Хозяин таверны "Драконобой" еле-еле успевал обслуживать клиентов. Помещение было до отказа забито людьми самых разных профессий, от крестьян и ополченцев до музыкантов и охотников. Народ горланил песни, разбрасывался последними монетами и изредка дрался, веселясь последние дни. Скоро предстояла осада, и никто не знал, продлится ли она месяцы, или имперцы пойдут на штурм в первый же день. Лишь два человека тихо сидели в углу, попивая вино. Первый был невысокий, с поблескивающей от пота лысиной и скорее походил на борова, но с хитрыми, проницательными глазами. Стоило бросить взгляд на второго, как по всему телу пробегали мурашки, и дело было не только в страшном ожоге на лице. Трактирщик чувствовал, что этого человека лучше обходить за десяток верст, а лучше даже за два.
Дверь распахнулась, и в таверну буквально влетела взволнованная фигура. Грубо распихивая остальных посетителей, она пробилась к угловому столу. Боров внимательно выслушал вошедшего, а затем спокойно встал и быстрым шагом пошёл к выходу.
- Наконец-то, я уже устал ждать. Давай уже выпотрошим его, как рыбешку, - скрипел зубами Мясник, наблюдая за воротами Морнхолда из тени проулка.
- И тебя нашпигуют стрелами быстрее, чем ты занесешь меч для второго удара, - показал Бьорн на солдат караулящих вход. - К тому же, я вроде тебе объяснял, что он мне нужен живым.
В город начали заезжать несколько всадников, которых вёл немолодой сотник в старом нагруднике. Крайс ехал последним, замыкая отряд.
- Это уже как получится, - злобно ухмыльнулся убийца и дернулся вперед, но рука инквизитора остановила его.
- Ты меня не понял, - нахмурился Бьорн. - Ты к нему даже на метр не приблизишься, пока я не скажу. Поймать Ворона сейчас не главное.
- А что главное? - спросил помощник.
- Хоть я и не должен этим заниматься, но приказ есть приказ. Мы должны будем сделать так, чтобы штурм Морнхолда прошёл как можно более... гладко. Идём, нечего тут торчать.
Инквизитор повёл своих людей обратно в таверну. Мясник последний раз бросил взгляд на Крайса, затем повернулся к Бьорну, недовольно цокнул языком и толкнул толстую дверь "Драконобоя".
Сдав лошадей в конюшню, Крайс и Роланд лениво облокотились на деревянный столб, ожидая, пока Вегерн договорит с конюхом. Спустя минут пять разговора, сотник пожал конюху руку и подошёл к наёмникам:
- Всё золото уже перенесли в Цитадель Бурь, идите туда. Скажете, что от меня и вам заплатят, как договаривались.
- Моя любимая тема, - оживился Роланд и довольно улыбнулся.
- Об этом уговора не было, - стал сотник серьёзнее. - Но надеюсь увидеть вас в ополчении, хотя бы на время осады.
Попрощавшись с Вегерном, они не спеша пошли к Цитадели. Крайса безмерно удивляло то, как местные жители готовились к битве. Люди относились к этому, как к вполне обычному делу, так как во время войны с Септеном этот город не раз подвергался безуспешным осадам северян. Крестьяне даже поговаривали, что дух самого Ульриха защищает Морнхолд и не даёт городу пасть. Но суеверные крестьяне вообще верили чему угодно.
- Слушай, у тебя, вроде, с цифрами порядок, - заговорил Роланд, когда они прошли ворота Стального квартала. - Серебряников много будет, ты проследи, чтоб нас не надули.
- Без проблем, - ответил Ворон. - Но почему ты сам не хочешь как следует выучиться?
- При моём образе жизни мне умение грамотно писать особо не нужно, - хмыкнул разбойник так, словно объяснял прописную истину. - Мне на роду написано быть кем угодно, но только не писцом.
- Мне бы твою уверенность. Работать в гильдии до старости мне как-то не хочется.
- Не парься, - хохотнул Роланд, почесав бороду. - До старости ещё дожить нужно. К тому же, гильдия распалась пол года назад.
Пройдя через Стальной квартал, Крайс, наконец, увидел Цитадель Бурь в упор. Была ли она огромной или удивляла затейливой архитектурой? Едва ли. Она создавала впечатление непоколебимой, нерушимой твердыни, способной простоять века. Цитадель не была похожа на типичные имперские замки и своим грубым способом постройки скорее походила на форты Септена. Засмотревшись на стены, Ворон чуть было не врезался в стоящую перед входом статую воина, сидящего на грифоне.
- Ульрих, Сын Грома и Защитник Империи, - прочитал Крайс каменную табличку.
Герой был изображен прямо перед боем: взгляд решителен, рука сжимает клинок, грифон готов устремиться ввысь.
- Несмотря на пафос, прущий из щелей, мужик явно был крут, - сказал Роланд, обойдя статую кругом. - Ну, ты представь, каким отмороженным нужно быть, чтобы додуматься оседлать дикого грифона. Грифона!
- Подождите-ка, - сощурился Ворон, а затем раскрыл глаза от удивления и достал своё оружие.
Несмотря на то, что статуя была выполнена не в натуральную величину, сомнений быть не могло: мечи Крайса и Ульриха были абсолютно одинаковы.
- Лучше тебе это не показывать местным, - наклонился Роланд. - Скажут, мол, реликвия, и заберут себе.
- Да как такое вообще может быть возможно? Этому мечу, должно быть, лет сто, не меньше. А выглядит он, как новый.
- Может, копия?
- Я нашёл этот клинок в катакомбах убежища древнего вампира. Скажи мне, какие шансы, что это дешевая копия?
Роланд поднял руки, показывая, что ему не особенно-то интересно. Зайдя в Цитадель, они без труда обнаружили старого казначея, занятого обработкой бумаг. Ворон многозначительно кашлянул, но на него совершенно не обратили внимания.
- Уважаемый..., - протянул Крайс, поставив руки на стол.
Казначей, наконец, поднял глаза, тяжело вздохнул и спросил:
- Слушаю.
- Мы от Вегерна. Он сказал, что ты нам заплатишь.
Старик молча кивнул и извлёк из ящика стола два огромных кошеля, до верху наполненных монетами. Радости Роланда не было предела, но стоило ему осмотреть содержимое, как его улыбка стала заметно уже: согласно уговору, половина суммы была в серебряных грошах. Крайс в душе хорошенько матерился, пересчитывая мелкие монеты одна за другой, и пытаясь не запутаться.
- У каждого не хватает восьми золотых, - практически торжественно объявил Ворон, закончив расчеты.
Практически моментально Роланд подскочил к старику, сделав это скорее по привычке. Как будто дед мог куда-то удрать.
- Действительно, ошибочка вышла, - столь же спокойным голосом ответил казначей и с невозмутимым видом отсчитал наёмникам ещё шестнадцать золотых.
Парни забрали плату, и вышли из Цитадели в приподнятом настроении.
- Надуть нас вздумал, - в последний раз недовольно хмыкнул Роланд, а затем махнул рукой. - Ладно, я в "Драконобой", потрачу парочку честно заработанных. Идёшь?
- Нет, я пока погуляю, осмотрюсь.
- Дело твоё, - пожал плечами разбойник, а затем неспешно зашагал по дороге, насвистывая какую-то песенку.
Крайс вернулся в Стальной квартал, на ходу размышляя, как можно потратить своё маленькое богатство. Ответ пришёл сам собой, когда Ворон зашёл в одну из торговых лавок. Его дырявый доспех, оставшийся ещё с Зонтара, не сохранял тепло, не защищал, да и просто не нравился Крайсу. А превосходная кольчуга, железные наручи, утеплённые сапоги и толстый жилет с капюшоном прямо призывали Ворона купить их. К тому же, всё было по размеру, и Крайс практически не торговался. Отдав пятьдесят золотых и переодевшись в задней комнате, он, наконец, вспомнил, что Мелисса просила зайти к ней, и отправился к дому чародейки.
Изабелла Луон спокойно возвращалась в свои покои. Только что она была в библиотеке Ковенанта, где пыталась найти какие-либо сведения о пророчествах про Падшего и Чёрное солнце. Что-то подсказывало Изабелле, что они могут быть связаны между собой.
"Чёрное солнце" гласило о том, что придет день, когда свет ослабнет и всё покроет мрак. В этот день последний из Древних Богов, Мороакар, освободится и начнёт войну против Богов нынешних. А все его последователи обретут невиданное могущество и исполнение своих желаний. И все источники указывали на то, что произойдёт это довольно скоро.
Пророчество о "Падшем" стало известно совсем недавно и говорило о человеке, ставшем на путь тьмы. Ничего особо конкретного, кроме описания самого человека, в котором без труда угадывался Маркус Блейк.
Изабелла открыла дверь покоев и сразу же заметила незваного гостя в тряпичной маске, сидящего за столом.
- Кольцо, - спокойно произнесла чародейка, оставаясь на расстоянии.
- Всё так же осторожна, - сощурился гость и, не вставая, вытянул руку, демонстрируя железный перстень с символом руки, хватающей извивающуюся змею.
- Я должна быть уверена, что ты тот, за кого себя выдаёшь. Любой может одеться, как ты, - присела Изабелла напротив. - Что привело тебя ко мне, Гней?
- Вопросы. Меня беспокоят последние события и их последствия. А также то, что кто-то изо всех пытается сбросить Нейта с трона.
- И ты подозреваешь меня? - засмеялась чародейка с неуловимой ноткой фальши. - Зачем мне это? Меня благополучие Империи заботит не меньше твоего...
- Ложь, - резко перебил её Гней. - Тебя заботит только твоё собственное благополучие. И уж больно всё это тебе на руку. Особенно ситуация с Падшим, которая так удобно позволяет тебе оказывать влияние на Риоса и Варнаву.
Будь это любой другой человек, Изабелла бы просто незаметно проникла в его разум с помощью магии. Но она знала, что имперцы обучают своих разведчиков подавлять ментальные атаки с самого начала обучения.
- Тебе не стоит обвинять меня, - продолжила Изабелла таким тоном, что, казалось, воздух вокруг неё начнёт замерзать. - Я поддерживаю Регана, пока он не лезет в дела Ковенанта. Кто бы ни стоял за восстанием, он явно не ожидал, что старика Демосфена сменит новый Император. И вообще, почему ты так уверен, что это нечто большее, чем простое восстание?
- За годы я понял, что ничто не происходит просто так. Никогда, - встал разведчик, направился к выходу, на секунду замер и бросил напоследок. - Не играй со мной, чародейка. Даже не думай.