# Национализм и мрак

Станислав Сергеевич Бескаравайный

Статья написана в 2006-м. Каждый может посмотреть, что изменилось за эти годы.

Национализм и мрак


"Национально сознательные" люди много раз анализировали состояние современной Украины. Но что будет, если провести этот анализ с позиций этнологии, по тем образцам, что оставил Л. Н. Гумилёв? Неизбежна, конечно, "аберрация близости", ошибки преувеличения или преуменьшения многих событий, но если ждать полсотни лет, то, что нам, современникам полезного от подобного анализа?

Последние 15 лет стали большим испытанием для Украины, но еще большим - для украинского национализма, как желания построить этнически однородное государство. Рассыпалось множество надежд, что питали "национально сознательные". Этнос, как "совокупность людей, объединенных стереотипом поведения", откровенно хиреет:

-- фактически, начала распадаться, окончательно ассимилироваться украинская диаспора в США и Канаде. Тамошним правительствам уже нет резона поддерживать её, разжигая национальные противоречия в СССР. Люди типа Р. Зварыча, для которых "украинство" стало заработком, перебрались на историческую родину. Для прочих место этнического происхождения все больше становится просто названием на географической карте;

-- множество носителей языка выехало на заработки в другую культурную среду. Португалия, Польша, Россия. Вкалывая на стройках и моя посуду в ресторанах, трудно пропагандировать украинскую культуру. А вслед за многими рабочими выезжают семьи. И если в России еще можно организовать национальные школы, то в Португалии это сделать сложнее;

-- на Украине население уменьшилось как таковое. И продолжает уменьшаться. Демографы по-разному вычисляют нижний предел падения его численности - 40 миллионов, или 35, но ни то, ни другое оптимизма не прибавляет.

В этих условиях есть два способа сохранения этноса. Поднять качество "стереотипа поведения", чтобы другие люди стали добровольно принимать его, становясь украинцами, или умножать число носителей стереотипа административными рычагами.

Стереотип поведения - это культура и образ жизни. Были ли достигнуты успехи на ниве культуры?

Про фундаментальную науку лучше не вспоминать: умирают научные школы, утрачивается приоритет во множестве направлений исследований. Фигура ученого, который бы приехал на Украину с целью раскрыть свои таланты, продвинуть свои исследования, а заодно выучил бы украинский язык - это из области малонаучной фантастики. А вот обратные процессы наблюдаются сплошь да рядом. Многие укажут на количество вузов, на повышение общего уровня образованности населения. Однако их рост числа это инерция еще советского образа мышления, советской культуры. И как чисто инерционный процесс - он уже не приносит пользы. Дипломы становятся филькиной грамотой. Стране не хватает токарей и сварщиков.

А как обстроит дело с обыденной культурой? Не той, к которой идут через тернии, но которая и составляет тот самый образ жизни. Книгопечатание очень талантливо низвели до почти полного уничтожения. На одного украинца приходится меньше книг, чем при советской власти, которая будто бы насильственно русифицировала население. Сейчас отрасль поднимается, но медленно. Лучшим результатом считается перевод какого-нибудь раскрученного произведения на украинский раньше, чем российские издательства выставляют на полки русский вариант книги. Вообще, этническая культура как зеркало эпохи, как инструмент размышлений, доступный среднему человеку - до сих пор не сложилась. Невозможно, просмотрев художественные фильмы, прочитав изданные книги, понять, что происходило на Украине за 15 лет. Отдельные мемуары, романы, политически ангажированные повести не доносят до читателей мечты и проблемы народа Украины. Если сравнивать эту ситуацию с Чехией после первой мировой войны, когда ушло давление немецкоязычной власти, то результат печален: своего Гашека или Чапека пока на Украине не объявилось. Критерий качества в данном случае прост: любое добротное произведение очень легко перевести на русский и издать, но как много читатели могут припомнить подобных переводов?

Если говорить о масс-культуре, как о способе развлечения, здесь ситуация лучше. Удалось запустить самые дешевые, малозатратные формы: музыка, клипы, отдельные короткометражки. Значительно продвинулись телевидение и газеты. Однако, нет ни одного украиноязычного глянцевого журнала. Украиноязычные сериалы можно пересчитать по пальцам.

Итак, украинская культура перестала быть "шароварщиной", но мир изменяется быстрее, чем она успевает отражать это.

Вот тут-то мы и переходим ко второму способу пополнения этноса. Ведь половина населения государства говорит по-русски. Это ведь какой ресурс! Если из западной Украины на заработки выедет миллион, но на восточной по-украински заговорят два миллиона - можно сделать вид, что все прекрасно и этнос процветает. Появятся и читатели романов, и авторы статей, и спонсоры поэтов.

Тут, однако, возникает ряд проблем. Многое уже сказано о разломе Украины. Если западная её часть входит в европейский суперэтнос, то восточная - в российский. Множество людей не испытывают никакого желания считать Львов пупом земли, молиться на Тараса Григорьевича и читать Гоголя в украинских переводах. Как с этим борется государство? Известным способом: отрицание русской культуры становится методом карьерного роста. Любая статья, написанная по-украински, любая научная работа, любой проект - должны иметь приоритет перед русскими. Люди, принявшие украинскую культуру, и показательно не любящие русскую, должны легко и быстро продвигаться по карьерной лестнице, особенно в гуманитарных областях.

А как это сделать, если рынок привык к русскому продукту, если русскоязычные газеты - товар ежедневного спроса - в юго-восточных областях чуть ли не под корень вытеснили украинские?

Необходимо в приказном порядке запрещать русское. Как в законе о рекламе. Необходимо вытравливать упоминание о других этносах даже на уровне названий: до сих пор в украинском языке на создано слова, эквивалентного слову "российский", обозначающего лишь гражданскую, но не этническую принадлежность. Кроме того, на что многочисленные структуры? Союзы писателей, например. Я не хочу огульно порицать всех членов этого союза, но ведь какая хорошая структура, через неё можно поощрить кого угодно. Она же стала кассовым ящиком для пожертвований на литературу. Заседают президиумы, собираются собрания, издаются сборники. Кипят скандалы и скандальчики - идет постоянный дележ имущества. Каков результат? Аналогично в кино. В театре. И во многих, многих других областях. Главное, чтобы вовне структур творческим людям было сложно, тяжело пробиться. Но вот откуда взялись эти структуры?

Здесь и начинается самое интересное. Они ведь были унаследованы от СССР. И в них заседали люди, которые штудировали основоположников марксизма, которые могли вставить цитату из Ленина в любой текст. Эти люди куда-то делись? Испарились? Некоторые состарились и умерли. Другие просто надели вышитые рубашки. И если СССР называют красной химерой, то не стала ли химерой Украина, причем в этнологическом смысле этого слова? Когда в результате контакта на суперэтническом уровне часть одного этноса управляется другим, чуждым по культуре? Не становится ли Украина "царством-некрофагом", в котором государственная машина питается за счет ресурсов другого этноса?

Проверим:

-- 2004-й должен был стать годом начала расцвета литературы и кино. Ведь пришли "национально сознательные" кадры. Все могло быть брошено на подъем украинской культуры. Каков результат? Фильм "Штольня" недавние студенты снимали на свои деньги. В 2006-м снимается 8 полнометражных фильмов. Только вот в Узбекистане - 10. Старые цеха завода "Арсенал" переделываются в "украинский Эрмитаж". Но долго ли они будут переделываться? Правильно жаловался эксцентричный художник Поярков - бюрократы от культуры заболтали все. Химера давит живые проявления даже культуры своего этноса;

-- всемерно поощряется отказ от языка одного из государственнообразующих народов. Если политик с юго-востока страны делает карьеру по линии правых партий, он "забывает" русский, даже если он бы его родным языком;

-- основной доход приносит стране промышленный юго-восток. Но там же наибольшая смертность, туда поступают наименьшие субсидии. То есть государство рубит сук на котором сидит;

-- начало экономических конфронтаций, который угрожают разрушить экономку, воспринимает многими политиками с одобрением. Из-за этого промышленность, связанная с Россией находится под постоянным ударом;

-- предательство своих избирателей или же коллег по партии воспринимается как должное. Более того, как неизбежное. Осуждение в таких случая чисто ритуальное и общество не имеет механизмов чтобы такие измены пресечь (если не считать моральных компенсаций по приговору суда - как правило там упоминаются суммы в 1 гривню);

-- наконец, предательство значительных масс собственного населения (экономическая блокада Приднестровья) тоже не получает отпора политикума либо общества.

Украина еще не химера, но она может ею стать.

Для сравнения можно проследить судьбы двух химер, близких Украине. Молдавия так и не стала химерой, не родилась, но раскололась. Международное сообщество пытается её воссоздать, и будущая война залог невозможности такого воссоединения. Но вот Латвия - это классическая химера. Два совершенно разных этноса в одном государстве, причем русские находятся в угнетенном положении. Пока стабильность Латвии поддерживается за счет разницы в уровне жизни между Россией и Европой. Но что будет, когда уменьшиться это разница, когда в западную Европу уедет слишком много этнических латышей (а процесс идет быстро), и всплывут все те унижения, которые приходилось терпеть славянам? Не покажется ли тогда латышам и русским, что Молдавия - легко отделалась?

Наконец, последнее. Каково положение суперэтносов, между которыми балансирует Украина? Российский суперэтнос сейчас только оправляется от проигрыша в третьей мировой войне, и от последствий распада той системы, что представляла из себя советская власть. Возможны большие внутренние конфликты. Но запас жизненных сил в нём еще есть: страна удержана от окончательного раскола, ведутся и даже отчасти выигрываются войны (компания в Чечне). Показателем восстановления российского суперэтноса станет как массовое принятие эмигрантами православия, так и перелом в демографическом спаде.

Но европейский суперэтнос переживает обскурацию, из которой рискует не выбраться. Восточные славяне еще помогают компенсировать демографическую убыль и охотно ассимилируются. Но утрачены возможности по ассимиляции мусульман: албанцы, турки и алжирцы не хотят принимать европейские ценности, а государства не могут заставить их это сделать. Многие скажут, что такой возможности не имеет и Россия. Однако в Европе не слышно о мусульманских погромах, в том смысле, что громят мусульман. А вот наоборот - сколько угодно. Европейский обыватель стал безвреден для всех, кроме самого себя, не видно сил, которые могут спасти Европу от кризиса. Лишь громадная инерция развития, созданный массив культуры, гигантская упорядоченная бюрократическая машина - они позволяют Европе существовать. Уже сейчас из политических соображений под власть другого суперэтноса отдаются территории, и Косово первая из них. Россия тоже лишилась многих территорий, но Россия/СССР третью мировую проиграла, а Европа - выиграла. После 1991-го Европа должна была расширяться этнически, но расширилась лишь политически.

Итак, выбор Украины невесел. Между тяжелобольным и умирающим. Главное, не выбрать оба из этих зол, как мастерски умеют делать наши политики.