# Война на Севере (Главы 14-16 черновик)

Александр Иванович Бондарев

Бондарев Александр Иванович


Война на Севере


## Глава 14


Тут надо заметить, что как только началась эпопея с налётами немецкой авиации, контр-адмирал Зозуля, приказал поставить эскадренный транспорт снабжения "Тобол", по совместительству ещё и вспомогательный крейсер, и корабль, выполняющий роль авиа прикрытия всего конвоя, непосредственно в конвой. Тот имел на своём борту достаточное количество зенитных средств, как для своей защиты, так и для прикрытия кораблей конвоя идущих рядом. На его борту оставалось ещё два истребителя "Харрикейна", которые совместными усилиями, как экипажа корабля, так и личного состава авиаэскадрильи удалось-таки поставить на катапульты, имеющиеся в наличии пилоты, были готовы взлететь в любой момент, как на горизонте появятся бомбардировщики противника.

Подход трёх быстроходных кораблей к арктическому конвою прошёл незаметно, заметили их только на пределе визуальной видимости. Именно с этой стороны конвой прикрывал отряд эсминцев во главе с лёгким крейсером "Двина". Немецкая группа эсминцев двигалась целенаправленно, на тот момент на лидере группы "Z-26" работала РЛС, с помощью которой и наводились эсминцы группы. Первым с немецкого эсминца "Z-25" визуально был замечен эсминец "Анадырь", который шёл замыкающим отряда эсминцев. Немцы же первыми открыли огонь, по уже полностью замеченному отряду, посчитав их за равноценный отряд, не смотря на то, что в его составе находился лёгкий крейсер.

Отряд тяжёлых кораблей прикрытия во главе с линкором "Амур", шедший левее в 10 милях, был пока не замечен немецкими кораблями группы "Арктика" из-за удалённости и закрытии снежной пеленой.

Пока на кораблях отряда эсминцев разобрались в ситуации с нападением немецких эсминцев, эсминец 2-го дивизиона "Анадырь" попал под накрытие. В него на протяжении пяти минут попало 3 снаряда с эсминцев "Z-25" и "Z-26". Была выведена из строя одна из кормовых башен. Разрыв около башни заклинил саму башню и к тому же вывел из строя одно из 127-мм орудий башни. Вторым снарядом попадание пришлось в район второй дымовой трубы по правому борту, к тому же уничтожив прожекторную установку, установленную на площадке за этой трубой. Третий снаряд попал по миделю правого же борта, на расстоянии трёх метров от борта от его взрыва выгнулись несколько плит борта, экипаж уже боролся с поступлением забортной воды. Чтобы выйти из-под накрытия командир эсминца капитан-лейтенант Гончар приказал увеличить ход, это дало то, что последующий залп лёг с недолётом.

И в этот момент открыли огонь эсминцы отряда "Печора" и "Томь", присоединившись к своему лидеру лёгкому крейсеру "Двина". Тем самым вынудив немцев перенести огонь с "Анадыря" на другие корабли отряда эсминцев.

По своему обыкновению контр-адмирал Колчин на момент атаки находился в боевой рубке крейсера, он более внимательно рассматривал оставшийся маршрут до Кольского полуострова, а точнее до порта Мурманск, куда должен был прийти арктический конвой.

Почему именно в Мурманск, а не, к примеру, в Архангельск? Зима 1941-1942 годов выдалась тяжёлой. Из-за тяжёлой ледовой остановки, и отсутствии достаточного количества ледоколов в составе Северного флота, порт Архангельска, был вынужден закрыться. 16 транспортов, которые находились в его порту, столь необходимых для перевозок, без прямого вмешательства противника, оказались в плену ... льдов. Мурманский порт мог в 1942 году обрабатывать одновременно не более 6 транспортов, что для выдерживания графика поставок было в пять-шесть раз меньше необходимого.

Как только раздался крик сигнальщика, - эсминец "Анадырь" атакован противником. Три эсминца тип "Нарвик".

Колчин и командир крейсера капитан-лейтенант Богданов выскочили на мостик корабля, чтобы самим увидеть что происходит. Вахтенный командир включил сигнал тревоги по кораблю, корабль стал разворачиваться в сторону противника.

- Этого ещё не хватало, - тревожно подумал Колчин, увидев как "Анадырь" накрыло несколькими взрывами. В этот момент начали стрельбу и башни крейсера. Богданов и Колчин, зашли опять в боевую рубку.

Стрельбой уже распоряжался главный артиллерист крейсера.

- Николай Иванович, - отдал распоряжение Колчин, - сообщите Зозуле, о нападении на конвой группой, из трёх немецких эсминцев тип "Нарвик".

Тот молча снял трубку телефона и отдал радистам команду на передачу сообщения.

- Немцы пустили торпеды, - раздался очередной крик сигнальщика. Богданов тут же устремился к окну рубки, чтобы самому лично наблюдать за ходом торпед и давать команды рулевому на уклонение от них.

Колчин тоже переместился ближе к месту, с которого можно было наблюдать за кораблями противника, 140-мм орудия крейсера уже открыли огонь по противнику, хоть и с низкой скорострельностью. Погодные условия, всё же не способствовали высокой скорострельности, которую могли бы развить артиллеристы крейсера, будь погода несколько так сказать более мягкой.

От торпед уклонились все корабли отряда, да и выпустили их немецкие эсминцы не максимальное количество, виновата всё та же погода. Пока корабли отряда делали уклонение от торпед противника, сбив прицелы своим артиллеристам, немецкие же артиллеристы добились попадания по каждому из кораблей отряда по одному, двум снарядам получили все эсминцы, да и крейсер тоже. Ответные два прямых попадания в немецкие эсминцы не принесли последним существенных повреждений. По всему выходило, что в ближайшее время немецкие "Нарвики", сумеют додавить весь отряд советских кораблей.

Именно в этот момент боя на горизонте появилась тройка тяжёлых кораблей эскадры прикрытия, а столь мощные разрывы от их снарядов показали немецким эсминцам, что пора делать ноги. Шустро уйти из-под разрывов удалось только двум эсминцам "Z-24" и "Z-25". А вот в "Z-26" попал снаряд с тяжёлого крейсера, столь удачного попадания добились артиллеристы с "Оби". Удар тяжёлого 125 килограммового снаряда по навесной траектории попал в корму эсминца. Из строя вышли как правая, так и левая турбины корабля, а так же пульт её управления. Корабль оказался обездвиженным. И это как раз в тот момент, когда со стороны накатывали три тяжёлых корабля. "Z-24" и "Z-25" развив свою максимальную скорость, пошли в противоположенную сторону, лишь бы быть подальше от столь мощного противника. Тем не менее, пока было можно огонь тяжёлых кораблей, был сосредоточен именно на этих двух эсминцах. Хотя неподвижному "Z-26" уже доставалось, от пристрелявшихся артиллеристов с лёгкого крейсера "Двина".

Попаданий по убегавшим эсминцам больше не было, разве что взрывы около бортов на расстояниях, но они не смогли остановить убегающего противника, хотя какие-то повреждения в результате гидравлического удара у них были. Но, тем не менее, эти два эсминца смогли уйти. Тем более что погода не радовала из-за всё более усиливавшегося тумана и обильного снегопада.

А вот третий эсминец уже уйти не смог, пока тяжёлые корабли пытались остановить хотя бы ещё один эсминец, в "Z-26" попали два раза артиллеристы крейсера "Двина". На последнем в районе второй дымовой трубы возник сильный пожар, кроме того на эсминце были выведены из строя орудия ╧ 2 и ╧ 3, от повреждения топливной цистерны вокруг неподвижного корабля разливалось нефтяное пятно. Благодаря огневой "помощи" эсминцев "Печора" и "Томь", на "Z-26" было выведено из строя и орудие ╧ 4, с него отвечало огнём только орудие ╧ 1.

Точку в противостоянии с "Z-26" поставил полный залп в его сторону с тяжёлого крейсера "Обь", непосредственно в эсминец попало всего лишь два 203-мм снаряда, но тому оказалось достаточно. От попаданий двух снарядов такого калибра, тот начал медленно погружаться. Окончательную точку же в этом противостоянии поставил эсминец "Томь" выстрелив в неподвижный и медленно погружающийся эсминец две торпеды, взрыв был зафиксирован лишь один, попала ли вторая торпеда и не взорвалась или она прошла мимо, с советских кораблей не было видно. Но подрыв мощной 610-мм торпеды ускорил уход эсминца под воду, тот стал заваливаться на подбойный борт, и за считанные минуты ушёл на дно. Подоспевшим к месту потопления немецкого эсминца, эсминцам "Томь" и "Печоре" удалось поднять на борт 96 человек, в том числе и командиров - корабля и флотилии, погибли 243 моряка.

Вечером 29 марта "Z-24" и "Z-25" вернулись в Киркенес.

В целом германское морское командование оценило как отрицательный результат проведения этой операции, дав рекомендации при последующих операциях прикрывать атаки средних кораблей тяжёлыми, при этом с большой осторожностью использовать надводные корабли. Кроме того как можно больше использовать преимущества авиации, которую в этом регионе необходимо нарастить.

Так оно и вышло. По несколько завышенным данным советской разведки на 1 марта 1942 года немцы имели в Центральной и Северной Норвегии около 250 самолётов, а уже по состоянию на 1 июля 1942 года более 400. Предполагалось, что ещё около 200 самолётов находилось в южной части Норвегии.

Основная борьба за господство на море в 1942 году переместилась на Север. "Север - зона судьбы" (А. Гитлер).

Из-за той же плохой погоды налёты на конвой PQ-13 прекратились. Низкая кромка облаков, непрекращающийся снегопад, туман - всё это не способствовало атакам авиации.

А уже 31 марта конвой PQ-13 входил в Кольский залив, потеряв всего лишь два транспорта конвоя. Второй потерей был британский сухогруз "Induna", торпедировать его смогла подводная лодка U-376 (Kapitänleutnan Friedrich-Karl Marks), которой удалось подойти на приемлемое расстояние и выпустить в британский сухогруз три торпеды, подрывы получились в кормовой части корабля, одна торпеда или не взорвалась или прошла мимо. Выжило всего 41 человек, все они покинули торпедированный корабль на двух спасательных шлюпках, которые подобрали корабли эскорта. Тут только добавлю, что британский сухогруз "Induna" перевозил 2700 тонн военной техники и бензина.

После прихода конвоя три китобойных судна: HMS "Silja" (FY-301), HMS "Sulla" (FY-1874) и HMS "Sumba" (FY-297), вошли в корабельный состав Северного флота.

За год после начала войны энергично наращивалась мощь советского Северного флота. Его состав увеличился только в начале 1942 года в четыре раза, он пополнился 6 подводными лодками, 20 СКР, почти 30 тральщиками и десятками других более мелких кораблей и катеров, мобилизованных главным образом из гражданских ведомств, а так же с каждым арктическим конвоем, прибывали корабли, которые передавались Северному флоту.

В том числе пополнение корабельным составом постоянно проходило и по линии ленд-лиза, Северному флоту передавались корабли, бывшие гражданского предназначения, так и позднее вновь построенные уже военного предназначения.

По приходу в Полярное, ему Колчину и контр-адмиралу Зозули, пришлось докладывать по проводке конвоя, а так же по бою с немецкими эсминцами типа "Нарвик". В целом, командование Северным флотом было удовлетворено боем, всё же в его итоге один эсминец "Z-26" был потоплен, в плен помимо его командира попал ещё и командующий группой "Арктика", этим обстоятельством были довольны в первую очередь разведка флота и НКВД. Хоть в начале боя, досталось эсминцу "Анадырь" - тот с трудом дошёл до Екатерининской бухты, нуждался в капитальном ремонте. Кроме него, в мелком нуждались и другие корабли отряда эсминцев.

Сам Колчин, был недоволен боем, хотя бы по тому, что на немецком флагмане стояла локационная станция, а корабли отряда эсминцев не имели ни одной, об этом он прямо сказал на Военном совете флота, из-за этого они и пропустили первый удар и так пострадал "Анадырь". Его мнение не разделили члены Военного совета флота.

- Вот пока будет идти его ремонт, - проговорил начальник штаба СФ контр-адмирал Кучеров, - установим на него тот же "ASDIC", новейшую британскую систему гидролокации, то, что можем, а вот локационных систем у нас пока нет, будут - будем ставить.

Конечно же, эсминцы, доставшиеся Северному флоту и имеющие названия рек Советского союза не шли ни в какое сравнение с немецкими эсминцами типа "Нарвик", но, тем не менее, свою задачу по сдерживанию немецких эсминцев до подхода тяжёлых кораблей эскадры, они выполнили, это понимали все члены Военного совета, хотя в голос об этом никто из них не говорил.

Было предложено в первую очередь сделать ремонтные роботы на эсминцах "Печоре" и "Томь", а только потом заняться более капитально эсминцем "Анадырь".

Кроме того, военный совет флота положительно оценил инициативу полковника Сафонова по переделке эскадренного корабля снабжения "Тобол". Единственный бой двух истребителей "Харрикейн" с группой немецких бомбардировщиков с итогом два сбитых и четыре подбитых за потерю в конце боя двух истребителей посчитали и на Военном совете флота положительным. Постановили, иметь всегда на борту "Тобола" по два готовых к взлёту на катапультах самолётов истребителей "Харрикейн", и два резервных на каждую катапульту, которые устанавливались после первых. А так же, переделать и "Шилку", в точно такой же аналог, вернув на неё два поплавковых самолёта-разведчика установить и там две катапульты и создать на ней авиаэскадрилью по аналогии с "Тоболом". По приобретению дополнительно катапульт - решить вопрос через представителя британской миссии в Полярном контр-адмирала Ричарда Бевана (сэр Ричард Хью Лорейн Беван - Richard Bevan, Royal Navy officer).

Но больше всего Военный совет Северного флота, оказался удовлетворённый результатами проводки конвоя PQ-13, первого, который частично сопровождали и полностью прикрывали корабли Северного флота, а так же тем фактом, что контр-адмирал Зозуля, добился включения в него несколько большего количества кораблей, чем было оговорено первоначально.


## Глава 15


Время до выхода следующего конвоя QP-10 10 апреля из Мурманска, ещё было, поэтому Колчина захватила текучка дел, которые были связаны как с ремонтом повреждённых эсминцев, так и с очередным выходом в Мотовский залив, для оказания помощи частям 14 армии, по заявке этой же армии.

3-го апреля 1942 года из Екатерининской бухты Полярного вышел отряд эсминцев в составе эсминца "Хопёр", "Десна", "Печора" во главе его шёл лёгкий крейсер "Двина" на котором находился Колчин. Уже после полудня корабли отряда открыли огонь по позициям егерей, вдоль берега реки Западная Лица. Для большей эффективности стрельбы, был задействован самолёт-разведчик, запущенный с борта лёгкого крейсера. И в этот раз корабельная артиллерия отработала на "отлично". Корректировщики с самолёта-разведчика отметили уничтожение нескольких блиндажей противника, подавление ряда огневых точек противника, в том числе и миномётные, было отмечено уничтожение порядка 50 человек егерей.

Обстрел противника продолжался и 4-го марта, командование 14-ой армии высоко оценило отличные действия советских моряков. 4-го марта немецкая авиация попыталась совершить налёт на корабли отряда. Налёт был отбит, удалось подбить один бомбардировщик, в этот раз отличились зенитчики эсминца "Печора". Уже вечером отряд в полном составе возвратился в Полярный. А контр-адмирал Колчин, вечером в 20.00, докладывал Военному совету фронта об итогах выхода отряда эсминцев, в целом оценив в конце доклада его на "положительно".

После выхода отряда кораблей в Мотовский залив, началась интенсивная подготовка к выходу конвоя QP-10. Военный совет Северного флота решил, что конвой QP-10 будет прикрывать эскадра Беломорской военной флотилии контр-адмирала Иванова в полном составе. Помимо этого из Архангельска выйдут все 16 транспорты, которые там оказались в ледовом плену.

А на эскадру контр-адмирала Зозули возложена задача на дальнее прикрытие как конвоя QP-10, так и PQ-14. Состав эскадры прикрытия тот же, что и при проводке предыдущего конвоя, заменили только эсминец "Анадырь", находящийся в ремонте, на эсминец "Хопёр". Кроме того командованием флота было акцентированно внимание адмиралов Зозули и Колчина на то, что во время выхода конвоев ожидаются штормовая весенняя погода.

21 марта 1942 года, в состав ВВС Северного флота был включён 95-й истребительный авиационный полк (ИАП), имевший на вооружении две эскадрильи дальних истребителей Пе-3. Его основной задачей было прикрытие конвоев на дистанции до 200 км от входа в Кольский залив. Так что прикрытие конвоев PQ-14/QP-10, хоть и не плотное со стороны авиации флота было обещано командующим ВВС Северного флота, генерал-майором авиации Кузнецовым.

PQ-14, как и в нашей действительности вышел из Рейкьявика 8 апреля 1942 года, в полном составе этот конвой, как известно, прошёл всего лишь четыре дня. Из-за сплошного тумана, укрывшего океан более чем на сутки, корабли конвоя были затёрты в тяжёлые паковые льды. В результате этого многие пароходы арктического конвоя, получили повреждения. Ситуация сложилась тяжёлой - из 26 вышедших транспортов, после переговоров с Полярным, 18 транспортов, вынуждены были вернуться назад, в Рейкьявик. Для их сопровождения повернула и эскадра прикрытия капитана 1-го ранга Платонова. Тот оставил в прикрытии 8-ми транспортов, которые продолжили дальнейший путь на восток, один тяжёлый крейсер "Дон", лёгкий крейсер "Днестр", один эсминец "Васюган", под общим руководством командира 3-й дивизии, капитана 1-го ранга Кудрявцева.

Группа из 8 транспортов, в сопровождении эскорта и была замечена гидросамолётом-разведчиком Bv138 (2./KüFlGr 406) рано утром, вслед за летающей лодкой, прилетел 4-х моторный "Кондор" который завис над конвоем. Появление "Кондора" означало только одно, что вскоре, пожалуют бомбардировщики противника. Понимая всё это, капитан 1-го ранга Кудрявцев принял решение прикрыть конвой своими кораблями, дополнительно используя свои зенитные средства корабельной артиллерии.

По истечении нескольких часов прилетели Юнкерсы 30-ой эскадры, после первого налёта последующие шли волнами в течении всего дня, пытались бомбить, не только транспорты но и военные корабли. Все налёты которые шли в течении дня, были отражены зенитной артиллерией транспортов и военных кораблей, потерь не было.

Понимая, что на следующий день от них не отстанут, Кудрявцев приказал с раннего утра поднять в воздух по два самолёта-разведчика с крейсеров, которые кружа над конвоем, предотвращали бы атаки подводных лодок.

Уже на следующий день к движущемуся конвою стянулась волчья стая "Блютрауш" (нем. "Blutrausch") в составе 10 подводных лодок. U-209 (Kapitänleutnan Heinrich Brodda), U-376 (Kapitänleutnan Friedrich-Karl Marks), U-377 (Kapitänleutnan Оttо Kohler), U-378 (Kapitänleutnan Alfred Hoschatt), U-403 (Kapitänleutnan Heinz-Ehlert Clausen), U-436 (Kapitänleutnan Günther Seibicke), U-454 (Kapitänleutnan Burckhard Hackländer), U-456 (Kapitänleutnan Max-Martin Teichert), U-589 (Kapitänleutnan Hans-Joachim Horrer), U-592 (Kapitänleutnan Carl Borm).

Замеченные подводные, лодки тут же были атакованы бомбами малого веса 30 килограмм, большие гидросамолёты-разведчики брать не могли. Но и этого оказалось достаточно, чтобы спугнуть особо настырных, - таких как U-403 её командир, в этот раз посчитал, что с него достаточно, особенно, как только начали падать глубинные бомбы с корабля эскорта. Так что в нашей истории британский транспорт "Империя Ховард" (6985 брт.) дошёл до порта Мурманск без происшествий и привёз на своём борту груз 2000 тонн - военной техники, включая армейские грузовики.

Вообще-то этот британский транспорт в нашей истории, погиб именно 16 апреля 1942 года в 14.45 от попадания торпед именно с U-403, к северо-западу от Нордкапа. На нём находился коммодор конвоя PQ-14. Этот транспорт затонул всего лишь за 57 секунд. Коммодор Э. Риз, три офицера его штаба, 18 членов экипажа и трое военных матросов погибли, хотя многие из них, в том числе и капитан Э. Риз успели прыгнуть за борт тонущего корабля. Капитан корабля Джон Макдональд Дауни и восемь членов его экипажа были подобраны британским вооружённым траулером "Lord Middleton" (FY-219), ещё 21 член экипажа, два офицера штаба, три военных моряка и два пассажира были подобраны британским вооружённым траулером "Northern Wave" (FY-153). Казалось бы, спаслась большая часть экипажа и тех, кто находился на его борту, но в том то и дело, что за бортом из поджидала ужасная смерть. Глубинные бомбы, сброшенные поблизости от плавающих людей траулером "Northern Wave" сделали то, чего не сделали неприятельские торпеды. По прибытию конвоя в Мурманск врачи констатировали у тех немногих выловленных, смерть, от разрыва внутренних органов и переломы позвоночника. Вот такие жизненные истории разворачивались на просторах севера во время проводки арктических конвоев.

А уже рано утром 17 апреля малочисленный конвой PQ-14 встретила эскадра контр-адмирала Зозули. Не успела эскадра, подойти к конвою - оставалось каких-то десять миль, как Кудрявцев сообщил об очередном налёте бомбардировочной авиации противника. Зозуля тут же отдал приказ, о запуске двух истребителей "Харрикейн" с борта "Тобола", погода позволяла это сделать. Запущенные с помощью катапульты два истребителя оказались полнейшей неожиданностью для экипажей Юнкерсов. Подойдя неожиданно с западной стороны на небольшой высоте, они первым же заходом сбили два бомбардировщика, немецкие пилоты бомбардировщиков попытались огрызаться, но когда ещё один из них оказался подбит, начали отход в сторону Норвегии. Нашим истребителям удалось на их отходе повредить ещё один. Только после этого два "Харрикейн" направились на восток, рассчитывая приземлиться на аэродроме Ваенга. Тем временем на "Тоболе" ударными темпами готовили следующую пару "Харрикейнов" устанавливая их на катапульты.

Была ещё предпринята одна попытка налёта бомбардировочной авиации, уже в сопровождении четвёрки истребителей "Ме-109". Но и эта попытка закончилась ничем, немцы потеряли один истребитель, а оставшиеся не стали связываться со столь кусачей парой и предпочли отойти, бросив бомбардировщики, итог налёта - был сбит один бомбардировщик, другого удалось повредить. После налёта и эта пара "Харрикейнов" так же, по предварительной договорённости ушла на восток, рассчитывая дотянуть до аэродрома Ваенга.

Вскоре же налёты прекратились совсем - из-за низко опустившегося тумана. А шторм, разразившийся 18-го, позволил конвою, вдобавок усиленному британскими тральщиками, пришедшими из Ваенги, благополучно войти в Кольский залив.

На восьми транспортах конвоя PQ-14 оказалось 114 истребителей, 50 танков М-3, а так же порядка 40 армейских грузовых автомобилей, не считая других военных грузов.

А как же развивались события у отошедшего из Кольского залива конвоя QP-10? Он как я уже и говорил, вышел из Кольского залива 10 апреля, уже на следующий день был подвергнут атакам бомбардировщиков 30-ой эскадры. Был потоплен транспорт "Империя Каупер" (7164 брт.), он шёл в конвое замыкающим, в него одновременно попало три бомбы. Британский противолодочный траулер "Paynter" (FY-242) спас выживших, корабль затонул. Британский сухогруз конвоя "Гарпалион" сбил один атакующий бомбардировщик Ju-88.

12 и 13 апреля группа "Арктика" в составе "Герман Шёман" (нем. "Z-7 Hermann Schoemann"), "Z-24" "Z-25" выходили в Баренцево море на поиск арктического конвоя, но не смогли его найти. Хотя многие исследователи утверждают - из-за сильного волнения на море и ледовой опасности.

13-го апреля в 01.00 конвой атаковала подводная лодка U-436, выпустила три торпеды, попала всего одна - в советский сухогруз "Киев", корабль затонул в течении 7 минут. Это был второй потопленный корабль конвоя. Погибли 5 членов экипажа, капитан Л.К. Силин, остальные члены экипажа и восемь пассажиров (члены семей сотрудников советского посольства в Лондоне), через 30 минут были подобраны в трёх шлюпках "Blackfly" (FY-117), но женщина-член экипажа скончалась от ран. Оставшиеся в живых были позже высажены в Исландии. Добавлю, что советский сухогруз "Киев" (5823 брт.) перевозил груз хромовой руды и древесину.

В 01:29 13 апреля в панамский сухогруз " Эль-Оксиденте " попала одна или две торпеды U-435 в машинное отделение, почти разорвав ее надвое. Судно затонуло кормой в течение двух минут, так быстро, что не успели спустить на воду спасательные шлюпки. Выжившие были вынуждены прыгнуть за борт, и были подобраны тральщиком "Speedwell" примерно через 30 минут. Девять тел также были подняты и позже захоронены в море. Оставшиеся в живых были высажены в Рейкьявике, откуда в конечном итоге были репатриированы в США на борту американских пароходов "Capulin" и "Artigas". Панамский сухогруз " Эль-Оксиденте " перевозил часть груза хромовой руды в качестве балласта. Это был третий корабль из состава конвоя потопленный немцами.

13 апреля 1942 года британский сухогруз "Гарпалион" в конвое QP-10, подвергся сильной бомбардировке, был разбомблен и сильно поврежден немецким самолетом Ju88. Судно было брошено экипажем, и попытка затопления со стороны эскорта открыт артиллерийский огонь с эсминца "Fury" (Н-76), не удалась, его брошенные обломки были обнаружены U-435, которая выпустила три торпеды G7a в 15:35. Третья торпеда попала в корму, в результате чего судно медленно затонуло на корму в 15.50. Британский сухогруз "Гарпалион", перевозил груз 600 тонн минеральных руд (в основном марганцевая руда) в качестве балласта. Это был четвёртый корабль уничтоженный немцами из состава конвоя.

13 апреля стало траурным и для 30-ой бомбардировочной эскадры, в этот день она потеряла пять самолётов.

Последующие дни принесли некоторое облегчение конвою, океан накрыл туман, который сменился штормовой погодой, эта погода позволила конвою в дальнейшем беспрепятственно дойти до Исландии, добавив в конвой 6 транспортов из конвоя PQ-14. Конвой QP-10 прибыл в Рейкьявик 21 апреля. Благодаря непогоде конвои PQ-14/QP-10 избежали встречи с германскими эсминцами группы "Арктика".

Эскадра прикрытия Беломорской военной флотилии во главе с контр-адмиралом Ивановым, во время перехода в Исландию находилась рядом с конвоем, прикрывая его от возможного нападения со стороны надводных сил немецкого флота. За время перехода успела отразить несколько налётов на эскадру прикрытия, впрочем, самолёты бомбардировщики ушли после налёта неповреждёнными, как и неповреждёнными оказались и корабли эскадры.

После непродолжительного отдыха экипажей эскадры, корабли которой присоединились к кораблям эскадры капитана 1-го ранга Платонова, во время которой старший - контр-адмирал Иванов развил бурную деятельность в самом Рейкьявике, согласовывая состав будущего конвоя и его эскорт, с представителями британской стороны. А так же успел договориться о срочной установке на эскадренные транспорта снабжения "Шилка" и "Донбасс" по две катапульты. На его кораблях эскадры Иванова, оказались и предназначенные для "Шилки" и "Донбасса" личный состав авиаэскадрилий, которые тут же включились в работу по дооборудованию кораблей, и размещению на "Шилки" шести самолётов-истребителей "Харрикейн", два из которых были установлены непосредственно на сами катапульты. А на "Донбассе" помимо двух катапульт разместились шесть самолётов-истребителей "Харрикейн", два из которых, были так же размещены на катапультах.

Кстати советскому командованию эскадры в Рейкьявике, было уже известно, что в составе конвоя PQ-15 будет впервые введено авиакатапультное судно "Эмпайр Морн". По всей видимости британцам понравился вариант с переделкой нашего корабля снабжения "Тобол". Вот только в своём случае британцы допускали, что истребители, запускаемые с катапульты таких кораблей, будут предназначены для уничтожения в первую очередь неприятельских разведчиков, а по простому - атака один на один, с явными преимуществами со стороны истребителя. А вот введение авиаэскадрильи, в состав корабля снабжения с двумя катапультами, советской стороной предполагало в первую очередь борьбу с бомбардировщиками противника, при их налётах на подопечный арктический конвой.

Итогом перехода, стал приход в порт Рейкьявика 34 транспортов (это с учётом транспортов которые застряли в Архангельске, и в этом числе были и 6 транспортов арктического конвоя PQ-14, которые вернулись назад). Получалось, что именно советская сторона, впервые провела столь большой конвой, потеря в таких сложных погодных условиях, составляла всего четыре транспорта. Это был явный успех, и это же признали и в британском представительстве Рейкьявика.


## Глава 16


Контр-адмирал Иванов уже располагал сведеньями, после посещения британской миссии, что конвой PQ-15 уже вышел из Шотландии 10 апреля в составе 25 транспортов с эскортом, на их бортах находился стратегический груз, состоящий из военной техники из США и Великобритании. Этот конвой британцы прикрыли двумя группами прикрытия. Больше всего Иванова радовало, что при выходе конвоя из Рейкьявика в его составе будут два ледокола. Один из них будет передан по ленд-лизу СССР - канадский "Монткальм", второй наш советский ледокол "Красин", переводимый из Владивостока. Иванов прекрасно понимал, что с приходом ледоколов в Архангельский порт, большая часть кораблей конвоев будет направляться именно туда, увеличится пропускная способность в приёмке кораблей конвоя, а так же увеличится безопасность транспортов в плане ударов немецкой авиации, особенно в районе проводки конвоев, мимо Кольского полуострова.

Советская Армия в начале весны испытывала нехватку военной техники, а непосредственно в Исландии скопилось более 80 загруженных транспортов, предназначенных именно для СССР, на половине из них развивался американский флаг.

Прибывшему из Шотландии, арктическому конвою PQ-15, дали отдых - неделю, после чего он, пополнившись должен убыть в Советские северные порты.

Предложение, поступившее от контр-адмирала Иванова - в связи с тем, что в Рейкьявике скопилось много транспортов для советской стороны, а так же находятся две группы дальнего прикрытия, отправить из Исландии одновременно два конвоя с разницей в полдня, примерно по 20 транспортов, от британской стороны необходимо обеспечить только корабли эскорта конвоев.

К рассмотрению этого вопроса британцы подошли очень серьёзно, попросив на его решение несколько дней и уведомив про это Лондон. Время ещё было - оставалось ещё пять дней до даты отправки конвоя из Рейкьявика. В Лондоне прекрасно понимали, что это самое оптимальное решение. Его положительное решение разрулило бы те не простые отношения Великобритании с Советским Союзом, которые складывались на тот момент, да и сняло бы напряжённость в отношениях с США. На тот момент и президент США, требовал соблюдения от Великобритании взятых на себя обязательств, по отправке грузов в Союз через каждые две недели.

Для решения столь непростого вопроса У. Черчилль собрал совещание, куда собрал всех заинтересованных лиц. Прежде чем проводить его, Черчилль зачитал короткое сообщение.

"Риск (отправки конвоев на Север) может быть оправдан, только лишь в этом необходимом случае" - дал своё заключение представитель британской миссии в Мурманске адмирал Р. Беван.

Первым попросил слова Первый лорд Адмиралтейства адмирал Д. Паунд (сэр Альфред Дадли Пикмэн Роджерс Паунд, англ. Alfred Dudley Pickman Rogers Pound). Суть его выступления сводилась к тому, что пусть русские пробуют, а мы посмотрим, при любых раскладах выигрывает Великобритания. Если проиграют русские, опять произойдёт усиление влияния британцев на северных морях. Если проиграют немцы, значит британцы прозорливо поддержали русских в их стремлении, как можно быстрее доставить военные грузы в Советский Союз. И большей беды не будет, если пострадают как можно больше военных кораблей с двух сторон, ведь это опять выгодно Великобритании - пострадают корабли и люди не Её Величества королевы Великобритании. Опять же если произойдёт разгром двойного конвоя PQ-15, Адмиралтейство момент может обратить в свою пользу. При подобном исходе подтверждалось бы то, что так упорно доказывали адмиралы - уход движения конвоев с Севера на другие более безопасные маршруты, т.е. в пользу максимального расширения "Персидского коридора", а следовательно и усиления влияния Великобритании на нефтеносном Ближнем Востоке. Из Ирана, кроме того, можно было бы быстрее перебрасывать подкрепления в район Средиземноморья, в частности, в Египет или на Мальту, где начала складываться весьма серьёзная ситуация.

У. Черчилль, после выступления адмирала Д. Паунда, зачитал мнение и Командующего Флотом метрополии адмирала Джона Тови (сэр Джон Тови, 1-й барон Тови, - англ. John Cronyn Tovey, 1st Baron Tovey). Тот ещё не отошёл от мысли, что немецкий линкор "Тирпиц" может потопить кто-то другой кроме него. "Тирпиц", который находился здесь на севере, и являлся настоящим пугалом, для флота метрополии, даже тем что, не выходя никуда, просто одним своим присутствием. Так вот, адмирал Тови, после недолгого раздумья склонялся к мысли, что с решением проблемы под названием линкор "Тирпиц" пусть разбираются корабли Советов, а не Флот метрополии.

Получалось, что мнение двух высокопоставленных адмиралов Великобритании, не смотря на их неприязнь - совпали во мнении, как впрочем, и такое же было мнение у самого У. Черчилля. Ведь по всему получается, что премьер-министр Великобритании, изо всех сил старается оказать посильную помощь СССР в борьбе с фашисткой Германией, идя на уступки в таких, казалось бы, актуальных для Советского Союза вопросах. Ведь проводка арктических конвоев, сейчас актуальна как никогда.

Именно по этому, по окончании совещания в британскую миссию в Рейкьявике ушла шифровка за подписью Первого лорда Адмиралтейства адмирала Д. Паунда, в которой он давал указание, на то чтобы пойти навстречу советской стороне и отправить одновременно с небольшой разницей по времени два конвоя PQ-15-1 и PQ-15-2. В состав каждого конвоя включить от 20 до 35 транспортов. На выделение эскортных кораблей указания так же были выданы.

А вот Флот метрополии, во главе с командующим адмиралом Д. Тови, отзывался назад в порты дислокации. Свою задачу на первом этапе, он выполнил - провёл конвой PQ-15 из Шотландии до порта Рейкьявик в Исландии. А за дальнейшее сопровождение конвоя, отвечают согласно договорённости, корабли Северного флота.

Советская сторона в лице контр-адмирала Иванова осталась довольна таким решением в вопросе, который ему поручило рассмотреть командование Северного флота. О чём он немедленно и сообщил в штаб Северного флота.

На кораблях двух эскадр прикрытия началась усиленная подготовка к выходу, ведь времени до выхода оставалось не так много.

Особенно много работы было на танкере "Донбасс", который было принято решение использовать как транспорт снабжения в эскадре прикрытия Беломорской военной флотилии контр-адмирала Иванова. Этот танкер ещё с 1941 года использовался Северным флотом в качестве военного транспорта, вооружение танкера состояло из двух 76,2-мм орудий установленных в носовой и кормовой части корабля и нескольких крупнокалиберных пулемётов, которые были установлены на надстройках корабля. В связи с тем, что его планировали использовать в качестве эскадренного транспорта снабжения эскадры прикрытия Беломорской военной флотилии, на нём приняли решение увеличить зенитное прикрытие. Британцы в Рейкьявике помогли быстро найти несколько зенитных орудий малого калибра, а так же несколько крупнокалиберных пулемётов. Которые, после их доставки на борт, в спешном порядке монтировали на корабле. Катапульты на нём установили по одной в районе грузовых помещений одну между кормовой надстройкой и рулевой рубкой, другую перед рулевой рубкой. К каждой катапульте помимо установленного на них истребителя, рядом разместили ещё два. Для их быстрой постановки на катапульты решили использовать штатные специальные грузоподъёмные средства, имеющиеся в наличии в носовой и кормовой части корабля.

Вот только использование этих истребителей советское командование, в лице командующих эскадр прикрытия планировало по их прямому предназначению - защиты кораблей конвоя, в случаях налёта немецкой авиации. Ведь что получается - спасение даже одного корабля, это уже успех, ведь тот в состоянии перевезти тех же самолётов на целый авиационный полк, плюс ещё много различного военного имущества, а тут риск только десятью истребителями. Британские и американские военные моряки были просто в шоке, когда выяснили, что эти истребители будут подыматься в воздух исключительно для защиты конвоя, они не верили в это, пока по выходу в море не убедились своими глазами.

Время пролетело быстро, наконец, настал час отправления конвоев PQ-15-1 и PQ-15-2 - 26 апреля 1942 года. В состав PQ-15-1 входило, как и в нашей реальности входило 26 транспортов, в том числе под флагами: 15 - американцев, 9 - британцев, 1 - советский, 1 - панамский. Конвой PQ-15-2 насчитывал всего 22 транспорта, в том числе под флагами: 14 американцев, 6- британцев, 1 -советский, 1- панамский.

Конвой PQ-15-1 имел эскорт в составе 11 тральщиков, эсминцев и крейсеров, в том числе "крейсер ПВО" (конверсионный грузопассажирский паром) "Ульстер Куин", а так же, как я и говорил, авиакатапультное судно "Эмпайр Морн" - британский сухогруз (7092 брт.). А вот ледоколы поставили в разные конвои, сделали так специально, на всякий случай, мало ли как сложиться ледовая обстановка в районе проводки арктических конвоев.

Конвой PQ-15-2 имел эскорт в составе всего 8 вооружённых траулеров, тральщиков, эсминцев.

Естественно эсминцы были не современные, а ещё те - периода 1-й мировой.

И в этот раз по какой-то причине британская сторона "забыла" включить в состав конвоя как это первоначально подводные лодки - польскую "Ястржеб", норвежскую "Уредо" и французскую "Минерв".

Прикрытие конвоя PQ-15-1 осуществляла эскадра Беломорской военной флотилии контр-адмирала Иванова.

Прикрытие конвоя PQ-15-2 осуществляла эскадра капитана 1-го ранга Платонова.

Разницу по времени выхода конвоев решили сделать так, чтобы между ними было не более 50 миль, а то и чуть меньше. При этом каждая эскадра прикрытия планировала находиться около конвоя так, чтобы в любой момент прийти на помощь, если это потребуется.

На четвёртые сутки спокойного хода, а именно 30 апреля PQ-15-1 был-таки, обнаружен немецким самолётом самолётом-разведчиком. Но налёты немецкой авиации начались лишь только с 1 мая - как только улучшилась погода до приемлемой.


К проходу арктических конвоев особенно весной 1942 года усиленно готовились и немцы. Уже в начале 1942 года, известная директива А. Гитлера, о сосредоточении в портах Северной Норвегии крупных надводных кораблей и начала активного противодействия перевозкам в СССР, вынудили Г. Геринга присоединиться к усилиям ВМС. А в марте 1942 года отдать приказ 5-му воздушному флоту о взаимодействии с ВМС, в операциях против союзных конвоев. Вскоре на полярные аэродромы стали прибывать эскадрильи колёсных торпедоносцев. До этого немцы располагали на норвежских базах двумя эскадрильями поплавковых торпедоносцев "Хейнкель 115 С-1" ("Не. 115"). В Тромсё, в подчинении командующего авиацией Северной Норвегии (General der Flieger Nordnorweger) базировалась 1-я эскадрилья 406 группы (1./Kü.Fl.Gr. 406) имеющая всего 7 самолётов. В Ставангере, в подчинении командира оперативной группы "Норд Вест", была 1-я эскадрилья 906 группы (1./Kü.Fl.Gr. 906) имеющая всего 8 самолётов.

В конце апреля в Норвегию прибыли первые 12 экипажей из состава 26-ой эскадры, имевшие на вооружении более современные самолёты "Хейнкель 111 Н-6" ("Не.111"). А 1-го мая 3-я эскадрилья (командир гауптман Эйке) этой эскадры перелетела в Бардуфосс, в ожидании приближения конвоя.

На первый налёт бомбардировщиков "Юнкерс Ju-88" с танкера "Донбасс" поднялась первая пара истребителей "Харрикейн". Немецкие пилоты бомбардировщиков ещё не привыкли к тому, что русские серьёзно относятся к налётам, и их в море будут постоянно встречать не только зенитный огонь, но и истребители. В их сознании, не укладывалось, что советские лётчики сознательно взлетают на одноразовых истребителях, стараясь взять во время боя по максимуму.

Так случилось 1-го мая - так далеко от побережья, да ещё неожиданно во время начала атаки встретить пару истребителей? Именно поэтому, за первый заход был сбит один бомбардировщик, а другой стал срочно скидывать бомбы, у него горел один из моторов. Разошедшаяся пара не стала останавливаться на достигнутом, продолжая атаку на бомбардировщики, стараясь сбить им прицельное бомбометание. К концу неприцельной бомбардировки, конвоя немецкая эскадрилья потеряла ещё один самолёт. А при отходе повредить ещё один. Расстреляв весь боезапас, "Харрикейны" приводнились около своего танкера, к тому моменту на последнем уже успели подготовиться к их приёму, спустить шлюпку и лётчиков с истребителей буквально подобрали за минуту после приземления.

В результате неприцельного сброса бомб, ни один из транспортов конвоя PQ-15-1 не имел критических повреждений, к тому же зенитчикам удалось сбить ещё один самолёт.

Таким успехом во время первого налёта остались довольны все, кто находился в составе конвоя или прикрывал его.

Контр-адмирал Иванов выразил лётчикам истребителей, которые поднялись в воздух свою благодарность.

Но в дальнейшем, немецкие пилоты вновь прибывшей в Норвегию 3-й эскадрильи, чуть изменили тактику нападения на конвой. В ночь со 2-го на 3-е мая, шесть самолётов "Хейнкель 111" 3-й эскадрильи 26-ой эскадры подкравшись к конвою незаметно на малой высоте, сбросили 12 торпед. В результате атаки британский сухогруз "Кэйп Корсо" ("Cape Corso" 3807 брт.) затонул за считанные минуты. Судно коммодора конвоя британский транспорт "Ботавон" ("Botavon" 5848 брт.) пришлось добить эсминцу эскорта. А повреждённый британский пароход "Ютланд" ("Jutland" 6153 брт.) продолжал идти в составе конвоя.

4-го рано утром на усиление эскорта конвоя PQ-15-1 подошли два советских эсминца "Гремящий" и "Сокрушительный", в сопровождении нескольких тральщиков союзников базирующихся в Ваенге. На дальнейшей проводке конвоя отличился эсминец "Сокрушительный", заметив и отогнав глубинными бомбами, от конвоя немецкую подводную лодку (Это не очень удачно пыталась атаковать U-251 командир - Kapitänleutnan Heinrich Timm).

Кстати именно эта подводная лодка 4-го мая, в наше время, торпедировала отставший от конвоя повреждённый британский пароход "Ютланд", который перевозил 1560 тонн военных запасов, в том числе 500 тонн кордита и 300 тонн боеприпасов. Хотя по другой версии, 2 мая 1942 года "Ютланд" (капитан Джон Хендерсон) шедший в составе конвоя PQ-15, был торпедирован и поврежден немецким самолетом-торпедоносцем I/KG 26 к югу от острова Медвежий. Один пассажир погиб сразу. Капитан, 53 члена экипажа и восемь пассажиров покинули судно и были подобраны эскортным эсминцем "Badsworth" (L-03) и благополучно прибыли в порт Мурманска 6 мая. В 00.14 3 мая 1942 года заброшенная "Ютланд", была торпедирована и потоплена подводной лодкой U-251.

Последний налёт на арктический конвой PQ-15-1 был предпринят 4-го мая налётом бомбардировщиков "Юнкерс Ju-88" 30-ой эскадры, именно тогда контр-адмирал Иванов приказал поднять в воздух последнюю пару истребителей для отражения налёта. Пилотам истребителей удалось сделать невозможное - сорвать прицельное бомбометание при этом сбить один бомбардировщик "Юнкерс Ju-88" и ещё один оставляя за собой шлейф дыма, попытался уйти в сторону Норвегии, пара "Харрикейнов" махнув на прощание крыльями, ушли в сторону наземного аэродрома под Мурманском, Ваенга. Попаданий в корабли конвоя не было, как впрочем и попаданий в корабли эскорта (в этот раз только один вооружённый траулер "Кейп Паллисер" едва не получил прямое попадание успев в последний момент уклониться, бомба легла всего в 10 метрах от корабля).

Конвой PQ-15-1 прибыл в Мурманск 6 мая, его продвижение сильно тормозил повреждённый британский пароход "Ютланд". Но контр-адмирал Иванов категорично отказался от того, чтобы этот пароход в конце пути шёл, один без сопровождения, хоть и скорость конвоя значительно упала.

В составе конвоя в Мурманск пришло 22 транспорта, ещё два (ледоколы: канадский "Монткальм", и советский ледокол "Красин" ушли в сопровождении тральщиков Северного флота, в порт назначения - Архангельск).

Транспорты конвоя доставили в Мурманск 140 самолётов (64 "Р-40", 74 "Харрикейна"), 392 танка, 75 бронетранспортёров, 50 грузовых автомобилей, 13 радиолокаторов GL-2, 76,6 тонн различного вооружения, 1560 тонн военных запасов, 3687,5 тонн боеприпасов, 799 тонн пороха.


Уважаемые читатели!

Особенно те, кто любит книги по данной тематике, попрошу Вас ставить свои оценки, у кого есть замечания, к примеру, не правильно дал название - кораблям, фамилиям, городам, ну и так далее, - указывать об этом в комментариях.

С уважением Бондарев А.И.