# Часть 6. Глава 7,8

А В Демченко

07.02.16.

ГЛАВА 7. Расчёт и тряпки


После недолгого размышления и чуть более долгого спора, ранец с парашютом мы решили припрятать до того, как вошли в деревню... ну, как припрятать? Замаскировать. О том, чтобы выкинуть девяносто квадратных метров качественного парашютного шёлка, и речи быть не могло. Мне такое расточительство было совсем не по душе.

- Кирилл! Ну зачем тебе этот чёртов парашют?! - Хельга даже ногой притопнула от возмущения. - Вон деревня, там люди, гостиница, нормальная постель...

- Надо. - Отрезал я.

- Зачем? - Не менее упрямо повторила моя спутница. Пришлось объяснять.

- Хельга, сестрёнка... Сколько у тебя денег? - Девушка хлопнула ресницами и... откинув короткую полу своей куртки, извлекла из-под неё небольшой кошелёк. На подсчёт наличности под моим изрядно удивлённым взглядом у неё ушло меньше минуты. Впрочем, я довольно быстро спохватился. Ну да, на хрена Гроссу её наличность? Не удивлюсь, если у неё и документы при себе остались...

- Червонец, шестнадцать лир и сорок чентезимо... - Заключила она.

- Замечательно. - Кивнул я. - А у меня есть две гривны, четыре лиры и двадцать два чентезимо. И всё. Как ты думаешь, нам хватит этих денег, чтобы дожить до встречи с Ветровым?

- Хочешь сказать, дюжины гривен и двадцати лир нам не хватит? - Удивилась Хельга.

- А ты собираешься расплачиваться русскими гривнами в этой деревне? - Вопросом на вопрос ответил я.

- А что такого? - Пожала плечами девушка, вызвав у меня тем самым глубокий вздох.

- Хельга... сейчас все окрестности на ушах стоят из-за падения дирижабля. Ни на секунду не сомневаюсь, что на месте катастрофы уже работают местные власти и... полиция. Учитывая расстрел шлюпок устроенный "китом", всяческих дознавателей и следователей вокруг бывшего "Солнца Велиграда" должно быть немеряно. И как ты думаешь, какой вывод они сделают из этой стрельбы?

- Что "кит" пытался кого-то уничтожить... - Хельга хмыкнула и развела руками. - Извини, Кирилл, этот факт у меня просто вылетел из головы. Я-то большую часть действа проспала... не без твоей помощи.

Ну да, теперь я ещё и виноват получаюсь. Ох уж эти девчонки... Ладно, пропустим.

- Именно. Пытался уничтожить неких беглецов. И не факт, что какой-нибудь глазастый и очень мечтательный крестьянин, не углядел в небе купол парашюта. И не нужно быть гением, чтобы связать эти два факта. Так вот, на месте властей я бы обязательно постарался оповестить старост окрестных деревень, или как они тут называются, о возможном появлении чужака, с рекомендацией задержать такую личность для беседы с дознавателями. В свете этого, попытка расплатиться русскими гривнами будет выглядеть как прямое приглашение к задержанию, согласись?

- Я поняла, Кирилл. Не дура, всё-таки. - Вздохнула Хельга и, заметив мой взгляд, прищурилась. - Что? Будешь утверждать обратное?

- Не буду. - Ухмыльнулся я и уже значительно тише добавил. - Некоторые мысли лучше держать при себе.

- Кирилл!

- Да-да?

- Засранец мелкий. - Со вздохом констатировала Хельга.

- Эй, приличной девушке не пристало так выражаться!

- Приличные девушки не летают в обнимку с мелкими засранцами на парашютах. - Откликнулась она. - Кстати, о парашютах. Как наша денежная проблема может быть связана с этим куском ткани и верёвок?

- Хм... Хельга, знаешь, сколько стоит парашют в Меллинге? - Поинтересовался я, оставив перепалку. Дочка дядьки Мирона пожала плечами. - Четыреста - пятьсот марок... германских, само собой.

- Ну да, расплата гривнами нас выдаст, а продажа парашюта не привлечёт никакого внимания. - Фыркнула Хельга.

- Во-первых, не самого парашюта, а только ткани. - Уточнил я, пропуская колкость мимо ушей. - За неё одну можно выручить марок двести... то есть, примерно сто лир. А во-вторых, я не предлагаю продавать её здесь. Уж на пару билетов в дилижансе или на поезде, если, конечно, тут есть станция, у нас местных денег должно хватить. Доберёмся до города побольше, там и парашют продадим и гривны на лиры поменяем без всякой опаски.

- Толково. - Наконец согласилась Хельга... и нахмурилась. - Подожди, но если ты прав насчёт дознавателей, то станция, да и дилижанс, наверняка, уже под наблюдением.

- Вполне возможно. - Кивнул я. - Но это ещё нужно проверить, согласись? Да и не забывай, если кого-то и будут искать, то одного чужака, а не парня и девушку. Не так ли?

- Ну... - Хельга покосилась на призывно мигающие огоньки деревни, на ранец... и желание ночевать в тёплой постели победило. - Ты прав. Идём... Только обойдём деревню по дуге. Ну, чтоб войти с противоположной стороны. Меньше подозрений будет...

- Согласен. А перед этим, чтоб не светить парашютом, превратим ранец в саквояж. Благо ручка у него имеется. - Я ткнул пальцем в металлическое кольцо держателя, на котором ранец крепился в шкафчике для спаснаборов.

На маскировку ранца ушло не так много времени. Мы поступили просто и незатейливо, выкорчевав из него бессмысленно усложнённый механизм выброса и ободрав тканную обшивку, в результате чего парашютная система из спасательного набора превратилась в стальной саквояж с металлической ручкой. Вполне себе стильная вещица, в которую мы утрамбовали болтающиеся стропы и плечевые ремни к парашюту, на всякий случай... и туда же отправилась и сумка из-под спаснабора, с уже во второй раз уведёнными мною у Гросса шкатулками. А наши собственные маски и спасбаллоны я прикопал ещё в той рощице, где мы с Хельгой приземлились.

М-да, лучше бы я проделал эти операции непосредственно перед входом в деревню... Ломиться в наступающей темноте по пересечённой местности, огибая селение оказавшееся не таким уж маленьким, между прочим, да с неудобным саквояжем в руке, вместо ранца за спиной, было не самой лучшей идеей. Спасало только до сих пор действующее рунное укрепление тела... это при том, что я давно перекрыл даже естественную поддержку цепей за счёт внутренней энергии. Недавний "пережор" сказывается, даже несмотря на то, что большую часть пропущенной через рунные цепи мировой энергии, я благополучно слил в "шкатулки"!

В общем, к деревеньке вышли не злые парашютисты-"диверсанты", а вполне себе презентабельная молодая девушка со своим младшим братом... немым. Ибо итальянским я не владею, а говорить на немецком или русском мы посчитали идеей не лучшей, чем попытка продать здесь парашют или расплачиваться гривнами. Кто знает, до чего может довести полицейских профессиональный долг и чрезмерное рвение? Особенно, если их должным образом простимулировать? Глядишь, и до этой деревеньки доберутся. А учитывая особенности последних событий, я предполагал, что количество возможных интересантов с хрустящими "стимуляторами" в кошельках, несколько отлично от нуля. И Хельга со мною согласилась.

Правда, костюмы на нас были изрядно помяты, но тут уж ничего поделать было нельзя... по крайней мере так, чтобы у Хельги не появились ко мне неудобные вопросы. Хотя, выгладить вещи разогретыми воздушными линзами можно было бы в два счёта.

К нашему удивлению и удовольствию, то, что со стороны мы приняли за деревню, на поверку оказалось маленьким разноцветным городком у реки, с железнодорожной станцией, парой древних церквей и даже небольшим палаццо на центральной площади, стоящим аккурат напротив здания городской управы.

Но самым большим нашим везением оказался праздник царивший на улицах Манербио. Благодаря суете и куче народа снующего тут и там, на наше прибытие никто не обратил никакого внимания. Так что, мы без помех прошли до самого центра города и после недолгих блужданий отыскали гостиницу, расположившуюся недалеко от церкви Святого Лаврентия, где сегодня венчался наследник Дома Ольдофреди, в честь чего, собственно, город и гуляет.

Об этом мне рассказала Хельга, почерпнув сведения из речи хозяйки гостиницы, бойкой полненькой женщины с замашками всеобщей тётушки, выстреливающей по тысяче слов в минуту. Не прекращая болтать, она провела нас в мансарду и, гордо продемонстрировав небольшой номер на две спальни под скошенной крышей, торжественно вручила Хельге огромный ключ, после чего, сочувственно мне улыбнувшись и потрепав по голове, исчезла... И слава богу, а то у меня от этой тараторки уже голова начала болеть!


ГЛАВА 8. Страны разные, нравы те же...


После ужина в небольшом и уютном гостиничном ресторанчике, мы с Хельгой усталые, но сытые и довольные разбрелись по своим комнатам.

Вот только выспаться, как того требовал вымотавшийся за этот долгий день организм, мне не удалось. Притаившаяся где-то на периферии, боль от пропущенной через рунные цепи и тело энергии, выбрала именно это время для того, чтобы напомнить о себе. Сначала свело судорогой ноги и руки, а через несколько секунд я понял, что не в силах пошевелиться. Оставалось только лежать и скрипеть зубами от выворачивающей суставы боли, волнами прокатывающейся по телу.

Зря я всё-таки так напрягся. Не стал бы сознательно увеличивать тягу энергии, глядишь, сейчас спал бы спокойно... или драпал во все лопатки с Хельгой на горбу от людей Гросса, хм... Не, лучше уж потерпеть эту боль. Надеюсь, к утру пройдёт.

Утро действительно принесло облегчение и... зверское желание заснуть, что, в принципе, было вполне ожидаемым. Именно поэтому, позавтракав в компании отвратительно довольной и выспавшейся Хельги, я наотрез отказался от предложенной ею прогулки по городу и, вернувшись в номер, завалился спать, чтобы проснуться, когда за окном уже наступили сумерки.

- Не знала, что ты такой соня, Кирилл. - Усмехнулась Хельга, когда я, выбравшись из постели и приняв душ, выполз в маленькую гостиную нашего номера, где с трудом поместилась пара кресел и небольшой журнальный столик.

- Угум. - Я зевнул. - Телеграмму отбила?

- А как же. В Верону, Падую и Венецию до востребования для Святослава Георгиевича, и на "Феникс" для Владимира. Думаю, наш телеграфист здорово удивился, получив сообщение на итальянском. - Кивнула девушка.

- А что с билетами на поезд или дилижанс? - Поинтересовался я. Хельга покачала головой.

- Я не рискнула идти на станцию в одиночку, а сейчас, уже поздно. Так что, сходим завтра с утра, вдвоём.

- Согласен, так будет лучше. - Я кивнул и, почуяв как заурчал желудок, спросил, - ты уже поужинала?

- Нет, ждала, когда ты проснёшься. - Ответила Хельга и, помедлив, договорила, - сегодня за обедом в гостиничном ресторане я видела какого-то полицейского... и он явно мной заинтересовался.

- Хм? Не вижу проблемы. - Ухмыльнулся я и тут же был награждён уничижительным взглядом. Впрочем, дальше этого дело не зашло и Хельга, продолжила говорить, как ни в чём не бывало.

- Из беседы с синьорой Папетти, владелицей гостиницы, я узнала, что этот полицейский - капитан Сантини, частый гость в её ресторане.

- Понятно... - Я кивнул. - Что ж, тогда идём ужинать, заодно продемонстрируем господину капитану, что у тебя уже есть кавалер...

- Кирилл. - Вздохнула Хельга.

- Да шучу я, шучу. Идём уже есть, пока я в голодный обморок не рухнул.

Хозяйка гостиницы подошла к нашему столику, когда мы с Хельгой как раз расправлялись с десертом. Выпечка у синьоры Папетти оказалась просто бесподобной, что я и попытался показать молчаливой пантомимой, помня о своей "немоте". Хозяйка, явно поняв мои выкрутасы, довольно улыбнулась и, протянув Хельге небольшой продолговатый конверт, затараторила что-то с бешеной скоростью. Интересно, это от Гюрятинича или от Ветрова?

Но на этом сюрпризы не закончились. Не успели мы подняться обратно в номер и распечатать переданный из почты конверт, как раздался стук в дверь.

Окинув взглядом стоящего на пороге подтянутого невысокого мужчину в тёмно-синем мундире, я посторонился, пропуская его в комнату. Может быть, итальянского я и не знаю, но расслышать в речи гостя слова "капитан" и "Сантини", это ничуть не помешало.

Капитан попытался было о чём-то меня спросить, но Хельга в два слова объяснила ему всю бессмысленность попытки... ну, я так думаю. По крайней мере, с этого момента Сантини больше не пытался со мной заговаривать.

Беспокойство? Хм, я не чувствовал никакой угрозы от нашего гостя, да и в эмоциях его не было ничего, что могло меня насторожить. Я невеликий эмпат, но кроме вполне понятного хотя и несколько гипертрофированного мужского интереса, проявляемого Сантини к Хельге, не ощущал от него никаких эмоций, что могли бы насторожить. Ни азарта охотника, ни подозрений...

Именно поэтому, понаблюдав несколько минут за разговором капитана и моей спутницы, я потихоньку забрал со столика конверт и удалился к себе в комнату. Интересно же, что там написано!

Но вот тут меня ждал форменный облом. Телеграмма пришла из Падуи от Ветрова, но это я понял только по первому и последнему словам. Остальные оказались абсолютно непонятными... чёртов итальянский!

От бестолкового рассматривания листка бумаги с вензелями почты и печатным текстом, меня отвлёк вскрик Хельги...

Я нахмурился и, аккуратно приоткрыв дверь, выглянул в получившуюся щель. Увиденное в гостиной мне очень не понравилось.

Хельга стояла в углу комнаты и затравленно смотрела на улыбающегося капитана, застывшему в шаге от неё. Слишком близко стоит... слишком нагло ухмыляется.

Последние сомнения пропали, когда Сантини потянул руки к Хельге... чтобы в следующую секунду замереть на месте, услышав характерный звук передёрнутого затвора моего пистолета.

Медленно обернувшись, он уставился на ствол, и улыбка сползла с его лица. Дёрнув рукой сжимающей оружие, я заставил "гостя" отойти в сторону от Хельги, и едва путь оказался свободен, девушка почти моментально очутилась за моей спиной.

Боком протиснувшись мимо нас по стеночке, капитан подхватил с кресла свою фуражку и, уже положив ладонь на дверную ручку, что-то сдавленно зашипел. Зря...


* * *


Хельга честно пыталась объяснить своему спутнику, что ей очень не понравился человек, которого владелица гостиницы назвала капитаном Сантини. Холёный, с липким взглядом... бр-рр... Но Кирилл не понял, свёл всё к шутке... А теперь и вовсе оставил её наедине с нагрянувшим в гости полицейским.

Настырный капитан попытался обнять её за талию и Хельга, вскрикнув, отпрыгнула в сторону.

- Ну и что ты кричишь? Твой убогий братец тебя всё равно не услышит, а за пределы номера ни один звук не вырвется. - С ухмылкой продемонстрировав девушке небольшую коробочку полицейской "глушилки". - Будешь хорошей девочкой, и мы ре...

Свою фразу Сантини не закончил, услышав характерный звук пистолетного затвора. Улыбка медленно сползла с его лица, и он очень осторожно обернулся, чтоб наткнуться на взгляд юноши, холодный и пустой. Словно не один, а три ствола "смотрят" прямо в душу. И давление... Хельгу оно задело только краешком, словно обдав ледяным крошевом, а вот Сатини вдруг покрылся потом, и пальцы, до сих пор сжимающие коробочку артефакта, заходили ходуном. Капитан нервно облизнул тонко очерченные губы и подался назад. И Хельга сама не поняла, как оказалась за спиной Кирилла.

Ствол сверкнул бликами, и Сантини, повинуясь молчаливому приказу, медленно двинулся к выходу из номера. Вот растерянный взгляд капитана наткнулся на лежащую на кресле фуражку... скользнул в сторону Кирилла... Ствол разрешающе качнулся и дрожащая рука итальянца, схватив головной убор, тут же нахлобучила его на голову. Шаг, другой... ладонь поворачивает дверную ручку...

Оказавшись у выхода, капитан явно почувствовал себя увереннее. Бросил взгляд на Хельгу...

- Ничего-ничего... утром уже будешь в камере. Там иначе поговорим... шлюха. - Фразу он договаривал, уже открыв дверь и сделав шаг за порог.

Хельга охнула, а в следующий миг Кирилл буквально исчез из виду... и тело так и не успевшего выскочить за дверь капитана, влетев в номер, с грохотом обрушилось на журнальный столик. Голова Сантини дёрнулась от быстрого, слишком быстрого удара, и взор капитана погас.

- Я, конечно, итальянского не знаю, но "путана маладетто" в переводе, по-моему, не нуждается. - Ощерившись, проговорил Кирилл, под недоумённым взглядом Хельги.