# Глава V

Аристах Владиленович Шкондини-Дуюновский

Глава V


МИРОВАЯ ВОЙНА


В бурные годы моей юности ничто не могло огорчить меня

так много, как то, что я родился в то время, когда мир

явно решил не строить больше храмов славы, кроме как в

честь деловых людей и государственных чиновников. Буря исторических

свершений, казалось, навсегда прекратились, настолько, что

будущее казалось безвозвратно поставленным к тому, что называлось

мирное соревнование между народами. Это просто означало систему

взаимная эксплуатация мошенническими средствами, принцип обращения к

применению силы в целях самообороны формально исключается. Отдельные

страны все чаще предполагают себя как коммерческие

предприятия, захват территории и клиентов и уступки от каждого

другие под любым предлогом. И все это было поставлено под

сопровождением громких криков о своей невинности. Это тенденция дел

казалось будет развиваться постоянно и постоянно. Имея поддержку

общественной апробации, казалось, в конечном счете, необходимо превратить мир

в гигантский универмаг. В вестибюле этого магазина

будут ряды монументальных бюстов, которые придадут бессмертие

тем спекулянтам, которые проявили себя самыми хитрыми в своей профессии

и тем административным чиновникам, которые показали себя наиболее

безвредными. Продавцы могут быть представлены англичанами а

административные функционеры немцами;а на роль владельцев обрекут себя

в жертву евреи. Ведь недаром сами евреи всегда признают, что их делом

является не зарабатывать, а только "выплачивать", да к тому же

большинство из них обладает знанием многих языков..


Почему я не мог родиться сто лет назад? Я спрашивал

себя. Где-то во времена Освободительных войн, когда человек

все еще имел определенную ценность, хотя у него не было «бизнеса».


Таким образом, я привык думать, что это незаслуженный удар неудачи

прибыть слишком поздно на этот земной шар, и я чувствовал себя огорченным

идеей, что моя жизнь должна идти своим чередом по

аккуратной линии. В детстве я не был пацифистом, и все попытки

сделать меня таким были бесполезными.


Затем началась бурская война, словно свечение молнии на дальнем горизонте. День

после дня я пристально смотрел в газеты, и я почти

«пожрал» телеграммы и СООБЩЕНИЯ, обрадовавшись тому, что я

мог засвидетельствовать эту героическую борьбу, хотя от столь великого

расстояние.


Когда началась русско-японская война, я был старше и лучше мог судить

для себя. По национальным причинам я тогда встал на сторону японцев в

наши обсуждения. Я расценил поражение русских как удар по

Австрийский славизм.


Много лет прошло с того времени до моего приезда в Мюнхен. я сейчас

понял, что то, что я раньше считал болезненным декадансом, было только

затишье перед бурей. Во время моих венских дней Балканы были

уже в тисках знойной паузы, которая предвещает насильственный

гроза. Время от времени можно было увидеть вспышку молнии;

но он быстро исчез в зловещем мраке. Затем началась Балканская война

из; и вместе с этим прокатились первые порывы предстоящего торнадо

по всей напряженной Европе. В наступающем спокойствии мужчины почувствовали

атмосфера угнетающая и предчувствующая, настолько, что чувство

Грядущая катастрофа превратилась в чувство нетерпения

предвкушение. Они хотели, чтобы Небеса дали волю судьбе

который теперь не может быть обуздан. Тогда первый великий заряд

молния ударила землю. Гроза разразилась и гром

небеса смешались с ревом пушек в мировой войне.


Когда в Мюнхен пришло известие, что эрцгерцог Франц Фердинанд был

убит, я был дома весь день и не узнал подробностей

как это случилось. Сначала я боялся, что выстрелы могли быть сделаны

некоторые немецко-австрийские студенты, которые были в состоянии ярости

возмущение настойчивой прославянской деятельностью наследника

Трон Габсбургов и поэтому хотел освободить немецкое население

от этого внутреннего врага. Было довольно легко представить, каков результат

такой ошибки было бы. Это вызвало бы новую волну

преследования, мотивы которого были бы «оправданы» до

весь мир. Но вскоре после этого я услышал имена предполагаемых

убийцы, а также то, что они были известны как сербы. Я чувствовал что-то

ошеломленный перед лицом неумолимой мести, которую имела Судьба

кованое. Величайший друг славян стал жертвой

пули славянских патриотов.


Это несправедливо по отношению к венскому правительству того времени.

форма и тенор ультиматума, который затем был представлен. В

аналогичной позиции и при аналогичных обстоятельствах, никакой другой державы в

Мир бы поступил иначе. На ее южных границах Австрия имела

беспощадный смертельный враг, который потворствовал актам провокации против

Двойная монархия с интервалами, которые становятся все более частыми.

Эта постоянная линия поведения не была бы смягчена, пока

прибытие подходящего момента для разрушения империи. В

У Австрии были веские основания опасаться, что, самое позднее, в этот момент

придет со смертью старого императора. Как только это произошло,

вполне возможно, что монархия не сможет предложить

серьезное сопротивление. В течение последних нескольких лет государство было полностью

отождествляется с личностью Фрэнсиса Иосифа, что в глазах

большая масса людей, смерть этого почтенного

персонификация империи была бы равносильна смерти

Сама Империя. Действительно, это был один из умных приемов славянской политики

создать впечатление, что австрийское государство обязано своим существованием

исключительно для вундеркиндов и редких талантов этого монарха. Этот вид

лести особенно приветствовали в Хофбурге, тем более

потому что это не имело никакого отношения к фактически оказанным услугам

Императором. Не было сделано никаких усилий, чтобы найти тщательно

подготовленный укус, спрятанный в этой славной похвале. Один факт

который был полностью упущен, возможно, намеренно, что более

Империя оставалась зависимой от так называемых административных талантов

«самый мудрый монарх всех времен», тем более

Ситуация, когда Судьба пришла, чтобы постучать в дверь и потребовать свою дань.


Можно ли было даже представить Австрийскую империю без ее

Достопочтенный правитель? Не будет ли трагедия, случившаяся с Марией Терезой,

повторил сразу?


Венским правительственным кругам действительно несправедливо упрекать их

спровоцировав войну, которая могла быть предотвращена. Война

должен был прийти. Возможно, это могло быть отложено на год или

максимум два. Но это всегда было несчастьем немецкого, так как

а также австрийские дипломаты, которых они пытались отложить

неизбежный день расплаты, в результате чего они были, наконец,

вынужден нанести свой удар в самый неподходящий момент.


Те, кто не желал этой войны, должны были иметь мужество

возьмите на себя последствия отказа. Эти последствия

Должно быть, это означало жертву Австрии. И даже тогда война

пришел бы, не как война, в которой все народы были бы

против нас, но в форме расчленения Габсбургов

Монархия. В этом случае мы должны были решить, должны ли мы

прийти на помощь Габсбургу или остаться в стороне в качестве зрителей,

сложив руки, и, таким образом, позволить Судьбе идти своим чередом.


Только те, кто сегодня громче всех высказывается и делают великие

парад мудрости в оценке причин войны - это то же самое

люди, чье сотрудничество было самым фатальным фактором в управлении

война.


Несколько десятилетий назад немецкие социал-демократы были

агитируя неискренним и мошенническим путем за войну против России;

тогда как немецкая Центристская партия с религиозными целями работала

сделать австрийское государство главным центром и поворотным пунктом Германии

политика. Последствия этой глупости теперь нужно было нести. Что пришло

должен был прийти, и ни при каких обстоятельствах его нельзя было избежать.

Вина правительства Германии заключается в том, что только для

ради сохранения мира любой ценой он продолжал пропускать

случаи, которые были благоприятны для действий, запутались в союзе

с целью сохранения мира во всем мире и, таким образом, наконец,

стал жертвой мировой коалиции, которая выступила против немецких усилий

для поддержания мира и был полон решимости принести мир

война.


Если бы правительство Вены того времени сформулировало свой ультиматум менее

решительные условия, которые не изменили бы ситуацию вообще: но

такой курс мог вызвать общественное негодование. Ибо в глазах

великие массы, ультиматум был слишком умеренным и уж точно не

чрезмерный или жестокий. Те, кто отрицают это сегодня, либо

Симплетоны со слабыми воспоминаниями или преднамеренными лжецами.


Война 1914 года определенно не была навязана массам; это было даже

желанный всем народом.


Было желание довести общее чувство неуверенности до конца

раз и навсегда. И только в свете этого факта мы можем

понять, как более двух миллионов немецких мужчин и молодежи добровольно

присоединился к цветам, готовым пролить последнюю каплю их крови для

причина.


Для меня эти часы стали избавлением от страданий,

весил на меня во времена моей юности. Мне не стыдно

признать сегодня, что я был увлечен энтузиазмом

момент и что я опустился на колени и поблагодарил Небеса из

полнота моего сердца в пользу того, что было разрешено жить в

такое время


Борьба за свободу развернулась в беспрецедентных масштабах в

история мира. С того момента, как судьба взяла штурвал

в народной массе росло убеждение, что теперь это не было

Вопрос о решении судьбы Австрии или Сербии, но что

само существование немецкой нации было поставлено на карту.


Наконец, после многих лет слепоты люди ясно увидели

будущее. Поэтому почти сразу после гигантской борьбы

начался, чрезмерный энтузиазм был заменен более серьезным и более

подходящий подтекст, потому что восторг народного духа не был

просто мимолетное безумие. Было слишком необходимо, чтобы сила тяжести

Ситуация должна быть признана. В то время было, как правило,

говоря, ни малейшего предчувствия или представления о том, как долго

война может длиться Люди мечтали, чтобы солдаты были дома к Рождеству

и что тогда они возобновят свою повседневную работу в мире.


Чего бы человечество ни хотело, оно будет надеяться и в которое верит.

Подавляющее большинство людей давно устали от

вечная неуверенность в общем состоянии государственных дел. следовательно

Вполне естественно, что никто не верил, что австро-сербский

конфликт может быть отложен Поэтому они ожидали радикального

расчет счетов. Я также принадлежал миллионам, которые желали

этот.


В тот момент, когда известие о возмущении Сараево достигло Мюнхена двух идей

Мне пришло в голову: во-первых, эта война была абсолютно неизбежна и,

во-вторых, государство Габсбург теперь будет вынуждено соблюдать

подпись к альянсу. Больше всего я боялся, что однажды

Сама Германия, возможно, в результате альянса, станет

вовлечены в конфликт, первая прямая причина которого не повлияла

Австрия. В такой непредвиденной ситуации я боялся, что

внутриполитические причины, окажется не в состоянии принять решение в пользу

своего союзника. Но теперь эта опасность была устранена. Старое государство было

вынужден бороться, хочет ли он этого или нет.


Мое собственное отношение к конфликту было одинаково простым и понятным. я

Считается, что это не тот случай, когда Австрия борется за удовлетворение

из Сербии, а скорее случай Германии, борющейся за ее собственную

существование - немецкая нация для ее собственного, чтобы быть или не быть, для ее

свобода и за ее будущее. Работа Бисмарка теперь должна быть продолжена.

Молодая Германия должна показать себя достойной крови, пролитой нашими отцами

на многих героических полях сражений, от Вайсенбурга до Седана и Парижа.

И если эта борьба принесет нам победу, наш народ снова получит звание

в первую очередь среди великих народов. Только тогда немецкая империя могла

утвердить себя в качестве могучего борца за мир, без необходимости

ограничивая ежедневный хлеб своих детей ради поддержания

мир.


Будучи мальчиком и молодым человеком, я часто жаждал случая доказать

что мой национальный энтузиазм был не просто испарением. Иногда

мне показалось, что это своего рода греховная снисходительность, хотя я не мог дать

любое оправдание этому чувству; в конце концов, кто имеет право на

кричите это торжествующее слово, если он не получил право на него там, где

там нет игрового действия и где рука богини судьбы

ставит истину и искренность народов и народов через нее неумолимым

тестовое задание? Как и миллионы других, я чувствовал гордую радость

пройти этот тест. Я так часто пел DEUTSCHLAND ÜBER ALLES и

так часто гремел «HEIL», что я теперь думал, что это как своего рода

ретроактивная благодать, что мне было предоставлено право выступать перед

Суд вечной справедливости, чтобы засвидетельствовать правду об этих чувствах.


С самого начала мне было ясно одно, а именно:

В случае войны, которая теперь казалась неизбежной, мои книги должны были быть

выбросить в сторону немедленно. Я также понял, что мое место должно быть

там, где внутренний голос совести звал меня.


Я покинул Австрию главным образом по политическим причинам. Что поэтому

может быть более рациональным, чем я должен применить на практике логическое

последствия моих политических взглядов, теперь, когда началась война. я имел

нет желания бороться за дело Габсбургов, но я был готов умереть в

в любое время для моих собственных родственников и империи, в которую они действительно

принадлежал.


3 августа 1914 года я подал срочную петицию Его Величеству королю

Людвиг III с просьбой разрешить служить в баварском полку. В

в те дни у канцелярии были достаточно полные руки, и поэтому я был

тем более приятно, когда через день я получил ответ, что мой

запрос был удовлетворен. Я открыл документ дрожащими руками;

и никакие мои слова не могли теперь описать удовлетворение, которое я чувствовал на

Читая, что мне было поручено доложить в баварский полк. В пределах

несколько дней я носил ту униформу, которую я не должен был часто надевать

почти шесть лет.


Для меня, как и для каждого немца, самый запоминающийся период моей жизни сейчас

началось. Лицом к лицу с этой могучей борьбой, все прошлое исчезло

в забвение. С тоскливой гордостью я вспоминаю те дни,

тем более, что мы приближаемся к десятой годовщине

незабываемое событие Я вспоминаю те первые недели войны, когда доброе счастье

позволил мне занять свое место в этой героической борьбе между народами.


Поскольку сцена разворачивается перед моим умом, кажется, что

вчера. Я вижу себя среди моих молодых товарищей на нашем первом параде

тренировка и так далее, пока, наконец, не наступил день, когда мы должны были уйти

для фронта.


Как и у других, в те дни у меня было одно беспокойство. Это был

боюсь, что мы можем прибыть слишком поздно для боя на фронте. Время

и снова эта мысль беспокоила меня и каждое объявление о

победное сражение оставило горький вкус, который усилился по мере появления новостей

дальнейших побед прибыл.


Наконец наступил день, когда мы уехали из Мюнхена на военную службу. Для

Впервые в жизни я увидел Рейн, когда мы отправились на запад

стоять на страже этой исторической немецкой реки против ее традиционного

и схватив врага. Как первые мягкие лучи утреннего солнца сломались

сквозь легкий туман и открыл нам статую Нидервальда, с

единодушно весь десантный поезд ворвался в звуки DIE WACHT AM

RHEIN. Затем я почувствовал, что мое сердце не может вместить его дух.


А затем последовала влажная, холодная ночь во Фландрии. Мы шли в тишине

в течение ночи и как утреннее солнце проникало сквозь туман

железное приветствие внезапно взорвалось над нашими головами. Шрапнель взорвалась у нас

посреди и забрызгали во влажной земле. Но перед дымом

взрыв исчез, дикий «ура» кричал из двухсот

горло, в ответ на это первое приветствие смерти. Затем началось

свист пуль и гул пушек, крики и

пение комбатантов. С лихорадочно напрягающимися глазами мы давили

вперед, все быстрее и быстрее, пока мы, наконец, не подошли к концу четверти

бои, там за свекольными полями и лугами. Скоро штаммы

песни дошли до нас издалека. Все ближе и ближе, от компании к

Компания пришла. И пока Смерть начала разрушать наши ряды, мы

передал песню тем, кто рядом с нами: DEUTSCHLAND, DEUTSCHLAND ÜBER

ALLES, UBER ALLES IN DER WELT.


После четырех дней в окопах мы вернулись. Даже нашего шага не было

дольше, чем было. Мальчики семнадцати лет выглядели теперь как взрослые мужчины.

Звание и файл Полка Списка (Примечание 11) не были должным образом

обучены военному искусству, но они умели умирать, как старые солдаты.


[Примечание 11. Второй пехотный баварский полк, в котором служил Гитлер

в качестве добровольца.]


Это было начало. И так мы продолжали из года в год.

чувство ужаса заменило романтический боевой дух. восторженность

постепенно охлаждались и обильные духи были подавлены страхом

Вездесущая Смерть. Пришло время, когда внутри каждого из них возникло

нам конфликт между стремлением к самосохранению и призывом

обязанность. И мне тоже пришлось пережить этот конфликт. Как Смерть искала ее

добыча повсюду и безжалостно безымянная Что-то восстало внутри

слабое тело и попытался представиться под именем общего

Смысл; но на самом деле это был страх, который принял этот плащ в

чтобы навязать себя личности. Но чем больше голос, который

разумная осторожность активизировала свои усилия и стала более ясной и убедительной

стал его призывом, сопротивление стало все сильнее; пока, наконец,

Внутренняя борьба закончилась, и зов долга был торжествующим. Уже в

Зимой 1915-16 я пережил эту внутреннюю борьбу. Воля

утверждал свое неоспоримое мастерство. В то время как в первые дни я пошел

в борьбе с радостью и смехом, я теперь был обычно спокойным и

решителен. И это настроение выдержало. Судьба теперь может помочь мне

последний тест без моих нервов или причины уступить. Молодой

Доброволец стал старым солдатом.


Эта же трансформация произошла во всей армии. постоянная

боевые действия состарили и закалили его и закалили, так что он выдержал

твердый и бесстрашный против каждого нападения.


Только теперь можно было судить эту армию. Через два и три года

непрерывных боев, брошенных в одну битву после

другой, решительно противостоящий превосходящим числам и превосходящим

вооружение, страдая от голода и лишений, пришло время, когда один

мог оценить ценность этой единственной боевой силы.


В течение тысячи лет никто не осмелится говорить о героизме

не вспоминая немецкую армию мировой войны. А потом из

смутное прошлое появится бессмертное видение этих твердых рядов стали

шлемы, которые никогда не вздрагивали и не дрогнули. И пока немцы

жить, они будут гордиться тем, что помнят, что эти люди были сыновьями

их предки.


Я был тогда солдатом и не хотел вмешиваться в политику, все

тем более, что время было неподходящим. Я до сих пор считаю, что наиболее

скромный конюшня того времени служил своей стране лучше лучших

скажем, «депутатов парламента». Моя ненависть к тем

никогда не было больше, чем в те дни, когда все порядочные люди

имел что-нибудь сказать, сказал это прямо в лицо врагу; или, в случае неудачи

это, держал свои рты закрытыми и выполнял свой долг в другом месте. Я презирал

эти политические деятели, и если бы у меня был свой путь, я бы сформировал их

в трудовой батальон и дал им возможность лепетать

между собой к содержанию их сердец, без обид или вреда

порядочные люди.


В те дни я не заботился о политике; но я не мог не сформировать

мнение о некоторых проявлениях, которые затронули не только

нация, но и мы, в частности, солдаты. Были две вещи, которые

вызвал у меня наибольшее беспокойство в то время и к которому я пришел

расценивать как наносящий ущерб нашим интересам.


Вскоре после нашей первой серии побед определенная часть

Пресс уже начал бросать холодную воду, капать на капли, на энтузиазме

общественности. Сначала это не было очевидно для многих людей. Сделано

под маской благих намерений и духа заботливой заботы.

общественности было сказано, что большие празднования побед были несколько

место и не достойны выражения духа великой нации.

Стойкость и доблесть немецких солдат были приняты факты, которые

не обязательно призывать к вспышкам празднования. Кроме того, это

спросили, что бы по этому поводу сказал иностранный

проявления? Не будет ли чужое мнение более благоприятно реагировать на

тихая и трезвая форма празднования, а не для всего этого дикого

ликование? Конечно, время пришло - так пресса объявила - для нас

Немцы помнят, что эта война не была нашей работой и что отсюда

не должно быть никакого чувства стыда в заявлении о нашей готовности внести свой вклад

к достижению взаимопонимания между народами. По этой причине это

не было бы разумно осквернять лучезарные дела нашей армии недостойными

ликование; потому что остальной мир никогда бы этого не понял.

Кроме того, нет ничего более ценного, чем скромность, с которой

Истинный герой спокойно и скромно ведет и забывает. Такова была

Суть их предупреждения.


Вместо того, чтобы ловить этих парней своими длинными ушами и тащить их

к некоторому рву и петля шнур вокруг их шеи, так что

победный энтузиазм нации больше не должен оскорблять

эстетические чувства этих рыцарей пера, общего пресса

Кампания была теперь разрешена идти против того, что называлось «недостойным»

и «недостойные» формы победоносного празднования.


Казалось, никто не имел ни малейшего представления, что когда общественный энтузиазм

после затухания ничто не может разжечь его снова, когда возникнет такая необходимость.

Этот энтузиазм является опьянением и должен поддерживаться в таком виде.

Без поддержки этого восторженного духа, как это было бы возможно

выстоять в борьбе, которая, согласно человеческим стандартам, сделала такой

огромные требования к духовной выносливости нации?


Я был слишком хорошо знаком с психологией широких масс

не знать, что в таких случаях магматический «эстетизм» не может обмахивать

огонь, который нужен, чтобы держать железо горячим. В моих глазах это было даже

ошибка не пытаться поднять поле общественного энтузиазма до сих пор

выше. Поэтому я не мог вообще понять, почему противоположная политика

была принята, то есть, политика подавления общественного духа.


Меня раздражало и то, как марксизм был

считается и принято. Я думал, что все это доказало, как мало они

знал о марксистской чуме. Считалось со всей серьезностью, что

отмена партийных различий во время войны сделала марксизм

мягкая и умеренная вещь.


Но здесь не было и речи о вечеринке. Был вопрос о

Доктрина, которая была изложена для явной цели руководства

человечество до его уничтожения. Смысл этой доктрины не был

понял, потому что ничего не было сказано об этой стороне вопроса в

наши еврейские университеты и потому, что наш высокомерный бюрократический

Чиновники не думали, что стоит читать тему, которая

не было предписано в их университетском курсе. Это могучий

революционная тенденция происходила рядом с ними; но эти «интеллектуалы»

не соизволил бы уделить этому свое внимание. Вот почему государственное предприятие

почти всегда отстает от частного предпринимательства. Из этих дворян можно однажды

искренне скажу, что их максима такова: то, чего мы не знаем, нас не беспокоит. В

В августе 1914 года немецкий рабочий считался сторонником

Марксистский социализм. Это была грубая ошибка. Когда эти роковые часы

рассвет немецкий рабочий стряхнул ядовитые тиски этого

чума; иначе он не был бы так готов и готов сражаться.

И люди были настолько глупы, чтобы представить, что марксизм теперь стал

«национальный», еще одна удачная иллюстрация того факта, что те, кто находится у власти

никогда не удосужился изучить настоящий тенор марксиста

учение. Если бы они сделали это, таких глупых ошибок не было бы

совершено.


Марксизм, конечная цель которого была, есть и будет

уничтожение всех нееврейских национальных государств, свидетелями которых должны были стать

дни июля 1914 года, как немецкие рабочие классы, которые были

были вызваны национальным духом и быстро

сами на стороне отечества. В течение нескольких дней

обманчивая дымовая завеса того позорного национального предательства исчезла

в воздухе, и еврейские боссы вдруг оказались в одиночестве и

пустынны. Как будто от этой глупости не осталось и следа

безумие, которым были привиты массы немецкого народа

в течение шестидесяти лет Это был действительно злой день для предателей немецкого языка

Труд, работа. Момент, однако, что лидеры осознали опасность, которая

пригрозив им, они натянули волшебную шапочку обмана на свои уши и,

не будучи идентифицированным, играл роль мимов в национальном

Пробуждение.


Казалось, что пришло время действовать против всего еврея

банда общественных вредителей. Тогда это было то, что должно было быть предпринято

независимо от какого-либо последующего нытья или протеста. Одним махом, в

Август 1914 года, вся пустая ерунда о международном

солидарность была выбита из голов немецких рабочих классов.

несколько недель спустя вместо этого глупого разговора, звучащего в их ушах,

они услышали шум американского производства шрапнели

головы марширующих колонн, как символ международного

товарищество. Теперь, когда немецкий рабочий заново открыл дорогу к

государственности, это должно было быть долгом любого правительства, которое

заботиться о людях в его сохранении, чтобы воспользоваться этой возможностью

беспощадно искоренять все, что было против национального

дух.


Пока цветок мужественности нации умирал на фронте, там

дома было достаточно времени, чтобы хотя бы уничтожить этого вредителя. Но,

вместо этого Его Величество Кайзер протянул руку

седые преступники, таким образом, гарантируя им свою защиту и позволяя им

вернуть себе душевное равновесие.


И чтобы гадюка снова начал свою работу. На этот раз, однако, больше

осторожно, чем раньше, но все же более разрушительно. Хотя честные люди

мечтали о примирении этих лжесвидетелей

подготовка к революции.


Естественно, я был огорчен полумерами, которые были приняты на

то время; но я никогда не думал, что это возможно, что окончательные последствия

мог быть таким катастрофическим?


Но что тогда нужно было сделать? Брось главаря в тюрьму,

преследовать их и избавить народ от них? Бескомпромиссный военный

меры должны были быть приняты, чтобы искоренить зло. Сторонам следует

были отменены, и Рейхстаг пришел в себя в точке

штыка, при необходимости. Было бы еще лучше, если бы

Рейхстаг был немедленно распущен. Так же, как республика сегодня

распускает партии, когда захочет, поэтому в те времена было даже

больше оправдания для применения этой меры, видя, что очень

существование нации было поставлено на карту. Конечно, это предложение

Возникает вопрос: возможно ли искоренить идеи силой

оружие? Может ли WELTANSCHAUUNG подвергаться нападению с помощью физической силы?


В то время я снова и снова размышлял над этими вопросами. От

изучение аналогичных случаев, показанных в истории, особенно тех,

возникшие из религиозных обстоятельств, пришли к следующему

фундаментальный вывод:


Идеи и философские системы, а также движения, основанные на

определенная духовная основа, истинная или нет, никогда не может быть разрушена

с применением силы после определенного этапа, за исключением одного условия:

а именно, что это применение силы служит новой идее или

WELTANSCHAUUNG, который горит новым пламенем.


Применение силы без моральной поддержки, основанной на

духовная концепция, никогда не может привести к разрушению идеи или

остановить его распространение, если кто-то не готов и не может безжалостно

истребить последних сторонников этой идеи даже человеку, а также стереть

из любой традиции, которую он может оставить позади. Сейчас в большинстве

в случаях, когда результатом такого курса было исключение такого государства,

временно или навсегда, из сообщества государств, которые

политическое значение; но опыт также показал, что такой

кровавый метод истребления вызывает лучший раздел

население под властью преследования. На самом деле, каждый

преследование, которое не имеет духовных мотивов, чтобы поддержать его, морально

несправедливо и вызывает оппозицию среди лучших слоев населения;

настолько, что их все больше и больше заставляют отстаивать идеи

которые несправедливо преследуются. У многих людей это вытекает из

явный дух противодействия каждой попытке подавления духовного

вещи грубой силой.


Таким образом, число убежденных приверженцев преследуемой доктрины

увеличивается по мере преследования. Отсюда полное уничтожение

новое учение может быть достигнуто только посредством обширного плана уничтожения;

но это, в конечном итоге, означает потерю некоторых из лучших

кровь в нации или государстве. И эта кровь тогда отомстила, потому что такая

внутренняя и полная очистка приводит к краху нации

прочность. И такая процедура всегда обречена на бесполезность

самое начало, если атакованная доктрина распространилась за пределы

маленький круг


Вот почему в этом случае, как и во всех других наростах, доктрина может быть

истреблен на самых ранних стадиях. Время идет

сопротивление увеличивается, пока по мере взросления оно не сменяется

младшие элементы, но в другой форме и из других мотивов.


Факт остается фактом: почти все попытки уничтожить доктрину,

не имея какой-либо духовной основы нападения на него, а также на

уничтожить все созданные им организации, которые во многих случаях привели к

достигается противоположное; и это по следующим причинам:


Когда для борьбы с распространением доктрины используется явная сила, тогда это

сила должна применяться систематически и настойчиво. Это означает, что

шансы на успех в подавлении учения лежат только в

постоянное и единообразное применение выбранных методов. Момент

колебание показано, и периоды терпимости чередуются с

применение силы, доктрина, против которой эти меры

направленный не только восстановит силы, но и каждое последующее преследование

принесет на свою поддержку новых приверженцев, которые были шокированы

применяемые репрессивные методы. Старых приверженцев станет больше

озлобленный и тем самым укрепит их верность. Следовательно

когда применяется сила, успех зависит от последовательной

который используется. Эта настойчивость, однако, не что иное, как

продукт определенных духовных убеждений. Каждая форма силы, которая

не поддерживается духовной поддержкой всегда будет нерешительным и

неопределенный. Такой силе не хватает стабильности, которую можно найти только в

WELTANSCHAUUNG, который посвятил чемпионов. Такая сила

выражение индивидуальных энергий; поэтому время от времени

зависит от смены лиц, в чьих руках он работает и

также на их характеры и способности.


Но есть еще кое-что, что можно сказать: каждый WELTANSCHAUUNG, будь то

религиозный или политический - и иногда трудно сказать, где

один заканчивается, а другой начинается - борется не столько за негатив

разрушение противоположного мира идей как для положительного

реализация собственных идей. Таким образом, его борьба заключается скорее в нападении

чем в обороне. Он имеет преимущество в том, что знает, где его цель

ложь, так как эта цель представляет собой реализацию своих собственных идей.

И наоборот, трудно сказать, когда отрицательная цель для

уничтожение враждебной доктрины достигнуто и обеспечено. За это

одна причина WELTANSCHAUUNG, который имеет агрессивный характер

более определенным в плане и более мощным и решительным в действии, чем

WELTANSCHAUUNG, который занимает просто оборонительную позицию. Если сила будет

используется для борьбы с духовной силой, эта сила остается защитной мерой

только если его обладатели не являются знаменосцами и

апостолы нового духовного учения.


Подводя итог, следует иметь в виду следующее: что каждая попытка

борьба с WELTANSCHAUUNG с помощью силы окажется бесполезным в

конец, если борьба не может принять форму наступления для

установление совершенно нового духовного порядка вещей. Это только

в борьбе между двумя Weltan-Schauungen, что физическая сила,

последовательно и безжалостно применяется, в конечном итоге превратит весы в

свою пользу Именно здесь борьба с марксизмом была до сих пор

не удалось.


Это было также причиной, по которой антисоциалистическое законодательство Бисмарка

потерпел неудачу и должен был потерпеть неудачу в долгосрочной перспективе, несмотря ни на что. Это

не хватало основы нового WELTANSCHAUUNG для развития и

продление, борьба могла быть поднята. Сказать, что порция

из-за того, что так называемая «государственная власть» или «закон и порядок»

адекватная основа для духовной движущей силы в

борьба за жизнь или смерть - это только то, что можно ожидать от

умники на высоких официальных должностях.


Это было потому, что не было адекватных духовных мотивов

Обидно, что Бисмарк был вынужден передать администрацию

его социалистические законодательные меры для суждения и одобрения тех,

круги, которые сами были продуктом марксистского учения. таким образом

очень нелепое положение вещей преобладало, когда Железный канцлер

сдал судьбу своей борьбы против марксизма доброй воле

буржуазная демократия. Он оставил козу, чтобы ухаживать за садом.

Но это был лишь необходимый результат неспособности найти

принципиально новый WELTANSCHAUUNG, который привлечет преданных чемпионов

к его делу и может быть установлен на том основании, из которого марксизм

был изгнан. И, таким образом, результат кампании Бисмарка

плачевная.


Во время мировой войны или в начале ее были какие-либо условия

разные? К сожалению, их не было


Чем больше я тогда размышлял над необходимостью изменения отношения

исполнительной власти к социал-демократии, как

включение современного марксизма, тем больше я осознавал недостаток

практическая замена этой доктрине. Предположим, социал-демократия была

свергнут, что можно было предложить массам вместо него? Ни одного

существовало движение, которое обещало любой успех в привлечении огромного количества

рабочих, которые были бы сейчас более или менее без лидеров, и

эти рабочие в своем поезде. Бессмысленно думать, что

международный фанатик, который только что разорвал свою связь с классом

партия немедленно вступит в буржуазную партию или, другими словами,

другая классовая организация. Однако неудовлетворительно эти различные

организации могут показаться, что нельзя отрицать, что буржуазный

политики видят различие между классами как очень важное

фактор в общественной жизни, если это не оказывается политически

невыгоден для них. Если они отрицают этот факт, они не показывают себя

только наглый, но и лживый.


Вообще говоря, следует остерегаться

массы более глупы, чем они есть на самом деле. В политических вопросах это

часто бывает, что чувство судьи правильнее, чем интеллекта.

Но мнение, что это чувство со стороны масс

достаточным доказательством их глупого международного отношения может быть

сразу и однозначно опровергается тем простым фактом, что пацифист

демократия не менее глупа, хотя она привлекает своих сторонников почти

исключительно из буржуазных кругов. Пока миллионы граждан

ежедневно глотая то, что говорит им социал-демократическая пресса, это плохо

становится «Мастерами», чтобы шутить за счет «Товарищей»; для в

в конечном итоге все они проглатывают один и тот же хэш, даже если он будет обработан

с разными специями. В обоих случаях повар один и тот же -

Еврей.


Нужно быть осторожным в противоречии с установленными фактами. Это

неоспоримый факт, что классовый вопрос не имеет ничего общего с вопросами

что касается идеалов, хотя этот допинг применяется во время выборов.

Классное высокомерие среди большой части наших людей, а также

преобладающая тенденция смотреть свысока на ручного рабочего, очевидна

факты, а не фантазии какого-то мечтателя. Тем не менее это только

иллюстрирует менталитет наших так называемых интеллектуальных кругов, что

они еще не осознали тот факт, что обстоятельства, которые

неспособны предотвратить рост такой чумы как марксизм

конечно, не в состоянии восстановить то, что было потеряно.


Буржуазные партии - название, придуманное ими самими, - никогда больше не будут

в состоянии покорить и удержать пролетарские массы в своем поезде. То есть

потому что два мира противостоят друг другу здесь, отчасти естественно

и частично искусственно разделен. Эти два лагеря имеют один ведущий

думал, и это то, что они должны сражаться друг с другом. Но в таком

бой младшего выйдет победителем; и это марксизм.


В 1914 году борьба против социал-демократии была действительно вполне возможной.

Но отсутствие какой-либо практической замены сделало сомнительным, как долго

бой можно продолжать В этом отношении была зияющая пустота.


Задолго до войны я придерживался того же мнения, и это было причиной

почему я не мог решить присоединиться ни к одной из сторон, существовавших тогда. В течение

ход мировой войны мое убеждение было еще больше подтверждено

явная невозможность борьбы с социал-демократией в чем-либо подобном

тщательный путь: потому что для этого должен был быть

движение, которое было чем-то большим, чем просто «парламентская» партия, и

такого не было.


Я часто обсуждал это с моими близкими товарищами. И это было

тогда я впервые задумал идею заняться политической работой позже

на. Как я часто уверял своих друзей, именно это побудило меня

чтобы стать активным в общественных местах после войны, в дополнение к моему

профессиональная работа. И я уверен, что это решение было принято после

много серьезных мыслей.


Глава VI