Вдоль прямых улиц Керчи шел плотный теплый ветер. Резкие порывы поднимали в воздух прошлогоднюю траву, рыжую пыль и клочья бумаги. Город пустовал. Лишь изредка попадались жители, бредущие из города с пожитками, да по пустынным улицам бродили ошалевшие от безлюдья стайки собак. Если не обращать внимания на эти признаки большой беды, то вокруг царила весна. Одно и двух этажные каменные домишки, деревья в зелени и свежие запахи южного моря поблизости. Они добрались до узкой длинной набережной и встали вдоль домов. Здесь уже в ожидании высадки неприятеля располагались две роты местного гарнизона и прибывшее пополнение встретили с воодушевлением. Высокий худощавый майор отдал честь и представился полковнику Львову.
- Майор Половинов, господин полковник. Согласно приказа командующего Керченским гарнизоном полковника Карташевского защищаем порт от высадки неприятеля.
- Полковник князь Львов - ответил на представление Андрей.
Он осмотрел позиции в порту и с удивлением понял, что никаких особых позиций не было. Несколько баррикад вдоль набережной из корзин с землей, у которых неспешно коротали время служивые. У набережной небольшие причалы, а за ними чудесное синее море и союзная эскадра на рейде. Грозные линкоры, пароходы, плавучие батареи. Присутствие такого противника навевало мысли о шаткости их диспозиции.
- Союзники предпринимали какие-то действия? - поинтересовался князь Львов.
- Пока нет, Ваше сиятельство - ответил майор- вчера вечером было дело между их судами и батареями на Ени-кале, неприятель отступил, но здесь пока спокойно. Полагаю, хотят войти в город с суши.
- Артиллерия у вас есть? - Андрей вспомнил о городских батареях.
- Если можно так сказать - майор невесело улыбнулся - пара орудий стоит на Биржевой площади. Пройдемте, Ваше сиятельство, покажу.
Биржевая площадь находилась совсем рядом. Небольшой выступ берега как продолжение Митридатова холма. За ним берег резко поворачивал на юг и вдоль него непрерывной линией тянулись строения Южной стороны. Удобная позиция, но против стоявшего на рейде союзного флота совершенно бесполезная. Те же корзины с землей и две легких пушки, которые сметет первым же залпом с неприятельских кораблей. Видя сомнение князя Львова, майор Половинов пояснил.
- Все орудия и основные силы полковник Карташевский забрал на Южную сторону. Пока там спокойно.
И почти сразу как опровержение его слов за холмом грянули дружные залпы, а вслед за ними послышался дробный треск выстрелов, но потом все стихло. Половинов кликнул адъютанта и стал сыпать приказами.
- Нужно быть наготове, Ваше сиятельство - пояснил он.
Андрей молча кивнул.
- Скажите, майор, в городе остались обыватели? Планируем оборонять позиции пару суток и есть возможность эвакуировать тех, кто не успел уйти.
- Полагаю, еще остались, и не мало. Были предупреждены, но многие откладывали до последнего момента, а некоторые совсем недавно спохватились.
- Выделите хотя бы полуроту, чтобы обошли дома и предупредили. Как скоро возможно это сделать?
- Город невелик, за час управимся - было видно, что майор не горит желанием отвлекать людей и недоволен приказом, но взял под козырек - Слушаюсь, Ваше сиятельство.
Они пошли вдоль набережной осматривая людей и позиции. Все те же укрепления из корзин с землей и солдаты около них. Правда теперь, с его пополнением, войска на набережной выглядели куда более грозно. Андрей задумчиво смотрел на позиции гарнизона и не понимал их смысла. Видя такие позиции, первое что сделают союзники перед высадкой, разметают баррикады залпами с кораблей, и все средства для этого у них есть. Майор скромно стоял в сторонке и почтительно поглядывал на князя-полковника. Хотел что-то спросить, но не решался. Однако пересилил робость и задал вопрос.
- Каково мнение о диспозиции, Ваше сиятельство?
Князь Львов невесело улыбнулся.
- Полагаю, ежели союзники захотят высадить десант, то первым делом сметут наши укрепления с берега парой залпов с кораблей. Я бы убрал эти корзины, они лишь провоцируют неприятеля на обстрел - он замолчал на миг и продолжил - однако, хотел бы знать мнение полковника Карташевского и его резоны по этому поводу.
Половинов понимающе кивнул.
- Баррикады ставили в начале весны, когда еще не знали, где высадится неприятель, да и не предполагали, что десант будет таким... - майор на миг замялся подбирая подходящее слово - чрезмерным.
Андрей рассмеялся.
- Чрезмерным. Это вы, майор, удачно выразились.
Постепенно перестрелка у Митридата затихла и войска, готовые по первому приказу отправиться на подмогу защитникам Южной стороны занялись своими делами. Майор выделил для обхода домов солдат, и полковник Львов отправился с казачьим десятком в город наблюдать за этим действом. Солдаты ходили, стучали в двери и зычным голосом извещали жителей.
- Господа офицеры предупреждают, что есть возможность уйти из города пока нет боя. Ежели есть кто желающие, то извольте скорее.
Процесс шел быстро, и вскоре на улице появились люди. Не так много, как ожидал Андрей, но желающие уйти из города все же были. Выносили вещи, те что можно было забрать с собой, собирали детей и неспешно брели по улицам прочь из города. Андрей смотрел на их растерянные лица, слышал глухие бабьи охи, плач детишек, вздыхал и шел дальше. Помочь этим людям он ничем не мог.
Многие дома пустовали, а в одном двери так и не открыли. Лишь в створках окна показалось худое бородатое лицо и сразу пропало.
- Жиды али татаре - пояснил солдат - Энти никуда не пойдут, а как французы с англичанами заявятся, еще и с хлебом-солью к ним пойдут.
Он плюнул на порог дома и пошел дальше по улице, стуча в двери прикладом, и зычно оглашая округу.
- Уходите люди добрая, супостат рядом.
На пороге дома, стоящего рядом с небольшой площадью вдоль набережной, сидела женщина с детьми. Андрей бросил на нее мимолетный взгляд и пройти мимо уже не смог. Дама была по виду из благородного сословия, в опрятном, но стареньком платье. Красивое лицо взрослой женщины с правильными чертами лица. Голова непокрыта и роскошные черные волосы рассыпались по плечам густыми прядями. Но не красота поразила его, а полный безысходности взгляд, которым она смотрела в пустоту. Дети, мальчик и девочка восьми - десяти лет сидели рядом и молчали, добавляя картине трагизма.
- Сударыня, что-то случилось? - спросил он как можно мягче.
Она едва подняла на него взгляд и снова уставилась в неизвестную точку в пространстве.
Со стороны набережной встал странный человек в картузе и хотел что-то сказать барину, Андрей увидел, подошел и спросил сам.
- Знаешь кто она?
Странный человек улыбнулся и закивал. Действительно странный был человек. Коричневое спитое лицо скрывало возраст и было сложно понять сколько ему лет. На голове сидел набекрень грязный помятый цилиндр похожий на перевернутый гриб. Старый сюртук, короткие штаны и стоптанные ботинки на босу ногу дополняли образ.
- Знамо. Савельева она. Анна Прокофьевна. Хорошая барыня, душевная и к нашему люду добрая. А вот муж ейный совсем плохой человешко был. Пьяница, игрок. Да и тот три дни как преставился. Теперь видать беда у ней. Дом на закладной, денег нет, а тут война эта.
Андрей задумчиво покивал.
- А ты кто таков?
- Пантилеем зовут, а Пантилешкой кличут. Здесь на море живу.
- Уходи из города. Союзники придут, всякое может быть.
- Куда идтить то? Здесь рыбка есть, вина завсегда найти можно, а там кому я нужон. Да и смерти православному грех бояться - он извлек из-за ворота грязной рубахи большой деревянный крест на шнуре - я завсегда готов. Вот и крест при мне.
Андрей кивнул, задумался.
- Подожди, пока не уходи.
Он снова подошел женщине, присел на колено и вкрадчиво, как можно спокойней и мягче обратился к ней.
- Сударыня. Анна Прокофьевна, вам нужно уходить. Здесь будет опасно.
В этот раз, когда он назвал ее по имени, она обратила на него внимание.
- Кто вы, сударь? Я вас знаю?
- Прощу прощения, что обращаюсь без представления. Полковник Львов. Вам нужно уходить, скоро здесь будет бой.
Она вздохнула обреченно.
- Мне некуда идти.
- Идите из города вместе с другими в Султановку. Там есть провиант - Андрей извлек из бумажника несколько банкнот в целом на сто рублей и протянул женщине - возьмите. Доберетесь до Симферополя, там как-нибудь устроитесь. Это вам на первое время.
Он увидел, как на ее лице в короткий миг сменилась гамма чувств. От недоверия и сомнений до надежды. Из глаз брызнули слезы и Анна Прокофьевна прижалась губами к его руке. Князь Львов от неожиданности опешил и быстро убрал руку от ее губ.
- Это не нужно. Собирайтесь, вам пора идти.
- Я отдам, непременно отдам - всхлипывала она.
- Отдадите, но позже. Сейчас идите и берегите себя ради детей - он позвал Пантелеймона и протянул ему рубль серебром - Это тебе. Даме нужна помощь, проводишь ее до Султановки.
Пантелеймон раздумывал недолго, махнул рукой.
- Провожу, Ваше благородие.
Некоторое время Андрей смотрел как они собирались, а потом шли по улице в толпе эвакуирующихся горожан. Анна Прокофьевна часто оборачивалась, смотрела на князя, и на ее губах появлялась улыбка. Он постоял еще немного и пошел на холм Митридат осмотреть позиции противника.