Чиркова Вера: другие произведения.

Трельяж с видом на море 1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 6.01*45  Ваша оценка:

  
  Чиркова Вера
  
  Трельяж с видом на море
  
  Книга первая
  Тайна зеркала
  Аннотация
  Банальное любопытство иногда приводит к крутым и совершенно непредсказуемым переменам в жизни. Но Костик, тщательно готовясь к загадочному, незнакомому и никем не проверенному старинному ритуалу, даже не вспомнил об этой простой истине. А в результате жестоко поплатился за беспечность, потеряв не только родной мир, но и большую часть самого себя.
  
  
  
  
   Глава 1 Стан
  
  Костю разбудил холод. Он пробирал до костей, вызывая в сонном мозгу возмущение лживым утверждением, будто жир - греет. Когда терпеть дальше стало невозможно, парень резко сел и, не раскрывая крепко сжатых глаз, обхватил плечи руками, заранее готовясь к тому, что это не особо удастся.
  Не так просто обнять себя человеку, весящему полтора центнера.
  Однако он не только достал пальцами до лопаток, но и прощупал их выступающую сквозь кожу остроту. Несколько секунд парень ошеломлённо глотал холодный воздух, стараясь успокоиться, затем осторожно повторил попытку и встревожился ещё сильнее. Это были не его кости, не его руки и вообще не его тело.
  Желая убедиться в этом своими глазами, Костя попробовал разлепить веки и потерпел неудачу. Ресницы словно приклеились к коже, не позволяя хоть немного приподнять веки. Парень смутно припоминал густую жижу, по которой полз некоторое время назад, и начинал осознавать, в чем дело. Сунул в рот указательные пальцы, кое-как помусолил и тщательно протёр подушечками глаза.
  Теперь они открылись почти сразу, жаль только, увиденное не принесло ему никакой ощутимой пользы. В мире царила ночь.
  И судя, по многоцветному сиянью совершенно чужих созвездий висевших среди редких облаков в тёмно-синем небе, место, где Костя находился, было неимоверно далеко от его родного дома. Теперь оставалось только сообразить, каким боком и главное, когда, его занесло под эти самые звезды.
  Хотя ещё в тот момент, когда всё вокруг внезапно потемнело, и на тело обрушилась безмерная боль, Костя отчётливо осознал, что происходит нечто непоправимое. А позже, когда он неожиданно оказался в непроглядной и мокрой мгле, ему и вовсе стало не до размышлений.
  Больше всего по ощущениям то место казалось похожим на лужу. Но не простой воды, а чего-то непроницаемо чёрного, вроде чертёжной туши. Некоторое время парень ощупывал эту густую, как кашка, мглу, пытаясь найти из неё выход, потом опытным путём убедился, что к одному краю тёмная жижа значительно мельче.
  Туда Костя и полз, стараясь не думать о тварях, которые, судя по его подозрениям и смутным воспоминаниям об уроках биологии, любят обитать именно в таких вот мелких, чавкающих под руками болотцах.
  А когда, он наконец вылез на сушу, то постарался уползти от мерзкой лужи подальше, насколько хватило сил. Не забывая проверять пространство перед собой случайно нащупанной на берегу веточкой. И всё это в кромешной темноте, разлепить глаза он в тот момент почему-то не додумался. Да и неудивительно, голова у парня просто раскалывалась от боли, тело ныло как избитое, а от голода его даже подташнивало.
   Есть и до сих пор хотелось просто нестерпимо, зато холод и тревога немного прояснили сознание, и Костя уже мог довольно чётко рассуждать, и даже пытался делать выводы. И они оказались неутешительны.
  С ним произошло нечто, не вписывающееся ни в какие правила физики и математики.
  Косте не верилось, будто он мог где-то находиться несколько месяцев и за это время похудеть до невозможности. Бред. Слишком много он читал про внезапно худеющих толстяков, чтобы знать точно - исчезнут мышцы и даже жир, но кожа так и останется на месте, обвисая растянутыми складками.
  А его кожа сейчас натянута как барабан, и нет совершенно никаких следов былого ожирения. Значит, произошло нечто выходящее за рамки обычной логики и привычных правил.
  Холод заставил ещё раз передёрнуть плечами и с досадой помянуть пропавшую одежду, почему-то на нем болтались лишь боксёры, футболка-безрукавка и мокасины. Однако долго расстраиваться парень не стал, хотя исчезнувшие вещи ему сейчас не помешали бы, но зачем зря ломать голову раз уже ясно, что найти их нереально?!
  Зато чуть посветлевшее вдали небо подарило зыбкую надежду на близость рассвета, и возможность хоть немного обсушиться и обогреться. Некоторое время Костя внимательно озирался по сторонам, пытаясь изучить окрестности, и едва начал немного различать медленно проступавшие из темноты кусты и валуны, решил подыскать себе местечко посуше и понадежнее.
  Метрах в трёхстах от приютившего его камня парень рассмотрел уходящий в небо бледный столб то ли дыма, то ли пара, и это, несомненно, было признаком источника какого-то тепла. Хотя и непонятно пока, безопасного или нет. И что печальнее всего, спросить было не у кого. Да и вообще непонятно, нужно ли спрашивать, и не сделаешь ли себе еще хуже. Ведь неизвестно, где он находится, и каким чудом сюда попал. Да и можно ли называть это странное происшествие чудом, может, сработала чья-то злая ловушка?
  Смутную мысль о том, что попал в чужой мир, Костя воспринял со скептическим смешком, однако пока не собирался отвергать никаких вариантов. Будущее покажет, сейчас главное, что он живой и, судя по всему, здоровый. Хотя и страшно голодный и замёрзший. И как ни сомневайся и не крути, но идти в сторону дыма придётся, иначе вымерзнешь как вид, дожидаясь рассвета и возможного тепла.
  Парень решительно поднялся на ноги, ещё раз огляделся и опасливо двинулся на разведку, пытаясь по пути придумать хоть пару правдоподобных объяснений своему появлению, на случай, если ему все-таки встретится кто-нибудь из местных жителей.
  Как оказалось, решение пойти в сторону дыма было совершенно правильным. Хотя никакого костра или жилья там и не обнаружилось. Был пар, густым столбом поднимавшийся от горячего источника. Подойдя ближе, Костя внимательно рассмотрел в бледном свете неторопливо поднимавшегося из-за дальних холмов солнца расположенное среди болотистых луж и зарослей тростника озерцо. Посредине него булькал пузырями тёплый источник, а берега окружали густые заросли и обломки скал, но с одной стороны виднелся ведущий к воде довольно пологий язык поросшей кустами осыпи.
  Желание наконец-то хоть немного согреться гнало парня вперёд и Костя больше не стал медлить. Не снимая обуви влез в воду, помня о возможности напороться на осколок бутылки или на какого-нибудь гада.
  Однако илистое дно не таило ни стёкол, ни гадов, и довольно круто опускалось по направлению к источнику. А почти прозрачная вода оказалась горяча ровно настолько, как Костя любил, и это было фантастической роскошью, пределом всех мечтаний. Парень сначала как следует отогрелся, опускаясь в воду с головой, затем, обнаружив на себе разводы и потеки чёрной грязи, разделся и тщательно отстирал все вещи. Выскочил на минутку на берег, развесил по кустам и снова нырнул в озеро.
  На этот раз Костя так же тщательно вымылся сам, ненадолго удивившись короткому, почти под новобранца, ёжику волос. Но заморачиваться и тем более жалеть шевелюру не стал, волосы не ноги, отрастут. Попутно вспомнил рассказ деда, как люди в войну спасались от голода кипятком, и выпил немного горячей водицы, зачерпывая ладонью, где почище. И совсем уже собирался вылезать, как внезапно услышал в кустах подозрительный шум. Кто-то, явно не маленький, нагло ломился сквозь тростник.
  Костя рыбкой метнулся за прибрежную кочку, и присел, стараясь не светить незагорелым телом.
  Двое мужчин, вышедшие из зарослей тростника, были одеты как туристы, однако парня насторожили висевшие на их поясах грубые ножны, какие Костя видел лишь в исторических фильмах. Он сразу раздумал подходить к ним ближе и затаился, стараясь рассмотреть незнакомцев получше и попытаться определить, чего от них можно ожидать.
   Туземцы оказались худощавы, коренасты и роста примерно среднего, если судить по висевшей неподалёку Костиной футболке. Но её они пока не видели, занятые довольно объёмистыми мешками. Заботливо устроив их на пригорке, незнакомцы сбросили короткие ботинки на шнуровке, подвернули просторные штаны и забрели по колено в воду. Костя внимательно следил, как подозрительная парочка отмывает руки от чего-то тёмного, попутно прихлёбывая горячую воду.
  "Значит, правильно он решил, что озерцо не ядовитое", - порадовался парень. А вот почему пришедшие показались ему недобрыми, Костя осознал не сразу, а лишь рассмотрев, как смываемая ими тёмная грязь начинает капать с пальцев туземцев алыми каплями. А додумавшись, чем именно она могла быть совсем недавно, постарался ещё плотнее прижаться к своей кочке. Ведь ясно же, это вовсе не охотники. Те никогда не убегают с места, где завалили зверя, поспешно как преступники, не оттерев с рук и оружия кровавых следов. Да и оружие у них для охоты не подходящее, не приходит Косте на ум ни одного зверя, особенно дикого, на какого можно бы идти с кинжалами. Да и оглядываются они на берег больно уж настороженно, по-воровски, все сильнее подтверждая подозрения Кости в незаконности своего промысла.
  И тут парнишка вдруг понял с безжалостной ясностью, что за кустиком он прячется напрасно. Сейчас они развернутся, увидят его сохнущие вещи и тут же всё сообразят. А поскольку связанные с незаконным промыслом негодяи никогда не оставляют в живых тех, кто застал их за явно наказуемыми действиями, то наверняка начнут его искать. Разумеется, не с пустыми руками, теперь Костя больше не сомневался в подлинности оружия, хранящегося в их ножнах. Как и в том, что избежать встречи с разъярёнными бандитами ему не суждено. И можно не надеяться, будто удастся справиться со здоровыми мужиками даже при помощи всех заученных когда-то приёмов айкидо.
  И в таком случае ему остаётся всего один шанс на жизнь, попытаться победить их хитростью, а для этого нужно напасть первым. Внезапность в подобных делах лучший помощник.
  Парень следил за парочкой с замирающим сердцем, выбирая подходящий для нападения момент, и почему-то сразу сообразил, когда тот наступил. Словно кто-то толкнул Костю вперёд, он набрал побольше воздуха, неслышно нырнул и стремительным броском метнулся под водой к пришедшим.
  Глаз открывать не стал - вода перебаламучена, не хватало ему сейчас мусоринку под веко поймать. И без того точно знал, сколько гребков нужно сделать, зря что ли, всю жизнь у моря прожил.
  Ноги ближайшего аборигена он нашёл безошибочно, рванул их к себе и, подминая упавшего под себя, прижал ко дну. Тот рванулся с неистовой силой, но Костя сидел сверху как пришитый, не давая даже высунуть из воды голову. Конечно, немного жаль, что вес у него теперь не тот, что прежде, раньше бы мужик и приподнять бы на такой глубине Костю не смог, а теперь подкидывал его, как бычок ковбоя.
  Однако зря он так сопротивлялся, окончательно топить свою жертву парень вовсе не собирался. Он вообще никогда не был способен на убийство, а сейчас ещё и немного сомневался в правильности сделанных выводов. И вовсе не желал из возможной жертвы превратиться в убийцу и оказаться за решёткой.
  Поэтому просто выждал несколько секунд, пока туземец немного нахлебается воды и сильно нажал пальцами сразу на пару болевых точек, очень надеясь, что у аборигенов они совпадают с его собственными. После этой процедуры бандит гарантированно выйдет из строя на несколько минут и тогда можно будет, не опасаясь нападения со спины, вплотную заняться его дружком.
  Шагнувший к берегу абориген наконец-то обернулся на странный плеск воды, и потрясенно замер с разинутым ртом, обнаружив сидящего верхом на подельнике невесть откуда взявшегося абсолютно голого парня.
  А незнакомец весело блеснул ровным рядком белоснежных зубов, на миг наклонился и взмахнул рукой. И в следующий миг в лицо туземца смачно влепилась щедрая жменя жирного придонного ила. Тот яростно взревел, сообразив, насколько сильно его оскорбили и унизили и, схватившись за рукоять меча, ринулся на обидчика, на ходу отирая второй рукой с лица чёрную мерзость.
  
  ***
  
  Позже туземец всю дорогу до крепости пытался понять, как это получилось, что голый парнишка оказался вовсе не впереди, а сбоку?! И чем таким твердым незнакомец тюкнул его по шее, если в руках этого шалого не было совершенно никакого оружия?!
  Однако ответов так и не придумал.
  Вот и пришлось бандиту уныло брести к крепости, таща на спине улики против самого себя и пристально следя за вырубленной в крутом каменистом склоне извилистой и неширокой дорожкой. О побеге он даже не помышлял, да и ни один дурак не стал бы думать ни о чем подобном на его месте. Проклятый незнакомец, одетый лишь в бесстыдно короткие штаны и странную рубаху без рукавов и с нарисованным на животе жутким животным, оказался не по возрасту предусмотрительным. Накрепко связал своим пленникам запястья, заведя их за спину, и теперь бандитам приходилось брести по знакомой дорожке с предельной осторожностью. Отсюда очень легко было сорваться вниз даже от лёгкого толчка или просто сделав неверный шаг. А потом пришлось бы несколько витков спирально поднимающейся на скалу тропы катиться вниз, прямо в кишащий гигантскими пиявками ров.
  
  ***
  
  Сначала Косте показалось, что пленники привели его к тюрьме. Именно такими помнились парню по фильмам старинные казематы. Высоченные стены с крошечными окошками, начинающимися с уровня третьего этажа, какие-то проволоки под крышей. Но когда он рассмотрел стены поближе, в душе появилось и постепенно окрепло сомнение. Тюрьму обычно никто не пытается поджечь снаружи, а на этих стенах в некоторых местах видны закопчённые выбоины. Да и окошки без решёток и стёкол, ну и ещё кое-что, по мелочи.
  Окончательно разрушил первоначальное впечатление мостик, переброшенный через глубокую расщелину, явно не природного происхождения, но от этого не менее опасную. Предусмотрительные хозяева этой внушительной крепости оставили на дне ямы, которую нельзя было обойти ни с одной стороны, пару рядов заострённых кверху камней. И на одном из них белел костями скелет, несомненно, человеческий.
  Не мог Костя ошибиться - одно время мамины книги по медицине были предметом его пристального изучения.
  - Чего вам нужно?
  Опыт общения с захваченными бандитами доказал Косте, что оратор из него пока никакой. Понимать чужой, чуть мурлыкающий язык он почему-то мог, а вот говорил пока с большим трудом. Причем произносил вовсе не то, что собирался.
  Костя незаметно пнул стоящего впереди бандита в лодыжку, и когда тот обиженно охнул и скосил взгляд, состроил ему самую свирепую морду. Каковая должна была, по мнению парня, впечатлить туземца. Ну, тот и проникся.
  Нервно сглотнув, поднял глаза к маленькому окошку над кованой узкой дверцей и дрожащим голосом произнес:
  - Мы это... охотники. А он нас это... поймал.
  Костик расслышал в этом сбивчивом объяснении стремление слукавить и попытаться показать себя обиженными, вот и тюкнул по облюбованной щиколотке чуть сильнее.
  - Мы признаем свою вину! - внезапно отчаянно закричал бандит. - И просим о справедливости! Только избавьте нас от этого демона!
  Ах ты, гад, обозлился Костя на подлеца, справедливости он просит! А про то, что висящий у него за спиной мешок до сих пор сочится кровью и там кто-то шевелится - забыл?
  Он собирался отвесить негодяю ещё один заслуженный пинок, но тут раздался визгливый скрип, и дверца поползла вверх.
  "Ну, посмотрим, какая здесь у вас справедливость!" - Входя вслед за пленниками в длинный и узкий проход, напрягся парень, всё равно отступать уже поздно.
  Да и не прожить ему в этих местах в одиночку - рассмотрел по пути огромные царапины на неохватных деревьях, росших у подножия скал. Страшно даже представить, какие звери могли их оставить!
  В конце прохода открылась вторая дверь, и за ней незваных гостей уже ждали. Крепкие парни в кожаных штанах и куртках, усеянных металлическими бляшками, державшие в руках вовсе не бутафорские мечи, ловко оттеснили Костю от его пленников. В ответ на их многозначительное помахивание остро наточенными железяками, парень улыбнулся как можно дружелюбнее и шире и поднял перед собой раскрытые ладони лишённые какого-либо оружия.
  Старший из воинов внимательно оглядел "демона", одетого в скудные и просторные, явно с чужого плеча, тряпки, и скептически усмехнулся. Несмотря на высокий рост и довольно широкие плечи, парень был худ просто до неприличия. И только последний глупец поверит, будто этот сопляк сумел поймать самых наглых и дерзких контрабандистов приграничья. А уж тем более - что он демон.
  Стало быть, двое висельников измыслили нечто особо дерзкое и подлое, но пока не догадываются, как им не повезло. Вчера вечером в крепость прибыл сам господин комендант, вместе с детьми совершающий инспекторский рейд по крепостям приграничья. Вот ему и судить, кто тут жертва, а кого спасать. Если, конечно, нужно спасать.
  - Кто ты? - спросил командир у худого "демона", невольно отвечая на его широкую улыбку и снисходительно усмехнулся. Придумают, тоже, дураки, - демон! А того не знают, что настоящему демону улыбнуться даже в голову не придет! Говорят, они вообще не умеют смеяться!
  - Стан, - взять своим именем ник основного перса из любимой игры, Костя решил еще по дороге.
  Все равно на Константина Запольского он сейчас похож, как мартышка на слона. Глазами.
  Зато всплыла в памяти прочитанная где-то информация про табу на разглашение данного при рождении имени. Вроде есть у отсталых народов такое поверье, что сохраняя имя в тайне, тем самым бережешь свою духовную свободу.
  - Откуда ты?
  Стан сделал виноватое лицо и пожал плечами. Потом спохватился и на ломаном языке сообщил:
  - Далеко.
  Взгляд командира сразу посуровел, и он задумался было о правдивости сделанного бандитами заявления, но его размышления прервал раздавшийся сверху строгий голос:
  - Что тут происходит?!
  А вслед за ним с крутых ступенек высокого крыльца легко сбежал крепкий мужчина средних лет в сопровождении пары хорошо вооружённых воинов и двоих молодых парней в лёгких кожаных доспехах. Видимо, вышли на утреннюю разминку, сообразил Костя.
  - Пришли вот...
  Рассказывая в подробностях, как заметил плетущихся по тропе людей, командир снова видел поразившую с первого взгляда картину: двое вооружённых контрабандистов, известных ему под кличками Бык и Увалень, бредут по тропе, склоняясь под тяжестью поклажи, а сзади упруго шагает, помахивая прутиком, вот этот худосочный парнишка.
  - Имя? - В глазах пристально уставившегося на него мужчины Костя не увидел ни подозрения, ни недоверья, потому и решил начать игру в искренность сначала.
  - Стан.
  - Откуда?
  - Не знаю, - против его воли в голосе парня проскользнула тоска.
  - Когда очнулся? - Неужели этот высокий светловолосый человек с умными серыми глазами что-то знает о появляющихся ниоткуда людях?!
  - Ночью.
  - Где?
  - В болоте, - слова получались все более членораздельные, - а где - не помню.
  - Какой предмет ты брал с собой? - заинтересовался допрашивающий и, увидев растерянный взгляд, пояснил. - Его нельзя потерять.
  "А штаны - можно?" - хотел съязвить Костя, но передумал. Хорошее отношение нужно ценить, не факт, что он встретит тут много таких понимающих аборигенов.
  Просто для проформы сунул пальцы в маленький кармашек боксеров и изумленно замер, нащупав небольшую пряжку.
  - Вот. - Протянул ее аборигену на ладони.
  - Спрячь. - Не сумел скрыть разочарованного взгляда тот. - Это символ твоего основного таланта.
  Костя скептически повертел в руках пряжку и спрятал назад. Непонятные у них тут правила. Помнил он, конечно, написанные в той бумаженции странные слова про предметы, символизирующие любимые занятия. Вот только не придал им особого значения. Просто взял те, какие под руку попались, выбирая помельче, чтобы карманы не оттягивать.
  Теперь-то Косте вспоминается, что вторым предметом был медиатор, а третьим - помятый наконечник от стрелы, хотелось ему одно время заниматься стрельбой из лука, да тренер не выразил никакого энтузиазма. Но вот понять бы еще, куда этот проклятый наконечник исчез?
  Хотя приходит в голову одна мысль: если сам он стал таким худым, а одежда не изменилась, то вполне возможно, лежат сейчас джинсы его на дне того болота. Ведь выдирался же он в темноте из чего-то липкого, когда искал берег?
  - Господин комендант, взгляните! - отвлек Костю взволнованный голос немолодого воина, разговаривавшего с ним вначале.
  Невольно заинтересовавшись, Стан шагнул ближе, и никто не стал ему препятствовать. Стало быть, "господин комендант" был тут большим начальником, раз его мнение даже не оспаривалось.
  Увиденное потрясло Костю до глубины души. Он даже зубами скрипнул от злости. Знал бы заранее, кто именно находится в мешках - утопил бы обоих негодяев и ни секунды не пожалел.
  На окровавленной шоколадно-пятнистой шкуре лежало четверо крошечных, едва разлепивших глазки зверёнышей. Они испуганно жались друг к дружке и слегка походили на очень крупных котят тёмно-серого, почти чёрного цвета. Самый маленький показался Косте особенно жалким, а присмотревшись внимательнее, он заметил на плече котёнка кровоточащую царапину.
  В порыве сострадания парень шагнул вперёд, присел на корточки и бережно взял малыша в руки.
  В толпе воинов пронесся изумленный вздох, но Костя не обратил на него никакого внимания. Осторожно поворачивая то ли щенка, то ли котенка, рассмотрел его рану и убедился, что она не смертельна.
  Но лечить нужно обязательно. А ещё лучше - сначала зашить.
  - Нужно лечить, - повторил он вслух, прижимая щенка к груди.
  Маленькое тельце благодарно прильнуло к нему в поисках тепла и защиты, и рот Стана сам растянулся в умильной улыбке.
  - Мы же говорили, что он демон! - торжествующе закричал издали неугомонный бандит. - И мангуры эти его! Вон, видели, как льнут!
  - Может... и правда? - снова засомневался командир. - Не верится мне, будто обычный мальчишка сумел побить Быка. Да и символ у него не воина... непонятная штучка.
  - Не повторяй чепухи, Манг. Сам знаешь, чтобы выследить самку мангура, нужно не один день по топям лазать и знать загодя все кочки, где она логово устроить задумает. Это местных работа. Да и не убить её в одиночку и без меча. - А чего означает его символ, можно спросить, это не секрет. Скажи, Стан, что ты делал дома той металлической штучкой?
  Видимо, комендант и вправду тут важный босс, раз командует так уверенно, понял парнишка и хотя утверждение Манга его слегка насмешило, коменданту Костя поторопился ответить как можно серьёзнее.
  - Это пряжка от ошейника... - пояснил он, отметив, насколько легче с каждым разом даются ему все более длинные предложения. - У меня был щенок. Ошейник он погрыз, а пряжка осталась, на память...
  Рассказывать посторонним людям, что пряжку он оставил на память о веселом и ласковом существе, нечаянно выбежавшем на дорогу, не хотелось. Слишком личное и болезненное это было воспоминание. Мать долго не разрешала брать собачку, аргументируя отказ кратко - собаку нам не прокормить. Ведь животному нужно покупать корм и мясные продукты. И только когда Костя заявил, что будет делиться своей едой, нехотя сдалась.
  Отдавать свою порцию разумеется, не пришлось, однако щенок прожил в доме недолго. Слишком заводной и взбалмошный был, и неимоверно переживал, когда его сажали на поводок. А Костя тогда был слишком мал, чтобы выдержать его жалобный взгляд и заискивающее виляние хвостиком.
  - Попробуй дотронуться до остальных зверей, - немного поразмышляв, предложил комендант, и окружающие их воины нехорошо притихли, но тут же деловито засуетились, услышав продолжение фразы: - А вы внимательно осмотрите оружие и одежду его пленников.
  Костя лишь недоуменно пожал плечами и спокойно погладил остальных троих малышей. Получив в ответ на эту ласку новый взрыв обвиняющих выкриков от наглых бандитов. Несли они всякую чушь, вплоть до прямых угроз всем присутствующим за пособничество демону.
  Негодяи заткнулись лишь после того, как на их собственных мечах, ножнах и штанах обнаружилось множество наспех затёртых пятен свежей крови. Их вина в убийстве самки неизвестного мангура была признана всеми присутствующими безоговорочно.
  - Знал бы, что они такие гады, - утопил бы в том болоте, - тихо сообщил Костя котятам, давно перекочевавшим со страшного трофея к нему на руки.
  - И все-таки мне непонятно, как ты сумел с ними справиться? - Оказалось, что один из сопровождавших коменданта парней стоял у парня за спиной и расслышал эти слова.
  - Можешь позвать его на тренировку, Гервальд. - Комендант вместе с Мангом и одним из воинов направлялся к ним. - Вот и посмотрим, каков он в бою.
  - Ты хочешь его смерти? - Пренебрежительно вздернул кверху нос старший отпрыск. - пусть лучше Хо с ним разделается!
  - Как, не против размяться? - комендант явно спрашивал лишь для вида, Костя отчетливо понимал по его заинтересованному взгляду, что боссу и самому интересно посмотреть.
  - Дайте сначала поесть, - решив, пока везёт, наглеть до конца, буркнул парень, поражаясь скорости, с какой он учился говорить на местном языке. - И куда деть котят?
  - Выделите ему место и покормите, а потом приведите сюда. А со зверями тебе придется несколько дней возиться самому, на обратном пути я вас всех заберу, - уверенно заявил босс как о чем-то решенном, - мне нужны люди в питомник.
  
  Место, выделенное Косте Мангом, оказалось небольшой кладовочкой, из которой воины наспех выбросили какую-то рухлядь. Потом двое туземцев принесли несколько невыделанных шкур и деревянную миску с едой.
  От вида неопознанных овощей, густо плавающих в бульоне вперемешку с внушительными кусками мяса, у парня скрутило желудок. Он почти вырвал миску из чужих рук и, не дожидаясь, пока ему дадут ложку, отпил немного прямо через край.
  А потом жадно жевал и заглатывал невероятно вкусное варево до тех пор, пока не рассмотрел заинтересованно приподнявшего голову раненного малыша.
  "Черт, а ведь их чем-то кормить нужно", - только теперь озадачился Стан.
  Немного подумал и решил провести эксперимент. Макнул в суп палец и поднес его к носу раненого котенка. Животное сначала отнеслось к его предложению крайне настороженно, отпрянуло и оскалило необычайно крупные и острые для такого малыша зубки. А потом, что-то учуяв, несмело торкнулось вперед и осторожно лизнуло протянутый ему палец. Как Костя и ожидал, суп малышу понравился не сразу, пришлось несколько раз повторить процедуру. Попутно он доел всю гущу, справедливо полагая, что мясо малышам жевать рановато.
  С остальными котятами дело пошло легче, по-видимому, они успели принюхаться к непривычному запаху и заинтересоваться чавканьем брата. Или сестры, рассмотреть зверей на половую принадлежность Костя не успел.
  За ним пришел один из воинов.
  Поставив миску с остатками супа прямо на пол, парень напоследок погладил неожиданно обретенных питомцев и послушно потопал вслед за посыльным.
  Однако, пройдя всего несколько шагов, вдруг почувствовал необычное, непонятно откуда взявшееся беспокойство. Остановился, прислушиваясь к так неожиданно проснувшейся интуиции, вспомнил, как пару часов назад она помогла ему на болоте, и вернулся к дверке кладовой. Вызывающе отстранился от потянувшего его прочь воина, задвинул засов и тщательно замотал его найденным шнурком. Из осторожности, ну и немного из вредности, наделав побольше замысловатых узелков.
  
  
  Глава 2 Стан
  
  Возле площадки, на которой тренировались гости, уже собралась любопытная толпа. Все ясно, вздохнул парнишка, не каждый день тут бывают такие развлечения, как избиение наглого новичка сыном господина коменданта. Само собой, победить регулярно тренирующегося мечника Костя даже не надеялся, - не настолько он самоуверен. Парень хотел лишь попробовать выстоять хотя бы несколько минут.
  Но прежде, чем вступать в поединок, намеревался договориться об условиях, не раз слышал о боях, где победитель имеет право добить соперника. Костя такого удовольствия туземцам доставлять не желал, да и героя из себя строить он тоже не собирался.
  - Выбери себе оружие, - приказал комендант, увидев парня, и кивнул в сторону стойки с тренировочными мечами, пиками, палицами и прочим железом, которому Костик не знал даже названия.
  Да и знать не хотел. Не для него это пока, прыгать с железякой, как козел. После возни с бандитами и пятикилометровой прогулки начинало тянуть все мышцы. Но что много хуже, ломило позвоночник и ныли колени. И это означало, что особо увлекаться нагрузками ему пока не следует. Слышал, когда ещё учился, сотни рассказов, как надрывали спины те, кто брался за тренировки слишком рьяно.
  - Можно спросить?
  - Спрашивай, - вежливость Стана явно пришлась коменданту по нраву.
  - Биться мы будем до падения?
  Окружающие, чутко прислушивающиеся к этому разговору, ехидно заухмылялись. Они успели оценить новичка с первого взгляда, и были уверены, что воин из него никакой - ни мышц, ни осанки. Оленёнок новорождённый и тот справнее выглядит.
  - Почему ты спрашиваешь? - Заинтересованно нахмурился комендант.
  - Устал, спина болит, - отлично понимая, насколько его заявление противоречит понятиям о воинской чести у этих плечистых и мускулистых мужчин, откровенно признался Стан, даже не надеясь на чудо.
  Но хоть попробовать то стоило?!
  - Вот хлопну тебя раза три по заднице за трусость, и закончим. - Презрительно скривился младший отпрыск, сорвав этим заявлением с десяток одобрительных выкриков.
  Только одно порадовало парня, кричала в основном молодежь, те же, кто постарше, мерили его задумчивыми взглядами.
  - Согласен, до трёх ударов. - Моментально поймал соперника в ловушку Стан, заслужив чуть насмешливый, но явно одобрительный взгляд его отца.
  - Принимается, - объявил комендант, - бой продолжится до тех пор, пока один из бойцов не получит три удара.
  - По заднице, - упрямо повторил мальчишка, вызывая в Стане весёлый азарт.
  - Как тебе угодно. - С притворной покорностью склонил он голову, не спуская изучающего взгляда с соперника, демонстративно помахивающего тупым, учебным мечом.
  И внезапно начал подозревать, как сильно влип. Ну или - почти влип. Вовсе не был парнем этот подтянутый юнец в нарочито длинной, почти до колен, курточке и широковатых, словно купленных на вырост штанах, заправленных в мягкие сапожки.
  Теперь, когда Стан понял основное, все прочие детали быстро и гармонично сложились в единую картинку.
  Они специально её так одевают, эту девчонку, в будто бы оставшиеся от старшего брата вещи. И волосы тоже специально стригут коротко, по плечи. А по лицу, наполовину скрытому кожаной полумаской, понять ничего не возможно - у совсем молодых парней частенько бывают такие округлые, без щетинки, подбородки.
  Однако Косте пока было совсем не до рассуждений, зачем эта маскировка понадобилась почти всемогущему господину коменданту. Сейчас более важным стало другое, как провести бой и ни разу не применить болевой прием, на который он надеялся, когда обдумывал предстоящий поединок, сидя в каморке.
  При мысли о кладовой, где остались его новые подопечные, в мозгу Стана снова шевельнулась странная тревога, и он невольно заторопился. Бархатные малыши всего за полчаса без помощи всяких мечей и грозных железяк безраздельно взяли в плен его сердце.
  - Я готов, - объявил землянин, вставая в боевую стойку, жалея только об отсутствии пояса и невозможности разуться.
  Босые ноги - это вовсе не дань традиции, как думают зрители. Это дополнительная защита, возможность загодя почувствовать предательскую неровность почвы или край ловушки. Но тут, на площадке, густо посыпанной крупным песком, смешанным с мелкой галькой, ему это не поможет, скорее навредит. Кожа ног почему-то стала тонкой и чувствительной, как у ребенка, парень даже сквозь подошвы мокасин теперь ощущал каждый бугорок.
  - Ты не взял оружие, - настороженно напомнил комендант, но Костя только слабо улыбнулся в ответ.
  - Я без оружия.
  - Тогда возьми деревянный меч, Хо, - сузив глаза, приказал дочери комендант.
  Девчонка возмущенно фыркнула, но тут же, вспомнив, что она - парень, брякнула мечом по ближайшему полену, изображающему неприятеля.
  - Может, мне сразу платочек взять, сопли ему вытирать?
  Толпа разразилась хохотом и грубоватыми шутками, подробно объясняющими, что нужно таким трусливым молокососам.
  - Хо, поторопись. - Непонятное волнение Стана не осталось незамеченным проницательным комендантом.
  - Иду уже! - вызывающе отозвалась она. - Ну, заморыш, подставляй задницу!
  - С удовольствием, - не сдержался, чтобы не съехидничать, парень и спокойно шагнул к противнице.
  Она растерялась от такой глупости новичка и секунду промедлила, прежде чем подняла ему навстречу деревянное лезвие. Костя в молниеносном выпаде просто обогнул ее, мгновенно оказался позади и ласково хлопнул ладонью пониже спины.
  - Один!
  Толпа смолкла, ошеломленно переваривая увиденное.
  Хмуро хмыкнул только комендант, да сердито цвыркнул на камни плевок его старшенький. Опытным воинам было понятно без слов, окажись в руках парня кинжал, за жизнь Хо не стоило ставить даже медяк.
  А сама Хо, не ожидавшая такого поворота, страшно разозлилась. Стремительно развернулась, сжала побелевшие от ярости губы и попыталась достать Стана в широком, боевом замахе.
  Хороший удар, одобрительно хмыкнул он, подныривая под её руку и снова оказываясь за спиной. На этот раз шлепок вышел больше похожим на поглаживание, так быстро среагировала соперница.
  - Два, - отскакивая, серьёзно сообщил парень.
  Хотя при виде обиженно закушенных губок девушки очень хотелось заржать.
  Теперь Хо не торопилась, и Костя снова мысленно похвалил соперницу. Быстро учится.
  Она осторожно кружила вокруг парня, начиная понимать, как важно не прозевать его выпад.
  И все же прозевала. Простейшее обманное движение - и девчонка тигром ринулась в ту сторону, где Стана уже не было.
  - Три! - на этот раз парень не церемонился, хлопнул посильнее, пусть не думает, что он такой уж слюнтяй.
  И в тот же миг виски сдавило четкое ощущение случившейся беды. Такое же острое, как предчувствие нападения неизвестного монстра там, на болоте, и Костя сразу и безоговорочно в него поверил. И поскольку сам он был совершенно невредим, и ничто особо серьезное ему сейчас не угрожало, парню сразу припомнились единственные в этом мире существа, чье благополучие его волновало. Хотя они даже близко не были людьми.
  Одним прыжком уйдя от ответного выпада взбешённой Хо, Костя метнулся прочь и сломя голову помчался в сторону своей коморки, отстранённо усмехнувшись очевидному факту. Врагов и в этом мире он почему-то умудряется наживать гораздо быстрее, чем друзей.
  Вслед ему что-то язвительно кричали и свистели зрители, хлопали в ладоши, как убегающему зайцу, но парень уже ничего не слышал. Переключил все чувства: слух, зрение, внимание и даже обоняние на то, чтобы как можно скорее выяснить, какая именно беда стряслась возле пристроенных к стене складов. Там, где находится его новое жилье.
  Однако, едва вывернув из-за угла и рассмотрев сарайчик, откуда ушёл всего полчаса назад, Стан тихо и яростно ругнулся.
  Он все-таки опоздал. Дверь в каморку оказалась распахнутой, а к уходящей на стену узкой, безо всяких перил и поручней, каменной лестнице торопливо бежали трое мужчин. И двоих из них он уже встречал - это были пойманные им бандиты. За плечами у одного висел сразу привлёкший внимание парня мешок, и Костя знал только одну ценность, ради которой бандиты стали бы распутывать его узелки.
  При первом же взгляде на этот подозрительно неподвижный узел разум выдал страшное, но единственное разумное объяснение, бандиты успели что-то сделать с малышами. А память вмиг подбросила яркое, не тускнеющее с годами воспоминание: лежащее на мальчишеских ладонях неподвижное тельце с обвисшим хвостиком, страшная дорожка из алых капель... и скулы знакомо стянула горьковатая оскомина.
  Не догнать. Нипочём ему их не догнать, а раз бегут не к воротам, а на стену, значит именно там у них заготовлено нечто, припасённое для побега. Может, портал, если они тут есть, или вертолёт, или ездовой дракон... а может и просто верёвочная лестница, разве это так важно?
  Главное, нельзя позволить бандитам добраться до этого места.
  Стан пошарил взглядом, оценивая на бегу валяющиеся возле стены предметы, обломки каких-то вещей, камни... попробовал представить, как он поднимает и бросает хоть самый небольшой...
  Нет. Не докинуть ему сейчас даже самого маленького, под ребрами уже колет, а во рту появилась неприятная, сладковатая сухость.
   Первый из бандитов уже добежал до стены, и, не медля ни секунды, ловко полез по узким и высоким каменным ступенькам наверх. Глядя, как здорово это у него получается, Стан отчетливо понял, лезет мужик далеко не в первый раз.
  В боку кольнуло еще сильнее, и парень невольно сбавил шаг, осознавая все чётче - догнать воришек такими темпами ему не удастся. И значит, эта троица всё же уйдёт и унесёт с собой так приглянувшихся ему малышей.
  И в этот момент первый из бандитов, достигший почти середины подъема, оглянулся и обнаружил погоню. Прикрикнул на подельников, приказывая пошевеливаться, но тут же заметил, что догоняющего их парня буквально качает. Усмехнулся как-то особо мерзко, сделал рукой пренебрежительный взмах, словно отгоняя надоедливое насекомое, и отпустил короткое и незнакомое, но явно матерное словцо.
  Жгучая ненависть, помноженная на обиду и боль, вспыхнула в груди парня жаркой, удушливой волной, заставляя неистово пожелать, чтобы этот мерзавец сорвался со ступеней, покатился вниз и переломал себе все ребра.
  Костя не поверил собственным глазам, когда бандит схватился за виски, побледнел и пошатнулся. Лезшие за ним подельники вверх не смотрели, высота ступенек к тому не располагала. И потому внезапно обрушившийся на них сверху сообщник сначала сбил идущего следом, а уж после они дружно смели со ступеней последнего.
  Вот, он шанс - сразу понял Стан и ринулся вперёд с удвоенной силой. Второе дыхание, что ли проснулось? Или тревога за малышей, которых эти уроды раздавят и не заметят?!
  Он успел добежать до бандитов как раз в тот момент, когда свалившаяся сверху куча начала с руганью и стонами расползаться. И тут уж не пожалел ни болевых приемов, ни тех, запретных, которым учитель научил на самый-самый крайний случай.
  К тому моменту, как подоспела подмога, землянин успел сорвать со спины бандита подозрительный мешок и отскочить с ним в сторону. И пока воины хватали и связывали бандитов, Костя, едва не рыча от отчаяния, распутывал небрежный узел.
  - Кто это такой?! - в прозвучавшем совсем рядом уже немного знакомом голосе коменданта звенела едва сдерживаемая ярость.
  Парень даже голову невольно на секунду приподнял, так ощутимы были расслышанные им в этом голосе эмоции. Но заметил, как протянутая рука коменданта показывает на неподвижного главаря, и тут же потерял к происходящему интерес. Вялые, почему-то сыроватые, тельца котят волновали его сейчас намного сильнее.
  Как бы узнать, что с ними сделали бандиты? Хотя чего он себе мозги парит, просто спросить и все дела!
  - Новенький. Прибыл с пополнением луну назад, в стражи пошел по своей воле, - виновато лепетал командир стражи, - вел себя хорошо, приказы исполнял, ни от какой работы не отрекался...
  Манг запнулся на полуслове, рассмотрев лицо худосочного парнишки, решительно шагнувшего к Быку, которого двое воинов как раз подняли на ноги, чтобы подвести к коменданту.
  - Мне сломать тебе руку, - что-то страшное прозвучало в почти приветливом вопросе, заданном чужаком, изъяснявшимся с необычным акцентом, - или сам скажешь, какую дрянь вы вылили на котят?!
  - Я не знаю, - не успел мстительно процедить Бык, как взвизгнул совершенно по-бабьи и рухнул на колени, извиваясь от боли.
  - Последний раз спрашиваю!
  Все вокруг замерли, срочно переоценивая уже сложившееся мнение о незнакомце. Молниеносный выпад заметили немногие, но почти никто не понял, чем ударил бандита иномирянин.
  - Не знаю!
  Паренёк медленно и как-то лениво протянул руку к бандиту и тот сразу сдался. С неожиданной для связанного человека прытью пополз назад, извиваясь, всхлипывая и выкрикивая, что это главарь поливал, а они такого снадобья не знают.
  - Успокойся, я знаю, чем поливают маленьких мангуров, - тем примирительным тоном, каким доктора разговаривают с психами, сказал комендант, насмешив Костю своей предосторожностью.
  - А я спокоен. - Почти весело взглянул он в глаза местного босса. - Так чем?
  - Настойкой кирьян-травы. Она не ядовита, зверей можно просто ополоснуть. - Комендант словно не заметил в глазах парня вызова.
  - Где полоскать? - Стану хотелось сделать это немедленно.
  - Манг, покажите ему кухню и выдайте все необходимое, - голос коменданта снова звучал холодно и повелительно.
  -Пелмо, - хмуро приказал Манг - исполняй.
  Костя развернулся и успел сделать несколько шагов к развязанному мешку, как вдруг почувствовал, что голова начинает кружиться, а окружающее расплывается в тумане.
  Он еще успел присесть, хорошо помня из практики, насколько дальше и опаснее падать высоким людям, как вырубился напрочь.
  
  Глава 3 Стан
  
  - Держите его, - бормотал чей-то мягкий обеспокоенный голос, - я еще жить хочу!
  - Ну и живи себе, кому ты нужен. - Поторопился открыть глаза Костя, и сразу понял, что пробыл в отключке не пару минут, а намного больше.
  Он лежал в незнакомой комнате на низкой деревянной лежанке, накрытой шкурами, и эти мягкие шкуры были совершенно иного качества, чем те, какие выдал ему Манг. Рядом на скамеечке сидел мужчина лет сорока, в повязанной по-пиратски бандане, но с чисто выбритым лицом.
  В руке незнакомец держал фарфоровую мисочку и металлическую, довольно изящную, ложку. Рядом с ним переминалось с ноги на ногу двое странно низкорослых слуг.
  - Может, в таком случае сам выпьешь зелье?
  - Никогда. - Усмехнулся Костя, отметив про себя, что за время обморока его речь стала ещё увереннее. - Мне мама настрого запретила пить самопальные препараты. Лучше дай попить и поесть, а то переночевать негде.
  Последние слова он сказал просто ради шутки, но глаза местного эскулапа стали почти квадратными.
  - Но ведь ты съел полную миску похлебки! Манг сказал... - возмутился любитель бандан, а секунду спустя осторожно осведомился: - А что такое - самопальные?
  - Те, которые ты сам варишь, - великодушно пояснил Стан и вздохнул. - Ну, раз нет супа, дай хоть чаю. Лучше с хлебом. И еще... - Сделав вид, будто лишь сейчас вспомнил произошедшее, парень осторожно поинтересовался: - ты не знаешь, где мои котята?
  - Тут, - скосив глаза на стоящую на полу корзину, облегченно сообщил лекарь, видимо всерьез боялся, как бы пациент про них не забыл.
  - Так чего же ты мне мозги паришь, давай их сюда, их мыть нужно! - Парень резко сел и, не обращая внимания на слегка закружившуюся голову, осуждающе уставился на аборигена.
  - Их помыли, - обиделся знахарь, - прямо в корзине.
  - Ну, вы и звери, - возмутился Костя, и, прислушиваясь к своему состоянию, опасливо поднялся с лежанки.
  Зря волновался, странная тошнота пропала бесследно, только голод снова сосал под ложечкой. Костя смелее шагнул к корзине, заглянул внутрь.
  Котята вяло шевелились под сырой тряпицей, на пол из-под корзины натекла холодная лужа.
  - Скажи, пусть несут тазик, теплую воду и полотенца, - осторожно доставая первого малыша, скомандовал Стан, - да побыстрее!
  По-видимому, босс настрого приказал аборигенам слушать его приказы, порадовался парень, когда коротышки резво ринулись за требуемым. И про чай не забыли. Вот только был он непривычным, с молоком и запахом меда, да и заварка вряд ли выросла на склонах Индии. Зато к чаю был плоский пирожок с мясом, немного похожий на чебурек.
  Пирожок Костя умял за полминуты, следом, решив не привередничать, проглотил полкружки чая - странный обморок напугал его почти до дрожи.
  Затем потрогал пальцем воду в тазике, и принялся купать спасённых зверят. Мыл тщательно, обязательно заставляя помощников ополаскивать каждого котенка из ковшика. Потом так же тщательно вытирал и заворачивал в сухую ткань.
  Лекарь никуда не ушел, только отодвинул подальше свою скамейку и внимательно следил за действиями чужака.
  Наконец котята были вымыты и уложены рядком на лежанке, а сверху еще и прикрыты мягкой шкуркой.
  Поварята подтерли пол и утопали, забрав таз и корзину, на прощанье уважительно предложив принести ещё молока. Отказываться парень не стал, неизвестно, когда тут обед или ужин.
  
  - А как вам молоко? - Глядя на котят, на миг задумался Костя, получив моментально принесённую поварятами кружку и решительно сунул в нее палец.
  Молоко пошло чуть хуже, чем суп, однако Костя проявил настойчивость. А докормив питомцев и обернувшись, обнаружил, что лекарь исчез.
  - Ну и катись, - беззлобно фыркнул парень и, отодвинув котят к стенке, прилег с краю лежанки.
  После еды стало как-то тепло и уютно, и идти никуда не хотелось, хотя разумом Костя понимал - идти все же придется. Судьба или проклятый трельяж, забросили его куда-то к чертям на кулички, и это не особенно расстраивало парня. Он уже успел смириться с непреложным фактом, и даже составить для себя приблизительный план. И первыми в этом плане были две главные задачи - выжить и разузнать поподробнее о возможности вернуться, судя по тому, какие вопросы задавал босс, такие попаданцы, как Костя, тут вовсе не диковинка.
  А вот выяснив досконально цену вопроса, уже можно будет всерьёз думать, как поступить - возвращаться назад или устраиваться тут.
  Дверь тихо скрипнула, и на пороге появился лекарь.
  - Господин комендант приказывает тебе прийти к нему в кабинет. - Тон аборигена показался Косте слишком воинственным, но спорить он не собирался.
  Значит, так положено в этом мире, и кто он такой, чтобы качать права?!
  Безропотно поднялся с лежанки, поправил шкуру на уснувших котятах. И уже прикрывая за собой двери, забеспокоился, а ну как снова объявятся бандиты?!
  - Как тут запирается?
  Лекарь, обернувшийся на звук голоса, смотрел на него с откровенным недоумением.
  - Я тебя спрашиваю, как запереть дверь, чтоб никто не зашёл?
  - Тут никто не сможет войти! - Гордо вздёрнул кверху нос спутник.
  - Мне стражник возле кладовки то же самое говорил, - не сдавался Костя, - тогда я лучше котят с собой возьму.
  - Погоди, - лекарь дернул за свисавший со стены шнур, и в коридоре вскоре затопали чьи-то ноги.
  - Карауль, и никого не пускай, - приказал появившемуся коротышке-слуге целитель и развернулся к Косте спиной.
  - И учти, если я обнаружу в комнате чужих - спрашивать буду с тебя! - сверкнув зубами, грозным тоном припугнул чужак, и помчался за лекарем.
  - Никто не войдет, - невозмутимо пробурчал слуга, по-турецки усаживаясь перед дверью, - во всем доме не найдешь ни одного безумца, лезть в комнату к мангурам!
  Лекарь в кабинет коменданта не пошёл, открыл Косте дверь и демонстративно захлопнул её за его спиной, словно задался целью вывести парня из себя.
  Босс сидел за большим столом в тесноватой комнате и копался в каких-то бумагах. Кроме стола и кресла хозяина, в кабинете вместилось пару массивных книжных шкафов и широкая лавка напротив стола.
  - Садись, - не поднимая взгляда от документов, бросил босс, и Костя невольно хихикнул про себя.
  Видел он точно такую сценку в кино, и не раз. Все начальники так себя ведут, когда желают показать свою деловитость.
  Спокойно прошел к лавке и сел ближе к окну. Судя по обилию неба за распахнутыми створками, это помещение находилось вовсе не на первом этаже, и Косте очень хотелось попытаться рассмотреть место на стене, куда так стремились бандиты.
  - Где ты научился так драться? - вопрос прозвучал внезапно, но ответил Костя, не раздумывая.
  - Школа каратэ и айкидо.
  - Так и называется - короткое откидывание?
  - У нас это звучит немного по-другому, но принцип верен, - не моргнув и глазом, подтвердил Костя, сразу сообразив, что эти названия ничего не говорят коменданту.
  - И много людей там учится?
  - Все, кто захочет. - Небрежно пожал плечами чужак. - Вернее, у кого терпения хватает каждый день заниматься. Лично я бросил пару лет назад.
  - Понимаю, - задумчиво пробормотал босс, но Костя ясно видел, ни черта он не понимает.
  И вряд ли когда-нибудь поймет, как можно отказаться от обучения такому нужному искусству. Однако объяснять ему Костя ничего не собирался, пока к нему есть вопросы - жизнь гарантирована.
  - Почему ты так мало наказал Хо за грубость и бахвальство? - помолчав, задал вопрос комендант и пристально уставился в лицо гостя.
  Вот он и прозвучал тот вопрос, ради которого его сюда привели, и от честности ответа будет зависеть его будущее, понял парень. Вот только накажут или наградят - угадать заранее невозможно. Но отвечать нужно сразу, молчание сейчас вовсе не золото.
  - Разве это - мало? - Хмуро усмехнулся Стан. - Мне показалось, ей вполне хватило.
  - Значит, ты всё понял... - Комендант оглянулся на дверь и понизил голос, - Но как? Я хотел сказать... чем она отличается от остальных... воинов?
  - Я не знаю, насколько это заметно другим, - надеясь не спилить под собой сук, признался Костя, - но у нас в школе занималось много девушек. И хотя кимоно у всех одинаковые, и стрижки тоже зачастую короткие, но девчонок через некоторое время начинаешь отличать издали. Они немного не так ходят, не так оглядываются... много всяких примет.
  Не объяснять же мрачному боссу, что неусыпный интерес к девчачьим ножкам очень скоро позволил парнишке, не пользовавшемуся особым успехом у представительниц вражьего племени, отличать их со стопроцентной точностью?!
  - Что такое кимоно? - задавая вопрос, комендант думал о чем-то другом.
  - Одежда для занятий, немного похожая на ту куртку, какая была на Хо.
  Комендант кивнул, не прекращая размышлять о своем, потом испытующе глянул на парня.
  - Если я попрошу тебя научить Хо тем умениям, которые ты показал сегодня... согласишься?
  - А условия? - сообразив, что не зря босс колебался так долго, вернул вопрос Стан.
  - Ты будешь жить в моем доме и есть за моим столом. Кроме того, я буду покупать тебе одежду и выдавать деньги на расходы, - начал перечислять босс, и Костя терпеливо выслушивал его, отлично понимая, что за пряниками последуют и запреты. Не могут не последовать. - Но ты не станешь пытаться совратить мою дочь, - твердо закончил речь комендант, - и будешь докладывать мне, если она сама... начнёт с тобой заигрывать.
  - Обещаю, - не задумываясь, брякнул Стан, - но меня интересует другое. Что будет с котятами?
  - Мы поставим для них в амбаре клетку, и ты будешь их дрессировать. - Как видно, этот вопрос комендант обдумал заранее.
  - Нет, это меня не устраивает!
  Костя и сам себя не узнавал, куда делась его обычная стеснительность и деликатность, спорит с человеком, который предлагает поистине королевские условия?! Однако намерение босса посадить котят в клетку и оставить в каком-то сарае, возмущало его до глубины души.
  - Почему? - кажется, теперь босс рассердился по-настоящему.
  - Они же ещё совсем маленькие! Почему им нельзя жить со мной? Я сам буду за ними убирать! - Костя волновался все сильнее.
  - Но ведь они звери! А звери должны сидеть в клетках!
  - Они еще малыши. И в клетках точно озвереют, - еще спорил Стан, а в душе все росло чувство безысходности.
  Вот влип, и сбежать некуда.
  - Хорошо, попробуем сделать по-твоему, - внезапно сдался босс, с непривычным для себя удовольствием наблюдая, как в глазах странного пришельца вспыхивает живая радость, - но, если они кого-то покусают!
  - Я сам покусаю этого кого-то, если он полезет в мою комнату, - зловеще пообещал Стан, вызывая на лице своего работодателя веселую ухмылку.
  А и действительно, пускай не лезут!
  - Мы отправляемся домой сразу после обеда, и ты едешь с нами, - сообщил парню окончательное решение комендант. - А пока иди, переоденься, скоро обед. Я приказал Мангу приготовить тебе вещи.
  
  Глава 4 Конс
  
  Во всем мире осталась только боль. И не просто боль, а БОЛЬ.
  Раздирающая тело и мозг на части, острая и безжалостная. Она была повсюду, изнутри, снаружи, невыносимая и непрерывная. Он пытался кричать, но рот не открывался, пытался увернуться - всё бесполезно. Кто-то жестокий бездушно кромсал, раздирал и месил его тело.
  Его, Костика, которого мама никогда не тронула даже пальцем! А он и заплакать от обиды и боли не мог, слез не было, как впрочем, не было и всего остального.
  Обрушившийся на парнишку вслед за болью кромешный мрак после пережитого не показался таким уж жутким, как должен бы. Просто темнота, успокаивающая и милосердная. Хотя отголоски боли еще жили в измученном теле, но они уже ни в какое сравнение не шли с тем, первоначально пережитым ужасом. Костик ощущал себя живым и определённо невредимым, непонятно откуда точно зная, что его тело не имеет ни ран, ни переломов.
  В какой-то неопределимый момент к этим ощущениям добавились обоняние и слух, а чуть позже - жажда и невыносимый голод. И они становились все сильнее.
  - Пить... - прошептал Костик, и кто-то, пока невидимый, но пахнущий солнцем и полынью, поднёс к его губам сосуд с жидкой кашей или супом.
  Он глотал жадно, словно не ел уже несколько дней, и испытывал неподдельное счастье от ощущения приятной тяжести в желудке и постепенно разливающегося по телу тепла. Однако ни руки, ни ноги парня пока ещё не слушались, да и глаза упорно отказывались открываться, словно смазанные клеем.
  Немного позже тот, кто дал поесть - Костик узнал его по запаху - осторожно придвинулся ближе. Почти вплотную.
  Запах полыни стал сильнее, послышался тихий шорох, потом вздох, и Костик даже дыханье затаил от внезапного предчувствия чего-то необыкновенного. Удивляясь необъяснимому отсутствию всегдашней своей насторожённости и стеснительности.
  Узкая и тёплая ладошка осторожно прикоснулась к плечу, смелее прошлась по груди, погладила сытый живот, и, немного помедлив, с отчаянной решимостью нырнула за пояс джинсов. Оказавшийся почему-то, слишком свободным.
  Эта мысль удивила Костика, но лишь в первое мгновение. Уже в следующее он забыл про все, даже дышать, кажется, перестал. Про происходившее с ним сейчас парнишка много знал от друзей, ещё больше смотрел снимков и роликов... но испытать вживую не приходилось пока не разу.
  От прикосновения чужой руки к самой сокровенной части его тела Костик задрожал и задышал чаще. Душа трепетала от блаженства и замирала в смятении, сумеет ли он, не оплошает ли, все-таки первый раз...
  Неистовое желание увидеть соблазнительницу заставило снова попытаться разлепить ресницы, но они не поддавались. Тогда Костик осторожно поднял ещё ноющую руку и, облизав палец, протёр слипшиеся веки.
  Распахнуть глаза широко не получилось, но и сквозь узкие щёлки парнишка смог рассмотреть совершенно ошеломившую его картину.
   С трудом пробиваясь сквозь ветви немыслимо высоких деревьев сверху тускло просвечивало вечереющее небо и оттуда веяло жарой. Справа к Костику подступала глинистая стенка, создавая впечатление сужающейся кверху ямы, на дне которой он находился. И тут, внизу, было сыро, прохладно и откуда-то доносилась вонь уличного нужника, но про все это Костик забыл, едва осознав как далеко зашла незнакомка.
  Темноволосая худенькая фигурка уже лежала на нем, неловко пытаясь довершить то, на что так старательно настраивала свою жертву, и он не смог удержаться, чтобы не помочь ей. Лёгкий стон сорвался с губ его первой любовницы, пробуждая в Костике смутные подозрения, но он сразу же забыл про них, отдавшись вечной, как жизнь, страсти.
  Вспомнил свои сомнения парнишка лишь немного позже, когда хотел благодарно поцеловать скатившуюся с него девчонку, а вместо этого встретил её злой и презрительный взгляд.
  -Ты чего?! - непонимающе пробормотал Костик, но девчонка резко и как-то оскорбленно отодвинулась в тень стены.
  Дура озабоченная, оскорбился Костик, принцессу из себя корчит!
  Можно подумать, он первый к ней приставать начал! Сама же хотела! И в этот момент парень, наконец, рассмотрел, чем так упорно занимается совратившая его девчонка. И даже задохнулся, пронзённый страшным подозрением, обнаружив, что она старательно затирает осыпавшейся сверху глиной алые пятна на стареньком, застиранном платье, больше похожем на ночную рубашку его бабушки.
  Но... как же так? Зачем?
  Костик даже зубы сцепил покрепче, чтобы не застонать от обиды на собственную глупость. Это надо же было так попасться! Слышал он от парней про такие штучки!
  Сейчас пойдёт, отнесёт заявление в милицию, и он из свободного абитуриента превратится в женатого мужчину. Ну не в тюрьму же идти из-за этой сволочи?!
  Откуда она только взялась, такая шустрая?! И откуда тут взялся он сам?!
  Мысли Костика заметались, силясь найти потерянное звено между тем, что он помнил ясно, и нынешним его положением, и... ничего не обнаружили.
  Значит, нужно попытаться вспомнить все спокойно, рассудительно постановил парнишка и снова прикрыл глаза.
  Так с чего же все началось-то?!
  Да, похоже, с трельяжа.
  А если по порядку...
  Когда мама сообщила о своём намерении расчистить мансарду и пустить туда на лето квартирантов, Костик смолчал. И когда его попросили протереть на мансарде окна и смести с потолка пыль - тоже не спорил. Но когда в его комнату притащили с мансарды огромный старинный трельяж - возмутился до глубины души.
  Зеркал Костик не любил. Да и за что ему их было любить? За голимую правду-матку?
  Щаз. Покажите ему хоть одного человека, который обожает, когда ему в лицо говорят только правду?
  Да нет таких, можете не сомневаться, Костик сам лично проверил. Вышел утром на веранду и откровенно сказал соседке:
  - Мария Венедиктовна, почему ваши блины всегда пахнут жареной рыбой?
  Соседка хлопала ртом целые три минуты, потом хлопнула своей дверью и с тех пор вот уже вторую неделю не разговаривает ни с Костиком, ни с его мамой. Хотя с мамой-то за что, хоть бы сама подумала?! Ну, неужели маме по вечерам, когда она возвращается с работы, до обсуждения блинов Марии Венедиктовны?!
  Костик снова оглянулся на трельяж и тяжело вздохнул.
  Конечно, он и сам все прекрасно знал. И что в маминой спаленке и так только проход вдоль стены свободен.
  А на мансарде в высвобожденном от трельяжа углу как раз встала раскладушка. Значит, можно будет пустить семью из трёх человек, а это дополнительные шесть тысяч в месяц. Ему же на институт и предназначенные.
  А без института сейчас никак нельзя, вон даже продавцов, называемых в угоду заграничной моде менеджерами, и то с дипломом требуют.
  Но если с другой стороны посмотреть... учиться Костику не хотелось категорически. Ему вообще ничего не хотелось, особенно смотреть вот в это зеркало, где непомерно расползшаяся Костикина фигура отражалась сразу с трёх сторон. И встать таким боком, чтоб казаться стройнее, никак не получалось.
  Костик расстроено побродил по комнате, не выдержал, достал из холодильника пару холодных котлет, отрезал ломоть хлеба, и, соорудив аппетитный бутерброд, плюхнулся на давно продавленный диван.
  Откусывая первый раз, привычно потянулся левой рукой за спину, вытащил завалившийся в щель пульт и включил телик. Когда жуешь под какой-нибудь клип или мультик можно забыть про всё и не мучиться угрызениями совести.
  Телевизор нагло смотрел непробиваемо черным глазом, и в душу Костика закрались нехорошие подозрения.
  Как пить дать, задели провод, когда втаскивали этого старинного монстра, а розетка и так еле держалась. Представив, что с трудом впихнутый в угол за диваном трельяж придётся снова вытаскивать и извлекать из-за него провод... а потом делать это каждый раз, когда он во сне заденет этот провод ногой...
  Костик сердито засопел, ну нафик, такое счастье!
  Умная мысль пришла спонтанно, при ближайшем рассмотрении устройства дверок. В отличие от других трельяжей, у этого старинного чуда все три зеркала были овально-вытянутой формы, и внизу между рамами, щедро украшенными резными завитками и цветками, виднелись треугольные просветы.
  Вот если просунуть сквозь один из них руку, она окажется как раз напротив розетки. Если пролезет, конечно. Костик с сомнением осмотрел свою белую, пухлую ладошку и решил попытать счастья.
   И ведь почти удалось, мешал только резной деревянный бутончик, больно впившийся в кожу. Костик присмотрелся - на соседней раме такого нет, наверное, отломался при странствиях трельяжа. Значит, можно с чистой совестью отломать и второй, для симметрии.
  Бутончик отламываться никак не хотел, зато, когда Костя начал его дёргать, вдруг повернулся в другую сторону. Раздался лёгкий скрип, и часть рамы внезапно сдвинулась вбок, открывая узкий тайничок.
  У Костика даже дыхание перехватило, в предвкушении сногсшибательных сокровищ. Сразу вспомнились стулья Бендера и сундуки Монте-Кристо.
  Однако в тайничке был лишь свёрнутый трубочкой пожелтевший от времени документ, написанный старинным шрифтом с завитками и "ятями".
  Костик разворачивал его трясущимися пальцами, впервые в жизни забыв про недоеденный бутерброд и про телик. Полустёртые линии странного рисунка почти сразу ввергли его в уныние и разочарование. Слишком мало это походило на план, по которому можно отыскать сокровища Креза. Но постепенно пришло понимание, что какой-то тайный смысл в трёх вытянутых окружностях расположенных по углам начерченного в центре треугольника все же есть. Как и в крошечных значках, напоминающих латинское i.
  И все же Костику пришлось потратить на раздумья почти три дня, пока он уверился в правильности разгаданного значения всех символов.
  А потом он размышлял о них ещё неделю, в ожидании отъезда матери в санаторий. Она подрабатывала там вот уже третье лето, с тех пор, как убедилась, что за Костика можно не волноваться. Не станет он связываться с дурной компанией. И пить в подъезде пиво с одноклассниками тоже не захочет.
  Зато к тому времени, когда Костик, наконец, остался один и решился приступить к делу, план мероприятия сложился полностью. И все необходимое было приготовлено. И свечи и таз с водой и три упомянутых предмета, к которым потянулась душа.
   Он сделал всё, как полагалось. Еле протиснувшись между створок трельяжа, встал ногами в таз с водой. Стараясь не задевать загодя зажжённые свечи полами любимой рубахи, с выражением прочёл обведённые рамочкой слова. Бессмысленные и чуждые его разуму, но выученные за эти дни почти наизусть, они разносились по комнате чудным эхом, отзываясь в душе невольным трепетом.
   А вот когда должно было произойти что-то замечательное, например, открыться ещё один тайник, вдруг стало темно...
  
  При одном только воспоминании о той, глубокой и непроглядной мгле, и одновременно с её появлением впившейся в Костика жуткой боли, по телу прошла крупная дрожь, и парень резко распахнул глаза.
  Оказалось, он задремал, и за это время стемнело, а сквозь листья кое-где уже проглядывают первые, бледные звёздочки. Девчонки рядом не было, и это почему-то больно задело самолюбие парня. Правду говорили друзья, от этих дур одни проблемы.
  Костик попробовал осторожно повернуться на бок, и это удалось на удивление просто. Он даже запаниковал, впервые испытав эту незнакомую лёгкость, поднял слабую ещё руку и попробовал себя ощупать.
  Первые же ощущения ввергли его в глубочайший шок. Тела не было. Вернее, оно было, но вовсе не его, Костика. Невероятно худые, выступающие наружу ребра и впалый живот никак не могли принадлежать тому Косте, каким он был ещё вчера.
  Или это всё же было не вчера?!
  По коже непроизвольно поползли мурашки. Сколько же времени должно было пройти, чтобы из ста пятидесятикилограммового здоровяка получился вот этот скелет? И где, черт, побери, он вообще находится? И успела ли обнаружить его отсутствие мать?!
  Воспоминание о матери вмиг разбудило в душе парня чувство вины и раскаяния, и Костик поторопился переключиться на другую проблему. Благо у него их теперь хватало. А о Ма он подумает позже, когда поймёт, в какую каку влип.
   Приняв такое решение, Костик снова ощупал себя, стараясь не особенно пугаться выпирающих костей и суховатой кожи. Общее впечатление оказалось на удивление сносным. Ран и царапин не было, как и ушибов, которые обычно угадываются по прикосновению к ним.
  Немного удивило отсутствие всей одежды, кроме непомерно широких для него теперь джинсов. Однако на фоне остальных сделанных открытий эта проблема показалось почти пустяковой и легко разрешилась с помощью найденного в кармане куска проволочки.
  
  Костик и сам не заметил, как снова уснул, а когда проснулся на рассвете, вдруг с изумлением обнаружил снующие вокруг него толпы людей. Они с самым серьёзным видом бродили с места на место, выбирая освещённые косыми лучами солнца пятачки - за ночь заметно похолодало. Но Костик пока не готов был последовать их примеру, просто повернулся на бок и наблюдал, силясь понять, что же это за место, и кто все эти люди.
  Разговаривали они мало, тихими шепотками, и это не могло не насторожить парня. Мама всегда говорила, что у Костика ум исследователя, душа романтика, а сердце воина, и сам он был с этим вполне согласен, правда, немного сомневаясь насчёт воина. Но когда мать записала его в секцию рукопашного боя - все же пошёл. И даже отзанимался почти два года, пока не возненавидел обидный смех соучеников и вечные синяки.
   Понаблюдав ещё с час, парень твёрдо уверился, что попал по-крупному. Не были эти люди ни воинами, ни торговцами, так, какой-то сброд.
  Несколько женщин, одетых как и его соблазнительница, в полотняные бесформенные платья до щиколоток и свисающие на спину платки, держались особняком, начиная шипеть и повизгивать, когда кто-то из мужчин пробирался слишком близко от них.
  Да и большинство мужчин были одеты не лучше - в некрашеные, заношенные почти до дыр холщёвые штаны, и рубахи без воротников и пуговиц. Хотя нашлось и несколько аборигенов в более-менее чистой и добротной, но жутко старомодной одежде, однако они держались особняком у дальней стены, где было вкопано несколько деревянных скамеек. Разговаривали все эти люди на незнакомо звучащем языке, но Костику смысл сказанного почему-то был смутно понятен.
  Постепенно парень довольно точно определил, где именно все они находятся и эта информация вовсе не прибавила ему оптимизма.
  Это была яма. Довольно глубокая. То ли природный овраг, то ли искусственно выкопанная траншея или выработка - неважно, но выбраться наверх было невозможно. Росшие наверху огромные деревья заслоняли панораму пышными кронами и держали нависающий над ямой верхний край прочно переплетёнными корнями.
  Разглядывая людей, Костик постепенно сообразил, что гуляют они вовсе не просто так. Видимо где-то в углу был ручеёк или лужа, потому как возвращались оттуда эти странные жители ямы с мокрыми волосами и залитыми водой рубахами. Он уже тоже решился было сходить, напиться, как вдруг все засуетились, начали собирать расстеленное на земле тряпье и связывать в узелки нехитрый скарб.
  Сначала Костик не понял, откуда они узнали, что нужно торопиться, а потом случайно поднял кверху глаза и замер от потрясения. Почти посередине самой большой полянки с неба опускался невероятный агрегат. Смесь корзинки от воздушного шара и строительной люльки, в каких штукатуры работают на высоте. Только в несколько раз больше.
  Но вовсе не эта люлька так поразила Костика, а стоящий в ней мужчина. Он был одет точь-в-точь как древние греки, в тунику с широким поясом и сандалии, оплетающие ремешками тугие икры. Сбоку, как и полагается, висели короткие и широкие ножны, и торчавшая из них внушительная рукоять, замотанная засаленной полоской кожи, подтверждала подозрение Костика, что это вовсе не бутафорское оружие.
  Люлька замерла, не дойдя до дна ямы сантиметров семидесяти, и мужчины, оказавшиеся ближе всех к этому подъёмнику, торопливо полезли на него, стараясь устроиться поодаль от стоящего неподвижно, как статуя, воина.
  Он совершенно бесстрастно взирал с высоты своего роста на копошащихся в яме людей, и едва счёл люльку нагруженнной достаточно, топнул ногой.
  Все, не успевшие залезть, прыснули прочь, как мыши от кота, платформа подъёмника дрогнула и неторопливо поползла вверх. Костик проводил её взглядом и неуверенно поднялся на ноги. Его ещё немного шатало, но в замеченный ранее угол парень добрался почти уверенно.
  Тут и в самом деле была вода, слабенький, грязноватый ручеёк стекал по корням и исчезал под перегораживающей яму грудой камней. Костик сначала вдоволь напился, стараясь не вспоминать самый главный мамин запрет: никогда не пить из ручьев и речек некипячёную воду. Затем, поверив обонянию, заглянул за угол и обнаружил "удобства".
  Назад он вернулся как раз вовремя, люлька снова опускалась. Народ дисциплинированно толпился неподалёку, и Костик неожиданно задался вопросом, а нужно ли ему туда, наверх? Тут есть вода и тень и откуда-то берётся еда...
   Воспоминание о супчике потянуло за собой воспоминание о девчонке. Костик больше не был уверен в её желании выйти за него замуж, теперь он начал подозревать девчонку в попытке заработать. Или в чем-то подобном. Судя по погоде и смуглой коже большинства окружающих, он каким-то образом попал на юг, возможно, в Индию или Турцию. А судя по убогой одежде аборигенов, в очень отсталый район, и вполне вероятно, всех белых тут считают миллионерами или Сантами и ждут от них волшебных подарков. Во всяком случае, это был самый правдоподобный вариант изо всех, какие пришли ему в голову.
  Кто-то больно пихнул Костика в бок, и он оглянулся. Один из стоящих рядом людей торопливо делал ему непонятные знаки, пытаясь жестами и мимикой объяснить что-то важное.
  Заподозрив худшее, Костик повернулся в сторону люльки и оцепенел. Стоящий на платформе воин уставился прямо на него и нетерпеливо постукивал сандалией. Сосед очень убедительно подтолкнул парнишку в спину, и тот понял - придётся идти. Потихоньку доплетясь до платформы, Костя неловко взгромоздился на грязноватые, тёплые доски и почувствовал лёгкий толчок.
  Люлька неторопливо, как и прежде, двинулась наверх.
  Слегка наклонившись вниз, Костик просто так, из любопытства, разглядывал устройство ямы и оставшихся в ней людей. И вдруг, словно иглой кольнуло - смутно знакомые черные глаза провожали его ненавистью и отчаянием. Теперь Костик разглядел её лучше: тоненькая, босоногая, в болтающемся грязном платье, с низко, по брови покрывающим голову платком, более похожим на половую тряпку.
  Клеть поднялась выше, дно ямы скрылось за густой листвой, а этот злой взгляд все жёг своим откровенным презрением смятенную душу парнишки.
  
  Глава 5 Конс
  
   Момент остановки корзины Костик едва не пропустил, спохватился лишь, когда соседи начали торопливо подниматься на ноги и почти бегом соскакивать на подвешенный в ветвях хлипкий мостик, состоящий из узких дощечек и верёвок.
  Побежал и он, пятёрка по ОБЖ была вполне заслуженной. Если ты оказался в положении заложника, не стоит строить из себя камикадзе, дольше проживёшь.
  К радости Костика, мостик почти не раскачивался, накрепко растянутый незаметными тросиками, и закончился довольно скоро. Под ногами упруго проминалась усыпанная листьями тропка, впереди светлел проход к опушке. Вскоре торопливо шагавший вместе с туземцами чужак вышел на просторную поляну, за которой виднелись крыши небольшого посёлка.
  На краю поляны стоял накрытый снопами травы навес, под ним за длинным столом сидело несколько человек в разноцветных одеждах, похожих на римские тоги. Или на сари индианок. По бокам невозмутимо стояли воины в туниках, многозначительно держа руки на рукоятях мечей.
  За навесом располагалось несколько огороженных загонов, но находились в них не животные, а люди, те самые, которые уехали первым рейсом. Костику пока было непонятно, по какому признаку их рассортировывали,- в одном загоне находилось несколько человек, в соседнем - трое, а в крайнем - всего один.
  И поэтому Костик постарался оказаться последним, желая внимательнее присмотреться к процедуре сортировки туземцев. А они вели себя хотя и очень почтительно, но довольно уверено. Особенно те, кто ринулся к столу первыми. Низко кланяясь сидящим, показывали какие-то мелкие жетоны или монеты. Парню очень хотелось рассмотреть, что же это такое, но жетоны, быстро мелькнув перед лицами проверяющих, снова прятались хозяевами в кошели и сумки.
  Комиссия, как сразу окрестил Костик сидящую за столом компанию, быстро и уверенно распределяла обитателей ямы по разным загонам, и только один раз заспорила, решая судьбу маленького темнокожего толстяка.
  Очередь продвигалась быстро, а Костик все никак не мог решить, что показать комиссии. У него в карманах всегда валялось несколько мелких предметов, но какой из них можно предъявить безнаказанно, не смог бы угадать даже Шерлок Холмс. Пошарив наугад, парнишка похолодел. Карманы явно кто-то подчистил, во всяком случае, ни мобильника, ни ключей от дома там не оказалось. Лишь несколько железок и шурупов, оставшихся от ремонта вентилятора, конволюта с витаминками да медиатор. Один из трёх предметов, которые следовало выбрать по зову души, согласно найденной в тайнике инструкции.
   Положа руку на сердце, Костик не мог бы сказать, будто почувствовал какой-то зов души. Просто взял наугад из мусора, валявшегося в ящике письменного стола, три небольших предмета, чтобы не оттягивали карманы. И теперь, поставленный перед необходимостью выбора, решительно вытащил из кармана медиатор. А что он ещё мог достать?! Ну не шуруп же им показывать?
  Стоящий в очереди перед парнем рослый и мускулистый мужчина получил кивок в сторону второго загона и, довольно поведя плечом, торопливо направился туда, оставив Костика одного перед непонятной и потому страшной комиссией.
  При виде парня равнодушные лица сидящих как-то оживились, они перебросились парой быстрых фраз на своём, почти непонятном языке и знаком приказали подойти ближе. Костик на миг замешкался было, но вовремя заметил движение руки одного из воинов к рукояти меча и поспешно шагнул к столу.
  - Ты нас понимаешь? - медленно спросил один, и Костик торопливо закивал.
  - Чего умеешь делать?
  Костик хотел пожать плечами, мало ли чего! Но вовремя вспомнил, что шутить тут не стоит, а разговаривать он пока не может. И тут его осенило! Вот оно, веление души! Парень торопливо разжал вспотевший от волнения кулак и показал зажатый в нем медиатор.
  Маленькая пластинка вызвала бурное, но короткое обсуждение, после которого воин подошёл к Костику ближе и знаком приказал идти за ним. Сердце парня торопливо забухало в худые ребра, ладони вспотели. Неужели он напутал и всё сделал неправильно? Что теперь с ним будет? Ну не может же быть, чтобы это был конец?! Ведь он так мало прожил! И девчонка теперь не получит себе мужа... или зачем он ей был так нужен?!
  Однако воин подвёл его к повозке, в которую никто не был запряжён, откинул накрывающее багаж грубое шерстяное одеяло и повелительно ткнул пальцем. Костик заглянул через борт и застыл в изумлении - да это не возок, а выездной филиал краеведческого музея. Чего тут только не было!
  А от него-то они чего хотят?
  И тут один из предметов привлёк внимание паренька темным, потрескавшимся лаком старого дерева, изящной и незнакомой округлостью форм, тонким грифом и полуобвисшими струнами. Это как же можно держать инструмент в таком состоянии, до глубины души возмутился Костик и потянул к себе странную помесь балалайки, мандолины и банджо. Необычное устройство колков не особо смутило парня, как и непривычный вид инструмента. В музыкальном кружке дома культуры, куда мама водила его до пятого класса, Костик перепробовал играть на всех инструментах, остановившись, в конце концов, на трубе. Но даже мать не знала, почему он выбрал именно её. Просто трубу было легче всего таскать.
  Воин ощутимым толчком дал понять, что пора возвращаться, и Костик поплёлся к столу, по пути подтягивая и настраивая струны. Возле стола снова стояла очередь из вновь прибывших обитателей ямы, и парень про себя порадовался представившейся возможности немного опробовать инструмент. Присел на какой-то чурбак, осторожно тронул струны, поморщился, жилы пересохли и звучали слегка визгливо.
  "Светит месяц" - первая, выученная им когда-то песня, прозвучала на этой мандолине-банджо довольно мерзко, но он, подкручивая колки, повторял попытки снова и снова, пока не добился более-менее сносного звучания.
  - Идём! - воин, стоявший рядом, потянул из пальцев инструмент.
  - Куда?! - автоматически вцепился в него Костик.
  - Оставь ему, - недовольно поджал губы один из сидящих за столом, и воин послушно убрал руку, - как тебя зовут?
  А это уже Костику.
  - Константин... - растерянно пробормотал парень, и комиссия снова зашушукалась.
  - Конс! - Веско изрёк сидевший с краю судья, - пока тебе и этого достаточно.
  - Иди! - Подтолкнул воин, и повёл Костика к тому загончику, где раньше сидел всего один абориген, а теперь их было уже двое.
  
  Последними из ямы достали женщин. Провели послушную стайку к небольшой будке, сначала ошибочно принятой Костиком за отхожее место и упитанный немолодой мужчина, одетый в похожую на женскую рубаху до пола с длинными рукавами и застёгнутым под горло воротником, начал странную процедуру. Судя по его действиям - проверку, вот только Костик никак не мог понять, что именно он проверял.
  Водил женщинам вдоль тела какой-то железякой, типа посоха деда мороза, и отсортировывал в разные стороны. Некоторые женщины показывали господину в ночнушке вытащенные из-за пазухи медальоны или подвески, некоторые левое предплечье.
  Костик от любопытства даже привстал с пучка травы, на котором сидел в ожидании дальнейших событий, очень уж странной показалась ему эта процедура. В результате женщины разделились на четыре неравномерные кучки, за каждой из которых бдительно надзирал один из воинов.
  Почти последней к проверяющему подошла вчерашняя Костикина соблазнительница, и парень почему-то напрягся. Мужик в рубашке небрежно провёл вдоль тощей фигурки своим жезлом и уже почти отвернулся к следующей аборигенке, как вдруг замер, словно увидел змею.
  Костик тоже увидел. Нет, не змею, конечно, а нечто совершенно невозможное. Невзрачный камушек, вставленный в навершие жезла, внезапно сверкнул ярко-красным всполохом.
   Последующие за этим высверком события развивались странно и стремительно, и Костик очень нескоро пришёл в себя.
  Внезапно разъярившийся любитель ночных рубах выхватил неизвестно откуда длинный и тонкий хлыст и со всего маху полоснул девчонку прямо по голове. Та вскликнула от боли, но заранее успела поднять руки и прикрыть лицо. Почему-то это ввергло проверяющего в ещё большую ярость. Хлыст засвистел ещё и ещё, и Костика словно ураганом подняло с его места. Опомнился парень, лишь обнаружив себя стоящим над валяющимся в пыли мужиком. И не просто стоящим, а очень грамотно заломившим ему за спину руку. Оставалось лишь сделать небольшой рывок, чтобы послышался хруст костей.
  Окружающие замерли, взирая на Костика с той странной смесью изумления и жалости, с какой нормальные люди смотрят только на самоубийц, балансирующих на краю крыши небоскрёба.
  Опомнившись, один из воинов подошёл к Косте вплотную, и, глядя прямо в глаза, потянул меч из ножен.
  - Отойди.
  Но парень и сам уже одумался, отпустил притворяющегося поленом мужика и побрёл в сторону, с непонятным равнодушием ожидая короткого свиста металла.
  Девчонка сидела на корточках, прикрыв руками голову. В проходящего мимо парня она стрельнула из-за растопыренных пальцев таким злобным взглядом, что Костик вдруг почувствовал себя полным идиотом. Ну, вот с какого перепугу он кинулся её защищать? Если ничего не знает ни о здешних законах, ни о правилах?! И себе навредил, и ей, похоже, тоже.
  Комиссия на этот раз спорила громче, дольше и яростнее.
  Воин остановил Костика за десяток метров от навеса, и поэтому парень мог слышать только обрывки фраз, которые почему-то с каждым услышанным словом понимал всё лучше. Насколько он уловил, разговор шёл о каких-то желаниях, приказе какого-то босса и воле богов. Всё вместе это смешалось в его голове в необозримую кашу, разбираться в которой у парня не было никакой охоты. Все равно никакой пользы от этого не будет, его ведь даже ни о чем не спрашивают.
  - Иди! - Воин внезапно кольнул Костика мечом пониже спины, но тот обижаться не стал.
  Глупо винить других, если сам виноват. Не нужно было показывать себя социально опасным элементом. Потому-то лишь вздохнул украдкой, покорно прошёл к столу и встал перед комиссией, пряча в землю взгляд.
  - Возьмёшь её себе? - Вопрос одного из сидящих за столом показался Костику диким до неимоверности, но, подняв голову, он сообразил по серьёзным лицам судей, что с ним вовсе не шутят.
  Парень растерялся до оцепенения, в мозгу фейерверком вспыхнули тысячи вопросов и сомнений. Он открыл рот, спросить, куда нужно взять девчонку...и в качестве кого, но тут заметил в глазах того судьи, который спорил громче всех, язвительный блеск. Костик дёрнулся, как от удара под дых и неожиданно для себя хрипло выдавил:
  - Да.
  - Второе желание, - невозмутимо констатировал крайний судья и сделал знак воину.
  Костика снова подтолкнули, теперь более вежливо. Отведя в сторону, воин беспечно оставил парня без присмотра и отправился к сидевшей всё в той же позе девчонке. Одним рывком вздёрнул её на ноги, подвёл к повозке и, бесцеремонно закатав рукав платья, шлёпнул на предплечье какую-то печать. Потом, покопавшись, достал две тряпки и, сорвав с головы девчонки платок, небрежно бросил ей одну из них.
  Вторую, подойдя к Костику, протянул ему. К удивлению парня, тряпка оказалась ношеной рубашкой, такой же, как на прочих аборигенах. Парнишка с благодарностью кивнул и немедленно натянул её на себя, свежеприобретенная худоба с непривычки почему-то смущала.
  А когда, радуясь, что все обошлось так хорошо, обернулся посмотреть на спасённую, то едва не прикусил от потрясения язык. Вместо девчонки перед ним стояло бесформенное чучело, замотанное в жёлтую тряпку типа паранджи. Неприкрытой оставалась только узкая щель на лице. И оттуда на Костю c прожигающей ненавистью смотрели черные, как ночь, глаза в обрамлении густых мокрых ресниц.
  Костик не выдержал и отвёл взгляд.
  Тот же воин сопроводил их в прежнюю загородку и, небрежно прикрыв дверцу, остался на страже. Как со скотом обращаются, мелькнула в голове парня горькая мысль, но тут же пропала, вытесненная более насущными проблемами.
  Но главной из них была необходимость в информации. За последние несколько лет, с тех пор, как мать купила старенький и довольно маломощный комп, парнишка привык с любым вопросом обращаться к электронному другу.
  И это ему нравилось. Большей частью из-за того, что тот не имел раздражающей привычки взрослых на каждый вопрос отвечать двумя или тремя.
  - А зачем тебе это нужно? Не рановато ли про это спрашиваешь? Вот почему ты интересуешься такой ерундой? С чего это пришло тебе в голову? - только малая часть того, что он слышал до появления компа.
  Подробные допросы обычно устраивали учителя и соседи, бабушка с дедом и деревенская родня матери. Но чаще всего приходилось получать от них различного типа отговорки, отбивающие всякое желание обращаться ещё. И только сама Ма, приходившая с работы вымотанной донельзя, старалась подробно объяснить все интересующие его вопросы, но тут уже сам Костик старался грузить её как можно пореже.
  А в этом странном месте не было никакого компа, да и не только его. Костик и мобильников ни у кого в руках не видел, начиная смутно подозревать, что попал в какую-то совершенно невозможную глушь.
  От этого проблема становилась ещё острее и казалась парню совершенно неразрешимой. Ещё было непонятно, сколько времени придётся здесь ждать, а у Конса начали дрожать от внезапно накатившей слабости руки и ноги. Он отошёл вглубь загородки, туда, где соломы было больше, и поспешно присел на кучку неподалёку от сотоварищей по загону.
  Девчонка осталась гордо стоять неподалёку от калитки.
  - Разреши ей сесть, - понаблюдав несколько минут за мрачным лицом парня, участливо посоветовал ближайший абориген.
  - Как? - Непонимающе вскинул взгляд Костя, до этого момента он считал, что девчонка не садится по собственному желанию.
  - Просто пальцем покажи. - Усмехнулся советчик. - Только слишком близко не пускай.
  Костя неуверенно махнул рукой, и указал своей новой собственности на лежащую поблизости от неё охапку соломы. Девчонка послушно протопала туда и аккуратно уселась, бдительно прикрывая краем накидки босые ноги.
  -Зря ты взял таджерку, - пренебрежительно хмыкнул второй узник, - из них самые никчёмные рабыни. Потому они так дёшевы. Нужно было хотя бы посоветоваться сначала.
  Как рабыни?! Едва не вскричал Костик и тут же прикусил язык, вовремя сообразив, что всё равно пока не сможет ничего изменить. И ещё засели в голове слова судьи про второе желание. Очень уж ехидно и высокомерно они прозвучали.
  - А что теперь делать? - выбрав из кучи насущных вопросов самый простой, озвучил его Костик.
  Далось это с трудом, хотя парень и понимал почти все сказанное, язык пока повиновался плохо.
  Сидевший поодаль узник пренебрежительно поморщился, услышав издаваемые парнем звуки, но абориген, заговоривший первым, ободряюще кивнул.
  - Пока терпи. Ничего ты сейчас с ней не сделаешь, особенно тут. Вот выберешься из приграничья, там будет видно. Не забывай только, теперь она без твоего разрешения ни есть, ни спать, ни чего другое не может. Даже оправляться.
  - Повесил заботу себе на шею, - поддакнул второй, и Костик внезапно почувствовал к нему смутную неприязнь.
  - И как... - парень смущённо смолк, не решаясь озвучить мучающий его вопрос, но собеседник понял и сам.
  - Сначала дай ей имя, свое она отныне потеряла. Потом объясни, что разрешаешь садиться и всё прочее, когда захочет, только не забудь приказать ставить тебя в известность. Все таджерки упрямы и хитры, с ними нужно построже.
  - Ты можешь ей сказать? - ломая язык, попросил Костя, хорошенько обдумав это сообщение.
  - От твоего имени? - понял собеседник.
  - Да.
  - Имя ей придумал? Только короткое, не больше пяти букв, рабам и простолюдинам длинных не положено.
  Костик снова задумался. Как же коротко назвать эту злобную девчонку, обладающую, как выяснилось, природной хитростью и упрямством? Сотни имён крутились в голове, и ни одно не казалось подходящим.
  - Быстрее, - внезапно поторопил сосед, и Костик, не ко времени припомнив бодучую смоляно-чёрную козу соседки, выпалил:
  - Майка.
  - Подзови, просто рукой махни, - почти приказал сосед.
  Костик энергично замахал рукой, очень сомневаясь, что вредина его послушается.
  Однако она немедленно поднялась на ноги и приплелась к нему. Остановилась, не дойдя двух метров, и застыла, устремив взгляд в землю.
  - Слушай внимательно, рабыня, говорю по поручению твоего хозяина, - начал сосед и, вспомнив, обернулся к Косте, - какое имя тебе позволено носить?
  - Конс, - коротко ответил парнишка, начиная понимать, что сосед торопится вовсе не зря.
  В соседних загончиках загомонили и зашевелились узники.
  - Конс поручил сказать, что даёт тебе имя - Майка. Твой хозяин великодушно позволяет тебе садиться, когда нет никакой работы, пить воду и оправляться по желанию. Но перед уходом ты должна обязательно предупредить его. За нарушение правил будешь наказана. Иди на место.
  Девчонка, не поднимая глаз, развернулась и покорно потопала к своей кучке соломы.
  Костик почувствовал себя последней скотиной.
  Однако долго виноватиться ему не пришлось, воин распахнул калитку и велел выходить. Из загончика они вышли строго по очереди, сначала местные мужчины, потом Костик, не выпускавший из рук свою балалайку, и последней - Майка.
  Шагая вслед за соседями, парень пытался придумать, как бы попонятнее объяснить Майке, что он принципиально против рабства. Поэтому пусть не беспокоиться, едва только представится хоть малейшая возможность - он сразу её отпустит.
  Но тут они вышли из-за судейского навеса на поле, и Костик замер, забыв прикрыть распахнутый от изумления рот.
  Представшее перед глазами зрелище в первый момент ошеломило его до онемения. И только несколькими минутами позже на парня накатила такая тоска, что яркий солнечный свет внезапно померк в его глазах.
  - Тебе плохо? - участливо поинтересовался тот из узников, который помогал договориться с девчонкой, и, поискав глазами рабыню, сердито прикрикнул, - поддержи хозяина, он, похоже, обессилел от голода. Я сейчас что-нибудь придумаю.
  Последние слова он сказал явно для Костика, останавливаясь и начиная копаться в своём мешке.
  Девчонка проворно бросилась к Костику, обхватила крепкими руками за пояс, принимая на свои плечи его вес, и несколько секунд, пока он кое-как не справился с шоком, парень почти висел на ней. Сосед тем временем достал керамическую фляжку и налил из неё в керамическую же стопку тёмную жидкость.
  - Выпей. - Всучил он Костику крошечную посудину. - Да не бойся, я знахарь.
  Костик плохо представлял себе, кто такие знахари, и вообще был в таком трансе, что мог бы выпить любую гадость. Даже водку, которую и на дух не переносил.
  Всё равно вся жизнь перевернулась вверх ногами, и ни в какой он не в Индии, и даже не в затерянных дебрях какого-то архипелага. Нет ни в Индии, ни на Гаити таких животных, какие привольно расположились сейчас на свободном прежде пространстве между навесом и видневшимися вдалеке крышами какого-то посёлка.
  Длинные зеленовато-серые звери, похожие мордами и шириной на сильно вытянутых бегемотов, однако многоногие, словно гусеницы, несомненно были порождениями чужого мира. Никогда не было на земле никого подобного, ему ли не знать. Вдоль боков этих бегемото-гусениц тянулись гирлянды округлых, смутно напоминающих тыквы наростов, только чуть более тёмного цвета и каждый величиной с надувную палатку на четверых. Между ними на спине бегемотогусениц располагалось нечто вроде длинного, но низкого короба, в который можно было забраться по узкой приставной лесенке.
  Не сразу Костик заметил, что животные расположились на поле неравномерными кучками. Лишь когда направился следом за спутниками к сиротливо лежавшему в стороне бегемоту, начал понимать, что все транспорты отправляются по разным адресам. К этому моменту Костика охватило неестественное спокойствие, совершенно не мешавшее ему живо интересоваться окружающим и трезво рассуждать о происходящем.
  Его соседи с привычной ловкостью забрались в паланкино-фургон, и Костик, с неохотой отстранившись от неожиданно заботливых рук рабыни, полез следом.
  Внутри сооружения оказалось довольно просторно, почти как в салоне легковушки, если удлинить его раза в три и убрать оттуда все сиденья, набросав взамен маленьких мягких матрасиков.
  При ближайшем рассмотрении паланкин оказался просто корзиной, плетёной из чего-то, напоминающего очень тонкий тростник. Крыша была из незнакомой, плотной и жирной на вид ткани, крепящейся на упруго изогнутых прутьях, по бокам шли бортики сантиметров по шестьдесят в высоту. Всё пространство между крышей и бортиками было затянуто очень мелкой и плотной сеточкой. Впереди предсказуемо располагалось место для водилы, вернее, возницы. Переднее "окно" выдвигалось вперёд острым углом, рядом с ним торчали какие-то странные прутики.
   Майка проворно взобралась следом за ним и устроилась в самом конце, ловко свернув один матрасик как подушку, а второй сунув под спину. Немного повозилась, словно не замечая, что Костик наблюдает за её действиями, и прикрыла глаза, изображая спящую. А может, и действительно уснула, общаться с нею Костику пока не хотелось совершенно.
  Сейчас его интересовало совершенно другое. Усевшись поближе к знахарю, парень выглянул в оконце, и задал самый больной вопрос:
  - Куда нас везут?
  
   Глава 6 Тина
  
  - Ну, как ты себя чувствуешь? - Странное, гладко-миловидное, но явно немолодое лицо в ореоле рассыпавшихся по плечам прядей русых волос с необычным, зеленоватым оттенком, участливо склонилось к Костику.
  Он смутно припоминал, что уже видел это лицо, и будто бы даже о чем-то с ним говорил. Вроде после этого его таскали, купали и вытирали. А ещё позже кормили чем-то незнакомым, но очень вкусным.
  Костик непроизвольно облизнулся и сглотнул, и на внимательно следившем за ним лице появилась понимающая ласковая улыбка.
  - Проголодалась, бедняжка! Сейчас покормлю.
  Странная личность исчезла, но вскоре вернулась, держа в руке миску из белого, незнакомого Костику материала. То ли камень, то ли кость... но точно не пластмасса. В другой руке она держала такую же белую ложку и явно намеревалась кормить Костика, как тяжелобольного.
  - Я сам, - пробормотал парнишка ещё хрипловатым голосом и попробовал сесть.
  Это получилось у него на удивление легко и как-то непривычно. Костик непонимающе вытаращил глаза, разглядывая проступающие под тонким покрывалом контуры ног... Это что ещё за нафик? Куда делись привычные взгляду килограммы?
  - Кофту твою я постирала. - Не поняла его недоуменного взгляда хозяйка. - А вот юбку так и не нашли, дам свою, старенькую.
  - Какую ещё юбку? - Озадаченно уставился на хозяйку Костик пытаясь сообразить - у неё с мозгами нелады или просто тяга к чёрному юмору?
  - Ты ешь, ешь. - Заботливо подвинула она миску, и Костик не стал спорить, сообразив, что глупо обижаться на тех, кто за тобой так ухаживает.
  Пока он ел странную, зеленоватую, но очень вкусную кашку, хозяйка сбегала к низенькому столику и налила из кувшина какой-то напиток. Глаза Костика за это время привыкли к царившему в комнате полумраку, и теперь он с изумлением разглядывал совершенно невероятное жилище. На его, Костика, взгляд.
  А на чей, интересно, покажется правильной совершенно круглая комната, с плетёным из лозы, как корзина, куполообразным потолком? Под которым висят веники разнообразной травы, сушёные корешки и прочий, чисто ведьминский антураж?
  И окно тоже круглое, с открытой внутрь плетёной же дверкой. Зато дверей не было вообще. Ни с какой стороны. Но это пока не особо встревожило парня, наверное, они просто хорошо замаскированы.
  Костик принял из рук хозяйки мисочку, принюхался - молоко. Выпил почти залпом, облизнулся - вкусно.
  - Спасибо. А как я тут оказался?
  - Мне тебя моряне принесли, - ответила хозяйка, забирая мисочку, - повезло тебе, что ты девчонка, а не мужчина. Парней они не отпускают... сразу.
  - Э... - замялся Костик, - ты что-то путаешь. Я как раз парень.
  - Не смешно. - Внезапно обиделась эта странная женщина. - Я сама тебя мыла и одевала. Да и морян не проведёшь, на тебе, кроме кофты, ничего не было.
  - Как это? - припомнил совершенно ошеломлённый Костик. - А трусы, футболка, джинсы и обутка?
  - Ничего... - С сожалением покачала головой собеседница. - Они бы не взяли. Вот это же осталось!
  И она протянула ему лежащий в створке розоватой перламутровой раковины помятый наконечник стрелы.
  - Это моё, но там ещё было... - Костик замялся, не зная, можно ли рассказывать про странный документ, обнаруженный в тайнике.
  - Моряна! - позвал откуда-то из подпола весёлый и молодой мужской голос, - тут говорят, ты девчонку нашла? Можно посмотреть?
  - Колтун тебе на все волосы, а не девчонку! - Внезапно обозлилась хозяйка и, откинув неприметную крышку расположенного в полу, возле самой стены люка, юркнула вниз, сделав на прощанье Костику красноречивый знак молчать.
  "И не только колтун, - одобрил про себя пожелание женщины Костик, - а ещё и чесотку! Раскатал губу, девчонку ему! А вот это - что, по-твоему?"
  Рука сама скользнула под одеяло, и сердце Костика замерло от ужаса. Там, где всегда находилось главное доказательство его принадлежности к высшему классу - мужчинам, теперь обнаружилась лишь пугающая пустота.
  Почти минуту Костик не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, только мысли, как загнанные звери, бестолково метались в голове в поисках разумного объяснения или хотя бы подсказки.
  Как такое могло случиться?
  Ну, допустим, читал он несколько фантастических рассказов, как люди попадают в чужие тела. Даже пару американских фильмов смотрел. Там мужчины внезапно становятся женщинами. Тогда было очень прикольно. Почему же сейчас в душе Костика такое чувство, будто его одновременно подчистую обобрали, продали в рабство и вдобавок изуродовали?!
  Как же он теперь жить будет, с таким-то телом?
  С совершенно чужим, если по-честному!
  Так вот почему они сразу показались ему неправильными, ножки эти худые...
  Костик скосил глаза и посмотрел на ножки. И почему, когда он был парнем, эта часть девчачьих тел вызывала у него горячий интерес, а теперь даже смотреть неприятно?! Ведь мозги у него остались прежними?
  А может... у него галлюцинация? Наверняка он болел, после того, как где-то валялся, и его кто-то нашёл?! А от болезни или жара галлюцинации - обычное дело.
  Против воли, подчиняясь тому странному стремлению, по которому обворованный выворачивает наизнанку абсолютно пустые карманы, чтобы в который раз убедиться в отсутствии там кошелька, Костик ещё раз сунул руку под покрывало. И тут же, жарко покраснев, выдернул назад. Стыд какой, а вдруг хозяйка вернётся?!
  Нет, вот с чего такая несправедливость? Другие попадают в тела принцев или эльфов, а он... даже думать противно, не то, чтобы кому-нибудь сказать. И как теперь домой возвращаться, вот главное?!
  В голову внезапно пришла страшная мысль, а вдруг вернуться вообще нельзя?! И ему придётся всю жизнь жить в этом теле? И в этом странном мире? Среди наглых мужиков, упорно рвущихся к совершенно не желающим их знать людям?!
  Из глаз невольно покатились слезы, в носу защекотало. Да его даже мама теперь не признает, если он и сумеет до неё добраться!
  - Чего ты плачешь?
  Хозяйка неожиданно снова возникла рядом, участливо взглянула на Костика, и ему стало жалко себя ещё сильнее. И тогда парнишка зарыдал навзрыд, вздрагивая и пряча лицо в подушку.
  - Ну что ты, милая, все хорошо! А если боги дадут, то и родичи твои скоро найдутся, моряне говорят, не было ни одного утопленника, хоть бриг и затонул, но выплыли все, пузырники успели вовремя разогреть.
  - Какой ещё бриг?! - отчаянно всхлипнул Костик. - Не знаю я никакого брига! Я вообще не отсюда!
  - Ну да, не отсюда. - Согласно кивала хозяйка, поглаживая Костика по волосам. - Успокойся, моряне всё узнали. С Хамшира судно шло, торговое, обратным рейсом пассажиров взяли, а чего ещё везти с Хамшира? Пузырники мало места занимают.
  - Ты не понимаешь... - Попытался взять себя в руки Костик. - Я не плыл на том судне! Я дома, в комнате, встал ногами в таз с водой, зажёг три свечи и прочёл слова, вот, наизусть помню, "откройся центр семи миров, семи дверей, семи ветров..."
  Хозяйка резким шлепком накрыла губы Костика пахнущей рыбой ладонью и испуганно вскрикнула, оглядываясь в тот угол, где был люк в полу:
  - Тише! С ума сошла, древние слова во все горло орать! Нет тут теперь дверей, затонул островок-то, ещё лет сто назад! Как моряне переходить начали, так и ушёл под воду!
  - Кто такие моряне? - сообразив, что разбираться в произошедшем придётся долго и упорно, печально поинтересовался Костик. - И запомни, я не девчонка! Я парень! Уже восемнадцать лет, с той минуты, как родился! И зовут меня Константин!
  - Дурочка ты! - Несговорчиво поджала губы хозяйка. - Даже если родилась в своём мире мальчиком, значит, боги тебя пожалели, выбрасывая в эти двери в женском теле! Война у нас, не понимаешь? Все парни в крепости сидят, мечами машут! И имя свое забудь, не положено простолюдинам и беднякам таких имён! Последняя часть звонко звучит - будешь Тина! Запомни, и поменьше языком болтай, если жить хочешь!
  - Но я ведь не умею... - Костик снова покраснел до корней волос.
  - Я уйду, а ты вон к зеркалу подойди да рассмотри себя повнимательнее, - догадалась о его проблемах хозяйка. - Хотел небось, раньше-то?! А потом одевайся и приходи вниз. Я - местная травница, мне работать нужно. А ты будешь понемногу помогать да слушать, что рассказывать стану.
  
   Все сказанное ею, наверняка было правильно, но вызывало в душе парнишки просто бурю протеста и обиды. Отчасти от этого, а в основном из любопытства, прежде, чем подойти к зеркалу, Костик направился к оконцу. И скривился от досады.
  Из маленькой, ничем не прикрытой дыры, обращённой в сторону моря, можно было рассмотреть лишь окружающую жилище густую зелень, да синеву воды, сливающуюся вдали с небом. Погода стояла просто отличная. И место, наверняка, было чудесное...вот только расслабляться не стоило.
  Как там сказала хозяйка?! Война?
   Самое мерзкое из мероприятий, устраиваемых людьми. И ввязываться в него, особенно в качестве участника - самое глупое и опасное, что только может взбрести в человеческую голову. Хотя... бывают иногда обстоятельства, перешагнуть которые невозможно.
  Почти такие, как у него сейчас.
  Костик горестно вздохнул и направился к зеркалу, сколько ни отлынивай, когда-то все равно придётся это сделать. Нужно же проверить, на кого он теперь похож?
  Вид личности, возникшей в полированной поверхности неизвестного ему минерала, вверг Костю в жуткую депрессию. Это действительно был именно он, Костик. Его глаза, рот, нос, уши и волосы. И при этом - ни грамма не парень.
  Сразу вспомнилось детство, лет до двенадцати незнакомые люди частенько принимали его за девочку. Ну что ты обижаешься, ласково улыбалась мама, красивых мальчиков почти всегда принимают за девочек. Зато подумай, как обидно девочкам, когда их принимают за парней?
  Это уже много позже, после того, как вес Костика перевалил за девяносто, никто его за девчонку уже больше не принимал, да и к зеркалам он незаметно проникся большим отвращением. Хотя началось все с кажущегося пустяка - в тринадцать лет он неудачно ударился позвоночником об опору мостков, поскользнувшись на мокрых досках. Травму залечили удачно, мама тогда подняла на ноги всех знакомых.
  Однако через некоторое время Костик начал неудержимо полнеть, и один из врачей, не найдя никаких отклонений, смущённо заявил, что в человеческом организме пока не меньше тайн, чем в космосе.
  Костик ещё раз окинул взглядом отражавшуюся в зеркале тощую девчачью фигурку и горько всхлипнул. Никогда и никому он не признавался, как страстно, до дрожи в сжатых кулаках, ему хочется похудеть.
  Стать таким же долговязым и ловким, как большинство его друзей, так же легко крутиться на турнике и нырять в глубину, так же свободно выделывать на дискотеке сумасбродные пируэты... да мало ли, чего ещё.
  Так почему теперь, когда во всем теле Костика не найти и грамма ненавистного жира, ему вовсе не хочется прыгать от счастья?! Неужели судьба, исполняя заветное желание, обязательно должна взять за это самую высокую цену?!
  Костик невольно вспомнил сказку про русалочку и горько скривил губы. Как он её теперь понимал! Вот только есть между ними большая разница - ей было ради чего терпеть страдания, а его даже не спросили.
  Костик отвернулся от зеркала, отёр влажные щеки и обречённо откинул крышку люка.
  Прямо под открывшимся в полу продолговатым и овальным отверстием, круто уходили вниз деревянные ступеньки, ловко вставленные в плетёную стенку. Костик несчастно взглянул на них, примерился шагнуть и снова отступил.
  Нет, никогда он не сумеет ходить в такой неудобной одежде! Особенно вниз, по крутым ступеням. Выданная хозяйкой юбка особо широкой не была, но стоило вытянуть ногу вперёд, как грубая ткань, неровно окрашенная в жуткий коричневый цвет, загораживала весь вид и путалась между ног.
  "Как они только не убиваются?" - Впервые в жизни задумался Костик о женских проблемах. Ещё его дико злил местный обычай не носить никакого белья, и первым, что он решил привнести в этот мир, должны были стать обычные семейники. Собственную рубашку, ставшую вполне достаточной, чтоб заменить кимоно, он застегнул под горло, и заложил спереди широкими складками, но она все равно топорщилась со всех сторон.
   - Ну, чего же ты так долго? - Встревоженная зеленоволосая голова вынырнула из люка.
  - Как вы по ней ходите, по этой лестнице? - хмуро буркнул Костик. - И вообще, нельзя ли где-нибудь достать штаны?
  - Можно, - невозмутимо сообщила хозяйка, - но не нужно. Я уже попросила лавочника подобрать тебе вещи поскромнее, сказала, ты хочешь следующей весной отправиться в храм Астандиса. Чтобы ты знала, его жрицами могут стать только невинные девы. Так и тебе спокойнее будет, и приставать меньше станут. А по лестнице спускайся спиной вперёд, юбку спереди приподними и придерживай на коленях рукой.
  -Ч-черт! - рыкнул сквозь зубы Костик, едва не сорвавшись с лестницы, несмотря на выполненные указания. Как же он уже ненавидит эту юбку!
  
  Нижнее помещение своей необычностью перещеголяло верхнее, но иномирянин первым делом ринулся к окну, обнаружив, что оно по размеру больше верхнего и обращено в другую сторону.
  Отсюда действительно было видно намного больше. Противоположный холмистый берег просторной бухты, зелень густых рощ, начинающаяся за светлой полосой мелководья и рыжей чёрточкой пляжа и серая громада крепости, забравшейся на вершину соседнего холма. Однако вовсе не почти привычный морской пейзаж заставил Костика изумлённо приоткрыть рот.
  Теперь он точно знал, как выглядит снаружи жилище, в котором он находится.
  Как огромный жёлудь с круглыми дырочками окошек и дверей, висящий в кроне не менее огромного дерева.
  Да и как не сообразить, если точно такие же, по одному и гроздьями, висели вокруг на всех ветвях, какие можно было разглядеть.
  - Ничего себе! Как же вы отсюда спускаетесь-то? - сглотнув внезапно подступившую тошноту, пробормотал Костик, осторожно высовывая голову в дырку.
  Высота впечатляла, этаж четвёртый, не меньше.
  - Там есть лестница. - Неопределённо махнула в сторону хозяйка. - А ты, пока не привыкнешь, сиди тут.
  - А... по надобностям? - краснея, поинтересовался парнишка, хотя для него этот вопрос пока не был актуален.
  - Внизу есть будочка, показать?
  - Попозже, - отказался Костик, торопясь выяснить все интересующие вопросы разом. - А где берете воду?
  - Купаемся в море, а чтобы пить - разносчики приносят, еду тоже. Тут очаги зажигать нельзя. У них не дорого, не волнуйся, я неплохо на мазях зарабатываю. Я вот чего подумала, раз у тебя нет родни, оставайся пока со мной. Станешь помогать, буду зарабатывать ещё больше, начну давать тебе немного монет. Накопишь на свое гнездо.
  Рассказывая все это, хозяйка ловко толкла в ступке горьковато пахнущие сухие листья.
  - Моряна! - звавший хозяйку голос был вовсе не тот, давешний, наглый, а звонкий и мальчишеский. - Заказ забери.
  - Иду, - крикнула Моряна и пояснила Костику, вставая: - Меня зовут Сая. А моряной кличут, потому как смеска. Ты так не зови - не люблю.
  
   Глава 7 Тина
  
  В приготовленном Саей узелке оказалась одежда для Костика, и найденное там подобие трусов стало первой, порадовавшей его вещью с тех пор, как он встал ногами в проклятый таз. Смешное одеяние, по колено длиной и на застёгивающихся по бокам пуговицах он натянул под юбку сразу же, воспользовавшись тем, что Сая зачем-то полезла наверх. Ещё была кофта с очень короткими рукавами. Она запахивалась как халат и завязывалась сзади длинными широкими тесёмками, которых Костику хватило, чтоб обернуть талию три раза и сделать на животе внушительный узел.
  Последней была бандана, и её наличие тоже порадовало. Волосы Костик давно носил длинные, чуть ниже плеч, а теперь у него возникло стойкое подозрение, что они стали ещё длиннее. Парнишка так увлекся засовыванием волос под бандану, что не заметил появления чужого человека, даже шагов не расслышал.
  Просто внезапно почувствовал, как кто-то сильный крепко притиснул его к стене, и больно ущипнул за ягодицу.
  - О, а вот и новенькая малышка, - горячим шёпотом сообщил на ухо парню насмешливый мужской голос, показавшийся Костику омерзительнее всех слышанных ранее голосов.
  А в следующий момент его обладатель корчился на полу, сдавленно матерясь и скрипя зубами.
  Пара молниеносных выпадов из тех, которым учитель обучал девчонок прежде всех остальных, удались Костику, как никогда. Напоследок, ещё не пришедший в себя от ярости парнишка, крепко, с вывертом, ущипнул наглеца за задницу.
  - Что здесь происходит? - Кошкой скатившаяся по лестнице моряна в недоумении застыла над гостем.
  - Он на меня напал, - бдительно следя за притихшим нахалом, звенящим от ненависти голосом сообщил Костик и несчастно скривился. Голос тоже стал звучать намного выше.
  - Иди наверх, - строго приказала Костику моряна, отводя глаза.
  Парень оскорблённо дёрнул худым плечом и направился к лестнице.
  Нет, не нравится ему тут, совершенно не нравится!
  - Зачем? - ещё хрипловатым от боли голосом, спросил вслед ему ушибленный, пытаясь сесть.
  - Что, зачем? - презрительно сощурился Костик.
  - Зачем ты меня ущипнула?
  - А тебе разве не понравилось?! - едко изумился Костик в ответ, приподнял спереди юбку и храбро полез наверх.
  - Подожди... - Вдруг засмеялся его враг. - Я уже ухожу.
  Костик вопросительно взглянул на Саю, но она героически молчала, и у парнишки от нехороших подозрений похолодело в животе. Похоже, не следовало так сильно бить этого хама.
  Гость с усилием поднялся, достал откуда-то из пояса кошель и бросил на стол.
  - Корми её получше... одни кости. - Развернулся и, больше не взглянув на Костика, вышел прочь.
  Сая с облегчением выдохнула, крадучись, пробежалась к двери, с минуту молча вглядывалась куда-то, и вдруг сердито закричала:
  - Жано! Иди сюда, бездельник!
  Костик так и подпрыгнул от неожиданности. С ума сошла тётка, не иначе! Вроде Тиной его назвала, а кричит - Жано?! Или у неё ещё кто-то тут живёт?!
  Внезапно за окном мелькнула крупная тёмная тень, и напряжённые нервы Костика не выдержали, отдавая телу мгновенный приказ. Парень даже сам не понял, зачем он метнулся в сторону. И тут же запнулся о скамеечку, инстинктивно попытался удержаться на ногах, но запутался в юбке и грохнулся на пол. Повезло ещё, что пол необычного помещения, сделанный из крупных жердей, дополнительно устилали циновки.
  - Да что за день! - в сердцах вскрикнула Сая, едва успевшая подхватить свою ступку. - Не иначе, нечисть свадьбу правит! Поднимайся, Тина, сильно ушиблась?
  - Нет, - расстроенно буркнул Костик, мысленно говоря спасибо учителю - падать так, чтобы ничего себе не сломать, он научил их в первую очередь.
  Жаль только, мать отдала Костика туда слишком поздно.
  - Это Жано, прости. Я не подумала, что ты так испугаешься. - Ухватив за руку, Сая помогла Костику подняться.
  - Мяу, - сказало рядом бархатисто-басовито, и Костик снова дёрнулся.
  Теперь, чтобы побыстрее рассмотреть неведомого Жано.
  Как тут же стало понятно, спешил он не зря. Питомец хозяйки оказался просто сногсшибательным. В самом прямом смысле, если такая киса с ветки на тебя спрыгнет, на ногах точно не удержишься. Размером Жано был с рысь.
  И окрас невероятно красивый, темно-серый, с более темной полосой по хребту и серебряной подпушкой.
  - Клёвый, - с восхищением выдал Костик, ласково теребя Жано за ухом.
  - А ты смелая, - в голосе Саи проскользнула нотка облегчения, - и ему понравилась. У меня был осенью ученик... так они не поладили. Пришлось расстаться.
  - Ну и правильно. - Прикосновение к мягкому меху приносило не только удовольствие пальцам, но и успокоение душе.
  Если рядом с хозяйкой живёт такое свободолюбивое и гордое существо, значит, Сая хороший человек. Впрочем... вроде она говорила, будто не совсем человек?!
  - Ты обещала рассказать про морян.
  - Сначала закажу обед. - Сая высыпала на подол монеты из оставленного наглецом кошелька и занималась их подсчётом. - Ты жареную рыбу больше любишь или крабов?!
  - Смотря, какая рыба. - Пожал плечами Костик, решив не заморачиваться этичностью траты выданных туземцем денег, не ему ведь давали?! - И смотря, какие крабы. А Жано что любит? Ух, красавчик!
  - Этого бездельника нужно бы наказать, прошлялся где-то всё утро, - с притворной строгостью буркнула моряна, и, не выдержав, потрепала питомца по спине. - Тогда закажем уточек, Жано их обожает.
  Котяра довольно мявкнул, словно отлично понял сказанное, и придвинулся к Костику поближе, поворачиваясь так, чтобы тому было удобно чесать за обоими ушками.
  Заказывать оказалось проще, чем можно было предположить по уровню местной жизни. Моряна просто вышла из комнатки и коротко свистнула. Не удержавшись от любопытства, Костик шагнул следом за Саей к двери и обнаружил за ней довольно широкий балкончик с верёвочными перилами. И ведущий к нему от ближайшей, толстой, как столетняя сосна, ветви, верёвочный же мостик. Вид покачивающегося средства сообщения удручил Костика донельзя. Парнишка даже представить не мог, как он в этой проклятой юбке потопает по подобному ненадёжному сооружению.
  Зато юный абориген прибежал ловко, как обезьяна. Даже руками, кажется, почти не держался. Выслушал указания Саи, и, посвистывая, чуть не вприпрыжку помчался их выполнять. Видимо, не часто ему выпадали такие щедрые заказы.
  
   Уточки румяно золотились хрустящей корочкой, истекали янтарным жирком и пахли просто бесподобно. Костик едва язык не проглотил, пока Сая раскладывала еду на маленьком столике. Сидеть полагалось прямо на полу, подложив под бока плоские подушечки и тугие валики.
  Кроме пары птичек, размером с хорошего цыплёнка каждая, разносчик принёс тонкие, рыжие лепёшки, похожие на лаваш, и связку очищенных от коры желтоватых толстых стеблей, которые Костик сначала принял за бананы.
  - Это маринованный тростник, - нарезая стебли ломтиками, пояснила Сая, - попробуй, вкусно.
  Стебли тростника заменяли гарнир и овощи в одном флаконе, были сладковато-кислыми и острыми и на вкус смутно напоминали солёные капустные кочерыжки. Ещё разносчик принёс кувшин очень холодного сока малинового цвета, но неожиданно пахнущего грушами.
  Поглощая вкуснющее мясо и щедро делясь с котом, Костик предпочитал не думать о деньгах, на которые они пируют, и о том, чего может теперь возомнить себе туземный ловелас. Знал точно, уж эту-то дурь он выбьет вместе с зубами изо всех, кто попытается к нему прикоснуться.
  Парнишка сжал кулак, изучающе разглядел его и разочарованно вздохнул. Пожалуй, про зубы он немного погорячился.
  Но ничего, на человеческом теле и без того хватает очень болючих местечек. А вот руками придётся заниматься всерьёз. Как и ногами, да и вообще всем этим чахоточно-худосочным тельцем.
  - Сая, а где мне можно тренироваться?
  Вопрос Костика вверг моряну в глубокий ступор. Даже жевать перестала.
  - В чем тренироваться?
  - Ну, понимаешь, раньше я немного учился драться, сама знаешь, каждый парень должен уметь отбиться от отморозков. А теперь хочу немного позаниматься, чтобы мускулы подкачать... почему-то я стал намного худее... чем был.
  - Если ты боишься что Тарос будет к тебе ещё приставать, то можешь успокоиться. - Облегчённо вздохнула Сая. - Наш хариф человек очень строгий и насильников не жалует. Да Тарос и не стал бы делать ничего плохого... у него просто привычка такая, дурная, всех женщин сначала обнимать, а потом разговаривать.
  - Сая, ты можешь мне рассказывать всё, что угодно, - в этом вопросе Костик был непреклонен, и очень надеялся, что говорит достаточно убедительно, - но, не забывай, я и сам парень. И лучше тебя знаю... о чем думают мужики, щипая девушек за задницу
  - Ты девушка, Тина! - Так же упрямо уставилась на него Сая. - И должна говорить - "я сама", а не - "я сам". Следи за своим языком.
  - А разве девушек тут не учат драться? - Замечание Костик пропустил мимо ушей.
  - Только знатных. - Отрицательно замотала головой моряна. - Им учительниц нанимают из гвардии императрицы.
  - А в гвардию как попадают? - Упоминание о женской гвардии живо заинтересовало парня.
  - Тебе не попасть. Дочки обедневших господ и военных сначала сдают экзамены в военную академию, а потом учатся три года. У меня была подруга, дочь помощника харифа, вот она хотела стать воином, и поехала в Мановран. Но проиграла вступительный бой, и не попала. А потом там и замуж вышла.
  - Вот видишь, - обрадовался Костик, - бывает вступительный бой! Значит, нужно тренироваться, чтобы его выиграть! Только местечко найти, где нет толпы любопытных. И ещё мужские штаны. Я буду юбку сверху надевать, а там снимать. Сая, помоги! Это очень важно... не хочу я быть слабой девчонкой.
  - Ладно, - дожевав мясо, неохотно буркнула моряна, - дам я тебе штаны. И место покажу. Но ты больше не будешь говорить, что ты парень и станешь следить за языком!
  - Замётано! Тащи штаны! - прикидывая, с чего начать занятия, обрадовался её новый ученик.
  Вернее, ученица... как ни обидно, а против истины не попрёшь. Да и тело беспрерывно напоминало об этом, то открывшимся в вырезе кофточки видом, то тонкими пальчиками, подносящими ко рту кусок мяса, то ещё какими неожиданностями. В совершенно банальных прежде вопросах.
  Но уступая обстоятельствам по мелочам, Костик не собирался уступать им в главном. Не хочет он быть девчонкой, значит, и не будет. Просто пока поживёт и присмотрится, как и что в этом мире с медициной. Если повезёт и тут есть маги - заработает денег и попросит сильного мага вернуть родной пол, а если нет магов - найдёт самого лучшего хирурга.
  Если очень захочешь, всего можно добиться, говорила мама, четыре года проваливавшаяся на экзаменах в институт. А в пятый раз все-таки сдала на отлично, и очень этим гордилась.
  
  Получив потёртые и невзрачные штаны, Костик был счастлив так, словно ему подарили костюм "от кутюр".
  Однако тренировку пришлось отложить. Сая заявила, что, во-первых, к вечеру ей нужно сделать три горшочка целебной мази - парни в крепости не устают ставить дружкам синяки и ссадины. И это у них ещё до железа дело не дошло! А во-вторых, сейчас почти середина дня и на улице болтается куча народу, все, кто собрался пообедать и искупаться.
  Если отправиться на заветное местечко сейчас, за ними непременно увяжется несколько любопытных бездельников. Поэтому пойдут они позже, ближе к закату, когда все разойдутся по домам и харчевням.
  - А пока вот... - Сая выдала Костику деревянное корытце и охапку листьев. - Поруби помельче, я потом маслом залью, чтоб настаивалось.
  - Хорошо, - покладисто согласился Костик, беря корытце, - а листья специально двух видов?
  - С чего это ты спрашиваешь? - Безучастно хмыкнула моряна и вдруг отставила ступку и метнулась к нему. - Покажи!
  - Вот.
  - Ох, - теперь Костик знал, как бледнеют моряны, - как же это я пропустила... ежовник-то совсем нехорошая трава, сыпь да жжение пошло бы... и как ты углядела?
  - Да чего тут глядеть. - Фыркнул Костик, ловко рассортировывая очень похожие внешне листочки. Только на одних были с изнанки белые крапушки, а на других - нет. - Вот меня мать с ранней весны морковку полоть посылала, а знаешь, сколько похожих на неё травок? Особенно укроп! Я один год перепутал, так только укроп и вырос!
  - Мудрая женщина, твоя мать! Да и моряне никогда не ошибаются. - Умилённо посмотрела на него Сая. - Так и сказали, тебе эта девочка больше всех подходит! Ведь ты меня сейчас от таких неприятностей уберегла! Мазь-то я отбеливающую делать собираюсь, угадываешь, кто её купить мог?
  - Чего тут угадывать, - хмыкнул Костик, - и так ясно. Лучше про морян расскажи, пока снова не забыла.
  - Про морян... - Сая вернулась на свою скамеечку и взяла в руки ступку. - Ну, слушай. Наш мир зовут центральным, я не очень разбираюсь, как это устроено, но жители остальных шести именно через наш мир всегда ходили, куда им нужно было.
  -Что, прям, вот захотели, и пошли?
  - Не прямо, а через особую дверь. Их, двери эти, мастера делали и силой наполняли... только про это простым людям знать не дано. Да и по своему миру мы могли через те двери мгновенно пройти. Конечно, только у богатых господ свои были, ещё в храмах стояли, кто мог за вход заплатить, тот и проходил. Каждая дверь в свое место ведёт, твоя вот - на утонувший остров была. Ещё есть близко дверь в Зании, но через неё сейчас никто не приходит. В ту дверь из дальнего мира зло лезет, монстры разные, нечисть, зверье невиданное. Даже природа меняется, вместо долины и речки разрослось чёрное болото. Вот и приходится всем иномирянам ходить через тот проход, который ведёт на Хамшир.
  Так, вот, про морян. Они сюда всем народом повалили, когда в их мир беда пришла. Рассказывают, страшный удар был, потом что-то с небом случилось, сплошные тучи, солнца нет, водоросли гибнуть начали, потом рыба...
  Я думаю, они наш остров специально немного притопили, чтобы быстрее перебираться. Сейчас уже здесь прижились, рыбу продают, корабли проводят через скалы, утопающих спасают, крабов разводят особых, с мой столик величиной. Людей моряны не обижают, но и к себе особо не подпускают, только крепких мужчин... у них гроты специальные есть... ну сама понимаешь, раз не совсем девочка. Ну а детей, кто с жабрами родился, себе забирают, а если не повезло - отдают ближайшим родичам.
  - А что это за Хамшир такой?! - припомнил уже слышанное название парень.
  - Одна из земель... я там не была, не знаю. У нас с ними вражда. Нет, воевать ещё не начали, но мир держится на гнилых нитках. Вот из-за дверей и спор. Правитель Зании и наш король требуют, чтобы империя всем жителям нашего мира разрешила через те ворота свободно ходить, а они не дают. Охраны нагнали, только тех пропускают, кто купил право на проход. Остальных увозят в крепость и там разбираются, может человек заплатить, или должен отработать. Только жителей дальних миров бесплатно впускают, даже три самые первые просьбы выполняют. Наверное от страха. Однажды одного иномирца в рабство продали, а он сумел сбежать в свой мир... и оттуда снова пришёл.
  И перебил всех, кто его продавал, говорят, страшное оружие принёс из своего мира... сказка, наверное.
  
   Глава 8 Конс
  
  Часа через три, к тому времени, как довольно бойко топающий хутам остановился перед дверьми деревенской харчевни, Конс точно знал, что влип по-крупному.
  Знахарь, назвавшийся Авроносом, неторопливо посвятил парня в самые простейшие правила жизни и взаимоотношений между людьми этого мира, и ничего для себя приятного парень пока не услышал.
  Жители этого мира называли его срединным, или центральным, хотя никто не смог бы подтвердить или опровергнуть их убеждения. Каждому человеку кажется, будто он сидит на вершине глобуса.
  На разбросанных по океану семи небольших, с Австралию, материках жило несколько различных рас. Однако межмировой портал, названный спутником просто дверью, и использующийся также для местных переходов, остался только тут, на Хамшире. Правда, есть ещё один, на Зании, но через него аборигены теперь почти не ходят. Боятся. Из какого-то перенаселённого мира по тому проходу начали перебираться сюда непонятные и чуждые существа.
  Зато раньше, во время расцвета эпохи мастеров, двери были на всех материках, и люди жили намного дружнее и богаче. Но постепенно двери перестали работать, и случилось это по разным причинам. Одна дверь взорвалась, другая - затонула. Ещё одна постепенно оказалась в глубине такой обширной пустыни, что доставить до неё клиентов не берётся ни один хутамщик. Про остальные достоверных сведений почти нет, так давно через них никто не проходил. Хотя мастера, вернее, потомки мастеров, наверняка знают всё. Но живут они в своей отдалённой крепости очень замкнуто и никого из посторонних к себе не пускают, хоть умирай под воротами.
  Дня через три хутам доставит путников в Юдаир, небольшой городок на берегу судоходной реки, и там Конс должен будет решить, оставаться в том городке, или ехать дальше. Судя по объяснениям Авроноса, лучше всего ехать в Мановран, столицу империи, но за проезд туда придётся заплатить.
  Как и везде, вопрос, где заработать денег, оказался самым больным.
  От предложения третьего пассажира сдавать внаём свою рабыню, Костю прямо-таки передёрнуло, и наблюдавший за ним знахарь необидно хихикнул.
  - Речь вовсе не о том, что ты подумал, хотя и таким путём некоторые зарабатывают себе на кусок мяса, - мягко сообщил он. - Её можно просто отдавать подённо в кухарки, няньки или прачки. Но он правильно сказал, труд таджерок ценится дешевле остальных, они упрямы и делают всё по-своему, мало прислушиваясь к пожеланию хозяев.
  - Кстати, - шепнул Авронос, когда на короткой остановке их спутник отошёл в кустики, - по закону тебе должны исполнить ещё одно желание... смотри, не поторопись. В Юдаире ты можешь выпросить небольшой домик, но вряд ли заработаешь там на приличную жизнь... думай.
  И Конс думал... так усиленно, что к обеду голова трещала. То ли от дум, то ли от голода. Поэтому в харчевню он входил с надеждой на скорейшее решение хотя бы одной проблемы, урчащего желудка. Как объяснил тот же Авронос, все расходы по доставке до ближайшего города иномирян и жителей, заплативших в храмах, оплачивала казна, ведь пронести через вход можно было очень немногое. Одежду и то, что уместится в карманах или небольшом узелке. Однако еду, деньги и драгоценности таким путём проносить запрещалось. Кроме оговорённых в строгом перечне фамильных и ритуальных украшений.
  Тёмная и неухоженная харчевня Костику не понравилась ещё при подходе, но выбора не было. Именно тут готовили для них оплаченный казной обед.
  - Можешь взять себе мою порцию, - внезапно предложил ему так и не назвавший себя третий спутник, и направился к чистенькому домику напротив.
  - Спасибо, - неуверенно буркнул Конс, заметив ироничный взгляд Авроноса и начиная понимать, что в этом мире нужно вести себя как можно осмотрительнее, если не хочешь пролететь так, как он пролетел с двумя первыми желаниями.
  Внутри харчевня оказалась довольно просторной продолговатой комнатой с глиняным полом. Вдоль стен стояло два длинных, некрашеных стола и к ним прилагались такие же грубые скамьи. Клиентов за столами было немного, всего человек пять, и еда, стоявшая перед ними на столах, показалось парню вполне приемлемой, если судить по запаху.
  Майка, опустив на лицо покрывало, плелась следом за Костиком, но дальше двери не пошла, прижалась к стенке в углу, и притворилась мебелью.
  - Как её покормить? - тихонько спросил иномирянин у шедшего впереди знахаря и тот в ответ подмигнул совершенно по-земному.
  Мастер класс будет показывать, понял Костик, и успокоился, так даже лучше.
  - Три обычные порции и мне - курицу. - Заказал обед хутамщик, уже ожидавший их возле окна на кухню. - А где третий?
   - Отдал нам свою порцию, - спокойно буркнул знахарь, - решил поесть домашнего.
  Спорить водила не стал, видимо, экономия государственных медяков в его обязанности не входила.
  Авронос потянул Костика за собой к наиболее чистому углу стола и взглядом указал на место у стены.
  Парень понятливо моргнул, сел так, чтобы видеть всех и бережно пристроил рядом свой инструмент, который, по совету того же знахаря, всюду таскал с собой.
  Из кухни выскочил невысокий босоногий человечек, держащий в руках простую доску и начал составлять с неё на стол горшки и миски. Судя по торчащей из одного горшка ручке деревянной поварёшки, раскладывать порции предлагалось самим клиентам.
  - Зови рабыню, посмотрим на её умения, - приказал знахарь, проследив взглядом за севшим отдельно возницей, перед которым ставил огромную сковороду второй низкорослый подавальщик.
  По комнате поплыл заманчивый запах жареного мяса, но шёл он вовсе не из горшка, содержимым которого по-хозяйски распоряжалась послушно подошедшая Майка.
  Взяв из стопки первую миску, крутнула в горшке половником, безошибочно нашла мясную кость и вытащила вместе с густой похлёбкой.
  - Мясо положишь нам, - пользуясь прежним разрешением Костика, холодно буркнул Авронос, - остатки похлёбки нальёшь себе.
  Конс молчал - и так уже много чего натворил по незнанию. Да и присмотреться, какие тут порции, не мешало. Если Майке достанется очень мало, можно оставить ей часть своей доли, не обидится. Рабам тут обижаться не следовало, уж это он успел понять.
  Разливать еду Майка умела. Ловко поделила мясо, легко решив вопрос с третьим куском, просто положила в отдельную миску, и разломала, помогая себе ложками. Долила миски мужчин похлёбкой, после наполнила и свою миску, и, поставив неподалёку от Костика, застыла в ожидании.
  - Поломай лепёшки, возьми себе кусок и садись, - тихо скомандовал знахарь, придвигая себе миску, - потом разложишь кашу.
  - Там рагу, - почти прошептала Майка, скромно присаживаясь на скамейку, но знахарь услышал.
  - Вот потому их и зовут упрямыми, - макая в суп кусочек серой, довольно чёрствой лепёшки, тихо пояснил он Костику.
  Однако Костик считал иначе.
  - По сути, она права, - возразил так же тихо, - а вдруг я не ем рагу? И оставлю место для каши?
  - Не с твоей комплекцией оставлять в миске еду. - Знахарь искоса глянул на парня и снова заработал ложкой.
  - Но и желудок растягивать не стоит. - Возвращаться в прежнее, ужасающее его самого, тело, Костик не желал категорически.
  - Можем забрать рагу с собой, - доев похлёбку, решил знахарь, - мне тоже супа хватило наесться.
  - А посуда? - Разглядывая кривобокого уродца, дальнего родственника тех горшков, в каких бабушки продают на рынке цветы, Конс понимал, что дорого стоить он не может... но ведь у них и этого нет.
  - Попробуй сыграть... - подумав, чуть насмешливо предложил знахарь, - у тебя неплохо получалось. И мелодия новая... глядишь, на горшок и заработаешь.
  Жаль только, петь он практически не умеет, вздохнул Костик. Хотя музыкальный слух и был идеальный, но стоило парню запеть, как он и сам ощущал в горле какую-то помеху, не дававшую звукам вырваться и свободно лететь вслед за мелодией.
  Да и хорошо, что не умеет, прикинув, какую бы песню он мог бы спеть этим неторопливо жующим людям, понял вдруг Костик. Одну из любимых матерью песен Тэм, которые он почти все знает наизусть? А где гарантия, что аборигены поймут правильно и не потащат казнить? Кто знает, на какие темы тут аллергия у местных жителей, а особенно, у местной власти?
  Нет, никаких песен, только мелодия и только простая, а ещё лучше, весёлая. Лучше что-нибудь народное, типа калинки. Или валенок.
  Костик, наконец, решился, взял в руки банджо-балалайку, тронул струны и на миг задумался, кажется ему, или они и в самом деле звучат сегодня более звонко и глубоко?
   Сами собой выбрались коробейники, просто начало показалось более звучным. Пустые углы харчевни неожиданно отозвались на звон струн - акустика помещения оказалось довольно сносной.
  Конс проиграл песенку два раза подряд, пытаясь сообразить, как в этом мире принято намекать, что труд музыканта положено оплачивать? Дома один из его одноклассников из музыкалки ходил на автобусную остановку и клал перед собой старенькую бейсболку, но тут могли не понять такого жеста. Да и шапки у Конса не было.
  - А печальное - можешь? - Остановившийся перед столом хозяин с любопытством разглядывал необычного клиента.
  Костик кивнул и перешёл на "Лучинушку", стараясь затягивать паузы.
  Хозяин сидел напротив, слушал, хмурился... а потом достал из-за пазухи кошель и вынул оттуда монету.
  - Держи... и это... сейчас курицу принесут.
  - А мы хотели рагу забрать... - Поняв, что наткнулся на ценителя, скромно потупился Костик. - Позже, в дороге перекусить.
  - Сделай, - кивнул низкорослому подавальщику хозяин, - да бутыль с квасом не забудь.
  Костик отлично понял, что за такую щедрость придётся сыграть ещё , однако ни капли не расстроился, замаячившая перед ним возможность заработка окрыляла.
   Просто склонился к мандолино-гитаре и тронул струны.
  - Ехать пора, - слегка виновато сообщил хутамщик через полчаса, останавливаясь рядом с их столом, - а то к переправе опоздаем.
  - Идём. - Кивнул Авронос, и Костя решительно поднялся следом за ним.
  Похоже, он не прогадал с первым желанием, понял парень, когда один из обедающих подошёл и высыпал ему в ладонь несколько разномастных монет.
  - Спасибо, - слегка растерянно пробормотал Конс, высыпая монеты в приятно потяжелевший карман, и сделал в памяти зарубочку - спросить у знахаря, как тут считают деньги и как хранят... в родном мире карманники его не трогали.
  После того, как несколько раз нарвались.
  
   Глава 9 Конс
  
  Третий пассажир уже сидел на своём месте, пресыщено ковыряя в зубах щепочкой. Лениво проследил взглядом за тем, как забрались в корзину спутники, как юркнула следом и уселась Майка. И изумлённо приподнял бровь, увидев как хутамщик, прежде, чем залезть, просовывает в дверцу и ставит рядом с рабыней увесистую плетёнку повязанную куском полотна.
  - Вы, я вижу, времени даром не теряли, - хмыкнул он, изучающе разглядывая спутников, - неужели нашли желающих на таджерку?
  Костика неприятно укололо это предположение, но ответить резкостью он не успел. В бок парня предупреждающе упёрся палец знахаря, и, удивлённо повернув голову, Конс разглядел уже знакомое подмигивание.
  - Шутите, господин Хадзони?! Там и обедало-то всего человек пять. - Небрежно хмыкнул Авронос, устраиваясь поудобнее. - Нет, это хозяин оказался любителем дейнэ. Ну, вот и расплатился горшком с рагу. Давайте немного вздремнём после обеда... дорога тут ровная.
  Последние слова явно были вежливым предложением помолчать, и Хадзони отлично это понял, пожелал приятного отдыха и тоже заворочался в подушках.
  Вскоре они честно посапывали, а Костик ломал голову, почему Авронос не захотел рассказывать соседу про его успехи? С одной стороны, до сих пор лекарь делал ему только добро, и не верить Авроносу не было причины. Зато, с другой - как всегда говорила мама, если люди ни с того, ни с сего делают тебе добро, значит, им что-то от тебя нужно.
  Но ведь и этот, Хадзони, тоже уступил свой обед?! Или не стоит считать добрым делом сделанное за чужой счёт предложение?! Ведь никто ему денег всё равно бы не вернул? Костик терялся в догадках и размышлениях, но они уже не были такими черными как до обеда, теперь он знал, что заработать сможет... вот только, сколько дней можно зарабатывать на одном месте? И сколько стоит переезд? Окупится ли мотание по сёлам и городам его заработком?
  А ведь ещё нужно заработать денег на обратную дорогу в свой мир. Судя по тому, что среди путников, представших перед распорядителями, оказалось всего двое лично оплативших переход через портал в храме, не такое это и дешёвое удовольствие. Как Костик успел понять, большинство из тех, кто свалился в яму, специально откопанную на месте выхода из портала, чтоб никто не увильнул, перемещались в долг, с последующей отработкой. Или были чьими-то работниками, и даже рабами. Их забирали специально ожидавшие конвоиры.
  
  - Вставай... - Тряс кто-то Костика. - Переправа!
  Парень встрепенулся и торопливо полез из кибитки. Майка с корзинкой уже стояла на деревянном причале, к которому был привязан большой плот. Вокруг топталось около десятка хутамов, и возчики сноровисто таскали снятые с их спин узлы, мешки, бочки и корзины.
  Пассажиры гуляли по берегу, приценивались к разложенным на прибрежных камнях товарам, подкреплялись купленными тут же пирожками и жареной рыбой.
  - Пойдём, погуляем. - Кивнул в сторону неказистого сарайчика Авронос. - Потом рабыню отпустишь.
  Ещё не совсем проснувшийся Костик безропотно потопал за ним, и понял, зачем лекарь увёл его в сторону, только когда тот осмотрелся и тихо прошептал:
  - Не играй больше, потом все объясню, как на ночлег устроимся, а сейчас купи мешок и спрячь дейнэ, а то народ приставать начнёт...
  - Я же местные деньги не понимаю! - Вспомнил землянин про свои намерения спросить насчёт монет. - И как их хранить - не знаю.
  - Нужно купить кошель и носить на шее... а лучше - отдай на хранение рабыне. Не бойся, она сбежать не может и тратить без разрешения не станет... всё, пойдём.
  - Иди, погуляй, - вернувшись на пристань, приказал Конс Майке, сунув ей в прохладную ладошку горстку согревшихся в кулаке монет, - потом пойдёшь, купишь мешок для дейнэ.
  Девчонка только на миг вскинула на него глаза, тут же покорно опустила ресницы и пошла в сторону женского сарая.
  А Костик замер, чувствуя, как от стыда начинают гореть уши. Слишком быстро он привык быть хозяином рабыни...
  
  Для пассажиров в центре плота был устроено нечто вроде верхней палубы, приподнятой над полом на высоту около полутора метров. Над ней был натянут навес, а бока и вход так же, как в повозке, защищены сеткой. Видимо, туземцы очень не любили насекомых... или это насекомые не любили туземцев?
  На плоту важных пассажиров было больше, человек десять, и едва величавый, как капитан круизного лайнера, плотогон разрешил посадку, все они устремились к лесенке, торопясь занять места в самом дальнем углу. Наверное, в этом был какой-то смысл, только Костик не хотел в него вникать. Новый мир нравился ему всё меньше, по мере того, как парень узнавал его ближе. И хотя пока он не обладал ни средствами, ни силой противиться обстоятельствам, но и копировать поведение аборигенов во всех мелочах не имел никакого желания.
  Вот и оказался под навесом последним, не считая следовавшей за ним Майки и чьей-то рабыни. Устроившись на привычных уже подушках, парень слегка удивился, обнаружив сидящего напротив лекаря.
  "Не захотел оставлять иномирянина без присмотра, или случайно так получилось?" - Невольно задался вопросом Костик, но спрашивать попутчика вслух и не подумал, не стоит ссориться с единственным помогающим ему туземцем.
  - Давайте перекусим, - спокойно посоветовал Авронос, - а то на середине реки будет качать.
  Костик и сам хотел намекнуть на необходимость поесть, за четыре часа суп превратился в воспоминание, но никак не мог придумать повод.
  - Май, - миролюбиво предложил он сидящей почти рядом девчонке, - доставай еду.
  В том, что рабыня не только умеет неплохо орудовать поварёшками, но и неплохо разбирается в местных ценах и порядках, Костик убедился, когда девчонка принесла с рынка не только мешок и завязки, но и кусок мягкой кошмы, замотать инструмент. И выходит, не такая уж она плохая, как все время твердил Хадзони. Скорее всего, сам он вообще кажется девчонке монстром, после того как в одночасье решил её судьбу.
  - И в чем она провинилась? - небрежно поинтересовался лекарь, однако произнёс это очень тихо и почти в самое ухо парня.
  - С чего ты взял?
  - А почему ты сократил имя? Так делают, только когда недовольны рабами.
  - Предупреждать нужно. - Расстроенно выдохнул Костик, немедленно обернулся к рабыне и проговорил: - Майка, не забудь отложить себе еды и мяса.
  Он и раньше хотел сказать девчонке насчёт мяса, руки ещё помнили невероятно тонкую талию, но собирался сделать это через лекаря. Как-то естественнее у того получалось... командовать.
  Как оказалось, перекусывать надумали не одни они. Вскоре по небольшому помещению носились запахи чего-то мясного, вяленой рыбы, незнакомых острых приправ и зелени.
  - А нашего соседа позовём? - Оглянулся Костик в поисках Хадзони и увидел, что тот уже и сам пробирается в их сторону.
  - Позволите присоединиться? - В руках спутника был увесистый свёрток. - Я горячие пироги купил.
  - Мы собирались вас пригласить, - спокойно кивнул Авронос, и Костик в который раз отметил его умение держаться непринуждённо и с достоинством.
  Нужно бы и ему научиться... к таким уверенным людям даже отморозки меньше лезут.
  - Дожили, - донёсся до Костика раздражённый голос одного из пассажиров, когда Майка отсела в сторону с миской, в которой стыдливо прятался куриный хребетик, - голытьба своих рабынь мясом кормит.
  - Тсс... - Мгновенно стиснула руку вскинувшегося Конса жилистая ладонь лекаря. - Не нужно обращать внимания, у него просто печень больная.
  - Ну, так не у всех же висят на шее многотысячные карточные долги, - внезапно бросил в никуда Хадзони.
  Под навесом воцарилась нехорошая тишина, нарушаемая только осторожным похрустыванием пережевываемой пищи.
  - Ты со мной разговариваешь?! - злобно поинтересовался печёночник, уставясь в сторону раздражающей его компании, и Костик смог рассмотреть нервное, носатое и усатое лицо немолодого мужчины.
  - Нет, просто рассуждаю. - Хадзони явно нарывался.
  Скосив глаза на Авроноса, Конс понял, что тому очень не нравится вся эта заварушка, однако понять, в чём дело, пока не мог.
  Вроде их третий спутник заступился за него, почему же лекарь мрачнеет на глазах? А у него самого начинает сжиматься сердце от предчувствия неприятностей?
  Усатик решительно передвинулся ближе, схватился за рукоятку оружия.
  Хадзони пренебрежительно фыркнул, заметив эти приготовления.
  - Извините за вмешательство, - очень вежливо и холодно произнёс вдруг Авронос таким тоном, что все присутствующие, уже начавшие отодвигаться, чтобы случайно не пострадать в потасовке, настороженно замерли, - но я, как человек господина Югнелиуса Лонгердийского, вынужден буду выступить непредвзятым свидетелем, если начнётся разбирательство по этому делу.
  Он достал из-за пазухи переливающийся зеленью жетон и помахал им в воздухе.
  - Нету тут никакого дела... - Злобно скрипнув зубами, усатый пополз в свой угол.
  -Нечто подобное я и подумал. - Хадзони казался чрезвычайно разочарованным, но старательно скрывал свои чувства.
  Лекарь не ответил, тоже сделал вид, будто очень занят куском остывшего, но от этого не менее аппетитного мяса. Местная курица оказалась чуть не вдвое мельче тех, что приносила из магазина мать, но несравненно вкуснее. Очень скоро они обсосали все косточки, съели по миске рагу и по пирогу, и жизнь стала казаться Костику вполне приемлемой. Можно будет побродить тут недельку- другую... рассмотреть всё как следует. А потом вернуться домой... парень очень надеялся, что сумеет найти путь назад.
  Можно представить, какие будут глаза у пацанов, когда они увидят его в таком облике! А вот рассказам про этот мир нипочём не поверят... как пить дать. Жаль, конечно.
  
  Переправа заняла почти два часа, и вовсе не потому, что река была такой уж широкой. Просто плот двигался очень медленно, тщательно выбирая путь между вскипающими над водой пенными бурунчиками.
  Тяжелее всего плотогонам пришлось, когда неуклюжее средство передвижения достигло середины. Более быстрое течение тащило его на камни и крепкие, загорелые парни бегали от борта к борту, помогая направляющим шестами. Несколько раз плот задевал краем подводные валуны, и его начинало разворачивать. Кибитка с пассажирами кренилась в разные стороны и угрожающе скрипела, но никто особо не паниковал.
  Старался не волноваться и Костик, плавал он отлично, и надеялся, что сумеет спасти свою балалайку и упрямую девчонку. Разумеется, специально он о ней не думал.... Просто забыть не получалось. То и дело всплывали в памяти не замеченные сразу, или показавшиеся незначительными подробности, и Костикина оценка произошедшего постоянно менялась, в прямой зависимости от того, в каком настроении был в этот момент он сам. Ещё имелся один вопрос, с приближением вечера волновавший его все сильнее, однако парень ни за что не стал бы задавать его туземным советчикам. Даже самому себе не желал признаваться, как сильно его интересует, где спят рабыни ночью.
  К противоположному берегу плот пристал в сумерках и на несколько километров ниже того поселка, откуда начинал свой путь. От потемневшей деревянной пристани пассажиры топали по склону холма пешком, и Костик искоса поглядывал на плетёнку, которую тащила Майка.
  - Когда я вижу идущего налегке мужчину, рядом с которым тащит тяжёлые сумки его жена, - всегда сердито говорила в таких случаях мама, - мне очень хочется плюнуть в лицо его матери. Именно она когда--то не вдолбила сыну, какая это подлость, быть настолько бесчувственным и жестоким к близкому и более слабому существу.
  И Костик всегда был с нею полностью согласен. Но вот сейчас стоял перед нелёгким выбором, отобрать корзинку и нарваться на новый всплеск негодования усатого аборигена или всё же подождать с благородством до лучших времён? Не лучше ли потерпеть немного, пока он не выяснит, насколько сильно может навредить себе и Майке не принятыми тут поступками?
  Терзания парня закончились неожиданно скоро, едва они перевалили за невысокий бугорок. Перед путниками открылся вид на раскинувшийся в ложбине довольно крупный посёлок, и первые же, плотно стоящие друг к другу и очень похожие на гаражи домишки, оказались местной гостиницей.
  Теперь первым место выбирал Авронос, и, не задумываясь, направился к самому новому и высокому из домиков, сделав Костику знак следовать за ним. Хадзони пошёл вместе с ними, хотя некоторые пассажиры вселялись всего по двое. Костик успел это рассмотреть, пока шёл за лекарем.
  Внутри помещение оказалось обставлено очень просто: примерно в метре от входа начиналась одна-единственная лежанка, покрытая чем-то вроде ковра. На лежанке в беспорядке валялись подушки, крошечные оконца были затянуты непременной сеткой.
  - Скажи рабыне, чтобы почистила ковёр, пока мы умываемся, - предложил Костику Авронос, присмотревшись к лежанке, и парню пришлось повторить Майке его приказ.
  Вот как у неё получалось так махнуть ресницами, что парень сразу начинал чувствовать себя свиньёй, понять он пока не мог, однако менять указание или предлагать рабыне свою помощь не стал.
   И не столько из боязни насмешек или презрения аборигенов, сколько от незнания с чего нужно начинать эту самую чистку. Но умыться постарался как можно скорее, намереваясь пойти, посмотреть, не слишком ли надрывается рабыня, и заодно улизнуть от спутников. В последние часы их опека стала казаться Костику слишком навязчивой.
  В домик он заявился в разгар уборки, и застал Майку без примелькавшегося за день покрывала. С закатанными рукавами и с замотанной на затылке длинной чёрной косой девчонка выглядела невероятно худенькой и хрупкой, однако действовала умело и решительно.
  С ковром Майка поступила просто, достала где-то метёлку и выметала его, как хозяйки метут пол, только крошки летели. Костик несколько секунд понаблюдал и ретировался, сообразив, наконец, что не зря весь мусор резко начал нестись только в его сторону.
  - Вот же вредная! - сердито бурчал парнишка, выскакивая на низенькое крылечко и отряхаясь. - Я о ней забочусь...
  Знакомые голоса, тихо спорящие за углом, заинтересовали слегка угрожающими интонациями, заставив поспешно отодвинуться в тёмную щель между домиками. В результате Конс оказался довольно далеко от ведущей к крылечку дорожки, но не зря он гордился своим слухом. Сумел расслышать каждое сказанное вполголоса словечко.
  - ...можно подумать, вашей гильдии он нужен ради красивых глазок! - зло шипел Авронос, шедший первым, - Но постарайтесь запомнить, вам тут ничего не перепадёт.
  - Почему вы так уверены, будто его светлости понравится ваша идея? - едко фыркал ему в спину Хадзони. - Насколько я знаю... он отличается просто таджерским упрямством. Во всех случаях можно ведь не спорить заранее? Заключим сделку, если его не примет Югни, то заберём мы. На этих условиях я готов оплатить вам дорогу в столицу.
  - Ладно... - минуту помолчав, нехотя согласился лекарь, - только не устраивайте больше таких провокаций... иначе мы расстанемся врагами.
  - Обещаю... а где наше дарование?
  - Я думаю, тут... - неопределённо хмыкнул лекарь, - и, кстати, не задевайте его рабыню... он относится к этому очень ревниво... думаю, у него никогда раньше не было... рабынь.
   Костика в жар бросило и от двусмысленности, прозвучавшей в голосе спутника и от понимания, кто именно был предметом их тайной сделки.
  Вот ведь чувствовал же, что не стоит слишком полагаться на доброту и отзывчивость первых встречных, да расслабился, считая себя не интересным для всяких местных дельцов, раз с него нечего взять. Оказывается - ошибся. Откуда Хадзони узнал подробности выступления Костика в харчевне, догадаться нетрудно, небось поговорил с хутамщиком. И с чего он решил, будто какая-то гильдия захочет взять к себе пришельца, если хорошо подумать, тоже можно понять. Наверняка Хадзони не последний человек в этой самой гильдии. Где бы ещё выяснить, кого она объединяет... добропорядочных ювелиров или киллеров?
  Да и с Авроносом не так уж всё ясно, представляется человеком всем известного лица, а путешествует с небольшим мешком, без монетки в карманах. Да и одёжка простая, как у торговцев. Впрочем, и Хадзони одет незамысловато, полотняные штаны, тонкая рубашка... или это специально, чтобы воры не позарились?
  Ну и как в таких условиях определить, к кому выгоднее примкнуть ему самому, или уже вообще пора со всех ног бежать куда подальше?!
  Костик злобно сплюнул и, стараясь никому не попадаться на глаза, заторопился организовывать себе алиби. Раз он так нужен аборигенам, их не может не встревожить его долгое отсутствие. Следовательно - ринутся искать. И лучше заранее притвориться любопытным лохом... впрочем, он с утра отлично в этом напрактиковался.
  Отойдя подальше от спального домика, Конс огляделся по сторонам. Ну и где он мог болтаться не менее четверти часа? Или с кем? Ответ притопал в виде компании бывших спутников, направлявшихся в сторону деревеньки.
  - У молодого господина нет желания скрасить вечерок в хорошей компании? - усатик, назвавший Конса пару часов назад голытьбой, улыбался так сахарно, словно всю жизнь снимался в рекламных роликах.
  Не подозревая, что Костика просто тошнит от любой рекламы. Когда смотрит телик, ни на миг не выпускает из пальцев пульт, наловчившись предугадывать появление первых кадров рекламы и нажимать кнопку за секунду до этого.
  - Как появится, сообщу вам первому. - Вернул ему Конс дебильно-счастливую улыбку, отлично понимая, что ломает отработанный ритуал, по которому на такой вопрос отвечают обычно "да" или "нет".
  И ясно, что на любой ответ у печёночника уже заготовлен какой-нибудь подленький отклик, в стиле вызывающих шуточек гопников.
  - Вот ты где, - с заметным облегчением произнёс за спиной голос Авроноса. - Заблудился?
  - Нет, хотел деревню рассмотреть, - почти честно буркнул Костик, зло радуясь собственной догадливости. - А в чем дело?
  - Пора идти на ужин, - невозмутимо ответил лекарь, наблюдая, как усатик с компанией торопливо удаляются в сторону деревни, - но есть вариант попроще, я схожу один и прикажу принести еду в спальню. Или ты хочешь пойти со мной?
  - Не очень, - снова почти не солгал парнишка, - как-то не нравятся мне эти люди. Особенно усатый.
  - А Хадзони? - неожиданно понизил голос лекарь, бдительно поглядывая по сторонам.
  - Он немного хитроват, - протянул с нарочитой неуверенностью Конс, пытаясь угадать, куда клонит Авронос.
  - Он представитель имперской торговой гильдии... и предложил оплатить нашу дорогу до столицы.
  - С чего это такая доброта?! - вытаращил глаза Конс, стараясь как можно правдоподобнее сыграть роль лоха, хотя очень подозревал, что экзамен в театральное провалил бы с треском.
  - Если мой господин не захочет нанять тебя музыкантом, - в голосе лекаря слышалась явная и очень непонятная досада, - то наймёт его гильдия.
  Костик постарался состроить обрадованное лицо, понимая, что именно такой реакции от него и ждут. Одновременно пытаясь не показать вспыхнувших сомнений: вот с какого интереса лекарь так стремится навязать своему господину Костика?! И какие такие у него особые таланты, чтобы предпочесть иномирянина местным артистам? Ведь не такая уж редкость тут музыканты, если даже в возке стражников вместе с разным барахлом валялся вполне приличный инструмент. И наверняка хозяин Авроноса имеет возможность нанять намного более талантливых балалаечников, чем Костик?! Он ведь отлично знает истинную оценку своих способностей, учительница в музыкалке особой тактичностью не страдала.
  - А вы уверены... что я справлюсь? - попытался прощупать почву парнишка, хотя уже сообразил - вовсе не из-за сиюминутного каприза, или банального сострадания его спутники пришли к такому решению.
  При взгляде на таскающих неподъёмные тяжести рабынь у Кости вообще начинает крепнуть убеждение, что с состраданием в этом мире такой же напряг, как и в его собственном.
  - Это лучший для тебя вариант быстро разбогатеть и стать независимым человеком... Не желаешь же ты всю жизнь ублажать трактирщиков?
  - Нет, не хочу. - Неопределённо хмыкнул Костик, предпочитая не уточнять, чего именно.
  - Тогда иди в нашу спальню, и подожди меня... Не заблудишься?
  - Нет. - Мотнул головой парень и усмехнулся, как можно заблудиться в двух десятках гаражей?
  В домике уже был порядок, ковёр почищен, подушки аккуратно разложены вдоль стен, а метёлка исчезла.
  Хадзони пока не было, и Майка одиноко сидела на полу в уголке, поджав под себя ноги и обняв колени руками. Рассмотрев её показательно-несчастную позу, Костик неожиданно развеселился. Правы были спутники, хитрая она и упрямая, но есть в таком поведении и что-то неуловимо привлекательное, хотя пока и трудно объяснить, что именно.
  - Поднимайся, - приказал землянин почти сурово, - и запомни, сидеть на полу я тебе не разрешаю. Грязно, сыро... ещё заболеешь, лечи тебя потом. Устройся вот тут с краю, я буду спать рядом.
  Последнее Костик прибавил неожиданно даже для себя самого, и не смог бы точно сказать, что именно подтолкнуло его к такому заявлению: смутные мысли, которые весь день не давали покоя, или желание доказать ей свои права. Смешное, если вдуматься, желание, по правилам местного мира он и так имел на неё все права, зато по законам собственного был полной скотиной.
  Майка молча устроилась на краю настила, подтянула поближе плетёнку.
  - Чего это ты там таскаешь? - Вбитые мамой сведения насчёт того, что в любой варёной еде, не убранной в холодильник, через несколько часов бурно размножаются бактерии, внезапно всплыли в памяти. - Сейчас принесут свежую еду, выброси всё это куда подальше.
  Майка удивлённо махнула ресницами, слезла с топчана, направилась к двери. И вдруг остановилась, повернулась к нему вполоборота, и едва слышно прошептала:
  - А отдать... можно?
  - Как захочешь, так и сделай. - В лицо Костику бросилась кровь - И на самом деле, он лох, как ни старается казаться крутым. Ведь есть же другие рабыни... - И вообще... сама думай, как лучше поступать.
  Девчонка слиняла бесшумно, словно растаяла, а Костик влез на облюбованное местечко, растянулся на ковре и задумчиво уставился в прикрытое сеточкой оконце. Как то слишком резко и странно перевернулась вверх тормашками вся его жизнь, и иногда просто нестерпимо хотелось зажмурить глаза и потрясти головой в безумной надежде, что весь этот отсталый мир исчезнет, как дурной сон.
  - Вот, переоденься. - Вошедший Хадзони протянул парню узелок. - И не спорь... так будет лучше.
  Все знают, как для него будет лучше, только сам он этого никак понять не может, хмуро хмыкнул Костик, разворачивая свёрток. В наличии оказались простые тёмные штаны и рубаха на шнуровке, примерно такого же качества, как у самого торговца, серая бандана, довольно распространённый, между прочим, головной убор в этом мире, и длинные трусы, немного похожие на семейники.
  Наверное, и правда, лучше переодеться, но любимые джинсы он никому не отдаст. Их ведь и ушить можно.
  Конс успел переодеться в местную одежду, повязать голову банданой и упаковать джинсы в мешок с дейнэ, когда вернулась Майка. Вскинула озадаченно ресницы, тут же, спохватившись, опустила взгляд и полезла на выбранное для неё хозяином место.
  - Э... - начал, было, торговец, заметил прищуренные в ожидании глаза Костика, поперхнулся, и сказал явно не то, что собирался, - ужинать пойдём в харчевню?
  - Нет, Авронос прикажет, чтоб принесли сюда - кротко ответил парнишка, решив, по мере возможности, изображать послушного мальчика.
  Хочет он, или нет, все равно с окончательными выводами придётся подождать до столицы, и не стоит портить себе несколько дней пути стычками с имеющими на него какие-то планы спутниками. Все равно ничем это ему не поможет... лучше попытаться расположить их к себе и постараться вытащить как можно больше информации. Как говорят, кто предупреждён...
  
   Глава 10 Стан
  
  - Сколько мне ещё сидеть?
  Раздражённый голосок Хо вспугнул стайку шустрых птичек, весело перепархивающих с кустика на кустик всего в трёх шагах от Стана.
  - Час, - безучастно сообщил парень, переворачивая большие песочный часы.
  - Издеваешься?! - девчонка мигом вскочила на ноги, и возмущённо уставилась на Костю. - Ты ещё два часа назад сказал, что сидеть нужно час!
  - Нет, - возразил он таким же ровным голосом, - я сказал совсем иное. Я сказал - ты должна сесть, постараться расслабиться и освободиться от всех посторонних мыслей и чувств, кроме ощущения единения с природой. Когда ты почувствуешь, как энергия мира свободно течёт сквозь тело, очищает разум и придаёт твоему духу уверенность в своей правоте и силе, наступит второй этап тренировки. И случится это не ранее, как через час.
  - Но я так и делала!
  - Нет! - Категорично качнулась покрытая ослепительно белой банданой голова иномирянина. - Сначала ты морщилась и ёрзала, пытаясь устроиться поудобнее, немного погодя принялась наблюдать за птичками, затем потихоньку достала из кармана какую-то сладость и сжевала, потом начала искать глазами кувшин с водой и облизываться...
  - А ты все время за мной подсматривал? - Подозрительно сморщила носик Хо. - Значит, ты тоже не освобождался от посторонних мыслей?!
  - Мне легче входить в отрешённое состояние, и я уже умею, не прерывая медитации, чувствовать всё происходящее за спиной. Но сказать, будто ты мне совсем не мешала, все-таки не могу.
  - Мне кажется, ты врёшь, - подумав, убеждённо заявила капризная девчонка, - не хочешь меня учить, вот и придумал дурацкую медитацию. Чему можно научиться, сидя на коврике со скрюченными ногами?
  - Терпению, выносливости, умению отвлекаться от внешних раздражителей и сосредотачивать свои мысли и силы на основной задаче... и ещё много чему.
  - Выносливости можно научиться, только бегая вокруг замка с мешком песка на плечах, так нам говорил мастер Чалтор. И мы бегали по три часа, а оказывается, нужно было просто сидеть на коврике? - насмешливо фыркнула Хо.
  Завершая сказанное незаметным, как казалось ей самой, манёвром по захвату вожделенного кувшина с водой.
  - Тренировка окончена.
  Стан с показным спокойствием поднялся со специально сплетённого корзинщиком подобия циновки, аккуратно его скрутил и, сунув под мышку, небрежной трусцой побежал к замку.
  Идею пробежаться он счёл вполне достойной воплощения в жизнь. Да и быстрее окажется подальше от этой невыносимой злюки. В глубине души Стан считал, что ему необычайно повезло в первый же день после перехода в этот мир повстречать коменданта приграничья господина Зорденса Гадруни. В его доме у парня не было никаких проблем ни с едой, ни с одеждой. Ни в общении с людьми.
  Кроме Хо. Девчонка так и не простила ему свой позорный проигрыш, и всячески старалась напакостить хоть в чем-нибудь. "И её папа ещё считает, будто кому-то может прийти в голову дурная идея совратить эту малолетнюю неврастеничку!" - сердито фыркнул Стан.
  - Я папе все расскажу! - яростно закричала вслед девчонка. - Он нанял тебя работать...
  Окончания её монолога Стан слушать не стал, просто прибавил скорость. С его длинными ногами и нынешним весом бегать одно удовольствие. Да и хорошее питание и постоянные тренировки постепенно делали свое дело, с каждым днём добавляя силы крепнущим мышцам.
  Можно будет довести количество утренних отжиманий до полусотни, подбегая к зданию, решил парень, но не больше. Не стоит резко увеличивать нагрузки на истощённый организм. Как предположил замковый лекарь, неправильным переносом.
  Едва Стан распахнул дверь своей комнаты, к нему устремились четыре пушистых комочка. За несколько дней котята подросли ненамного, зато у них почти полностью открылись и потеряли мутность глазки. И Костю они безошибочно узнавали среди любой толпы.
  Парень снял с полки мисочку с молоком и растянулся прямо на полу, кормить животных он старался как можно чаще, не обращая внимания на советы местного дрессировщика.
  - Приучишь жрать все время, они тебе минуты отдохнуть не дадут, - хмуро выговаривал Юфот, плечистый здоровяк, с изуродованными шрамами пальцами.
  - В природе они едят, когда хотят. Первые дни мать от малышей вообще не отходит, - вспомнил Костя соседскую кошку, заведшую потомство у них на погребице. - Значит, так им нужно для здоровья.
  Но дрессировщика ему в этом переубедить не удалось. Как и в том, что маленькие мангуры - вполне добродушные существа. Да парень не особенно и старался, ещё в дороге обнаружив, что котята и в самом деле далеко не всем позволяют себя безнаказанно гладить и тискать. Мгновенно пуская в ход далеко не безобидные когти и острейшие клычки.
  Стук в дверь раздался в тот самый момент, когда Стан, покормив котят и уложив их в корзину, снимал рубаху, чтобы приступить к разминке.
  Комнату ему выделили довольно просторную, даже удалось, сдвинув в уголок за кроватью сундук, выкроить достаточно место для занятий. Повторять первую и единственную попытку тренироваться на улице парень пока не решался, слишком много любопытных сбежалось тогда посмотреть на диковинное зрелище. Именно поэтому они с Хо занимались в дальнем углу господского сада, под бдительным присмотром старичка садовника.
  - Тебя господин зовёт. - Шустрый и румяный мальчишка-паж восторженно взирал на Стана голубыми глазками. - Он в башне.
  "Наябедничала-таки", - сердито сопел парень, запирая дверь, затем направился в сторону башни.
  Не забыв попутно поправить грозное объявление, запрещающее всем слугам входить в эту комнату, собственноручно повешенное на створке вдобавок к огромному замку. И неважно, что большая часть прислуги была неграмотна, намного сильнее, чем любопытство, у них было развито уважение к любым надписям. А тем более таким, под которыми злобно скалился череп, пронзённый впившимися крест-накрест молниями.
  В верхнее помещение башни, где комендант устроил кабинет для работы, вела винтовая лестница. Очень узкая и скрипучая, она не оставляла ни единому существу возможности незаметно подобраться к ведущему в кабинет проёму. Как Костя догадывался, именно это важное качество лестницы, загодя предупреждающей хозяина о каждом посетителе, Зорденс ценил столь высоко, что предпочитал надёжной двери сквозняки и зимние холода. И это невольно наводило Костю на смутные подозрения, подтверждением которых он считал метровую толщину стен и количество массивных шкафов, расставленных по периметру.
  - Пришёл? - Комендант торопливо спрятал в стоящую перед ним железную шкатулку какие-то бумаги. - Очень хорошо. У меня к тебе важный разговор.
  Стан насторожился, но отвечать не торопился. Пока никакого вопроса не задано, не стоит вылезать вперёд с объяснениями, на практике проверено, можно выляпать такие сведения, о каких собеседник до этого и не подозревал
  - Но сначала я хочу спросить, каков, по-твоему, нрав Хо? Только честно.
  - Неуравновешенный, вспыльчивый и злопамятный. ещё можно добавить нетерпеливость и неумение мыслить логически. - Жалеть ябеду Костя не собирался, тем более успел понять - лести и подхалимства комендант не переносил.
  - Ясно. - Нахмурился Зорденс. - А хоть какие-то положительные качества ты нашёл?
  - Если стремление одерживать верх любой ценой и негласное соревнование с братом в этом мире считаются за положительные, то да.
  - Спасибо. - Неожиданно грустно улыбнулся комендант. - Надеюсь, теперь тебе понятно, почему ей нельзя предоставить столько свободы, сколько она хотела бы?!
  - Вполне может натворить глупостей. - По-взрослому усмехнулся Стан, и внезапно поймал себя на мысли, что, и в самом деле, чувствует себя в этом мире старше и уверенней, чем в родном.
  Но задумываться об этом не стал, огорошенный следующей фразой хозяина.
  - Именно поэтому я решил приставить тебя к ней... на время путешествия.
  - Какого ещё путешествия? - Мгновенно забыв и о солидности и о своём намерении не задавать вопросов, вытаращился Костя.
  - Я объясню, - казалось, слова давались коменданту с трудом. - У нас назревает война. Ты понимаешь, что это такое?
  - Ещё как, - хмуро подтвердил сразу насторожившийся пришелец. - А с кем?
  -С Империей. Извини, - заметив, что эти слова не произвели на иномирянина должного впечатления, поправился хозяин, - ты же не знаешь, что империя в нашем мире одна. Великая Гаэданская. Занимает весь материк Хамшир, расположенный к нам ближе всех остальных. Ещё триста лет назад королевство Гаэдан одно за другим захватило все остальные, расположенные на материке, и объявило себя империей.
  - А теперь они хотят захватить и соседние?! - Понимающе хмыкнул Стан, как знакомо!
  Идеи мирового господства не дают спать очередному Наполеону.
  - Тут сложный вопрос... на объяснения у меня нет времени. Я получил достоверные сведения, что перемирие не продлится слишком долго. И решил отправить Хо к родственникам, там она будет в безопасности. Ты должен её сопровождать.
  Комендант смолк и изучающе уставился на парня, ожидая ответа.
   Стан должен был бы сейчас благодарить коменданта за доверие, однако, прежде чем ответить, хотел хоть немного понять, в чем подвох. А в том, что он есть, сомневаться не приходилось.
  - У вас нет надёжных и проверенных воинов?
  Зорденс незаметно выдохнул - первую проверку парень прошёл.
  - Есть. Но их хорошо знают... те, кто может захотеть помешать.
  - А вас не пугает, что я ни разу никого не сопровождал, и не знаю правил и законов вашего мира,?
  - А тебя пугает?
  - Ну, я же не психопат, чтоб никого не бояться... тем более в чужом мире. Поэтому хотелось бы для начала узнать более подробный план.
  - Все знают, что у меня появились маленькие мангуры, - начал комендант, и Стан невольно закусил губу, было очень неприятно сознавать, что на самом деле котята принадлежат вовсе не ему.
  - Поскольку это очень ценный товар, никто не удивится, если я отправлю их на летнюю ярмарку в Хедул, там можно продать зверей с наибольшей выгодой. Отправлять буду обозом, у меня есть и другие товары. Ты поедешь как дрессировщик тех малышей, которые живут с тобой, за других отвечает Юфот.
  - Мы поедем без охраны?
  - Звери Юфота сами по себе отличная охрана, но пару надёжных людей я дам... они присоединятся в деревушке под видом наёмников. Один из них и будет у вас главным. Но за Хо отвечаешь ты.
  Говорит так, словно уже получил согласие, отметил парень. Да и то сказать, на самом деле, выбора у него нет. Отправить котят с Юфотом он и сам никогда не захочет. Оставалось задать последний вопрос.
  - А Хо не узнают?
  - Придётся одеть её как селянку, подписавшую договор с храмом Астандиса. - Помрачнел комендант. - За нападение на своих будущих жриц служители наказывают очень строго.
  - И далеко этот Хедул? - Расспрашивать, как служители неведомого божества ловят бандитов, Костя считал бессмысленным.
  - На Хамшире... восточный округ. И последнее... никто не будет знать о твоём задании охранять Хо. Даже она. Только ты сам... а на самый крайний случай я дам тебе записку. Хорошенько продумай, какие вещи нужны будут в дороге тебе и твоим зверям. Может быть оружие, запасная одежда... в рамках разумного, конечно, Хас все выдаст. Насчёт денег указание он получил. Иди. К вечеру все должно быть готово.
  
  Спускаясь по лестнице, Стан расслышал скрип нижних ступенек и заторопился, не так просто разминуться на узкой лестнице. Почти добежав донизу, парень обнаружил замершую у стены Хо, видимо, тоже услыхавшую скрип ступеней и ожидавшую, пока освободится проход. Взглянул на худенькую настороженную фигурку и невольно посочувствовал девчонке. Знал уже, что Хо выросла без матери. А вот теперь в один день останется и без отца с братом. Вряд ли комендант решил бы расстаться с дочерью, если не предполагал самого плохого развития событий.
  - Наябедничал уже?! - По-своему поняла юная госпожа хмурый взгляд учителя. - У, зануда! Ненавижу!
  И больно толкнула Костю острым локотком в ребро, пробираясь мимо.
  Вот стервочка! А он, лопух, расчувствовался, пожалел её!
  
   Когда совсем стемнело, за Костей явился один из старых слуг. Парень забросил за плечо завязанный как рюкзак мешок с вещами, подхватил клетку с котятами, поневоле пришлось пойти на крайнюю меру. Ему в дороге спать нужно, а любопытные котята в это время могут уползти, куда не надо.
  Слуга вёл парня по заснувшему дому, электричества в этом мире не было, а масляные светильники полагались только господам и стражнику у парадной двери. Однако Костю вели вовсе не в ту сторону.
  Выбравшись через чёрный вход, слуга уверенно прошёл через сад освещённой лишь звёздным небом тропкой и молча указал на лестницу, ведущую на стену. Все понятно, начиная подъем по ещё хранившим дневное тепло камням, хмыкнул парень, первый этап путешествия предстоит совершить на хотомаре.
  Впечатления от первого перелёта на этом необычном приспособлении у него остались странные и противоречивые. Но не сказать, чтобы очень неприятные. Хотя, увидев хотомар в первый раз, Стан не нашёл ничего привлекательного в стоящей на верхней площадке башни плетёной, как корзинка, кибитке. С крыши кибитки, по размеру напоминающей клетку для крупных зверей, свисали какие-то подозрительные зеленоватые лохматы, вместо колёс виднелось нечто смутно похожее на полозья.
  Костя, если честно, тогда вообще не поверил, что эта конструкция сможет полететь. Поглядывал настороженно на закрытые ворота странного сарая, построенного на краю крыши, и пытался угадать, что именно там прячут аборигены, если дверь шириной с ворота гаража? Или... кого?
  И открыл рот от изумления, рассмотрев, как из этого поднебесного гаража один из воинов выводит обезьяну с волочащимися за спиной перепончатыми крыльями и птичьим лапами. Как выяснилось, это создание с почти человечьим взглядом печальных глаз и с крыльями, достигавшими в размахе не менее семи метров, называлось тут дрифоном, и работало попеременно мотором и рулём хотомара.
  
  Когда Стан взобрался на широкую площадку, венчающую мощную стену, комендант с сыном уже обрызгали разогревающим составом густо облепившие пассажирскую кабинку пузырники, и торопливо выводили из клети сонного дрифона.
  - Садись. - Кивнул Косте на кибитку комендант и незаметно сунул в руку маленький мешочек. - Надеюсь...
  Зорденс резко отвернулся, махнул рукой и поспешил залезть на место водителя. Назвать пилотом человека, держащего в руках лишь тонкий поводок, у парня отказывалось возмущённое сознание.
  В задней части кибитки уже стояла клетка с парой взрослых мангуров, лежали мешки и корзины, и прямо на полу, на тощей подушке, сидел угрюмый Юфот. В передней части сжалась в комок девчонка в деревенском платке и длинном тёмном одеянии, большего при свете прикрученного до минимума светильника Косте рассмотреть не удалось. Парень поставил клетку с малышами на середину и сел рядом с Хо, никем иным эта пассажирка быть не могла.
  - Удачи, - равнодушно буркнул её брат и закрыл дверцу снаружи.
  Костя почувствовал, как дёрнулись плечи девчонки, и только теперь сообразил, что комендант не сказал правды даже сыну.
  Шелест расправляющихся пузырников становился все сильнее, кибитка дернулась раз, другой - и плавно качнулась, явно уже оторвавшись от площадки.
  Стан оглянулся на маленькое оконце в передней части кабинки, сквозь которое видна была лишь спина коменданта, и разочарованно вздохнул, главный недостаток хотомара - абсолютное неведение пассажиров насчёт происходящего снаружи. Раздувшиеся пузырники плотно закрывали не только крошечные оконца, но и многочисленные щели, и даже свежий воздух попадал в кибитку лишь снизу.
  Впереди комендант что-то тихо скомандовал дрифону, и возникло ощущение движения.
   Из прирождённой любознательности Стан ещё во время первого полёта пытался выяснить все интересующие его подробности, но узнал немного. Аборигены Имрая - того из южных континентов, который располагался на месте Австралии, ловили в своих горах детёнышей дрифонов и за очень большие деньги продавали уже взрослыми и обученными.
  Задачей крылатых обезьян было находить подходящие воздушные потоки и вовремя поворачивать хотомар в нужном направлении. Следить за тем, чтобы путники и багаж прибыли туда, куда им нужно, оставалось обязанностью рулевого.
  В свободное время, когда дрифон не тянул хотомар, переводя его в подходящий поток, ему было разрешено отдыхать, сидя прямо на пузырниках.
  
  Летели они долго, почти до рассвета. Прикрывшись стареньким одеялом, больше похожим на тряпку, давно заснула Хо, долго тихонько плакавшая перед сном, мерно похрапывал Юфот.
  Дождавшись, пока штатный дрессировщик уснёт, Стан открыл клетку и выпустил малышей. Первым делом осмотрел и смазал зельем, выданным замковым лекарем заживающую царапину у самого маленького, потом накормил котят получше, попутно стараясь приучить к мисочке. Неизвестно, будет ли в дороге достаточно времени, чтобы кормить с пальца. После этого не удержался и позволил им немного поиграть в любимые игры - ловить его ускользающий палец и прятаться под рубахой.
  Ощущение внимательного чужого взгляда возникло ниоткуда, Костя даже дёрнулся и пристальнее вгляделся в лицо Юфота. Нет, дрессировщик крепко спал, приоткрыв во сне рот и вращая глазами под закрытыми веками. Кошмар снится, говорил в таких случаях дед, живший с бабкой в станице, в трёх часах езды от города.
  Спала и Хо, отвернувшись носом в уголок. Стан совсем было поверил, что чужой взгляд ему просто померещился, но тут разыгравшийся котёнок чуть сильнее обычного царапнул его руку. Парень сначала даже боли не почувствовал, но царапинка мгновенно набухла алыми капельками. А мангуренок, словно осознав свою вину, сжался, припал к полу и даже глазки прикрыл.
  Острая жалость кольнула сердце, неужели котёнок решил, что его будут наказывать?
  - Эй, малыш! - с ласковой укоризной шепнул Стан, прижимая кроху к груди. - Ну чего ты так сжался? Меня испугался? Да с чего ты взял, будто я могу тебя обидеть? Иди, сюда, маленький, не бойся. Я же понимаю, ты не нарочно, просто коготки такие острые. Нужно будет найти вам какую-нибудь деревяшку, чтоб точили.
  Котенок, осмелев, приоткрыл глазки, прильнул совсем как домашний, потом лизнул подсыхающую царапинку.
  - А вот это ты зря, - вздохнул Стан, - не нужно привыкать к крови. Я потом ранку зельем смажу.
  Он поиграл с малышами ещё немного, а когда заметил, что они пытаются пристроиться рядом с ним спать, с сожалением отправил в клетку.
  - Там тепло и мягко, - по привычке объяснял он питомцам, стараясь говорить шёпотом, - и я за вас спокоен. А то еще напугаете кого-нибудь... потом придётся извиняться... ну их.
  Ощущение чужого пристального взгляда снова полоснуло по коже, словно холодной сталью. Костя резко поднял глаза и столкнулся с немигающим, изучающим взглядом, устремлённым на него из большой клетки.
  Миндалевидные золотистые глаза с поперечными, непроницаемо-черными зрачками смотрели так странно, одновременно печально и задумчиво, что Костя не выдержал.
  - Не рви душу, - прошептал виновато, - помочь тебе я ничем не могу.
  Золотистые глаза посмотрели ещё с полминуты, мигнули и исчезли, а Костя, стряхнув непонятное напряжение, решил смазать царапину. Полез в мешок за выданной лекарем керамической бутылочкой и замер, рассмотрев собственные руки. Ранка исчезла. Он сначала не поверил глазам, закатал рукава повыше, осмотрел руки так тщательно, как никогда не разглядывал, и понял, что чудеса иногда случаются.
  
  Причаливший к крыше какого-то сарая хотомар попал прямо в руки молчаливых и суровых на вид людей, сноровисто выгрузивших багаж через дыру от снятой задней стенки. Пока Костя, крепко прижимая к груди клетку, осторожно слезал по небрежно связанной из жердей лесенке, комендант, даже не оглянувшись на дочь, направил свой летательный аппарат в обратный путь. Парень проводил взглядом хотомар, похожий издали на огромную связку детских шариков одинакового салатного цвета, и подавил тяжёлый вздох. Закончился ещё один период его жизни, и даже отсюда, из ещё недалёкого будущего, он кажется заманчиво мирным и спокойным.
  - Вон отхожее место, там и бочка для умывания. - Кивнул в сторону неприглядного сарайчика один из грузчиков, протягивая руку к клетке. - Сбегайте, да садитесь в повозку, перекусим в дороге.
  - Нет, - вцепился в клетку Стан, - я с ними пойду.
  - А вдруг сбежишь? А нам расплачиваться? - наёмник смотрел холодным, изучающим взглядом.
  - В какую сторону бежать? - обозлился Стан, сообразив, что его проверяют. - Подскажи!
  Наёмник медленно и словно нехотя убрал руку, но не отвернулся, а так и следил немигающим взглядом за топающим к сараюшке Станом.
  Как Костя ни злился на пытающихся показать свою власть наёмников, вредничать и тянуть время все же не стал. Отлично понимал - спешат мужики не напрасно. А вернувшись и обнаружив клетки и багаж уже загруженными в плетёную, как и половина вещей на этой планете повозку, установленную на спину восьминогого хутама, похвалил себя за сообразительность и поспешил забраться внутрь.
  Место ему оставили в самом конце, рядом с клетками мангуров, сам Юфот сел ближе к вознице. Однако Стан и тут спорить не стал. Давно убедился, рядом с животными иногда комфортнее, чем с некоторыми людьми, у них не возникает в головах разных подлых замыслов. Да и предмет охраны ему отсюда ещё лучше видно, девчонку устроили неподалёку, возле кучи мешков.
  - Ты почему не сказал, что дрессировщик? - Наёмник, споривший с Костей, поднял глаза от записки, которую, видимо, получил от коменданта и решил прочесть только теперь.
  - А на кого я ещё похож? - вопросом ответил парень.
  - На писаря... - Почему-то усмехнулся тот. - Меня зовите Таш. Его - Памо.
  Возница оглянулся и оскалил зубы, изображая приветливую улыбку.
  - Как тебя зовут, я знаю, - взглянув на дрессировщика, сообщил Таш, - этот - Стан, а вот кто у нас дева?
  - Я её не знаю, - совершенно искренне пожал плечами Костя, увиденного мельком при высадке конопатого личика с рыжими ресницами вполне хватило для того, чтобы посеять в его душе сомнение в рассказах коменданта.
  А может, хитроумному господину Зорденсу только это и нужно было - направить по ложному следу своих тайных врагов?
  Каким-нибудь образом слил им инфу и теперь радуется своей предприимчивости?! А Хо прячет в одной из крепостей? И тогда для Кости с одной стороны проще, никаких тайных заданий выполнять не нужно, а с другой стороны - сложнее. Потому как сразу возникает закономерный вопрос, куда идти после Хедульского рынка? По плану коменданта возвращаться на Занию он не должен.
  - Я её тоже первый раз вижу, - важно сообщил Юфот, - но вечером на кухне слышал, будто привезли девчонку с тракта, со знаком храма.
  - Я Лива, - едва слышно прошептала конопатая, прогнав по спине Стана холодный сквознячок и заставляя склониться ниже к клетке.
  Не узнать этот голосок он просто не мог, хотя она и старательно хрипела. Вот только музыкальный слух, черти бы его побрали, обмануть невозможно.
  - Есть хотите? Пока горячее... - Не дожидаясь ответа, Таш расстелил на сундучке кусок полотна и начал раскладывать еду по мискам.
  Горячее оказалось огромными кусками жареной рыбы, к которым полагались лишь пресные лепёшки, но Костя по этому поводу совершенно не переживал. Рыбу он любил, и мог есть хоть три раза в день.
   На запах рыбы зашевелились котята, вызвав у Кости понимающую усмешку - кошки, они и в другом мире кошки! Некоторых особенностей строения животных, по которым их можно было отнести и к роду собачьих, свежеиспечённый дрессировщик предпочитал не замечать. Оно ему надо, заморачиваться всякими мелочами?
  Подвинул ближе клетку, Стан мелкими кусочками поломал и даже помял самую нежную рыбную мякоть, старательно проверяя на наличие косточек, и достал из клетки первого малыша.
  Таш, исподтишка наблюдающий за парнем, тихо охнул и едва не подавился куском.
  -Ты что такое творишь, паршивец! - взвыл наёмник, и ошеломлённо смолк, узрев, как остальные малыши проворно выбираются из клетки и лезут на колени этого долговязого задохлика.
  - Малышей к рыбе приучаю, - серьёзно сообщил ему Костя, - в ней много фосфора.
  - Чего в ней много? - Кажется, командир решил, что комендант подсунул ему юродивого.
  Их, как всем известно, звери тоже не трогают.
  - Неважно, - вздохнул Стан, ясно, что химия тут на уровне отваров и настоек, - главное - котятам полезно.
  - Да какие же это тебе котята! - Таш незаметно передвинул ближе ножны и положил руку на рукоять меча, - это же мангуры!
  - Вот и я говорю! - Веско хмыкнул Юфот. - Дикие звери! А он спит с ними в одной комнате!
  - Врёшь! - ещё спорил командир, но уже понимал, дрессировщик говорит чистую правду и вместе с вот этим долговязым безумцем лично он получил очень большую проблему.
  - Ну, сплю. - Спокойно пожал плечами Стан. - И что? Они ещё дети! Новорожденные почти! Как можно было бросить их в сарае в железной клетке?! Да я прибью каждого, кто на такое решится!
  -Ты словами-то не бросайся. - Бдительно наблюдая за передвижениями пушистых комочков, Таш даже про еду забыл. - Убивец нашёлся!
  Да и какая там еда, если он сам видел человека, едва оставшегося в живых, после того как ему располосовал лицо и грудь вот такой "котенок"?!
  - Не врёт он. - Мрачно сморщился Юфот, как бы ни хотелось ему промолчать, но если что-нибудь случится, и хозяин узнает, что он не предупредил... добра не жди. - И правда, убьёт. Одного уже убил... мне хотомарщик рассказал, он сам видел. Бандиты котят украсть хотели, кирьян-травой полили. А он их догнал... всем троим досталось... один не встал.
  - Не убивал я его, - мрачно поправил Стан. Вот что за народ? Прямо на глазах дело шьют! - Он сам со стены неудачно свалился. Но если бы знал, зачем им котята - непременно бы убил.
  Посмотрел на побелевшие косточки кулака наёмника, стискивающего рукоятку меча, и вздохнул - ну и нервный тут народ!
  - Меч-то убери. Я тебе гарантирую, что котята никого не тронут. Первые.
  Таш сглотнул и нехотя снял пальцы с рукояти. Но вовсе не странное слово - "гарантирую" его убедило, а маленький мангуренок, игриво нырнувший за пазуху ненормальному дрессировщику и выбравшийся из широкого рукава. Причём парень этого как будто даже и не заметил.
  
  Глава 11 Стан
  
  После завтрака, наигравшись и осоловев, котята по одному добровольно потянулись в клетку. Костя с умилением следил, как они деловито устраивались в один тесный клубок на свежесмененной постилке. Сухим мхом парень предусмотрительно туго набил пару мешочков, отлично понимая, что в дороге может и не оказаться возможности его купить.
   Старый Хас, личный слуга коменданта вообще долго разглядывал Стана, услышав перечень предметов, которые тот собирался взять с собой. Один комплект запасной одежды, самого простого вида, но желательно попрочней, моток самой крепкой и тонкой верёвки, большой нож, в случае необходимости вполне достойный звания кинжала. Кроме того пара иголок и моток ниток, кружка, ложка, немного соли, тонкое одеяло и кусок редкой ткани, похожей на марлю, из какой тут шили балдахины от насекомых к кроватям простых служанок. И напоследок, кресало, связку сухих смолистых щепок, крепкий мешок и пару пузырников. Благо в доме коменданта застаревшими, негибкими от продолжительного использования и потому непригодными для хотомара пузырниками слуги пользовались с большой изобретательностью. Поливая, вместо дорогостоящего зелья, горячей водой.
  Зелья для разогрева пузырников и от всевозможных несчастий, типа несварения желудка и ожогов, имеющих подлое обыкновение нападать на путешественников, Стан выпросил у лекаря и рассовал между мхом.
  - А вот из этого тебе ничего не нужно? - поинтересовался Хас и оглянулся на внушительный ворох забракованного дрессировщиком добра, приготовленного для него заранее.
  Потом с сомнением перевёл взгляд на довольно скромную кучку выбранных Станом вещей. Нет, с той, какую он сам намеревался выдать парню, эта кучка не шла ни в какое сравнение. Старик даже заподозрить не мог, что нищий парнишка откажется не только от нарядных костюмов и модных сапог, но и от хорошего меча, в украшенных камнями ножнах.
  Продолжая укладывать свое немудрёное имущество в мешок, в нижних углах которого завязал по крупному сушёному фрукту, Костя скосил глаза на собранное слугой и честно ответил:
  - Всё нужно. Только я не верблюд, таскать такие тяжести.
  - Так тебя вроде повезут? - Засомневался старик, старательно делая вид, что он не в курсе планов своего господина.
  Хотя, может, и действительно ничего не знает, мелькнуло в голове парня, тогда тем более не стоит ничего объяснять.
  - Ну, тогда пускай те, кто повезут, сами и таскают эту кучу, - кисло сморщился Стан и забросил за плечи импровизированный рюкзак, - а у меня сил пока маловато.
  
  Бдительно проследив, как сумасбродный парнишка напоследок ласково погладил питомцев и запер клетку, Таш облегчённо выдохнул и принялся за остывшую рыбу. Давая себе обещание с этого момента глаз не спускать с ненормального дрессировщика.
  Костя, даже и не подозревающий об этих предосторожностях, тем временем, решив подремать, придвинул к клетке с малышами свой мешок и прилёг так, чтобы видеть Хо. Данное коменданту обещание он намерен был выполнить непременно, хотя и начинал подозревать, что это будет не так уж и сложно. Девчонку словно подменили, так мало теперь она походила на себя прежнюю поведением и внешностью.
  Теперь Хо не вступала ни в какие разговоры, глаз почти не поднимала и вообще вела себя как самая забитая золушка. Да и одета была соответственно. Вместо дорогого мужского костюма на ней было дешёвое, серенькое платье-балахон, достававшее почти до щиколоток, с вырезом под горло и длинными рукавами. Голова по-монашески повязана платком в мелкий цветочек.
  Как нельзя лучше к этой старушечьей одежде подходила новая внешность девчонки, высветленные каким-то умельцем бровки и реснички и конопатый носик. От прежней, капризной и своенравной Хо, досаждавшей Стана придирками и подколками не осталось и воспоминания. Словно вместе с великоватым, но дорогим и элегантным мужским костюмом с неё содрали и привычки, и характер, и саму сущность.
  Костя сердито хмыкнул, поймав себя на том, что слишком огорчён перевоплощением дерзкой чернобровой злюки в это бесцветное создание, и закрыл глаза. И тут же вновь ощутил на себе настораживающий интерес чужого взгляда.
  Никаких сомнений в том, кто сверлит его спину немигающими глазами, на этот раз парень не испытывал, точно знал - за мешками и корзинами, кроме сидящих в клетке мангуров, никого нет. Ну, вот зачем они так смотрят, шевельнулось в душе невольное раздражение, не может он ничего для них сделать. Они же взрослые, хищные и по-настоящему опасные звери. Видел Костя, как Юфот их кормит, издали подсовывая куски мяса пикой на длинной ручке. Да и решётка клеток не зря двойная, чтобы никого ненароком не достал острый как бритва длинный коготь.
  Сон потихоньку утягивал в тёплую тьму, заставляя забыть и про чужой мир, и про хищников, и даже про Хо, сидевшую напротив, подтянув к подбородку колени и уныло опустив плечи.
  В какой-то неосознанный момент все мысли и заботы Костика внезапно растаяли, а взамен появилось чувство спокойной уверенности и свободы. Он шёл по дремучему лесу, ловко скользя между деревьями и перепрыгивая через лежащие стволы. Его звало куда-то вдаль незнакомое, но неудержимое и властное чувство, заставляя жмурится и передёргивать налитым силой телом. И чем дальше он продвигался, тем сильнее становился запах.
  Чуть пряный и сладковатый, одуряюще вкусный, сводящий с ума и заставляющий кровь бурлить от предвкушения. Иногда запах исчезал ненадолго, спугнутый лёгким ветерком или заглушенный другим, более свежим, но он не паниковал и не колебался, так же уверено продолжая идти в выбранном направлении.
  И когда запах внезапно оказался прямо над головой - не опешил и не засомневался, чуть скосил глаза, тихонько фыркнул в усы и неторопливо зашагал дальше. Лишь в сердце сильнее заколотился неутомимый родничок. От понимания, что это просто метка, проверка и подсказка для него, игривая и откровенная одновременно.
  Она лежала на пригорке, вытянувшись во всю длину своего гибкого, изящного и сильного тела, прикрыв глаза и подставив пробивающимся сквозь ветви лучам солнца незащищённый живот. И даже не шевельнулась, пока он так же медленно шёл к ней через полянку.
  Словно не слышала и не чувствовала его приближения и словно не его ждала на этом пригорке, где они познакомились несколько ночей назад. И только самый кончик хвоста чуть заметно подрагивал, выдавая её нетерпение и заинтересованность.
  Он довольно хлестнул себя по бокам гибким хвостом, шагнул ближе и осторожно положил перед ней тяжёлого жирного тушкана, пойманного специально для этого ритуала.
  Некоторое время она не шевелилась, делая вид, будто ничего не заметила, потом ноздри чуткого носа дрогнули, приоткрываясь навстречу вкусному запаху. Из пасти вынырнул кончик влажного розового язычка, скользнул по носу и пропал, зато лениво приоткрылись обрамлённые длинными ресницами золотистые глаза и удивлённо-наивно уставились на горку рыжеватого меха, лежащую перед ней. Поизучав тушкана ровно столько, чтобы не уронить собственного достоинства и не обидеть принёсшего дар пятнистого красавца, сидевшего с самым невозмутимым видом, изредка хлеща себя по бокам упругим хвостом, она вальяжно, словно нехотя, протянула к добыче лапу и полоснула по ней острейшими когтями.
  Он даже замер на миг от накатившего счастья - его дар принят! Она предлагает ему разделить добычу поровну, и после этой, первой совместной трапезы больше не будет ни его, ни её.
  Будет новая семья, и отныне верность, преданность и обоюдная забота - их спутники на всю жизнь.
  Стан проснулся так же резко, как заснул, ещё во власти сумасшедшего счастья, и уже понимая, что это были не его, а чьи-то чужие, но такие яркие и заманчивые воспоминания. Провёл рукой по лицу, желая поскорее стереть проступившее разочарование, пока не заметил никто из спутников и обернулся. Золотистые глаза смотрели на него с острой, рвущей душу тоской.
  
  После полудня хутам притопал в какую-то деревню и Таш объявил, что здесь они пересядут в другую повозку. Как Стан успел понять, хотя вес хутамов и сильно облегчён двумя рядами вживлённых по бокам пузырников, для путешествий на дальние расстояния они не годятся. От силы - дневной переход.
  Сейчас привёзшего их бегемота поставят к кормушке и забудут на сутки. А их повезёт дальше отдохнувшее животное. Самое большое неудобство при таком способе - постоянная перегрузка товаров и багажа. Кибитки у каждого хутамщика свои.
  Интересоваться, где хозяин конкретно этого хутама, Стан и не подумал, и без того постепенно начал осознавать что Зорденс готовил эту поездку не один день, и лично он просто пришёлся кстати со своими котятами. Тем более у Кости были заботы поважнее, чем судьба бегемота - скисли остатки молока, а котята хотели есть.
  Пока парень выяснял, где можно купить молоко, наёмники вместе с одним из аборигенов разгрузили повозку и сложили багаж возле заднего крыльца. Потом Таш, велев Стану караулить вещи и девчонку, отправился закупать продукты и договариваться с хутамщиками.
  А Памо пошёл помогать дрессировщику.
  Клетки с мангурами поставили в дальнем конце двора, и Юфоту предстояла сложная и хитроумная процедура выгула животных. Чистоплотные кошки наотрез отказывались справлять естественную нужду в клетках, и дрессировщики изобрели сложную и довольно жестокую схему выгула, ради которой зверей и возили парами. Пока одного из пары выпускали в небольшой загончик, Юфот, спрятавшись для безопасности за прочной решёткой, стоял над клеткой со вторым, держа в руках откупоренную фляжку, наполненную ядовитым для мангуров зельем.
  И звери, получившие не один наглядный пример того, что будет с напарником, если они осмелятся нарушить правила, вели себя очень послушно. После прогулки добровольно втискивались в тесную дорожную клетку и позволяли помощнику себя запереть.
  От нечего делать Стан наблюдал за этой процедурой, и невольно вспоминал сумрачный лес, шелестящие над головой верхушки деревьев, гибкое грациозное тело подружки мангура, легко перелетающей с ветки на ветку.
  Понимание пришло неожиданно, острое и беспощадное как удар молнии, едва он увидел, как выбралась из клетки самка. Костя потрясённо следил, как она вяло бредёт по загону, отыскивая местечко посуше, и чувствовал такое отчаяние, словно это не мангура, а его самого разлучили с любимой.
  Потому что никак не могла эта тёмная, почти шоколадная мангура с поперечными полосами на лапах, быть той, рыжевато-пятнистой красавицей, которой отдал свою душу смотревший на Костю зверь. И значит с каждым шагом хутама на запад, к проливу, мангур все дальше удалялся от восточных лесов, где осталась его любовь. Или она тоже в плену? И вынуждена каждый день смотреть на чужого избранника?
  Так вот почему они не размножаются в неволе! И почему так дороги на рынках маленькие котята! Стан невольно оглянулся на клетку с котятами, и в ужасе замер, пытаясь вспомнить цвет шкуры, на которой впервые увидел малышей. Неужели там, в крепости, была она?
  Очень трудно, почти невозможно, сравнить увиденный во сне яркий, лоснящийся блеск живого меха с куском окровавленной шкуры, которую он даже вспоминать не может без содрогания, и все же... вроде пятна на ней были более темными и размытыми... слава богам, если это так.
  Думать, будто бандиты убили именно ту красавицу, которой Стан любовался в своём странном гипнотическом сне, было невыносимо больно.
  И сверлом ввинчивалась в мозги ужасающая мысль: это что же получается, раз мангуры способны терпеть любые издевательства не только из-за своей, но и ради совершенно незнакомой самки, следовательно, им доступны проявления сострадания, благородства и возможно... разума?!
  Костя даже рот приоткрыл, оглушённый неожиданностью собственных выводов, сразу вспомнились и неотступное внимание зверя к его играм с котятами и старания пробиться именно в его сон... Совсем по новому увиделся вдруг эпизод с царапиной, и неожиданный испуг котёнка. Так вот в чем дело! Малыши очень хорошо контролируют себя, и до этого ни разу, даже будучи ещё полуслепыми, ни один не позволил себе выпустить когти! Значит, котенок и в тот раз не заигрался, а получил приказ от кого-то более сильного, кого ослушаться просто не мог!
  Стан перевёл взгляд на загнанного в клетку самца, с неотступной тоской следящего за ним, за мангурой, которую ждала клетка, и ясно осознал, посылая сон-воспоминание, звери поставили его перед выбором.
  Невероятно трудным, почти невозможным. Предать интересы человека, который поверил ему, вытащил почти из тюрьмы, привез в свой дом и окружил вниманием и доверием, или помочь этим зверям, названным аборигенами ужасом ночи? Чудовищам, после нападений которых от человечьих тел остаются лишь рваные лоскутки?
  Или просто сделать вид, будто ничего не понял и отвернуться, а потом все несколько дней, пока они будут добираться до побережья и переправляться через пролив на Хамшир, ловить спиной тоскливый, ненавидящий взгляд зверя?! И точно знать - злоба и ненависть мангура растут с каждым километром, на который увеличивается расстояние между ним и любимой. А в одно прекрасное утро или вечер вдруг обнаружить, что у мангура от отчаяния и безвыходности сорвало крышу, и он решил принести чужую самку или самого себя в жертву ради свободы? В том, что кроме одного из мангуров погибнут все, кто будет находиться поблизости в этот момент, Костя уверился разом и бесповоротно.
  Теперь все несовпадения и странности многочисленных баек про нападения зверей стали ему понятны, как доказанная учителем теорема.
  Ясное осознание того, что именно ему, Косте, мангур предоставил последний шанс на спасение его самого, Хо и спутников, пробрало до дрожи, даже кончики пальцев затряслись. И ведь никому нельзя ничего сказать, они и так считают его блаженным, и присматривают, как за маленьким, а после такого объявления и вовсе глаз не спустят. Будут следить как за пациентом в дурдоме.
  Значит, если Стан решит что-то сделать, нужно представить дело так, словно он ни при чем. Если заранее не позаботиться о надёжном плане и собственном алиби, ему потом всю жизнь не рассчитаться за зверей.
  Черт, что такое с ним творится?! Ведь он рассуждает так, словно уже сделал выбор... и даже не сомневается в том, как поступят звери, если ему удастся их освободить! Просто уйдут и никого не тронут! А вдруг этот гипноз именно на то и направлен, чтобы заморочить, обмануть, заставить открыть дверцу и стать первой жертвой?!
  В глазах Кости внезапно потемнело, словно с ним случился солнечный удар, и перед перед внутренним взором мягко засияло странное, бледно-фиолетовое небо с быстро несущимися рваными багровыми облаками. Сидящий на камне беловолосый старик смотрел парню прямо в глаза и что-то жёстко и устало объяснял на звонком, мелодичном языке. Часть слов была смутно понятна, но смысл большинства фраз терялся, путался в непривычной тональности звуков.
  И все же основное Костя понял - убивать людей категорически запрещено... и нападать тоже. Лишь в том случае, если они сами нападут или причинят непоправимый ущерб телу.
  Он ещё пытался рассмотреть, дослушать, понять, где оказался, а окружающий мир уже обрушился на него вопросом Таша:
  - Эй, заснул, что ли?
  - Немного задремал... - Нарочито потянулся Костя. - А зачем ты разбудил? Обедать будем?
  - Позже. Хутамщик скоро придёт, вещи погрузим, тогда и пойдём похлебаем жидкого. Вот, держи твоё молоко, я пока к пекарю схожу, мешок сухарей возьму. Вечерней остановки не будет.
  Вот в чем дело, вспыхнуло в мозгу Кости ясное понимание, значит, мангур как-то понял это заранее... так и неудивительно, если предположить, что он может читать мысли людей.
  Но в таком случае, действовать нужно немедленно. Вот только кто бы ещё подсказал, как именно?
  В голове снова потемнело, теперь на короткий миг, и парень ясно припомнил свою ярость, желание, чтобы бандит упал со ступенек. Это он на что намекает?
  Будто он, Костя, одной лишь силой своего желания?!
  Бред.
  Полнейший.
  И он готов это доказать прямо сейчас!
  Парень небрежно оглянулся на клетки и обнаружил, что Юфот с Памо уже заперли зверей и, о чем-то мирно переговариваясь, неспешно топают к ним с Хо.
  Вот и отлично, ничто не повлияет на чистоту эксперимента, рассерженно хмыкнул парень. Прикрыл глаза и сосредоточился, представляя, как тяжёлый штырь засова ползёт вверх, выскальзывает из гнезда...
  Резкий лязг и грохот железа заставили Костю широко распахнуть глаза и уставиться в сторону загончика. Краем глаза он заметил, как побелели лица дрессировщика и его помощника, как потянулись к оружию их руки.
  Но центральное зрение видело другое. Метнувшегося в сторону соседней клетки мощного пятнистого зверя, ловко зацепившего когтями и рванувшего вверх кованый засов. А в следующую секунду две гибкие тени слитным движением взлетели на крышу соседней сараюшки, чтобы исчезнуть в примыкающем к ней огороде.
  Стану оставалось только гадать, почудился ему или нет благодарный прощальный взгляд золотистых глаз.
  
   Глава 12 Тина
  
  - Свинство подлое! - Костик расстроенно пнул рыжую кучку, и сыроватый песок веером разлетелся вокруг ног.
  Парнишке хотелось плакать и ругаться, а он не мог сделать ни того, ни другого. Едва с ресниц Костика срывались невольные слезинки, Сая начинала бормотать что-то про несчастную девочку, и смотрела при этом так сочувствующе и жалобно, что в душе иномирянина поднималось раздражение и возмущение.
  Сколько можно говорить, не девчонка он!
  А ругаться не позволяло воспитание и гордость, мама всегда говорила, что первый признак слабой натуры - желание вылить недовольство собственными ошибками и промахами на совершенно невинных людей. Или зверей. Или просто в никуда.
  И Костик не раз убеждался, как права мама. Когда у одного из их соседей, спесивого и никчёмного мужичка случалась по работе какая-нибудь неприятность, об этом знала вся улица. Колька матерился и орал как ошпаренный, громогласно обвиняя во всем случившемся жену. Что смешнее и печальнее всего, несчастная женщина обычно даже представления не имела, где и кем он в этот раз работает.
  Ну а проявить второй признак слабости - напиться в зюзю - ему вообще не грозит.
  По многим причинам. И даже не принципы, и не отвращение парня к спиртному тому виной. Просто тут, на Сузерде, вообще нет традиции распития чего-то крепче кваса. Более того, приезжим и торговцам строго-настрого запрещено провозить на материк вина и настойки.
  Таможенники, проверяя прибывающие суда, безо всяких разговоров сливают всё, что кажется им подозрительным, прямо в море. Вот потому-то, матросов, стремящихся предотвратить такое непочтительное отношение к любимым бутылям, юнги и поварихи обычно стаскивают на берег за руки и за ноги и рядком складывают под навесами рядом с пристанью, отсыпаться.
  Но сегодня судов не было, после позавчерашнего шторма ни одно из тех, какие искали укрытия в тихих бухтах архипелага, пока дойти не успело. Вот и выбрала Сая для занятий местечко в тени дальнего причала, где увидеть их не смог бы ничей любопытный взгляд.
  Почти час, скинув ненавистную юбку, Костик повторял давно заученные движения, проверяя возможности нового тела. И постепенно приходил в отчаяние. Вместе с ненавистным жиром он утратил и кучу полезных способностей. Руки стали не только легче, но и короче, а запястья и ладони обрели непривычную изящность и хрупкость. И обострённую чувствительность к боли. Видимо потому, что мышцы не защищал даже тонкий слой жира. После часа пробных ударов по одной из опор пристани, руки Тины расцвели синяками различной величины и окраски.
  - Может, хватит? - робко поинтересовалась Сая, державшая наготове горшочек с мазью. - Скоро стемнеет.
  Ну, про "скоро" она, допустим, преувеличила, солнце ещё стояло над горизонтом так высоко, как на земле в семь часов вечера. Но про крах своих надежд Костик понял и сам. Да и чего тут не понять - весь наработанный потенциал бойца пошёл насмарку. Хотя осталось и слабое утешение, ни быстроты реакции, но координации он не потерял. И значит, учиться заново будет много проще.
  Хотя работать придётся немало. Отжиматься и прыгать через скакалку, бегать и приседать. И ещё много разных необходимых для восстановления мышц упражнений.
  - Уговорила, - хмуро бросила Тина, - пошли назад. Только сначала искупнёмся.
  - Женщины купаются дальше. - Сая махнула рукой в сторону скал. - Тут мужчины могут увидеть.
  - Блин! - рыкнул, мгновенно зверея, Костик. - А то, что я увижу, ничего?
  - Ничего... - с жалостью глянув на него, почти прошептала моряна, и парнишка вдруг залился жарким румянцем.
  Ну конечно, ничего! Да и что он теперь может сделать, приставать начинать?! Фу.
  А от взглядов парня, которого все считают девушкой, никому ни холодно, ни жарко!
  - Идем туда, где никого нет, - мрачно решил Костик, - но я буду купаться отдельно.
  - Хорошо, - покладисто согласилась Сая, пусть иномирянка лучше плавает, чем наставляет самой себе синяки.
  
  Место для купания моряна выбрала просто отличное, крошечная бухточка за скалами, вся загромождённая валунами и обломками камней. Нашла песчаный пятачок между двух огромных осколков и решительно начала развязывать пояс кофточки, давая понять, что уходить отсюда не собирается.
  Костик упрямо сцепил зубы и пошлёпал дальше, наверняка тут есть ещё не одно подобное местечко.
  Неподалёку и впрямь нашёлся лоскут чистого рыжего песка, но, лишь сбросив одежду и торопливо шагнув в прогретую воду, Костик сообразил, что не могла Сая не знать про этот пляжик. Значит, специально уступила ему более удобное место, вспыхнула в мозгу виноватая досада, а он ещё и обижался!
  Плавать и нырять Костик умел и любил с детства, добравшись до моря, забывал обо всем и мог купаться до тех пор, пока мать не выгоняла на берег. Вот и теперь, отбросив все проблемы и заботы, ринулся навстречу лёгкой волне, взлетая и продвигаясь все дальше и дальше.
   Там, метрах в двухстах от берега темнел островок, просто скала, обкатанная морем, и было видно, как один её край полого спускается к воде. Костик всегда обожал именно такие местечки, и мог подолгу валяться на прогретых камнях, воображая себя их единовластным хозяином. Вот и теперь страшно захотелось полежать в одиночестве и немного подумать о произошедшем. А может, и немножко поплакать, пока не видит жалостливая Сая.
  Опыт не подвёл, на камень действительно можно было забраться, и Костик, старательно отводя взгляд от собственного тела, осторожно полез вверх по мокрой и гладкой поверхности. Его не сразу насторожила какая-то неправильность, странность этого места, и только почти добравшись до плоской вершины, парнишка задумался: а почему, собственно, камень мокрый?!
  Ведь нет ни дождя, ни сильной волны, и брызги от волн, разбивающихся о подножье скалы, не достают до его тела. Он бы тотчас ощутил их ставшей необычайно восприимчивой голой кожей.
  Парнишка встревожено осмотрелся, поднял взгляд выше и понял, что напрасно вёл себя так же беспечно, как в собственном мире. На этот камень и кроме него было достаточно претендентов.
  Совершенно не миролюбивой внешности. Но рассматривать их подробно не было ни времени, ни желания.
  Бежать, уплыть! Единственное, что в этот миг пришло ему в голову, и Костик не стал раздумывать. Выпрямился, оглядываясь, куда лучше прыгнуть, чтоб не сломать себе ноги и... ничего не успел. Пучок длинных, зеленовато-серых, совершенно осьминожьих щупалец, бесшумно метнулся перед глазами, вмиг превратив парня в туго спелёнатого пленника.
  Дёргаться и орать Костик не стал. Зачем? Мигом понял, насколько это бесполезно. Просто сжался и притих. Мелькнула, правда, где-то на периферии сознания тоскливая мысль, что в таких случаях вроде положено какие-то светлые моменты вспоминать... или что-то важное говорить, потомкам на память. Но, как назло, ничего такого на ум не приходило, даже обидно как-то стало. Да и потомков что-то поблизости не видно. Или тех, кто запишет для них его слова.
  А щупальца, тем временем ловко развернули его лицом к скале и потащили на вершину. Туда, где, как смутно помнилось Костику, и обосновалось главное чудовище.
  - Куда же ты побежала? - укоризненно сказал глуховатый низкий голос. - А вдруг упала бы?
  Костик ушам не поверил, попытался вывернуть шею, чтобы увидеть говорившего. И ничего не рассмотрел.
  - Она тхиппа испугалась! - охнул другой голос.
  - Пуль! Поставь её! - скомандовал третий.
  - Да осторожнее! - Это уже четвёртый.
  Костик почувствовал под ногами камень, а в следующий миг плотно обвивающие тело щупальца исчезли. Растаяли, словно их и не было. Парнишка даже покачнулся от неожиданности.
  Его тут же поддержало молниеносно взметнувшееся щупальце, но Костик уже не замечал ничего, кроме расположившейся перед ним колоритной компании.
  Несколько морских созданий, смутно сходных лицами с Саей, и абсолютно не походящих на диснеевскую русалочку, сидели и лежали на огромном темно-зелёном одеяле, по краям которого вилась, металась и жила своей жизнью чуть не сотня длинных гибких щупалец.
  Неудивительно, что Костик с первого взгляда принял их за одно чудовищное существо, цвет-то почти одинаковый.
  - Почему ты её на камень поставил?
  - Посади, не видишь, у девочки коленки дрожат?!
  - Где сок? Нужно её напоить!
  - Его Люм выпила!
  - Отправь зов, пусть принесут!
  - Уже отправили, дайте ей пока воды!
  Странные существа разговаривали все разом, умудряясь все слышать и на всё отвечать. Парнишка дёргал головой, стараясь разобрать, кто и какое слово из них сказал, но скоро убедился в бесполезности этой попытки, и переключил все внимание на изучение внешности морян. Ясно ведь, что никем иным эти существа, похожие одновременно на людей, тюленей и сказочных русалок, быть не могут.
  Рассматривая сидевшую на явно разумном монстре компанию, Костик украдкой вздыхал от сожаления - напрочь разрушена очередная любимая сказка детства. Первая была про Деда Мороза и Снегурочку. Его душа еще бунтовала и огорчалась, а разум уже шептал, что такой облик практичнее, эффективнее.
  Единственное, что порадовало - у этих морян были все-таки не рыбьи хвосты, а ноги. Правда, ступни почти в два раза больше, чем у человеческих женщин, и с перепонками между длинными пальцами. Да и на руках виднелись такие же, зато голова почти человеческая, и зеленоватые волосы как у сказочных русалок, рассыпаны по плечам.
   Лица у морян оказались почти красивы, несмотря на странно сглаженные, расплывчатые черты, делавшие их похожими, как близнецы. Непривычно плотная и гладкая серебристо-розовая кожа лакировано поблёскивала, темнея и зеленея к спине и ногам. Немного резче, чем у людей выступали надбровные дуги, сведённые воедино у переносицы, да и щёточка зеленовато-серых бровей казалась гуще. Зато губы морян были бледнее и тоньше, и почти отсутствовала шея, линия тела от головы плавно перетекала в очень покатые плечи. Талии почти не наблюдалось, а грудь располагалась немного ниже, чем у людей, и по виду больше походила на мужскую, такую, какая бывает у культуристов.
  Тут до Костика внезапно дошло, что, с любопытством разглядывая морян, сам он сидит перед ними совершенно голый, да ещё и в женском теле.
  - Блин! - Парнишка поспешно схватился руками за стратегические места, с досадой понимая, что ему и тут не повезло, в новом теле таких мест оказалось больше, чем ладоней.
  - Она замёрзла!
  - Стесняется!
  -Зачем ей стесняться? Тут мужчин нет!
  - Может ей закон не позволяет?
  - Или обычаи?!
  - Нужно одеть!
  - Пуль, дай вуаль!
  Неизвестно откуда одно из щупалец выхватило клок странной, невесомой, как паутина, и такой же зеленоватой, как всё вокруг, ткани и ловко намотало на Костика.
  - Так лучше?
  - Теплее?
  - Вот вода!
  - Сейчас будет сок!
  - Как тебе понравилось на Сузерде?
  - Сая тебя вылечила?
  - Есть хочешь?
  Костик даже головой потряс, ну и дурдом! Покруче, чем в гостях у бабушки, но вопросы - точь-в-точь, словно они с ней хорошо знакомы.
  - Не кричите все! - Правильно поняла ошеломлённый вид гостьи сидевшая выше всех моряна. - А то девочка совсем растерялась!
  По каким-то неуловимым отличиям, чуть темнее волосы, крупнее руки и серебристее кожа, а главное, увереннее и насмешливее взгляд, Костик догадался, что эта моряна старше других. И значит главная над ними.
  - Молчим.
  - Не будем.
  - Скоро успокоится.
  Костик не выдержал и захихикал. Хоть громкость моряны и убавили, но замолчать совершенно, видимо, было свыше их сил.
  - Смеётся! - выдохнул кто-то потрясённо, и все мгновенно притихли.
  Только смотрели как-то очень уж заинтересованно и загадочно.
  - Ты нашла своих родичей? - воспользовалась затишьем старшая моряна.
  - А разве Сая не вам сказала, что я из другого мира? - удивился парень. - Она вроде собиралась.
  - Нет, не сказала. - Вот теперь моряне выглядели настороженными и встревоженными, как учитель химии, потерявший бутыль с серной кислотой. - Расскажешь?
  Вот почему он заранее не расспросил Саю, что можно им говорить, а чего не стоит, сокрушался про себя Костик, рассказывая про трельяж, таз с водой и свечи.
  Но почти незаметно для себя самого рассказал им всё. И про то, что дома он был парнем, тоже. Хотя сделал это не столько под напором морян, ловко задававших наводящие вопросы, сколько ради внезапно вспыхнувшей в душе смутной надежды на помощь этих странных существ. Ведь пришли же они сюда из другого мира, и даже портал на глубину утащили?! Почему бы им не помочь иномирянину?!
  - А ты все огни зажигал?
  - Ненужные проходы захлопнул?
  - Воды много было?
  - Сколько предметов в кармане лежало?
  Костик откровенно завис, не зная на который из кучи вопросов отвечать.
  - Всем молчать! - решительно приказала старшая. - Я подумать хочу.
  Думала она долго, Костик успел выпить сок и съесть очень вкусный персик, огромный, как небольшая дыня. Спрашивать, где моряне его взяли, парень не стал, глубоко убеждённый, что выяснять такие вещи нетактично.
  - А скажи... - Вдруг окинула моряна Костика очень подозрительным взглядом. - Раз ты была в своём мире мужчиной, то какой у тебя был рост? Ну и телосложение.
  Вот оно, докопалась! И как ловко, Шерлок отдыхает!
  - Я был выше, чем сейчас, - тяжело вздохнул Костик, - и толще... примерно в три раза.
  - Вот! - Торжествующе подняла вверх перепончатый палец старшая моряна. - Я так и подумала! А теперь не перебивайте, я ей всё объясню. Три двери мастера делали в одном предмете специально, чтобы существо могло пройти в один из выбранных миров. Или на один из выбранных материков. Но таких предметов не делают уже много лет, с тех пор, как из-за нехватки энергии закрылись проходы в крайние миры. Да и здесь, на центральном мире сейчас доступно только четыре двери. Но одну из них, на Таджере, закрыли жрецы Астандиса, а ту, которая находится неподалёку, держим мы. Но если кто-то появляется - сразу выносим на берег, там специально для этого всегда дежурит моряна.
  - А почему тогда меня не нашли? - подозрительно фыркнул Костик, хотя вовсе не собирался ссориться с этими удивительными существами.
  Просто дело принципа.
  - Шторм был, мы тонувших вытаскивали... - Моряна почему-то слегка засмущалась. - Вот и не поняли, откуда ты взялась. Но не волнуйся, мы тебя спасли бы обязательно, мы людей в воде издалека чувствуем. Слушай дальше... про переход. Раз ты пришла целая и здоровая, значит, вещей в карманах было больше трёх, системе переноса хватило для сборки личности... и почему ты девочка, я могу объяснить. В каждом человеке есть доля противоположного пола... и раз сюда пришла твоя женская часть, значит в два других портала пришли мужчины.
  - Какие ещё мужчины?! - ничего не понял Костик но на всякий случай переспросил, - А они-то откуда взялись? Ты ничего не путаешь?!
  - Как откуда?! Из тебя!
  - Раз три хода открыл - в три стороны и пошёл!
  - Был бы худым - не выжили бы твои копии! - посыпались со всех сторон объяснения.
  - Двое таких красивых мужчин! - С алчной мечтательностью протянул чей-то восхищённый голос, и выражения разглядывающих Костика серебристых лиц стали нехорошо задумчивыми.
  - Эй! Вы чего это притихли? - забеспокоился Костик. - Прекратите сейчас же! Это только гипотеза... причём жутко неправдоподобная! Никогда не поверю... что меня могло разделить... да ещё так несправедливо! Они, видите ли, мужчины, а я - девчонка!
  - Они - это ты, - категорично объявила главная моряна, и, всмотревшись в ошеломлённое лицо иномирянина, огорчённо добавила: - Надеюсь, им тоже повезло, и они живы. Мы попробуем узнать. А теперь скажи, если можешь, какие ты брала предметы, к которым тянулась душа?
  - Я вообще-то брал наугад. - Покраснел Костик и сразу рассердился на себя. Вот зачем он оправдывается?
  Привычка такая, дурацкая, как увидишь женщину старше себя, так и начинаешь отчитываться, наверное, срабатывает установка на учителок.
  - Это правильно, наугад и нужно, - внезапно горячо похвалила моряна, - именно так выбираются вещи не по их стоимости, а по сердцу. И даже хорошо, что ты, переходя сюда, не знал, что твоя личность будет собираться вокруг твоих основных наклонностей. Поэтому они становятся сильнее, все три. На внутримировых переходах действует иной принцип, а вот после прохода между мирами любое существо становится более одарённым. Вернее, многократно усиливаются его главные способности.
  - А если нас действительно трое? - Костик пока ещё не поверил в такую нелепость, но не мог отказаться от дополнительной информации.
  Так, на всякий случай.
  - Смотря кому, что попало. - Развела серебристыми руками моряна. - У тебя, я помню, была только железка?
  - Наконечник от стрелы. Я одно время очень хотел стрелять из лука.
   - Вот и осуществится твоё желание, можешь смело идти учиться на лучника. Ещё не менее двух способностей должны проявиться в ближайшее время, постарайся их распознать. Поскольку пришельцу всегда труднее выживать в чужих мирах, переход добавляет для равновесия магических умений. И ещё...мы хотим тебя предупредить насчёт желаний. После того, как полсотни лет назад покойный император Клардий принял закон о пришельцах из других миров, все правители подписали подобные. Тебе положено исполнение трёх желаний, но постарайся не торопиться. Обычно власти пытаются подсунуть что-нибудь попроще. Мы вот постепенно выторговали почти все небольшие островки и мелкие лагуны архипелага. А сейчас за тобой придут... Сая уже плывёт сюда, прощай.
  Моряны прямо на своём живом коврике соскользнули в воду и исчезли в глубине, не оставив на память о себе ни одной материальной улики. Даже шкурки от персика забрали.
  Только мокрая поверхность камня и тонкая тряпица, обёрнутая вокруг Тины, напоминали о неожиданном знакомстве.
  - Ты чего это здесь застряла?!
  Совершенно голая Сая выбиралась на камень с той стороны, где залезал и Костик, но теперь его почему-то почти не смущало это обстоятельство, слишком явным было её сходство с морянами.
  - Вижу, эти болтушки тут были. - Едва взглянув на квартирантку, определила травница. - А про яд мурен, который они мне должны принести, конечно, опять забыли! Прямо не знаю, что с ними делать? Начну, пожалуй, рыбой, брать за невыполнение уговора. Ну что, плывём? А то у нас, как только солнце сядет, быстро темнеет, тебе потом по мостикам трудно будет домой добираться.
  
  Они и в самом деле подошли к своему дереву почти в сумерках, и Сая побежала к одному из кормачей, отдать корзину с рыбой, обнаруженную возле сложенной на камушек одежды. Кто и когда успел наловить и принести рыбу, Костя не знал, зато отлично понял - вести секретные разговоры возле этого моря не следует. Все сразу становится известно зеленоволосому племени.
  Ждать моряну парнишка не стал, направился к верёвочной лесенке, однако не успел одолеть и несколько ступеней, как рядом раздался вкрадчивый голос:
  - Помочь?
  - А не пошёл бы ты... - Сцепив зубы, Костик упорно полез дальше и вдруг вспомнил так злившее друзей словечко, которым любили бросаться девчонки: - Козел!
  - Да как же тут не стать козлом, - почти мгновенно с наигранной печалью ответили снизу, - когда вокруг такие козочки гуляют?
  - Тебе хочется, чтобы я пошла к харифу, Тарос?! - язвительно спросил голос Саи, и лестница дёрнулась.
  - Да, - так же насмешливо ответил наглец, - и лучше пораньше с утра. Хотя он ждал вас сегодня вечером. Интересно, куда это ты таскала подопечную, моряна?
  - Интересно, где ты таскался, если не принёс приказ харифа вовремя! - Похоже, травницу было не так просто переспорить.
  - Вас искал! Между прочим, вы почти полдня где-то шляетесь! И даже твой любимчик ничего не знает! - в голосе аборигена неожиданно прорвались нотки обиды.
  Костик сердито запыхтел, только вот этого козла ему до полного счастья и не хватало!
  От злости парнишка даже не заметил, как выбрался на ветку. Остался только мостик, но по нему Тина пока ходила только вместе с моряной, крепко привязавшись верёвкой к её поясу.
  - Не забудь, козочка, утром! - прозвучал снизу насмешливый приказ, и Костик яростно плюнул на этот голос.
  Козочка! Вот скотина, придумал же! Ну, ничего, пусть ещё немного повеселится! Моряне подсказали хорошую идею, насчёт особых умений. Нужно будет проверить... возможно и действительно появилось что-то полезное, он всегда был способным парнем.
  
  
Оценка: 6.01*45  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  К.Кострова "Куратор для попаданки" (Любовное фэнтези) | | В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2" (Боевая фантастика) | | А.Мичи "Академия Трёх Сил. Книга вторая" (Любовное фэнтези) | | С.Суббота "Я - Стрела. Тайна города нобилей" (Любовное фэнтези) | | А.Мичи "Академия Трёх Сил" (Любовное фэнтези) | | B.Janny "Дорога мёртвых" (Постапокалипсис) | | В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда" (Боевик) | | Ф.Вудворт "Замуж второй раз, или Ещё посмотрим, кто из нас попал!" (Любовное фэнтези) | | К.Вэй "По дорогам Империи" (Боевая фантастика) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум. Угроза А-класса" (ЛитРПГ) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"