# Цветок для двоих. Глава 19

Елена Блонди

Третья история о Шанельке и Крис

## Глава 19


Аэропорт сверкал стеклами и топорщился никелированными стойками с провисшими между ними шнурами. Люди стояли и торопились, пробегая с тарахтящими сумками, перекликались на разных языках, замирали, слушая металлические голоса из репродукторов.

Шанелька вздрогнула, когда Крис легонько подпихнула ее в спину, послушно сделала несколько шагов, а рядом по ленте ехала большая сумка и оба рюкзака. Впереди, у рамки металлоискателя маячили строгие смуглые лица и суетясь, забирал свои вещи толстый рыжий мужчина в коротких шортах, но с зимней курткой, наброшенной на круглые плечи.

Шанелька посмотрела вниз, на свои загорелые коленки под длинными шортами, на плетеные ремешки сандалий. В салоне придется переодеваться, причем, по полной программе, они уже посмотрели прогноз - в столице бодрящие минус пятнадцать и сильный снег. Хорошо, что теплые вещи уложены в пакеты, но как же тоскливо будет впихиваться в шерстяные колготы, напяливая поверх непродуваемые штаны. А с другой стороны - они выкроили себе посреди зимы полноценный кусок лета, сегодня успели выкупаться в последний раз и Крис, поглядывая на часы, прогнала Шанельку с пляжа, откуда та никак не хотела уходить. А после почти силой вытолкала ее из маленького висячего садика, который Шанелька обснимала на телефон, одновременно пытаясь запомнить. Нет, все же прекрасно, что успели и закончить работу, и еще два дня провести в том самом сказочном отеле-горушке, где их номер оказался свободным, как и обещано было администрацией. Будто они путешествовали из одного своего дома в другой, думала Шанелька, еще на пару шагов приближаясь к рамке. Путешествие, полное островков внезапного уюта среди приключений. Даже суровые ночевки в опустевшем лагере туарегов теперь вспоминались ею тоже таким островком. Там стояли раскладные койки, а за истертой ширмой царил старый жестяной умывальник. Что-то, или кто-то, делал эти места - их местами. В отличие от помпезного отеля с помпезным названием "Пустынная звезда". Шанелька развеселилась, вспомнив, как выкупалась в бассейне с подачи мини-брюнетки. И подняла голову, услышав знакомый пронзительный голос.

- О, - вполголоса сказала за спиной Крис, - кто бы сомневался.

- Девки! - орала, выскакивая из-за ожидающих своей очереди пассажиров, Лаки, - вот блин, а подождать денек слабо, да? Летели бы вместе! Отзынь, я сказала!

С последними словами она согнула руку, локтем отпихивая одного из суровых мужчин в форме. Тот охнул, отступая.

Лаки прорвалась через толпу, хватая "девок" и по очереди прижимая к могучей груди, одаривала поцелуями, куда придется - в нос, в ухо, трясла, заглядывая в глаза своими - подозрительно мокрыми. Шмыгнув носом, мотнула головой, указывая на терпеливого спутника, что топтался поодаль, разумеется, смугло-прекрасного, в майке, обнажающей блестящие бицепсы.

- Знакомьтеся. Саид. Я его Сайкой зову. Саечка, значит. Уже ж думала чисто соберуся и все, на просушке до дома. Но вы ж гляньте, не мужик - картина маслом. Так что, последняя у меня сегодня шахерезадная ночь. Эх. А вы, тоже мне, подруги, называется. То еще хорошо, что мне Анджел сказал, на когда у вас рейс. Так я сразу Сайку подмышку и сюда! Провожу и мы с ним на катере, как это? Соплинг? Нет?

- Снорклинг, - подсказала Крис, - наверное. Ласты-маски.

- Во-во, - палец с острейшим ногтем поднялся перед накрашенным лицом, - то я и думаю, слово такое - противное дюже. А забыла. Крися, а где ж твой пурушик? Не пришел провожать, а?

Крис пожала плечами, медля с ответом. Она попросила Джахи не приезжать из Геруды, но слегка обиделась, когда он с готовностью согласился. Конечно, они прекрасно попрощались тогда, ночью...

Тут она прогнала воспоминания, боясь, что те слишком явно отразятся на лице.

- Ну да, - усмехнулась Лаки, - долгие, значит, проводы, лишние слезы, а? Та подожди ты!

Она уверенно подошла к ленте и сдернула на пол багаж, пропуская следующих в очереди. Вытащила айфон, сверяя время с огромными электронными часами под потолком.

- Не ссыте, еще полчаса точно. Успеете со своим барахлом. Ну так что? Когда в гости ждать? У нас щас лепота, минус двадцать, обещали похолодание. Я вам баньку. Нелька, ты в снег когда прыгала? Голая. С бани прям? Эх, ничего значит, не видела в жизни. Лыжи опять же. Я вас на турбазу свезу. Финны строили. В общем, так...

Она вдруг заторопилась, снова взглядывая на часы, будто не сама только что говорила о запасе времени, зацепила пальцем край Шанелькиной майки, оттаскивая в сторону.

- Так... Телефон мой у вас есть. Мы с Криськой созвОнимся. И как только, так ты сразу бросай свой затрушенный Крым и мухой к нам. Поняла? Я вам устрою нормальную такую северную забаву. С малыми моими зазнакомитесь. Та стой, не дергайся. Дай девке нормально подосвиданькаться.

Мощная рука легла Шанельке на затылок, поворачивая голову. И та увидела, как через толпу к ним идет хеб Джахи, вернее, не очень-то обращая внимания на довольную Лаки и взятую в плен Шанельку, направляется прямиком к стоящей рядом с транспортером Крис.

- А то, выдумают тоже, - хриплым шепотом задышала в ухо Лаки, - заране прощаться. А после жалеют. Стой, пусть пару минуток там побеседуют. Или помолчат. То уже их дело.

Двое и верно - стояли молча, смотрели друг на друга, чуть посторонясь, чтобы идущие мимо не задевали их локтями. Шанелька улыбнулась Лаки, полная благодарности за вроде бы неуклюжее, но приятное вмешательство. Как сказала тогда Крис - кажется мне, она нам еще пригодится. Потом объяснила, что имела в виду многочисленные связи и знакомства буйной бизнесменши Ларисы, но в итоге оказалось, понадобились не они.

Металлический голос над головами пропел еще что-то, мужчины в форме задвигались нетерпеливо. Джахи шагнул ближе и поцеловал Крис, держа ее плечи, она ответила на поцелуй. Лаки, вздыхая, толкнула Шанельку к ним.

- Давай. А то самолет ждать не будет.

Джахи уже шел к ним, улыбался своей мягкой улыбкой. Взял обе руки Шанельки в свои, легонько встряхивая.

- Всегда - мои прекрасные ани. Небесные сестры. Так?

- Так.

Вещи снова погрузились на ленту, Шанелька следом за Крис прошла ближе к таможенникам. Неся настроение, как легкий туман перед глазами, не желая видеть деловитых лиц после серьезного лица Джахи. Шмыгнув, взялась за лямки рюкзака.

- Что? - туман перед глазами рассеивался, спугнутый резкой фразой.

- Прошу вещи, мисс, - мужчина в буйных черных усах указал на сумку, висящую через Шанелькино плечо, - личный досмотр.

- Да... Конечно, - она стащила сумку, подавая ему и он сунул на стол, раскрыл заученными движениями, неторопливо вытаскивая всякие мелочи и громоздя вокруг сумки - салфетки, косметичку (тут же открыл и ее), пакетик с шерстяными носками; повертев в руках, положил среди хлама статуэтку толстого кота из черного камня (подарок коту Темучину), туда же сунул чеканную турку для кофе (подарок Димке, с которым Шанелька еще раз успела слегка поругаться, валяясь в шезлонге под пальмой), внимательнее осмотрел изящный блокнот в твердых кожаных обложках, тисненых сценами битв (подарок сыну Тимке). Еще раз посмотрев паспорт и внимательно прочитав справку о работе в архиве Геруды, взялся было за рюкзак, но, что-то решив, отодвинул в сторону, залезая пальцами в раскрытую косметичку.

- Опоздаем же, - дрогнувшим голосом сказала Шанелька. Сглотнула, встречая вопросительный взгляд.

В руках таможенника лежал вощеный конвертик с откинутым клапаном. Мужчина раскрыл конверт, поднося его ближе к глазам. Осторожно понюхал, сморщив горбатый нос. Снова пристально посмотрел на растерянную хозяйку косметички.

- Вещества? Наркотик?

- Н-нет, да нет же. Это... - она замолчала, думая, как объяснить.

Мужчина, цепляя пальцем, вывернул на ладонь кучку слипшихся семян, хмурясь, потрогал белые скрюченные ростки.

Крис толкнула Шанельку плечом, становясь вплотную.

- Что это?

- Ну...

На столе среди разбросанных вещичек требовательно зазвенела мелодия смартфона. Шанелька встрепенулась, протягивая руку. Мужчина покачал головой, отводя ее руку своей.

- Муж, - сказала она, - мне муж звонит.

- Та дай ты девочке телефон! - загромыхала позади Лаки, - шо вы цепляетеся! Это все президент ваш, да? Решил напоследок нагадить!

- Нагадить? - переспросил таможенник, сводя густейшие брови.

- Насрать, - подтвердила Лаки, - правильно понял. Чего там нашел-то?

А Шанелька шагнула вперед, уставилась на влажную кучку в коричневой ладони, недоверчиво рассматривая белые блестящие петельки с парой листочков на каждой. И обернулась.

- Джахи! Джахи, скорее!

Хватая таможенника за локоть, заговорила быстро, глотая слова:

- Я забыла! Забыла просто! Это вот для него. Нужно отдать, понимаете? Мне не надо. С собой. Я везла. Для кхер хеба Джахи. Плиз.

Мужчина ссыпал кучку обратно в пакетик. Над головами снова запел плавные слова строгий репродуктор. Джахи протянул руку, кивая взволнованному лицу Шанельки.

- Бювар, Джахи, - заторопилась она, сгребая в сумку косметику, стактуэтку, скомканные салфетки, - помнишь, где снимок и стихи? Это семена, Джахи. Оттуда. Из прошлого! Я думала, пропали, ну испортились. Потому что хлорка! Я потом объясню.

Она прервалась, хватая смартфон, тыкнула пальцем в экран.

- Да подожди ты, Дима! Джахи! Я напишу тебе. Обязательно. Ты только не потеряй, хорошо? Прикинь, если все получится! У нас. Я так хочу, чтоб все получилось, Джахи!

Она все оглядывалась, уже молча, не кричать же через рамку и кучу стоек, через головы провожающих, среди который топталась Лаки, прижимая одну руку к груди, а другой размахивая, будто рубилась мечом с врагами. Видела улыбку Джахи, стоявшего рядом с Ларисой. И его руки, в которых покоился маленький открытый конвертик.

В автобусе, который увозил их к самолету, опустила глаза на светящийся экран, прижала его к уху.

- Дима? Ты чего трубку не положил, опять все деньги кончатся!

- Я не понял, - заревел далекий ревнивец, - что там еще за Джахи? Блин, Нель, тебя вообще нельзя никуда отпускать, да? Письма какие-то? Что получится, а? А если бы я вот...

Экран погас. Шанелька провела пальцем, вздохнула, суя его в карман.

- Все те же и так же - сегодня и всегда, на нашей арене, - прокомментировала Крис, - не печалься, Шанелькин, я Диме позвоню и все объясню.

- Не надо.

- Почему это?

- Потому! А если, например, ты из самолета сразу в кому.

- Куда???

- Неважно. Не можешь, например, говорить, звонить и вообще.

- Вот мерси.

- Я фигурально. И что тогда? Он постоянно будет думать, я ему вру? Стоит ему отвернуться, как я тут... со всякими кхерами?

- Не матерись.

- А я и не. Это все Лаки. Она твоего пуруджи несколько раз хер хебом обзывала. И сама же громко смеялась.

- Лаки можно. Она такая.

Шанелька вздохнула, сводя брови. Но тут же рассмеялась.

- А знаешь, что? Пусть Димка Фуриозо думает, что ему думается. Мы все равно были тут, и это все было - совершенно прекрасно. И никто нам этого не испортит.

- Но про свою внезапную наркоту ты мне все расскажешь, в самолете.

Шанелька кивнула. Конечно, теперь, наконец, все можно рассказать, покаяться и порадоваться, что ситуация разрешилась. А значит, совсем почти все хорошо.

- Ираида, - вспомнила она из-за своего уточнения "почти", - она ведь хотела, чтоб кровное родство с принцем. Наверное, разозлится.

- Ираида хотела знать правду, - Крис пожала плечами, поднимаясь с сиденья, - ее мы и привезем. И знаешь, что? Ее настроение тоже ничего не изменит. И не испортит. Мы ведь все равно были тут. И как ты сказала? Все это было совершенно...

- Прекрасно!


ЭПИЛОГ


- Ма-ам? - голос Тимки раздался сразу после звонка в двери и какой-то быстрой невнятной беседы, - иди сюда! Это что?

Шанелька перед лаптопом откинулась на стуле, потягиваясь затекшей спиной. Встала, спихивая с колен толстого Темучина, тот недовольно муркнул, и свернув хвост в знаке возмущения, первым проследовал в коридор, где в прихожей топтался Тимка, держа в руках длинный цилиндр, обмотанный упаковочной бумагой.

- Курьер привез. На тачке. Я расписался уже, за тебя. Ничего?

- Нормально. А что это?

- А не знаю.

Вместе они прошли в кухню, Тимка сел, а Шанелька встала над пустым столом, вертя легкий цилиндр с какими-то печатями на боку, поверх размытых штампов и латинских букв.

- Ножницы, - Тимка потянулся длинной рукой, снял с крючка ножницы, щелкнул лезвиями, - давай, сама. Че написано-то?

Шанелька осторожно рассекла полоски скотча, развертывая несколько слоев вощеной бумаги.

- Смотри, Египет, вроде бы. Дальше длинное, - Тимка наклонил голову, читая буковки на белой наклейке.

- Пуруджистан? - у нее дрогнул голос.

Бумага упала на стол, легла полукруглыми скорлупами, обнажая прозрачную пластиковую тубу.

Тимка, который уже взялся за упаковку, чтобы перевернуть и внимательнее прочитать, изумленно присвистнул.

- Нифига себе! Это что? Орхидея?

Шанелька молча поставила тубу на стол, освободила пластиковые замочки, скрепляющие пластик. Сняла, убирая на табуретку. И села на другую, уставясь на сильный стебель, растущий из маленького керамического горшочка. Медленно расправляя длинные резные листья, стебель качнулся, расправляясь сам. И закачался поникший от собственной тяжести огромный цветок, белый, с длинными лепестками, собранными нежной рябью гофрированной поверхности.

- Нет. Похоже, лилия, - продолжил ботанические изыскания Тимка, трогая пальцем узкий кончик лепестка, - прохладный какой. Живой совсем.

Шанелька затаила дыхание. Бережно подвела руку, приподнимая цветок, как лицо ребенка. Засмеялась, глядя в нежно-сиреневую глубину с белой звездой, полную рясных тычинок вокруг упругого толстого пестика.

- Господи! Получилось. Тимочка, у нас получилось! Нет, это не лилия. Раньше он назывался - королевский цветок Хеит Амизи.

- А вот и нет, - Тимка подцепил пальцами маленькую карточку, примотанную к горшку скотчем, - дай ножницы, вот.

Перевернул жесткий прямоугольник к сияющему лицу Шанельки. Прочитал, выделяя слоги:

- Крис-нел-лия. Если я правильно, латинское перевел. А пахнет как! Обалдеть. Мам? Это от кого?

Они, не сговариваясь, глянули в сторону окна. За кружевной занавеской на фоне летней зелени был виден блестящий вишневый автомобиль и рядом с ним - фигура Димы Фуриозо, тот ходил, протирая тряпкой капот и крышу.

- Сейчас, - сказала Шанелька, быстро уходя в комнату, - сейчас я.

Вернулась, держа в руках смартфон, нацелила, фотографируя. Тимка закатил глаза, разглаживая на коленях бумагу с адресом.

- Ну, ессесвнн, как же не расшарить сходу любимой подруженьке! Привет, привет от меня, и когда уже приедет!? Скажи, Тимофей с Темучином исстрадались.

- Помолчи. Не понимаешь ты. Мал еще.

- Ессвсн, - согласился Тимка, осторожно поворачивая горшок и чихнул, вдохнув еле заметное облачко пыльцы, реющее под лепестками.

Движением пальца Шанелька отправила снимок Крис. И снова засмеялась, поворачивая экран к сыну. Там, во входящих сообщениях открылась похожая картинка - такой же цветок, а рядом улыбка на смуглом лице Крис - в ее комнате на фоне светлых обоев.

- Как ты сказал, называется? Криснеллия? Вот же Джахи, рыцарь кхер хеб в тагельмусте. Это же наши имена? Крис и Нелли. Ты понял? Теперь это наш цветок!

- Не ругайся, - Тимка подхватил под живот Темучина, сунул его ближе к лепесткам. Кот чихнул, подергивая усами и обнюхивая новое.

- Тагельмуст - это такое покрывало, которым истинный кхер хеб закрывал лицо, охраняя небесную анэ Хеит Амизи.

- И тут Остапа понесло, - процитировал Тимка, поднялся, отпуская кота, - Дима возвращается, ты ему расскажи, про тамельгуст свой и кхер как его там хеб. А я пока в коридоре помаячу. От греха...

Он открыл двери и посторонился, впуская в кухню Диму с тряпкой в измазанных руках. Тот втянул запах, посмотрел на цветок, потом на счастливую Шанельку. Она подошла ближе, обняла его, прижимаясь к майке.

- Я тебя люблю.

- Я тебя тоже люблю, Нелькин. Ничего себе. Значит, все получилось? Сумел, таки, ваш библиотекарь?

- Сам видишь.

- Кристина знает? Ну, отлично.

- Ура, - вполголоса сказал в коридоре Тимка, - пошли, Темучин, почитаем пока упаковку.

Легонько подпинывая кота в пушистый бок, он пошел в комнату, неся в руке смятые листы крафтовой бумаги.

А двое остались стоять, глядя на королевский цветок, получивший новое имя - одно на двоих.


Керчь, февраль-апрель 2018 года