# То

Ольга Леонидовна Чернорицкая

Он говорил: ничтожны все святые.

Он говорил: все крайности безумны,

И, презирая к черту запятые,

Смотрел во мрак, в загадочность безлунья.


И речью, от искомины картавой,

Он говорил о рабстве и расплате,

О берегах, пропитанных отравой

Богатства и невольничьего злата.


То был не Ленский - романтизм немецкий,

То был не Гегель - меры соглядатай.

Его сыграл бы милый Маковецкий,

Его б НГ-Ex libris напечатал.


То бредил грустно Робинзона Крузо

Отец, невозвращенца мысля свыше.

Ему, взвиваясь, диктовала муза:

"Пойми, сынок". Но сын его не слышал.