# Дайлети. Книга 3. Король

Марина Александровна Анисимова

Король привез с Сидаруса не Принца, а его тень. Вот только Ангелы не станут ждать, когда Кирим вынырнет из омута горькой утраты, замешанной на неизбывном чувстве вины. Они уже готовы нанести новый удар....

## Книга третья. Король.


## Пролог.


Аким Сат, агент военной разведки Содружества Неприсоединившихся Миров, бежал к своему кораблю, спрятанному на болоте. Бежал так быстро, как еще никогда в жизни не бегал, хотя его никто не преследовал. Вперед его гнал невыразимый ужас перед надвигающейся катастрофой, способной погубить всю обитаемую Вселенную.

Говоруна хлестали по ногам ветви ползучих кустарников, в ботинках хлюпала грязная жижа, заросшее щетиной лицо опухло от укусов кровососов, а легкие разрывались от нехватки кислорода. На Симелии его уровень был лишь немногим ниже нормы. В обычной жизни разница практически не ощущалась, но сейчас Аким дорого бы дал за кислородный баллон с маской.

Взгляд Сата метался от куста к кусту, от лужи к луже, выискивая одному ему известные ориентиры. Обнаружив искомое место, он рухнул на колени прямо в холодную грязь, вырвал с корнем одинокий кустик и запустил руку в образовавшуюся ямку, тут же заполнившуюся водой. Герметичный контейнер с пультом ДУ был на месте, и разведчик облегченно выдохнул - застрять на негостеприимной Симелии ему совершенно не хотелось.

Трясущимися от усталости руками Аким раскрыл коробку, ввел код и команду вызова корабля. В ста метрах впереди забурлила одна из гигантских луж, и через пару минут на поверхности показался ведомый искином бортового компьютера одноместный катер. Трап опустился, приглашая пилота подняться на борт. Разведчик влетел внутрь, хлопнул кулаком по панели, задраивая люк, и сполз по стене на пол, оставляя на обшивке буро-зеленый склизкий след.

- Курс на Сатару! - приказал Говорун компьютеру, заставляя себя подняться на ноги и идти. Несколько шагов до рубки дались ему с невероятным трудом, и пилотское кресло он не сел, а упал. - Кратчайший и на максимальной скорости!

Насчет преследователей Сат ошибся. За ним не стали гоняться по болотам, а решили подождать на орбите. Надежда, выспаться во время подпространственного перехода, рассыпалась в пух и прах....


## Глава 1


Первый приступ застиг Кирима на ступенях Королевского дворца по возвращении на Мирралин.

Жестокая судорога скрутила все тело, заставив его с хрипом выгнуться и упасть. Расшибиться о камень своему Принцу не дали Рохосы - подхватили, перенесли на ровное место и удерживали в самые первые минуты. А потом, когда Кирима корежила, выкручивая суставы, невыносимая боль, оттеснили Риврана и Росану, кинувшихся к наследнику, не позволив тем влезть со своим беспокойством, граничащим с паникой.

Сквозь черно-багровую пелену боли Кирим видел побелевшее лицо своей приемной матери и ее глаза, ставшие двумя темными омутами, наполненными тревогой и страхом. За него. Опять.

Он не имел права причинять ей такую боль снова. Только не теперь, когда она сумела поверить, что все плохое уже позади. Дайлети попытался вернуть себе контроль над мускулами, против его воли свивавшимися в тугие жгуты, нырнув в целительный транс. Но применить Дар сейчас оказалось большой ошибкой - острая игла боли прошила затылок, едва не отправив его в беспамятство, и Единый с Природой поспешно закрылся. Как ни странно, но именно это помогло, и уже через минуту Кирим смог сначала сесть, а потом встать и даже стряхнуть с себя руки Рохосов, не желавших верить, что Принц поискать его по своим каналам, но все безрезультатно.

- А что мастер Хиарам? Ты, кажется, очень тепло о нем отзывался. Говорил, у него получилось растормошить Кирима быстрее и лучше, чем у тебя!

Король Семи Миров лишь покачал головой в ответ. Злоупотребив своей властью, он просмотрел входящие сообщения на номер Кирима. Не читал их, нет. Просто поинтересовался именами может самостоятельно держаться на ногах.

Телохранители расступились.

Росана смотрела на Кирима, смаргивая слезы, и думала о том, что двадцать лет назад Создатель забрал ее сына не навсегда, а лишь на время. А потом вернул, уже взрослого. Она жалела только, что не видела, как ее мальчик делал свои первые шаги, и не слышала его первых слов. И жутко завидовала мужчине из народа Дайлети, ставшему свидетелем того и другого.

Пока длилось это изнурительное ожидание, выматывающее нервы, Росана часто пыталась успокоить себя, представляя, как маленький Кир рос в большом бревенчатом доме, похожем на старинный терем. Как проводил дни напролет на берегу быстрой речки, течение которой то едва доставало ему до колен, то сменялось застывшими омутами. И подозревала, что в отличие от ее родного сына Дана: спокойного, серьезного и домашнего, - Кир был непоседливым, шустрым и шаловливым мальчишкой, успевавшим сунуть нос во все любопытные и часто небезопасные места в округе, несколько раз за день разбив коленки или рассадив локти. Королева не сомневалась, что маленький Дайлети, не отличавшийся примерным поведением и послушанием, доставил своему отцу массу хлопот. И опять жалела, что не видела всего этого. Что не ждала его с итоговых экзаменов за школьный курс, не встречала под утро с первого удачного свидания, не смотрела, едва сдерживая слезы, как Кир приносил присягу, поступив в Военную Академию....

И пускай ее сын изменился, вернувшись с Сидаруса - и не только внешне, вернув себе облик Единого с Природой, - она узнавала его в каждом жесте и взгляде. И даже в том, как он чуть помедлил, не решаясь сразу ее обнять: потому что сомневался, что имел на это право после всего, что произошло. Но Росана прижала его к себе так крепко, что мальчик, наверное, едва не задохнулся. И долго не отпускала, давая понять, что чтобы ни случилось, ее сердце всегда будет для него открыто. Как и двери ее дома. Она ни за что не откажется от своего сына. Ни за что и никогда!

В эту ночь, совсем как после возвращения Кирима с Алдана, Росана сидела у его постели, гладила его волосы, непривычно длинные, темные и гладкие, как вороново крыло, и старалась себя убедить, что все наладится. Что пройдет время, и ее сын снова будет улыбаться, как прежде. Что его глаза, ставшие в темноте почти человеческими, снова будут наполнены жизнью и светом. Что однажды она опять услышит его смех.

И почти физически чувствовала, как тьма обступает ее семью со всех сторон. Как тянутся к дорогим ей людям жадные щупальца, готовые вцепиться в беззащитные тела и разорвать их на куски. Почти видела то зло, что приближалось к Семи Мирам, грозя превратить планеты в куски безжизненного шлака. Почти слышала голоса, что пророчили смерть всему живому.

Они не дадут Кириму времени прийти в себя. Ангелы придут за ним. Они вторгнутся в привычный Росане мир и изменят его навсегда. Ангелы заберут у нее сына.

Росана отдала бы свою жизнь за него, если бы это могло его спасти. Но на этой чаше весов даже жизнь Королевы Семи Миров ничего не значила и не могла перевесить их в нужную сторону.


- Кирим! - с нажимом воззвал к разуму своего наследника Король Семи Миров, но тот все так же стоял перед Смотрительницей Храма Природы, низко опустив голову и не делая ни единой попытки деактивировать маску. - Кирим, пожалуйста!

Последние слова прозвучали с такой интонацией, словно Ривран был готов Принца придушить на месте за его поистине детское и совершенно неуместное сейчас упрямство. И тот сдался: потянулся к вискам, убирая с лица серебристую дымку, и резко вскинул голову, позволяя Единой с Природой себя рассмотреть.

Нимерис Нелла-илли Даккут, несмотря на прожитые полтысячелетия, совсем по-девчоночьи ахнула и отшатнулась. Потому что Кирим еще и приоткрылся немного, позволяя себя, наконец, прочитать. И Смотрительница со стыдом и смятением осознала, что все это время перед ней стоял ее соплеменник, наделенный при том невероятно ярким Даром, а она, почти надевшая Белый Плащ, его не чувствовала.

- Вы... Вы - Кир Асаи! - голос ее дрожал, выдавая чувства с головой, а щеки вспыхнули жарким румянцем. Долгая жизнь научила ее сопоставлять факты и делать молниеносные выводы. Теперь она своего Принца узнала. - И это Вы! Вы тогда разговаривали в парке с Мириэль!

- И что с того, Нелла-илли? - холодно поинтересовался Кирим. Реакция Смотрительницы его несколько обидела. Она разве что крестом себя не осенила по старинке, отступая от него.

- Ничего, Ваше Высочество, - Единая быстро сумела взять себя в руки, вернув себе хотя бы видимое спокойствие. - Просто теперь мне понятно, как Вы выжили, встретившись с Дайзери! И чем объясняются перемены в Вашем облике. Впрочем, Вы по-прежнему совсем не бережете свое лицо! Почему Вы допустили, чтобы шрам остался?

Теперь уже задохнулся от возмущения Кирим. Но ответить Смотрительнице он ничего не успел - та продолжила свою речь, каждое слово в которой было подобно иголке, вонзающейся под ноготь:

- Впрочем, для меня вполне очевидно, что Вы слишком рано покинули своего Наставника и лишились тем самым довольно большого сектора необходимых для жизни знаний! В этом кроется корень всех Ваших неприятностей, Ваше Высочество!

- Вы ничего обо мне не знаете, Нелла-илли! - прошипел в ответ Принц. Ривран почувствовал, что в воздухе ощутимо похолодало. Вечно зеленые листики плюща, из которых были свиты стены Храма Природы на Королевском Острове, покрылись инеем.

- Напротив, Кай-эли! - осадила его Смотрительница. - В свое время появление Вашего отца с Вами на руках - после более чем векового отсутствия а пределах обитаемой Вселенной - произвело фурор среди Старейших. Они были в шоке от безответственности и недальновидности Кая, допустившего Ваше появление на свет. Но дитя есть дитя, и от рождения благословенно и свято. Все поохали, покачали головами, и решили, что стоит, как следует, подумать, прежде чем назначить Вам учителя. И тогда Ваш отец поразил всех во второй раз, заявив, что никому Вас не отдаст и станет обучать сам. Я полагаю, что на тот момент Каю понадобилось все его влияние, чтобы настоять на согласии Совета Старейших! Я была тогда неприятно поражена тем фактом, что Единые на Дай-Санай позволили одному из Девятки манипулировать собой. И Ваше изгнание стало, на мой взгляд, закономерным итогом злоупотребления властью и бесхребетности Совета!

- Нелла-илли! - одернул Смотрительницу Король, видя, как лицо его приемного сына пошло пятнами. Ривран не так представлял себе знакомство Принца с новой Смотрительницей Храма Природы.

- Простите, Ваше Величество, - тут же извинилась женщина. - Кто я такая, чтобы сомневаться в верности Выбора? Будем иметь дело с тем, что нам дано....

Воздух в Храме зазвенел. Или это зашумело у Риврана в ушах от резко изменившегося давления воздуха?

- И уймитесь уже, Ваше Высочество! - голос Смотрительницы был холоднее, чем воздух вокруг. - Вы же не хотите, чтобы все без исключения Дайлети на Мирралине были в курсе, что наследник престола - их соплеменник?

Давящее напряжение разом исчезло - Кирим закрылся, только его тонкие ноздри продолжали подрагивать, да стекала по подбородку капелька крови из прокушенной губы. Теперь уже Ривран сомневался, что сменить Тэора на посту Смотрителя было хорошей идеей.

Принц резко развернулся на месте и вышел из Храма так стремительно, что зазвенели промерзшие насквозь листочки плюща. Нимерис подошла к стене, коснулась рукой пока еще живого растения, и оно оттаяло, чтобы снова радовать глаз свежей зеленью.

- Вы перегнули палку, Нелла-илли! - без всяких церемоний подытожил Король. - Не стоило так начинать свое знакомство с Принцем. И, тем более, не сейчас!

- Вы считаете? - невозмутимым светским тоном поинтересовалась Единая. - А я полагаю, что с Его Высочеством все слишком долго носились, как с писаной торбой. И вот итог - мы имеем неуравновешенного, запутавшегося в себе мальчишку, не умеющего совладать со своими способностями, которых хватит, как мы все уже убедились, чтобы уничтожить целую планету. И я не уверена, что моего опыта будет достаточно, чтобы исправить огрехи, допущенные Каем в обучении сына. Тем более за столь короткий срок, что Они нам оставили. Ангелы придут за ним, Ваше Величество! И мы все пожалеем, что родились на свет!


- Можно? - спросила Королева, дождалась неуверенного кивка, и присела на скамью рядом с Принцем. Тот, сгорбившись, сидел под раскидистым деревом корри, ронявшим повсюду свои кроваво красные лепестки. И лопатки торчали на исхудавшей спине Кирима, словно два обломанных крыла. После возвращения с Мирралина он мало ел, плохо спал и слишком много работал. Даже для Дайлети это не прошло бесследно. Он осунулся, под глазами у него залегли темные круги, а волосы утратили здоровый блеск. Все это усугублялось тем, что Кирим практически не пользовался Даром, постоянно закрываясь. И Росана винила в этом Смотрительницу, настоявшую на подобном решении. И еще Риврана, Нимерис поддержавшего. Сама Королева не видела большой беды в том, что Единые узнают в Принце своего. И не верила, что это может привести к нежелательным последствиям. Дайлети не несли угрозы наследнику. А, наоборот, могли его поддержать в случае необходимости гораздо охотнее, чем человека.

Сам Кирим считал иначе. Он полагал, что Единые с Природой могут не принять Принца-изгнанника. Старательно закрывался, будучи на Острове, и практически не покидал его пределов, сняв маску. И тут Росана его, в принципе, понимала. Она помнила, каким он вернулся после первой поездки на материк: нервным, дерганым, злым.

- Они мне кланялись, Росана! - с трудом шевеля побелевшими от напряжения губами, рассказывал ей Принц. - Земные поклоны отвешивали! Я даже решил сперва, что маску забыл деактивировать!

Кирим расхаживал по нижней гостиной - от лестницы к столу и обратно, и цедил слова одно за другим. И каждое давалось ему так тяжело, словно было острой льдинкой, ранящей горло.

- Я чуть не убил всех на Сидарусе, а они меня благодарили! За родственником, друзей и знакомых! Или просто потому, что узнали Дайлети - со - Шрамом!

Росана подошла тогда к нему, остановила, схватив за руку, и обняла. И держала до тех пор, пока мышцы под ее руками не перестали быть каменными. Пока не почувствовала, что Кирим обнимает ее в ответ. Не смело, едва-едва, но обнимает. Позволив себе поверить, что имеет на это право.

И все же, Ривран привез с Сидаруса не Принца, а его тень. И чувство вины, терзавшей Кирима, уничтожало то, что еще осталось от души Дайлети после смерти его возлюбленной.

- Мы не в силах изменить прошлое, Кирим, - проговорила Королева, стряхивая алые лепестки с волос Принца. - Все что мы можем - это научиться жить с этим дальше!

- Дело в том, что я никак не могу убедить себя в том, что от этого будет больше пользы, чем вреда, - признался ей наследник. Он выпрямился и пальцами правой руки обвел в воздухе круг. Послушный его воле ветер всколыхнул опавшие лепестки корри и закружил их в воздухе. Они танцевали странный, завораживающий своей красотой танец, складываясь в смутно узнаваемые образы, а потом Кирим опустил руку, и на них с Росаной посыпался кроваво-красный дождь. Лепестки медленно оседали им на волосы, плечи, колени. Покрывали скамью и траву вокруг.

Кирим сжал те, что упали ему на раскрытые ладони, и позволил выступившему соку капнуть на землю.

- Кровь, Росана, - Принц разжал кулаки. - На моих руках море крови! И мне никогда от нее не отмыться. Когда погибла Зара, я в первый раз по-настоящему почувствовал смерть. Узнал, что она такое. Я с легкостью дарил ее многим и многим, думая, что вправе решать.... Я ошибался, Росана. Жестоко ошибался....

Он встал со скамьи и медленно побрел вглубь сада, низко опустив голову и засунув перепачканные соком руки в карманы куртки. Догонять его Королева не стала. Она по-прежнему не теряла надежды, что все наладится со временем. И доказательством тому были двое детей, умевшие вызвать на губах Единого с Природой улыбку, несмотря ни на что. К ним Кирим бросился спустя неделю после своего безрадостного возвращения. О них одних рассказывал легко и свободно. Нимерис ошибалась, думая, что Ангелы уже победили.


## Глава 2


Кирим появился в полевом офисе социальной службы по делам беженцев как раз вовремя, чтобы предотвратить скандал с криками и, возможно даже, рукоприкладством. Причем, Мита Кан умудрялась еще как-то держать себя в руках, вступив в неравный бой с чиновниками, чьей задачей было обеспечить детям наилучшее будущее. А вот сами дети были не в восторге от чужих людей, взявшихся решать, что для них будет лучше. Лита лупила кулачками молодого социального работника, пытавшегося увести ее в соседнее помещение, чтобы его старшая коллега могла поговорить с женщиной, желавшей официально стать их приемной матерью, один на один. Но девочка не собиралась сдаваться, и вскоре ее брат присоединился к протесту, набросившись на парня с другой стороны.

- Это что еще такое? - возмутился Дайлети с порога. Две кудрявые белобрысые головы повернулись в его сторону, жертва была моментально забыта и оставлена, и близнецы кинулись к своему другу, которого не видели так давно и по которому очень сильно скучали.

- Кирим! - хором завопили брат и сестра и повисли у него на шее. Гораздо более сдержанная Мита и то встала со своего места, и даже сделала по направлению к Единому пару шагов. Но потом остановилась, задумавшись, как соцработники отнесутся к тому, что она станет обниматься с мужчиной в стенах официального учреждения, пусть и всего лишь временного филиала, собранного из жилых блоков прямо на космодроме, чтобы было удобнее работать с многочисленными беженцами, эвакуированными с Сидаруса.

- Добрый день, - Дайлети стряхнул с себя близняшек, одним только строгим взглядом усадив их на диван у стены, и шагнул к столу чиновников, протягивая им инфокристалл. - Здесь рекомендации для доктора Миты Кан, а также обязательство Министерства Здравоохранения принять ее на работу в Военный госпиталь имени Камура Иреша.

Мита хлопала глазами, слушая его короткую, но крайне информативную речь. Потом Кирим снял с пояса наладонник и помахал перед носом немного обалдевших чиновников ярким экраном, подтверждающим его чрезвычайные полномочия. Что именно было там написано, Мите было не видно. Но по расширившимся зрачкам соцработников она поняла, что те потрясены до глубины души.

- Я полагаю, что забирать детей у женщины, которую они считают своей мамой, даже на время оформления всех документов и разрешения мелких формальностей, просто жестоко по отношению к ним. Особенно учитывая все те испытания, и без того выпавшие на их долю на Сидарусе, - продолжал Суон, не давая сотрудникам соцслужбы вставить в разговор ни слова. - Вы согласны со мной?

Мужчина и женщина, как загипнотизированные, одновременно кивнули, не глядя, пихнули чистый кристалл в записывающее устройство, продернули красивую официальную тесемку в колечко, когда документ был готов, и протянули его Мите.

Когда доктор Кан принимала его из руки чиновницы, ее пальцы немного дрожали, и вылетела она из офиса так стремительно, что забыла попрощаться. Потому что опасалась, что власть Дайлети над чиновниками развеется, и те снова примутся твердить, что никак не могут оставить ей детей до тех пор, пока из Содружества не придет ответ на их запрос. Пока не подтвердится ее личность, и они не убедятся, что Литу и Лутаса не разыскивают родственники, и не будут уверены, что Мита сможет обеспечить их будущее. Что Закон обязывает их определить близнецов в Дом Ребенка до выяснения всех сопутствующих обстоятельств. Дети были уже слишком взрослыми, чтобы не понять, что их хотят разлучить с Митой, и слишком маленькими, чтобы признать такую необходимость в силу непреодолимых обстоятельств. И потому яростно протестовали.

А сейчас выбежали под яркое весеннее солнышко и радостно заголосили:

- Ура! Ура!

Они схватили свою названную маму и Кирима за руки и потащили прочь от ненавистного космодрома, опостылевшего им за неделю ожидания своей очереди на рассмотрение их дела. Как бы там ни было, но социальные службы Семи Миров хорошо справлялись со своей работой, довольно быстро распределяя беженцев с Сидаруса по домам, гостиницам, и временным лагерям. Кто-то мог надеяться получить работу и гражданство, другие ждали подходящего транспорта на родину, третьи - подтверждения своих личностей. Последнее грозило и Мите с близнецами, но своевременное появление Кирима быстро разрешило ситуацию в их пользу.

- Скажи мне, Дайлети, что все было сделано по закону, и что чиновники не очухаются в скором времени, не отменят свое решение и не подадут меня в розыск, как похитительницу детей! - потребовала блондинка, легко и свободно шагая в направлении выхода с космодрома. Во временной палатке, предоставленной в ее с детьми распоряжение, конечно, остались некоторые вещи, но ничего такого, к чему Мита успела бы привязаться. А задерживаться ради пустяков и мелочей не хотелось совершенно.

- За кого Вы меня принимаете, Мита? - возмутился Единый.

- За кого? Это хороший вопрос! Я ведь, по сути, ничего о тебе, кроме имени не знаю. Да и то не уверена, что оно настоящее!

- В документах, которые я продемонстрировал чиновникам, я значусь как Кирим Суон, капитан ВКФ Семи Миров. И они очень даже настоящие.

- А от кого рекомендации для меня?

- Вы все равно не поверите, - отмахнулся Дайлети.

Они подошли к кордону, и Мита, внутренне сжавшись, протянула кристалл, выданный соцработниками, сотруднику в красивой темно-серой форме. Тот внимательно изучил документы, провел вокруг женщины и детей сканером, сличая генетический код, и пропустил всех, на прощание козырнув Кириму. Тот коротко кивнул в ответ.

- А ты не так прост, как кажешься, Кирим, - заметила Мита. Дайлети в ответ пожал плечами. Обстановка не располагала к долгой обстоятельной беседе. Засидевшиеся на одном месте и жадные до всего нового дети тянули их в большой мир, неожиданно раскрывшийся перед ними за защитным энергетическим экраном.

- Мама! Мама! Смотри! Летающий поезд! - в восторге закричали близнецы при виде наземной станции скоростного метрополитена на магнитной подушке. Десяток серебристых вагонов с большими обзорными окнами как раз отправлялся от перрона в сторону города, видневшегося на горизонте. - А мы поедем на таком?

Вопрос поставил женщину в тупик. С космодрома их, конечно же, выпустили, а вот куда идти теперь, Мита просто не представляла. В госпиталь? Как там его назвал Единый? Имени какого-то Иреша....

- Да, дети, мы поедем сначала на поезде, а потом пересядем на межконтинентальный шаттл, - ответил за нее Кирим. - Так вы сможете увидеть довольно большой кусок Мирралина и решить, нравится ли вам эта планета, и хотите ли вы жить здесь, или же переберетесь с мамой в какое-нибудь другое место. А на первое время я снял для вас маленький дом в двадцати минутах пути на монорельсе от Вашей будущей работы, доктор Кан, - он протянул ошарашенной женщине плоский ключ-кристалл. - Ближе ничего не нашлось, район очень популярный. Но зато школа там совсем рядом. И спортивный центр с бассейном и детскими секциями. В пяти минутах от дома огромный парк, а также все необходимые магазины.

- О, Кирим, тебе не стоило, - смущенно начала было блондинка, но Дайлети ее перебил.

- Очень даже стоило. Это самое меньшее, что я мог - и должен был - для вас троих сделать, - он остановился и притянул к себе детей, чтобы еще раз обнять. Те были не очень настроены на нежности: вокруг было столько всего интересного. Магазины, транспорт, люди! У близнецов разбегались глаза, они не знали, куда бежать в первую очередь.

На входе на станцию Суон пропустил своих спутников вперед, потом прикоснулся к наладоннику, подтверждая платеж за всех, и они прошли в зону посадки.

- Есть хотите? - обратился он к детям и Мите. Блондинка отрицательно мотнула головой, не желая стеснять своим присутствием Дайлети больше необходимого, но детям стеснение было не ведомо, и они закивали. - Вот и хорошо. Значит, сделаем пересадку в центре.

По его губам скользнула тень его прежней улыбки. Даже лежа в медицинской капсуле со страшными ожогами на теле, Единый с Природой и то улыбался более искренне и открыто.

Когда поезд тронулся, дети прилипли к окну, жадно впитывая в себя необыкновенные пейзажи второй в их жизни планеты, и взрослые смогли спокойно поговорить, изредка прерываясь, чтобы ответить на очередное: 'Ой, а что это?'

- У тебя, наверное, и без нас дел полно, - предположила доктор Кан.

- Ну, - протянул Дайлети. - Они ждали меня почти целый год, значит, потерпят еще денек-другой. Тем более что с самыми неотложными я уже разобрался. Именно поэтому и не смог появиться у вас раньше. Простите, что вам пришлось понервничать!

- Если честно, я не очень-то ждала, что ты появишься.... После всего, что случилось на Сидарусе.... До нас дошли кое-какие слухи....

- Не будем об этом, - попросил ее Кирим, отворачиваясь и пряча глаза.

- Как скажешь, - чтобы избежать неловкой паузы, Мита сжала в руке кристалл, активируя его и вызывая основную информацию. И тихо ахнула, увидев, от кого были получены рекомендации. Под ними значилась подпись Принца Семи Миров.

- Но как? - поразилась блондинка, уставившись на своего спутника так, словно впервые его увидела.

- Мне пообещали награду за то, что я сделал на Сидарусе. Спросили, чего бы мне хотелось, а так как лично мне ничего было не нужно, я попросил помочь вам, - по-прежнему не поднимая на доктора глаз, отозвался Дайлети.

- Ох, Кирим! Я даже не знаю, как тебя теперь благодарить! - смутилась женщина еще больше.

А Дайлети, наоборот, разозлился:

- Перестаньте, Мита! То, что вы сделали для меня - и, что гораздо более весомо, - для этих детей, нельзя переоценить или хотя бы просто измерить! На Сидарусе Вы помогали мне, ни на что не рассчитывая взамен, так почему теперь я не могу отплатить Вам тем же, раз наши роли поменялись? Давайте оставим эту тему. Лучше скажите, Вас устроит работа в Военном госпитале? Или Вы хотели бы что-то поспокойней? Я просто подумал....

- Что там всегда нужны хорошие многопрофильные врачи, а текучка там, в связи с напряженной работой, довольна большая. А я вполне с такой работой справлюсь, потому что сумела не свихнуться на Сидарусе?

Почти именно так Принц Семи Миров и рассуждал, а потому просто кивнул.

- Что ж, я обязательно попробую и сообщу, что из этого выйдет. Ты же оставишь мне номер для связи?

- Конечно. Обращайтесь в любой момент.

- А какова вероятность, что ты будешь на Мирралине? - хитро прищурилась блондинка, не оставляя попыток узнать о Дайлети немного больше, чем имя и звание.

- Даже если не буду, найду способ вам помочь, если что.

Попытка не удалась.

- Дети будут спрашивать о тебе, - Мита пустила в ход тяжелое вооружение.

- Они знают, что я пилот и много и подолгу летаю вдалеке от дома. Правда, дети?

- Да! - отозвались близнецы, неохотно оторвавшись от проносящихся за окном пейзажей. Поезд приближался к городу. - А ты покажешь нам свой истребитель? Прокатишь нас?

- Вообще-то, это строжайше запрещено, - с непроницаемым лицом заявил им Единый.

Дети скривились.

- Но на гражданской яхте я вас прокачу, обещаю!

Лита радостно захлопала в ладоши, а потом, опомнившись, повернулась к Мите:

- Можно, мама? Ты же разрешишь нам?

- Конечно, дети, - с улыбкой, такой нежной, что у Кирима защемило сердце, отозвалась доктор Кан. Он в очередной раз убедился, что принял верное решение, когда поручил близнецов заботе и опеке этой удивительной и сильной женщины. Она просто создана была, чтобы стать чьей-нибудь мамой. Особенно таких сорванцов, как Лита и Лутас.

Из динамика ровный голос сообщил о прибытии на центральную станцию, аналогичная надпись засветилась над выходами из вагона. Держа детей за руки, Мита и Кирим вышли на перрон, и Дайлети повел всю веселую компанию в центр города, в одно из своих любимых кафе, где в качестве десертов предлагали на выбор двести пятьдесят сортов мороженного со вкусами, собранными из разных уголков обитаемой Вселенной. Детям должно понравиться.


Это была первая и последняя их совместная прогулка. Потом пошли слухи о Дайлети - со - Шрамом, освободившем рабов на Сидарусе. А еще ищейки Риврана доложили, что потеряли Ловцов Грифа на границе с Неисследованными территориями. Маска не позволяла присутствующим на совещании разглядеть лицо Принца - и к лучшему, наверное, как подумал тогда Король, - но зато все стали свидетелями того, как Кирим треснул кулаком по подлокотнику кресла, вскочил и вышел из зала так быстро, что за ним едва поспели телохранители. Директор Разведуправления поймал взгляд своего Короля. Он не то, чтобы надеялся получить объяснения - нет, он просто хотел оценить реакцию правителя на несдержанность своего наследника. Но Ривран хмурился, и было неясно, что его расстроило - само известие или реакция на него Принца.


После этого Ривран уже не настаивал, чтобы Принц присутствовал на суде над Лордами Сидаруса. Но в самый последний момент, когда флайер, ведомый Рохосом, уже был готов сорваться в полет, Кирим запрыгнул в кабину, лишь на мгновение опередив замкнувшийся защитный экран. Телохранители даже не повернули голов в его сторону - привыкли. Хотя уже в конце первых суток наблюдения за наследником престола, вернувшимся после долгого отсутствия, доложили Королю, что тот стал еще большей проблемой для телохранителей, чем был раньше.

Пришлось вносить существенные коррективы в их программы. И потому сейчас Рохосы даже не дернулись. Как, впрочем, и три недели назад, когда пришло штормовое предупреждение и еще по-зимнему холодные воды океана бились о скалистый берег Королевского острова с угрожающим рокотом. Роботы лишь проводили взглядом своего Принца, оттолкнувшегося в прыжке от обледенелых камней утеса и полетевшего вниз, прямо в беснующиеся у подножия воды. Рохосы уже знали, что подобное купание Единому с Природой не повредит. И, когда Кирим выбрался на берег час спустя, молча подали ему пушистое полотенце и сухую одежду, а так же невозмутимо напомнили ему о встрече с Наместником Ззурока, запланированной на вечер.

Сегодня андроиды лишь немного поменяли свои позиции с учетом того, что объектов наблюдения прибавилось.

- Ты уверен, что хочешь присутствовать при этом? - спросил Король у своего наследника. - Это не обязательно....

- Хочу? - переспросил Кирим. - Мне мало чего хочется в последнее время. Но я должен довести дело до конца и проследить, чтобы каждый получил то, что заслуживает!

Ривран посмотрел на него внимательно и даже чересчур пристально, а потом медленно кивнул, одобряя его решение. В последнее время оба правителя Семи Миров с тревогой высматривали у наследника признаки приближения очередного приступа, что снова заставит их приемного сына корчится от боли, едва сдерживая крик. Нимерис уже просветила их относительно причины, о которой Кирим, конечно же, догадывался. Несмотря на нелестное мнение Смотрительницы о его отце, как учителе, Дайлети знал, что с ним творилось.

Метаморфоза.

Через нее рано или поздно проходил каждый Единый с Природой, сумевший прожить достаточно долго, чтобы количественные изменения, вызванные постоянным применением Дара, перешли в качественные, и тело стало утрачивать человеческие черты. Только случалось это, как правило, с Дайлети, разменявшими как минимум пару сотен лет. И не было похоже на пытку генератором боли на максимальной мощности.

Метаморфоза походила на легкое недомогание, как у людей при простуде, и не выламывала тело болезненными судорогами. Но у Кира Асаи все в жизни шло наперекосяк и не так, как у его 'нормальных' соплеменников. Больше всего он боялся, что приступ свалит его однажды во время какой-нибудь важной церемонии или встречи. Или на глазах у Лутаса и Литы. И в быту Даром практически не пользовался, постоянно закрываясь, даже когда был вне Острова и без маски. С одной стороны, так приступы случались реже и практически все время ночью, когда никто не видел. С другой - Кирим чувствовал себя беззащитным и уязвимым. И с тревогой думал о моменте, когда без Дара будет не обойтись. А потом за него придется расплачиваться.


Ривран и Росана с балкона смотрели, как на площадке в парке тренируется с Рохосами Кирим. Принц упражнялся уже не первый час, выплескивая злость и раздражение в драке с превосходящими его числом противниками, и, казалось, не собирался останавливаться. Его рубашка промокла от пота и прилипла к спине.

Король и Королева синхронно переглянулись.

- Со стороны Тэора было не очень хорошо вот так исчезнуть! - первой высказала их общую мысль Росана.

- Он чувствует вину за случившееся с Принцем, - заступился за старого друга Ривран. - И вправе распоряжаться собственной жизнью после того, как лишился должности Смотрителя.

- Но он очень нужен Кириму! - настаивала на своем Королева. - Сейчас, как никогда!

- Я пытался с ним связаться. Но Тэор не отвечает на сообщения. Я даже просил Нимерисотправителей. На звонки Миты Кан Принц отвечал практически всегда и очень быстро. Джирану не написал ни слова в ответ.

- Ему тяжело, Рос, - все же заговорил правитель Семи Миров. - Мастер прочно ассоциируется у него с Зарой. Неудивительно, что Кирим всячески избегает общения с ним.

Росана подошла к мужу, обвила его руками, ища поддержки, защиты и утешения. Тот обнял ее в ответ, не сводя глаз с поляны, где тренировался Принц. Именно в этот момент один из Рохосов умудрился заехать Дайлети ногой в грудь, и тот отлетел назад, но не проехался спиной по траве, а перекувырнулся и встал на ноги, после чего легко взвился в прыжке, уходя от атаки второго андроида, приземлился за спиной у третьего, и рубанул того ребром ладони по шее. Робот рухнул на колени, имитируя человеческую реакцию, и на время вышел из боя. Ривран не стал смотреть, как приемный сын разбирается с оставшимися двумя - уже знал, что Принц выйдет из схватки победителем. Он увел жену с балкона.


Кирим вернулся к себе в комнату, только когда стемнело. Выйдя из душа, он обнаружил на наладоннике с десяток посланий. Почти все из них можно было проигнорировать, по крайней мере, до утра. Все они были адресованы Принцу и не требовали немедленного рассмотрения. А вот оставшиеся два....

'Если ты не приедешь навестить старого мастера сейчас, то можешь не появляться никогда, - говорилось в первом, от Джирана. - Потому что когда твоя блажь пройдет, и ты передумаешь, я сделаю вид, что тебя не знаю!'

'Ты очень нужен мне и детям, - гласило второе, от Миты. - Срочно!'


## Глава 3


- Что случилось? - Кирим связался с доктором Кан прямо из комнаты, изменив в настройках естественный фон на безличную серую стену.

Мита не выглядела разбуженной и поднятой с постели. Она, определенно, еще не ложилась. И даже, наоборот, куда-то собиралась.

- Пока ничего, - в своей обычной манере отозвалась женщина. - Но если так будет продолжаться и дальше, твои люди сделают детей заиками!

- Что? - сонливость и усталость после тренировки слетели с Дайлети, словно по волшебству.

- Лита и Лутас постоянно рассказывают об одних и тех же людях, которых встречают в разных местах. У школы, в бассейне, в парке на прогулке. Я ничего такого не замечаю, но это ни о чем не говорит.... Кирим, послушай, ты не мог бы...

- Собирайтесь, доктор Кан! - перебил ее Суон. - И будите близнецов. Я буду у вас через полчаса!

Дело было в том, что он не приставлял к ним никакой охраны. Не посчитал нужным на Мирралине. И решил, что Мите и детям излишнее внимание только навредит. Что они заслужили пожить, наконец, нормальной жизнью. И навещал их так, чтобы по возможности не попадаться на глаза соседям. Не хватало еще, чтобы доктора Кан и близнецов связали с тем самым Дайлети!

И это грозило стать очередной его ошибкой, расплачиваться за которую придется не ему....

Кирим быстро оделся, бегом спустился в ангар, на ходу отмахнувшись от вездесущих Рохосов, и легко оседлал юркий скутер. Он не собирался добираться на нем до дома Миты - только до космопорта, где стояла одна из яхт, принадлежавших по факту королевской семье, но записанной на имя Кирима Суона. По возвращении на Мирралин Росана и Ривран как-то спросили его осторожно, не хочет ли он вернуть себе прежнее имя, больше подходящее Дайлети. Но он отказался. Имя Кира Кай-эли Асаи было не подходящим для его нынешней жизни. И могло привлечь к себе излишнее внимание. Для изгнанника сойдет и выдуманное.

Холодный ветер, бьющий в лицо, помог окончательно стряхнуть дрему. Знакомые пейзажи проносились мимо, но Дайлети почти не следил за дорогой, прокручивая в голове варианты дальнейшего развития событий. Их было не так уж и много. Либо наблюдатели попались детям на глаза случайно, решив, что те не придадут этому значения или просто не заметят ничего подозрительного, либо намеренно, предположив, что близнецы непременно сообщат о них, и Кирим появится, чтобы все проверить. Версию, в которой за Митой приглядывали люди Короля, Кирим отмел сразу же. Ривран бы сказал. Непременно сказал. А если бы и нет, то не приставил бы к делу неумех, неспособных спрятаться от детей. Даже таких, как Лутас и Лита - стреляных воробушков, научившихся на Сидарусе держать ушки на макушке и замечать малейшие детали, грозящие им скорыми неприятностями.

Взлетев и поставив яхту на автопилот, Принц снова схватился за наладонник, отправляя распоряжения Ламру Чимаре. Директор Разведуправления должен был суметь разобраться с проблемой наилучшим и наискорейшим способом.

'Признайтесь уже, Ваше Высочество, - отписался ему Чимара. - Это Ваши дети?'

'Спрошу я с Вас точно, как за своих!' - ответил ему Принц.


Возле дома все было тихо - весь квартал давно уже спал. И только в окнах Миты свет едва пробивался сквозь жалюзи. 'Умница, Мита', - порадовался Кирим предусмотрительности блондинки и тут же пожалел о своем поспешном выводе: окошко на чердаке не было закрыто, и маленькая птичка легко залетела в комнату, превращенную в 'игровую' для близнецов. С тем же успехом в дом мог проникнуть дрон, вооруженный не бластером даже, а элементарными ампулами с какой-нибудь ядовитой дрянью, способной убить всех жильцов раньше, чем кто-то заподозрит неладное. Уже в человеческом облике, чутко прислушиваясь к внутренним ощущениям в ожидании приступа после применения Дара, Кирим спустился вниз, чем немало напугал доктора Кан: та выронила из рук свою докторскую сумку. Как оказалась, она была единственной, которую Мита успела собрать. Дети тоже все еще спали в своих комнатах.

Блондинка схватилась за сердце и осела на диван.

- Неужели два месяца жизни на мирной планете отучили Вас соблюдать элементарные меры безопасности? - без всякой снисходительности 'наехал' на нее Суон. - Когда дети сообщили о подозрительных незнакомцах в первый раз?

- Три дня назад, - призналась Мита.

- Значит, еще три дня назад их могли похитить или убить, - безжалостно подытожил Дайлети. - Об этом Вы бы сообщили мне своевременно?!

Блондинка закрыла лицо руками и разрыдалась, и Кирим тут же почувствовал себя распоследней сволочью: сам же уверял всех троих, что на Мирралине они будут в полной безопасности. И всегда смогут позвать на помощь, случись вдруг что.

- Простите, Мита, - он присел рядом с женщиной на диван и приобнял ее за плечи. - Я не имел права так говорить с Вами. Мне очень жаль!

Доктор Кан тут же спрятала мокрое от слез лицо у него на груди и заплакала еще горше.

- Мне... так ... страшно, - призналась она.

- Утешить мне Вас нечем, - неожиданно признался ей Суон. - Потому что сейчас за Вами приедут надежные люди, и увезут Вас прочь из Семи Миров. У вас есть где-то полчаса, чтобы решить, куда Вы хотите отправиться.

- На Китанг, - тут же, не задумываясь, ответила женщина. - Я жила там когда-то и....

- Вы рассказывали об этом кому-нибудь, пока жили на Сидарусе?

Мита покачала головой.

- А здесь?

Снова тот же отрицательный жест.

- Если Вы в этом на сто процентов уверены, то я постараюсь организовать для Вас и близнецов именно такой маршрут.

Теперь Мита отозвалась не сразу - вспоминала. А потом все же решительно кивнула.

- Хорошо. Будите детей. Как раз успеем попрощаться!

- Почему попрощаться?

Будить никого не пришлось. Лита и Лутас стояли на лестнице, как всегда, держась за руки. Хмурые спросонья, растрепанные и помятые, в одинаковых пижамах с узором из истребителей Семи Миров, дети сильно отличались от себя прежних. Теперь они были именно детьми, а не маленькими рабами. Но по чьей-то злой прихоти их новая жизнь уже заканчивалась, так и не успев толком начаться. Как объяснить им, почему снова нужно бежать и прятаться? И почему они не могут остаться в Семи Мирах?

Это были не единственные вопросы, которые Кирим услышал за следующие две минуты, вперемешку со слезами и обвинениями. В принципе, он ожидал чего-то подобного, но оказался не готов к столь бурному возмущению и сопротивлению. И был в шаге от того, чтобы продемонстрировать это близнецам: то есть банально на них рявкнуть, чтобы шли к себе и собирались без разговоров. И тут услышал тихий звук - шорох где-то на крыше. Он буквально на секунду нырнул в Слияние, чтобы уже в следующий миг бесцеремонно зажать Лите и Лутасу рты и прижать их к себе.

- В подвал, - приказал он им едва слышно. - Мигом и без звука!

Мита, враз побледневшая, уже опускалась на корточки, нашаривая потайные сенсоры, открывающие маленькое убежище под полом. Когда доктор Кан первый раз оказалась в своем новом доме, и Суон показал ей 'тайную комнату', она посчитала Дайлети конченым параноиком. Теперь ей было бесконечно жаль, что она ошибалась, а у опасений Кирима имелись реальные основания. Она не слышала звуков, встревоживших Кирима, но знала, что в Даре Дайлети сомневаться нельзя.

Часть пола ступенями скрылась во тьме маленькой комнатки. Притихшие дети и доктор Кан спустились вниз и закрыли люк за собой. Кирим остался один, вновь прислушался, убедился, что проникшие в дом люди по-прежнему на чердаке, и отступил в проем между кухней и гостиной, чтобы те, кто пройдет по лестнице на первый этаж, не сразу его увидели. Гости не заставили себя ждать и на этот раз не выдали себя ни скрипом ступеней, ни шелестом одежды, ни шумным дыханием. Даже оружие ни разу не звякнуло.

Их было трое: они отразились в зеркале, нарочно повешенным так, чтобы контролировать с кухни лестницу, оставаясь незамеченным. Предводителя Кирим узнал далеко не сразу - только по ауре, сосредоточившись. Гриф сильно изменился, немало потратившись на пластического хирурга. С его подручными Дайлети раньше вообще не сталкивался - видимо, они были из новеньких, взятых в отряд Ловцов вместо 'выбывших' на Сидарусе.

- Выходи, Дайлети! - голос остался прежним и моментально разбудил те вспоминания, которые Кирим старался загнать как можно глубже. Остаться на месте, а не броситься на Ловца, стоило Единому с Природой невероятных усилий. Пожалуй, именно сейчас пригодилась наука, вбитая в него инструкторами в Академии. - И доктору Кан скажи, чтобы выходила! - продолжил разливаться соловьем Гриф. - Или не хочешь, чтобы она видела, как я порежу тебя на кусочки? Хорошо! Пусть просто послушает! Ты будешь громко кричать перед тем, как умрешь!

Кирим зажмурился, концентрируясь перед скорой схваткой. Явственно хрустнули суставы, когда охотник повел плечами, разминаясь перед боем. Потом знакомо зашуршали клинки, извлекаемые из ножен. Двое Ловцов сухо щелкнули предохранителями пистолетов. Систему сканеров в Семи Мирах стоило перенастроить уже давно. Она была рассчитана на лучевое оружие, некоторые виды холодного, в зависимости от размера и качества стали, и, по-видимому, старинное автоматическое пропускала на 'ура'.

Кирим осторожно повернулся и прижал ладони к стене, активируя сенсоры потайных ниш, где были спрятаны бластеры. Он соврал Мите, сказав, что арендовал для них жилье поблизости от ее новой работы. На самом деле, Суон дом купил, причем еще до Сидаруса, и переоборудовал для своих нужд. У отряда 'Вайрес' были такие убежища во многих местах Содружества, и без надежного тыла в Семи Мирах разведчик чувствовал себя неуютно. Ривран о покупке не знал, потому что никогда не интересовался состоянием финансового счета своего наследника. Сумма каждый месяц туда капала приличная - считалась, что правители не должны работать бесплатно, - а тратить ее Принцу было особо не на что. Пришлось только повозиться, чтобы денежный перевод не смогли отследить. Тут уже помогли отлаженные схемы ведомства Чимары.

- Выходите, доктор Кан! Мы не тронем ни Вас, ни ребятишек, - продолжил Гриф, делая еще один осторожный шаг от лестницы в гостиную. - Нашему сплоченному коллективу очень часто нужны услуги такого специалиста, как Вы! И я всегда мечтал передать дела наследникам! Представляете, Мита? Если начать учить близнецов сейчас, то к своему совершеннолетию они уже наверняка принесут мне собственноручно отрезанные головы парочки Единых!

Кирим беззвучно перевел бластеры в режим 'оглушение'. Наслаждаться ощущениями от близкой смерти он не собирался. И разговаривать с тварью, убившей Зару, тоже.

- Мне жаль, что так получилось с твоей рыженькой! Если бы я не торопился тогда, никогда бы так не поступил! Обязательно бы поимел ее сначала!

Подельники Грифа, не скрываясь, в голос заржали. Кирим шепнул домашнему компьютеру короткую команду 'прас'ш', гася весь свет, и сорвался с места. Он перекатом преодолел открытое пространство гостиной, мимоходом сняв двумя выстрелами людей с огнестрельным оружием, и прижался спиной к массивному дивану, который дико бесил утонченную Миту, но с функцией защитной баррикады справлялся пока прекрасно. За это время Гриф успел перевернуть стол и укрыться за ним, не сделав ни малейшей попытки проверить состояние тел, рухнувших по обе стороны от него.

Тихонечко хлопнул замок на входной двери, впуская очередных незваных гостей. Те, по-прежнему, не желали поднимать шум, а потому кинули вглубь дома не обычную гранату, а световую шашку. Дайлети едва успел зажмуриться, и почти пропустил первую атаку. Толком не проморгавшись, он выстрелил, ориентируясь на Дар. Еще два тела упали справа и слева от дивана. Третий человек - судя по ощущениям, Гриф - оказался гораздо ближе, чем Кирим предполагал. Нужно было выбираться из ставшего ненадежным укрытия. Суон резким движением вытолкнул оба бластера с левой стороны дивана, бросил тело в Изменение и выскочил справа, уверенный, что красивые шторы, которые Мита так долго выбирала в гостиную, выдержат вес маленького юркого зверька. Мангуст в три прыжка преодолел хорошо простреливаемое пространство комнаты, уловив свист и колебание воздуха от прошедших впритирку к телу пуль, и шлепнулся возле своего оружия, к которому уже тянулись лапы охотников. Даже вернув себе человеческий облик, затормозить на гладком полу Дайлети сразу не смог, проехался по паркетинам на коленях, но схватить бластеры все же успел. Одним из них пришлось сразу же пожертвовать, подставив под удар катаны Грифа. Кувырком увеличив расстояние между собой и Ловцами, Кирим вскочил на ноги и бросился на лестницу. Едва поставив ногу на вторую ступеньку, он снова произнес слово-ключ, активируя защитную систему дома. Пули и несколько метко брошенных метательных ножей увязли в защитном поле, окутавшем гостиную. Предполагалось, что оно будет ограждать тех, кто окажется внутри, а не послужит для них ловушкой, но на некоторое время сойдет и так. Даже если Гриф догадается про тайник в полу, он все равно не сможет вскрыть его за оставшиеся до прибытия людей Чимары минуты.

Какое-то время они стояли один напротив другого, разделенные лишь тонким энергетическим экраном. Суон заставил себя дышать глубоко и ровно, глядя на ненавистное лицо с другими чертами, но теми же холодными глазами человека, убившего Зару просто за то, что та оказалась рядом с Киримом. Он много раз спрашивал себя, что было бы, если бы он не стал тогда провожать девушку до шаттла. Стал бы Гриф рисковать и задерживаться только из-за нее? Впрочем, здесь и сейчас это было совершенно не важно.

- И что дальше, Дайлети? Вызовешь полицию?

Кирим промолчал. Если бы не Мита и близнецы, он бы вполне мог пождать, когда Ловцы передохнут от жажды. К счастью для них, сорок пять минут, отведенные Чимаре на подготовку и расстановку его людей, вот-вот должны были истечь.

Из-под дивана отчетливо звякнул наладонник, сообщая хозяину о доставленном сообщении. Почти синхронно с ним со стороны входной двери и сверху, на лестнице, возникли темные фигуры в узнаваемых защитных комбинезонах и масках, закрывающих лица до самых глаз.

- В сторону, капитан, - тут же рявкнул один из спецназовцев. - Дальше мы сами разберемся!

В этот момент Гриф гаденько ухмыльнулся и опустил руку на продолговатый чехол, закрепленный на правом бедре. От прикосновения пальцев футляр раскрылся, и в ладонь Ловцу лег миниатюрный жезл Эльзэдэ. Что за этим последует, сразу сообразили все участники конфликта. На пол бросились даже охотники. Полыхнула яркая вспышка, с тихим хлопком исчезло поле, в дыму и грохоте следующего выпущенного разряда на щепки разлетелась лестница, вынудив Дайлети и разведчиков не очень элегантно, но зато быстро убраться с линии обстрела через перила, и зазвенели выбитые стекла.

Кирим нагнал Грифа лишь у развороченного оконного переплета, сумев повалить Ловца на пол и выбить при этом жезл у него из руки. Эльзэдэ исчезла в дыму и мраке, охотник, активировав импланты, врезал Суону локтем в солнечное сплетение, разом сломав три ребра, освободился и ужом сиганул в окошко, сумев не задеть ни одного острого обломка или осколка. Ловя губами воздух, не желающий просачиваться в покорёженные легкие, Кирим мог только надеяться, что Чимары не оставил дом без присмотра снаружи. Но, по ходу дела, Гриф тоже рассчитывал не остаться с семипланетниками один на один, когда выбрал такой способ бегства. Судя по одиночным, но довольно частым выстрелам, отход Ловца прикрывал снайпер, засевший где-то на крыше в паре кварталов от дома. Прежде чем Суон смог приподняться с пола хотя бы на локте, знакомо взвизгнул гравикомпенсатор скутера, резко сбросившего скорость и так же энергично стартовавшего. Боль отступила на второй план, уступив место холодному бешенству, и Кирим с силой долбанул кулаком по полу, усеянному осколками стекла.

Грифу удалось уйти. Опять. Бросив товарищей на произвол судьбы и покалечив троих спецагентов. Правда, обошлось без смертей - всех задело по касательной, и защитные комбинезоны с достоинством выдержали удар. Суону тоже не оставалось ничего иного. Только стиснуть зубы и жить дальше с мыслью, что Ловцу каким-то образом удалось в кратчайшие сроки договориться с Ангелами. Даже само по себе это было достаточно невероятно. Но гораздо сильнее Кирима тревожил тот факт, что он не почувствовал ни слежки за домом, ни жучков внутри, а вот Гриф точно знал, когда Дайлети окажется внутри. В простое совпадение как-то не верилось. Как и в то, что охотник напрямую поддерживал контакт с одним из Ангелов.

Существовал посредник. И от догадки о том, что за существо могло им быть, стало вдруг зябко, и только щеки горели огнем. То ли от стыда, что не сдержал обещание защитить Миту и близнецов, то ли с досады, что упустил Грифа, то ли потому что вспомнил прикосновение раскаленных ладоней к лицу, оставивших два отпечатка.

- Кирим! - в один голос завопили близнецы, которым спецназовцы помогли выбраться из убежища. Они бросились к Единому с Природой с явным намерением по давней традиции повиснуть у него на шее, и Кирим поспешно выставил вперед руку, стараясь при этом сесть поровнее. Шевелиться, наверное, вовсе не стоило. Перед глазами полыхнули черно-багровые круги, и Кирим отключился. Попрощаться с Митой и детьми у него так толком и не вышло....


- Что это были за черти, Ваше Высочество? - накинулся на Принца Чимара при личной встрече, которая состоялась гораздо раньше, чем Суону хотелось.

- Ловцы, - ответил ему Кирим. Он стоял у окна в кабинете директора Разведуправления, сложив руки за спиной. И внешне был совершенно спокоен. - Охотники на Дайлети.

- Вы знали и не предупредили меня?!

- Только предполагал, - покачал головой Принц. - И дал Вам ясные инструкции: противник будет вооружен и очень опасен. Неужели Вы раньше с ними не сталкивались?

- Создатель миловал! На моем веку такой гадости в Семи Мирах не было! И Эльзэдэ....

- Жезлы и для меня стали большим сюрпризом, директор, - признался ему Суон. Пока мозаика никак не складывалась. У Грифа были личные счеты к Дайлети. Все, что хотел Ловец - Кирима прикончить, по возможности перед этим заставив страдать и смотреть на смерть близких ему людей. Ангелам же требовалось нечто иное. Было сложно представить, что охотники на Единых договорились с Ангелами. И все же это случилось. - Вы уже осмотрели Эльзэдэ? Это ведь какая-то новая модификация? Более компактная?

- Определенно, - согласился глава разведки Семи Миров.

- Он мне нужен, - заявил ему Принц, и Чимара подавился очередным потоком обвинений и упреков.

- Что?

- Что слышали, директор. Я забираю жезл себе.

- Но Король....

- Недовольство Его Величества по данному конкретному поводу я возьму на себя. А вот касательно неспособности Ваших людей взять одного единственного Ловца Вам и перед ним придется отчитаться!

- А я должен буду рассказать ему о Вашем личном интересе в проведении данной операции? - невозмутимо поинтересовался Чимара.

- Как пожелаете, директор! - Кирим оскалился под маской, будучи уверенным, что и по голосу собеседник догадается, что такими угрозами Принца не пронять.

- Вы довольно самоуверенный и упрямый молодой человек, - поведал ему Чимара. - И этим мне очень нравитесь. Но однажды Ваша тяга к приключениям не доведет Вас до добра. Подумайте о Короне, Ваше Высочество. И о пользе, что Вы можете ей принести, занимаясь своими делами.

- Безопасность Семи Миров - это мое дело, - совершенно серьезно отозвался Кирим. - И Охотники несут ей угрозу, подтачивая наши устои изнутри. Подобным тварям не место на наших планетах, которые мы мирно делим с Едиными. И те должны быть уверены: их никто не станет подкарауливать, чтобы снести голову в темном переулке. Просто потому, что какие-то ублюдки давным-давно написали книжонку в сорок три странички. Ловцы с легкостью проникли через границу, поселились на наших улицах и спокойно поджидали добычу. А мы это проморгали.

- Я знаю, кто Вы, Ваше Высочество! - признался вдруг Чимара.

Кирим в голос расхохотался.

- Что в этом смешного? - нахмурился директор Разведуправления.

- Это забавно, Чимара, потому что я сам не знаю точно, кто я такой....


Через две недели Принцу передали короткое сообщение от Миты, благополучно прибывшей с детьми на новое место жительства. 'Дети говорят, что ненавидят тебя. Но я знаю, что они нагло врут. Береги себя, и спасибо за все'. Рядом с текстом детскими руками были нарисованы две рожицы с высунутыми языками. Кирим хотел бросить записку, не доверенную электронным носителям и по старинке накарябанную на клочке бумаге, в камин. Но так и не сумел заставить себя разжать пальцы. Спрятал в комнате в шкатулку. К голографии Зары и пряди ее волос.


## Глава 4


- Что это? - Принц смотрел на официальное послание из Конфедерации Чистых Миров, вздернув подбородок и немного прищурившись. Его нечеловеческие зрачки сузились до тонких вертикальных щелочек.

- Приглашение в гости, - поведал ему Король. - Согласно пункту 26.3.18 через год после подписания договора наша делегация приглашена в Конфедерацию в качестве наблюдателей. Мы должны подтвердить исполнение соглашения.

- И? - Кирим уже догадывался, куда клонит Его Величество. Но не жаждал это услышать.

- И ты ее возглавишь, разумеется.

- Будет дипломатический скандал, - нахмурился Дайлети. - Если не сейчас, так позже, когда правда обо мне откроется....

- Вряд ли нам станут высказывать претензии, - Ривран разложил по столу красивые пластиковые листы. Семь Миров для подобного приглашения не поскупилось бы на гербовую бумагу. - Ведь инициатива видеть тебя в качестве главы дипмиссии исходит именно от конфедератов.

- Правда? - складка между бровей Принца стала еще глубже. - И Вас это не настораживает?

- Мне это кажется логичным после ноты протеста, что я выслал на Каворру в связи с Сидарусом. Они хотят продемонстрировать нам, что это было лишь досадное недоразумение, и понимают, что Король - фигура слишком крупная для подобной инспекции, а простой посол - недостаточно авторитетная. Принц - самая подходящая кандидатура.

- Вы тоже так считаете? И отпустите меня?

- Конфедераты станут сдувать с тебя пылинки. А ты сумеешь лучше других разобраться в том, как у них обстоят дела на самом деле, не позволив пустить себе золотую пыль в глаза. Я бы отправил с тобой Нимерис....

- Только не ее!

- Но столь наглое пренебрежение договоренностями нам не простят, разумеется. Я дам тебе 'Самарак'. И адмирала Торна в качестве помощника и советника. Если у тебя есть кто-то еще на примете, я готов выслушать твои предложения....

- Ривран, Вам не кажется, что в свете последних событий мне не стоит покидать Семь Миров? - Кирим покачал головой и отошел от стола, не став вчитываться в витиеватые речи, рельефно воплощенные на пластике. В полете будет достаточно времени, чтобы детально ознакомиться с документами и программой пребывания.

- Если ты о докторе Кан и своих подозрениях относительно Дайзери, Кирим, то нет. Принц и Король уже много раз обсуждали это, но каждый остался при своем мнении. Ривран полагал, что для Ловцов Единый с Природой и Отрекшийся должны быть двумя кворрами из одного леса, и что поборник Чистоты ни за что не свяжется с Бешеным. Суон же считал Грифа беспринципным наемником, который ради прибыли пойдет на сделку хоть с дьяволом. Но правителя Семи Миров не убедили доводы, что для договора личная встреча была совсем не обязательной. Пара рекомендаций от надежного человека, несколько сообщений на наладонник - и охотник в курсе, где и когда ждать жертву. А Отрекшийся не при делах. Начинать бесполезный спор было бессмысленно. Суон уже собирался уйти, когда Ривран его окликнул:

- Кирим! Принц обернулся в дверях.

- Я учту твои опасения. И поговорю с Нимерис, чтобы Дайлети держали ушки на макушке. То, что Ангелы затихли на время, не означает, что Они отказались от своих планов. Они просто пересмотрели стратегию. Будь осторожен....

Сначала Кирим хотел отшутиться, сказав что-нибудь вроде 'Как всегда', но глядя в глаза Короля, обеспокоенного всерьез и по-настоящему, передумал и ответил:

- Постараюсь.

Кирим поглубже натянул капюшон длинной черной куртки и шагнул на борт пассажирского шаттла. Не хватало еще, чтобы попутчики пялились на него точно так же, как служащие космопорта, проверявшие документы при посадке.

Они его узнали. И переглянулись. Но, хвала Создателю, оказались в достаточной степени профессионалами, чтобы промолчать. Всю дорогу до Ззурока Суон думал, правильно ли поступает. Он отправил Джирану несколько сообщений с предупреждениями, пару раз пытался связаться с ним по голографической связи, но мастер Тан упорно отмалчивался, строго придерживаясь данного ученику обещания. Теперь Кирим жалел, что не нашел в себе сил поддерживать и эту связь, так сильно и остро напоминавшую ему о Сидарусе и Заре. Он оправдывал себя тем, что так и мастеру Тан будет легче забыть о годах, проведенных в рабстве. Но в глубине души знал, что это всего лишь отмазка.

Наблюдатели докладывали Принцу, что в окрестностях Южной Школы Тан все было тихо. Но именно это Кирима и настораживало. Если Ловцы отследили Миту Кан, то с Джираном у них и вовсе не должно было возникнуть проблем. А мастер Тан - не хрупкая и нервная блондинка, опасающаяся за жизнь детей. Его не уговоришь бросить все и уехать. Джиран слишком долго добирался домой, чтобы сейчас покинуть его даже под страхом смерти.

Общественный транспорт до Школы не ходил - уединенное местоположение было одним из условий качественного обучения. Перебрав возможности, Кирим взял в автоматическом прокате флай-доску. Использовать их в городах не разрешалось законодательством, но для малонаселенной местности они подходили как нельзя лучше, давая возможность передвигаться в любой плоскости, даже вниз головой, если позволял ландшафт.

Кирим не стоял на доске с детства, и некоторое время приноравливался к ней, испытывая и ее, и себя, но, войдя во вкус, натянул прилагавшийся к доске шлем, опустил щиток и резко увеличил скорость. Он пронесся над бескрайней травянистой равниной, казавшейся с высоты шелковым покрывалом, колыхавшимся от ветра. Потом - над огромным озером, снизившись настолько, чтобы прочертить на водной глади полосу, а затем долго вилял, закладывая крутые виражи между высокими колоннами местного 'леса', лишенного веток и листов.

Ветер хлестал его по лицу, развевал волосы и одежду - воздух стал тугим и вещественным, и на время Кирим забыл обо всем и даже позволил себе закрыть глаза, положившись исключительно на Дар. Время растянулось в один бесконечный миг восторга. Но все хорошее имеет свойство рано или поздно заканчиваться, и вскоре впереди показалась цепь озер, на которых и располагалась Школа. И перед Киримом замаячила неприятная перспектива разборок с учителем, справедливо на него обидевшимся.

Комплекс зданий был идеально вписан в ландшафт и издали казался его естественным продолжением. Некоторые дома располагались на сваях, поднимавшихся над поверхностью воды - к ним вели парящие дорожки из подсвеченных по краям плит. Огоньки так же украшали крыши и окна построек, и казалось, что вся Школа была облеплена светлячками.

Кирим немного наклонил доску, чтобы отправить ее в медленный полет вниз с холма, но та не двинулась с места. Дайлети нахмурился, потянулся к устройству Даром и в этот момент почти физически ощутил прицел бластера у себя между лопаток.

- Поднимите руки и медленно повернитесь, - прозвучал сзади ровный голос уверенного в себе человека. Суон выполнил требование и тут же услышал новое:

- Ваши документы, пожалуйста.

Дайлети по-прежнему никого не видел, но теперь отчетливо чувствовал присутствие не менее шести человек, расположившихся в непосредственной близости от него. Медленно, чтобы не нервировать вооруженных людей, Кирим коснулся экрана наладонника, не снимая его с пояса. Рядом возникла полноразмерная голограмма с его изображением и краткой личной информацией.

- Уберите волосы и повернитесь, чтобы мы могли увидеть Знак, капитан Суон.

Голос если и потеплел, то всего лишь на пару градусов. Кирим убрал с шеи пряди, выбившиеся из хвоста за время стремительного полета, и повернул голову. Дар позволял явственно ощущать лучики сканера, пробегавшие по телу и выискивавшие особые метки в голограмме, созданные специально для полиции.

- Спасибо, капитан.

В двух шагах справа от Суона замерцало и исчезло маскировочное поле, позволяя, наконец, разглядеть двоих из полицейского охранения. Остальные так и не сочли нужным показаться ему на глаза.

- Вы можете продолжить путь, - дал свое соизволение старший офицер.

- Могу я, в свою очередь, увидеть Ваши документы? - поинтересовался Кирим. Теперь флай-доска снова ему подчинялась, и он плавно опустился на землю.

Полицейский позволил себе легкую понимающую усмешку и коснулся левого плеча, активируя значок. Как правило, общение стражей порядка с населением именно с этого жеста и начиналось, но сейчас ситуация требовала иного подхода, и Кирим был не в обиде. Даже наоборот. Его очень согревала мысль, что все подходы к Школе Тан вот так охраняются. Правда, ложкой дегтя стало осознание того факта, что подобный кордон отряда Ловцов не остановит. Но, по крайней мере, успеет поднять тревогу.

- Было приятно иметь с вами дело, офицер, - удовлетворенно кивнул полицейскому Кирим. - До встречи на обратном пути!

Преодолевая последние сотни метров, оставшиеся до школы, Дайлети снова погрузился в Слияние, чтобы определить местонахождение остальных охранений. Часть из них оказалась стационарными, другие были мобильными, на случай, если гости покажутся с неожиданного направления. Имелись в наличии и два полицейских катера, чтобы перехватить посетителей в небе, если возникнет такая необходимость. Судя по всему, Кирима ждал в Школе холодный прием. Джиран терпеть не мог, когда вмешивались в его дела и распоряжались на его территории, и наверняка выскажет ученику немало своих соображений относительно того, куда Его Высочество может засунуть и охрану, и свое беспокойство заодно.

Было время ужина, и все тренировочные площадки опустели на время. Снаружи Кириму не попалось ни единого человека. Никто не вышел поинтересоваться, что за гость явился на порог в преддверии ночи. Если бы не Дар, можно было бы решить, что все попросту вымерли или уехали. Но Дайлети ощущал множество огоньков жизни вокруг: умиротворённых, спокойных. Только в помещениях младших классов царила более суетная атмосфера - детям было трудно степенно принимать трапезу в силу возраста.

Беззвучно пройдя по дорожке, Дайлети нерешительно застыл перед дверью. Окно справа было распахнуто настежь, и из дома доносились звуки голосов и тихий смех. Кирим задумался, а нужен ли он был здесь? Особенно со своими плохими новостями и предчувствиями? Но все же шагнул вперед, и умный дом предупредил хозяев о госте нежным перезвоном колокольчиков. Двери распахнулись. На пороге стоял, уперев руки в бока, мастер Хиарам. Он смерил своего ученика внимательным и откровенно недовольным взглядом, но все-таки отошел в сторону и проронил:

- Ну, заходи, раз пришел!

За ужином собралась вся немаленькая семья Джирана: жена, маленькая и сухонькая женщина с седой косой толщиной в руку; внук с женой и двумя малышами-погодками; и невестка - высокая и невероятно красивая женщина со смоляными кудрями, выбивавшимися из высокой прически.

Когда Кирим перешагнул порог комнаты, из рук женщин выпали вилки и с тихим звоном упали - одна на стол, а другие две и вовсе на пол. Более сдержанный от природы старший наставник только поперхнулся соком. Дети притихли и во все глаза уставились на странного гостя, из-за которого взрослые вели себя так странно. Дайлети попятился, ошарашенный подобный приемом. Он окончательно уверился в ошибочности решения приехать сюда. Кирим понятия не имел, что Джиран рассказал своим родным о нем и о Сидарусе, и теперь, пожалуй, особенно сильно не желал этого знать.

- Заходи, не бойся! - фыркнул в бороду Джиран. - Если бы тебе были не рады, то не вилки бы уронили, а за ножи схватились!

Нехитрый юмор помог сгладить неловкий момент первого знакомства. Кирим улыбнулся одним уголком рта, и от этой малости все словно растаяли: зашумели, загомонили, засуетились, приглашая гостя за стол. Домочадцы Джирана представлялись, перебивая друг друга, и тянули гостя за руки в разные стороны. Правнуки мастера Тан едва не подрались за право сесть рядом с ним.

Дайлети первый раз был в гостях у такой большой семьи, живущей под одной крышей. Даже отшельники-традиционалисты предпочитали жить одним двором, но отдельными домами для каждого поколения. А у Единых таких семей попросту не было: и детей рождалось мало, и жить все предпочитали уединенно. И теперь Кирим с интересом наблюдал за происходящим вокруг и гадал, каково это - вырасти в таком доме, в окружении толпы родственников. Как они уживаются все вместе? Часто ли ссорятся? Как делят обязанности по дому?

Жену Джирана звали Сора, и, не смотря на сильные внешние отличия, она очень напоминала Суону тетушку Ши: точно так же подкладывала гостю на тарелку лучшие кусочки с общего блюда, заботливо подливала сок, строго поглядывала на внука, пытавшегося предложить Единому чего-нибудь покрепче 'за встречу' и шикала на правнуков, пытавшихся забраться к Кириму на колени.

А Джиран смотрел на все это со странным выражением лица, которое Дайлети не мог интерпретировать, а прочитать учителя стеснялся. И лишь под конец трапезы до Кирима дошло: мастер Тан смотрит и не верит, что это все происходит с ним, наяву. Что он дома, с семьей. И все ужасы и испытания Сидаруса остались позади. Долгие десять лет он об этом даже мечтать себе не позволял, а теперь....

Дети, не без скандала, были отправлены спать, и пришло время 'взрослых' разговоров. Домашние Джирана поведали Кириму о том кошмаре, что пережили десять лет назад, узнав, что мастер и его сын пропали в космосе. О той жути, что поселилась в доме вместе с известием о контейнере с телами, среди которых было и принадлежавшее Кинту. И о надежде, жившей в сердцах несмотря ни на что. О вере, что Джиран однажды все же вернется домой. И о море счастливых слез, пролитых в тот момент, когда увидели мастера Хиарама на дорожке, ведущей к дому.

Сора, как старшая в семье, сказала в конце:

- Наш дом - твой дом, Дайлети! Здесь тебя всегда будут ждать! - она крепко Кирима обняла и расплакалась, невероятно смутив его этим проявлением чувств.

- Это не правильно, Джиран! - возмущался Суон полчаса спустя, когда их с учителем все-таки оставили одних в отведенной для гостя комнате. - Почему спасение рабов Сидаруса приписывают мне одному?!

Мастер усмехнулся:

- Ну, раньше ты спасал планеты под прикрытием, а теперь земная слава тебя, наконец, настигла!

- Не смешно, Джиран! - огрызнулся Дайлети. - Вот как люди умудряются узнавать меня на улицах, ни разу до этого в глаза не видев? Что им про меня наплели? И кто? Беглые с Базы? Десантники? Мое лицо - не то, что стоит светить на всю Вселенную. Хорошо еще, что Ветерком в глаза не называют!

Мастер Тан успокаивающе положил ему руку на плечо. Кирим резко обернулся, руку сбрасывая, и накинулся на учителя:

- Люди даже не понимают, что дразнят демонов, Джиран! Гриф объявился на Мирралине и вломился с отрядом в дом Миты! Мне пришлось срочно вывозить ее и детей, а еще...

- Так вот почему моя школа на осадном положении! - догадался Джиран. - Но я предупреждаю тебя сразу - я никуда не поеду!

Кирим сразу сник и тяжело вздохнул.

- Я на это и не рассчитываю. Но очень Вас прошу, не мешайте полиции. Пусть они делают свою работу!

Теперь пришло время Джирана вздыхать и кривиться - он терпеть не мог вмешательства посторонних в свою юрисдикцию. Южная Школа была его детищем от и до. И толпа вояк на ее территории в его планы никогда не входила.

- Гриф сюда не сунется, Кирим! - уверенно заявил он. - Здесь - школа боевых искусств, и каждый способен за себя постоять.

- Не подумайте, что я сомневаюсь в Вас, как в наставнике, мастер Хиарам, - осторожно начал Суон. - Но давайте называть вещи своими именами. Спортсмены и головорезы - это разные весовые категории. И в настоящем бою я, простите меня, поставлю не на Ваших учеников.

- До этого дело не дойдет! Службы безопасности....

- У Грифа был жезл Эльзэдэ, Джиран! - осадил его Кирим. - О том, где он взял это оружие, тоже стоит хорошенько задуматься. Как и том, что рамок для них не существует. Им все равно, по кому стрелять - по мне ли, Вам или детям, проводящим в школе свой первый учебный год.

Привести еще какие-то аргументы он не успел - ощутил, как знакомо заломило виски, и едва успел протолкнуть сквозь сведенные судорогой зубы: 'Уходите!', как приступ накрыл его с головой. Кирим слепо зашарил в воздухе рукой, ища опору - падать на пол очень не хотелось, а перенести на ногах Метаморфозу ему еще ни разу не удалось, - и почувствовал крепкие пальцы, сжавшие его запястье. Мастер Тан помог ему плавно опуститься на пол и попытался мягко удержать, но вдруг тело его ученика поплыло, словно в дымке Изменения, а потом полыхнуло, и жаркой волной Джирана отбросило к двери, неслабо об нее приложив спиной. Сквозь цветные круги он смотрел на своего ученика и не верил своим глазам: тот парил посреди комнаты в ореоле белого света, столь нестерпимо яркого, что он вышибал слезу. А за спиной Кирима медленно раскрывались сотканные из лучистой энергии крылья.

- Создатель Всеблагой! - вырвалось у Хиарама против воли, и Кирим обратил на него свой взор - иначе сказать было нельзя.

Джирану казалось, что кровь в жилах вот-вот закипит, и он почти слышал, как лопаются в мозгу сосуды.

- Кирим! - взмолился он, надеясь воззвать к тому, что еще оставалось в этом существе от его ученика. - Кир!!!

Помогло.

Ангел сморгнул, свет исчез, и Кирим рухнул на пол, лицом вниз.

- Кирим! - Джиран подполз к нему, не найдя в себе силы встать. Он перевернул Дайлети на спину, прикоснулся к шее, нащупывая пульс, оттянул ему веки, чтобы увидеть зрачки, решил, что мальчишка жить будет - хотя, скорее всего, плохо и недолго - и позволил себе распластаться рядом, закрывая все еще слезящиеся глаза. Теперь ему было предельно ясно, что Ангелам нужно было от Кира Кай-эли Асаи. Он просто был одним из них.


Кирим сидел за столом, подперев голову рукой, и молчал. И это особенно настораживало мастера Тан. Он ждал чего угодно - вспышки гнева, банальной истерики, попытки вот прямо сейчас отправиться на поиски отца и вытрясти из него всю правду от и до. Но только не апатичного безразличия и неестественного, вымораживавшего душу спокойствия. Словно не живой человек сидел напротив, а насильно поднятый некромантом труп. И ему было уже все равно.

- Кирим! - Джиран позвал ученика по имени, наверно, десятый раз с момента, как тот очнулся, но отреагировал Дайлети в первый раз. Медленно, словно преодолевал невероятное сопротивление, он повернул к мастеру голову и посмотрел на него. - Помнишь, о чем мы говорили на Сидарусе? Самое главное - кем себя считаешь ты! Все остальное не имеет значения!

Кирим тихо и очень горько рассмеялся.

- Я - чудовище, Джиран! И Старейшие совершили громадную ошибку, не убив меня еще в младенчестве! А мой отец,... - он провел руками по лицу: сверху вниз, и закрыл ладонями, сложенными лодочкой, нос и рот. Помолчал, собираясь с мыслями. Потом убрал руки и заговорил: - Я просто не знаю, кем надо быть, чтобы сделать такое со мной,... с собой, ... со всеми нами.... И, главное, зачем? Для чего я им всем вот такой нужен? Не человек. Не Дайлети. И не Ангел даже. Так - непонятно что! Вымесок! Ублюдок!

Он откинулся на спинку кресла и запрокинул голову.

- Я не могу так больше.... Не хочу....

Сейчас мастер Тан был рад, что по настоянию жены не держал в доме никакого оружия. С Кирима сталось бы взять что-нибудь поострей и решить все свои проблемы кардинально.

- Даже не думай об этом! - зашипел он на ученика. - Не смей! Ты меня понял? Ты мне обещаешь?

Он перегнулся через стол, чтобы взять мальчишку за плечи и как следует встряхнуть.

- Обещаешь?! - потребовал он, сжимая пальцы.

Кирим долго молчал, глядя наставнику в глаза, а потом неожиданно спросил:

- Вы бы взяли меня в свою школу, мастер Хиарам?

- Взял бы, дурачок! - потрепал его по взъерошенным волосам Джиран. - Разумеется, взял бы! И завтра с утра жду тебя на тренировку!

- Нет, учитель, нет! - отчаянно замотал головой Принц Семи Миров.

- Да! - безапелляционно заявил ему Хиарам. - И не вздумай опоздать! Перед всем строем заставлю отрабатывать!


## Глава 5


- Ваше Высочество! - адмирал Торн проявил чуть ли не немыслимую бестактность, постучавшись в каюту Принца после отбоя по корабельному времени. Как ни странно, тот еще и не думал готовиться ко сну, был полностью одет и даже тугого воротника не расстегнул. И поприветствовал подданного вполне дружелюбно.

- Адмирал?

Торн замялся на пороге, сомневаясь, что поступил правильно, явившись сюда в столь поздний час. Но его поддерживала мысль, что иначе могло стать поздно уже в несколько ином смысле.

- Ваше Высочество, я....

- Присаживайтесь, адмирал, - Принц махнул рукой в направлении кресел у иллюминатора.

- В ногах правды нет. О чем Вы хотели поговорить? Радек Торн всю дорогу до каюты Его Высочества мысленно формулировал свою речь. А теперь спрашивал себя, имел ли он вообще право заговаривать о подобном. Но все же решился.

- Ваше Высочество, я знаю, что во время пребывания на территории Конфедерации Вы не ограничитесь официальной программой....

О, это был прекрасный в своей точности эвфемизм!

- И хотел бы Вас попросить, - Торн запустил руку в карман форменных брюк, - ставить меня в известность о своих намерениях и постоянно оставаться на связи! Со своей стороны обещаю, что не стану Вам мешать и даже наоборот, постараюсь оказать максимальное содействие. Только не расставайтесь с этим, Ваше Высочество!

Он положил на низенький столик коробочку с миниатюрным устройством связи.

- Это - последняя разработка наших спецов. Оно настроено на прямой канал со мной, будет работать в любых условиях, и пробивает большинство систем блокировки связи. Его можно вшить под кожу....

На этих словах Принц как-то странно дернулся, но адмирал предпочел думать, что тот просто подавился чаем, глоток которого как раз делал.

- Его Величество уверен, что на Чистых Планетах Вам не угрожает опасность, и что конфедераты расшибутся в лепешку, чтобы обеспечить вашу безопасность и не допустить неприятных неожиданностей, но во имя Создателя, Ваше Высочество....

- Не надо, адмирал, - прервал его Принц. - Я все понимаю. И сделаю, как Вы просите. Единственное, что мне нужно взамен - гарантия, что без крайней на то необходимости мои передвижения Вы посредством этого передатчика отслеживать не станете. Даже если Вам очень захочется.

- Разумеется, Ваше Высочество. К тому же, это технически сложно без специальной аппаратуры, которой на корабле просто нет.

- Значит, мы договорились!

Принц немного наклонил голову, прикоснулся к правому виску и между его пальцев показался открытый кусочек кожи, на котором всплыла серебристая капелька. Радек Торн не видел раньше способа, которым наследник престола Семи Миров скрывал лицо, и понял, что ему было оказано сейчас высочайшее доверие. Эта мысль странным образом согрела его душу и успокоила. Принц подцепил указательным пальцем левой руки крошечную чешуйку передатчика, поднес ее к виску и та легко прилипла к высокотехнологичному устройству, подаренному Семи Мирам давно исчезнувшей цивилизацией. Если то, что увидел Торн, можно было, конечно, так назвать. Кусочек жидкого серебристого вещества снова ушел под кожу, не оставив после себя ни следа. Почти тут же Радек ощутил укол в том месте, где передатчик вживили ему.

- Вы позволите? - спросил он, и вышел в коридор, чтобы проверить качество связи. - Ваше Высочество?

- Да, адмирал. Все прекрасно работает.

Голос Принца звучал так, словно тот стоял у адмирала за левым плечом. Хотя на самом деле устройство передавало сигнал напрямую в нервную систему, и уже сам мозг преобразовывал его в привычные для восприятия звуки. Только слышны они были одному лишь Торну. Радек знал, что Принц сейчас тоже просто думает о том, что хотел бы сказать. Вот так сбывались мечты человечества о телепатическом общении. И если сейчас такие передатчики имелись лишь у крайне ограниченного числа лиц, то не пройдет и десятка лет, как они получат широчайшее распространение. Оставалось только решить проблему ограничения связи парными устройствами.

- А как сейчас? - поинтересовался Принц, заставляя адмирала гадать, что происходило в каюте и почему потребовались какие-то дополнительные эксперименты. Особых изменений Радек не заметил, о чем и доложил Его Высочеству.

- Вот и прекрасно, - отозвался тот. - Надеюсь, теперь у Вас меньше будет болеть голова, адмирал.

- Несомненно, Ваше Высочество!

Адмирал полагал, что сумеет непредвзято судить обо всем, что увидит и услышит на Чистых планетах. Но сейчас откровенно наслаждался смятением на лицах официальных сопровождающих.

- Почему Вы так скептично настроены, Ваше Высочество? - пытаясь сохранить лицо, спрашивал Принца министр иностранных дел.

- Потому что у меня уже болит голова от запаха краски, - наследник престола Семи Миров так откровенно принюхался, что это было слышно, несмотря на маску. - И свежесть произошедших в Конфедерации изменений - а так же их откровенная недолговечность - для меня очевидна.

Таким своего Принца Радек Торн еще никогда не видел: тот балансировал на тонкой грани между идеальным будущим правителем, каким адмирал его знал, и представлениями конфедератов о высокомерном, избалованном и привередливом наследнике престола, развращенным властью, доставшейся ему в столь юном возрасте.

Наблюдать за Его Высочеством было одно удовольствие. И крайне поучительно. Тот был прекрасно осведомлен о связанных с ним ожиданиях, до поры до времени идеально им соответствовал, чтобы в определенный момент резко повернуть все с ног на голову. И воспользоваться возникшим замешательством.

- Это не так, Ваше Высочество! - со всей доступной ему искренностью опытного политика возразил Принцу Эдар Далий. - Назовите любое место, которое Вы хотели бы увидеть, и мы организуем Вашу поездку туда. Прямо завтра!

- Как насчет водопадов Миона? Принц сделал вид, что не заметил, как у министра дернулся глаз, и продолжил, как ни в чем не бывало.

- Говорят, что они настолько прекрасны, что многие, увидев их однажды, остаются жить поблизости навсегда!

Намек на диктатора Миона, не желавшего выпускать с планеты, не подконтрольной центральной власти, нежелательных гостей, не был ни особо утонченным, ни завуалированным, а потому понятен всем окружающим. По залу, наполненному гостями, словно легкие сквознячки пролетели шепотки. Торну даже показалось, что он услышал несколько откровенных смешков. Не вся элита поддерживала нынешнее правительство.

- Ввиду особого юридического статуса планеты нам потребуется некоторое время на обсуждение Вашего визита с ее губернатором, - проговорил Далий.

- Губернатором? - удивился Принц. - А что, с Железным Ньютари что-то случилось и он больше не у власти?

Министр подавился заготовленной отговоркой.

- Тогда давайте посмотрим Тагардаш, - невозмутимо предложил будущий правитель Семи Миров.- Кажется, планета была идеальным курортом с уникальным оздоровительным составом атмосферы. Или добыча обнаруженного там алория что-то изменила?

Не справившись с собой, Далий отчетливо скрежетнул зубами, досадуя на информированность Его Высочества. Видимо, в Конфедерации полагали, что в виду своей изоляции, Семь Миров были мало осведомлены о происходящем на столь отдаленных от них территориях. На их беду, это было совсем не так. Разведка получала свой паек не за просто так. Дожимать министра Принц благоразумно не стал.

- Но давайте поговорим об этом завтра. Программа сегодняшнего дня была чрезвычайно насыщенной, и мне хотелось бы отдохнуть....

- Конечно, Ваше Высочество, - расплылся в фальшивой улыбке министр, мысленно, наверняка, гостя проклиная.

Они вернулись в предоставленную им резиденцию. Несчастный комплекс зданий при первом осмотре подвергся со стороны Его Высочества резкой критике. И в первые сутки, в силу изменений, произведенных силами самих семипланетников - исключительно, дабы не обременять своими капризами хозяев, разумеется - Чистые полностью утратили контроль над территорией, лишившись всех своих жучков и следящих устройств. Даже первое кольцо внешней охраны и то состояло из людей Торна, что, конечно же, объяснялось внутренними правилами обеспечения безопасности Принца, которые должны были неукоснительно соблюдаться в любых условиях.

Конфедераты и это проглотили, вынудив делегацию Семи Миров еще усерднее гадать, что именно желают от них спрятать за внешним лоском.

Принц исчез из резиденции в первую же ночь и вернулся под утро: усталый, но в странно приподнятом настроении. Словно получил подтверждение хоть и не очень приятным, но все-таки ожидаемым опасениям. И теперь хорошо представлял себе, чего ожидать в дальнейшем. Впрочем, мыслями своими он даже с Торном не поделился, что Радека в некоторой степени задело, но не сказать, чтобы удивило. В принципе, наследник престола не был обязан с ним советоваться по какому бы то ни было поводу. И приказать мог все, что угодно. Даже ополовинить запасы лекарств на крейсере, и передать их в местную детскую больницу, которую они по настоянию Принца посетили на обратном пути из Садов имени Илении Галары, первой правительницы Каворры.

В клинике Принц пробыл не долго, и, как показалось Торну, вышел оттуда чрезвычайно подавленным. Впрочем, даже на Радека данное медицинское учреждение произвело крайне удручающее впечатление, особенно отделение для неизлечимо больных. Потому что в Семи Мирах таких давно уже не было. Конфедераты платили за отсутствие Дайлети высокую цену. Что они получали взамен? Адмиралу было трудно даже предположить что-либо на эту тему.

Делегацию из Семи Миров постоянно окружали красивые люди, от которых у Торна зарябило в глазах уже в конце вторых суток пребывания на Чистых планетах. Адмирал так привык к естественной красоте здоровой нации у себя на Родине, что испытывал почти физический дискомфорт рядом со сконструированными от и до представителями местной верхушки. Каждая возможность увидеть лица обычных граждан, не имевших достаточно средств на генные модификации и пластику, была подобна глотку свежего воздуха после долгого пребывания на помойке. Даже среди Рохосов Радеку было уютнее, чем в окружении 'чистой' аристократии. Торн совершенно искренне полагал, что серебристая маска Принца Семи Миров способна выражать больше искренних эмоций по сравнению с идеальными лицами и застывшими улыбками принимавших их конфедератов. Он постоянно ощущал на себе странные взгляды, которые поначалу не мог интерпретировать, и только после пары дней пребывания на Каворре до него начало доходить: все эти обитатели дворцов, платиновых флайеров и мириады живых слуг, не являвшихся больше рабами формально, но оставшихся ими по сути, ему, семипланетнику, попросту завидовали. Ему, Радеку Торну, жившему в обычном маленьком доме на окраине столицы, единственной роскошью которого были виды с балкона да стартовая площадка для шаттла, потому что по долгу службы адмирала могли вызвать на крейсер в любое время дня и ночи. Да и проводил Торн дома так мало времени, что если бы не современные системы, жилище давно бы пропиталось тем особым запахом, который очень быстро поселяется в подолгу пустующих домах и квартирах. Завидовали потому, что даже если он когда-нибудь и окажется в немилости у своего Короля, то самое страшное, что ему грозит, это увольнение. И, если когда-нибудь произойдет сбой в системе управления шлюзом, где в тот момент не посчастливится оказаться адмиралу, это будет и в самом деле трагическая случайность. А еще тому, что Торну не пришлось раздавать взятки направо и налево, чтобы получить свой чин. Конечно, были еще причины. И они неуловимым ароматом витали в воздухе, делая атмосферу на Чистых планетах странно горькой и тревожной на вкус. Впрочем, возможно, Радеку так просто казалось из-за работы очистных сооружений, делавших воздух в столице пригодным для дыхания.

Помимо Каворры семипланетникам показали еще три планеты Внутреннего Кольца. Там останавливаться в официальных резиденциях Принц и вовсе отказался, сославшись на отсутствие времени, каждый раз размещать делегацию на новом месте. Семипланетники улетали с крейсера и на него же возвращались для отдыха. Эти визиты исчезновениями Его Высочества не ознаменовались. Словно тот уже увидел все, что нужно, в столице.


В один из таких вечеров дверь офицерской столовой, после ужина превращавшейся в кают-компанию, бесшумно скользнула в сторону, пропуская внутрь Его Высочество. Жестом остановив подданных, вскочивших со своих мест, чтобы приветствовать наследника престола, Принц прошел вдоль стены к нише у иллюминатора, по случаю собрания открытому, и сел в кресло, развернув его спинкой к залу. Уже через пару минут прерванные разговоры возобновились. Через три снова раздавались смешки. Через пять опять послышался звон бокалов с коктейлями, правда, безалкогольными. Спиртосодержащие напитки на военном крейсере имелись только в каюте Короля и Принца. Но, насколько Радек мог судить, те не пользовались особой популярностью ни у Риврана, ни у его наследника. Торн краем глаза поглядывал на едва заметное в полутьме отражение Его Высочества в сверхпрочном стеклопластике. Там оно накладывалось на привычную картинку черноты космоса с нечастыми искорками звезд. Офицеры всегда оставляли в столовой лишь приглушенный свет, чтобы в редкие моменты отдыха видеть воспеваемую в песнях красоту Вселенной. Радек спрашивал себя, что привело Принца сюда. А потом он нашел ответ и почувствовал, как к щекам приливает краска стыда.

Одиночество.

Серебристая маска отделяла наследника престола от остальной команды крейсера почище многослойной межпалубной переборки. Дома, на Мирралине, тот мог убрать дымку со своего лица хотя бы в присутствии приемных родителей. На корабле же он был постоянно один: и в своей каюте, и среди людей. Не зря говорилось, что страшнее одиночества в космосе - одиночество в толпе.

- Ваше Высочество, - обратился к Принцу Торн. - Не сыграете с нами в 'Соттер'? Нужно четное количество участников, а нас только семнадцать....

- Боюсь, это будет нечестно, адмирал, - развернув кресло, ответил будущий правитель Семи Миров. - У меня фотографическая память. Разговоры в столовой снова стихли. Все с интересом прислушивались к завязавшейся беседе.

- В таком случае, может, выпьете с нами за успех миссии? Принц хмыкнул и поднялся.

- Пожалуй. Хотя поднимать бокалы по этому поводу скорее должны 'чистые', а не мы.

Офицеры поддержали правоту своего Принца дружным смехом, из рук в руки передавая бокал. Уже протягивая коктейль наследнику престола, Радек вдруг замер, резко вспомнив, что Его Высочеству не полагалось принимать пищу или напитки, не прошедшие через сканировавшие их ладони Рохосов, которых в кают-компанию тот с собой не привел. Видимо, чтобы минимизировать 'ущерб' от своего появления.

- Простите, Ваше Высочество, мы не....

- Да, бросьте, Торн! Если я не могу доверять своим офицерам в такой ситуации, то что будет в бою?

Принц взял бокал и поднял его вверх.

- За худой мир, который однозначно лучше доброй ссоры!

- За мир!

Под звон бокалов столовая снова наполнилась разговорами.

- Как насчет шахмат, Ваше Высочество? - предложил Торн.

- С Вами и здесь, адмирал? - фыркнул Принц. - Увольте. Я не переживу такого позора!

- А Его Величество хвалил Вашу игру! - они вдвоем отошли в сторону от остальных, вернувшись к покинутому Принцем креслу. К нему в пару Радек подтащил второе.

- Ривран вообще склонен преувеличивать мои достоинства, - отозвался наследник престола. Сначала он не стал садиться, лишь оперся руками о спинку, но после одного единственного взгляда, брошенного на Торна, резко передумал, развернул кресло и все-таки опустился на сиденье, чтобы немолодой уже подданный тоже мог присесть. - Иногда я забываю о таких вещах, Торн, - неожиданно признался он адмиралу. - Не потому что мне плевать, удобно ли людям вокруг меня. Нет. Просто никак не могу привыкнуть. Или наоборот, отвыкнуть вскакивать, когда в помещение заходит старший офицер.

- Вы долго служили? - осторожно спросил Радек, ожидая любой реакции, вплоть до указания придержать язык. Но услышал вполне спокойный ответ:

- Почти шесть лет.

Адмирал понимающе усмехнулся.

- Моя дочь говорит, что проще из нее сделать десантника, чем изжить Космофлот во мне.... Она беспокоится за сына и робко надеется, что я буду с внуком играть, а не строить его.

Принц рассмеялся в ответ. Но как-то совсем не весело, и тут же опустил голову, словно вспомнил о чем-то неприятном и гложущем душу.

- Пожалуй, мне стоит вернуться к себе, - проговорил он, поднимаясь. - Не провожайте, - остановил Принц адмирала. - За дверью меня и так ждут четверо верных спутников!


Вскоре семипланетники снова вернулись на центральную планету Конфедерации, мужественно выдержали несколько встреч с представителями крупного бизнеса, желавшими наладить контакты с Королевством, и приготовились улетать. За день до этого Принц снова покинул резиденцию, заранее поставив Радека в известность о своих намерениях. Потом от него был получен ряд довольно необычных и неоднозначных приказов, обсуждать которые адмирал с Его Высочеством, конечно же, не стал. Затем они благополучно улетели.

Ноты протеста с Каворры настигли их уже по пути домой....


## Глава 6


- Вам помочь, сэр? - спросил Кирим, непринужденным жестом вытаскивая руки из карманов куртки. Двое с бластерами и ножами отвлеклись от своей жертвы, зажатой в темном грязном переулке неблагополучного района возле космопорта, и повернулись к Суону, так некстати решившему продемонстрировать пример гражданской сознательности и не пройти мимо.

Ближайший к нему громила окинул его оценивающим взглядом: чистенький парнишка, в недорогой, но добротной и теплой одежде - такого, скорее всего, будут искать, а потому почти по-доброму предложил, махнув бластером в сторону людных улиц:

- Вали отсюда, щенок! Нам не нужны лишние жертвы!

- А таких и не будет! - с этими словами капитан Аким Сат, которого, надо признаться,

Кирим едва узнал в грязной, заросшей и оборванной личности, источавшей премерзкий аромат помойки, бросился на спину тому бандиту, что стоял ближе к нему и тоже отвлекся на непрошенного гостя.

Принцу Семи Миров достался второй. Понять, что случилось, парни с бластерами не успели. Менее чем через минуту Аким и Кирим вышли из переулка, брезгливо отряхивая руки. Капитан Сат небрежно затолкал поглубже в темноту ногу бандита, некрасиво торчащую в круге света от редкого в этом районе фонаря.

- А ты многому научился за то время, пока мы не виделись, Кир, - заметил Говорун. И никаких вопросов, вроде 'Что ты здесь делаешь?' и 'Какими судьбами?' Как будто они вчера расстались на этом же самом месте, а не пять лет назад совсем в другой Галактике.

- Кирим Суон, сэр, - поправил капитана Принц. - Кир Кай-эли Асаи умер три года назад на Торисе.

Они помолчали, шагая по пустынным улицам. Как ни странно, больше желающих обогатиться за их счет среди отребья Каворры не нашлось.

- Я вспоминал о тебе, когда до меня дошли слухи о Раеве, - как бы, между прочим, заметил Сат.

- А я о Вас, когда узнал о его прискорбной кончине, - не остался в долгу Кирим.

- Меня не было тогда на Сатаре, к сожалению, - в голосе Говоруна слышалась искренняя печаль.

Может быть, он даже говорил правду. Впрочем, с таким же успехом Кирим мог подозревать в убийстве Раева почти любого в Управлении. А ведь были еще и Дайлети, чьих родных тот обрек на мучительную смерть. Что толку сейчас гадать, кто повесил Раева на его собственных кишках? Бывшего шефа Разведывательного Управления отправили прямиком в ад, и там ему было самое место.

- Можно задать тебе неудобный вопрос, Кирим? - Аким остановился и окинул Дайлети пристальным, изучающим взглядом, который отметил и чистую кожу за ухом, и карие - человеческие - глаза, и едва заметные даже ему изменения формы лица, скорее всего сделанные при помощи специальных накладок из синтетической кожи.

- Смотря какой, капитан, - пожал плечами тот.

- Ты ведь здесь тоже нелегально?

Кирим задумался.

- Это как посмотреть, - уклончиво ответил он. - Но если у Вас не чисто теоритический интерес к данному вопросу, то да, я могу помочь Вам выбраться с планеты....

- Ты всегда был очень догадливым, мальчик, - смутился Говорун и почесал голову под грязными, свалявшимися космами. От его аккуратной стрижки давно не осталось и следа. - Буду должен!

- Вот уж нет, капитан! - отмахнулся Кирим. - Не нам с Вами считать, кто и кому что должен.... Я помогу, раз это в моих силах!

Он поманил своего бывшего командира в подворотню, еще более темную и грязную, чем тот переулок, в котором Сата пытались убить. Дайлети то и дело проваливался в Слияние, исключая возможность слежки и наблюдения. А потом заговорил быстро-быстро:

- Завтра сюда придет мой человек! Пароль - наш обычный. Он передаст Вам кристалл, с которым Вы в 17.55. войдете на территорию дипмиссии Семи Миров. Вы сразу же направитесь к взлетно-посадочному полю, где Вас опять встретят и проводят на шаттл.

- А улетают семипланетники ровно в 18.00. по местному времени, - покивал головой Сат. - И Чистые не успеют до отлета сличить количество покинувших территорию посольства и вернувшихся! Но потом будет скандал!

- Непременно! - согласился Суон.

- Его Высочество будет тобой очень недоволен!

- Да, сэр, - Принц уже был собой не доволен. Но бросить старого боевого товарища в беде не мог. - Но это будет потом.

- Мне, действительно, надо срочно попасть домой, Кирим, - проговорил Сат. - Иначе я не стал бы просить тебя о подобной услуге и так подставлять. Но я знаю, чем смогу купить место на вашем корабле и смягчить гнев Его Высочества!

Этот ответ Кириму очень не понравился.

- Завтра в восемь, на этом же месте, капитан! - Дайлети отступил на шаг и скрылся в дымке Изменения. Нужно было возвращаться. Торн, должно быть, уже сходит с ума от беспокойства. Но, помня о договоренности, стесняется связаться и спросить, как дела.

Аким Сат блаженно растянулся на чистой постели и провел рукой по коротким и, что самое главное, тоже чистым волосам. Он уже давно знал, что человеку очень мало нужно для счастья, но себя считал несколько покрепче и поражался своей способности довольно жмуриться и блаженно стонать под горячим душем, намыливаясь антисептическим мылом в десятый раз.

Дверь тихо пиликнула. То, что к нему постучались, прежде чем войти, Говорун посчитал хорошим знаком. Значит, не выволокут в чем мать родила, и не поставят пред ясны очи Его Высочества, который уже, конечно же, получил с Каворры яростный протест и крайнее неодобрение использования дипломатической неприкосновенности для незаконного вывоза людей из Конфедерации. Особенно таких, кто значился в розыске на десятках планет.

Сат почти не удивился, когда в проеме двери увидел Дайлети, носившего теперь имя Кирим Суон. Тот выглядел несколько дерганным и обеспокоенным. По-видимому, начальственная длань гнева уже успела пасть на него и основательно потрепать. И маскировки на нем больше не было. Зато имелся широкий шрам через всю правую сторону лица. Такие остаются, если луч бластера проходит вскользь, едва задевая кожу. У людей.... Что должно было случиться с Единым, чтобы тот обзавелся подобной меткой, Сат даже предположить не мог.

- Его Высочество в ярости? - поинтересовался он у своего боевого товарища, решив приберечь бестактный вопрос на потом.

Дайлети передернул плечами, что могло означать все, что угодно, и в свою очередь спросил:

- Как Вы устроились, капитан? - он замер в шаге от двери, не спеша вторгаться на личную территорию.

- Не жалуюсь, - Говорун поправил простынку, в которую успел завернуться.

- Какой информацией Вы хотели с нами поделиться, капитан? Говорун прищурился.

- Я все тебе обязательно расскажу, мальчик. Когда ты покажешь мне свой допуск и подтвердишь свои полномочия.

Вот они и добрались до самого главного. Они очень хотели друг другу доверять, как раньше, но оба понимали, что не имеют на это права. Аким Сат пропадал неизвестно где столько лет и в теории мог работать на любую из сторон или вообще играть на себя, а Кирим.... Кем его посчитал Говорун? Агентом разведки, нашедшим себе тепленькое местечко после проблем, возникшим у него с Раевым? Или Единым, выполнявшим задание Общины? Это Суон еще хорошие варианты перебрал. Он опустил руку на наладонник, проецируя для бывшего командира ксиву Разведуправления, ожившую под его пальцами, подтверждая подлинность.

- Я буду говорить только с Его Высочеством лично, капитан Суон, - заявил капитан Сат, выделив голосом звание, потому что больше никакой значимой информации голограмма не давала. - Он ведь в курсе моего присутствия на корабле, не так ли?

- Конечно, капитан, - Дайлети выключил наладонник и теперь стоял расслабленно, засунув большие пальцы рук в карманы простых черных штанов - его пристрастия в одежде не особенно изменились за прошедшие годы. Но было видно, что эта вальяжность - показная, а на самом деле он был собран и сосредоточен, как кобра перед броском. С Каворры он своего бывшего командира, конечно же, вытащил, но безоглядно ему доверять не собирался. - Вам пришлют одежду и проводят к Его Высочеству. Где-то через час.

Суону пришлось здорово потрудиться, что без помех добраться в эту каюту и обратно, хотя он сам выбирал ее именно с точки зрения доступности для Принца Семи Миров. Вернее, для пилота Кирима Суона. Понятное дело, что системы корабля опознают его в любом случае, как своего, но ведь оставались еще и живые люди. Например, адмирал Торн, знавший весь экипаж, служивший на 'Самараке'. Если не поименно, то в лицо - точно.

Вернувшись к себе, Кирим долго думал, не совершает ли ошибки, знакомя Акима Сата и со второй своей ипостасью. Взгляд опытного разведчика мог проникнуть под маску Принца, заметить мелочи, что не бросаются в глаза остальным. Тот хорошо знал Кира Асаи, и Кирим опасался, что недалеко ушел от себя прежнего. Но особого выбора у него не было. Так или иначе, но встреча состоится. И лучше потратить время на подготовку к ней, а не на бесполезные опасения. Тем более, что с Фиалкой и остальными все прошло когда-то более или менее гладко....

За Акимом пришел Рохос. Одежда и обувь, что тот принес, сидели на Сате идеально. Кого за это нужно было благодарить: корабельные сканеры, или внимательного Дайлети, капитан не знал. Но молча порадовался, что не придется предстать перед очами Его Высочества в тех обносках, в которых Сат на 'Самарак' явился. На него тогда косились, но остановить ни его самого, ни сопровождающего никто не посмел. Какую бы роль Суон не играл при Принце Семи Миров, его приказы на корабле не обсуждались и не оспаривались.

Наследник престола сидел в кресле за обычным рабочим столом, в небольшом кабинете, не отличавшемся особым убранством или роскошью. Но зато его голову украшал тонкий обруч с тремя редчайшими драгоценными камнями, подсчитывая стоимость которого, Сат запутался в нулях. Корона была надета поверх тонкого капюшона, прячущего волосы. Все остальное скрывала серебристая энергетическая маска и китель с воротником под горло. На правой руке Принца тускло поблескивал Символ.

- Ваше Высочество, - поприветствовал его Сат. Он не был гражданином Семи Миров, и потому на колено вставать не стал. Просто склонил голову. Принц молча кивнул ему в ответ и пригласил сеть в гостевое кресло. За спиной Говоруна тот час же встали два Рохоса. Еще два робота заняли свои места возле Его высочества.

- Разрешите представиться, Ваше Высочество, я...

- Я знаю, кто Вы, капитан Сат.

Голос из-за маски звучал глухо и холодно. А может, не только из-за маски.

- Я прошу прощения за доставленные Вам неудобства! - проговорил разведчик. - Я должен сообщить своему руководству чрезвычайно важную информацию, а потому вынужден просить Вас оказать мне содействие и помощь в возвращении на Сатару!

- Эта информация имеет значение не только для Содружества, не так ли?

- Да, Ваше Высочество. - Говорун долго ломал голову над тем, как лучше сформулировать свой доклад, попахивавший явным и тяжелым безумием. Но ничего другого, кроме как выложить все, как есть, не придумал. - На окраинных мирах Конфедерации учение о Чистоте снова наращивает обороты. Религиозные лидеры призывают народ потребовать от правительства в одностороннем порядке разорвать навязанный им мирный договор с... - я извиняюсь за цитату - предателями, пригревшими на груди противных Создателю тварей. Они уже прибрали к рукам большинство местных владетелей, а значит,и их армии. И, боюсь, что в центральных мирах об этом известно, и правительство движение тайно поддерживает, в том числе оружием и кораблями. Пока Вы любовались красивой картинкой, у Вас за спиной рыли могилу не только Содружеству, но и Вашим подданным!

Сат намеренно использовал столь резкие выражения, пытаясь вывести из равновесия человека, что прятал сейчас все свои чувства и эмоции под маской. Все-таки Аким привык говорить с людьми, имея возможность видеть их глаза и лица. Еще разведчик ждал, что Принц как-то выразит свое удивление или недоверие полученной информации. Но тот сидел, подобно каменной статуе, и молчал.

- Но это не самые плохие новости, Ваше Высочество. Мне удалось выяснить, кто стоит за новым витком борьбы за Чистоту Вселенной! - разведчику показалось, что Принц немного подался вперед, заинтересованный его словами, а потому продолжил, не опасаясь больше, что его слова сочтут бредом. - С лидерами движения выходят на связь очень древние и могущественные существа, не имеющие ничего общего с человечеством. Они состоят из чистейшей энергии, разрушая наш мир одним только присутствием в нем. Люди со слабой психикой сходят с ума, едва их увидев. Их называют Ангелами, Ваше Высочество. И они очень на них похожи. Внешне...

Принц снова откинулся в кресле.

- У меня есть доказательства, Ваше Высочество! - Говорун не очень-то хотел раскрывать все свои козыри, но опасался, что одних его слов будет недостаточно, чтобы правители Семи Миров поверили в существование нематериальных врагов, о которых им сообщил разведчик другого государства, найденный грязным и оборванным в столице Конфедерации Чистых Планет.

- Мне хотелось бы их увидеть, капитан! - Принц еле заметно наклонил голову.

- К сожалению, мне пришлось спрятать все инфокристаллы возле одного из необитаемых миров, потому что меня преследовали, и я не хотел, чтобы собранная мной информация попала не в те руки или была уничтожена. Как только я окажусь на Сатаре, за ними будет отправлена экспедиция. После этого мое правительство поделится с Вами всеми собранными мною материалами!

- Нас это не устраивает, капитан, - проронил Принц, похоронив разом все надежды Говоруна на скорое возвращение домой. - Если угроза, озвученная Вами, действительно реальна, то мы не имеем права медлить и тратить время на долгие подпространственные перелеты! Вы назовете мне место, где спрятаны кристаллы, мои люди заберут их и изучат хранящуюся на них информацию. После чего

мы сделаем копии и отправим Вас с оригиналами домой, капитан!

- Какие у меня гарантии, Ваше Высочество? - угрюмо поинтересовался Аким, прекрасно осознавая, что сам загнал себя в эту ловушку. Но иначе было нельзя. Промедление, и вправду, было в данном случае, смерти подобно.

- Мое слово и существующий между нашими государствами договор о сотрудничестве и взаимопомощи, капитан Сат! Вам этого мало?

- Достаточно. Почти. За материалами я отправлюсь лично. А в качестве сопровождающего Вы дадите мне Кирима Суона. Он - единственный здесь, чьему слову я, действительно, готов поверить. - У Говоруна было такое ощущение, что он ныряет с головой в омут.

- Хорошо, капитан. Ваши условия приемлемы для Семи Миров, - Принц встал, показывая, что аудиенция закончена. - У Вас есть три часа, чтобы отдохнуть. За вами придут! Сат вышел из кабинета Его Высочества и позволил себе поежиться. Говорили, что граждане Семи Миров просто без ума от своего будущего правителя. Что любят его и превозносят до небес. На Акима Принц произвел довольно неприятное впечатление: словно не с живым человеком общался, а с еще одним Рохосом. Ни мимики, ни читаемых жестов, ни интонаций! Ничего, что позволило бы Сату понять, что за человек Принц Семи Миров, как с ним лучше разговаривать, и какие его слабости можно использовать.

- Его Величество не одобрит,...

Принц прервал адмирала нетерпеливым взмахом руки.

- Короля здесь нет. И в данном конкретном случае фраза 'незаменимых нет' относится, скорее, ко мне, как к наследнику престола, нежели чем к единственному человеку, которому доверяет капитан Сат. Его всю жизнь учили, что стоит строго ограничивать круг лиц, которым можно подставить беззащитную спину. На наше счастье, в своей прошлой жизни я был одним из таких людей. Отстраненно Радек отметил, что его услышанное ни капли не удивило. А вот оказанное доверие - польстило.

- Не смотрите на меня так, - тихо, но довольно заметно усмехнулся Принц. - Я делюсь с Вами этой информацией с полного одобрения Его Величества. И даже по его настоянию. Для Вас не секрет, адмирал, что технологии, которыми мы пользуемся для моей маскировки, людям не принадлежат. И что в самом ближайшем будущем может наступить момент, когда нам придется бесповоротно от них отказаться. И обстоятельства могут сложиться столь прискорбным образом, что от первых лиц государства потребуется подтверждение моей личности и моих полномочий. Его Величеством было принято решение представить меня его ближайшим соратникам до официального вступления на престол. Вы, разумеется, входите в число тех, кто будет при этом присутствовать. А пока довольствуйтесь тем, что я понимаю, на какой риск иду и ради чего. Игра стоит свеч. И я держу ситуацию под контролем.

- Извините за банальность, Ваше Высочество, - позволил себе высказаться Торн. - Но согласно моему опыту, самые неприятные вещи происходят с нами именно тогда, когда мы абсолютно уверены, что все контролируем.

- Не стану спорить, - Принц подарил Радеку еще один короткий смешок. - И тем не менее, мой опыт позволяет мне предполагать, что я способен справиться с задачей без ущерба для себя лично и Семи Миров в целом!

- Очень рад это слышать, - несколько скептично заметил адмирал. - Особенно в свете того, что последнее время Ваш жизненный настрой не отличается особенным оптимизмом.

- Правда? Не думал, что это настолько бросается в глаза, - довольно напряженно отозвался Принц. - Впрочем, это личное. И не должно отразиться на моей работе.

Будущий правитель встал, и Торн был вынужден последовать его примеру.

- Будьте готовы максимально быстро подобрать нас! - продолжил наследник престола.

- Вот теперь я жалею, что на борту нет Дайлети, Ваше Высочество, - признался ему адмирал.

- Мы сами справимся, - уверенно заявил Принц. - Должны, значит, сможем!

После всего сказанного эти слова прозвучали именно девизом разведки Содружества, а не случайно пришедшим на ум афоризмом.

- СНМ многое потеряло в момент Выбора, Ваше Высочество.

- Вы считаете? - несмотря на маску, Торн был уверен, что Принц встретился с ним взглядом сейчас. - Что ж, спасибо за лестное мнение обо мне! Оно много значит для меня. Я научился уважать Вас задолго до того, как оказался на Мирралине, адмирал Торн.

Командующий ВКФ Семи Миров уходил из кабинета Его Высочества с четким осознанием факта, что, не задумываясь, умрет за бывшего разведчика из Содружества. Потому что тот был готов положить свою жизнь на алтарь благополучия Королевства. Хотя и не должен был, по большому счету.


## Глава 7


Когда Акима привели на небольшую неприметную яхту, которая могла принадлежать как примерному семьянину среднего достатка, так и контрабандисту, Кирим Суон уже был там. Сидел в кресле второго пилота, затянутый в летный комбинезон без знаков различия. Последними на борт поднялись пятеро Рохосов.

- Почему эти, а не живые люди? - позволил себе поинтересоваться Говорун.

- Приказ Принца!

Исчерпывающее объяснение.

Старт прошел в молчании. Как и первые сутки полета. Кирим и Аким перебрасывались только общими фразами, испытывая странную неловкость друг перед другом. Им обоим хотелось, чтобы все было, как раньше, в старые добрые времена, но и они сами изменились, и времена были уже не те.

- Соскучились по дому, капитан? - не выдержал первым Суон.

- Я уже успел забыть, что это такое, Кир!

- Кирим, сэр, - опять поправил его Дайлети.

- А что, есть разница?

- Увы!

- Расскажешь, как дошел до жизни такой? - Раньше у Сата получалось делать вид, что он не замечает на щеке Дайлети шрама, которого в теории там не должно было быть. Но сейчас настало самое время выяснить, что с Киром было не так. Потому что им предстояло снова работать бок о бок, доверяя друг другу жизнь. - Что с тобой случилось?

- А как насчет Вас? - вопросом на вопрос отозвался Кирим. - Вы долгий путь проделали от космопорта Мирралина до задворок Каворры....

Сат замялся. Вся его работа по-прежнему проходила под грифом 'Совершенно секретно'. И, скорее всего, с Ветерком дело обстояло точно так же. В кабине снова повисло молчание, впрочем, ненадолго. У двух разведчиков было достаточно опыта, чтобы понимать: так дальше продолжаться не может. И Кир заговорил первым:

- Из-за Раева я надолго лишился Дара. За это время и обзавелся парой украшений, - на бывшего командира Ветерок не смотрел, то ли вспоминать было тяжело, то ли не все мог рассказать, а врать не хотел.

- Но теперь-то все нормально? - нахмурился Говорун.

Единый с Природой покрутил в воздухе кистью, и этот ответ разведчика не обрадовал. Впрочем, Кир мог показать и другой знак, хорошо знакомый им обоим по совместной работе и получивший меткое название 'ПП'. Аббревиатура расшифровывалась по-разному, в зависимости от ситуации, и самим мягким вариантом было 'полный провал'.

- Зачем тогда ввязался во все это?

Вопрос вышел грубоватым, но Дайлети не обиделся, а даже наоборот, как-то повеселел и приободрился:

- А разве мое 'не могу' служило когда-нибудь достойной отмазкой?

Аким хмыкнул. Лично он не раз и даже не два требовал от тогда еще курсанта Кира Асаи прыгнуть выше головы, потому что иначе было нельзя. Потом ловил на себе укоризненные взгляды команды, выслушивал от Фиалки горькие упреки и даже ругал себя сам, видя как расплачивается Дайлети за сделанное через 'не могу'.

- Ладно, проехали. Но ведь я могу рассчитывать на твой Дар?

- Разумеется, сэр.

- Может, уже хватит? - начинать давний, но так и не законченный спор было от чего-то невероятно приятно, и Аким едва ли не впервые задумался: а не постарел ли он, раз с таким упоением предается воспоминаниям о былом. Но остановиться не смог. - Ты ведь уже давно не тот мальчик, которого перевели в мой отряд прямым приказом ректора, не так ли?

- Уже нет, - согласился Единый. Эта тема для разговора была не так опасна. - Но ведь и Вас на Сатаре, наверняка, ждет приказ о присвоении Вам майора, как минимум. И пара орденов в придачу!

- Да кто знает, - пожал плечами Говорун. - К стенке не поставят, и то ладно! Тебе сильно влетело за меня?

- Пока нет, капитан Сат! Когда новости дойдут до Короля, тогда и начнется все самое интересное!

- Аким, - поправил его Говорун. Суон хмыкнул в ответ на шпильку, но ничего не сказал.

- Что, язык не поворачивается так меня называть, да? Я от тебя одного в отряде слышал 'Вы' и 'сэр'! - ответил за него Сат. - А все твое чертово воспитание! Твой папочка явно перестарался, прививая тебе хорошие манеры! Но один раз я все-таки был ему очень за это благодарен! Помнишь Мианату?

В глазах разведчика зажглись знакомые Кириму озорные огоньки.

- Помнишь, как ты изображал из себя 'золотого' мальчика, а губернатор заказал на ужин Задаррского краба? У меня тогда чуть все волосы разом не поседели, когда я увидел все эти щипчики и пилочки, что тебе к нему подали. Я едва не отдал ребятам приказ атаковать. А ты, не моргнув глазом, и даже не глядя в тарелку, распотрошил это чудовище и ни разу при этом не капнул соусом на белоснежную скатерть!

- Да, только краб оказался, как мы и предполагали, отравленным! - напомнил Сату Суон. - А десять грамм Мианатской соли - это Вам не конфетку съесть!

- Ты очень достоверно изобразил тогда симптомы!

- Изобразил? Да я их все на себе прочувствовал, от и до, вплоть до остановки сердца! - возмутился Дайлети, которого когда-то называли Ветерком.

Разведчик захохотал, а Кирим криво улыбнулся в ответ левым уголком рта, что Сату очень не понравилось. Раньше Единый с Природой легко смеялся вместе со всеми. И шрамов на нем не оставалось. А значит, те годы, что они не виделись, сложились для Ветерка не очень-то благополучно. Уж насколько жизнь Говоруна за эти пять лет потрепала, а он ни чувства юмора, ни оптимизма не утратил, не смотря ни на что. И пока еще сохранил надежду, что у них с Дайлети получится работать вдвоем, как раньше.

Они переглянулись и разошлись по каютам, предоставив Рохосам вести корабль в нужный сектор. Принцип, солдат спит - служба идет, очень подходил и разведчикам, которым часто приходилось подолгу торчать в подпространстве во время перелетов или просто кружить поблизости от объекта в ожидании возможности вывалиться в обычный космос, не привлекая лишнего внимания.

Безделье продлилось недолго.

- Ого! - поразился Кирим, глядя на показания сканеров. - Похоже, кристаллы тут ищем не только мы! Космос кишел кораблями. Судя по конструкции, они явно принадлежали Чистым. Только эмблема на них была странная: солнце с девятью волнистыми лучами, загнутыми в туже сторону, что и у печально известной свастики, так любимой фашистами еще в Староземную Эпоху.

- Проведешь нас?

- Куда ж я денусь! - вздохнул Дайлети, занимая кресло второго пилота. Аким выгнал из соседнего Рохоса. Как в старые добрые времена: Сат ведет корабль, а Дайлети при помощи своего Дара закрывает его от сканеров: размывает след, как он сам говорил.

Кораблей конфедератов было так много, что некоторые находились в зоне прямой видимости, и пилотам приходилось скрещивать пальцы наудачу и благодарить проектировщиков маскировочного экрана. Этой яхте было далеко до спасательной капсулы-невидимки, но оборудованием ее конструкторы Семи Миров все-таки не обидели.

Разведчики скользнули в астероидное поле, выдохнули, нашли камушек покрупнее и приземлились, занырнув в кратер.

- Передохнем! - предложил Дайлети. Выглядел он уставшим, если не сказать изможденным.

- Ты в порядке? - встревоженно поинтересовался Сат. Он не замечал раньше, чтобы Слияние так выматывало Единого. И даже наоборот, всегда отмечал про себя, что его способности находятся далеко за пределами, отведенными его сверстникам. За все годы работы Говоруну пару раз удавалось поработать со старыми Дайлети, которых привлекали для особо сложных и важных операций. И, честно говоря, особой разницы между ними и Киром Асаи не заметил. Почему же сейчас пара часов в Слиянии так сказались на мальчишке?

О своем самочувствии Кирим ничего не сказал, зато спросил:

- Вы слышали о Дайзери, сэр?

Говорун закашлялся.

- Я думал, это страшилки для малышей-Дайлети, - признался он.

- Я тоже, пока не встретился с одним из них полтора года назад на Алдане!

- Погоди-ка, ты хочешь сказать, где-то поблизости ошивается Бешеный? - поразился Сат. - И ты нас и от него прикрыл?

- Да! - буркнул Дайлети и направился в свою каюту. - У Вас в ящике под кроватью - защитный комбинезон, сэр! Рекомендую его надеть перед тем, как мы отправимся дальше!

- Может, это была плохая идея? - предположил Говорун, не торопясь уходить.

- Раз кристаллы так нужны 'чистеньким', то - очень даже хорошая! - возразил Кирим и выдвинул ящик, пихнув его в угол носком высокого армейского ботинка. Он почувствовал, что Сат за его спиной напрягся, сделал шаг назад, опустил взгляд на содержимое ящика и сразу же сообразил, что так не понравилось разведчику. Нехорошо получилось. Надо было ему сразу сказать.

Сухо щелкнул предохранитель бластера - бросать его на столике явно не следовало.

- Повернись и сядь, Дайлети, - велел Говорун. Кирим подчинился, стараясь не делать резких движений. Уж кто-кто, а Сат мог справиться даже с Единым. Особенно имея бластер в руке. - Тебе стоит потратить на меня все имеющееся у тебя красноречие, чтобы убедить, что эта игрушка в твоем ящике оказалась совершенно случайно!

Аким пинком задвинул ящик с комбинезоном и жезлом Эльзэдэ обратно. Кирим смотрел в дуло направленного на него оружия и думал над тем, что из всего случившегося может рассказать своему бывшему командиру.

- Тебе лучше поторопиться, Ветерок! - нахмурился Сат. - Сам знаешь, я терпением никогда не отличался!

- Я уже начал рассказывать Вам, сэр, - проговорил Суон. - Еще в кабине. Когда спросил про Дайзери. Я забрал жезл у одного из них. Еще в Семи Мирах. И оставил себе.

- На всякий случай, да? - хмыкнул Говорун недоверчиво. - Кто ты такой, Кирим? Какую роль играешь сейчас? На кого работаешь? На Чимару? На своих соплеменников? Или, быть может....

- Вы же сами сказали Принцу, сэр, что я - единственный, кому Вы верите! - напомнил ему Суон. - А теперь тычете мне в лоб бластером. Где логика, капитан?

- А логика в том, Ветерок, - процедил Аким сквозь зубы, - что раньше я считал, что у Дайлети и Ангелов не может быть ничего общего! А теперь вижу, что это не так!

- Вы ведь в курсе, что Ангелы - создатели Эльзэдэ и всех сопутствующих ему технологий, капитан? И королевская семья, тем не менее, ими пользуется. Обвините теперь все Семь Миров в пособничестве врагам?

- Черт, Ветерок, неужели нельзя, наконец, перестать играть в эти шпионские игры и рассказать друг другу все, как есть? - бластер полетел на пол, а сам Сат отвернулся. Кирим не шелохнулся на своей постели. Знал, что на малейшее его движение разведчик среагирует молниеносно.

- Вы же понимаете, сэр, что документов я с собой не прихватил, собираясь в этот полет! И запрос о моих полномочиях сейчас слать на 'Самарак' поздновато! И нам с Вами доподлинно известно, что доверять на основании этих двух критериев в сложившейся ситуации нельзя никому. Поэтому давайте решим дело как-то иначе! Я с тем же успехом могу подозревать Вас в том, что Вы давно работаете на Ангелов и специально заговорили об инфокристаллах, чтобы заманить сюда семипланетников!

- Действительно можешь? - повернулся к нему Сат с искренней печалью на лице. - Даже ты? Зная меня и обладая Даром?

- Ангелы - те еще твари, и делают с людьми страшные вещи, капитан! Мы оба это знаем.

- Так прочитай меня уже, Ветерок! Убедись, что я - не предатель! - зашипел Аким.

- Я уже давно это сделал! Иначе Вас бы просто не пропустили к Принцу! - признался Кирим.

- Значит, ты мне веришь?

- Пожалуй!

- И все расскажешь?

- Что смогу, - Кирим позволил себе немного сменить позу: откинулся назад, на стену, скрестил руки на груди. Теперь он не думал, что Сат может в любой момент атаковать. - Ангелы построили когда-то Эльзэдэ. И теперь хотят его вернуть. Они уже пытались захватить Установку на Алдане, но в тот раз у них ничего не вышло. Нам удалось заполучить пару жезлов. Я долго работал с оружием, настраивая его на себя, и теперь уверен, что по нему меня Ангелы не отследят и в руках он у меня не взорвется. Я полагаю, что когда прямая атака провалилась, Ангелы решили привлечь другие силы для атаки на Семь Миров и дружественные нам планеты. Поэтому и собирают армию на окраинах Конфедерации!

- Где тонко, там и рвется, - задумчиво проговорил Сат. - Одурманенные Трактатом о Чистоте, конфедераты не заметили волков под овечьей шкурой! Но Дайзери, Кирим? Откуда эти-то твари взялись? Вы ведь все такие....

- Какие, капитан? - скривился Единый. - Белые и пушистые?

- Нет! Четко осознающие свою силу и меру ответственности за нее!

- Большинство, - согласился Суон, - но не все. К сожалению.

- Давай договоримся так, Ветерок, - предложил Говорун. - Мы заберем эти чертовы кристаллы, честно поделим информацию, и все наши обоюдные сомнения будут развеяны.

- Хороший план! - Кирим поднялся, легко оттолкнувшись от постели руками. - Только между нами и кристаллами стоит Дайзери и четырнадцать крейсеров класса Альфа! Поэтому наденьте защитный комбинезон, капитан!

Сат хмыкнул и ушел в свою каюту, потрудившись перед уходом поднять бластер Суона с пола и положить его на стол точно так же, как тот лежал до этого. С точностью до миллиметра.

Они стояли в шлюзе, уже полностью экипированные: в скафандрах, оборудованных ракетными микродвигателями, обвешанные оружием, с небольшими рюкзаками за спинами и троицей Рохосов в качестве сопровождения. Сат поначалу возражал против их присутствия, но Суон резонно заметил, что будет лучше, если у врагов будет пять мишеней, а не две. Говорун чьей-либо мишенью становиться не собирался, но все-таки согласился.

- Готовы? - спросил он всех. Было решено, но на момент проведения операции командиром их маленькой группы будет именно он.

- Да, сэр!

- Да, капитан Сат! - хором отозвались Рохосы, напомнив Говоруну голос Принца.

- Открыть шлюз! - скомандовал Аким и первым шагнул в пустоту, когда створки раскрылись.

Они скользили в астероидном поле, редкими импульсами корректируя направление. Большинство людей представляли себе скопление астероидов как огромное количество камней разного размера, сконцентрированных в небольшом пространстве. На самом деле, расстояние между астероидами было довольно большим, и между ними спокойно мог пройти крейсер, даже класса Альфа. Поэтому пять человек - вернее, один человек, один Дайлети и три Рохоса, просто терялись на фоне безграничного пространства.

- Они далеко? - спросил Сат, не уточняя, кто именно. И так было понятно.

- Не очень, - отозвался Кирим. - Но в указанном Вами секторе чисто.

- Это не может не радовать! Нам к той ледяной глыбе, Ветерок!

- Понял, Говорун, - подал голос Кирим и добавил, немного погодя: - Ненавижу лед!

- С каких это пор?

- С Алдана!

- Да ладно тебе! - не поверил товарищу разведчик. - Ты один из нас всех там не мерз, когда мы Установку щупали! И шел по насту, словно не весил нечего, в то время как остальные чуть ли не по пояс проваливались!

- Это в первый раз! Второй мой визит туда сопровождался рядом непреодолимых трудностей в виде отсутствия Дара и Дайзери в качестве спутника!

Огромный ледяной астероид постепенно приближался, заслоняя собой звезды. Он вращался медленно, едва заметно для глаза, и тускло мерцал.

- Хорошая глыба! - проговорил Дайлети. - Чистейшая вода с небольшой примесью серебра! Если бы не территория Чистых, Вы могли бы застолбить его за собой, как первооткрыватель, сэр! Уйти на пенсию, зажить спокойной, размеренной жизнью....

- Ага, - согласился Говорун. - И застрелиться от скуки через неделю!

Кирим такой жизни практически не видел, но почему-то думал, что сумел бы к ней приспособиться. Со временем. Может быть....

- Здесь, Ветерок! Стыкуемся!

- Иногда мне кажется, капитан, что если мне и суждено где-нибудь сдохнуть, то это будет в снегу и во льдах! - проворчал Дайлети, пробираясь по узкому туннелю внутрь астероида.

- Нашел, о чем подумать! - возмущенно проговорил Сат, протискиваясь с гораздо большим трудом, чем миниатюрный Единый. Вскоре лаз привел их в небольшую пещеру. Говорун огляделся и направился прямиком к изрезанной трещинами стене, которую долго обшаривал руками.

- Есть, - провозгласил он, вытаскивая под тусклый свет налобных фонариков небольшую коробочку. - Лови! - он бросил кристаллы Кириму, и тот споро прицепил контейнер к поясу, трижды проверив надежность креплений. А потом застыл в той характерной расслабленно-сосредоточенной позе, по которой Аким давно научился понимать, когда Единый находится в Слиянии.

- Надо торопиться! У нас гости! Их много, и среди них Отрекшийся! В этот момент астероид содрогнулся.

- Как-то они не очень дорожат информацией! - пробормотал Сат.

- Значит, просто не хотят, чтобы она попала в наши руки!

Кирим сунулся, было, в тот коридор, по которому они попали в пещеру, но тот схлопнулся прямо у него перед носом, заставив резко и неуклюже отшатнуться. По стенам ледяной пещеры поползли широкие трещины. Не дожидаясь, пока их временное и крайне ненадежное убежище развалится, Дайлети протянул руку за спину и вытащил из креплений жезл. Выстрел Эльзэдэ проделал в глыбе ровное круглое отверстие почти в метр диаметром. Во все стороны повалили клубы пара, одновременно и демаскируя их местоположение, и прикрывая от первых выстрелов.

В опасной близости от астероида дрейфовали два крейсера. Их шлюзы открылись, выпуская на волю истребители.

- Есть идеи, Говорун?

- Вариант 4б! - скомандовал капитан, и они рванули в разные стороны, уходя из-под града выстрелов. Ледяной астероид разлетелся в дребезги, сделав перемещение людей в скафандрах чрезвычайно небезопасным, но зато заслонив крошевом обзор пилотам истребителей.

Кирим сконцентрировался на жезле, посылая импульс за импульсом во вражеские корабли. Пытаться сбежать от конфедератов, имея в распоряжение одни лишь микродвигатели скафандров, было глупо. Им оставалось только ждать. Маскировать свое присутствие не было больше никакой необходимости, и Дайлети вовсю использовал Дар, отражая направленные в него выстрелы и отсчитывая время до появления яхты.

Рохосы не подвели, войдя в неровный строй конфедератов, как нож в масло, и на время закрыв собой барахтавшиеся в открытом космосе фигурки. Шлюз был гостеприимно распахнут.

- Говорун! - заорал в комлинк Кирим, привлекая внимание товарища. Уходя от одного истребителя, тот упустил из виду второй, ведомый. Суон выдохнул, когда Сат кувырком ушел из-под огня, умудрившись при этом существенно сократить дистанцию между собой и спасительным шлюзом. Сам Дайлети уже схватился за скобу на борту. - Руку, капитан!

Их пальцы в защитных перчатках соприкоснулись. Кирим дернул Акима на себя, и они ввалились в шлюз, который тут же с шипением закрылся. Яхту тряхнуло: чтобы принять на борт пассажиров, Рохосам пришлось деактивировать энегроэкраны. Дайлети слабо дернулся, придавленный более массивным человеком.

- Рохосы? - Аким скатился с товарища, но вставать особо не торопился, переводя дух.

- Мы не зря их брали! - грустно проговорил Кирим. Роботы прикрывали их, сколько могли. Суону пришло в голову, что с каждым уничтоженным телохранителем ему все труднее относиться к ним, как к машинам. Что с того, что их самоотверженность была результатом правильного программирования? Они не раз спасали своему Принцу жизнь, жертвуя своей. Что они чувствовали при этом? Сожаление? Или их грела мысль об исполненном долге?

Аким поднялся и протянул Единому руку.

- В порядке, Ветерок?

- Все отлично, Говорун.

Внутренняя створка открылась, и товарищи бросились по коридору к оружейным башням. Информацию мало было добыть, нужно было еще доставить ее по месту назначения.

- Уходим в подпространство сразу же, как будет чистый коридор! - приказал Сат Рохосам-пилотам. Но, оказавшись в тесном кресле стрелка и получив возможность кругового обзора, он засомневался, что им удастся пробиться. Идея, оставить яхту до поры до времени на другом астероиде, была не плоха и позволила оттянуть самый неприятный момент лобового столкновения с силами неприятеля, но теперь конфедераты были в курсе их присутствия и стягивали сюда все свои силы. Даже самая навороченная яхта, построенная по новейшим технологиям Семи Миров, не сможет ничего противопоставить армаде на марше.

- Ветерок?

Дайлети, как всегда, понял командира с полуслова, и метнулся от плазмомета в кабину, на место первого пилота. Навигационный компьютер ни за что не откроет проход в подпространство при таком скоплении посторонних объектов поблизости. А вот Единый с Природой, не обременённый ограничениями, связанными с риском для жизни при подобных маневрах, - запросто.

- Сектор 3.14.08! - попросил Кирим.

- Ты рехнулся! - по этому курсу как раз и располагался один из крейсеров.

- Быстро, Говорун!

Аким подчинился и тремя выстрелами расчистил пространство. Истребителей на пути больше не было, зато крейсер теперь мог сконцентрировать огонь на яхте, не боясь задеть своих. Сколько прямых попаданий выдержит экран, Сат не знал. Но хотел верить, что Кирим ближе знаком со спецификацией их маленького кораблика.

Раз!

Говорун скользнул по скоб-трапу в центральный коридор. В башне было делать нечего, да и не безопасно было и дальше там оставаться.

Два!

Разведчик добежал до рубки и рухнул в кресло второго пилота.

Три!

Открылось окно перехода, и они ввалились в хаотичное скопление света и энергии. Пробыв в нем не дольше тридцати секунд, Дайлети вновь вывел яхту в обычный космос. Потом последовал еще один короткий прыжок. И еще. Каждый раз в новом направлении.

А затем генератор подпространственного перехода приказал долго жить.

- Все, допрыгались! - подвел итог Дайлети, только сейчас получивший возможность отстегнуть шлем скафандра. Сат сделал то же самое. Кирим стянул перчатку с левой руки и смахнул со лба пот.

- И где мы? - поинтересовался Говорун, выбираясь из тяжелого костюма.

- Искин скажет через пару минут. Я не знаю - наугад прыгал! - Дайлети откинулся в кресле и с благодарностью принял от Рохоса бутылку с водой. Он сделал несколько глотков, и пальцы его разжались. Аким едва успел подхватить его сползающее тело.


## Глава 8


- Простите, капитан! - проговорил Кирим, как только пришел в себя. Сат к тому времени с помощью Рохосов успел стянуть с бесчувственного Дайлети скафандр и перетащить напарника в его каюту. - Долго я?

- Двенадцать минут, - Сат сидел, постукивая пальцами по столу, и выглядел очень и очень недовольным. - Какого черта, Ветерок? Зачем доводить себя до полного истощения? Я тебя таким всего пару раз за время службы видел!

- Так было надо, сэр! Дайзери....

- Да я лучше буду иметь дело с Бешеным, чем с твоим трупом! - возмутился разведчик.

- Это Вы сейчас так говорите! - Кирим попытался встать, но Сат придавил его к постели железной рукой.

- Лежи уже, герой! Рохосы доложили, что генератор ремонту не подлежит. Мы застряли хоть и в пустынном, но подконтрольном Чистым регионе. Роботы уже послали прямой сигнал на 'Самарак'. Нас подберут. Через шестнадцать часов.

- Можно взглянуть на кристаллы?

Говорун молча бросил ему контейнер. Полчаса спустя у Кирима осталось еще меньше поводов для оптимистичного отношения к жизни, чем до этого. Семи Мирам было не справиться с армадой, что собирали Ангелы. Если Они явятся на Алдан, то продавят любую защиту. На кадрах, заснятых Сатом на микрокамеру, мелькали лица фанатиков, призывавших граждан Конфедерации на священную борьбу с людьми, погрязшими в греховном сотрудничестве с богопротивными тварями, что были созданы были им на погибель, а не в помощь. И беснующиеся толпы, скандирующие цитаты из Трактата о Чистоте. Сделав над собой усилие, Дайлети досмотрел все записи до конца, а потом долго сидел, облокотившись на стол и подперев голову руками. Он вздрогнул от шелеста открывающейся двери.

- Семь Миров не ввяжутся в заведомо проигрышную войну, капитан, - проговорил он, когда Сат шагнул в его каюту. - Я могу только предполагать, зачем Ангелам планеты Содружества, но для всех нас будет лучше, если мы закроем доступ к Эльзэдэ от кого бы то ни было. Я очень хотел бы, чтобы этой Установки вообще никогда не существовало! Я не видел от нее ничего хорошего за все время своего пребывания в Семи Мирах!

- Но у Содружества-то нет Щитов, Ветерок! Бросите нас на произвол судьбы? Не лучше ли будет первыми нанести удар? Ведь Эльзэдэ не только экран вокруг системы создавать может! 'Не приближайся к Эльзэдэ!' - всплыл в памяти Дайлети голос отца.

- Это оружие - страшная вещь, капитан! - покачал головой Кирим. - Один миг - и несколько сотен живых существ уходят в небытие! Я врагу не пожелаю пережить такое!

- Думаешь, Король не пойдет на это?

- Уверен, что нет. Ангелы - Ангелами, но на всех этих планетах и кораблях, что они отправят к нашим границам - живые люди. Мы, конечно, можем уничтожить их несколькими выстрелами. Но кем мы станем после этого, капитан?

- В противном случае нас ждут полномасштабные боевые действия! И люди все равно будут гибнуть! И с нашей стороны - в том числе!

- Но не по щелчку пальцев!

- Не все ли равно, как защищать свой дом?!

- Мне - не все равно, сэр!

Аким Сат крутанулся на своем месте, стукнув кулаком по подлокотнику.

- Ты всегда таким был, Ветерок! - заявил он Дайлети.

- Каким, сэр?

- Правильным! Принципиальным!

- Это плохо?

- В некоторых случаях, да!

Кирим не знал, что ему возразить. Сам себя Суон 'правильным' не считал, потому что предпочитал быть честным самим с собой и наперечет знал все свои грехи. Но рассказать о них Акиму не мог.

- В любом случае, не нам с тобой это решать, - подвел итог Говорун и встал.

'Если бы!' - мрачно подумал про себя Принц Семи Миров и позволил себе закрыть глаза, чтобы на этот раз просто поспать.

Кирим проснулся, ощутив, как что-то резко изменилось в окружающем мире. Темнота в каюте больше не была безопасной. А потом его резанула по глазам вспышка света. Ангелу было мало места в маленькой каюте, и он заполнил собой почти все свободное пространство, заставив Дайлети вжаться в угол, забравшись с ногами на койку. Этот монстр не жил под кроватью, и от него было не спрятаться под одеялом. Суон даже не отдал себе отчета в том, когда успел схватиться за жезл, но сейчас заслонялся им от враждебного существа, максимально закрывшись. Он уже знал, что так переносить Их присутствие легче.

Дверь отъехала в сторону, и сквозь пылающий силуэт Ангела Кирим разглядел Рохосов и Сата за их спиной. Все трое сжимали бластеры, но стрелять не торопились, боясь задеть Суона.

- В сторону! - рявкнул на них Дайлети и активировал жезл. Полыхнуло. Жаркий воздух взметнул Кириму волосы и обжег лицо, заставив инстинктивно зажмуриться. Когда он открыл глаза, Ангела не было. Сквозной дыры в яхте, что удивительно, тоже. Тренировки в управлении оружием не прошли даром - Дайлети сумел отрегулировать и мощность, и продолжительность импульса.

- Ты убил его? - в каюту, тряся головой, ввалился Говорун.

- Вряд ли! - Кирим спрыгнул с постели и нырнул в Слияние, проверяя космос вокруг. - Спугнул просто!

- Значит, Они все-таки кое-чего боятся! - обрадованно потер руки разведчик. - Но как он нас нашел?

- Моя вина, капитан! Я для них - как яркий факел в ночи! - признался Единый. - Приходится все время строго контролировать Дар и закрываться! Обычно, у меня и во сне получается, но в этот раз....

- Ты слишком устал! - закончил за него капитан. - Идем в рубку! Сейчас сюда заявится целая толпа незваных гостей!

- Я постараюсь нас спрятать!

- От Ангелов? Не смеши меня, Единый! Я знаю, конечно, что как минимум у твоего папочки очень длинная биография, но тягаться с Ними даже ты не сможешь! - высмеял Кирима Сат. - Надо приготовиться подороже продать свои жизни, а инфу слить прямым каналом на Мирралин и Сатару, пока еще есть время! Займись этим!

- Такой объем не пройдет незамеченным, сэр! Его перехватят задолго до цели! И Вы об этом прекрасно знали, когда спрятали все во льду, не рискнув отослать!

- Информация должна дойти до наших любой ценой, Кирим! Там все о лидерах движения, их планах, численности и составе флота и направления ближайших атак! Мы можем сдохнуть, но доставить ее обязаны!

- Как прикажете, капитан!

Кирим вставил кристаллы в гнезда и активировал голографическую рабочую панель. Введя необходимые координаты, он закрыл глаза, настраиваясь на связь с Природой. В принципе, если он мог закрыть корабль от сканеров, то и сигнал был в состоянии замаскировать, наверное. Кай учил его, никогда не останавливаться на достигнутом, и почаще экспериментировать, раздвигая границы использования Дара. 'Нет ничего невозможного, сынок! - говорил Кай. - Пределы применения наших способностей существуют только у нас в голове. А так наша связь с Природой ограничивается исключительно той силой, которой мы в данный момент располагаем!'

- Поторопись, Ветерок! - взмолился разведчик. Он встал за спинкой кресла Дайлети и сжал его плечи сильными пальцами. - Давай, ты справишься!

Сигнал пошел. Нужно было всего-навсего сделать так, чтобы его не заметили до перехода в подпространство. Потом его уже никто не отсечет. Какая разница, что прятать? И излучение работающих двигателей яхты, и человеческие ауры, и волны сигнала - всего-навсего разные типы энергии.

Он появился, как всегда неожиданно и совершенно некстати, ударив по раскрытому в Слиянии сознанию оглушающей мощью. На этот раз за пределами яхты, вне досягаемости жезла. Кирим коротко вскрикнул и стал проваливаться во тьму, но пальцы Акима Сата с такой силой сжали его плечи, что физическая боль не позволила Дайлети потерять сознание.

Он разозлился - то ли на капитана, то ли на Ангела, и плеснул. Рубку озарил нестерпимо яркий свет. Говорун с криком разжал руки и закрыл ладонями уши, пытаясь спастись от безмолвного крика, тем не менее разрывавшего барабанные перепонки. Кирим тоже слышал этот вопль, но никак не мог поверить, что его способно издавать создание, состоящее из чистой энергии. На том месте, где только что находился Ангел, самопроизвольно закрутилось окно перехода в подпространство.

- Туда! - не своим голосом заорал Суон. Говорун среагировал быстро, сумев отбросить эмоции по поводу увиденного. Остывшие за время вынужденной стоянки двигатели обиженно взревели, но внесли яхту в переход. Судёнышко дернуло, завертело, корпус жалобно заскрипел, но выдержал. Их по инерции пронесло какое-то время в подпространстве, а потом выкинуло вон, потому что генератор был не в состоянии поддерживать дальнейшее нахождение в ином измерении.

Сату показалось, что его выплюнул изо рта великан. Потому что он чувствовал себя пожеванным и потрепанным. Он поднялся, пошатываясь и потирая ушибленную спину, прошел мимо копошащихся на полу Рохосов и склонился над Дайлети. Судя по травмам, того сначала бросило на приборную панель, потом приложило о потолок, а в завершении Единый впечатался боком в кресло. Предписание всегда пристегиваться перед прыжком существовало не зря.

Со стоном Кирим поднялся на четвереньки и потряс головой. Потом сел, прислоняясь к покорёженному креслу, сжал голову руками и откинулся назад, дыша глубоко и медленно. Аким видел его и в худшем состоянии, а потому спросил про другое:

- Здесь нас не найдут?

- Я сам не знаю, где мы, капитан! - пробормотал Единый и протянул Акиму руку. Тот, как ни странно, ее пожал. - Поздравляю, мы первые в истории космических полетов вошли в подпространство, не используя генератор!

- Вот только мы вряд ли сможем рассказать об этом хоть кому-нибудь, - мрачно заметил Сат, считывая показания приборов.

Жить кораблю оставалось не долго. Бросив мимолетный взгляд на товарища и убедившись, что тот понемногу приходит в норму, Говорун занялся яхтой. Сканеры показывали, что в этой системе имелась пригодная для жизни планета, и даже улавливали излучение, свидетельствовавшее о наличии на ней оружия или энергетических установок, использующих атомную энергию.

- Что предпочитаешь, Ветерок, - снова обернулся он к коллеге. - Сдохнуть в вакууме или убиться о поверхность планеты при посадке?

- Благополучно на нее сесть, - регенерация зашла так далеко, что Дайлети был уже в состоянии встать и снова занять место второго пилота. Он не стал запрашивать данные о повреждениях у бортового компьютера, а просто положил руку на приборную панель, чтобы легче было просканировать яхту в Слиянии. При этом Единый с Природой поморщился, словно от зубной боли, и довольно быстро отдернул пальцы.

- Дело дрянь, сэр! Выводите нас на орбиту как можно скорее. Я пока постараюсь сообщить о нашем местонахождении адмиралу Торну.

Аким покосился на бывшего сослуживца, но ничего не сказал. Не мог же Дайлети не заметить, что все системы дальней и ближней связи выгорели подчистую? А значит, не будет ни прямого луча на Мирралин, ни стандартного SOS, посланного в подпространство. Но за годы совместной работы он привык доверять Ветерку, даже когда его идеи и предложения казались полным бредом с точки зрения человека. Но Единый с Природой видел мир несколько иначе.

'Адмирал! - Кирим сосредоточился на крохотном чипе, который в обычном режиме успешно функционировал лишь в пределах одной солнечной системы. Усилить мощность сигнала и при этом не выжечь Торну мозг - что может быть проще? Суон не мог передать на 'Самарак' числовые координаты - навигационный компьютер зависел от внешней связи и наличия звездных карт данного региона. Только картинку. И свои ощущения. Как воспримет их человек, чуждый Слиянию? Сможет ли расшифровать? Оставалось только надеяться на опыт Торна. И его крепкое здоровье. - Мне нужна помощь, адмирал. Срочно!'

Кирим сглотнул кровь - как обычно при перерасходе Дара, сосуды в носу не выдержали. Следующим сигналом была кровь из ушей. Далее следовало кровоизлияние в мозг и кома, из которой Дайлети мог и не выкарабкаться. Поэтому до таких крайностей Единые старались себя не доводить. Если была такая возможность, конечно же....

Хуже всего было то, что Сат кровь, конечно же, заметил, неодобрительно покачал головой и буркнул почти что сердито:

- Пристегнись! Страховочный луч нам вряд ли включат!

Кирим не рискнул больше прибегать к Дару, опасаясь не комы даже, а очередного приступа Метаморфозы, который был бы сейчас куда как некстати. Спорить с бывшим командиром Суон не стал, забрался в брошенный тут же скафандр, защелкнул ремни и сосредоточился на перераспределении энергии из затухающих движков на защитное поле. Судя по углу, под которым яхта входила в атмосферу, без отражающего экрана они просто спекутся.

Говорун только одобрительно кивнул, не тратя время и кислород на ненужные слова: они оба и так прекрасно знали, что нужно делать. Опыт совместных полетов и жестких приземлений у них был порядочный.

Кирим вмешался в действия своего бывшего командира лишь однажды, когда попросил того немного изменить курс, если это было возможно. Чтобы рухнуть не на город, а в пустынном месте. Они не знали, что их ждало на планете, и потому предпочли бы встретиться с местными жителями на своих условиях, а не свалиться им на головы. Слова 'Держись, Ветерок!' были последним, что Суон услышал.

Кирим тяжело перевернулся на спину, потянулся рукой к лицу, чтобы стереть кровь со лба и левого глаза, и наткнулся на щиток летного скафандра.

- Тише, тише, - донесся до него голос капитана Сата по комлинку. - Местные очень быстро сориентировались и прибыли на место катастрофы. Лучше не попадаться им на глаза, пока мы не будем уверены, что с ними можно иметь дело.

Стараясь двигаться максимально бесшумно, что было весьма затруднительно в скафандре и с нынешним уровнем повреждений, Дайлети лег на живот и всмотрелся в простиравшийся внизу пейзаж. Их корабль пропахал знатную борозду, повалив при этом изрядное количество леса. С холма, куда напарника затащил Сат, были хорошо видны суетящиеся внизу фигурки и техника. Странная техника. Такой Кирим раньше нигде не встречал.

- Сдается мне, - снова заговорил Аким, убедившись, что товарищ в состоянии его слушать. - Что это - одна из потерянных колоний. Они явно утратили космические технологии.

- Зато сохранили кое-что другое, - севшим голосом отозвался Дайлети, погрузившийся, наконец, в Слияние. - Замрите, капитан. Там внизу есть Единый с Природой. Наши ауры я спрячу, но он может нас услышать!

Говорун привычно доверился коллеге и застыл в крайне неудобной позе, в качестве утешения позволив себе включить увеличение изображения через щиток шлема.

- Это очень странный Дайлети, - продолжал Суон несколько отрешенно. Словно говорил сам с собой, озвучивая мысли вслух, а не общался с собеседником. Сат знал, что это означает. Кир находился в глубоком Слиянии, да еще и работал с несколькими Гранями Дара одновременно: прятал их ауры и сканировал местность. Теперь Аким знал, что большая часть соплеменников Кира так не умеет. Они могли либо закрыться и спрятать свое присутствие от других, либо использовать Дар, но тогда о маскировке не шло и речи. Конечно, Говорун понял, что ему и отряду досталось настоящее сокровище, еще когда они с Асаи служили вместе. Но тогда он не осознавал, насколько это сокровище было редким. - У него очень слабенький Дар.... Словно ему совсем крохи достались от предков.... Складывается впечатление, что на этой планете запрета на смешанные браки никогда не существовало!

- Подожди-ка, - не сразу врубился Аким. - У Дайлети же не может быть общих детей с людьми!

- Это сейчас не может: накопилось очень много генетических отличий. А раньше такие дети рождались сплошь и рядом. Только раз за разом, поколение за поколением, сила Дара ослабевала. И было принято решение запретить подобные браки на законодательном уровне, чтобы избежать вырождения. Почему этого не сделали здесь, я не понимаю.... А хотя....

Работавшие внизу местные вышли из поврежденного корабля, и Говорун, наконец, смог разглядеть то, что заставило его товарища замолчать. Все люди внизу были одеты в защитные комбинезоны, громадные и неповоротливые. На их фоне фигура Дайлети просто терялась: из одежды на нем были лишь короткие шорты. Зато на руках и ногах отчетливо выделялись черными пятнами массивные и даже на вид тяжелые и грубые оковы. Настроив визор щитка на детальное увеличение, Сат выругался. У браслетов имелась еще одна деталь: поперечный шип, прошивавший запястья и щиколотки Единого с Природой насквозь.

- Сколько ему лет? - шокированный до глубины души подобным кощунством, спросил Сат, и сам же предположил: - Пятнадцать? Шестнадцать?

- Больше пятидесяти, - Асаи едва разборчиво протолкнул звуки речи сквозь занемевшие от гнева губы. - Посмотрите на браслеты - как они впиваются даже в его тощие руки и ноги! Их надели Единому еще в детстве! Он вырос в них!

Аким повернул голову, чтобы посмотреть на Ветерка. Щитки их шлемов были зеркальными, и увидеть выражение его лица он все равно не смог бы, но хотел хотя бы по позе понять тот момент, когда напарник будет готов к активным действиям. И помешать ему.

- Помнишь Соглашение, Кир? - пока был шанс, надо было попытаться решить дело миром. - Параграф 3?

- Наблюдать и не вмешиваться до прибытия экспертной комиссии? - уточнил Дайлети. - Помню. Мне уже не шестнадцать, капитан. Я давно уже научился ставить суровую необходимость выше даже самых благородных своих порывов.

- Значит, согласен, что в комиссию должны входить и ваши, и наши представители?

Одну из редких и предположительно ценных Забытых колоний Сат не был готов отдать даже семипланетникам. И, если честно, ему было до сих пор странно осознавать, что они с Киром теперь стоят не по одну сторону границы, а являются разведчиками пусть и союзных, но все-таки разных государств, преследовавших в первую очередь свои интересы.

Кир ответил не сразу. Как будто обдумывал правомочность подобного требования.

- Да, разумеется, - все же донесся до Сата более чем прохладный ответ. Словно извиняясь за свой тон, Кир сообщил: - Они развертывают лагерь. Решили не тащить никуда корабль, а выжать из него все по максимуму на месте. Плохо, конечно, но что поделаешь. По крайней мере, если Торн меня не услышал, останется шанс яхту однажды починить!

- Где тот город, на который ты просил меня не падать? - поинтересовался Аким, решив не затрагивать больше спорных вопросов. Все равно было пока не ясно, смог ли Кир достучаться до своих, и до появления экспертной комиссии на планете было так же далеко, как до возможного Второго Пришествия.

- В тридцати километрах к северо-западу от нас. Ближайший и единственный.

- Посмотрим, что там творится?

- Даже не знаю, капитан.... Мне не нравится то, что я чувствую на планете. Общая атмосфера здесь какая-то... пакостная, что ли. Здесь природа серенькая, бесцветная, и настроение у людей в целом такое же.... Муторно здесь. Словно давит что-то отовсюду....

Безрадостный пейзаж, из которого, и правда, как будто высосали все краски, даже на Говоруна, всегда отличавшего позитивным взглядом на жизнь, наводил тоску и уныние. Все вокруг было словно пылью припорошено. Сверившись с показаниями внешних датчиков, Аким деактивировал щиток и сделал осторожный вдох. Воздух пах металлом и сыростью. И еще какой-то неясной тревогой. Привыкший доверять своему чутью не меньше, чем Дару Дайлети, Говорун закрыл щиток и заговорил:

- Мы должны дать комиссии как можно больше информации. Чтобы они знали, к чему готовится. И не наткнулись на неприятные... неожиданности. К месту катастрофы стягивались все новые и новые силы. В части из них без труда можно было опознать военных: по униформе серо-бурого оттенка. Они оцепляли квадрат, разбивали палатки и натягивали по периметру защитную ограду.

- Давайте переместимся в тот лесок, - предложил Асаи. Над их головами с ревом промчалась летающая машина с двумя винтами: одним большим наверху, и вторым, маленьким, на хвосте.

'Вертолет', - вспомнил Говорун название транспорта, от которого люди уже давно отказались, покорив гравитацию.

- Да, здесь становится шумновато! - согласился он и медленно и осторожно пополз назад, под прикрытие деревьев. Перед его глазами все еще стояла кровь на руках и ногах скованного Дайлети: свежая и запекшаяся. Каково это, когда запястье прошивает насквозь кусок металла, капитан военной разведки Аким Сат знал не понаслышке. Когда ребята из отряда откопали его из-под обломков после боя за Лассику, следуя четким указаниям Дайлети-спасателя, пилот уже не надеялся, что руку удастся спасти. Держалась она на одном лоскутке, а крови Аким потерял столько, что буквально в ней плавал, несмотря на то, что старательно пытался пережать запястье здоровой рукой, извернувшись в тесном пространстве под рухнувшей на него железобетонной конструкцией. И даже прижег рану выстрелом из бластера. Дорогу до полевого госпиталя Сат не запомнил. Очнулся он только от ощущения теплого прикосновения Дайлети-Целителя. У медика под глазами залегли темные круги, что свидетельствовало о крайнем истощении Единого с Природой. Было видно, что делится тот едва ли не последними крохами силы, что еще были в его распоряжении, чтобы вернуть разведчику полноценно функционирующую конечность. Но Дайлети работал. А потом встал и пошел к следующему пациенту, которому не могли помочь обычные врачи. Таких тогда набралось очень много. Свой 'собственный' Дайлети появился в отряде три месяца спустя. И втайне от всех Сат на него едва ли не молился. Хотя внешне делал вид, что относится к Киру, как и к любому другому пилоту своей эскадрильи. И отчитывал его за промахи и провинности едва ли чаще, чем всех остальных, вместе взятых. Не только потому, что молоденькому Дайлети нужно было очень многому учиться....

- Вот так гораздо лучше, - провозгласил Сат, с наслаждением потягиваясь и подставляя тело легкому ветерку. Как бы ни был хорош летный скафандр, снимать его было каждый раз невероятно приятно. Когда пилоты делились между собой тяготами службы, они порой вворачивали емкую фразочку: 'спать приходилось прямо в скафандрах', что означало очень короткий перерыв между долгими дежурными вылетами. Аким хмыкал: ему-то не раз приходилось не снимать с себя защиту неделями. И спать, откинувшись в кресле своего истребителя. Или не спать по трое суток, накачивая себя стимуляторами так, что Кир каждый раз ругался, тратя время и силы на восстановление печени своих товарищей. 'Что вы без меня раньше делали?' - ворчал мальчишка, переходя от одного пилота к другому. - Государство разориться должно было на вашем лечении!' 'Они теперь отобьют все до кредитки', - привычно отшучивался Гром. Все остальные поддерживали его широкими, но все-таки чуточку смущенными ухмылками: они знали, что использование Дара не проходит для Дайлети бесследно. Что ему за все приходится платить. Усталостью, нервным истощением, мигренью и тошнотой. И даже обмороком, плавно переходящим в кому.

Тот скованный по рукам и ногам Дайлети расплачивался ко всему прочему еще и постоянной болью от незаживающих ран. И вряд ли это был его осознанный и добровольный выбор. Что-то в этой Забытой колонии явно пошло не так.

Кирим стаскивал скафандр медленно и осторожно: он тратил уйму сил на прикрытие их обоих от чужого Единого, много двигался и мало уделял внимание регенерации. И в момент более чем жесткого приземления пострадал сильнее, потому что встряска свела на нет все его предыдущие попытки самоисцеления. Единого с Природой Аким вытаскивал на себе, не будучи даже уверенным, что несет живого. Но обошлось. В этот раз.

Какое-то время Суон просто лежал, расслабленно вытянув руки вдоль тела и прикрыв глаза. Закончив с собственным исцелением, Кирим принялся за Акима: подсесть поближе он не потрудился, просто привычно вытянул руку в сторону и вскоре почувствовал, как в открытую ладонь легла крепкая крупная кисть командира. Совсем как раньше. Казалось, они перенеслись в прошлое, и сейчас Говорун встанет и привычно проворчит: 'Хватит разлеживаться. Нужно двигаться дальше'. И Кир Асаи подчинится приказу, даже если будет ныть все тело и болеть каждая косточка и хрящик, а перед глазами плясать мушки от перенапряжения.

- Вставай. Нужно идти! - реальность несколько отличалась от воспоминаний, но не в лучшую сторону. По уму стоило потратить на спокойную регенерацию еще не меньше часа, но у них не было столько времени в запасе.

Отцепив от скафандров ботинки, пилоты обулись, накинули на плечи рюкзаки со спасательным снаряжением, которые Сат не забыл прихватить второй ходкой, и стали синхронно озираться вокруг. Летные скафандры следовало припрятать. Да поскорее обзавестись местной одеждой. Судя по температуре, в этом регионе господствовала осень. И если Дайлети было более или менее плевать на градусы, то Аким чувствовал себя не очень комфортно, и хвастаться закалкой, особенно ночью, не особо стремился.

- Я чувствую еще одно небольшое поселение в восемнадцати километрах отсюда, - сообщил Кирим. - Давайте начнем с него, а там посмотрим...


## Глава 9


Скафандры удалось пристроить только через триста метров, в норе какого-то местного хищника. Самого хозяина не было дома, но зато присутствовал его запах. И остатки ужина. Даже если местные станут обыскивать окрестности с особой тщательностью, то вряд ли сунутся дальше передней камеры, в кладовую. Оставалось надеяться, что зверь, почуяв запах Дайлети на вещах, трогать их не станет.

Налегке шагалось гораздо быстрее. Кирим немного расслабился, отдалившись от чужого Единого на расстояние, с которого их с Сатом уже не могли засечь. Впрочем, их настроение трудно было назвать хорошим. Слишком впечатляющей была первая встреча с местными.

- Его Дар, капитан, - проговорил Кирим через некоторое время, что-то обдумав и просчитав. - Он такой слабенький, что его вряд ли хватит на Изменение! И регенерация у него оставляет желать лучшего. Про Поле Влияния я вообще молчу. Я думаю, что Слияние и сканирование местности - это вообще потолок его способностей. А долгая жизнь в его положении и вовсе кажется проклятием! Откуда это в людях, сэр? Почему сразу оковы? Да еще такие?

- Подожди делать выводы, Кир. Мы не знаем всего! За тысячу лет изоляции здесь могло произойти все, что угодно!

Кирим покачал головой, выражая свое сомнение. И, к сожалению, оказался целиком и полностью прав. Это выяснилось, когда пилоты дошли до поселения, оказавшимся концентрационным лагерем. Иное слово - вроде резервации - на ум не приходило. Потому что вокруг был высоченный двойной сетчатый забор под напряжением, на вышках, расположенных по всему периметру, стояли охранники с оружием, а между двумя слоями сетки бегали собаки с какими-то техническими приборами, крепившимися за ушами.

- Киборги, - пояснил Кирим. - Управляются внешними командами. Чтобы на Дайлети не реагировали. Вернее, не так реагировали....

Дайлети осекся, закусив нижнюю губу. Аким просто не представлял себе, что бы он чувствовал, окажись все с точностью до наоборот, и в бараках Дайлети держали бы людей: полуголых, истощенных, грязных. Заторможенных и апатичных.

Вскоре напарники поняли, почему Единые с Природой напоминали запрограммированных роботов. Незадолго до заката прозвучал резкий сигнал, ввинтившийся в уши болтом-саморезом, и заключенные стали выходить из ветхих, продуваемых всеми ветрами строений, выстраиваться в цепочки и по одному подходить к странного вида конструкциям. Мужчины, женщины, дети. Много детей. Слишком много для Дайлети, чьи женщины были наделены Создателями правом родить за жизнь только двоих. Или троих, обменяв жизнь последнего ребенка на свою. Но, если на этой планете Единые вовсю смешивали кровь с людьми, безжалостно ослабляя свой Дар, то, вполне возможно, что и ограничение рождаемости растворилось в человеческих генах. Вместе с контролем зачатия.

- Лучше бы мы сдохли еще на том астероиде, - выдохнул Кир Асаи, сжимая ветку дерева так, что затрещала кора, - чем нашли эту проклятую планету!

Один за другим заключенные концлагеря подходили к приборам, установленным в каждом секторе, прикладывали руку к продолговатой выемке, слабо вздрагивали и уходили прочь, опустив голову еще ниже, чем прежде. За процессом наблюдали охранники с автоматическим оружием. Цепочка все тянулась и тянулась. Только в крайнем секторе Аким насчитал полторы сотни Единых разного возраста и пола. А всего круглое по форме пространство за забором делилось на восемь равных долей. Охранников было около сотни, если Сат правильно прикинул соотношение тех, кто находился на дежурстве, и необходимых им на смену людей. Кир мог бы назвать число с точностью до человека, но необходимости в этом прямо сейчас не было.

Сат сжал плечо своего напарника. Больше он не знал, как его поддержать. Слов как-то не находилось. Все они казались мелкими и фальшивыми.

- Они вкалывают Единым что-то вроде раниума. Только это какая-то другая версия. От нее не больно. Муторно только. Тошнит сразу после инъекции. И это 'лекарство', - Суон особенно выделил слово интонацией, - не лишает контроля над Даром. Оно просто обрезает связь с Природой. Посмотрите на них! Многие выглядят стариками! А ведь это Дайлети, капитан! Дайлети! Кирим откинул голову назад и закрыл глаза. То, что он беззвучно плакал, Говорун понял лишь, когда Единый с Природой решительно тряхнул головой и стер с лица слезы, снова став тем собранным и готовым к любым неожиданностям профессионалом, которому Сат в свое время доверил так тщательно подобранную и натренированную эскадрилью.

В этот момент ситуация в лагере резко изменилась. Из цепочки, покорно бредущей на инъекцию, выпало одно звено: хрупкая молодая девушка подалась в сторону и бросилась бежать, не разбирая дороги. С места, откуда пилоты наблюдали за происходящим, были очень хорошо видны ее растрепанные длинные волосы, огромные от ужаса глаза и раскрытый в безмолвном крике рот. В отличие от голоса, выстрелы были слышны очень хорошо. Маленькая фигурка, словно картонная, сломалась пополам и упала. Один их охранников подошел к еще подергивающемуся телу, выхватил из поясных ножен длинный изогнутый клинок и отточенным движением отрубил Единой голову.

Тело и голову девушки кинули за забор. Собакам.

Аким убрал от лица бинокль, согнулся и выблевал те две плитки пищевого концентрата, что сжевал на ходу по пути сюда. Спазмы были такими сильными, что разведчик удержался на ветке дерева, которое они с напарником выбрали в качестве наблюдательного пункта, только благодаря поддержке Кирима, вовремя схватившего его за руку.

- Простите меня, капитан, - проговорил Дайлети тихонечко, в глаза бывшему своему командиру не глядя. - Кажется, мне уже наплевать на Соглашение. Если хотите, можете потом предъявить претензии Семи Мирам.

- К дьяволу третий параграф! - прорычал Говорун, утираясь рукавом. - Готов пойти под трибунал, если потребуется!

Они по очереди соскользнули вниз по гладкому стволу и скрылись в лесу. Прежде, чем активно действовать, следовало собрать информацию.


Одежда у местных не отличалась особым разнообразием. Видимо, с естественными красителями на планете была напряженка, а химические - дороги или забыты. Мешковатые штаны, длинные куртки, трикотажные свитера и вязаные шапки - вся мужская одежда была серой или бурой. Редкие более дорогие и качественные модели - красно-коричневыми. Среди женских вещей встречались белые и бледно красные. Аким растерянно перебирал одежду на вешалках в местном супермаркете, расположенном на пересечении двух крупных автомагистралей. Магазин был, разумеется, закрыт на ночь, но двум разведчикам-диверсантам не составило труда справиться с замками и сигнализацией. Из живых людей в магазине не было даже самого захудалого сторожа. Продуктовые ряды Кир и Аким видели только мельком. Ассортимент не поражал воображение, но и пустых полок не было. Задержались мужчины в отделе игрушек. Суон долго держал в руках куклу: хорошенькую глазастую девочку в коротеньком беленьком сарафанчике. Судя по понятным универсальным числам и имея возможность сопоставить цены, игрушка была дорогой. Но качественной и красивой.

Акима опять затошнило. На этот раз от явственно ощущаемого перекоса: одним девочкам здесь покупали таких кукол. А другим отрезали головы. Потому что у них был Дар, и они не желали от него отказываться.

Кирим посадил игрушку на место, и расправил складочки на ткани. Правильно. Явных следов их пребывания в магазине не должно было остаться. А видеокамер здесь еще не было. По крайней мере, таких, чтобы установить их для наблюдения за торговыми залами. Как, впрочем, и электронных чипов на товаре, чтобы оплатить его на автоматической кассе-рамке. К каждой единице была приделана аккуратная бирка с напечатанным ценником. Каких-либо особых мер против воровства тоже не наблюдалось. Бери, что хочешь, прячь получше и выноси мимо будочки кассира. Но, видимо, поголовная честность была отличительной чертой жителей этой Забытой колонии. Может быть, потому что за кражу здесь тоже расстреливали, как и за отказ от инъекции.


- Ты не в том отделе себе одежду выбираешь, Кир! - поддел напарника Говорун. - Ты видел их фотографии? У них явные проблемы с генетикой! С твоим личиком тебя мигом сдадут в местные органы безопасности!

Дайлети повернул голову так, чтобы товарищ увидел шрам, пересекавший его правую щеку от угла рта до уха.

- Я знаю, что Вы и 'Вайрес' всегда мечтали одеть меня девочкой, капитан. Но и в этот раз обломитесь! Дайте-ка руку!

Он постоял пару минут с закрытыми глазами, прикасаясь к ладони Акима самыми кончиками пальцев, и на идеально гладком лице Дайлети, никогда не знавшем прикосновения бритвы, появилась трехдневная щетина. Сат изумленно вытаращил глаза.

- Раньше ты этого не умел!

- Сколько лет прошло, капитан? Должен же я был хоть чему-то за это время научиться? - криво ухмыльнулся Единый. И тут же почесал щеку. - Как вы с этим ходите?!

Говорун ничего ему не ответил и молча протянул вязаную шапочку, под которую Кир спрятал волосы. Настал черед Знака. С косметикой в магазине было туго. Имелись уходовые средства, а декоративные отсутствовали как класс. В ход пошел кусочек синтетической кожи из аптечки, входящей в стандартное спасательное снаряжение. Потом Асаи поправил воротник водолазки и завершил композицию шарфом. С глазами поделать ничего было нельзя, но яркое солнышко эту планету не жаловало, а в помещениях с искусственным освещением придется держать ухо востро и не сверкать вертикальными щелочками глаз, только и всего.

- Ты опознал язык? - поинтересовался Аким у товарища на выходе из супермаркета. Там они остановились напротив плакатов: черно-белых, но довольно впечатляющих. На двух огромных картинах два на четыре метра наглядно и письменно объяснялись различия между человеком и Дайлети, и перечислялись номера для связи в случае обнаружения одного из обладателей Дара.

- Это какая-то дикая смесь староземного английского и чего-то, отдаленно напоминающего санскрит, - поморщился Дайлети. - С вкраплениями южно-славянских языков. Из всей этой мешанины я знаю только английский, и вряд ли смогу помочь в случае переговоров.

- Будем надеяться, что твои соплеменники не забыли Синтру!

Слабенький сигнал передатчика застиг Кирима посреди людной городской площади. Дайлети вдруг споткнулся на ровном месте, ухватился за плечо своего бывшего командира, чтобы не упасть, и застыл, пытаясь сосредоточиться и разобрать хоть что-то из ответного сообщения Торна. Тот обещал быть на орбите этой планеты через семь суток, если выжмет из двигателей максимум, а по возвращении на Мирралин полностью их заменит. Устройство связи не передавало эмоции, а на таком расстоянии пропали и интонации. Принц Семи Миров уловил только голове текстовое сообщение, но даже по нему было понятно, что будь на то воля адмирал, он как минимум посадил бы наследника престола под домашний арест по возвращении. А как максимум, выпорол бы форменным ремнем.

Люди оглядывались на них, но не задерживались, не спрашивали, что случилось, и помощи не предлагали. С одной стороны это было хорошо для разведчиков, а с другой определенным образом характеризовало общественные порядки. Несколько часов наблюдений бывшим пилотам отряда 'Вайрес' хватило, чтобы определить политическое устройство единственного островного государства на планете как военную диктатуру. Они уже даже знали правящую верхушку в лицо и могли опознать высшие военные чины при встрече, а так же различали знаки на погонах у военных, и по внешнему виду человека могли причислить его к тому или иному классу. Низший составляли крестьяне, дальше шли рабочие, потом торговцы. Заправляли всем, как водится, люди с оружием.

- Всем оставаться на месте! - смысл команды, прозвучавшей из громкоговорителей, развешанных на стенах домов, окружавших площадь, был понятен без перевода. Все люди замерли там, где стояли, разом замолчав. Что странно, закрыл рот даже малыш, упавший с минуту назад на каменную мостовую и до того оглашавший площадь громким ревом. - Это стандартная проверка! Люди вокруг немного расслабились. А разведчики, наоборот, напряглись. Лицо Единого с Природой приобрело знакомое Акиму выражение, по которому можно было всегда понять: Кир закрылся, и никому не позволит теперь прочитать себя или ощутить Свет Дара. Говорун знал, что защиту молодого Дайлети не могли пробить даже его соплеменники, прожившие на свете не одну сотню лет. 'Вайрес' это когда-то на спор выясняли.

Сат осторожно покрутил головой, и вскоре увидел проверяющих: четверо рядовых солдат с автоматами, один офицер с нашивками майора, и второй - младший лейтенант. К поясу последнего и крепился конец цепи, тянувшейся от оков Единого с Природой. На этот раз - женщины, одетой в робу, едва достававшую до колен, и босой. Лицо Дайлети было почти полностью скрыто длинными спутанными волосами, совершенно седыми. Из-под них двумя угольками сверкали глаза.

Группа обходила собравшихся на площади горожан, двигаясь по спирали и медленно приближаясь к центру, где замерли, по примеру остальных, опустив головы, Аким и Кир. Женщина-ищейка прошла мимо, шаркая грязными босыми ступнями по камням. Остановился старший офицер. Он медленно вытащил из ножен саблю, приблизил ее кончик к подбородку Асаи и что-то потребовал. Тот поднял голову и равнодушно посмотрел майору в лицо.

Военный, не убирая оружия, повернулся к скованной Дайлети и что-то у нее спросил резким, не терпящим возражений тоном. Та вздрогнула, пригнула голову и тихо ответила. Майор схватил ее за волосы, подтянул к Кириму поближе и снова что-то потребовал. Женщина замотала головой так отчаянно, что Аким испугался, что ее тоненькая шейка не выдержит и сломается. Асаи продолжал смотреть прямо перед собой. Казалось, что происходящее его не касалось и ни капельки не трогало. Проверяющий отшвырнул свою ищейку с такой силой, что та упала в руки лейтенанта, едва не сбив парня с ног. Кончиком сабли майор заставил Кира повернуть голову сначала в одну сторону, потом в другую, долго разглядывал его шрам, а потом вдруг резко чиркнул лезвием по здоровой щеке. Разведчик зашипел от боли и вскинул руку к лицу.

Требование показать рану было понятно без перевода, и Суон отнял от щеки липкую от крови ладонь. Кровь из глубокого пореза ручьем текла ему на шарф, даже не думая останавливаться. Проверяющий ждал. Время шло.

Минута, другая, третья. Народ вокруг начал переминаться с ноги на ноги и даже тихонько перешептываться. Аким прикидывал, у кого из солдат отберет оружие, а кем прикроется от первых выстрелов. Но вот майор преувеличенно разочарованно вздохнул, сунул руку в нагрудный карман, швырнул Кириму под ноги несколько мятых купюр, пробормотав что-то вроде 'государство приносит свои извинения', и зашагал прочь, ловко бросив саблю в ножны и заложив руки за спину. Но, сделав от силы три шага прочь, вдруг снова замер, развернулся на каблуках и гаркнул что-то своему подчиненному. Младший лейтенант вернулся к подозрительным гражданам и требовательно вытянул руку. Документов, чтобы в нее вложить, у пришельцев из космоса не было. Защелкали передергиваемы затворы, отхлынула в стороны толпа.

- Ш'шааязз! - прошелестело в повисшей над площадью предгрозовой тишине. И несколько десятков людей, собравшихся в этот час на площади, замерли, словно играли в 'Море волнуется раз'. Застыл и майор, тараща преисполненные ненависти глаза на того, кто все-таки оказался Единым с Природой. Да еще каким! К своему стыду и ужасу Говорун вдруг осознал, что тоже не может и пальцем двинуть, только дышать и моргать. В этот момент Кир ткнул его в бок острым локтем, прошептал короткое 'Рьен!' и бросился бежать. Ноги сами понесли Сата следом.

Толпа очухалась, когда они были уже на окраине города, странно притихшего и пустого в этот не поздний еще час. Словно люди предпочитали не высовываться на улицу без особой на то необходимости. Разведчики неслись по широким улицам, надеясь скрыться в лесу, обступившем город со всех сторон, до того, как в воздух по тревоге поднимут вертолеты. Даже Сат отчетливо слышал тяжелые шаги бегущего в ногу отряда как минимум человек из двадцати.

- Не успеем! - выдохнул он, не сбивая дыхания.

- Не останавливайтесь, Говорун! - Кир на мгновение повернул голову, и Аким мог убедиться, что от раны на щеке не осталось и следа. Дайлети на бегу перекинул свой рюкзак вперед и уже доставал свой бластер и запасную батарею к нему. - Что бы ни случилось, не останавливайтесь! Я найду Вас!

Он плечом толкнул бывшего командира в подворотню и принялся быстро стаскивать с себя одежду и защитный комбинезон. Куртку он безжалостно кинул в лужу, ботинки засунул в рюкзак, сверху утрамбовал комбез, пихнул все вещи Сату в руки, и тому сразу же стало предельно ясно, что задумал Единый с Природой. Акиму не надо было рассказывать, что оставшись, он только помешает товарищу.

- Приберегите это для меня, - попросил Единый с Природой, натягивая штаны и водолазку. - Структура слишком сложная - боюсь, не повторю при обратном Изменении. Жалко терять. Туда, капитан, - Кир махнул рукой в сторону сквозного прохода через двор. - Там лес ближе всего к городу!

Говорун не стал тратить время на споры, молча кивнул, поудобнее навесил на себя второй рюкзак и побежал в указанном ему направлении. Вскоре за спиной послышались характерный сухой треск. Ему тут же ответили гораздо более оглушительные и частые очереди автоматического оружия. Говорун не раз мог убедиться, насколько Дайлети быстрее человека, и даже пару раз видел, как Асаи уходил от едва ли не в упор выпущенных сгустков плазмы. Но скорость и частота выстрелов местных автоматов была сравнима с аналогичными показателями подствольных орудий истребителей, от которых, как показывала печальная практика, Кир мог увернуться лишь в восьми случаях из десяти.

Где-то над головой воздух разрубали бешено вращающиеся лопасти вертолётных винтов, но Акиму они были уже не страшны: побуревшая, но все еще плотная листва хорошо скрывала его от преследователей сверху. Гораздо сильнее его волновали идущие по следу майор и его Дайлети-ищейка. К тому отряду, с которым столкнулся Кир, они не присоединились, умудрились обогнуть место короткой стычки, и теперь медленно, но верно Сата нагоняли, словно привязанные, явно преодолев часть расстояния не на своих двоих.

Говорун уже порядочно вымотался, но все его усвоенные в Академии и за время работы уловки не срабатывали. Дару Дайлети ему было нечего противопоставить. И Кир, как назло, куда-то запропастился.

Сат спрятал рюкзаки в кустах, из последних сил втащил свое порядком отяжелевшее тело на верхушку дерева, скромно притулившегося на краю широкой поляны, вытащил оружие и замер в напряженном ожидании. Руки от усталости подрагивали, и несколько раз пришлось рукавом утирать со лба пот, заливавший глаза. Но вот они показались: впереди, словно собака, на поводке, Единая. За ней - майор в окружении отделения солдат, вполне грамотно его прикрывавших. Но только не от выстрела сверху.

Говорун не мог похвастаться, что стреляет без промаха, как Дайлети. Но рука у него не дрогнула. Вот только маленькая и хрупкая Единая с Природой в последний момент как-то странно и неловко дернулась, и сгусток плазмы угодил не майору в сердце, а ей в лоб. Аким чертыхнулся, скатился по стволу вниз, обдирая живот и ладони, и помчался сквозь заросли прочь, петляя как заяц, и низко пригибаясь. Автоматные очереди взрывали мягкий лесной дерн то возле пяток, вынуждая еще наддать, то справа или слева, заставляя шарахаться. Во время одного из таких маневров Говорун все-таки споткнулся о корень и полетел вниз, к счастью, не просто на землю, а в глубокий овраг, по дну которого протекал мутный ледяной ручей. Вымокнув до нитки и измазавшись с головы до ног в грязи, на которую налипла прелая листва, Аким стал похож на сказочного лешего, о котором не раз рассказывал отряду Кир. В таком виде его и нашел товарищ несколькими километрами ниже по течению, где овраг плавно спускался к реке, неспешно несшей свои медно-красные воды с севера на юг. В отличие от бывшего командира, Единый с Природой был совершенно сухим и чистым, что не могло не вызвать у Говоруна острого приступа зависти. Даже на босые ноги грязь не налипла, словно Кир не шел, а летел по воздуху. Впрочем, скорее всего, так оно и было, и большую часть пути Кир проделал, изменившись.

Дайлети не стал комментировать внешний вид бывшего сослуживца, молча забрал у него свои вещи и побрел к кустарнику, за которым прятался спуск к реке. Впрочем, грязный рюкзак он надевать не стал, так и понес за лямки на некотором расстоянии от себя. Акиму захотелось в него чем-нибудь кинуть. И за это. И за то, что долго отсутствовал и потому заставил изрядно о себе поволноваться.

Новую опасность Дайлети заметил первым, скорее благодаря более острому слуху и зрению, чем Дару.

- Стоять, - приказал он Говоруну, резко выбросив в сторону правую руку. Какое-то время Аким любовался на зазубренный наконечник арбалетного болта, застывший в паре сантиметров от его левого глаза. Единый с Природой поймал стрелу, мчавшуюся со скоростью около девяноста метров в секунду, в полете. Поймал неудачно, потому что прежде чем остановиться, острие распороло ему ладонь и пальцы до костей.

Ветерок со странным выражением почти детской обиды на лице посмотрел на древко, зажатое в кулаке, и кровь, капающую на жухлую траву, медленно разжал пальцы, пошатнулся, сделал маленький шаг в сторону, чтобы сохранить равновесие, и, по-видимому, задел вторую растяжку. Потому что уже через секунду отлетел назад с точно таким же болтом в левом плече, пригвоздившем его к толстенному стволу, словно экзотическую бабочку к выставочному стенду.

Говорун метнулся к товарищу, не тратя времени на проверку кустов, из которых прилетела стрела. Если бы там был человек, Единый с Природой его бы почувствовал, и не угодил бы в ловушку.

Аким ухватился за все еще подрагивавшее древко, собираясь одним движением выдернуть его и из дерева, и из тела, но не тут-то было. Ее создатели позаботились, чтобы у Дайлети не получилось быстро избавиться от постороннего предмета и сбежать. Или измениться, если до этого не схватил дозу раниума.

- Судьба у Вас такая, капитан: весь день бегать, - шевельнул побелевшими от боли губами Асаи. - Сразу меня не убьют - захотят допросить. Придумаете что-нибудь, чтобы потом меня вытащить!

Говорун вздохнул, оглянулся, прикидывая, как далеко могут находиться остальные преследователи, и приставил дуло бластера к древку едва ли не вплотную к телу Дайлети.

- Я уже набегался! - пробормотал он и выстрелил. - А ты терпи, пилот!

Он крепок ухватил напарника за плечи и резко дернул на себя. Тот коротко вскрикнул и стал заваливаться на капитана. Аким закинул здоровую руку Кира себе на плечи, убрал бластер, снова подхватил два рюкзака и отступил под прикрытие кустарника. Дайлети больше висел на нем, чем шел, но оставался в сознании, что было немаловажно, если разведчики надеялись спастись. Земля шла под уклон, и вскоре они уперлись в берег реки. Немного ниже по течению нашлось и подходящее замшелое бревно. Сат усадил своего напарника у валуна, проследил, чтобы тот не завалился и не раздербанил себе плечо окончательно, и, поднапрягшись, столкнул ствол дерева в воду.

- Искупаемся, Ветерок!

Глазам высыпавших на берег реки солдат предстала пустынная гладь воды, да одинокая коряга, плывущая по течению. И ни следа беглецов. Размытых потеков крови на камне они не заметили.


- Почему кровь не останавливается, черт тебя дери, а, Ветерок?!

Аким впустую сотрясал воздух: товарищ потерял сознание еще в воде, которая хоть немного, но замедлила кровопотерю, потому что была не менее холодный, чем в ручье, но, казалось, высосала из Единого с Природой последние силы, а заодно и волю к сопротивлению. Тот полудохлой рыбиной лежал на сене, до синевы бледный и ледяной наощупь. Вся одежда обоих пилотов была живописно разложена на аккуратных снопах. Было жутко холодно, но как следует согреться можно было, только подпалив весь сарай вместе со всем его содержимым. Проще было сразу пойти и сдаться майору и его прихвостням. Стоило тогда мокнуть и мерзнуть....

- Да что ж за день такой сегодня! - он пнул свой рюкзак босой ногой и раскрыл выпавшую из него аптечку. Его взгляд упал на пузырек с синей жидкостью, и неприятная догадка кольнула разведчика сначала где-то в районе желудка, а потом и солнечного сплетения. - Вот зараза!

Аким щедро полил раскуроченное плечо товарища антисептиком, присыпал кровоостанавливающим порошком и залил рану биоклеем. Затем повторил все операции с ладонью Единого с Природой, бинтом зафиксировал Кириму руку и уложил его поудобней на заранее расстеленный спальник. Еще когда прятали скафандры, разведчики успели поспорить, стоит ли избавляться и от остального снаряжения, с головой выдававшего в них пришельцев с другой планеты. Уже в магазине они по настоянию Кирима заменили свои рюкзаки на местные, переложив в него все вещи. Как оказалось, не зря. Пригодилась даже аптечка, которую Аким при наличии в команде Единого с Природой полагал лишним грузом. Кто ж знал, что она в первую очередь самому Ветерку! Но того жизнь, похоже, отучила целиком и полностью полагаться исключительно на Дар.

Кое как обтерев руки сеном, Аким пристегнул к первому спальнику второй и поспешно забрался в добротное изделие Семи Миров, надеясь наконец-то согреться. Правда, поначалу он еще сильнее окоченел от соприкосновения с ледяным телом Единого с Природой, которого тоже колотило в ознобе, и потому довольно долго лязгал зубами с ним на пару. Постепенно высокотехнологичная термоткань все же помогла ему отогреться и поделиться теплом с раненным товарищем. В какой-то момент тот вздрогнул в полузабытьи и задергался, словно хотел отодвинуться, но потом опять затих и вскоре уснул. Аким с удовольствием бы к нему присоединился, но так и не позволил отяжелевшим векам окончательно сомкнуться. Пилоты были далеко еще не в безопасности.

Ветхий сарайчик стоял на краю поля, в достаточном отдалении от деревни, чтобы жители не сразу заметили вторжение. Долго здесь оставаться Сат не планировал: только до тех пор, пока действует раниум и Кир не может регенерировать. Всем свойственно ошибаться: Дайлети легко мог почувствовать человека, сидящего в засаде, мину или энергетическую ловушку. А обычную леску-растяжку и настороженный арбалет на свою беду пропустил.

Жители Забытой колонии очень хорошо изучили своих противников. У них было много-много лет, чтобы узнать все слабости Единых с Природой и обернуть их себе на пользу. Убедившись, что Единый с Природой дышит хоть и тяжело, но ровно, Аким выбрался из спальника и натянул сырую одежду, надеясь высушить ее на теле. Аким вышел на улицу, стараясь не скрипеть старыми заржавленными дверными петлями. Он собирался еще раз проверить окрестности, прежде чем позволить и себе отдохнуть хоть немного. На первый и на второй взгляд все было тихо. Но что-то не давало капитану Сату покоя. Он резко развернулся, вскидывая бластер, и получил рукоятью тяжелого пистолета в висок.


## Глава 10.


- Повторяю вопрос: кто вы и откуда?

Аким стоял на коленях на земляном полу вырытого в мягком грунте убежища. Над головой переплетались длинные корни, укрепляя покатый свод, а вокруг стояли Единые с Природой. Мужчины и женщины общим числом в чертову дюжину. Все были вооружены, и крайне агрессивно настроены. Руки Сату нещадно завернули за спину и умело связали локоть к локтю тонкой, но прочной веревкой. Ноги тоже не оставили без внимания, и разведчик чувствовал себя гусеницей в коконе. На виске запеклась кровь, противно стянув кожу. Голова раскалывалась, но никто из Дайлети не спешил к нему на помощь.

Синтру Говорун худо-бедно понимал, но говорить на ней не мог, и все его требования на интерлингве, показать ему живого и относительно невредимого товарища пропадали всуе. Его опять ударили. На этот раз прикладом длинного ружья в живот. Аким подумал, что сдохнуть от рук тех, кому собирался помочь, будет очень обидно. Особенно из-за такой малости, как языковой барьер. Надо было лучше слушать Кира, когда тот давал всем ребятам из эскадрильи уроки своего языка.

Дверь за спиной разведчика бесшумно открылась, обдав его вечерним сквознячком, и в землянку впихнули Кирима. Не связанного даже, а спеленатого по рукам и ногам, несмотря на рану. Разумеется, он полетел на пол, и, как назло, на левое плечо. Падение выбило из его груди воздух и глухой стон. Соплеменники тут же безжалостно вздернули его на колени, подхватив под локти. А когда Ветерок огрызнулся на Синтре, явно одарив сородичей крайне нелестным эпитетом, вмазали прикладов по зубам, едва снова не сбив с ног.

Сату резко расхотелось помогать кому-либо на этой планете.

- Кто такие? - снова прозвучал порядком надоевший Говоруну вопрос.

Кирим сплюнул на пол кровь и заговорил: медленно и разборчиво, чтобы друг его тоже понимал. Но очень язвительно:

- Гости из далекой-далекой галактики! Там Дайлети еще помнят Правила и чтут законы гостеприимства!

Ближайший к нему Единый снова хотел приласкать его прикладом за такие слова, но предводитель ему не позволил, предостерегающе вскинув руку. Это был худой, высокий мужчина с прямыми волосами, такими светлыми, что они казались седыми.

- Ты, правда, думаешь, что мы купимся на твою сказочку? - спросил он.

- Вы видели наши вещи и оружие. Они не принадлежат этому миру. И в моих словах нет лжи. Из всех присутствующих хотя бы Вы должны это чувствовать, Ас'тьехи! Последнего слова Аким не знал, но оно, видимо, означало вежливое обращение младшего к старшему.

- Может быть.... Все может быть, р'ятхар!

Прозвучавшее оскорбление заставило Кира побледнеть, но не отвернуться. И глаз он тоже не опустил.

- Развяжите нас! - потребовал Кирим: спокойно и уверенно, словно отказа не подразумевалось. Но на старого Дейлити слова не произвели сильного впечатления. Он только переступил с ноги на ногу и спросил:

- Как тебя зовут, р'ятхар?

Кир назвал свое старое имя, от которого успел порядком отвыкнуть до встречи с капитаном Сатом и этой планеты. В глазах предводителя Единых с Природой промелькнуло изумление, которое тот тут же попытался скрыть за оскорбительным вопросом:

- А не врешь?

Судя по изменившемуся лицу Ветерка, лучше бы старый Дайлети его ударил.

- Может, я и изгнанник, но свое имя помню.

- Ты, правда, прямой потомок Кая Асаи? Последнего из Сотни и Одного из Двенадцати Выживших? - вперед выступила черноволосая женщина, опуская нацеленный на разведчиков автомат. Теперь уже опешил Кирим.

- Вы его так здесь называете? - хмуро спросил он.

- Может, многие из нас и утратили Свет Дара, но нашу память мы храним бережно. Мы помним Сотню Первых, ставших Едиными с Природой, и по именам можем назвать тех, кто выжил после Битвы и стал родоначальниками Дайлети. Неужели там, среди звезд, об этом позабыли?

- Старейшие давным-давно решили, что не всем стоит об этом знать, - довольно обтекаемо выразился Кирим, и тут же сменил тему: - Я - сын Кая Асаи. Такой ответ вас устраивает? Со стуком разнокалиберное оружие попадало на пол. А следом повалились на колени и все Единые, включая самого старшего. Такой реакции на свои слова Кир явно не ожидал:

- Слишком резкий переход от оскорблений к поклонению, вы не находите? - прошипел он. - Развяжете нас теперь? Мы не враги вам! Мы случайно попали на эту планету из-за подпространственной аномалии.

Единые тут же подскочили к разведчикам и в четыре пары рук принялись их распутывать и поднимать на ноги.

- Будьте нашими гостями, пришельцы! Наш дом - ваш дом!

- Да неужели, - проворчал Говорун, поводя затекшими плечами. - А нельзя было сразу с этого начать?


Аким с наслаждением с головой опустился в наполненную горячей водой лохань. Вынырнув и несколько раз сморгнув попавшую в глаза влагу, он требовательно уставился на Дайлети, сидевшего на постели и расчесывавшего волосы деревянным гребешком с частыми зубцами.

- Почему они тебя слушаются?

- Потому что привыкли подчиняться более сильному, - болезненно скривился Кирим. - А мой Дар, к сожалению, превосходит по силе их всех, вместе взятых. И они это чувствуют.

- Почему, к сожалению? - не врубился Говорун.

- Потому что у местных Дайлети остались только крохи Дара. Столь жалкие, что в развитых мирах они будут во всем уступать даже шестилетним детям! Измениться могут едва ли десять процентов, капитан. Им будет очень тяжело адаптироваться. Они всегда будут чувствовать себя если не париями, то бедными родственниками, принимаемыми из жалости. Браков с ними не допустят Старейшие, чтобы не разбавлять кровь, и через несколько поколений они станут просто людьми, сохранившими тонкие черты лица и некоторую чувствительность к Природе. Не более того. Мне очень жаль их. Особенно потому, что я ничем им помочь не смогу. Мы пришли слишком поздно....

Кирим закончил возиться с волосами, откинул их за плечи, чтобы сохли, и поморщился. Дар возвращался к нему постепенно: местный раниум покидал тело медленно и неохотно, оставляя после себя мерзкое ощущение тяжелого похмелья. Дайлети чувствовал себя не в пример хуже, чем в тот раз, когда он с Росаной, еще в человеческом теле, дегустировал содержимое королевских погребов. Он с тоской посмотрел на порядком остывший травяной отвар, стоявший на столе, потом даже отважился его понюхать, сделал маленький глоток и снова скрылся за занавеской, где его опять вывернуло в ведро, стоявшее под примитивным умывальником.

Заглянувший несколько минут назад Старейший пояснил, что так бывает со всеми. Чем сильнее Дар и дольше воздействие раниума на организм, тем ярче проявляется постинтоксикационный синдром, а в случае постоянного употребления Единые с Природой сполна знакомятся и с абстинентным.

- Что будем делать? - спросил его Аким, когда бледный до зелени Дайлети вернулся.

- Дождемся 'Самарак', Вы свяжетесь со своими, сюда прибудет экспертная комиссия и мы переложим этот тяжкий груз на их плечи.

- Но формально-то эта планета - независимая колония. Вряд ли местное правительство будет счастливо принять у себя на орбите чужой флот....

- Власть - штука хрупкая и недолговечная, - многозначительно заметил Суон. Он медленно, стараясь не делать резких движений, наклонился за ботинками.

- Предлагаешь устроить переворот? - усмехнулся Говорун. Он бы отмокал еще долго, но вода уже остывала. А еще ему было неловко, что Единому с Природой пришлось при помощи Дара греть для него воду, любезно натасканную из колодца мальчишками. Тем более, что друг и без того паршиво себя чувствовал, но тем не менее предпочел очередное купание в студеной реке. Сат же полагал, что они оба наплескались в холодной воде на всю оставшуюся жизнь вперед, и искренне предложил Асаи погреться в горячей на пару. Тот покосился на бывшего командира так, словно засомневался в его психическом здоровье, и ответил, тщательно подбирая слова, чтобы отказ не вышел резким и обидным: 'Вы мне, конечно друг, капитан Сат, но не настолько близкий. Я и за спальник Вам более, чем признателен!'

Сат смущенно пробормотал извинения, хотя у него и в мыслях не было ничего 'такого'. Он давно не общался с Киром или его соплеменниками и подзабыл, насколько разборчивы были Единые с Природой в отношении тесных физических контактов без острой на то необходимости. А ведь в правилах общения с этим народом черным по белому были записаны рекомендации, никогда к Дайлети без разрешения не прикасаться. Даже руку не пожимать и по плечу не похлопывать.

Во время боевых операций и в полевых условиях, конечно, и спали порой вповалку, и мылись вдвоем под едва текущей струей еле теплой воды, и хватали друг друга, за что ни попадя, лишь бы отдернуть с траектории выстрела. Всякое бывало....И некоторое время спустя Асаи, разумеется, привык, что сослуживцы и в мирной жизни постоянно находились в тесном контакте друг с другом. Не сердился и не обижался, когда его брали за руку, чтобы показать что-нибудь интересное, снисходительно позволял потрепать себя по голове или шутливо ткнуть локтем в бок. Но сам чаще всего прикасался к товарищам только с целью исцеления, или когда ситуация не оставляла иного выбора.

Подобная отстраненность Единых с Природой прекрасно уживалась с тем, что тела своего они не стеснялись. Мужчины и женщины спокойно купались вместе, без ложной скромности переодевались перед посторонними, если выхода другого не было, и детей воспитывали так, что чужие гениталии не вызывали у тех ни особого интереса, ни брезгливости. Как руки или ноги, например. Что было, в общем-то, понятно, ведь большинству из них в последствии не раз приходилось исцелять. А в такие моменты чужой организм становился для Дайлети открытой книгой. Прикоснувшись к человеку, Кир мог сказать, что тот ел на завтрак, и как давно последний раз занимался сексом. А если это было недавно, то еще и уточнить, с кем именно.

Так и не дождавшись от товарища ответа, Сат выбрался из лохани, наскоро вытерся и влез в штаны. Как раз в этот момент в дверь вежливо постучали, и в комнату вплыла - по-другому выразиться было нельзя - девушка-Дайлети с тяжелым подносом. Ароматы горячей еды тут же заполнили всю комнату, и желудок Акима требовательно заурчал. Говорун с улыбкой отобрал у красотки поднос и даже сумел вспомнить, как на Синтре будет 'спасибо'.

- Киллиш'ш, - проговорил он. Девушка смущенно опустила глаза и пробормотала что-то вроде 'не стоит благодарности'.

Единая тут же ушла, на последок бросив на Кира короткий взгляд из-под ресниц. Тот вздохнул, покачал головой и отошел подальше от стола, борясь с искушением зажать нос рукой.

- Что, не нравится? - поддел друга Аким.

Тот коротко качнул головой и остановился у приоткрытой двери, чтобы дышать морозным утренним воздухом. От запаха овощного супа внутренности снова скрутил очередной спазм.

- А по-моему, девушка очень даже хороша, - с набитым ртом проговорил Аким.

- Она-то хороша, а не нравится мне, что ее ко мне прислали!

Сат подавился недожеванным корнеплодом и закашлялся.

- Как, прислали? Вы же никогда....

Он не договорил, посчитав излишним озвучивать прописные истины. Единые с Природой, действительно, никогда, ни при каких обстоятельствах не спали с теми, кто был им несимпатичен. Ни ради выгоды, ни из страха. 'Не противен и ладно' не служило для них ни критерием, ни оправданием. Если Дайлети сказал вам 'нет', уложить его в свою постель вы сможете только силой. И то, Единый скорее умрет или убьет, чем позволит вам это.

- В том то и дело, Аким, - грустно отозвался Ветерок. И повторил совсем тихо: - В том-то и дело....

Кирим вышел на улицу, не в силах больше выносить запах еды. И обсуждать с другом нравы местных Дайлети ему тоже не хотелось. А еще ему очень не понравились взгляды, что капитан Сат бросал на его спину, когда он переодевалс в любезно предоставленную хозяевами одежду. Если бы не обстоятельства, Дайлети бы не позволил ни ему, ни остальным увидеть шрамы. Ему не понравилось то, что он читал в ответном взгляде своего бывшего командира. Тот, как будто, сделал какие-то свои определенные выводы, и хотя ими с Киримом пока не поделился, они Единому с Природой заранее не нравились.

Он снова спустился к реке, по которой три часа назад их с Сатом на плоту привезли в это скрытое от посторонних глаз поселение. По обоим берегам реки на многие километры вокруг тянулась непроходимая чащоба, в которой хорошо себя чувствовали только дикие звери, да еще Дайлети, вырывшие в мягкой лесной почве землянки: сухие, просторные и очень уютные. Если вход был закрыт, то, даже стоя на крыше, можно было не понять, что под ногами у тебя - полноценное жилище: так искусно все было замаскировано мхом, травами и корнями.

Вода всегда помогала Кириму успокоиться и прийти в себя. Он в равной степени любил и бег быстрой горной речки, и спокойную гладь озера, и грозные волны бушующего океана, и мог часами сидеть на берегу и просто смотреть, даже не погружаясь в Слияние. В этот раз он прошел по длинной ветке приникшего почти к самой воде дерева и замер там, где сук еще выдерживал его вес. Река у него под ногами тут же забурлила и пошла пузырями. Вскоре на поверхность вынырнула громадная рыбина, в которой Дайлети с удивлением опознал сома. Завезенный еще со Старой земли речной хозяин был огромен и стар.

Кирим лег на ветку и опустил руку к воде, чтобы коснуться прохладной бесчешуйчатой кожи. Он погладил плоскую морду и напоследок провел пальцами по длиннющему усу. Сом потерся боком о его ладонь и вновь плавно нырнул в омут, не позволив себе окатить Единого с Природой водой. Суон погрузил кисть в воду и закрыл глаза, концентрируясь на своих ощущениях. Река была спокойна. Преследователи не выследили разведчиков. Не обнаружили убежище в лесу. Пока....

Но Кирим боялся, что это был лишь вопрос времени. И все меньше похожим на совпадение казался ему тот факт, что они именно сейчас нашли эту планету, нырнув в подпространство в оставленную поспешно сбежавшим Ангелом воронку. Все это больше напоминало очередной этап тщательно разработанного плана. И это Принцу Семи Миров совершенно не нравилось. Сейчас он очень жалел, что Тэор не был больше Смотрителем Храма Природы на Королевском острове. Потому что его, в отличие от Нимерис, Кирим бы с собой взял даже на территорию Чистых. И рыжий Дайлети смог бы привести 'Самарак' к планете гораздо быстрее. Промедление казалось Суону смерти подобным. Он не должен был находиться здесь. Ему нужно было скорее возвращаться на Мирралин, к Риврану и Росане, а не торчать опять на безызвестной отсталой планетке. К счастью, на этот раз он хотя бы успел сообщить адмиралу, где находится. И робко надеялся, что Торн не доложил пока Королю, что Принц в очередной раз исчез в неизвестном направлении.... Опасаясь атаки в космосе, они договорились не использовать стандартную связь во время полета, за исключением коротких сигналов, дающих Мирралину понять, что путешествие проходит в штатном режиме.

Однажды Кирим сам доказывал Риврану, что Дайлети не обладают даром предвиденья, однако сейчас его терзали неприятные предчувствия относительно этой планеты и всей ситуации в целом. Хотя, конечно, дело могло быть в банальной физиологии и связанном с ней отвратительном самочувствии. Он побыл еще немного на берегу, приводя чувства и мысли в порядок, а потом вернулся к выделенной ему и Акиму землянке, надеясь, что Сат уже поел, а запах еды выветрился. Но внутрь, к долгожданному и желанному одеялу так и не попал: Говорун был не один и отвлекался от проблем по-своему. Хмыкнув, Кирим пошел к общей землянке, надеясь, что там для него найдется тихий уголок. Конечно, Дайлети могли спать и голыми на снегу, но предпочитали все-таки уютную и чистую постель в теплом доме.


К вечеру Кирим уже выспался и достаточно отошел от раниума, чтобы наконец-то поесть и выдержать долгую и обстоятельную беседу со Старейшим. Его звали Раиф Рэм-эли Виттар, ему было 136 лет, и он являлся самым старым из ныне живущих на планете Дайлети. Кирим и Аким вкратце рассказали, что творилось за пределами колонии последнюю тысячу лет. Раиф в ответ поведал печальную историю Ллелеи, которая была одновременна и похожа на все другие рассказы колонистов, потерявших связь с 'большой землей', и отличалась от них в одной единственной, но весьма существенной детали.

Первые поселенцы благодатной с виду планеты заболевали от излучения местного светила. А Корабль-Улей был слишком сильно поврежден, чтобы следовать дальше. Нормально себя чувствовали только Единые с Природой. И их потомки. Так и получилось, что вскоре количество людей и Дайлети практически сравнялось. А затем люди приспособились. И тогда появился бета-раниум. И концентрационные лагеря. И Ищейки в оковах и ошейниках.

Сат поежился. Он не ощущал никакого дискомфорта под лучами этой звезды. Разве что жизнь виделась в каком-то мрачном свете. А потом до него дошло.

- Так вот почему здесь все такие пришибленные! - воскликнул он. Единые с Природой синхронно повернулись к нему и укоризненно качнули головами: белой и черной. Они были очень разными, и в то же время похожими. Только Раиф выглядел лет на сорок. А Кирима будут принимать за мальчишку до тех пор, пока он не наденет Белый плащ.

- Я нейтрализовал воздействие солнечной радиации на Ваш организм, капитан, - пояснил Асаи, не став переводить восклицание Говоруна на Синтру. - Но это даст только временный эффект. И что куда хуже, поведенческие паттерны со временем закрепляются. Поэтому чем раньше мы отсюда уберемся, тем меньше у Вас будет шансов вскрыть себе вены или сотворить с собой еще что-нибудь столь же гадкое и драматичное....

Им всем нужно было улетать с этой планеты, подальше от дьявольской звезды, которая всего-навсего уничтожала несколько химических соединений в организме людей. А итог Сат и Асаи видели своими глазами. И он им очень не нравился.

- Вы нам поможете? - спросил Рэм-эли в самом конце нелегкого разговора. Просто спросил, без мольбы и надрыва. Но за его словами стояла такая боль, что проигнорировать их Аким и Кир не могли. Они переглянулись, словно спрашивая друг у друга: 'Не передумал? Не отступишься?' и синхронно кивнули, больше себе, чем Старейшему.

- Мы не панацея от всех ваших бед и проблем, Ас'тьехи, - тут же добавил Кирим. - Как бы нам не хотелось, мы не сможем в одночасье изменить жизненный уклад, сформировавшийся здесь за тысячелетие изоляции. Но скоро сюда прилетят люди, которые всерьез смогут повлиять на ситуацию. Они начнут переговоры с официальными властями....

- Что?! - вскинулся Старейший. - С властями? С этими... Которые....

- Да, Ас'тьехи, - безжалостно перебил его Асаи. - Потому что так полагается поступить по закону. Но если к тому моменту, как здесь будет экспертная комиссия, власть перейдет в другие руки, у них не будет оснований, предъявлять какие бы то ни было претензии.

- Вы уже знаете, да? - поджав губы, мрачно спросил Раиф. - Знаете, что мы готовим переворот?

- Не трудно догадаться. Ваше поселение больше похоже на военный лагерь, чем на мирную деревню, пускай и спрятанную вдали от людей. У вас повсюду коробки с патронами, и с оружием бегают даже двенадцатилетние пацаны и девчонки. Они занимаются по утрам Дайкай и учатся применять Дар в качестве оружия. Я не одобряю этого, считаю, что вы сильно рискуете, и мой куда более опытный в этом отношении коллега целиком и полностью мое мнение разделяет, - Асаи перевел взгляд на Сата, и тот кивнул в подтверждение его слов. - И наш вам совет - подождать. Если диктатор Ханьши захочет помощи от Содружества и Семи Миров, он вынужден будет пойти нам на уступки и резко пересмотреть свою позицию в отношении обладающих Даром.

- Ты говорил, Кай-эли, что есть еще и третья сторона, - печально возразил беловолосый Дайлети. - Чистые Планеты, где Единые вне закона. Что, если Ханьши обратит свой взор именно на них? Разве ваши договоренности не предусматривают и их участия в процессе?

Кирим слишком сильно сжал глиняную кружку, что держал в руке, и та лопнула, осколками пропоров ему руку. Он в полголоса выругался и стряхнул на пол обломки и кровь. Его просто выбешивала незначительная на первый взгляд разница между Сидарусом и Ллелеей. Но если в первом случае на планете находились незаконно увезенные туда граждане Семи Миров и союзного СНМ, при условии запрета на рабство, подписанного тремя крупнейшими государствами в обитаемой Вселенной, то вторая была независимой колонией, на территорию которой никто не имел права вторгаться без официального согласия местного правительства. Что бы ни творилось тут, внизу.

- Вот, взгляните, - сделав вид, что не заметил произошедшего, Раиф разложил на столе карту, нарисованную от руки, но очень точно и во всех подробностях. Ее можно было вешать на стену как произведение искусства. Тем более странно и дико было следить за пальцами Дайлети, мелькавшими над ней, и указывавшими стратегически значимые объекты и направления планируемых атак. - Мы хотели уничтожить Лабораторию и освободить заключенных концлагеря в начале зимы, когда частые снегопады заметут следы и спрячут даже большую группу. Но теперь поторопимся....

- Не стоит, Раиф, - покачал головой Кирим.

Если что-то пойдет не так и власти поймут, что контролировать Единых с Природой они больше не могут, то очень быстро устранят угрозу. На их стороне армия и оружие, в том числе и массового поражения. Суон хорошо чувствовал дремлющую до поры до времени грозную силу боеголовок, упрятанных в подземных бункерах. Вряд ли Ханьши рискнет применить ядерные ракеты - остров был слишком мал, чтобы ударив по Дайлети, не навредить и людям. Но заключенным концлагеря хватит и обычных. Не говоря уже о танках и вертолетах. И десятках тысяч вымуштрованных солдат, готовых без раздумий стрелять в мужчин, женщин и детей, наделенных способностью прикоснуться к Природе.

- Когда здесь будет комиссия, я лично....

На этот раз Раиф перебил Кирима, вскинув руку.

- Не надо, Кай-эли. Я понимаю тебя. Ты не хочешь брать на себя ответственность за наши жизни, но это и не требуется. Просто сражайся за нас. На нашей стороне. Ты один стоишь всех нас и можешь....

- Я могу сделать так, что Ллелея вдруг прекратит свое вращение вокруг оси, - тихо проговорил Кир Асаи, глядя ему в глаза. - Могу поменять местами магнитные полюса планеты. - Он поднялся со своего места, не обрывая зрительного контакта со Старейшим, и тот, как загипнотизированный, встал вслед за ним. - Могу вызвать цунами, которое сметет столицу с лица земли, - продолжил Единый с Природой, чеканя каждое слово. - Но никогда этого не сделаю. И Вы знаете, почему, Ас'тьехи. Однажды я уже решил, что имею право вмешаться. И все закончилось тем, что живая планета едва не прекратила свое существование. Я не стану использовать Дар в качестве оружия. Мы с капитаном Сатом можем предложить вам свои навыки разведчиков и диверсантов. Но на этом все. И точка. Если лично Вас это не устраивает, Раиф, мы можем уйти, и просто подождать, когда за нами прилетят. Благо осталось не так уж и долго.

- Для меня будет честью сражаться с тобой рядом, Кай-эли, - опустил глаза беловолосый Дайлети. - Я не в праве требовать большего от тебя и твоего друга. Это не ваша война.


## Глава 11


- Хочешь знать, почему меня тогда перевели так внезапно? - отставив тарелку с надоевшим уже овощным супом, Сат откинулся на спинку стула.

- Я знаю, - дернул плечами Дайлети. - Вы получили очередное повышение, новое задание и особый статус.

Аким чуть не навернулся со стула.

- Откуда?...

- В Академии нас учили, с большим уважением относиться к Ламру Чимаре и ведомству, что он возглавляет, - пояснил Кирим свои слова. - Я могу с уверенностью заявить, что в этом случае наши инструкторы были как никогда правы....

- Черт, я ведь почти забыл, что ты теперь,... - Говорун не договорил, вскочил резко, подошел к Единому с Природой, навис над ним, как скала, и спросил: - Почему, Кир? Почему ты не вернулся? Чем они тебя прижали?!

- А я думал, мы о Вас говорим, майор Сат! - Суон голосом выделил звание своего бывшего командира. - Впрочем, скорее всего, по возвращении Вам присвоят полковника. Ведь Белые Листы быстро продвигаются по службе, не так ли?

- Хорошо, - Сат примирительно раскинул руки в стороны и отошел на расстояние, не нарушавшее личное пространство Дайлети. Он быстро справился с первоначальным удивлением. Он не предполагал, что Кир настолько широко информирован. Но раз признался в этом, значит, по-прежнему доверяет. И пойдет на контакт. - Ты меня раскусил. Я хотел поговорить именно о тебе, но начал неудачно. Ты уже давно не новичок и, разумеется, доверительная откровенность не прокатила. Но теперь я прямо тебя спрашиваю: как Кир Асаи превратился в Кирима Суона?

- Легким движением руки! - оскалился Ветерок. По здравому размышлению, стоило рассказать Сату ту отредактированную версию правды, что Кирим уже однажды поведал Мэйдину. Говорун был не из тех, кто останавливается на полпути. А еще он сам решал, что именно должно попасть в устный доклад руководству. И будет лучше, если про Ветерка Белый Лист и вовсе промолчит. Впрочем, Кирим опасался, что настолько далеко их с Сатом дружба не простирается. И заговорил, начав издалека и с наименее болезненной теперь темы.

- Вы слышали про вирус Сайто?

Разумеется, Говорун слышал об этой дряни, но понятия не имел, что в нейтральной зоне между Семи Мирами и СНМ могла затеряться планета, насквозь им пропитанная, и чтобы никто о ней не знал. Кое-кто очень постарался, стирая информацию из всех звездных архивов. И страшно было подумать, с какой именно целью это делалось. Определенно, имелись люди, мечтавшие возродить традиции эпохи Великой Чистки, когда Единых с Природой сотнями свозили на малопригодные для жизни планеты и убивали там. Или оставляли медленно умирать, не опасаясь Всплеска. Природа мстила за своих детей штормами, ураганами, землетрясениями и извержениями вулканов. А потом умирала с ними вместе, и после оставалась лишь безжизненная пустыня, где даже долгие-долгие годы спустя не росла даже трава. Поэтому от Дайлети предпочитали избавляться на расстоянии.

Сат слушал Ветерка очень внимательно. Ему предстояло вернуться на Сатару и уже новому шефу Разведуправления докладывать об успешности своей миссии. Новому, потому что старый оказался предателем. И, судя по рассказу Кира, предал Раев не только Ветерка, но и все человечество разом. Если все было на самом деле так, и куратор именно Ангелам продавал часть похищенных Единых с Природой и людей, то смерть его была, пожалуй, даже чересчур легкой для такого подонка. И теперь Сату еще острее захотелось попасть домой как можно скорее, потому что в глубине души крепло подозрение, что там выловили не всех тараканов, и на его долю тоже достанется. Кир был с ним целиком и полностью согласен. Именно возможность получить нож в спину от своих же была еще одной причиной, и дальше оставаться в Семи Мирах. Но лично для него решающим аргументом стало другое.

- Ангелы бросят все силы на то, чтобы заполучить Алдан, - подвел итог Ветерок. Рассказ у него получился больше похожим на отчет оперативника на задании, чем человека, случайно вовлеченного во все эти события. Впрочем, если речь шла о Кире Асаи, сыне Кая, Одного из Двенадцати Выживших, о случайности не могло быть и речи. - Мне нужно быть там. О возвращении в Содружество не может быть и речи.

Говорун выругался с досады. Отчасти, он Единого с Природой прекрасно понимал, и на его месте поступил бы так же. Но его другая половина - та, что была Белым Листом - агентом разведки с неограниченными полномочиями, вопила, что потерять такого оперативника, как Кир, Управление не должно. Что Ветерка нужно вернуть, во что бы то ни стало. Но сейчас на него давить не следовало.

- Делай как знаешь, - недовольно пробурчал Сат в ответ.

- В последнее время я все чаще мысленно возвращаюсь в то время, когда мы мотались по всем обитаемым мирам, выполняя один приказ Раева за другим. Тогда цель наших действий была мне предельно ясна, понятна и близка. Но теперь мне видится, что у многих из них было двойное дно. Помните, как тщательно меня расспрашивали по возвращении отряда с Алдана? Когда мы якобы щупали надежность охранных систем, установленных семипланетниками?

Говорун кивнул. Еще бы ему не помнить. С курсанта Асаи тогда вытрясли все, заставив чуть ли не поминутно описывать каждый свой шаг, свои ощущения и даже мысли в процессе прохождения защиты Эльзэдэ. Кое-кто из руководства даже настаивал на аппаратном гипнозе, но Сату удалось убедить их в избыточности подобного уровня допроса, учитывая идеальную память Единого с Природой и его полную и абсолютную лояльность.

- У меня есть основания полагать, что именно тот мой доклад лег в основу плана атаки на Алдан, осуществленной террористами. Тогда погибло очень много людей, Аким. Очень много....

Ветерок был настолько погружен в свои мысли, что сам не заметил, как назвал Сата по имени. Но Говорун не упустил возможности разрядить обстановку:

- Вот видишь, это не так уж и сложно, - усмехнулся он. - И звучит гораздо лучше чем 'капитан', и уж, тем более чем 'майор Сат'...

- Пожалуй, - Единый с Природой снова едва наметил улыбку, дернув уголком рта, и Говорун уцепился за эту возможность, заговорив быстро-быстро:

- Я уехал, бросив на тебя эскадрилью не только из-за нового назначения. Наши супер аналитики посчитали, что я слишком сильно ко всем вам привязался. Что отряд стал для меня чем-то большим, чем просто тщательно отобранными для службы в элитном подразделении пилотами. Вы стали для меня семьей. Наверху посчитали, что в таких условиях 'Вайрес' не может полноценно функционировать, и меня убрали. С повышением и новым назначением, но все-таки убрали. Может быть, именно потому, что я слишком много задавал Раеву вопросов о том, что, почему и зачем мы делаем.

- Вот видите, Аким, как мы с Вами похожи.... Я тоже оказался чересчур любопытен, и получил по носу, - Дайлети встал и повернулся к двери. - Впрочем, мы засиделись. Я прогуляюсь немного перед сном. И надеюсь, что на этот раз беспрепятственно смогу вернуться.... Говорун намек понял и опустил глаза. Ему было неудобно перед товарищем за вчерашнее.

- Не уходи! - он совершил очередное святотатство за вечер и ухватил Дайлети за рукав свитера. Тот вопросительно вскинул левую бровь, глядя на бывшего командира сверху вниз. - Если ты полетишь со мной домой, я устрою все так, что тебе и слова никто не скажет! Тебе вернут имя, звание и положение! Я смогу....

- Это будет бессмысленной тратой ресурсов, Аким, - покачал головой Кир. - Я попался конфедератам и засветился. И в любом случае не смогу работать... как раньше....

Он вроде бы плавно и очень медленно потянул руку на себя и вверх, но Сату стало вдруг совершенно ясно, что если он вот прямо сейчас пальцы не разожмет, они затрещат. И он выпустил ткань. Потом пришло понимание, что он отвлекся, и смысл слов, сказанных Ветерком, от него изначально ускользнул.

- Это как? - ошарашенно спросил он, несколько переварив услышанное.

- Очень просто, Аким, - со вздохом отозвался Кир. - На планете под названием Сидарус судьба свела меня с парой старых знакомых. Одним из них был Тинко Грэн. Он и оставил на память о себе эту отметину, - он повернул голову так, чтобы свет он масляных светильников четко обрисовал шрам на его правой щеке. - Его я убил. А вторым - полковник Ло. С ним все сложилось не так удачно....

Аким слышал про алориевые рудники Сидаруса и про желание Конфедерации прибрать их к рукам. Но местные Лорды свято блюли правило, никого чужого к себе не пускать, торговали исключительно через доверенных посредников и координаты планеты никому не сообщали. Чтобы они пригласили в гости флот Чистых, должно было случиться нечто экстраординарное. Например, Единый с Природой, с навыками Ветерка и его независимым характером, делающим его сосуществование с рабовладельцами невозможным.

- Твою мать,... - красноречие Говоруну опять отказало. Он смотрел на Асаи, и с того, как будто, слетала шелуха домыслов и гипотез, которые Аким построил вокруг него. Вглядываясь в лицо друга, Сат все больше хмурился. Теперь он хотя бы отчасти знал, почему Ветерок так изменился за то время, что они не виделись. И не только внешне. Но тот вдруг знакомо фыркнул и улыбнулся, хоть и несколько натянуто. И все же эта его попытка изобразить свойственные ему прежде эмоции на лице была самой успешной с момента их новой встречи.

- Какие бы ужасы Вы там себе не навоображали, Аким, это все неправда! - с легким упреком в голосе проговорил Кир. - Вы же сами мне твердили не раз, что Природа любит Дайлети! И что мы - невероятные везунчики. На Сидарусе я имел возможность в этом не единожды убедиться!

Он рассказал своему бывшему командиру все. От и до. То, что язык не поворачивался поведать Риврану, потому что они не были с ним достаточно близки для этого. То, от чего он берег Росану, любя и жалея. То, что он, скорее всего, рано или поздно выложил бы Тэору, если бы рыжий Дайлети был по-прежнему рядом. Но здесь и сейчас был Сат. И слова сами срывались с губ. И про то, как Кириму повезло, что Мэйдин выбрал именно тот день для внеочередной инспекции своего рудника. И про Джирана, готового защищать ученика даже ценой своей свободы. И про выстрел, так кстати оборвавший жизнь Лорда Лаади. И про очень вовремя вернувшийся на Состязании Дар.

Про Зару, ради встречи с которой Кирим прошел бы через все снова и снова.

Про Миту Кан и ее антидот к раниуму, ставший воистину волшебным спасительным эликсиром.

И даже про три ночи с Лордом, когда тот мог получить все, что хотел, и даже еще немного больше, но остановился, услышав тихое 'Не надо. Я не хочу'. А потом до утра мучил раба зубодробительным шифром, которым Лаади закодировал весь свой архив. На рассвете они заснули на одной постели, голова к голове, а между ними лежал наладонник, словно грань, которую Кирим не желал переступать, а Иштван уже не мог. Всю вторую ночь они играли в шахматы. На третью Лорд заставил Дайлети петь под гитару, пока тот не охрип. И больше ни разу не прикоснулся. И спас в Цитадели, хотя мог поступить проще и Кирима убить.

- Меня допрашивали трое суток, - отрешенно и почти равнодушно рассказывал Асаи, но Сат знал, какое слово скрывается под довольно нейтральным синонимом. - Сначала Лорды. Потом Ло. Он был изначально уверен, что я Ветерок. И, боюсь, мне не удалось убедить его в обратном....

- Ты им ни слова не сказал, - догадался Аким. Ну, разумеется: захлебываться криком и собственной кровью, но при этом молчать, мог только тот, кто прошел специальную подготовку. В школе Варранди, например.

- Меня видел в лицо весь офицерский состав двух звездных крейсеров Конфедерации, - признался Ветерок. - Несколько десятков рабов слышали, как меня называли Ветерком. И накрепко запомнили Дайлети-со-Шрамом. Я теперь даже в Семи Мирах не могу показаться со своей физиономией!

- Слухами земля полнится, - мрачно согласился Говорун. - А спину тебе Мэйдин разукрасил?

- Да, - нехотя отозвался Кирим и опять отвернулся. - В самом начале еще, когда Дара ни капли не было.

- Тебе повезло, что удалось сохранить и гибкость, и подвижность,- задумчиво проговорил Сат. - Я видел многих, кто после такого наказания оставался калекой на всю жизнь.

- Повезло, - согласился Кирим, против воли мысленно возвращаясь к болезненным воспоминаниям, - с учителем, который знал, как такое лечить, и как правильно восстанавливаться. Он мне спину сначала по кусочкам собрал, потом и бальзамом специальным по три раза в день мазал, и массаж делал.... Как вспомню, так вздрогну - у столба не так больно было, как под его руками! - голос Единого с Природой потеплел. Даже выражение лица изменилось. - Вы обязательно должны познакомиться с мастером Хиарамом, Аким! Он - удивительный человек!

- Хотелось бы! - Аким сладко потянулся и зевнул. Подушка, даже набитая простым сеном, казалась очень привлекательной и манящей. Ночь уже давно вступила в свои права, а они все сидели и говорили, почти как раньше: откровенно, свободно. Не оглядываясь на порт приписки.... - Только кто ж меня в Королевство пустит!

- А почему нет? - Дайлети потянул за свободный конец тесемки, собиравшей волосы в хвост, и тряхнул головой, рассыпая смоляные пряди по плечам. И снова взялся за гребешок, словив от бывшего командира очередную усмешку. Тот знал, зачем Единым с Природой длинные волосы, но все равно не упускал возможности Кира подразнить лишний раз. Но сейчас промолчал, не желая разрушать атмосферу. - Когда вернемся, сделаю Вам частное приглашение. Может, и выберетесь к нам в гости, взглянуть на все своими глазами. Слетаете на Ззурок, посмотрите Школу Тан. Поплаваете в океанах Варратиса. На лыжах в горах Вильма покатаетесь....

Аким помрачнел.

- Знаешь что, парень, - заговорил он тихо и угрожающе. Вообще-то, ему хотелось Киру как следует врезать. Но начать он все-таки решил со словесного внушения. - Был бы ты по-прежнему пилотом моей эскадрильи, я бы после таких речей тебя немедленно отстранил от всех полетов и операций! И отправил бы прямиком к старику Ольсену, на реабилитацию!

- С чего бы это? - обиделся Ветерок.

- А с того, что таким, как мы - кто постоянно жизнью своей рискует - нельзя под пули лезть с мечтой о том, что одна из них таки догонит! Потому что тогда наверняка такая найдется!

- Да я вовсе не...

- Молчи уже! - шикнул на него Говорун. - А то я не слышал твоих оговорок! Нормальный человек сказал бы: 'поплаваем и покатаемся'! А ты видимо....

- А я просто знаю, к чему все идет, Аким! - зло отозвался Единый с Природой. - Знаю, чем все закончится! И в связи с этим планы на будущее мне строить сложновато!

- Знает он! - передразнил товарища Говорун. Он надеялся, что поблизости от землянки никого не было, и этот разговор не стал достоянием чужых ушей. - Дурак! - хотелось сплюнуть на пол, но обижать гостеприимных хозяев не хотелось, и Аким передумал. - Если тебе что-то не нравится, найди в себе силы это изменить! Сложить лапки и сдохнуть ты успеешь всегда! Он много чего хотел еще сказать, но ощутил вдруг, как земля выскочила у него из под ног, а на голову с диким ревом обрушилось небо. Уже в падении до Акима дошло - убежище Единых с Природой атакуют ракетами 'земля-земля'.

- Здесь нельзя оставаться! - в ухо проорал ему Ветерок, вздергивая на ноги и направляя к выходу из землянки посреди пыли, обломков и язычков огня, уже начавших лизать деревянную мебель.

От лесенки наверх ничего не осталось, но вход частично обрушился, облегчив друзьям подъем. Видимо, Сата оглушило, потому что он видел яркую картинку, но совершенно ничего не слышал: ни криков людей, ни взрывов, ни треска пламени. Ноги сами несли его в лес, подальше от объекта, подвергнувшегося бомбежке. В какой-то момент он понял, что Кира рядом больше нет, остановился и оглянулся.

Единый с Природой стоял посреди творящегося хаоса со вздернутой вверх рукой. Сат не мог видеть, что он сжимает в кулаке, но он и так это доподлинно знал.

Жезл Эльзэдэ.

Аким проследил взглядом направление и успел заметить, как высоко в небе вспухают огненные цветы не долетевших до цели ракет. Боеголовки взрывались в воздухе на такой высоте, где человеческому взгляду было их даже не уловить, не то чтобы выцелить. Но Дайлети справлялся, и его соплеменники получили возможность выбраться из рушившихся им на головы землянок и отбежать на безопасное расстояние.

А потом поднялась снежная буря. Такой Аким давно не видел. Может быть, даже никогда, разве что на Алдане. Под ее прикрытием Единые с Природой уходили все дальше и дальше в лес, прочь от отряда зачистки, который должен был стать следующим этапом уничтожения противника поле бомбардировки. Они уходили практически с пустыми руками: мало кому удалось схватить даже те вещи, что стояли собранными наготове, как раз на случай поспешного бегства. Полуодетые, босые, обожжённые и окровавленные. Уходили, не оглядываясь, взяв на руки маленьких детей.

Аким брел среди них, спотыкаясь в темноте о камни и корни и стараясь не потерять из виду спину впереди идущего. Вскоре его опять догнал Кирим и зашагал рядом. Не останавливаясь, он привычно пихнул товарищу в руки рюкзак со своими вещами и потянул через голову свитер, прожженный в нескольких местах. Хранившую тепло его тела вещь он отдал женщине, что прижимала к груди младенца. Та кивнула благодарно и укутала малыша поверх тонкой пеленки.

Там, где шли Единые с Природой, бури не было, только медленно падали редкие снежинки. Они таяли на лицах и телах беглецов, лишенных последнего приюта, и превращались в горькие невыплаканные слезы. Дайлети без остановки шли всю ночь, передавая с рук на руки уставших и спящих детей, а также немногочисленные пожитки. Шли молча, без жалоб и причитаний, не разговаривая друг с другом, только переглядываясь. И в этих коротких мимолетных взглядах Аким читал немой вопрос: 'Это конец?'

По соленому ветру, бившему в лицо, Говорун догадался, что идут они к океану. Плато, покрытое лесом, обрывалось к воде отвесной скалой, отделенной от накатывавших на берег волн узкой полоской пляжа. Единые с Природой остановились и попадали на мокрую землю, покрытую мхом и прелыми листьями. Даже привыкший к долгим марш-броскам и подобным передрягам Говорун и тот чувствовал, что выбился из сил и не сделает больше ни шага, даже если его буду прямо сейчас убивать.

- Мне страшно, мамочка, - долетел до него тихий детский голосок.

Ответа Аким не услышал, но был уверен, что ничего утешительного женщина своему ребенку сказать не смогла. Вдвоем с Киром Говорун ушел бы в лес, и местные не отыскали бы их там: что с собаками, что без, до Второго пришествия. Но Единых с Природой было почти три десятка. Долго ли они смогут укрываться от армии диктатора, отправленной на их поиски?

Если бы речь шла о людях, Сат бы сказал, что им точно конец. Остаться в преддверии зимы без крова, запасов еды и одежды - верная смерть. Но Дайлети не боятся холода так, как люди, дольше могут обходиться без пищи и воды, и смогут ночевать даже в одной норе с хищным зверем. Но если их как зверей будут преследовать и травить, рано или поздно кто-нибудь ошибется и попадется. В отличие от Единых с Природой, власти обладали практически неограниченными ресурсами и запасом времени. И постепенно всех беглецов однозначно переловят.

Кирим сидел на земле, скрестив ноги, и перебирал содержимое своего рюкзака. В одну сторону он отложил пищевые брикеты из НЗ и аптечку. В другую - защитный комбинезон и жезл Эльзэдэ. Невзрачная палочка с кристаллом, сейчас неактивным, а потому казавшимся серым, не производила грозного впечатления, больше напоминая детскую игрушку, чем оружие. Посчитав в уме дни, оставшиеся до прилета крейсера Семи Миров, Сат присоединил к скромным запасам и несколько своих плиток концентрата. Кирим молча ему кивнул, сгреб еду и понес ее Старейшему, занимавшемуся перераспределением ресурсов среди нуждающихся. Накормили только детей и женщину с грудным ребенком на руках. Протянули плитку и Акиму, как единственному человеку среди Единых с Природой, но тот покачал головой. Он не отличался бездумным альтруизмом и оставил себе запас еды. Да и есть сейчас не хотелось совершенно: только упасть где-нибудь под кустом и уснуть.

Но Дайлети не стали долго рассиживаться и минут через двадцать снова поднялись, чтобы в лучах серого морозного рассвета спуститься по расщелине к воде и упрямо идти дальше вдоль кромки воды, постоянно тревожно вглядываясь в горизонт: не видно ли катеров береговой охраны, посланной на их поиски.

Кирим поравнялся с Раифом и о чем-то того тихо спросил. Старейший ответил неохотно, почти огрызнулся. Но Суон был не из тех, кого можно было отшить нелюбезным ответом. Он лишь настойчиво повторил свой вопрос, для верности заступив Виттару дорогу. И тот сдался: пробормотал что-то себе под нос, отвернулся и... показалось ли Акиму или Ас'тьехи заплакал?

- И что это было? - поинтересовался у товарища Говорун.

Оказалось, что Кир узнавал у Старейшего про тех, кого во время бомбёжки не было в землянках или поблизости. Кто уходил и не вернулся. Или просто долгое время отсутствовал.

- Раиф еще до нашего появления поссорился со своим сыном, Риком. И тот ушел, не довольный необходимостью прятаться и скрываться, - Кирим за плечо придержал Сата, поскользнувшегося на мокром камне, и только благодаря этому Аким не искупался очередной раз в ледяной воде. - Мальчишка не вернулся, и я подозреваю, что он получил свою возможность сразиться с солдатами Ханьши. И проиграл.

Скорее всего, Раиф больше сына не увидит. А диктатор вскоре получит то, к чему давно стремился: полный контроль над владеющими Даром. Беглецов ждала либо смерть, либо барак в концлагере. И Сат не знал, был ли какой-нибудь из этих вариантов наиболее предпочтителен.


Единые с Природой ловко карабкались по отвесной скале к темному отверстию в десятке метров над пляжем и по очереди исчезали в гроте. Легкий с виду подъем, который одолели даже дети, Акиму дался тяжело. Пару раз ему казалось, что он сорвется вниз и в лучшем случае придется начинать все с начала, а в худшем - он свернет себе шею. Сейчас он завидовал ловкости Кира, забиравшегося наверх гораздо быстрее, да еще с малышом на спине, державшемся за рюкзак с цепкостью обезьянки. В гроте было на удивление сухо и намного теплее, чем снаружи. Только очень - очень тесно.

- Отойдите! - хмуро попросил Кирим, оттеснив соплеменников от дальней стены. В его руке снова появился жезл Эльзэдэ. Суон ненадолго прикрыл глаза, настраиваясь на оружие, и позволил невидимому сгустку энергии вырваться на волю. Без единого звука пещера увеличилась почти вдвое. Кусок скалы просто исчез, растворившись в пустоте.

Единые с Природой ахнули и отступили еще на шаг. Лицо Старейшего, и без того далеко не радостное, помрачнело еще больше.

- Ты мог бы использовать это оружие для борьбы с армией диктатора! - упрекнул он Суона. - И нам бы не пришлось сейчас бежать и прятаться.

- Мы уже говорили с Вами на эту тему, Ас'тьехи, - невозмутимо отозвался Ветерок. - С тех пор ничего не изменилось. Устраивайтесь, - сменил он тему, видя, что Раиф собирается завалить его не то потоком упреков, не то очередными доводами. - Я скоро вернусь!

Аким остановил его у самого выхода.

- Хотя бы я могу узнать, что ты задумал?

- Слетаю на разведку. Хочу своими глазами взглянуть на Лабораторию. Подержишь?

Он пихнул Сату в руку жезл и позволил дымке Изменения окутать тело. Большие крылья ударили воздух, когти царапнули пальцы Акима, заставляя выпустить Эльзэдэ, и крупная птица с изогнутым клювом понеслась над волнами океана все дальше и дальше, сжимая в лапах жезл. Ее провожало множество взглядов: в некоторых из них светилась надежда, в других - тускло поблескивал затаенный страх. Аким же не чувствовал ничего, кроме бесконечной усталости.


## Глава 12


Кирим стоял на маленьком клочке суши посреди бушующего океана. Это был не остров даже, а просто каменный палец, пробивший толщу воды навстречу тусклому зимнему солнцу. Дайлети, щурясь, смотрел на отмель. Там, под стометровой толщей воды покоился древний корабль, принесший первых колонистов на Ллелею. На поверхность выступал только небольшой кусочек верхнего борта, переоборудованный в вертолетную площадку. Громадный Улей уже был не способен взлететь, но по-прежнему служил убежищем и укрытием. И хранилищем не потерянных еще технологий, что однажды позволили человечеству сбежать с гибнущей Земли.

Где еще могли производить бета-раниум?

Явно не на заводах, большая часть которых работала на оборонную промышленность. И сиротами-приживалами смотрелись при них крохотные цеха, призванные обеспечивать каждодневные нужды населения.

Кирим закрыл глаза, сливаясь с Природой. Он чувствовал корпус корабля, его отсеки, людей, что сновали туда-сюда по уцелевшим палубам. И кое-что еще. Дайлети сделал несколько глубоких вдохов и выдохов и прыгнул со скалы в воду, сразу уходя на приличную глубину. Он мог задержать дыхание на шесть-десять минут и надеялся, что этого хватит, чтобы открыть один из шлюзов и проникнуть на борт.

Он всегда умел трезво оценивать свои способности, не ошибся и в этот раз. Правда, какое-то время он все же полежал на влажном и холодном полу шлюза, из которого ушла вода, чтобы восстановить дыхание и силы. Еще пару минут он потратил на просушивание одежды - он не планировал оставлять за собой мокрые следы.

Большинство нижних отсеков были сильно повреждены, некоторые по-прежнему затоплены, и Единому с Природой пришлось изрядно поплутать, прежде чем он добрался до обитаемых уровней корабля.

Он увидел все: и сами производственный лаборатории, и склады, где хранился бета-раниум, и жилые помещения персонала.

А еще тело молодого Дайлети, очень похожего на Раифа. Вернее, когда-то похожего, а сейчас их роднили только белые волосы. Мальчика пытали: долго и страшно. Кирим словно в зеркало глянул: наверное, таким его увидел Мэйдин, когда зашел в камеру Цитадели. Только Иштван успел вовремя, а Суон опоздал.

Эти звери даже глаза Рику не закрыли. И не отвязали. Мальчик смотрел на серый ребристый потолок, и на его лице застыло выражение, в котором смешались боль, отчаяние и стыд от того, что не сумел промолчать.

В шестнадцать Кир Асаи тоже бы не сумел....

Особый закрытый отсек, где в биокапсулах плавали результаты экспериментов, Кирим оставил напоследок. Сейчас никого из Ангелов не было поблизости, но остро и болезненно ощущались следы их недавнего и неявного присутствия. Они не проявлялись здесь целиком, чтобы не нарушать работу аппаратуры, но с персоналом, определенно, общались. Теперь Кирим воочию увидел, что означает выражение 'безумный ученый'.

На его глазах один из людей в белых халатах подошел к капсуле, считал с экрана показатели, скорбно покачал головой и нажал неприметную кнопку сбоку. Цвет жидкости, в которой плавало тело мужского пола, сменился с голубого на серый. И оно задергалось, заживо разлагаемое кислотой. Потом открылся клапан снизу, и вся биомасса слилась, оставив капсулу идеально чистой и пригодной для повторного использования.

Кирим сглотнул подступившую к горлу горечь и отступил в тень, чтобы остаться незамеченным вновь пришедшими в лабораторию людьми. Тут же ему зажали рукой рот и втащили в боковое ответвление коридора.

- Плохо, Ветерок! Очень плохо! - прошипел ему в ухо знакомый голос. - Раньше мне редко удавалось так к тебе подобраться!

Кирим досадливо дернул плечами, и Сат его выпустил.

- Как Вы тут оказались?

Они вдвоем скрылись в складском помещении, где в коробках и контейнерах хранилось все необходимое для экспериментов.

- Да проще простого! - отмахнулся разведчик. - Помахал руками пролетавшему мимо вертолету, они сели, мы пообщались, и добрые граждане любезно согласились уступить мне место в кабине. Потом я просмотрел полетные карты. Полчаса полета - и я здесь. И очень хочу знать, почему ты не предложил мне такого варианта, а просто-напросто бросил меня, а, напарник?

Он схватил Единого с Природой за плечо и прижал к стене. Тот не стал сопротивляться и вырываться: ждал, когда злость схлынет с бывшего командира и тот осознает, что так вести себя не стоит. Аким, и вправду, очень быстро убрал руку, отступил и прислонился спиной к нагромождению ящиков в ожидании ответа.

- Потому что не хотел, чтобы ты это видел, - прямо ответил ему Дайлети. И на этот раз 'ты' получилось легко и естественно.

- Это и ежу понятно! - сквозь зубы процедил Говорун. - Дружба дружбой, а табачок врозь, так получается?

Это выражение Аким подцепил у самого Кира, и теперь фраза прозвучала двойным упреком.

- Нет, Говорун, - качнул головой Единый с Природой. - Я оставил тебя в пещере не потому, что ты - представитель разведки СНМ. А потому что дорожу нашей дружбой. И мне не хотелось бы ее лишиться....

- Ну, знаешь что,... - еще больше насупился Говорун. Он засунул руки в карманы местной военной формы, определенно снятой с одного из пилотов того самого вертолета. - Это еще обидней! Ты, правда, думаешь, что я стану теперь как-то иначе к тебе относится?

Да, Аким доподлинно узнал, что Единые с Природой были созданиями Ангелов. Что Они слепили Дайлети не людям в помощь, а в попытках обосноваться в изменившемся мире, ставшем для Них непригодным. Что отводили им роль прислужников и посредников между людьми и Богами, которыми хотели стать. Что Их целью было идеальное вместилище для энергетической сущности. И что Они по-прежнему продолжали свои эксперименты, не желая сдаваться после первой роковой неудачи. Потому что знал он и другое: много-много лет назад Сотня Единых с Природой, которых в то время так еще не называли, взбунтовалась против своих Создателей. Дайлети выбрали сторону людей и заперли Ангелов в Их измерении, гибнувшем и Их убивающем. После битвы, которую Дайлети старательно стирали из своей и людской памяти, от Сотни осталось только Двенадцать. И что одним из них был Кай, отец Кира.

Кира, очень быстро ставшего в 'Вайрес' своим. Потому что не отворачивался, когда была нужна помощь, и не жаловался, отдавая последнее: Дар, кровь, каплю питьевой воды.... Потому что его так учили. И он считал, что только так - правильно. Кем бы их ни сделали Ангелы, Дайлети выбрали для себя другой путь. И строго ему следовали. И детей своих так же воспитывали.

- Дурачок ты, Кир, - покачал головой Говорун. И протянул товарищу руку. Тот пожал ее не сразу, но крепко и уверенно.

- Вот и славно, - подвел итог белый Лист. - А теперь вали отсюда!

- Что? - изумленно вскинул брови Дайлети.

- Что слышал! - сказал ему бывший командир. - Я собираюсь взорвать тут все к чертовой бабушке. И хочу, чтобы ты был в этот момент как можно дальше отсюда, потому что здесь столько раниума, что, сам понимаешь....

- И как?

- Перегружу реактор, - просто ответил Говорун. - И всего делов!

- И? - не отстал от него Дайлети.

- И постараюсь убраться тем же способом, каким здесь и оказался!

- Ты это мне говоришь? - теперь уже Кирим толкнул товарища в грудь рукой, отбрасывая к стене. - Я что, считать не умею?

- Тебе ли не знать, Ветерок, что бывают моменты, когда приходится чем-то пожертвовать.

- Или кем-то, да, Говорун? Но раньше мы как-то справлялись без этих крайностей!

- И тем не менее....

- Тем не менее, держи! - Кирим сунул жезл Эльзэдэ Сату в руку. - Эта штуковина генерирует мощное защитное поле. И управлять ею может даже не-Дайлети. Попробуй! Аким некоторое время таращился на коротенькую толстую палочку, а потом все же спросил:

- Как она работает?

- Сконцентрируйся на том, что хочешь получить. Зрительно представь себе это. Не углубляйся в подробности вроде вычисления необходимой мощности. Просто думай о результате, которого хочешь добиться. Давай, попробуй!

Аким зажмурился.

Ничего не произошло.

- Жезлу не надо знать, какой мощности будет взрыв. Достаточно, что ты себе это представляешь. Еще раз, Говорун!

С десятого или двадцатого раза Сат скрылся за непроницаемым энергетическим экраном.

- Вот и отлично, - похвалил бывшего командира Ветерок. Я подниму вертолет в воздух и подберу тебя, когда все закончится. Не вздумай меня разочаровать, командир!


Сверху это было даже красиво. Поверхность воды вдруг набухла огромным пузырем, а потом тот лопнул. Кирим не очень хорошо рассчитал безопасное расстояние, и ему стоило большого труда удержать вертолет в воздухе. Но он выровнял машину и нырнул в Слияние. Ему нужно было убедиться, что где-то там, в недрах хаоса, по-прежнему горит искорка жизни небезразличного ему человека.

А паров бета-раниума он все-таки наглотался, когда сунулся вытаскивать Говоруна, и опять блевал в кустах полночи, слушая приглушенный матерок Сата, распекавшего его на все лады. Но это было привычно и даже немного скрашивало неприятные часы.

Потом была операция по освобождению заключенных концентрационного лагеря. И штурм резиденции диктатора Ханьши. И полевой госпиталь, общий для людей и Дайлети. Если и был шанс вернуть на Ллелею равновесие, то реализовывать его стоило с самого начала.

Сат наблюдал за Киром, сидя на сложенных горкой матах в спортивном зале местной школы, переоборудованном в полевой госпиталь. Асаи ходил между раненными, лежавшими ровными рядами, очень близко друг к другу: люди и Дайлети, все вперемешку, одинаково окровавленные и страдающие. И на Единого с Природой, дарившего им исцеляющее прикосновение, они тоже смотрели с одинаковой благодарностью. И Аким ненадолго поверил, что все на Ллелее будет хорошо.

С улицы, от полевой кухни, сквозь приоткрытую дверь доносился аппетитный аромат, будоражащий желудок. Воздух не пах больше гарью, а земля не сотрясалась от взрывов. Было тепло и сухо. И только в душе поселился неприятный холодок. Крохотный, но все-таки ощутимый. Через сорок восемь часов адмирал Торн прислал за разведчиками шаттл. Поднявшись на борт, Говорун увидел Рохосов и привычно кивнул им, как старым знакомым. Он упал в кресло позади пилота и устало закрыл глаза.

Штурм правительственного квартала и особенно резиденции диктатора выдался утомительным. И, чего уж греха таить, не удался бы вовсе, если бы не помощь Кирима. За те шесть с лишним лет, что они не работали вместе, Дайлети сильно развил данные ему от Природы способности. Или перестал их скрывать, подумалось вдруг Говоруну. Потому что шарахнуть по зданию молнией так, чтобы снести пол крыши, Единый раньше не умел. И чтобы порывом ветра перевернуть тяжеленную бронемашину - такого Аким тоже прежде за ним не замечал. И на лечение раненых Кирим тратил теперь гораздо меньше времени.

Но уходил Говорун с тяжелым сердцем. Слишком хрупким было то равновесие, что временно установилось на единственном на планете крупном куске суши, со всех сторон омываемом бурным океаном. Слишком ненадежно все было. Зыбко. Аким хотел остаться и помочь в переговорах, но Кирим убедил его хотя бы подняться на борт крейсера, чтобы связаться со своими напрямую, а не ждать, когда СНМ ответит Семи Мирам по дипломатическим каналам. Говорун согласился. Кто же мог знать, что все так закончится?

Шаттл подлетал к границе системы, где ждал флагманский корабль, когда Кир вдруг резко застыл, сжав пальцами спинку кресла, и скорее выдохнул, чем сказал:

- В подпространство, быстро! Передайте на 'Самарак'....

Он не договорил, упал на колени, сжимая голову руками и закричал.

Аким никогда не слышал, чтобы Ветерок так кричал. И не желал хотя бы представить себе ту боль, что Единый с Природой ощутил в тот момент, когда солнце Ллелеи вдруг превратилось в сверхновую, уничтожая все и вся вокруг. Отголоски взрыва донеслись даже в подпространство, сделав пребывание в нем небезопасным. Тем не менее, на флагмане вовремя успели зафиксировать резкий скачек энергии, и корабль спасли, отведя подальше от системы. 'Самарак' принял шаттл с двумя разведчиками и тремя Рохосами на борт три часа спустя, когда Кир уже немного отошел от пережитого шока и мог передвигаться на своих двоих, не слишком заметно шатаясь. Их не встречали, и до каюты Сата они добирались сами, даже Рохосы потерялись где-то по дороге.

Говорун развалился в кресле, вытянув ноги и не выпуская из рук пол литровую бутылку с Гримнольским ромом, которую притащил откуда-то Кир. Аким сделал из нее от силы пару глотков, допивать пока не собирался, но и расстаться с ней был не в силах.

Дайлети сидел в кресле, сильно откинувшись на спинку и запрокинув голову. Он тер пальцами виски - его очень сильно приложило эхом от гибели планеты и до сих пор до конца не отпустило.

- Что же мы наделали, Аким? - спросил товарища Асаи.

- Мы не могли предугадать такой исход, Кир. Это не наша вина.

- Нет, наша! - возразил ему Ветерок. Говорун вздохнул. - Мы решили, что стоим выше закона. Вы, со своими неограниченными полномочиями.... И я... со своими..., - горько продолжал Единый с Природой, не заметив, как подобрался Сат. - Мы должны были четко соблюдать третий параграф Соглашения по Забытым Колониям. И ни во что ни вмешиваться. Если бы мы спокойно дождались экспертной комиссии, ничего бы этого не было.

- Ты, правда, в это веришь? Ангелы в любом случае замели бы следы, как только поняли, что раскрыты.

- Я должен был другое понять, Аким! - Дайлети вскочил и принялся нервно расхаживать по каюте. - Еще, как только мы так неудачно приземлились! Это было разлито в воздухе!

- Что, Кир?

Ветерок даже не стал обращать внимание Акима на то, что тот опять назвал его старым именем. Ему было не до мелочей, как и тогда, на планете. Во время первой атаки на концентрационный лагерь они словно вернулись в прошлое. Легко вспомнили все команды и условные знаки, которые были приняты в отряде, действовали слаженно и согласованно, не пользуясь переговорными устройствами. Снова окликали друг друга при необходимости одними лишь кодовыми именами. Прикрывали один другого, поддерживали огнем. Стояли спина к спине, зажатые между двумя вынырнувшими из-за холмов бронемашинами.

А теперь что-то как будто сломалось....

- Их присутствие, Аким! Незримое, но очевидное!....

Единый с Природой снова упал в кресло, требовательно протянул к Акиму руку, сделал глоток из вложенной в нее бутылки, поморщился, вернул ром товарищу и опять вскочил, не найдя успокоения в алкоголе.

- Не мельтеши! Сядь, - попросил его Сат. Ему и самому было тошно.

- Что будешь докладывать начальству? - безропотно подчинившись, что было для него не характерно, спросил Асаи у Акима. - Подозреваю, что отчеты ты по-прежнему не пишешь?

- Не пишу, - согласился Говорун и, наконец, поставил бутылку на столик. - Я скажу, что мы стали свидетелями военного переворота и последующего применения оружия массового поражения одной из конфликтующих сторон. Кому положено, узнают про Ангелов.

- Как обтекаемо, - проронил Кир и потянулся к мелодично пиликнувшему наладоннику. Говорун пожал плечами. Ему не впервой было составлять такие отчеты.

Одно из сообщений на экране явно Единого не обрадовало.

- Мне нужно идти, - проговорил он, как будто бы извиняясь. И уже в дверях задумчиво добавил: - С другой стороны даже хорошо, что там ничего не уцелело....

- Да, - согласился с ним Сат и даже не покосился на свой рюкзак, где в аптечке затаилась герметичная пробирка с бета-версией раниума, прихваченная разведчиком на одном из складов готовой продукции.

Аким Сат, один из 'Белых листов' Разведуправления Содружества Неприсоединившихся Миров, бывший капитан эскадрильи 17-41, прозванной противниками 'Вайрес', никогда еще за все время своей службы не чувствовал себя так мерзко.

- Куда Вас подбросить, полковник? - поинтересовался Кир, рукой придержав готовые сомкнуться створки двери.

- Транзитная станция в системе Домбрана мне вполне подойдет.

Дайлети коротко кивнул и позволил двери закрыться.

Говорун потянулся к бутылке с ромом, собираясь в самое ближайшее время ее прикончить. А потом, возможно, попросить еще одну.


## Глава 13


Торн был необыкновенно рад, что ему не придется докладывать Королю о смерти его приемного сына. Но хорошим его настроение трудно было назвать: он почти дословно помнил информацию, добытую капитаном Сатом в регионах Чистых.

- Как конфедераты допустили у себя такое?

- А как они вообще жили все время после Раскола? - вопросом на вопрос ответил адмиралу Принц. - Сейчас не время гадать о прошлом. Нас в первую очередь должно волновать наше будущее!

Его Высочество не отрывал голову от спинки кресла, и до Радека дошло очевидное: Принц не встал ему на встречу не потому, что этикет его к этому не обязывал. Наследник престола просто смертельно устал или плохо себя чувствовал. Задавив на корню приступ зарождающейся паники - если бы все было так плохо, Рохосы давно бы уже доложили о состоянии своего Принца, - Торн склонился к первому предположению.

- Может, мне стоит зайти завтра? - предложил он.

- Завтра для нас всех может и не наступить, - с горечью в голосе отозвался разведчик Содружества, волею судьбы накрепко связанный теперь с Семью Мирами, раньше для него чужими. - У меня есть к Вам одна просьба, адмирал.

- Да, Ваше Высочество? - Торн даже подался вперед, выражая полную готовность слушать.

- Когда мы вернемся, поднимите в штабе вопрос о более тесном сотрудничестве с СНМ. Нам необходимо организовать совместные патрульные отряды на нейтральных территориях. 'Белое солнце' не упустит любой возможности проникнуть на нашу территорию. Я поговорю с Ривраном, и мы пошлем все необходимые запросы по официальным каналам. Подумайте, кого мы сможем отправить с нашей стороны, не ослабляя обороны системы.

- Да, Ваше Высочество, разумеется.

- И еще, - даже по искаженному маской голосу Принца было понятно, что слова даются ему нелегко. - Одну из наших военных верфей необходимо будет в кратчайшие сроки перепрофилировать на строительство Ковчегов.

Радек прожил на свете семьдесят три года, пятьдесят пять из которых он посвятил армии Семи Миров. И на здоровье вояка, дослужившийся до адмирала флота, никогда не жаловался. Но в тот миг ощутил, как защемило в груди. И потемнело в глазах. А палуба ушла из-под ног. Адмирал с трудом сумел протолкнуть застрявший в легких воздух наружу, закашлялся и, наконец, прохрипел:

- Но почему???

- Потому что Алдан расположен слишком близко к обитаемым планетам. И когда нас вынудят использовать Эльзэдэ - а рано или поздно это все равно случится - Семь Миров могут в лучшем случае пострадать. А в худшем - перестать существовать. Для Вас ведь не секрет искусственное происхождение нашей системы, адмирал. И я боюсь, что работа установки на полную мощность может нарушить тот хрупкий баланс, благодаря которому Семь Миров существуют. Мы должны иметь возможность эвакуировать население.

- Это.... Это...

- Сложно, адмирал. Но возможно, если не терять времени даром.

- Наши ресурсы....

- Нам не понадобятся, если Королевство исчезнет со Звездных карт.

- Его Величество....

- Прислушается к моим доводам и отдаст соответствующие распоряжения.

- Сколько по-Вашему у нас есть времени, Ваше Высочество? - Торн не хотел слышать ответ, но выбора у него особого не было.

- Год. Может быть два, если снова спрячемся за щитом. Но в таком случае нет никакой гарантии, что уцелеют остальные.


Радек брел обратно в рубку, то и дело останавливаясь. Его Вселенная рушилась у него на глазах. И, пожалуй, впервые в жизни адмирал флота Семи Миров с горечью осознавал, что от его действий мало что зависело.

Через три минуты по палубам уже разносился сигнал тревоги. Внеочередное учение должно было взбодрить заскучавший от долгой дороги экипаж, а адмирала отвлечь от мыслей, от которых хотелось лезть на стену или биться об нее же головой до потери сознания.

Кирим лежал на постели, казавшейся огромной, а потому особенно неуютной и пустой, и пялился в потолочную переборку, едва подсвеченную аварийным освещением. Убедившись, что тревога - учебная, Принц включил полог тишины и попробовал уснуть. Он старался особо не шевелиться: малейшее движение провоцировало очередную вспышку головной боли - сильную, до мушек перед глазами. Но мозг упрямо отказывался повиноваться, и никакие дыхательные упражнения не помогали. Сейчас он завидовал Сату, вылакавшему бутылку рома и, наверняка, даже не проснувшемуся от воя серены. Именно поэтому на службе Говорун никогда не пил, и от остальных 'Вайрес' требовал того же. Кир Асаи пошел еще дальше, научив отряд одинаково хорошо расслабляться как с пивом, так и со стаканом молока, в зависимости от обстоятельств и ситуации. Им всегда было комфортно друг с другом: будь то тесная казарма, стол в баре или боевое построение во время вылета.

Почему-то именно сейчас Дайлети осознал, что очень по ним скучает. Так и не сумев заставить себя уснуть, он встал, натянул летный комбинезон без знаков различия, убрал волосы под капюшон и отправился в док, надеясь, что кабина истребителя вытряхнет из головы все посторонние мысли.


Что ж, его ожидания оправдались. Почти....


Если бы семипланетники возвращались запланированным маршрутом и 'Самарак' не скакал бы по подпространству, пытаясь подобрать Принца, занесенного звездным ветром, черт знает куда, они бы никогда на Них не наткнулись.

Это была небольшая флотилия, в чьи задачи прямое боевое столкновение, определенно, не входило. На корабли с эмблемой 'Белого солнца' на борту была возложена чисто разведывательная миссия. Наверное, именно поэтому 'Самараку' и удалось выстоять в том бою. Последователи Ангелов располагали новейшими технологиями в области маскировки и перемещения в подпространстве, а вот мощным вооружением не решились воспользоваться, осознав, кто может находиться на борту флагмана флота Семи Миров. Скорее всего, Кирима почувствовали. По крайней мере, лично он ощутил присутствие минимум одного Бешенного. А второй Дайзери скрылся на корабле, отделившемся от вражеской флотилии в первые же минуты разгоревшегося боя.

Преследовать его у семипланетников не было ни сил, ни возможности. Находившиеся вне дока истребители сразу же попали под шквальный огонь бортовых батарей трех крейсеров и восьми юрких канонерок, умудрявшихся едва ли мгновенно менять свое местоположение. И адмирал Торн, наверняка, рвал на себе волосы, обнаружив своего Принца в составе одной из эскадрилий, оказавшихся на острие атаки.

Кирим же вынужден был отказаться от первоначального плана любой ценой добраться до Бешенного и захватить его. Потому что остро встал вопрос о выживании семипланетников, а не о победе в бою. Дальнюю связь 'Солнечные' заблокировали сразу: даже по внутренним каналам то и дело проскакивали помехи - и взялись за крейсер и его сопровождение всерьез. Сейчас решение, не давить на Чистых демонстрацией военной мощи и ограничиться только флагманом флота и четырьмя судами сопровождения - модифицированными фрегатами, способными в случае необходимости прикрыть своего более крупного собрата и поддержать огневой мощью, - казалось ошибочным. Как и наивные подсчеты обороноспособности сводного флота Семи Миров и СНМ. Практика показывала: семипланетники, со своими опережающими время технологиями, мало что могли противопоставить 'Белому солнцу' и Ангелам. Три крейсера противника, несмотря на все усилия пилотов Семи Миров и адмирала Торна, образовали вокруг 'Самарака' треугольник и медленно, но верно сдавливали кольцо обороны. После визита на Сатару командующий флотом не раз приглашал Принца полетать в составе то одной, то другой эскадрильи, полагая, что это принесет пользу и Его Высочеству, скучающему по штурвалу истребителя, и пилотам, по большей части ни разу настоящих боев в космосе не видевших. Потом представителей ВКФ Семи Миров стали отправлять в Содружество 'на практику'. Все это явно пошло семипланетникам на пользу, и теперь Кирим явно видел разницу между теми зелеными и неопытными юнцами, с которыми когда-то летал в патруле, и парнями, что прикрывали его сейчас: не растерявшимися даже в первые секунды боя, собранными, уверенными и надежными. О да, они знали, кто отзывался им на позывной 'Первый', но ни разу не показали этого противнику.

Принц видел, как в самые напряженные моменты боя 'солнечные' активировали основные орудия и те разгорались тёплым, оранжевым, но оттого не менее смертоносным светом. И гасли. Противники не могли определить, где находится наследник престола. И не решались стрелять. И Кирим очень старался, чтобы Дайзери не 'видел' его и дальше.

- Уходите, Ваше Высочество, - включился передатчик, выданный Кириму Торном. - Я знаю, Вы можете. Уходите!

- Нет, адмирал! - бросать товарищей в бою ни Кира Асаи, ни Кирима Суона не учили. - Либо все, либо никто!

Разумеется, он бы давно уже прорвался и ушел в подпространство, если бы мог рассчитывать привести помощь, раз уж дальнюю связь им отрубили. Но учитывая их нынешнее местоположение и неясную позицию Чистых, подкрепление прибудет, когда обломки 'Самарака' уже давно успеют остыть. И спасать будет некого.

- Прикажите пилотам истребителей и капитанам фрегатов уходить в подпространство по одному по мере возможности, адмирал!

- Но без их прикрытия 'Самарак'....

- Будет Вам прикрытие, Торн! - нетерпеливо прервал его Кирим. - Я возвращаюсь на крейсер. Мне нужно секундное окно.

- Но Вы не успеете!

- Мне не нужно в док! Только к обшивке прицепиться! Исполняйте, адмирал! Промедление стоит жизней наших людей!

Кирим тут же бросил свой истребитель назад к флагману флота, услышал на общей волне приказ пилотам уходить, и даже успел увидеть, как самые ловкие и удачливые воспользовались секундным замешательством противника, прорвали цепь вражеских кораблей и ушли в подпространство. За оставшихся 'солнечные' взялись особенно рьяно. Нужно было помочь своим. И срочно.

- Сейчас, адмирал! - приказал Суон, и один из секторов защитного поля крейсера на долю мгновения исчез, позволив юркому истребителю нырнуть к самому борту. 'Самарак' содрогнулся от очередного попадания. Пособники Ангелов не могли не заметить, что происходит. И постарались помешать, но банально не успели.

Убедившись, что посадочные опоры надежно примагничены к обшивке, и истребитель не сорвется в момент перехода, Кирим перепроверил соединения скафандра, откинул колпак кабины и выбрался наружу, сжимая в правой руке жезл Эльзэдэ. Он прикрыл глаза, сосредотачиваясь, и послал кристаллу мысленный импульс. Защитный экран 'Самарака' мигнул, чтобы в следующее мгновение засиять ярче ближайшей к месту боя звезды.

- Уходим, адмирал! Прямо сквозь их строй уходим! Нужно расчистить сопровождению место для маневра, прикрыть их огнем, и уйти в подпространство последними!

- Принято, Ваше Высочество....


- Красиво было, да? - к Торну подошел его первый помощник, Эттарн Каль. Адмирал повернулся к нему вместе с креслом и кивнул, соглашаясь. Но выражение его лица было далеким от восхищения, и капитан его спросил: - Не одобряешь?

Радек покачал головой. Потом подумал, что обходиться одними жестами в беседе не вежливо и добавил:

- Пока Его Высочество на борту моего корабля, я отвечаю за него! Все эти мальчишки, бросающиеся грудью на амбразуру, помнят лишь об одной стороне медали! А письма с соболезнованиями их матерям и женам пишу потом я! После доклада Королю о смерти Его Высочества мне осталось бы только застрелиться, потому что только 'мертвые сраму не имут'. А меня дома жена ждет. И дочка обещала прилететь на каникулы, внука показать! Я ведь так к ним и не выбрался ни разу с тех пор, как он родился, представляешь, Эт?

Капитан Каль сочувственно покивал. Но что поделаешь, жизнь у них такая. И они ее сами выбрали. В отличие от Принца, которого вынудила быть здесь и сейчас длань Выбора, тяжелая и неумолимая. А пилотом он, все-таки, был хорошим. Может быть, даже одним из лучших, виденных Эттарном за все годы службы. Его Высочество летал, как дышал. И легко вел за собой таких же парней и девушек, для которых воздух земли был слишком вязок.

- Узнай, пожалуйста, у Рохосов, как самочувствие Его Высочества, - попросил его адмирал.

- А сам что? - фыркнул Каль. - Лень?

- Боюсь, что сердце очередной плохой новости не выдержит! - ответил ему Торн и откинулся на спинку кресла. Он подумывал об отставке и выходе на пенсию.


## Глава 14


Как ни странно, но Кирим нормально себя чувствовал. Устал, конечно, - напряжение боя сказывалось. Но ему не пришлось расплачиваться за использование Эльзэдэ ни мигренью и тошнотой, как за перерасход Дара, ни очередным приступом Метаморфозы. Он даже сам дошел до шлюза, когда 'Самарак' нырнул в подпространство под градом выстрелов . Под конец по ним даже отважились пальнуть из основного орудия. Но и оно было для экрана Эльзэдэ, что слону дробина. Кирим только пошатнулся немного, да крепче, двумя руками взялся за жезл.

Ботинки летного скафандра надежно вошли в фиксирующие пазы, и можно было не беспокоиться, что пилота сорвет при переходе. От подпространства его защищало генерируемое крейсером поле, и он не почувствовал ровным счетом ничего, когда иное измерение приняло в себя 'Самарак'. А сейчас Кирим, воспользовавшись своим привилегированным положением, отмокал в ванной. Их было всего три на 'Самараке'. Экономили, разумеется, не воду - она шла по замкнутому циклу на корабле, - а место. А потому позволить себе подобную роскошь могли только Король, Принц и адмирал. Хотя, зная натуру Торна, тот вряд ли баловал себя подобными излишествами при исполнении.

Дверь в ванную неожиданно отъехала в сторону, и Кирим ушел под воду с головой, не сообразив, что это всего лишь Рохос, бестактно воспользовавшийся своим допуском в любое помещение корабля, а не адмирал, которого телохранители так далеко бы не пропустили, конечно же.

- Ваше Высочество! Мы поймали сигнал СОС! Судя по показаниям сканеров - это пассажирская яхта типа 'Голубь' производства Дай-Санай! С одним живым существом на борту! - невозмутимо доложил Рохос.

Кирим провалился в Слияние, обшаривая космос вокруг. И, действительно, вскоре ощутил корабль. И пассажира. Он выскочил из ванной и принялся натягивать одежду прямо на мокрое тело. К тому времени, как он добрался до второго вспомогательного дока - центральный был поврежден в бою, - яхту уже подняли на борт и пилота вытащили.

- Тэор! - кинулся к нему Принц Семи Миров, не смущаясь ни техников, ни военных. - Тэор?

Рыжий Дайлети был без сознания и в очень плохом состоянии. Судя по всему, его накачивали раниумом последние недели три, если не дольше. И не кормили. Остаточные следы яда все еще улавливались в его организме, и не позволяли Тэору прикоснуться к Дару. Кирим схватил его за руку, погружаясь в целительный транс. Обычно молодые Дайлети не лезли с подобными вещами к старшим - силенки были не равными, - но в своем случае Суон не сомневался, что справится. Пускай все смотрят: для них Принц Семи Миров просто держит бывшего Смотрителя Храма Природы за руку, стараясь дозваться. Им не видно его побледневшее от напряжения, сосредоточенное лицо со сжатыми в полоску губами. Тяжело. Все-таки это было невероятно тяжело. Словно гору подвинуть. Раниум и истощение были только верхушкой айсберга. Повреждения Тэора были гораздо глубже. Как будто....

- Ангелы! - догадался Суон. - Что они делали с тобой, друг?

Тэор не отвечал. И даже глаз не открыл. Кирим приказал Рохосам отнести его в королевскую каюту. Никто возражать не стал.


Кирим просидел рядом с другом сутки по корабельному времени. Он ясно видел, что все физические травмы давно уже исчезли. Но оставались другие. Ангелы добрались до энергетической составляющей рыжего Дайлети, существенно ее повредив и истощив. И эти раны не желали затягиваться. Аура Тэора была такой же рваной, неровной и тусклой. Поэтому Суон и почувствовал его лишь тогда, когда основательно сосредоточился, получив сообщение Рохоса.

- Вы ничем ему не поможете, Ваше Высочество, - горько, но справедливо заметил адмирал Торн.

Все верно, с таким Кир Асаи раньше не сталкивался, а Кирим Суон - и подавно. Кай не учил его залечивать такое! Впрочем, отец многое от сына утаил, и удивляться здесь было нечему.

- Нужно скорее возвращаться на Мирралин, адмирал, - отозвался Принц, вставая. - Идемте в рубку. Я проложу маршрут.

Глаза Торна округлились.

- Не до тайн сейчас, адмирал! Мой друг умирает!

Принц прошел мимо застывшего вояки и направился в рубку, по пути отдавая приказ покинуть помещение всем, кроме самого Торна, нагнавшего Его Высочество еще по пути. Все-таки, признаться адмиралу флота в наличии Дара - это одно. А сообщить об этом всему экипажу корабля - совсем другое дело. И за такое Ривран наследника по головке не погладит, даже учитывая обстоятельства.


Нимерис Нелла-илли Даккут выпустила руку Тэора и досадливо поджала губы: у нее тоже ничего не получалось. Она прошлась по палате медицинского блока Королевского Дворца - привезти друга в какое-то другое место Кириму даже не пришло в голову, - и замерла у окна, в задумчивости покусывая длинный ноготь на большом пальце правой руки. Сейчас она была похожа на растерянного подростка, попавшего в сложную жизненную ситуацию, а не на Единую, прожившую пять сотен лет. Росана перевела взгляд с нее на приемного сына. Сейчас Дайлети были неуловимо, но отчетливо друг на друга похожи. Не чертами, а выражениями лиц.

- Просто не представляю, что мы можем еще сделать, - покачала головой Нимерис. Просто подождать она не предложила: стабильно тяжелым состояние Тэора не было. Оно ухудшалось с каждым днем. Видеть, как друг угасает у них на глазах, было невыносимо.

- Свяжитесь с Дай-Санай, Нелла-илли! - потребовал у Смотрительницы Принц. - Старейшие должны что-то знать!

- Уже! - вызверилась на него в ответ Единая. - Они дружно разводят руками!

- А Кай?

- Где Ваш отец, никто не знает!

- Как обычно! - в ярости Кирим смел со столика посуду: заботливые Рохосы приносили еду Принцу и Смотрительнице, не отходившим от умирающего, прямо в палату. И еще не успели унести остатки практически не тронутой трапезы.

От грохота Росана вздрогнула и испуганно сжалась. Кирим тут же шагнул к ней, устыдившись своей несдержанности.

- Простите, Росана!

Он рассадил себе руку до крови и сейчас старательно прятал ее от глаз Королевы. Но та все равно видела алые капли, падающие на пол. Впрочем, их поток очень быстро иссяк. Такие раны затягивались у Единых с Природой очень быстро.

- Нам всем сейчас тяжело, - проговорила Росана, надеясь, что получится не шмыгать носом. Она обняла приемного сына и стояла так долго-долго. Ей не хватало Риврана, но Король, державшийся все восемь месяцев, что длились поиски Принца, сбежал из Дворца, не в силах находиться рядом со смертным ложем единственного настоящего друга. Старого. Верного.

И Росана спрашивала себя, правильно ли она поступает, оставаясь на Острове с Принцем? Кому она была нужна сейчас сильнее? Мужу? Приемному сыну? Тэору, не реагировавшему на внешние раздражители? Она не знала. И мучилась оттого еще сильнее.

- Когда мы вытаскивали полицейский корвет из измерения Ангелов, мы зарядили генераторы напрямую своей энергией, - заговорил вдруг Кирим, отстраняясь. Пока Росана жалела себя и других, Принц думал, как решить проблему. - Тэор без проблем манипулировал моей душой и тогда, и когда переносил ее в человеческое тело. А потом на Сидарусе Лорд Лаади пытался через кристаллы Эльзэдэ подпитаться от моей энергетической сущности!

Его лицо посветлело.

- Я знаю, что делать!

Он кинулся прочь из палаты, но вернулся довольно быстро с жезлом Эльзэдэ.

- Ваше Высочество! - схватила его за руку Смотрительница. - Это неоправданный риск!

- Какой риск, Нелла-илли? - Принц вырвал свою руку из цепко хватки маленькой, но сильной женщины. - Тэор так и так умирает!

- А Вы? О себе Вы подумали?

Кирим поежился, явно вспоминая нечто неприятное.

- Мне-то точно ничего не сделается! - тем не менее, уверенно заявил он. Нимерис промолчала и отступила, позволяя Принцу подойти к постели Тэора.

- Я помогу, - пообещала она. - Проконтролирую, чтобы Вы вовремя остановились, Ваше Высочество!

Кирим коротко ей кивнул, позволяя к себе прикоснуться. Указательный палец Нимерис положила прямо на Знак, и Принц раздраженно и нервно втянул воздух сквозь стиснутые зубы, но и это стерпел. Ради Тэора. Он стянул покрывало с груди Единого с Природой, прижал жезл к обнаженной коже, устроил одну ладонь поверх, а другую опустил другу на лоб. На фарфоровых скулах Тэора ярко проступали веснушки.

- Начали! - скомандовал Кирим скорее себе, чем Смотрительнице. И нырнул в омут боли. На этот раз по своей воле.


Кровь из носа смешивалась с каплями, выступавшими на прокушенной губе, и стекала по подбородку Кирима ему на руку и на грудь Тэора. Росана стояла в паре метров от Единых, погруженных в транс, и сжимала пальцы, сцепленные у рта в замок, так сильно, что руки уже болели. Но она не могла заставить себя разжать их. Или не смотреть. А еще не думать. О том, что Кирим не рассказал им с Ривраном о Сидарусе. О чем не посчитал нужным упомянуть, чтобы не расстраивать и не волновать лишний раз приемных родителей, и так чуть не поседевших за время его отсутствия. Например, о Лорде Лаади. Или Мэйдине, в имении которого провел три месяца, и где обзавелся шрамами. Лицо Кирим и не думал прятать - подумаешь, бластерный ожог. А вот спину его Росана увидела совершенно случайно, когда пришла на пляж в неурочный ранний час, потому что не спалось. И у Принца не ладилось с ночным отдыхом, и он пошел искупаться в холодном весеннем океане. Не подумал, что кто-то еще появится на берегу, и стянул рубашку. А Росана тогда зажала себе рот ладошкой, чтобы не вскрикнуть и не выдать своего присутствия.

Она видела такие шрамы. В кино и на картинках. Их оставляла тяжелая длинная плеть. И если это сделал с ее мальчиком Мэйдин, то королевского помилования Лорд не заслужил. Чьим бы там отцом он ни был!

Разумеется, она рассказала обо всем Риврану. Тот отреагировал на удивление равнодушно. И тогда Королева начала подозревать, что определенные подробности пребывания Принца Семи Миров на Сидарусе не довели исключительно до ее сведения. В то время как муж знал гораздо больше - не от Кирима, правда, - и помалкивал. Понимая, что приемный сын и супруг будут хранить свои секреты и дальше, она попыталась найти обходной путь. И связалась с Джираном Хиарамом. Тот прямо сказал своей Королеве: 'Многие знания - многие печали. Захочет, сам расскажет'. И невежливо отключился. Росана не была наивной и могла в достаточной степени себе представить, что делали порой с рабами на таких планетах, как Сидарус. И весь ее опыт подсказывал, что о таком не говорят. Но то, о чем люди так старательно умалчивают, никуда не исчезает. Оно остается. И подтачивает изнутри.

С беженцами, эвакуированными с Сидаруса, работали психологи. Люди все еще продолжали проходить реабилитацию. Так почему бы и Кириму не обратиться за помощью? Но нет, сильные мужчины справляются со всем сами.

Со шрамами, оставшимися на теле и в душе. С неподъемным чувством вины. С необходимостью смотреть, как умирает друг.

И из кожи вон лезут, чтобы ему помочь. Расплачиваясь за это новой болью и кровью.

Кирим стал заваливаться назад, но его поддержала Нимерис: встряхнула, уколола ногтем кожу за ухом, приводя в чувство и заставляя оборвать контакт с Эльзэдэ и Тэором. Принц вздрогнул и отдернул руки, словно обжегшись. Глаза он тоже резко открыл, но какое-то время ошалело моргал, не вполне понимая, где находится и что происходит. Потом крепко зажмурился, а когда его веки снова раскрылись, взгляд его уже стал вполне осмысленным.

Он снова прикоснулся к Тэору, прислушиваясь к своим ощущениям. Его губы тронула едва заметная улыбка, и Росана позволила себе выдохнуть. И, наконец, расплакаться: теперь было можно, потому что от радости.


Тэор очнулся на следующий день, бросил на Принца один единственный взгляд, холодный и злой; скрылся в дымке Изменения и голубем вылетел в окно. Кирим и Нимерис стояли, как оплеванные, посреди опустевшей палаты и растерянно переглядывались.

- Я постараюсь что-нибудь выяснить, - словно извиняясь за соплеменника, проговорила Нимерис.

И снова воздух ударили крылья. Маленькое светлое перышко долго кружилось в воздухе, Кирим проследил взглядом за его падением до самого пола, и только потом повернулся к Королеве.

- Свяжитесь с Ривраном, - попросил он приемную мать ровным голосом. - Сообщите, что Тэор очнулся и покинул Дворец.

Принц ушел из палаты по-человечески, через дверь.


## Глава 15


- Я должен извиниться перед тобой....

Кирим давно ощутил появление Короля, но обернулся к нему лишь, когда тот заговорил: давал время передумать и уйти. Но Ривран был непоколебим в своем решении, поговорить с приемным сыном по душам. Или хотя бы просто поговорить. В последнее время им такая возможность выпадала не часто.

Правителю Семи Миров пришлось снова забыть, что у него есть наследник и помощник - все государственные дела - за вычетом обязанностей Королевы - снова легли на его плечи. Принц целиком и полностью посвятил себя решению проблемы с Ангелами и их по-прежнему растущим флотом. Совсем как раньше, когда он был разведчиком из СНМ, он проводил большую часть времени на борту корабля. На 'Самараке' теперь было больше его личных вещей, чем в спальне во Дворце. И, пожалуй, он, как и адмирал Торн, знал весь экипаж флагмана в лицо. Как и капитанов других крейсеров того же класса. А еще руководство Космического Патруля - смесь полицейских и пограничников из СНМ. После напряженных переговоров с союзниками было решено создать объединенные группы быстрого реагирования, чтобы отслеживать любые проявления активности Ангелов на подконтрольных территориях. Подобное предложение было так же отправлено и в Конфедерацию. В ответ пришла отписка об отсутствии возможностей финансирования сомнительного в своей эффективности предприятия.

Что-то похожее Принц уже читал, когда сообщил Чистым о нападении на 'Самарак'. Длинное и витиеватое письмо сводилось к старинной присказке: 'Я - не я, и корова не моя'. В конце конфедераты осторожно намекали, что, возможно, все неприятности семипланетников проистекали из-за подобранного в порту нелегала. И Кириму пришлось объясняться перед Ривраном за историю с Сатом. В ответ Король, будучи на нервах из-за ухудшающегося состояния Тэора и невозможности хоть как-то повлиять на ситуацию, на наследника элементарно наорал, припомнив ему все грешки, начиная с небезопасных отлучек из Дворца, и продолжив полетом на встречу с Каем, Сидарусом, рискованной совместной операцией с капитаном Сатом и Ллелеей. Чем все закончилось, они оба прекрасно помнили.

Спустя некоторое время Ривран, проанализировав свое поведение в тот момент, осознал две вещи. Во-первых, Принц молча слушал, что было ему совершенно не свойственно, ведь когда-то он ясно дал понять, что повышать на себя голос даже правителю Семи Миров не позволит. А во-вторых, Ривран был не прав. Решение, отстранить Тэора от его обязанностей принадлежало целиком и полностью Королю, а отправиться в опасное путешествие, предположительно закончившееся пленом и пытками, - самому рыжему Дайлети.

Ривран пришел извиняться, а в ответ услышал:

- Не стоит. Вы были правы. Я сполна заслужил то, что получил.

- Кирим! То, что произошло с тобой на Сидарусе....

- Эта планета, Ривран, подарила мне почти два месяца совершенно невероятного, головокружительного и незабываемого счастья. И если бы мне предложили повторить предшествовавшее им время, вернувшись на рудник и в имение Мэйдина, чтобы затем опять повстречать Зару в лесу, я бы согласился, не задумываясь.... Но вся несправедливость этого мира состоит в том, что время нельзя отмотать назад и пережить что-то дважды. Каждый может припомнить в своей жизни моменты, которые ее разделили на 'до' и 'после'.

Принц сглотнул тугой комок в горле, прежде чем продолжить:

- Мы бесконечно спрашиваем себя потом: можно ли было что-то сделать, чтобы избежать нежелательного итога? В своем случае я точно знаю ответ. Да. Мог ли я посоветоваться с Вами, прежде чем сломя голову нестись на встречу к отцу за ответами, которые он мне давать не собирался? Несомненно. Мог ли я приложить немного больше усилий, и все-таки прикончить Грифа при первой же встрече? Снова, да. Нужно ли мне было настаивать, лично сопроводить Зару к укрывшимся в пещерам Беглым? Нет. Мне вообще не стоило появляться в ее жизни! Я виноват в ее смерти. И во всем остальном, что Вы тогда упомянули, тоже. Вам не за что извиняться, Ривран. Даже наоборот.

Король Семи Миров покачал головой и вздохнул.

- Подойди! - попросил он Принца. Тот послушно шагнул на встречу, не поднимая на Риврана глаз. - Посмотри на меня!

Выполнение этой просьбы далось Кириму сложнее. В последнее время ему трудно было смотреть людям в глаза.

- Пока тебя не было, - медленно начал Король. - Я много раз обдумывал, что с тобой сделаю, когда найду. И прокручивал в уме разные варианты. Пока не понял, что чаще всего останавливаюсь на моменте, где ты стоишь передо мной целый и относительно невредимый. Когда это произошло, наконец, наяву, я резко осознал, что все остальное не имеет значения. Ты дома - и точка. Он положил руку приемному сыну на плечо и сжал пальцы.

- И если ты позволяешь себе думать иначе - ты.... Нет, мы, - исправился Король, - оказались на редкость паршивыми родителями, пускай и приемными.

- Вам просто с наследником не повезло, - мрачно пошутил Принц.

- Не говори так! - нахмурился Ривран. Настрой приемного сына ему не нравился.

- Вы просто не понимаете....

Кирим сбросил его руку, отступил на шаг и отвернулся. Таким его и видел чаще всего Ривран: поникшим, с потухшим взглядом, устремленным в себя или на кисти рук, пальцы которых подрагивали. Наследник престола сжимал и разжимал кулак, смотрел на Символ, поблёскивавший на тыльной стороне ладони, и думал о чем-то своем. Впрочем, направление его мыслей можно было легко угадать, особенно сейчас.

- Ты ошибаешься, - уверил Кирима Король. - Понимаю. И знаю. Все.

- Все? - Принц поднял голову, и Ривран увидел его глаза: с вертикальными кошачьими зрачками, но такие по-человечески растерянные и удивленные.

- Я же говорил с твоим отцом, помнишь? Он рассказал мне, кто ты.

- Он даже мне этого не рассказал! - растерянность тут же сменилась гневом.

- Я знал, кого везу обратно на Королевский остров. Знал, на кого указал мне Выбор. В ту ночь я видел не только твой корабль, совершивший экстренную посадку на Торис. Но и тебя, в этом теле, со шрамом на щеке, управляющего Эльзэдэ на Алдане.

Теперь в глазах Суона мелькало откровенное недоверие.

- Как такое возможно?

- Этого я как раз-таки и не знаю, - усмехнулся Король. - Но зато представляю себе теперь, к чему все идет. Кай очень просил меня, не допускать тебя к Эльзэдэ раньше времени.

- Какого времени, Ривран? - Кирим не говорил, а цедил слова сквозь стиснутые зубы. Король его понимал - его тоже бесила бы неопределенность. - Чего они ждут? Все они? Отец? Ангелы?

- Разве это не очевидно?

- Для меня пока ясно только одно: они все хотят разного, причем даже среди Бестелесных нет единства. Один их лагерь выступает за силовое воздействие и собирает армию. Второй - пытается воздействовать косвенно на меня и подтолкнуть к определенным решениям. Я чувствую себя костью, которую дерущиеся псы тянут в разные стороны. И ценным призом себя совершенно не ощущаю. Я помню все, что творили Ангелы, смотрю на себя в зеркало и спрашиваю себя: а сильно ли я от них отличаюсь? Что я вообще такое?

В этом вопросе Дайлети выплеснул всю свою боль, все страхи и сомнения. Ривран считал, что не он должен был сейчас развеять их, а настоящий отец Кирима. Но, к сожалению, время, когда Кир был готов его слушать, было безвозвратно упущено. Нет, Принц, конечно же, был готов вытянуть из Кая информацию. Но не прислушаться к его словам, позволив им дойти до сердца и души.

- Уж точно не монстр, каким себя считаешь, - Ривран заговорил, осторожно подбирая слова. Если Кирим сейчас опять отвернется и уйдет, то уже навсегда. И они, и вправду, его потеряют. - А твое биологическое происхождения нас с Росаной совершенно не волнует. Как и твоих друзей, я полагаю....

- Тогда почему Тэор ушел?

Нимерис так и не смогла его тогда догнать. Или только сделала вид. Потому что вернулась мрачная и ни слова никому не сказала. Может быть, выяснила, что хотела, и это не прибавило ей оптимизма.

На этот вопрос у Риврана ответа не было, но молчать было нельзя. Он уже видел, как Принц закрывает створки раковины, приоткрытые ради серьезного и откровенного разговора. Еще немного, и они захлопнутся, и достучаться до Кирима станет очень и очень непросто.

- Король Микаш, мой предшественник, часто повторял, что в самые опасные заблуждения мы впадаем, когда начинаем судить о поступках людей со своей точки зрения. И весь мой жизненный опыт подсказывает, что так оно и есть. Давай дадим Тэору возможность самому поведать нам, где он был, что выяснил и почему избегает нас обоих. Ты согласен?

Медленно и неуверенно, но Дайлети все-таки кивнул. Какое-то время они молчали, а потом Принц спросил:

- Мы опустим Щиты?

- Опустим. Но не сейчас. А перед самым началом боевых действий.

- А Вы уверены, что мы не опоздаем?

- Это ты мне должен сказать, разведчик!

Губы Единого с Природой дрогнули и сложились в едва заметную улыбку.

- Мы не подведем! - пообещал он.


- Как Вас угораздило, Ваше Высочество? - поинтересовался вдруг Чимара, закинув в рот очередную печенюшку.

Они сидели у директора Разведуправления в кабинете и пили кофе. Сейчас их первоочередной задачей был сбор информации о деятельности Ангелов в приграничных областях. Принца Чимара сегодня не ждал - полагал, тот проведет весь день с министром финансов. Как оказалось, совершенно напрасно. Его Высочество появился с самого утра, куда более деятельный и бодрый, чем сам Ламру. Они честно поделили между собой сухую информационную выжимку, сделанную для них подчиненными, изучили ее и теперь - уже вместе - вызывали к себе агентов, доставивших особо ценные и любопытные сведения.

Чимара полагал, что сухие строки или даже подробное видео не всегда могут качественно передать картину в целом. А вот человек со своими личными впечатлениями - совсем другое дело. Принц был с ним, в общем-то, согласен.

Пообщавшись с первой пятеркой, оба они решили передохнуть.

- Что именно? Стать Принцем? - уточнил наследник престола. В одной руке он держал чашку с кофе, а другой - листал в воздухе странички документов, большая часть которой имела в уголке пометку 'совершенно секретно'. Причем с такой скоростью, что Чимара удивлялся, как тот вообще успевал уловить суть содержавшейся там информации.

- Нет, служить на флоте!

- Ах, это, - хмыкнул Принц. - Почему именно данный факт моей биографии Вас особенно удивляет?

- Потому что Вы - Дайлети! - в этом кабинете они могли говорить совершенно свободно о чем угодно. Пожалуй, даже Дворец не был так защищен от нежелательного наблюдения.

- И? Во времена Раскола мой народ сражался за свою жизнь и свободу наравне с Вашим!

- А потом решили не принимать более участия в боевых действиях, дабы избежать эскалации конфликта. И с тех пор в вооруженных силах ни одного Единого не видели!

- Из всех правил бывают исключения, - пожал плечами Принц. - Что плохого в армии? Одевают, кормят, предоставляют жилье, платят при этом нормальные деньги и людей убивать можно.... Шутка была очень бородатой, но оба мужчины позволили себе пару смешков.

- То есть, Вы мне не ответите? - уточнил Чимара.

- А Вы надеетесь услышать нечто экстраординарное? Исключаете возможность, что мною двигали вполне стандартные мотивы вроде желания Родину защищать?

- Я уверен, что у Вас были и более глубинные мотивы, Ваше Высочество. Чимара поглощал тающие во рту печеньки со скоростью, поражающей воображение.

- Но их нет, директор. Мне просто казалось, что так будет правильно. Что отсиживаться за спинами людей нельзя. И что политика изоляции может однажды привести к крайне негативным последствиям.

- И Вам позволили?

- На тот момент я уже мог не спрашивать....

- Значит, это правда, - тут же сделал свои выводы директор.

- Что именно?

- Что Вы - изгнанник!

- Будто бы Вам не доложили!

Принц взмахнул рукой, убирая все проекции с рабочей поверхности, и сел ровнее. Даже чашку с кофе отставил, и Чимара понял, что вопрос Его Высочество задел. Нащупать одно из слабых мест своего будущего Короля было невероятно приятно. Не то, чтобы Ламру собирался этим воспользоваться.... Скорее действовал рефлекторно.

- Доложили, конечно! И не только об этом. Все Ваши действия на Сидарусе, о которых нам стало известно, конечно же, рассматривались и анализировались многими нашими специалистами.

- И? - равнодушно и почти лениво поинтересовался Принц. Судя по тому, что он снова расслабленно откинулся на спинку кресла, ему было плевать с высокой колокольни на оценку своих действий аналитиками Управления.

- Кое-кто полагает, что Кириму Суону стоило с самого начала сделать ставку на Мэйдина, другие - что ему невероятно повезло, а третьи - что он слишком долго возился. Последних я отправил в виртуальную симуляцию, в которой безжалостный искусственный интеллект в случайном порядке выдает реакции на каждый их поступок. Трое уже прервали эксперимент, не выдержав.

- Но живые люди предсказуемы, директор, - укорил Чимару Принц.

- И Вы были уверены, что своими действиями вызовете у Лорда именно интерес, а не желание избавиться от опасного и неподконтрольного ему существа?

- Видите ли, директор, - Его Высочество поднялся: плавно, текуче, и в то же время быстро. - Вся сложность моей ситуации состояла именно в том, что Мэйдин очень даже меня контролировал!

Не дожидаясь, пока это сделают Рохосы или секретарь Чимары, он сам убрал все лишнее с рабочего стола. Перерыв был окончен. И разговор тоже. Вторую половину дня они просидели над картами и схемами, сравнивая свои данные с теми, что доставил Аким Сат. И порой спорили до хрипоты, отстаивая каждый свою точку зрения. Истина, родившаяся в этих спорах, легла в основу разработанной на ближайшее время стратегии. Воплощать ее в жизнь будет теперь Чимара, а Принц - лишь следить за результатами.

Директор устало потер шею и посмотрел на хронометр.

- Однако, - вырвалось у него. Было уже далеко за полночь. - Не хотите ли немного размяться, Ваше Высочество?

- Пожалуй, - согласился тот, вытягивая перед собой сцепленные в замок руки. В ответ на его движение зашевелились и Рохосы, и Ламру вздрогнул: за день он привык к ним, как к мебели, и перестал замечать.

- Вас они не раздражают? - спросил он у Принца.

- После того, как два десятка Рохосов погибли, спасая мою жизнь - уже нет! - совершенно серьезно ответил ему Принц.


Они вышли из кабинета. Первым шел, показывая дорогу Чимара. За ним - наследник престола Семи Миров в окружении своих телохранителей. Несмотря на поздний час, в главном офисе Разведуправления не было пустынно. Люди деловито сновали туда-сюда, о чем-то беседовали в укромных уголках, или тренировались в большом спортивном зале, куда Принца привел директор. Какое-то время они с балкона наблюдали то за одним, то за другим сектором, медленно шагая по кругу. На них никто не отвлекался. Все занимавшиеся в зале люди были профессионалами, не один год посвятившими службе. Особое внимание Принца привлекли невысокие жилистые парни в комбинезонах - хамелеонах. Активируя маскировочный режим, они на какое-то время полностью исчезали из поля зрения друг друга, чтобы затем возникнуть в самом неожиданном месте и атаковать противника.

- Плащ - невидимка, - усмехнулся Принц.

- Комбинезон, - поправил его Чимара. - Хотите взглянуть поближе? Это одна из последних разработок. Мы их только тестируем, в широкое производство они пока не вышли.

- И не должны, - коротко проронил Принц, и директор сделал себе мысленную пометку, отдать соответствующее распоряжение, с которым был целиком и полностью согласен. Он и привел своего будущего правителя в этот зал отчасти за этим: чтобы тот увидел маскировку в действии, а не прочитал о ней в восторженном отчете ученых-разработчиков. Многие высокопоставленные военные не отказались бы оснастить такими комбинезонами своих солдат.

- Они пока очень хрупкие, и совместить их с технологиями, что используемыми в таких комбинезонах, как Ваш, пока не представляется возможным.

Его Высочество позволил себе короткий смешок, отдавая дань наблюдательности директора. Он и в самом деле носил защиту, даже сейчас, в аномальную для раннего лета жару и в столь защищенном месте, как центральное здание Разведуправления. Даже хваленая регенерация Дайлети не была мгновенной. А на второй выстрел много времени не надо. Бойцы на площадке двигались быстро и совершенно бесшумно. Даже слух Единого с Природой шороха шагов не улавливал. Разведчики демонстрировали собой торжество синтеза научной мысли и возможностей тренированного тела, доведенные до Абсолюта.

- Красиво, не правда ли? - светски поинтересовался Чимара.

- Пока в руках одного из них нет ножа и на пол не льется кровь, - отозвался Принц отстраненно. Весь сегодняшний день слова и действия Чимары заставляли его вспоминать Сидарус. И если бы Суон не знал директора достаточно хорошо, то мог бы решить, что делалось это со злым умыслом. Но у директора не было причин выводить своего Принца из равновесия и злить. Тогда зачем?

- Я хотел бы, что Вы надавили на Единых с Природой, Ваше Высочество, - заговорил Чимара, когда они снова поднялись на верхнюю галерею. - Моим людям не достаточно голой теории, чтобы противостоять Дайзери. Им нужна практика.

- Вы говорите сейчас о тренированных отрядах Ловцов, - Принц стоял к директору спиной, опираясь на перила, и продолжал смотреть вниз. - Именно так это будет воспринято.

- Ловцов Дайзери, Ваше Высочество!

- Пока, да. А потом?

- А почему должно быть какое-то потом?

- Потому что Вы знаете, кто я, кто такие Ангелы, и кто такие Дайлети. И достаточно умны и дальновидны, чтобы предположить, с чем мы столкнемся, когда об этом станет известно широкой общественности.

- Поэтому будет хорошо и правильно, если инициатива будет исходить от Вас! Потому что Вам доверяют оба наших народа! То, что Выбор привел на трон Семи Миров одного из Единых, послужит для людей существенным аргументом в пользу последних, когда вся правда откроется!

- Или мы получим протесты и бунты....

- Только не у нас! - возразил Чимара. Его аура плескалась сейчас не свойственными ему эмоциями. Раньше Принц видел его скучающим, холодно-отстраненным, язвительно-придирчивым.... А сейчас стал настоящим: горячо преданным своему делу и Королевству. Именно такого Ламру Чимару полюбила одна из Единых. И подарила ему долгие годы жизни. Странно: возраст людей или Дайлети Суон определял с точностью до полугода, а вот с Долгоживущими всегда выходила заминка. Аура людей часто врала о возрасте, а постоянно обновляемое и подпитываемое Даром тело директора не тянуло и на сорок лет. Но Принц догадывался, что тому гораздо больше. Может быть, раза в три....

- Как знать, Чимара, как знать, - задумчиво проговорил Принц, постукивая пальцами по перилам. Символ снова покалывал руку. Должно быть, Королева обнаружила, что приемного сына нет во Дворце посреди ночи. Он отправил ей успокаивающее сообщение и, наконец, обернулся к собеседнику. - Я поговорю со Смотрительницей. Это не тот вопрос, который можно решить без оглядки на Общину.


## Глава 16


- Ну же, Кай-эли! Сосредоточьтесь! - требовала Нимерис. Она хмурила брови и сверкала из-под ресниц темными глазищами. Кирим сидел в позе лотоса посреди лесной прогалины, покрытой мхом. Смотрительница Храма Природы увезла Принца Семи Миров далеко от столицы и прочих обжитых мест, в один из заповедников, принадлежавших Единым с Природой. Если нога человека и ступала на эти земли когда-то, то те времена давно канули в Лету. Кирим и Нимерис были одни на сотни километров вокруг. Не сказать, чтобы Суон был очень этому рад, но вынужден был смириться: Росана просила прислушаться к советам Смотрительницы. Приемной матери Принц в такой малости отказать не мог. Правда, сейчас незначительная уступка грозила обернуться немалой кровью.

- Я пытаюсь! - раздраженно отозвался Кирим на очередное 'Сосредоточьтесь!'.

- Делай или не берись вовсе, - процитировала Смотрительница. - И никаких 'попробую'!

- О! Только избавьте меня от нравоучительных сентенций, Ас'тьехи! - попросил ее Принц, смягчив требование уважительным обращением к старшему. Он откинул назад упавшие на лицо волосы, выбившиеся из высоко завязанного хвоста. Ему было жарко, затекли ноги, болела голова, и вся затея в целом казалась пустой тратой времени.

- Вы просто ленитесь, Ваше Высочество! - сердито бросила Нимерис и легко встала. На ее лице и теле не было ни капельки пота, платье осталось в идеальном порядке, а волосы.... Впрочем, что могло случиться с мальчишеской стрижкой?

Так коротко обрезали волосы в основном немолодые Дайлети. Опыт и сила Дара позволяли им изменяться легко и не зависеть от исходной массы и изначальных компонентов. Киру Асаи несколько раз приходилось расставаться со своей гривой, но лишь в силу острейшей необходимости, например, для работы на Камарре, где персоналу верфей мужского пола длинные волосы не полагалось иметь по определению. Потом он ускоренными темпами отращивал шевелюру. У Единых с Природой это происходило быстро при желании, но все равно до достижения волосами привычной длины приходилось мучиться, испытывая определенный дискомфорт. У Кира это занимало где-то пару месяцев.

- Ни в коем разе, - мрачно уверил Смотрительницу Суон.

- Значит, боитесь! - припечатала его Единая. - Что, конечно же, несколько проясняет ситуацию, но нисколечко Вас не оправдывает, Кай - эли!

Принц вскочил на ноги.

- Искажать основную матрицу нельзя! - Резко бросил он в лицо женщине.

- Вы принимаете за матрицу искусственно внесенное в нее изменение!

- У меня не было Дара, когда это случилось!

- Вам что, не приходилось лечить старые раны у людей? - холодно поинтересовалась Нимерис. Она заложила руки за спину и ходила перед наследником престола, словно преподаватель в лекционном зале, туда-сюда.

- Это совсем другое! - Кириму было далеко до спокойствия Смотрительницы. Он чувствовал, что еще немного, и выдаст Всплеск или свалится с очередным приступом Метаморфозы, спровоцированным долгим и глубоким использованием Дара.

- То же самое! - проронила женщина - Дайлети. - Ваш отец, Кай-эли, несомненно, многое упустил в Вашем обучении и воспитании! И Ваше изгнание - прямое следствие его ошибок и недоработок!

- Это была моя вина, не его!

- Вам было шестнадцать, Кай - эли! - Нимерис всегда называла его либо так, либо 'Ваше Высочество', и это было для Принца еще одним поводом испытывать по отношению к Смотрительнице раздражение. - И Ваш отец не должен был допустить подобного исхода!

- Должен был позволить меня убить? - теперь-то Кирим достоверно знал, перед каким выбором поставил Кая Совет.

- Нет! - качнула головой Единая. - Он фатально ошибся гораздо раньше! Когда позволил Вам незадолго до поворотных в Вашей судьбе событий пройти обряд инициации и официально получить статус совершеннолетнего!

Отчасти она была права: Кир и Кай решили, что это единственный способ обойтись без разрешения Совета в вопросе поступления в военную Академию на Сатаре. Ребенка бы с Дай-Санай не выпустили. А если бы Кир сбежал - вернули.

- Если бы Вы, на момент свершения Вами столь строго наказуемого деяния, по-прежнему считались учеником Кая, то вопрос о Вашем изгнании никто бы не поднял! - Нимерис, наконец, остановилась напротив него, но легче Кириму от этого не стало. Его уже ощутимо подташнивало. Смотрительница не сводила с него глаз, и чувствовал себя Принц очень неуютно. Словно его насквозь просвечивали.

- Изгнали бы его? - едко поинтересовался он.

- Нет! Вас бы передали на попечение другого наставника, лишив Вашего отца права учить на много лет! - безжалостно прояснила Смотрительница. - И это было бы правильно, в том числе и потому, что Кай уже нарушил Правила, оставив Вас при себе!

- Он был прекрасным учителем! - Кирим и сам не знал, почему сейчас так горячо и искренне защищал отца.

- Не Вам об этом судить, Кай - эли! - отрезала Нимерис, подкрепив свои слова резким взмахом руки. - Его чувства к Вам, определенно, нанесли урон Вам лично и процессу обучения в целом!

- Вот как? - Дайлети сжал кулаки, и на желто-зеленый мох закапала кровь - он повредил ногтями ладони. - А Вы, Нелла-илли, разве не любите свою воспитанницу Мириэль? Щеки Смотрительницы вспыхнули гневным румянцем впервые с начала разговора.

- Люблю, - несмотря на это, у нее получилось ответить почти спокойно. - Как ученицу. Но вместо того, чтобы исполнять свой долг по отношению к ней, я трачу время на упрямого, самовлюблённого и трусливого мальчишку, не желающего приложить хоть капельку усилий для достижения очень нужного лично ему результата!

Она не повысила голос ни капли, все так же ровно роняя слово за словом. А Кирим стоял напротив нее, бледный, с до синевы сжатыми губами, и его затряхивало от злости и обиды.

- Да как Вы....

- Помолчите, Кай - эли! - перебила его Смотрительница. - И очень внимательно меня послушайте! Его Величество возложил на меня обязанности, которые я должна исполнить, несмотря ни на что! Он поручил мне присматривать за вами и Вам помогать! Защищать Вас, Кай - эли! Даже если угроза от Вас же и исходит!

- Какую же угрозу несут, по-Вашему, мои старые шрамы, Ас'тьехи? - заставил себя успокоиться Принц. Нимерис и так была невысокого мнения о нем, и не хватало еще продемонстрировать ей неумение держать себя в руках.

- Саморазрушение, Ваше Высочество! - охотно пояснила Смотрительница. - Вот чем Вы изволите заниматься с момента возвращения в Семь Миров! Для того, кем Вы, Кай - эли, являетесь - это непозволительная роскошь! Особенно сейчас!

Она резко развернулась, и подол ее свободного длинного платья взметнулся вверх огромным бирюзовым крылом. С поляны улетела большая красивая птица с тонкими лапами и хохолком на макушке. Кир резко бросился к ближайшему кусту - мигрень достигла своего апогея. С поляны он ушел пешком. Чувствовал: еще одно прикосновение к Дару, и приступ свалит его прямо здесь. А Нимерис бросится ему помогать. Не потому что хочет, а из чувства долга. И этого Кирим уж точно не вынесет! Только не от нее!


Кирим стоял, вцепившись обеими руками в ствол дерева корри, и хватал ртом воздух. Рубашка прилипла к спине, и на серой ткани расплывались красные пятна. Дождь очень старался их смыть, но не справлялся. Крови было очень много. Совсем как тогда, когда Кирим лежал на столешнице в Хижине-у-озера, а мастер Тан требовал от него, оставаться в сознании. Лицо же, наоборот, полыхало огнем, словно плазма только сейчас мазнула Суона по правой щеке.

Следуя советам Смотрительницы, Дайлети удалось добраться до матрицы, и тело неохотно вернулось в переломный момент времени. Только дальше процесс не пошел. И, когда регенерация завершилась, шрамы остались на своем месте. Словно и не было ничего.

Кирим сорвал с себя мокрую и липкую рубашку, отер лицо более или менее чистым рукавом, и швырнул комок ткани себе под ноги. Он вышел из-под кроны дерева и запрокинул голову, подставляя лицо льющейся с неба влаге. Дождь был теплым и ласковым. Словно пытался утешить Единого с Природой.

Суон мог бы долго так простоять, но за его спиной кашлянул Рохос, привлекая его внимание, и Дайлети открыл глаза, выныривая из оцепенения.

- Директор Чимара прислал Вам сообщение, Ваше Высочество, - сообщил телохранитель. - Его люди обнаружили Дайзери. Предположительно, это именно тот, кто скрылся во время атаки на 'Самарак'. Бешеный прячется на островах в заливе Дилейн. Территорию накрыли портативным защитным экраном, и ждут только Ваших распоряжений.

У Кирима от этих слов противно засосало под ложечкой.

- Пусть эвакуируют всех гражданских и отведут на пару километров силы полиции, если таковые привлекались к операции по перехвату, - распорядился он, чувствуя, что во рту тоже как-то подозрительно быстро пересохло. Он помнил свои ощущения от близкого присутствия Дайзери. И то, как трудно было уворачиваться от его выстрелов. С его стороны это было крайне малодушно, но он не мог отделаться от подспудной надежды, что разведчики ошиблись. Или, что Бешеный успел выскользнуть из ловушки. Или, что все решится без него. В Семи Мирах проживало немало Дайлети, и Община, наверняка, кого-нибудь уже прислала. Старого и опытного. А лучше, не одного, а троих. Тогда Кирим просто постоит в сторонке и посмотрит.

Нет. Не выгорело. По крайней мере, первые два варианта. Нимерис стояла на носу катера, и ветер развевал полы ее накидки. Рядом с ней опирался на релинг второй Дайлети - очень на нее похожий, как лицом, так и манерой держаться: холодный и высокомерный. Брат. Младший. С Нимерис у него было сто четырнадцать лет разницы. Кому еще можно было довериться в решении столь деликатной проблемы, Смотрительница не придумала. Она сама была чудом выжившим во время Великой Чистки ребенком. И очень не хотела ее повторения.

Единого звали Мирвисом. С Принцем он поздоровался вежливо, но очень сдержанно. И заранее извинился, что ему придется погружаться в Слияние в присутствии наследника престола. И тут же предложил Его Высочеству покинуть опасную зону.

Точно так же безмятежно Кирим усомнился в том, кто из них был лишним на борту катера. За спиной Мирвиса Чимара беззвучно аплодировал шоу. Это лучше всяких замечаний настроило Принца на деловой лад, и он тут же согласился остаться на катере. Он все равно сможет чувствовать все, что происходит внутри, и корректировать ход операции по мере надобности.

Экран оказался огромной сферой, проецируемой буйками, покоившимися на спокойных водах залива. Крупных, покрытых густым лесом кусочков суши было три, а вокруг них были разбросаны лишенные растительности рифы. Их было много. Они были изъедены морской водой и изобиловали пещерами, как и берега островов. Люди искали бы здесь Бешеного до второго пришествия.

- Я его чувствую, - доложил по внутренней связи Мирвис Мьен-эли Даккут. - Квадрат четырнадцать.

- Согласна, - отозвалась его сестра. - Мы заходим. Активируйте первый прерыватель! Сфера была двуслойной. Чтобы в случае прорыва первого периметра в точку успели прибыть силы реагирования. Кирим сомневался, что пара отрядов спецназа или разведчиков остановили бы Дайзери. Задержали - это да. А вот взять живым....

- Нелла-илли, - вклинился в эфир Принц. - Помните, что вас двоих он убьёт без зазрений совести. Это Бешеный. Для него не существует Законов и Правил. Если будет нужно, он отправит в преисподнюю все эти острова и тектоническую плиту в придачу. Бейте первыми. И что б наверняка!

- Если это Ваш приказ, Ваше Высочество....

- Да, Нелла-илли. Это приказ. Живым не брать. И пусть это останется на совести Суона, и без того давно не беленькой.

Кирим прекрасно чувствовал и Нимерис, и ее брата. И готов был кусать локти от того, что Дайзери, скорее всего, тоже знал, что за ним пришли. И подготовился к встрече.


Дайлети словно плыли в молоке. По острову стелился туман - такой густой, что, вытянув руку перед собой, нельзя было разглядеть пальцы. Зато звуки в нем разносились прекрасно. Только искажались до неузнаваемости. И вспорхнувшая с ветки птица заставила брата и сестру вздрогнуть и заозираться.

Мысль, избавиться от помехи, пришла им в голову одновременно. Единые сосредоточились, и пространство вокруг них стало медленно, но верно расчищаться - они давно привыкли работать в паре и хорошо чувствовали друг друга. Их глазам предстали замшелые стволы старых деревьев, великанами раздвигавшие густой подлесок, паутина, покрытая, словно россыпью бриллиантов, росой, и зеркальца родников, выглядывавших из-под корней и поблескивавших в редких лучах солнца, добиравшихся до них. В лесу было сумрачно. Пахло гнилью и грибами. А еще опасностью, что поджидала в тенях.

- Где он? - спросил Мирвис, воспользовавшись комлинком. Так существовала вероятность, что Отрекшийся их с сестрой переговоров не услышит.

- Я его потеряла, - призналась Нимерис.

- Как думаешь, сколько ему лет?

- Я не хочу об этом думать, - отозвалась Единая и поправила бластер на бедре. На использовании оружия настоял Его Высочество. Принц заметил, что выстрел в голову остановит даже очень старого Бешеного. Сейчас Нелла-илли была рада, что не стала с ним спорить. Она расстегнула кобуру.

'Берегись!' - шепнули ей листья на деревьях.

Нимерис пригнулась, и выстрел Эльзэдэ взъерошил волосы у нее на макушке. Она упала на землю, прямо на ковер прелой листвы, и разрушительный поток горячего воздуха пощекотал ее лопатки. Смотрительница перекатилась, выхватывая бластер, и замерла: она не знала, куда стрелять. Она по-прежнему не чувствовала Дайзери, а вслепую палить по кустам не хотела, чтобы не создавать лишний шум и суматоху. Ее брат медленно и осторожно дышал, прижимаясь спиной к широкому стволу в двадцати метрах от нее. И Нимерис осознала, что Бешеный выиграл первый раунд. 'Разделяй и властвуй', - гласила древняя мудрость. Ним оказалась слишком далеко от Мирвиса, уходя от выстрелов, и теперь не могла достаточно быстро прийти ему на помощь в случае необходимости.

Сухо треснул под чьей-то ногой сучок, и Смотрительница нажала на курок. Шипение бластера сменилось отчетливым издевательским смешком, и она снова выстрелила. Брат присоединился к ней, вынырнув из укрытия. Еле заметно для глаз полыхнуло поле, генерируемое Эльзэдэ. Они могли палить по Дайзери, пока у них не сядут батареи, и все без толку. Тот уже даже не прятался. Вышел из-за дерева неспешной, вальяжной походкой. Повел плечами, покрутил головой, разминая шею. Жезл он держал небрежно, в опущенной к земле руке. И улыбался так, что у Нимерис встали дыбом волосы на затылке.

- Ну, и что мы будем делать? - поинтересовался Отрекшийся. - Может, мирно разойдемся по своим делам?

- Не надейся! - процедил сквозь зубы Мьен-эли. Он снова залег за деревом, не желая изображать из себя удобную мишень. И отвечал скорее, чтобы отвлечь внимание врага от сестры, уползавшей с поляны, нежели ради переговоров с Отрекшимся.

- Мне торопиться некуда, - заявил Дайзери, делая шаг назад. - Мы можем играть в догонялки очень долго. А в это время....

Земля под Нимерис дрогнула. Черт дери Его Высочество с его предсказаниями! Нимерис сосредоточилась, пытаясь перехватить контакт противника с Природой, отрезать его, и исправить нанесенным им вред. И словно в глухую стену с разлета стукнулась.

- Мир, - позвала она брата, и тут же ощутила, как брат прикасается к Дару, поспешив ей на помощь.

- Дурачье! - фыркнул Дайзери и топнул ногой. По земле побежала трещина, расширяясь с каждой секундой, а Бешеный снова скрылся в подлеске.

Нимерис вскочила и побежала, надеясь, что брат занят тем же. Теперь ее и Мирвиса разделял постоянно растущий провал. Решившись, Смотрительница повернула назад, бросила тело в Изменение, подхватила зубами бластер и, разбежавшись, оттолкнулась от мягкой земли всеми четырьмя лапами. Она приземлилась на самом краю разлома и стала неумолимо сползать вниз. Она засучила лапами, пытаясь удержаться, и в тот самый момент, когда она уже почти свалилась, за шкирку ее ухватила крепкая рука. Брата, как Смотрительница понадеялась сначала. Но это был не Мирвис.

- Куда-то собралась, киса? - ласково спросил Отрекшийся и разжал пальцы. Рысь полетела в пропасть.

Ругая себя за неосмотрительность и невнимательность, Нимерис яростно махала крыльями, стремясь к поверхности. Земная кора снова пришла в движение, и края трещины теперь медленно сходились, порождая низкий, пробиравший до костей звук. Бластер пришлось бросить, и теперь у нее не было ничего кроме когтей и клыков, что она могла бы противопоставить Бешеному.

Брата она ощущала хорошо. И его тяжелое дыхание. И боль в плетью повисшей левой руке - Дайзери его все-таки задел. Как-то очень быстро загонщики стали дичью. Мирвис бежал по лесу, изредка отстреливаясь. Но все его по-прежнему безукоризненно точные выстрелы легко принимало в себя поле Эльзэдэ.

Нимерис примерилась и кинулась вниз, собираясь вцепиться Бешеному в затылок в тот момент, когда тот уберет поле, чтобы самому нанести удар. Почувствовав ее приближение, Мир тоже изменил тактику, и резко остановился, выбрасывая руки вперед. Порыв ветра сбил Дайзери с ног вместе с его защитой, протащил по земле и впечатал в ближайшее дерево. С тихим хлопком мерцающий экран исчез - противник выронил-таки жезл. И Нимерис камнем рухнула на него, изменяясь в падении. Дайзери плеснул.

В голове у Смотрительницы Храма Природы взорвалась сверхновая, и она упала к ногам Отрекшегося уже без сознания.

- Ним! - заорал Мирвис.

Открыто кинуться на врага, стало большой его ошибкой. Приспешник Ангелов поддел носком сапога рукоять Эльзэдэ, подкидывая его вверх, прямо себе в руки, и послал мысленный импульс....


Принц Семи Миров нервно постукивал рукоятью жезла по своей ладони, но молчал. И это было хуже любых упреков, что он мог бы бросить в сторону Смотрительницы. Она сидела на траве, баюкая на коленях голову брата. Тот был без сознания, но регенерировал довольно быстро. Спасая его от импульса Эльзэдэ, Принц безжалостно отшвырнул Единого потоком воздуха, ни мало не заботясь, успеет ли тот сгруппироваться или нет. Мирвис отделался несколькими переломами. Не доставшийся ему выстрел проделал сквозное отверстие диаметром не меньше метра в трех стоявших одно за другим необъятных деревьях.

Дайзери бесился в надежных объятиях Сферы. И что-то выкрикивал. Но Полог тишины надежно защищал уши стоявших вокруг людей и от потока брани, и от Власти Голоса. Нимерис поежилась, едва взглянув на искривленное яростью лицо Отрекшегося. Красивым его сейчас никто бы не назвал. Поляна представляла собой жалкое зрелище. Мох и трава были выжжены, и земля местами до сих пор дымилась. Кустарник зиял проломами, а листва - прорехами. В Слияние здесь было лучше не погружаться: эхо бродило такое, что виски тут же обхватывало стальным колючим обручем боли, вгрызавшимся все глубже и глубже.

Мирвис открыл глаза.

- Все? - коротко спросил его Принц. - Тогда пошли. У меня совещание через час! Нимерис не видела всей схватки будущего правителя Семи Миров и Отрекшегося. Застала только самый финал. Дайлети и Дайзери давно уже отбросили оружие - пробить защиту Эльзэдэ ни один, ни другой не смогли, и не стали тянуть время, понадеявшись на быстроту, ловкость и навыки Дайкай.

Смотрительница, разменявшая шестую сотню лет, ни разу до этого не видела, чтобы пальцы с чуть измененными ногтями могли пробить кожу и мышцы под нижними ребрами, а ладонь - нырнуть в рану по самое запястье. И достать до сердца, сжимая его.

Дайзери оседал на землю, цепляясь пальцами за одежду Принца Семи Миров, и разевал рот в тщетной попытке сделать хотя бы один вдох. Но его тело отказывалось ему подчиняться. Его Высочество опустился вместе с поверженным врагом на колени, вытащил окровавленную руку, тряхнул ей, веером разбрасывая по вытоптанному в схватке мху алые капли, а затем обтер остатки крови о штаны Отрекшегося, распластавшегося по земле. После чего встал, подобрал свой жезл Эльзэдэ, и направил импульс Дайзери в голову, чтобы гарантировать, что тот не очухается до прибытия людей с платформой Сферы.

Нимерис перевернулась на живот - ее рвало. Потом поползла к брату, лежавшему среди поломанных ветвей и оборванных листьев. И слезы чертили на ее грязном лице две извилистые дорожки. На берегу Принц наклонился к воде, вымыл руки и умылся, не убирая маски. За это Нимерис ему была очень благодарна. Она не представляла себе, как возвращалась бы с ним во Дворец, постоянно натыкаясь взглядом на его перепачканную в крови ладонь. Ее и так до сих пор подташнивало от запаха крови - запасной одежды у Его Высочества с собой не было. Ни экипаж катера береговой полиции, ни разведчики предложить ему что-то из своего не отважились. И посматривали на него хоть и с уважением, но украдкой и издали.

На корме в Сфере ярился старый Отрекшийся, не сумевший справиться с мальчишкой, не прожившим еще на свете и четверти века.


## Глава 17


- Дальше, Ваше Высочество! - умоляла Нимерис. - Не останавливайтесь!

- Не могу, - выдохнул тот, уткнулся лбом в сгиб локтя и закрыл глаза. Смотрительница, гневно раздувая ноздри, швырнула ему полотенце и отошла от постели. Очередная попытка Его Высочества избавиться от шрамов обернулась неудачей. Раны снова открылись, но не более того.

- Глубже, Ваше Высочество! Наберитесь смелости! - требовала Единая.

- Некуда глубже, Ас'тьехи! - Кирим оттолкнулся руками от постели и встал. - Иначе я не смогу даже изначальный облик удержать!

- Е-рун-да! - по слогам проговорила Нимерис. - Я бы показала Вам, что именно нужно делать, но Вы....

- Учитель у меня уже был, Нелла-илли! И никому больше я прикасаться к себе так не позволю! - огрызнулся Принц. Дверь ванной закрылась у Смотрительницы Храма Природы прямо перед носом, и той не оставалось ничего иного, кроме как с достоинством удалиться. Тем более что она достоверно знала, что против воли сына Древнего пойти не сможет. Не справится просто.


Кирим смыл с себя пот и кровь, убедился, что настырной Нимерис в спальне больше нет, и вышел из ванной. В коридоре замерли двумя неподвижными изваяниями Рохосы, Росана уже спала, а Ривран никак не мог разделаться с проектом бюджета на следующий год, требовавшем основательного пересмотра ввиду увеличения трат на военный сектор и строительство Ковчегов. Нужно было изыскать средства, не сильно залезая в резервный фонд. Не налоги же поднимать! Пару секунд поколебавшись - подняться ли к приемному отцу в кабинет или не стоит, - Суон все же решил, что и на свежую голову не очень-то дружит с экономикой, а поздно вечером, да еще и в конце столь насыщенной и утомительной недели - и подавно.

Он вышел на балкон и вдохнул теплый, напоенный множеством ароматов воздух. Еще не остывший после дневного зноя, тот совсем не холодил обнаженную кожу. Совершенно некстати вспомнилось, как Зара вычерчивала пальцем, измазанным густым ягодным соком, замысловатые узоры у него на груди. Дайлети лежал на нагретом солнцем большом плоском камне, жмурился и улыбался, пытаясь угадать, что именно она рисовала. Природа не наделила девушку особым художественным талантом, и та обижалась, когда Кирим принимал зайчика за котика, а солнышко за цветочек.


- Да ну тебя! - вспылила Зара под конец, и опрокинула на Суона котелок с водой - забывшись, они так и не подвесили его над костром. В этом Единому с Природой повезло. - Не всем дано было родиться безукоризненным совершенством!

- Брось, Зара, - не дал ей убежать Кирим. - Я тоже рисовать не умею. Только чертить более-менее - в Академии научили - для схем всяких там и планов!

- А что умеешь? - сжалилась над ним девушка и позволила усадить себя на колени.

- На гитаре играть. Петь.

- Я бы послушала, - мечтательно проговорила Зара. Мама рассказывала ей, что даже цветы поворачивают свои головки на голос Единых с Природой, и со всей округи на мелодию сбегаются звери и слетаются птицы.

- Если бы у тебя в комнате было окно, я бы пообещал тебе серенаду, - ответил ей Кирим.

- Это ты так вежливо отказываешься? - тут же нахмурила брови Лидер Беглых.

- Ни в коем разе. Это я просто хочу, чтобы меня поуговаривали....

Две ладошки легли ему на грудь.

- Пожалуйста, - проговорила девушка, заглядывая ему в глаза.

- Для тебя хоть звезду с неба!

- Не надо! - совершенно серьезно попросила дочка Мэйдина. В детстве она смотрела научно-популярный фильм, в котором показали, как луна одной из планет изменила свою орбиту из-за столкновения с крупным астероидом, и стала медленно, виток за витком, падать, притягиваемая гравитацией. Какую-то часть населения даже успели эвакуировать. Но не всех.

- Как скажешь.

За неимением инструмента, Кирим сначала напел мелодию, а потом вплел в нее слова. Он пел негромко, но вода отражала звук, а эхо его подхватывало. Он пел, откинувшись назад и опираясь на руки, и из-под ресниц любовался Зарой. Та устроилась у костра, подтянув колени к груди. И в ее восторженных глазах плясало отражение пламени, такое же рыжее, как и кудряшки, рассыпавшиеся по плечам и рукам девушки.

Идиллия могла продолжаться долго, но Зара вдруг с диким визгом подскочила. Со зверями и птицами не вышло, а вот огромный жук, с усищами в два раза длиннее тела, приполз. И хотел уютно устроиться у девушки под рубашкой, между лопаток.

Десять минут спустя, немного успокоившись в объятиях Единого с Природой, она даже соблаговолила посмотреть на причину своего ужаса поближе, и Кирим протянул ей раскрытую ладонь, на которой довольно шевелило усами гигантское насекомое. Из-под них высовывались не такие внушительные, но оттого не менее грозные жвала.

- Он бы тебя не укусил, - уверил любимую Кирим. - Ты пахнешь Дайлети и носишь на себе следы моей ауры. Даже зувры станут теперь лизать тебе руки при встрече. Только стой спокойненько!

Зара передернула плечами и так и не решилась дотронуться до гладкой спинки, слегка флюоресцировавшей в сумерках.

- Меня теперь любой зверь не тронет? - уточнила Лидер Беглых. Такая перспектива ей нравилась.

- Да. Кроме бешеного.


Кирим поежился. Спать ему расхотелось совершенно. Он вернулся в комнату, оделся и уже через три минуты стучался в дверь рабочего кабинета Короля Семи Миров, другой рукой направляя поднос с двумя чашками чая.

- Помочь? - предложил он, опуская поднос на стол. Ривран, не отрывая глаз от документа, кивнул и взял чай. Он щедрой рукой взмахнул над своим наладонником, отсылая копию проекта Принцу, и продолжил вглядываться в бесконечные строки и колонки.

В четыре часа утра Росана разогнала их обоих по кроватям, появившись на пороге кабинета хмурым и заспанным призраком. Сходство усиливалось длинной белой ночной рубашкой и накинутой на плечи паутиной невесомой шали.

Завтра им предстояло решить, быть или не быть Летнему Балу. С одной стороны, не хотелось поддаваться панике и лишать людей праздника. А с другой - подобное мероприятие смахивало на пир во время чумы.

Королевская семья долго ломала над проблемой голову, но в итоге они решили заменить традиционный бал благотворительным концертом под открытым небом. Для него был выбран естественный амфитеатр в Чеграшийских горах, и Принц с Королевой лично полетели туда проверить акустику. Не то, чтобы в этом была насущная необходимость, нет. Просто и Росана, и Ривран старались использовать малейшую возможность пообщаться со своим наследником 'по-человечески', а не по протоколу при подданных. Или на глазах у Нимерис, которая хоть и не проводила на Острове все дни напролет, но одним своим присутствием сразу же преображала Кирима. Она превращала его из замкнувшегося в себе, мечущегося из крайности в крайность и потерянного, но все же их мальчика, в Его Высочество - отстраненного и холодного, открывающего рот исключительно по делу.

Росана стояла на самом дальнем от почти идеально круглой 'сцены' ряду. Кирим отвесил ей шутливый поклон и не запел - заговорил на Синтре. Слова полетели от него в разные стороны по склонам, и тихий шепот превратился в грохот лавины. Даже понимая, что Дайлети просто балуется сейчас с древней речью, каждое слово которой в той ли иной степени меняло картину мира, Королева не смогла сдержать своего восхищения, и захлопала в ладоши.

Кирим поднялся к ней, она спросила:

- Что это было?

- Стихи. О величии гор, бросающих вызов небу своими острыми пиками.

- А кто автор?

- Мой отец, - тихо ответил Принц и отвернулся.

- Вы виделись с тех пор?

- С Сидаруса? - Тот момент было сложно назвать полноценной встречей. - Нет!

- Ты не захотел? Или он не настаивал больше?

- Ни то, ни другое. Кай благополучно поговорил с Ривраном, а потом исчез в неизвестном направлении.

- Беспокоишься за него? - Росана не любила, когда Кирим прятал от нее лицо, а потому взяла за руку и развернула к себе.

- Нет. У меня полно других поводов для беспокойства.


Больше приставать к нему с расспросами правительница Семи Миров не стала.

- Знаешь, - заговорила она уже на обратном пути, в королевском шаттле. Его вел Кирим, а Рохос - пилот, согнанный с места, стоял за его креслом, держась за спинку, и наблюдал за процессом так пристально, будто был инструктором по полетам, принимавшим экзамен у новичка. - Дейрдре была одной из первых, кто уже дал согласие принять участие в концерте.

- Это хорошо, - Принца внимание телохранителя не смущало ни капли. Росане казалось, что его руки живут отдельной жизнью, управляемые уже даже не головным, а спинным мозгом. Взгляд Кирима то и дело перескакивал с одного экрана на другой, но мыслями он точно был очень далеко он кабины. Лично Королева ничего сложнее флайера так и не освоила, и приборная панель казалась ей темным лесом с блуждающими огоньками. А действия пилотов вызывали у нее стойкие ассоциации с шаманством, несмотря на то, что в ее голове еще со времен школы жили элементарные схемы принципов работы всей той сложной техники, что окружала современного человека. - Она одна сможет собрать полный стадион.

- Как у нее дела? - спросила Росана как бы невзначай, любуясь пейзажем, проносившимся внизу. Они летели над аграрным регионом, и земля была забавно расчерчена разноцветными квадратами: зелеными, желтыми, красными и даже голубыми, - в зависимости от культур, выращиваемых на том или ином участке.

Руки Суона дрогнули на штурвале и шаттл качнуло.

- Росана, - он посмотрел на приемную мать с откровенным укором. - Как я уже говорил, я - большой мальчик, и, совершая феноменальные глупости, стараюсь, по крайней мере, не повторяться. Нет, мы не встречались больше и я понятию не имею, как у нее дела.

- Жаль, может быть, если ты....

- Если я и позволю кому-нибудь, даже Вам, Ваше Величество, влезать в мою личную жизнь хотя бы с советами, - теперь ни на приборы, ни на экраны Кирим не смотрел. Шаттл же летел ровно, как по ниточке. - То это случится первый и последний раз в ночь Выбора, когда Вы придете ко мне с Отваром. Все остальное время я очень попрошу Вас не предлагать мне способы и методы поскорее забыть Зару и начать жить дальше! Это понятно?

Теперь Росана разглядывала свои ногти, ища недостатки в совершенном маникюре. Судя по реакции, ее приемный сын еще не скоро оставит свою возлюбленную и ее смерть в прошлом.

- Прости, - проронила она и, видимо, не совсем справилась с голосом, или Дайлети уловил ее эмоции, потому что Кирим тут же ткнул какую-то кнопку на панели, и развернулся к ней уже вместе с креслом, спокойно бросив управление.

- И Вы меня, - попросил он, беря руки Королевы в свои. - За резкость. И за то, что снова заставляю Вас беспокоиться обо мне. Но я справлюсь с этим. Правда. Однажды я проснусь и пойму, что снова могу дышать. Но до тех пор, Росана....

- Конечно, Кирим, - она легонько сжала его пальцы. - Конечно. Только вернись, пожалуйста, к управлению.

- Сапожник без сапог, - беззлобно поддел дипломированного психолога Дайлети, снова берясь за штурвал. Он знал, что его приемная мать боялась летать с автопилотом. И никакие доводы и демонстрации не могли ее убедить, что в некоторых ситуациях искусственный интеллект куда как лучше справляется с задачей, чем человеческий разум, способный отвлечься, задуматься, 'стормозить' и так далее. Недаром же в крупных городах весь транспорт управлялся централизованной и несколько раз продублированной, на случай сбоев, системой. И,если и случались аварии, то только по вине живых людей. - Вы же доверяете свою жизнь Рохосам? А они ведь тоже машины!

- Они другие! - с жаром воскликнула Королева и даже погладила ближайшего телохранителя по предплечью. Тот склонил голову, пристально за ее действиями наблюдая, но больше никак не отреагировал. Иногда Кириму очень хотелось знать, что творится у андроидов в голове.

- Несомненно, - согласился он.


По возвращении на Остров Кирим, несмотря на поздний час, переоделся и отправился в город, не забыв прихватить с собой жезл - тот маленький, что удалось-таки забрать из цепких лап Чимары до того, как специалисты раскурочили его и разобрали до атомов, пытаясь понять принцип работы.

Оружие Эльзэдэ было обычным металлическим стержнем с навершием - кристаллом. С виду легким, но на самом деле весьма и весьма увесистым, и даже в качестве простой дубинки весьма и весьма эффективным. Вот только кристалл никак визуально с рукоятью не соединялся. Просто висел в нескольких миллиметрах над ней. И тем не менее, сдвинуть его хотя бы на микрон не получалось, даже приложив значительные усилия. И излучение по-прежнему не читалось сканерами. Только Дайлети, знакомые с ним, могли ощущать его активацию. В спящем режиме Единые жезла не 'видели'.

Кирим побродил по городу, пытаясь уловить ауры Ловцов, знакомые ему по Сидарусу, но в столице все было чисто. Он вел скутер в сторону космодрома, чтобы воспользоваться яхтой и покружить немного на орбите с той же целью, когда сверху, с одного из деревьев, нависавших над дорогой, ему на загривок упал пятнистый зверь. Веса гепарда оказалось достаточно, чтобы легкую машинку снесло с курса, приложило о покрытие, а потом швырнуло на ограждение. Скутер полетел в одну сторону, зверь - в другую, а Кирим - в третью, и только благодаря имевшемуся у него горькому опыту Дайлети успел сгруппироваться и отделаться ушибами и ссадинами, а не остался лежать под одним из деревьев с множественными переломами и сотрясением мозга.

- Ты - ненормальный, Тэор?! - взвился он на ноги и направился к коту, как раз принимавшему человеческий облик. Руки чесались набить рыжему морду лица за такие выходки.

- А ты? - в ответ ощерился тот. - Если ты меня видел или почувствовал, почему позволил допрыгнуть?

- Да потому что мне и в голову не пришло, что ты решишь нас обоих угробить!

- А почему, я тебя спрашиваю, а?! - заорал на него бывший Смотритель, первым попытавшись заехать по давней традиции в нос. - Ты что, не знаешь, как Ангелы программируют людей?! Но ладно ты, безмозглый щенок! Но Нимерис-то хороша! Уж она-то должна была сообразить, что меня нельзя было тащить во Дворец!

Кирим увернулся, и ударил в ответ. Тэор перехватил его руку, дернул на себя, сделал подсечку, и двое Единых с Природой покатились с дорожной насыпи вниз, на заболоченный лужок.

- Стояли, красавцы! Улыбались довольно! Да я мог Вас прикончить раньше, чем вы бы моргнули! Ни в Сферу меня загнать не додумались! Ни связать хотя бы!

Гаринар с упоением макал своего Принца лицом в теплую грязную воду, усевшись ему на бедра, а тот лишь бессильно пытался отцепить от своих волос пальцы Смотрителя. Говорить он не мог - уже нахлебался и едва дышал. Тэор был хорошим учеником Кая, и явно провел бок о бок с наставником, перенимая у того науку, больше времени, чем какие-то жалкие шестнадцать лет.

- Дурачье доверчивое! - Приложил Кирима на последок рыжий Единый и, наконец-то, выпустил, позволяя сесть, отплеваться и откашляться.

- Сам придурок! - огрызнулся Принц, обтирая лицо руками. Так как ладони были не намного чище, особой разницы не наметилось. Кирим закрыл глаза, обращаясь к Дару. Подобное воздействие было сложным и крайне энергозатратным, и обычно проще было помыться и переодеться. Но сейчас другого выхода не было. Болотная жижа засыхала прямо на глазах, стягивая кожу и превращая волосы в колтуны. - Нет в тебе ничего! Мог бы спросить!

- Тебе-то откуда знать?

Кирим объяснил, откуда. Но благодарностью его друг не преисполнился.

- Ты бездумно полез в области, о которых не имеешь ни малейшего представления! - зашипел он на наследника престола. - Ты рисковал никогда не вынырнуть из того омута, куда добровольно сунул голову! Именно моя энергетическая сущность могла содержать в себе ловушку! А ты....

Тэор аж задохнулся от возмущения безалаберностью Кирима и замолк.

- Ангелам не нужна моя смерть! - покачал головой Принц, разбирая пальцами более или менее чистые пряди, чтобы привести себя в порядок.

- Ты все еще столь наивен, что полагаешь, будто смерть - это самое страшное, что Они могут с нами сделать? - вернулся дар речи к Тэору. Он схватился за голову. - Я думал, на Сидарусе из тебя выбили подобную ребячливость и категоричность!

Кирим, как всегда при упоминании этой планеты, тут же растерял весь свой пыл и сник.

- Но раз ты здесь, рядом со мной, значит, имел возможность убедиться, что с тобой все в порядке? - тихо спросил он бывшего Смотрителя, глядя на него из-под опущенных ресниц,за которыми спрятал боль и надежду.

- Пожалуй, да, - ответил тот уже спокойно, протягивая товарищу руку, чтобы помочь подняться. - Ты как? Не расшибся?

- Будто ты не чувствуешь!

- Представь себе, нет, - дернул плечами рыжий Единый. - Ты закрылся: спрятался, как улитка в домик. Я и выследил-то тебя на дороге только потому, что примерно представлял себе, чем ты в последнее время занимаешься каждую свободную минутку.

- Ловцы по-прежнему где-то здесь, Тэор. И не успокоятся, пока меня не достанут. Я обязан найти их первым! А ведь есть еще и Дайзери!

- Будто все службы безопасности еще не поставлены на уши!

- А что толку?

Они вернулись на дорогу, и Кирим склонился над своим скутером. Машинка была безнадежно разбита.

- Охотники изменили внешность, обзавелись новыми документами - весьма хорошего качества, раз не попались до сих пор, и могут быть кем и где угодно. А если еще и научились при помощи жезлов Эльзэдэ ауру от Дайлети прятать, то это вообще полный п....ц!

Тэор поморщился, но замечаний по поводу лексикона Принцу делать не стал.

- Тогда на что ты надеешься? - спросил он.

- А то ты не знаешь! - оскалился Суон. - Я - не Дайлети!

- Я сейчас опять тебе врежу за такие разговоры! - пригрозил ему друг. - Ты тот, кем себя считаешь!

- Я долбанный Ангел минимум на половину, Тэор, а мой папочка не желает мне объяснить, как так получилось! Я уже не спрашиваю, нахрена? И за что мне такое счастье, мне тоже уже не интересно! Но хотя бы это он мог бы мне рассказать?!

Кирим резко выпрямился, разведя руки немного в стороны, и вокруг его тела запылал белый слепящий ореол, озаряя ночную тьму на многие и многие метры вокруг. А за спиной раскрылись два трепещущих крыла. В ответ на это с деревьев сорвались в стремительный полет все птицы разом, насекомые в траве, наоборот, испуганно притихли.

Тэор вскинул руку к глазам и отступил, спотыкаясь.

- Прекрати! - заорал он. - Ты сейчас всех Единых на Мирралине перебудишь!

- Ну и что? - Суон и не думал скрываться. - Пусть знают, что сотворил один из них! Один из Древних! Не молчи, Тэор! Я имею право знать!

Он шагнул к другу, заставив, наконец, сияние померкнуть, а крылья исчезнуть. Гаринар смаргивал слезы и глубоко дышал, унимая головную боль.

- Нам обязательно обсуждать это посреди дороги? - проворчал он.

- Никого нет на километры вокруг, а все системы наблюдения только что приказали долго жить! - бросил в ответ Суон.

- Будешь с этим баловаться, мальчик, сдохнешь очень быстро и крайне болезненно, - пригрозил ему Гаринар. - Твое тело и так мстит тебе приступами, а тебе все мало!

- Мы не об этом говорили, Тэор! - напомнил ему Принц Семи Миров, не желавший отступать. - Ты знаешь правду, и я хочу ее услышать! И имею на то полное право!!!

- Давай присядем! - предложил ему рыжий Дайлети примиряюще. Они как раз дошли до оборудованной площадки для отдыха на обочине дороги, по счастью, безлюдной в этот час. Тэор первым плюхнулся на скамейку, потирая виски. Кирим устроился напротив. - Если ты уже сам обо всем догадался, то зачем вынуждаешь меня нарушить обещание, ничего тебе не рассказывать раньше времени?

- Это ты Каю такое обещал?

- Ему, да.

- Тогда я буду говорить, а ты кивай, хорошо?

Бывший Смотритель тяжко вздохнул. И Кирим заговорил:

- Когда-то давно эта Вселенная целиком и полностью принадлежала Ангелам. В ней не существовало материи, одна только энергия. Они жили, свободные от всех ограничений, и все свое время посвящали изучению удивительного мира вокруг себя. Но однажды в своих исследованиях и экспериментах они зашли слишком далеко. И случился Взрыв.

Ангелы долго приходили в себя, а когда смогли как следует осмотреться, то с горечью осознали, что Вселенная очень сильно изменилась. Они потеряли над ней власть. И даже более того: Им едва нашлось там место. И даже тот крошечный кусочек безграничного когда-то пространства-времени, что Им остался во владение, медленно, но верно начал Их убивать! В ужасе Они бросились на поиски решения своих проблем. И наткнулись на странных существ, населивших слепленный из грязи комок под названием Земля, и согреваемых светом забавного шарика, что гордо именовали Солнцем! Они явились людям в виде сияющих, преисполненных величия и гнева исполинов, ибо поняли, что те стали новыми хозяевами мира. Люди были носителем двух начал: материального и энергетического. Вот только последняя часть оказалась слишком слаба, чтобы оказать на Природу вокруг хоть малейшее влияние. И Ангелы начали свои эксперименты, венцом которых стали Дайлети. Вместе с ними Они создали Эльзэдэ, способную вернуть все, как было. Только не учли, что в Единых с Природой осталось слишком много человеческого. И что Их создания осмелятся пойти против Них и выступить на стороне грязных людишек! И воспользуются Эльзэдэ совсем в других целях! Кай и его соплеменники.... Сколько их тогда было, Тэор? Сотня? А осталось всего двенадцать. И среди них - мой отец....

Гаринар кивнул.

- Так Кай запер Ангелов в их измерении, понадеявшись, что те сгинут там на веки вечные. Я прав?

И снова короткий кивок в ответ.

- Но он ошибся - Они вернулись. Обманутые! Преданные! И оттого злые! И моему отцу пришлось резко подсуетиться, чтобы решить проблему! Я вот только никак не возьму в толк, что изменилось? Почему он сам не осуществит свой план? И как он добился, чтобы на свет появился такой, как я? Я хочу это знать, Тэор!

Кирим не кричал. Он цедил слова, и те срывались с его языка, ядовитые, злые, преисполненные горечи.

- Я не хочу расплачиваться за все, Тэор! Мне страшно! И больно! И жить я тоже хочу, желательно долго и счастливо! Хоть ты мне объясни, почему я не имею на это права?!

Тэор подошел к нему, дрожащему и кусающему губы, чтобы не разрыдаться, словно обиженному на весь свет маленькому ребенку, присел рядом и притянул к себе, обнимая за плечи.

- Остынь, Кир, - Гаринар взъерошил ему волосы пятерней. - Кай никогда бы не обрек своего сына на смерть! Разве он растил тебя, как овечку для заклания? Нет! Он воспитал тебя сильным, уверенным в себе, умеющим за себя постоять! Он научил тебя размышлять и делать выводы! Я и подумать не мог, что ты настолько многое понял! - он тепло улыбнулся младшему Дайлети. - Все изменилось, потому что установок теперь на девять, как раньше, а всего одна. И Каю не под силу совершить задуманное. Ему нужен помощник, а не энергетический донор.

Кирим смотрел на него исподлобья, нахмурившись, сумрачно и недоверчиво. Даже аура его по ощущениям топорщилась острыми иглами. Тэору отчаянно захотелось их пригладить, и он потянулся к другу Даром, желая поделиться теплом.

- Где мой отец, Тэор? - резко сменил тему Кирим, отстраняясь и закрываясь. - Надеюсь, не там, где ты провел больше трех месяцев?

Теперь настала очередь Гаринара отводить взгляд. - Я решил, что смогу больше узнать об Их планах, и по глупости попался. И не спрашивай, что Они со мной делали! - предвосхитил он новый вопрос. - Есть вещи, о которых и ты, и я очень хотим поскорее забыть, как о страшном сне. Но Кай - совсем другое дело. Если он исчез, то только потому, что так было нужно. Не волнуйся о нем! - Я и не волнуюсь, - проговорил Принц себе под нос. Вышло неубедительно.


## Глава 18.


- Мы, как могли, оттягивали этот момент, - осторожно начала Королева, на всякий случай положив руку Принцу на плечо. Наверное, чтобы не убежал. - Но уже вышли все сроки. Ты же понимаешь, мы связаны Законом....

Кирим прекрасно все понимал, но пересилить себя не смог: вскочил, сбрасывая руку приемной матери, и отошел в дальний угол малой гостиной, словно там его не могла настигнуть суровая необходимость. И тут же, осознав всю бесполезность бегства от неизбежного, снова вернулся к Росане.

- Как скажете, - медленно кивнул он, опуская голову, чтобы не видеть сострадания в ее глазах. - Я буду ждать вас вечером.


- У меня еще и жены-то нет, а вы все уже пришли свечку подержать? - мрачно поинтересовался Суон, окинув взглядов явившуюся к нему на ночь глядя делегацию. Собрались все: Росана, Ривран, Нимерис и даже Тэор, которого здесь в теории быть и вовсе не должно было.

- Не ерничай, - одернул его рыжий Дайлети. - Мы понимаем, что ты нервничаешь, и тебе страшно, но чем раньше мы начнем, тем быстрее все закончится.

- Для вас, - не унимался Принц. - Для меня-то как раз все начнется!

Нимерис со стуком опустила тяжелую Чашу на прикроватный столик и сдернула ткань, ее закрывавшую. В мягком приглушенном свете, что Кирим оставил в спальне по случаю появления гостей, Отвар мерцал и переливался, как расплавленное золото.

Кирим бесцеремонно окунул в жидкость указательный палец и закрыл глаза, концентрируясь на своих ощущениях. И тут же снова уставился на своих 'гостей':

- Я ничего не чувствую! - возмущенно сообщил он. - Не могу определить ни состав, ни свойства! Я не стану это пить!

Нимерис и Ривран дружно закатили глаза. Именно чего-то подобного они от Принца и ожидали: Король - потому что помнил, как прошла Церемония, а Смотрительница в целом не питала никаких иллюзий относительно будущего правителя Семи Миров. Тэор и Росана переглянулись и присели на кровать, по обе стороны от Кирима, словно отрезая ему пути отступления.

- В небольших дозах Отвар совершенно безопасен даже для человека, - пояснил Тэор. - Он всего лишь позволяет раскрыть Сознание навстречу Природе и направить его поток в нужное русло. Учитывая силу твоего Дара, тебе хватит и такого количества! - рыжий Дайлети кивком головы указал на палец Его Высочества. Отвар не торопился стекать обратно в Чашу, а облепил первую фалангу тонкой маслянистой пленкой, напрочь отбив у Суона желание его попробовать. - Смелее, Кирим. Ничего страшного не случится. Ты просто уснешь и увидишь сон. А на утро расскажешь его нам во всех подробностях. И мы поможем тебе отыскать ту, что станет править рука об руку с тобой.

- Мы будем рядом, - Росана опустила руку приемному сыну на плечо и легонько сжала пальцы.

- Это-то меня и беспокоит! - проговорил Кирим едва слышно, опускаясь обратно на подушки.

- Смелее, Кай-эли, - поторопила его Нимерис.

И она, и Тэор были правы: Кирим боялся: только не за себя, а за других. За всех тех, кто собрался сейчас в его спальне. Никого из них он хоронить не хотел, даже Смотрительницу, как бы та к Принцу не относилась. Но они словно не понимали всю серьезность ситуации. И если королевскую чету и бывшего Смотрителя еще можно было понять, то почему Нимерис не желала трезво оценить грозящую им опасность, было совершенно неясно.

- Тэор, а мой отец,... - предпринял Суон последнюю попытку остановить это безумие.

- Если бы Кай считал, что это плохо скажется на тебе или на нас, то давным-давно оставил бы мне четкие инструкции на этот счет, - успокоил его Тэор. - Не тяни, это совсем не больно!

Кирим в смятении окинул взглядом комнату, словно надеялся, что в последний момент что-то произойдет, и ему не придется этого делать, но на него с надеждой смотрели четыре пары глаз, и он медленно провел пальцем по внутренней стороне нижней губы, чтобы Отвар попал на слизистую, и снова прислушался к своим ощущениям. Тэор был прав: больно не было.

Принц Семи Миров улыбнулся светло и отрешенно, упал на подушки и перестал дышать....


Никогда еще Слияние не было таким полным и абсолютным.

Безграничная Вселенная приняла его в свои объятия, как родного, сделав даже не частью себя, а позволив вобрать себя целиком. И это было невообразимо.... Никакие эпитеты не смогли бы описать то, что Дайлети чувствовал под действием Отвара. Это было не передать словами - ощущения были за гранью всего того, что ему доводилось хотя бы раз переживать. Экстатическое удовольствие накатывало волнами, и они грозили смыть все то, что он еще считал собой.

Не стесненный более физической оболочкой разум легко парил среди бесконечного пространства Вселенной, без труда перемещаясь из одной ее точки в другую, стоило только того пожелать.

Семь планет, величественно вращающиеся вокруг своей звезды, были похожи на мобиль, что когда-то висел над кроваткой маленького Кира. Сейчас он ясно помнил и эту первую в его жизни игрушку, и маленький дом в месте слияния двух рек, и планету, дорогу к которой все забыли. Дайлети по привычке потянулся к разноцветным шарикам рукой, осознал, что тела, как такового у него больше нет, и засмеялся. И смех его зазвенел сотнями серебряных колокольчиков.

Хотелось прикоснуться к ярким шарикам и заставить их вращаться немного быстрее. Или в обратную сторону. Он почти дотронулся до одного из них, но тут увидел крохотную блесточку на его поверхности. Она ярко мерцала и тянула к себе, как магнит. Легкое мысленное усилие - и Дайлети приблизился к ней, чтобы разглядеть получше, что она собой представляла.

Обнаженная девушка сидела на краю постели и расчесывала волосы, укрывавшие ее словно плащом до самого пола. Из темного блестящего полога торчали только острый локоток и коленки. Она водила по волосам широким гребешком и что-то тихонько напевала. Мелодия показалось знакомой Единому с Природой. Он замер, пытаясь вспомнить, где мог раньше ее слышать, а заодно пристальней всмотрелся в черты лица девушки.

Эту песню однажды на балу исполняла Дейрдре. И эту девушку Дайлети тоже раньше встречал. Только она была гораздо младше.

"Лилан Алари," - вспомнил он ее имя. А заодно и все остальное.

Ночь Выбора.

Отвар.

И тело, над которым бились Тэор и Нимерис, пытаясь вернуть его к жизни.


Все попытки Исцеления заканчивались, даже не успев толком начаться. Нимерис и Тэор ощущали, что вся сила их Дара просто ухает безрезультатно в пустоту, не оказывая на тело Принца ни малейшего влияния. И тогда они решили действовать иначе.

Рыжий Дайлети зажал Его Высочеству нос, накрыл его губы своими и сделал выдох, заставляя легкие Принца работать. И отстранился, позволяя Нимерис несколько раз ритмично нажать на его грудную клетку, вслух отсчитывая ритм.

Они повторяли свои действия раз за разом, пока в спальню не ворвались Рохосы, куда лучше Единых с Природой оснащенные для проведения реанимации. Один из них тут же разорвал на принце футболку, чтобы второй мог приложить к его обнаженной груди ладони. Разряд - и тело Его Высочества выгнулось, чтобы опуститься на постель таким же безжизненным, как и секунду назад.

Ривран едва ли не силой увел Росану из спальни. Кажется, она что-то кричала при этом и тянула к приемному сыну руки, но Тэор не слышал ее, погруженный в Слияние.

Четыре с половиной минуты.....

Пять....

Рохосы деловито суетились вокруг, почти полностью скрыв Кирима от глаз двух Дайлети.

Но им не обязательно было его видеть. Они чувствовали....

Семь минут....

Восемь с половиной....

Сколько мозг Единого с Природой мог прожить без кислорода? А если регенерация при этом полностью отсутствует?

Тэор прокручивал в голове эти вопросы, не будучи уверенным, что хочет получить на них ответы, особенно на практике. Он стиснул голову руками и глухо застонал.

И тут произошло нечто, заставившее бывшего Смотрителя снова во все глаза уставиться на постель, а Рохосов отпрянуть. Очертания тела Принца Семи Миров поплыли, словно в дымке Изменения. Еще мгновение - и оно исчезло, растворившись в пространстве и оставив Рохосов раз за разом обращаться к своим базам данных и не находить объяснения тому, что случилось.

- Вот и все, - тихо проговорила Нимерис, опускаясь на ковер.

- А вот и нет! - горячо возразил ей Тэор. Он решительно шагнул к постели, отодвинув плечом ближайшего Рохоса, и провел над ней рукой.

- Кир слишком молод, чтобы после смерти его тело исчезло. При всей силе его Дара..... Это что-то другое, Нимерис. Это... Переход! - осенило его. Теперь, немного успокоившись и сосредоточившись, он ясно и отчетливо ощущал След.

- Но куда? - к нему присоединилась Смотрительница. Они объединили усилия, чтобы определить если не конечную точку, то хотя бы направление.

- Вильм! - сказали они одновременно, выныривая из транса. И бросились вон их комнаты, едва не столкнувшись в дверях.


В принципе, реакция девушки на появление в ее спальне постороннего мужчины, да еще и в таком виде, была естественной и оправданной. Она завизжала и кинула в Кирима гребешок, оказавшийся страшным оружием. Уже в следующую секунду она была в постели и под одеялом, натянув его до самого подбородка, и смотрела на нежданного визитера огромными темными глазищами, не делая больше попыток кричать или убежать. И в этом крылась вся разница между Семью Мирами и остальной Вселенной. Голый окровавленный мужчина, очертания тела которого мерцали и плыли - повод для испуга, но не паники. Сильно этому обрадоваться Кирим не успел, потому что упал, едва попытавшись сделать шаг.


В приоткрытые губы Единого с Природой лилась приторно-сладкая вода, перенасыщенная витаминами и минералами. Он чувствовал чью-то руку, поддерживавшую его под голову, мягкий ворс ковра и тепло укутавшего его покрывала.

- Пей, Дайлети, - услышал он требовательный голос. - Тебе эту нужно сейчас. Ты истощен из-за регенерации и Перехода.

Кирим сморгнул и сфокусировал взгляд на говорившей. Девушка не только оделась, но еще и натянула на кисти рукава толстого пушистого халата, чтобы ни в коем случае не соприкоснуться кожей с Дайлети. И правильно. В таком состоянии, лишенный привычного Шлейфа и вынужденный собирать тело с нуля, стягивая 'строительный материал' из окружающего мира, Единый с Природой представлял опасность для человека, потому что плохо себя контролировал, и мог если не убить, то, как минимум, довести до истощения.

Суон давно не терял Шлейф, и успел позабыть это противное ощущение. Без него он чувствовал себя гораздо более голым, чем без штанов.

- Спасибо, - нашел он в себе силы поблагодарить хозяйку дома, в котором оказался. Лилан Алари отставила опустевшую бутылку, осторожно уложила голову Кирима на подушку и убежала из комнаты, на ходу торопливо проговорив:

- Я сейчас принесу тебе что-нибудь поесть!

Она вернулась очень быстро и не с подносом даже, а со столиком, парящим на встроенном антиграве и заставленным тарелками.

- Тебе очень повезло, Дайлети, - объяснила она с улыбкой, помогая Кириму сесть, прислонившись к стене. О том, чтобы перебраться в более удобное для еды место, речи пока не шло: хрупкая девушка не могла дотащить Кирима хотя бы до постели, а сам он был не в состоянии встать. Слабость была липкой, всепоглощающей и опустошительной. Тело казалось легким и как будто звонким, но при этом словно ватой наполненным. Даже вилку в руках было тяжело держать. - Обычно, когда я живу одна, я ничего не готовлю. Но вчера прилетал мой брат - он космодесантник - и для него пришлось расстараться....

Слишком занятый поглощением пищи и необходимостью удерживать тело в сидячем положении, Кирим лишь мимоходом отметил про себя очередную невинную оговорку девушки. Вот так запросто сообщить постороннему, что она в доме одна и притом давно - за пределами Семи Миров такого не позволил бы себе и шестилетний ребенок.

Лилан отошла в сторону, наскоро заплела волосы в свободную косу и теперь стояла, скорбно разглядывая кровь, щедро размазанную по светлому пушистому ковру там, где, как подкошенный, свалился Дайлети. Кирим отвлекся на минуту и вытянул в направлении пятен руку раскрытой ладонью вниз. Кровь, словно по волшебству, исчезла бесследно. Лилан повернулась к нему, задумчиво хмурясь.

- У тебя это так легко получилось, потому что кровь - твоя, да? - уточнила она. - Верно, - ответил ей Кирим и против воли улыбнулся ее догадливости. И тут же потянулся рукой к правой щеке - ее больше не тянул старый шрам. Потому что во время Перехода все, что осталось от Единого с Природой, было сконцентрировано в основной матрице. И он, наконец-то, увидел ее так, как пыталась добиться от него Нимерис - не как открытую книгу, в которой страшно перечеркнуть хотя бы букву, а в виде электронного документа, где можно было безбоязненно вымарать хоть целый абзац. Это получилось так легко и естественно, что в тот момент Кирим даже значения этому не придал.

Лилан же истолковала его жест по-своему.

- Не переживай, - успокоила она его, присаживаясь на краешек кровати. - Регенерация уже давно завершилась. У тебя очень яркий Дар!

Выражение ее лица снова изменилось, живо и непосредственно отразив внутренние переживания.

- Кто это сделал с тобой? Вызвать полицию?

И опять она догадалась, не предложить Изгнаннику связаться с родными. Не по годам мудрая девочка.

- О, это старые раны, - успокоил ее Суон. - Просто...

- Старые? - брови девушки изумленно поползли вверх. - Но у Дайлети.... Погоди-ка, так это правда? Ты - тот самый Дайлети-со-шрамом, да? У нас на курсе мальчишки едва не передрались, споря, возможно это или нет! Как это случилось? Расскажешь?

- Не сейчас, хорошо? - Суон мысленно потянулся к Символу, посылая короткое сообщение Королю и ругая себя за то, что не сделал этого сразу же, как очнулся. Если у Его Величества и случится инфаркт, то будет он исключительно на совести Его Высочества!

- Ой, я же совсем забыла о вежливости! - вскинулась девушка. - Я - Лилан! - она протянула Принцу маленькую ладошку, выпростав ее из рукавов халата.

- Кирим! - назвался он, легонько сжимая ее пальцы. - Извини за мое несвоевременное появление. Я не очень-то контролировал процесс Перехода.

- Бывает, - немного смущенно улыбнулась дочь наместника Алари, очень живо напомнив Единому с Природой себя двенадцатилетнюю. Кутаясь в свитер, одолженный ей Киром взамен изорванного термокомбинезона, она с такой же улыбкой благодарила его за свое спасение во льдах Алдана. Но сейчас девушка его, конечно же, не узнавала. Слишком много лет прошло. Да и Дайлети тогда не убирал щиток с лица, а динамик искажал голос. - Я поищу тебе какую-нибудь одежду....

Она снова убежала, оставив Кирима внимательно прислушиваться к ощущениям в правой кисти. Сообщения буквально разрывали руку на части, не давая возможности сосредоточиться и понять хоть что-то детально. 'Все потом!' - отмел он все расспросы разом. Вернулась с охапкой одежды Лилан.

- Думаю, Аркон не обидится, если я одолжу тебе это, - не очень уверенно заявила она. - Он все равно большую часть времени ходит в форме! Тебе дать наладонник?

Кирим отрицательно качнул головой.

- Тогда одевайся! Я подожду в холле.

Дайлети какое-то время сидел, смотрел на закрывшуюся дверь и думал о том, что не допустит, чтобы в Семи Мирах хозяйничали Ангелы или их приспешники. Потому что никто не имел права покушаться на это.

Чистоту.

Доброту.

Невинность.

Доверчивость.

Он разглядывал комнату дочери Наместника Вильма, в которой смешались детство и мир взрослых. За одной из подушек, пахнувшей цветами и ванилью, спрятался плюшевый мишка с огромным розовым бантом на шее. На полке кукольная парочка, трогательно державшаяся за руки, соседствовала с серьезными бумажными изданиями трудов, посвященных психологии взаимодействия людей и Дайлети. На маленьком столике с зеркалом выстроилась целая коллекция ароматов в разноцветных флакончиках самых причудливых форм и расцветок. У окна стоял мольберт с незаконченным рисунком. Среди мастерски выписанных снежных вихрей Кирим с изумлением разглядел едва намеченную морду подснежника. А в самом углу картины примостились две прорисованные пока что лишь карандашом фигурки: та, что побольше прикрывала собой маленькую. Лилан помнила.... Все еще помнила Алдан. В деталях и подробностях. И постоянно возвращалась в памяти в те три дня, что провела среди снега и льда с Дайлети, так и не показавшим ей лица и не назвавшим своего имени.

Не глядя натянув первые попавшиеся штаны и потуже затянув ремень на них - космодесантник был ощутимо крупнее Единого с Природой, - Кирим подошел к окну и столу, на котором аккуратной стопочкой лежали уже законченные работы. В основном они были выполнены пастелью, совсем небольшая часть - красками, а некоторые так и остались карандашными набросками. Почти на всех из них художница изобразила Дайлети. Мужчины, женщины и дети были запечатлены в разные моменты своей жизни, но у всех рисунков было кое-что общее: сразу бросалось в глаза, что это не люди. Нужно было обладать удивительным талантом, чтобы перенести тонкие различия на бумагу так, чтобы у зрителя не осталось сомнений. И передать при этом еле уловимое ощущение чуда и сказки.

Кирим словно вернулся в детство. Потому что именно такими в первый раз увидел своих соплеменников, когда отец привез его в трехлетнем возрасте на Дай-Санай.

- Нехорошо трогать чужие вещи без разрешения, - прозвучал за его спиной обиженный голос. - Не думала, что Дайлети может поступить столь бестактно!

Кирим резко обернулся. К нему давно уже никто не мог вот так запросто подкрасться: и Сат был не в счет, потому что имел спец подготовку. А вот чтобы девчонка!...

- Извини, - Суон вернул рисунки на место. - Просто... твои работы... очень живые. И притягивают взгляд.

- Ты считаешь? - и снова легкий румянец окрасил щеки Лилан. Она больше не обижалась.

- Несомненно, - подтвердил он и вернулся к постели, за рубашкой или свитером. То, что девушка уже имела возможность полюбоваться им во всей красе, не означало, что стоило смущать ее и дальше.

- Ты далеко живешь? - спросила Лилан, торопливо пряча свои работы в ящик стола. - Я бы предложила тебя подвезти, но родители забрали оба флайера, а своего у меня пока нет: я только неделю назад получила лицензию.

Да, это был очень насущный и своевременный вопрос, требовавший основательного и осторожного подхода. Кирим сразу понял, почему очутился в этой комнате, рядом с этой девушкой. Но вот как это следовало объяснить ей? Так и сказать: 'Лилан, ты летишь со мной на Мирралин, потому что ты - будущая Королева Семи Миров?' Или не стоило сообщать подобные новости в лоб? Он очень хорошо помнил собственную реакцию на слова Короля о Выборе. А в комнате было очень много тяжелых и острых предметов.

- Лилан, видишь ли, ... - осторожно начал он, на всякий случай, отступая подальше. - Вы, наверное, это еще не проходили, но Переход никогда не заканчивается в случайной точке....

- Проходили? - нахмурилась девушка. - Ты знаешь, где я учусь?

- Да, Лилан. И не только это. Я знаю, что ты - дочь Наместника Вильма и учишься на факультете Взаимодействия людей и Дайлети. Что тебе недавно исполнилось восемнадцать, и что ты пишешь песни для певицы Дейрдре. И даже кое-что еще, о чем ты сама пока даже не подозреваешь.

Он поднял правую руку на уровень груди и позволил Символу появиться.

Теперь уже шаг назад сделала Лилан.

- Нет! - покачала она головой. Ну, конечно: она же родилась в Семи Мирах и не могла не догадаться, к чему Кирим клонит. - Не может быть! Это неправда! Это чья-то злая шутка? Я не верю!

Помнится, Росана уверяла наследника, что гражданин Семи Миров должен был спокойнее отнестись к известию о Выборе. Но не тут-то было.

- Лилан, я понимаю, что ты совсем не рада это слышать, и уверяю тебя - мне это нужно не больше, чем тебе, но....

- Я не хочу! - кричала Лилан уже в полный голос, по-прежнему отступая. Еще немного, и она окажется за дверью. - Я не могу! Я люблю другого!

Это, на самом деле, в разы все усложняло.

- Лилан, пожалуйста, - Кирим протянул ей руку раскрытой ладонью кверху. - Давай заключим перемирие. Я должен привезти во Дворец Принцессу. Тебе тоже от Выбора никак не открутится. Но это обязывает нас только к сотрудничеству на благо Семи Миров. И ни к чему большему. Мы станем коллегами. И, если не будем глупить, то - друзьями. Я понимаю, что о многом прошу, но мы можем хотя бы спокойно поговорить для начала?

Девушка смотрела на него хмуро и недоверчиво. И было ясно, что у нее в голове не укладывалось, что Дайлети, посреди ночи появившийся в ее спальне голый и в крови - Принц Семи Миров.А у нее самой через три дня появится на руке такой же Символ. Но она нашла в себе силы выпрямиться, гордо вскинуть голову и вложить свою ладонь в его. И тут же робко и жалобно спросила:

- А это никак уже не отменить? Совсем-совсем?

- Увы, - выдохнул Кирим.

## Глава 19

- Проводишь меня в кабинет твоего отца? Мне нужна защищенная линия связи, - попросил Кирим. Наверное, только после этих слов Лилан вдруг до конца осознала, что это все на самом деле и всерьез. И что ее жизнь менялась: резко и бесповоротно. И ей стало жутко до дрожи. Она посмотрела на Дайлети совсем другими глазами. Немного растрепанный, бледный, в одежде с чужого плеча, он все равно был будущим правителем Семи Миров. С которым ей теперь предстояло разделить весь его путь. - Да, разумеется, идем! - отозвалась она после некоторой паузы, едва поборов искушение назвать Единого с Природой на Вы и с титулом. - Только у меня нет доступа к компьютеру отца. - Это не страшно. Лилан редко прислушивалась к тому, о чем мама и папа шептались вечерами. По негласному семейному правилу они старались не приносить работу домой. Но все-таки иногда что-то проскальзывало, не в словах даже, а во взглядах. И дочка Наместника знала: что-то нехорошее надвигалось. Кабинет Крона Алари был темен и тих. Лилан зашла первой, щелкнула пальцами, как делал отец, чтобы включить свет, и домашний компьютер послушно отозвался. Толька рабочая панель на столе едва засветилась: холодно и неприветливо. Она была настроена на биометрию Наместника и не желала иметь ничего общего с чужаками. Кирим провел правой рукой в зоне действия сканера, и, впечатленная Символом Королевского дома, панель расцвела приветственной голограммой. Лилан знала, что при вступлении в должность отцу установили какую-то новейшую разработку в области внутрисистемных коммуникаций, и он мог обсуждать с Королем любое дело, даже с пометкой 'сверхсекретно', не выходя из дома. Тогда же переоборудовали и весь особняк, снабдив его защитой от прослушивания и сканирования. Теперь одной единственной командой его можно было превратить в настоящую крепость. И вызвать Королевскую гвардию. Но, как показала практика, все эти суперсистемы совершенно бесполезны, когда речь идет о Дайлети, способном переместиться из одной точки Вселенной в другую. - Я договорюсь о трансфере для нас, - пояснил Кирим свои действия. - А тебе, я полагаю, уже можно собирать вещи.... Он не знал, как еще тактично выпроводить девушку из кабинета до начала разговора, потому что подозревал, что Король и Нимерис наследника, как обычно, не похвалят. Лилан растерянно оглянулась по сторонам, несколько раз сморгнула и... расплакалась, упав в широкое мягкое кресло у двери. Кирим не сдержал тяжёлого вздоха и направился к ней, на ходу подбирая слова, чтобы успокоить будущую Принцессу Семи Миров, которая, как оказалось, совсем не готова была принять свою судьбу. Он присел рядом с ней на подлокотник и осторожно приобнял ее за плечи. Лилан доверчиво прижалась к его боку и разрыдалась еще сильней. В представлении Кирима женские слезы являлись не конвенционным оружием. Особенно, если их причиной был он. Хоть в какой-то степени. - Не плачь! Все плохое, что могло случиться, уже позади. Дальше будет только хорошее! - повторил он слова, сказанные ей шесть лет назад на ледяном Алдане....


## Глава 19


Сорокаградусный мороз пощипывал щеки и кусал за нос, и восемнадцатилетний Дайлети, бросив последний взгляд на безграничную белизну вокруг, вновь активировал щиток термокомбинезона. Он несколько раз сморгнул, стряхивая с ресниц невольно выступившие на глазах слезы, и погрузился в Слияние. Секунду назад ему показалось, что снежный наст под ногами слегка дрогнул. Это могло означать все, что угодно: начиная от крупного хищника, подобравшегося слишком близко к поверхности в погоне за дичью, и заканчивая далеким обвалом.

Второе предположение оказалось верным. По ту сторону горной гряды, едва выступавшей из толстого снежно-ледяного покрова, просел большой кусок наста. Так бывало иногда. Алдан только выглядел пустым и безжизненным. Но ближе к не остывшему еще до конца ядру планеты кишела жизнь, спрятанная от внешнего холода многовековыми наслоениями из снега и льда. Неподготовленному человеку с местной живностью встречаться не следовало, но, несмотря на это, своей уникальной экосистемой и красотой белоснежных просторов Алдан привлекал к себе множество туристов. Для них были проложены защищенные от хищников тропы, а за безопасностью следили военные на аванпостах. Если бы спросили Кира, то он бы посоветовал не пускать на планету посторонних. И дело было не только в дикой природе. Алдан был хранилищем Эльзэдэ. И людям стоило держаться от последней уцелевшей установки как можно дальше.

Лейтенант Асаи оставил ту часть 'Вайрес', что высадилась вместе с ним на планету, в пяти километрах от этого места, опасаясь, что чуткая система безопасности древнего оружия может среагировать на непрошеных гостей. Вернее, даже не на людей, а на их экипировку. Кир и сам собирался переодеться в обычную одежду без примеси электроники. Он не боялся мороза и хищников. И далекого обвала тоже. Но что-то его все-таки насторожило, и он все глубже и глубже погружался в Слияние, выискивая причину своей тревоги. И вскоре нашел. Вместе со слоем снега и льда вниз, в туннели, рухнула часть туристической тропы.Утащив с собой ребенка.

Девчонка была невероятно везучей. Практически, как Дайлети. Потому что, упав, ничего себе не сломала, почти сразу же угодила в реку, что несла свои воды глубоко под горой, и догадалась сгруппироваться в воде, спрятав наиболее уязвимые части термокомбинезона. Впрочем, ее все равно изрядно обтрепало об камни, и к тому моменту, как Кир сумел выловить ее по эту сторону гор, комбез был уже далеко не герметичен. Девчонка промокла насквозь и точно так же промерзла в ледяной воде.

Кир пожертвовал несколькими топливными брикетами, чтобы развести в крохотной пещерке, где едва хватало места им двоим, огонь, и вытряхнул девчонку из остатков ее комбинезона. Тот был в столь плачевном состоянии, что на его починку наверняка потребовалось бы угробить практически весь ремонтный комплект. Но на данный момент были другие, более насущные проблемы: ребенка стоило согреть и переодеть хоть во что-то. Нижнее термобелье Дайлети высушил при помощи Дара прямо на ней. Еще несколько минут он не выпускал из рук ее ледяные ладошки, пока не убедился, что девочка согрелась. Потом накинул на нее меховую куртку, в которую собирался переодеться ближе к Эльзэдэ, и принялся ждать.

Девочка начала всхлипывать еще до того, как толком проснулась. Киру пришлось сесть с ней рядом, крепко обнять и гладить по густым черным волосам, уложенным в настоящую корону на голове. Прическа слегка растрепалась в процессе вынужденного купания, но до конца не рассыпалась. Единый с Природой решил, что если волосы распустить, то пряди достанут девчонке до середины бедер, не меньше.

- Не плачь, - говорил он ей. - Все плохое, что могло случиться, уже позади. Дальше будет только хорошее!

Она успокоилась очень быстро и сразу же спросила:

- Ты - Дайлети?

Кир слегка опешил: он не убирал щиток с лица, только перчатки снял. Как она догадалась?

- Мне очень тепло сейчас, - не дожидаясь ответа, продолжила девочка. - И моя одежда совершенно сухая. Человек бы не смог так быстро мне помочь. И нас еще не съели хищники. Папа говорит, в туннелях Алдана даже вооруженный человек не продержится долго.

- Будем считать, что ты права, - уклончиво отозвался Асаи. Он мысленно прикидывал, во что ему и отряду обойдется эта вынужденная задержка. А ведь девчонку не развернешь в сторону ближайшего аванпоста и не скажешь: 'Топай туда!'. Вряд ли ее будут искать так далеко от места обвала. Проблему решила бы пара сигнальных ракет, но Асаи не взял с собой ничего подобного - даже бластер оставил, он ведь не планировал привлекать к себе лишнего внимания. Придется провожать.... Снова прикоснувшись к Природе, Кир убедился, что ближайшие люди, которым можно было бы с рук на руки передать ребенка, - не считая 'Вайрес', разумеется, - находились в двух днях пути отсюда. Потом он еще раз взглянул на не по годам мелкую девочку и сделал поправку: в трех.

- Я - Лилан, дочка Крона Алари,- представилась спасенная и протянула Киру руку. Тот пожал ее в ответ, но имени своего так и не назвал. Девчонка истолковала его молчание по-своему: - Спасибо, что спас меня. Ты ведь здесь на Испытании, да? А я все испортила, и тебе теперь придется начинать все заново?

Кир растерянно кивнул в ответ, пораженный тем, что даже двенадцатилетние дети в Семи Мирах знают про Испытание, что проходит каждый Дайлети, когда решает, что уже хочет называться взрослым. На сорок дней и ночей Единый остается один на один с Природой, как правило, в довольно жестких условиях. На счастье лейтенанта Асаи, Лилан не знала, что соплеменники оставляют претендента в глуши совершенно голым и без всякого снаряжения. Даже ножа брать с собой не полагалось....

Кир прошел свое Испытание уже два с лишним года назад. В пустыне. Впрочем, делиться подробностями Кир не планировал. Врать девчонке не хотелось, а говорить правду было категорически нельзя. Так что пусть сама придумывает для всего объяснение, тем более что у нее это замечательно выходило.

- Поешь, - он кинул ей один из пищевых брикетов. - И можешь еще поспать. Мне понадобится время, чтобы починить твой комбинезон.

На огне закипала вода. Исцеление при помощи Дара - это одно. А горячий чай - совершенно другое. Девочка поплотнее укуталась в его куртку, нахохлившись в ней, как цыплёнок, и принялась задумчиво жевать.

- Гадость какая! - вынесла она свой вердикт некоторое время спустя. Половину плитки она так и не осилила, бережно завернула остатки в обертку без маркировки и сунула в карман рюкзака, прислоненного к ледяной стене.

- Совершенно с тобой согласен! - серьезно ответил ей Дайлети, заливая очередную прореху в комбинезоне специальным клеем. Когда кропотливая работа была закончена, а чай выпит, он коснулся сенсора возле капюшона, и высокотехнологичная одежка весело подмигнула ему приветственным огоньком. Что было весьма и весьма кстати, потому что без подогрева Кир не взялся бы провести Лилан даже по нижним туннелям, где температура ниже минус десяти никогда не опускалась.

- Переодевайся! Нам нужно идти!

Девочка вылезала из его куртки неохотно, напоследок вжавшись в нее лицом и жадно втянув запах. Кир не нашел для себя объяснения этому действию, но списал все на шоковое состояние. Все-таки девчонку здорово помотало по пещерам.

Когда Лилан оделась и активировала комбинезон, Кир затушил пламя, и без того стремительно таявшее, и пещера погрузилась в темноту. Девчонка всхлипнула и шагнула к нему, в темноте пытаясь нащупать его руку. Для Единого с Природой мрак в туннелях не был абсолютным: при всей своей толщине ледяные своды над головой сохраняли некоторую степень прозрачности. И этих крох света Дайлети хватало. Впрочем, он и в полной темноте смог бы нормально передвигаться, чего нельзя было сказать о неприспособленном к таким условиям человеческом ребенке.

- Ты хотя бы инструктаж перед экскурсией проходила? - со вздохом спросил он, и сам прикоснулся к сенсору на ее рукаве, активируя нашлемную подсветку.

- Да, - бодро отозвалась девочка. - И там говорилось, что свет может привлечь хищников, а потому без крайней необходимости его включать не следует!

- Со мной можешь не бояться хищников! - упокоил ее Дайлети. - Но, в любом случае, не отставай от меня ни на шаг, и руку мою не отпускай! А свет мы, и вправду, лучше выключим. Доверься мне! Пока я рядом, с тобой ничего плохого не случиться!


Лилан отстранилась от Кирима и посмотрела на него. Она изучала его долго-долго и предельно внимательно. Словно первый раз увидела. Такой взгляд Дайлети встречал раньше у внезапно прозревших слепцов, которые заново знакомились с миром после долгой болезни. Девушка даже потянулась к нему, чтобы прикоснуться к лицу, но на полпути руку отдернула, словно обжегшись, опустила глаза и еле слышно, так что даже Единый с Природой едва разобрал, прошептала:

- Я тебя совсем другим представляла.... И тут же дикой испуганной ланью сорвалась с места и убежала. Кирим надеялся, что все-таки собирать вещи, а не рыдать дальше, уже без свидетелей. Он не был уверен, что дочке Наместника сильно полегчало после его признания. Скорее, наоборот. Но, как говорится, слово не воробей, и переиграть теперь что-либо было нельзя. Ни эту ночь, ни события шестилетней давности.


- Что бы ты ни увидела сейчас, не бойся! - попросил Кир девочку, покрепче взяв ее за руку. Ради экономии времени они поднялись почти к самой поверхности, и теперь их путь пролегал через огромную пещеру с поврежденным сводом, через которую внутрь попадал свет, красиво рассеиваясь и преломляясь на гранях ледяных осколков, что усеивали пол. Дайлети надеялся, что в это время суток пещера будет пуста - хищника Алдана недолюбливали яркий свет, - но удача подвела его на этот раз. Почти одновременно с ними внутрь ввалился, проделав отверстие в тонкой стене, косматый 'подснежник'. Больше всего зверь напоминал лохматого крокодила, раза в четыре увеличенного в размере. Была у него и еще одна особенность. Зверь был огнедышащим. В его желудке имелся особый отдел, в котором образовывался газ, воспламенявшийся при соприкосновении с воздухом. Он был необходим для обогрева потомства и проделывания ходов в снегу. А еще для обескураживания жертв перед атакой.

'Подснежник' плюнул огнем прежде, чем толком разобрался в ситуации, и Единому с Природой не оставалось ничего иного, кроме как шагнуть вперед, заслоняя собой завизжавшую от ужаса девчонку. Пламя было слабеньким и быстро рассеялось. Только датчики термокомбинезона обиженно взвизгнули от резкой перегрузки, и Кир на некоторое время оглох и ослеп, пока сенсоры перестраивались. Зато 'подснежник', наконец, сообразил, на кого разинул пасть, и смешно припав на передние лапы, повернул голову в бок. Со стороны это выглядело так, словно он примеривался, как поудобнее отхватить себе кусок побольше, но Кир знал, что из такого положения эти звери не нападают. Оставалось только донести эту нехитрую информацию до Лилан, которая визжать перестала, но изо всех сил вцепилась в Единого с Природой и повисла на нем мертвым грузом, просто оцепенев от страха.

- Все хорошо, девочка! - потряс он ее немного. - Он больше так не будет. И хочет перед тобой извиниться.

- П-правда? - немного заикаясь от пережитого, спросила она.

- Несомненно. И, в качестве компенсации морального ущерба, он нас покатает! Кир зубами стянул перчатку с левой руки и положил ладонь зверю на нос. Тот послушно улегся, расставив лапы, чтобы людям было удобнее забраться. Походка у 'подснежника' была плавной и неторопливой. Можно было даже не держаться, чем Лилан и воспользовалась, тут же повернувшись к Киру.

- Ты в порядке? Он ведь тебя не обжег? - она внимательно вглядывалась в непрозрачный щиток его шлема, ища на нем возможные следы пламени.

- Даже без защитного костюма я бы отделался копотью на лице.... 'Подснежник' физически не способен никого зажарить: только испугать или временно ослепить.

- С первым он прекрасно справился! - призналась девочка. - Это из-за меня, да? Если бы я не испугалась, его увидев, он бы прошел мимо?

- Пожалуй, - согласился Асаи, прикидывая, как далеко можно было добраться на попутном 'транспорте'. - 'Подснежники' плохо видят, но у них великолепный нюх. А вот эти выступы над глазами работают, как термодатчики. При этом особым интеллектом эти звери не отличаются, и сначала атакуют, а потом уже разбираются, кто попался на зубок.

- А где у него уши? - тут же последовал новый вопрос. А потом еще и еще. Кир не помнил, когда ему в последний раз приходилось говорить так много, но отвечал охотно. Пусть лучше девочка интересуется фауной Алдана и обычаями народа Дайлети, чем расспрашивает, кто он и откуда взялся на теоретически необитаемой планете.

Благодаря пушистому спутнику им удалось существенно ускориться, и на ночь они устроились с комфортом, возле одного из подземных теплых озер. 'Подснежник' напоследок потыкался Киру носом в ладонь и потопал дальше по своим делам. Задерживать зверя дольше не следовало: тот тоже нуждался в отдыхе и, что куда важнее, в пище. Единый с Природой не хотел подвергать психику девочки еще одному испытанию и демонстрировать ей обед их 'коня' и способ, которым тот его обычно добывает. Свернувшись калачиком на расстеленной куртке, Лилан опять скуксилась и зашмыгала носом.

- Не плачь! Ты очень скоро увидишься с родными! - Кир устроился рядом, на камнях, покрытых мхом. В принципе, и Лилан не замерзла бы без подстилки, но Дайлети знал, что так ей будет психологически комфортнее, и она скорее уснет. - В обвал угодила только ты - больше никто не пострадал!

- Я знаю! - резко выкрикнула девочка, подскочив. - Это я во всем виновата! Я попросила в подарок на День Рождения эту поездку! Мама была против, но папа..., - тут ей, по-видимому, горло пережало спазмом, и дальше она продолжила тихо, со всхлипами: - Папа меня всегда... баловал.... А теперь....

- Будет баловать еще больше, - с усмешкой отозвался Асаи.

- Он ведь думает сейчас, что я умерла! Маме, наверняка, сообщили!

- Вот это уж точно, нет, - покачал головой Асаи. - Сейчас на газовом гиганте, вокруг которого вращается Алдан, период бурь. Из-за электромагнитных выбросов связь с остальной системой установить не получится!

- А вот и нет! - упрямо возразила Лилан. - Буря должна начаться через неделю, и на время ее прохождения Алдан закроют от посетителей, потому что даже навигация будет нарушена! А сейчас....

- Буря началась раньше, и через двое суток достигнет своего апогея, - невозмутимо отозвался Дайлети. Девочка вернулась на свою импровизированную лежанку и затихла, внимательно Кира слушая. - Недавно атмосферу гиганта прошил крупный метеорит, что привело к смещению привычных потоков.

- Откуда ты... ой, прости! - смутилась она окончательно. У нее была удивительна кожа - светлая, но не бледная, и румянец окрашивал ее скулы в цвет лепестков вишни. - Кому об этом знать, как не тебе!

Еще бы Киру было этого не знать! 'Вайрес' всегда очень тщательно выбирали время проведения своих операций. И на этот раз все было идеально выверено и высчитано. Отряд две недели болтался на границе системы, чтобы Единый с Природой мог предсказать начало бури. А теперь весь план летел к чертям, потому что одну девочку угораздило оказаться не в то время и не в том месте.

- Спи, Лилан! Чем лучше ты отдохнешь, тем скорее попадешь к отцу. Девочка вздохнула, покрутилась немного, устраиваясь поудобнее, и вскоре затихла. Кир же еще долго не мог уснуть, обдумывая, как лучше поступить. Проводить девочку и вернуться к отряду ни с чем, но вовремя, или заставить их мучиться ожиданием лишних три дня, но выполнить миссию? Успеют ли они тогда улететь незамеченными? Так и не приняв никакого окончательного решения, он пошел к озеру и с удовольствием стянул с себя опостылевший термокомбинезон.

Вода была горячей, градусов сорок, и парила - можно было не волноваться, что Лилан увидит больше, чем следует, даже если неожиданно проснется. Кир заходил медленно - не потому, что не знал дна, а потому, что растягивал удовольствие, позволяя живому теплу распространяться по телу. Когда он зашел по пояс, нечто такое же теплое, как окружающая среда, но несколько более плотное, скользнуло по его лодыжке и тут же стремительно исчезло. Асаи сделал себе мысленную зарубку, предупредить Лилан с утра, чтобы она одна к озеру не подходила, и погрузился в воду с головой. После нескольких дней, проведенных среди холодной белизны, купание стало роскошным подарком. Было даже жаль, что он не сможет сделать его и Лилан. Но о том, чтобы залезть вместе с ней в воду и быть рядом, не шло и речи, а на расстоянии его защита не сработает. Девочка была 'чужой' для него и для Природы тоже.

Дайлети не мог сказать точно, сколько он блаженствовал в горячей невесомости - потерял счет времени. Понял, что пора вылезать, лишь, когда едва не уснул, раскинувшись на воде. На утро, как и ожидалось, девчонку пришлось оттаскивать от воды за капюшон. К счастью, щупальце, тянувшееся к ее ноге, она из-за пара не заметила. И дулась на Единого с Природой чуть ли не три часа кряду.

До аванпоста им оставался еще один дневной переход.


Лилан сидела на полу и растерянно перекладывала платья из одной кучки в другую. Ей никак не удавалось определиться, что же следовало взять с собой в новую жизнь. Понятное дело, что надо было упаковать самое дорогое и любимое, чтобы вещи напоминали о доме, но с другой стороны, может, стоило оставить все это в прошлом?

Сборы затягивались еще и потому, что мысленно девушка была очень далека от материального мира. Как ни странно, слезы у нее резко закончились, и, наоборот, хотелось смеяться: горько и зло.

Над собственной глупостью и наивностью.

Над детской верой в чудеса и прекрасного принца.

Надеялась на новую встречу? Вот он - твой Дайлети, получи и распишись.

Мечтала, что он дождется, когда ты вырастешь, и позовет замуж? Пожалуйста, через три дня свадьба.

Только надо было быть осторожнее со своими желаниями, потому что они имеют свойство сбываться: рано или поздно, так или иначе.

А еще надо меньше слушать сплетни и пересуды. Может быть, тогда бы она ничего не знала о Дайлети-со-шрамом, освободившем рабов на Сидарусе, но похоронившем там любимую девушку. Дейрдре была права: он выкинул ее из головы сразу же, как только передал с рук на руки военным с аванпоста.


- Ну же, иди! - Дайлети легонько подтолкнул Лилан в спину. Она уже видела белый холмик, под которым прятался жилой модуль. Нужно было пройти метров сто, чтобы уже через полчаса оказаться рядом с отцом. Но сейчас это расстояние казалось ей непреодолимым.

Она повернулась к Единому с Природой и деактивировала щиток термокомбинезона, чтобы взглянуть на спасителя в последний раз. И еще с затаенной надеждой, что он последует ее примеру, и позволит, наконец, увидеть свое лицо. Но не тут-то было: лучи предзакатного света отразились от зеркальной поверхности.

- Лилан, вот-вот стемнеет! Поторопись! - голос через динами звучал глухо и отстраненно. Девочке даже показалось, что немного сердито.

- Ты так и не скажешь, как тебя зовут? - она знала, что Дайлети очень трепетно относятся к своим именам, не только истинным, но и обычным, и не сообщают их первым встречным. Но она-то уже не была для него такой? Или все-таки была?

- Не обижайся, девочка, - он положил ей руку на плечо. - Так будет лучше. Для меня.

Это 'для меня' изменило все. Для него Лилан была готова на все, что угодно. Если бы он попросил, вообще бы никому не сказала, кто ей помог. Но он не просил так много.

- Мы еще увидимся? - спросила она, едва сдерживая слезы. Она знала, что на таком морозе плакать нельзя. И без того щеки уже ничего не чувствовали. Дайлети стянул правую перчатку и легонько прикоснулся пальцами к ее лбу. Это было похоже на благословление, что можно было получить в Храме Природе. Cразу же стало теплее.

- Если Природе будет угодно! - ответил он ей. - А теперь иди!

Он сам активировал ее щиток, развернул ее в сторону аванпоста и опять подтолкнул в спину. На этот раз Лилан послушно зашагала к скрытому под снегом убежищу.


Как ни странно, папа ничуть не удивился, что Единый с Природой не называл своего имени девочке, которую спас.

- Я его понимаю, - ответил тогда Крон Алари.

Теперь начала понимать и сама Лилан.


А Алдан после этого происшествия закрыли для туристов. И аванпосты убрали.