшие строй относительно недавно, будут приписываться к регулярным полкам, включая резервные полки дивизий, каковые и должны пополнять или развертывать до полного штата военного времени. Реестровые постарше будут переведены в резервные бригады... Или как там будут названы новые формирования резервных войск. На особый учет - так называемый "специальный резерв" - будут взяты запасные, "на гражданке" имеющие профессию или заработок, связанные с обучением или руководством. Они будут весьма ценными кадрами для запасных частей и офицерских школ соответственно.
  
   13.
  
   Восемнадцатилетний запас был разделен на три разряда по шесть лет. До того мобилизованные войска должны были комплектоваться без разбора, и 25-летними запасными, только что покинувшими службу, и 43-летними "бородачами". По мере выхода в запас предусматривалось создание из запасных особой категории 1-го, а затем 2-го разряда, названной "реестровым резервом".
   По мобилизации "реестровые 1-го резерва" пополняли части дивизии до штата военного времени. Учебно-запасный батальон, развернувшийся из двух пехотных рот учебного батальона, оставался готовить пополнение из резервистов, ни в каких реестрах не числившихся, и рекрутов новых призывов. Здесь же восстанавливались выписанные из госпиталей - отныне раненные должны были возвращаться только в свои полки. Учебный батальон продолжал готовить отделенных командиров и помощников командиров взводов, специалистов пехотного оружия поддержки: пулеметчиков, артиллеристов для расчетов батальонных гаубиц и минометчиков, а также минеров и снайперов.
   Всё это, начиная с полковых значков, через назначение каждому полку своего собственного округа комплектования и заканчивая возвращением раненных и окончивших офицерские курсы только в свой собственный полк, позволяло - в идеале - достичь совершенно поразительных результатов в деле воспитания в солдатах и офицерах командного духа, чувства товарищества и взаимовыручки. "Полк - это семья". Что, в свою очередь, должно было привести к повышению общего морального настроя войск.
  
   14.
  
   Пока что из всего списка тяжелого вооружения, которое Елка считала совершенно необходимым, в готовом или почти готовом к производству виде имелись только ручные и станковые пулеметы и все три вида минометов: 50-мм ротные, 82-мм батальонные и 120-мм полковые. С ними-то было проще всего - труба, опорная плита и двунога с подъемным механизмом. А у ротного миномета и того не было, поскольку образцом для него послужил собранный по "глухой схеме", на одной опорной плите, немецкий 50-мм миномет образца 1936 года.
   Затык, возникший с производством боеприпасов для минометов, рассосался быстро. В конце концов, промышленность в России действительно росла темпами, опережающими всякое разумение. Включая и потребности рынка. С одной стороны - кризис перепроизводства. С другой - выйти на внешний рынок невозможно. Поскольку при равной цене качество продукта ниже, а при равном качестве невозможно соперничать по цене. И военный заказ превосходно разрешал эту коллизию.
   По плану реформы, к началу III этапа каждая рота Вооруженных Сил Российской Империи: пехотная, стрелковая, гвардейская, гренадерская, крепостной и морской пехоты... и т.д. - должна была иметь по два 50-мм миномета. Каждый батальон и кавалерийский эскадрон - по два 82-мм миномета. И каждый полк пехотного штата, имеющий по три батальона, должен был получить по четыре 120-мм миномета.
   Создающееся пулеметное отделение Императорского имени Петра Великого Тульского оружейного завода предполагалось запустить в дело к концу лета, однако в первые год--полтора было бы смешно ждать от него чего-либо... рекордного. Пять--шесть десятков пулеметов в месяц. Вряд ли больше. Имелись и другие недостатки - кроме того, что лицензия английской фирмы "Максим, Виккерс & Санз" предполагала выплату ей 50 фунтов стерлингов за каждый изготовленный в России пулемет. Ещё фирма, как владелец патента, требовала, чтобы в конструкцию пулемета не вносилось никаких изменений. Учитывая конструкцию пулемета, это было требованием практически невыполнимым. Мало того, что бронзовые и литые детали - кожух ствола, рукояти, приемник и т.д. - добавляли пулемету 30--35% веса, так они ещё и в стоимость добавку делали. Добила Елку простая цифра - число деталей пулемета. 368 штук. Триста. Шестьдесят. Восемь.
   На первом этапе предполагалось поставить в каждый батальон по одному пулемету. В дальнейшем, по мере увеличения выпуска, их число должно было увеличиваться. К началу третьего этапа реформы в войсках должны были иметь по шесть или десять пулеметов на батальон. На эскадрон - два пулемета. Если удастся достигнуть согласия с фирмой "Виккерс" и господином Максимом, то из шести пулеметов "легкими" будут три (по одному на роту), а из десяти - шесть (по два на роту). В кавалерии, кроме кавалерийских частей горных войск, пулеметы будут только тяжелыми.
   Странно, что до установки пулеметов на скоростные повозки додумались неграмотные махновцы - и не додумались блистательные генералы царской армии. Наверное, блистали чем-нибудь не тем...
   Также в состав армейской пехотной дивизии был включен один кавалерийский эскадрон. В частях гвардии и гренадерских дивизиях - кавалерийский дивизион в два эскадрона со средствами усиления.
   После того, как артиллерия начнет получать новые орудия, каждый батальон получит две батальонных гаубицы, полк - батарею полковых пушек и полубатарею (два взвода, четыре орудия) полковых гаубиц. Дивизионная артиллерийская бригада превратится в артиллерийский полк в два дивизиона по четыре батареи - тридцать две пушки, двадцать четыре гаубицы и восемь мортир. И такой же полк, только корпусных калибров, будет создан в корпусе.
   Увеличение количества артиллерии потребовало создания, в дополнение к Михайловскому и Константиновскому, ещё трех артиллерийских училищ: Сергиевского в Одессе, Николаевского в Царицыне и графа Аракчеева в Нижнем Новгороде - развернуто на базе Нижегородского графа Аракчеева кадетского корпуса.
   Пятнадцать имеющихся офицерских училищ были дополнены Петергофским, 3-м Московским Екатерининским (на базе 1-го Московского Императрицы Екатерины II кадетского корпуса), 2-м Киевским Николаевским, Саратовским и 2-м Одесским пехотными училищами и Рязанским кавалерийским училищем. Также были созданы Ставропольское Горно-Егерское военное училище, Керченское Отдельных Корпусов (с факультетами политической полиции, военной полиции, пограничной стражи и внутренних войск) офицерское училище и ряд кадетских корпусов - Варшавский, Суворовский, Одесский, Сумской, Владикавказский, Хабаровский и Ташкентский.
  
  
  
   СУО - Система Управления Огнем.
   В России калибр (диаметр канала ствола) измерялся, не включая глубину нарезов. За границей был более популярен метод измерения калибра, включая глубину нарезов или по диаметру пули. Поэтому один и тот же патрон в России именовался 4,2-линейным (линия - 1/10 дюйма - 2,54 мм), а за границей 44-м, т.е. в 0,44 дюйма.
   Гран (от лат. granum -- зерно, крупинка), мера веса, равная 0,06573 грамма. 240 гран - 15,7752 грамма.
   Sledgehammer (англ.) - кувалда.
   Возникновение фуражки обыкновенно связывается с фуражирами, которым было бы неудобно рыскать по амбарам и сеновалам в треуголке или кивере.
   Если при назначении офицера на должность его чин был ниже чина, установленного для этой должности штатом (как в данном случае - начальником департамента по штату полагалось быть вице-адмиралу), то такого офицера именовали "исполняющим должность" до тех пор, пока он не получал "штатного" чина и утверждения в должности.
   На вооружении полевой артиллерии состояли три орудия "образца 1877 года": 4,2-дюймовая батарейная пушка (107/19,7-мм) и 3,4-дюймовые легкая (87/24-мм) и конная (87/19,5-мм) пушки. Последняя состояла на вооружении только конной артиллерии. Также на вооружении имелись созданные по опыту войны 1877--1878 годов 2,5-дюймовая (63,5/16-мм) горная пушка и 6-дюймовая (152/8,36-мм) полевая мортира, обе - образца 1883 года. Согласно "Всеподданнейшему отчету по Военному ведомству" за 1894 год, по завершении комплектации резервных и запасных батарей (т.е. на 01.01.1896 года) в составе полевой, горной и резервной артиллерии запланировано иметь 4,2" пушек 940, 3,4" легких - 3696, 3,4" конных - 578, 6" мортир - 278, 2,5" горных - 134.
   "Таранными" эти броненосцы назывались потому, что несли только одну башню главного калибра в носовой части корабля, и атаковали врага в строю фронта, в соответствии с "таранной" тактикой.
   Сакраментальная фраза главкома ВВС Павла Рычагова, прозвучавшая в ответ на сталинский упрек в большой аварийности полетов - выпущенные из "училищ" с сокращенным до трех месяцев сроком обучения "летчики-истребители" с налетом в 30--40 часов сильно бились при освоении фигур высшего пилотажа.
   "Молодая Школа".
   Минный катер - до 15 тонн, возможна транспортировка на кораблях-носителях, как специальной постройки, так и обычных боевых (на шлюпбалках). Миноноска - от 25 до 100 тонн, одновальная двигательная установка. Миноносец - более 100 тонн, двухвальная ДУ.
   Каплей - капитан-лейтенант. Также - каперанг, кавторанг: капитан 1-го ранга, капитан 2-го ранга.
   "Эльсвикскими" называют обыкновенно быстроходные бронепалубные крейсера, вооруженные немногочисленными крупнокалиберными орудиями. В жертву скорости и очень мощному вооружению, явно превалирующему над защитой, на "эльсвиках" были принесены мореходность и дальность плавания. Впоследствии корабли, построенные в этой идеологии, назвали "хрупкой скорлупой, вооруженной здоровенными молотками".
   Основателем класса был бронепалубный крейсер "Эсмеральда", построенный Уаттсом по заказу ВМФ Чили на верфи Армстронга в Эльсвике в 1884 году. Корабль получился настолько удачным, что на верфь обрушился девятый вал заказов.
   "Ремонтирование" - приобретение и воспитание лошадей для кавалерии.
   Артиллерийские бригады являлись ОТДЕЛЬНЫМИ частями и находились в подчинении командующего округом - тем не менее взаимодействовать они учились только со "своей" дивизией, той, которой должны были быть приданы в военное время.
   Два солдата, поставленных в затылок один другому. 48 рядов - 96 нижних чинов (рядовых и ефрейторов).
   Џ Переслегин С. "Комментарии к операциям августа 1914 года. Мировой кризис 1914 года: очерк стратегического планирования". Источник: Такман Барбара "Первый блицкриг. Август 1914" /Сост. С. Переслегин. - М.: ООО "Фирма "Издательство АСТ"; СПб.: Terra Fantastica, 1999. - 640 с. - (Военно-Историческая Библиотека). Приложение V. - Стр. 517.
   Несомненно, в бульварной прессе появлялись статьи, требующие расширения германской колониальной империи. С похожими высказываниями выступали и функционеры Морской Лиги. Однако нет никаких оснований считать, что эти заявления имели какое-либо конкретное политическое содержание. Во всяком случае, ни в военной, ни в технической, ни в экономической политике Германской империи не прослеживается колониальной составляющей. Что же касается германской дипломатии, то ее, похоже, проблема передела колоний не интересовала вообще. В рейхстаге вялые дебаты по этому поводу закончились резолюцией социал-демократов, призывающих "колонизировать не острова, а Вислу".
   Переслегин С. - цит.соч.
   Предварительная цензура - допечатный просмотр. Карательная - право закрытия изданий.
   "Журналами" именовались сборники постановлений.
   "Революционная бритва" - жаргонное название гильотины.
   Сравнительно малоизвестный эпизод Гражданской войны - эвакуация остатков армии Деникина из Новороссийска в Крым. Командующий полностью утратил управление армией, в результате поражение превратилось в катастрофу, эпическую по своим масштабам.
   "Монтекристо" назывались ружья и пистолеты (однозарядные переломного типа) под патрон Flobert (4, 6 и 9 мм), который являлся по сути пулей с запрессованным в дно капсюлем.
   165-й пехотный Ковельский полк - до 1891 года 40-й резервный. Входил в состав 11-й ПД.
   17-й Джуранлийский Его Высочества Князя Черногорского Николая I гренадерский полк. Почетное наименование "Джуранлийский" даровано в честь подвигов 13-го Стрелкового батальона. Полк имеет два георгиевских знамени - "За Джуранли 19-го июля и двукратный переход через Балканы в 1877 году", унаследованное от 13-го батальона (с 1888 года полка) и "За двукратный переход через Балканы в 1877 году" 15-го батальона. 1-й и 2-й батальоны полка сохранили также присвоенные старому 13-му стрелковому батальону отличия - знаки на шапки "За отличие в 1854 году" и по серебряной трубе "За усмирение Трансильвании в 1849 году".
   18-й Шипкинский Императора Александра III гренадерский полк. Знамена "За двукратный переход через Балканы в 1877 году" 14-го батальона и "За Шипку и двукратный переход через Балканы в 1877 году" 16-го батальона, от которого 2-й и 3-й батальоны унаследовали от 16-го полка также знаки на шапки "За отличия в 1854 и 1855 годах".
   Всего 2,5" горных пушек Барановского образца 1877 года было изготовлено только 40 штук - поскольку на вооружении они пробыли меньше шести лет. Их заменили 2,5" горные пушки образца 1883 года, произведенные в количестве 178 единиц, чего хватило ровно на двадцать две батареи - ими укомплектовали дивизионы остальных одиннадцати пехотных дивизий Кавказского ВО.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
Оценка: 3.18*6  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"