# Суданская Альтернатива Глава 9

Кирилл Николаевич Чернов

## Глава 9. ТРАНСВААЛЬ, ТРАНСВААЛЬ, СТРАНА МОЯ


17 августа пришли наконец-то новости о моих "Львах" из Лоренсу-Маркиш ... от Пьера Ришара, то есть самого Ахмеда Федила, а что, если отыгрывать роли, так до конца, "Собираемся в путь. Скоро будем у друзей", ну, что ж, хотя бы так, у меня спало напряжение. Ещё бы про моих рейдеров бы узнать. 23 августа от него пришла весть "Письма передал адресатам. Гран-папа лично. Послезавтра увидимся с мадемуазелью", так, значит, мои письма он передал "папаше" Крюгеру лично, остальным направил с просьбой передать лично в руки, и они выдвигаются к Ледисмит.

30 августа пришли суда торговцев и транспорты из России и Германии, привезли новости, слухи, газеты. Мир уже вторую неделю стоял на ушах, всех мало-мальские газеты писали, что двухтрубные крейсера БУРОВ захватывали и топили торговые суда ... ВЛАДЫЧИЦЫ МОРЕЙ !!! Мало того, они совершили нападение на Порт-Виктория, звучит то как, -"Напали на Викторию!" Разграбили, сожгли её, предварительно изнасиловав всех белых женщин и даже мужчин.

Особенно издевались французы, что-то в духе "Буры трахнули Викторию", и карикатуры на эту тему весьма не пристойные. Писали, что один крейсер под флагом Трансвааля, другой с арфой на зеленом фоне, как выяснили потом ... это флаг свободной от англичан Ирландии, и ещё один с чёрным флагом пиратов или сипаев бесчинствовали к северу и югу острова Занзибар. Потом зашли в порты германской Восточной Африки, сдав пленных и продав грузы, опять ушли в море ... и исчезли. Британские крейсера рыскали от Индии до Африки, но впустую, их визави сразу троих врагов Британии больше не появлялись на просторах океана.

В Европе Англию пинали за её неудачи все кому было не лень, буры бьют наглых островитян на суше и на море. Писали, что в Африке бритам зазнайкам явно не везёт, их там долбят как фанатики-дервиши, так теперь и полуграмотные буры. И открыто звучали призывы помогать свободолюбивым бурам отстаивать свою независимость в борьбе с наглыми английскими мордами. Прекрасно костёр англофобства ярко пылал, мои крейсера туда не масла, а бензина фуганули.

Стало быть, моих корсаров бриты не поймали, и скоро они должны прийти домой. Отлично !!! Но, почему их стало три ?

6 сентября, мир узнал, что Ледисмит взят бурами, и вместе с ним были толи солдаты Французского Иностранного легиона, толи их колониальных войск, но точно не белые. Сообщалось, что в плен взято более 10 тысяч англичан вместе с генералом Уайтом. 8 сентября пришло известие о потере британцами города Эсткорта, европейская пресса зашлась в англофобской истерике.

Из воспоминаний генерала Уайта "На службе Британии. Война в Африке",- "24 августа противник сомкнул кольцо вокруг Ледисмита, куда мы были вынуждены отойти после неудачных боев у Данди и Гленко, с превосходящими силами буров. Но, они почему только 28 августа перерезали железную дорогу, и мы успели перед этим получить подкрепления из Дурбана. Как мы посчитали буры решили нас взять в осаду. 26 августа на их позициях было видно оживление, мне доложили наблюдатели с аэростата, что к ним прибыло подкрепление, пехота, артиллерия.

И уже со следующего дня наших солдат и особенно офицеров, начали подло убивать, прицельным огнём стрелки-одиночки, позже таких стали называть снайперами, по ночам стали постоянными нападения на караулы, после них никто в живых не оставался. Так же противник стал активно вести разведку наших позиций, и прокладывать к нашим позициям крытые, глубокие траншеи. Продолжал вести обстрел из тяжёлых орудий, их у него стало явно больше, к ним добавились полевые орудия и огонь стал точнее, наши потери стали расти, это несомненно работали невидимые для нас корректировщики огня. Мы пытались отвечать ответным огнём используя для корректировки наш шар, но 30 августа его сбили из каких-то особо мощных винтовок, при чём как мы выяснили, вели огонь с двух точек. Из них же были обстреляны несколько раз и расчёты орудий, потери у нас росли. По подобранным пулям мы поняли, что это применялись крепостные ружья.

Я и мой штаб отчетливо понимали, что буры готовят штурм, и начали готовиться к его отражению, укрепляли позиции пехоты, делали новые для артиллерии. Но, противник всячески мешал это делать, огонь снайперов днём и ночью, артиллерийские налёты, начались ночные обстрелы.

4 сентября командующий войсками буров доморощенный генерал Пе́трус Яко́бус Жубе́р, предложил нам сдаться, мы отказались, тогда, он предложил вариант, что мы покидаем Ледисмит, но без вооружения и запасов, и это было для нас неприемлемо. Мы верили, что помощь придёт и готовы были выполнить свой долг перед Британией и королевой до конца. Мы его выполнили, но высшие силы были в тот раз не нашей стороне.

На рассвете 6 сентября, на наших храбрых но, измученных тягостями осады и обстрелами, офицеров и солдат, обрушился Ад. Буры открыли шквальный артиллерийский огонь по нашим позициям, били десятки орудий, у них даже были ракеты, которые с дьявольским свистом летели к нам. Земля ходила ходуном, не успевая от взрывов падать, как от новых падений снарядов вновь поднималась вверх.

Вражеские снаряды перепахивали наши траншеи, батареи, от разрывов, осколков, кусков земли и камней, десятками, сотнями гибли и получали ранения, наши доблестные солдаты, защитники Британии. Этот ад на земле устроенный нашими врагами, длился три четверти часа, после этого противник перенёс огонь вглубь наших позиций нанося удары по идущим на смену павшим солдатам подкрепления. После этого в атаку тысячами пошла вражеская пехота, затянув свои унылые псалмы и крича , - "Аллаху акбар!"

Противник перед обстрелом и во время его сумел накопиться большими силами на местности и устроенных им траншеях, и поэтому его пехота сумела приблизиться к нашим позициям, на шестьсот и менее ярдов, и быстро подойти к нашим разбитым артиллерией укреплениям.

Они шли в атаку цепями, но, впереди были группы в несколько человек, которые несли перед собой большие щиты, и их не пробивали пули даже с близкого расстояния. Они на себя и отвлекали огонь наших немногочисленных защитников, тех кто, сумел выжить и вступить в бой после небывало сильного обстрела.

Солдаты противника притащили с собой пулемёты, их расчёты прикрывали тоже щитами. Установив эти машины смерти, они стрельбой из них подавляли наш ответный огонь.

Наши бойцы сражались отчаянно, но врага было много больше, и он атаковал наши растянутые и разрушенные позиции сразу с трёх сторон, беспрестанно при этом, ведя огонь из орудий, вглубь наших позиций не давая полноценно подвести подкрепления, к тем участкам обороны, где происходила атака.

Доблестные солдаты его величества сошлись с врагом лицом к лицу в рукопашной, но, перед тем, как этому произойти бесчестный противник обрушил на их град ручных гранат, которые свои осколками, убивали и наносили ранения, нашим храбрым солдатам. Но, и это было не всё, почти все солдаты противника, были одеты в панцири и шлемы, которые не брала даже пуля, не говоря о штыке. Они боялись сойтись в честном рукопашном бою, и прятались в своих кирасах от британского штыка.

Такого напора огнём и числом, свирепость фанатиков дервишей было невозможно долго выдержать даже бесстрашным и стойким британским солдатам. Истощенные осадой, обстрелами, коварством противника, они прилагали сверхусилия, но и их было недостаточно, чтоб сдержать атаку, многочисленного, и как оказалось очень сильного противника.

В этот раз он сумел взять вверх, британские солдаты раненые и обессиленные были вынуждены начать сдаваться. К полудню Ледисмит был уже полностью в руках буров. Позже находясь уже плену, я узнал, что решающую роль в штурме Ледисмита, сыграли дервиши-махдисты из Судана, так называемые "Львы Судана", которых наняли за золото буры.

Эти махдисты фанатики, только по воле случая сумели нанести нам поражение в Ледисмите, как и доблестному генералу Китченеру. Ведь они сделали это ночью, а не днём, боясь как все дикари сойтись лицом к лицу в бою с белым солдатом".

Потом после своего возращения из Южной Африке Ахмед Федил, рассказал мне, бурскую эпопею 'Львов Судана'. Вот его рассказ,- 'Во время морского перехода меня самого мутило в первые дни, потом стало, лучше, как и бойцам корпуса, и чтоб не давать им бездельничать и не расслаблять я заставлял их, утром и вечером, когда по прохладней, в полной выкладке, заниматься рукопашным боем и отрабатывать умения по занятию позиций на местности. Наблюдавшие за этим русские офицеры, через день предложили показать нам приёмы их штыкового боя, я конечно согласился. Ведь ты, Халифа, приказал, быть полностью открытыми для русских и особенно для главного среди них, Максимова.Он же в дальнейшем,как ты и велел мне, и стал для буров и других белых, как будто командиром "Львов Судана". Показанные русскими приёмы оказались очень хороши ,и мы начали их тоже отрабатывать. Пулемётные, ракетные расчёты отрабатывали доставку и установку пулеметов на позиции и её смену, боги войны, как ты Халифа называешь артиллеристов занимались своими делами. В жару днём изучали уставы и наставления.

В Лоренсу-Маркиш как и планировали пришли на рассвете. Сонных таможенников , которые поднялись на борт, предельно вежливо расспросили сколько сил гарнизона, где располагается телеграф, казармы, дом генерал-губернатора. Начали высадку, и так же вежливо, как ты и велел, заняли порт, ж\д вокзал и ещё не проснувшийся город. Губернатор был крайне возмущён, но ему наши белые офицеры объяснили, что мы друзья буров, разгрузимся в порту, погрузимся в ж\д составы и покинем вверенные ему владения. И если он поможет это организовать, то всё произойдет быстро и тихо, и за беспокойство даже заплатят ... лично ему ... фунтами ... золотыми. Он кстати, так и не понял, что мы из Судана, думал, что мы служим французам или немцам.

Вечером 21 августа,как выразился русский Максимов, галантно занявшие Лоренсу-Маркиш 'Львы Судана', выдвинулись по железной дороге в Преторию, где их уже ждали буры. Прибыли туда днём 22-го, нас встречали, с настороженностью, но вежливо, ну, насколько могли это сделать буры, по отношению к вооружённым НЕ белым. Когда, они окончательно убедились, что вся эта масса чёрных солдат и вооружения прибыла бить англичан из Судана, искренне обрадовались, и чрезвычайно удивлялись, узнав, откуда они прибыли. Буры и впрямь решили, что 'Львы Судана' это французские колониальные войска, хотя все были в курсе наших побед над британцами. Разгружаться в Претории не стали, решили не тянуть время и сразу отправить нас, куда ты и направлял, к Ледисмиту. 23-го августа, русский Максимов, вместе с другими белыми 'Львами' встретился с папашей Крюгером и другим важными людьми из местных, передал твои письма и подарки, и организовал доставку подарков и писем остальным. На встречи он просил буров отправить нас как можно скорее на войну. Я заметил, что не белые здесь были явно не в почёте, на нас многие смотрели не очень одобрительно. 26 августа мы прибыли в расположение сил буров у Ледисмита. Буры вроде и радовались такой внушительно подмоге, но с сомнением,опаской и неприязнью смотрели на вооруженных чёрных солдат. Уже на второй встречи с генералом буров Жубером и другими их командирами, Максимов назвал своё воинское звание, где и как служил и воевал, звания наших белых офицеров. И предложил ему подготовить штурм, взять Ледисмит и наступать дальше на Дурбан, чтоб не дать англичанам используя его накопить силы, получить превосходство и начать наступление из Наталя. Жубер сказал, что они готовятся к штурму. Максимов заявил, что суданцы готовы нанести главный удар на самом трудном участке. Как и ты, хотел, так мы и сделали. Его поддержали генералы Лукас Мейер, Шалк-Бургер и генерал Оранжевой республики Гроблер. Мейер сказав, что им надо действовать быстрее и решительнее, бойцы его коммандо готовы хоть сейчас идти в бой. Там же Максимов передал письмо от 'друзей' буров, как ты и говорил, Жуберу и Луису Боте. Его русский пригласил к нам в гости в корпус, показал ему артиллерию, вооружение, снаряжение и изложил план действий для подготовки штурма и ход его самого. От увиденного тот то и дело, что-то восклицал на своём языке, вспоминая как я понял Бога. За коня, Маузер и защитный комплект он искренне поблагодарил. И обещал убедить своего генерала, Лукаса Мейера, поддержать предложенный Максимовым план штурма, тот сказал, что лучше будет, если его генерал выдвинет его сам, потому-то нам здесь ещё не доверяют. Бота согласился с этим доводом. Буры оказались молодцы не стали тянуть время, и уже на следующий день на совещание командиров они спорили, штурмовать или нет Ледисмит в ближайшее время. Генералы Лукас Мейер, Шалк-Бургер, Гроблер и часть офицеров помладше во главе с Луисом Бота убедили Жубера принять план Максимова и ускорить подготовку к штурму. После этого мы передал Луису Боте бронежилеты, каски, гранаты и пулемёты для бойцов его отряда. Как ты и предсказывал, нам дали самый трудный участок для наступления. Мы провели тщательную разведку позиций англов, наметили пути движения, распланировали атаку. Начали расставлять орудия на позиции, а четыре орудия направили в помощь к Луису Боте, как ты и указывал. Сразу по прибытию на место мы стали вести уничтожение англичан снайперами, они же и предложили сбить воздушный шар англичан, которые они поднимали каждый день из больших винтовок. Через несколько дней найдя скрытые подходы, они прошли через линию обороны англичан, сумели подобраться поближе и сбили его. Для подготовки штурма мы сделали всё как ты мне рассказывал и учил, крытые траншеи, щиты, использовать пулемёты и ракеты при атаке вместе с пехотой. Максимов и другие офицеры ходили, наблюдали, спрашивали, делали записи, он сказал мне, что не ожидал увидеть у нас такой выучки, слаженности и оснащенности. Мне и другим нашим офицерам было приятно это услышать, я его поблагодарил, и сказал ему, что этому всему нас учил наш великий правитель и полководец, - Абдаллах ! Когда начался штурм, наши воины первыми, после артобстрела ворвались на позиции англичан !!! Винтовочным и пулемётным огнём, ракетами, гранатами и штыками, 'Львы' сломили сопротивление англичан, и они, как и при Омдурмане, начали сдаваться, хотя надо сказать там они продержались дольше, чем в Ледисмите. Вторыми кто на своём участке прорвал оборону англичан и тоже принудили их к сдачи, были бойцы из отряда Луиса Боты. Он после боя поблагодарил за отданные ему бронежилеты и шлемы, сказав, что они помогли избежать больших потерь. Буры в Ледисмите взяли в плен командующего войсками англичан генерала Уайта, других генералов и полковников, большие трофеи, 48 орудий, несколько орудий, как мне объяснил Максимов оказались морскими с больших военных кораблей, боеприпасы к артиллерии и винтовкам, снаряжение, амуницию, провиант, лошадей, мулов, повозки, паровозы и вагоны, часть законных трофеев получили и 'Львы Судана. Всё повторилось как у нас в Судане, пленные генералы, офицеры, захваченное оружие. Буры были очень рады победе, радуясь, они пели свои унылые песни, псалмы, как пояснил мне Максимов. 'Львы Судана' в честь победы, прокричали 'Аллаху акбар!' и в молитвах поблагодарили Всевышнего за посланную нам победу. Буры не смотря на охватившую всех радость, оказались сообразительными, они без наших подсказок, сделали 'телеграфное молчание', только немногие в их правительстве получили сообщения, что Ледисмит взят. На следующий день, рано утром 7 сентября, буры воодушевлённые большой победой и малыми потерями посадили бойцов на паровозы, повозки, и на все лошади которых нашли, в том, числе и захваченных английских,и двинули на город Эсткорт. Вместе с 'Львами Судана' они собрали более 15 тысяч бойцов, полевые орудия и часть пулемётов погрузили в вагоны, ракеты и остальные пулемёты погрузили на повозки. Мы достаточно легко прошли 30 миль, и атаковали город ближе к вечеру с трёх сторон. Отход на юг в город Питермарицбург, буры перекрыли несколькими конными отрядами, были там и наши конные 'Львы' с пулемётами. Британский отряд генерала Гильдьяра был сметён натиском, огнём и нашими штыками, и пленён в течение двух часов. Здесь вновь отличился Луис Бота, он первым ворвался со своим коммандо в город и пробился к центру города, 'Львы' здесь были вторыми, остальные отряды позже вошли в город. Попав в окружение, англичане вскоре сдались, путь на Питермарицбург был открыт. Потери буров были небольшими, внезапность и численность давала свои плюсы. Кто-то из офицеров буров, как рассказал Максимов, предложил отправить из Эсткорта англичанам 'хорошую' телеграмму, - 'Из Ледисмита пробрался человек. Буры большими силами нас осадили. Крепим оборону. Ждём помощи. Генерал Уайт'. И я заметил, что в Ледисмите и Эсткорте, уже в первый день к бурам стали присоединятся местные, сначала их были десятки, позже счёт пошёл на сотни. Они им пока доверили охрану и сопровождение пленных, трофеев, гарнизонную службу, опытные воины были нужны для наступления. После занятия города командующий генерал Жубер хотел было приостановить наступление на Питермарицбург на несколько дней, чтоб собраться силами, но генералы и офицеры буров его не поддержали, выступив за продолжения наступления без перерывов, пока противник, вероятно в неведение положения дел и не собрал значительных сил и не укрепился.

Было решено, что завтра утром, конными коммандо быстро пройти 20 миль до селения Моой-ривер, и так же ударить по противнику с трёх сторон. Отдельные конные отряды и разъезды, идущие впереди их, опять должны зайти в тыл, чтоб прервать телеграф и перекрыть пути отхода. Чувствовалось, что буров, как и нас, после Омдурмана охватил азарт наступления. Они одерживали быстрые и легкие победы и хотели идти дальше. Максимов сказал, что буры решили брать города изгоном, как он мне объяснил, это значит с ходу. Вообще действия буров мне стали напоминать, поход Осман Азрак по Нилу и в Египет, после великой победы при Омдурмане, он тоже там брал города изгоном. Для этого у него был Нил, у буров железная дорога. Решили,что главные силы будут двигаться по железной дороге и конными колонами вдоль её, так же по шоссе. Они пройдут через Моой-ривер и должны будут встать как можно ближе к Питермарицбургу. Рассчитывали пройти до 45 миль к селения Ховик, подтянуть силы, отдохнуть, и через сутки выступить на рассвете. И совершив марш-бросок в 15 миль, сходу атаковать город, взять с ходу. В Моой-ривере буры, шутя сотнями всадников с разных сторон, смяли охранные посты англичан, некоторые из них даже не успели зарядить винтовки. Через несколько часов через него прошли их главные силы в направления Питермарицбурга. 'Львы' шли вместе с ними. Успешное и быстрое наступление буров продолжалось. Они немного нас удивили, сумели выдержать взятый высокий темп движения, прошли намеченные 45 миль. Англичане не были способны на такое. Здесь им помогли взятые добычей в Ледисмите и Эсткорте, лошади, повозки. И как потом рассказывал Максимов их природная выносливость, взращённое природой, религией и семьёй, терпение и упрямство, умение с детства часами находится в седле. Буры оказались во многом похоже на нас, жителей Судана. Они любили свободу, верили в Бога и ненавидели англичан. Хотя и относились к своим чёрным очень плохо. К вечеру 10 сентября передовые отряды армии буров вошли в селение Ховик, и встали на левом берегу реки Умгени. Их передовые отряды, которые были отриконь, уже были здесь, часть из них забрали у местных всех лошадей, мужчин и парней собрали в одном месте. Остальные ушли вперёд, чтоб перехватывать всех, кто едет в Питермарицбург или из него. Точно так же делали и мы, когда наступали на англичан. Они не должны были знать, что в 15 милях от них стоит армия в 14 тысяч человек, и готовится нанести удар. Для составления плана атаки города, буры пригласили Максимова и белых офицеров. План был таков, отряд в пять тысяч на поезде и конными входит в город с правого фланга по железной дороге, на передние платформы они по нашему предложению, озвученное Максимовым, поставили пулемёты, ракетные установки и прикрыли их мешками с песком. Между вагонами ставили платформы или вагоны с пулемётами, на крышах вагонов расположили стрелков. С поезда часть сил высаживаются в городе, которые, действуют там, двигаясь на соединение с другими отрядами. Поезд идёт дальше, если путь будет свободен. Конный отряд в три тысячи отделяется от поезда, и, через ж\д мост, вброд, вплавь переходит реку Мзундузи и охватывает Питермарицбург с юга, заходит в него, отсекая пути к отступлению англичанам. 'Львы Судана' и отряд Луиса Бота, всего четыре тысячи штыков, вновь атаковали в лоб, входя в город по шоссе с севера. Конное коммандо в две тысячи бойцов, обходили город с левого фланга. Общая задача была взять город и англичан в нём в окружение и одновременно перекрыть им пути к отступлению. Ещё несколько небольших отрядов на лучших конях уходили далеко вперёд, чтоб рвать телеграф, вылавливать беглецов. По подсказке Максимова среди буров отыскали офицеров и солдат, кто не раз бывал в городе. Они дали сведения о дорогах, главных улицах, зданиях, расположения казарм, местности, на их основе и составили план атаки, определили её главные направления. Для того, чтоб действия получились относительно слаженно, прикинули хронометраж и составили планы движения отрядов, они же и стали проводниками для них. Это тоже им предложил Максимов. Он сделал как ты перед битвой при Омдурмане, и привёл нас к победе. Для ликвидации английских постов и караулов, которые могли, были быть расставлены вокруг города, были задействованы диверсанты 'Львов Судана' и самые опытные в таких делах буры. Желая узнать численность сил в Питермарицбурге, буры допросили пленных взятых Эсткорте и Моой-ривере, если солдаты и сержанты, что-то сообщали, но, много знать они не могли, то офицеры молчали. Я предложил, Максимову, что самых упрямых отдали нам, обещав, что мы их разговорим. Для этого, как и в Судане выбрали самых рослых и с рожами пострашнее бойцов, разложили ножи, клещи, костёр, кипятили воду, некоторые заговорили сами, ну, а к тем, кто молчал, пришлось совершить действия. После этого узнали, что англичан в городе вместе с местными волонтёрами около 10 тысяч, волонтёров из них более трети, есть орудия, но не более двенадцати, у буров получалось даже превосходство в силах'. Из книги генерал-лейтенанта Максимова Евгения Яковлевича, 'На страже Империи', главы 'Львы Судана', - '12 сентября около девяти часов утра жители окраин более чем двадцатитысячного Питермарицбурга, увидели столбы пыли, те, кто жил вдоль железной дороги, дым подходящего на большой скорости поезда, у которого почему-то две платформы с мешками были впереди паровоза. Вскоре показались сотни и сотни неизвестных всадников, кто-то глазастый разглядел флаги, которые они несли с собой. И практически синхронно, на северной, западной и восточной окраине, можно было услышать крики, -'Буры !!! Это буры !!!' В основном в этих криках слышался страх, но звучала иногда и радость, -'Буры !!! Это буры !!!' До центра было далеко, чтоб сообщить о нападении, а буры уже галопом врывались, как казалось в далекий от войны город, и сотнями растекались по его улицам, двигаясь вглубь его. Жители северных районов Питермарицбурга, увидели, вооружённых ЧЁРНЫХ !!! И их было много! Их стал охватывать, страх, а потом и ужас, сотни вооружённых чёрных, в Питермарицбурге, это СТРАШНО !!! Это были вновь идущие на острие атаки 'Львы Судана' ! Англичан, как часто было в этой войне, подвела их гордыня, они рассчитывали быстро разгромить своей регулярной армией это полуграмотное мужичьё, буров. Они начинали действовать без разведки, не всегда выставляли караулы, таскали с собой большие обозы, и за это платили дорогую цену поражениями и большими потерями. Так случилось и в Питермарицбурге. Нападения целой армии буров на город никто не ждал, тем более, 7 сентября из Эсткорта пришла телеграмма губернатору Наталя от генерала Гильдьяра, что буры взяли в полную осаду Ледисмит, но генерал Уайт держится. Это сообщение ушло и в Капштад, командующему английскими силами на юге Африке, генералу Редверсу Буллеру. И вдруг буры в Питермарицбурге !!! К 10 часам город был охвачен паникой, местные волонтеры, увидев сколько у буров сил, практически сразу побросали оружие и начали разбегаться, кто не успел, сдался в плен. Англичане продержались дольше, завязались уличные бои, буры брали верх, числом и меткой стрельбой. Вскоре их отряды соединились, окружив отдельные группы английских солдат, те видя что, они окружены и израсходовав патроны, начали сдаваться. Самими упорными оказались, офицеры, ирландские и шотландские части, они засели в казармах,в ратуше, дворце губернатора. Буры вели с ними перестрелку, но попытки выбить их из зданий не предпринимали. Что ж пришлось, этим кельтским дурням дать возможность доблестно умереть за королеву. К очагам сопротивления подтянули орудия снятые с ж\д состава, ракеты и пулеметы. Именно 'Львы' должны были решить проблему с упёршимся противником. Не давая вести стрельбу из окон и укрытий, огнём снайперов и пулемётов, мы поставили орудия и ракеты на прямую наводку и расстреляли здания в упор. И пока не осела пыль от взрывов, на штурм пошли суданцы. Кидали сначала гранаты в окна и двери, и прикрываясь щитами, шли дальше, зачищая здания огнём и штыками, через полчаса, пришёл ещё не привычный мне, тогда сигнал, -'Чисто!' Пленных было мало, в основном они были ранены. Буры, которые видели, как действовали 'Львы' против засевшего в зданиях противника, кто восторженно кричал, а кто-то и крестился. Вообще после штурма Ледисмита, занятия Эсткорта, Питермарицбурга, буры стали относиться ко 'Львам Судана' уже более ровно и спокойно, но всё равно не равных. Мой же авторитет и других белых офицеров корпуса значительно вырос. Буры теперь постоянно приглашали нас на свои советы и совещания. Показателем улучшения отношений стал дележ трофеев.

В Ледисмите "Львы" взяли трофеями несколько орудий англичан, винтовки, боеприпасы и прочее армейское имущество живое и неживое, часть добычи мы оставили себе, "что на штык взято,то свято", часть отдали бурам даром, остальное было продано, правда далеко не за реальную стоимость. Тоже самое произошло после взятия Эсткорта,только в меньших масштабах. А вот о том,что они сами не взяли штурмом в Питермарицбурге ратушу и дворец губернатора буры пожалели. Там "Львы Судана" взяли на штык городскую казну и деньги британской колонии Наталь. Сумма впечатляла. Столько золота сразу я видел впервые.

К часу дня Питермарицбург столица Наталя, был взят полностью под контроль, губернатор британской колонии Наталь сэр Генри Биннс пленён, на дворце губернатора подняли флаги Трансвааля и Оранжевой республики. Буры просто кричали от радости или пели псалмы в честь новой победы. Мы русские кричали 'Ура!', 'Аллаху акбар!!!' 'Львов Судана', вновь победно звучал над просторами Южной Африки'.

Из книги генерал-лейтенанта Максимова Е.Я. 'На страже Империи',- 'До Дурбана оставалось 50 миль, это расстояние буры бы способны были преодолеть за 12-14 часов. И они намеривались его взять уже завтра, несмотря на то, что это было 13 сентября.

После обеда, восемь тысяч бойцов вышли в направлении, главного порта Наталя, чтоб до ночи успеть пройти часть пути и сократить миль на 10-15-ть расстояние. Столько сил для занятия Дурбана уже не требовалось. Пленные, взятые в Питермарицбурге рассказали, что там стоит батальон в гарнизоне и для охраны складов, моряки с орудиями снятые с крейсеров, плюс немного волонтеров. Но, многим бурам, хотелось лично поставить точку в этом победоносном рейде. 'Львов Судана' вежливо попросили остаться, мол, сами справимся, взяли с собой только несколько пулемётных и ракетных расчётов, с ними был я и ряд белых офицеры нашего корпуса.

Взятие Дурбана прошло уже по отработанной схеме, режим тишины при движении колон, их заход в город по ж\д и шоссе. Волонтёры быстро разбежались, гарнизон тоже не стал особо усердствовать в сопротивлении, когда буры дали по ним несколько очередей из своих пом-помов, а "Львы" ракетами. Дольше всего держались моряки, но их обошли, и просто перестреляли из переулков и с крыш. Позже выяснилось, что в списках убитых был и артиллерист капитан Перси Скот, который занимался переделкой морских орудий для действий на суше.

13 сентября в три часа дня на здании городской управы Дурбана были подняты флаги буров, они вышли к океану. Через несколько дней, когда об этом узнали в Натале, там началось восстание, часть его населения шла к бурам, что вступить в их армию, а часть бежала от них. Было ясно, что Наталь британцы потеряли. Зато буры приобрели уверенность в своих силах, боевой опыт и высокий дух, тысячи новых солдат и огромные для тех мест трофеи.

По итогам, штурма Ледисмита и молниеносного наступления с взятием городов изгоном буры получили трофеями, более двадцати тысяч винтовок Ли-Метфорд, они были хуже Маузеров, но всё-таки магазинки, несколько тысяч Мартини-Генри, они ушли в запас и новобранцам, более 70 орудий разных калибров, в том числе морские 120 мм и 76 мм пушки, боеприпасы ко всему этому, запасы снаряжения, амуниции, провианта в Ледисмите, Питермарицбурге, Дурбане. Всё что было собрано для британских войск в Натале. Попали в руки буров паровозы, подвижной состав, депо, мастерские, угольные копи Данди, сотни повозок, тысячи лошадей и мулов. В Дурбане к ним перешло и содержимое, его четырёх банков, а в их хранилищах было немало золота в разном виде. Наверно и поэтому они не хотели, участия 'Львов' в занятие города. В порту к ним попали в руки несколько британских транспортов, ещё несколько попали в ловушку, зашли в порт не зная, что он теперь не английский. Через несколько дней у Дурбана появился британский крейсер.

Буры, как говориться были на кураже, но не все их офицеры потеряли голову от успеха. Видя морские орудия и моряков, было ясно, что военные корабли скоро вновь придут в Дурбан. Пленные это подтвердили. Готовые британские орудия они установили в городе, ближе к берегу, но, так чтоб можно было вести огонь в направлении моря. Орудия прятали, наставив вокруг них, всякой всячины, расставив их по одному или парами.

Британский крейсер появился 17 сентября, сначала он быстро и уверенно шёл к Дурбану, но вскоре сбросил ход и стал осторожничать. В оптику было видно, что на нём сыграли боевую тревогу. Орудия расчехлили, расчёты заняли свои места. С расстояния немногим более 4 -х вёрст, буры открыли огонь по крейсеру, но не все сразу. Тот пока молчал, развернулся в сторону берега, и, встав к нему бортом открыл ответный огонь. Тогда ударили все орудия буров, всплески на воде от снарядов стали появляться ближе к крейсеру. Вероятно командир крейсера не ожидал такой горячей встречи в своём порту и растерялся, огонь вёлся больше наугад и беспорядочно. Буры же не торопливо пристреливались, хотя ведения огня по морским целям им было в новику. Но, постепенно всплески от попаданий сгущались вокруг крейсера, потом кто-то утверждал, что было и попадание или даже два. Через минут двадцать пять после начала боя, крейсер сделал поворот в сторону моря и дал большой ход, выходя из боя. Берег в ответ разразился залпами радости и ругани в адрес трусливых англичан.

Позже узнали, что кто-то из уцелевших и не попавших в плен моряков, сумел крейсеру дать сигнал об опасности, поэтому он и не стал близко подходить к порту и приготовился к бою. Сам же крейсер отошёл в море и и начал дрейфовать у Дурбана , он то и сумел перехватить пару транспортов, не дал им зайти в ловушку. Через несколько дней подошло ещё два корабля. Главный порт Наталя англичане закрыли морской блокадой.

К бурам после взятия Ледисмита и броска к океану, кто материальных трофеев попало более 20 тысяч пленных англичан и волонтёров, среди них несколько генералов. И бородачи-африканьеры не знали толком, что с ними делать в таком количестве, когда они спросили, что сделали с пленными в Судане. Их вопрос я перенаправил к Ахмеду Федилу, его ответ их крайне удивил. 'Они у вас работают!?', -спросили они 'Да. И тем самым окупают своё содержание и приносят пользу стране. Своим нападением они нанесли ей ущерб, теперь его возмещают',- дал он им разъяснения. Буры были весьма практичным народом, и тема работающих на них пленных их явно привлекала.

В Дурбане спокойные, набожные и непьющие бородачи-африканеры, на радостях немного пошалили, разграбили несколько магазинов, были случаи насилия. Жубер, генералы и офицеры, пасторы быстро навели порядок среди расходившихся бюргеров. И они разрешили жителям захваченных городов, кто хочет уйти, уходить безбоязненно. 'Львы' тоже в Дурбане отличились не лучшим образом, троих из тех пулемётных и ракетных расчётов, что ушли туда с бурами, за то, что насильничали, Ахмед Федил повесил, решили белых женщин попробовать. Узнав от том, что его солдаты в Дурбане стали насильниками, он ни минуты не колебался в принятие решения об их казни. Мне о сказал, что их Халифа приказал ему самым жёсткими мерами пресекать у солдат корпуса 'Львов Судана' желание убивать мирных жителей, насиловать, мародерничать, скрывать трофеи. После трибунала и немедленной публичной казни последовавшей за вынесением приговора, Ахмед Федил обратился ко мне с весьма неожиданной и деликатной просьбой. Он сказал, что 'Львы Судана' это тысячи молодых, здоровых мужчин, у которых вообще или давно не было женщин. Нет, они и дальше могут не обращать на это внимания, и выполнять приказы своего правителя со всем усердием, сказал он. Но, Питермарицбург город большой, а у белых в городах насколько он знает всегда есть блудницы, которые совершая этот тяжкий грех, зарабатывают себе на жизнь. Да, честно говоря, я такой проблемы не ожидал встретить в рядах воинов мусульман. И спросил, а как на это посмотрит Халифа, когда узнает ? Муллы и улемы здесь и в Судане ? Ахмед Федил меня заверил, что Халифа ещё в Судане дал добро на это и священники уже нашли или придумали оправдание этому греховному деянию. Тем более, что он пойдёт только на пользу воинам ислама для продолжения своего служения своему повелителю и вере.

Пришлось нам с остальными белыми офицерами корпуса, на следующий день заняться решение этого 'богоугодного' дела. В столице Наталя нашлись такие заведения и женщины вообще. И пока 'Львы' стояли в Питермарицбурге местные жрицы любви, практически без перерыва испытывали на себе, так же как и англичане, всю силу и боевой дух бойцов корпуса. Не были они обижены и в плане заработка. Местные газеты потом долго это историю ещё смаковали. Так же мы успешно решили проблему с ранеными и убитыми. В ходе боев их уже было более двухсот, но раненых в разы больше, чем убитых. Погибших сразу хоронили с почестями на месте. Легкораненые и больные находились в санитарном обозе и вагонах. И заранее в Йоханнесбурге, люди Халифы, которые здесь, оказывается, были ещё до войны сняли большой двухэтажный дом с пристройками, где расположился госпиталь для тяжелораненых 'Львов Судана', медики были из корпуса и к ним добавили нанятый персонал. Когда в Южную Африку прибыл русский Красный Крест и санитарные отряды, 'Львы' безвозмездно предложили нашими врачам целый этаж, что значительно облегчило и ускорило обустройство русских медиков, которые в свою очередь консультировали суданских коллег.

После того как эйфория победы немного улеглась, победители решили занять Порт-Шепстон, на реке Умзимкулу, выйти на западные границы Наталя и на реках, которые были южнее, начать строить там укрепления. Совершить рейды вдоль побережья и вглубь Капской колонии, чтоб создавать угрозу железной дороге на север из Ист-Лондона и вероятностью соединением с войсками буров наступающие с территории Оранжевой республики. Для этого оставили три тысячи бойцов, не считая новобранцев, которые прибывали с каждым днём, две батареи, помимо береговых. Остальные силы, более десяти тысяч бойцов с десятками орудий погрузив в вагоны всё первоочередное двинули обратно, через покоренные им города, чтоб усилить войска буров на других направлениях, 'Львы' уходили с ними. За время перехода, я, наши офицеры и уже Ахмед Федил, часто общался с Луисом Ботой и другими активными офицерами буров, обсуждали прошедшие бои, минусы-плюсы, они внимательно изучали 'Львов Судана', точнее их организацию, подготовку, вооружение. Что впрочем, делал и я с самого начало моего появления в рядах 'Львов'.

Я сам и наши офицеры, внушали упрямым бородачам мысль, о том, что с регулярной армией должна сражаться регулярная армия. Мы говорил Боте, что буры отличные воины, но, чтоб и дальше побеждать англичан они должны стать хорошими солдатами. Луис Бота, когда мы стояли в Стандертоне на перегоне, заявил, что он будет на основе своих коммандо создавать регулярную стрелковую бригаду, взяв за образец организацию 'Львов Судана', и начнёт убеждать других генералов идти таким же путём. И попросил нас помочь ему, расписав штаты, структуру и прочие моменты.

Это неделя с 6 сентября по 13-е вошла в историю как '1-я чёрная неделя' для британской армии. Англичане, сами буры и мир были просто ошеломлены, успехами армии организованной на основе ополчения над регулярной армией, как казалось одной из сильнейшей державы мира. Лондон кусал локти от позора и досады, европейские столицы, кто в открытую, кто втихаря, радовались неудачам наглых островитян. Париж, Берлин и Петербург особо не таились, прежде всего, Париж и Берлин. Даже лондонская биржа несмотря на золотой стандарт, отреагировала, небольшим падением фунта, а вот английские бумаги упали сильно.

22 сентября, когда 'Львы' и часть натальской армии стояли на ж\д развилке у Йоханнесбурга, ожидая, куда их решат направить дальше, пришла радостная весть, о том, что генерал Пит Кронье, взял штурмом Кимберли'.

Как выяснилось позже, письма, отправленные мною бурам из Судана, от лица белых офицеров частично сработали. Что, войне быть африканеры понимали и без моих советов, поэтому закупали вооружения, особенно артиллерию, французские Крезо-Шнейдер в 155 мм, будущие знаменитые буровские 'Лонг Томы', конечно Крупп, 120 мм гаубицы и полевые орудия, я в будущем даже про Шкоду читал у буров, пулеметы, того же Максима, винтовки Маузера. Фирмы классные, слов нет, и заказов у них много, поэтому в той истории все заказанные орудия они получить не успели, это конечно бы им не помогло войну выиграть, но потери бритов были бы точно больше. Вот я бурам и указал, неплохой рынок для закупки вооружений ... Испания. Войну они амерам проиграли, колонии потеряли, армию сокращать начали, большая часть флота вообще на дне, денег нет в бюджете, так, что вполне могли буры и испанцы найти в вопросе продажи оружия друг друга, тем более против британцев. У испанцев были свои фирмы, выпускавшие артиллерийские орудия, Онтория, помню точно, по качеству конечно даже не Шкода, но, как говориться дорога ложка к обеду. Вот буры заказав и купив, что можно было у пушечных мэтров, вышли на испанцев, и как оказалось не зря.

У пехоты у них были тоже Маузеры, своя разнообразная артиллерия, от полевых гаубиц и мортир от 210 мм до 87 мм и весом всего 182 килограмма, полевые пушки и гаубицы в 150 мм, полевые орудия, горные. Орудия были бронзовыми, но пороха применяли уже и бурый, и их можно было купить достаточно быстро и недорого. Что буры и сделали, когда поняли, что многие сделанные ими заказы не успевают, к тому сроку, который они наметили для начала войны.

У испанцев были куплена тяжелая артиллерия, - шесть орудий, 15-cm BL Verdes Modelo 1891. Масса орудия: 2950 кг, дальность около 7 500 м ; шесть гаубиц Br. 15-cm BL Mata Modelo 1891. Калибр: 149,1 мм/15 кал, масса снаряда: 35 кг, дальность - 6500 м; шесть орудий С.Br. 12-cm BL Plasencia Modelo 1891,калибр: 120 мм/25 кал., масса орудия: 1615 к, масса снаряда: 18 кг кг, шрапнель 130 свинцовых пуль, дальность: 35º=9100 м.

Уговорили испанцев блеском золота продать бурам четыре корабельных, 12-cm BL Hontoria Modelo 1883 Калибр: 120 мм/35 кал. Масса орудия: 2600 кг Масса снаряда: до 24,1 кг Дальность: 25º=10500 м, буры любили, чтоб у них были длинные руки.

Из полевой артиллерии они прикупили себе испанскую бронзовую копию стального Круппа, в количестве двенадцать орудий C.Bс. 9-cm BL Plasencia Modelo 1878 Калибр: 87 мм/23,7 кал. Масса орудия: 516 кг Масса снаряда: 6,3 кг Дальность: 16,2º=6340 м

Соблазнились и легкими горными орудия Пласения, C.Ac. 8-cm Cr. BL Plasencia Modelo 1874 Калибр: 78,5 мм/12,6 кал. Масса орудия: 102 кг. Дальность: 20,6º=3260 м, их купили тоже дюжину.

Брали по шесть и двенадцать орудий, чтоб можно было разбить на пары и тройки, морские орудия купили, оказывается для артиллерийских поездов, по одному на ж\д направление, - Наталь и Капская колония. К началу войны они не успели их доделать, но потом быстро сделали, один из них Ахмед Федил видел на перегоне у Йоханнесбурга, по его описанию у них были щиты и выдвижные опоры. Бронепоезда буры стали делать позже в ответ на британские, для этого и подвижного состава, материалов, промышленных мощностей после занятия Наталя и поставок из вне у них стало больше, так на бронелисты для них они стали разбирать английские разгруженные транспорты, стоящие без дела в порту Дурбана.

Хотели разгулявшиеся буры купить у испанцев и Максимы в 37 и 7 мм , но им отказали и предложили 25-мм митральезу Норденфельта-Пальмкранца и 11-мм митральезу Норденфельта, понятно, что старьё, но выбирать им сильно приходилось. Взяли и тех и тех по двенадцать, и испанцы продали им и винтовок Маузеров 10 тысяч с патронами. Жаль, что буры перед войной не дотянулись до Кольта-Браунинга 1895 года.

Двадцать два орудия калибром в 150 и 120 мм, двадцать четыре полевых и горных скорострельных орудия и четыре морских по 120 мм, для бурской армии ополченческого типа, это было более, чем внушительно.

По рассказу Ахмед Федила, Е. Я. Максимова, а они в свою очередь опирались на повествование разных участников событий, с Кимберли вышло следующее.

Кронье взяв в блокаду родину бриллиантов Кимберли, и ждал прибытия четверок гаубиц и пушек в 150 и 120 мм, шесть 87 мм и четыре 80 мм горных орудия. Получив их в дополнение к своим орудиям, буры поставили артиллерийские вышки и, корректируя с них огонь, стали расстреливать восьмимильный периметр обороны англичан, в наиболее слабых его местах. Дюжина тяжелых и двадцать одно орудие поменьше делали своё дело, фугасы разрушали укрепления, сделанные из земли и отвальных пород, фугасы и шрапнель выбивала из них защитников, англичане несли большие потери. На четвёртый день обстрелов они решились на вылазку, конный отряд в четыре сотни состоящий из Конницы Алмазных Полей, небольшое подразделение Капской Полиции, Конной Пехоты и подразделение, называемое Кимберлийской Легкой Конницей попытался атаковать, артиллерийские позиции. Их встретили шрапнелью, потом 37 мм 'пом-помами', испанскими митральезами и винтовочным огнём, потеряв хорошо за сотню убитыми и ранеными англичане, начали отходить, буры решили их отсечь от города, но прибытие двух рот Северо-Ланкаширцев спасло ситуацию, они сами, неся потери, сумели дать возможность отряду вернутся в Кимберли. Обстрелы продолжились.

Успехи Жубера в Натале, подзадоривали буров у Кимберли, в Ледисмите взяли в плен генералов, большие трофеи, в Питермарицбурге губернатора, в Дурбане банки. А они возьмут кладовую алмазов, родину бриллиантов ... Кимберли! И пленят одного из главных врагов свободных буров ... Сесиля Родса, и возьмут себе его алмазы, шахты, мастерские, железные дороги, рабочих. И 'папаша' Крюгер с политиками, настоятельно просил взять город как можно быстрее, это был бы один из козырей в начинающейся большой политической игре. По его просьбе к Питу Кронье срочно прибыли офицеры, которые участвовали в штурме Ледисмита и Эсткорта, чтоб поделиться опытом и участвовать в разработке плана штурма Кимберли

20 сентября, рано утром буры пошли на штурм, в городе сыграли тревогу, его защитники заняли свои позиции, готовясь отражать атаку, а атакующие буры вдруг залегли. Атака оказалась ложной, а выманенные ею англичане на свои позиции попали под сильный обстрел артиллерии, которая уже пристрелялась по их укреплениям. Буры за это времени приблизились к разбиваемым артиллерией позициям, и после прекращения обстрела, подавляя понесших потери британцев, огнём легких пушек, пулеметов и винтовок, пошли в настоящую атаку, которая велась с двух сторон, после двухчасового боя на позициях и в городе, Кимберли пал. Глава 'Де Бирс Компани' не коронованный король Южной Африки, Сесиль Родс с прострелянной ногой и хорошо избитый попал в плен, добытые алмазы, шахты, мастерские, его компании, всЁ, что было его, попало в руки буров.

В клетке буры его, конечно, не провезли по городам хоть и ранее и обещали это, но в Претории и Йоханнесбурге, публике его показали, она ревела от восторга, один из главный зачинщиков этой войны теперь у них в плену. Ему и ещё ряду лиц 'Де Бирс компани', грозил трибунал, бурам было, что им предъявить.

Падение Кимберли, аукнулось бритам восстанием в приграничных районах с землями буров, там жили такие же буры, только волей судеб оказались на территории Капской колонии под властью англичан, теперь этой власти не стало. Часть таких шли в армию своих собратьев, часть устанавливала теперь во владениях Британии свои порядки.

Взятие родины алмазов и пленение Родса, ураганом радости пошло по бурским землям, подняло новую волну насмешек над англичанами в Европе, и вызывало бурю негодования в Лондоне. Конечно !!! Здесь дело было даже не в очередном поражении англичан, на шахтах Кимберли 'в 1892 г. добыто алмазов на 23,5 милл. мет. руб.', сообщила мне местная Вика в лице Брокауза и Эфрона, то есть почти 2,5 миллиона фунтов стерлингов, на эту сумму можно были два эскадренных броненосца построить, самое совершенное на то время орудие войны. А наверняка выработка за эти годы увеличилась! Бриты потеряли кучу денег !!! А это хорошо, и для Судана и России.

Во французской газете появилась карикатура, где здоровенный бородатый бур, ногой наступив на подол платья, одной рукой прижал к трону понятно, что королеву Викторию, другой ножом выковыривает из её короны бриллианты, со словами, -'Тебя, старая карга, в Аду заждались, а ты всё брильянтами балуешься !'

После этих громких событий, командования буров отправили 'Львов Судана', решат проблему Мафекинга, небольшой городок на границе Трансвааля,Бечуаналенда и Капской колонии, который буры тоже держали в осаде. Он открывал путь в английскую Родезию. Луис Бота с войсками убыл к Колесбергу, часть сил из Наталя буры направили для усиления своих сил идущих на Стромберг и к покорителю Кимберли генералу Питу Кронье. На волне побед они хотели наступать дальше.

Из книги генерал-лейтенанта Максимова Е.Я. 'На страже Империи', глава 'Львы Судана', - 'Под Мафекинг наш корпус был переброшен по железной дороге до Крлексдорпа, дальше миль сто по вельду. Идя по нему, бойцы корпуса, говорили, что, как дома побывали, такие же бескрайние просторы, трава, кустарники, редкие лесочки, животина всякая бегает, здесь им было более по душе, чем в гористо -холмистом Натале.

28 сентября прибыли на место, дальше заработал военный механизм, разведка, снайпинг, рекогносцировка, обстрелы импровизированных фортов англичан и укреплений, в том, числе и ночные. Подготовка к штурму, рассвет, артподготовка, штурм.

3 октября Мафекинг был взят, его тысяча шестьсот защитников, из которых только несколько офицеров были кадровыми военными, остальные местные войска, волонтёры и городское ополчение, не могли оказать внятного сопротивления, уже элитным солдатам, опытным 'Львам Судана'. Когда боги войны, (я стал тоже вслед за Ахмедом Федилом называть артиллерию, а он это взял от Халифы ) пристрелялись по их укреплениям, наметили и распределили цели, англичан рано утром выманили туда ложной атакой, и накрыли артогнём, нанеся им большие потери, остальных 'Львы' и буры которые осаждали город, атаковали с четырёх сторон, и буквально втоптали его защитников в землю. Британские офицеры были почти все убиты, в плен попал какой-то лорд Чарльз Бентинк, родня его потом выкупала у суданцев. Буры наблюдавшие подготовку и штурм, были впечатлены действиями 'Львов', так воевать они не умели. С трофеями Ахмед Федил не жадничал, четверть от них досталась бурам.

Следующей целью только уже отрядов буров стали города Лобасти и Габеронес, пятьсот бойцов усиленные трофейными пушками и пулемётами, должны были выбить из этих городов и округи англичан и идти дальше на север, по Бечуаналенду до города Палатье, занять его, чтоб потом соединиться, со своими отрядами, которые стояли на границе с Родезией. 'Львы' и остальные буры с генералом Сниманом двинулись в Кимберли 5-го октября, им предстояло преодолеть 220 миль, часть осталась гарнизоном в Мафекинге.

Всем было очевидно, что британцы после ряда тяжёлых поражений хотели реванша, желали смыть позор своих поражений кровью врага, и восстановить вновь пошатнувшуюся репутацию своей армии, здесь и после поражения в Судане. И они пошли в наступление, их вёл командующий силами в Южной Африке, генерал Редверс Буллер он собрал в кулак всё, что у него было в Капштадте и около него, 14 тысяч человек, 24 орудия и двинулся по железной дороге к Кимберли, не дожидаясь прибытия основных сил экспедиционного корпуса.

Вероятно он рассчитывал, что хоть город и взят, но буры понесли потери при штурме, следовательно их силы ослаблены, этим он и хотел воспользоваться, и одним ударом решить две задачи, разгромить главные силы противника и вернуть Кимберли. Костяком его сил была 1-я дивизия лорда Метуэна, был у него и импровизированный бронепоезд, который должен был прикрывать железную дорогу от действий буров.

На подходе к реке Моддер, 28 и 30 сентября Буллер с немалыми потерями, свыше пятьсот убитыми, ранеными сумел сбить буров с передовых позиций, но их не преследовали и они организованно отошли. 3 октября англичане вышли на главные позиции буров, которые нельзя было обойти, оставалось или атаковать или отойти.

4 октября британцы пошли в атаку, после недолго обстрела артиллерией по тем местам, где как им казалось, были позиции противника. Атака была явно не согласована, в бой их силы вступали разрозненно, и получили за это от буров,которых возглавлял генерал Кронье, как говориться по полной. Сначала их встретили снаряды тяжёлых орудий, потом подключилась и полевая артиллерия, только упрямые шотландцы и гордые гвардейцы, сумели под таким огнём, дойти до расстояния, с которого по ним начали бить 37 мм пом-помы, картечницы, остальные части тоже были остановлены орудийным огнём. Бриты потеряв 136 офицеров и 1806 солдат убитыми,ранеными и пропавшими без вести, отошли в свой лагерь у селения Моддер-Ривер. Буры их вновь не преследовали. До середины октября возникло тактическое затишье, воюющее стороны взяли паузу, только энергичный генерал Френч, сумевший уйти от буров в Натале, заняв Ноупорт, рыскал конными отрядами между ним и Колсбергом, вступая с такими же отрядами буров в перестрелки.

К этому времени буры закончили переброску сил из Наталя, 'Львы Судана' и другие части пришли к генералу Кронье из под Мафекинга. В войсках буров появились сформированные части добровольцев, роты, а позже и батальоны, из голландцев, немцев, французов и выделявшиеся количеством рыжих ирландцы. Прибыли русские, сербы, черногорцы, греки, скандинавы, итальянцы, испанцы и даже индусы. Из них выделялись немцы, французы и русские, отличались они большим количеством добровольцев с явно военной выправкой, что их и выделяло от тех же голландцев, ирландцев, скандинавов и итальянцев. Добровольные борцы с засильем британского империализма в мире из Германии, начали активно участвовать в работе импровизированного Генштаба буров.

18, 19, 20 октября буры перешли в наступление по трём направления, - Пит Кроньё, Якобус Деларей с 15 тысячами на Де-Ар против генерала Буллера с его 12 тысячами, Петрус Жубер с 10-ю тысячами на Миддельбург - Росмид, имея против себя генерала Фрэнча с более 5-ю тысячами, кроме этого Жубер после занятия города Ноупорта, должен был отправить 2 тысячи по железной дороге на Де-Ар, чтоб перекрыть путь отступления генералу Буллеру, Луис Бота и генерал оранжистов Христиан Девет шли на Стромберг имели 8 тысяч, их противником был генерал-майор Бартон и его 4 тысячи бойцов.

В сумме у буров было более 33 тысяч человек, за сотню орудий, десятки пулемётов, четыре артиллерийских поезда, ещё один сделали из британских морских 120 мм орудий взятых в Ледисмите. Действия буров в этот раз отличало почти синхронность действий, сосредоточение сил и средств на направлениях наступления здесь явно виделось участие добровольцев из Франции и Германии.

В идеале эти добровольцы хотели, используя превосходство в силах и мобильности окружить силы противника, уничтожить и пленить их. Продвинуться за линию Де-Ар - Росмид -Стромберг, и получить для себя связку железных дорог между своими силами. У буров получилось 50 на 50. Будь на их месте хотя бы испанская армия, наверно они решили бы обе эти задачи, но буры были армией милицейского типа на желании и доверии, желание бойцов воевать и доверии к своим командирам, которые были ещё и выборными.

Лучше всех справились подвижные Девет и Бота, идя тремя колонами, вдоль ж\д и на удалении от неё, они и Стромберг заняли, и связывая англичан фронтальными боями по линии ж\д, двумя другими колонами окружили их, и заставили сдаться, взяв в плен генерала Бартона. И пошли дальше, города Стрекстором, Куинстаун, Таркастад были заняты, бурские отряды растеклись по округе.

Генерал Фрэнч, который в Натале показал себя умелым противником, вновь не дал себя окружить, не торопливому Жуберу, используя местность и выставляя заслоны он отходил на юг в направлении Крадока. Жубер шёл за ним занимая Ноупорт, Росмид, Миддельбург, и дойдя до слияния рек Гроот виз Ривер и Гроот брак Ривер остановился, хотя до Крадока оставалось 23 мили (37 км). Мало того, что Фрэнч ушёл от буров он успел отправить отряд майора Гарри Кейна в тысячу всадников, с двумя пулемётами в Де-Ар, который весьма умело, задерживал буров. Прибывшие к нему оттуда на помощь подкрепление и не дали им пройти туда, остановив их на реке Seekoei river. Жубер упустил своего противника и дал возможность уйти другому.

Кронье тоже не особо торопился, сбив передовые посты, и заставив генерала Буллера артиллерийскими обстрелами и угрозой окружения спешно покинуть лагерь и отходить по железной дороге на юг. Англичане даже мост через Риетривер не успели взорвать. Они отходили по железной дороге давая бои на выгодной для обороны местности, их сбивали артиллерий и обходами с флангов. Я, генерал Якобус Де ла Рей, предлагали взять Кронье взять их в клещи и окружить, но то не хотел. Зачем ? Он успешно наступает, потери небольшие, а при окружении Буллера, он может решиться на прорыв, может помощь прийти из Капштадта, а это рост потерь.

Так и продолжалась дальше, англичане отступают, буры за ними наступают. Неожиданно англичане упёрлись в обороне на холмах у железнодорожного моста через реку Оранжевая, два батальона с батарей стоял там так твердо, давая возможность перейти через реку главным силам, что даже арт обстрелы и атаки буров не заставили их покинуть позиции. Только яростная атака 'Львов Судана' и обход их с тыла Де ла Реем, где он получил ранение, заставили их сдаться. Это были добровольцы, которые решились даже ценой своей гибели, дать уйти главным силам британцев от противника, в этом случае даже 'Львы' смотрели на них как на по-настоящему достойного уважения противника, они из-за их упорства и мужества понесли серьёзные потери, более ста пятидесяти человек убитыми и ранеными. Бой у моста и его повреждение англичанами, дали им возможность немного оторваться от буров. Но, они быстро нашли броды и удобные места для переправы через Оранжевую, и, догнав их через сорок миль (64 км) на станции Потфонтен стали вновь наседать на отступающего генерала Буллера и его измождённую армию. Ему до Де-Ара оставалось 35 миль (56 км), в сухих руслах на юге от города он вновь поставил отряд заграждения, но буры просто избили его артиллерией и по таким же руслам его и обошли. Буллер в городе не задерживался, маршем прошёл через него, сея в нём панику, страх и забирая с собой всех кто решил бежать от страшных буров, с которыми идут ещё и вооружённые чёрные.

Они и вошли в Де-Ар победителями, толпа в несколько сотен человек встречала их с радостью. Часть сил, пройдя ещё 30 миль (49 км) заняли город Деелфонтей и позиции на столь любимых бурами холмах, и остановились. Через несколько дней отряд буров занял город Бристаун в 40 милях (61 км) к востоку от Де-Ара. Их наступление закончилось, а для англичан завершился поход 'Железных людей' в 145 миль (230 км), так назвали это отступление генерала Буллера, которое шло две недели. Из 12 тысяч человек и 24 орудий, он вывел 7-ь тысяч и 6-ть орудий, остальные остались там, ... в вельде, городах и станциях, которые проходили англичане, убитыми, ранеными и пленными. 28 октября для Британии закончилась '2-я чёрная неделя'.

Волна паники прокатилась по городам и весям Капской колонии,- 'Буры !!! Идут буры!!! С ними черные !!!' С севера пошли беженцы, выросли цены на продовольствие, жильё, билеты в Европу и Индию, и вообще на всё.

Альфред Милнер губернатор Капской колонии и верховный комиссар Южной Африки в одном лице, объявил в колонии чрезвычайное положение. Из мужчин с 18 и до 60 лет, формировали отряды ополчения, из экипажей военных кораблей, что стояли в портах колонии, создали десантные роты, с них же снимали пушки и пулёметы, даже часть команд торговых судов, отправили на позиции. Этими силами перекрывали подходы к городам, готовясь встретить вторжение страшных буров. Метрополия сняла с рейса четыре трансатлантика, вновь привлекла большие крейсера и срочно грузила на них войска для отправки в Южную Африку, опять перебрасывали войска из Индии. В самой Британии очередное поражение восприняли тяжело, правительство Роберта Гаскойн-Сесила, маркиза Солсбери, сильно зашаталось, ходили слухи, что королеву Викторию хватил удар. В Европе над Британией безжалостно смеялись и издевалась в прессе, англофобия росла как на дрожжах. Знакомые мне после говорили, что даже послы Португалии, Греции стали смотреть на британских дипломатов нагловатыми взглядами.

Но, буры дальше не пошли, отправив свои коммандо на десятки миль вперёд, захватывать скот, продовольствие и всё, что нравиться, разрушать ж\д пути. Получив железнодорожную линию Де-Ар - Росмид - Стомберг, они решили не отрываться далеко от своих территорий, остановились на достигнутых рубежах и начали строить укрепления. Хотя от Куинстауна до Ист-Лондона оставалось всего 105 миль! Все кадровые добровольцы и те, кто следили в Европе за войной и мал-мала смыслил в стратегии, наверно волосы на голове рвали, от досады, что буры не хотят идти дальше, но те упёрлись и не шли.

Возникшую стратегическую паузу, противоборствующие стороны использовали каждый в свою пользу.Англичане насыщали оставшуюся у них под контролем территорию Капской колонии войсками. Новый командующий фельдмаршал Фредерик Слей Робертс, 1-й граф Робертс Кандагарский потребовал от Лондона не менее 150 тысяч штыков и сабель, артиллерию, пулемёты, бронепоезда и артиллерийские поезда. Битый британский лев, зализывал раны и готовился к прыжку, чтобы, всё-таки растерзать, добычу, которая оказалась вдруг такой, кусачей.

Буры тоже не сидели, сложа руки, обучали пополнение, строили укрепления, дороги, точнее выбирали лучшее направление в вельде, это и становилось полевой дорогой. Бросились они строить и железные дороги, чтоб связать между собой Блумфонтейн - Кимберли, Кранс - Линдлей - Кронстад, это было явно влияние добровольцев из Германии и Франции. Буры как практичные люди, слушали и тех и тех, сравнивали, и выбирали лучший вариант. На строительстве дорог и других объектов работали, чёрные, местные белые, но не бюргеры и ... пленные.

Кормить под 30 тысяч здоровых мужиков было даже для богатых буров накладно, поэтому они предложили им работать на себя. Кто из пленных англичан был пошустрее пристроились работниками на фермы буров, остальных распределили на строительство дорог и различные предприятия, им платили небольшие деньги, питание, содержание было получше, разрешали выходы в город, делать покупки. Опасность побегов была, конечно, но особо не сбежишь, везде полно вооружённых буров от подростков до стариков, да и женщины умели стрелять и обращаться с ножами, чёрные слуги и работники следили за пленными, и кроме этого беглецов ждал зубастый, клыкастый, когтистый, рычащий, воющий и вечно голодный и часто безводный вельд.

Офицеры поголовно отказались работать, многие сержанты тоже, их содержали буры отдельно, и достаточно скромно. С пленными ирландцами буры сами додумались или кто подсказал, начали работать, прежде всего, ирландцы добровольцы, уж как они своих соплеменников поначалу не называли, и английскими подстилками, жополизами, содомитами, иудами, каинами, заблудшими баранами и наконец, обманутыми братьями. Устроили им ликбез об истории Ирландии и роли англичан в ней, через несколько недель такой обработки в 'Ирландской бригаде' уже были взвода из бывших пленных ирландцев.

Ойтлендерам начали предлагать вступать в армию, но во вспомогательные части, бывшим рабочим, шахтёрам ополченцам Кимберли, вновь заняться добычей алмазов'.

По телеграммам моих людей с мест и газетам, которые попадали мне весьма не свежими мне стало ясно видно, что после второй 'черной недели' резко активизировался механизм большой политики.

Папаша Крюгер сделал заявление, что после такого кровопролития, нужно остановиться, объявить перемирие, сесть за стол переговоров, он говорил, что буры не хотят дальше войны, они хотят, чтоб их оставили в покое и не лезли в их дела, а спорные вопросы решали не угрозами и силой оружия, а переговорами. И обратился за поддержкой своих мирных инициатив к Берлину, Парижу для проформы Амстердаму, и зачинателю мирной конференции в Гааге -Российской империи, и вообще всему прогрессивному человечеству, большую часть, которого бриты достали, а многим успели не слабо напакостить. Лондон на призыв Крюгера гордо промолчал, а остальные стороны, ответили бурам возгласами, -'Отличное предложение! Мы за мир !!! Хватит белым убивать белых !'

И в залив Делагоа вскоре пришли французские, германские, русские крейсера, даже итальянцы и испанцы прислали свои крейсера. Всех удивили испанцы, они прислали свой единственный боеспособный крейсер, большой и красивый 'Император Карлос V', это было понятно, после поражения от США, им надо было восстанавливать статус, и тут такой момент, англичан опять бьют !

Посыл держав был ясен, -'Какой может быть мир без права свободной торговли !?' Вот они его и будут защищать, по сути 'владычице морей' неофициально вновь объявили 'вооруженный нейтралитет'.

Бурам открыли свои закрома Франция, Германия, Голландия, вновь Испания, и даже САСШ и Габсбурги, артиллерия, пулемёты, картечницы, винтовки, патроны, снаряды, амуниция, снаряжение, паровозы, вагоны, металл, цемент, рельсы, колючая проволока, в общем, всё, что так необходимо для достижения мира. Даже Россия через Черногорию продала бурам партию картечниц и горных пушек Барановского.

Как позже рассказал мне Ахмед Федил и Максимов, начали буры в это время формировать и регулярные части, Кристиан Девет из своих оранжистов, Кронье, Жубер, Луис Бота, Де ла Рей из трансваальцев, особенно усердствовали первый и последние, остальные не спешили, хотя и Кронье, Жубер видели в боях в Натале и с Буллером преимущество регулярной армии в лице 'Львов Судана'. Для этого у них было всё, обстрелянные, мотивированные бойцы, вооружение, деньги, советники.

К началу нового этапа боевых действий, генералы нового, 'второго поколения' Кристиан Девет, Луис Бота и Де ла Рей, имели под своим командованием по стрелковой бригаде, три -три с половиною тысяч штыков, с шестью орудийной батареей полевой и легкой артиллерии, пулемётами или картечницами, бригады получились, правда, совсем стрелковые, или совсем не стрелковые, все они были на конях. Остальные генералы 'первого поколения' ограничились полками, в бурских коммандо тоже пытались внести элементы регулярной армии, но палку не перегибали. Увеличилось количество батарей тяжелой артиллерии за счёт покупок и трофеев, в мастерских Претории, Йоханнесбурга, Кимберли, Дурбана, Блуфонтейна, делали артиллерийские и бронепоезда, купили в Германии даже аэростаты.

Из мемуаров Е.Я. Максимова 'На стражи империи', -'Уже в первый месяц войны из местных иностранцев в бурских республиках были созданы отряды добровольцев, голландский отряд в составе 120 человек, немецкий отряд численностью в 200 человек во главе с полковником Адольфом Шилем, скандинавский отряд из 40 человек и так называемая 'Ирландская бригада' из 150 человек, которой командовал отставной полковник армии США Блэк.

И теперь в довесок к ним хлынули через Лоренсу-Маркиш добровольцы ... вначале десятками, а после '2-й черной недели' сотнями. И получилось голландских свыше 1400 человек, немцев более 1200, французов и ирландцев свыше девятисот,и тех и тех, русских, сербов, черногорцев, за восемьсот, испанцев, аргентинцев более семьсот, итальянцев под пятьсот, скандинавов за триста, были греки, португальцы, франкоканадцы и неожиданно много индусов, более пятисот человек. Это были так сказать местные индусы, в Натале их было наверно под пятьдесят тысяч, были и из Занзибара, и несколько десятков из Европы и Индии.

Немцы, французы, русские, испанцы, многие голландцы, выделялись военной выправкой, субординацией в отношениях между собой, некоторые добровольцы наверняка имели звание не меньше подполковника. Немцы, прибыли сразу со своими орудиями, Маузерам 98 и германскими Максимами, французы с винтовками, пулемётами, орудиями. Русские тоже не отстали от своих коллег, они прибыли с батарей новых трехдюймовых орудий, с мосинками и купленными у англичан же пулемётами Максим-Виккерс. Хотя конечно официально всё это было куплено бурами для себя.

Складывалось ясная картина, что все хотят испытать на англичанах свои новые вооружения, проверить на них военную теорию и практику. Португальские власти не сильно интересовались, что там, в трюмах привезли с собой транспорты с флагами великих держав, и зачем прибывали в Делагоа, десятки и сотни мужчин явно не штатского вида. Формально документы были в порядке, и этого им было достаточно, как и золота, которое они за это получали, так и количества военных кораблей Германии, Франции, России и Испании.

У добровольческих частей были достаточно звучные названия, -у французов 'Жанна д,Арк', у русских 'Петропавловск', испанцы тоже особо не мудрили, назвали себя 'Гибралтар', ирландцы почему-то 'Ирландская бригада Патрика Сарсфилда', индусы зачем-то выбрали для себя флаг сипаев. Но, самыми известными всё-таки были и остались 'Львы Судана', как и самыми многочисленными, более трёх тысяч человек, их в период затишья, через Лоренсу-Макреш на германских транспортах пополнили новыми бойцами, забрав тех, кто уже не мог воевать.

Белые добровольцы редко общались с ними, чаще всего это были русские и ирландцы, они стали постоянно посещать 'Львов', в силу того, что мы были среди них и ирландский взвод, кроме нас они встречались с Ахмедом Федилом и другими офицерами суданцами. Немцы, французы, голландцы, испанцы приходили посмотреть на 'Львов' скорее как на дрессированных животных, которых белые, то есть мы, научили обращаться с оружием, хотя выправка, состояние вооружения, произвело на них впечатление. Камуфляж, средства маскировки, полный комплект вооружения, защиты, снаряжения бойца показывали только русским.

С появлением кадровых добровольцев резко изменилась в лучшую сторону положение не только в планированием и подготовки операций, но дел со стратегической разведкой и контрразведкой, военной цензурой, всё это было у буров наверно на уровне зародыша. Чувствовалось, что наши коллеги из туманной Германии крепко взялись за дело.

Получалось добровольцев более девяти тысяч человек, вольных или невольных 'любителей' Британии, они получили негласное название Иностранный легион, но единого командира над ним не было. В целом он подчинялся главному командованию буров, а там всё больший вес набирали немцы, вытесняя оттуда французов.

Стало ясно, что великие державы и не очень, решили использовать англо-бурскую войну и неудачи в ней англичан в свою пользу, тем более, что почти за всё платили буры, причём золотом, а позже и алмазами.

Британия конечно, крайне возмущалась поведением держав, грозила в прессе карами, включила рычаги давления в столицах, но британский лев оказался сильно битым, и поэтому уже не таким страшным, как казалось раньше. И тоннаж флотов Германии, России, Франции не так уж сильно уступал Роял Нави. И ещё была Закаспийская железная дорога'.