# 3 Глава

Виктория Викторовна Бурнашова

- Я буду кричать, - позволила я себе лёгкую едва уловимую усмешку, - Думаю, вы если что услышите.

Силуэт приблизился ко мне. Тут же напряжение сковало тело.

- Я с человеческими девушками знаком, - начал он вполне обыденным тоном, - Но...как бы помягче с казать...с продажными. Понимаешь меня?

- Понимаю, - кивнула я, продолжая настороженно прислушиваться к нему.

Если что, я буду визжать, как резаная. Мало ли. Тут темно, мы в лесу...вдруг, меня ему подарят?! Ну...он вроде общительный и злости в голосе нет, а это плюс. Дура, давай ещё выбери себе хозяина!

- Но вот такую...как...леди, да? - раздался шорох одежды, - Впервые. Ты, кстати, всегда такая?

Он засунул руки в карманы. Задумалась. По-моему, со мной нормально говорят. Это больше, чем прогресс.

- Какая именно? - подняла брови и повернула голову в его сторону.

- Вежливая и тактичная, - подобрал ликан слова.

Задумалась. Правда или ложь? Нам ещё путешествовать, так что лучше правду говорить.

- Не всегда, - нахмурилась я, - Но меня действительно обучали всем правилам и я их знаю.

Это правда. В городе нужно хамить и быть прямолинейной. Дома почти всегда со служанками только таким тоном и нужно общаться. Они словно понимают, что если я нажалуюсь отцу, то им ничего не будет довольно часто игнорировали меня и мои просьбы. Так и научилась ругаться и приказывать. Не знаю даже плохое это качество или нет.

- Здорово, - проговорил новый знакомый, - Ладно, я пойду досыпать - путь долгий предстоит. Ты всё-таки тоже поспи.

- Доброй ночи, - всё также сдержанно высказала я.

- Я к тебе долго привыкать буду, - усмехаясь, ликантроп направился обратно к костру.

Послушала, как он шуршит и потом всё стихло. Я сидела ещё долго, а потом не заметила, как задремала.

Разбудил меня лошадиное ржание. Я просто реко распахнула глаза и поняла, что уже расцвело и лагерь мой очнулся.

- Ну что ты бесишься?! - услышала я довольно громкий мужской голос, - Как приедем я тебе на колбасу пущу! Ну что за животное?!!

Быстро протёрла лицо. Уже утро? Кряхтя, поднялась. Спина затекла. Нашла в какой позе засыпать. Но не смотря на дискомфорт я была отдохнувшей. Наконец-то.

Лагерь собирался. Никто уже не спал, все собирали вещи. Я не нашла своей сумки на земле у костерища. Бегло оглядела лошади и увидела её. Забыв про стеснение, прошла через поляну и потянула руки к сумке. Конь мгновенно заржал и затоптался на месте. Да сколько можно!? Что за...животное?

- Ты пожёстче с ним, - услышала я сзади голос Морика, - Он через чур гордый, прям, как его хозяин.

Я обернулась.

- Вообще-то я всё слышу, - мимо меня прошёл Лорин, чуть ли не задевая плечом, - По коням!

Это была видимо команда для всех. Я как-то растерянно оглянулась. Все начали подниматься и расходится. Что делать мне я не знала. От этого чувствовала себя лишней и просто лишним грузом.

- Иди сюда, - сереброволосый подозвал меня.

Сглотнув, приблизилась к почему-то спокойному коню. Значит, один на один он капризничает, а когда на нём сидит Это, то я не удел? По-моему, опасное животное тут далеко не я!

Ехать с ним в одном седле? Убейте меня быстро и всё. Не надо мне этого! С незнакомым мужчиной сначала спала, а потом ещё и, тесно прижимаясь друг к другу, поедем?! Моя репутация стальная, но не до такой степени! Я уважающая себя леди! А он ещё и нечисть, которая меня купила. Двоякие чувства раздирали меня. Ну, бесы, что с них взять? Бродят там по лесам и всё. А с другой стороны, вот Это купило меня! Человека! С какого перепуга-то?! Я ведь ничего...ладно! Просто забудь.

- Могу я пойти пешком? - тихо спросила я, - Думаю, я смогу продержаться на ногах весь день...

Взгляд сверху-вниз и раздражительная ухмылка тронула его губы. Он сидел в седле, как какой-то король: спина прямая, плечи развёрнуты, голова смотрит прямо, ни единого лишнего движения или эмоции. Даже не по себе становится...

- А когда мы галопом поскачем ты тоже успеешь?

Понятно. Конечно, куда мне?

- Я поняла, - кивнула я, опуская глаза.

Осторожно приблизилась к нему. Замерла в новой нерешительности. Как залезть-то? И куда, вперёд или назад?

Ликан протянул мне правую руку. Значит заднюю. Убрал ногу со стремени, позволяя мне забраться в седло. Я быстро села и вынула ногу. Сидеть за спиной...Этого существа было крайне ужасно. Я не знала, что делать. Мне же надо было держаться. А за что? Не за талию же его обнимать в самом деле. Но Лорина, казалось, это совсем не трогало, он развернул коня и мы поехали к дороге.

К такой здоровой спине лошадки нужно было привыкнуть. Седло-то какое-то другое. Непривычно очень. Самое главное - это двигать бёдрами в такт шагам этой животины, ну и привыкнуть нужно. Я ездила верхом редко, но один раз в месяц точно. Просто так, чтобы развеется. Не уверена, что выдержу весь день...

Ехали уже пару часов. Пейзаж не менялся. Лес и дорога. От скуки не знала, что делать. Сначала я всё осматривала, головой крутила, а потом как-то надоело. Да и плечи устали. Сижу, как с палкой в одном месте. Сгорблюсь и придётся упираться лбом в спину впередисидящего, а я этого крайне не желаю. Поэтому терпела.

Заурчал желудок где-то к обеду. Не громко, но вполне уверенно. У меня же есть печенье! Но...встала новая проблема. Сумка висела справа, перед ногой Лорина. Спросить или взять самой? Может, не надо его отвлекать? Да я и не хочу, если честно.

Осторожно сместилась вправо. Если протянуть руку сбоку, то я смогу снять сумку и подтянуть её к себе, не задев при этом ликана. Он меня, кажется, ненавидит. Не хотел - не брал бы, правильно? Упёрся бы и вытряс бы из отца золото. Нет, на живой товар согласился. Дурак, из меня же ничего путного не выйдет. Просто пустая трата денег.

Собравшись, потянула сбоку подрагивающую руку к сумке. Когда моя кисть была у бедра Лорина, мою ладонь тут же схватили и довольно больно сжали.

- Я просто хотела взять сумку! - испуганно проблеяла я.

- У тебя язык отсох что ли? - резко отбросил он мою руку, - Где, так из тебя красноречие так и хлещет, а здесь спросить не можешь?

Я тут же насупилась. Идиот психованный. Но сумку он мою снял и сунул её мне. Пока он это делал - увидела рукоять клинка. Она, как раз была с правой стороны. Неужели он подумал, что я хотела...вообще, если подумать подольше, то я могла бы. Теперь буду знать, что стащить у этого экземпляра нож невозможно. Дельная информация.

Сверху в сумке был запихан плащ. Он его туда так...надо же складывать вещи, а не так швырять. Подняв брови, запустила руку в недра вещмешка и выудила пачку печенья. Оно было чёрное. Туда добавляли горький шоколад и много сахара и от этого у вкус становился божественным! Было только один минус. Оно было жёстким. Не хотелось бы привлекать к себе вообще какое-то внимание, поэтому старалась кушать тихо. Я никогда не крошила, поэтому сумку и не закрыла.

- Чего это ты там трескаешь? - раздался голос сбоку и я чуть не поперхнулась.

Морик подъехал к нам поближе и его довольный взгляд упал на мои руки. Я сразу чуть ли не покраснела, словно меня застукали за чем-то постыдным.

- Печенье, - прожевав, пробормотала я и, не зная, что сделать, протянула развёрнутые бумажный конверт ему: - Будете?

Вежливо было бы предложить всем. Но этикет распространяется только на людей. Да и мне самой на несколько дней не хватит. Его много, конечно, но я не знаю сколько мы будем в дороге, поэтому...тут я сама за себя.

Тот не отказался. Протянул руку и взял несколько штучек. Понюхал их, нахмурился. К нему почти сразу же пристроился брюнет на своём коне и наглым образом забрал один кругляшек выпечки. Морик переложил сладость в другую руку и вроде как шутливо показал кулак "вору". Я печенье кусала, а эти двое сразу в рот закинули. Варвары.

- А оно и должны быть таким сладким? - уточнил Морик, вновь подъезжая к нам.

Задумалась. Это же печенье...

- Ну да, - кивнула я, надкусывая очередной кругляшек, - Его с чаем пьют.

У нас печенье распространилось давно, но вот популярность оно обрело не сразу. Всем казалось, что им просто втюхивают засохшее сладкое тесто. А потом распробовали и пошло-поехало.

- У тебя ещё много? - прямо задал он вопрос.

Меня просто убивает эта растительность. Щетина ещё ладно. Но усы и борода...да, всё коротко и аккуратно подстрижено, но...не могу себя переступить и всё.

- Я не знаю, - пожала плечами и приподняла в руке бумагу со сладостью, - Вот это и всё.

Много это для них или мало? Ну, тут штук тридцать ещё лежит. Для меня этого много. А для них не знаю.

- Что это вы тут пробуете? - раздалось уже с другой стороны.

Это был русый парень, с которым я ночью "беседовала". Они нас обступили со всех сторон. Моя растерянность зашкалила. Я сидела и не знала, что сделать.

- Угощайтесь, - выдохнула я, протягивая конверт уже в другую сторону.

Парень подарил мне широкую улыбку и взял несколько штук. Другой мужчина шатен почти сразу же забрал у парня одну. Причём они не сопротивлялись. Забрал и забрал, словно так и должно быть. Я не жадная, но я бы хотя бы возмутилась. А эти...может, братья? Хотя, это хуже. Я бы Авдея убила бы, если он у меня сладости отбирал. Обиды на неделю было бы.

- Надо было у вас в городе его купить, - усмехнулся Морик, вновь "угощаясь" и передавая своему брюнетистому другу долю, - Оно мешками продаётся?

Печенье-то?! Мешками?! Это же...успокойся. Просто не принимай всё всерьёз!

- Нет, пачками или штучно, - чуть подёрнула я уголки губ в неком подобии улыбки, - Но много есть нельзя, живот может заболеть.

Не жадничаю, просто по себе знаю. Объелась его так по началу, пару дней рвало.

- У нас не заболит, - раздалось с другой стороны и несколько печенюшек исчезли из общей кучи, - Ладно, ты убери его на потом, а ты мы сейчас всё сожрём.

Дважды просить не пришлось. Завернула жёсткую бумагу в несколько слоёв и спрятала на дне сумки. Надо было втихаря есть. И что значит "на потом"? То есть они захотят его съесть потом?! Или он так обо мне заботится? Разумеется, первое, тут и думать нечего.

- Лорин, на, попробуй, - русый паренёк сунул последнюю чёрную сладкую "монетку" впереди сидящему рабовладельцу.

А кто он? Купил человека, значит владеет рабом. Раб. Фу, как звучит-то. А рабыня, как отдельный подвид куртизанок. Дёрнула головой, прогоняя страшные мысли.

Лорин колебался, но подаяние принял. Мне стало как-то неловко. Уверена, что из моих бы рук он не взял ничего. Итак смотрит на меня, как на кусок грязи. Касаться его так и не хотелось.

Сделав из фляжки несколько глотков, подняла голову вверх. Небо. Для всех голубое. Вот бы оказаться далеко-далеко отсюда...и нежиться в кроватке, кушать пищу вилкой и ножом, пользоваться салфетками и ходить в нормальный туалет...мечты.

Часа через три я устала. Боролась с желанием завалиться на здоровую спину Лорина и заснуть мёртвым сном. Я даже хотела не сколько спать, сколько просто полежать. Верховая езда - это пытка! Кто же придумал-то эту пытку?!

Неожиданно для самой себя, заметила, что окружающая природа начинает меняться. Из леса мы выезжали к...горам! У меня чуть дух не захватило. Позабыв про Лорина, вытянула шею и слегка съехала в сторону, дабы поглазеть. Огромные, словно вырванные из земли куски камня каким-то великаном, эта красота простиралась впереди. Редко, где росла зелень. Одно-два деревца и всё. Но горы...такие большие, величественные и непокорные приковывали мой восторженный взгляд. Никогда не видела ничего подобного! Читала множество раз, но воочию... ни разу. Серые, кое-где были бурые прожилки...словно огромные замки неизвестных существ! Они росли на глазах по мере нашего приближения. Позабыв обо всех правилах, приоткрыла рот и подняла брови, пытаясь охватить картину целиком. О, я ошиблась! На вершинах и кое-каких уступах росли кривые, тонкие кустики. О, Богини, как же красиво! Необычно, слегка мрачно, но от этого ещё более восхитительно!

Первый восторг прошёл где-то через полчаса. Потом я закрыла рот, поскольку начала замечать ржущих мужиков, которые поглядывали в мою сторону. Действительно, очень смешно. Хотелось по-детски показать им язык, но...быстро вспомнила, кто я и с кем.

Наблюдала за всем сдержанно. Делала отчуждённый вид, а сама чуть ли ногти не грызла. Почему я такой красотищи раньше не видела?! Что мне мешало также собраться в поход и... вспомнила, что я далеко не любимый ребёнок в семье. Авдей, наверное, всё это видел сотню раз. Что ни месяц, то охота на неделю. Конечно, они могли просто пить в ближайшем лесочке, но всё же... жалко, что я родилась женщиной. Развлекалась бы с девчонками, занималась бы любимыми делами, дралась, выпуская пар, не брилась бы - стала бы лекарем, а в бороде прятала бы травки всякие. Дурные мысли, но от нереальности они становились ещё более желанными. Мужчина и женщина. Люди. Но почему-то отношение разное. Нет, есть, конечно, мужчины уважающие женские права, но их мало. Да и дамы далеко не дивные маленькие создания. Тоже масла в огонь подливают. Вот, куртизанки. Они же бросают тень на всех женщин! Теперь каждый мужик знает, что дело меняет только цена. Можешь дать много, значит тебе отдадутся, а нет - обсмеют. Даже на меня посмотрите. Ситуация немного другая, но она схожа. Отдали за долг. Мелочь какая. Не Авдея, а меня. Хотя с мужика толк убыло бы больше: воды натаскает, дров наколет, дом построит, живность убьёт и накормит! А я?! Могу рубашку Лорина красивыми узорами расшить, нервы потрепать, сказки рассказывать, прочитанные мною из книг и всё! То есть от меня нет толка! Нет, я конечно преувеличила. Я умею готовить. Да-да, серьёзно. Крайне утомительно и скучное детство имеет последствия. Особенно после смерти матери. Одиночество и тоска сжирали меня изнутри, а успокаивал меня иногда Авдей, а в основном няньки, которым я до свечки была. Главное живая. Вот и повадилась в кухню таскаться. Там всегда было оживлённо. Гогот полных тёток, иногда ругань и споры. Это здорово помогало забыть про все свои проблему и окунуться в чужие. Повара по началу настороженно ко мне относились и мягко пытались сплавить из кухни, но я крепко решила завести себе друзей. Начала помогать и знакомиться. Первую неделю все так неохота поручали мне мелкие задания, а потом всё пошло-поехало. Видимо моё упрямство сделало своё дело. Через пару месяцев я научилась чистить овощи ножом (!), резать их и добавлять специи в блюда. Тётя Марфа полюбила меня больше всех. Я помогала исключительно ей. От неё узнала множество рецептов вкусной еды, вызубрила технологию готовки и запомнила название всех продуктов. Пару раз я даже самостоятельно сварила суп и его даже можно было есть! Только я его чуток пересолила, но это не главное! Леди моего рода вообще к кухне подходить не нужно было. Просто родить и всё. А дальше хочешь воспитывай-хочешь на нянек сбрось. Наверное, поэтому повара и приняли меня. Я ведь относилась к ним с почтением не тыкала, называла по имени, всегда обнимала на прощание. Они стали даже лучше нянек. "Если больно в груди, значит должно быть тесно в животе!" - часто говорила Марфа, видя, как я иногда плачу в уголке. Сладости она мне не давала, только переспелые фрукты, к которым я прониклась искренней симпатией. Много сладкого вредно для всего тела. Бывают сахарные болезни, а также полнота. Любой другой женщине сладости трескать надо было, чтобы выдерживать каждодневные нагрузки и набирать массу, дабы родить здоровых детей. А мне нет. Я была и должна была стать тепличным цветочком, хрупким и ранимым. Меня такой растили. Но я всё равно упорно совала нос во все кастрюли. Так что, если меня заставят готовить, то в грязь лицом я не упаду. По началу, конечно, что-то сожгу и возможно это даже будет кастрюля, а не продукты, но я сумею. А с остальным...ну в принципе я знаю теорию. Стиркой тётки там такие жилистые занимались. Большая деревянная бадья и три-четыре прачки по кругу сидят с досками рифлёными и трут бельё о них. На вид просто, но боюсь себе представить, как это тяжело. С уборкой справлюсь. Метла и совок, тряпка и ведро. Убрать мусор, вымыть грязь, стереть пыль.

Про другую сторону медали старалась не думать совсем. Не дай Леля, между нами что-то случится...даже не знаю, что делать буду потому, что просто не сталкивалась с этим! Огорчусь - это да. Обозлюсь? Разумеется. А вот буду ли мстить это вопрос другого характера. Если представиться такая возможность и риск будет очень мал, то конечно же. Но в других случаях я не стану усугублять своё итак бедственное положение. Придётся терпеть и ждать. Месть ведь должна быть выдержанной, как дорогое изысканное вино, чтобы также сильно одурманить голову. Смогу обдумать всё и взвесить. Случившееся с сумкой подтверждает мои опасения. Он недоверчив и подозрителен. Но все рано или поздно раскрываются - это суть чело...мда, ошиблась я. Всё, что я на придумывала рассчитано на человека, но никак не на ликана. Грубо говоря бить нужно будет сильно и точно, чтобы Это не решило убить уже меня. Сложно и почти невыполнимо. Я никогда таких интриг не плела, но много читала об этом. В книгах описано немного не так. Обычно герои быстро осваиваются и втираются в доверие...хотя, остальные ликантропы взяли из моих рук еду, возможно, это тоже что-то значит. Они видели, что ела я и только после это взяли сами. Бояться. Глупо. Я опасаюсь их, а они меня, но мы уверенно следуем плечо к плечу неизвестно куда. Слово "нужда" объединила нас всех.

Солнце начало крениться к горизонту. Пара часов и наступит уже вечер, а затем и ночь. Желудок опять неприятно заурчал. Я привыкла к трёхразовому питанию. А они, похоже едят всего один раз в день. Вечером. Может быть всё-таки поесть сегодня с ними? И на утро припасти?

Покачав головой, достала из сумки довольно крупный тёмный мешочек, плотно завязанный красной верёвочкой. Раскошелилась, помню я знатно. Десять медяшек отдала за это великолепие. Позабыв об окружающих, уверенно начала бить мешок об руку. Там карамельки. Сахар плавленый, по-другому. Тётка продавала их в форме треугольничков. Но, как оказалось, лёжа вместе они имеют способность слипаться. Поэтому я их и разбивала. Слушайте, я этот мешочек давно таскаю. Уже с месяц точно. Как не выберусь в город, одну стекляшку в рот кину и довольная весь день.

Развязала завязки и достала "осколок" сахара. Янтарный цвет, так похожий на золотой. Положила в рот. Слюна мгновенно обволокла кусочек блаженства и я, забыв об этикете, причмокнула. Тихо, чтобы никто не слышал. Сладость потекла по языку, заполняя всё. А ещё чувствуется лёгкая горчинка. Сахар если передержать на огне, то он же сгорает. А эти карамельки сняли чуть позже положенного и от этого неровные тругольнички приобретали такой глубокий цвет и благородный вкус. О, это придумал явно гений. Не думала, что сахар может быть таким вкусным...

- Чего опять тихаришь? - Морик первый заметил мешок в моей руке

Я поняла всё без слов.

Часа через полтора мы наконец-то остановились на привал. В горах! Мы долго ехали к этим прекрасным природным строениям и достигли их! Поднялись на пригорок и там разбили лагерь. В заходящих лучах солнца эти хребты выглядели мрачно и чудесно.

Я давно убрала опустевший на половину мешок карамелек в сумку. Больше всего это "блюдо" понравилось Морику и тому русому парню. Они единственные выглядели как-то по-доброму. Остальные трое отказались пробовать, поэтому зад коня Лорина подпёрли только две кобылы. Я не то, чтобы возражала... не зная, сколько ещё ехать и как долго мне придётся сидеть на такой диете, старалась, конечно, экономить. А тут ни о чём подобном речь не шла. Мужчины чувствовали себя вполне уверенно. Брали, смеялись, переговаривались, что-то спрашивали у меня. Попробуй-ка им отказать. Да и сглупила бы я в таком случае. Мне надо со всеми если не дружить, то просто не враждовать. Мне пока достаточно только одного...существа, который ненавидит меня.

Мужчины почти сразу же все разошлись. Лорин, переговариваясь с Мориком, ушли почти сразу. Брюнет и шатен чуть позже. Мы остались с русым вдвоём. Я расстелила плащ подальше ото всех, чтобы не мешать им. Деревьев тут не было, зато многочисленные каменные стены проглядывались то тут, то там.

- Я присяду? - русый парень подошёл ко мне со своим плащом.

- Да, конечно, - кивнула я.

Я сидела, прислонившись к горе спиной. Мы находились на неком возвышении и я видела закат. Невероятно красивое действо разворачивалось прямо на моих глазах. Тёмно оранжевый диск медленно скрывался за горизонтом. Небо окрашивалось в милые розово-жёлтые цвета и хотелось просто остановить время, чтобы пожирать взглядом всё это вечно...так восхитительно это было. Не заметила, как ликан постелил плащ почти рядом со мной и тоже уселся на него. Нам одним ничего не было поручено. Мы просто сидели. Не знаю, куда смотрел он, но мои глаза приковал этот "корабль", дарящий свет и тепло всему живому и сейчас он тонул. Так ярко и феерично, что на глаза проступили слёзы. Последние лучи прорывались сквозь неровные края гор, омрачая их ещё больше. Даже казалось, будто чудище высунуло свою изуродованную голову из-под земли, дабы полюбоваться трагедией. Просто бесподобно. Горячая слеза скатилась с щеки и упала мою руку. Быстро стёрла её с лица и улыбнулась. Тяжесть поселилась в груди. Вот бы последовать за солнцем. Чтобы никто и никогда не смог поймать меня.

- Я тебе очень сочувствую, - раздался тихий голос парня, сидящего рядом, - Просто, чтобы ты знала.

Даже позабыла, что он рядом. Я быстро вытерла лицо, чтобы вдруг кто не увидел этого.

- Спасибо, - посмотрела я на свои руки.

Зачем он это говорит? Чтобы что...? Плачу я...даже не знаю почему. То ли от красоты, то ли от своей невесёлой участи. А может всё это так сложно переплелось и меня просто переполняют невыраженные эмоции? Всё может быть в этом большом, неизведанном и жестоком мире.

- Ты только при Лорине не плачь, - тут же тихо посоветовал он мне, - Делай, что хочешь, но не показывай слёз.

Я и не собиралась. Это низко.

- Я поняла, - судорожно вздохнула я, подставляя лицо прохладному ветру.

Мы какое-то время молчали. Я думала о своём. Себя не жалела, скорее мечтала о другой жизни. Просто фантазии...

- Меня, кстати, Виер зовут, - вновь заговорил парень, продолжая сидеть рядом.

Помолчала.

- Богдана, - выдохнула я, обхватывая колени, - Очень приятно.

Лгала всей душой. Ничего мне не приятно. Если бы могла всю бы нечисть вывела. Они наших людей жрут, а я должна с ними любезничать. Абсурд просто какой-то.

- Сколько тебе лет? - решил не отцепляется от меня Виер.

Виер. Имя-то какое-то не наше. Виер. Созвучно с веером. А какой смысл? Я вот, например, названа Богданой потому, что меня маме дал Бог. Мама очень хотела девочку и вуа-ля. Что вышло, то вышло, как говорится.

- Семнадцать, - буркнула я в ответ.

По правилам я должна была смотреть на него и задавать встречные вопросы, дабы поддержать беседу, а также радушно улыбаться и радоваться всей душой. Извините, не могу. Хочется забиться в какой-нибудь дальний угол, чтобы подождать пока всё рассосётся само по себе. А ещё хотелось, чтобы меня кто-то пожалел. Ох, как бы кстати была Марфа. Она бы прижала к своей пышной груди и сковала бы тело сильными и тёплыми объятиями. Тогда бы отступила печаль, а в душе поселилось тепло. Как же мне этого не хватает.

- О, ты выглядишь старше, - заметил Виер, - Нет-нет, ты не старая, просто ты так держишься словно тебе лет сорок стукнуло.

Я лишь кивнула, соглашаясь и принимая его слова. Взгляд у меня не взрослый, а умный просто. Прочтёшь больше пятнадцати книг и такой же станет. А ещё он у меня скорее больной, чем взрослый. Глаза искрится счастьем не у всех будут, когда их чудищу лесному продадут. Но я не буду говорить за всех. Пусть спасибо скажет, что я тут в истерике не бьюсь, хотя очень хочется.

- А могу я узнать кое-что? - продолжил он свой милый допрос.

Почему милый? Голос у него был не требовательным, я чувствовала его доброту и улыбку. Почему он так ко мне относился я не знаю. Но так лучше. Хоть у кого-то я не вызываю чувство ненависти и брезгливости.

- Разумеется, - прикрыла я глаза и вновь открыла их, уставившись на горизонт. Солнце скрылось, оставив лишь светлые полосы разводов на небе. И цвет-то какой...художники бы себе волосы на голове последние выдрали, чтобы обладать краской такого цвета. Да и я бы тоже...хотя рисовать совершенно не умею, но зато пою неплохо. Хоть что-то да умею.

- За что твой отец..., - начал Виер и многозначительно замолчал, видимо пытаясь подобрать нужные слова, - Отдал Лорину?

- Я бы это тоже хотела знать, - позволила себе грустную улыбку.

- Нет, я имею в виду, что ты такого сделала, раз Прохор грубо говоря продал тебя нам? - пояснил русый парень.

Этого я не выдержала. Судорожно втянула воздух и сглотнула ком в горле. Медленно повернула на него своё лицо. Не знаю, что в нём увидел парень, но тот как-то сразу нахмурился и глаза в сторону отвёл. "У него милое лицо" - запоздало подметила я.

- Родилась девочкой, - сказала я тихо, но очень серьёзно, - Вы, видимо, совершенно не знакомы с людскими законами, раз ещё ничего не поняли.

Из всей той кучи чувств, которую я давила в себе наружу вылезла жёсткость и спряталась в моих глазах. Я до боли сжала пальцами колени, чтобы как-то утихомирить себя. Боль рвалась, грозясь вылиться в неконтролируемую ярость. Даже взгляд упал на лежащий неподалёку камень. Просто схватить...просто ударить...и всё, моим мучениям придёт конец. И я думала об убийстве себя и Виера. Убью себя - хорошо. Убью его - его друзья отправят меня в след за ним. Только его с собой прихватывать не хотелось, поэтому я была в приоритете.

- Что же это за закон такой, раз позволяет продавать собственное дитя? - вновь поднял на меня свои голубые глаза ликантроп.

Он не уймётся никак, да?

- Женщина по своей сути не имеет права голоса. Её цель рожать и воспитывать детей. Всё. Если она не из знатного рода, то обязана вести ещё и хозяйство, - коротко произнесла я и вновь села ровно.

Произносить это вслух было тяжело. Когда эти мысли крутятся в голове - это одно, а когда ты озвучиваешь их, то они словно приобретают оболочку и крепнут.

- Жёстко у вас дамам приходится, - услышала грустный смешок в его голосе, - Но ты же из знатного рода. Дочь градоначальника...

- Мне нельзя передать семейные дела, - устало покачала головой, - Из меня мало толка во всём, что касается "мужских" деяний. Отец довольно давно пообещал меня какому-то лорду только потому, что тот был богат. Как вы все успели заметить он любит золото больше всего. И поверь, я ничего плохого не сделала, да и если бы что-то совершила - ему было бы всё равно, в принципе, как и всегда.

Папу вспоминать не хотелось. Понять его не могла и простить тоже. Его образ больно ранил сердце. Хотела его забыть. Совсем.

- А как же твой мать?

Сдерживаться уже не было сил и я криво усмехнулась. Впервые за всё это время. Зло так. Мама...

- Она умерла.

- Извини, я не знал, - тут же сочувственно проговорил парень, - Пойми, что я спрашиваю не для того, чтобы как-то оскорбить тебя. У меня натура такая любопытная, я не могу ничего поделать с этим.

Слёз не было и ладно. А боль, рвущая мышцы и ломающая кости сидела во мне, пытаясь вырваться наружу. Но я держала её за большой кожаный ошейник, словно свихнувшегося пса. Долго ли моя хватка будет такой же сильной? Когда пёс сорвётся?..

- Я тоже извинюсь за свои слова, - вновь посмотрела на Виера, - Но Лорин проявил высшую степень глупости, пойдя на поводу у моего отца.

Давно же это сидело во мне и кололось. Даже слегка полегчало.

- С чего ты взяла? - брови ликана взлетели вверх.

Что?!

- Какой от меня толк? - аккуратно развела руки, - Или он думает, что у меня есть какие-то невероятный способности делать золото из грязи? Я самый обычный человек! Да, образованная, да из знатного рода, но на этом мои отличия заканчиваются. Если Лорин захотел бы выбить из моего алчного папаши деньги, то потребовал бы Авдея. Его папа любит, он единственный сын! В конце концов, у отца всегда есть деньги! Он же, как Кощей над своим златом чахнет! Надо было угрозами забрать золото и вообще забыть о его существовании! А так он сделал всем только хуже.

Только не смей плакать! Не смей! Тут же отвернула лицо и начала корить себя за несдержанность. Хорошо, что никого рядом нет. Наверное, за такой тон убили бы давно. Виер этот молодой ещё, видимо не понимает, что к чему. Вот и лезет с расспросами.

- Я сам не знаю, почему он тебя взял, - осторожно начал ликан, - Может, посчитал, что это будет равноценный обмен. А может у него какой-то другой план на твой счёт, но поверь, Богдана, он забрал тебя из плохой семьи...

- Я собиралась на неделе сбежать! - не выдержала я его жалостливого тона и расплакалась, - Думаешь я такая дура, что ничего не понимаю?! Лорд! Деду меня какому-нибудь также продал бы и дело с концом. Просто не знала куда бежать!

Быстро схватилась за лицо. Вытерла горячие ручьи и заговорила куда тише: - Он убьёт меня?

Начала глубоко дышать, пытаясь унять себя. "Не плач. Лучше тебе станет, но ненадолго!" - твердила я себе. А они все...не должны вообще ничего видеть. Виер этот...довёл-таки меня. Ненавижу ликанов.

- Что? - переспросил парень, - Зачем ему убивать тебя?

- Чтобы отцу как-то досадить, - утёрла нос.

- Ты же сама сказала, что ему плевать на тебя, - напомнил Виер, - Разве нет?

- А что тогда? - покачала я головой, - Неужели перепродаст...

- Вряд ли. Лорин не торговец, - уверенно заявил Виер, - Думаю, он оставит тебя у себя в доме. На крайний случай отдаст кому-нибудь из нас.

Услышав это, медленно закрыла глаза. "На крайний случай отдаст кому-нибудь из нас" - впечатолось в моём мозгу. Отдаст. Как кота. Он мне надоел, возьми себе. Будто я сидела в грязи, а это фразой меня просто макнули лицом в самую жижу и поелозили...

- Рада это слышать, - из последних сил выдавила из себя, - Но не кажется ли тебе, что он продешевил?

- В смысле?

Я вновь усмехнулась.

- Не знаю сколько задолжал отец, но, по-моему, я этого не стою.

Хотелось отмыться от всей грязи. Просто смыть с себя этот позор. О, Морана, забери меня в свои холодные объятия и никогда не отпускай. Интересно, эти богини слышат меня вообще? Смеются, наверное, и смотрят, смотрят...

- Для начала ты не таверная подстилка - ты из знатного рода, у тебя словно на лице печать высокородная стоит, - воодушевлённо поддался ко мне ликан, - Это уже поднимает твою цену во много раз. Ты не уродина - это опять-таки ставит тебя в ряды элитного товара. Да и купил он же тебя не просто так. Я так думаю, что ты будешь убираться в его доме. Пара лет и твоё существование окупается полностью, а дальше сплошные плюсы и накопления.

Сухо и по существу. "Элитный товар". Два таких разных слова и смысл у них различен, но вместе...просто кошмар.

- Но золото всё равно лучше, - слабо подала я голос в свою защиту.

- Золото нас не волнует, - вдруг легкомысленно фыркнул Виер, - Его, как грязи у нас.

Тут же подняла голову. Это в каком смысле "много" ?! Золота много не бывает и быть не может! Его всегда мало! Как грязи? Откуда?!

- Откуда же у вас столько этого добра, что вы так им раскидываетесь? - удивлённо задала вопрос.

Парень сразу как-то стушевался. Глаза отвёл.

- Я не могу тебе пока сказать, - покосился Виер на меня, - И этого говорить не должен был. Смогу поделиться только после того, как въедем в Тёмный лес.

Чего?!! Меня мгновенно затрясло. Куда мы едем?!! В какой-какой лес?! Это к упырям-то, да кикиморам?! Сердце забилось быстро, норовя выбить грудную клетку и броситься прочь отсюда. Он же шутит. Не может этого быть!

- Тёмный лес? - сглотнув переспросила я, - Зачем туда ехать?

- Мы живём на окраине этого леса, только с другой стороны, - вполне обыденно пожал он плечами, - Тебе там понравится.

Нет! Надо...может, сейчас? Пешком глупо - нужна лошадь. Вот они стоят. Недалеко же. А парень этот...взгляд вновь упал на камень. Если отбросить все свои страхи и свою человечность, то поступить следовало так: вырубить Виера, перерезать четверым лошадям глотки, а на пятой уехать обратно. Еле удержалась, чтобы не засмеялась. Я ведь не смогу. Я же трусиха! И чем перережу?! Тем своим ножиком?! Да он острый, лезвие длиннее пальца, но это же лошадь! Как я её схвачу?! Как вырублю ликана? Он меня скрутит ещё до того, как я камень схватить успею. План не для меня, а для здорового жестокого бугая. Значит, Богдана, поедем в Тёмный лес кормить водяных и леших! Меня же там съедят или проклянут! Почему же всё так?! Почему не иначе?!! И...вдруг дикая мысль возникла в голове и плотно осела на дне черепной коробки. Они живут на другой стороне леса. Если мы переедем лес живыми, то убежать обратно я не смогу. То есть бежать либо сегодня, либо завтра. Мы явно уже неподалёку от этого Дикого леса. Не убегу, значит останусь там навсегда. "Навсегда" - стучалось в мозгах. Нет. Не будет этого.

Сколько уже прошло? Час? Лорин скоро вернётся или кто-то ещё.

Я поднялась и пошла к лошади. Ноги дрожали и колени плохо гнулись, но я шла. Стараясь помнить, что собираюсь сделать. Сознание некрепко держало мысли и я могла просто забыть. От ужаса свалиться и забыться.

- Богдана, всё хорошо? - парень не только пошёл за мной, но и руку на плечо положил.

Забыв про страх перед лошадью, уверенно стянула сумку и запустила в неё руку. Надо сбежать. Прямо сейчас! И всё! Ничего не будет!

Но вот настал момент, когда меня вновь пронзил ужас. Лорин вместе с смеющимся Мориком тащили тушу кого-то похожего не то на барана, не то на небольшого оленёнка. Даже вечно суровый "хозяин" слегка ухмылялся. На его лице были небольшие брызги крови. Замутило. Не от вида крови, а от страха. Смогу ли я? И...вдруг рукой нащупала маленький стеклянный пузырёк. В голове моментально пронеслось всё, что могло бы мне помочь. Дура! Просто кретинка! Какой нож?! Дать им в зубах им поковыряться?! Масло с мирой! Священники же говорили, что это исчадия тьмы! Масло мне поможет! Я смогу обездвижить их всех одним махом! Почему раньше не подумала об этом?!! Дур-ра!!!

Достала руку с зажатым флаконом. Сумку бросила к ногам. Решено. Я смотрела в упор на Лорина. Он это заметил и слегка прищурился, явно недовольный такими вольностями с моей стороны. Конец тебе, животное.

- Чем вы тут занимались-то, детки? - хохотнул Морик.

Они вместе с Этим...отнесли тушу в сторону и там положили. Мужчины подошли к нам.

- Говорили, - тут же зафырчал Виер, - И я, кстати, говоря много чего интересного узнал, но вам не скажу.

Он был так расслаблен, словно не боялся их. В голосе сквозил смех. Будто всё в порядке. Только у меня руки дрожат, как у...

- Да неужели, - равнодушно отозвался Лорин, проходя к своей лошади, у которой я и стояла, - Не мешайся.

Это он мне. Захотел свою сумку снять. Я сделала пару шагов в сторону. Давай же! Не труси! Получится и ты будешь свободна! Руки затряслись. Я не могла. Меня била дрожь, но я продолжала смотреть на ликантропа.

Сереброволосый снял свою сумку и заметил мой испуганно-решительный взгляд. Морик начал что-то рассказываться стоявшему неподалёку Виеру, а я стояла и тупо во все глаза смотрела на него, заставляя себя сделать то, что задумала.

- Чего вылупилась? - посмотрел он на меня своими зелёными глазами и его рот брезгливо скривился, - Делать нечего? Я тебя быстро занятием обеспечу.

Это звучало почти, как угроза. Ещё и говорил так, будто я сделала нечто такое, за что заработала его ненависть и брезгливость. Всё.

Второй рукой вытащила пробку из пузырька и...достала крестик из-под рубахи. Зажала его в пальцах и вытянула вперёд на всю длину цепочки. "Ты почти свободна, Богдана!" - подбодрил меня внутренний голос.

- Изыди нечисть хвостатая! - громко вскрикнула я и махнула рукой, обливая мужчину каплями освещённого масла, - Во имя Отца и Сына, и Святого Духа. Аминь!

Опустила крестик и перекрестилась. В ушах стучала кровь, я с жгучим ожиданием смотрела на лицо Лорина. Голоса на заднем фоне стихли. Ничего. Не может быть! Посмотрела на полупустую бутылочку. Нет-нет-нет! Должно было сработать! Он...это же...церковь говорила, что...руки обречённо опустились и я поняла, что, кажется, именно сейчас пора прощаться с жизнью.

Тем временем ликан, заморгал, когда ему на лицо попали капли масла. Он медленно, с неизменным равнодушно - раздражённым выражением лица поднёс руку к лицу. Пара капель угадили на щёку, а остальные несколько на лоб. Я стояла, словно истукан. Что же я натворила...?

Лорин двумя пальцами прикоснулся к капле на лбу и поднёс руку к носу. Понюхал и слегка поморщился. "Вот и конец" - подумала я. Мама, жди меня.

Всё равно не удержалась и посмотрела на флакон в своей руке. Как же так? Почему не сработало?! Он же нечисть...нет. Если не сработало, значит он не существо Ада? Разве не Сатана его породил? Но священники говорили...я растерянно думала и коверкала свои воспоминания, пытаясь понять. Обмануть меня не могли - это освящённое масло, но его даже мой крестик не испугал. Словно...человек. Но он ликан! Зверь! Оно должно было сработать! Должно!

Он сделал шаг ко мне и схватил за локоть. Второй рукой хлопнул по моей кисти и пузырёк выпал из рук, разбиваясь о камни. Тёмное маслянистое пятно тут же растеклось по серому камню. Его жёсткий взгляд грозил мне много чего плохого. Тело давно сотрясала лихорадка, во рту пересохло и я испытала ни с чем неописуемый ужас. Он меня сейчас убьёт. Надеюсь, это будет не больно.

Но вместо того, чтобы сворачивать мне шею или отрывать голову, он направился к ближайшей скале, волоча меня за собой за локоть. "Наверное, решил не пачкать площадку моей кровью" - догадалась я.

Лорин толкнул меня к стене и потом же сам и развернул. Он схватил меня за шею, прижимая к шершавой и неровной стене. Выступы больно врезались в спину, но я лишь сжала зубы. Мольбы не дождётся, тварь.

- Знаешь, ты показалась мне смышлёной девчонкой по началу, - заговорил он, приблизив своё лицо к моему, - Но видимо я на твой счёт крупно ошибся.

Это было сказано ровно, но раздражение на грани фола пропитало всего его насквозь. Я была ему отвратительна, также, как и он мне. И я, собрав все силы, взглянула ему в глаза. Зелёные с тёмным ободком глаза пугали и притягивали к себе взгляд. Жаль, что такие очи достались всего лишь лесной нечисти.

- Так верните меня домой, - проговорила я, сжимая кулаки, - Надавите на моего отца также и он вам весь город заложит.

Было трудно говорить. Рука горло не сжимала, просто крепко держала и всё равно складывалось ощущение, будто меня душат.

Его колючий взгляд пробирал до костей. Когда он был так близко я боялась лишь одного: удара. Глупые и неведомые опасения давно оставили свои посты и теперь я боялась боли. Убей сразу не тяни! Надо же поиздеваться напоследок...бездушное чудовище.

- Условия тут ставлю только я, - в его голосе послышались рычащие нотки, - Ты принадлежишь мне. И пока, ты не сделала ничего такого за что я мог бы лишить тебя твоей Дорогой жизни. Твой папаша продал тебя мне. Я твоё солнце и луна, твоя вода и воздух. Я решу будешь ли ты жить или нет.

Стало тошно. Просто омерзение поднялось во мне настолько, что меня начало подташнивать. - Жить рабыней я никогда не буду, - проворочала я еле языком, - Убейте сразу, иначе я...