Атомный Владимир: другие произведения.

Меч Ужаса

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс Наследница на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Эта история о гномах. В большом и красивом мире Тверди случилась беда - тёмная сила Вороньего Глаза, первобытного зла, вмешалась в дела Богов и привнесла червоточину. Многое произошло с тех дней. Гномы покинули Первое Королевство и основали Второе. Эльфы вообще перебрались с континента на архипелаг и заняли позицию невмешательства. Но даже после череды трагических событий, в жизнь подгорного народа пришла размеренность, пусть и не столь роскошная, как прежде. Поэтому, никому в голову не могло прийти, что беда снова нагрянет за данью. Читать проду на: Автор-Тудей Либстейшн


Перезаливаю Меч Ужаса по новой методике) Будет вся книга.

  
   Часть 1
  
   Глава 1
  
   Маленькая сонная мошка не удержалась и влекомая дыханием, влетела в нос. Тут же, правая ноздря возопила от зуда и я, пуще прежнего втянул воздуха, чтобы чихнуть. Хотелось гаркнуть, разбудить сонный утренний лес, но мы всё ещё близко к людям. Пришлось чихать сдержанно, а потом яростно пошерудить пальцем в ноздре. Даже слезы выступили.
   - Что такое? - со смешком спросил Гвальт, идущий в середине нашей разведгруппы.
   - Муха в нос попала, - гнусаво буркнул я, продолжая орудовать перстом. - Гадина!
   Друг издал смешок и поспешил обратить взгляд к земле, ибо там корни на кочках сидят и ямами погоняют, что усугубляется ночью в дозоре.
   Солнце только взялось за украшенные весенней листвой верхушки, но лес уже вовсю трещит, свистит, вскрикивает, полный могучей силы. В отличие от нас. Бун, идущий первым, и лучше всех, среди гномов, знающий окрестности Второго Королевства, идёт уверенно, словно и не лазили вокруг людского поселения всю ночь. Из нас троих, только ему удаётся не спотыкаться и не цепляться за ветки. У меня же терпение кончилось - через шаг шиплю ругательства. Муха немного взбодрила и тяжёлые ботинки перестали собирать препятствия.
   - Ручей скоро, отдохнём? - услышал я Буна.
   Мы одобряюще загудели, словно огромные жуки, ростом эдак в четыре с лишним локтя.
   Я и Бун, кольчужного капюшона так и не сняли, в отличие от Гвальта, стянувшего его вместе со шлемом. Он частенько жалуется на броню, защемляющую волосы и бороду, потому и стремится скорее освободиться. По мне, так волосы, либо длиннее отпустил бы и собирал, либо обрезал. Борода же у Соловья, как мы его зовём, - тоже не практичная - красиво острижена, с выбритыми усами и щеками.
   Соловьём прозвали за удивительную способность подражать голосам птиц. Ещё лунаркам он люб - издали начинают строить глазки, старательно демонстрировать формы, и обретают крайне томный вид при этом. Впрочем, в отличие от нас с Буном, Гвальту это нравится.
   Вскоре послышалось журчание и показался ручей. На другой стороне, как раз лежит поваленное дерево, куда мы устало расселись, некоторое время приходя в себя.
   Гвальт первый заговорил:
   - Бан, - назвал он производным от имени, - что про тролля думаешь?
   Я глянул на темноволосого товарища.
   - Ничего, - отозвался он.
   - И почему же, брат-гном, то ведь общая беда?..- посетовал Гвальт.
   Лицо Буна, со старым ожогом на левой части, осталось спокойным. Догадываясь, что вопрос он проигнорирует, говорю:
   - Я пойду в поход на тролля. Да поможет нам Ор! Командующий, как раз собирает отряд.
   - Хотите утыкать болтами?! - спросил Гвальт кровожадно.
   Мы взялись доставать из заплечных мешков еду и, склонившись к своему, я отвечаю:
   - Груггевор определил другую задачу - нужно всего лишь отогнать от полей и показать, что ходить туда не стоит. Тролль ведь не выходит на поля. Такое уже не раз бывало, что нужно просто припугнуть. Да и есть опасения насчёт его соплеменников - могут прийти мстить. Защити нас Ор от такого!
   Соловей и сам уже пытается вытащить что-то из сумки, протискиваясь рукой между шлемом и оружием. Мои слова отвлекли гнома.
   - Ну, конечно! - усомнился друг. - Они же тупые, Ворк?!
   - А если нет? - отозвался я. - Мы не можем рисковать...
   - Убить их надо и всё! - зло рыкнул он.
   Я шумно вдохнул и выдохнул, гася раздражение. Привычно зачерпнул земли, растёр в ладонях. В нашем отряде разведчиков часто так - Бун неразговорчивый, мало что обсуждает, а Гвальту только бы бить, рубить, мстить. Тролли ещё ладно - это семя Темного Ока, но по роду службы, ходим в дозор за людьми и уж их, он в каждый раз готов рвать. Соловья можно понять, ведь это наши кровные враги, гады, устроившие гномам Сечу, но слепая ярость Гвальта и некоторая своевольность, часто раздражают. Он всегда спорит.
   Вскоре, принялись за еду. Лес, словно игнорируя, живёт своей жизнью: мелькают насекомые, на все лады поют птицы, периодически проносясь над головой. Вынырнувшая из кустов лиса, подбежала понюхать мешок Буна и пока не шугнули, не думала скрываться. Гномы, как и эльфы - дети Ора и Лу, поэтому животный мир нам люб и дорог. Хищники на нас не нападают, но если полезешь к детёнышам, нарвёшься на агрессию. Одним из поводов для окончательного раздора между людьми и эльфами, как раз и стала тяга людей к охоте на животных, неприемлемая для нас.
   Я люблю аромат леса, да и в целом внешний мир нравится. Командующий Груггевор, потому и выбрал в дозорные, что я странный. Гномьему народу претит простор подлунного мира, нам комфортней и спокойней под землей или в чреве гор и холмов. Не скажу, что недра чужды, просто меня тянет к поверхности.
   Крошки слетели с колен Буна, когда он пересел на землю. Теперь же бревно приняло на себя его голову и плечи, и друг смежил веки. Гвальт взялся стягивать доспехи, а моим вниманием завладел окружающий мир, известный лишь по сохранившимся эльфийским книгам. Могу припомнить некоторые виды птиц, растений и насекомых, но многое ещё остаётся таинственным и интересным. К позициям, с которых мы следим за Сенистром - людским поселением, ведёт несколько тайных троп, а точнее путей. Мы старательно не пользуемся одним или двумя, чтобы не вытоптать траву. За многие походы я уже порядком изучил их и, конечно, не дивлюсь каждому дереву, но внешний мир не теряет очарования. Поэтому, пока друзья заняты, вытянул небольшой деревянный планшет и взялся описывать дежурство, поскрипывая стержнем уголька, помещённого в железную трубочку.
   Гвальт же, взялся впихивать доспехи в заплечный мешок, уже и так порядочно распухший от шлема. Пришлось всё заново перекладывать, звеня и стукая, на что проснувшийся Бун всхрапнул, чуть поворочавшись. Мешок поддался, вмещая всё необходимое и довольный Соловей  приступил к любимому занятию - пародированию птиц. Уж на что необычный дар для гнома, а как выходит - заслушаешься. Я даже писать бросил. Пернатое многоголосие, во главе с Соловьём, приятно дополняется журчанием ручья.
   Мне и самому захотелось спать. Торопиться некуда, дежурство закончено, а уж где смотреть сны, разницы нет. Привалившись к бревну, попробовал расслабиться. Только веки смежились, как из глубин Тверди  раздался гул. Я подскочил, а Гвальт, оборвавший трель, удивлённо уставился.
   - Великий Ор, ты слышал это?! - спросил я.
   - Что?
   - Гул!
   Соловей усмехнулся и говорит:
   - Приснилось наверное. Всё тихо было.
   - Чёрт! - с досадой выпалил я, садясь на бревно. Руки вновь потянулись к грунту, пальцы прошлись по шершавым комочкам земли. Зачерпнул горсть и растёр по ладоням, но напряжение не отпускает:
   - Бун, пошли дальше!
   Веки друга открылись, взгляд нашёл меня и, качнув бревно, Бун поднялся. Вновь молча. Вскоре уже мешки заняли прежнее место на плечах.
   - Ужалило же тебя, - проворчал Гвальт.
   Я думал оставить реплику без ответа, но решил поделиться:
   - На сердце не спокойно, защити нас Ор.
   Неясный гул всё ещё ощущается. Не терплю тратить время на раздумья, а сейчас ещё и от эха внутри хочется бежать вперёд. Я ускорил шаг, обогнав Буна. Он смолчал и тоже прибавил темп.
   - Эй! - недовольно окликнул Гвальт. - Куда спешите-то?
   - Пошли быстрей! - повысил я голос.
   - Да что такое?! И так устали, а ты гонишь!
   Я оглянулся - Гвальт упрямо идёт медленно, уже порядком отстав.
   - Ради Ора, Соловей, прибавь шагу! - обратился я.
   Друг, не переставая ворчать и сетовать, выполнил просьбу. Ветки замелькали. Едва видимая тропинка, то убегает в низину пологих оврагов, то начинает взбираться вверх. Дыхание набрало глубины, стало натужным, Соловей даже ворчать бросил.
   Показались окрестности главного входа во Второе Королевство, где повсеместно густой лес уже порядком прорежён, а на выстрел баллисты перед крепостью начисто вырублен. В просветы можно увидеть вздымающиеся холмы, в месте схождения которых и расположен выход из подземного королевства, окружённый крепостной стеной. Тут я услышал какие-то далёкие крики, словно бы оправдывающие смутное волнение, и взглядом попытался отыскать их источник. Тревога червячком шевельнулась в душе. Кровь забухала в голове, тело сбросило усталость и я рванулся вперёд.
   Как только деревья остались за спиной, увидел откуда шум - со стороны дороги к полям, ближе к крепости, толпятся лунарки, сильно перепуганные и едва в сознании. Кажется, что бежали долго. Я рванул к ним и сразу приметил Таму - старшую над нежными созданиями в королевстве.
   И у неё и у меня дыхания на разговор не хватает, но в сравнении с икающе-рыдающими женщинами и девушками, Тама может собраться с мыслями.
   - Во имя Ора... тёть Тама... что случилось?!
   - Ворк, тролль на полях!- она попыталась отдышаться, а у меня обмерло нутро. Я забыл об окружающем мире и впился взглядом в губы тётушки Тамы. - Мы пошли вместе с обозниками... он их погнал, напал на них... а мы сюда.
   Мне поплохело, а опасения сдавили сердце. Оборачиваюсь к Гвальту и Буну:
   - Сообщите Груггевору, нужен отряд. А я за самострелом!
   Сорвался с места, и вверх - к воротам главного входа в крепость. Гномов почти нет, кроме тех, кто вышел на крики. Я бегу мимо. Рванул массивную дверку в воротах и дальше через двор - в арку входа в подземелья. Мне нужно к себе в жилище, где хранится единственный в своём роде самострел, специально сделанный под мои руки, более длинные и сильные, нежели у остальных.
   Вокруг тоннели и переходы. Жителей тут мало, все заняты делами. Разносятся знакомые запахи от плавилен, алхимических лабораторий и кухни. Желудок, не понимающий важность момента, встрепенулся, позабыв о недавнем завтраке. А вот и родная дверь в жилище.
   Хватаю со стены самострел. Сбросил с плеч мешок на пол и рывком вытащил шлем. Быстро разворошил сундук и достал связку болтов - всё, надо бежать на помощь!
   В центральном зале столкнулся с запыхавшимися и краснолицыми Буном и Соловьём. В их руках копья, Гвальт кое-как надел доспех. На поясах по три арбалета. Они бросились следом.
   - Мы с тобой! - крикнул Соловей.
   - Груггевору доложили?
   - Да, уже собирает бойцов.
   - Помоги нам Ор! Давайте, ходу!
   Вновь оказались во дворике и под взглядами дозорных, вынеслись за стены. Немного успокоившиеся лунарки поднимаются по пологому склону перед крепостью. Замечаю, как одна из них, Анна, приостановилась и подалась навстречу. Мы пересеклись взглядами и она крикнула вслед:
   - Осторожней, ребята! Ворк! Пусть Ор укрепит тебя! - неожиданно закончила Анна, своим знаменитым певучим голосом. Я обернулся и остальные лунарки тоже закричали, подбадривая нас и призывая на помощь Ора.
   Мы переглянулись с Соловьем, ощущая, как с новой силой полыхнул огонь внутри. Бун же, невозмутимо бежит увешанный оружием, ещё и для меня копьё прихватил. До полей не так далеко, но я за каждое мгновение переживаю, ведь тролль может легко одолеть моих коренастых собратьев. Не жалея сил заставил себя бежать быстрее. Ребята поддержали.
  
   Глава 2
  
   Тропа ведущая к полям сильно вытоптана, потому бежать легко. Нам нужно обогнуть скалистый холм справа, в чреве коего устроено Второе Королевство. Сразу за ним будет форт, с сараями и складами, следом - поля. Тропа делает поворот, и я с тревогой всматриваюсь в просветы, но не ясно, что ждёт впереди. Ощущаю, как воздух рвёт пересохшее горло, а нижнее бельё всё мокрое - пот пропитал даже стёганку. Усталость ночного дозора смыло расплавленным металлом крови, нагнетаемой мощными мехами сердца. Я крепко сжимаю рукоятку заряда самострела, готовый взвести тетиву.
   Мы вырвались из леса разъярёнными муравьями, закованными в сверкающие скорлупки доспеха. Быстро оглядываю форт и панораму полей. Бешено молотящее сердце вдруг оступилось, а нутро похолодело при виде погрома, учинённого троллем. Всходы озимых злаков основательно потоптаны, как и грядки с овощами. Вывороченными и поломанными валяются фермы для подвязывания огурцов и помидор. Молодые деревца, высаженные буквально несколько лет назад, местами вырваны, а где искалечены. С ещё большей досадой увидел разрушенную теплицу, на которую ушли массы усилий и стекла. Бешенство сковало мускулы, стиснуло горло, я с трудом двинулся. Нужно найти следы и продолжить поиски, мстить буду тогда, когда встречу ненавистную тварь Тёмного Ока.
   Оглядываюсь - друзья тоже готовы накинуться на обидчика.
   Следы нашли быстро. Тролли тяжелы, а весенняя почва ещё полна соков. Мы побежали по явным отпечаткам здоровых, больше сажени, ступней, уходящих вправо от деревянного форта, в глубину Красных Холмов. Вновь начался лес, только дикий, и мы сбавили скорость. Тревожно всматриваюсь вперёд, заглядываю в овраги. Не даёт покоя страх, что тролль убьёт гнома и мы наткнёмся на труп. Ещё и следы погони на лицо: кора местами содрана, словно тролль врезался или хватался; часто видны ямы с сорванным дёрном, где его ступни скользили от резких поворотов; толстые сухие ветки на земле, толщиной в руку, переломаны от огромного веса наступившего, кое где отброшены пинком. С каждым новым свидетельством сокрушительной силы, я чётче осознаю трудность предстоящего боя. Сердце оборвалось когда увидел лежащее тело. Это оказался не гном, а медвежонок, загубленный слепой яростью тролля. Возле берлоги, устроенной под корнями огромного вяза, с ещё капающей кровью из приоткрытого рта. Меня обуяла очередная волна желания отомстить. Медвежонок будет последним, кого убил треклятый тролль.
   И мы бросились дальше. Всё такие же чёткие следы ведут на восток, немного забирая к северу. Вокруг высятся горбы холмов, заросшие кустарниками и деревьями. К одному из них, более высокому, мы и приближаемся. Начался пологий склон и вот, уши уловили какой-то рёв. Ему вторят крики гномов. Я тут же прибавил в беге, словно олень перепрыгивая поваленные стволы и ямы. Ворвался в заросли шиповника, доверив колючки доспеху.
   Вижу место, где будет бой - это вытянутая поляна перед скальным боком холма. Тролль у противоположного края, среди небольших скальных осыпей. Холм высок, выше тролля в несколько раз. Наверху собрались все гномы-обозники. С облегчением пересчитал их. Завидев нас, собратья тут же радостно возопили. Гвальт намеревался было заорать в ответ, но я оборвал, параллельно останавливая группу - пока противник не заметил, нужно продумать план.
   Огромный, серо-зелёного цвета, словно куча каких-то складок, наплывов и уплотнений, тролль, ударил в скальную стену, высматривая гномов. Рыкнув побежал в обход, гулко и шумно топая по каменистой, с пучками травы, почве. Я понял, что тварь Тёмного Ока догадалась обойти холм. Обозники взволнованно ищут газами пропавшего врага. Времени для действий почти не осталось. Дергаю рычаг заряда, пяточка механизма потянула тетиву и тут, вдруг незадача - ручка рычага сломалась. Внутри похолодело. Тролль же успел добежать до места, где скалы кончаются, а упрямая трава затянула их желтые клыки, и начал взбираться. Я бросил самострел с болтами и махнул друзьям. Гвальт не мог оторвать взгляда от нашей надежды - самого мощного арбалета, на мелкие мы не полагались. Времени на раздумья нет. Забираю копьё у Буна.
   - Так! Нам надо отвлечь его! Вы стреляйте, а я буду орать! - бросил я.
   Бун кивнул, а Соловей, с трудом справившийся с растерянностью, потянулся к арбалету.
   - Эгей! Ты, вонючий серый тролль! Мы здесь! - проорал я. - Сюда иди, говнюк!
   Я начал приближаться к центру поляны с возвышенности опушки. Друзья быстро зарядили арбалеты. Раздались щелчки выстрелов. Наконец тролль заметил нас. Его рёв разнёсся окрест, наводя ужас. Я впервые сражаюсь с реальным противником, тем более таким огромным. Он спрыгнул с места, куда успел забраться, и бежит прямо на нас. С каждым мгновением, приближающаяся тварь всё больше. Я с трудом выкрикнул, срывая голос:
   - В ря-а-ад! Давайте в ряд! Копья наизготовку!
   Гвальт изрыгнув ругательство скакнул ко мне. Бун и в такой ситуации остался молчалив, только побелевшее лицо выдаёт. Через мгновение мы сдвинулись в ряд и ощетинились копьями. Они слишком малы, чтобы держать тварь на дистанции. С иной стороны, более короткими удобней манипулировать. Эти мысли быстро пронеслись в голове и, когда серо-зелёная туша загородила пол мира, я скомандовал:
   - Вперё-о-од!!!
   Удар пришёлся прямо в висящие массивные гениталии. Замахнувшийся тролль издал истошный вопль, его тело инстинктивно согнулось и огромная лапища снесла нас в сторону. Пока чудовище зажало раненное место, я приподнялся. Тролль орёт, но звон в ушах перекрывает вопль, вижу тоже неважно - лишь расплывчатое, с кровавым мерцанием изображение. Посмотрел вбок - Гвальт лежит неподвижно, Бун ворочается. Надо помочь им.
   Подполз. Неожиданно упавшая тень заставила оглянуться. Тролль с перекошенной от гнева и боли мордой совсем рядом. С отчаянием понимаю, что шансов на спасение нет, тут и уцелевшее копьё не поможет. Боковое зрение перехватило метнувшуюся фигуру - это здоровущий медведь, кинувшийся на тролля. Неужели мать медвежонка?
   Внезапно меня озарило - самострел! Нужно зарядить его вручную, пальцами. Хотя бы попробовать, пока медведица отвлекает тролля. Пошатываясь, иду по склону к месту, где его бросил. Начал возвращаться слух: ревут тролль и медведица, кричат сверху гномы, застонал Гвальт. Нос втянул порцию ужасной вони, что издаёт тролль. Меня передёрнуло.
   Арбалет очень тугой, если бы кто предложил зарядить пальцами в иное время, я бы не стал - невозможно. Только сейчас нет выбора. Хватаюсь за тетиву, ногу в петлю и тяну. Тонкая ткань перчатки не спасает. Едва вытянул половину, как показалась кровь. Я застонал ощущая дикое напряжение в мышцах. Наконец, тетива дошла до зацепа, и я отпустил. Пальцы сильно жжёт, кровь крупными каплями срывается с них. Левой рукой скорее выдёрнул болт из связки, наложил на арбалет и кинулся обратно. Голова почти прояснилась. Тролль, как раз откинул медведицу и решил её растоптать. Хищница подскочила и опять бросилась на убийцу детёныша.
   Целюсь выстрелить в глаз троллю, но буркала маленькие и глубоко посажены. Попасть туда, когда идёт борьба и башка ходуном ходит, невозможно, поэтому стал выцеливать кадык. Тем временем, медведица промчавшись меж ног громилы напрыгнула сзади и полоснула когтями по мягким частям. Тролль взревел распрямившись. Я чётко ухватился взглядом за открывшуюся шею и тут же послал болт длиннее обычного, с более массивным наконечником. Он вонзился в шею ближе к середине. Мощь арбалета такова, что даже троллячью кожу удалось пробить, болт прошёл навылет. Ужасная тварь захрипела хватаясь за рану, зашаталась. Соловей и Гвальт стали поспешно отползать, в страхе перед агонией. Тролль начал переступать с ноги на ногу, махать то левой, то правой лапищей, его скрутило. Медведица, что не оставила намерения отомстить, получила удар по касательной и откатилась без чувств. Мы продолжали наблюдать, как умирает огромный враг, когда обозники начали спускаться.
   В этот момент послышался шум из леса и, вскоре, на опушку, стали выбегать гномы, ведомые Груггевором. В полном доспехе, с щитами и длинными копьями - цвет нашей тяжёлой пехоты. Командующий даже малые баллисты приказал взять, одну из которых могли унести шесть гномов. Как было бы хорошо, подоспей они раньше...
   Горячка боя начала спадать, навалилась жуткая слабость. Заболели все ушибленные места, закружилась голова. Желудок поспешил исторгнуть остатки недавнего завтрака - настолько отвратительно воняет тролль. Двое подбежавших гнома, подхватили меня под руки и помогают идти. Я сначала глянул на Гвальта и Буна - им тоже оказывают помощь, потом вгляделся в лица пехотинцев - Лумол и Богор, на них можно положится. Тут силы покинули тело и я повис на собратьях.
  
   Глава 3
  
   В бессознательном состоянии, меня дотащили до форта на полях. Ребята бы и дальше помогали, но я уже пришёл в себя. Хотелось лечь и забыться. Разница между лежанками в форте и жилищем в королевстве, существенна - в пути до последней. Лумол и Богор - ребята понимающие, проводили до лежанок в большом зале форта, больше напоминающего уютный сарай. Жадно выдув кружку воды с облегчением завалился. Молот предложил снять хотя бы верхний доспех, но я отказался. Сон пришёл тут же.
  
   Приятный голос влечёт вверх. Всплываю, наслаждаясь его переливами. Словно мама... Её облик иногда является во снах, как и образ отца. Оба родителя погибли в Сече.
   - Во-о-рк! Очнись, надо снять доспех, - более явственно расслышал я. Веки, как тяжёлые мешки с песком, еле приподнялись. Сон был небывало глубоким. Надо мной склонилась Анна. - Наконец-то ты проснулся! Прости, надо осмотреть раны. Вставай, Ворк, дай я сниму доспехи.
   Я попробовал прервать её монолог, но горло издало какой-то хрип. Натужно прочистив, повторяю:
   - Откуда ты здесь?
   - Ребята сказали, где тебя оставили. Я всё взяла, - доложила лунарка, повернувшись к сумке. С гулкой тишиной в голове наблюдаю, как она достаёт аптечку алхимика, еду, бутылку с отваром. Повернулась. - Сядь поровнее, Ворк, мне нужно снять с тебя всё.
   - Всё? - переспросил я, выполняя просьбу.
   - Ах, ну конечно же всё! Я уже попросила, чтобы баню растопили. Тебе надо переодеться Ворк, а то такой запах...
   Она стрельнула глазками и меня взял стыд. Лунарки вечно намёками говорят.
   - Я сам переоденусь, - буркнул я.
   - Ну, конечно! А раны обработать?! Да сиди ты ровно, дай сниму! - скомандовала Анна, взявшись за кольчугу.
   Я подчинился, борясь со смущением. Конечно, стесняться мне особо нечего - развит хорошо, а длинные руки это даже плюс.Ультрамариновые глаза лунарки плотоядно блестят, стягивая с меня остатки брони. Куница, так Анну прозвали за пепельные с лёгким рыжим оттенком волосы, больше стремилась раздеть и узреть наготу, нежели добраться до ран. Сейчас я хорошо понял Исконников, что не вступают в отношения с лунарками, придерживаясь одиночества всю жизнь. Все эти отношения, близость - то ещё удовольствие. По мне, так лучше в дозоре сидеть.
   - Эй-эй! - возопил я, когда Куница взялась за холстяное нижнее бельё.
   - Называй меня Норкой, - певуче попросила она, раскрасневшись. Её руки отвели мои и продолжили стягивать рубаху.
   - К-какой ещё Норкой? - переспросил я.
   - Хи-хи! - заливисто отозвалась она. - Зверёк такой есть, а ты про какую норку подумал, воин?
   - Ни про какую я не думал, - откликнулся я, созерцая дощатую стенку помещения. До того, как её руки прошлись по груди, успел рассмотреть лежаки, длинный стол и небольшой каменный умывальник, откуда всё это время шёл журчащий звук.
   - Ты чего?! - чуть не отпрыгнул я, когда пальцами левой руки она зарылась в волосы, а правой ухватилась за пласт грудной мышцы.
   - Раны ищу, Ворк, - мягко откликнулась она, имея крайне томный вид. - Не сопротивляйся.
   Воркующий, мягкий и волнующий голос Анны, с переходом в томный шёпот, вызвал какую-то реакцию во мне. Я с удивлением заметил, как моё усталое и почти разбитое тело, начало наливаться силой. В это время лунарка действительно нашла ссадины и характер прикосновений сменился. Наконец я дождался обещанной заботы.
   Лечение руками Анны подарило новое чувство удовольствия. Приятно, когда за тобой ухаживают. Она и пальцы обработала, а потом перевязала. Следом мы собрались мыться. Для этого нужно выйти во внутренний двор форта и далее - к бане. Проспал я до раннего вечера и лик Первозданного Огня уже склонился к горизонту. Во дворе встречаем гномов из отряда, оставленного Груггевором для охраны полей. Они, как раз затаскивают баллисту на вышку. Вдруг начали всматриваться на север, а потом, бросив орудие, понеслись вниз, перепрыгивая ступени. У меня вновь шевельнулось беспокойство в груди. Тоже рванул к выходу из форта. Анна кричит вслед:
   - Эй! Ты куда?!
   - Я сейчас!
   К выходу из форта, подбежал одновременно с пехотинцами. Гномы глянули на мой вид, но удивляться было некогда, да и тревога на их лицах живо передалась мне.
   - Что там? - спросил я, пропуская их.
   - Обозники бегут.
   - Великий Ор, - выдохнул я и припустил следом за пехотинцами.
   За стенами форта вновь показалась панорама разрушений, чуть укрытая длинными вечерними тенями. Я скорее нашёл взглядом дорогу и приближающиеся фигуры гномов. Перечитав понял, что нет русоволосых братьев - Хрура, Локра и Егора. Тревога пуще прежнего сдавила грудь.
   На лицах сородичей отражается тень большого горя. Стоило нам приблизиться  друг к другу, как обозники заголосили единым стоном. Чтобы точнее узнать, что же случилось с обозом, пришлось подождать, пока успокоятся и восстановят дыхание.
   Заговорил Виктор:
   - Обоз разграблен! Большая часть товаров похищена! Братья остались собирать, что осталось.
   Ребята вокруг зашумели.
   - Тролли? - выдохнул я.
   - Гоблины! Проклятый день сегодня, Ор свидетель! - горько сказал Виктор.
   - Их же не было в округе никогда, - удивился я, быстро думая, как быть.
   - Так и тролли близко не подходили, а теперь вот...- Виктор совсем приуныл.
   - Так, кто со мной пойдёт в погоню за гоблинами? - спросил я.
   Гномы опешили. Звать весь отряд пехоты, что оставлен для охраны форта, не вариант, поэтому смотрю на обозников.
   - Я! - отозвался Щитор, моложе меня и первый кандидат в разведчики. От него инициатива ожидаема.
   - Ноёрд, - позвал я нашу легенду, самого высокого и худого гнома, - тебе лучше бежать дальше с донесением.
   - Может ты?
   Виктор, к которому я обратился последним, чуть пожевал губы и кивнул. Вызвалось ещё по одному из пехотинцев и обозников. Анна, которая  к этому времени уже подошла и с некоторым испугом вслушивалась, произносит:
   - Ворк, ты так собрался за гоблинами гоняться?
   Я залился краской, да и ребята заулыбались - все в броне, один я в легких белых штанах и с оголённым торсом.
   - Оденусь и пойду, - чуть нервно отозвался я.
   - Хоть ополоснись, герой, - мягко обратилась она, выделив последнее слово так, что каждый присутствующий понял много больше, чем факт признания героизма. - Пошли! Даже не отдохнул, не поел, не помылся... Никуда эта жабья зелень не денется, если ты немного уделишь времени себе.
   Лунарка говорит и увлекает в форт. Я обернулся, дабы дать понять, что скоро буду, заулыбавшиеся гномы, тут же поддержали и кивками, и сжатыми кулаками.
   Признаться, увещевания Куницы нашли отклик внутри, всё же путь ожидает неблизкий - только до Северных Ворот, куда приходят обозы от эльфов, идти несколько вёрст. Сколько ещё придётся за гоблинами гоняться - неведомо, возможно, всю ночь. Смущающей заботой, Анне удалось отвлечь от случившегося, но мысли вернулись, и пока я доверился нежным рукам лунарки, прикинул общее положение дел. Всё далеко не случайно, так не бывает, чтобы в один день напали и те, и эти, да ещё итог очевиден - поля испорчены, а значит еды мы получим мало. Обоз это прежде всего провизия, коей снабжают нас братья-эльфы. И вновь удар пришёлся в самую уязвимую часть Второго Королевства. Это чья-то воля, а так, как в мире Тверди у нас есть лишь один общий враг - Вороний Глаз, мне очевидно, кто виноват. Посмотрим, что решит Совет на этот счёт.
   Быстро поев, я забежал в баню смыть пот и грязь. Парилка и запахи манят расслабиться, отдохнуть. Тут же заныли все ушибы и ссадины намекая на поход. Скрипя зубами, набрал горячей воды в ушат, разбавил холодной и быстро нашоркался. Стоило вылить на голову первый ковш воды, как ощутил потрясающую ясность ума и облегчение. Вода словно вдохнула новую жизнь. Сердце наполнилось благодарностью к лунарке, проявившей настойчивость. Броситься за зеленокожими мерзавцами теперь хочу с новой силой.
   Анна же не заставила себя ждать, заявившись в мойку. В слабом, неверном свете от лампы и узких окон, её ставшие глубокими глаза, впились в меня, бесстыдно разглядывая и скользя. В руках она держит простынь.
   - Эй! - возопил я.
   - Чего? Я вытереть тебя зашла, подними руки, - отозвалась Куница, расправляя простынь. На ней уже не было верхней одежды, и под приталенной белой рубахой я отчётливо вижу все формы, достоинство которых впечатляет.
   С затуманенным сознанием, я поднял руки. Куница начала с головы. Промокнув волосы, перешла к плечам и начала спускаться ниже. Моё сердце сейчас можно запросто в Кузницу Ора в качестве мехов ставить, ибо кровь оно взялось гнать с дикой силой, а бухает так, что когда Анна вдруг прижалась и её голова оказалась на груди, я подумал, как бы её не оглушить. Всё это для меня ново, я никогда не был с лунаркой наедине, и не собирался. Гномам чаще всего претит всякая похоть, в отличии от лунарок - мастериц в этом деле. Вздрогнул, ощутив, как её грудь, увенчанная острыми твёрдыми сосками, упёрлась в живот. В голове зашумело, а в горле мигом пересохло.
   - Ворк, - промурлыкала она, - ты должен вернуться, я прошу тебя. Будь осторожен и не лезь на рожон. Ты такой славный, моё сердце болит и щемит при мысли, что погибнешь. Хорошо?
   Она подняла голову, и я смог заглянуть в пылающие глубинным огнём глаза. Сглотнул. Горло не слушается, поэтому просто кивнул.
   - Спасибо, - прошептала Куница. - Я буду ждать и верить. А теперь иди, иначе я выпущу пламя своей страсти и гоблины останутся без возмездия.
   Она чуть рассмеялась, немного подрагивая всем телом. Мысли, что вынеслись из головы ещё в самом начале, так и остались маячить обрывками где-то вдали. На деревянных ногах я вышел в предбанник, где уже лежат свежие холстяные штаны, рубашка, а рядом и все части доспехов. Спешно одеваюсь, ощущая, как медленно уходит из тела напряжение. Вскоре последний ремешок был затянут и оглядев предбанник, я вышел. Нужно взять оружие и заплечный мешок, если найдётся.
   Когда отошёл от форта на приличноее расстояние, из проёма выхода донёсся мелодичный крик Анны:
   - Ворк! Ты мне пообещал, помни!
   Что-то кричать в ответ стыдно, поэтому я обернулся и вскинул копьё, чуть задержав, а потом снова, чтобы девушка поняла - её слова дошли до сердца.
  
   Глава 4
  
   Стоило выйти за границу полей, как обступил густой лес. Это не мешает идти скорым маршем, ибо уже давно сделана выборочная просека, таким образом, чтобы могла проехать телега. Этим путём и идём, руководствуясь почти скрывшейся в траве колеёй. Начинает темнеть и это слегка беспокоит - рыскать по лесам ночью в поисках мелких гоблинов бессмысленно. Однако, я не могу остановить группу, не могу по причине сильного желания действовать.
   - И что, сильно они там набедокурили, Виктор? - спросил пехотинец, поправляя шлем.
   Я вынырнул из мыслей и жадно слушаю ответ:
   - Ой! Ор свидетель - беда! - отозвался тот, приложив руку к сердцу, когда поминал Ора. - Твари вороньи ведь не жрут толком по-нашенски, но всё попереворачивали, порассыпали... Ткани, бечеву, масло... эх, сволота зелёная! Хрур, Локр и Егор остались собирать всё, но там от силы телега наберётся. Много попортили, а часть с собой утащили. Мы их легко найдём, только надежды мало, что вернём провизию.
   Меня взяла злость. Произношу в ответ:
   - Посмотрим. Не вернём, так поубиваем всех!
   - А если много будет, зелёных-то? - парировал Виктор.
   - Разберёмся.
   Щитор, итак энергично вышагивающий, оживился пуще прежнего:
   - Дядя Ворк прав! Мы им покажем, как наше трогать!
   Я чуть покривился от его "дядя", но Щитор принципиален в этом - над более молодыми тут же шефство берёт, а к старшим вот так, даже если разница мала.
   - Эх, Щитор, - отозвался Виктор, - может, конечно, это они так натоптали, следов там уйма. Навалятся кучей, что никакие копья да мечи не помогут.
   - Какой там - они же трусливые!
   - Кто сказал? - парировал Виктор.
   - Ну-у, - слегка растерялся Щитор, - так говорят.
   Остальные с интересом слушают, держась сзади. Казалось и лес прислушивается, как тот олень, что замер неподалёку справа и провожает взглядом.
   - Я тоже слышал, что они те ещё трусы. Из оружия имеются дубинки, железное только то, что украдут или подберут, - проговорил Виктор, будучи чуть старше Щитора, но рассуждающий не по годам. - Только гном опытом куётся, а гибнуть от дубинок гоблинов, нет желания.
   - Меня будто тянет, - буркнул ярый Щитор. - Вот посмотришь, ка-а-ак мы надаём им! Правда же, дядь Ворк?
   - Обязательно, - твёрдо ответил я и хлопнул его по плечу. Ребята сзади одобрительно загудели.
  
   Спустя некоторое время, мы услышали шум. Меж деревьев мелькнули фигуры и телега, а потом навстречу вышли братья Хрур, Локр и Егор, сильно похожие друг на друга, начиная от русых волос и кончая телосложением. Двое сзади, а один спереди - ось направляет. Радость и улыбки наполнили встречу, живо пересказываем положение дел. Товаров действительно набралось только с телегу, из трех посланных. Я с болью оглядел заметно помятые мотки тканей, не так аккуратно уложенные сумки и мешки. Что-то свалено в уголок и накрыто отрезом, выпачканным в грязи. Злость, с нотками отчаяния, прошлась по душе. Чувствуя каждое мгновения оставшегося светлого времени, я говорю:
   - Ладно, ребята, нам и вам пора. Постарайтесь засветло хотя бы до форта дотащить.
   - Ты прав, - отозвался Хрур, поправив бороду. - Да поможет вам Ор!
   Мы дружно приложили ладони к сердцу и, закрыв глаза мысленно помянули великого создателя.
   Отряд выступил с напором и скоростью, сопровождаемый разномастным пением птиц, далёкими криками животных и прочих шебуршений. До поляны Северных Ворот осталось немного, да и там не задержимся. Братья указали примерное направление - запад, чуть забирая к северу.
   Поляна оказалось большой, скорее подходя под статус луга, что не удивительно, ведь если идти дальше, деревья отступят и начнутся степи. Виктор указал на огромный, ближайший из трёх, камень, неведомо, как тут оказавшийся:
   - Под ним ключ бьёт, давайте наполним фляги.
   В вечернем мягком свете я всмотрелся в ровную поверхность поляны - вся истоптана, будто стадо прошлось. Пока приближаемся к камню, заметил рассыпавшиеся семена и злаки в траве, а Щитор даже поскользнулся, ступив на пролитое масло. Я до скрипа стиснул копьё, будто обещая мерзкому племени скорую гибель. Следов грабежа и вредительской вакханалии кругом хватало, несмотря на труды братьев всё собрать.
   Мы быстро напились и пополнили запасы воды. Повёл отряд по указанному направлению, в лес, куда уходит широкая полоса притоптанной травы. Может, опасения Виктора и не лишние, только поздно уже разворачиваться и я смело следую путём ушедших гоблинов.
   На поляне звуки леса были потише, уступая сверчкам и другим насекомым, но приблизившись к дому для многих тысяч существ, мы вновь окунулись в многозвучие природы. Идти стало тяжелее и если бы не предварительно прошедший отряд низкорослых вредителей, пришлось бы совсем туго. Мы снова углубляемся в Красные Холмы, лес тут старый, с множеством ручьёв, оврагов и логов.
   Беседу начал Щитор:
   - Хорошо эльфы придумали - на лосях телеги возить.
   - Ещё не ясно, может олени запряжены, - натужно отозвался я, помогая себе руками взобраться на крутой склон. Сверху еле слышно пропищала первая летучая мышь.
   - Ну, я имею в виду, что и нам надо кого-нибудь запрягать, а не самим тягать, - мечтательно улыбнулся гном.
   - Так только эльфы умеют, магия у них, дарованная великим Лу, - мы дружно посмотрели на небо, в поисках Луны и приложили руки к сердцам. Узкий серпик будто отозвался холодным звоном в душе.
   - Зато мы намного выносливей. Сами, как олени.
   - Или лоси, - хохотнул Виктор. Остальные поддержали.
   Отсмеявшись, Щитор вновь заговорил:
   - А у людей найдутся такие же сильные, как мы?
   Я вспомнил дозоры и виденных мной представителей расы. Неожиданно наткнулся на ветку, оцарапавшую лицо.
   - Чёрт! - вырвалось тут же. - Эх, может и есть, Щитор, может и есть... Летописи говорят, что люди почти не отличались от эльфов внешне. Это потом, с веками, уже гнилое семя Ока, защити нас Ор, проросло и среди них стали рождаться всякие разные. Наверное есть некоторые, могущие посоперничать с нами в силе и даже выносливости, только не этого стоит опасаться, друзья. Люди коварны и склонны к подлостям, часто ими руководят самые низкие порывы.
   Виктор и пехотинец сплюнули, поморщившись - каждый знает о Сече. А Щитор, выхватив меч и срубив веточку на кусте, со злостью выдал:
   - Проклятое семя! Мы их всех когда-нибудь порубим!
   Виктор тяжело вздохнул, прежде чем ответить на ярый всплеск. В его словах слышна великая горечь:
   - Нельзя нам так, нельзя... Эльфы, братья наши любимые, столько сил вложили и не стали воевать. Нам тоже не стоит. Люди не виноваты, что Тёмное Око вмешалось в сотворение.
   Я было хотел отозваться, ощутив протест, но Щитор успел раньше:
   - Тебя послушать, так нам простить их надо, - едко закончил он.
   - Это не только я так думаю, но большая часть Совета и старейшин. Что куёшь, то и получишь. Ты вон веточку срубил от злости, побереги душу лучше.
   Слова Виктора отозвались давней болью. У нас, во Втором Королевстве, существует два мнения насчёт дальнейшего контакта с людьми: избегать или готовится к войне и даже мести. За ветхий мир выступают в основном зрелые гномы, коих не так много осталось после Сечи. И Совет с Королём так считают, но вот большая часть юных - людей ненавидит. Не постоянно, не люто, но стоит в беседе затронуть больную тему, как начинаются споры. Я больше к последним склоняюсь, что люди нам враги. Сильную армию мы должны иметь, тем более, гномам вообще несподручно воевать на поверхности Тверди. Опыта почти никакого.
   Пристыженный прутиком Щитор посмотрел на обнаженный меч, да вернул в ножны. Его глаза нашли мои.
   - А ты, дядя Ворк, что думаешь по теме людей? Мирно нам жить, или бить?
   - Не прощать точно. Тёмное Око, как сидело на небе, - покосился я на уже хорошо видимый синюшный шар, весь в наплывах и круглых рытвинах, - так и сидит, защити нас Ор. Говорят, даже культ в его честь у людей есть. О каком мире и доверии может идти речь? Нам нужно крепить оборону, а с учётом троллей и гоблинов - вдвойне!
   Все одобрительно закивали. Пройдя ещё немного, мы с облегчением оказались на небольшой полянке. Справа и слева темнеют холмы - идти нам между ними, а солнце, уже скрывшееся за горизонтом, с каждым мгновением забирает с собой толику света. Над головой шумно промчалась огромная сова, спикировав чуть дальше и, затем, натужно начала набирать высоту. Я расслышал тонкий писк её ужина.
   Под кроны деревьев забрался крепкий вечерний полумрак. Холодный ручеёк сомнения прокрался в сознание - что если нам не удастся отыскать лагерь, да ещё и ночью придётся возвращаться? Груггевор точно не одобрит такого. Может зря подбил ребят?
   Взгляд уцепился за странную кучу справа. Присмотревшись, узнал узоры ткани, что нам дарят эльфы. Мы подошли и с удивлением обнаружили часть вещей, украденных гоблинами.
   - Не донесли что-ли? - проговорил Виктор.
   - Тут не мало! - отозвался гном-пехотинец, склонившийся к предметам.
   - Запомнить бы место, как-нибудь,- сказал я, пытаясь разглядеть в густеющем вечере значимый ориентир.
   - Найдём! - заявил Виктор. - Тем же путём можно и завтра, и послезавтра пройти - следы будут.
   - Точно, - одобрил я. - Ладно, тогда не будем отвлекаться. Пойдёмте дальше.
   Мы начали пересекать полянку и в воздух полетели мерцающие точки насекомых. Щитор, тем временем, вновь взялся говорить:
   - Дядя Ворк, можно вопрос?
   - Ага.
   - Что у тебя с Анной?
   Гном застал врасплох. Вспомнил недавнее в бане, что даже кровь к лицу прилила, хорошо, что это не так сильно заметно.
   - Ничего пока.
   - Ты прости, просто на неё многие засматриваются. И я тоже, - смущённо закончил Щитор.
   - Не знал...- отозвался я, подыскивая слова. - Ну, пока не знаю что у нас. Знаешь же их, как насядут со своей любовью.
   - Понимаю, дядя Ворк, - звонко и весело отозвался Щитор.
   - Вот вернёмся, так и будет понятно. Расскажу потом.
   - Если вернёмся, - поправил Виктор.
   - Обещал, значит вернусь, - тут же отозвался я, ощущая, как развеиваются недавние сомнения. - И вас выведу, друзья! А то глядишь, Щитор, Кунице надоест со мной нянчится, так к тебе уйдёт.
   - Хорошо бы, - отозвался гном. - Она такая хорошенькая.
   - Это да. Даже не знаю, чем я ей приглянулся. Думаю, уж лучше с тем нашим братом дело иметь, кому оно надо - отношения эти, а я далёк, весьма далёк.
   Щитор глянул удивлённо и говорит:
   - Так ты из Исконников что ли?
   - Нет, - пояснил я, - пока нет. Видишь ли, раз уж Ор и Лу даровали нам возможность род продолжать, то надо так и делать. Просто мне пока не интересны любовные дела.
   Горло прочистил Виктор, беря слово:
   - Я Исконник. Мне противны все эти плотские утехи. Как было достойно, когда Ор творил нас собственноручно. Простите, не могу даже думать о другом способе.
   - Вот, - показал я рукой Щитору, - Виктор тебе изложил другую позицию. Поэтому я где-то между оказался.
   Юный и горячий Щитор уважительно поглядел на соратника и мы сменили тему. Следы различать стало труднее из-за темноты. Начался пологий склон и, судя по всему, мы начали забирать южнее, обходя холм. Пока Щитор рассказывает, как мечтает о походах в дозор, я замечаю ещё один схрон с товарами от эльфов. Оценив разницу в расстоянии между предыдущим, перехватил копьё левой, а с пояса взял арбалет. Рычаг уверенно натянул тетиву. Исхитрившись, я набросил болт, так и оставив оружие в правой руке. Ребята приготовления заметили и тоже взвели свои.
   - И всё же, дядя Ворк, что думаешь насчёт телег? - ввернул Щитор.
   - Запрягать ли туда животных?
   - Не-е-ет, может нам стоит придумать иной вариант?
   - Хм-м, - озадачился я, - наверное, можно что-нибудь измыслить, вроде вагонеток, что используем в забоях. Или ещё какую тягу механическую, просто зачем, если обозы к нам приходят раз в полгода?
   - Это да-а,- протянул гном. - А если в Мрачные Горы вернёмся и нужно будет наладить обмен между королевствами?
   Гномы зацокали, впечатлённые.
   -  Ты, конечно, замахнулся, - проговорил я. - Если с этого ракурса смотр...
   Я не успел договорить - впереди между деревьями метнулась фигура.  Не задумываясь, пустил в неё болт. Попытка закричать тут же оборвалась. Гномы дружно начали оглядываться. Пригнулись. Я осторожно пошёл вперёд, прячась за стволы. Вскоре глаза различили тело гоблина с развороченной головой - болт прошёл насквозь. Скривившись, я махнул друзьям.
   Мы сели, собравшись на совет. Слово беру я:
   - Думаю, их лагерь где-то рядом. Нужно быть осторожнее.
   - Нападём сразу, чтобы неожиданно! - горячо, хоть и шёпотом, заявил Щитор.
   В едва разгоняемой синевой неба тьме, я обратился слухом к Виктору и тот ожидаемо ответил:
   - Нельзя. Их там может быть много.
   Гном пехотинец согласно закивал, тут же взявшись поправлять шлем, а оставшийся обозник подобрался ближе, обратив лицо ко мне.
   - Давайте так, - говорю я, - подберёмся к лагерю с верхней стороны - там склон, ходить особо не должны. Определимся с решением, когда поймём что у них за лагерь, и сколько там бойцов.
   Возражать не стали, и мы взяли левее. Деревья с этой стороны холма растут пореже, взбираться на становящийся круче склон не так трудно. По ходу дела слежу, чтобы отряд не сильно шумел. Ребята иногда ломятся, словно медведи, и моя суть разведчика кривится.
   Вскоре мы вышли к пологому оврагу, с бока которого открылся вид на панораму подножия холма. К общему удивлению, заметили впереди множество огоньков, не менее десятка. К основному списку вопросов прошедшего дня, тут же добавилась гроздь новых, и мы двинулись к ближайшему костру, мелькающему между деревьев через овраг.
   Проследил, чтобы никто из отряда не покатился, не упал и не чертыхался. Щитор старается и даже помогает - недаром хочет в разведчики. Мы взобрались на склон покрытый лесом, я заметил, что стало больше елей, нежели лиственных деревьев. Группу веду, избегая мест, где много трескучего валежника. Носа коснулся запах дыма, а уши уловили какие-то вскрики. Пригнувшись сбавили темп, а потом и вовсе поползли. К запаху от костра добавился неприятный, слезоточивый, но я во все глаза всматриваюсь между деревьев, всё ближе подползая к шумному лагерю гоблинов, так и мелькающих перед огнём.
   Пологий склон поляны превращён в лагерь. Приблизившись, я разглядел единственный крепкий шалаш, внутри которого сидит наиболее увешанный всяким хламом гоблин. Скорее всего это вождь, тем более, рядом оказалось много вещей с ограбленного обоза. В лагере бесновались остальные, возможно так они празднуют удачный поход. Гоблинов здесь больше двух-трёх десятков - слишком много, чтобы бездумно кидаться в атаку. Тем более, я вдруг понял, что за огоньки мерцали вдали - это ещё лагеря. Если там также много зелёных тварей, то наш отряд быстро задавят.
   - Твари, радуются. - одними губами шепнул Щитору.
   Гном со злым лицом кивнул. Виктор, что лежит дальше, шепнул ему что-то.
   - Виктор спрашивает, что делать будем? - передал он.
   - Давайте пока понаблюдаем, - отозвался я, зачерпнув влажной земли и начав растрирать её по ладоням.
   Гоблины развернули бурную деятельность, обдирая ближайшую к костру ель, а около десятка, вереща и горланя толкают снизу небольшое бревно. Одежды на основной массе нет, кроме вождя и приближённых. Довольно быстро я понял, что гоблины переговариваются на каком-то квакающе-шипяще-свистящем языке, с периодическим верещанием. Я напряг слух и выпучил глаза, когда один из них вдруг выругался на нашем. Они часто вступают в конфликты, перерастающие в потасовки, так что вскоре ругательства прозвучали вновь. Удивление искало выход - этого гоблина точно не надо убивать.
   Я пихнул Щитора:
   - Слышал?
   - Мгу.
   - Запомни его!
   - Как? - удивился он.
   - Чья шкура на нём? - спросил я, пытаясь в мечущимся свете разглядеть ругнувшегося гоблина.
   - Сейчас,- отозвался Щитор, тоже впившись взглядом в тёмную бегающую фигуру, среди десятка таких же, только без шкур. - Кажется, волчья.
   - Передай остальным, пусть хорошенько запомнят - его не убиваем, - прошептал я.
   - А будем нападать? - оживился Щитор.
   - Надо, только я пока не решил как.
   Мы притихли, когда в очередной раз из лагеря выбежал гоблин и где-то левее нас справил нужду. Потом Щитор сообщил указание.
   Я начал ломать голову над планом. Самый простой - дождаться, пока гоблины успокоятся и заснут. Конечно, придётся полежать, но это надёжней всего. Ещё можно попробовать напасть со всех сторон - нас пятеро, мы в броне, с отличным оружием. Положить низкорослых тварей труда не составит, одна опасность, что кто-нибудь ускользнёт и поднимет нижние лагеря. Пришли бы мы сюда только ради мести, то ладно, но нужно ещё товары забрать.
   Очередной гоблин пошёл до ветру, к уже надоевшей вони примешалась новая - свежая. Я с отвращением скривился, как и Щитор. Руки чесались послать болт в гадящую тварь, как вдруг пришла мысль.
   - Щитор, ты видел второй схрон с подарками от эльфов?
   - Нет, - прошептал тот, мотнув головой.
   - Там, чуть раньше, где я гоблина прибил. Если обратно идти, то по левую руку.
   - Найду! А что? - горячо отозвался юный гном.
   - Верёвка нужна. Будем их вязать, тварюг.
   - Я принесу.
   Пожал ему плечо и гном уполз. В оглашающей лес какофонии звуков из лагеря и робких звуков ночного леса, началось ожидание. Вскор подполз Виктор:
   - Тоже по нужде ушел?
   - Есть план, Виктор, можешь ребятам передать?
   Я пересказал задумку, продолжая поглядывать на гоблинский загул ниже. Виктор озадачился, видимо взявшись перебирать варианты. Через некоторое время шепчет:
   - Надо будет всё же оттаскивать их подальше.
   Я дернул головой в знак пояснить.
   - Даже если рты кляпами забьём, ты представь их с десяток тут выть будет - уже никакой шум из лагеря не перебьёт. Да и вообще - проще убивать сразу.
   Дело сказал, но я старательно обходил этот момент в мыслях. Всё же, не могу пока решиться на такое.
   - Мы их заставим отрабатывать ущерб. Приведём в королевство, осудим в Совете и привлечём к работам.
   Виктор кивнул, хотя и понял к чему моя задумка. Дальше мы обсудили план, кто где будет находиться. Пехотинца и Щитора решено послать замкнуть лагерь с нижней стороны. Когда гоблины заметят неладное, мы ворвёмся и захватим. Я и Виктор, будем вязать, он же станет оттаскивать к  оврагу неподалёку, где в охрану встанет оставшийся обозник.
   Щитор вернулся быстрей ожидаемого, обдал жаром и потом. Мотка верёвки, толщиной в палец, хватит перевязать гоблинов на два раза. Достав ножи, взялись нарезать куски, параллельно я пересказал план. Уж на что молодец, Щитор только коротко кивнул и блеснул взглядом.
   Первый гоблин для нас, и не первый кто побежал в отхожее место, в потьмах, оказался трудной задачей. Мой прошлый выстрел был скорее реакцией, чем поступком. Вот так просто, схватить, сдавить, связать - это оказалось трудно. С Виктором сидели на корточках и, по сигналу рукой, выскочили из кустов позади стоящего гоблина. Я вцепился в руку и зажал рот. Перехватил, взяв за живот и прижал к себе. Мелкий, вёрткий, гоблин принялся яростно вырываться, суча конечностями и головой во все стороны. Из под моей, периодически съезжающей, ладони, ему удалось всхлипнуть-вскрикнуть. Ногой угодил в пах, и я бы согнулся, если бы не кольчуга.
   Выручил Виктор - треснул по черепу противовесом и гоблин затих. Меня одолел стыд. Быстро связали и гном потащил первого пленника к оврагу. Я вернулся в кусты со жгучими мыслями в голове - чуть не испортил всё, ещё бы чуть-чуть и зелёный коротышка вырвался! Нужно быть решительнее.
   Со вторым проще - не церемонясь ударили, лишив сознания. И ночь пошла крутить небосвод. Скрылся лик Лу, затерявшись за конусами елей, продолжалось буйство и пир в лагере гоблинов, а мы одного за другим таскали его жителей. Получилось даже проще - некоторые принялись укладываться спать под ветвями елей, поэтому вождь и окружение до самого конца не могли понять происходящего.
   Отряд ворвался в лагерь. Я и Виктор раньше, а Щитор с пехотинцем чуть позже. Гоблины принялись визжать и метаться. Один добегался, что угодил в костёр, провалился в угли по щиколотку и пока выбирался, получил страшные ожоги. Выпрыгнул и тут же упал, принявшись вопить и кататься. Я выстрелил, оборвав мучения. Бросив арбалет в петлю на поясе, выхватил в правую руку меч, а в левую взял копьё. Щитор подбадривал себя криком, Мы ловили и били заметавшихся жителей практически молча. Вскоре, оставшиеся гоблины принялись один за другим сдаваться. Я подошёл к тому, что в волчьей шкуре.
   - Говоришь по нашему?
   - Ньемнога, - отозвался тот.
   - Объясни своим, чтобы не дёргались - все живы будут! - скомандовал я.
   Тот, начав с двух-трёх слов, начал говорить, исторгая всё тот же квакающе-шипящий поток. Соплеменники откликнулись, долго переговариваться я не дал:
   - Всё! Теперь скажи, что вы взяты в плен, знаешь такое слово? - спросил я и дождался утвердительного ответа. - Понесёте всё, что своровали обратно. Объясни, что попытка к бегству - это выстрел арбалета. Смерть!
   Гоблин опять заголосил. Удостоверившись, что все всё поняли, мы крепко связали пленных. Я спросил имя владеющего нашей речью. С трудом, но понял - Атакаун. Когда двинемся, расспрошу его подробнее.
   Щитор проведал обозника, сообщил о захвате. Мы договорились, что нагрузим гоблинов украденным и придём к нему, а пока пусть своих тоже вяжет. Вернувшись, Щитор как-то отводил взгляд, как выяснилось позже -  половина гоблинов была заколота. Очнувшись после наших ударов, они начали верещать, пытались убежать и гном некоторых успокоил навсегда. Меня такой поворот огорчил, но всего не предусмотришь, а разбираться на глазах у врагов не стоит.
   Вскоре мы были готовы, начав медленный путь обратно. Вокруг царит апогей ночи, лишь злой образ Тёмного Ока видно на небе, да частички Первозданного Огня - звёзды. Почти сразу стало понятно, что идти без света мы не сможем. Пришлось открыть единственную бочку с маслом и, пропитав им ткань, зажечь факелы. Медленно, с остановками на обновление топлива, мы стали возвращаться. Подобрали оставшихся пленников, весьма помятых. Вид убитых собратьев произвёл устрашающий эффект, с этого момента мне стало спокойнее от того, что никто не сбежит. Хоть и противилось нутро, но даже порадовался обстоятельствам.
   Подобрали схрон, с которого Щитор верёвку принёс. Гоблинов хватает, несут без жалоб. Дойдя до памятной поляны, где остался первый схрон, они чуть не падают от усталости. У нас кончалось масло, поэтому решили дожидаться рассвета. Гоблины, узнав у Атакауна новости, даже приободрились. Пленников мы посадили в середину, а сами расселись кругом. Я отвязал от общей верёвки волчешкурого для разговора:
   - Где язык наш выучил?
   - Нье вьаш-ш. Эт'а ельфьийский, - неожиданно пояснил он.
   - Допустим. А его где?
   Удивительный гоблин начал ломаный рассказ о том, как попал в эльфийский лагерь, находящийся далеко, там где восходит солнце. Опять же, попался на воровстве. Эльфы некоторое время держали его при стоянке, поручая мелкие дела. Потом Атакаун сбежал и долго скитался, прибиваясь то к одному племени своих, то к другому.
   Нашедшим дорогу к обозу тоже был он - учуял знакомый запах. Из съестного пришёлся по вкусу лишь один вид масла, сладкое и сухофрукты. Как я понял, гоблины пакостливые и разграбили даже не из-за наживы, а тащили вещи в лагерь, движимые чувством обладания.
   Вскоре забрезжил рассвет, путь стал более различимым, главное - не упасть куда-нибудь. Изрядно продрогшие, по мокрой от росы траве, двинулись дальше, растянувшись в ленту. Поляна Северных Врат является спасением не только для зеленокожих коротышек, но и для нас. Вновь настала череда падать, только я уже чуть было вместе с гоблинами не завалился. Каждый выпил изрядно воды на источнике, включая пленников, но ни хрустальный плеск, ни щебечущие птицы, не впечатляли. Очень хочется уже бросить это гоблинское бремя в надёжные руки нашего войска и отправиться в жилище, к родной кроватке с набитой душистой травой подушкой.
   Тем не менее, товары перекинули в телеги, а те, в свою очередь потащили пленники. Дело пошло быстрей, по укатанной-то дороге, да и солнце показало первые отсветы на холмах. Если бы не высасывающий тепло из самых костей холод, было бы вообще хорошо. Верста за верстой, обоз приближался к полям и, когда наконец мы увидели вышку форта и знакомый пейзаж, душа возликовала.
   Встреча, вначале с отрядом, была наполнена радостью и дружескими объятиями. Выбежали лунарки, видимо заночевавшие в форте. Нас чествовали, как героев, я еле выстоял от бросившейся на шею Анны, тут же получившей подзатыльник от тети Тамы. Освободившись от всего, что можно было снять и отдать, дошли до крепости, отчитались перед Груггевором и, наконец, отправились на отдых. Я умудрился снести пару полок у себя в комнате, прежде чем впал в объятия сна.
  
   Глава 5
  
   Вывалился из сна под громкий стук в дверь. Тело болит и не желает двигаться, голова, словно полна железа и каждый новый удар по дверному полотну отзывается звонкой болью. Басовитый голос командующего заставил сползти с кровати. Прополоскал рот, прежде чем открыть дверь.
   - Ворк, Совет уже собрался. Пора идти, - отчеканил Груггевор, а потом дернул носом. - Вентиляцию открой!
   - А-э...- растерялся я. - Ага, сейчас, переоденусь и приду.
   Командующий оглядел мои доспехи, носящие следы самого разного характера, в том числе и экскрементов гоблинов.
   - Приходи в обычном одеянии. Всё, ждём.
   Груггевор развернулся и пошел в сумраке тоннеля прочь, полыхнув кроваво-рыжей шевелюрой в луче света из окна зеркальной шахты. За такой цвет волос и бороды, Груггевор носит прозвище Кровавобородый.
   Почти закрыл дверь, как раздался мелодичный крик Анны. Мысли забегали быстрее, поэтому успел выскочить из комнаты и встретить лунарку там. Легкое недоумение мелькнуло на лице, и она бросилась обниматься. Такая пылкость весьма впечатляет, я робко приобнял девушку.
   - Ах, Ворк, я так рада, ты не представляешь! Вернулся, вернулся! - Куница потёрлась лбом о подбородок с длинной щетиной. - Ты молодец!
   Она привстала на цыпочки, вдруг прижавшись губами к моим. Я окаменел, но Анне словно не нужна реакция, отстранившись, она опять прижалась к стальной груди.
   - Вновь ты в доспехе, Ворк... Знаешь, я так ждала и волновалась, что тётя Тама разрешила вместе с ней вернуться в Королевство. Мы там, на полях, порядок наводили, а она сейчас на Совете. Тебе ведь тоже туда?! Пошли, я помогу подготовиться.
   С неким странным удовольствием слушаю поток её слов. После предложения, лунарка двинулась в сторону комнаты, но я прихватил за плечи.
   - Погоди немного.
   - Почему? - недоумённо воззрилась она ультрамарином, в полумраке ставшим более глубоким. Я с удивлением ощущаю под пальцами хрупкость её точёного тела и даже некий драгоценный свет-блеск кожи отметил.
   - Ну, - засмущался я, памятуя неприятный запах в комнате, - нужно несколько подготовиться. Норка, - с трудом взял я оборот, - подожди немного, ладно?
   Даже при таком слабом освещении видно, как заалели её щеки. Шёпотом донёсшегося дыхания, она откликается:
   - Хорошо.
   В нос вторгся пренеприятнейший дух, поселившийся в комнате. Распахнув створку вентиляции, как можно шире, зажег фонарь. Потом к окошку зеркальной шахты - пусть в комнате будет светло. Нам, гномам, для ориентации в подземельях требуется минимум света, но сейчас мне почему-то хочется разогнать извечный полумрак.
   Достал смесь трав, недавно полученную от алхимиков - такие нужно зажигать, чтобы восстановить силы и улучшить атмосферу в помещении. Выбив достаточно искр на пух, зажёг туго скрученную траву. Задул. Кончик покраснев, начал тлеть.
   Выждав пока ароматный дымок распространиться по комнате, я позвал Анну. Дверь тут же распахнулась и любопытный взор живо поскакал по скромной обстановке. Ничего необычного в ней, конечно, нет, я же внимательно слежу за реакцией луарки. К счастью, обошлось.
   - Так, что ты скрывал? - спросила она.
   - Уже всё хорошо.
   - Ах, мне до жути интересно, Ворк! Расскажи! - наседает Куница, потянув за наруч.
   - Великий Ор, какая ты любопытная! Видишь, в чём у меня доспехи - мы в сральнике гоблинов лазили, а я не удосужился ни очистить броню, ни помыться, ни вентиляцию открыть. Короче, воняло тут!
   В её распахнутых глазах заплясали чертята, Анна прыснула и, наконец, звонко рассмеялась, рассыпая хрусталь по моей скромной обители.
   - Так, всё! - продолжаю я, борясь с мыслями о поцелуях. - Мне нужно скорее привести себя в порядок. Совет ждёт.
   - Да-да, прости, - отозвалась Куница. - Доверься мне, герой.
   Когда её губы произносят это слово, меня пробирает дрожь. Вот уж сотворили Боги нам на голову лун, покоя от них нет.
   Анна скорее взялась помогать - снимать доспехи и одежду. Вновь представ в исподнем, ощущаю стыд и жар на щеках, только деятельную деву это не волнует. Она потянула рубаху, скользнула бесстыдным взглядом по торсу и отойдя к умывальнику, спрашивает:
   - Есть какая-нибудь тряпочка, Ворк? Можно эту возьму?
   В руки гостьи попала та, которой бережно начищаю оружие, сейчаc свежая, недавно выстиранная. Мой протест утих, не достигнув горла, ибо она тут же опустила тряпицу в воду. Далее тонкие ручки вернулись к поясу, где у лунарки висит весьма пухлая сумка. На полочку рядом с умывальником было выложено несколько бутыльков. Белёсым содержимым одного из них она намазала тряпку.
   - Это особое мыло, - сыграла бровями Анна. - Дай-ка...
   Куница стала натирать меня ароматным составом. Я различил ноты хвойных и ещё какой-то знакомый. Вскоре, сполоснув тряпицу, она собрала мыло с кожи.
   - Конечно, если хочешь, я бы могла и дальше, помогать тебе, - прошептала она, пристально разглядывая мои губы и ведя коготком по груди. - Но, наверное...
   - Да-да, ниже я справлюсь сам, Анна, - поспешил заверить я.
   - Если что, зови, мало ли... - улыбнулась лунарка и вышла.
   Я быстро сбросил штаны, повторил процедуру и когда надевал свежее бельё, девушка уже вернулась.
   - Ну вот, не дал полюбоваться, - картинно огорчилась она.
   - Едва успел, - буркнул я.
   - У тебя есть что-нибудь красивое надеть?
   - Красивое? - удивился я.
   - Ах, Ворк, конечно! Ты же пред очами Совета предстанешь, - заявила лунарка тоном, будто объясняет очевидное.
   Я быстро перебрал в уме гардероб и покачал головой, из невоенного у меня только штаны и рубаха из конопляной ткани.
   - Все вы такие, никакой эстетики, - посетовала Анна, улыбнувшись. - Ну хоть на твоей голове и лице дай порядок наведу.
   Я позволил ей приступить к уходу. Времени это заняло минимум, зато, по словам Анны, выглядеть стал намного опрятнее. В довершение, она принесла один из выложенных бутыльков. Стоило крышке покинуть горлышко, ноздрей коснулся приятный холодный аромат.
   - Это духи, Ворк, - произнесла она, смочив палец и начав водить им в районе моей шеи. - Будешь прекрасен и душист!
   - Спасибо, - вымолвил я, мечтая о битве с гоблинами, троллями и другими тварями, в компании которых меня не давит смущение и стыд. Лунарки точно наделены какой-то властью над нами.
   - Не за что, герой, - шепнула она. - Вернёшься, а я тут уже всё уберу.
   Я склонил голову и двинулся к выходу. Ноги слушаются с некоторым трудом, а в голове носятся осы дурацких мыслей. Я повелительно разогнал их, ведь пока иду к Залу Собраний, нужно всё тщательно вспомнить и заново расставить по своим местам. Почти уверен, будем обсуждать случившееся и дальнейшие действия.
   Сегодня, несмотря на дневное время, гномов встречается больше. Каждый стремится пожать руку или хлопнуть по плечу, видимо, пока спал, вести разнеслись по Королевству. Несколько растерянно улыбаюсь и отвечаю. Конечно, мы так или иначе все знакомы, но столько внимания получаю впервые. В тоннелях и залах уступают дорогу, называя то Ворком Смелым, то Решительным. Слышать приятно, но очень смущает.
   Перед входом в Главный Холл ожидаемо повстречал Гвальта с Буном.
   - Ты чего не спишь-то?! - удивился Соловей.
   Я пояснил, и они уважительно закивали.
   - Получается, поговорить не удастся? - итожит Гвальт.
   - После заседания только, - подтвердил я, оглядываясь - к нам подходят улыбающиеся жители, тоже, видимо, настроенные на пересказ событий.
   - Ну, тогда не будем задерживать, - громче сказал Соловей, чтобы все слышали. - Только не иди правым путём - вновь трещина.
   - Без обвала? - спросил я.
   - Да. Можно перепрыгнуть, ширина в два-три локтя.
   Пожал друзьям руки и двинулся дальше.
   Выйдя в Главный Холл, спешу скорее пересечь его и войти под свод левого тоннеля, ведущего к Залу Собраний. Отсчитал десятую крепь и, наконец, вышел в пещеру зала - прекрасное место, где часто собираются гномы, когда нет заседаний. Именно сюда вешаются или ставятся работы Буна по дереву, тут приложена масса усилий для украшения пола - выложен гранитными плитами, а после отполирован. С лёгким эхом разносится журчание нескольких искусственных источников, а небольшой фонтан издаёт мелодичный звук. Сегодня за столом собрался весь Совет, а каменные трибуны позади почти полностью заняты. Справа, под охраной пехотинцев, стоят все пленённые гоблины. Предчувствие большого разговора меня не подвело. С креплёного брусом купола пещеры, изливается рассеянный солнечный свет, заманенный сюда с помощью шахт. Ему помогают большие фонари так, что лежавший на полу небольшой камушек, я с легкостью разглядел. Поднял, ощущая приятное чувство от породы в ладонях. С детства руки тянутся к камням и земле.
   Не дойдя десятка шагов, поклонился Совету и отдельно Королю. Светлый лик Иирдры качнулся в знак приветствия. Груггевор, так, как я отношусь к военным, заговорил:
   - Присаживайся, Ворк. Мы ждали только тебя.
   Я занял место в переднем ряду каменных скамей. Король поднялся и начал речь:
   - Братья и сёстры, сегодня нам предстоит обсудить случившееся и принять несколько важных решений. Во имя Ора, приступим!
   Иирдра сел, а командующий встал. Взгляд серых, глубоко посажённых глаз Кровавобородого обращен ко мне:
   - Ворк, расскажи присутствующим, как всё было.
   Приняв стоячее положение, я взялся пересказывать недавнее, акцентируя внимание на ключевых моментах. Лица некоторых, видимо ещё не слышавших во всей полноте историю о битве с троллем, вытягиваются, а головы то и дело покачиваются. Короткой повестью меня дополнила Тама - первая в купе с обозниками, кто увидел тварь Тёмного Ока. А потом повесть перешла к походу на зеленокожих. Я заметил, как пленный Атакаун внимательно вслушивается, но не переводит остальным. Вскоре рассказ закончился. Обозники и пехотинцы, участвовавшие в походе, подтвердили мои слова.
   Вновь опустилась тишина, в которой почти различим тяжкий гул раздумий каждого из участников собрания.
   - Насколько понимаю, - заговорил Король, - ты, Груггевор, уже предпринял некоторые меры для защиты форта на полях?
   - Так точно! На постоянном дежурстве там усиленный баллистами отряд пехотинцев в количестве десяти, - отчеканил командующий.
   - Одобряю. Теперь, уважаемые представители Совета, готов выслушать ваши соображения.
   Вытянутый стол, за которым заседает Совет, концом с троном направлен от трибун. По правую руку от Короля сидит Груггевор, а по левую Ур - ясноглазый пожилой гном, выборный от алхимиков. Я видел, как он кивнул командующему и Кровавобородый взял слово:
   - Моё мнение будет привычным - борьба с агрессором, - заявил он, словно медведь прорычал. - Тролли решили напасть - мы уничтожим их до последнего! Гоблины, да поразят Боги это семя Вороньего Глаза, меня вообще не особо волнуют. Собираем отряд и уничтожаем лагерь за лагерем.
   Я глянул на Атакауна, чуть отступившего к своим. Думаю, ему понятно, что ждать пощады от гнома с огнём волос и бороды не стоит.
   - Ясно, Груггевор. Ты, Ур? - произнёс Король.
   - Нашему цеху повезло больше всех, кхе-кхе, - привычно скрипучим голосом проговорил гном в мантии. Все знают, что от испарений он давно пережёг горло. - Ни один из реактивов и материалов, посланных эльфами, не пострадал. Спасибо всем, кто помог этому случиться.
   Ур немного наклонил голову в сторону трибуны.
   - Кхек, - вновь начал он, - мы примем то решение, которое выберет большая часть Совета. И поддержим, кхе, всеми необходимыми  изделиями.
   - Благодарю, - кивнул Иирдра.
   - Я считаю, уважаемый Совет, уважаемые братья и сёстры, - начал Мидлас, выборный от ювелиров, - что нам пока рано с кем бы то ни было воевать. Защищаться, вести агрессивную оборону - да, но не нападать. Красные Холмы богаты ягодой, фруктами и травами, но недра тут скудные. Нам едва удаётся покрывать потребности в железе, меди, олове, свинце. Я не говорю о драгоценных металлах и камнях - посмотрите на лунарок, - уже живее и громче заявил он, выразительно напрягая глаза и активно жестикулируя. Продолжает тише, ибо в Зале Заседаний сильное эхо: - Где их богатые наряды, где украшения, где подарки от нас, гномов? Нет, я могу одобрить только усиление форта и, возможно, дозоры по окрестностям.
   Гул поддержки пробежал по рядам - каждый хочет дарить ювелирные и прочие изделия лунаркам. Это наша традиция. До Сечи, каждая купалась в роскоши, что является ещё одним поводом для ненависти к людям, ограбившим нас.
   - Добрые слова, Мидлас. Спасибо, - проговорил Король. - Ты, Мог, что думаешь?
   Мог - очень уважаемый гном в Королевстве, выборный от рудокопов, литейщиков и кузнецов. Он приложил много усилий, чтобы заманить меня к себе в цех. Сила моих сверхдлинных рук не давала покоя могучему и мрачному гному, особо его раздражает то, что  вместо работы с рудой в дозоры шастаю. Мне стоило большого труда уговорить Совет направить служить в разведку, но часть души до сих пор рвётся в шахты. С тоской сдавил камушек в ладони - вот бы горя не знал, каждый день касаясь недр Тверди.
   В отличии от других Мог поднялся из-за стола. Темноволосый, коренастый, мощный и мрачный, будто утёс:
   - При всём уважении к Мидласу, хочу заявить: мы столько руды добудем, сколько нужно, - громыхнул он. - Но брат прав, Первозданный Огонь не одарил здешние места богато, ибо наше место в Мрачных Горах, а не здесь.
   Скрип от стиснутых челюстей разгневанного Мога походит на скрежет камня о камень. - Всё понимаю, но сторона Груггевора мне ближе. Я за войну.
   Одобрение тут же отразилось гулом, многие закивали. У меня в груди тоже пробудился огонь.
   - Благодарю, Мог, я понял тебя, - отозвался Иирдра. - Давайте выслушаем Таму, что скажешь, дорогая?
   - Спасибо, Иирдра, - мягко откликнулась пожилая лунарка. - Я боюсь троллей, они ужасны, неописуемо страшны и сильны. Это непобедимый противник. Слава Ору, что наш герой - Ворк, справился с ним, но искать их племя, дабы убить? Я против этого. Давайте лучше подумаем, как будем выживать с теми остатками провизии, что у нас остались.
   Мрачная тень легла на лица многих, ведь это один из главных вопросов на сегодня. Король кивнул.
   - Благодарствую, Тама, твои слова метки, а мнение ценно. Сегодня мы решим этот вопрос. Теперь ты, Спод, выскажись.
   Весёлый Спод - выборный от инженеров. Мне очень нравится этот добродушный гном.
   - Да чего тут думать, мы построим и оборудуем всё, что будет нужно! Решите воевать - значит, начнем изготовлять оружие, а коли защищаться - сделаем такие штуки, что враз у всех желание отобьют нападать.
   Многие улыбнулись, а кто и рассмеялся. Король тоже позволил себе улыбку, но открытое, волевое лицо быстро вернуло серьёзное выражение. Теперь слово за ним. Я даже дыхание затаил, как вдруг слышу:
   - Ворк, что скажешь про тролля ты?
   Резко выдохнул от неожиданности и отвечаю:
   - Могу подтвердить, что риск очень большой и без мощных арбалетов шансов на победу почти нет.
   Иирдра кивнул и снова заговорил:
   - Братья и сёстры, хочу отметить смелость и огненный дух Ора, что неистовей всех горит в наших воинах и рудокопах. Всё верно, мы - народ гордый и никакой угрозы не страшимся. Однако, пока нет большой нужды бить и крушить. Моё решение - разработайте эффективные меры защиты, доложите о них и будем выполнять. Ни троллей, ни гоблинов уничтожать не будем.
   Совет дружно кивнул. Король мудр и опытен, решение мне видится верным.
   - Что там с запасами продовольствия, Тама? - перешёл к следующему вопросу Иирдра.
   - Плохо всё, - тут же отозвалась лунарка. Я крепче сжал камень в ладони, вслушиваясь. - Мы рассчитывали на обоз, экономии зимой, и за прошедшие месяцы поставок не было, поэтому ситуацию считаю критической.
   - Состояние полей как? - последовал закономерный вопрос от Короля.
   - В лучшем случае соберём десятую часть от того, что могло быть. Отныне пересмотрю отношение к запасам семян и вообще собираюсь создать хранилище провизии на крайний случай.
   - А сборы съестного по округе?
   - Это нам и остаётся. Составлю списки, отряжу лунарок, но их не хватит, так что нужно задействовать и гномов. Ну, и придётся с охраной ходить, в свете случившегося. В общем, план по экономии и мерам я вскоре предоставлю, - закончила Тама.
   Лицо Иирдры помрачнело, тягостное молчание повисло над  Залом Заседаний, а меня вдруг пронзила идея. Даже скорее, молния! Камушек, что крутил в ладони, раскрошился от напряжения.
   - Король, можно слово? - тут же обратился я.
   - Говори Ворк.
   - Я знаю, как решить продовольственный вопрос! - произнёс я и по гномам пронёсся общий вздох удивления. - Один из гоблинов, как я говорил, знает наш язык и путь к лагерю эльфов ему тоже ведом!
   Я оглядел сидящих, перед итогом речи:
   - Позвольте мне отправиться с ним к эльфам, где попрошу помощи.
   Слова звонко разлетелись по залу, отразившись эхом и взволновав сидящих, Совет тоже поддался эмоциям, что живо отобразились на лицах. Слово за словом поднялся спор, я слышу, как одни говорят о недопустимости подобного, а другие одобряют смелость. Король поднял руку и гномы утихли.
   - Очень неожиданное предложение, Ворк, - произнёс он. - Но ты же понимаешь, что мы не можем пойти на это? Просто потому, что некого дать тебе в спутники.
   - И не надо. Мы пойдём вдвоём, - жарко отозвался я.
   Взгляды Совета скрестились на мне, будто проверяя на прочность. Не блефую ли, не горячусь ли почём зря? Ни я, ни другие гномы не представляют себе путь до лагеря эльфов, но каждый понимает, что это очень далеко. И всё же чувствую, какой силы порыв бушует внутри - готов тут же сорваться и выступить в путь! Поэтому взгляды членов Совета встречаю смело.
   - Озадачил ты меня, - заговорил Король, - признаюсь, что отпускать не хочу. Каждый житель Второго Королевства мне дорог, а в свете произошедшего, беречь такого героя нам следует вдвойне. И всё же, Ор свидетель - ты достоин этого пути и тяжёлой ноши, битва с троллем и пленение гоблинов показало, что Боги с тобой. Ничто не сравнится с их поддержкой, потому я разрешаю тебе выйти в путь. Назначаю тебя, Ворк, на роль посла от Второго Королевства к нашим братьям эльфам, нашедшим дом в Оплоте Возрождения. Передай им низкий поклон и большую просьбу помочь с продовольствием.
   Торжественная речь Короля отзвучала и тут уж гномы не стали себя сдерживать, принявшись ликовать и хвалить меня. С пылающим лицом, трепещущим сердцем, я оборачиваюсь к братьям и немногочисленным сёстрам, принимая одобряющие и восторженные взгляды. Счастье и воодушевление наполнили меня до краёв.
  
   Когда страсти улеглись и Зал Собраний начал пустеть, я отвязал Атакауна от общей верёвки и повёл к себе. Судьба же остальных его сородичей понятна - в трудах на благо Второго Королевства, будут искупать вину.
   Выход в путь намечен на завтра, впереди обстоятельные сборы, да и гоблину нужно подобрать мешок на плечи, пусть тоже несёт. Пока шёл переходами, пересекал Холл, а мимо плыли частые крепи, перебрал в мыслях, что необходимо в походе. Оказавшись перед дверью, вдруг вспомнил об Анне.
   В свежем воздухе комнаты слышны тонкие ароматы, словно дополняющие царящий порядок и чистоту. Блестящие латы и кольчуга висят на своих местах, глазу приятно скользить по чистой поверхности родной брони. Лунарки в комнате не оказалось.
   - Так, ты всё понял? - обратился я к гоблину.
   - Бьёлшую чьясть.
   - Дорогу-то помнишь?
   - Ага.
   Я призадумался, старательно отбиваясь от угрызений совести перед Куницей.
   - Что вы обычно жрёте?
   - Пёчти вьсё. Но вьашу еду не очьень, - пояснил Атакаун, скривившись.
   Я глянул не небольшую голову с торчащими ушами, буро-зелёной кожей и большими желтыми глазами. Очень хочется влепить затрещину.
   - Не очьень, - передразнил я. - Как обоз разграбить, так весьма даже очень. Штанов на вас жалко!
   На гоблинов, пока они ходят по Королевству, надели короткие конопляные штаны.
   Решив, что оставлять Атакауна в комнате будет небезопасно, пошёл вместе с ним для поиска соответствующего заплечного мешка.
  
   Вернулись мы не скоро. Сначала снабженцы отправили нас к инженерам, как раз занимающимися созданием новой конструкции для переноса поклажи на спине. Это оказался уже не простой мешок, а жёсткий ранец, с косыми лямками и возможностью подвесить со всех сторон груз - для этого предусмотрены ремни. Конечно, такой ранец полагался только мне, для гоблина подобрали обычный мешок на лямках.
   По пути встретили помощницу Тамы, которая, как раз несла мне запас еды в дорогу. Гномы повсеместно желали успеха и помощи Ора - каждый стремится поддержать. Ведя пленника со связанными руками, на верёвке в три локтя длинной, я старательно отвечаю собратьям. Вместо страха и неуверенности, мне хочется скорей вырваться под купол внешнего мира. В мыслях о грядущем, я открыл дверь в жилище и тут же забыл обо всём, поймав взгляд Анны.
   - Как же так, Ворк? - тут же заговорила она. - Почему опять ты должен идти? И что делать мне? Тут хоть недалеко было, к гоблинам этим...
   Я подумал, что по правилам, если гном и лунарка не видятся более двух недель, то она может выбрать для отношений другого. Получается Куница не рассматривает такого варианта, а уж мне говорить о таком точно не стоит. Топчусь на пороге, с любопытным гоблином за спиной.
   - Прости, так вышло.
   - Ах, Ворк, только я намечтала всякого, а ты опять, - огорчённо проговорила она, вставая с кровати. - Ну, ладно, посмотрим ещё!
   Последние слова Анна произнесла как-то иначе, веселее. Не смотря в глаза, лунарка приблизилась, неожиданно я получил поцелуй в щеку и остался один, если не считать Атакауна. Только эхо убегающей девушки терзает слух. Настроение тут же упало и я с досадой дёрнул верёвку, от чего гоблин кубарем ввалился в комнату.
   Сборы наполнены тягостными думами. Конечно, если мыслить логически, мне вообще не из-за чего расстраиваться - отношения у нас только начали завязываться, да и не шибко я был настроен на них. Плюс к тому, обязанности перед королевством много выше личных интересов и Куница это знает. н
   Наши традиции, в конце концов, таковы, что отношения между гномами и лунарками это весьма временное явление, а пары, состоящие в них больше двух-трёх месяцев - исключение. И всё же мне плохо, а хрустящий какой-то многоножкой гоблин, кою поймал под кроватью, вызывает приступы раздражения. Так и тянет выместить на нём досаду от случившегося. И всё же я продолжил сборы, тем паче, всё необходимое уже принесли. Заходил посыльный от алхимиков с универсальным комплектом, и от Совета, с запаянным в тубус королевским письмом. Кое-что из вещей я выделил гоблину.
   К концу вечера разболелась голова. Сводив гоблина в туалет и заперев дверь, я лёг спать. Мысли об Анне продолжали тревожно отзываться в сердце и душе, но сон смежил веки, увлекая сознание далеко от кровати.
  
   В окне шахты только начал брезжить свет, когда я уже был готов к выходу. Настроение всё так же не желало приходить в норму. Перспектива похода была измарана скомканным прощанием, и я на одной волевой жиле заставил себя облачиться в доспех. Толчками, да тычками повёл Атакауна к выходу. Гадожор, как я его прозвал за сороконожку, принялся было ныть и жаловаться на тяжесть мешка, но утих после крепкой затрещины. Провожать вышла дюжина пехотинцев во главе с Груггевором. Тут и бодрый Гвальт, и неожиданно щедрый на слова Бун, и юный Щитор, пообещавший быть хорошим разведчиком. Груггевор стиснул в объятиях так, что из меня, как из мехов весь воздух вышел. Позже двор крепости сменился на склон, а склон плавно перешёл в лес. С пустотой в сердце, под радостное пение птиц и звуки остального живого мира, я удаляюсь от Второго Королевства. Неожиданно охватило желание всё бросить и повернуть. Глухой стон отчаянно вырвался из горла.
   Атакаун предложил свернуть с дороги, чтобы не делать петли, но я отказался - пока есть возможность идти ровным и знакомым путём, мы будем это делать. Наша цель - Северные Ворота, а это значит, что пройдём мимо полей. Там может быть Анна и у меня затеплилась надежда попрощаться с ней, как надо.
   Вскоре открылся знакомый пейзаж. В утреннем свете, я постарался разглядеть кого-нибудь из лун, но пока что дверь закрыта и только двое дозорных помахали нам с вышки. Я ответил, возвращаясь в мир дрянного настроения.
  
   Первую остановку сделали на ключе, возле огромного камня, каких на поляне Северных Врат насчитывается четыре. Вода тут хороша - сладка и бодряща, холодна до ломоты в зубах. Атакаун, не обременённый культурой, просто упал к водоёму и взялся лакать, окатывая шею и бока - тяжко пришлось зелёному коротышке под заплечным мешком.
   Размышления идут в русле грядущих недель пути. Пытаюсь продумать возможные проблемы и угрозы. Достал из ранца карту Огненной Земли, где местность нарисована в самом общем виде. Картография и гномы - явления далёкие друг от друга, тем не менее, вглядываюсь в штрихи, линии и залитые чернилами участки на пергаменте.
   Я так увлёкся, что, когда в шуме воды и природного разноголосья послышались шаги, даже не обратил внимания. Атакаун уже не плещется, а отдыхает рядом.
   - Ага, - пропел знакомый голос. - Попался!
   Когда нежная ручка внезапно обхватила шею, я неверяще обернулся. Лукавое и весёлое лицо Куницы оказалось на расстоянии ладони. В глубине больших глаз раскинулось ясное небо.
   - К-как?- сумел вымолвить я.
   - Очень просто, - быстро произнесла она, меняя захват на объятия, - я сразу поняла, что пойду с тобой, Ворк. Ты разве думал иначе? Ах, Ворк, Ворк, вот я так и знала, что не пригласишь согревать тебе ложе в походе. А кто будет готовить? Хочешь сказать, что эти скукоженные, высушенные комочки, гордо называемые едой, будут вкуснее горячей и приготовленной мною?
   - Но, как тебя отпустили? - я всё не мог взять в толк, как же Анна здесь оказалась.
   - Ну-у... я не стала спрашивать, - отвела девушка взгляд. - Да и зачем? Понятно же, что ответят. Ты ещё скажи, что не рад встрече.
   - Я должен вернуть тебя, Норка, - произнёс я, невольно любуясь тонким, словно созданным  ювелиром, лицом и великолепными волосами,  - но очень рад видеть. Мы ведь не попрощались даже.
   - Вот и не будем, Ворк! - торжественно заявила она, прижимаясь. - Я ведь не смогу, ты должен понять. Вдруг погибнешь, так даже на грудь к тебе холодную, не смогу упасть, не разрыдаюсь в беспросветной горечи... Будешь далеко-далеко лежать бездыханный и не погребённый, как надо.
   Сердце восторженно отреагировало на эту, полную чувств и опасений, речь - забилось, сжалось, прильнуло к мягкой и нежной лунарке, находя утешение. В голове я отбиваюсь от яростных увещеваний совести и здравомыслия, верно твердящих вернуть Анну в Королевство. Сколько бед и опасностей ждёт впереди, ещё совсем недавно выглядевших незначительными?
   Заключил лунарку в объятия и разум словно замер. Под шерстяным жилетом и плотным платьем, ощущаю, как трепещет маленький, но опаляющий огонёк её души, отстранять который нет желания.
   Втроём, под укрепившимся в зените солнцем, вышли за границу поляны. Начался путь к далёкому берегу моря Правой Ступни. По словам Атакауна, там стоит постоянный лагерь эльфов, как известно, давно покинувших Огненную Землю. Я не знаю почему они там, но это наше спасение и надежда. Тёмное Око вновь перешло в наступление, пусть кому-то в Совете это и не кажется очевидным. Сейчас, можно подумать, что, затянув пояса, мы справимся с неожиданными проблемами; что, оборудовав форт баллистами, исключим нападение троллей; что, в итоге, не принимая всерьёз первые признаки беды, мы сможем её избежать. Это не так. У Тёмного Ока много слуг на материке Огненной Земли и вообще в мире Тверди. Нам не будет покоя, пока синеватый шар висит в небесах  источая зло. Поэтому надо дойти до эльфов и обсудить всё с ними, неспроста так славящимися большой мудростью и знаниями. Слава Ору, что есть гоблин-проводник и увязавшаяся Анна, с ними путь будет намного интереснее.
  
   Часть 2
  
   Глава 1
  
   Такие родные, словно вжившиеся в плоть, луга и деревья отступили за спины, и глазам предстала чуть всхолмленная долина. На её зелёных полях видны борозды логов и одинокие островки подлеска. В ещё слабом весеннем зное кристального воздуха, роятся и возносятся бесчисленные насекомые, а в слепящей глубине небес, едва различимы птицы, делающие мерные круги.
   Поменялись и запахи, вливая в меня добавочную порцию вдохновения, и так высокого после присоединения Анны. Путь теперь сопровождаем её мелодичным голосом, напористым флиртом и прекрасным обликом. В заплечном мешке я оставил половину из того, что она умудрилась туда набить, забрав остальное себе. Ранец к земле, конечно, тянет ощутимо, но не гному этого чураться, ведь плоть Тверди - наше лоно.
   - Хи-хи, почему Гадожор? - спросила она, когда услышала обращение к гоблину.
   - Он всё подряд жрёт, например, сороконожку у меня из-под кровати, - поведал я, тоже поддаваясь смеху.
   Мы бодро топаем по ещё невысокой траве, пустив вперёд Атакауна. Тот, конечно, бодрости не разделяет, но старается.
   - Ну, это ведь даже хорошо. Еды у нас не много, а сможем ли найти в округе - не известно, - проговорила Анна. - Так что мне даже нравится такой проводник. А как тебя зовут?
   Гоблин обернулся, удивлённый, что лунарка обратилась к нему.
   - Атакаун, - ответил он, последний слог делая глубоким и горловым.
   - О! А меня зови Анна или Куница, - мягко обратилась лунарка.
   - Ты зря с ним по-хорошему, - предупредил я.
   - Но я иначе не умею, Ворк. Пусть в нашем отряде, ты, будешь суровой и надёжной опорой. Атакаун, конечно, не красавец, но в чём-то милый. Смотри, какие ушки у него.
   Гоблин споткнулся и что-то пробормотал. Я же расхохотался, поднимая взгляд к горизонту - кругом единообразие и лишь за спиной ещё видны размытые, тёмные контуры Красных Холмов. Стало интересно, как гоблину удаётся ориентироваться, ибо я вообще не понимаю, куда мы идём. Охватило волнение - а не заведёт ли куда подлый сын Тёмного Ока?
   - Слышь, Атакаун, а как ты понимаешь, куда идти?
   - Цуство... сьслушау цуство, - проговорил он, заметно уставший.
   - Привал! - решил я дать отдых проводнику. - А ты поясни, что такое цуство?
   - Он, наверное, - заговорила Анна, радостно сбросившая мешок, - имеет в виду чувство!
   - Да, - выдохнул зелёный. - Но ието тьолько у меньа.
   - О, надо же! - воскликнула Анна а потом добавила: - Может и перекусим, Ворк?
   - Давай, - согласился я, глянув в сторону Атакауна. - Ты хочешь?
   Гоблин кивнул и вдруг бросился в сторону, распластавшись во всю длину, его пальцы вцепились в нечто извивающееся. Спустя мгновение, мы поняли, что это змея длиной в полтора локтя. Когда он принял нормальное положение, морда была полна кровожадности.
   - Ой! - воскликнула Куница. - Ты что же, съешь её?
   - Да, - отозвался тот.
   Я тут же вступил:
   - Только не в нашем присутствии. Чуть отойди и там свои дела делай. И смотри, я редко промахиваюсь, - похлопал я по самострелу, пусть и не взведённому.
   Анна, тем временем, тоже отошла, взявшись высматривать что-то в траве. Пару раз склонилась, потом ещё и ещё, я же раскрыл ранец и взялся вытаскивать еду. Времени прошло мало, как под нелицеприятные звуки со стороны гоблина, вернулась лунарка с пучком трав в одной руке и горстью клубней в другой.
   - Подождёшь ещё немного? Я быстро приготовлю, только достань ту коробочку, что взял у меня. И ещё бы огня.
   Удивившись, я выполнил просьбу. Пламя распалил, использовав для этого алхимическую лампу. Девушка очень обрадовалась и попросила не отвлекать пока колдует над ужином. Я, как раз уже давно терпел нужду. Прихватив измазанного спутника, отправился на поиски низины или ещё какого скрывающего элемента ландшафта. К моменту, когда мы вернулись, очень аппетитно пахло едой. Позже настало время пробовать и хвалить. Воистину, без Анны я такого никогда бы не приготовил. Хорошо, что помывшийся в узкой, но глубокой реке, гоблин, даже носа в сторону вкуснятины не поворачивает.
   Бог Ор воистину щедр и помог мне найти подарок для лунарки. Когда она узнала, что, скрывшись в траве неподалёку течёт река, тут же попросила туда проводить. Девушка вымыла посуду и уединилась дабы привести себя в порядок. Мы отошли, и я ощутил знакомое чувство, словно поблизости залегает руда. Оно появилось со стороны реки. Я только и успел, что скинуть облачение и погрузился в воду. Неожиданно глубокая для трёх локтей в ширину, река сомкнулась над головой, нутро полыхает от ощущения драгоценного металла. Руки впились в ил, с неистовством отбрасывая комья и корни. Наконец нащупал искомое - золотой самородок, рванул вверх.
   Вынырнув, вспомнил о гоблине, оставшемся без присмотра, но тот только с любопытством пялится на меня. Промыв находку и выбравшись на берег, обнаружил ещё пару мелких золотых комков. Большой самородок прекрасен - в обрамлении белого кварца, с торчащими хоботками, словно дивный цветок. Достойный дар для Анны.
         - Ах, Ворк, какой великолепный! - возопила девушка. - Где ты его нашёл?
   Она приблизилась и прильнула губами к губам . Я с упоением ощутил глубину поцелуя и поддался страстной волне.
   С трудом вырвался из омута, вспомнив о приличии и наблюдателе. Однако Куница опять взялась нахваливать и благодарить, что даже устыдиться толком не смог.
   Два маленьких самородка я протянул гоблину. Тот замер от неожиданности, а потом схватил и сунул в карман.
   - Надо сказать спасибо, Атакаун, - учит лунарка.
   - Зьачем?
   Я рассмеялся, а девушка продолжает:
   - Так положено говорить, если тебе что-то дарят. Ещё можно благодарю сказать, как вариант, и поделиться, какие чувства вызвал подарок.
   - Тьогда лючше спасьибо - так корочье, - отозвался зелёный.
   Я пуще прежнего предался смеху и добавил:
   - В мешок убери, из кармана выпадет.
   Схватившись за место, где лежит золото, он мотнул головой. Мы вернулись, и я взялся укладывать вещи в ранец. К нашему общему с Анной удивлению, гоблин выбрал ровное место и нарвал стеблей травы. В середину миниатюрной полянки положил золото и начал водить руками словно греет их над костром. Я даже сборы остановил, весь обратясь в наблюдение. Лунарка подошла ближе и тоже ловит каждое движение.
   Сидящий Атакаун, начал покачиваться, а худощавые руки поменяли характер движения, взявшись словно подталкивать невидимый огонь вверх. Глаза гоблина заволокло, веки опустились, задрожали и почти тут же распахнулись. Анна вскрикнула - вместо желтой радужки их заполнил чёрный туман. Внезапно Атакаун вздрогнул, а муть в глазах постепенно рассеялась.
   - Я узнал дорогу, - вдруг чётко произнёс он, лишь слегка меняя звучание.
   - Что это было? - тут же спросил я. - И почему теперь хорошо разговариваешь на нашем?
   - Великий Ор, - прошептала Анна.
   - Это моя магия. Могу узнать дорогу туда, где уже бывал, - сообщил он нам.
   - Но,- растерялся я. - Почему же раньше так не делал? И причём тут твоё произношение?
   - Ну, - выговорил гоблин привычным высоким голоском, - про умение говорить на вашем - не знаю, само пришло, а вот искать путь и раньше умел. Просто с золотом намного лучше.
   Я переглянулся с лунаркой, до сих пор пребывающей в удивлении. Случившееся не вписывается в привычную картину, но, с другой стороны, о внешнем мире мы знаем мало.
   Хлопнув по колену, я заговорил:
   - Ладно! Значит, сам Ор помог нам с тобой. Если, конечно, забыть, кто навёл племя на обоз, - добавил я грозно.
   - Да, это так удивительно! - поддержала лунарка и вдруг добавила: - Ой! Смотрите, а что с ними?!
   Самородки, подаренные Атакауну, ссохлись и поблекли. Тут же схватив их, гоблин с ужасом разглядывает коричневый песочек, в который они рассыпались на ладони. От удивления я едва не сел, наблюдая такое.
   - Вот и цена, - проговорила Анна.
   Крайне огорчённый гоблин опустил руки.
   - Ладно тебе, ещё получишь, не переживай. Дорога длинная, найду тебе золота.
   Слова подействовали, хоть и не сильно. Мы наконец собрались и двинулись за гоблином, взявшим к югу. Идёт уверенно, будто под ногами видимая тропа и это успокаивает. Случившееся, уже не выглядит чем-то из ряда вон выходящим. Всё же, когда ты наедине с огромным миром, даже самое непредставимое воспринимается, как должное.
  
   К вечеру показались деревья, пустившие нас под свои кроны. Лес лиственный, с редкими вкраплениями хвойных великанов. Я даже ощутил некое спокойствие, но оно тут же рассеялось, когда заметил знакомые следы гоблинов, а чуть поодаль обнаружились два мёртвых. Атакаун деловито взялся их тормошить, поднимать губы и разглядывать желтоватые, большие кривые зубы. Я сосредоточился, пытаясь понять откуда ждать появления собратьев нашего проводника.
   - Странно, чтьё они здесь окьязальись, - подытожил Атакаун, неожидано возвращаясь к былому выговору. - Это племя... кьак же пьё ващьему-то... что-то тьйпа Синьи-Бородаявочньяков. Ихь мьеста в сьевершной, вьерхшней чьйясти Вьеликих Ш'Больйот. Смотьрийте...
   Гоблин указал на распухшую ногу одного и руку другого. Я предположил, что следы похожи на укусы.
   - Этьё мьёнстри с ш'больйот их такь. Сильньё ядъёвитые укъюсы, дажье ньяс берьёт.
   Я снял арбалет и взвёл тетиву, дивясь переменам с речью.
   - И что думаешь?
   - Ньйчьего, - отозвался тот, переняв у нас манеру пожимать при этом плечами.
   - А ньйчьего, что опять коряво говоришь? - с лёгкой язвительностью спросил я.
   - Сьямо прихъодить, - невозмутимо отозвался он высоким голоском.
   - А своих ты чуешь?
   - Нийет, - его плечи вновь повторили движение. - Я нье могу их чьюсьтвойвать.
   Ситуация сильно озадачила. Я повернул голову к слегка испуганной лунарке и как-то само собой наши руки нашли друг друга. Взгляд вернулся к трупам и стало понятным, что обдумывать положение лучше вдали от них.
   - То есть, ты не знаешь, - продолжил я расспрашивать гоблина, одновременно уводя отряд в сторону, - что тут могли делать твои собратья?
   Зелёный покачал головой.
   - Погоди, всё хотел спросить, да вопрос терялся. Что вы вообще забыли в Красных Холмах?
   - Нья Вьеликих Ш'Больйотьах стальё ньеспокьёойно, - как ни в чём ни бывало рассказывает Атакаун, - моньшстры, штьё раньше обитьяли в середьйне - где основьйные топьи, оньи стальй напьядать нья нас'ш. Будьёто бы кромье гоблиньа нийет больше едъи. Ходьит слух'ш, што у ньих появьилсьа вожак - главный моньшстр, воть онтъа и выгнал ньас с богатьых Ш'Больйот.
   Я с большим трудом и удивлением выслушал речь и тут же возникли вопросы:
   - Хочешь сказать, если бы не монстры, вы не пришли бы? А значит, вернётесь, если на Болотах станет тихо?
   - Дьа, всьё тьак.
   Мы отошли уже достаточно далеко от трупов. Сбросив ранец, ощутил удивительную лёгкость, которая, тем не менее, не смогла отвлечь от случившегося. Что нам делать дальше? Как было бы хорошо, передать важные сведения о гоблинах в Королевство.
   - Ворк, мы надолго здесь? - спросила лунарка.
   День уже ощутимо уступил вечеру, и я кивнул.
   - Ты пока присмотри за ним. Следует сходить на разведку.
   - Я тьёже могью сходъить, - отозвался гоблин.
   - Ага, только своих увидишь, как тут же свалишь, - едко указал я. - Лучше скорей найду тебе золота и речь нормальную верну.
   - Ворк, - вступилась Анна, - ему-то сподручней.
   - Это ещё почему?
   - Ну, - озадачилась лунарка, продолжая выкладывать вещи из мешка, - он гоблин, наверное, поэтому.
   Я рассмеялся, а потом, с напускной серьёзностью:
   - Лучше разведчика с этой задачей никому не справится. Да и доверия ему нет, так что присмотри, пожалуйста.
   - Хорошо, - ответила с улыбкой девушка. - Тогда будет помогать мне лагерь оборудовать.
   - Слышал, зелёный? - окликнул я стоящего в сторонке гоблина.
   - Дьйа, - понуро буркнул он и у меня утвердилась догадка, что тот намеревался сбежать.
   Конечно, можно дать волю раздражению и злости, скрутить тварюгу тёмнооковскую, но совсем не хочется при Анне. Присоединившаяся к отряду, Куница существенно влияет на атмосферу, гася негативные вспышки. Гоблина тоже можно понять, пусть это и не нужно делать, но ведь любой живой твари не хочется пребывать в плену, а тут ещё и свои рядом.
   Проверил броню, сняв основной панцирь. Пояс привычно скрипнул от тяжести арбалета, на другую строну приторочил меч в ножнах. Только собрался идти, как Куница подбегает с поцелуем.
   - Будь осторожен, герой. И не задерживайся, - шепнула она.
   - Хорошо, - отозвался я, чувствуя, как тепло разливается в  груди.
  
   Сочная весенняя трава мягко принимает жесткие ботинки, и если контролировать шаг, ступать получается почти бесшумно. Достаточно светло, чтобы обходить опасные хрустом или хлюпаньем места. С недавнего времени я научился сосредотачиваться на слухе и боковом зрении. Скрипуче-крикливый лес, расцветает пуще прежнего, сообщая в звуках о быте всех, кто нашёл в нём дом. Боковое зрение позволяет заметить даже малейшее движение. Это может быть птица или животное, вроде кабанчика слева, потерявшего ко мне интерес и юркнувшего в кусты. Набравшие вечерней суровости деревья, провожают взглядами наплывов и узлов на вековых стволах. Древний, но полный умеренной жизни лес, дарит непередаваемый букет запахов, звуков и образов.
   Двух мёртвых гоблинов я уже прошёл. Следы их собратьев то появляются, то исчезают и приходится полагаться на чутьё. Осторожно крадусь. Пару раз донеслись загадочные звуки, но это могло быть всё, что угодно.
   Вновь характерные гоблинам следы. Они словно бегают туда-сюда, когда идут крупной группой. Встретился заболоченный ручей, тут сородичи Атакауна останавливались на привал. Звук-вскрик вновь донёсся более отчётливо и я решил идти в его направлении.
   Ожидаемо, вскоре послышался знакомый шум гоблинского лагеря. Я попытался найти более укромное место для наблюдений, но лес растёт на ровном участке почвы. Вспомнилось лишь, что гоблины любят спать под хвойными деревьями. Прокравшись пару десятков шагов, я решил не рисковать и притаившись, принялся слушать. Важно хотя бы понять - будут ли гоблины перемещаться куда-то сегодня? Дуб, возле которого я сижу, манит достаточно низкими ветками, чтобы на него забраться. Я тут же схватился за крайнюю и, с лёгким шумом, быстро оказался на приличной высоте. Звуки от лагеря стали приглушённее, но зато появилась возможность наблюдать в просветы за происходящим. Вечер оставляет лишь немного времени на это.
   Довольно быстро убедился, что зелёное племя никуда не денется, а спуститься получилось тогда, когда пара гоблинов убрались из-под дуба. Кажется, собирали пищу.
   Под хруст и скрип коры, чуть не сорвался, отделавшись испугом, замершим сердцем и обломанным ногтём. С ноющей противной болью в пальце, отдышался и осторожно продолжил спуск. Тьма сгустилась и к пережитому добавились волнения о поиске обратного пути.
   Память подсказывает дорогу, уже ручей нашёл, но отчаянье всё отчётливее звенит в груди, высасывая силы. Не особо таясь, широким шагом, я пытаюсь обнаружить путь. Лес, наполнившийся густым сумраком, совершенно поменялся. Надвинулся, стал цепляться ветками, будто пытаясь сдёрнуть кольчугу или шлем. Под ноги попадается всё больше кочек и ям. Даже трава норовит опутать ботинки и отомстить за то, что топчу.
   Наконец, я остановился и сделал несколько вдохов, переводя дух. Лицо холодит от пота, но изнутри пылает жар напряжённого тела. Я постарался припомнить место, где оказался, но безрезультатно. Память лишь услужливо намекнула о рекомендации в эльфийской книге - начать ходить по всё расширяющемуся кругу.
   Вдруг меня озарило - сначала лицо Анны привиделось, а затем и самородок, врученный ей. Всеми силами постарался его представить и вдруг ощутил ниточку, потянувшуюся влево. С готовностью отдался чувству, освобождённое, оно начало увереннее манить, а потом и тянуть. Я сделал несколько сотен шагов, как показался наш временный лагерь. Радость растеклась в душе и вырвалась горячей молитвой Ору.
   - Ворк! Наконец-то ты пришёл! - воскликнула лунарка бросившись навстречу. - Ах, у меня сердце уже разболелось за тебя!
   Мы обнялись, и прижимаю я хрупкую спутницу с неожиданной силой, будто боюсь отпустить. Анна и сама вжалась, пару раз всхлипнув. Атакаун же привычно пялится, стоя возле приличной кучи дров.
   - А чего костёр не разожгли? - поинтересовался я.
   - Да, огнива-то нет, а пользоваться алхимическим я не умею, - пояснила Анна.
   Я облегчённо улыбнулся и занялся костром в удивительно устроенном лагере. Лунарка, при помощи гоблина, успела подготовить лежаки, натянуть защитную ткань от дождя, выкопать яму под костёр и много других мелочей, создающих приятное чувство уюта. Когда рыжее пламя наконец раздвинуло густой полумрак, стало ещё приятнее. Ужин оказался под стать обеду по вкусу и аромату, пока тарелка пустела, я рассказал о результатах.
   - Значит, можно не бояться, что они придут? - спросила Анна.
   - Именно, - отозвался я. - Ночь пройдёт спокойно, а завтра обойдём их. Ты сможешь сориентироваться?
   Гоблин кивнул, поглощённый поеданием добычи на некотором удалении. Лунарка, пока собирала нам ингредиенты к ужину, нашла большого жука и прихватила для Атакауна. Оказалось, что если бы насекомое нашли в племени, досталось бы вождю - простым гоблинам такое запрещается.
   - Вот и хорошо, - подытожил я.
   После сытного ужина, сон уверенно начал нас морить. Куница, недолго думая, соединила наши плащи и сдвинула лежаки. Жгучие мысли намекнули к чему это может привести. Глянул на место гоблина, расположенное через костёр - ему тоже досталось легкое покрывало, хотя, по его же признанию, мороз не сильно тревожит зеленокожее племя. Анна окружает заботой всё живое вокруг, кусочек достался и проводнику.
   - Атакаун, ты отвечаешь за костёр - подкидывай периодически поленцев, - распорядился я и забрался под покрывало. Арбалет, уже с ослабленной тетивой, но с болтом, положил рядом.
   И тут руки Анны нашли меня и жадно, с жаром пробуждающегося вулкана, взялись рассказывать о страсти, заодно, показывая моим рукам, где тем следует быть. Пылкая и чувственная лунарка захватила едва окрепший стан моего рассудка, пленив сознание и заковав его в могучие кандалы страсти.
  
   Пару раз слышал, как гоблин подбрасывал дрова. Угли раскаляли трескучее топливо и, вскоре, тепло усиливалось, сопровождаемое приятным ароматом горящего дерева и успокаивающим концертом насекомых. Незаметно и размеренно погрузился в яркий сон.
   Движимый наитием, нахожу жилу, потом её, обогащённую и сплавленную в слиток, кую. Багровое тепло рвётся из горна, молот гулко и звонко бьёт по раскрасневшемуся куску металла. Гул всё усиливается, он будто вбивает мне в голову слова... Даже не слова, а зов...
   Резко вскочил, и металл, что совсем недавно багровел на наковальне, вновь расплавившись пошёл по моим жилам. Сила вибрируя просится наружу. Глаза горят пламенем, и этот свет отражается от теряющихся во тьме деревьев и кустов. Всё мерцает а обзор расширился. Вот уже вижу второй ряд, третий... ещё дальше, а там - промелькнула фигура гоблина.
   Схватив арбалет бегу за ним. Холодный воздух ворвался под рубаху и штаны, но тут же вынесся от разгорячённого тела. С хищным чувством, я мчусь за подлым коротышкой. Где-то, на краю сознания слышится голос лунарки, но сейчас всё внимание сосредоточено на ускользающей фигуре полурослика.
   Расстояние сократилось, и когда озирающийся гоблин оказался в пределах двух-трёх деревьев, видимый мной в каком-то красном цвете, я хрипло прокричал:
   - Стой, гад! У меня один болт, но я всё равно попаду! Стой, тварь!
   Задержав дыхание прицелился. Атакаун, вняв крику, остановился и сел от безысходности. Гнев плещет и требует выхода, но неожиданно на руке повисла Анна. Один взгляд на её слегка сонное и перепуганное лицо, вытащил меня из состояния охоты.
   - Не надо, Ворк! Не надо, стой! Он ведь нам необходим, ты его убьёшь!
   - Всё, всё...- отозвался я, ощущая, как ослабели ноги. Обессилевший я припал к земле. - Ты... задержи его.
   - Сейчас, Ворк, ты только не стреляй, ладно? - с чувством попросила она.
   Я кивнул, а Анна пошла к гоблину. Беседа их была долгой, но расслышать не представлялось возможным, да я и пытаться не стал. Такое чувство в теле, словно бежал целый день - ни грамма сил и жуткий голод. С трудом сжал пальцы соскребая грунт. Это помогло. Лежать на земле приятно, голова перестала кружиться, а тело дрожать от напряжения. Так я и провалялся, пока спутники не вернулись.
   - А ну, говори, что обещал! - строго сказала Анна.
   - Просьтьй, я бьёльше не ш'буду убеьгайть, - неожиданно виновато отозвался гоблин. Я так удивился, что забыл о злости. Слышать такое от твари Тёмного Ока, по меньшей мере странно. Что же ему сказала Анна?
   - Будешь теперь связанный спать, - в итоге вымолвил я.
   - Ещё как будет! - поддержала Анна. - Правда же?
   - Дьйа, ш'буду! - вновь буркнул гоблин.
   От удивления не нашлось больше слов. Вернулись в лагерь, Атакаун даже верёвку сам принёс и протянул мне. После такого осталось лишь сделать крепкий узел, который гоблину никак не развязать. Следом настала пора остаткам еды попасть в желудок. После ужина, вновь укладываясь спать, решил расспросить лунарку о беседе с гоблином.
   - Ну, Ворк, какая разница, главное, что он с нами, - мягко проговорила она. - Видишь, я тоже пригодилась.
   - Даже очень, - охотно отозвался я, вдруг поняв, что секрет останется при лунарке. - Такого уюта и вкусной еды мне никогда бы не удалось создать.
   - И только? - томно спросила она.
   С большим усилием отогнал образы творившегося на нашем ложе.
   - Ещё на гоблина повлияла, - нашёлся я.
   - Мне кажется, что ты кое-чего забыл, но я напомню, - обожгла она дыханием.
   Глава 2
  
   Солнце на равнинах пробивается сквозь листву, просвечивая нежно-салатовым. Меж деревьев гуляет влажный ветерок.
   Это утро особенное для меня. Внутренний мир находится в невообразимом состоянии, а причина - пылкая ночь, проведённая с лунаркой. Мой первый раз, скрашенный природной страстью и смущающей опытностью Норки. Такое ощущение, что пока мы изучаем руды, исследуем недра, исходим потом перед горнами, лунарки тщательно познают тонкости любовных утех. Сейчас, под общим плащом, созерцая её безмятежное лицо и вдыхая аромат страсти, я безумно счастлив, и боюсь даже пошевелиться.
   Ночь состояла не только из багровых вспышек похоти, но и столь же багровой ненависти и погони за гоблином. Всё смешалось, ибо когда мы брали лагерь, то я хорошо понимал свой долг: убить,подавить волю, отомстить за нападение. Ставший спасением, Атакаун, в той же степени источник беспокойства. Как с ним быть и как относиться? Все твари Вороньего Глаза нам враги, ибо созданы для вреда детям Богов, и только он выбивается из привычной картины мира. Я не могу вершить несправедливость - отношение нужно выстраивать строго из того, чего заслуживает спутник. Из-за попытки к побегу, ясное дело, менять строгость на добродушие  не собираюсь. Только и дальнейшее его поведение сбивает с толку.
   Помимо прочего, первое утро большого похода тоже волнительно. Второе Королевство далеко, настолько, насколько я ещё не уходил. Дозоры не в счёт, ведь тот путь стал почти родным. И вот, проснувшись практически в новом мире, не могу оторваться от созерцания тонких черт лица Анны, а в голове царит хаос.
   Трепет богатых ресниц и распахнувшиеся следом небеса глаз, прервали момент.
   - Ах, Ворк, твой взгляд такой же сильный, как и руки, - прошептала она.
   - Прости, что разбудил.
   - Мне бы так каждый день, - преобразилась она лицом. - Выспался?
   - Да, хотя это удивительно.
   Она улыбнулась шире.
   - Проводишь до ручья, герой? - и вновь эта вибрация в слове.
   - А гоблин?
   - Не сбежит, будь спокоен.
   Хочется возразить, но её уверенность успокоила меня.
   До ручья идти не больше нескольких сотен шагов. Поднявшись, глянул на пленника-проводника - привязанная рука согнута, остальным же телом растянулся, приняв комичную форму. К удивлению, я не испытываю злобы или раздражения к нему. Взяв оружие и принадлежности для ухода за собой, ещё раз взглянул на ворочавшегося во сне Атакауна. Убедившись в том, что не сбежит, вернулся к заждавшейся лунарке.
   Лес наполнен дивным пением птиц, трелями и стрекотом насекомых. Яркие и сочные краски юной природы ласкают взор, а нос с жадностью ловит ниточки ароматов. Почва под ногами пружинит и сыто прогибается, полная соков. Вскоре послышался ручей и желание смыть оттиск ночного безумства усилилось. Вдвоём, с довольными возгласами, мы предались очищению.
  
   Вернувшись, обнаружили зевающего Атакауна шерудящего в кострище.
   - Надеюсь, завтракать все хотят? - пропела Анна.
   Дружное согласие стало ответом.
   - Тогда займитесь пока костром, а я организую остальное.
   Разводить огонь для гнома не работа, а удовольствие. Мы с большим почётом относимся, как к технике разведения, так и к самому пламени. Для плавки и обогащения применяется много методов, часть которых, увы, оказалась временно утерянной после Исхода и Сечи. В их число входит использование разных типов угля. У нас есть специальные прессованные заготовки, которые долго горят и почти не дают дыма, но брать такие в путь, конечно, не имело смысла. Однако миниатюрные, в палец толщиной, лежат в алхимическом наборе.Их берегу на случай, когда нужно будет развести костёр в непогоду.
   Спустя короткое время мы приступили к завтраку, а мысли взялись грызть неясные моменты будущего и старательно обходили смущающие воспоминания ночи. Правда, Куница этому усиленно препятствует.
   - Расскажи о местности, что нас ждёт, - обратился я к гоблину.
   - Тьяам в осньовномь льес и полья, ш'болота свейрху осьтавьим. Патьём, бьюдьет есщьё гьорный хь... хрр...  
   - Хребет? - помогла Анна, между ложками супа.
   - Дья! - зыркнул тот, обрадовано. - Мьи его сыверьхью обьядём'сш и ужье пьочти на мьесте бьюдем.
   - Это он про Мрачные Горы, наверное? - глянул на девушку я.
   - Наверное, не знаю, Ворк, - мило улыбнулась она.
   - Звучит, конечно, многообещающе, - подытожил я рассказ Атакауна. - Эх, заскочить бы в Первое Королевство...
   - Ты чего?! - со страхом воскликнула спутница. - Там же Ужас!
   - Ну, может уже нет.
   - Лучше не проверять, - проговорила она, прикладывая тонкую ладонь к сердцу. Я тоже помянул Ора.
   Гоблин непонимающе переводит взгляд с меня на лунарку.
   - Это большая беда нашего народа, - пояснил я. - Ужасное проклятье, насланное Тёмным Оком. Мы даже не знаем, как оно выглядит, но многие собратья погибли в то время, а после мы покинули Первое Королевство и основали Второе в Красных Холмах.
   Я зачерпнул земли и растирая погрузился в мысли о великом, но не достижимом доме в Мрачных Горах. Гоблин же отреагировал тут же:
   - Тьёгда ньяада подьяальше от гыор дьержаться!
   - Быстро ты схватываешь, - криво усмехнулся я.
   - Тьют и ньечего хьватать - иесли дьаже вы ние с'шмогли убьить, - отозвался тот, кивнув для убедительности.
   - Ладно, давайте собираться. Большой лагерь твоих сородичей там, - указал я за спину, - какого направления нам нужно придерживаться, я не знаю. Однако, постарайся сделать так, чтобы мы обошли их по кругу.
   - Хьяросшо, но тьи должьен знаить штьё гоблеены тьют же убьегут, прье вьиде тьебя, - буднично объяснил Атакаун.
   - Хм, понятно, - отозвался я, действительно несколько освободившись от переживаний.
   Лагерь мы свернули быстро. Я забросил тяжеленный ранец на плечи и, к своей досаде, не сдержал стон боли. Вспомнились слова Щитора об оленях - хорошая идея для долгих походов. Только нам претит понукать животными.
   Лес с готовностью распахнул бесконечные просторы, густо заросшие могучими деревьями, раскидистым кустарником и молодой травой. Часто приходится искать проход в сплошных зарослях или обходить старые буреломы. Кривящемуся и шепчущему гадости от груза на плечах гоблину, конечно, проще преодолевать такое, но обходит вместе с нами. Я с удивлением ощущаю некое новое, едва слышимое чувство путешественника.
   Анна затянула красивую песню о хрустальном плеске подгорных вод, о холодных глубинах озёр, скрытых от светила и Луны толщей горных пород. Я с удовольствием внемлю, припоминая слова, а также места, где приходилось слышать песню. Может поэтому и не заметил двух гоблинов, тоже навостривших зелёные лопухи ушей. Наверняка, им тоже понравилось пение Куницы - наш проводник, вон, ловит каждый звук. Парочка его собратьев подпустила нас довольно близко. Наконец, их глаза вылупились со страху и сопровождая бег визгом, гоблины умчались прочь. Анна и сама испугалась, шмыгнув за спину, а вот Атакаун вдруг рассмеялся, напоминая юных гномов с их высокими голосами.
   - Говорьил жье! - подытожил он.
   - И вправду, - отозвался я, смотря вслед пропавшим в зарослях коротышкам.
   - Ворк, а они не вернутся? - высунулась из-за спины лунарка.
   - Думаю нет. Видела, какого стрекача дали? - хохотнул я.
   - Нет, - покачала она головой, робко улыбаясь.
   Пересказав ей на пару раз неожиданный случай, продолжили путь. День понемногу разогревается, как и мы, поэтому, когда время начало подбираться к обеденному, и повстречалась хорошая заводь, я скомандовал привал. Первой на водные процедуры пошла Анна, мы же разбрелись в поисках дров.
   Пришла наша с Атакауном очередь. Зелёный, полюбивший плескаться, тут же бросился в холодные объятья заводи. Я же, осторожно привыкая к воде. Лунарка отправилась за вершками-корешками, получив на всякий случай арбалет. Сейчас, оценивая положение, я жалею, что не удалось решить вопрос с её участием в самом начале. Мы бы подобрали броню, оружие и прочее снаряжение. И в то же время, понятно, что принимай я решение заранее, низачто бы не согласился на участие хрупкой Анны в походе.
   Я окунулся и вынырнул с вскриком, усилено натираясь водой. Уловил далёкий отголосок, тряхнул головой, чтобы выгнать воду из ушей. Прислушался, и с трепетом уловил крик Анны.
   Выскочил на берег и бросил гоблину:
   - Тащи вещи к лагерю!
   Не чувствуя ног, прорываюсь сквозь заросли. Мелкие ямы, кочки и ветки оставляю в прыжке. Глаза и уши на пределе - ловят звуки и мелькание. Наконец вижу Анну, бегущую навстречу, а следом масса гоблинов. Настолько много, что на ширину полукруга не видно просветов между деревьев.
   Куница в слезах, арбалет болтается на поясе. Я хватаю одной рукой девушку, а второй срываю оружие. Выстрел - и пара гоблинов покатилась кубарем. Бежим в сторону лагеря, и я судорожно пытаюсь найти выход, но кроме дальнейшего бегства ничего в голову не идёт. В лапах у коротышек какие-то палки с костяными навершиями. Когда врагов множество, то даже такое оружие весомо, учитывая, что я без доспеха.
   Атакаун успел подтащить одежду к мешкам и ранцу. Глаза огромные, морда растерянная.
   - Мешок надевай! - ору я, подбегая. - Так, это тебе!
   Протянул Анне кольчугу и шлем. В пару движений, оставшаяся часть доспеха оказалась в ранце, как и выложенные вещи. Взвалил на плечи. В левой руке ножны с мечом, в правой арбалет. Вытянул болт и быстро привёл оружие в готовность.
   Лунарка, воспротивилась, но всё же надела тяжелую кольчугу и здоровущий шлем, не спадающий только благодаря ремню
   - Ходу, друзья, ходу! - скомандовал я и мы побежали от накатывающей зелёной волны.
   Забрезжила надежда. Острый её луч вбросил в жилы огня, а тяжеленный ранец почти не стесняет движения. Но всё рухнуло вмиг, когда впереди показался ещё один полумесяц нападающих. От количества врагов свело живот, я застонал от бессилия - шансов на спасение нет.
   Гоблины стремительно окружили, визжа, горланя и покрикивая. Одна эта какофония способна свести с ума. Меня начала грызть совесть за то, что взял Анну в поход.
   - Пьёгоди! - вскрикнул Атакаун и обратился к своим перекрикивая гвалт. Шум почти утих и наш проводник смог снизить тон. Я, судорожно сжимая эфес обнажённого меча, перевожу взгляд с вдруг ставшего близким гоблина на его сородичей.
   - Оньи не убивять пришили! - обернулся он. - Говорьят, штос им нужьен тьвой мьеч и сьямострел.
   - Хотят забрать оружие?
   - Ньет! Оньи говорьят, штос Вьерховний Вьёждь приказьял привьестьи ньяс. Он хьёчьет убьить главьенняго мьёнстра на ш'болотьях!
   Удивление в пару с недоверием, убеждали меня в невозможности происходящего. Однако, пришлось подчиниться орде гоблинов, что на радостях вновь взялась бегать, верещать и выражать эмоции всеми доступными способами. Атакаун с трудом пояснил, что их вождю было видение, в котором он узрел гномов шедших на болота, чтобы убить самого главного монстра. Я задал Атакауну множество вопросов, полагая, что ошибся и неверно понял, но, судя по всему, на нас действительно возлагают какие-то надежды, и кто - мерзкие коротышки, тёмнооковское семя! Дальнейшие размышления отложил до встречи с их вождём.
   В окружении сотен гоблинов мы идём по лесу. Они забрали ранец и заплечные мешки. Я настоял на одежде, ибо постоянные указывания пальцем в область паха и горячие обсуждения, просто выбешивают. Меч с арбалетом не отдал. К счастью, они к голому железу даже прикасаться боятся. Атакаун пояснил, что гоблины верят в злых духов, живущих в металле. Он тоже верил до недавнего времени, а сейчас немного избавился от страха. Покрепче обнял перепуганную Анну, шепнув слова поддержки.
   С приближением к лагерю стали видны следы большого числа жителей: земля истоптана и траве удаётся вырасти только ближе к деревьям, грибы, встречавшиеся часто до этого, вообще исчезли. Гоблины порядком подчистили лес на предмет дров. К безмерному удивлению, мы подошли к настоящей изгороди - весь лагерь окружён забором из переплетённых веток. Я начал понимать, что ситуация у зелёных и правда не очень, ведь гоблины, как правило, не умеют и не считают нужным строить защитных ограждений.
   Гоблины - народ смрадный, не привыкший к гигиене, это только Атакаун ненормальный по их меркам - любит воду. Когда мы приблизились и вошли в лагерь, вонь поднялась просто неимоверная. Стоянка используется гоблинами давно и растительность вытоптана до каменного блеска. Кругом множество кострищ; остатки еды не сжигаются, а выбрасываются за ограду. Гниение отходов дополняет гоблинское зловоние. Сюда же примешались и отхожие места, также загуливает душок с болот, которые не так далеко. Искренне посочувствовал Анне, уж точно не готовой к такому.
   Ко всему сумасшествию сегодняшнего утра примешалось новое - вождь Большого Гоблинского Лагеря, как я его про себя назвал. Кожа тёмно-синяя, с малахитовым отливом, а размером Верховный, заметно превосходит сородичей - сравним с небольшим гномом. Отличить вождя легко и по иным признакам: обитает на возвышении, вокруг много еды, а сам обвешан всяческими украшениями, начиная от редких шкур, до браслетов, ожерелий и воткнутых в мочки ушей украшений. Всё из костей или панцирей неведомых существ. Пока нас к нему вели, удалось в подробностях рассмотреть.
   - Ты, видать, толмачом будешь, - сказал я Атакауну.
   - А чьего ньам ниадо? - простецки переспросил тот.
   - Хах! Это ему надо, а мы, похоже, будем кивать и надеяться.
   Заговорил вождь. Речь, привычная для гоблинов, только чуть гортаннее, но он и поплотнее - сказывается сидячий образ жизни. Народ коротышек-то постоянно в беготне за выживанием, вот и жилистые все, а вождь упитанный.
   Атакаун пересказывает, о чём говорит Верховный, а тот оказался охоч до болтовни. Для начала объявил, что эти земли принадлежат великому и самому большому племени гоблинов. Мы, соответственно попрали границы и заслуживаем смерти, однако нам повезло, что есть возможность искупить вину. Далее началась история о возникновении монстров и тут уж я порадовался многословию вождя.
   Монстры на Больших Болотах были всегда. Я бы, конечно, поспорил, зная летописи, но сути это не меняет. Были-то они были, но гоблинам не досаждали, обитая в центре, где самые топи, куда соплеменники не ходили. Однако, потом монстров стали замечать чаще, те взялись охотиться на гоблинов и завязалась борьба, с переменным успехом. Оглядывая трофеи, коими преимущественно владеет вождь, я понял, что гоблинам удавалось побеждать. Оттуда же и наконечники для кривоватых копий, лезвия для оружия напоминающего кинжал, сделанные из когтей и зубов побеждённых монстров. Гоблины, реагируя на повесть, потрясают оружием, будто подтверждая догадки.
   И всё же, несмотря на то, что гоблинское племя весьма плодовито, а мелкоты по лагерю носится туча, монстры начали теснить коренных жителей болот. Примерно в это же время зародилась сила, вождь описывает её, как светящийся сгусток в середине болот. С её появлением, ситуация резко ухудшилась - монстры стали агрессивнее и умнее, увеличивалось их количество, да и, ко всему прочему, появились новые твари, ещё более ужасные. Охота на гоблинов пошла с новой силой и тогда они перебрались сюда.
   Мы узнали, каким образом вождю стало известно о нас - те двое, что убежали сломя башку, рассказали, а того будто пронзило - пришло откровение. Он тут же понял, кто спасёт Большой Лагерь и отправил за нами самых сильных из племени.
   Когда, наконец, появилась возможность задать вопрос, я попросил рассказать об известных видах монстров. Верховный издал набор звуков и окружающие заголосили на все тона, кто сбивчиво, кто с яркими гримасами. Взглянул на Атакауна - морщится, пытаясь расслышать речь и  уловить суть. Разобрав поток верещания соплеменников он стал передавать. В основном, монстры живут в воде и охотятся на гоблинов, которые приходят наловить лягушек, головастиков и прочей живности. Есть летающие - они ночные. Днём же можно встретить и тех, кто передвигается по суше. Удалось понять, что часть из них похожа на змей, а часть на ящеров.
   Я огляделся. Гоблины конечно, враги, и надеяться на добродушие с их стороны глупо, но вот присущая трусость открывает нам возможности. Вождь, хоть и проговорил в приказном тоне, но всё же ждёт ответа. Признаться, меня так и подмывает согласиться, заверить скорее в нашем счастье быть полезными племени, а при первой возможности скрыться. Я раскрыл было рот и издал звук, но смутные сомнения придушили порыв.
   - Скажи ему, что нам нужно продумать план борьбы. Мол, сильные воины так всегда делают, - обратился я к новоиспечённому толмачу.
   Вождь скривился, взглядом прошёлся по мне и перешёл на остальных. Я постарался не давать воли раздражению, что трудно, когда глаз синюшно-зелёного гада с пренебрежением зыркнул на лунарку. И, всё же, ответ он выдал положительный и мы удалились на совещание.
  
   Глава 3
  
   Выдохнул с облегчением и полной грудью набрал воздуха - дышать в лагере определённо нечем. У нас появилось время на раздумья и планы. Я сразу пригляделся к гоблинам вокруг - стало меньше, обстановка разрядилась. Определив направление ветра, довел отряд до края лагеря и выбрал место, где воздух почти свеж.
   Мелкие гоблины норовят проскользнуть между ног взрослых. Выглядят мило и смешно - большие желтющие глаза и уши размером с дубовый лист. Под взглядами жителей лагеря, возле ограды из прутьев мы и расположились. Звуки окружают самые разные: от редких вскриков с болот, до сплошного гула из лагеря. Голоса птиц и зверей в этом гомоне потерялись совсем.
   - Объясни мне, - обратился я к Атакауну, - как вообще возник настолько большой лагерь? Вы же больше одного рода не собираетесь.
   Зелёный пожал плечами и говорит:
   - Этьё ш'транно.
   - Вижу, что странно, - буркнул я, обнимая всё ещё напуганную Анну, пытающуюся надышаться. - Этот вождь - кто он, ты знаешь его? Почему он другого цвета?
   - Ньешзнаю. Он тьёже мьёжет магью дельять. Он шьаман.
   - Спроси у своих, что умеет Верховный, - двинул бровями я, показывая на окружающих.
   Атакаун переговорил и отвечает:
   - Мьёжет огьён зажьегаить. Прейдсказьёвать. Хорьёшо чьюствует мьёнстров. Его почьетают и бьёяться, - пояснил толмач и добавляет, - оньи мне нье свойи.
   - А ведь точно, Ворк! - вступила Анна. - Они даже не пытаются освободить нашего Атакауна.
   Гоблин, сидевший в пол-оборота, повернулся в сторону лунарки, а она дальше говорит:
   - И ты не убегаешь. Почему?
   - Этьё не мьёй род. Оньи чьюжие.
   - Ах, ты жук! - надулась лунарка. - Я тебе такие вкусности приносила, а ты не убежал только потому, что не свои...
   - Нью, этьё не тьяак,- к удивлению, замялся он.
   - Даже к своим не убежишь? - тут же спросила Куница.
   Атакаун кивнул, и девушка протянула руку, чтобы погладить.
   - Тогда ладно. Молодец!
   Меня сильно удивило происходящее, в особенности поведение и сговорчивость Атакауна, слушающегося лунарки.
   - Ладно вам, устроили тут разборки, - проворчал я. - Давайте думать над проблемой с монстрами и болотами этими вонючими.
   Очередной порыв ветра донёс смрад, путники озадаченно смотрят на меня.
   - Конечно, - охотно продолжаю я, - хорошо бы найти способ сбросить охрану и бежать. Нам ни задерживаться нельзя, ни рисковать! Только знаете, - вдруг сказал я, вместо "знаешь", - монстр нам тоже мешает, пусть и косвенно. Это из-за этой твари гоблины пришли в Красные Холмы.
   - Пьёсле тьёго, чьё ви сдьелальи в нашьем льягере, ньикто не подёдьёт к вьям близько, - веско отметил Атакаун.
   - Значит, - оживился я, - давайте подумаем, как освободиться и продолжить путь. Вам не кажется, что всё это не случайно? Тролли, гоблины, а до этого появился особый монстр на болоте... не удивлюсь, если и у троллей нашлась причина заявиться к нам.
   - Вороний Глаз? - тихо предположила Анна.
   - Именно! Ты что скажешь, зелёный?
   - Нье мьёгу рас-расс... нье мьёгу гьёварьить тьёчно, ньё чьюство есть. Ш'больёта напьитаны сьилой, кьяторая к вам нье имьеет относьения, - неожиданно заявил он.
   - Что ты имеешь в виду? - обратился я.
   - Ворк, - заговорила Куница, - думаю, что Атакаун имеет в виду, как раз силу Тёмного Ока. Ты правильно связываешь события - синий шар снова пытается нас погубить.
   Неожиданно, гоблины пропустили группу из пятерых сородичей, одетых в шкуры, и могущих похвастать даже украшениями. Визгливо-шипящая речь обратилась на Атакауна. Тот ответил и, по реакции заметно, что слова им не понравились, но группа обменялась репликами и один куда-то побежал. К общему с лунаркой удивлению, вскоре Атакауну принесли увесистого жука, и он заговорил:
   - Оньи хотьят обсудьить кое-чьего...
   Группа заговорщиков действительно предложила нам сотрудничество - они замышляют свергнуть Верховного, которого боятся и не решаются сами напасть, но с нашим оружием и умением, всё может получится. Взамен обещают свободу.
   Я покачал головой от удивления. Встретился взглядом с Анной и, прежде чем взяться обдумывать, говорю Атакауну:
   - Передай, что нам нужно подумать. Пусть посыльного оставят, кто их позовёт.
   Ощутил некую горечь - стоит тварям Тёмного Ока собраться в более-менее существенную группу, как начинаются интриги и склоки. Тяжело так жить.
   - Ну вот, - произношу я, когда представительная группа удалилась, притом в поведении, лишь едва отличаясь от остальных. Атакаун принялся за жука и потому обращаюсь преимущественно к Анне: - Добавили нам пищи для размышлений.
   - Ворк, ты и вправду думаешь согласится на их условия? - с волнением спросила она.
   Узкая змейка подобных мыслей спешно ретировалась из головы.
   - Конечно нет, - выдохнул я.
   - Я бы сообщила Верховному о заговоре, - наивно предложила девушка.
   Невольно улыбнувшись, я глянул в сторону хрумкающего гоблина - выглядит мерзко, но и нам следовало бы подкрепиться. Останавливались-то на обед, пока гоблины не нагрянули.
   Говорю:
   - Атакаун, скажи им, пусть вещи отдадут - нам поесть надо.
   Просьбу выполнили. После некоторых манипуляций над припасами, мы жадно взялись утолять голод. Я немного поразмышлял к этому времени, и говорю:
   - Если расскажем о заговорщиках - они погибнут, скорее всего.
   - Ох, Ворк! - издала она. - Ты прав, об этом я не подумала.
   - Да ладно. У меня возникла идея, - улыбнулся я.
   - Расскажи! - воскликнула она, забывая о еде. Гоблин тоже слушает.
   - Мы сыграем на знаниях о заговоре. Я скажу вождю, что если не начнёт сотрудничать, и не перейдём из статуса пленников в статус партнёров, то пойдём на предложения тайной группы и свергнем его. Кто они, кстати?
   Атакаун моргнул пару раз и отвечает:
   - Пьрдставьители рьёдов.
   - Вот, тем более, - удовлетворился я.
   - Думаешь он испугается? - с надеждой спросила лунарка.
   Я обнадёживающе улыбнулся и кивнул.
   - Конечно. Атакаун говорил о трусости гобинов. Мы угроза и реальная сила.
   - Ты хочешь воспользоваться этим? - уточнила она.
   - Вероятно, - ответил я. - Вот, что действительно важно это сходить на разведку. Я пойду к болотам и погляжу на этих монстров.
   - Льючше сьё мной, - проговорил Атакаун.
   - Почему это? - несколько нервно спросил я, ибо гоблин задел за живое - мои способности разведчика.
   - Тьям кругьём ямы и тьёпи. Тьи сьяам не смёжьешь пройтьи, - как-то буднично сообщил он.
   Прозвучало справедливо, но раздражение взяло своё. Я настоял на короткой вылазке. Лунарка со страхом обняла, переживая за меня, нежели себя в лагере. Я же наоборот, потому строго наказал гоблину отвечать за неё. Облачился в броню и двинулся по направлению усиливающегося запаха, по указанию гоблина. Арбалет оставил Кунице. Охраняющие нас сородичи даже обрадовались, что я так быстро взялся за выполнение условий Верховного.
  
   Путь к болотам недалёкий, но трудный, времени отмерил до заката. Почва, чем дальше от стоянки, тем всё мягче, лесные травы уступают место болотным собратьям, а деревья редеют. Места, где уже заметны небольшие зелёные озерца, я обхожу, находя твёрдое основание, однако последнего всё меньше. Из-под башмаков всё чаще начинает сочиться вода, что затрудняет продвижение.
   Болота оказались шумными и крикливыми. Кваканье лягушек заглушает остальные звуки природы. Какая-то птица отвратительно вскрикивает, ей вторит другая. Гнус, которого и в лесах не мало, тут обитает в невиданном количестве. Гномов паразиты не кусают, ибо мы дети Ора и Лу, но я вдруг с удивлением почувствовал укус комара, потом ещё и ещё. Не успевая обдумать, отпрыгиваю - из ближайшей зеленовато-болотной лужи выметнулась тварь. Взвыл воздух и клинок рассёк змееподобное существо от головы до хвоста. Я ещё не встречал подобных - толстая, зубастая и омерзительно вонючая. Даже от брожения вод и гниения растений нет подобного смрада. Концом клинка пошевелил мерзкие куски чёрного блестящего тела - всё ещё дергаются, хотя жизнь покинула монстра.
   Моё продвижение замедлилось. Мало того, что нужно дорогу запоминать, так ещё и обманчиво твёрдые участки стали попадаться чаще. Солнце всё увереннее клонится к горизонту, поэтому, когда я едва не застрял в трясине, а где-то неподалёку начало вспучиваться и булькать болотное месиво, двинулся обратно.
   Путь прошёл без происшествий. С радостной улыбкой меня встречает Анна. Подсохшая грязь покрывает почти до подбородка. Атакаун молча смотрит, словно ожидая.
   - Ты был прав, - проговорил я. - Без проводника там легко погибнуть.
   - Хорьёшо, чьё тьи поньял. Хочьешь одьин идтьи на большьёго мьёнстра? - к удивлению, спросил он.
   - Не думал ещё, а что?
   - Можьет есщьё из лагерья возьмьём отрьяд?
   Я с удивлением поглядел на Атакауна, голова же, словно ждала этой подсказки, начала разворачивать план.
   Озвучиваю:
   - У твоих сородичей нет навыков коллективного боя, нет оружия. Можно, конечно, потренировать их и изготовить оружие, но у нас нет времени - в королевстве еды в обрез.
   Куница сверкнув глазами в вечернем свете, говорит:
   - Может мы соберём еды из этого леса. Знаешь, тут много растений, что годятся в пищу. И мы ведь не так далеко ушли?
   Настала очередь Анны получить порцию моего удивления. Отряд всё больше выходит за рамки ожиданий. Ухватившись за идею, мы взялись жарко обсуждать и договорились до, уж очень желанных, но маловероятных идей. Я даже отказался было с таким предложением идти к Верховному, но Анна уговорила.
   Начало темнеть и перед тем, как отправиться к большому костру вождя, я попросил охраняющих нас принести дров. Атакаун мысль передал, несколько гоблинов охотно отправились за топливом, видимо, сидеть в темноте им тоже не хотелось.
   Атакаун приготовился толковать речь, встав между мной и возвышением Верховного гоблина. Волнение заставило сделать пару вдохов-выдохов, и я начал:
   - Мы готовы идти на монстра, но для начала нужно кое-что прояснить. В лагере имеется группа заговорщиков, которые хотят тебя свергнуть и выбрать нового вождя. Они предложили убить тебя. Я успею добежать и снести башку, поэтому сиди спокойно.
   Атакаун постарался приблизится, чтобы другие гоблины нас не слышали. С каждым словом, вождь преображается - морда красочно изображает сначала лёгкое раздражение, тут же сметённое страхом. Верховный даже привстал, и я напрягся. Пришла мысль, что убивать-то не собирался, а лишь пригрозил и если он побежит сейчас или ещё чего сделает, то планы сорвутся.
   Слава Ору, вождь остался на месте и готов слушать дальше.
   - Приму я их предложение или нет - зависит от тебя.
   Верховный ответил, и наш толмач доносит:
   - Он спяршвает, штьё ты жье хьёдил нья ш'болота?
   - И что? - не понял я.
   - Вьёождь дьюмал, штьё ты ужье прийниал решьение.
   - Объясни ему, что нам нет дела до ваших свар. Однако, я не буду поддерживать заговорщиков и даже выступлю на стороне вождя, если тот согласится на сотрудничество.
   Верховный кивнул. Гоблины вокруг заинтересовались, о чём же мы беседуем и стали подбираться ближе. Верховный вскрикнул и мотнул посохом. Капли огня, сорвавшиеся с него, попали на парочку и полукруг живо качнулся в обратную сторону. Огонь не обжигает сильно, почти сразу исчезает, но в сумерках это выглядит эффектно, и для жителей лагеря хватает за глаза - визг и крик поднялся знатный. Верховный дал знак продолжать.
   - Наше Королевство находится в дне пути отсюда. Я хочу, чтобы туда отправился отряд гоблинов с едой, а заодно взял на обратном пути кое-что из экипировки. Я всё запишу, ничего объяснять не придётся. И пока один отряд пойдёт к Королевству, другой натренирую, и мы выступим на болота. Твоя выгода - мертвый монстр и та часть ему подобных, что попадётся по дороге, а наша - свобода и кое-какие вещи из моего дома. Плюс, ты, как и прежде - вождь Большого Лагеря Гоблинов.
   Когда Атакаун осилил последние слова, мне стало даже чуточку смешно - Верховный был серьёзно растерян и некоторое время молчал. Не знаю почему, может из-за расширившейся географии или сложного плана. Однако вскоре его морда обрела заслуженно довольное выражение и Атакаун передал согласие. Начало наметили на завтра. Ликовать решили на нашем месте, на краю лагеря.
   - Тьи хорьёшо всьё придьюмал, - произнёс незаменимый толмач, пока идём через лагерь. Вокруг ярится демон его соплеменников - бегают, пляшут, верещат и предаются всем свойственным делам.
   - Ты это чего, Жабоед? - со смешком откликнулся я.
   - Есльи мьи пийдьём на ш'болота с отрьядом, тьё мьёжет быйть виернёмся, - отозвался он, в своей манере говорить буднично.
   - Это ты брось! - погрозил я ему. - Ни тебе, ни Анне я погибнуть не дам. Сколько гоблинов потеряем не знаю, постараемся поменьше.
   - Хорьёшо. Ньё на ш'больётах очьень опасьно.
   - Спасибо за предупреждение, - серьёзно ответил я и мы пришли.
  
   Радость Анны сложно передать словами - столь она сильна, даже гоблинам досталось чуточку. Пока мы ходили к вождю она успела наладить отношения с несколькими женщинами и вручила им по фенечке. Услышав об успехе переговоров, взялась обниматься с новообретёнными подругами, хотя общение у них проходило на знаках руками и мимике.
   Лунарка успела не только это - более-менее уютный бивуак с готовностью принял нас, а в центре делится теплом костёр. С одной стороны - ограда из прутьев, что несколько радует. Ждёт и горячий ужин. Желудок с готовностью откликнулся на призыв ароматов, и я окунулся во власть вкуса.
   Позже мы сели ближе к костру, я прижал к себе лунарку, с наслаждением вдыхая её тонкий аромат. На фоне ужасной вони лагеря, сейчас едва ощутимой из-за места с подветренной стороны, этот аромат приводит меня в восторг. Даже дыхание перехватывает.
   - Сильно устал? - интересуется она, заметив, как я прикрываю глаза.
   - Нет, всё нормально, - смутился я.
   - Ты такой сильный и выносливый, Ворк, - бархатно проговорила она.
   - Слава Ору, создавшего нас такими.
   - Ты лучше всех, - улыбнулась она.
   - Приятные слова говоришь, - ответил я и покрепче прижал. - Но каждый брат-гном - достойный сын Богов. А ты очень красивая их дочь.
   Комплимент по неумелости дался тяжело, как кузнечными клещами тянул.
   - Не хочу других, только ты нужен, - проворковала она.
   - А если долго не будем видеться?
   - Буду ждать, пока не вернёшься, - горячо отозвалась Анна.
   На душе стало тепло. Я решился поцеловать её в голову.
   - Ты странная, - прошептал я, поминая наши традиции.
   - Это ты особенный! - возразила лунарка, хихикнув. - Не уйдёшь к другой?
   - Даже не представляю такого, - серьёзно заявил я.
   - Спасибо! Оставайся со мной, Ворк.
   Пусть внешне я и спокоен, но от таких разговоров сердце и душа пришли в крайнее волнение. Тяжело что-то ответить даже не потому, что нужные слова подыскать трудно, а элементарно горло сжалось. Голова лунарки лежит, как раз на груди, наверняка слышит, как колотится внутри.
  
   Утро ознаменовано бурной деятельностью. Времени у нас мало, каждый день идёт в минус, и после жёсткого отбора я взял под своё руководство пару десятков гоблинов покрепче. Предстоит научить их простым приёмам, что могут спасти жизни в предстоящем походе.
   Лунарка занялась сбором съестного по окружающим лесам и предболотным местам. Вождь распорядился, чтобы часть жителей лагеря помогла ей. Им предстоит собрать довольно много провианта, а потом многочисленный отряд отправится на поиски Королевства. Полагаю, что они справятся за день, минимум два. День уйдёт на сборы необходимого и ещё два - на обратную дорогу.
   Ждать возвращения нецелесообразно, хотя без брони лунарке грозит повышенная опасность на болотах. Я, конечно, думал оставить её в лагере, но увы, это не менее опасно. Пришлось усмирить страхи и угрызения, что всё-таки беру её в поход. Совесть уже устала намекать, сколько опасностей впереди и поэтому, едва собранному отряду гоблинов предстоят ужасы тренировки, а потом путешествия по болотам. Это несколько подло - использовать их для защиты, но и ожидаемо, в конце концов, опасность угрожает их лагерю, а не Второму Королевству.
   Записку для собратьев я пока составляю в уме. Хочется попросить и того, и этого, но столько не унесу, поэтому надо всё хорошо обдумать. Трудно представить, что ещё готовит путь через земли материка, но следует быть готовым к любым неприятностям.
   Единственный, кто испытывает радость сейчас - Атакаун. Как толмач, как особенный гоблин, он стал очень уважаемым со стороны сородичей. У меня уже появились мысли, позже назначить его командовать отрядом, но пока рано. Посмотрим, как будут развиваться события.
   Пока гоблины учатся бегать, реагировать и выполнять другие приказы, я озадачился их вооружением. Железа они боятся и низачто не возьмут в руки. Остаётся дерево, кость и панцири от некоторых монстров - земноводных ящеров. Мне бы хотелось заковать их в панцири, научить пользоваться мечами, коротким и длинным копьём, стрелять из арбалета и лука, но условия снизили возможности почти к нулю. Хотя, идея с луками не так плоха. Учитывая, что в Королевство будет отправлен отряд, можно использовать часть тканных вещей на тетиву. Останки монстров пойдут на какую-никакую броню. Орудовать гоблины будут короткими копьями, которые скорее походят на колья. Ими и сдержать можно, и проткнуть, если постараться.
   Однако гоблины нужный материал достать самостоятельно не могут - топора боятся больше, чем огня. Тут и настала очередь задействовать Атакауна. Смышлёный он - уловил суть тренировок почти сразу. Пообедав, я отправился в лес на заготовку древесины.
  
   Трудились до глубоких сумерек. Усталая лунарка хотела было взяться за ужин, но я остановил - у нас есть еда, не требующая долгого приготовления. С ног валятся и те, кто с ней исходил все окрестности в поисках нужных корений, трав и других даров леса. Куча, куда всё складировалось, выглядит угрожающе большой, и мы пришли к выводу, что этого хватит на возмещение потерь во времени. Завтра будут собраны корзины, и отряд гоблинов выступит в путь ко Второму Королевству. Анна предложила научить их нескольким словам на нашем языке, чтобы избежать жертв. Идея замечательная, завтра постараемся исполнить, а вот список нужно подготовить уже сегодня. Этому я посвящу время пока сидим перед костром.
   Атакаун и боевой отряд гоблинов выглядят самыми измотанными. Задачку я им задал серьёзную, будут напрягаться, пока не закончу с оружием. Выступим после того, как потренируемся. Сегодня мне удалось нарубить только ветки. Успею или нет за следующий день - вопрос, но без оружия на болотах делать нечего.
  
   Утро и первая половина дня прошли в хлопотах сбора отряда и провианта. Когда последние зелёные спины скрылись за стволами, я оглядел значительно опустевший лагерь. За какие-то пару дней здесь изменилась атмосфера. Мы пришли в гудящий и кричащий на все лады улей, где вместо пчёл были совсем не такие трудолюбивые гоблины, а сейчас порядка стало намного больше. Может мне кажется, но гоблины такой народ, что не способны к самостоятельному управлению. Нынешний лагерь наверняка единственный, и тот, рано или поздно развалится на группки такого количества, меньше коего им уже не выжить. Зато под нашим руководством, коротышкам удаётся сохранять единство и коллективно прилагать усилия. Быстрая и шальная, как весенний зверь, в голове мелькнула мысль взять над ними шефство. Не мне или Анне, а предложить через Совет. Конечно, нужно понять нишу, которую бы они заняли в системе, но если осторожно продолжить мыслить, то и здесь очевидно, чем занять многочисленное население - возделыванием полей и уходом за садами. Воображение излишне ярко нарисовало благополучное будущее, где мы бережём своих низкорослых друзей от невзгод, а они снабжают нас бесперебойными поставками еды. Мотнул головой отгоняя видение.
   - Что такое? - спросила лунарка, тоже провожавшая отряд.
   - Напридумывал всякого, - отозвался я, улыбнувшись.
   - Расскажи, всё равно уже обедать пора, - резонно отметила она, беря меня под локоть. - Можно и мечтам предаться. Я вот, тоже мечтаю, как мы будем жить вместе... Как родим нескольких детишек.
   Моя улыбка стала шире, освободив руки обнял девушку, крепко прижимая. Что бы я делал без неё? Впереди тёмная неизвестность, а она легко окрасила её в светлые тона и дорисовала семейный быт.
   - Мне бы хотелось наконец-то заняться рудами,- проговорил я, нагнувшись за щепоткой грунта, такого жёсткого в лагере.
   - А я бы встречала тебя вечерами в прекрасном наряде и с вкуснейшим ужином, что ты бы даже о рудах на время мог позабыть, - пропела она чудным голоском.
   - Эх, - выдохнул я и притянул её, - обязательно вернёмся и осуществим.
   А после последовал поцелуй, полный страсти и неги. Я потерял чувство времени и окружения, одурманенное сознание плавает в океане чувств. Вынырнул под одобрительный гул гоблинов, неожиданно отреагировавших на увиденное. И тут же на смену восторгу пришло смущение.
   После обеда рассказал лунарке о мыслях и даже залюбовался прояснившемуся лицу. Ультрамариновые глаза заблестели от эмоций:
   - Ах, Ворк, это прекрасная идея! Обязательно расскажи о ней Совету. Мне кажется, что мы можем начать жить, как следует, как в старину. Обещай, что расскажешь!
   - Ладно, - со смехом ответил я. - И спасибо!
   - Вот и хорошо. Ты такой умный, - воспела она, - мне все лунарки будут завидовать. Если уж совсем наскучу, разрешу с одной из них тебе пообщаться, с самой-самой, а потом заберу.
   - Эй! Ну что у тебя за мысли? - отозвался я, смутившись.
   - Хорошие! - весело отозвалась она. - Такой замечательный гном не должен принадлежать одной лунарке, хотя я жадная в этом плане.
   - Тебе не удастся наскучить, - выдал я, вконец смущенный образами забав с другими лунарками, под присмотром Анны.
   - Тогда ладно, - расхохоталась она.
  
   С оружием пришлось повозиться. Обстругивать копья и потом обжигать концы досталось мне, как и работа над луками со стрелами, а вот подгонять и сшивать доспехи поручил Анне. Впрочем, у неё получается так, что остаётся лишь восхищаться. К ночи удалось расправится с мучительным занятием и поистине устав, попытаться нырнуть в объятья сна. У Куницы нашлись некоторые возражения к этим планам, каким-то неведомым образом ей удалось отыскать и распалить во мне пламя, в коем вновь появилась сила. Я выплеснул всю страсть на жадную до неё лунарку, только и старающуюся, получить больше. Моя неопытность начинала таять под чутким руководством, что открывает новые горизонты наслаждения.
   На утро я с удивлением обнаружил, что тело полнится энергией, а грудь распирает от желания действовать. Мы сходили освежиться к чистому ручью и приступили к окончательному сбору отряда.
   Гоблины, конечно, остались слабенькими коротышками. Ни о какой серьёзной школе говорить не приходится, когда занимаемся всего второй день. Однако это уже не те гоблины, что были. С воодушевлением теперь смотрю на близящийся поход. Пусть и бледнеет вождь, в попытках что-то рассказать об ужасном монстре, пусть и боятся гоблины болот, но уверенность крепко укоренилась во мне. Как временному военачальнику, мне противопоказано сомневаться в силах, можно лишь исходить из реального распределения слабых и сильных сторон.
  
   Глава 4
  
   Вышли с мрачным настроем и боевой угрюмостью, во всяком случае у меня. Зелёные же, наверное, от того мрачнеют, что страшно уходить из безопасного лагеря в угрожающую жижу болот. Насколько это возможно, объяснил задачу, поставив командиром Атакауна. На острие у нас он - прокладывает путь, за ним я, а с боков самые смышлённые и крепкие в отряде гоблины. В середине идёт Анна и основная часть сил сосредоточена на её безопасности. Я отдал кольчугу и шлем, оставшись в стёганке и латах.
   Лес бессильно редеет перед кислой и забродившей сутью болот. Сюда стекаются многие ручейки и речушки, поначалу образуя прозрачные заводи, но после они покрываются ярко-зелёной плёнкой, прерываемой пушистыми кочками с травой и островками, где ютятся чахлые деревца. Начинается жара, солнце почти в зените, и ленивые всквакивания лягушек далеко разносятся над упаренной поверхностью. В нос врываются запахи, вперемешку с комарами. Поминая недавнюю вылазку я доверился уверенно шагающему Атакауну.
   Надо быть начеку - проводник у нас один, а какая-нибудь тварь может вынырнуть, выпрыгнуть или спикировать в любой момент. Я оголил меч и сосредоточился на обстановке.
   Дышать влажным воздухом тяжело, а под лучами светила тут же стало жарко и по телу побежали струйки пота. Гоблин верно находит путь, хотя мы и шагаем по воде, но именно там, где он ступает, почва уверенно держит. Идти удаётся по двое, и я скомандовал гоблинам прикрыть лунарку на всякий случай. Фон сменился на влажную тишину - давящий пузырь ожидания. Хлюпает вода, тихо переговариваются гоблины,  а впереди показался холм с иссохшими деревьями. Сначала я не обратил внимания, но чуть позже спросил Атакауна, остановившегося на травянистой кочке:
   - Он что зеленоватый? - указал я на лёгкий туман над островком.
   - Дья.
   - Видел такое?
   Гоблин помотал головой. Я уже давно улавливаю запахи газов, что могут легко вспыхнуть, если зажечь огонь. В шахтах нередко приходится спускать подземные скопления, делать отводы и хорошую вентиляцию. Мы чувствуем не только запах, но и концентрацию, крупные объёмы. Здесь, на болотах, эти прозрачные вещества выделяются самой поверхностью вод и в слабом виде пропитали воздух. Может зелёный туман это какая-нибудь разновидность?
   - Нам туда? - уточнил я.
   - Дья, тьют по бьёкам больйшая глуйбинья, - пояснил Атакаун.
   Путь продолжился. Голоса птиц теперь доносятся только издалека, да и те скорее похожи на крики. Зелёный туман клубится над островком -  середина тёмно-малахитовая, а с боков светлее. Облако, словно зацепившееся за раскинутые в мольбе ветки деревьев, манит своей уникальностью, мне хочется приблизиться и изучить его.
   Когда до островка осталось несколько десятков шагов, туман взволновался, хотя ветра нет. Нутро сжалось. Моё существо вдруг завопило, забилось в оковах тела.
   - Стойте! - хрипло выговорил я.
   Но облако уже нас почуяло. Зелёное марево потянулось навстречу, даже какие-то щупальца сформировались. Поднялся крик. Часть гоблинов ринулась назад, а часть в стороны. Атакаун же угодивший задницей в воду, стал подвывая отползать ко мне. Оставаться на ногах стоит огромных усилий, и трясущимися руками я потянулся к поясу, чтобы вынуть алхимический карандашик для разжигания. Облако поднялось выше, заполнив собой всё, ноздрей коснулся кислый, раздражающе-щиплющий газ.
   - Всем в воду! Быстро! - крикнул я и чиркнул карандашиком по специальному полотну.
   В тот же миг нырнул в водоём, перехватив лунарку поперёк туловища. Позади раздался оглушающий хлопок, сопровождаемый мощной волной. Пламя охватило поверхность болота, но мы уже погрузились на дно, тем самым спасясь от ожогов. Но и здесь подстерегала опасность - вязкое дно тут же начало засасывать. Поддерживая лунарку выбираюсь в слои прозрачной воды. Задачу усложнили одежда и доспехи. Гоблины уже повылазили на тропу. Несколько бросились помогать мне, но получили команду вытащить девушку на берег. Я барахтаюсь на месте, сил хватает только не тонуть, но и они стремительно покидают тело. С облегчением вижу, как Анна ступила на твёрдое. В этот же миг ногами зацепился за ил и с накатывающим ужасом осознаю, что скоро меня затянет жадная пасть болота. Вода подступила к носу, но я по-прежнему барахтаюсь в мутноватой воде. Зелёные листики травы покрывающей всю поверхность, разошлись подальше, потеснённые моими резкими движениями. Поняв, что все попытки к спасению тщетны, сердце сковала тоска.
   Первым заорал Атакаун, а следом и Анна. Гоблины горохом посыпались в воду рванув ко мне. Тощие ручки со всех сторон принялись тащить, кто-то нырнул и начал высвобождать ноги. К великой радости, гоблинам удалось и мы поплыли к тропе.
   - Ах, Ворк! Слава Ору ты жив! - воскликнула Куница, бросаясь обнимать.
   - Воистину, - отозвался я, с трудом приходя в себя.
   Треск полыхающих деревьев привлёк внимание.Зелёного облака, как ни бывало, островок видно полностью, а огонь жадно поедает иссохшие ветви и стволы. Не знаю, стоит ли считать успехом случившееся, но вроде бы и гоблины целы и угрозы ядовитого облака нет. Неожиданно, мучительно морщась, Атакаун принёс меч. Я скорей изъял "ужасное железо" и говорю:
   - Спасибо, вы меня спасли!
   Наш путевед, не отойдя толком от произошедшего, только и смог, что издать невнятный звук. Остальные радостно голося принялись прыгать.
   - Давайте на остров, - скомандовал я. - И обсохнем, и отдохнём.
  
   Оправиться от произошедшего удалось не сразу, ещё и пара тварей вылезла из воды, пришлось поработать мечом. Гоблины не сплоховали - помогли кольями. Уже после, мы сдвинулись к середине, где медленно догорают деревья, сея вокруг жар.
   - Все же видели, как облако на нас пошло? - спрашиваю я после того, как мы подкрепились.
   - Я видела! - тут же откликнулась Анна, пока Атакаун доводит смысл моих слов сородичам.
   Отряд отозвался согласием.
   - Выходит, что нас ждут не только монстры, - подытожил я. - Отныне, будьте осторожней.
   - Так страшно, Ворк, - повела плечами лунарка. - Мы справимся? Дойдём до цели?
   - Конечно! - отозвался я, подсаживаясь ближе и обнимая.
   - Ничего не бойся, всё у нас получится.
   - Ладно, - сказала она, чуточку бодрее.
   - Не зря же клинок ношу, - обнадёживающе улыбнулся я. - Вот увидишь, монстры ещё пожалеют, что решили попробовать нас на зуб.
   Если бы я знал, как окажусь прав... Стоило нам выступить далее, как началась атака. Чудовища по одной-две особи набегают, и когда Атакаун отходит за спину - пытаются подловить с боков. Зрение моментально улавливает следы на воде, и меч обрывает жизнь очередного монстра. Нападение ещё и сверху - пара крылатых зубастиков, но они оказались вялыми и толком ни на что не способными. Одного срубил я, а второго закололи гоблины.
   Монстров здесь разнообразие. Есть похожие на змей и одновременно на выдр, выныривающих из воды. Я приказал повысить внимательность, после того, как одна такая змеевыдра вцепилась в ногу гоблину. Повезло, что их яд не действует на зеленюков, а труп монстра они ещё и с собой взяли, чтобы съесть. Нападавшие с воздуха походят на здоровенных крыс с крыльями. Я стараюсь даже не представлять какими они становятся ночью, когда наступает время охоты.
   Наибольшую угрозу представляют те, что передвигаются и по воде и по твёрдой почве - шипастые ящеры. Размером с небольшого волка, покрытые плотной шкурой и утыканные острыми, толщиной в палец, шипами. Из их пастей исходит зловонный дух, что даже всеядный состав моего отряда не приближаться. Впрочем, пока что мне и мечу удаётся сдерживать напор.
   Монстры, конечно, издают противные, а когда и ужасающие звуки, но гоблины всех переорут: и вернувшееся монотонное кваканье; и редких птиц, передвигающихся на длинных тонких ногах. Последние как раз питаются зелёными квакушами. Стоит монстрам появиться, гоблины тут же поднимают страшный ор, а если одному удаётся зацепить колом монстра - кидаются скопом и добивают. Я возблагодарил Ора и Лу, что есть такие помощники. Болота оказались непригодны к жизни, сейчас, под гнётом монстров, здесь выжить почти невозможно.
   Атакаун ведёт безошибочно и даже, кажется, не задумывается особо. Как я бы уверенно находил путь под землёй, так и он идёт по грязи, воде и редким подсохшим кочкам. Покрытый до бровей грязными брызгами, кровью и слизью, стараюсь не допустить монстров к нему, но при этом и за Анной присматриваю. Ужасная вонь, хлюпающая вода в башмаках и наметившаяся усталость, пока остаются на границе сознания. Пусть и трудно беречь участников похода, но глядя, как лунарка и здесь умудрилась найти источник красоты, в виде собранных в букет цветочков, я не жалею ни о чём.
   Как-то незаметно небо сменило синеву на серо-голубой. Подумал было, что это пар от болот, но вскоре догадался о перемене погоды. Нам попался ещё один островок - больше прежнего, густо заросший берёзами и кустами малины. Анне удалось насобирать съедобных грибов и ягод, которые стали нашей пищей. Пока мы подкреплялись небо полностью заволокло серыми тучами. Странное безветрие и давящая духота опустились на болота. В середине удачно расположено бревно для посиделок, а места достаточно для лагеря. Уходить с зелёного островка совсем не хочется.
   Однако мы нехотя продолжаем путь. Тропа от чего-то стала глубже, частично погрузилась в воду и сузилась. Отряд теперь может продвигаться строго по одному. Вокруг - ярко-зелёное покрывало тины, иногда нарушаемое пузырями, поднимающимися из глубин. Эти пузыри огнеопасны. Концентрация веществ невысокая, но местами я ощущаю, как по телу идёт дрожь - характерный признак угрозы взрыва.
   Атакаун неожиданно встал.
   - Неье поийму, - проговорил он. - Тьют дольжна бьыла бьить дьёгорога...
   - Сбился с пути? - уточнил я.
   - Ньет! - замотал он головой. - Этье чьё-то друйгое. Ньяам прийдьёться виернуться.
   Пока мы меняемся местами, пара гоблинов соскользнула с тропы. Я подхватил одного, как вдруг из воды высунулось мерзкое щупальце. Страх одолел всех присутствующих. Меч легко отсёк дергающийся отросток, длиной в пять локтей.
   Зелёное покрывало заколыхалось, и не только из-за недавнего падения. Стоя по колено в воде, я ощутил сильные вибрации в твёрдом основании водоёма.
   - Отходим! Быстрей! - крикнул я. - Атакаун веди! Анна, ты сразу за ним! Скажи отряду, пусть будут начеку, я иду последним.
   Атакаун передал остальным приказ и поспешил обратно. Когда, наконец, нить нашего отряда начала вытягиваться в движении к покинутому острову, и какой-то озирающийся гоблин передо мной двинулся, я тоже начал отступать. Предчувствия самые плохие. Мало того, что мы не знаем, что выросло на дне, так ещё и идём по пояс в воде.
   - Атакаун! - вновь кричу я. - Объясни своим, что, если в ногу вцепится-а-а!..
   Не договорив я почувствовал, как что-то скользнуло возле левой ноги и резко присел. Меч точно вонзился в едва видимое в мутной воде существо. Дёргающееся тело вытащил наружу - оказалась змеевыдра. Куница вскрикнула, а я поспешил успокоить:
   - Всё хорошо, Анна, я в порядке! - крикнул я, чувствуя, как бешено колотится сердце. - Вот, как я присел, так же резко садитесь! Если змеевыдра дёрнет пока стоите - худо придётся.
   Визгливый голос проводника донёс мысль до остальных. Мы несколько отошли от тупика. На зелёном покрывале осталась только полоса-прореха, в остальном даже не понятно, где кончается тропа. Наконец, началось ожидаемое - позади, куда изначально вёл Атакаун, вспучивается горб. Он быстро вырос, и мы видим массивное тёмно-зелёное тело, в разводах от растений с поверхности болота. От него в воду уходят те самые щупальца, монстр словно поднялся посмотреть, кто же это разбудил и ударил его.
   - Анна!!! - заорал я. - Арбалет!
   Я взмолился Ору, чтобы гоблины, передавая оружие, не уронили его в воду - ручонки дрожат, а сами верещат от страха. Наконец ощутил знакомую рукоять, и тут же взвёл рычаг. В этот миг открылись буркала монстра, числом в пять. Несколько раз моргнув, их взгляд нашёл нас, но я не стал ждать действий и всадил болт в средний глаз. Он вошёл ниже, почти в край, и утонул в голове. На миг всё замерло. Даже гоблины перестали орать. Голосом монстр не обладает, но выражает боль иными способами - щупальца и тело неистово дёргаются, а морда перекосилась. Отмучившись, чудище тяжело погрузилось в воду. Поднятая этой массой волна набрала мощь и несётся в нашу сторону.
   - Уходим! - крикнул я, но никого и не нужно подгонять.
  
   Упаси нас Ор! Я за всю жизнь столько страхов не видал. Руки охватила мелкая дрожь, а ноги едва держат. Гоблины налетают друг на друга, периодически соскальзывая в воду и тут же выпрыгивая, как рыбы. Смерть чудом обошла наш отряд, но я прекрасно понимаю, что помереть на болотах намного проще, чем выжить.
   Мы вернулись на остров. Хмурое небо наконец выпустило воду и начал моросить дождь. Близится вечер, я к общей радости решил больше никуда не ходить. Ночевать будем среди берёз и вернувшегося ощущения безопасности.
  
   Пока гоблины занимаются обустройством, я взялся успокаивать Анну. Стоило опасности отступить, до неё дошёл весь ужас случившегося. Сейчас стало получше - всхлипывает у меня на груди и почти не дрожит. Уже с осмысленностью в глазах, подняла голову.
   - В-ворк, какой уж-ж-жас, - удалось ей сказать. - Н-неужели это наш м-мир?..
   Я погладил по голове и отвечаю:
   - Увы, Тёмное Око заразило его своей разрушающей силой, но мы это исправим, Анна. Ещё посмотрим, кто кого!
   - Выжечь бы всё тут! - надрывно сказала она.
   - Хотелось бы, - согласился я, качнув головой. - Только ведь сколько животных погубим вместе с монстрами.
   - Интересно, ты убил это страшилище? - спросила она, воззвав надеждой в глазах.
   - Думаю, да. Эх, сюда бы нашу экспедицию -  всё бы исследовали и всех бы одолели, - с горечью произнёс я. - И всё же хорошо, что решили пойти на болота. Всего день, а столько гадов поубавили.
   - Да, Ворк, - воодушевилась она. - Ты настоящий герой...
   Смутившись, я поспешил заняться разведением костра. Дождь продолжает накрапывать, просветов не видно, как и заката. Я достал всё бивуачное снаряжение и взялся за сооружение более-менее защищённого ночлега. Вскоре Анна присоединилась, привнеся уют и душевность.
   Гоблины от встречи с монстром оклемались, приступив к ужину. Сегодня, помимо безвредных для них грибов, трав и болотной живности, основу составляют змеевыдры. Смотреть на всё это без омерзения невозможно, поэтому я наблюдаю только за руками Куницы, умело готовящей ужин. Вот уж где ей получается увлечься и позабыть о невзгодах. Завтрашний день словно скрыт за тёмным плащом ночи и расслабляющим теплом от огня. Когда вкусная еда взялась греть изнутри, я совсем разомлел. Гоблины расставлены кругом, задача поставлена, Атакаун за главного - можно отдыхать.
  
   То ли место овеяно силами Богов, то ли болотным тварям хватило потерь, но утро мы встречаем в прежнем числе. В середине ночи, одному гоблину вцепился в ногу ящер, но был тут же заколот. Конечность, зелёные обработали резко вонючим составом неизвестного содержания. Пару раз выползали змеевыдры, но гоблины ловили их и с жадностью поедали.
   В итоге удалось даже выспаться, помогли шум дождя и жаркая лунарка. Сейчас погода несколько наладилась, небо пока затянуто, но  дождя нет. Полный сил и воодушевления, обращаюсь к Атакауну:
   - Что с дорогой, понял что-нибудь?
   Гоблин отстранённо озирает топи.
   - Ниет. Сиетчас тропьинка идьёт совершьенно в другьюю стёрону.
   - Погоди, - удивился я. - Не к тому монстру?
   - Дья. Мьи дьёлжны бьили пьойти иньяче.
   - Дела-а, - оторопел я. - А сейчас верный путь или может повториться вчерашнее?
   Гоблин пожал плечами:
   - Можьет бйить, но скойрее всейгьё ниет.
   - Обнадёжил, - проворчал я, - но ладно, имеем то, что имеем. Вчера прорвались, и сегодня сможем.
   Отряд вышел прежним порядком. Атакаун, действительно, отыскал сочетание кочек, бродов и отмелей, по которым можно шагать даже по трое в ряд. Я, на всякий случай, призвал гоблинов быть готовыми защищаться и не разбегаться при появлении врагов - быстрей помрут. Вчерашнее их основательно закалило, да и меня тоже. Оголённый клинок готов крошить тварей Ока десятками.
   Змеевыдр заметно поубавилось. Мы значительно сократили их популяцию, да и места обитания прошли. Ящеров, напротив, стало больше. Не успел я войти в раж, поняв слабые места, как впереди замаячил какой-то лес. Вид приближающейся чащи насторожил - не по-весеннему тёмные, скрюченные, сросшиеся деревья, а по верху плывёт знакомый зеленоватый туман. С каждой встреченной странностью, у меня крепнет уверенность в пагубных изменениях под влиянием Вороньего Глаза. Это он привносит противоречащие законам жизни явления, что не только губительны, но и словно обладают разумом, жаждущим уничтожить всё живое.
   Я решил вновь поджечь туман, уточнив перед этим, туда ли ведёт дорога.
   - Тудья, - уныло отозвался проводник.
   - Великий Ор, чтобы им всем пусто было, - пробормотал я.
   Но подойти близко не получилось. Из леса выметнулись тёмные точки. Разрастаясь, они уверенно несутся к нам. На раздумья нет ни времени, ни возможности.
   - Назад! Отступаем! - скомандовал я. - Копья наизготовку!
   Колья, которые вовсе не копья, поднялись кверху. Анну я спрятал за спину, а Атакаун шмыгнул, в свою очередь, за неё. Летающие твари угрожающе кружат над головами, но нападать не решаются. Некоторые гоблины уже начали сбиваться в группы, прикрывая друг другу спины, как вдруг, невиданные преследователи с истошными криками ринулись обратно.
    Новая задача встала на пути. Я ещё раз изумился совершенством мира - тут тебе и туман, и ужасающий лес с тварями, и охрана леса. Но, главное, путь пролегает через этот рубеж.
   - Мы точно под наблюдением у Темного Ока, - выдохнул я, усаживаясь на кочку. Ранец едва не завалился в зеленоватую лужу, пришлось поставить его уверенней.
   Гоблины скрестили взгляды на мне, ожидая решения.
   - Получается, у нас было сорок лет на восстановление, - проговорила Анна.
   - Верно, - поддержал я, поминая былое. - Со дня основания Второго Королевства мы не знали больших бед. Похоже, всё это время Око готовилось.
   - Только шансов у нас теперь меньше, чем раньше.
   Посмотрев на приунывшую лунарку, взял за руку.
   - С одной стороны так, а с другой, мы ведь пока жили в Мрачных Горах, о войнах мало знали. Этому виду оружия, - я взялся за эфес, - не больше пары сотен лет. Когда люди окончательно предали эльфов, тогда и началась эпоха вооружений. К Сече тоже были не готовы. Зато сейчас всё иначе.
   - Ух ты! А я и не знала, - оживилась девушка. - А что же мы раньше ковали?
   - Говорят, что благоустраивали тоннели, жилища, залы. Представляешь, не было даже решёток вездесущих. А как лунарки жили... богато, сытно, не работая на полях! Да-а, проклятый Глаз нам жизнь подпортил.
   Ненависть захлестнула разум, кулаки сжались, а горло сдавило и лишь нежная, прохладная рука Куницы вытащила из омута. Как ледяная вода смывает утренний сон, так развеялось нахлынувшее помутнение.
   - Что было, то было, Ворк. Мне и так хорошо, главное, что с тобой, - мягко произнесла она. - Даже Богам не под силу уничтожить Тёмное Око. Тётя Тама говорила, что борются они днём и ночью с ним. Вот и мы будем.
   - Ты права, - улыбнулся я. - И победим.
   - Ты точно сможешь, - шепнула она и поцеловала в щеку.
   Воспряв духом, я вдруг наткнулся на простую идею. Вытащил болт, взял тряпицу и примотал к концу цилиндр алхимической свечи, что использую для розжига. Взвёл самострел, приладил, проверяя, чтобы нигде не зацепилась. Взял полотно черкала.
   - А ну-ка, попробуем издалека подпалить им крылышки! - весело проговорил я. - Вы тут подождите, я сам пойду.
   Взгляд привычно наметил расстояние и серию кочек, с каких я точно попаду в зелёный туман. Лишь бы монстры опять не вылетели. Опасаясь, нашёл взглядом то место, куда мы добрались в прошлый раз. Оказалось, что пройти нужно ещё десяток шагов вперёд. Вновь стал наблюдать за гиблым лесом и твари ожидаемо взлетели. Пришлось ретироваться.
   Я ещё пару раз попробовал и выяснил, где примерно пролегает граница. Приблизившись поджёг свечу и со всех ног бросился туда, откуда болт достанет облака. Летающие монстры будто почуяв, начали вылетать из облака, но я уже на месте. Арбалет сухо щёлкнул и болт, оставляя едва видимый дымный след, унёсся к цели. Стоило снаряду приблизиться, как воздух в лесу и над ним вспыхнул гигантским шаром. Летающие монстры, большей частью оказались охвачены взрывом. Вдруг раздался грохот, а за ним примчался ветер, который сбил меня с ног, основательно протащив по грязи и кочкам. Я с трудом перевернулся посмотреть, что с лунаркой.
   Выглядывая из-за травяного холмика она радостно машет. От сердца отлегло, и я перевёл взгляд на лес. Чёрный дым, похожий на огромный гриб, рассеиваясь поднимается вверх, а снизу его гонит грандиозный пожар. Только насладиться зрелищем не удастся - уцелевшие твари во всю летят к нам. Я со стоном поднялся и пошатываясь побежал к отряду.
   Атакаун громко заверещал и разбросанные ветром бойцы принялись группироваться. Анна, присев скрылась за ними. Подбежав, я развернулся к уже пикирующим монстрам. Вооружённые цепкими когтями и клювами, они обрушиваются на нас, сопровождая атаку яростным криком. Колья легко пронзают гладкие тела. Гоблины, пусть и падая от скорости нападающих, всё же своё дело выполнили - остатки охранников леса уничтожены.
  
   В победу до сих пор верится с трудом. Мы уже прошли чёртов лес, а я удивляюсь, как удалось одолеть разом столь сильный заслон.
   Времени минуло не так много, когда наш проводник оповестил, что цель похода близка. Недавно мы взяли правее, чтобы обойти широкое болото. Далеко впереди можно различить массивный холм. И, по кивку Атакауна, я понял, что нам туда.
   Путь пролегает по более-менее уверенному основанию, в окружении стены одного из болотных растений. Невысоким гоблинам проще проходить под раскидистыми листьями, нам же, приходится где руками, где ногами освобождать путь. Я прикинул время и говорю гоблину:
   - Место бы для ночлега найти, так чтобы недалеко от логова и при этом безопасно.
   - Тьи тиогда вьыбирай. Покья не ньадо, а кьёгда ськайжу, - мудрёно отозвался тот.
   Я подтвердил. Мысли теперь начали вертеться вокруг будущего боя с главным на болотах монстром. Какой он? Вдруг не только размером, но и магией обладает - недаром всякое творится же? А если пойму, что шансов на победу нет, смогу ли отступить?
   Я озадачился размышлениями. Наверняка, будучи один или в компании с гномами, бился бы насмерть, но имею ли право жертвовать Анной и Атакауном? Ладно уж, не будем считать гоблинский отряд, хотя сейчас уже и этих жаль. Такого я допустить не могу, но и ретироваться не хочется, хоть вой. Дорога обратно - это путь, овеянный счастьем победы. Стоит мне приступить к планированию отхода, не попытавшись  выкорчевать корень всех бед на ближайшие вёрсты, как нутро начинает сводить. Так, как же быть?
   - Что-то у тебя вид больно мрачный? - заглянула в лицо Куница.
   - Сильно заметно? - удивился я.
   - Конечно, - улыбнулась она. - И что же тревожит?
   - Эх, Норка, я злюсь потому, что нельзя просто вдарить и скорее отправиться в путь, к эльфам. Каждый раз какие-то головоломки... Сейчас вот тоже.
   - Не думал, что всё так обернётся? - участливо спросила девушка.
   - Ага, - поджал я губы. Мы выбрались на равнину, где заросшие обычной травой участки почвы, перемежаются гнилыми окошками луж. Всё просматривается на полёт болта, как раз можно поговорить.
   - Просто ты такой, Ворк, - проговорила она, прижимаясь и беря за руку. - Горячий, скорый на решения, и нравишься мне таким.
   Её слова попали куда надо, приободрили и порция силы потекла по жилам.
   - Ну, значит, зря я расстраиваюсь.
   - Ты думал о том, как победить главного монстра? - догадалась лунарка.
   Я кивнул, а она снова спрашивает:
   - Знаешь, мне кажется, главное не торопиться. Ты, вон, как ловко придумал с облаком. Кто бы там впереди не оказался, тоже сможешь что-нибудь изобрести.
   - Да побери их смерть! Если знал бы, что в таком положении окажемся, совсем иначе бы собирался, - воскликнул я. - Ну что за дурость, лезть в логово к заведомо сильному врагу без элементарных вещей?!
   - Не кручинься, Ворк, не стоит, - погладила по плечу она. - Ты и так тащишь кучу всего. Куда бы мы всё это взяли?
   - Это да...
   - Давай дождёмся момента, когда станет понятно, против кого мы будем сражаться? - предложила она очевидное, но избегаемое мной.
   - Хорошо, - улыбнулся я. - Постараюсь успокоиться.
   Я прихлопнул на лице комара и подумал, что давно не брился. Сейчас, когда паразиты неожиданно стали проявлять интерес, щетина хорошо справляется с задачей защиты - отросшие русые кустики не пускают кровососов, но только растёт она не везде густо, потому и сбриваю. Хорошо ещё, что остальное тело надёжно скрыто за стёганой одеждой и панцирем.
   Неприятное ощущение в груди вскоре чётко обозначило себя - нутро уловило исходящую от заросшего деревьями холма ауру и предупреждает об опасности.
   Деревья здесь совсем не такие, как на островке предыдущей ночёвки - сказывается влияние тварей свивших гнезда. Видно какой ценой удаётся исполинам держаться за жизнь - всех погнуло, стволы потемнели, а листвы почти нет. Ночевать в этом жутком лесу категорически не хочется.
   Чтобы отыскать нормальное место, пришлось пройти ещё несколько вёрст. Заросли уже не такие зловещие, много валежника и даже виднеются какие-то ягоды на кустарниках. Волнуясь о безопасности, я дал уставшим гоблинам задачу: собрать ветки в одну кучу и соорудить ограду из них. Зелёные быстро справились, после чего мы решились на отдых и ужин.
  
   Стою на вершине холма и заворожённо созерцаю удивительную картину. По тёмному небу плывут бирюзовые облака. Невиданной красоты, они волнуют душу. Прежде я не встречал подобных. Внизу - всхолмлённая местность, бывшая когда-то болотом, а ныне поросшая травой и мелким кустарником. Поодаль раскинулась равнина, по которой клочьями ползает зловещий тёмно-серый туман. Лунный свет не в силах изменить его окрас - настолько пропитан мраком. Клочья, то принимают гротескную форму лица, то вновь сольются воедино. Я всматриваюсь в плавающие клубы, словно ищу в них нечто важное, какую-то подсказку или знак. Туман по-прежнему норовит принять пугающую форму, а я напрягаюсь, силясь разметать его взглядом, но это едва удаётся сделать. Клубы неспешно обрели очертания огромного змея, и я обратился к Ору, словно он рядом и может воспринимать чувства, порывы и стремления. Сверкая зелёными огнями глаз, существо приблизилось к холму и я замер. Неожиданно Бог отвечает на мольбы и вместе мы уничтожаем морок.
   Сон оборвался, и я резко вскочил. Живот сильно скрутило, опасность была настолько близко, что едва удаётся дышать. Разбуженное сердце бухает в недоумении, а тело покрыто липким потом.
   - Что случилось? - поднялась встревоженная лунарка.
   - Я... я точно не знаю. Что-то было рядом, но сейчас уходит.
   - Неужели...- она прикрыла рот ладонью.
   - Похоже на то, - хмуро кивнул я, - во сне мне помог Ор, может и здесь отогнал монстра.
   - Слава Богам, - прошептала она.
   - Воистину, - отозвался я.
   - На разведку пойдёшь? - безошибочно угадала лунарка.
   - Не далеко. Успокоиться надо.
   Куница поднялась и прильнула в поцелуе.
   - Будь осторожен, - шепнула она.
   Я на несколько мгновений сжал её в объятьях и отпустил. Сон действительно всё ещё жив во мне. И образы, и чувства ярки, толкаются, мечутся, поэтому нужно прогуляться.
   Мир болот немного отступил, оставшись фоном крика совы, трелей лягушек, да всяких насекомых. Здесь, в небольшом лесу, удивительно поют птицы, а под каждым кустом бегает какое-нибудь животное, вроде мышки или кролика.
   Прохладный ветерок быстро высушил пот. Когда последний элемент брони оказался на мне, сонная испарина полностью исчезла. Гоблины заметили приготовления и растолкали Атакауна. Я в двух словах объяснил и двинулся к краю леса. Сквозь ветки наблюдает луна, уже убывающая, а с другой стороны - холодный и беспощадный синий диск Ока. Пока Лу на небе, можно не страшиться воздействия нашего врага, а вот в безлунье лучше поберечься и не выходить ночью. Мы даже в дозоры не ходим в такие периоды.
   Я специальным образом сосредоточился и зрение обрело резкость, усилилась видимость. Великий Ор наделил нас разными чувствами и способностям. Тренируя навык разведчика, мне удалось развить в себе повышенную чувствительность и ночное зрение. Сейчас же, когда луна заливает просторы серебристым светом, видимость ещё лучше.
   Холм, излучающий ауру опасности, виден с опушки. Между нашим лесом и им расположилось красивейшее поле маленьких водяных оконцев, сейчас отражающих звёздное небо. Они перемежаются тёмными участками почвы и травы. Пугающая красота, напоминает виды из сна. Я окинул её взглядом, приглядываясь к мелочам.
   Неяркая вспышка мелькнула возле холма. Я напряг зрение, вгляделся, но тень от света Луны скрыла остальное. Сколько бы не вглядывался, большего заметить не удалось. Пронеслась огромная сова в небесах, ущербный диск луны опустился ниже. Стая каких-то животных, похожих на волков, пробежала далеко слева. Тревожное чувство окончательно отступило и вернулось желание спать. Я протяжно зевнул, красота открывающегося с опушки вида последний раз порадовала взор, и я двинулся обратно. Что бы там ни было, а выспаться следует.
  
   Утро пришло несколько поздно. Мы и спали дольше, и завтракали. Каждый понимает, что дальше путь один - к логову. Хочется надышаться перед тяжёлым боем. Его я только так и называю, не допуская мыслей о возможной неудаче
   - Атакаун, подойди сюда, - окликнула Анна.
   Мы сидим перед небольшим костерком, едва закончив завтракать. Гоблин тут же отозвался и подбежал.
   - Я же тебе обещала подарок? Держи! - торжественно произнесла лунарка и вручила ему перстень с сине-фиолетовым аметистом. У меня дар речи пропал.
   Гоблин застыл. Глаза широко распахнулись, впившись взглядом в драгоценность. Перстень точно из старинных, ибо такого цвета аметисты мы не находили в Первом Королевстве. Очень ценный подарок.
   Зелёная рука медленно потянулась, подрагивая и будто спрашивая: "Что, правда можно?". Лунарка кивнула, ободряя и, наконец, гоблин взял подарок. Поднял осторожно, без жадности и поднёс к глазам поближе. Золото и сине-фиолетовый камень, создают прекрасную композицию, очаровавшую Атакауна.
   - Сьпа... сьпу... сьбо...- попытался вымолвить он.
   - Я поняла, - рассмеялась Анна. - Носи на пальце или как хочешь. За службу тебе. А то знаешь, вдруг сегодня...
   Она не закончила, голос дрогнул, и девушка уткнулась мне в грудь со слезами. Я крепко обнял.
   Вопрос попросился с губ:
   - А когда ты ему обещала?
   - Ну, когда убежать хотел, - подмигнула она. - Хотела в конце пути подарить, но ведь несправедливо получится, если вдруг наш зелёненький погибнет без награды. Ах, Ворк, защити его! Не хочу, чтобы...
   Девушка снова расплакалась, а я продолжил гладить по голове и спине.
   - Хорошо, постараюсь.
   - Спасибо! Ты настоящий герой, - произнесла она дрожащим голосом.
   Потребовалось немного времени, чтобы утешить лунарку, а потом начались сборы. Всё произошедшее только укрепило меня. Предстоящий бой перестал пугать и внутри нарастает напряжение, предожидание и желание поскорее решить проблему.
   Всё лишнее оставили в лагере. Взяв оружие и проверив доспехи, мы выступили к холму. Порядок почти тот же, только Атакаун сзади меня. Утро было ознаменовано ясной погодой, а сейчас ползут первые тучи. Голубизну неба всё ещё можно разглядеть, а вот солнце уже скрыто, что мне очень нравится - не жарко.
   Вновь приближается холм. Не сильно высокий, оплывший и крепко заросший деревьями. Даже несведущий поймёт, что с природой тут что-то не так. Ну, не растут деревья узлами, а кора выглядит иначе. И трава весной яркая, светлая, а тут словно лишилась красок.
   Я решил сначала обойти его, нужно определить место, где может обитать главная на тварь. Может быть удастся издалека увидеть будущее место битвы. В целом покатый холм смотрится едва ли не круглым, одинаково чахлым. Внимание привлекло потемнение среди деревьев, как оказалось это зев пещеры. Несколько троп берущих начало у болот, ведут к небольшой площадке перед входом в грот.
   - Так! - решил напомнить план я. - На передовой я и десяток с кольями. Остальные на дистанции. Анна, стреляй по мягким частям, если такие будут. В случае чего отступайте, а мы задержим. Атакаун, ты командуешь лучниками и отходом, если потребуется.
   Да, практика боя жестока и бездушна. Лучше пожертвовать частью, чем погибнуть всем. Надеюсь, что задержать я точно смогу.
   Форма тропы странная - чуть скруглённая с боков и виляющая, словно канал для воды. Взбираться не высоко, но в пот всё же бросило.
   Выйдя к площадке перед пещерой, я ощутил опасность. Враг здесь, а значит цель похода близка и лишь от нас зависит, с чем вернёмся в Большой Лагерь.
   - Атакаун, лучники здесь остаются. Приготовьтесь! - скомандовал я и нашёл взгляд лунарки. Как молния нас соединили чувства, кивнув, двинулся вперёд.
   Меч в правой руке словно принюхивается, ходя кончиком из стороны в сторону. Чёрный зев приближается, донёсся какой-то кисло-острый смрад, наверняка остатки пищи.
   Я едва не опрокинулся на спину, когда из глубины раздался шелест и шипение, а потом на свет стал выползать гигантский змей. Тело - шире моего живота в обхвате, а голова и того больше. Масляно-чёрные глаза уставились на меня, и нутро обмерло от гибельного взгляда. Шкура змея, покрытая перламутровой чешуёй, переливается всеми цветами радуги. Я наметил место удара - сбоку от головы, надо только ближе подобраться. Вдруг, змей бросился, раскрыв огромную пасть. Я едва успел увернуться и удар пришёлся в панцирь. Сабельные зубы не смогли прокусить сталь и меня отбросило на десяток шагов. Гоблины вовсю верещат пытаясь отвлечь внимание чудища на себя, но кажется, змей их не считает врагами. Я с трудом поднялся, преодолевая боль. Щелчок и звон раздались одновременно - Анна выстрелила, но болт только отлетел от шкуры. Я удивился  - наверное, просто по касательной пришлось. Сейчас нужно сосредоточиться на змее - выждать момент для удачной атаки.
   Гоблины помогли - перед самым рывком, на змея посыпались деревянные стрелы. Это его немного отвлекло и мне удалось уклониться, наотмашь рубанув мечом. Рука взвыла от боли - меч вдруг отлетел от шкуры, словно чешуя из стали. Монстр снова атаковал и удар в плечо сбил меня с ног. Морщась от боли, я вскочил. Новый болт снова встретился со шкурой. Звон, с которым его отбросило, похож на стон. Меня охватил страх, что ни одно оружие не берёт эту прочную чешую. Лезвие из крепчайшей стали даже слегка обломилось на кромке.
   - Атакаун, - закричал я, - быстро своим объя-а-а!.. - не успел договорить я, снова уклоняясь от броска. - Объясни им, пусть готовят колья! Когда крикну, тут же подбегают!
   Монстр спуска не даёт - набрасывается раз за разом. Разворачиваясь снёс троих гоблинов хвостом. Один из них не поднялся, потеряв сознание. Вновь улавливаю, что змей готовится к броску. Положил меч на землю. План такой: ухватиться за пасть, ногами упереться в нижнюю челюсть, а руками, удерживая верхнюю, раскрыть и зафиксировать кольями.
   Этот бросок я пропустил и, получив удар, вновь оказался на земле. Левая рука слушается с трудом - травмирована, но итог битвы слишком важен, чтобы беречься, и я снова встаю в ожидании. Змей угрожающе зашипел, обдав смрадом, может быть, от досады, что всё ещё могу сражаться.
   Новый бросок оказался почти успешным для меня - удалось носком зацепиться за нижнюю челюсть. Но, когда схватился правой рукой за клык, ощутил нестерпимое жжение - перчатки не спасают от яда. Пришлось отпустить, ловко саданув ладонью монстру в глаз напоследок.
   Как только отпрыгнул, тут же освободил руку от жгучей ткани - кожа покрыта волдырями. Досада и злость опалили вены.
   - Ворк! - кричит лунарка. - Как ты?!
   - Один-один! - отозвался я, наблюдая как дёргает башкой монстр - яд действует.
   Делаю ложный рывок и монстр кидается на пустое место. Тут уж я прыгаю взаправду и хватаю за передний край верхней челюсти, впиваюсь ботинком в нижнюю и растягиваю пасть
   - Давай!!! - истошно скомандовал гоблинам.
   Хвост змея носится из стороны в сторону, лупит по земле. Ещё двоих откинуло к деревьям, но остальные добежали и упёрли колья в пасть твари. Я отпустил и кричу, яро жестикулируя:
   - Назад! Отходим!
   Удачно покинуть опасную зону мне не удалось - рептилия напоследок огрела хвостом. Вновь покатился, чуть ли не выплёвывая лёгкие от удара. Дальше пришлось ползти, едва сдерживаясь, чтобы не закричать от боли. Обернулся. Гад пытается языком вытолкнуть колья, два получилось, но пять сидят глубоко, впились в нёбо и мягкую часть снизу. Неожиданно, метясь и грозя всё снести хвостом, змей ударился головой оземь и колья прошили её насквозь. Последние судороги прошлись по длинному, больше сорока шагов, телу и монстр замер. Гоблины радостно заорали, прыгая и размахивая руками, я же просто откинулся на спину. Сил нет ни на что. Лежать бы так и не чувствовать всю ту боль, что терзает тело.
   Воистину сам Ор благословил меня, что Анна увязалась в поход. Нежность и забота, окутавшие избитое тело, спустя мгновения после гибели монстра, облегчили страдания и подарили любовь. Боль отступила и я окунулся в лёгкий сон. Несколько гоблинов были посланы за нашими вещами в лесу.
  
   К вечеру я уже почти восстановил силы. Лунарка колдует рядом - над котелком, по натянутой ткани шумит мелкий дождь.
   - Ох, Ворк! Моё сердце чуть не разорвалась, - сетует девушка. - Ужасный монстр тут обосновался, настоящее чудище! Природа словно вздохнула после его смерти. Это невероятно!
   Я слушаю слегка улыбаясь. Голову покинули шум и звон
   - Слава Ору, что победили!
   - Великая слава! - отозвалась она и прижала ладонь к сердцу. - Ты удивительный герой, потому он тебе помогает. Я точно знаю.
   Приятные речи дополнились неописуемо вкусным супом. С наслаждением глотаю, усмиряя жадный зов желудка. Организм спешит залатать бреши, восстановить силы и вернуть хорошее самочувствие. Забота Куницы, как нельзя лучше подходит для этого.
   Гоблины затеяли праздновать, вкупе с Атакауном. Для них, победа над столь грозным противником - неслыханная удача. Это грандиозное событие, и потому зелёному отряду есть от чего голосить и плясать.
   Меня стало клонить в сон под этот шум, и я попросил напоследок:
   - Норка, спой, пожалуйста. Им тоже нравится, как ты поёшь.
   - Тоже? - сделала она лукавое лицо.
   - Да. Мне очень нравится.
   С украшенным румянцем лицом, она запела и дивные звуки наполнили меня счастьем.
  
   Поверженная рептилия вызывает интерес - невероятно огромная, с прекрасной шкурой и устрашающими зубами. К моменту, когда я проснулся и дошёл до него, гоблины успели облазить пещеру, найдя там много остатков животных и гоблинов. Меня же, манит эта переливающаяся драгоценность - чешуйчатая шкура. Попробовал разрезать, но безрезультатно. Ближе к середине туловища нашёл слабое место. Слой верхних чешуек сменяется обсидиановым нижним, более мягкими. Почти сразу возникло желание как-нибудь сберечь её, а ещё лучше - доставить во Второе Королевство, но это, конечно, мечта.
   И всё же, я взялся свежевать. Лунарку сразу же попросил погулять, предупредив, что позову. Гоблинам затея понравилась, но по-своему - хотят попробовать тушу на вкус. Вот уж всеядный народ.
   Спустя время, приложив много усилий, кожу содрать удалось. Я разрезал монстра со стороны хвоста и гоблины разобрали куски. Остальное мы отволокли в пещеру.
   - Как бы нам её сохранить, Атакаун? - озадачился я после, когда позвал лунарку.
   - Зачьем?
   - Очень крепкая шкура, даже мой меч не берёт. Хочу её как-нибудь в королевство доставить.
   - Тудья?! - махнул он рукой, удивлённо вылупившись. - В гновье кьярольевсство?
   - Ну, не сейчас, - пояснил я. - Потом, когда вернёмся, прийти с отрядом. Но как сохранить надолго, чтобы не сгнила?
   Анна услышав разговор подошла.
   - Если просто спрятать, то ничего с ней не будет, - произнесла лунарка.
   - Это почему? - удивился я.
   - Мне кажется, что шкура непростая. Смотри сам - от неё ни запаха, ни мух. Ты вспомни, чуть что, они тут же слетаются. Я думаю, она волшебная.
   - Мьёжно есщё в больёто положьить. Там всьё сохраньяеться. Не гнийёт. Нуйжно тьёлько в саймую крязь закьёпать, - предложил гоблин и я оказался на распутье. Оставить лежать, боюсь, что сгниёт, но кидать в болото тоже страшно.
   - Давай в болото, Ворк, - поддержала лунарка. - Ей вреда не будет, хоть в болоте, хоть где.
   Тащить в Большой Лагерь я не хочу. Это и тяжело, и есть шанс, что гоблины что-нибудь учудят. А раз вариантов больше нет, то пусть будет болото. Я кивнул, и мы взялись за сборы.
  
   Начался обратный путь и если предыдущий полнился опасностями, то этот удивлением. Перестали кусать комары, куда-то делись летающие монстры, а тех что замечаем, тут же отступают. Общая атмосфера на болотах ощутимо улучшилась. Похоже и вправду змей был своеобразным источником зла. Мы вновь заночевали в берёзовом лесу, только в этот раз весь небосвод усыпали мельчайшие брызги Первозданного Огня - звёзды.
   Ещё недавно, когда с гномами бросился в погоню за гоблинами, не мог представить нынешнего себя. Смотрю на зелёных полуросликов, и нет плохих чувств. Да, воспринимаю по-особому, всё же не гномы, но без вражды и даже, как боевых товарищей. Чего скрывать - они не раз спасли мне жизнь. Что бы не двигало в эти мгновения созданиями Тёмного Ока - это так.
   Удивляюсь им, удивляюсь себе. Заглядывала худая мыслишка, что не зря ли выступил поход к эльфам? Может напрасно вызвался, ходил бы в дозоры как прежде, но я тут же отогнал паршивую мысль. Внешний мир представлял совсем иначе. Там, живя под землёй, слушая мерную музыку недр Тверди, я строил предположения и мечтал. Настоящее же путешествие оказалось другим, полным приключений и острых ощущений. Сколько раз за несколько дней мне угрожала смертельная опасность? А как себя показал Атакаун, Анна и другие! Поэтому я рад, что выбрал сей путь.
   Когда впереди показался лес, уже не хилый, а стоящий увереной стеной, гоблины заметно оживились. Все устали, вымотались и даже мне хочется скорее оказаться в Большом Лагере. Возможно, что уже вернулся отряд, посланный во Второе Королевство. Прибавил шагу, а зелёные соратники и не думают отставать.
   Весь лагерь высыпал навстречу. Это уже не тот раз, когда они напали возле пруда. Сейчас в жёлтых глазах надежда, а глотки верещат пуще прежнего. Не прошло и нескольких мгновений, как новость о победе разлетелась и Верховный, появившийся из-за спин народа, имеет крайне довольный вид. И пока ликующий рёв лагеря сотрясает лес, мы отошли на разговор.
   - Он очьень довольен, - оповестил нас Атакаун. - Говорьит, штьё тьи тьеперь его ш'друйг. И штьё пришьёл отрьяд сьё снарьяженьем.
   - Отлично, - улыбаясь отозвался я. - Скажи, что он тоже мой друг. Монстра мы убили, теперь болота безопасны. Проблема решена.
   Атакаун взялся доносить мысль, а вождь внимательно слушает с серьёзным выражением, периодически кивая. Он ожидаемо попросил пересказ похода и я оставил их. Мне и Анне важна посылка из Королевства - сердце забилось в предвкушении. Удалось ли собрать запрошенное?
   Гоблины сложили всё под высокую раскидистую ель. Железа зелёные не терпят, поэтому всё завёрнуто в ткань или уложено в заплечные мешки. Я начал с брони - есть полный комплект для лунарки и пара лёгких арбалетов. Потом внимание привлёк ранец - как у меня, только меньше и любопытная конструкция снизу, вроде пояса. Вернувшись к разбору, нашёл и заказанный для Атакауна комплект стёганной одежды. Оказалась, что к моему уже бывалому ранцу, тоже полагается такой пояс. Я довольно быстро смекнул, что он освобождает плечи от нагрузки, передавая основную тяжесть сразу на ноги. Приладил и проверил - всё отлично. Потом мы вместе прочли длинное письмо, где многие из Королевства передают наилучшие пожелания и выражают благодарность. Мы рассмеялись. Анна даже всплакнула, вслушиваясь в строки, словно видела перед собой писавших их. У нас прибавилось оружия, снаряжения и уверенности. После приключений на болотах, дальнейший путь выглядит вполне преодолимо. Выход намечен на завтра, а вечером предстоит пир. Благодарные гоблины добыли всякого съестного для себя и нас, припомнив, чему учила лунарка.
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) С.Волкова "Игрушка Верховного Мага 2"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) А.Минаева "Академия Алой короны. Обучение"(Боевое фэнтези) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"