# Исследование феномена манипуляции сознанием в романе "Братья Карамазовы"

А В Лесевицкий

Лесевицкий А.В. Исследование феномена манипуляции сознанием в романе Достоевского "Братья Карамазовы" // Антро. Анналы научной теории развития общества. Выпуск 8. Пермь, 2011. С.38-49.

Ч. Ломброзо в одной из своих книг, посвященной проблеме анализа психологических особенностей гениев, среди множества их индивидуальных качеств выделил главную особенность подобных личностей. Гениальные мыслители, по мнению итальянского криминалиста, способны предсказывать будущее, у них появляется своеобразное сверхвиденье социальных процессов, выдающиеся мыслители созерцают то, что скрыто от взора их менее одаренных современников. Эта способность всецело может быть отнесена и к Достоевскому. В "Легенде о Великом Инквизиторе" писатель предупреждает нас не только об опасности тоталитарных режимов, это лишь внешняя сторона его пророчеств, он говорит об угрозе узурпации свободы совести, что в конечном итоге может привести человечество к превращению индивида в программируемый автомат. И человечество в полной мере уже охвачено этим катастрофическим процессом, манипуляция сознанием стала главным фактором цивилизационного управления постиндустриальным обществом. От жестокого насилия над человеком был совершен диалектический переход к духовному насилию над личностью. Людей уже не расстреливают у заранее вырытых рвов, как это делалось в массовом порядке в национал-социалистическом или в коммунистическом государстве, а программируют извне. Безусловно, тоталитарное советское государство было крайне жестоким по отношению к человеку. Главным пороком социалистической идеологии является, по мнению Достоевского, отсутствие духа свободы, внешнее, обусловленное деятельностью аппарата принуждения, и внутреннее психологическое рабство человека в коммунистическом государстве. Можно привести сотни примеров борьбы с любым инакомыслием, эта борьба нередко переходила в физическое уничтожение оппозиции внутри самой КПСС. На первых этапах построения советского государства был в короткие сроки сформирован жесткий аппарат политического контроля. Любые попытки мыслить альтернативно, вне сущности коммунистической идеологии, жестоко пресекались. Н.А. Бердяев в своей книге о Достоевском писал: "Социализм есть тип авторитарного общества, в этом он во всем подобен теократическому обществу и государству. Гениально остро К. Леонтьев, предвидевший торжество в России именно большевистской революции и предсказавший ее, говорит, что для социализма понадобятся вековые предания покорности, инстинкты повиновения. Он знал, что социализм будет основан не на розовой воде, а на крови человеческой. В этом он стоит бесконечно выше большей части русских людей, столетия мечтавших об идиллии социализма и воображавших, что социализм есть свобода. Нет уж, нужно выбирать - или социализм, или свобода. Это гениально понимал Достоевский". Но коммунизм менее покушался на душу человека, в СССР не была еще в должной мере разработана технология манипуляции сознанием. Именно поэтому была проиграна "холодная война" с Западом: "Нам важен другой вопрос: можем ли мы теперь на долгое время забыть предупреждение Достоевского, которое он так пронзительно выразил в главе "Великий Инквизитор"? С крушением национал-социализма в Германии и социализма в России настала эра полного освобождения человечества от всех оков и цепей. Некоторые западные интеллектуалы отвечают на этот вопрос положительно. Ф. Фукуяма, например, пишет о своеобразном конце истории: через тернии всех этапов цивилизационного развития просветленное человечество все-таки вошло в новое "царство свободы", все цепи, сковывающие личность многие столетия, сорваны". Но после краха тоталитарных идеологий, на наш взгляд, не произошло обещанного освобождения человечества, на него были одеты еще более крепкие оковы, это произошло по вине манипулятивных технологий. В своем фундаментальном исследовании этой серьезной социальной проблемы С.Г. Кара-Мурза упоминает роман Достоевского "Братья Карамазовы": "Описывая внутренний мир всех участников акта манипуляции сознанием, художники порой создают сложные модели, которые потом надолго становятся уже предметом научных исследований. В "Братьях Карамазовых" Достоевский "расщепил" душу человека, представив каждую ее часть в виде отдельного участника сложного конфликта. <...> Но главное, он создал провидческую модель, почти алгоритм "русской манипуляции", которая безукоризненно работает именно при наличии в общественной среде "всех Карамазовых". Наши политики по советам своих умненьких экспертов-культурологов, раз за разом безотказно используют этот алгоритм. А мы, вместо того, чтобы Достоевского внимательно прочитать, все ищем какие-то психотропные лучи".

Рассмотрим модель манипуляции сознанием, которую описал Достоевский в "Братьях Карамазовых". Главный принцип любых манипулятивных действий - это их незаметность для окружающих. Жертва манипуляции и не подозревает, что ее изначально лишили свободы личностного выбора. Человека теперь не принуждают, используя грубое насилие, а перепрограммируют, задают алгоритмы поведения и действий извне. Грубое физическое насилие вызывает у подавляемой личности озлобленность и недовольство, насилие же в виде "духовного наркотика" - приятно. Жертва манипуляции не замечает, что уже не принадлежит себе - ее проживают другие. В экзистенциальной философии эту опасность для личности очень ярко выразил М. Хайдеггер, а до него - Достоевский. Остановимся на взглядах немецкого мыслителя несколько подробнее. В чем сущность подхода М. Хайдеггера? Он пытается выяснить механизм воздействия на отдельного человека "массового общества", произошли титанические сдвиги в народонаселении. Количество жителей планеты постоянно увеличивается, XX век мы можем назвать своеобразной эпохой "восстания масс". Распадаются внутриобщественные связи, происходит в глобальном контексте манипуляция сознанием огромного числа людей, навязывание им стереотипов моды, поведения, языка, политических взглядов, потребительских вкусов и так далее. В этом, по мнению М. Хайдеггера, заключается бегство современного человека от самого себя, своего собственного Я. Этот деформирующий личность процесс, в котором она уже не принадлежит себе, можно сравнить с духовным порабощением. Современный человек постиндустриальной эпохи уже практически не задумывается о смысле собственной жизни, выборе индивидуального пути, индивидуум погружен в мир банальных всеобщих стандартов "социума потребления". Человек не только отчужден от других людей, но и от себя самого, от своего собственного настоящего "Я". Немецкий мыслитель рассуждает о том, что эмоционально-нравственная по╛требность в близком, однозвучном мире, тоска по своему аlter ego, вызывае╛мая одиночеством, постоянно заглушается стра╛хом перед возможной враждебностью, насмеш╛ливостью этого чуждого самости мира, перед угрозой попасть к нему в плен, быть "использованным". В резуль╛тате развития самоотчуждения человека от общества оно прямо перерождает, нравственно-психологически опустошает внутренний мир индивида; он уже не имеет больше ничего своего и даже испытывает в некотором роде страх, что от него может по╛требоваться это свое. "Человек сам для себя становится настолько иным, - пишет в своей книге С. В. Поросенков, - что открытость бытия в его самопонимании сведена к констатации "есть" подобно тому, как "есть" электрон, есть камень, которые в простоте своего "есть" вовсе никак себя для себя не обнаруживают". Н.А. Бердяев в своей книге о Достоевском приравнял идеи, высказанные Великим Инквизитором, к католическому или социалистическому учению, но это несколько "узкий" подход. Теория "духовного тоталитаризма" (манипуляции), пожалуй, в большей степени относится к современной постиндустриальной эпохе, которая сделала манипуляцию сознанием своим главным оружием духовного порабощения личности. Свобода современного индивида есть мнимая свобода. Личность убеждена в том, что никакая сила в мире не способна подтолкнуть ее к тому или иному выбору, но это лишь иллюзия сознания современного человека. Массовое общество очень точно зомбируется, детально разработаны методы управления целыми народами, свобода современного человека - миф, ничего общего не имеющий с реальностью. Актуально, как никогда, в свете теории манипуляции сознанием звучат слова Великого Инквизитора в романе Достоевского, который говорит Христу: "Но знай, что теперь и именно ныне эти люди уверены более, чем когда-нибудь, что свободны вполне, а между тем сами же они принесли нам свободу свою и покорно положили ее к ногам нашим".

Манипулятивные технологии используются во всех сферах современного постиндустриального общества, начиная с банальной рекламы, способствующей продвижению какого-либо бренда в рыночной среде, и заканчивая политическими технологиями, содействующими продвижению целых партий или отдельных личностей в высшие эшелоны власти. В современных политических компаниях, например, утрачивается сама возможность независимого выбора человека. Миллиарды людей через средства массовой информации получают свой "духовный наркотик", их воля и разум поражены, телевидение создает искаженную виртуальную реальность, своеобразный симулякр, декорацию подлинной реальности: "Человек, с детства прикованный к телевизору, уже не хочет выходить в реальный мир, полностью верит именно шарлатанам, которые манипулируют фигурками и кнопками".

В романе Достоевского Алексей Карамазов заявляет, что такой циничный план по внутреннему порабощению человека мог быть разработан только масонами. Создана скрытая от глаз человечества могущественная организация, которая правит миром, выбирая различные методы воздействия. Появилась закрытая интеллектуальная структура, которая рассматривает остальное человечество в качестве "неразумных детей". Пророчески в этом смысле звучат слова Великого Инквизитора в романе "Братья Карамазовы": "Они будут расслабленно трепетать гнева нашего, умы их оробеют, глаза их станут слезоточивы, как у детей и женщин, но столь же легко будут переходить они по нашему мановению к веселью и к смеху, светлой радости и счастливой детской песенке". Зададимся вопросом, для чего осуществляется глобальная манипуляция сознанием всего человечества? Делается это для того, чтобы предотвратить тотальное восстание масс. Глобальное возвращение человека к самому себе, своей самости чрезвычайно опасно, так как этот процесс может привести к существенной деформации современный относительно стабильный мир. Чтобы этого не произошло, нужно "украсть" человеческое "Я" каждого жителя планеты. Золотой миллиард западного мира существует за счет другой части человечества, процесс ограбления которого был бы невозможен без четко разработанных манипулятивных технологий. Именно этой цивилизацией создана универсальная методика жесточайшего "духовного тоталитаризма", в которой уже невозможен независимый выбор человека. Настает эпоха фальшивой свободы. В романе Достоевский пишет: "У нас все будут счастливы и не будут более бунтовать и истреблять друг друга, как в свободе твоей, повсеместно. О, мы убедим их, что они только и станут свободными, когда откажутся от свободы своей для нас и нам покорятся". В своем фундаментальном исследовании деформирующей идеологии постиндустриального общества, которое тотально господствует над личностью, Г. Маркузе отметил, что индивид через средства манипуляции и систему образования утрачивает чувство реальности. Речь идет о миллиардах "счастливых младенцев", о которых писал в своем романе Достоевский: "Индивид не знает, что происходит в действительности; сверхмощная машина образования и развлечения объединяет его вместе со всеми другими в состоянии анестезии, из которого исключаются все вредоносные идеи. И поскольку знание всей истины вряд ли способствует счастью, именно такая общая анестезия делает индивида счастливым".

Позволим себе оспорить мнение Н. А. Бердяева о том, что в "Легенде о Великом Инквизиторе" Достоевский раскрывает сущность только коммунистической идеологии. Именно в этом обществе проблема хлеба вдоволь для каждого не была решена, экономика во многом работала не на человека, а на непомерно разросшийся военно-промышленный комплекс, что ускоряло приближение социалистического коллапса.

Таким образом, Достоевский в "Легенде о Великом Инквизиторе" говорит именно о современном "обществе потребления" (если пользоваться терминологией Э. Фромма), а не о коммунистическом социуме, как писали Н.А. Бердяев и В.В. Розанов. Попробуем доказать наш тезис. Общество потребления (англ. consumer society) - политическая метафора, обозначающая совокупность общественных отношений, организованных на основе принципа индивидуального потребления. Оно характеризуется массовым потреблением материальных благ и формированием соответствующей системы ценностей и установок. Увеличение количества людей, разделяющих ценности общества потребления, является одной из черт современного человечества. Общество потребления возникает в результате развития капитализма, сопровождаемого бурным экономическим и техническим развитием и такими социальными изменениями, как рост доходов, существенно изменяющий структуру потребления; снижение продолжительности рабочего дня и рост свободного времени; размывание классовой структуры; индивидуализация потребления. Господство идеала потребления приводит человека к тотальному рабству, рабству даже не внешнему, а внутреннему психологическому рабству человека. Достоевский один из первых в истории мысли говорит о появлении "нового" человека - "homo-чрево", в котором потребление вытесняет сферу нравственности, деформирует морально-этические категории личности. Слепое господство эталонов потребления создает возможность для тотального порабощения человека, постиндустриальная экономика создает из личности невольника, который совсем не замечает свое несвободное состояние: "Потребности, таким образом, ориентированы не столько на предметы, сколько на ценности, и их удовлетворение имеет прежде всего смысл присоединения к этим ценностям. Фундаментальный, бессознательный, автоматический выбор потребителя состоит в принятии стиля жизни особого общества (значит, это больше не выбор! - тем самым опровергается теория автономии и суверенности потребителя)" Свобода никчемна, если существует возможность безграничного потребления материальных благ. Актуально звучит фраза Великого Инквизитора: "Никакая наука не даст нам хлеба, пока они будут оставаться свободными, но кончится тем, что они принесут свою свободу к ногам нашим и скажут нам: "Лучше поработите нас, но накормите нас". Поймут наконец сами, что свобода и хлеб земной вдоволь для всякого вместе немыслимы". Общество потребления изымает всякую идеальную мотивацию из сферы общественного сознания. Современный человек думает лишь о материальном, которое можно ощутить, приобщить к себе, овеществить, сфера духа находится вне его сознания: "Вся капиталистическая система хозяйства есть детище пожирающей и истребляющей похоти. Она могла возникнуть лишь в обществе, которое окончательно отказалось от христианского аскетизма, отвернулось от неба и исключительно отдалось земным удовлетворениям". Сам исторический прогресс был возможен благодаря идеальной мотивации, смене идеологий. Но сейчас мы можем констатировать "смерть идеологий", нужно было уничтожить все мобилизующее, именно для этого было создано общество потребления, в котором будет много сытых и довольных людей, но этот социум будет состоять из порабощенных индивидов. Именно об этой опасности предупреждал нас Достоевский в своем романе.

Практически мы можем говорить о ликвидации важнейших прав личности в современном постиндустриальном обществе. Настала эра нового "информационного тоталитаризма", в которой человек и его свобода избрания (свобода выбора человека) так и не стала высшей ценностью, и это не менее опасный путь духовного рабства личности. "Жизнь духа должна быть свободна и неприкосновенна, - пишет в своей статье С. Л. Франк, - мысль и совесть не могут находиться под властью людей - они подчинены лишь своему собственному верховному суду и лишь перед ним повинны отчетом". Ю. Карякин в своей книге о Достоевском отметил, что идеи, высказанные писателем, актуальны во все времена. Кажется, будто Достоевский не писатель-реалист, как он себя называл, а писатель-фантаст. И многие из его пророчеств, которые не понимали его современники, сбылись уже после Достоевского. Этот дар пророка является самым существенным подтверждением гениальности русского писателя.