Большаков Евгений Игоревич: другие произведения.

Не отводи глаз

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
 Ваша оценка:


   Не отводи глаз
   -Семенов! Пройдите.
   Невысокий человек в ботинках и мокрой куртке поднимается со стула, и, комкая в руках адидасовскую вязаную шапку, идет к двери с табличкой. Дверь пропускает его, словно проглатывает. В приемной опять тихо.
  
   Этот год был не из тех, которые хочется вспоминать и просматривать потом на страницах альбома. Алексей, Леха, как звали его в тех узких кругах, куда обычно не стремятся попасть, начал идти по жизни лихо. Оттянув школьные годы, и успешно отметив прыжок во взрослую жизнь, лапая по углам бывших одноклассниц, он решил добиваться и быть успешным. Традиционные расклады были не для него. Пока друзья втюхивали телефоны подросткам, проводя время по колено в коричневой снежной жиже павильонов Евросети с гордыми бейджами "Менеджер по продажам", он взял и ушел в армию, освободив полкомнаты для личной жизни сестры. Вернувшись через два года, он с удивлением увидел, что вчерашние так презираемые менеджеры вполне успешно подходят к завершению учебы, а кое-кто даже гоняет на свеженьком "фокусе", приобретенном в кредит. Побродив пару недель по знакомым и родственникам в роскошном дембельском мундире, принося домой струю перегара и очередное рассуждение на тему "Фокус-полный шлак, и еще кредита пять лет", он начал осознавать, что он уходит домой, где кроме старой его кровати, обшарпанного телика, и парочки банок "Балтики", его, в общем-то, никто и не ждет. Сестра с мужем откровенно тяготились его обществом. Нет, парень оказался нормальным, и поговорить есть о чем, и на вид не из этих, новомодных - Жопа-На-Коленях - так называл их Леха за покрой штанов и общую манерность. Однако третьих посиделок муж сестры уже не вытерпел, опрокинул рюмку и пошел что-то там рисовать. Леха как-то поинтересовался, поглазел на дьявольское переплетение линий, уточнил, что это будет по итогу. Потом долго недоумевал, как можно для одного домика делать столько чертежей. Нет бы один, но большой, ну, да и ладно, кто их там разберет, инженеров этих. Не от мира сего. Короче говоря, Леха устарел. Школа жизни, учившая его в течение двух лет строго выполнять, не пререкаться и быть подтянутым и стройным, научила не тому. Да, Леха мог отлично начистить сапоги и выполнить норматив по бегу, но здесь это было не нужно. Здесь надо было уметь думать и делать так, чтобы быть на шаг впереди.
   Подруги у Лехи не было. До армии были. Одна обещала ждать, лила крокодильи слезы у него на плече, а на проводах так здорово отдалась по очереди сразу двоим Лехиным друзьям, что первое же письмо от нее Леха спустил в унитаз. Хотел приехать поговорить, но потом остыл и только вздрагивал, когда кто-то произносил ее имя. Потом и это прошло.
   Что ни говори, Лехе уже тоже очень хотелось остепениться. Получалось с трудом - у него была масса знакомых, обижать которых было нельзя. Все они приносили выпивку, говорили однообразные тосты, дергали струны гитары, подаренной Лехе на окончание восьмого класса и вспоминали молодость. Молодость каждого можно было описать примерно одними и теми же словами в одном и том же порядке. Так пролетали недели и Леха всем надоел. Найти новую компанию на вечер становилось труднее и труднее. Сложился круг друзей, приходящих как по мановению волшебной палочки, как только Лехе приходила в голову идея сбегать в магазинчик. Деньги, отложенные до армии на машину, таяли, ночной магазин на первом этаже Лехиного дома держался на плаву только благодаря его, Лехиным оптовым закупкам спиртного. На остаток теперь едва кто мог бы продать Лехе даже нормальный велосипед. И вот как-то утром на Леху из зеркала глянула небритая распухшая физиономия алкоголика со стажем. Это его неприятно поразило. Наскоро умывшись грязным куском мыла, Леха вышел во двор. Полдень, все уже разъехались кто куда по своим делам. Скоро повылезают девочки из соседнего бизнес - центра, побегут травить свои нежные желудки обедами на позавчерашнем бульоне и маргарине с химическим привкусом. Парковка перед домом практически опустела. Леха остро ощутил, что никому во дворе нет до него никакого дела. Он сплюнул на асфальт и направился к метро - там всегда можно было встретить вчерашнего собутыльника и построить планы на вечер и кусок ночи. Сейчас же было достаточно рано, около метро толпились лишь вечные бабки с носками, и в квадратной пасти метрополитена исчезал народ.
   Леха порылся по карманам и среди табачных крошек и смятых обрывков сигаретных пачек нашел полтинник. Он подошел к ларьку, протянул полтинник в окошечко, получив пачку дешевых сигарет и горсть мелочи. В который раз он обещал себе больше не менять красивые зеленые купюры с изображением Ярославля, но вечером все повторится, как обычно - скрепя сердце откроется заветная коробочка и на свет появится "Уж Сегодня Точно Последняя" купюра из заветной пачки, так гревшей душу все два года. Он представлял себе, как поедет на авторынок, будет ходить, смотреть машины, бдительно наблюдая за карманниками, так и липнущими к денежным мешкам вроде него, как будет осматривать приглянувшийся аппарат, ни капли не доверяя словам продавца, как досконально изучит все бумаги и поставит машину на учет, а потом сядет за руль, замрет на минутку, ощущая всю свободу, которую дарит машина, вдохнет запах бензина и масла, обивки и выхлопных газов Его Машины. А потом просто будет кататься. До самого утра. И поставит машину перед домом, заботливо закрыв замки и протерев приборную панель. Ему почему-то казалось, что истинные автолюбители постоянно протирают приборную панель. Это как ритуал, как своеобразное "Спасибо" механизму за бесперебойную работу. Но сегодня утром он обнаружил кое-что, заставившее его немного занервничать. В заветной коробке осталось слишком мало купюр.
   Леха сделал круг около магазинчиков. У него был план, и он собирался привести его в действие. Надеяться на безвозмездную помощь послеармейских товарищей не приходилось. В абсолютном большинстве это были любители промочить горло на халяву, за душой у которых были только проблемы. И эти проблемы заливал алкоголем Леха. Если бы Леха исчез, моментально бы нашелся другой, с которым было бы так же весело, и который наливал бы, не скупясь, пока хватает наличности, и не жалуются соседи. Впрочем, соседи брезгливо отмалчивались, или же пробегали мимо, отводя взгляд, как только слышали залихватские выкрики насчет трудностей службы и удары тяжелых ботинок по грязному бетону лестниц. Празднование слегка, да-да, Леха и вправду считал, что слегка, затянулось.
   Около бетонной пасти метрополитена стояла женщина в красном жилете. Она раздавала бесплатные газеты, что-то типа "Работа от А до Я", или "Вакансии". Людской поток обходил ее стороной. Уродливый пуховик и утепленные брюки скрадывали очертания фигуры. Леха подошел поближе и увидел, что женщина еще достаточно молода. В протянутой руке были зажаты газеты и она с надеждой протягивала их выходящим из метро людям. Ее не замечал никто. Леха вспомнил, что утреннее посещение коробочки доставило несколько неприятных минут, и направился к ней. Ему в руки немедленно сунули два выпуска газеты, напечатанной на дрянной бумаге. На главной странице были яркие надписи, моментально пообещавшие золотые горы тому, кто имеет желание хоть чуточку поработать. Он взял газеты, получив в награду благодарный взгляд. Наверняка остаток газет сегодня отправится в помойку, или же какой-нибудь рачительный автовладелец заберет остаток пачки, чтобы кинуть бумагу под коврики в салоне. А распространительница получит свою тысячу за двенадцатичасовое унижение и отправится домой, где ее ждет один из Лехиных собеседников. Вы же знаете, как это происходит. Сначала вы работаете, потом ваши ожидания разбиваются о родственные связи хозяев фирмы, и вы приходите домой, проклиная всех этих Сергеев, Николаев и Александров, вот так, походя, занявших давно обещанную вам должность, потом вы гордо уходите, проходит время, вы понимаете, что что-то делать надо было уже давно. Но нет уже запала молодости и нет энергии. Есть рассудок, который говорит вам: "Отошли все к дьяволу, эти говнюки еще пожалеют", и есть люди, вроде Лехи, которые молоды, которые послушают вашу мудрость и не повторят ваших ошибок. И вам становится важнее сказать им все, нежели выползти из ямы долгов, проблем и непонимания. Это все дома, от этого можно уйти в трясину алкоголя, говоря себе каждый раз "Я начну все заново, это совсем просто, но только не сегодня, сегодня мне слишком плохо", а следующим утром становится еще хуже. А вечером придет жена, принесет немного денег и будет вопросительно смотреть. Хотя что они понимают в жизни...
   Леха совершил еще круг и направился домой. Сегодня он твердо решил быть самым лучшим. В конце концов, дело не в бумажках, как он называл дипломы об окончании высшего учебного заведения. Дело в голове, а в своей голове он был уверен на все сто.
   Вернувшись домой, он никого там не застал. Сестра уехала куда-то с подругами, это еще один пункт, которого Леха не понимал. Есть же муж, сиди дома, в чем дело? Но оказалось, что кроме семьи, у людей есть круг общения, который нужно поддерживать, и это было для Лехи новостью. Нет, у него были друзья, много друзей, но сейчас их лица были как в тумане, он никому не позвонил, вернувшись из армии, ему никто не позвонил и он решил, что тем хуже для них. Он знает цену настоящей мужской дружбе, и эти щенки, которым лень взять трубку, ему не нужны. О том, что почти никому не сообщил об уходе в армию, Леха и не вспомнил. У него в кармане лежала свернутая газета и там был пропуск в счастливую жизнь, полную домов, машин, женщин и роскоши. А еще можно утереть нос этим говнюкам, всю жизнь пашущим - сначала в школе, потом в идиотских институтах, потом работающих на дядю за копеечную зарплату и липовые бонусы. Леха рассмеялся, представляя себе их лица, когда они узнают, что человек по жизни сделал все правильно и умудрился их обскакать. Он открыл газету.
   Спустя час он открыл секретер и достал заветную коробочку. Ему это было нужно. Оказалось, даже при устройстве в паршивый магазин паршивым продавцом нужна бумажка, о которой он так пренебрежительно думал всего час назад. Газета пестрела объявлениями о наборе машинистов, операторов, прорабов, но даже на тот минимум, который нужен был для нормальной жизни не обремененному семьей и дипломами молодому человеку, Леха рассчитывать не мог. Он слабо себе представлял устройство экскаватора, не умел пользоваться сваркой и не имел коммуникативных способностей. Даже его водительские права - гордость всей семьи, ведь он сдавал на права сам, без всякой помощи, и сдал же - без машины были просто кусочком ламинированного картона. А вся надежда на работу в такси - джентльменом удачи, рыцарем дорог, королем асфальта и уличным гонщиком - была разлита по стопочкам и исчезла в желудках сиюминутных приятелей, чтобы наутро причинить головную боль и оторвать еще кусочек мечты на опохмел. Леха пересчитал оставшиеся деньги. Еще могло хватить на пару-тройку месяцев, но дальше перед ним вставала мгла, сквозь которую не мог пробиться даже зеленый огонек вожделенного такси с Лехой самим за рулем.
   Леха открыл буфет и увидел маленькую бутылочку виски. Каким чудом она уцелела в разгулах послеармейских гулянок - неизвестно. Леха сорвал крышку и вылил содержимое в себя. Алкоголь постепенно приглушил эмоции, заставил утихнуть ломающую виски головную боль и Леха как-то неожиданно понял, что уже минут пятнадцать его взгляд падает на неприметное объявление в желтой рамочке, всего несколько слов и номер телефона. Он с трудом подавил желание сбегать в магазин для поднятия настроения, взял трубку и набрал номер. И потом он был готов поклясться - уж лучше бы он в тот день напился.
  
  
   За дверью был коридорчик, метра четыре длиной. В конце - дверь. Леха преодолел коридор, проклиная погоду, из-за которой оставил большую лужу около стула, на котором сидел, и из-за которой его куртка больше походила на старую тряпку, нежели на предмет верхней одежды. Купленный впопыхах джемпер немилосердно кусался и жал горло, старые брюки были тесны. Леха чувствовал себя каким-то чужим здесь, в королевстве красивых и успешных людей, Людей-У-Которых-Есть-Работа. Вязаная шапка превратилась в липкий комок расползающейся пряжи, Леха сунул ее в карман.
   Он взялся за ручку двери и нажал. Дверь неслышно подалась вперед, и Леха попал в кабинет. Перед ним был стол, за столом сидела молодая девушка в строгом костюме и очках.
   - Добрый день, Семенов, - она даже не пошевелилась.
   - Здравствуйте, - смутился Леха. В армии он миллион раз представлял себе, что после дембеля у него будет просто гарем, сто раз прокручивал себе момент первой встречи с существом женского пола, но там, в мечтах, они все как-то сразу отдавались ему без лишних разговоров и проблем. Он не ожидал, что его появление будет воспринято как-то... никак.
   - Итак, вы увидели объявление, - все так же, не пошевелившись, начала девушка.
   - Да, я прочитал, утром звонил, а расскажите... - он сразу решил показаться деловым и конкретным, тем более, девушка, а что они понимают в таких вопросах. - Расскажите подробнее о работе. И об оплате.
   Девушка посмотрела сквозь него и опустила взгляд на его ботинки. С ботинок натекла лужа. Леха попытался как-то переступить вперед, но понял, что лужу уже видели и не стал.
   - Образования нет. Опыта нет. За плечами армия и несколько месяцев беспробудного пьянства, - каждым словом девушка как будто припечатывала Леху к полу, к той самой луже. Джемпер, словно раскаленная кольчуга, немилосердно ел плечи. Куртка превратилась в свинцовый сверток, оттягивающий руки. - Таких, как вы, достаточно много. Почему мы должны остановиться на вашей кандидатуре?
   Леха хотел возмутиться, но под немигающим взглядом девушки не сумел.
   - Позвольте... - в его голове вертелись идиотские старорежимные обороты, вроде "Милостиво повелеть соизволил" и "Позвольте осведомиться", которые должны были уничтожить сарказмом эту строгую девушку на другом конце стола, но ее взгляд просто вынимал душу, заставляя слушать и соглашаться.
   - Хорошо, - взгляд отпустил его и он внезапно ощутил, что почти счастлив. - Вы подходите. Заполняйте анкету и можете приступать.
   Леха с шумом выдохнул и сделал шаг к столу, на котором лежал лист бумаги с клеточками и большим пробелом снизу - местом для подписи. Заполнение бесчисленных полей заняло минут двадцать. Леха взмок окончательно. Наконец он торжественно поставил закорючку на месте для подписи и протянул лист строгой девушке. Лист остался в протянутой руке, девушка презрительно указала на бордовую папку на столе. Он вложил лист туда и вернул папку обратно. Зависло молчание. Его бесцеремонно разглядывали, словно оценивая, способен ли он на что-нибудь большее, чем поглощение дешевого алкоголя.
   - Инструкции возьмете в приемной. Приступать с завтрашнего дня. И запомните, - Тут девушка немного наклонилась вперед. - Никакого пьянства на работе. И не опаздывать.
   Леха кивнул, повернулся строго, по-военному, плотно притворил за собой дверь. В приемной находились все те же несколько посетителей. Леха взял со стойки конверт с пометкой "Семенов" и натянул ненавистную куртку. Конверт он держал в руках, ни в один карман он не влезал. Смотреть на других посетителей было стыдно.
   Леха вышел на улицу с ощущением того, что только что проснулся. Где-то в прошлом, в плотном тумане, за тяжелым столом сидела строгая девушка, и Леха осознал, что не может вспомнить ее лица. Рука привычно потянулась к карману, где находились остатки денег, сейчас просто необходимо было выпить. В конце концов, до завтра еще успеем проветриться, конечно же. И даже никто не заметит.
  
   Леха опять нажрался. Сначала была бутылочка пива, потом еще парочка, а потом он ходил еще и еще, твердя про себя, что напиваться сегодня не стоит. Последнее впечатление вечера - он перед кассой пытается собрать разбегающиеся купюры, ногам очень холодно. Леха переводит взгляд на ноги и понимает, что он пришел в магазин в носках. Он пытается улыбнуться продавщице, но непослушные ноги несут его прямо на кассовый аппарат, руки сами собой взмахивают, и тяжелая полуторалитровая бутыль с пивом опускается на стеклянную витрину. Витрина разбегается по углам с мерзким звоном, Леха скользит по мокрому кафелю и приземляется затылком на ступеньку около входа. Раздается гулкий стук, и на Леху опускается черное плотное облако, черное, как глаза той девушки за столом.
  
   Леху внезапно выкинуло из смятой постели. Толком не понимая, что делает, он метнулся в ванную, открыл холодную воду и припал к крану. Голову как будто плющили в огромных тисках, перед глазами все плавало. Затылок болел, Леха нащупал там огромную шишку. На отражении в зеркале он долго не мог сфокусировать взгляд, а когда наконец-то это удалось, из зеркала на него уставился образ человека с диким взором и мертвенно-зеленоватым лицом. И тут он вспомнил, что было вчера.
   Шатаясь, Леха прошел в прихожую и начал рыться в куче одежды. Не мог же он так просто взять и потерять конверт. Конверт нашелся в самом низу, на нем лежала мокрая вязаная шапка. Леха вскрыл конверт и вытащил лист бумаги.
   Крупным шрифтом был напечатан заголовок: Инструкция. Само по себе это ничего не говорило. Буквы прыгали перед глазами, но Леха приступил к чтению, то и дело припадая к крану и проклиная себя за вчерашний вечер.
   Первые пять пунктов касались общих правил, приходить вовремя, выглядеть опрятно и так далее. Леха постепенно приходил в норму, если можно так сказать. Голова все так же трещала, но в глазах уже не двоилось, и жажда чуть улеглась. Далее сообщалось, что вчера Леха был принят на работу управляющим небольшим отелем недалеко от окраины города. На этом месте Леха взволнованно пригладил вихры и еще раз искренне пожалел, что так набрался. Следовало потратить немного времени на поиск приличного костюма и посещение парикмахера. Он нашел кружку с остатками воды, выплеснул воду в раковину, налил свежую и устроился поудобнее на кресле. Дальнейшее чтение его не настолько порадовало. Это были непосредственно обязанности. Как ни странно, их было совсем немного. Особым пунктом было выведено - не спускать глаз с парковой зоны, или что-то в этом духе. Он справится. Леха представил, как заявится домой и на восторженные взгляды родственников и одноклассников - ему верилось, что они непременно будут восторженными - небрежно бросит, что в его отеле сегодня был трудный день. В Его Отеле. Говнюки.
   В самом низу листа сообщалось, что оклад за две недели работы с лихвой покроет его гулянки, а потом вполне можно будет подумать и о машине. Еще ниже от руки было приписано: "Прибыть в полдень". Ни больше, ни меньше. Леха подпрыгнул, как ужаленный. Голову моментально пронзил раскаленный похмельный укол, а поверх него в памяти четко нарисовалась фигура вчерашней девушки, наклонившаяся к нему через стол. Не Опаздывать.
   Леха заметался по комнате. Куча мокрой одежды в углу никак не могла подойти в качестве костюма управляющего. Морщась от нарастающей боли в голове, он достал из шкафа костюм, в котором провел выпускной вечер. Костюм был маловат и старомоден, но выбирать не приходилось. Леха надел костюм, схватил измятый конверт, цапнул из коробочки еще тысячу и выбежал из дома, оставив лист с обязанностями на столе. Он там и лежал, когда вернулась лехина сестра. Она взяла в руки лист и с отвращением бросила его обратно. От листа отчетливо пахло гнилью.
   Леха летел, как стрела. Около метро он столкнулся с завсегдатаем местных рюмочных, дядей Колей. После этой встречи дядя Коля перестал пить. Это был единственный случай, когда его чуть не сбил с ног живой мертвец. Секунду спустя он уже видел удаляющуюся Лехину спину, но отныне каждый раз, как он брал в руки рюмку, его настигал сладковатый запах тления и виделись безумные глаза бегущего на него человека.
   Леха взял такси. Иначе все его планы шли крахом. Таксист недоверчиво переспросил адрес, но, тем не менее, они сговорились, и практически бесплатно желтая иномарочка доставила Леху к огромным стальным воротам без всяких украшений. Он перепроверил адрес на конверте и рассчитался. Таксист поспешил уехать, но до конца дня он не мог забыть невысокую фигуру, стоящую перед заваренными наглухо воротами. И еще, пришлось останавливаться на заправке и покупать очередную "Елочку" - пассажир оставил после себя еле уловимый запах гнили. Но вскоре он выкинул это из головы. Надо было думать о предстоящем техническом осмотре, а недавно пришедшая к ним в контору Наташа обещала подарить ему незабываемый вечер в компании с фильмом "Сумерки" и упаковкой пива.
  
   Леха стоял перед железными воротами и озадаченно осматривал их на предмет замка или кнопки звонка. На воротах угадывались очертания дверцы.
   Леха наугад занес кулак, но стукнуть не успел. Дверца распахнулась, и показался вышколенный служащий.
   - Семенов? Вас ожидают, - Он отступил назад и Леха, всем своим телом ощущая, насколько мал ему костюм, шагнул внутрь.
   За воротами был парк, красивый классический парк. Между кустами, высаженными в форме геометрических фигур, беспорядочно раскиданных по территории, были расположены белые статуи. Без пьедесталов, просто скульптурные изображения животных. Парк пересекала прямая, как стрела, аллея, Леха быстро преодолел расстояние, отделявшее его от находившегося в глубине парка здания. Сам отель был невелик. Три этажа, два балкона, деревянная входная дверь. Парк перед отелем был залит солнечным светом, от самого здания веяло холодом. Леха бы отметил это, но у него слишком болела голова. Без трех минут полдень. Леха открыл тяжелую дверь и зашел внутрь.
   В холле отеля царил приятный полумрак. После полуденного солнца Леха как будто заново родился. Он твердым шагом подошел к стойке и воззрился на метрдотеля.
   - Семенов Алексей Дмитриевич.
   - Да - Это слово даже удалось произнести бодро и четко.
   - Вы наш новый управляющий. Поздравляю. - Метрдотель произносил каждое слово отчетливо и громко, как будто даже с издевкой. - Вижу, вы готовы принять пост. Итак, для вас назначен испытательный срок.
   Леха об испытательном сроке не читал, поэтому немного напрягся.
   - Всего одни сутки. Вы же понимаете, мы должны удостовериться...
   Леха все понимал, а в его сознании крутилось то число, которое был обещано по итогу его двухнедельных трудов.
   - В отеле всего сорок два номера. Десять одинарных, десять двойных, десять люксов, пять суперлюксов и пять Ви-Ай-Пи. - Это выражение Лехе ничего не говорило, но он согласно кивнул. - Сейчас не совсем сезон, поэтому постояльцев в отеле нет. Здание, можно сказать, пустует. Вам следует позаботиться о его подготовке к приему гостей. Порядок в номерах наведен, коридоры тоже в отличном состоянии, лифт исправен. Но вот парк... с парком придется поработать. Пока вам не набрали персонал, естественно. - Леха встрепенулся, но потом прикинул размеры парка - его территория была гораздо меньше, чем сквер перед штабом части, который Леха три раза в неделю выскребал граблями дочиста, - пока вам не набрали персонал, за парком придется присмотреть.
   В глазах метрдотеля сверкнули огоньки.
   - Особенно - Он выделил это слово, - Особенно. В уходе нуждаются статуи. За ними ну просто глаз да глаз. Вы же понимаете, о чем я.
   Леха в последний раз кивнул и пошел за метрдотелем на осмотр владений. Особенного ничего он не увидел, за исключением одного - в здании отвратительно пахло - смешивались запахи болотной тины, гниющего мяса и прошлогодней травы. Впрочем, запах был слабый, и прокуренный насквозь Леха не придал ему большого значения. Они прошли все три этажа, спустились в подвал, где Леха увидел доисторический паровой котел с медными заклепками на выпуклом боку, а потом вышли на задний двор. Там стояла одинокая статуя горниста, похожая на те, что ставили в пионерлагерях Лехиной юности. Краска кое-где облетела, обнажая бетонное тело статуи. Метрдотель попросил, нет, он не настаивал, просто попросил оказать маленькую услугу. Утром собирался нагрянуть хозяин отеля, и Лехе хотелось, да, ему уже хотелось, чтобы все было просто идеально. В армии его научили поддерживать порядок - все покрашено, побелено и подстрижено, а тут всего лишь подновить краску на статуе. Положительно, метрдотелю нельзя было отказать. Леха уточнил, где находится краска и инструменты, и все было решено.
   Спустя пару часов метрдотель уехал, гулко хлопнув дверцей в металлических воротах. Леха выдохнул, уселся на скамеечку в парке и принялся размышлять, что бы сделать в первую очередь. Среди прочих обязанностей, метрдотель разъяснил, что необходимо следить за давлением в котле, порядком на кухне, а также не спускать глаз с парка. Особенно ночью. Особенно с парка. Да, первый день - это не фунт изюма, работа грозила затянуться до утра. Хозяева не узнают свой отель. Метрдотель неодобрительно покачал головой, услышав о готовности Лехи работать всю ночь, лишь бы все было хорошо, но Леху не сбил бы с пути даже паралич.
   Он еще немного отдохнул и принялся за работу. Сначала он окончательно залил жажду. В кабинете управляющего стоял графин с кристально чистой водой. Леха выпил половину одним глотком и пошел посмотреть на статуи.
   Статуи были расставлены по парку абсолютно беспорядочно, но некоторая система прослеживалась. Белоснежный лев словно выглядывал из-за куста, тигр подкрадывался к антилопе, а за всем этим наблюдал среднего размера мишка. Леха подошел поближе ко льву и удивился, насколько детально проработаны статуи. Казалось, каждый локон роскошной гривы вырезан отдельно и под дуновением ветерка вся грива разлетится белоснежной пеной. Леха не удержался и ткнул льва указательным пальцем. Фигура покачнулась, и Леха чуть не упал. Быстро выпрямившись, он оглянулся по сторонам, не видал ли кто его позора, и снова уставился на несчастного льва. Лев, казалось, был сделан из невесомого пластика. Пластик неприятно пружинил под нажатием пальца, создавалось впечатление, что Леха тыкал пальцем в живое существо.
   Леха сплюнул. Подумаешь, фигурка. Белый пластиковый лев. Справимся. Память услужливо подсунула образ белоснежной фигуры пограничника, стоявшей перед штабом Лехиной части. За этого пограничника, точнее, за его белоснежность, в свое время Леха получил немало взысканий. Дембеля считали за гордость переде отъездом домой начистить пограничнику сапоги гуталином и намазать губы невесть где взятой помадой. Сколько раз он клялся найти на гражданке и жестоко наказать шутников, из-за проделок которых он отведенное для сна время проводил за чисткой статуи - давно сам потерял счет. А под дембель и сам с каким-то злорадством и наслаждением намазал сапоги пограничника гуталином, игнорируя полный слез взгляд парнишки, отслужившего пару месяцев, но уже стоявшего в наряде по штабу. Парнишку держали двое дембелей, а утром дежурный наверняка спустит шкуру с парня, но такова жизнь, и Леха еще помнил, как болят стертые до крови пальцы и чувствовал запах солярки, которой оттирал сапоги в свое время.
  
   Леха развернулся и понял, что день, в сущности, подошел к концу. Солнце ярким полукругом выглядывало из-за забора, явно намереваясь вскорости провалиться за горизонт. В дверях отеля мелькнула запоздалая горничная, и Леха проводил ее взглядом. Вот именно такой - легкой, воздушной, беззаботной, он видел свою спутницу жизни. Девушка пробежала аллею, обернулась на прощание, и Леха увидел в ее глазах жалость. Именно так жалеют животных, которых ведут на бойню. "Извини, дружище, но тебе пора". Леха вздрогнул от лязга металлической калитки и замер.
   В парке царила тишина. Мертвая тишина. Не было ни дуновения ветерка, ни шелеста травы, не было ничего. Леха оглянулся, единственными его компаньонами были белые фигуры. Он вздрогнул и быстрым шагом пошел к отелю. Из-за изгороди еще виднелся край солнечного диска.
  
   Леха поднялся на крыльцо и обернулся. В спину словно уперся чей-то взгляд, а со стороны отеля явственно повеяло гнилью.
   Последние лучи солнца освещали парк. Отель нависал сзади. В голове всплыли слова метрдотеля "Не отводи глаз". Лехе стало жутко. Он вспомнил, как ткнул пальцем льва, и стало еще страшнее. Перед Лехой встала картина, ясная как день. Лев гнался за антилопой. Антилопа из последних сил уносила ноги, а за кустом ее уже поджидал медведь. Солнце вспыхнуло в последний раз, и парк погрузился в сумерки. Леха застыл на крыльце, сам похожий на статую. Он старался охватить взглядом весь парк и удержать в поле зрения все фигуры. В углу парка находилась громадная фигура овчарки. Леха повернул голову, он хотел поймать еще один всполох солнечного света, но было слишком поздно. Граница солнечного света неумолимо поднималась вверх по стене отеля. С трудом пересилив страх, он шагнул с крыльца и бросился к скульптурам. Ноги подкашивались, руки дрожали. Леха схватил в охапку статую овчарки и едва не разжал руки. Статуя казалась теплой. Он как будто бы прижимал к животу огромного живого теплого пса. Со стороны отеля сверкнул отблеск солнечного света. Лучи солнца заливали два верхних этажа и отражения от неровных оконных стекол хаотично плясали по парку. Стараясь держаться поближе к солнечным зайчикам, Леха отнес фигуру овчарки в центр парка, прямо напротив входа в отель. Затем настала очередь льва. Антилопу и медведя он тащил уже на последнем издыхании. С конем ему повезло больше - он и так стоял почти посередине. Леха попятился к отелю, не отводя взгляд от скопления скульптур.
   -Перевязать бы их чем-нибудь. - Фраза получилась какой-то деревянной и в тишине парка отдалась эхом. Разговаривать больше не хотелось. И связать фигуры было нечем.
   Леха ощутил, как уходит день, воздух мгновенно остыл и Леху передернуло. Он присел на край гранитной ступеньки и уставился на белое пятно посередине ярко-зеленого парка. Если понадобится, он просидит так всю ночь. Солнце высвечивало теперь только крышу отеля. Осталось совсем немного.
   Наконец сумерки поднялись по крыше, блеснул металлический крепеж водостоков, потом постепенно утонули в сером сумраке дымоходы и все, отель окончательно потерял цвет. И в тишине парка раздался звук, от которого кровь застыла в жилах. Леха услышал, как скрипнула задняя дверь, и понял, что он забыл про горниста. Леха лихорадочно вспоминал, запер ли он входную дверь. Нащупав в кармане связку ключей, он попятился назад и чуть не упал в холл, споткнувшись о порог. Дверь была открыта. Дотянувшись до ручки, он попытался ее захлопнуть, но мешал стопор. Леха вспотел. Стопор находился прямо за дверью. Скрип задней двери повторился еще раз, но теперь к скрипу добавился еще один звук - это скрипнула половица в коридоре, ведущем к черному ходу. В Лехином мозгу пронеслась страшная череда картинок - он заходит внутрь, наклоняется к стопору, скидывает защелку, выпрямляется, и перед ним во весь рост стоит фигура с занесенным над головой горном, превратившимся в страшное орудие убийства. Леха застыл, глядя на парк. Фигуры не двигались. Он услышал скрип половицы, теперь ближе. Дерево стонало, как будто по коридору катился бетонный шар, или шагал кто-то очень тяжелый. Леха сдвинулся еще на сантиметр. В горле пересохло, весь полугодовой хмель вылетел, как пробка из бутылки хорошего шампанского. Леха внезапно ощутил, насколько холодно стало на улице. Внимание выхватывало из сумерек какие-то абсолютно ненужные вещи: на гранитной ступеньке лежала пачка сигарет, и Леха внезапно остро ощутил, что эту синюю коробку утром поднимет заспанный полицейский, сунет в пластиковый пакет и наклеит бирку с номером, а ему, Лехе, уже больше не придется прикоснуться к пачке и вытянуть оттуда сигарету. Он вдруг понял, что выйти из ворот парка больше не получится. И осознание этого настолько наполнило его желанием снова увидеть солнечный свет, что он рванулся назад, нащупал стопор, выдернул его из гнезда, сорвав при этом ноготь на указательном пальце, и с грохотом захлопнул входную дверь. Острая боль в поврежденной руке придала ясности мышлению, но обостренное страхом внимание все-таки нарисовало ему стоящую около стойки рецепшена белоснежную фигуру, поднявшую ногу для следующего шага.
  
   Леха упал перед дверью, прижимая к груди травмированную руку. Наверняка, он испачкал кровью весь ковер перед дверью, кровотечение и не собиралось останавливаться. В палец словно вкручивали раскаленный винт. Леха старался не залиться кровью, когда услышал утробный рык. Мгновенно забыв про руку, он вернул взгляд на парк. Вся его вечерняя работа пошла насмарку. Антилопа почти скрылась за кустом, медведь занес лапу для решающего удара. Но больше всего Леху интересовала овчарка, которая изготовилась к прыжку в трех метрах от крыльца. Леха сполз по двери, баюкая раненую руку. Из-за овчарки совсем не было видно остальных зверей, и как только из вида скрылся лев, Леха услышал раскатистый рык и моментально принял прежнее положение. Лев преодолел несколько шагов до куста с антилопой, и теперь ей угрожала серьезная опасность. Леха встал. Фигуры белыми пятнами распластались по парку, но он видел их все. Боль в руке утихала, кровь капала на гранитные плиты, которыми был вымощен вход, и застывала там черными кляксами. Леха вытянулся, вспомнив, как в армии старшина заставлял их часами стоять навытяжку, тогда это называлось строевыми занятиями. В поле зрения попали все фигуры. Леха злорадно ухмыльнулся.
   - Говнюки. - Это прозвучало, как приговор. Фигуры молчали. Леха вновь услышал скрип паркета. А затем раздался оглушающий удар в дверь. Деревянные панели тряслись и грохотали, как будто в них лупили огромные камни, но Леха знал, кто, или что рвется к нему из старого здания. Это был чертов горнист, от которого он все-таки отвел взгляд. Удары следовали один за одним с размеренностью колокольного звона, они отдавались у Лехи в голове острой болью. Леха скатился с крыльца на аллею и замер, стараясь удержать взглядом все фигуры разом. Овчарка слегка изменила наклон головы, антилопа сделала большой прыжок за куст, и Леха видел теперь только кусок туловища и заднее копыто. Лев продвинулся еще на метр и изготовился к прыжку. Медведь открыл пасть и торжествующе безмолвствовал ,добыча сама шла в лапы. Удары в дверь продолжались. От дверей отлетала щепа, но Леха не мог удерживать в поле зрения и парк, и двери. Он сосредоточился на парке.
  
  
   -ШШШ Двести Тринадцатый, улица Ленина, 5 , разбой. ШШШШ - Рация, валявшаяся на полочке приборной панели в ушатанной патрульной девятке, прошипела вызов и, щелкнув, замолчала. Внимания на нее никто не обратил. Все были заняты делом. На водительском месте молоденький сержант усиленно раскуривал самокрутку, набитую отобранной у гостей родины травой. На заднем сиденье шла возня. День был удачный. Сегодня выходил срок оплаты места у проституток на проспекте, задачей патруля было собрать деньги. Необходимая сумма лежала в старшинской кобуре в багажнике патрульной девятки, а Ашот, старший по микрорайону, подогрел сборщикам дани бонус - молоденькая девушка, накачанная героином, в данный момент принимала ухаживания старшего смены. Рация прошипела еще раз.
   - Выключи ее нахуй, - выдохнул с заднего сиденья старший, до штанов которого добралась девица. Водитель не спеша оглянулся и потянулся к рации.
   -ШШШ... Двести тринадцатый, Ленина 5, разбой. На районе патрулей больше нет, ответьте, прием, - водитель чертыхнулся и поднес вытертую до блеска пластиковую коробочку ко рту.
   - Двести тринадцатый, прием.
   - Ленина 5, соседи... ШШШ... жалуются, посмотрите там, - голос диспетчера подобрел, услышав ответ. - ШШШ... Смотрите, здание заброшенное, осторожно..ШШШ...- связь отключилась.
   - Едем, - водитель докурил самокрутку, и выкинул остаток в окно. - Давай там побыстрее.
   Он тронул машину и потихоньку поехал к указанному адресу.
  
   Леха неподвижно стоял на лужайке и таращился в темноту. Белые пятна не двигались. Кровотечение остановилось, на смену винту, который вкручивали в палец, пришла тупая ломота, палец онемел. Леха скосил глаза на руку и тут же дернулся обратно. В глубине парка раздался треск ломаемых кустов, Леха упустил из виду антилопу. Теперь фигура носилась по парку и в темноте видно ее не было.
   -Хорошо, не лев. - Леха констатировал очевидное и прислушался к грохоту, доносившемуся от входа. Двери тряслись, далеко на аллею улетали щепки, но видеть, что там происходит, Леха не мог.
  
   Патрульная "девятка" медленно ползла по улице Ленина. Дом номер одиннадцать, забор, ворота. Дальше. Дом номер девять, забор, ворота. Ворота кованые, в этом году хозяин дома наконец-то вышел на свободу и взялся за ум. Дальше. Дом номер семь. Девятка остановилась около наглухо заваренных металлических ворот. На крыше машины медленно моргали мигалки, выхватывая из темноты то ворота, то изгородь, то участок дороги. С заднего сиденья вылез немолодой старшина и направился к воротам.
  
   Леха встрепенулся. Со стороны дороги послышался звук двигателя, и синие всполохи пробежали по вершинам кустов. Антилопа еще носилась по парку. Дверь он не видел, но вполне мог оценить количество кусков дерева, отлетевших от роскошной резной двери. По всему выходило, что ждать осталось недолго и скоро на полянку пожалует горнист. Леха стоял спиной ко входу в отель и был лишен возможности наблюдать, как приближается его смерть. Он оценил расположение фигур, как будто проигрывая последнюю партию в жизни. Прямо перед ним в затянувшемся прыжке распласталась фигура собаки. Хвост вытянулся параллельно земле и был прямой, как струна. До овчарки было метра три. За ней занес лапу упустивший антилопу лев, он уже почти повернулся к виновнику его проигрыша в ночной охоте. Медведь, стоящий перед кустом, тоже повернул голову к Лехе, и явно намеревался направиться к причине неудачного вечера. Леха нервно сглотнул. Пить хотелось неимоверно, а сам Леха так замерз, что просто-напросто не чувствовал ног. И поэтому, как только он заметил отблеск мигалок патрульной машины, он начал кричать.
  
   Старшина подошел к металлическим воротам дома номер пять. Ворота были наглухо заварены. Старшина постучал по ним антенной рации и развернулся, чтобы направиться к машине, когда раздался крик.
   Леха орал, как сумасшедший. Слов не было, крик рвался из самой глубины души. В этот крик он вложил все - и ошибку своего выбора, и страх, пронизывающий все его сознание, и боль в травмированной руке. Леха набрал полную грудь воздуха и завопил снова.
  
   Старшина подпрыгнул и дернулся к машине, с водительского места которой выглядывал встревоженный сержант. Сделав пару шагов, старшина остановился, зло сплюнул на дорогу и достал из кармана ПМ.
   - Нарки, блядь. Сиди здесь. - Он развернулся и принялся искать лазейку в изгороди, чтобы проникнуть внутрь парка. Сержант залез обратно за руль и облегченно выдохнул. Пускай этот любитель шлюх идет и ломает шею самостоятельно, без его участия. Приказы надо выполнять. Он останется здесь и просто вызовет еще машину, если любителей химии будет слишком много. Скоро у него день рождения, и не хотелось бы провести его в гипсе, или волноваться из-за царапины, нанесенной обдолбанным телом, наверняка зараженным ВИЧ или гепатитом. Тем более, у него еще оставалось больше половины пакета. Сержант поднес огонек зажигалки к лицу и успокоился окончательно.
  
   Леха замолчал. Когда он набирал в грудь воздух, он моргнул, и овчарка придвинулась на полметра, теперь ее пасть находилась в опасной близости от Лехиного рукава, а из раскрытых челюстей тянуло землей, старыми листьями и чем-то еще. За воротами коротко взвыла сирена. Леха моргнул еще раз, и теперь ему пришлось отступать к двери отеля. Овчарка уже приоткрыла пасть. Фигуры незаметно стягивались к Лехе, медленно и безмолвно, а сзади доносились удары чем-то тяжелым по остаткам двери. Антилопа внезапно выскочила из-за дерева в опасной близости от Лехиного плеча, и ему пришлось отпрыгнуть с ее пути, еще на шаг ближе к двери отеля. Фигура антилопы замерла в прыжке, тяжело упав на газон, пробороздила в ровном травяном покрытии глубокую борозду и уткнулась мордой в траву. Леха сделал еще шаг назад. Кричать он больше не решался. Из его поля зрения пропал медведь.
  
   Старшина прошелся вдоль забора, больше похожего на стену, метра в четыре высотой, примерился, схватился за оплетавшие забор ветви какого-то растения и полез вверх, засунув пистолет в карман. Сержант наблюдал за этим через стекло машины.
   Старшина оборвал несколько стеблей, проделал большую прореху в зеленом ковре, покрывавшем стену, но все-таки долез до верха. Тяжело отдуваясь, он перекинул ногу через верх изгороди и замер. Сержант увидел, как побелело и вытянулось его лицо. Синий отблеск проблескового маячка только усиливал синеву на лице старшины.
  
   Леха краем глаза увидел поднимающееся над верхом изгороди лицо. Из последних сил он позвал на помощь.
  
   Старшина застыл над стеной, как изваяние. Если бы его форму перекрасили в белый цвет, он ничем не отличался бы от фигур, заполнявших лужайку перед отелем. Он увидел стоящего навытяжку человека в измятом черном костюме, левая рука была измазана кровью. Прямо перед человеком, изготовясь к прыжку, стояла белоснежная статуя овчарки. Неподалеку поворачивался к фигуре в черном костюме белоснежный лев. Еще одна фигура валялась на траве, уткнувшись мордой в землю, за фигурой тянулась полоса свежевспаханной земли, как будто что-то запустило статую в продолжительный полет В глубине парка раздавались мерные удары, как будто кто-то крушил бетонной балкой деревянную дверь, причем двери оставалось жить совсем немного. Человек издал громкий крик, его лицо исказилось в невероятной гримасе, как будто он старался ни за что не закрывать глаза. Старшина потянулся к кобуре на поясе, но кобура находилась в багажнике патрульной машины, о сем полицейский совсем забыл. Он схватился за бок, закрутился еще немного, но кобуры не обнаружил. Деревянная дощечка, на которую опирался старшина левой ногой, хрустнула, и стокилограммовое тело, неестественно вывернувшись, полетело вниз, зацепившись за стебли растений, увивавших забор изнутри парка. Ботинки старшины собрали пучок стеблей на середине полета, и грузный полицейский ударился о землю головой, оставшись висеть лицом к стене.
  
   Леха видел падение полицейского и искренне сожалел, что тот упал не лицом в парк. Теперь Лехе приходилось отдуваться за двоих. Он постепенно сместился к висящему телу, но тут от дверей отеля послышался грохот падения деревянных дверей и Леха обернулся в ту сторону, забыв про фигуры, приблизившиеся к нему на расстояние прыжка. Овчарка моментально издала глухой рык и одним прыжком преодолела расстояние до Лехи, сбив его с ног массой своего тела, и почти сомкнув челюсти на его предплечье. Руку пронзила резкая боль и Леха, уже в который раз, заорал. Он лежал на спине, наблюдая огромную собаку, прокусившую его пиджак, на лицо капала кровь из прокушенного предплечья. Но хуже всего было, что он уже не видел ни льва, ни медведя. Леха судорожно дергался, пытаясь вытащить руку из пасти овчарки, но только еще больше разрывал себе руку. Земля под ним мерно содрогалась, отмечая чьи-то тяжелые шаги. И он знал, чьи это шаги. Леха замолк. Сзади послышалось шевеление. Это очнулся старшина. Трава немного смягчила его падение, но ноги застряли и чтобы высвободиться, нужно было время. Как объяснить то, что происходит, Леха не знал, но был точно уверен, что если не сможет объяснить, ему конец.
   Старшина наконец-то очнулся, выпутался из растений и свалился на лужайку. Приподнявшись, он остолбенел второй раз за вечер. Перед ним лежал человек, рука которого была зажата в пасти белоснежной мраморной овчарки. В непосредственной близости от них стояли лев, уже изготовившийся к прыжку, и медведь, подбиравшийся к ногам несчастного. На полпути от темного здания в глубине парка находилась еще одна фигура, уже человеческая. К ним спешил мраморный подросток с мраморным горном в руке. Старшина перевел взгляд на лежавшего. Бледное лицо того было залито кровью, сочившейся из распоротой руки. Взгляд неподвижно вперился в парк, похоже было, что несчастный хочет одновременно видеть все, что происходит перед ним. В парке повисла тишина.
   Старшина перевернулся на живот и встал. Человек в измятом костюме таращился в парк, по-прежнему не вытаскивая руку из пасти собаки. Старшина сплюнул на траву и обратился к нему.
   - Что тут творится, мать твою? - Старшина действительно хотел разобраться в происходящем. То, что творилось вокруг, походило на какой-то дикий сон.
  
   Леха слышал вопрос, обращенный к нему. Мало того, он по-прежнему надеялся уйти из отеля на своих ногах. Поэтому он начал говорить, быстро и только самое основное. Рука была зажата в пасти овчарки, но челюсти перестали сжиматься. По-видимому, на статую смотрел неожиданно появившийся в парке милиционер.
   - Смотрите на них. Надо смотреть на всех сразу, тогда они не будут двигаться. Не отводите глаз, только не отводите глаз! - Последние слова Леха выкрикнул, потому что моргнул и челюсти собаки все-таки сжались. Послышался тихий хруст и Леха побелел, как полотно.
  
   Старшина вздрогнул. Он не смотрел на фигуру овчарки, он оглядывался по сторонам. Хруст Лехиной кости он расслышал совершенно отчетливо, он частенько слышал подобный хруст в отделе, когда попадались совсем уж несговорчивые клиенты. После этого звука обычно следовал или обморок, или язык клиента моментально развязывался. Старшина посмотрел на лежащего окровавленного человека и понял, что тот сейчас отключится. Из прокушенной руки ручьем лилась кровь, пропитывая остатки пиджака.
   - Повтори. - Старшина осознал, что укушенный не врет. Полицейский потянул из кармана рацию и буркнул в нее несколько слов. Потом еще раз. Леха неподвижным взглядом пялился на парк.
   - Надо на них смотреть. Все время. Я тут с обеда, на работу пришел. Одно, второе, куча дел. Стемнело. Я повернулся, а они близко совсем. Потом собака напала...
   - А этот, с трубой, откуда?
   - Из-за дома. Я всех в парк принес, а про него забыл. - Лехино дыхание стало лихорадочным, он побледнел еще больше, его била крупная дрожь. - Он сам пришел, тут я уже его увидел.
   Старшина наклонился и попытался вытащить Лехину руку из пасти. Лохмотья костюма зацепились за острые мраморные зубы. Клыки впились довольно глубоко, по-видимому, раздробив кость. Старшина выругался и замер. Из парка донеслось глухое рычание. Он медленно повернул голову и уставился прямо в оскаленную пасть льва. Леха все-таки вырубился, оставив старшину наедине с дьявольскими созданиями старого отеля.
   Старшина вспотел. Он вспомнил, куда положил свой пистолет. Стараясь не поворачивать голову, он полез в карман и достал древний табельный ПМ. Выпрямившись и отступив на два шага назад, он оттянул затворную раму и снял предохранитель. Убойная сила пистолета Макарова довольно ограничена, но отколоть кусок мрамора небольшой пуле вполне по силам. Старшина не глядя вытянул руку в сторону овчарки и нажал на спуск.
  
   В патрульной машине гремела музыка. Сержант уже дошел до кондиции. В его состоянии уже неважно, что происходит снаружи. Звук выстрела пробился через громыхание китайской аудиосистемы и нарушил нирвану. Сержант поднял голову, выстрелов больше не повторялось. Музыка уносила куда-то далеко, туда, где жизнь легка и приятна, где не надо работать сутками напролет. И он решил дождаться продолжения. Выключенная рация валялась на полочке приборной панели.
  
   Пуля попала овчарке прямо в голову, расколотив ее на мелкие осколки. Большинство попало Лехе в лицо, превратив его физиономию в отвратительную пародию на клоунскую маску. Окровавленный рот выделялся на лице ярким пятном. Освобожденная рука повисла плетью. Очнувшийся Леха прижал поврежденную конечность к груди и проковылял к старшине. Испорченная статуя завалилась набок.
   - Очнулся, хмырь. - Старшина так же, как и Леха какие-то полчаса назад, пялился в темноту парка, стараясь не упустить из виду белые статуи. - Стоять здесь. И смотри на эту херню. Вырубишься опять - пристрелю, мне на том свете спасибо скажут.
   Леха послушно встал слева, наблюдая за горнистом и приподнявшейся антилопой. Сержант медленно, по сантиметрам, отодвигался к изгороди, продумывая каждый шаг. Леха следовал за ним, как приклеенный, не отставая ни на секунду.
   - Пошли к воротам, там открыто вроде. - предположил Леха, ковыляя к забору.
   - Нет там ворот. И не было никогда. Заварены они лет двадцать как, я еще пацаненком бегал здесь. Такой херни не припомню только. И гостиница появилась недавно, это наш участок. Мы бы знали. - старшина скривился, как от зубной боли. С какого перепугу он отчитывается перед этим нарком - непонятно. Да и черт с ним. Сейчас надо вылезти отсюда. Где, интересно, шляется эта тварь из патрульки, убить мало щенка. Без году неделя в органах, а жопу не поднимет. Ну ничего, и с этим разберемся.
   Они подошли к изгороди и остановились. Фигуры оставались в том положении, в котором они их оставили после Лехиного освобождения. Надо было перелезать через стену. Старшина задумался, а потом подтолкнул Леху дулом пистолета.
   - Тащи сюда горниста. - Заметив на лехином лице дикий ужас, он отвесил ему оплеуху. - Горниста тащи, говорю. Он легкий. Встанем на него и перелезем.
   Леха только замотал головой. От удара с его физиономии слетела часть белой пыли, остались ужасные разводы в тех местах, где была кровь. Он попытался возражать, но старшина не глядя ткнул ему в щеку ствол пистолета.
   - Когда я говорю "Тащи", ты, скотина, будешь тащить. Одной рукой, волоком, зубами, но чтобы этот чертов горнист был здесь. Тебе-то какая разница, как сдохнуть, а у меня еще дела есть. - Старшина вспомнил лицо сержанта и его смех в прокуренном салоне патрульной машины.
   Леха развернулся и поплелся в парк, провожаемый черным дулом пистолета. Рука превратилась в раскаленную железную балку, оттягивавшую плечо вниз. Сознание цеплялось каким-то чудом, Леха шел вперед, слабо представляя себе, как он будет тащить белую фигуру одной рукой. До горниста осталось меньше десяти шагов, когда все вокруг Лехи закрутилось, заплясало, потом нагрянула всепоглощающая темнота, и Леха тяжело грохнулся посреди лужайки, почти под ноги белоснежной фигуре горниста.
   Старшина в который раз выругался, еще раз попытался вызвать патрульную машину, затем оставил рацию в покое и двинулся за горнистом сам.
   Продвигаясь по парку, он напряженно всматривался в замершие фигуры, стараясь не моргать. Сознание отмечало небольшие изменения в расположении статуй после каждого раза, когда старшина закрывал глаза. Он двигался не спеша, лавируя, чтобы держать в поле зрения сразу все фигуры.
   С Лехой пришлось попотеть. За время службы он набрал вес. Старшина, особо не церемонясь, ощупью подобрал его ногу и потащил к забору, стараясь повторять все свои маневры. Леха был уложен около изгороди. С полицейского градом катился пот. Физические нагрузки он на дух не переносил, предпочитая бегу и плаванию посиделки в хорошей компании. Пришлось отдохнуть, прежде, чем отправляться за горнистом. Старшина от души нахлестал Леху по щекам, добился от него более или менее внятного мычания, посадил его вертикально и двинулся в парк. До горниста удалось добраться без трудностей. Полицейский зацепил его под руку, наклонил, и переставляя шаг за шагом, начал движение к Лехе. Высотой статуя была ему по плечо, но он надеялся встать на нее и дотянуться до верха забора.
   Старшина пыхтел, как паровоз, двигая горниста. Сзади донесся то ли всхлип, то ли вдох и старшина рефлекторно оглянулся. Леха опять потерял сознание, завалившись на левый бок. Старшина вдруг почувствовал, что его ноша стала легче, и быстро обернулся к статуе. Достаточно быстро, чтобы осознать, что в переносицу летит белоснежный кулак. Послышался хруст носовой перегородки, старшина опрокинулся назад, облившись кровью. Пистолет выкатился из руки и улетел к изгороди. Извернувшись, как змея, старшина повернулся обратно и заметил, что горнист застыл снова. Полицейский поднял руку к тому, что осталось от носа, и застонал. Носа как такового больше не было, смятые хрящи, сочащиеся кровью, уже давали отек на оба глаза, и старшина с ужасом понял, что еще несколько минут, и он не сможет видеть совсем ничего. Пятясь, он рванулся назад, горниста он волок за собой. До изгороди он добрался за считанные секунды, поставил горниста вплотную к забору. Для очередного удара тот уже занес кулак, когда старшина его заметил, и это весьма пригодилось. Повторив оплеухи для Лехи, старшина заставил его смотреть на статуи, а сам подобрал пистолет. Проверив количество патронов, он несколько раз выстрелил по белоснежным фигурам. Леха вздрагивал при каждом выстреле, отмечая повреждения, наносимые дьявольским статуям. Антилопа лишилась одной из тонких изящных конечностей, лев получил скол на гриве, а медведь лишился одного уха. Большего от табельного оружия ожидать было нельзя.
   Леха сумел приподняться и поддерживал горниста, стоя так, чтобы видеть и его, и оставшиеся фигуры. Старшина взлетел на забор одним махом, практически не касаясь статуи, улегся на живот и протянул вниз руку. Леха схватился за нее и был вздернут на самый верх за какие-то доли секунды. Старшина с Лехой перевалились через изгородь и тяжело свалились вниз, так и не расцепив рук.
  
   Оставленный без присмотра горнист злобно проводил их взглядом и неторопливо пошел ко входу в отель. По пути он остановился и осмотрел покалеченные фигуры. Ему предстояло еще много работы этой ночью.
  
   Леха умудрился не упасть на сломанную руку. Привалившись к изгороди, они сидели, тяжело дыша, не веря, что выбрались из этого кошмара.
   Старшина первым зашевелился. Бросив Лехину руку, он встал и проверил, на месте ли пистолет. За углом забора виднелись всполохи мигалки и слышалась приглушенная музыка. Старшина направился туда.
   Леху словно подбросило. Он вскочил, позабыв про сломанную руку, и помчался вслед за старшиной, который казался ему сейчас самым надежным человеком в мире.
   Старшина обогнул угол, приблизился к патрульной машине и открыл водительскую дверь. Из салона вырвалась оглушительная музыка. С кресла начал подниматься сержант, его глаза начали округляться при виде распухшей физиономии начальника. Подняться он не успел, в лицо ему влетел тяжелый армейский ботинок старшины. Сержант рухнул внутрь патрульной машины и обмяк. Старшина повернулся к Лехе.
   - Свободен. Ничего не видел, тебя тут не было. Все понятно? - не дожидаясь ответа, старшина перебросил тело водителя на пассажирское место и устроился за рулем. Музыка умолкла. Старшина заметил на панели рацию и отправил ее в голову начинавшему подниматься сержанту.
   - Скотина.
   - А эти? - Леха мотнул головой в сторону железных ворот.
   - Нет этих. И не было. - Дверь хлопнула и патрульная машина взревела мотором. Леха остался на дороге один.
   - Не было. - Он решительно кивнул, как будто бы соглашаясь. А потом развернулся и побежал прочь, поддерживая сломанную руку. Он из последних сил пробежал расстояние до оживленного проспекта. Перед пешеходным переходом Леха остановился и привалился к столбу. В глазах двоилось, обстановка расплывалась. Леха собрал все силы и шагнул на проезжую часть. Справа истошно заревел клаксон, страшная сила подняла Леху в воздух и отбросила в сторону. Рядом громко закричала женщина, завыла сирена. Остановилась скорая. Из распахнутой двери к лежащему Лехе бросились врачи. Леха счастливо засмеялся и устало закрыл глаза. Очнулся он уже на носилках внутри белого микроавтобуса. Молоденький врач сноровисто готовил шприц. Леха откинулся на носилки и расслабился. Легкий укол пониже локтя и вокруг Лехи сгустилась темнота. - А с этим что делать? В сознание не приходит, мелет какой-то бред. Статуи, собаки. Допился до невменяемости. - Доктор протер руку Лехи спиртом и ввел иглу. - Посмотри, он без ботинок. На руке резаная рана. Стекло я вытащил, он прямо на разбитую витрину свалился, а потом на кафель головой. На затылке шишка. Продавщица говорит, знает его, мол, он каждый день там ошивается. Это ж надо, в носках в магазин приперся. Молодой парень, а хлещет, как лошадь. Вонища-то... Открой окно, что ли. Водитель приоткрыл окно. По салону пронесся свежий ветерок, и Леха зашевелился, не открывая глаз. Доктор закончил с Лехой и пересел на кресло у окна, уставившись на ночные улицы. У него брат не так давно открыл фирму по грузоперевозкам, дела вроде как шли в гору. Доктор протянул руку к небольшой кожаной сумочке и вытянул из бокового кармана визитку. Нацарапав на ней несколько слов, он засунул визитку в карман штанов лежащему Лехе и еще раз осмотрел шишку на затылке. Ничего, жить будет, а если совсем мозги не отбил, то позвонит. В конце концов, какая разница, как помогать людям.
  
   Зима 2012-2013
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Д.Панасенко "Бойня"(Постапокалипсис) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Т.Серганова "Айвири. Выбор сердца"(Любовное фэнтези) А.Дмитриев "Прокачаться до Живого 2"(ЛитРПГ) М.Снежная "Академия Альдарил: роль для попаданки"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"