# The Queen's Lover or, The Favourite

Аноним Argutus

Он был сыном короля и любовником королевы. Путь Теона Грейджоя в равной степени пролегал по крови и через атлас простыней. Его называли пророком, безбожником, предателем и преданным. Сражаясь на полях битв и в кулуарах, он вершил историю, сыграв свою роль в трагедии, нашедшей свое название как Война Пяти Королей. Одни считали его подлецом, другие величали героем. Теон Грейджой был и тем, и другим.

Пролог


"С дальних островов, из-за холодных морей, приходят они, неся черное облако войны. Жители "зелёных земель" называют их Железными людьми - уважительно и с долей страха - или кальмарами - презрительно и с насмешкой. Они никогда не платят золотом или зерном - только железом..."


Морской ветер трепал одежды мальчика, стоящего на вершине башни. Теон смотрел на море. Неспокойное, темное, подобно дикому зверю, оно ярилось далеко внизу, бессильно разбиваясь об острова, на которых стоял Пайк. Теон знал, что замок стар и надежен, но нет ничего сильнее моря. Раньше древние камни упирались в мыс, выдающийся в море, сейчас же остались три небольших островка и дюжина скал. Все выходит из моря, и все когда-нибудь туда возвращается. Так было и так будет.


Мальчик облокотился на зубцы Морской Башни, не боясь выпасть. Камень был мокрый, легко соскользнуть, но Теон не боялся. Ему было пять лет. Или нет?


Грейджой никогда не забудет момент, когда в голову будто положили горящий факел, и он вспомнил всю свою прежнюю жизнь. Далекую, в другом мире. Иную.


Тогда ему было два года, с той поры прошло три. Теон по старой привычке хотел бы сказать "зимы", но Вестеросс был устроен иначе. Мальчик раздраженно повел плечами, прогоняя холод. Развернувшись на пятках, он дошагал до деревянной двери, открыл её и стал спускаться по крутой лестнице, придерживая факел.


Родившись заново, в другом мире, вначале он удивился. Когда понял, что жить и, вероятно, рано умереть придется в средневековье, его парализовал липкий страх. Тот, кого теперь звали Теоном Грейджоем, не слишком боялся смерти, зато его охватывал ужас перед грязью, вонью и варварством. Тут всего этого было в достатке.


Хорошо, что он догадался родиться сыном верховного лорда, пусть и бедного, как септонская мышь. В сравнении с другими верховными лордами, разумеется.


Шаги отдавались приглушенным звуком о камень, а дым от огня пробивал на слезы и кашель. Оказавшись в круглой комнате с большим камином посередине, мальчик сел ближе к огню, не желая заболеть. Долгой и мучительной смерти, а другой от болезней не бывает, он все же боялся. Рядом лениво развалился Малон - старший брат Грейджоя и средний по старшинству. Теон ненавидел ублюдка.


Вестеросс, где ему довелось родиться заново, являлся объединенным континентом под властью Железного Трона. Так было не всегда, тысячелетиями разобщенные народы воевали между собой, пока из руин Древней Валлирии не пришел Эйгон Завоеватель, огнем и мечом объединивший Семь Королевств. У него было для этого все необходимое: верные люди, знания, личные воинские умения и харизма. И еще три дракона.


Глядя на пляшущие огоньки, Теон нахмурился. Магия. Эта сука должна была возвысить цивилизацию, подарив прогресс и все его блага, но вышло прямо наоборот. Слишком слабая и капризная, чтобы быть серьезно изученной и поставленной на поток, заменив технологический прорыв чем-то новым, однако достаточно существенная, чтобы тормозить развитие. Волшебники не могли, как правило, вылечить больного, а вот проклясть вполне. Или он мало знал о них. Наверняка он мало о них знал, потому что никто не знал. Знания - истинная роскошь мира. Книги и свитки можно было достать в библиотеках старых домов, коллекционеров и еще паре мест, таких как Старомест с его Библиотекой Мейстеров и нескольких городов-колоний старой Валлирии. Ничего простого, если задуматься. А уж при отсутствии систематизации, проверяемости знаний и комплексного подхода, не говоря уж о большой части совершенно бесполезной информации, самопросвещение становилось нетривиальной задачей.


Теон понимал ценность вещей. За полгода он прочел все книги, которые смог найти в Пайке, вогнав окружающих в ступор, но не нашел, чего хотел. Да, теперь он был образованней большинства лордов, хотя, откровенно говоря, ничего сложного в этом не было, но он не раздобыл понимания, как подчинить магию.


Обладая ей, ты побеждал. Все просто. Только маги могли противостоять таким же чародеям. Судя по всему, как думал Теон, основателями многих домов Вестеросса были маги. Брандон Строитель, обогнавший свой век, Крылатый Рыцарь Аррен, рассекавший на гигантских орлах, Зеленорукий Король, живший двести лет и обладающий живородящей силой... много их. И, разумеется, Серый Король, его предок. Убивший Морского Дракона и топтавший острова потом еще тысячелетие.


Грейджой не верил байкам, но доверял своим глазам. Что ж, быть может, и не было никакого древнего героя у него в предках, жившего столетия и убившего мифического монстра. Но сам монстр однозначно был. Месяц назад он сплавал на шхуне вместе с отцом и братьями на место, где высились древние кости чудовищных размеров. Бродя среди них, на обдуваемом всеми ветрами клочке земли среди бескрайнего моря, он касался кончиками пальцев костей Наги, проникаясь величием сакрального для каждого железнорожденного места. В тот момент внутри него погибали последние сомнения, а в груди разгорался алчный огонек. Такая мощь должна была принадлежать ему!


Железнорожденные, проживавшие на голых скалах в море, силой оружия подчинили большую часть Вестеросса, доказав, что количество не имеет значения. Они приходили на земли слабых людей, которых для их нужд создал Морской Бог, и брали их жизни, золото и дочерей, если они были достаточно красивы. Таков был старый закон. Эйгон Драконовластный походя уничтожил его, спалив вместе с королем Харреном и его твердыней - величайшим замком, который когда-либо был построен. Дальше вместе с тремя драконами он поставил на колени континент. Кроме Дорна... гордые южане не сдались и даже смогли убить одну из сестер-жен Завоевателя вместе с драконом.


"Что ж, - подумал тогда Теон, - значит, этих тварей все же можно убить. Это... очень хорошая новость".


Пусть драконы давно как исчезли, растворившись в веках, подобно лютоволкам, кракенам и другим волшебным тварям, но мудрый человек должен помнить: монстры никогда не пропадают навсегда. Теон чувствовал, их время еще придет. Нужно быть готовым, чтобы подчинить себе эту силу или уметь противостоять.


За спиной раздался шорох, после чего теплые ладони закрыли ему глаза.


- Тебя украсть можно, а ты и не заметишь. Вечно мечтаешь о чем-то, - хихикнула девочка старше его на пару лет, усевшись рядом.


- Я слышал тебя, Яра, - усмехнулся мальчик.


- Ври больше, книголюб, - фыркнул Марон, почесывая ухо. - Слабак, занимающийся не мужским делом. Я в твоем возрасте уже умел держаться за клинок, а не гнил в пыльных подземельях. Сомневаюсь, что ты вообще мой брат!


- Марон, смотря на твою кривую рожу, сомневаюсь уже я. Мы-то с Ярой красивые, не то что ты, - рассмеялся Теон, спустя мгновение похожий смех раздался со стороны сестры.


Щеки Малона пошли красными пятнами, и он бросился на брата, широко расставив руки. Теон неожиданно резво отскочил к камину, выхватив кочергу и наставив раскаленный конец на красное от злобы лицо брата.


Яра умолкла, со страхом наблюдая за разворачивающейся трагедией. Все происходило чересчур стремительно.


- Брось, или я изобью тебя еще сильнее, - прорычал старший Грейджой.


- Рискни. Еще уродливее ты не станешь, - улыбнулся Теон, сверкнув зубами.


- Даю последний шанс, пеняй на себя. Я заберу эту игрушку и засуну тебе в зад, - темные глаза Марона угрожающе сузились, но Теон видел, как сильно тот сжал кулаки, что аж пальцы побелели. Бессильная злоба. Пес на цепи, который не может укусить.


- Ты не сможешь. А если ты глупее, чем кажешься, и попробуешь, Яра сразу тебе голову свернет.


Марон оглянулся, чтобы посмотреть на сестру, и в эту секунду Теон ударил. Марон завопил от жуткой боли, схватившись за лицо.


С грохотом отворилась деревянная дверь, и в помещение влетел высокий и худощавый мужчина с упрямым лицом и холодными глазами, моментально охватившими весь зал. Бейлон Грейджой не мог выбрать для своего появления более уместного момента. Одного взгляда ему хватило, чтобы понять, в чем дело.


- Седьмое пекло, что вы тут устроили!!! Теон, живо брось кочергу! Марон, не вопи как девчонка!


Бейлон Грейджой цепкими, длинными пальцами схватил подбородок своего среднего сына, всматриваясь. Надо отдать ему должное, он не сморщился, а было отчего. Один глаз Марона вытек, а от поплывшей кожи шел смрад.


- Пойдем, нужно обеззаразить рану. Я помогу, - холодно бросил Лорд-Жнец Пайка.


- К-как? - дрожащим голосом спросил подросток.


- Морем, - коротко ответил побледневшему и затрясшемуся сыну Бейлон. - А вы оставайтесь здесь.


Когда они ушли, Теон опустился на место, где раньше сидел Марон. Шкура в том месте была гуще и мягче. Сложив руки за голову, он прикрыл глаза, будто готовясь заснуть.


- Утонувший Бог, что ты наделал?! - Яра заплакала. - Бедный Марон! Как ты мог, Теон! Что теперь будет!


- Мне осточертели его "шутки". Пусть радуется, что я не убил его, - сказал Теон.


- Он твой брат, Теон! - Яра резко развернулась на пятках, собираясь отправиться вслед за отцом и братом.


Когда она уже подходила к лестнице, сзади ее обнял бросившийся следом Теон.


- Пожалуйста, Яра, - тихо сказал мальчик. - Не уходи. Сестричка, пожалуйста.


Яра обернулась, всматриваясь в лицо брата. Теперь она видела то, что не рассмотрела сразу. В уголках глаз собралась влага, губы дрожали. Ему было страшно. Девочка точно знала, что во время драки он совсем не боялся, действуя решительно и жестоко, но после, когда понял, что натворил... испугался.


Девочка замерла. Яра понимала, что сейчас должна быть рядом с Мароном, хоть тот ей не нравился и сам нарывался на конфликт, но он был ее братом, а семью она ценила прежде всего. Но, смотря в глаза любимого младшего брата, готового разреветься, она понимала, что и его оставить просто не могла. Один Утонувший Бог знает, что он учудит, если сейчас окажется один, в ожидании отца. Она знала, что Марон не простит ей, останься она сейчас с Теоном. Нужно было выбирать, и прямо сейчас. Яра склонила голову, сжав кулаки до хруста.


- Яра, умоляю, - прошептал Теон.


- ... Да. Не бойся, - девочка обняла брата, взлохматив густые темные волосы. Такие же, как у нее и Марона. - Все будет хорошо.


- А я и не боюсь, - сказал мальчик.


Они просидели вдвоем в обнимку возле огня почти час, пока злой и страшный отец не позвал Теона в свой кабинет. Яра хотела пойти вмести с ними, но Бейлон одним взглядом осадил ее.


Комната была обставлена скупо. На стене висело древнее железо паскудного качества, соседствуя со столом из качественной древесины, креслом и одним стулом. На Железных Островах была нехватка лесов, так что изделия из дерева ценились выше железа. Ничего лишнего, ничего... бесполезного. В этом был весь Бейлон.


- Марон сказал, что просто пошутил над тобой, как ты взбесился и подло ударил его раскаленной кочергой в лицо, метя убить, - морозным голосом сказал Грейджой.


- Он оскорбил тебя и нашу семью, и я не стерпел, - Теон склонил голову, пряча в волосах хитрый блеск глаз.


- Каким образом?


- Сказал, что я не твой сын.


- Вот как... и ты решил вступиться за нашу честь. Личных счетов, разумеется, не было, - хмыкнул Бейлон, поставив локти на стол и сложив пальцы домиком. Сесть сыну на стоящий напротив стола стул он не предложил. - Поэтому твой брат потерял глаз?


- Нет, глаза он лишился, потому что оказался слабаком, - Теон дерзко вскинул голову, упрямо смотря в черные глаза - зеркальное отражение его собственных.


Минуту они так и смотрели друг на друга в тишине. Мальчик не показывал страха, спрятав руки за спину, чтобы не было видно, как дрожат пальцы.


Наконец Бейлон Смелый откинулся на спинку кресла и улыбнулся:


- Что ж, ты хотя бы не трус, - кивнул он. - Но ты должен запомнить вот что, мальчик: Грейджои не убивают друг друга. Если Марон или ты попробуете свести счеты, я лично утоплю посмевшего преступить мое слово. Это ясно?


- Да, отец, - мальчик посчитал за правильное решение склониться, ударив кулаком в грудь.


- Я уже потерял однажды брата из-за подобной глупости. Твои дяди подрались, и Эйрон отрубил Урригану пальцы. Вместо того чтобы лечить раны по-старому, огнем и морской водой, они доверились мейстеру, этому шарлатану и безбожнику из зеленых земель... Он обещал, что пришьет пальцы обратно, и они будут работать как раньше. Что ж, действительно пришил. Но рана загноилась, и Урриган умер, несмотря на то что идиот-мейстер отрезал ему руку, пытаясь спасти свою жизнь. Но было уже поздно. Для них обоих. Я кухонным тесаком отрубил ублюдку три пальца и велел своей мачехе пришить их. Мейстер умер в страшных мучениях. Эйрон до сих пор не простил себе того, что произошло, заливая боль вином... Учись на чужих ошибках, а не на своих. Мы одна семья.


- Я понял, - еще раз кинул Теон. - Отец, и я хотел попросить...


- Что? - нахмурился Бейлон. - Опять спросить вассалов о книжках для тебя?!


- Нет. Я хочу научиться сражаться.


- ... Вот как. Что ж, это хорошо. Сдается мне, в этом ты состоишься, Теон, - Лорд-Жнец Пайка потер щетинистый подбородок, после чего сморщился, будто ему на стол подали гниющую рыбу. - Мы - воины, лучшие в этом мире, а эти изнеженные зеленые лорды требуют с нас золото и зерно! Нам на себя не хватает, эти жестокие земли не пригодны для посева и возделывания! И у нас нет рабов, которые могли бы этим заняться, а захватывать они нам запретили... Ублюдки! Девиз нашего дома: "Мы не сеем!", они забыли это.


- Быть может, стоит напомнить? - вкрадчиво спросил мальчик.


Мужчина встал из-за стола и подошел к сыну. Положив тяжелую руку ему на плечо, он сильно сжал его и мрачно усмехнулся:


- Неужели ты думаешь, что я позволю этому продолжаться? Мы - железнорожденные! Никто не мог противостоять нам. Завоеватель подло сжег нашего короля Харрена в его великой твердыне и забрал честно завоеванные земли. Он забрал наши права. Но мы не забыли. Прошли века, драконов больше нет, а последних Таргариенов убил Роберт Баратеон своим ужасным молотом. Теперь он восседает на Железном Троне. Хороший воин, но нет никого сильнее нас. Без драконов им не справиться.


Бейлон опустился на колено перед своим сыном, глядя ему в глаза:


- То, что я говорю сейчас тебе, не знает никто, и хорошо бы, чтобы так оставалось и дальше. Я верну нам наши права и земли. Подниму восстание и стану королем, и тогда для всех нас снова настанут добрые времена. Они думали, что покончили с нами навсегда, но забыли: "Что мертво, умереть не может"!


- "...Но лишь восстанет вновь, сильнее и крепче, чем было"! - закончил Теон.


За окном ярилось море. Начиналась буря.


## Глава I.


Среди валежин, меж корнями, отрывши яму для жилья, росла волчиная семья...


Гул восторженных голосов стоял в голове Теона, подбадривая, но не отвлекая. Пальцы парня поудобнее перехватили меч, ощутив его тяжесть. Язык прошелся по сухим губам.


- Хорошо, Теон, - кивнул Щербатый. - Разве это все?


Грейджой усмехнулся, поведя плечами.


Быстрые ноги толкнули его вперед, и он ударил по колену Дагмера, сразу же смещаясь в сторону. Мастер над Оружием отклонил выпад обухом топора, одновременно нанося выпад свободной рукой. Теон поднырнул под лезвие, сверкнувшее в свете солнца, и, перехватив короткий меч двумя руками, рассек грудь мужчины. Дагмер принял меч на скрещенные топоры, удар не достал совсем не много. Зажав клинок и напрягая мышцы, Щербатый вскинул руки вверх, откидывая меч далеко в сторону. Теон вовремя выпустил его, не рискуя вывихнуть руку. Грейджой выхватил из-за пояса тонкий нож, метя в подмышку, но Дагмер ударил ногой, отогнав мальчика.


Теон отпрыгнул назад, скользнув мысками ботинок по влажной почве, и сразу же, стелясь по камням, петляя и уклоняясь от насевшего на него воина, стал держать дистанцию. Краем глаза он приметил лежащий на земле меч. Перехватив нож обратным хватом, он кинул его в лицо Щербатому, бросившись к оружию. Проскочив мужчину, он, как ласка, метнулся к мечу. Когда пальцы почти коснулись потертой рукояти, он резко отпрянул в сторону, услышав свист воздуха. Рядом с мечом вонзился боевой топор. Теон обернулся. Над ним высилась фигура Дагмера Щербатого. Обезображенное лицо улыбалось.


- Я сдаюсь, - мальчик шутливо вскинул руки вверх. - Этот Грейджой сломался, несите нового.


Мужчины загоготали. Дагмер рывком поднял Теона, одобрительно треснув того по плечу и отправив отдыхать. В боевой круг уже входил Марон, крепко сжимая в руках секиру.


- Хороший бой, Теон! - сказала Яра, прислонившаяся спиной к деревянному столбу, сложив руки на груди. - Ты очень быстр!


- Не зазнавайся, мальчишка, - проворчал Бейлон, наблюдавший за тренировками двух сыновей. Старший, Родрик, сейчас отсутствовал по какому-то поручению.


- Но, отец, он хорош. Очень хорош! - не согласилась Яра. - Поставь против него взрослого воина, и я отдам победу Теону, а ему еще и десяти нет! Только Дагмер его гоняет, но на то он великий воин и наша дальняя родня.


Из всей семьи только ей доставало храбрости перечить своему лорду-отцу, за что ей не раз влетало. Теону временами чудилось одобрение в глазах родителя, когда он смотрел на Яру.


- Ха, вы еще ничего не знаете и не видели! - рассмеялся старший Грейджой, запрокинув голову. - Когда мне было пятнадцать, я отправился на Ступени под командованием Щербатого и прожил несколько лет среди войны, следуя старому закону. Настоящий бой - это вам не тренировочный круг или турнир. Там, и только там ты понимаешь, из чего сделан. Последний Дракон показывал себя знатным воином на турнирах, да только в битве на Трезубце Король-Олень проломил ему грудь своим огромным боевым молотом. Так что не считай себя особенным, сопляк. Но я доволен твоим усердием.


- Спасибо, отец, - Теон счел за лучшее склонить голову. - Пойду умоюсь.


Оставив позади себя толпу злых и яростно кричащих мужчин, он отправился к себе в комнату, велев слуге принести разогретой воды из колодца. Открыв дверь, он скинул испачканную грязью и потом одежду на деревянный пол и, оставшись голым, кинул пару поленьев в небольшой камин, после чего поджег его. Вскоре комната начала нагреваться. Пока слуга еще не пришел, Теон подошел к полке, висящей рядом с кроватью. Пробежавшись пальцами по корешкам книг, небольшому, но острому кортику и стопке аккуратно сложенных листов, он удовлетворенно заметил, что никто к ним не прикасался, судя по следам пыли. Прошлый слуга, посмевший это сделать, был жестоко избит. Что ж, зато новый был расторопнее.


Раздался стук в дверь.


- Заходи, - крикнул Теон, присевший на сундук, не желая пачкать свежую постель.


Вошедший мужчина средних лет в паре с другим слугой занесли большую бадью, из которой валил пар. Аккуратно поставив ее в центре комнаты, рядом с огнем, они выпрямились и замерли, ожидая приказов.


- Отлично, - сказал Грейджой, прикоснувшись к обжигающе горячей воде. - Можете идти готовить обед. Через час я спущусь, чтобы все было готово.


Поклонившись, слуги молча ушли, прикрыв дверь. Казалось, их не удивила нагота сына Бейлона Смелого. Теон знал, что о нем ходили разные слухи. Его не волновало, что там болтают, пока дальше слов дело не шло.


Его считали странным, ненормальным. Его боялись.


Коснувшись пальцами ног воды, он отдернул их. Совладав с собой, опустился в воду, пропав в клубах пара. Откинув голову, он улыбнулся каменному кальмару, который смотрел на него в отблесках огня с орнамента над камином.


Проведя ногтем по сорванному мозолю на ладони, Грейджой увидел потекшую из-под сукровицы кровь. Подумав, Теон слизнул ее. Мышцы приятно болели, начиная от икр и заканчивая шеей. Разминая кисть, мальчик вспоминал прошедшие сегодня поединки, подмечая свои ошибки. Вошедшая в привычку медитация помогала расти над собой. Оглядываясь назад, Теон с удовлетворением признавал, что за четыре года хорошо продвинулся. В этом ему помогли знания из другой жизни.


Там, в далеком теперь мире, он был сильным, умелым бойцом, как для непрофессионала. Природные задатки, помноженные на боевой дух, проложили дорогу в мир рукопашных искусств. Пожалуй, во всем Вестероссе и Эсоссе найдется всего пара воинов, обладающих большими знаниями в этом деле, чем он. Это грело душу, однако умение махать руками и ногами на деле было практически бесполезным. Здесь правят балом мечи. К своему негодованию, в этом Теон раньше ничерта не смыслил. Он многого не знал до сей поры, не умел управлять кораблем, ездить на лошади, стрелять из лука... Можно сказать, он почти ничего не знал, но это было бы ложью. Владея знанием о человеческом теле и методах его развития, он был на вершине горы.


Зрелый ум грамотно разбивал тренировки, не позволяя себе перетруждаться, как он поступал раньше сам, в первой жизни, в пустую срывая мышцы и гробя сердце. Методично и неторопливо, Теон непреклонно превращался в опасного бойца. Как сыну лорда, ему были открыты преимущества, недоступные остальным: лучшие учителя и прекрасная еда. Впитывая навыки Драгмера, как губка, Грейджой мог часами наблюдать за чужими схватками, стараясь уловить суть движений, как нужно правильно перемещаться в бою, двигаться, сокращать и разрывать дистанцию.


Он не пренебрегал хорошей разминкой, о пользе которой никто тут, разумеется, не слышал, не забывал делать растяжку и придерживаться режима приема нужной организму пищи. Для железнорожденных это выглядело дико, сам же Теон сложностей не видел, погрузившись с головой в угрюмый быт Железных Островов, сам не заметив, как в трудах пролетали года, делая его лучше, крепче, чем раньше. Смертоноснее.


Набрав в ладони уже порядком остывшую воду, Теон умыл лицо. Фыркнув, тряхнул мокрыми волосами, создав брызги. Скользнув взглядом по воде, опустил голову вниз, всматриваясь в дрожащее отражение.


У Теона были тонкие черты, прямые темные волосы обрамляли красивое лицо. Из-под прилипших ко лбу мокрых прядей остро смотрели черные глаза, в глубине которых играли искры. Сын Бейлона улыбнулся отражению, довольно подмечая, как ему повезло с кровью в жилах. Он рос сильным, красивым и высоким. Тело пело от здоровья, бурлившего в груди, мысли бежали быстро и точно. Почесывая за ухом, Теон размышлял, какой из плюсов он мог упустить. Опустив взгляд вниз, он усмехнулся.


Да, пожалуй, был еще один большой плюс в том, чтобы родиться Теоном Грейджоем.


Дверь резко открылась, впуская сквозняк. Так бесцеремонно к нему входили только два человека в замке.


- Опять ты бездельничаешь, - заметила сестра Теона, поджав тонкие губы.


- Яра, - Теон потянулся всем телом, сбрасывая остатки неги, после чего поднялся. Вода струйками стекала с его обнаженного тела. - Сестра моя, разве я не говорил тебе о личном пространстве?


Девочка-подросток отвернулась от вытирающегося полотенцем брата, стараясь скрыть тень смущения. Подойдя к сложенным в стопку листам, она обернулась, спрашивая:


- Можно я.?


- Да, - коротко ответил мальчик, натягивая чистую одежду.


- "Железнорожденные вторгаются в Долину... Железнорожденные нападают на Ланниспорт... Железнорожденные берут Щитовые Острова... ", - что это? Какие-то непонятные записи, тут ты описываешь очевидные вещи вроде внешности зеленых людей и их оружия, всего остального... зачем? - Яра вскинула бровь, требовательно всматриваясь в опоясывающегося ножом младшего брата.


- Я записывал свои мысли на бумагу, для предельной ясности. Вечерами, когда сон не идет, я составляю планы нападения, войн и штурмов.


- Хм, - девушка сморщила нос. - Каждый раз в конце ты пишешь глупости якобы мы проигрываем. Почему?


- Потому что мы слабее, - просто ответил Теон, подходя к сестре. - Раньше, до прихода андалов, не было сильнее воинов, чем мы. Дальше, после их завоеваний, с привнесенным на земли порядком и сильной властью, дела приняли скверный оборот. Но железнорожденные все еще плавали на своих кораблях по морю, и их боялись зеленые лорды, потому что мы растворили в себе андальских захватчиков, сохранив старый порядок, обычаи и веру, взяв от золотоволосых воителей их умение делать хорошее оружие и правильно сражаться. Эйгон уничтожил все.


Теон шагнул к окну, распахнув ставни.


- Острова не могут существовать без колоний. Речные земли давали нам злато и рабов, мясо и пшеницу. Верфи выпускали добротные корабли из древесины Севера, на которых можно было плавать хоть до самого Браавоса. Харенхолл должен был стать тем камнем, который обрушит гору, погребая под собой весь Вестерос..., но вышло иначе. Мы на столетия оказались заперты тут, на этих холодных, жестоких островах. Сейчас наше оружие хуже, чем у других лордов, воины не так организованы и опытны, как рыцари Долины или Западных земель, и их сильно меньше. У нас нет конницы, отрядов лучников, копейщиков и союзников, которые могли бы предоставить их. Даже корабли... чертовы Редвины имеют флот лучше и больше, чем наш! Мы не Великий Дом, Яра. Мы - помойка Вестероса.


Девушка сжала кулаки и свела брови, на лице заиграли острые скулы. Казалось, она готова была ударить Теона.


Ее брат протянул руку ладонью вверх, растопырив пальцы.


- Гудбразеры, Стоунхаусы, Харлоу, Орквуды, Тауни, Блэктайды, Солктлиффы, Сандерли и десятки остальных домов нашей родины. Знаешь, что объединяет их всех? - спросил Теон, ощерив зубы. - Своеволие! Они поддерживают нас, но не подчиняются беспрекословно! Как может существовать островное государство, когда даже изнутри оно разобщено?


- Таковы наши обычаи. Каждый капитан - король на своем корабле.


- Да, и я первый умру за наши права. Но личная свобода может и должна стоять рядом с долгом перед Морским Троном. Благородные дома не будут рвать наши силы на части, я этого не позволю. Только вместе мы сможем захватить мир! - Грейджой сжал пальцы в кулак. - Ибо нет бога, кроме Утонувшего Бога, и не будет на море и земле двух королей. Есть лишь один владыка, и имя ему - Грейджой!


Яра смотрела на Теона со страхом в глазах. На миг ей почудилось, что перед ней стоит не ее младший брат, а опасный незнакомец. Она моргнула, и наваждение пропало, как утренний сон.


Теон коснулся ее руки и, мягко улыбнувшись, сказал:


- Пойдем обедать.


В тот вечер повара расстарались на славу. Рыбная похлебка получилась просто замечательной, а запеченный в сливках гусак, подаваемый вместе с бокалом доброго арборского, был выше всяких похвал. Работая ножом, Теон успевал выхватывать себе лучшие куски прежде, чем блюдо шло дальше соли, к вассалам. Яра так же ловко таскала из его тарелки каждый раз, как он отдавал должное вину или говорил здравицы.


Среди слабостей Теона числилась страсть задвинуть речь за столом с поводом и без. Все давно привыкли к этому и относились с улыбкой.


- Не налегай на вино, а то станешь как дядя Эйрон, - мягко сказала мать Теона, Аланнис, в девичестве Харлоу, отодвинув от сына бокал.


- Эй! - недовольно воскликнул потрепанного вида мужчина, жующий ножку птицы. - Вино еще никому не вредило, в отличие от книг.


- Излишества - грех, - заметил Бейлон.


- Я возьму ваши грехи на себя! - воскликнул Эйрон.


Раздался смех. Даже на лице отца Теон заметил улыбку, хотя ему могло почудиться из-за игры света.


- Дядя Эйрон набожен, - заметил Теон. - В нем всегда воды больше, чем у всех нас вместе взятых.


- Ты хотел сказать "вина", - бросил Марон. - Пить слишком скучно. Война - вот достойное воина занятие! Через год я отправлюсь вместе с Щербатым пиратствовать на Ступени, вот там будет веселье.


- Да, вина во мне скопилось немало, и сейчас как раз самое время его выпустить, - воскликнул Эйрон.


Под смех воинов он, шатаясь, как буй в море, добрался до камина и скинул портки. Струя ударила почти на два метра, заслужив овации.


Яра рассмеялась, упав с лавки, а Теон прикрыл лицо ладонью.


- Теперь я окончательно понял, почему зеленые лорды нас так боятся, - пробормотал Грейджой.


Услышав его фразу, Яра, только было поднявшаяся, снова скатилась под стол.


После обеда, когда все начали расходиться, Теон поймал сестру за руку.


- Хочешь увидеть нечто совершенно особенное? - таинственным шепотом начал он, близко прислонившись. - То, что перевернет представление о мире? Хочешь?


- Давай, удиви, - усмехнулась Яра.


- Тогда, нам придется немного пройтись. Накинь плащ и захвати факел.


- Ты ничего не хочешь рассказать? - спросила девушка.


- По пути, - махнул рукой Теон.


* * *


Чудовищный смрад ударил в ноздри, помутив рассудок. Сморщившись, Теон намотал вокруг лица платок. Помогло слабо.


- Кошмар, - Яра чихнула. - Мне все равно, о чем мы там договаривались, и на твои подколки тоже наплевать, но я туда не полезу.


- Путь к могуществу тернист и глубок, - пробормотал Грейджой.


- Но нигде не сказано, что он должен пролегать по какашкам! - вскрикнула девушка.


- Это не какашки, - заметил Теон, пнув зеленый комочек слизи. - А только гниющие водоросли, которые произрастают...


- Теон, заткнись! - сказала девушка, зажав ноздри.


Отобрав у брата факел, она первая шагнула в пещеру.


- Уверен, вскоре мы привыкнем, - разумно тихо сказал Теон, мерящий шаг вслед за Ярой, прямо по влажным камням и всякому мусору.


Теон решил не испытывать терпение сестры, которую потащил в расщелину в скалах, на коей стоял Пайк, искать пропавшее сокровище. Рог Грейджоев - древняя реликвия их рода, которой, по старым легендам и очеркам из книг замка, их предки вызывали титанических кракенов, нашедших позднее свое место на их плащах и дублетах. Прочитав "Книгу утраченных книг", одолженную ему дядей Родриком с говорящим прозвищем Чтец, его захватила идея раздобыть магический артефакт, хоть какой-нибудь. У Грейджоев сейчас даже завалящего валлирийского меча не было, а Викториан Грейджой, еще один дядя Теона, не разрешал ему прикасаться к лезвию своей секиры, изготовленному из этого магического металла. Так что ему не оставалось выхода, кроме как найти артефакт самому.


- Этот мейстр, написавший ту книгу, - Яра пригнулась, чтобы не задеть головой сталактит. - Он ведь сумасшедший, ты знаешь? Такую бредятину несет, диву даешься.


- Марвин не псих, - не согласился Теон. - Я навел справки у дяди. Он архимейстр, да к тому же не простой. Его прозвали Магом, потому что он глубже всех в Цитадели погрузился в тайные знания, и, кроме того, он заядлый путешественник. Говорят, побывал в каждой стране мира! Ты можешь себе представить, сколь много он повидал и пережил?


- Если не врет, - усмехнулась дочь Бейлона. - А то эти его полосатые лошади... Ты видел когда-нибудь полосатых лошадей? Я нет!


- Так они и не у нас водятся, - непонятно чему усмехнулся мальчишка. - Кажется, пришли.


- И-и... это полное ничего, - не скрывая сарказма, заметила Яра, скрестив руки на появляющейся груди.


- Дай я сам посмотрю, - Теон выхватил из ее рук факел.


В неверных отсветах огня глаза выхватывали лишь только мусор. Стоило приглядеться внимательнее. Пещера оканчивалась стеной из камня. Никаких настенных рисунков или хотя бы странных камней. Похоже, он действительно в этот раз промахнулся.


Уже собираясь уйти под насмешки старшей сестры, Теон заметил небольшую ямку, куда стекала скопившаяся роса. Присев, он придвинул к расщелине факел, желая присмотреться. Внутри что-то блеснуло.


- Ага! - возопил Грейджой. - Съела?! Съела?!


- Ты нашел какашку?


- Да иди ты!


Теон засучил рукав. Яра обеспокоено на него посмотрела.


- Ты же не собираешься... Знаешь, тут ведь могут водиться разные мерзости, на вроде змей, пауков или еще чего.


- Или полосатых лошадей, - фыркнул ее брат. - Не волнуйся ты как. Наслаждайся, великий момент наблюдаешь.


Мальчик аккуратно засунул пальцы в дыру в полу пещеры. Вначале скрылись его пальцы, а потом и вся кисть. Медленно, с сосредоточенным лицом, Теон искал вещь, упавшую в расщелину внутри старой пещеры. На пару минут воцарилась вязкая тишина.


- А-а-а-а!!! - завопил Теон, вращая глазами.


Яра закричала вместе с ним.


- Да все в порядке, я пошутил, - рассмеялся мальчик, доставая целую руку.


Яра без замаха ударила его по лицу, от чего тот упал. В след уходящей девушке прилетел комок вонючих водорослей, угодивших прямо в волосы.


- Идиот! - зашипела Яра.


- Ты мне фуб выбила, - заметил Теон, баюкая челюсть. - Пофледний молочный.


- И хорошо, - буркнула девушка, вычищая волосы. - Нужно было все выбить.


- Ну ифвини, - улыбнулся Грейджой, сплюнув кровь. - Фато пофмотри, фто я дофтал!


Мальчик протянул ладонь. Яра наклонилась вперед, сощурив глаза.


- Ракушка. Ты достал ракушку, - сказала сестра Теона. - Поздравляю. Это все?


- Ты не понимаеф, - мотнул головой мальчик. - Это счафливая ракуфка!


- А мне что с этого?


- А у тебя будет счастливый фуб! - рассмеялся Теон, сунув ей в руку свой молочный клык.


- Ты мерзкий, - проворчала Яра, но зуб не выкинула.


Выбравшись из зловонной пещеры, они наперегонки бросились в замок, толкаясь и смеясь.


Позже Теон приказал проделать в приглянувшейся ему ракушке дырочку и продеть сквозь нее шнур. Получившийся "амулет" он с гордостью носил, демонстрирую каждому встречному вместе с фантастической историей его получения, с каждым разом становящейся все невероятнее.


Ведь если никакой магии нет, ее всегда можно создать самому.


## Глава 2.


С врагом рубиться насмерть была готова рать.

Кому же земли с замками охота отдавать?


Сотни капитанов собрались в это утро, и каждый смотрел прямо и свободно, как умеют смотреть лишь жители Железных Островов. Многие мужчины и женщины пришли, чтобы засвидетельствовать свое почтение Бейлону Грейджою, сыну Квеллона Грейджоя, и услышать, что он им скажет.


- Свободные люди, я обращаюсь к вам! - воскликнул вышедший вперед мужчина с развивающимися на холодном ветру темными волосами, побитыми проседью. - Вы все меня знаете, я Лорд-Жнец Пайка и верховный лорд Железных Островов. Но ведь это просто слова, верно?!


Бейлон сорвал с шеи золотой медальон, и швырнул его на землю перед капитанами. Он заговорил:


- Вы сами знаете, как у нас все заведено. Верно?! Мы живем по своим правилам, не оглядываясь на мнение слизняков, и наши законы говорят нам: только достойнейшие правят железнорожденными. Этот медальон, как и прочие богатства, я получил в походах, заплатив за них железную цену! И каждый из вас знает, что это правда. Я не боюсь умереть, потому что знаю: Утонувший Бог примет меня в свои чертоги как друга, усадив за стол, и поднимет здравицу в мою честь, ибо я всегда был верен его законам и не посрамил свою честь!


- Бейлон Смелый! Бейлон Смелый! - островитяне стучали себе кулаками по груди и били ногами по земле.


Теон кричал имя отца вместе со всеми, срывая в охватившем его восторге горло, и так же, как остальные, яростно бил сапогами каменистую землю, не чувствуя боли.


- Я созвал сегодня на это священное место самых видных представителей нашего народа. Передо мной стоят воины, получившие ранения на Ступенях, капитаны, у которых не достает рук и ног, раздроблены части тела, ослепшие, которых привели свои сыновья. Вы те, кто сражались на море и на суше, среди песков Эссоса и в лесах Вестеросса, неся с собой немыслимый ужас в сердцах врагов перед самим именем ЖЕЛЕЗНЫХ ОСТРОВОВ!!!


- ПАЙК!!! ПАЙК!!! ПАЙК!!!


- Я могу по праву сказать: те, кто сегодня передо мной стоит, - это сердце всего нашего народа. Это так? Да или нет? - Бейлон воздел руки, сжатые в кулаки.


- ДА!!! ДА!!! ДА!!! ДА!!! - рев вырвался из тысячи глоток.


- Мы - лучшие из лучших! Нам суждено править Вестеросом по праву силы, слабые зеленые лорды не достойны того, чтобы разговаривать с нами как с равными! Даже их боги - ложны!


Тысячеголосый ураган выкрикивает "Да!". Стихийный экстаз обуял воинов.


- Я не позволю более унижать нас, втаптывать в грязь! Мы - дети моря, и никто не в праве править нами, кроме Короля Соли и Камня. И я стану им, надену нашу древнюю Корону из Плавника, и потом поставлю королевства Вестероса на колени! Я верну старые времена! Что мертво, умереть не может, но лишь восстает, сильнее и крепче, чем было!


Воины потрясают кулаками и как бушующий океан начинают распевать: "Король, приказывай - мы следуем за тобой! Да здравствует наш Король!" Бейлон не может продолжать несколько минут.


- Железный Флот поплывет в Ланниспорт, там мы и нанесем удар! Мои братья и сыновья! Мои вассалы и соотечественники! Вы готовы к войне? Вы ее хотите?


- ДА!!! - звериный вой сотряс остров.


Толпа подхватила Бейлона и на руках потащила к океану. На берегу, касаясь стопами волн, уже стоял Тарл Трижды Утонувший. Теон с содроганием и восторгом в разрывающемся сердце смотрел, как верховный жрец Утонувшего Бога склонил голову своего Жнеца к морю, и она скрылась под бурлящей пеной. Сильные руки немолодого мужчины крепко держали Бейлона Грейджоя, пока последние глотки воздуха покидали его грудь, и потом, когда морская соленая вода залилась в легкие, а слабая плоть металась в конвульсиях. Теон вместе с тысячной толпой в гнетущей тишине смотрел широко раскрытыми глазами на то, как недвижимое тело его отца вытащили из моря и, протащив, положили на землю прямо перед ним. Мальчик опасался моргнуть, всматриваясь в посиневшие губы.


В небе громко кричали чайки.


- Кха! - раздался натужный хрип, переросший в кашель.


Грудь Лорда-Жнеца затряслась, и из легких полилась морская вода. Перевернувшись на бок, Грейджой кашлял водой, царапая скрюченными пальцами камни, оставляя на них кровавые дорожки. Покрасневшие белки глаз дико вращались, а локти дрожали.


Но Лорд-Жнец был жив.


"Нет. Уже не Лорд-Жнец. Король", - подумал мальчик, глядя как жрец возлагает на чело его отца древнюю Корону из Плавника.


Король Соли и Камня.


***


В ту ночь Яра не смогла уснуть, думая о предстоящей войне. Подумать только! Еще утром ее отец, Бейлон Смелый, объявил себя королем, поднимая восстание. Тарл Трижды Утоновший возложил Корону из Плавника на его голову и помазал на правление солью и морской водой, провозгласив Королем Соли и Камня. Подобно древним королям, он должен был умереть, чтобы родиться снова, сильнее и крепче, чем раньше. Жрец Утонувшего Бога склонил его голову к волнам, пока остальные смотрели со стороны, стоя на Острове Нагги. Яра помнила свой страх, когда воины подхватили недвижимое тело Бейлона и положили на священные камни острова. Томительные секунды спустя ее отец ожил. Пока он избавлялся от воды в легких, а Трижды Утонувший, воздев руки, заходился в молитвенном экстазе, железнорожденные привыкали, что у них снова есть король.


Пять лет Бейлон готовился, собирая мужчин и ладьи, создавая огромный флот из массивных военных кораблей с усиленными корпусами, железными таранами, с палубами, ощетинившимися скорпионами и огнеметными устройствами. Корабли этого железного флота были скорее галерами, чем ладьями, они были больше, чем любые построенные железнорожденными прежде. И вот их время пришло.


Корабли с кракеном на кормах собрались в армаду, которая отправилась на войну, забирая с собой мужчин. В те месяцы дни тянулись по-особенному медленно, и Яра не могла найти себе занятия, думая о отце и Родрике, своем старшем брате, который отправился в поход вместе с отцом. Сама она теперь звалась принцесса Яра, но об этом совершенно не думалось. Пайк замер в ожидании новостей. Хмурый Теон сутками пропадал на тренировках, позабыв о ней. Марон, пользуясь отсутствием отца, начал выпивать в главном зале, веселясь с друзьями, которые ей не нравились. Несколько раз, как она слышала, чуть вновь не дошло до драки братьев, но пока они еще не осмелели достаточно, чтобы преступить слово отца. Мир замер.


Потом пришли добрые вести: железнорожденные сожгли флот Ланнистеров в Ланниспорте. Яра этому очень обрадовалась, и поспешила поделиться с Теоном, который почему-то совсем не был рад и даже назвал ее дурой. Тогда они впервые поссорились. Спустя два месяца она поняла, что он был прав.


Железнорожденные не смогли укорениться на Западных землях. Нападение на Сигард закончилось провалом, Джейсон Маллистер разбил их, командир войск, Родрик Грейджой - наследник Бейлона и ее брат - был убит.


В тот день, когда пришла новость, она плакала. Марон пил все больше, а Теон заявился однажды ночью с вопросом, что она думает об Вольных Городах. Разозлившись, она прогнала его.


Через некоторое время в Закатное море прибыл королевский флот под командованием Станниса Баратеона, брата короля, по дороге, видимо, усиленный флотом Редвинов. Станнис заблокировал Железный флот в проливе между материком и Светлым островом и разгромил его. Это была бойня. Ее дядя, Эйрон Грейджой, в этой битве упал за борт и едва не утонул; ему удалось выплыть, но после битвы, как утверждалось в письме, он был не в себе.


После битвы у Светлого острова король Роберт, базируясь в Ланниспорте, осуществил высадку на острова, разбивая мятежных лордов одного за другим и захватывая их замки. Барристан Селми возглавлял атаку на Старый Вик, позже Станнис Баратеон занял этот остров именем своего брата Роберта. Спустя время, подошел черед Пайка. Прибывший Бейлон, с лицом темнее тучи, приказал готовиться к битве.


Теон жарко спорил с ним о чем-то в кабинете Бейлона, в ночь перед штурмом. Когда он вышел из комнаты, Яра увидела синяк, расплывающийся по его лицу и глаза, пылающие злобой.


То утро было по-особенному прекрасно. С первыми лучами зари закипела битва. Под звуки боевых рогов воины в железных доспехах бросились в атаку с яростным кличем. Им ответили стрелами, но что могут стрелы против храбрости лучших рыцарей Семи Королевств. Когда таран проломил стену, с грохотом обрушив Южную башню, Роберт ворвался в замок по щебню и мертвым телам с боевым молотом в руке, а Эддард Старк шел рядом. Если бы Яра могла, она бы боялась. Но она разучилась это делать недели назад.


Яра вместе с Теоном стали на ступенях замка, держа луки и посылая одну стрелу за другой, но те отскакивали от сверкающей брони. Марон рубился в строю, пока Молчаливый Волк не выбил у того из рук секиру своим валирийским мечем и не взял в плен. Вскоре, дело Грейджоев было окончательно проиграно. Их всех поставили на колени, а с Морской Башни спустился сам Бейлон. С угрюмым видом он склонил колени перед королем Робертом.


Баратеон милостиво обошелся с ними, не став убивать, как поступил бы на его месте его же тесть, Тайвин Ланнистер, или родной брат, Станнис Баратеон, слывший человеком жестким.


Король-Олень забрал Корону из Плавника, оставив Бейлону его земли и титул Лорда-Жреца Железных Островов. Его воины забрали те не многие деньги и еду, что были у Грейджоев. И еще заложников.


Стоя рядом с отцом, Яра смотрела на то, как ее братьев увозят зеленые лорды. Марон с поникшими плечами отправлялся вместе со Станнисом Баратеоном в далекий Штормовой Предел, лишенный оружия и обесчещенный.


Ее младший брат уплывал на Север, в царство вечной зимы и волков. Им не дали попрощаться, но она видела его глаза. В них плескалось море - холодное, серое и жестокое.


## Глава 3.


Враг навсегда остаётся врагом,

Не дели с ним хлеб, не зови его в дом,

Даже если пока воздух миром запах,

Он, хотя и спокойный, но всё-таки враг.

Если он, как и ты, не пропил свою честь,

Враг не может быть бывшим, он будет и есть.


Прибытие в холодный северный замок запомнилось Теону на всю жизнь.


Валил снег, над землей нависли тяжелые тучи. Казалось, мир погрузился в полумрак, лишь мерный стук копыт да ругань солдат, открывающих ворота, заставляли поверить, что все вокруг взаправду, а не ужасный сон, из которого не получается проснуться. Теон действительно будет жить здесь, среди вечных морозов и людей, злых и холодных, как их земли, людей, ненавидящих его и ненавистных ему. Заложником лорда Старка, который будет готов убить его своим валлирийским мечом в любой час дня или ночи, как скоро Бейлон решится на новое восстание, ведя голодных людей на обреченную войну. Грейджой будет жить в Винтерфелле всю жизнь, какой бы долгой или короткой она не была. Один.


Он никогда больше не увидит море и не обнимет Яру.


Надвинув полушубок глубже, пряча лицо, мальчик посмотрел на свои руки в потертых перчатках, крепко сжимающие поводья. Он знал, что все вокруг смотрят на него, как на трофей.


Женщины с радостными криками обнимали мужей, сыновей и отцов, вернувшихся с войны с победой. Ворота замка захлопнулись за его спиной с оглушительным грохотом.


"Как крышка гроба." - подумал Теон.


Кидая косые взгляды, он рассматривал замок. Винтерфелл был огромен и могуч, много больше и крепче, чем Пайк, как с неохотой признал Грейджой. Внешняя стена в двадцать метров высотой выглядела прочнее внутренней, высившейся на тридцать. Замок очевидно стоял на холмах, в одних местах высота была гораздо большем, чем в других. Отличалась и архитектура: в восьмиконечных башнях мальчик опознал руку андалов, рядом с которыми соседствовали четырехконечные, вышедшие из рук мастеров числа Первых Людей. По округе, куда не падал глаз, стояли различные постройки. Вон там большая конюшня, с другой стороны идет дым, явно кузнецы работают. Пристройка для слуг. А ведь еще должны быть теплицы! Отсюда явно было не просто улизнуть.


Грейджой с силой сжал челюсти.


Рядом с ним остановил свою лошадь Старк. Он быстро спрыгнул с гнедой кобылы, легким шагом направившись к своей семье. Теон вновь опустил голову, собираясь с мыслями.


Он - сын Бейлона Смелого, Лорда-Жнеца Пайка и Короля Соли и Камня. И его история не должна закончиться здесь, в тундре. Нет, зеленые лорды только закалят его, как сталь, сделав сильнее! То что мертво, умереть не может, а лишь восстает вновь, сильнее и крепче, чем было. Он вотрется в доверие к семье Старк, заберет у них все, а потом убьет.


Так думал Теон.


Втянув носом холодный воздух, Теон выдохнул ртом облачко пара. Плечи расслабились, на губах заиграла стеснительная улыбка. Ей он и встретил волчью стаю.


Эддарад Старка обнимала молодая женщина, очень красивая. Увидев ее, Теон сразу же подумал, что взял бы ее в соленые жены. За конец синего платья держалась маленькая девочка, копия матери, заливаясь смехом. Угрюмый по своему обыкновению Старк с улыбкой подхватил ее на руки, закружив.


Мальчик шести лет с медными волосами и пронзительными глазами цвета неба, столь похожий на своих мать и сестру, старался держать себя с достоинством перед окружающими. Получалось у него из рук вон плохо, но только пока. Эддард Старк заключил наследника в крепкие объятия.


Немного сбоку стоял парень, удивительно, до боли похожий на молодую копию лорда Винтерфелла. Судя по тому, как отстранено он держался, это был бастард. Эддард Старк потрепал его по темным волосам, взлохматив. Леди-жена в этот миг недовольно поджала губы.


Решив, что пора ему вступать в игру, Грейджой спешился и оправил плащ.


- Я хочу представить вам моего воспитанника, - Хранитель Севера указал на мальчика в камзоле с золотым кракеном, на котором сразу же скрестились внимательные и чуточку неприятственные взгляды семьи и свиты. - Теона Грейджоя, сына Бейлона Грейджоя, Лорда-Жнеца Пайка.


"Мой отец - король! А я принц." - ярость тисками сжала сердце.


Небрежно склонившись, Теон изящно прижал руку к сердцу:


- Для меня честь и большая радость увидеть вас, моя леди.


- Наш дом - твой дом, Теон, - ответила Кейтилин Старк, даже не улыбнувшись.


"Это будет труднее, чем казалось." - зло подумал железнорожденный, широко улыбаясь.


- Это мой сын и наследник, Робб Старк, - Эддард положил руку на плечо сыну. - А это... Джон Сноу.


- Мы обязательно подружимся! - рассмеялся Теон, подавая руку вначале Роббу, а потом бастарду.


Рукопожатие у обоих было крепким для их лет. Пожалуй, бастард даже сжимал его ладонь сильнее и дольше, чем следовало. Грейджой не подал виду, что его задел прохладный взгляд серых глаз, таких же, как у человека, ворвавшегося в его дом с огнем и мечом. Зато, рыжий мальчик искренне улыбнулся ему в ответ.


- Отдыхайте! Сегодня мы скорбим о мертвых, а завтра устраиваем пир, - сказал Старк под одобрительные выкрики ленных рыцарей и лордов. - Приходите все.


Теону выделили хорошую комнату, хоть и просто обставленную. Мальчик отметил про себя, что ему доверяют больше, чем могло показаться со стороны: при желании, из его покоев можно было легко и быстро добраться до личных комнат семьи Старка. Грейджой знал, что там обязательно будут стоять один-два стража, но не больше. Поразительная глупость, так относиться к врагу.


Внимательно осмотрев комнату, мальчик удовлетворенно заметил, что не нашел потайных ниш или ходов. Их внесение в план постройки - обычная практика для андалов и Эсосса, но Старки и Грейджои, видимо, как потомки Первых Людей обходились без этих замечательных инноваций. К сожалению, замок на двери выглядел откровенно хлипким, что не понравилось Теону. Он понимал, что ключ так же будет не только у него, но смириться с таким вторжением в личное пространство пока не мог. Решив выспаться после долгого пути, он скинул сапоги и дорожный плащ с перчатками, завалившись спать прямо в одежде. Его разбудили под вечер два стражника, потребовав сопроводить. Теон не возражал.


Оказавшись в кабинете Хранителя Севера он с интересом начал осматриваться. Определенно, здесь пахло временем. У стены большого помещения пылал камин, над которым в камне был выдолблен лютоволк и девиз Старков.


- Зима близко, - тихо сказал Теон.


- Девиз моего дома, - лорд Старк откинулся на широком стуле, больше походящем на трон, сложив руки на груди и опустив подбородок. - Ты должен был его знать, как и прочие.


- Да, милорд, - согласился Грейджой. - Меня учили геральдике.


- Что ж, в таком случае, ты так же должен знать девиз дома моей жены: Семья, Долг, Честь. Я сильно люблю ее, и знаю, насколько она, как женщина и как Талли, дорожит этими ценностями. Я уже причинил ей боль, - по лице Хранителя Севера пробежала тень. - И не хотел бы делать это вновь. Однако, я привез с собой еще одного мальчика, которого она не ждала увидеть. Тебя.


Лорд Старк свел брови. Серые глаза стали твердыми, как камень, из которого был сделан замок.


- Настало время нам поговорить, Теон, - сказал лорд Винтерфелла.


- Да, настало... - Теон не на долго умолк, по-птичьи склонив голову в сторону. - Спасибо, лорд Старк.


Старк в изумлении раскрыл глаза. После минуты тишины, он тихим голосом спросил:


- За что ты благодаришь меня, мальчик? Я принес в твой дом войну, забрал тебя у семьи и держу пленником... тебе не за что быть мне благодарным.


- Бейлон ужасный отец и плохой человек, - твердо сказал мальчик, упрямо тряхнув головой. - Ему было бы приятно увидеть, как все его дети погибают. Люди на Железных Островах жестокие, как и земля, на которой они ходят, но я не таков, поэтому он всегда и желал мне смерти. Вы прогадали, взяв меня в заложники, лорд Старк! - с болью в голосе рассмеялся Грейджой. - Нужно было убить на месте.


- Не говори так, - возразил Эддард.


- Всю свою жизнь я мечтал оказаться где-то еще, кроме Железных Островов, Пайка и Бейлона Грейджоя. Я прочитал все книги в библиотеке замка, а она огромна! Из книг я узнал о том, что есть места, где люди живут иначе, не так как мы... лучше. Не убивают и грабят, по чем зря. Пожалуйста, разрешите мне пользоваться библиотекой Винтерфелла! - воскликнул Теон, упав на колени. В уголках его глаз собирались слезы.


Лорд Старк поднялся из-за резного стола и поднял его. Положив на его плечи свои широкие ладони, он внимательно всматривался в темные глаза. Эддард помнил, как этот мальчик, сын мятежного лорда, убил нескольких воинов меткими выстрелами, но также, сейчас он видел перед собой почти ребенка. Теону должно было исполниться только десять, он старше его собственного маленького сына лишь на три года. И как он, Эддард, может винить детей за дела отцов?


Перед глазами лорда Винтерфелла всплыло лицо Джона Сноу.


- Ты - Теон, а не Бейлон Грейджой, - тяжело обронил Хранитель Севера, смотря прямо в глаза мальчика. - Всегда помни об этом. Ты мой заложник, но я так же хотел, чтобы этот замок стал для тебя домом. Можешь заниматься, чем хочешь. Я и остальные будут судить тебя по делам.


Теон кивнул, с благодарностью глядя на мужчину.


- А теперь, иди, - Старк указал ему на выход, возвращаясь за стол, работать с письмами.


- Спасибо, лорд Эддард, - улыбнулся Теон, вытирая уголки глаз рукавом, после чего поклонился и вышел.


Вышагивая по коридору замка, вдоль вытянутых окон и горящих факелов, Грейджой хозяйским взглядом смотрел на Винтерфелл. За его спиной молча шли стражники. Заложив руки за голову, Теон насвистывал легкий мотивчик.


"Как я и планировал." - усмехнулся Грейджой.


***


- Письмо должно отправиться немедленно, - повторил молодой мужчина, ловко натягивая колет.


- Да, милорд, - девушка с растрепанными волосами склонила голову.


- Не подведи меня, - сурово сказал Теон, взяв ее за подбородок длинными пальцами.


- Никогда! Теон... милорд, я... - сбиваясь, воскликнула северянка, готовая разрыдаться.


- Я тебе доверяю свою жизнь, Ташка, - голос мужчины смягчился, и, быстро поцеловав дочь конюшего, он вышел из не лучшего здания в Зимнем городке.


Каждый раз занимаясь сексом с этой не самой красивой женщиной, Теон напоминал себе, ради чего все жертвы. За возможность раз в полгода отправлять письма Яре и отцу можно было и напрячься. Отдавая почти все деньги, что выдавал ему Старк, этой девчонке, да не забывая её трахать, он получил себе верного человека. Даже больше, Ташка любила его, искренне веря в ерунду, что он ей наплел. Жениться на ней он, разумеется, не планировал.


Письма таили в себе сонм опасностей, грозя смертью. Но Теон сильно скучал по Яре и даже отцу, тосковал по своему старому замку на скале посреди океана. Маленькая отдушина, позволяющая не стухнуть в Винтерфелле.


Вскочив на лошадь, Теон ударил пятками по бокам, заставляя ее сорваться галопом. Грейджой смеялся как мальчишка, прижимаясь к спине животного, а его волосы развевал ветер. Их он отпустил, следуя местной моде, да и шло ему. Гладко выбриваясь, он становился похож на знаменитые статуи из Волантиса. Правильные черты лица вполне годились под пропорции и метрику крови Старой Валлирии. Железнорожденного в нем выдавала ночь, окрасившая волосы и глаза в свой цвет.


Возле ворот его окликнул наследник Старка.


- Теон, вот ты где! - обрадовался Робб. - Отец велел тебя найти. Мы все отправляемся в одно место, не далеко.


- Для чего? - удивился мужчина с золотым кракеном на груди, придерживающий пританцовывающую лошадь. - Лорд Эддард охоту не жалует.


- Да нет же, - хмыкнул рыжеволосый юноша. - Будет казнь. Поймали работорговцев.


- Вот как, - пробормотал Грейджой, спешившись. - В таком случае, от обеда не откажусь. После того как видишь чью-то отрубленную голову, ужинать не тянет.


Робб передернул плечами.


- Не строй из себя убийцу со стажем, - заметил бастард, сложив руки на груди.


- Как скажешь, дружище, - широко улыбнулся Теон, хлопнув приятеля по плечу. - Сегодня вечером у нас поединок, не забудь!


- На этот раз, мы надерем тебе зад! - дерзко бросил ему в спину Робб, заставив мужчину рассмеяться.


Направившись в сторону кухни, по пути он здоровался с встречающимися стражниками. За прошедшие десять лет Теон перезнакомился с большинством людей замка. У него был дар нравиться людям, и он не стеснялся им пользоваться. Не со всеми работало, к сожалению.


Увидев впереди кислую физиономия старика с мейстерской цепью на тщедушной шее, Теон даже не попытался выглядеть дружелюбным.


- Мейстер Лювин, - Теон весьма сухо поприветствовал мейстера.


- А, Грейджой, - казалось, Лювину было плевать на обиды Теона Грейджоя, что еще больше выводило того из себя, но он старался не показывать виду. - Из библиотеки опять на тебя жалуются. Говорят, не возвращаешь фолианты.


- Зачитался в своей комнате, мейстер, вот и все, - отрезал мужчина. - Верну завтра же.


- Сегодня, Грейджой, - покачал головой Лювин, от чего цепь на его тощей, как у цыпленка, шее качнулась. В свете пламени сверкнуло звено из валлирийской стали. - Книги требуют уважения и надлежащего ухода.


Даже оставив за спиной мерзкого человечка, Теон долго не мог успокоиться. Хотелось задрать юбку какой-то молоденькой девушке из прислуги, или убить человека. Пришлось удовольствоваться копченой ножкой кабана и пинтой сидра. Мужчина старался выпивать меньше, чем жители Вестеросса, но немного злоупотреблял. Под кружку пива было веселее читать местные талмуды.


Его вражда с мейстром Лювином лежала в принципиальной для Теона области: магии. Старый мужчина наотрез отказался обучить воспитанника Старка тем знаниям тайной дисциплины, что преподавались в Староместе мейстрам, где он выковал свою цепь из многих звеньев, а именно, наиболее интересной ему - из валлирийской стали, знака "тайных искусств". Впрочем, он не учил его так же и ядам. Ничему, строго говоря, а обращаться с просьбой к Хранителю Севера по этим вопросам было не то что бессмысленно, а опасно. Поэтому Теон продирался сквозь тернии бесполезных и скучных строк сам, стремясь найти крупицы знания. И он преуспел.


Библиотека Винтерфелла была древней и хранила в себе множество фолиантов, зачастую, уникальных, в единственном экземпляре. Тысячи книг! Теон еще в прошлой жизни отличался хорошей памятью, однако, все проглотить не мог даже он. И пусть здешние книги были исписаны крупными буквами и пестрели иллюстрациями, все равно, это было бы чересчур. К тому же, среди древних книг, интересных мужчине, зачастую в ходу были наречия и языки, ему не знакомые. С помощью словарей он справлялся с этим препятствием, но времени уходило море. Полиглотом Теон, все же, не был.


Народы, давно канувшие в Лету, оставили по себе достойные знания и легенды о чудесах, в которые верилось с трудом. С начала Грейджой скептически относился к байкам дикарей, но разные племена и пророки зачастую повторяли друг друга. Темное прошлое Вестеросса уходило корнями к силам и сущностям, один вид которых пугал.


Однако, кое-чему Теон все же смог научиться.


В нескольких книгах было описание драконьего стекла. Опознав в нем обсидиан, Грейджой узнал, что этот материал хорошо чувствует и проводит магию. Упоминались лампы из драконьего стекла, с помощью которых великие чародеи Древней Валлирии могли прозревать далекие расстояния, будущее и общаться с владельцами похожих ламп через континенты. Дети леса вершили кровавые жертвоприношения ножами из застывшей навек крови земли, призывая в мир чудовищ. Теону был нужен такой нож, и он без труда его достал.


Опыты с обсидианом, проводимые по обрывкам методик, вычлененных из разваливающихся книг, принесли ему долгожданный успех.


Свой первый раз, когда он, еще тринадцатилетним мальчишкой, смог заставить клинок светиться синим светом, Теон не забудет никогда. Весь опыт прошлой жизни мешал поверить в реальность происходящего, однако, все было взаправду. С тех пор, прошли года.


Его успехи оказались скромнее некуда, закончившись, не успев начаться. Как Грейджой не старался, используя богатое воображение человека космической эпохи, у него ничего не получалось. Огонь не подчинялся ему, ветер игнорировал просьбы, а молнии не спешили срываться с рук, испепеляя врагов. Чтение мыслей окружающих людей только доводило его до мигрени, оставляя в дураках, как и попытки подчинить животных своей воле. Только обсидиан, сверкающий в темноте комнаты.


Теон не сдавался. Потратив месяцы, теперь он умел зажигать светлячка из синего цвета на ладони без помощи драконьего стекла. Это было намного тяжелее провернуть. Сын Бейлона чувствовал, как дрожит от натуги невидимая глазу струна в его груди. Пару лет спустя, он без особых трудностей мог мгновенно зажечь два огонька в каждой руке.


Невероятное, фантастическое умение. И абсолютно бесполезное. Мужчина надеялся, что сможет создавать сильные вспышки света, ослепляя врагов в бою, да только ни черта не вышло из этой затеи.


Совершенно отчаявшись, Теон в тайне от жителей замка даже несколько раз провел псевдомагические ритуалы, украв на это дело несколько куриц с кухни. Или он был совершенно бездарен как чародей, или описания ритуалов были полной чушью, да только выходит что он зря замучал бедных птичек, еще и служкам потом за пропажу влетело. Таким образом, Теон потерпел поражение на поприще волшебства.


После тренировок "огоньки" стали получаться у него ярче, и вызывать их было легче и быстрее, но он не был уверен, стал ли сильнее как маг, или просто натренировал умение.


Он чувствовал отголоски магии в Чардревах, раскинувших свои ветви в Роще Винтерфелла. Однако, Старые Боги были глухи к его просьбам поделиться знанием или крохами силы. Побывав в Малой Септе, открытой по просьбе Кейтилин Старк, Грейджой и вовсе ничего не почувствовал. Что-то магическое было в валлирийской стали, но это было всем очевидно и так. Поразмыслив, Теон решил оставить попытки обучиться магии самому.


Теперь, читая о далеких городах Эссоса по вечерам, вместо лампы он использовал магию.


"Пошлое применение невероятной силы, до такого мог додуматься только идиот!" - как сам над собой подшучивал Теон.


После обеда он, накинув на плечи подбитый мехом лисицы плащ, запрыгнул в седло и отправился вместе с небольшой колонной в путь. Теону было очевидны мотивы Старка, который желал показать своим детям настоящую жизнь, но самому мерзнуть ради этого ему не хотелось.


"Что ж, не похоже, чтобы у меня был выбор", - невесело подумал Теон.


Каждый раз, когда лорд Эддард лично казнил преступников, взгляд островитянина словно магнит притягивало широкое лезвие Льда. Он живо представлял свою шею на месте бедолаг.


Моргнув, прогоняя дурные мысли, Теон погнал коня вперед. Он решил подстрелить косулю, чтобы когда они вернутся в Винтерфелл, повара зажарили ее и подали к столу, где чета Старк будет расхваливать его уменье.


Видит Утонувший Бог, Грейджой был чертовски метким стрелком.


Вспомнив лица короля Роберта и Эддарда Старка, железнорожденный усмехнулся. Он никогда не промахивался.


;

## Интерлюдия I


"Чудак печальный и опасный,

Созданье ада иль небес,

Сей ангел, сей надменный бес"


- Зачем нам было ехать, отец? - недовольно спросил юноша верхом на белом жеребце. - Они сами должны явиться к нам!


- Ну, во-первых, лорду Виману было бы тяжело приехать в Винтерфелл, - усмехнулся Эддард. - И ты упускаешь главное: мы Старки, Хранители Севера. И ты - мой наследник - должен быть готовым к принятию власти. А значит, должен сам побывать во всех местах своих владений. Иначе какой из тебя лорд?


- Ленивый? Разумный? Разумно ленивый? - задумчиво, со смешинкой в уголках губ заметил Грейджой. - Север - самое большое королевство Вестероса, настолько, что остальные даже все вместе не сравнятся с ним.


- Твоё мнение не спрашивали, Теон, - сказал лорд Старк.


- Прошу меня простить, - развёл руками молодой мужчина. - Я всего лишь островитянин, и меня пугают ваши холодные леса и льдистые дороги.


- Добро, чтобы ты это не забывал, - лорд Винтерфелла вскинул подбородок, подставляя покрытое щетиной суровое лицо холодному ветру. - Однако ваши причитания мне порядком надоели. Вы просто еще не бывали в Белой Гавани. Она не может не понравиться, как и дом, который там поселился.


- Мы как раз прибыли! - воскликнул юноша, на чьих волосах поселилась осень.


Ударив коня по бокам, он ринулся вперед, желая лучше увидеть город. Аккуратные белые стены из камня, замки и стена через залив реки лежали как на ладони. Порт выглядел как на картинке: аккуратные дома, прямые улицы и снующие вокруг люди. Наследник Севера сам уже отсюда чувствовал запах этого города, аромат приятной свежести с нотками соли.


- Невероятно! - воскликнул он. - Я знал, что он такой большой, но не мог представить, что настолько!


- Тут проживает одна пятая часть Королевской Гавани, - лорд Эддард с улыбкой смотрел на сына, вспоминая, как сам впервые посетил этот город с отцом и братьями. Ему вспомнилось, что Лианна тогда сильно злилась, когда её не взяли из-за простуды. - Если Винтерфелл - Сердце Севера, тогда Белая Гавань - его Врата.


Навстречу им выехали северные всадники со знаменами Старков и Мандерли. С большим почтением их проводили до ворот, где толстый до ужаса лорд Виман Мандерли с трудом преклонил колено перед своим сюзереном. Эддард поднял его и обнял, после чего процессия двинулась в сторону Нового замка, - замка дома Мандерли, который был соединён с Волчьим Логовом. Юноша помнил, что раньше его занимали их дальние родичи, Грейстарки, но род прервался. Они поддержали восстание Болтонов и поплатились за это.


Белая Гавань была застроена выбеленными домами с темно-серой черепицей на крышах с крутыми скатами, улицы в ней пролегали прямые, широкие и аккуратно замощенные. Люди же выглядели сытыми и довольными своей судьбой.


Новый замок расположился на возвышенности, внутри самого города. От порта к замку змеилась вымощенная белым камнем Замковая лестница, вдоль которой высились мраморные русалки, держащие в руках чаши с горящим китовым жиром.


"Герб Мандерли - тритон", - вспомнил юноша, восхищённо рассматривая такую чуждую ему архитектуру.


Казалось, каждая черточка, каждый излом и линия тут кричали: "Мы не здешние!" Дом Мандерли жил на Севере уже пять веков, но каждый знал, что они выходцы и беглецы с далёкого Простора. И тут, среди снегов и Старков, Гловеров, Болтонов и прочих родов Первых Людей, они всё ещё оставались андалами.


- Добро пожаловать в мой дом, милорды, - улыбнулся лорд Виман.


Им преподнесли хлеб с солью, который они, по законам гостеприимства, съели.


Внутри замок не уступал себе снаружи. В замке находилась Снежная Септа, имеющая куполообразную крышу, украшенную огромными статуями Семерых. Наследник Винтерфелла верил в Старых Богов, но ему не терпелось посмотреть на удивительные статуи поближе.


Их завели в Великий Чертог замка, который назывался Чертогом Водяного. У входа стояли мраморные статуи водяных, каждый из которых крепко сжимал трезубец. Стены, потолок и пол чертога были сделаны из досок и украшены изображениями самых разных морских созданий. Если Винтерфелл поражал мощью, то здесь каждый невольно ощущал уют.


- Что ж, располагайтесь с дороги, - лорд Виман хлопнул в ладоши, и слуги вышли вперёд. - Вам укажут покои. А вечером мы устраиваем пир в честь вашего прибытия.


- Спасибо, лорд Виман, - кивнул Эддард. - Вы любезны.


- Это мой долг, милорд, - лорд Мандерли воздел руки. - И он мне в радость!


Покои и вправду оказались добрыми. Юноша уже собирался скинуть сапоги и вздремнуть после дороги, чтобы повеселиться на пиру, как в комнату завалились его друзья. И, разумеется, как всегда без спросу.


- Робб, хватит спать! - воскликнул его сводный брат - Джон.


- Отстань, мне зад в седле отбило, - проворчал рыжеволосый, массируя икры.


- Твой зад это переживёт. А вот мы, если будем сидеть тут как в гробу, - нет, - безапелляционно заявил Джон, присаживаясь рядом.


- Послушай своего брата, - заметил Грейджой, подошедший к окну. - В его голову так редко закрадываются хорошие мысли, что упускать их просто преступно. Мы определённо должны разведать обстановку.


- Дай угадаю, - рассмеялся Старк. - И разведывать её мы будем непременно в борделе?


- А где же ещё? - чистосердечно удивился черноволосый красавец.


- Отец будет недоволен, - заметил Робб, внутренне уже всё для себя решивший.


"Теон плохо на нас влияет, мама права. Но, чёрт возьми, ничего ведь дурного мы не делаем, так что кому какое дело", - подумал сын Эддарда.


- То, о чём лорд Старк не узнает, ему не повредит, - улыбнулся Грейджой, показав зубы. - Если только Джон не расскажет.


- Я не расскажу, - нахмурился брат Робба. - Но мне это не нравится. Давайте лучше просто прогуляемся для начала.


- Я с тобой, - кивнул Робб, меняя решение. - Теон?


- Зануды! - фыркнул сын Бейлона, выскользнув из комнаты.


- Что ж, - рыжеволосый юноша решительно поднялся, - если уж мы достаточно бодры, чтобы не спать, но при этом благоразумны, чтобы не вести себя как полный... Теон, в таком случае предлагаю посмотреть на местную септу поближе. Она выглядит невероятной.


- Пошли, - коротко сказал Джон.


Переодевшись с пути, они направились прямо в сторону септы. Вера в Старых Богов не запрещала им войти, и, хотя со стороны септонов появление иноверцев в септе могло быть воспринято в штыки, дети Хранителя Севера понадеялись на своё положение гостей. Снежная септа, как её называли, была переполнена, несмотря на свой немалый размер. Робб заметил, что внутри множество иностранцев, вероятно, прибывших из дальних стран Эсосса и Вестероса по торговым делам и так же не удержавших своё любопытство.


- Смотри, какие девушки, - прошептал Джон, толкнув Робба в бок, привлекая внимание.


Посмотреть действительно было на что. Две красивые девушки, стоявшие ближе всего к септону, в первом ряду, притягивали взгляд, словно жемчужины среди камней. Одна девушка с гордой осанкой и копной каштановых волос, заплетенных в тугую косу, с достоинством молилась, в то время как вторая то и дело с интересом осматривалась, явно тяготясь. Эта молодая девушка выделялась косой чудного, зеленого цвета. Вдруг, повернувшись, она поймала взгляд Робба и улыбнулась.


Почему-то покраснев, Старк переступил с ноги на ногу. Джон Сноу это заметил:


- Тебе тоже понравились? Иди познакомься, - простодушно заметил его брат.


Робб знал, что Джон тяготится своим происхождением, поэтому никогда сам не посмел бы подойти к девушкам благородного сословия.


- Вот вдвоём и подойдем, - Робб хлопнул своего сразу слегка напрягшегося брата по плечу.


После службы люди потянулись на выход, увлекая их вместе с собой. Девушки действительно к ним подошли. Хотя, правильнее было бы сказать, что они подплыли.


- Милорды, - девушки слегка склонили головы.


- Миледи, - Робб поклонился. - Меня зовут Робб Старк, а это мой брат Джон Сноу.


- Вы наши гости сегодня, - хихикнула младшая, дернув кончик зеленой косы. - Я Вилла Мандерли, а это моя сестра Винафрид Мандерли.


- Мы поражены вашим домом и вашей красотой, миледи, - рыжеволосый юноша улыбнулся, подражая Теону.


Судя по румянцу, проступившему на щеках внучек лорда Вимана, у него неплохо получалось.


- Прошу меня простить, миледи, - в разговор бесцеремонно ворвался новый персонаж.


С любопытством и легким неудовольствием Робб посмотрел на поджарого дорнийца средних лет со смуглой кожей и густой, чёрной с проседью бородой и обритой головой. Тот был одет как торговец, кем, вероятнее всего, и являлся, но острый взгляд Старка отметил висящий на поясе меч и военную выправку.


- Этот бастард не доставляет вам хлопот? - спросил дорниец, блеснув чёрными глазами из-под густых бровей. - Долг любого рыцаря перед благородными дамами состоит в том, чтобы отстоять их честь.


- Нашу честь не может задеть удовольствие общаться с сыном лорда Старка, милорд, - с морозом в голосе ответила старшая внучка лорда Вимана.


- Ваше участие, милорд, не знаю вашего имени, - почти прорычал Робб.


- Сир Остин Дрей, из Утеса Быстроводной, - хлёстко ответил дорниец, сведя брови.


- Сир Остин Дрей, из Утеса Быстроводной. Ваш порыв благороден и столь же неуместен, - Робб чувствовал, как злится и горит от стыда его брат, и оттого распалялся сам.


- Бастрад нашёл себе друзей, а? - Остин Дрей вёл себя так, словно бедный Джон убил его сына.


- Это вас не касается, сир, - сын Тихого Волка был готов схватиться за меч, но его опередили:


- Где и когда? - Джон с побледневшим лицом, на котором играли скулы, выступил вперёд. - Если вас не оскорбит скрестить клинок с бастардом. Сир.


- Сейчас, хоть тут, - быстро ответил оскалившийся Дрей.


- Дом Мандерли запрещает поединки с его гостями, - величественно сказала Винафрид Мандерли, сурово поджав губы.


- Миледи, это не проблема, - дорниец не моргая смотрел на одного лишь Джона, будто видел кого-то другого на его месте. - Если бастард не против прогуляться за город или не побоится выйти в море на любом корабле, можно даже на моей "Чайке".


- Я готов, - Джон сжал кулаки.


- Это Север, сир Остин Дрей из Утеса Быстроводной, - Робб вонзил свои голубые глаза в дорнийца с такой неожиданной даже для себя внутренней силой, что тот вздрогнул. - А я Робб Старк, сын Эддарда Старка, Хранителя Севера. И Джон, мой брат, тоже сын Хранителя Севера. Если вы не заметили, - юноша с волосами цвета огня величественно указал рукой вокруг, - мы на Севере. И я обещаю, что так это не оставлю.


- Вы мне угрожаете, милорд Старк? - спросил Остин.


- Я предупреждаю, сир. Зима близко, - сказал Робб.


- В таком случае, жду завтра у ворот. Не струсь, бастард, - прошипел сир Остин.

Поклонившись Роббу и леди, он развернулся на каблуках и стремительно направился прочь.


- Вот подлец! - воскликнул Робб.


- Это же бесчестно, он намного старше вашего брата, - сказала Вилла Мандерли, покусывая губу.


- Я умею драться, миледи, - тихо сказал Джон, все еще смотрящий вслед давно исчезнувшего за пролётом замка дорнийца в ярком плаще.


- Я поговорю с отцом, - Винафрид вскинула подбородок.


- Не стоит тратить на меня время, миледи, - сказал Джон.


- Оставьте мне решать, что делать со своим временем, Джон Сноу, - резко ответила девушка. - Этот человек оскорбляет своим заносчивым поведением честь дома Мандерли.


- Умоляю, леди Винафрид, леди Вилла, - Джон опустился на колено, серые глаза смотрели прямо. - Я родился бастардом, но не трусом. Пусть не волк, но и не заяц. Не отнимайте у меня чести, если у бастардов она бывает, и разрешите скрестить с ним клинки.


- Хорошо, - сказала старшая внучка лорда Вимана, тяжело вздохнув. - Но если ты умудришься проиграть и умереть, можешь в Белую Гавань не заезжать.


- Я постараюсь управиться, миледи, - брат Робба несмело улыбнулся. - Лучше смерть, чем бесчестная жизнь.


- Ничего ты не знаешь, Джон Сноу, - покачала головой Винафрид.


Тем вечером Робб метался по своим покоям, как зверь в клетке. По глупости он дал слово Джону не рассказывать отцу и теперь разрывался напополам. Расскажи он всё отцу, и Джон никогда его не простит, но если же его брат умрёт... Нет, об этом Робб не хотел даже думать.


Юноша знал, что его брат хорош с мечом, даже, как ни больно признавать, лучше его самого. Робб был богом в седле и с копьем в руках. Редкий талант для северянина. Здесь ему уже давно не с кем было соревноваться, кроме Теона, который, казалось, был лучшим во всём. Эддард однажды обмолвился, что юный Грейджой напоминает ему Барристана Отважного своей страстью в бою. Однако сам Теон больше всего внимания уделял луку со стрелами, что для островитяна было странно. Те почитали за трусость сражаться, не видя врага в лицо.


Будто почувствовав, что о нём думают, в комнату зашёл черноволосый оруженосец лорда Старка.


- На пиру на тебе лица не было, - серьёзно сказал Грейджой, присаживаясь рядом с Роббом, закинув ноги на тумбу и откинувшись на спинку. - И у Джона тоже, хотя тут я не уверен: это его обычное состояние. Что случилось?


Робб рассказал.


- Понятно, - только и сказал сын Бейлона, задумчиво смотрящий в потолок. - Вы изрядно рискуете, причём зря. Нельзя каждого безумного пса брать на нож, это может плохо кончиться. Псов отстреливают, Робб.


- И это говоришь ты?! - удивленно воскликнул юноша. - Лучший меч Винтерфелла?


- Я никогда себя так не называл, - Теон сдвинул брови. - И да, я считаю, что нужно думать головой. Особенно сыну лорда.


- Так и знал, что не нужно было тебе рассказывать, - в сердцах сказал Робб.


- Глупости не говори, - вздохнул Грейджой, поднимаясь. - Я буду вторым поверенным Джона. Малыш хорош, от дорнийца пылинки не останется, говорю тебе. Сегодня вам нужно поспать, а я, пожалуй, пойду по своим делам. Вы знаете, где меня искать. А сейчас меня ждут дела.


- Тебе не надоело?! В такой момент бордель?! - зло бросил Робб.


- Я там ещё не был, - Теон смерил взглядом наследника Севера. - По пути, возле торговых лавок, встретил интересного человека. Домерик Болтон, заехал по торговым делам, и мы разговорились. У него необычный взгляд на вещи. До завтра.


Вопреки совету друга, толком выспаться у Робба не вышло. В голову лезли непрошенные мысли.


Утром, встретив Джона, у которого также были круги под глазами, он понял, что тот тоже не спал. В мрачном молчании, они направились в комнату Теона. На стук тот не отозвался, зато был слышен зычный храп. Со злостью юноши начали бить ногами, пока им всё же не открыли.


На пороге возникло помятое лицо молодого мужчины с всклокоченными волосами. Льдистые глаза требовательно и вопрошающе уставились на братьев.


- Доброе утро. А Теон..? - запнувшись, не найдя слов спросил Робб. - Я Робб Старк, а это мой брат Джон Сноу.


- Милорд, - поклонился, сразу же поморщившись и схватившись за голову, мужчина, скривив тонкие губы. - Я Домерик Болтон, проходите. Только Теон сейчас...


- Ах ты, свинья! - воскликнул Робб.


В комнате, в обнимку с пустым бочонком, лежал голый Грейджой. Внутри стоял тяжелый запах пролитого вина и перегара, несмотря на раскрытое настежь окно.


- Вставай! Вставай, чёрт бы тебя побрал, Теон Грейджой! - разозлился Старк, принявшись тормошить пускающего пузыри островитянина.


- У нас осталось мало времени, - пробормотал Джон. - Нужно поторопиться.


- Вот именно! У нас дуэль! Теон, как ты мог?! - Робб ударил Грейджоя в плечо, отчего тот наконец ненадолго пришёл в себя.


- Все в порядке, я его уже убил, - сказал Теон, после чего отвернулся и уснул.


- К-как это? - у Робба подкосились ноги, но его под локоть поддержал Домерик и сунул в руку бокал с вином, который Старк сразу же опрокинул залпом.


- Простите, что сразу не сказал, - мужчина извиняюще улыбнулся.


- То есть? Я ничего не понимаю, - серые глаза Джона в растерянности бродили по комнате.


- Теон вчера нашёл вашего дорнийца и оскорбил его на людях так, что тот не мог его не вызвать как благородный человек.


- И, что было дальше?


- Да ничего не было, милорд. Зарезал он дорнийца как свинью. Я был поверенным Теона. Истинно говорю, никогда такого не видел, - доверительно сказал Болтон. - Теон - отменный воин, не хотел бы я быть его врагом. А пьёт вообще за троих!


- Это он умеет! - рассмеялся Робб, улыбаясь во все тридцать два зуба. - Но каков, а?! Что было потом?


- Потом мы отправились пить мировую с его поверенными в бар. Ах да, едва не забыл. Перед тем как мы прикончили бочонок чудного арборского, он попросил передать, чтобы Джон "не обижался": он оплатил для вас двух фантастических девушек, которые уже давно ждут.


- Это был мой поединок, - насупился Джон.


- Что ж, отомстишь ему на тренировке! - Робб с размаху хлопнул брата по плечу, хитро прищурив глаза. - И я благодарен вам так же, Домерик. Дом Болтонов рождает достойных людей.


- Моя роль была невелика, милорд, - ответил Болтон. - Теону... сложно противиться.


- Есть в нём такая черта, - улыбнулся Джон, который наконец поверил, что всё разрешилось, и расслабил плечи.


Робб не мог сказать, чего больше всего боялся Джон: встречи с сиром Остином или реакции лорда Эддарда на их выходку.


- И чего он на тебя так взъелся? - юноша взлохматил рыжие локоны. - Правду Нен говорила, а я не верил, все дорнийцы бешеные!


- Перед тем как Теон выпустил сиру Остину кишки, тот выкрикнул одно имя, - Домерик что-то вспомнил, почесав бровь.


- Да? Какое? - заинтересовался Робб.


- Эшара, если я верно расслышал, - ответил Болтон.


- Не знаю, о ком речь, - пожал плечами Старк. - А вы?


- Увы, нет, - ответил Домерик.


- Наверное, его жена, - сказал Робб. - Что ж, в таком случае, Джон, у нас нет выхода!


- Бордель?


-Бордель!