# Воздушный стрелок 5. Главы 13-18

А В Демченко

## Глава 1

3. Шаг из света в темноту


Когда на опущенной аппарели шлюпа появилась Лина, прижимающая к себе безвольное тело девочки, Кирилл несколько опешил. Впрочем, это не повлияло на его реакцию. Моментально оказавшись рядом, он аккуратно перенял Анну из закованных в броню рук ученицы и, выслушав короткий доклад, потянулся Эфиром к ранам. Мягко перехватив контроль, атаман оглянулся по сторонам и, почти неслышно выматерившись, вздохнул.

- Жора, готовь машину к взлёту. Девчонки поведут платформу на базу. Все. Лиза, пока будете ехать, допроси подробно Лину и скинь доклад мне на коммуникатор.

- А как же... - начала было Лина, но была остановлена одним коротким взглядом командира.

- Стрелкова я сам заберу. Завтра или послезавтра, как карта ляжет, - отрезал Кирилл. - А вы... чтоб духу вашего сегодня в СБТ не было, иначе опять во что-нибудь вляпаетесь. Всё.

- В Кострому пойдёшь? - осведомилась Оля.

- Нет. В Москву, к Нулину ближе будет, - мотнув головой, ответил Кирилл и... исчез вместе со своей ношей в открытом "окне". Жорик тут же скрылся в кабине пилота, а девушки, не теряя времени, горохом ссыпались по аппарели на заснеженную поляну. Благо, погрузка трофеев в аэродин уже была закончена, так что все присутствующие готовы были исполнить приказ командира немедленно.

- Ну и как это случилось? - спросила Ольга, выводя спасплатформу на узкую лесную дорогу. Сидящая рядом, уже успевшая избавиться от доспеха, Лина поморщилась.

- Неожиданно, - девица, съёжившись, обхватила себя руками за плечи и жалобно протянула: - Девчонки, я так облажалась!

- Рассказывай, - потребовала Ольга.

- Сначала о состоянии Анны, - присоединилась к ней Елизавета. Правда, приказной тон совсем не вязался с тем, как она обняла подругу. Лина вздохнула и начала рассказ.

- М-да уж, весело, - констатировала сидящая меж Ольгой и сестрой Мила, когда рассказчица умолкла. На несколько минут в кабине спласплатформы установилась тишина, нарушаемая лишь приглушённым гулом двигателя, да шебуршанием Лизы, набирающей на своём коммуникаторе отчёт для учителя.

- За такой провал Кирилл нас по головке не погладит, - выдала Оля.

- Вы-то здесь причём? - буркнула Лина. - Это ж я не смогла защитить подопечных.

- Кто бы из нас не оказался на твоём месте, боюсь, результат был бы тот же, - выворачивая руль, отозвалась Бестужева, а когда почувствовала скрестившиеся на ней взгляды, нехотя пояснила: - что, хотите сказать, что Лина единственная восприняла это задание, как лёгкую и безопасную прогулку?

Девушки промолчали, но взгляды отвели.

- То-то же, - кивнула Ольга. - Так что, общий это косяк, а не только Линки.

- Но Кирилл-то об этом не знает, - подала голос Мила, но, получив в ответ укоряющий взгляд сестры, сдулась. - Ну да, прошу прощения. Забыла.

- Именно. Косяк одного отрабатывают все, - задумчиво протянула Елизавета и, ткнув пальцем в невидимый соседкам экран, потянулась. - Всё! Доклад отправлен. Подтверждение получено. Кстати, Кирилл уже в Чернигове.

- Это же тысяча двести километров! - вскинулась Оля. - Он с ума сошёл? Сколько, четыре, пять переходов за пятнадцать минут? Загнётся же, дурак!

- Четыре. Он боится опоздать, девочке стало хуже, держится только за счёт прямой подпитки, - коротко ответила Елизавета. Лина дёрнулась и по её щекам потекли долго сдерживаемые слёзы. - Ой! Лин, не плачь! Не плачь, говорю. Я отправила копию мед.части доклада Нулину. Кирилл предупредил его о скором визите, так что доктор уже готовит операционную. Ну же, Громова, чтоб тебя! Не раскисай, всё с ней будет в порядке, слышишь?!

Треск Посадской был прерван звучным шлепком пощёчины, прилетевшей рыдающей Лине от сестры. Та резко всхлипнула и замерла.

- Спасибо, - выдохнула девушка и, потерев ладонью горящую от удара щёку, глубоко вздохнула. - Я уже в норме.

- И то хлеб, - кивнула Ольга и, бросив взгляд на призывно замерцавший экран "москита", нахмурилась, а в следующий миг спасплатформа начала сбавлять ход. - Кажется, впереди кто-то кого-то встречает. Вряд ли это по нашу душу, но... бережёного бог бережёт. Лиза, Мила, быстро в отсек. "Визели" ваши. Минутная готовность. Лина, к турели.

- Есть, - в унисон откликнулись те. Но если Лиза с Милой, просквозив через люк, соединяющий кабину и жилой блок, ринулись к корме машины, где располагались отсеки с ЛТК, то Лина лишь устроилась поудобнее на своём месте. Миг и перед девушкой развернулся панорамный экран с заскользившим по нему перекрестьем прицела, а из подлокотников кресла выползла пара джойстиков управления. Лина ухватилась за ребристые рукоятки, и где-то над её головой послышался еле слышный звук заработавших сервоприводов, когда-то управлявших брандспойтами спасплатформы, а ныне наводящими на цель ТС "Янычар" и АРГ "Шершень", установленные на крыше вместо мирной "плевательницы".

- "Ведьма-1", есть готовность, - раздался напряжённый голос Елизаветы.

- "Ведьма-2" готова, - тут же подхватила Мила.

- "Башня" готова, - процедила Лина.

- Принято, - кивнула Ольга. - "Ведьмы", даю целеуказание. На вас "муравьи". "Башня" - за тобой "упыри" и "ролики".

Часть экрана с картой перед Линой, расцвела отметками местоположения бронетехники противника, тех самых "роликов", и стационарных огневых точек. Ну да, закопались в землю и ждут. А потом ка-ак пуганут со всех стволов! Потому и зовутся "упырями"... А после знакомства с "Шершнем" станут покойниками, смирными и тихими, как им и положено. Уж Лина постарается.

Бой вышел коротким. Дождавшись первого, оказавшегося не слишком удачным, выстрела со стороны засады, платформа резко замерла на месте и, окутавшись щитом, попятилась назад. А в следующую секунду воздух наполнился истошным визгом заработавшего "Янычара". Следом зашипел гранатомёт, и на опушку леса обрушился огненный вал взрывов. Попытавшуюся огрызнуться невразумительную танкетку, прятавшуюся в персональном "окопе", накрыло четырьмя реактивными гранатами подряд, отчего самоделка моментально запылала, взлетела в воздух и, перевернувшись, огненным комом рухнула на стоящие позади деревья. А ещё через секунду, у опушки замелькали чёрные тени "Визелей", поливающих позиции противника из плечевых стреломётов. На всё про всё, у обозлённых девушек ушло не более пяти минут... и более тысячи единиц боеприпасов, в общей сложности.

Хлипковата засада оказалась, не иначе какой-то поизносившийся отряд наёмников решил поправить свои дела, да силёнок не рассчитал. Ну, в самом деле, что это за противник? Одна самодельная самоходка, лёгкий бронетранспортёр, да три тяжёлых стреломёта на десяток бойцов. Против двух "Визелей" и "Шершня"... смех да и только. Больше времени на сбор трофеев потратили, чем на бой.

И вот уже над опушкой леска в чистое темнеющее небо поднимается жирный чад сожженной техники, а казавшаяся такой лёгкой добычей, спасплатформа удаляется прочь.

- Не скажи, - покачала головой Ольга, выслушав презрительное фырканье Милы. - Разбойнички нам, конечно, попались небогатые, но умные. Не ты ли только что их генератор помех в кузов грузила? То-то! Если бы не идея Жорика с заменой прежнего "москита" на "Сквозняк", мы эту засаду и за сотню метров не разглядели бы. А им одного удачного выстрела той самоделки хватило б, чтобы пробить броню нашей малышки... и кто его знает, как тогда дело обернулось бы.

- Девчонки, Кирилл сообщение прислал! - довольная Елизавета ввинтилась в разговор Бестужевой и Громовой.

- Ну? - с нетерпением откликнулась Лина.

- Анна в операционной. Заряды оказались "пустыми", Осип Михайлович их уже извлёк, - протараторила рыжая. - Задета ключица, но это не страшно, на заживление уйдёт всего три-четыре дня интенсивной терапии. А вот со вторым зарядом сложнее, он прошил лёгкое и сломал ребро, но тут доктор велел передать тебе свою благодарность. Эфирный фиксатор, говорит, применила правильно и вовремя. Ну и с "пробкой" хорошо придумала, пневмоторакса удалось избежать. В общем, там проблема только с заживлением. Ткани нежные, контроль нужен постоянный, во избежание осложнений. Но за неделю обещает поставить девочку на ноги.

Лина, слушавшая подругу, вытянувшись в струнку от напряжения, облегчённо вздохнула, расслаблено расплылась в кресле и, почти незаметно улыбнувшись, ушла в себя. Да так основательно, что не обратила никакого внимания на замечание Елизаветы о том, что по возвращении Кирилл обещал устроить ей основательную головомойку. Плевать!

- М-да, кто бы мог подумать, что этот ангелок только что накрошил в мелкую палёную стружку два броневика и отправил на тот свет их экипажи? Лиза, свяжись с Вячеславом, успокой парня, а то ведь он там с нервов может войну устроить. Разнесёт ещё этот Пернау ко всем чертям, и сам поляжет. Что потом его сестре скажем? - произнесла Ольга, задумчиво глянув на продолжающую чему-то улыбаться Лину. Но тут же тряхнула головой и вновь переключила внимание на ухабистую дорогу. Это Кириллу пара тысяч километров, оказывается, не расстояние. А им ещё до базы ползти и ползти.

- Сделаю, - отозвалась рыжая и тут же принялась что-то набивать на своём коммуникаторе.


* * *


Обещанные наёмницей "минут сорок" растянулись для Вячеслава в целую вечность, немую, тягучую... и тяжкую. Он не помнил, как ушёл с площади перед ратушей, как пробирался через полгорода, и как вообще оказался в подвале, куда ещё недавно стаскивал всё, что могло пригодиться ему и сестре для побега... и в котором сейчас было так же пусто, как в голове самого Вячка. В себя, юноша пришёл уже сидя за столом и сжимая в руке коммуникатор, с которого не сводил взгляда. Шок. Так, наверное, определил состояние юноши любой врач, и был бы прав. Почти.

Там, у ратуши, увидев, как падает наземь его сестра, заливая ступени своей кровью, Стрелков, в попытке сбежать от накатившего ужаса, использовал технику, которую зарекался применять с той ночи, когда устроил "побег" Ирмы и Адама. Приём, названный им "отстранённостью", Вячко придумал давно, в поисках способа скрыть свои эмоции от любопытной сестры-эмпата с развивающимся даром. Один из многих провальных экспериментов, можно сказать. Провальный, если бы не один весьма интересный побочный эффект, поменявший минус на плюс... в определённом смысле.

Отстранённость, помимо глушения эмоций, дарила уверенность. Достаточно было дать себе некоторую установку, и лишённый эмоциональной раскачки, разум заставлял действовать тело без сомнений и колебаний, с потрясающей эффективностью. Скорость реакции, движений, просчёта вариантов действий и их выбора вырастала многократно, и пусть она не дотягивала до возможностей, предоставляемых обычным ускоряющим мышление трансом, но зато и не грозила вывихами-переломами и ожогами, как тот же транс, при движении в котором, даже накачанное эфиром тело Вячка могло сломать само себя при малейшей поспешности.

Но был у этой техники и один очень большой минус. Да, она позволяла действовать очень быстро и с максимальной эффективностью, напрочь отсекая сомнения и переживания, но "отключённые" эмоции, на самом деле, никуда не девались, скорее, просто прятались где-то в глубине разума. Так что, стоило Вячку выйти из состояния отстранённости, "отперев" тем самым подвал с закрытыми в нём чувствами, как те затапливали его разом, одной чудовищной волной. Хорошо, если действия, совершённые под отстранённостью, в обычном состоянии не вызывали у Стрелкова сильных эмоций, тогда волна была вполне... вполне переживаемой. Но после истории с казнью Зброевой и Поггера... Вячеслава до утра выворачивало от отвращения, брезгливости и ненависти. Именно тогда он и пообещал себе, что будет крайне осторожен с применением этой техники. Ничего удивительного, четыре часа в обнимку с "белым другом" кому угодно мозги вправят.

Да вот, не выдержал. Стоило увидеть кровь сестры на руках, как отстранённость будто сама собой накатила. Хотя, в тот момент, оно, наверное, было и к лучшему. В противном случае, он вполне мог сорваться и устроить на площади натуральную бойню, которая, скорее всего, закончилась бы гарантированной гибелью не только чокнувшегося старика, но и Анны... и самого Вячка. И это был совсем не тот размен, который его устроил бы.

Вздрогнув, Стрелков поднялся со стула и, шагнув в угол комнаты, решительно опустил свой зад прямо на пыльный пол. Зубы сжали выуженную из кармана, предусмотрительно приготовленную деревяшку, а в следующую секунду, на руке Вячка завибрировал коммуникатор. Пришлось прервать приготовления.

Появившаяся на развёрнутом экране, рыжая наёмница окинула взглядом бесстрастное лицо Вячеслава и нахмурилась. Впрочем, уже через секунду она тряхнула головой и, подробно, с кучей медицинских терминов, "доложила" о состоянии Анны. Вячко внимательно выслушал Елизавету, кивнул...

- Когда и как я могу встретиться с сестрой? - ровный тон Стрелкова на миг сбил рыжую с толка.

- У меня нет этой информации. Ки... Атаман обещал сам заняться твоей доставкой в воеводство, но сейчас он в госпитале с Анной, - проговорила наёмница, чуть подумала и решительно мотнула своей огненной гривой. - Утром. Мы свяжемся с тобой утром и вы, вместе с ним сами определите точку и время рандеву. Хорошо?

- Договорились, - согласился Вячко. - Буду ждать звонка завтра, в восемь часов по среднеевропейскому времени.

- Замечательно, - Елизавета слабо улыбнулась и, помявшись, спросила: - Вячеслав, ты как себя чувствуешь?

- Нормально, - откликнулся Стрелков. Картинка на экране дрогнула, метнулась из стороны в сторону, и в "объективе" неожиданно возникла Лина.

- Вячик, это я... я... - девушка закусила губу и, бросив взгляд куда-то в сторону, неожиданно выпалила: - Вячеслав, прости меня, пожалуйста!

- За что? - от такого вопроса Громова опешила.

- Ну, я же должна была вас охранять и... не уследила. Это я виновата, что старик... Анну... - промямлила Лина, на глазах теряя уверенность в себе. Вячеслав покачал головой.

- Неверная постановка. Согласно приказу вашего атамана, ты нас сопровождала, цитирую дословно: для солидности. Не охраняла. В случившемся нет твоей вины, - ровным, невыразительным тоном произнёс юноша и, сделав паузу, договорил: - Наоборот, я должен тебя поблагодарить за помощь Анне. Если бы не ты, её сейчас не было бы в живых. За мной долг, Малина Фёдоровна.

- Но... - Лина потерянно покрутила головой, но почти тут же собралась, нахмурилась и, глубоко вздохнув, решительно, каким-то совершенно мужским жестом рубанула ладонью воздух. - Мы поговорим о долгах на нашей базе! Слышишь? Обязательно!

- Как скажешь, - индифферентно кивнул Вячко. - Спасибо за информацию о сестре. Жду звонка вашего атамана. До связи.

Ошеломлённая девушка не успела ничего ответить. Экран коммуникатора погас и Вячеслав, на миг задумавшись, откинул сжимаемую в ладони деревяшку, которую так и не успел зажать зубами, прежде чем отключить "отстранённость". Вместо этого, он поднялся на ноги и, шагнув к столу, принялся перетряхивать имеющуюся у него амуницию.

До следующего сеанса связи у него больше четырнадцати часов, точка и время рандеву не определены, а значит, образовавшееся свободное время можно потратить с большей пользой, чем сидение на пятой точке в попытках справиться с накатывающим валом эмоций. К тому же, расчёт вероятностей даёт большой шанс на то, что время пребывания под техникой можно увеличить за счёт ожидаемых облегчения и радости, от полученных новостей о сестре. И это хорошо.

В состоянии отстранённости от принятия решения до его воплощения в жизнь много времени не проходит. Нет сомнений, нет раскачки. Порядок действий определён, и организм как хорошо отлаженный автомат принимается за исполнение составленного плана. По пунктам, чётко и без ненужных метаний. Это потом, все колебания и неуверенность одновременно нахлобучат избавившийся от тяжкой техники разум. Моменты сомнений сольются в единый адреналиновый поток, накроют приступом паники, на смену которому придёт норадреналиновая ярость, густо замешанная на кортизоле и тестостероне, ударит в голову алой волной, и весь этот коктейль вывернет организм наизнанку. Но это будет потом, а сейчас...

Руки чуть подтянули ремни и без того плотно подогнанной разгрузки, скользнули по подсумкам, проверили как выходит из ножен матовый, короткий нож, легко ли вынимается из кобуры "Беррер", пробежались по набитым магазинам... под правую ладонь скользнул модернизированный АКТ, и пальцы уверенно перевели направляющие кольца карабина в режим дозвуковой стрельбы. Готов.

В наступившей темноте, да на окраинных улочках Пернау, где сроду не было ни одного фонаря, рассмотреть скользящую вдоль глухих заборов небольшую тень было почти невозможно. Если не использовать спецтехнику или продвинутую сенсорику, конечно, но кому это нужно в районе, заброшенном со времён Большой замятни? Правильно, совершенно никому, чем Стрелков и воспользовался.

А вот оказавшись поблизости от владений Баумов, расположенного, пусть и не в центре города, но во вполне "респектабельном" районе, Вячку пришлось осторожничать. Здесь уже не было проблем ни с уличным освещением, если можно так назвать один фонарь на два перекрёстка, ни с фиксаторами. Последние, кстати, доставляли куда больше беспокойства, идущему в гости к бывшему учителю Стрелкову, нежели тусклые фонари. Хорошо ещё, что видимые Вячком зоны контроля натыканных у ворот и калиток сенсоров, оказались невелики, их радиус не превышал пяти метров, ну так, устройства-то по сути бытовые, что с них взять? Впрочем, с задачей фиксации всего происходящего вблизи от частных владений, они справлялись, а большего их хозяевам и не нужно. Да и натыканы они были довольно часто.

Именно из-за них, скольжение в темноте вдоль высоких заборов, Вячеславу пришлось сменить на наглый ход по центру улицы, прямо посреди проезжей части, куда не дотягиваются зоны контроля домашних фиксаторов. Впрочем, это была не панацея. Один из перекрёстков Вячку вообще пришлось обходить по кромке двухметрового забора у какого-то лабаза, чтобы не попасть под городской фиксатор, в отличие от частных, накрывший своим вниманием пересечение двух улиц целиком, а это пять-шесть сотен квадратных метров, между прочим. Да и машины, изредка появлявшиеся на вечерней улице, доставляли беспокойство. Водители-то, живые люди, и прикрытого незаметностью юнца, шагающего по осевой, логично... не замечали, а значит, Вячку приходилось быть внимательным и за себя и за них.

Как бы то ни было, но до нужного места, Стрелков добрался без проблем. Но соваться без разведки на двор Баумов не стал. Подыскал удобное место вдали от фиксаторов и, устроившись в тёмном углу, попытался привычным действием развернуть сенсорное восприятие. Но первая же попытка "прощупать" обширный двор и дом бывшего учителя провалилась с треском. Идеальная, непроницаемая полусфера, мутным пузырём поднявшаяся над домом и двором Баумов, как оказалось, надёжно укрывает двор от любопытства посторонних, не только не позволяя рассмотреть что-либо происходящее внутри, но и напрочь отсекая исходящие эманации Эфира. И это что-то новенькое, по крайней мере, раньше подобной защиты от подглядывания здесь не было и в помине. Или хозяева дома просто не включали её?

Что ж, как говорится, первый блин комом, но это же не повод сдаваться, не так ли? Вячеслав присел на корточки и положил ладони на промёрзшую землю. По пальцам побежал привычный холод, пока ещё еле заметный, но лишь пока. Восприятие вновь развернулось на полную, но в этот раз Вячко не стал охватывать им всё пространство вокруг себя. Наоборот, он сосредоточил его в одной точке, и пучок внимания стремительно понёсся вперёд, прошивая мёрзлую землю и камни. Холод в ладонях стал сильнее, пополз вверх, но Стрелкову было не до того. Его внимание тонким лучом скользило под верхним слоем почвы в сторону двора Баумов. Миг, пройдена граница странной защитной сферы, ещё один... луч восприятия, развернувшись на полную, рванул вверх, заполняя пространство двора. А спустя ещё полминуты, Вячеслав с трудом отодрал от земли закоченевшие ладони.

Пять минут отдыха... а лучше четверть часа. Привалившись спиной к доскам забора, Вячеслав пережидал приступ головной боли, разминал руки, ноющие от бешеного количества проведённого через них Эфира, и думал, один за другим отщёлкивая варианты дальнейших действий.

Многого из проведённой разведки узнать не удалось... но, несколько важных моментов Вячко всё же выведал. Во-первых, старик жив и здоров. А во-вторых, у него появилась охрана. По крайней мере, никем другим, трое шляющихся по двору мордоворотов быть не могут. Впрочем, есть и ещё кое-что. Охранников в доме может быть больше куда больше трёх человек, учитывая, что во дворе стоят два незнакомых вездехода, каждый из которых способен везти до шести бойцов. "Рассмотреть" маркировку и эмблемы машин Вячко, правда, не смог, сил не хватило, но сам факт...

От размышлений юношу отвлекло урчание заработавшего двигателя, донёсшееся со двора Баумов. Встрепенувшись, он вновь развернул восприятие и замер на месте в ожидании. Спустя минуту, тихо скрипнули отворяемые ворота и один из стоявших за ними вездеходов, выехал на улицу, тут же став видимым для сидящего в засаде Стрелкова.

Узнать сидящего на заднем сиденье машины Тесслера, труда не составило. Но не это заставило мысли Вячеслава забегать быстрее, а тот факт, что количество охраны в доме Баума оказалось меньше, чем он предположил, "увидев" стоящие во дворе машины. Как минимум, вдвое меньше! В принципе, логично, домовладение невелико, и трёх человек для его контроля вполне хватит... ну, ещё трое отдыхают где-то в доме, дожидаясь своей смены. Аккурат шесть человек и получается. Можно работать. Теоретически.

А вот практически... практически это будет очень сложно, поскольку увиденные им охранники снаряжены, что называется, "по-взрослому". Нет, не то чтобы его пугало вооружение бойцов, иного в СБТ ожидать просто бессмысленно. Куда больше Вячеслава напрягала амуниция охранников, точнее их тактические шлемы... а если совсем конкретно, то расположенные на этих самых шлемах фиксаторы, благодаря которым, бойцы плевать хотели на "незаметность" бывшего ученика их нанимателя. Засекут на раз-два, на том и кончится поход Стрелкова за головой Баума. Плохо.

И тянуть время нельзя. Если Баум всерьёз обеспокоился своей безопасностью и нанятые им охранники не идиоты, то уже завтра, максимум, послезавтра все владения Герхарда окажутся под колпаком стационарных фиксаторов, пройти мимо которых так, чтобы подобраться к старику незамеченным будет невозможно. Ловить его где-то на улице? Дохлый номер, мастер тоже не идиот, чтобы так подставиться.

Вячеслав вновь привалился спиной к холодным доскам забора и задумчиво уставился на уже закрытые ворота дома Баумов. Вовремя. Тихо скрипнула отворившаяся калитка, врезанная в одну из массивных створок ворот, и на улице показался... Руперт. Управляющий Герхарда Баума поёжился от холодного ветра и, подняв ворот короткого бушлата, резво зашагал вверх по улице, провожаемый взглядом Вячеслава. Впрочем, недолго. Уже через секунду, юноша поднялся на ноги и последовал за старым знакомым. Сенсорика, это, конечно, хорошо, а допрос очевидца ещё лучше. Времени, конечно, жаль, но это не повод, чтобы соваться на охраняемую территорию без всякого плана.

До дома, в котором Руперт снимал квартиру, оставалось идти не больше пяти минут, когда на одном из перекрёстков вдруг появился вездеход. Полоснув светом фар по бредущей в темноте фигуре управляющего, машина рванула вперёд и, обогнав его, вдруг резко затормозила. Под удивлёнными взглядами Руперта и оставшегося незамеченным Вячеслава, из распахнутых дверей вездехода выпрыгнули двое, один из которых тут же взял управляющего на прицел, а второй во мгновение ока спеленал ошеломлённого подчинённого Баума. Сухо щёлкнули наручники, на снег упали найденные при Руперте два небольших пистолета и нож, а в следующий миг, управляющий уже оказался на заднем сиденье машины, подпёртый с двух сторон двумя амбалами в серой камуфлированной форме. Хлопнули двери вездехода и тот, урча, покатил по тёмной улице.

Вячеслав не стал терять время. В два прыжка оказавшись на месте, он подхватил брошенное наземь при стремительном обыске оружие, после чего, вновь разогнавшись, вцепился в стальную дугу, прижимавшую запасное колесо вездехода к его задней двери, и мысленно поблагодарил любовь жителей Пернау к тяжёлой технике. Если бы он попробовал сотворить нечто подобное с обычной машиной, его бы наверняка засекли по качнувшемуся не в такт кузову, и никакая "незаметность" не помогла бы. А этому бронированному вездеходу, вес шестнадцатилетнего юнца, как слону дробина, даже не скрипнул.

Долго петлять по улицам Пернау, похитители не стали. Уже через полчаса их машина замерла у небольшого покосившегося дома, возвышающегося посреди пустого двора, огороженного высоченным трёхметровым забором. Очередная заброшенка, вроде той, в подвале которой Вячко устроил свой склад. Даже находится недалеко, всего-то в паре кварталов.

Бойцы выволокли из машины Руперта, отчаянно что-то мычащего сквозь кляп и напяленный на голову мешок и, молча, тычками и пинками загнали его в дом. Стрелков же в это время аккуратно отцепился от запасного колеса и, размяв онемевшие руки, скользнул к навесу дровника, в темноту, подальше от лунного света заливающего заснеженный двор.

Для сенсорного восприятия Вячеслава, как оказалось, даже железобетонные стены не такое уж серьёзное препятствие. Что уж тут говорить о прогнившем дереве? Как результат, за происходящим в доме он смог наблюдать без всяких проблем. Разве что, подобрался поближе к одному из окон, чтобы меньше напрягаться... и лучше слышать. Уж очень интересное действо разворачивалось в одной из комнат брошенного здания.

Привязанный к стулу молчаливыми похитителями, управляющий Баума вновь что-то замычал, но в этот момент с его головы сдёрнули чёрный непроницаемый мешок и Руперт зажмурил глаза, заслезившиеся от ударившего по ним яркого света. Тот же охранник ловко вытащил из его рта кляп, отчего бедолага ещё и закашлялся. Впрочем, уже через несколько секунд он пришёл в себя и, проморгавшись, обвёл взглядом окружающую обстановку. Весьма скудную, если не сказать больше. Комната была начисто лишена какой-либо мебели, если не считать охранников, застывших по обе стороны от Руперта, и того стула, на котором он сидел. Ободранные стены с потёками на обрывках обоев, гнилые доски пола... дом явно был давно уже необитаем.

За спиной скрипнула дверь и раздались чьи-то шаги. Похищенный попытался оглянуться, но схлопотал по шее от стоящего рядом охранника и понятливо прекратил несанкционированные шевеления. Впрочем, крутить головой больше и не понадобилось. Вошедший... точнее, вошедшая, обошла расположенную в центре комнаты "композицию" с привязанным к стулу управляющим и, остановившись в двух шагах от изумлённого Руперта, вежливо ему кивнула.

- В-вы? - выдавил из себя управляющий.

- Ещё раз добрый вечер, мой дорогой Руперт, - улыбнулась женщина. Холодно и недобро.

- Зачем? - похищенный попытался мотнуть головой, но вновь схлопотал по загривку и тут же заткнулся.

- Правильный вопрос, мальчик, - покивала женщина, доставая из сумочки серебряный портсигар. От тонкой дамской сигареты вверх потянулись завитки ароматного дыма. - Но задать его должен не ты, а я. Не находишь?

- Н-не понимаю, - по бледному лицу управляющего скатилась капля пота. А ведь в доме холодно. Куда ниже нуля...

- Не расстраивай меня, Руперт. Ты же умный мальчик, Герхард не стал бы держать на службе идиота, - тонкие сухие губы женщины вновь тронул намёк на улыбку. Вот только радости в ней не было. - Итак, я спрашиваю, зачем?

Тишина в ответ. Женщина, со вздохом покачав головой, перевела взгляд на одного из охранников.

- Збышек, у молодого человека проблемы с речевым аппаратом. Помоги ему... немного, - попросила она. Бугай хмыкнул, кивнул и положил ладонь на плечо Руперта. Даже под бушлатом и толстым свитером, управляющий почувствовал его хватку. Большой палец лёг в ямку над ключицей и... управляющего перекосило от страшной боли. На глазах вновь выступили слёзы, а из горла вырвался сдавленный хрип. Женщина стряхнула пепел сигареты на пол и кивнула бойцу. Тот убрал руку, Руперт взвыл. - Я повторяю вопрос, дорогой мой. Зачем?

- Честное слово, я н-не... не понимаю, о чём вы, - кое-как справившись с болью, простонал управляющий.

- Какой упёртый мальчик, - заключила женщина, доставая из сумочки миниатюрный никелированный пистолет с сияющими перламутром накладками. Заметив испуганный взгляд Руперта, она улыбнулась. - Нравится? Это муж подарил мне на прошлый день рождения. Красивая игрушка, не правда ли? А какие у неё стрелки... представь, калибр всего в одну русскую линию, а эффект при попадании, лучше чем у трёхлинейного "зауэра" заряженного разрывными боеприпасами. Конечно, прицельная дальность не та, но ведь мне, слабой женщине, оружие нужно для самозащиты, а не для стрельбы по тарелочкам. Зато с десяти метров, эта малявка с одного выстрела медведя свалит, и кровью всё вокруг не уделает. Хорошие заряды муж подобрал, артефактные. А теперь представь, что будет с твоим коленом, если я сейчас нажму на спусковой крючок. О... вижу, ты понял и готов к разговору?

- Д-да, - не сводя взгляда с направленного на его ногу, короткого ствола, выдохнул Руперт.

- Умница, - констатировала женщина и, затянувшись сигаретой, опустила пистолет. - Тогда, я жду рассказа, кто тебя надоумил, когда, и главное, зачем? Только не ври, знаешь же, со мной этот фокус не пройдёт.

- Никто, - буркнул управляющий но, заметив, как вновь начала подниматься рука сжимающая ствол, затараторил, - честно слово! Никто не надоумил! Сам, я сам всё придумал. Увидел, что у шефа проблемы начались, серьёзные. Кто-то людей его похитил, потом ссора с советником, Журика-мастера грохнули... в общем, решил, что пора ноги делать, пока сам под раздачу не попал. Но пустому уходить... всё равно ж, как придавят старика, всё имущество в распыл пойдёт.

- И? - надавила женщина.

- Решил свой небольшой кусок урвать, - уже куда тише произнёс Руперт. - Подлил ему в кофе "незабудку", думал, подпишет старик дарственную на западную лавку, да и забудет о том. Ежели уберут его, я при верном куске хлеба останусь, ну а если отобьётся, так я ту бумагу сожгу, вроде как и не было ничего. Кто ж знал, что он в ратушу сорвётся!

- Шустрый мальчик, - задумчиво проговорила женщина. - А что ещё ты подсунул Герхарду помимо "незабудки"?

- Ничего, клянусь! - вскинулся было тот, но вновь получил по шее и тут же опустил голову.

- И ведь не лжёшь, вроде бы, но... - вздохнула та. - По уму, с незабудки он детишкам довериться должен был, как самому себе. А вместо этого, словно с цепи сорвался. Значит, было что-то ещё. Руперт?

- Не было, говорю же! - запальчиво отозвался тот. - Какой мне прок с того? Я же вообще... ну... да как же вам доказать-то?! Незабудка это была, я её сам бодяжил! Больше... да я даже не знаю, что такой эффект могло вызвать!

- Дарственная где? - неожиданно переключилась женщина. Управляющий замер.

- Сжёг, - хрипло проговорил он, спустя секунду. - Как только старик в ратушу умчался, так и сжёг.

- Опять врёшь. А я ведь предупреждала. Мальчики, обыщите его, аккуратно только. И будьте осторожны...

- Угум, - буркнул один из охранников, вытаскивая из ножен внушительный свинорез. Раздевать Руперта никто не стал. Это ж надо его отвязать, расковать... зачем? Срезали одежду прямо с сидящего, да и выпотрошили её на глазах у отошедшей в сторону хозяйки. Чуть дольше по времени, зато без фокусов и неожиданностей.

- О, а вот и она, - промурлыкала женщина, разворачивая поданный ей одним из охранников листок бумаги. Вчиталась... и деланно печально покачала головой. - Руперт, какой же ты всё-таки врунишка, а? "Западная лавка", дарственную "сжёг"... Ай-яй-яй! А тут, оказывается, и бумага на месте, и мастерская с оружейным складом в ней значатся, помимо той самой западной лавки. Ну как тебе такому верить?

- Богом клянусь, ну не я это, не я! - управляющий мелко задрожал, то ли от холода, то ли от накрывшей его с испугу истерики. Женщина смерила его долгим изучающим взглядом и медленно кивнула.

- Что ж, вот сейчас верю, - произнесла она. - Мальчики отвяжите нашего врунишку.

- Спасибо... спасибо, - забормотал тот, едва путы были распущены, и опустился на колени перед женщиной, норовя поцеловать отороченный поверху мехом сапожок. - Фрау Малица, я же вам, я за вас... вот как Бог свят, отслужу!

- Надо же, вылечился от вранья, никак? - усмехнулась та, убирая ногу подальше от слюней и соплей Руперта. Окинула взглядом извивающегося перед ней будто червь мошенника и скривилась.

В руке женщины, сухо, словно надломленная ветка щёлкнул пистолет, и управляющий ткнулся лицом в пол.


Глава 14. Кроить по-живому


Фрау Малица стояла на пороге дома и, дымя тонкой сигаретой, молча, с абсолютно невозмутимым видом смотрела, как её охранники грузят в багажник вездехода упакованное в чёрный полиэтиленовый мешок тело управляющего. В том, что супруга герра Баума совершенно спокойна, Вячко, наблюдавший за этой картиной из-под навеса дровника, был уверен на все сто. Конечно, его умения в эмпатии ничто, по сравнению с умениями сестрёнки, но уж на то, чтобы определить общее эмоциональное состояние не прикрытого щитами человека, находящегося в паре десятков метров, их вполне хватало. И сейчас доносящиеся до Вячка отголоски эмоций говорили о спокойствии фрау Малицы, скорее даже о полной безмятежности. Ствол АКТа пошёл вверх, и спустя секунду голова женщины оказалась в перекрестье прицела.

Зачем Вячеславу понадобилась смерть фрау Баум? Так, после увиденного в доме, он был абсолютно уверен: за смерть мужа она будет мстить и что хуже всего, не в запале ярости, а холодно и расчётливо. Опасное сочетание, учитывая её ум и характер. И оставлять за спиной такую бомбу Стрелков просто не имеет права. А значит, и выбора у него нет.

- Славик? - тихий, но отчётливый голос в голове Вячеслава, заставил того замереть на месте.

- Да, сестрёнка? - откликнулся он. Палец, уже выбравший свободный ход спускового крючка, расслабился, но ствол АКТа, направленный на стоящую впереди женщину, даже не дрогнул.

- А ты где? И... ты опять под той техникой? Почему? - спросила Анна.

- В Пернау, - спустя мгновение, ответил Вячеслав, намеренно пропустив мимо ушей вторую часть вопроса. - Как ты себя чувствуешь?

- Уже лучше, - ответила сестрица и, чуть помедлив, повторила, словно пытаясь уверить брата: - Правда, лучше! Здешний врач обещает, что через три-четыре недели я полностью поправлюсь.

- Я рад, - выдал Вячеслав и ощутил смешок Анны.

- Ну да, конечно! Под "отстранённостью" ты прямо-таки фонтанируешь радостью! - сообщила сестрёнка, но тут же посерьёзнела. - Стоп! Братик... ты... ты что задумал?!

- Не понимаю, о чём ты, - отозвался Вячко, и в тот же миг ощутил, как от Анны шибануло совершенно диким коктейлем эмоций, разобраться в которых сейчас, он был просто не в состоянии. Минус задействованной техники.

- Славик, остановись! Не делай глупостей, пожалуйста! - запричитала сестра.

- Успокойся, Анют, тебе, наверняка, сейчас нельзя волноваться.

- Братик, я прошу... не делай ничего Бауму! Он не виноват! - продолжала тараторить Анна.

- Два заряда в спину двенадцатилетней девочки, это называется "не виноват"? - после недолгой паузы отозвался Вячко.

- Это я... - голос сестры в разуме Стрелкова затих, можно сказать, превратился в еле слышный шёпот. - Это я виновата. Надавила на него эмпатией, твоими эмоциями, хотела, чтоб старик почувствовал то же, что и ты. А он взбесился и... выстрелил.

- Та-ак, - Вячеслав одним посылом заставил сестру замолчать. - Ещё раз, что ты сделала?

- Передала ему твои эмоции, - всё тем же "шёпотом" отозвалась явно сконфуженная сестра.

- Очередной эксперимент, я так понимаю? - уточнил брат. Впрочем, вопрос был риторическим, ответ и так понятен. Анна, чем дальше, тем больше становится похожей на самого Вячеслава, а тот, в свою очередь... И ничего удивительного, тяга к подобным фокусам у Стрелковых в крови, это ещё их мать говорила. Собственно, если бы не один из неудачных экспериментов, временно запечатавший её собственный дар, она бы никогда не угодила в "феи", да и сын родился бы нормальным одарённым, а не вечным калекой. Хуже другое, и сам Вячеслав и его сестра, в своих опытах наступают на те же грабли. Вместо экспериментов в безопасных условиях, они оба предпочитают проверять пришедшие в голову идеи в, скажем так, боевой обстановке. Глупость, конечно, но... так есть, и это, очевидно, тоже наследие матушки.

Наверное, стоит принять этот факт к сведению, и в будущем стараться контролировать свои порывы. Это было бы лучшим выходом, жаль только, что эта идея пришла ему в голову лишь в состоянии отстранённости. А ещё, было у Вячеслава подозрение, будто стоит отключиться технике, и всё благоразумие исчезнет как дым, едва он окажется на пороге очередного эксперимента. С другой стороны, необходимость контролировать не только себя, но и сестру вполне может сыграть на руку этому самому "благоразумию". Друг о друге они заботятся и беспокоятся, так что взаимное торможение на поворотах может стать вполне приемлемым выходом из ситуации. Там, где увлечение будет тянуть вперёд, сестрёнка вполне может схватить за руку и вовремя удержать от глупости своего брата. Да и в противоположную сторону, эта система должна действовать. Пожалуй, это стоит с ней обсудить...

- Славик? - Анна отвлекла брата от размышлений.

- Я тебя понял, - отозвался он.

- И...

- Давай поговорим об этом при встрече, когда я отключу технику, а сейчас ложись спать. Насколько мне известно, тебе сегодня сделали операцию, а значит, организму нужен отдых, - предложил Вячеслав, опуская ствол, державший на мушке направившуюся к машине фрау Малицу. Кажется, сестрёнка "на том конце провода" недовольно вздохнула в ответ.

Хитрюга. Понять причину её "печали" было несложно. Если бы Вячеслав простил сестру прямо сейчас, то ни о какой головомойке при встрече не было бы и речи, как говорится, "повинную голову меч не сечёт". Этому принципу брат всегда следовал неукоснительно. Нет, наказание за проступок последовало бы обязательно, но без нотаций и нудных лекций, а именно их, Анна не переваривала органически. Теперь же, рассчитывать на такой фарт ей явно не стоит.

- Ладно. А когда мы встретимся? - встрепенулась сестра.

- Завтра-послезавтра, - ответил Вячеслав и уточнил: - если наши "похитители" не лгут, конечно.

- Не должны, - серьёзным тоном откликнулась Анна.

- Будем надеяться... спокойной ночи, сестрёнка - ощутив, как знакомо плывёт канал связи, произнёс Стрелков.

- Спокойной... - Анюта отключилась, даже не договорив фразу до конца. И в тот же момент, стоявший перед домом, вездеход рыкнул двигателем. Метнувшись к нему, Вячко еле успел ухватиться за защитные дуги "запаски", когда машина резво набрав ход, вылетела со двора.

Зачем ему это понадобилось? Не для убийства, нет. Слова Анны он учёл, более того, в свете "исповеди" Руперта, Вячеслав не мог не согласиться с тем, что сегодняшняя... точнее, уже вчерашняя стрельба Баума у ратуши была не более чем результатом очень неудачного стечения обстоятельств. Но отказ от убийства вовсе не означает отказ от мести. Старик слишком много ему задолжал. Ему и Анне. Идею с татуировкой батистовой феи, Стрелков забывать не собирался.

Да, Вячеслав пересмотрел прежний план. Задумывая всю эту эпопею с "похищением" и выкупом сестры в ратуше, Стрелков рассчитывал не только ткнуть старика мордой в его собственное дерьмо, но и сделать бывшего артефактора посмешищем в глазах горожан. Юнец сумевший обвести ушлого торговца вокруг пальца, что может быть забавнее? Эту историю с выкупом Анны, в Пернау запомнили бы надолго, но... эффект оказался смазан реакцией опоенного Рупертом и "стукнутого" сестрёнкой старика.

Что ж, если одна затея провалилась, а на собственную смерть, по уверению сестры, Баумы ещё "не заработали", значит, нужно придумать что-то другое. И Вячко придумал, благо, состояние отстранённости позволяло просчитывать варианты возможных действий с просто феерической скоростью.

Именно для воплощения пришедшей в его голову идеи, Стрелкову и понадобилась эта вторая поездка "на запятках" вездехода. При условии, конечно, что госпожа Баум едет домой, а не собирается колесить по ночному Пернау до самого утра. Впрочем, даже если она решит составить компанию охранником в организации похорон покойного Руперта, Вячку придётся это перетерпеть. Иного способа попасть во владения старого артефактора, у него сейчас всё равно нет. Незамеченным, имеется в виду.

К счастью для замерзающего Стрелкова, фрау Малица и в самом деле не стала тратить время на наблюдение за тем, как бойцы охраны "утилизируют" тело бывшего управляющего Баумов, и уже через четверть часа вездеход, пронизав защитную полусферу, замер в гараже. Правда, сам Вячко не стал дожидаться, пока машина въедет в тёплый полуподвал огромного дома артефактора и скользнул в сторону, едва за вездеходом закрылись ворота во двор.

За тем, как охранники тащат через двор упакованное в полиэтилен тело Руперта, Стрелков наблюдал уже из окна тамбура мастерской, открытой им личным ключом. Ну да, в кои-то веки Вячку пригодилась привилегия личного ученика Баума. Обычно-то двери в мастерскую по утрам открывал всё тот же управляющий и он же их закрывал за последним покидающим рабочее место мастером. Охрана? А что здесь, собственно, охранять? Станки? Так их без шума всё одно не утащить. Инструменты? О да, они принесут просто невообразимый доход воришкам. Тогда уж, заодно, можно прихватить и многочисленный железный хлам, что годами копится в ящиках под рабочими столами мастеров. А что? В металлоприёмке Баума за него тоже могут дать пару крон. Нет, конечно, в дальнем конце ангара имеется вход в хранилище, где складируется подлежащее ремонту и уже приведённое в порядок оружие, дожидающееся своих хозяев, но... там собственная система сигнализации, и вскрывать её Вячеслав не намеревался. А в основном помещении мастерской имеются лишь стандартные фиксаторы для наблюдения за работой мастеров, обходить которые он научился давным-давно, кажется, ещё в другой жизни. Впрочем, на хранилище у него тоже были кое-какие планы, но их воплощением Стрелков намерен был заняться несколько позже, когда закончит работу в самой мастерской.

Окинув взглядом мощный металлообрабатывающий процессор, занимавший угол ангара, Вячко кивнул сам себе и аккуратно, стараясь не попасть под фиксаторы, двинулся к одному из рабочих столов за инструментом, подходящим для задуманной каверзы. Можно было бы, конечно, обойтись обычным гвоздём, но это несерьёзно, да и нанести настоящий урон этому аппарату с помощью таких детских штучек будет просто невозможно. Нет, сей агрегат требует уважения и основательного подхода. Обойти же его стороной, тем более будет нелогично, ведь если в этом помещении и есть вещь достойная внимания, то именно металлообрабатывающий процессор. Огромный, мощный... и просто дорогущий аппарат, позволяющий создавать металлические детали самых сложных форм и из самых разных сплавов, хочешь литьём, хочешь фрезеровкой или спеканием порошковых смесей. Гордость мастерской и самого Герхарда, хваставшегося обладанием этим агрегатом, даже спустя пять лет после покупки. И его можно понять. Сорок восемь тысяч крон, воплощённые в совершенном механизме, сплав самых современных технологий... Тыкать в это гвоздём? Чушь какая. В конце концов, если уж гадить, то по полной программе!

Вячко подкинул на ладони стержень портативной бормашинки, решительно откинул декоративную панель огромного механизма и полез в его внутренности. А уже через секунду из недр процессора донеслось тихое жужжание. Бормашинка для резьбы по металлу отлично справлялась с нанесением рунных цепей на рабочие механизмы процессора. Конечно, сами по себе руны работать не будут, но если воткнуть в цепочки запитанные кристаллы, от тех же зарядов для карабина, например, то проблема будет решена. И Вячко был готов пожертвовать одним магазином для своего АКТа. Благое ж дело!

Три часа и две "убитых" насадки бормашинки спустя, Стрелков выбрался из-под махины токарного станка, поднял на лоб "консервы" очков ПНВ и, утерев с лица пот, устало привалился ноющей спиной к стене ангара. Закончил. Теперь можно и передохнуть.

Отведённые на отдых десять минут истекли быстро, даже слишком быстро, но тянуть дольше, Вячко не стал. Зимняя ночь, конечно, долгая, но далеко не вечная, так что на отход у него осталось совсем немного времени, да и есть ещё одно дело, которое хотелось бы провернуть, пока утро не настало.

Поднявшись на ноги, Вячеслав, привычно прячась за станками от потолочных фиксаторов, скользнул вдоль стены ангара и, оказавшись у входной двери, на миг замер. Сенсорное восприятие мгновенно развернуло перед его внутренним взором картинку двора. Улучив момент, когда патрулирующие территорию охранники упустят из виду вход в тамбур мастерской, Вячеслав рванул вперёд. Одна дверь, другая, налево под навес и бегом на полусогнутых вдоль ангара. Стоп. Нырнуть за контейнер, обогнуть... тихо.

Просквозив, фактически, через весь двор, Вячеслав, никем не замеченный, добрался-таки до нужного ему места. Здесь, за железными коробками со всяким хламом, располагалась стена подворья, за которой начиналось хитросплетение "технических" проходов меж соседскими владениями, узких настолько, что двум взрослым в них плечами не разойтись. Самое то, чтобы исчезнуть из виду, когда сигнализация Баумов подаст голос. А в том, что так и будет, Вячко был уверен, не зря же этот "пузырь" над двором колышется. Да и в самом деле, не через главный же вход ему бежать? Там, за воротами, улица широкая, и ни одного перекрёстка на ближайшие триста метров, так что для охранников в такт. шлемах Вячеслав будет виден, как на ладони. Пристрелят же, в лёгкую! А здесь, на задворках... пара поворотов, пара развилок и ищи ветра в поле. Никакие фиксаторы и шлемы выследить не помогут... Но если есть возможность, риски стоит снижать, а потому, перед рывком через защищающую двор Баумов полусферу, юноша прикрылся привычной техникой "незаметности", после чего взобрался на один из стоящих у стены контейнеров и, глубоко вздохнув, прыгнул вперёд.

Он был готов к любым неожиданностям, от рёва сирены до выстрелов охранников, но, к удивлению беглеца, столь настороживший его "пузырь", кажется, никак не отреагировал на прошедшее сквозь его границы тело. Не схлопнулся, не дрогнул, не включил сигнализацию... Хотя, может быть, какой-то сигнал он и подал охране, но этого, удирающий по узкой тропинке Вячеслав уже не видел и даже его развитая сенсорика не могла помочь. От идеи остановиться где-нибудь поблизости и применить тот фокус, что несколькими часами ранее позволил ему осмотреть двор Баумов, минуя установленную над ним защиту, Вячко отказался. Не хватало ещё дать фору возможной погоне...

Спустя четверть часа, убедившийся в отсутствии преследования, юноша выбрался из переплетения "технических" проходов, в добрых пяти кварталах от дома Герхарда, и, остановившись на углу, позволил себе чуть-чуть отдохнуть. Совсем недолго. Бросив взгляд на восток и убедившись, что небо в той стороне ещё и не думает светлеть, Вячеслав вздохнул и направился к дому, до которого этой ночью так и не смог добраться покойный управляющий герра Баума.

Нет, Стрелков не собирался заниматься мародёрством в квартире Руперта. В конце концов, нельзя же назвать мародёрством изъятие нескольких железяк, самому управляющему вовсе не принадлежавших?

Войти в квартиру бывшего управляющего труда не составило. В подъезде нужного дома, Вячеслав, прикрывшись "незаметностью", совершенно спокойно миновал клюющего носом консьержа и, поднявшись на второй этаж, остановился перед знакомой дверью. Здесь он бывал неоднократно, то разыскивая запропастившегося управляющего по распоряжению герра Баума, то по просьбе самого Руперта. И, кстати говоря, пару раз он наведывался сюда с той же целью, что и сейчас. Правда, тогда он заглядывал в квартиру управляющего с его собственного разрешения.

Под воздействием пропущенного через ладонь Эфира, дешёвый дверной замок сдался почти мгновенно. Хрустнул раскалённый и моментально охлаждённый металл ригельной пластины, после чего Вячеславу хватило одного энергичного рывка, чтобы открыть дверь. Терять время на обыск квартиры, Вячеславу, прекрасно знающему, где хранятся искомые предметы, не пришлось. Пролетев через пустую прихожую и захламленную гостиную, юноша отворил стеклянную дверцу серванта и, нащупав на полке небольшую шкатулку, вытряхнул её содержимое на стол.

В пробивающемся через окно жёлтом свете уличного фонаря, тускло блеснули кристаллы-накопители, брякнуло по дубовой столешнице рассыпавшееся железо... Покопавшись в образовавшейся на столе куче, Вячеслав выудил из неё пару нужных ключей, благо, те были снабжены бирками, остальные же, не глядя, свалил обратно в шкатулку, которую, в свою очередь, убрал в пустой подсумок. Вот теперь можно наведаться в лавки Баумов.

Казалось бы, зачем вообще нужно было ломиться в квартиру Руперта, если Вячко способен сломать дверной замок одним "наложением рук"? Вот только, замок замку рознь. И то убожество, что установлено в квартирных дверях дешёвого доходного дома не идёт ни в какое сравнение со сложными рунными замками в лавках бывшего артефактора. Собственно, изначально, Вячеслав и не собирался ломиться в торговые точки своего бывшего мастера, но раз уж выпала такая возможность, то почему бы ею не воспользоваться? И нет, он не собирался их грабить, как, собственно, не собирался мародёрить в квартире Руперта. Но вот оставить в паре самых солидных магазинов герра Баума по сюрпризу, вроде тех, что он организовал в его мастерской... почему бы и нет? Хотя, конечно, если в кассах тех лавок найдутся какие-то деньги... нет-нет, это будет не грабёж, а компенсация понесённых расходов и морального вреда, вот!

Прикрыв за собой входную дверь, Вячко ссыпался вниз по лестнице и, невозмутимо кивнув на ходу, приоткрывшему глаза консьержу, вышел на улицу. А теперь, ходу! До рассвета осталось не так много времени, а сделать ещё предстоит немало.

Можно уходить в ускоряющий мышление транс или задействовать техники вроде той же "отстранённости", можно отключить эмоции и сколь угодно быстро просчитывать варианты, избавиться, пусть и временно, от колебаний и неуверенности, но всё это не гарантирует успешного выполнения поставленных задач. Иными словами, порой, кроха невезения может обрушить даже самый выверенный план. Учитывая же, что в последнее время, вообще, все затеи Вячеслава отдают махровой авантюрой... в общем. Да, не повезло.

В Западную лавку, где герр Баум торгует "шиком", как он сам это называет, пробраться было несложно. Ещё бы, имея-то ключ из запасов Руперта! Но вот чего Вячеслав не учёл, так это двойной сигнализации. Первый "рунный" контур он отключил сходу. А вот дальше... ну в самом деле, кто мог подумать, что ушлый старик установит сигналку не только на входе в лавку, но и в оружейке, да к тому же не обычную, а совершенно нестандартную заморскую хрень, работающую на электрических принципах, опознать которую, не всякий профессиональный домушник сможет, даже с развитой сенсорикой.

Если бы не этот финт старого прохвоста, у Вячеслава нашлось бы время на нормальный осмотр и выбор сувенира поинтереснее, чем редкая, но не пользующаяся особой популярностью в СБТ, "Радость католика", которую он нашёл в ящике под стеклом, осматривая контору на втором этаже.

Не успел. Едва он отпер дверь оружейного хранилища в подвале здания и начал прикидывать, как ловчее разместить здесь рунескрипт-"пугалку", который, по идее, должен был выгнать народ из здания до того, как другой рунескрипт устроит в подвале огненный смерч, с улицы послышался гул мотора, истошный скрип тормозов, а следом, мощный удар в запертую Вячеславом, входную дверь. Пришлось переигрывать всю затею и вместо задуманной диверсии с рунескриптами, действовать куда более грубо и быстро. Одна из пластин с рунной цепочкой, выточенной Вячеславом во время саботажных работ в мастерской, полетела на пол, "пугалочка" здесь уже ни к чему. Вторую пластину он зажал в ладони и метнулся к стоящему здесь же аварийному генератору. Вырвать провод, зачистить обмотку и наскоро, одним эфирным импульсом пропущенным через ладонь, "приварить" его к пластине. Пальцы обожгло болью и Стрелков, зашипев, отдёрнул руку. Встряхнув ею, он взглянул на результат своей работы и, удовлетворённо кивнув, забросил провод с болтающейся на его конце пластинкой в распахнутую дверь оружейки. А в следующую секунду загудел включенный генератор, вливая свою ноту в производимый ломящимися в лавку охранниками, шум.

Лежащая на полу, пластина с рунескриптом начала быстро нагреваться, по бетону от неё заскользили огненные змеи, подбираясь к складированному здесь же товару, и Вячко, не дожидаясь, пока пламя разбушуется по-настоящему, бросился к лестнице. Он пробежал мимо входной двери, явно доживавшей свои последние секунды под напором энтузиазма охранников, и, взбежав на второй этаж, подобрался к окну. Осторожно выглянув из-за приспущенной шторы, Вячеслав покачал головой. Двор, куда ведёт его "аварийный выход" уже был перекрыт, и соваться под стволы второй группы охраны, у юноши не было никакого желания. В этот момент снизу раздался совсем грохот падающей двери. Миг, и Стрелков оказывается у окна, выходящего на улицу. Аккуратно открыть створку, накинуть "незаметность" и... вперёд на выход. Выбравшись на обледенелый карниз, Вячеслав бросил взгляд вниз и, довольно кивнув, стал осторожно взбираться вверх по водосточной трубе, стараясь забраться на крышу до того, как вломившиеся в лавку охранники доберутся до конторы, а их оставшиеся у машины коллеги удосужатся задрать головы вверх, вместо того, чтобы держать на прицеле вход в лавку и витрину.

Прогрохотавшие по жести заряды, ударившие в трубу водостока прямо под ногами только что взобравшегося на крышу Вячеслава, показали, что его всё же заметили. Отстреливаться он не стал и рванул с низкого старта вдоль улицы, укрываясь от стрелков за высокими надстроенными фронтонами и печными трубами. Снизу донёсся гул движка, в окнах домов на другой стороне улицы зажглось несколько окон... погоня началась.

Понятное дело, что пытаться уйти, пусть даже по крышам, на своих двоих от мощной машины, бесполезно. Но кто сказал, что Вячеслав собирается бегать с преследователями наперегонки? Развернувшееся сенсорное восприятие вкупе с техникой отстранения позволило ему быстро проложить удобный маршрут, уводящий из центральной части города в сторону окраин, в хитросплетение улочек и переулков, подворотен и узких проходов между домами и владениями, вроде тех, которыми он воспользовался, уходя со двора Баумов. И всё бы хорошо, но разозлённые охраннички вцепились в него словно бульдоги, мало того, вскоре, к единственной машине преследователей присоединилась ещё одна, очевидно та, что недавно перекрывала двор за Западной лавкой, а ещё через пару минут, машин стало уже шесть и шли они за Вячеславом, как привязанные, явно ведомые неплохим сенсором.

Очередной прыжок с крыши на крышу прошёл несколько не так, как рассчитывали преследователи, по их мнению, чётко и точно определившие направление движения "дичи". Вячко, как общим направлением движения, так и всеми своими рывками и шараханиями из стороны в сторону, старательно наводил погоню на мысль о том, что он рвётся к складам и заброшенным кварталам за ними, где легко и просто потеряться не только одному беглецу, но и целому отряду наёмников, наконец добился того, что четыре из шести машин ушли вперёд, чтобы перекрыть подходы к заброшенкам и встретить его "на границе" с распростёртыми объятиями. Оставшиеся два преследователя должны были, очевидно, сыграть роль загонщиков, и вот тут всё пошло не по плану. Вместо прыжка с крыши на крышу, Вячко сиганул вниз на крышу двухэтажной пристройки, а оттуда на козырёк подъезда и вниз на землю. Оказавшись во дворе-колодце частного доходного комплекса, он не стал терять время и оглядываться по сторонам, тут же припустив по дорожке к такой же пристройке на противоположной стороне двора. Откуда-то с улицы донёсся резкий визг тормозов и мат-перемат от въезда во двор. Ну-ну. Проехать мимо местной охраны у погони не получится. Частные владения, ворота заперты, и хрен кто их откроет без разрешения хозяина неизвестным бойцам, да ещё и размахивающим оружием. Точнее, тем более размахивающим оружием. Вот и ладушки. А путь самого Вячка лежит перпендикулярно прежнему маршруту, на соседнюю улицу, по ней на набережную и через замёрзшую речку дальше, за город. Пока преследователи сообразят куда он двинул, пока обнаружат, что на ту улицу отсюда не проехать, да развернутся и доберутся до ближайшего моста, пока выедут за город и встанут на след да по полю, по грязи и снегу... фора получится значительная. Ну а искать беглеца в здешних лесах можно до-олго.


* * *


Утро для герра Баума началось с трезвона коммуникатора. Бросив взгляд на часы, старый мастер скривился, но увидев имя абонента, пытающегося связаться с ним в седьмом часу утра, встряхнулся и ответил на вызов. Доклад наёмника из отряда, занимающегося охраной магазинов и лавок Пернау, в том числе и принадлежавших Герхарду, заставил старика резко прийти в себя. Уж больно новости оказались... неприятными.

- Поджог? Это точно, герр Штум? - пожевав губами, хмуро спросил бывший артефактор.

- Абсолютно, герр Баум, - кивнул его собеседник. - Поджигатель ушёл крышами, мои люди его ведут. Задействованы шесть групп быстрого реагирования. Как говорит ведущий погоню сенсор, парнишка рвётся к заброшенным кварталам. Шустрая сволочь!

- Подробности, - потребовал Герхард, поднимаясь с постели.

- В пять сорок шесть на пульт поступил сигнал с объекта "Вест". Сработала американская электросигнализация внутреннего контура. Был сделан вывод, что взломщики уже внутри помещения. На вызов отправились первая и третья группы. Восемь человек. Прибыли на объект в пять пятьдесят две. Дверь в магазин оказалась заперта, следов взлома на ней не обнаружено.

- Интересно, - протянул старик, но тут же махнул рукой. - Нет-нет, продолжайте, герр Штум, это я так, о своём.

- Что ж, ладно. Одна группа осталась вскрывать дверь, вторая была направлена во двор. Мы знаем, что второго входа в магазин нет, но взломщики могли уйти через окно.

- И как, ушли?

- Да, но не через то, что выходит во двор, - поморщившись, сообщил наёмник. - Взломщик дождался, пока первая группа войдёт в здание и выбрался через уличное окно на втором этаже. Оставшиеся у входа в лавку, бойцы сразу его не заметили, а тот взобрался по водосточке на крышу. Думаю, если бы не рухнувшая прямо перед витриной сосулька, его уход так и остался бы незамеченным. Бойцы открыли огонь, но попасть в цель не смогли. Организовали преследование на машине, сообщили на базу. Я выслал в подмогу ещё четыре группы с сенсором. Преследование идёт до сих пор.

- У вас такие медленные машины и косые стрелки? - ощерился Баум.

- Нет, - совершенно спокойно отозвался наёмник. - Просто им попалась очень шустрая дичь. По всем параметрам, этот парень - одарённый, толково пользующийся воздушными техниками ускорения и какой-то формой скрыта или отвода глаз, выцелить его с гарантией не получается... движется, словно "маятник" качает, при этом не сбиваясь с маршрута. Но мы его дожмём. На границе с заброшенным районом уже подготовлена группа захвата и пара толковых снайперов. Поверьте, они знают, что можно противопоставить такому попрыгунчику.

- Ясно. А что с лавкой? - чуть помолчав, спросил Герхард.

- Хранилище товара выжжено под ноль, - доложил наёмник. - Что не сгорело, то расплавилось. Так же, уничтожен аварийный генератор. В торговом зале обуглились полы, но возгорания не произошло. Один из моих бойцов неплохо тащит в Воздухе и вовремя задавил пламя. Собственно, это все потери имущества. Да... на втором этаже, в конторе разбито стекло ящика-витрины, но мне неизвестно что там было. Следов обыска в кабинете нет.

- Вот же сволочь! - рыкнул Баум. - Мало ему было товара на сто тысяч крон, он ещё и мой кольт прибрал!

- Дорогой? - поинтересовался собеседник.

- Кольт Фейерверк тысяча восемьсот семьдесят третьего года. Коллекционный, принадлежал генерал-епископу провинции Квебек, казнью которого завершилась Вторая война Ересей в Северной Америке, - глухо проговорил мастер.

- А если в кронах? - перебил его наёмник.

- Те же сто тысяч на любом европейском аукционе, - отрезал тот. Охранник присвистнул.

- Премия? - опомнившись, спросил он Баума.

- Только если возьмёте взломщика живым. Мёртвый он нам без надобности, - неожиданно вмешалась фрау Малица, неслышно вошедшая в комнату. Герхард недоумённо взглянул на жену.

- Почему? - спросил он.

- А ты не догадываешься, кто именно навестил наш магазин этим утром? - вопросом на вопрос ответила супруга. В глазах старика мелькнуло понимание.

- Плачу тридцать тысяч, если приведёте ко мне взломщика живым и здоровым, - отчеканил он.

- Солидно, - протянул наёмник и кивнул. - Что ж, хозяин-барин, как говорят русские. Договорились. Будет вам "живой и здоровый", а сейчас, прошу прощения, мне нужно отозвать снайперов.

- До связи, герр Штум, - старик отключил связь и повернулся к жене. - Итак, почему ты решила, что это Вячко?

- Дорогой, это же просто как дважды два, - усмехнулась фрау Малица. - Мальчик умён и предусмотрителен, он прекрасно рассчитывает свои силы. Ручаюсь, о том, что наш дом под охраной он знает, а значит и рисковать, пытаясь пустить тебе пулю в лоб, не станет. Понимает, что может сам сыграть в ящик, а Анне, если она жива, требуется живой брат, иначе, кто её защитит? Но и оставить твою выходку без внимания он не может. И какой же выход остаётся у нашего юного мстителя?

- Ударить по кошельку, да? - горько усмехнулся Герхард.

- И заметь, у него это неплохо получилось, - кивнула жена. - Суток не прошло, а мы уже понесли убытков на двести тысяч крон.

Очередную реплику фрау Малицы прервал вызов коммуникатора. Миг, и на развернувшемся перед супругами экране вновь появился всё тот же наёмник.

- Прошу прощения, господа, - буркнул он. - У меня есть новости, и не самые лучшие. Взломщик резко сменил маршрут движения и сейчас уже вышел из города. Мои люди его преследуют, но этот ушлый засранец умудрился обвести их вокруг пальца, так что преследующие его машины вынуждены делать большой крюк, по прямой они его догнать не смогут. Река не даёт. Боюсь, в этих условиях он может оторваться от преследования и затеряться в лесу Мрижи.

- И что вы хотите от нас? - холодно осведомилась фрау Малица.

- Пятьдесят тысяч премии, и я подниму на загонную охоту всех своих людей, - отозвался наёмник. Супруги переглянулись. Понять логику собеседника было несложно, мужик просто решил набить цену, понимая, что без его людей, уже вставших на след, поиск и преследование Стрелкова будет бессмысленной тратой времени и денег.

- Согласны, - процедил герр Баум. - Но помните...

- Живым и здоровым, да-да, - весело ухмыльнулся командир охраны и Герхард отключил связь.

- Мразь. Это последний контракт с ним, - проговорил старик. - Мало того, что его люди не смогли обеспечить охрану моего имущества, так теперь ещё и деньги за отлов взломщика вымогает.

- Ну-ка, дорогой, делись, что он тебе такого рассказал? - встрепенулась фрау Малица. - А то я не всё слышала.

- Хорошо, - буркнул Герхард и приступил к рассказу. Короткому, но от этого не менее удручающему. Супруга выслушала его молча и не прерывая, а когда старик завершил повествование, тяжело вздохнула.

- Значит, говоришь, сигнализация сработала только при открытии хранилища, а на входной двери никаких следов взлома не было? - протянула женщина и замерла, словно размышляя о чём-то. Но не прошло и минуты, как она вдруг взвилась и выбежала из спальни, провожаемая непонимающим взглядом мужа. Впрочем, спустя ещё одну минуту фрау Малица вернулась в комнату, с огромной связкой ключей в руках.

- Что случилось?

- Наши все на месте, - невпопад откликнулась женщина... и, хлопнув себя ладонью по лбу, принялась суматошно вызывать кого-то по своему коммуникатору. - Збышек! Немедленно, слышишь, немедленно отправляйся на квартиру покойного Руперта. У него остались ключи, их нужно забрать. По исполнении доложишь. Сразу же, это важно!

- Думаешь, Вячеслав наведался к нашему управляющему? - понимающе кивнул Герхард.

- Вот сейчас и узнаем, - со вздохом произнесла фрау Малица. - А пока Збышек проверяет мои подозрения, поднимайся с постели, и идём завтракать.

Продолжение этого разговора состоялось после отчёта помощника хозяйки, сообщившего, что в квартире бывшего работника Баумов искомое не обнаружено.

- Мне только интересно, Вячко наудачу туда пошёл, или знал, что Руперт больше домой не вернётся? - медленно проговорил Герхард. - А если знал, то откуда?

- Я же говорю, он умный мальчик, - отозвалась фрау Малица и... вздрогнула, вспомнив ощущение, посетившее её этой ночью на пороге заброшенного дома, почти сразу после убийства управляющего. - И добрый... да. Добрый мальчик.

- М? - герр Баум непонимающе нахмурился.

- Он мог убить меня сегодня, но отпустил, - проговорила женщина. - Там на крыльце дома, после "разговора" с Рупертом, я отчётливо ощутила, что нахожусь на прицеле. Свалила всё на старость и собственную мнительность, но сейчас я почти уверена, что Вячеслав там был и... просто отпустил меня.

- Услышал "исповедь" этого вора, и решил поиграть в благородство, ты это хочешь сказать? - недоверчиво усмехнулся Герхард. Впрочем, недоверие касалось лишь предполагаемых действий Вячка, чутью своей жены старый артефактор доверял безоговорочно.

- Именно, - кивнула фрау Малица, но тут же встрепенулась и договорила совсем другим тоном: - Дорогой, тебе пора. Руперта больше нет, так что дел теперь у тебя очень много.

- Это точно, - отозвался Герхард. - Но останься он в живых, и дел у меня было бы меньше чем проблем.

Впрочем, здесь, герр Баум очень сильно ошибся. Проблем и неприятностей этот день приготовил ему куда больше, чем можно было бы ожидать, даже учитывая факт внезапного "увольнения" управляющего.


Глава 15. День тяжёлый


Герр Эрих Штум, майор и совладелец отряда "Железный Щит", казалось, пребывал в раздумьях настолько глубоких, что в упор не замечал расшумевшихся в его машине бойцов. Но так лишь казалось. Несмотря на задумчивый вид, он довольно внимательно прислушивался к сидящим рядом с ним в салоне транспортёра бойцам, оживлённо обсуждающим предложенную заказчиком премию. Впрочем, судя по обмолвкам пары старшин, те всерьёз нацелились на упомянутый в разговоре кольт, что утянул из Западной лавки ушлый взломщик, и теперь пытались понять, как бы им и ствол поиметь, и премию для отряда. Умники!

- Тишина, - потребовал майор. - Старшины ко мне.

Оба ветерана-наёмника моментально оказались рядом с командиром, и в салоне воцарилось молчание. С дисциплиной в отряде Штума дела обстояли очень неплохо.

- Майор? - старшина Леви вопросительно уставился на своего командира. Светловолосый и сероглазый, его частенько принимали за младшего брата майора, и мало кто поверил бы, узнав, что когда-то пьяный тевтон Штум спас сопляка-ашкеназа во время погрома на окраине маленького городка некогда бывшего частью Австрийской империи. И с тех пор не было у наёмника лучшего советчика и помощника, чем еврейский паренёк потерявший в пожаре всю семью. Умный, преданный и беспощадный. Без его помощи и разумных советов, не видать бы Штуму майорского темляка, как своих ушей, несмотря на феноменальное чутьё и немалые умения. Неудивительно, что и сейчас, почуяв какую-то несуразность, Эрих обратился именно к Леви.

- Что думаешь о заказе, Умник? - спросил Штум. Старшина почесал нос, глянул на устроившегося рядом "коллегу" из группы захвата и, прищурившись, уставился на командира.

- А что мы уже имеем этот самый заказ? - осведомился он. - Пока я видел лишь развод на жадность.

После произнесённых слов тишина в салоне стала абсолютной, казалось, её можно ложкой есть. Штум довольно кивнул. Теперь майору стало понятно, что именно зудело и так тревожило его после разговора с Баумами. Старшина группы захвата перевёл недоумённый взгляд с командира на Леви.

- А для обычных людей? - прогудел он, постучав пальцами-сосисками по цевью барабанного гранатомёта.

- Без проблем, Бьорн, - кивнул Умник. - С одной стороны, нас просят взять объект живым и здоровым, обещая за это пятьдесят кусков. С другой стороны, мы можем грохнуть мальчишку, снять с него коллекционный ствол и загнать его, как минимум, в два раза дороже. Сделайте ваш выбор, как говорится.

- И что тут думать? - нахмурился старшина. В этот момент транспортёр тряхнуло, и Бьорн ткнулся шлемом в подволок, но привычно не обратил на это никакого внимания. - Сто тысяч против пятидесяти, да ещё и работы вдвое меньше. Убить-то, всяко проще, чем ловить живьём.

- Да-да, - довольно покивал Умник. - Но зачем было давать нам такой выбор, а?

- Может, заказчик просто случайно проговорился о стоимости револьвера? - предположил Бьорн, пожав плечами.

- Мы говорим об одном и том же человеке? О бывшем артефакторе Бауме, купце, держащем половину оружейного рынка Пернау? - с сарказмом поинтересовался старшина Леви. Его собеседник вновь нахмурился. - Понял, да? Нам сливают свободного гражданина, специально оговорив премию лишь за живого. Напомню, этот самый свободный гражданин взломал лавку Баума и вместо того, чтобы вынести из неё всё что можно, устроил пожар в хранилище, а прихватил с собой лишь старый коллекционный ствол, о реальной стоимости которого мы знаем только со слов заказчика.

- Подстава? - подал голос герр Штум.

- Если судить по происходящей вокруг Баума возне, то... Вспомни, майор, похищение контрактницы и ученика, их освобождение, стрельба у ратуши, появление какой-то левой ляди в ЛТК. В общем, есть такой шанс. Сам знаешь, дыма без огня не бывает, а история тут творится явно мутная, зато с довольно отчётливо видимым чужим интересом. Так что, я бы не исключал возможность того, что нынешний заказ, это не только подстава, но и отмазка для самого Баума, на тот случай, если к нему заглянет некто, чтобы поговорить за этого странного взломщика. Старик просто разведёт руками, и предоставит запись разговора с майором охранного отряда "Железный Щит", из которой любому будет ясно, что старый Герхард вовсе не желал смерти взломщика. Понятно, к кому следующему заглянут эти самые гости?

- Если они существуют в природе, - буркнул Бьорн.

- У меня есть такое подозрение, - мотнув головой, проговорил Леви. - Учитывая же, что вместо выполнения заказа, ты предлагаешь вальнуть беглеца ради имеющегося у него раритета, те самые "гости" будут иметь полное право поспрашивать за взломщика уже с нас. По закону, между прочим. Но это, конечно, при условии, что заказанный беглец им действительно важен. А даже если за ним никого нет, во что я, глядя на всю эту ситуацию, честно говоря, не верю абсолютно... то мы всё одно понесём серьёзные потери. Репутационные. Точнее, уже их несём. Первоначальный заказ-то у нас был на охрану лавки, а её подломили. Не выполнен, выходит, договор. А если мы грохнем взломщика, то и дополнение к нему, озвученное сейчас Баумом, тоже не будет исполнено. Два косяка подряд... как думаете, найдём мы здесь себе работу после такого провала? И стоит ли оно ста тысяч... которые мы можем ещё и не заработать?

- С такими размышлениями ты сейчас дойдёшь до того, что всё происходящее сейчас, это одна большая интрига, чтобы подвинуть нас на рынке, - хмыкнул старшина.

- Да ты никак думать научился, медведь? - деланно изумился Леви, но тут же посерьёзнел. - Как бы то ни было, дело это гнилое, и сейчас нас явно пытаются сделать в нём крайними.

- Что ж, твою точку зрения я понял, - медленно кивнул майор Штум. - А теперь хотел бы услышать предложения.

- Объявить свободный поиск, - ошарашил всех присутствующих старшина и усмехнулся, окинув взглядом вытянувшиеся лица бойцов и командиров. Но уже через секунду майор расхохотался.

- От нашего имени, конечно? - уточнил он.

- Разумеется, - ответил Леви. - Объявляем награду в двадцать тысяч крон, набираем человек сорок добровольцев, распределяем их по командам, каждой придаём по одному из бойцов, что устроили погоню за нашим взломщиком, и могут его узнать. И вперёд. Пусть бегают по полям и лугам, а как поймают... ну кто там будет смотреть на конфискованное оружие, тем более заморское старьё позапрошлого века? И как докажет, что оно у нас? Может, кто из охотников прихватил, а может, потерял его беглец, уходя от погони. Нужно оно Бауму, так пусть сам добровольцев опрашивает, по буеракам ползает, да ищет. Главное, чтоб охотнички об этой фузее не прознали, чтоб действительно на сторону не ушла.

- А если он с нас компенсацию станет требовать? - прищурился Штум.

- Да пусть требует, запись разговора не только он представить может, но и мы, - неприятно усмехнулся Леви. - Там же чётко сказано было: пятьдесят тысяч за живого взломщика, и ни слова о возврате ствола. А полезет старый в бутылку, так мы в пять минут докажем, что его лавку вообще никто не взламывал, а значит, нас пинать не за что. Входную-то дверь родным ключом открыли, да и оружие лежало в незапертом помещении, и что это как не халатность владельца? Утрётся. Может, конечно, объявить награду за ствол, так если сумма будет подходящей, мы его "найдём" и вернём.

- Вот ведь, - Бьорн грязно выругался, но на коллегу посмотрел с долей уважения. - Ушлый еврей!

- Так, подвожу итог, - голос майора Штума легко перекрыл и тихий гул двигателя и бурчание старшины группы захвата. - Объявляем свободный поиск. Всех добровольцев распределяем между нынешними "загонщиками". Бойцов сопровождения предупредить об обыске, чтоб ни один носок беглеца при поимке не пропал. Леви, займись объявлением, Бьорн, извести преследователей. Да, Умник, не забудь сенсоров набрать.

- Обижаешь, майор, - протянул тот, уже погрузившись в работу с коммуникатором.

Завтрак в доме Баумов прошёл в тишине, но, расправившись с чаем и уже собираясь встать из-за стола, старый Герхард всё же решил нарушить молчание

- Думаешь, мы поступаем правильно? - спросил он. Жена ответила ему долгим взглядом и задумчивым кивком.

- Да. Наёмники либо возьмут Вячка живым, и тогда мы сможем договориться с ним, либо его убьют в попытке забрать твой револьвер с трупа. И тот и другой вариант не лишён минусов, но оба принесут спокойствие, которого ты своими неумелыми интригами попытался нас лишить, - проговорила фрау Малица и, помолчав, договорила: - Если же он сможет отбиться, чему я, честно говоря, не удивлюсь, то запись утреннего разговора позволит скинуть вину за попытку его убийства на жадность охранников. Вопрос только в том, как передать эту информацию до того, как паренёк всё же нагрянет к нам в гости. У тебя есть номер его счёта? Можно было бы связаться через банковскую переписку...

- Ты так уверенна в мальчишке? - с кряхтением осведомился старик, начисто проигнорировав последний вопрос.

- Просто считаю необходимым предусмотреть все возможные варианты, - отмахнулась женщина. - Мальчик уже не раз меня удивил, и я бы не хотела враждовать с ним на пустом месте.

- Женщины! - покачал головой Герхард. - Пустое то место или нет, а враги всегда были, есть и будут.

- Если не делать глупости, то их будет куда меньше, - парировала фрау Малица, заставив мужа резко захлопнуть рот. Старик поднялся на ноги и, более не проронив ни слова, вышел из комнаты. Ну да, постоянные напоминания о том, что в происходящем сейчас на сто процентов виноват именно он, уже начали вызывать немалое раздражение.

Супруга же, проводив взглядом удаляющуюся спину мужа, печально вздохнула. Не хотелось ей поступать подобным образом, но в отличие от своего старика, фрау Малица великолепно понимала одну простую вещь: Вячеслава им не вернуть. А упорство, точнее, почти ослиное упрямство Герхарда не позволяло ему увидеть этот факт. Наворотив кучу ошибок, полностью потеряв доверие своего ученика, артефактор до сих пор продолжал надеяться, что всё ещё можно исправить и переиграть. Да тут ещё и Тесслер с его вечным желанием половить рыбку в мутной воде за счёт старого друга-конкурента... В общем-то, похоже, что Малица Баум была единственным человеком в этой маленькой компании, желающая не невозможного или невероятного, а обыденного спокойствия. И ей совершенно не нужен был под боком умный и решительный, но обиженный и очень злопамятный мальчишка, в будущем способный стать огромной проблемой. Это же бомба с часовым механизмом, причём с уже запущенным обратным отсчётом! Потому-то женщина и взялась доводить мужа до такого состояния, когда тот со злости согласится оставить мальчишку в покое... может быть даже в вечном. Но тут уж как повернётся. Сможет Вячко удрать подальше и не отсвечивать, честь ему и хвала. Не сможет, значит, так тому и быть. И ведь почти добилась своего, да Герд опять засомневался, пришлось снова ему на мозоль наступать, чтоб не взбрыкнул.

От размышлений и наблюдения за работой прибирающего со стола слуги, фрау Малицу отвлёк чудовищный мат на трёх языках, донёсшийся со двора. Выглянув в окно, она увидела мужа, мечущегося из стороны в сторону под навесом у мастерской, и печально вздохнула. Снова. У приёма с посыпанием соли на "душевные" раны мужа, был один, но весьма значительный минус, раздражённый артефактор изливал свой яд на окружающих по малейшему поводу... а порой и вовсе без такового. Вот и сейчас, судя по смущённо-смиренным физиономиям двух стоящих перед Герхардом мастеров, старик нашёл на ком сорвать злость за какую-то мелкую провинность. Впрочем, прислушавшись к мату, женщина была вынуждена признать, что насчёт размеров происшедшей неприятности, она погорячилась. Выход из строя жутко дорогого металлопроцессора, к мелким провинностям отнести было невозможно.

А скандал во дворе всё разгорался, из ангара вывалили остальные мастера, работа замерла. И как не хотелось фрау Малице выйти к спорящим в голос мужикам, она вынуждена была задавить своё любопытство. Соваться в дела мужа, да ещё при таком скоплении чужих людей, ей было не с руки. Это здесь, в доме, она может выспросить всё у Герда, а там... не поймут. На жене дом, на муже обеспечение достатка, и негоже первой лезть в дела второго без разрешения. С точки зрения толкущихся у входа в мастерскую работников, расклад именно такой. Так что, нечего лезть в гущу событий, лучше подождать ужина, за которым она подробно всё вызнает у своего благоверного.

Но к тому времени, когда муж вернулся в дом, расспрашивать его о чём-либо стало просто опасно. Герхард Баум был в ярости. Он рвал и метал! Слуге, сунувшемуся зачем-то к хозяину дома, прилетело в челюсть, а его помощник и вовсе забился в какую-то щель, выудить из которой бедолагу оказалось чрезвычайно трудно. Впрочем, после ужина муж вроде бы немного отошёл, перестал бросаться на окружающих и смог объясниться с супругой, уже не переходя на мат и рычание, хотя руки у него дрожали, а в глазах плескалась просто сумасшедшая смесь из ярости и обиды.

Причиной его дурного настроения оказались поломки. Именно так, во множественном числе. Перед обедом полетел металлопроцессор, у которого полностью выгорел рунно-программный блок. Сначала. После замены сгоревшего оборудования, процессор был запущен снова, но не успел он проработать и получаса, как повело операционный стол. Прямо под изумлёнными взглядами работников, так называемое "лицо" машины - стальная сверхплоская пластина толщиной в десять сантиметров, пошла волнами и застыла в таком виде. Понятное дело, что без замены трёхтонной металлической плиты, ни о какой дальнейшей работе процессора не могло быть и речи. Но не успели мастера отключить агрегат, как у него пробило встроенную вакуумную печь, в которой в тот момент шла "выпечка" детали из порошковой стали, и это событие поставило окончательный крест на восстановлении работоспособности сложнейшей машины. А что чинить-то, когда к пошедшему волнами столу присоединились изогнувшиеся в солидарности с ним, ведущие и прокатные валы... пяти и восемнадцати сантиметров в диаметре, между прочим!

Не успел герр Баум выматерить криворуких подчинённых и собственную судьбу-злодейку, как в двух шагах от процессора сначала завизжал и задымился фрезерный станок, а следом, разбрасывая вокруг обломки деталей, станины и прочих металлических радостей, взорвался стоявший в углу токарный автомат. Хотя, что в нём могло рвануть, не понимал никто из присутствовавших. Но, одно Герхард Баум точно осознал: никакими случайностями здесь и не пахнет... В чём и убедился, когда вроде бы заглушенный с вечера, рабочий кран вдруг взревел приводами и, промчавшись по проложенным вдоль ангара рельсам на чудовищной для этого медлительного агрегата скорости, со всей дури впечатал в боковую стенку прицепленный к нему мусорный контейнер, набитый хламом и ожидавший вывоза из мастерской. Две тонны железного лома, упакованные в железный же контейнер, легко снесли переборку, ведущую в хранилище при мастерской, и с грохотом обрушились на стойки и стеллажи, раздавив и искорёжив, по крайней мере, половину оружия и снаряжения, разложенного там в ожидании ремонта или для выдачи заказчикам. Это был крах.

- Убытков на полмиллиона крон, минимум - тихим, бесцветным голосом произнёс герр Баум, сидя за столом и глядя куда-то в пустоту. Тарелка с ядрёным гуляшом, сваренным супругой по старинному и любимому мужем рецепту, стояла нетронутой. Фрау Малица на миг прикрыла глаза.

- У тебя есть номер счёта Вячеслава? - спросила она после минутного молчания.

- Урою мальчишку, - тут же вскипел старик и взорвался матерной тирадой. От его меланхолии не осталось и следа. Упоминание бывшего ученика, устроившего сегодняшние диверсии просто вышибло у Герхарда все предохранители. Да, догадаться, чьих рук всё сотворённое в мастерской, ему труда не составило. До ужина Баум успел осмотреть всю технику и, естественно, отыскал как простенькие рунескрипты, что перевели двигатели крана на высокооборотный режим, так и следы рунных цепей, нанесённых на детали уничтоженного оборудования. В другой день, да не касайся дело его собственности, старый артефактор даже похвалил бы находчивого парнишку, сумевшего добиться феерических результатов, используя минимум энергии кристаллов-накопителей и мизерную ёмкость самих рунескриптов. Но сейчас... сейчас он был готов удавить поганца собственными руками! Пятьсот-семьсот тысяч крон убытка! За один чёртов день!

- Угомонись, Герд, - усталым, безэмоциональным тоном проговорила жена. - Мы сами виноваты в происшедшем.

- Что-о?! Да я... да он... - старик чуть не задохнулся от гнева и вновь заперхал русским матом.

- Ты-ты-ты! - вдруг взъярилась следом за супругом уставшая от его выходок женщина. - Наворотил дел, получай обратку! Дурень старый, доигрался, да?! Правильно матушка говорила, нельзя вашу кровь к серьёзным делам подпускать, всё своим гонором испоганите! Молчать! Сидеть! Номер счёта Вячеслава мне, мозгоклюй недоделанный! Быстро.

Такой, свою жену герр Баум видел лишь однажды, тридцать лет назад, теперь вот и второй раз сподобился. Вздрогнув, он грузно осел на стул, щёлкнул коммуникатором, и уже через минуту фрау Малица отправила Стрелкову короткое письмо. Убедившись, что послание ушло адресату, она свернула экран и перевела яростный взгляд на мужа.

- Перед Вячком я за тебя извинилась, а теперь, связывайся со Штумом, и отменяй его поиск, - потребовала она.

Старик покряхтел, но послушно начал набирать номер майора "Железного щита". И вот тут его ждал второй удар.

- Какие десять тысяч?! Каким добровольцам?! - забрызгал слюной герр Баум, вновь выходя из себя. И даже присутствие жены его не остановило. - Какая неустойка, Эрих? Ты рехнулся?! Я тебя об этом просил?

- Всё по закону. Пятая часть премии от отменённого заказа, - невозмутимо отозвался майор Штум. - Нет, вы, конечно, можете отказаться, но я сообщу об этом охотникам. Думаю, это не добавит вам авторитета в городе, а?

- Суки, - только и смог прохрипеть герр Баум в ответ.


* * *


Уходя от города, Вячеслав пересёк реку по тонкому льду, затем небольшое уже заснеженное поле за ним, и скользнул в чернеющий на фоне утреннего неба лес. Казалось бы, здесь можно и остановиться, отдохнуть, но... рано. Поле, которое, как считал Вячко, должно было стать почти непроходимой грязевой преградой для машин преследователей, успело основательно промёрзнуть, так что даже "городские" понтовые вездеходы, на которых рассекают наёмники охранного отряда "Железный щит", пройдут по нему едва ли хуже, чем по мостовым Пернау. А значит, останавливаться для отдыха на опушке, когда в любую минуту над полем может раздаться рокот их двигателей, будет глупо. И Вячко вновь побежал. Экономно, по-легионерски. Три минуты нескорого, но уверенного бега, минута на отдых - шагом. Три минуты бегом, две - шагом. И снова три минуты бегом на три минуты шага. Остановиться, скользнуть руками по снаряжению, подтянуть разболтавшийся ремень, и по новой. Три - одна, три - две, три - три. Повторить.

Оторваться от погони окончательно, Вячеславу не удалось, сенсорное восприятие показывало это точно, зудя и предупреждая о появлении людей далеко за спиной. И не только тех четырёх машин "Железного щита", что отправились в погоню за ним изначально, нет, их было куда больше. Вездеходы, квадры, даже, кажется, мотоциклы. А ещё пешие, рассыпавшиеся веером по тому самому полю, которое он пересёк меньше четверти часа назад. А ведь после обмана погони на окраине города, он почти поверил в то, что ему удастся сбросить их с хвоста. Не вышло. Одно хорошо, в лесу технике делать нечего, а значит, скоро пеших преследователей прибавится, но скорость их движения упадёт. И сильно. Ну а пешком, он ещё потягается с погоней на скорость. Три минуты бегом, три шагом. Стоп.

Восприятие изменилось, вместо узкого луча внимания скользящего то назад, то вперёд, развернулось, затопило окружающий лес на весь возможный радиус. Пусто. А впереди грунтовка, на которую преследователи наверняка послали машины. Вновь сменить сенсорную технику, повернуть направо и вновь бегом, теперь вдоль дороги. Луч внимания скользнул по ней в сторону города, но даже на пределе дальности не нащупав погони, пошёл по кругу эдаким радаром. Да, в таком режиме сильно падает чёткость восприятия и есть вероятность пропустить опасность, но бежать по лесу с "полным погружением", верный способ переломать себе ноги в какой-нибудь ямище, или впилиться на полном ходу в дерево.

У самой грунтовки Вячко замер. В голове закрутились варианты дальнейших действий, кажется, ещё чуть-чуть и можно услышать, как они шуршат и щёлкают, словно древний механический вычислитель, когда-то найденный учеником артефактора в ящике с каким-то хламом, и им же отремонтированный. Щелчок, и отлетает один вариант, щелчок и шорох шестерёнок, другой даёт поворот, ветвится... Бросив взгляд в сторону уходящей к городу бело-серой ленты грунтовки, Вячеслав ещё раз кольнул в ту сторону лучом внимания и... глубоко вдохнув, словно перед нырком в воду, в один огромный прыжок перелетел через узкую полосу дороги. Приземлившись на противоположной стороне, он перекатом ушёл вниз по насыпи, и ещё один прыжок, на этот раз короче, резче, только чтоб перемахнуть через низинку, ощетинившуюся остью рогоза. Здесь, под деревьями чуть повыше и снега почти нет, только мёрзлая земля, по твёрдости мало уступающая асфальту, так что можно надеяться, погоня не обнаружит его следов. Сейчас это совсем ни к чему.

Поворот на сто восемьдесят и вновь бегом, на этот раз по краю подъёма грунтовки, чтоб не оставить и следочка ни в низине под ней, где под ломким тоненьким ледком ещё хлюпает грязная жижа, ни на обочине дороги припорошенной пылью. Неудобно, да, зато незаметно, щебень след не держит.

Вновь внимание сосредоточено и опять в той же стороне, только теперь оно не "позади", а "впереди". Полчаса бега и Вячеслав, наконец, добрался куда хотел, на левый край "веера" погони. Вышел во фланг загонщикам, прикинулся ветошью, укрывшись "невниманием", да и притулился под выворотнем у небольшого овражка. Теперь только ждать. Тихо-тихо. Пропустить мимо себя ломящихся через лес загонщиков, и... вернуться за их спинами в город? Глупость. Пернау невелик, перекрыть подходы к нему не проблема, тем более, если в людях недостатка нет. А судя по той толпе, что сейчас топает мимо, с количеством бойцов у "Щитов" всё в полном порядке. Как и со следопытами.

Это Вячко понял, когда в затылок вдруг кольнуло ощущение чужого внимания. Словно кто-то в спину смотрит, недобро так... Тихо чертыхнувшись, Стрелков вновь развернул восприятие на полную. Близко "охотничек", очень близко, но подходить не торопится, кружит рядом с оврагом, да не один, а с парой помощников. Но как-то неуверенно, словно... ага, не видит он Вячеслава, просто чует, что с оврагом что-то не так. Иначе бы не подставился под выстрел. А вот и те самые помощники, стволами ощетинившись, вслед за сенсором ломятся. Вот только оружие у них какое-то странное. Не у всех, только у того, что последним идёт. Присмотревшись, Вячко ощерился. Сетеметатель! Никак на охотников за беглыми рабами нарвался. Худо дело... А с другой стороны, судя по ощущениям, основная ватага "загонщиков" уже ушла дальше, и колонна машин, на которых они до леса добрались, укатила вперёд по дороге, а здесь крутится только эта троица.

Классическая тройка охотников на беглых. Ищейка, снайпер и захватчик. Сенсор выслеживает, стрелок обездвиживает или просто ранит, а захватчик "пеленает". Этих нелюдей Вячко не любил. Очень не любил. Изверги и твари, привыкшие загонять безоружных людей, словно дичь на охоте, да потом ещё и глумившихся над пойманными. Видел он их "работу" на ратушной площади. Вырванные ногти, сломанные руки, обожжённые тела... садисты, одно слово. А потому и сомнений никаких Стрелков не испытывал. АКТ сам лёг в руки. Складной приклад упёрся в плечо, а через пару секунд, наведённый на сенсора ствол, тихо кашлянул. Раз, другой, и не помогло охотничку его чутьё. Не ушёл из-под выстрела из "невнимания". От первой тяжёлой стрелки, боец сложился пополам, а второй заряд, угодивший точно в лоб, опрокинул ищейку наземь, заставив пораскинуть мозгами. Шлем надо носить! А не форсить своими умениями, дескать, без него сподручнее и видно лучше.

Его компаньоны оказались шустрыми, так и прыснули в стороны, уходя с линии огня. Один налево, другой направо. Хороший фокус, классический, можно сказать, "за двумя зайцами", называется! Кого другого они могли бы и провести, да сами себя обманули. Сетеметатель сейчас не помеха, с ним ещё подобраться к Вячку нужно, метров на пятьдесят хотя бы, а вот снайпер, это совсем другое дело. Если нащупает цель, не убежишь, от снайпера бегать, вообще, дело тухлое. Вот и не будет Вячеслав такую глупость делать.

АКТ прокашлял целую серию, выбивая снег и комья земли из-под носа опасного бойца. Тот дёрнулся, попытался перекатиться, и, врезавшись в припорошенный снегом пенёк, чуть подскочил. Для обычного человека - мгновение, а для находящегося под "отстранённостью" Вячеслава... ну, не вечность, конечно, но времени, чтобы поймать так удачно высунувшегося охотника в прицел и влепить ему из карабина от всей широты души, вполне хватило. Схлопотав сразу три заряда, "двойку" в шлем и один в руку, снайпер рухнул наземь. Даже если жив остался, то сознание потерял наверняка, разрывные заряды снаряжённые лично Стрелковым, это гарантируют. Да и когда придёт в себя, так с раненой рукой из снайперки бить уже не сможет, разве что из пистолета, но... на двести метров? Дохлый номер, каким бы профи ни был. Не добьёт. А вот теперь можно заняться и третьим.

Ха, затаился, головой крутит. Значит, точное местонахождение Вячка, он так и не просчитал. И это хорошо, хотя засиживаться в кустах под выворотнем, всё же не стоит. Аккуратненько, осторожненько...

Выбравшись из оврага, всё ещё прикрытый "невниманием", Стрелков легко обошёл притаившегося у какого-то кустарника охотника и, решив не искать от добра добра, добил магазин АКТа в спину наёмника. От души приласкал тяжёлыми разрывными зарядами, так, что только кровавые брызги полетели.

Если бы не отстранённость, наверное, сейчас на лице шестнадцатилетнего парня появилась бы кривая ухмылка, грохнул всё же хоть трёх нелюдей, но благодаря технике, все чувства ушли в тину, на дно души. Может, оно и к лучшему? Не время для радости, даже для такой злой и мобилизующей.

Короткий обыск убитых принёс Вячеславу немало интересного, вот только тащить с собой всё найденное было бы глупостью. Ну не ишак он, чтоб такие грузы на своём горбу носить незнамо насколько километров. Тут ведь никакой морковки перед носом не хватит! В общем, сбросил он большую часть найденного под тот же выворотень, присыпал сверху, как получилось, да и двинулся дальше... по-легионерски. Три-один, три-два, три-три, повторить. И снова, и снова...

Время, назначенное для связи, почти истекло, когда коммуникатор на руке Вячеслава коротко завибрировал. К этому моменту, юноша успел порядочно отойти не только от места столкновения с охотниками на двуногую дичь, но и от Пернау вообще. Остановившись у поваленного дерева, Вячко выудил из гнезда браслета таблетку наушника и, сунув её в ухо, нажал кнопку ответа.

- Вячеслав? - ровный, негромкий голос атамана наёмников, Стрелков узнал сразу.

- Он самый, Кирилл...

- Николаевич, но можно и без отчества, - откликнулся тот и, не теряя времени, перешёл к главному: - Мой аэродин сейчас на обслуживании, но к Пернау может подойти часа в три ночи. Давай определимся, где именно тебя лучше подхватить.

- Ну, не в городе точно. Собственно, меня там и нет, - отозвался Вячко.

- Интересные дела, а где ж ты есть? - после короткого молчания, спросил собеседник, впрочем, удивления в его голосе почти не было. Очевидно, предполагал что-то подобное... ну, наверняка же Малина Фёдоровна ему доложилась о завершении встречи у ратуши, не могла не доложить.

- Километрах в пятнадцати, к северу от города, - честно признался Вячеслав. - Меня тут мелким бреднем гонят, как рыбу в затоне.

- А ты?

- А я следом за тем бреднем иду, чтоб на боковые дозоры не нарваться, - вздохнув, ответил Вячко.

- Может, лучше было бы развернуться, да в город податься, там бы и отсиделся до ночи? Лина говорила, у тебя в заброшенном квартале целый бункер имеется, - предложил Кирилл. - А ночью я бы тебя оттуда забрал, что скажешь?

- Не, мне сейчас обратно в город ходу нет, заметут сходу.

- Насвинячил? - с явно слышимой усмешкой, спросил собеседник.

- Есть немного, - согласился Стрелков. - Баум, конечно, человек прижимистый, но за то, что я с его имуществом сотворил, он денег наёмникам не пожалеет, полгорода наймёт, только бы меня поймать. Собственно, если я правильно понял, именно так он и поступил. Тут уже под полсотни человек на охоту вышло, не меньше.

- Это что ж ты там такого сотворил-то? - удивился Кирилл, но тут же спохватился. - Стоп, это лишнее, лучше давай с местом встречи определимся, а уж когда встретимся, расскажешь всё по порядку. Идёт?

- Вполне, - произнёс Вячеслав и, на секунду замолчав, продолжил: - Сейчас вся эта братия движется в сторону Зеершале, я иду за ними. В принципе, ещё часа три-четыре, и они начнут подтягивать боковые дозоры, тогда, я смогу спокойно уйти в сторону, к западу, например.

- На Риммен?

- Именно, это, конечно, не Пернау, городок совсем маленький, но там меня точно искать не станут. Вряд ли охотники решат, что я пошёл вглубь территорий, вместо того, чтобы ломиться к границе. Правда, и свои опасности есть. Местных я не знаю и постараюсь обходить стороной хутора, но если вдруг что-то пойдёт не так...

- Понял, ориентируемся на Риммен, если тебе вдруг придётся менять маршрут, сообщишь мне. Уж всяко аэродину подстроиться под твои петляния проще, чем наоборот.

- Договорились, тогда...

- Тогда, до связи в полночь, - перебил его Кирилл и договорил уже куда мягче: - Удачи тебе, Натти Бампо!

- Что? - не понял Вячеслав, но атаман наёмников уже отключился. - Тьфу ты, придумает же... бампо какое-то!

"Уйти в сторону" оказалось даже проще, чем рассчитывал Стрелков. Через три часа, основной поисковый отряд начал подтягивать боковые дозоры, и те ломанулись на приказ так, словно им кто-то перца под хвост сыпанул. Надоело охотникам позади сотоварищей плестись, ой как надоело! Ну, ещё бы, шанс наткнуться на "дичь" в стороне от основного отряда был невелик, да и сенсоры подустали. А тут такая возможность. Ну как же, приказ же! А там, смена караула и пусть другие вместо них пыль глотают. Хотя, какая пыль в начале зимы?

Вячко же сполна воспользовался полученной возможностью. Дождавшись нужного момента, он аккуратно выскользнул из-за спин отряда, идущего в трёх километрах перед ним, и, убедившись, что на западе не осталось не то что боковой завесы контроля, но вообще ни одного охотника, уверенно направился в ту сторону. Три-один, три-два, три-три, и повторить. Не торопясь, но и не мешкая, внимательно глядя по сторонам и погружаясь в сенсорное восприятие на каждом повторе, чтоб не нарваться ненароком на какой-нибудь сюрприз.

К сожжённой деревне Вячеслав вышел уже после заката... сильно после. И решил дальше не идти. Усталость брала своё, несмотря ни на какое наполнение мышц Эфиром и использование техник. Да и держать легионерский ход целый день... то ещё "удовольствие". Пусть, днём, убедившись, что преследования за спиной нет он и сделал привал, остановившись, чтобы немного передохнуть и поесть, но уже тогда продолжить путь после часового отдыха ему оказалось очень тяжело. Ноги болели и ныли, дрожали руки, и тем не менее, Вячеслав смог пересилить себя и продолжить свой бег от охотников. Действительно пересилить. Это эмоции под "отстранённостью" пропадают, а боль никуда не девается. Собственно, и самому Вячеславу деваться было некуда. Возможность того, что преследователи поймут, что идут за фантомом и изменят направление поиска, была совсем не нулевой, а значит, и останавливаться надолго на одном месте, беглец не мог.

Последним рывком, финальным аккордом, Стрелков подготовил для себя лежбище в невесть как уцелевшей сараюшке на окраине уничтоженного кем-то поселения. На это действо у него ушли остатки сил и, как минимум несколько часов времени. Забравшись в продуваемую ветрами хибару, Вячко кое-как разжёг костёр, стянул с ног ботинки и носки и, поставив их сушиться, рухнул на нарубленную из голых веток и переложенную мхом, самодельную лежанку. Уснуть бы, но нельзя, слетит "отстранённость", и дело может закончиться худо. А скоро ещё и атаман наёмников должен отзвониться... лучше потерпеть.

Полночь наступила неожиданно быстро. Борящийся со сном, Вячко, уже чуть-чуть отошедший от дневной гонки, как раз распотрошил один из ИРПов, и приступил к позднему, но горячему ужину, когда коммуникатор вновь завибрировал.

- Как дела, беглец? - довольным, почти радостным тоном осведомился Кирилл. Если бы не заблокировавшая эмоции техника, Вячко в ответ, наверняка выматерился бы. А так, только отметил веселье собеседника и пожал плечами. На этот раз он не стал ограничиваться аудиосвязью, и развернул экран, так что его движение не осталось незамеченным.

- Живой, - коротко ответил Вячеслав.

- Славно. Ты в Риммене? - спросил атаман, уже без улыбки. Вообще-то трудно улыбаться в лицо человеку, который в свете костра выглядит как не первой свежести покойник.

- Нет, - Вячко помотал головой.

- А где? - удивился собеседник.

- Двадцатью километрами западнее него, - отозвался Вячеслав. - Город пришлось обойти стороной, там какая-то буча поднялась. Стреляли...

- Ты не Бампо, ты Саид, натурально! - непонятно высказался Кирилл и, нахмурившись, стукнул кулаком по какой-то железке. - Чёртовы территории. Ну почему у вас не работают системы позиционирования? Сейчас бы навёлся на маяк твоего коммуникатора, и всего делов.

- А что, без этих самых систем не получится, что ли? - поинтересовался Вячко.

- А ты сможешь дать точную привязку? - прищурился атаман, а когда собеседник кивнул в ответ, усмехнулся, но тут же вздохнул. - Ну, давай попробуем. Всё равно, других вариантов нет.

- Двадцать два километра чётко к западу от Риммена. Распадок меж двух холмов, к северу от них, в трёхстах метрах - озеро, на берегу находится сожжённая деревня. А в деревне сижу я. Один. Больше здесь никого нет. Вообще.

- Ла-адно, - протянул Кирилл. - Попробую привязаться к твоим ориентирам. Ладно, Вячеслав, жди нас. Постараемся добраться до тебя минут через сорок - час... если не заплутаем.

Не заплутали. Аэродин, оказавшийся вооружённым шлюпом, прошёл над озером и замер на поляне, метрах в ста от сарая, в котором обосновался клюющий носом Вячеслав.

- Э, брат, да ты спишь на ходу! - заметил Кирилл, внимательно рассмотрев Стрелкова, когда тот, собрав манатки, вышел из хибары навстречу настороженному атаману наёмников.

- А сейчас вообще вырублюсь, - произнёс Вячеслав, поднявшись в салон аэродина. Заметив взгляд Кирилла, он вздохнул, уселся в кресло и, вставив в рот припасённую специально для этого деревяшку, снял технику отстранённости.


## Глава 1

6. Полёт мысли


Под удивлённым взглядом Кирилла, "пассажир" вдруг резко выгнулся в спине, жутко захрипел, со скрипом кроша зажатую в зубах деревяшку, а в следующую секунду так же резко обмяк и расплылся в кресле амёбой. Только эфиром полыхнул.

Моментально оказавшись рядом с отключившимся парнишкой, Кирилл накрыл его диагностической сетью и, получив информацию от техники, удивлённо покачал головой. Такое он видел впервые. Учитывая бурлящий в крови гормональный коктейль, Вячко сейчас должен чуть ли не по потолку носиться, радостно хохоча или рыча от ярости, но нет, лежит в отрубе, только сердце колотьмя колотит, да глаза под опущенными веками из стороны в сторону мечутся, будто... фаза быстрого сна? Похоже. А вот эфир, что только что из-под его ладоней фонтаном бил, наоборот, угомонился, заперся в теле, и ни в какую не желает покидать его пределов. Интересно...

Убедившись, что странный пассажир не планирует откинуть коньки в ближайшие несколько минут, Кирилл на всякий случай затянул на нём страховочные ремни и, развернувшись, потопал в кабину шлюпа.

- Взлетаем, Жорик, - тихо скомандовал он, и Рогов, кивнув, поднял машину в воздух, на ходу закрывая язык аппарели.

- Домой? - осведомился пилот.

- На базу, - уточнил Кирилл и, чуть помолчав, кивнул. - Да, домой. Полетели.

Устраиваться в кресле второго пилота, давно переоборудованном в пульт боевого оператора, атаман не стал. Вместо этого, понаблюдав, как его ватажник управляется с тяжёлым шлюпом, он вернулся в салон, чтобы присмотреть за Вячеславом. Пусть диагност не показал каких-то серьёзных проблем с его здоровьем, но странное поведение организма юноши вызвало у Кирилла определённое беспокойство. Вообще-то, сам он не мог похвастаться сколько-нибудь глубокими познаниями в медицине, и даже большую часть данных проведённой диагностики был не в состоянии расшифровать, ориентируясь лишь на несколько вызубренных показателей, потому и предпочёл не оставлять своего "пациента" в одиночестве, просто на всякий случай. Вроде как, если тому станет хуже... да ладно!

- Елизавета, - атаман связался по коммуникатору с одной из своих учениц.

- Я-ах... да? - послышался тихий сонный голос с тёмного экрана, развернувшегося перед Кириллом.

- Я тебе сейчас пришлю данные малого диагноста, сможешь расшифровать?

- Что-то серьёзное? - из голоса девушки тут же пропали сонные нотки, но экран так и остался тёмным.

- Понятия не имею, - признался Кирилл. - Для правильной оценки состояния пациента мне не хватает умений и знаний.

- Боже, какие сложные словоформы! И это во втором часу ночи... - протянула девушка и, тяжко вздохнув, договорила: - Ладно, считай, я проснулась. Присылай данные диагноста.

- Передаю с фиксатора, лови, - отозвался атаман, включая на коммуникаторе запись и, одновременно, накидывая на всё ещё пребывающего в отключке Вячеслава, очередную диагностическую технику.

Прошло меньше минуты. С экрана браслета доносилось только тихое сопение и шуршание... очевидно, одеяла.

- Учитель, тебе делать нечего? - наконец прервала своё сосредоточенное молчание Елизавета.

- Да как тебе сказать? - протянул Кирилл. - Рогов шлюп ведёт, Вячеслав, вот, в отключке пребывает, мне и поговорить не с кем...

- Заметно. И поэтому ты решил разбудить бедную меня, да? - осведомилась девушка. - А почему не Ольгу? Она ж твоя невеста, ей по статусу положено терпеть твои сумасбродства! Или ты решил, что одной невесты мало, и теперь подбиваешь клинья ко мне? Ай-яй-яй! А Оля-то ни сном ни духом. Прокол, господин Николаев, учите законодательство нашего благословенного государства. По положению о браке и семье, без дозволения первой жены, вторую завести никак нельзя...

- Всё-всё-всё, я понял, осознал, отступаю, - фыркнул Кирилл и проговорил, будто бы в сторону: - Зачем мне жена, которая даже вот так, спросонья, мозг выносит, похлеще Великой Мегеры?

- Благодарю за комплимент, обязательно сообщу о своих успехах Елене Павловне, она будет рада! - промурлыкала Елизавета. Кирилл тяжко вздохнул.

- Так что там с диагностикой? - осведомился он уже серьёзным тоном. Собеседница явно поняла, что продолжения шутки от неё не ждут, и тоже перешла на деловой тон.

- Да, в общем-то, всё в порядке, - проговорила она. - Вячеслав спит. Нервно, правда. Денёк у него явно не задался, но в принципе, ничего странного. Основные показатели в норме, есть, конечно, некоторые отклонения, но это нормально. Организм переживает дневные приключения, да в крови гуляют остатки гормональных выбросов. Адреналин и норадреналин слегка завы... ой, подожди. Не слегка, совсем не слегка! С такой дозой гормонов, Вячко не то что уснуть, он на месте спокойно сидеть не должен!

- А я о чём, - развёл руками Кирилл.

- Интересно... - протянула Елизавета. Тёмный экран коммуникатора наконец засветился, выдав изображение жилого модуля и её обитательницы, уже одетой и даже причёсанной.

- Не поверишь, я сказал то же самое, когда заметил это несовпадение, - Кирилл хмыкнул.

- Ладно. Судя по тому, что я вижу, парень вроде бы не собирается отправляться в Поля Вечной Охоты, но... на всякий случай я подготовлю медблок к вашему прилёту, - задумчиво произнесла рыжая, глядя в сторону расплывшегося в кресле и пребывающего в отключке Вячеслава. - Кирилл, можешь перевести его браслет в режим передачи телеметрии?

- Только если на свой коммуникатор, - чуть подумав, кивнул тот.

- А с него на мой, - уточнила Елизавета. - Это же возможно?

- Вполне, - согласился Кирилл.

- Замечательно, тогда жду телеметрию, - девушка махнула рукой и экран коммуникатора вновь померк. Атаман перевёл взгляд на пассажира и, вздохнув, занялся его браслетом. Старая, допотопная техника оказалась не столь примитивной, как ему показалось вначале, так что уже через пару минут Кирилл смог организовать съём и передачу основных параметров на свой коммуникатор, а уже с него, на браслет Елизаветы.

Николаев смерил взглядом "пассажира" и... не решился оставить его в одиночестве. Чёрт знает, что с ним ещё может приключиться. Придя к такому заключению, Кирилл устроился в кресле напротив пребывающего без сознания Вячеслава, подобрал упавший на пол АКТ, и замер, погрузившись в размышления.

А они были не самыми радужными. Выходка подопечных, учинённая во время недавней вылазки, напрочь выбила беднягу из колеи. Как-то не привык бывший военный инструктор к подобному своеволию подчинённых. Нет, бывало, конечно, всякое на его памяти, и отправленные на задание бойцы порой отчебучивали нечто, совершенно не вписывавшееся в планы. Но на то всегда были серьёзнейшие причины, грозившие провалом основной задачи, а то и смертью всей группы. И то, в случае удачи, импровизаторам приходилось неделями доказывать свою правоту командованию. А уж как вытрясали из них душу особисты! Вот кто умел посадить ухарей на задницу и напомнить, что изречение о неподсудности победителей верно лишь при наличии этих самых победителей, а их отсутствие легко объяснить очередной командировкой... в Кушку, например. Для повышения квалификации и учёта поголовья верблюдов. Может, действительно, организовать девушкам поездку? Ну, не в Туркмению, так хоть по имениям распихать, заставив отчитываться перед родичами о своих "успехах"? Глядишь, в следующий раз умнее будут. Наверное... чёртовы девки!

Нельзя, обещал же, что в этот раз обойдётся. Но делать с ними что-то нужно. Без наказания такое своеволие оставлять нельзя. Гадство, хоть собственного особиста заводи на базе, чтоб мозги им полоскал. Хм... А это мысль!

Кирилл невольно ухмыльнулся, но тут же скис. Найти подходящего человека на должность главного "полоскателя" будет проблематично. Тут и авторитет должен быть и умения-знания, соответствующие, да и понимание реалий работы отряда тоже должно быть на высоте. Есть, конечно, Гдовицкой, но этот "русский ронин" и с двумя близняшками-то не всегда мог справиться, ещё в бытность тренером в Беседах, теперь же и вовсе никакого влияния на них не имеет. Хотя "профиль" у Владимира Александровича подходящий, м-да.

Стоп, а кто сказал, что ему нужен именно особист? Инерция мышления, не иначе. Тут нужен совсем иной подход. Спец по воспитательной работе, так сказать. Не то, что в Том мире из политруков лепить пытались, и не новомодный психолог, а человек облечённый определённой властью, обладающий серьёзной эмоциональной устойчивостью и... знаниями по основному направлению деятельности отряда. Эдакий начальник службы тыла с расширенными полномочиями, чтоб за каждую утерянную пуговицу отчет требовал, и каждый лихой наскок в рубли переводил. Ученицы-то, все как на подбор, денежку считать умеют. Вот на этом их и ловить. Ха, поворот, однако.

Кирилл перевёл взгляд на собственную руку, барабанящую по стальной коробке карабина, и фыркнул. Не, ну дикость же! А с другой стороны, чем не вариант? Если верить рассказу Стрелковых и докладу Лины... Парень чрезвычайно стрессоустойчив, и себя и сестрёнку свою от целой своры юных лядей не один год защищал, и ведь не оскотинился, не опустился. Так, если он с теми оторвами совладал, неужто перед ученицами Кирилла спасует? Поведётся на женские ужимки? Вряд ли, ой вряд ли. Да и знания у него имеются, как раз в необходимой области. А если вспомнить запись фиксатора "Визеля", сделанную в схроне Вячеслава, есть у паренька и столь необходимая любому тыловику-интенданту основательность и здоровая прижимистость не переходящая в скопидомство, эту вечную болезнь всех хранителей материальных ценностей. Двух зайцев одним выстрелом? А почему бы и нет? И пусть пословица говорит об обратном, попробовать-то никто не мешает.

Терять из виду Стрелковых, Кирилл не хотел изначально. Уж очень интересные ребятки, да и помощь им он уже обещал. Так почему бы не пойти дальше? Нет, разумеется, сразу сажать Вячеслава на хозяйственное руководство базой было бы глупостью, но ведь лиха беда начало, а? Сначала в техниках побудет, пооботрётся, поучаствует в реальной работе, там и авторитет заработает, если не дурак. Заодно и сам Кирилл к нему присмотрится. Если потянет, можно будет и наверх его двинуть. В помощь тому же Гдовицкому, например, уже зашивающемуся со всеми этими отчётами, складами и прочей хозяйственной мутью. А там, глядишь, и выйдёт из парня толк?

Ну да, толк выйдет, одна бестолочь останется! Глупость это. Сколько времени уйдёт на "воспитание воспитателя", полгода, год? А "злой следователь" сиречь "особист", он же главный наказующий, как показала практика, нужен уже сейчас. Дела. Впрочем, сама идея с наказанием рублём за своевольство и превышение расходов, довольно хороша. В этот раз она прокатит, уж больно много денег девчата на вылазку грохнули, и тут Кирилл может сам "палачом" поработать. Но не факт, что иные их выходки окажутся столь же дорогими. Да и дело ведь не в деньгах, на самом деле. Авантюрность, вот что нужно выбить из учениц, пока они не нарвались на неприятности. Не вытравить инициативу, не зарубить на корню способность импровизировать, а заставить действовать с оглядкой и пониманием. Научить соразмерять свои силы. Ведь загордились барышни, почувствовали себя непобедимыми амазонками, иные отряды ни в грош не ставят, а это опасно. Слишком опасно. Такое нужно лечить сразу. Проблема в том, что сам Кирилл может провести показательную "порку", устроив девчатам их личное Ватерлоо, но не поможет ведь! Привыкли барышни, что их учитель всегда побеждает, без исключений, так же легко, как они сами, якобы, способны переиграть любых наёмников, так что, очередное поражение от Кирилла, они переживут легко и нужных выводов не сделают.

В этот момент, Николаев вспомнил, как сидящий перед ним Вячеслав умудрился не только выбраться из запертой комнаты в заброшенном особняке, но и остаться незамеченным в своих блужданиях по этажам, да не один, а в компании с сестрой... И ухмыльнулся. А что? Поднатаскать парнишку в тактике, снарядить как следует, да выставить против учениц. По отдельности, конечно. Со всеми разом, и сам Кирилл не сразу справится. Но ведь сможет, сможет подлец девчонок удивить. Уж пару схваток, он точно выиграет, а большего, чтобы сбить с учениц спесь, и не нужно. Конечно, после такого урока, барышни от него уже не отстанут, так ведь Вячко парень упорный, тоже на месте стоять не будет, отмашется. А Кирилл ему в этом поможет, поддержит и нужному научит. Интересно же! Да и не хочется такой кадр упускать.

М-да, уж себе-то он мог не лгать, все эти мысли об "особистах" и "воспитателях", по сути прожектёрские и довольно завиральные, крутятся в голове лишь по одной причине, Кирилл в самом деле не хочет отпускать Вячеслава в "свободное плавание". Уж больно талантлив парень. А раз так... решено! Утром он обязательно переговорит со Стрелковым и постарается ввести его если не в ватагу, то хотя бы, в отряд "Гремлины", для начала.

В этот момент, тон двигателей изменился, и Кирилл вынырнул из потока своих сумбурных размышлений, почувствовав, как тяжёлая машина нырнула вниз. Резковато, но Георгий Рогов, несмотря на свою покладистость и мягкий характер, уже успел зарекомендовать себя натуральным воздушным хулиганом. Так что сейчас атаман ничуть не удивился лихости манёвров своего ватажника, и лишь привычно ухватился за подлокотники, да окинул взглядом своего спящего соседа, убеждаясь, что тот надёжно зафиксирован и не вылетит из кресла при очередном вираже. Но обошлось. Рогов ловко притёр машину земле и тут же загнал её в подземный ангар. А ещё через секунду кормовая аппарель шлюпа пошла вниз и, не успела она коснуться каменного пола, как в салон проскользнула Елизавета, тут же кинувшаяся к пациенту.

- Чего замер, Кирилл? - злым шёпотом произнесла девушка, отстёгивая ремни, фиксировавшие Вячка. - Помогай. Мне одной его таскать?

Проследив взглядом за каталкой, по воле ученицы вплывающей в салон и громыхающей колёсами по ребристым плитам покрытия аппарели, атаман усмехнулся и... бессознательное тело, словно само собой взмыв над креслом, улеглось на жёсткую поверхность "средства доставки".

- Телекинез можно использовать не только на предметах, но и на людях, - заметил Кирилл. Девушка в ответ удручённо развела руками, но промолчала и, ухватившись за поручень каталки, чуть ли не бегом повлекла её прочь из салона. Только рыжая грива мелькнула где-то у выхода из зала.

Николаев смог догнать свою ученицу и официального целителя отряда, лишь за дверью медблока, но она даже не дала ему заговорить. Точнее, пока он стоял в сторонке, Елизавета не обращала на него никакого внимания, занятая подключением аппаратуры к пациенту, но стоило учителю открыть рот, как он тут же оказался выпнут из бокса на улицу.

Полюбовавшись на закрывшуюся перед его носом дверь, Кирилл пожал плечами и побрел в кают-компанию. Мимо неё Елизавета всё равно не пройдёт, значит, там и объяснится.

К удивлению Николаева, приготовившегося к долгому ожиданию, и ввиду такой перспективы разжившегося на кухне кофе и сдобой, Посадская появилась в кают-компании всего через полчаса, и тут же упёрла из-под носа атамана и учителя самую аппетитную булочку... с маком.

- Наглость, - протянул Кирилл.

- Второе счастье, - невозмутимо кивнула в ответ рыжая. После чего попыталась реквизировать и чашку с горячим кофе, но получила по рукам и, недовольно фыркнув, отступила.

- Рассказывай, что за суета с Вячеславом? Вроде бы в полёте всё было в порядке.

- Ну да, конечно. По-твоему, если человек не дёргается, от боли не орёт, и слюной не брызжет, значит с ним всё нормально, да? - проворчала Елизавета, искоса поглядывая на исходящую горячим паром чашку перед Кириллом. Тот вздохнул и поднялся из-за стола, чтобы через минуту вернуться ещё с одной порцией кофе. Естественно, к этому моменту, его любимая чашка уже оказалась в цепких лапках ученицы.

- Итак? - поинтересовался Кирилл, отодвигая от девушки тарелку со сдобой, к которой та только что потянулась. Рыжая проводила своё искушение печальным взглядом, но дольше издеваться над учителем не рискнула.

- Странное дело, Кирилл, - произнесла она. - С виду, Вячеслав просто спит. Не потерял сознание, не оглушён и не находится в коме. Именно, спит, и очень крепко. Но показатели... мозговая активность зашкаливает, причём задействуются разные центры и области, с совершенно разной интенсивностью. Биохимия чудит ещё хлеще. У него состав крови меняется чуть ли не ежесекундно! Эфир в парне просто бурлит, выдавая на аппаратуру такие параметры, что вычислитель чуть не дымится... но при этом, даёт вполне позитивный прогноз. Часа через три Вячко должен проснуться... и я не знаю, что это такое и как оно возможно. Вообще. Кирюш, может, стоит связаться с Нулиным?

- Подождём три часа. Если состояние Вячеслава ухудшится, и он не проснётся в соответствии с прогнозом, тогда потащу бедолагу в Москву, - решил Кирилл. Елизавета кивнула и, подхватив последнюю плюшку, исчезла за дверью.


* * *


Вячеслав медленно открыл глаза и тут же зажмурился от яркого света, заливающего комнату. В том, что это не салон аэродина, он уверился сразу. Не было в шлюпе таких белоснежных потолков, да и обстановка не соответствовала, как убедился Вячко, оглядевшись по сторонам. Обшитые кремовым пластиком стены, чуть более тёмный линолеум на полу, пара дверей и единственное небольшое окно в стене напротив, под которым установлена кровать... и несколько каких-то приборов по обе стороны от неё. Судя по всему, медицинские. Дела-а...

Покрутив головой, Стрелков попытался приподняться на локтях, но стоило ему только двинуться с места, как в медбокс влетела знакомая рыжая наёмница. Коротко улыбнувшись, она пожелала Вячку доброго утра и тут же устремилась к одному из запищавших приборов. Пощёлкав клавишами и полюбовавшись показаниями длинным столбцом выплеснувшимися на экран, Елизавета довольно кивнула и, свернув проекцию, обернулась к внимательно наблюдающему за ней пациенту.

- Вот теперь можно и поболтать, - произнесла девушка, тряхнув гривой рыжих и непослушных волос. - Как самочувствие, Славик?

- Вячеслав, с вашего позволения, - попытался вернуть дистанцию тот, на что наёмница-целитель недовольно поджала полные губы.

- Бука, - она обличающе ткнула тонким пальчиком в грудь собеседника и повторила: - Так, всё же, как себя чувствуешь?

- Нормально, - пожал плечами Вячеслав, исподлобья поглядывая на веселящуюся наёмницу, так и сверкающую озорными искрами в глазах. Хороша!

- Нормально? Что ж, пусть так, - протянула Елизавета. - Я так понимаю, подобное с тобой уже случалось? Атаман говорил, что перед отлётом ты его предупредил о своей отключке. Верно?

- Можно и так сказать, - недовольно скривившись, кивнул Вячко. - Побочный эффект одной эфирной техники.

- Интересно, - в голосе рыжей послышались нотки любопытства, но не досужего, а... скорее, профессионального. - Это что же за техника такая?

- Сложная техника, - коротко отозвался юноша, не желая распространяться о своих наработках.

- Твоя? Личная? - понимающе уточнила Елизавета.

- Угу, - кивнул Вячко.

- Ясненько, - протянула девушка и ткнула собеседника кулачком в плечо. Ощутимо так... - Да не зажимайся ты, никто не собирается выпытывать твои секреты. У нас самих их более чем достаточно, так что чужие без надобности. Лучше объясни, на что направлена эта твоя техника. Не принцип действия, а... какой эффект она даёт, понимаешь?

- Не дурак, понял, - вздохнул Вячко. - Техника временно прячет эмоции, позволяя действовать быстро, чётко и без колебаний.

- О... - Елизавета застыла, что-то обдумывая, но почти тут же тряхнула головой. - А после отключения техники, все эти эмоции наваливаются разом, да?

- Именно, - кивнул её собеседник и вновь схлопотал удар в плечо, на этот раз ничуть не подходящий на дружеский тычок. Подняв взгляд на девушку, Вячко опешил. В глазах у той просто пылало пламя ярости.

- Идиот! - рявкнула Елизавета, вскочив с кровати, на краешке которой сидела во время разговора, и заметалась по комнате. - Ты хоть понимаешь, чем тебе грозит этот приём?! Нет? А вот схлопочешь инфаркт и инсульт одновременно, и сразу поймёшь... аккурат перед тем как копыта отбросить! Что смотришь? Не веришь? Зря. На, взгляни на распечатку с диагноста. Видишь вот эти циферки? Да-да, вот эти самые! Это показатель адреналина, и у тебя он составляет тысячу восемьсот девяносто шесть пикограмм на литр. К твоему сведению, в обычном состоянии, его содержание в крови не превышает ста сорока пикограмм, а в экстремальных условиях доходит до тысячи четырёхсот. Сравни со своими данными? Закритическое число, прямой билет на тот свет. А вот это видишь? Сто восемьдесят шесть, ага. Именно столько ударов делало твоё сердце за одну минуту. В течение трёх часов подряд. Кретин, ты же по краю прошёл! Если бы не напитка тела Эфиром, кончился бы прямо в кресле шлюпа и амба! А кто за сестрой твоей смотреть будет, а? Девчонка выйдет из больницы, а ей, пожалуйста, первая радость: братик любимый в ящик сыграл. Хорошо? Что морду воротишь? Я тебя спрашиваю, придурок!

Вячко молчал и только уворачивался от прилетающих ударов. Хорошо ещё, что разошедшаяся не на шутку, рыжая всё же ограничивалась рукомашеством да точечными техниками уровня неофита, не выше. Но и так, бедолаге нехило досталось от бушующей наёмницы. И если бы не пресловутая напитка тела Эфиром, летать бы сейчас Вячеславу от стенки до стенки, а так он даже от воздушных и водяных техник уходить настропалился. Правда, что делать дальше, юноша не представлял. Бить противницу он почему-то не мог... ну... не мог, и всё тут. А долго прыгать по комнате не получится, рано или поздно он начнёт выдыхаться, и тогда Елизавета его точно достанет, и не вскользь, как уже прилетало пару раз, а по-настоящему, всерьёз. Рассчитывать же на то, что рыжая устанет раньше, было бы просто глупо. С физической подготовкой у неё дела обстоят, пожалуй, получше, чем у самого Вячка...

Еле уклонившись от какой-то странной, ни на что не похожей техники, вспоровшей матрац кровати и подушку, словно ножом, Стрелков глухо выматерился. Пора прекращать эти игры. Скользнув в сторону, он постарался хоть на секунду выпасть из поля зрения наёмницы. "Неприметность" знакомо надавила на плечи и Вячеслав, оказавшись за спиной рыжей, аккуратно ткнул её пальцем в шею. Эфир привычно кольнул руку холодом и девушка, застыв на полушаге, вдруг мягко осела на пол. Вячко еле успел подхватить её на руки и, оглядевшись по сторонам, уложил заснувшую противницу на развороченную постель. И надо же было именно в этот момент открыться входной двери?!

- Весело тут у вас, - констатировал вошедший в комнату атаман, и помахал рукой, отгоняя от лица пух из вспоротой подушки, разлетевшийся по всей комнате после удара целительницы-наёмницы, угодившего в кровать и порезавшего постельное бельё на мелкие лоскутки.

- Я... - Вячеслав только что не отпрыгнул от кровати.

- Да не суетись, знаю я, что здесь произошло, - с лёгкой усмешкой отмахнулся атаман наёмников и, бросив взгляд на сладко посапывающую Елизавету, качнул головой. - Ты не сердись на неё. У Лизы характер настоящего целителя, волнуется она за своих подопечных и терпеть не может, когда те делают глупости и не заботятся о своём здоровье. Последних, она иначе как самоубийцами не величает.

- Но я же не знал, - заговорил было Стрелков и, вновь наткнувшись на насмешливый взгляд собеседника, умолк.

- Только это тебя и извиняет в её глазах. Если бы ты знал, что творишь, Елизавета одной трёпкой не ограничилась бы. Всю душу вынула бы и мозги выела. Поверь, это она умеет, родство обязывает, так сказать, - развёл руками Кирилл

- Родство? - не понял Вячеслав.

- Оно самое. Лиза наша приходится старшей внучкой боярыне Филипповой-Посадской, а ту, иначе как Великой Мегерой в свете не величают... за глаза, конечно, - пояснил атаман, и тут же переключился на другую тему. - Долго она ещё спать будет?

- Часа два, как минимум, - ответил Стрелков, справившись с удивлением от полученной информации. Почему-то известие о том, что неугомонная рыжая девчонка является боярышней, отозвалось странной грустью на сердце. Не ровня... Что ж, Вячеслав будет держаться от неё подальше, всё же, он умеет понимать намёки, а сказанное атаманом ничем иным и быть не могло.

- Замечательно, - улыбнулся Кирилл. - Пусть отдохнёт, а то она всю ночь от тебя не отходила. А мы пока пойдём в мой кабинет, побеседуем. Что скажешь?

- Не возраж... - в этот момент живот Вячеслава голодно заурчал, перебив хозяина, что не осталось незамченным собеседником.

- Но сначала завтрак. Я, признаться, тоже ещё не ел, - произнёс он и, поманив за собой Стрелкова, вышел из комнаты. Юноше не оставалось ничего иного, как следовать за Николаевым.

К удивлению Вячеслава, ожидавшего встретить в кают-компании как минимум буфетчика, небольшое помещение составленное из двух соединённых фасадами жилых модулей, оказалось пусто. Здесь было всего пять столов, да длинная стойка отделяла обеденную часть от кухонной. И никакого обслуживающего персонала. А ведь пока Вячко шёл за атаманом отряда через всю базу, он отметил весьма и весьма богатое оснащение "Гремлинов". Куча техники, вооружения... странно, что при таких богатствах, отряд пренебрегает наймом обслуживающего персонала. Может быть, в червонном воеводстве, это не принято? Да нет, вроде бы наёмники в Пернау говорили, что идея привлекать гражданских для обслуживания домашних баз, как раз оттуда и пришла...

- Не стой столбом, - голос атамана Николаева вырвал Вячеслава из размышлений. - У нас здесь самообслуживание, так что, хватай поднос, тарелки, ложки-вилки, набирай еду и идём за стол.

Подтолкнув гостя к стойке, в начале которой были сложены стопкой подносы и стояли стаканы со столовыми приборами, атаман и сам двинулся в ту же сторону. Загрохотали крышки встроенных в стойку судков с едой, по помещению поплыл дразнящий аромат и Вячеслав, сглотнув, устремился к раздаточной, нетерпеливо отгоняя мысли о неожиданно толковом устройстве здешней столовой, где вместо понтов, отнимающих деньги у наёмников, царит бережливая функциональность.

- Сегодня завтрак готовила Лиза, - сообщил Кирилл, когда они поставили полные еды подносы на один из столов. Вячеслов недоумённо моргнул и уставился на собеседника. А тот только покивал, вгоняя Стрелкова в ещё большие непонятки, - Точно-точно, такие блинчики только она готовит. Моя невеста пыталась повторить, не вышло. Да и у остальных девчонок не получилось. Нет, их творения тоже очень даже неплохи, но блинчики Елизаветы дадут им сто очков вперёд, точно говорю. Да ты сам попробуй!

Ошеломлённый известием о том, что боярышня Посадская, та самая рыжая Лиза, наёмница-целительница, которая, по словам атамана, провела ночь у его постели, подрабатывает в отряде ещё и поварихой, Вячеслав автоматически сунул в рот прорекламированный собеседником блинчик, политый сверху вареньем из айвы и... чуть не проглотил язык. Чёрт его знает, голод тому виной или рыжая Елизавета действительно мастерица по части кухонных экзерсисов, но вкус приготовленных ею блинчиков оказался просто волшебным!

- Со сметаной попробуй, или вот, с икрой. Второй вариант, правда, на любителя, но мне нравится, - порекомендовал атаман "Гремлинов", укладывая на тарелку очередное золотистое кружево, подхваченное с блюда. Шлёп! Сверху легла небольшая горка некрупных красных горошин лососёвой икры, и свёрнутый конвертом блинчик исчез, будто его и не было.

Повторив действия собеседника, Стрелков вынужден был согласиться, действительно, вкус начинённого икрой блинчика оказался весьма своеобразным, но... совсем неплохим. Впрочем, вариант с вареньем Вячеславу понравился куда больше. Да с горячим чаем... Блаженство!

Ещё бы понять, на что намекал Николаев в этот раз, рассказывая о приготовившем этот завтрак поваре, точнее поварихе. Может, просто издевался?

От грустных размышлений, Вячеслава вновь отвлёк хозяин дома. Расправившись с завтраком, Николаев, кажется, решил не идти в свой кабинет для обещанного разговора, а устроить его прямо в кают-компании. И первый же вопрос поверг Вячеслава в изумление. Нет, не так... скорее, он вызвал недоумение, густо замешанное на недоверии. А как ещё он мог отнестись к предложению работы, поступившему от едва знакомого человека, да ещё и при условии не самых рядовых событий, что свели их на одной тропинке?

- Вячеслав, ты уж будь добр, скажи что-нибудь, а? - произнёс Николаев, спустя минуту полной тишины. - Ну или хоть головой кивни. А то замер столбом и ни бэ ни мэ.

- Зачем? - выдавил Стрелков.

- Чтоб я знал, что ты об этой идее думаешь, - пожал плечами атаман, невозмутимо глядя в глаза собеседника.

- Нет, я имею в виду, зачем я вам понадобился? - уточнил Вячеслав.

- Толковый артефактор, знающий техник, сильный, упорный, находчивый, не сволочь и негодяй? - усмехнулся тот в ответ. - Да, за такой набор достоинств любой толковый делец ухватится. А я чем хуже?

- Но... - Вячеслав умолк.

- Не доверяешь? Правильно, - моментально поняв сомнения Стрелкова, произнёс Кирилл. - Доверять можно лишь самым близким людям, да и то... с оглядкой. Они ведь, в своём стремлении сделать как лучше, тоже способны дров наломать, да таких, что никакой враг не сравнится. Но в нашем случае, тебе опасаться нечего. И кстати, чтоб ты не думал, что я собираюсь тебя к чему-то принуждать, чем-то шантажировать... или кем-то. Держи.

На стол лёг небольшой конверт, в котором Вячеслав обнаружил два идентификатора. Обе карты сверкали золотом двуглавых орлов и серебром единорогов, и могли похвастать двумя вдавленными надписями, нанесёнными понизу каждой из них рубленным старорусским шрифтом. "Вячеслав Стрелков Кириллов сын" и "Анна Стрелкова Кириллова дочь".

- Это что? - осипшим голосом спросил Вячко.

- Документы, твои и твоей сестры. Жорик два часа назад доставил из Рахова. Отныне, вы подданные русского государя, со всеми соответствующими правами и обязанностями. А ты, к тому же, назначен опекуном своей сестры, правда, для этого пришлось тебя чуть "состарить", так сказать, так что теперь можешь считать себя совершеннолетним. К коммуникаторам их сам привяжешь, когда они у вас с Анной появятся, конечно. За отчества прошу прощения, но настоящее мне неизвестно, пришлось импровизировать.

- Настоящее и мне неизвестно, - усмехнулся Вячеслав, приходя в себя. С трудом, но усмехнулся же...

- Я тоже так подумал, - кивнул собеседник.

- А почему такое странное написание отчества? - поинтересовался Стрелков, пытаясь выиграть время для раздумья.

- А ты что, никак в бояре метишь? - коротко рассмеялся атаман, но заметив непонимание во взгляде Вячка, пояснил: - Традиция. В устном общении и современном документообороте отчества всех русских подданных пишутся нормально, а вот в идентификаторах государевых людей и при письменном обращении к ним, как личным, так и публичным от имени государя, порядок записи именно такой.

- Понятно, - протянул Вячко, крутя в руках карточки идентификаторов.

- Ну, раз с этим вопросом разобрались... перейдём к главному. Что скажешь насчёт работы в нашем отряде, Вячко?

- Каковы условия, и как быть с Аней? - вопросом на вопрос ответил Стрелков.

- Железный контракт, работа техником. Оплата в одну долю, если без боевых, в случае участия в боестолкновении во время исполнения заказа, доля удваивается и прирастает ещё одной долей в трофеях. Личный жилой модуль на базе предоставляет отряд. Питание в отряде за десятую доли. Участие в хозяйственных нарядах обязательно. Это что касается тебя лично. Сестрёнку твою можем устроить в школу на полный пансион, либо, можешь взять её с собой на эту базу. Если Анна будет жить в твоём модуле, тебе придётся платить ту же десятую часть доли за её питание, и от дежурств она не избавлена. Кроме того, могу предложить для неё учебные материалы по гимназической программе и помощь в последующей сдаче выпускных испытаний гимназии класса "А".

- Что за класс "А"? - уточнил Вячеслав.

- Полное среднее образование столичного уровня. Отличные отметки в выпускных испытаниях по программе этого класса позволяют поступить в любое государственное высшее учебное заведение вне конкурса, - с готовностью пояснил Кирилл. - Ну, так что скажешь?

- Я... мне нужно подумать, - тихо произнёс Вячко.

- Понимаю, и не тороплю, - кивнул его собеседник, поднимаясь с кресла. Пошарил по карманам и, выудив брелок с одиноким ключом, бросил его Стрелкову. - Жилой модуль номер семь. У тебя есть сутки на размышления.

- А если я откажусь? - поймав ключ, чуть не дав петуха, воскликнул Вячеслав в спину уходящему атаману. Тот остановился у стойки и, поставив на неё нагруженный пустой посудой поднос, повернулся лицом к юноше. Окинул его взглядом, хмыкнул...

- Дождёшься сестру, после чего я доставлю вас в Рахов, и катитесь, куда хотите, - резко ответил Николаев и, вновь подхватив поднос, двинулся к мойке. Зажурчала вода и странный атаман принялся мыть посуду, что-то тихо напевая себе под нос и не обращая никакого внимания, на гостя, сверлящего его спину недоумевающим взглядом.


## Глава 17

. Запланированные авантюры


Елизавета просочилась в кабинет Кирилла аккурат после обеда. Заметив гостью, тот отложил в сторону папку, которую увлечённо просматривал перед её приходом, и кивком указал ученице на полукресло, приставленное к рабочему столу. Посадская тут же воспользовалась этим предложением и, усевшись, катнула по столу информационный кристалл.

- Что это? - спросил Кирилл.

- Результаты обследования нашего гостя, - отозвалась девушка. Хозяин кабинета смерил её долгим взглядом и покачал головой.

- А словами поведать, лень? - осведомился он.

- Работать, так по-настоящему, - пожала плечами Лиза и пояснила, наткнувшись на насмешливый взгляд собеседника: - Здесь не только моё заключение. Ольга тоже поучаствовала в просмотре записей фиксаторов, да и Машенька свою ручку приложила, в общем... потрудились мы изрядно, так что в двух словах о результатах исследования нашего нового техника и не расскажешь.

- М-да, - протянул удивлённый атаман и совсем иначе посмотрел на лежащий перед ним кристалл. Впрочем, он почти тут же тряхнул головой и вновь уставился на Посадскую. - И тем не менее, прежде чем приступать к чтению вашего отчёта по Вячеславу, я хотел бы услышать выводы о нём, как ты говоришь, "в двух словах".

- Ну, по поводу его здоровья, могу сказать одно: Стрелков здоров как бык, даже удивительно. В остальном же, сам понимаешь, мы психологию проходили довольно кратко, а вот Машенька... собственно, большую часть психопортрета составляла именно она. Оказывается, театральный клуб даёт довольно глубокие знания в прикладной психологии.

- Или учёба у незабвенного батюшки Марии, - фыркнул Кирилл, перебив Елизавету. Та задумчиво кивнула.

- Тогда уж скорее у матушки, - проронила она и Николаев, вспомнив статную целительницу, повторил жест Посадской. Да уж, эта могла научить свою дочурку чему угодно.

- Кстати, о театре, мне кажется, или ты и в самом деле переиграла с возмущением, там, в медблоке? - произнёс Кирилл. - Зачем было устраивать эти дурацкие догонялки и пытаться выбить из парня дух? Он ведь только-только очнулся. Представь, что было бы, если бы Вячко не успел увернуться от одной из твоих техник?

- Ну, должна же я была убедиться, что у него всё в порядке с опорно-двигательным аппаратом вообще, и точной моторикой в частности? После той встряски, что он устроил своему организму, я бы, честно говоря, не удивилась, обнаружив, что этот придурок "пожёг" собственную нервную систему.

- И иначе было никак? - осведомился Николаев и, заметив, как рыжая пожала плечами, усмехнулся. - Ну, тогда сама и разгребай последствия.

- Че-его? - непонимающе воззрилась на него Посадская.

- Глянулась ты нашему найдёнышу, - с нескрываемым удовольствием ответил атаман, чуть помолчал, склонив голову к плечу, будто к чему-то прислушиваясь, и неожиданно рассмеялся. - О, да никак и ты...

- Кирилл! - щёки Елизаветы вспыхнули алым цветом моментально, как только у рыжих и бывает.

- Молчу-молчу, - подняв руки вверх, с улыбкой протараторил он, но не удержался и добавил тихонько, почти неслышно: - И пожалуй, даже не сегодня это случилось, ты ведь не первый день сама на себя не похожа. Аккурат с вашей встречи в том особняке...

- Кирилл, - на этот раз в голосе вскочившей с кресла девушки уже не возмущение послышалось, а почти угроза.

- Не похожа. Расхрабрилась, шуточками стала сыпать, каких прежде я от тебя и не слышал, - словно не замечая, как злится собеседница, покивал сам себе хозяин кабинета. Посадская уже готова была устроить самый натуральный скандал, чтоб убедить собеседника в его неправоте, но наткнулась на неожиданно острый, совсем невесёлый прищуренный взгляд, и вновь плюхнулась в кресло, придавленная плеснувшей от атамана, холодной волной Эфира. Кирилл удовлетворённо кивнул. - Лиза, не бушуй и не пытайся меня переубедить, всё равно не получится. Я, конечно, в эмпатии небольшой специалист, но не учуять ваш обоюдный интерес, просто не мог. Молчи! Слушай. Внимательно слушай.

- Молчу. Слушаю.

- То-то же, - Кирилл кивнул, побарабанил пальцами по столу и вздохнул. - Как там у вас повернётся дело, я не знаю. Да и будет ли то "дело"? Не мне с моим куцым опытом о том судить. Но, ты моя ученица и если всё же... чёрт! Ладно, ты девочка взрослая, разумная... временами, скажу как есть. Ты - боярышня Филиппова-Посадская, вторая наследница древнего вотчинного рода, он же с этого дня - мещанин. Государев человек, со всеми вытекающими из этого статуса правами и ограничениями.

- Вот не думала, что ты так замшелые традиции уважаешь, - чуть ли не прошипела девушка, и её собеседник раздражённо дёрнул щекой.

- Дослушай, прогрессистка! - рявкнул он. - Мне до боярских заморочек дела нет. И так уже столько наворотил, что на меня свет как на парвеню смотрит. И это навсегда. Но ты не я, вся твоя жизнь проходит в боярской банке с пауками, и даже наша вылазка в СБТ этого не изменит. Ты плоть от плоти и кровь от крови именитых, своя для них. А своё бояре из рук не выпускают, сама знаешь. Да и ты вряд ли согласишься отказаться от титула и прав, так?

- Ну...

- Не согласишься, - отрезал Кирилл. - Зря, что ли, десятки поколений твоих предков на благо рода старались, кровь и пот проливали? Тебе просто воспитание и мировоззрение не позволят отвернуться от их памяти, и посадить пятно на репутацию семьи. Значит, что? Значит, отказываться придётся от привязанности к мещанину. Это один вариант, но возможен и другой.

- Какой? - встрепенулась Елизавета. Её собеседник только головой покачал. И она ещё будет отрицать свой интерес к Вячеславу? Ха...

- Подтянуть его хотя бы в дети боярские, натаскать в боёвке, оказать поддержку. Благо, влияния Громовых, Бестужевых и Вербицких на это вполне хватит, - произнёс Николаев и добавил с толикой хитринки в голосе: - Если, конечно, у вас действительно всё будет всерьёз.

- Ну... поддержка, это я понимаю, - протянула Посадская. - Дети боярские, тоже. А боёвка-то к чему? Мало ли у нас детей боярских, которые сражаться вовсе не умеют, те же служащие родовых предприятий, например?

- Немало, - согласился Кирилл. - И среди них также немало тех, кто в брак с боярскими отпрысками вступает. Одно "но". Женятся такие дети боярские на дочерях рода, которому роту дали. За них тот род и вступится, если что. Даже на дуэль своего поединщика на замену выставит, если понадобится. Но в твоём случае...

- Это нереально, - медленно произнесла Елизавета. - Роту детей боярских, Посадские принимают только у женщин. Мужчины же служат исключительно по ряду.

- А примаку от чужого рода придётся отстаивать свою честь самому, - заключил Кирилл.

- Значит, боёвка? - вздохнула девушка. - Но ведь Вячеслав - кале...

- Скажешь ему это в глаза и можешь забыть о любых отношениях. Этого он тебе не простит, - оборвал её собеседник. Рыжая резко кивнула.

- У него же Дар запертый, - поправилась она.

- А я новик "в потолке", - пожал плечами Кирилл. - Рискнёшь выйти против меня на поединок?

- Ты - гранд, - нахмурилась Елизавета.

- И он тоже, - улыбнулся в ответ собеседник. Посадская замерла с широко раскрытыми глазами.

- К-как? - выдавила она.

- Просто, - развёл руками Кирилл и пояснил: - По своим умениям, по степени контроля доступного ему объёма Эфира, Вячеслав - полноценный гранд. Другое дело, что у него в арсенале нет и не будет "внешних" техник, зато по умению влиять на собственное тело и разум, равных ему нет. А если парнишку ещё поднатаскать, да с серьёзными артефактами на поле боя выставить... ярые с визгом разбегаться будут.

- Но это же не по правилам, - нахмурилась Елизавета. - Артефакты в поединках запрещены!

- Если не заявлены, как оружие, - заметил Кирилл.

- И всё равно, - упрямо помотала головой Посадская. - Поединок, это состязание. Кто сильнее, кто умелее...

- Кто умнее, - с усмешкой подсказал учитель. Собеседница хотела было сказать что-то ещё, но Николаев её остановил. - Лиза, вот уже год как я учу вас... и в первую очередь, чему?

- Эфирным техникам, - отозвалась та.

- Не финти, - погрозил ей пальцем Кирилл и девушка отвела взгляд.

- Уже сто раз говорил. Ты учишь нас думать, - буркнула она.

- Правильно, - довольно отозвался учитель. - Думать быстро, чётко и правильно. Так, "в чём сила, брат?"

- Че-его? - непонимающе протянула Посадская.

- Ничего, это так, присказка, - отмахнулся Николаев. - Эфир, эгрегоры, гранды и ярые, фигня это всё. Сильнее не тот, кто может большую площадь огненным валом накрыть, а тот, кто умнее. Поверь, если выпустить в круг, скажем, того же Гдовицкого в ЛТК, и Вячеслава с единственной крупнокалиберной стрелкой в руке, я поставлю на последнего. Не сейчас, конечно, а скажем, через год обучения. С его познаниями в артефакторике, да с моими тренировками, Владимиру Александровичу в таком поединке ничего не светит. Сил и знаний на то, чтобы швырнуть заряд на гиперзвуке, Вячеславу, между прочим, и сейчас вполне хватит, а после моего обучения, он успеет это сделать до того, как Гдовицкой с места сдвинется. Результат такого столкновения можешь представить сама.

- Кирилл, - Елизавета окинула собеседника долгим изучающим взглядом. - Скажи, а ты, случаем, не для того ли этот разговор завёл, чтоб я помогла тебе Вячка в ученики затянуть, а?

- С вербовкой перспективного кадра для своей школы, я справлюсь и сам. А разговор этот завёл, поскольку не хочу, чтоб в любовной лихорадке вы заварили такую кашу, которую нам всем отрядом пришлось бы расхлёбывать. О том и предупреждаю, заметь, без всяких экивоков, прямо и честно. И даже предлагаю помощь, если она, конечно, вам понадобится, - развёл руками тот, глядя на Посадскую совершенно безмятежным взором.

- Интересно, о какой-такой каше ты говоришь? - спросила девушка.

- Да кто знает, что вам в голову ударит? - усмехнулся он. - Решите ещё сбежать да тайно пожениться, тут-то мне по шапке и прилетит от твоей бабушки. Оно мне надо?

- Пожениться? - девушка фыркнула. - Да я этого Вячеслава знать не знаю, а ты... Мы и не знакомы с ним толком, какая женитьба?!

- Так ведь я и не говорю, что вы завтра под венец пойдёте, - открестился её собеседник и, не скрывая улыбки, договорил: - Но предусмотреть самые разные варианты, обязан. Как учитель.

- Ну ты, жу-ук, учитель, - протянула Елизавета, удивлённо глядя на Кирилла. - Я-то думала, только девушкам свойственно на чувствах окружающих играть, а тут такое крушение идеалов!

- Не передёргивай, - отмахнулся тот. - Ни на чьих чувствах я играть не намерен, хотя и мог бы, наверное. Но вместо того, чтобы подталкивать вас в объятия друг друга, с прицелом на дальнейшую привязку Вячеслава к своей школе, почему-то затеял честный разговор. Нестыковка, а?

- Вот... - Посадская еле удержалась от крепкого словца, но продолжить спор-разговор не успела. Именно в этот момент коммуникатор на руке Николаева издал тихую трель. Глянув на развернувшийся перед ним экран, Кирилл нахмурился, а его собеседница тут же поднялась с кресла. - Пойду я, дел по дежурству полным-полно...

- Угум, - невнятно отозвался хозяин кабинета, увлечённо просматривающий какой-то текст. Елизавета напоследок смерила взглядом уткнувшегося в экран Кирилла и исчезла за дверью. Удивил её сегодня атаман Николаев, неслабо удивил... и даже не столько своими затеями, на выдумки-то, учитель всегда горазд был, сколько тем, что рассмотрел её интерес к Слави... Вячеславу. Конечно, с выводами он поторопился, Лиза и сама не знает, что зацепило её в этом хмуром, не по возрасту серьёзном пареньке, и зацепило ли вообще, но ведь учитель углядел что-то! И пусть кто скажет теперь, что все мужики - толстокожие носороги. Оказывается, не все, далеко не все... А может, это просто следствие долгого общения Кирилла с ученицами? Тогда есть возможность, что Славик окажется не столь наблюдательным и не заметит... нет уж, пусть лучше примечает. Или... да чёрт с ним! Как будет, так и будет, а сама Лиза в его сторону не посмотрит и шага не сделает... ну, первой, по крайней мере. Он парень? Парень, вот пусть и старается.

Тряхнув рыжей гривой, Елизавета топнула каблуком по полу и решительно направилась в медблок. Кружным путём, мимо окон жилого модуля, что Кирилл отвёл Стрелкову.

Дождавшись, пока за Посадской закроется дверь, хозяин кабинета отключил экран браслета и, откинувшись на спинку кресла, устало вздохнул. Под руку подвернулся кристалл с отчётом, оставленным Елизаветой. Подкинув его на ладони, Кирилл выпрямился и активировал встроенную в рабочий стол видеопанель. Надо же ознакомиться с результатом совместного творчества его учениц?

Не успел. Стоило ему открыть первый файл, как коммуникатор мелко задрожал, сообщая о звонке.

- Добрый день, Валентин Эдуардович, - развернув экран, произнёс Кирилл.

- И вправду неплохой денёк, - согласился тот.

- Полагаю, случилось что-то хорошее? - осведомился Николаев, отметив приподнятое настроение будущего тестя.

- Даже очень, - сверкнул глазами боярин. - Раскололся ваш улов. До самого донышка.

- Та-ак, - Кирилл подобрался. - Есть что-то интересное?

- Ваш пленник оказался не просто людоловом, а их координатором в СБТ и хозяином перевалочного пункта, откуда живой товар переправлялся на юг, к османам и дальше, - объявил Бестужев. - Более того, Сантьяго сдал нам всех и вся. Так что мы теперь знаем о группах работающих на Балканах, практически всё. От названий отрядов и их вооружения, до личного состава и количества одарённых в каждом. И в связи с этим, совет служилых решил форсировать операцию.

- А сил-то хватит? - осведомился Кирилл.

- Нет, даже если не пытаться лезть за море, - спокойно признал Бестужев. - Именно поэтому бояре уведомили государя о вскрытой сети. Вчера вечером я представил ему доклад и получил добро на привлечение к этой операции армейских подразделений. Разведка уже рыщет вокруг баз людоловов, уточняя обстановку, а две штурмовые роты готовятся к заброске, - растянул губы в широкой улыбке боярин. Николаев задумчиво кивнул.

Ну да, рассчитывать на то, что удастся прополоть эту грядку лишь силами служилых бояр, едва не лишившихся своей родни во время недавнего мятежа, было бы наивно. Но штурмовики?

- А если на базах остались пленники? - спросил он.

- Откуда? Вы забрали только что собранный караван! Сантьяго сегодня должен был вывезти его из Пернау.

- Куда? Кому?! - встрепенулся Кирилл.

- Э, нет! Этого я не скажу, с тебя станется рвануть на охоту, и в результате мы получим вторую резню наёмников. А Диего при воспоминании о вашем бое до сих пор заикается, да так, что хоть логопеда вызывай. Оно нам надо, чтоб и "покупатель" в том же состоянии оказался? Нет уж, этого османа и без вас возьмут. Чисто и тихо, - хохотнул Бетужев, но тут же посерьёзнел. - Кстати... Кирилл, скажи честно, ведь захват Диего, по сути, был чистой импровизацией, да?

- Нет, конечно, - пожал плечами Николаев, стараясь не выдать истинных эмоций. - Затея была хоть и дерзкой, но вполне продуманной и "Гремлины" провели операцию как по нотам. Девчонки хорошо постарались.

- Насчёт дерзости и мои аналитики не спорят, - вздохнул боярин. - Что ж, тогда мне остаётся только поздравить вашу компанию. Личным указом государя все участники захвата Сантьяго представлены к знаку ордена Святого Ильи.

- Не понял... - выдавил из себя Кирилл, мысленно прощаясь со своим укрытием от монаршего ока. А ведь такая хорошая "норка" была. Уютная...

- Не волнуйся, личности бойцов, участвующих в подобных делах, в наградных документах не светятся. Секретность. Даже государь знает лишь их идентификаторы без расшифровки. Нет, теоретически, он может потребовать представить ему героев для личного награждения, но поступает так крайне редко, и этот раз не стал исключением. В общем, можешь не бояться за своё инкогнито, - боярин неожиданно ухмыльнулся. - Да-а, хотел бы я присутствовать на следующей вашей встрече с цесаревичем и полюбоваться на его лицо при виде твоей награды!

Вячко не понадобилось много времени, чтобы принять решение по предложению атамана наёмников. И решение это было, в общем-то, положительным, что неудивительно. Просчитывать варианты и возможности Стрелков научился довольно неплохо, и был в состоянии оценить как плюсы, так и минусы озвученного атаманом предложения.

Минусы были незначительны. Служба в наёмном отряде, в отличие от работы в мастерской, предполагала довольно жёсткую иерархию и не гарантировала спокойной жизни, но это как посмотреть... По сравнению с жизнью раба в СБТ, даже самый "уставной" отряд предоставляет своим бойцам куда большую личную свободу. Что же до спокойной жизни... ха! Достаточно вспомнить последние недели и дни, когда Вячеславу пришлось крутиться словно белке в колесе, чтобы убедиться в условности утверждения о беспокойности службы в наёмничьих отрядах. Опасность? Да, жизнь наёмника довольно дешёва, но уж всяко дороже жизни раба-контрактника или чужака-беспризорника. Так ведь ему-то предлагают не место в первом ряду штурмовой колонны, а должность техника в мастерских. Есть же разница! А предложенные боевые... ну что боевые, всяко в жизни бывает, всего не предусмотришь. Но стремиться к этому надо, вот атаман и включает такую возможность в контракт, чтоб потом голову не ломать. Практично, предусмотрительно и логично.

К тому же, откажись сейчас Вячеслав от предложенного контракта, и бегать и суетиться придётся не меньше, чем в СБТ в последние дни, пусть и без опасности для жизни. Хотя, от этого зарекаться нельзя, особенно в приграничном анклаве, который, как поговаривали в Пернау, просто кишмя кишит отпрысками аристо, выбравшимися из родовых имений, чтобы пощекотать себе нервы и нюхнуть крови. Нет, для кого другого, это может быть и малозначительный факт, но не для Вячка. Учитывая, что подавляющее их большинство - одарённые, и помня об отношении этой братии к простолюдину-калеке с запечатанным даром... хм, в общем, о безопасности воеводства для жизни и здоровья одного отдельно взятого Вячеслава Стрелкова, говорить не приходится.

Да, даже если забыть об этой гипотетической опасности, количество сложностей от ухода в "свободное плавание" не особо уменьшится. Деньги, уведённые им из Пернау, точнее, их остаток, конечно, помогут... снять жильё, разжиться одеждой для себя и сестры, даже какое-то время платить за него и за стол, но ведь рано или поздно кроны кончатся, а значит, нужно будет искать работу. И вот тут всё будет совсем не радужно. Подтверждённой специальности у Вячка нет, возраст мальчишеский. Нет, был бы он здесь своим, и вопрос о возрасте при устройстве на работу не стоял бы, как не стало бы помехой и отсутствие образования. Но в том-то и дело, что в воеводстве он человек новый, никому не известный, а значит, максимум, на что мог бы рассчитывать, это на подсобную работу с возможностью когда-нибудь стать подмастерьем или помощником приказчика в лавке. В о-очень далёкой перспективе, если не появится другой кандидат на должность, из своих. Вот только есть-то хочется не через год или два, а сегодня... и завтра и послезавтра. И не одному! Сестрёнку-то тоже содержать нужно, одевать, кормить... и на учёбу её отправить, а это тоже расходы и немалые, такие, что жалованья подсобного рабочего может и не хватить... Да что там! Наверняка не хватит.

В предложении атамана плюсов было больше, да и совпадают они с целями самого Вячка, поставленными им перед собой ещё пару лет назад, почти на сто процентов. Стабильная работа по технической специальности, без долгов и кредитов, свой угол и возможность дать сестрёнке приличное образование. Немудрящие такие цели. Для полного счастья, пожалуй, не хватало лишь возможности самому получить официальное свидетельство об образовании, но замахиваться на это сейчас Вячеслав просто не мог. Шестнадцать лет, это не двадцать, в таком возрасте даже сертификат о начальном техническом получить почти нереально. В этом Стрелков убедился, пробежав по инфорам местных учебных заведений. Вообще-то, он искал подтверждение слов атамана об условиях учёбы для Анны, но не удержался и заглянул на порталы профессиональных образовательных учреждений. Полночи по инфорам да форумам проползал, и убедился, что получить такой сертификат без школьного образования, хотя бы неполного, не выйдет. Настоящий, конечно, а не подделку, которую даже в качестве туалетной бумаги не используешь. Пластик же.

Вот и получается, что прежде чем мечтать о профессиональном сертификате, нужно крепко подумать о школьном аттестате. Червоннорусское воеводство, хоть и является приграничной территорией, эдаким фронтиром России, но всё же не СБТ, где для большей части населения, умеющий считать и писать, уже человек образованный. Здесь, по слухам, тоже не особо смотрят на "бумажки", но... в конце концов, имея на руках идентификатор подданного, было бы глупо всю жизнь просидеть в приграничном анклаве, просто потому, что не имеешь возможности устроиться на работу в любой точке страны, из-за отсутствия официального образования!

Впрочем, этот вопрос, как и несколько других, относящихся к обещанному контракту, Вячко собирался обсудить с Николаевым, может атаман и здесь сможет что-то предложить? И да, Стрелков совершенно не намеревался подписывать соглашение с "Гремлинами" в изначально заявленном атаманом виде. Собственно, именно поэтому он и сидел весь вечер и утро следующего дня за столом в выделенном ему жилом блоке и марал очередной лист найденного здесь же блокнота, пытаясь прикинуть возможности для грядущего торга. Даже разбор своего снаряжения отложил на потом, ограничившись лишь чисткой и смазкой оружия: собственного карабина и стреломёта, снятого с убитого снайпера. Ну и не удержался, пострелял из снайперки в тире при базе. Чуть-чуть, уж очень она ему понравилась...

Рассчитывать на торг самонадеянно? Может быть, но, он ведь этой службы не искал. Николаев первый выдвинул такое предложение, а значит, имеет свой интерес, причём легко просчитываемый. Прогуливаясь по базе после предыдущего разговора с атаманом, Вячко обратил внимание на состояние ремонтных боксов. Их было слишком много для боевого отряда, да и оснащены они оказались так, что у того же герра Баума слюнки от зависти потекли бы. То есть, налицо ремонтно-технический уклон в оснащении базы. Но при этом, в мастерских пусто, хотя пара боксов и несут следы недавнего присутствия пары-тройки работников, так что вывод о дефиците техников напрашивается сам собой. Да и не только техников. Как заметил Стрелков, стоящие в охранении базы, наёмники не несут эмблем "Гремлинов", то есть, являются отдельным отрядом, нанятым специально для охраны. Они даже питаются отдельным столом в собственной казарме, Вячко сам видел. А значит, можно предположить, что вся ватага атамана Николаева состоит лишь из тех девчонок, что участвовали в бою у заброшенного особняка, самого Кирилла и "майора" отряда - Георгия Рогова. Негусто.

Отказаться от торга из-за спасения сестры? Ну уж нет. Личное, это личное, а работа, это работа и иначе быть не должно. Вячеслав готов признать долг перед Линой и Кириллом за их помощь в доставке Анны к целителю, он благодарен врачу, спасшему сестру от смерти, и готов отплатить им за помощь любым возможным способом... но, не поступаясь интересами самой Анны. А ситуация складывается так, что чем лучшие условия для работы он сможет выторговать для себя сейчас, тем лучшие условия для жизни и учёбы он сможет обеспечить сестре в будущем. А долг перед атаманом Николаевым, Малиной Фёдоровной и неизвестным пока целителем он признает после заключения контракта с "Гремлинами", честно, откровенно и вслух. И пусть у них голова болит, как Стрелков может его отдать.

Придя к такому выводу, Вячеслав потянулся и, бросив взгляд на часы коммуникатора, поднялся из-за стола. До назначенной Николаевым встречи оставалось ещё добрых полтора часа, за которые он вполне может успеть разобраться с прихваченными из Пернау вещами.

Откинув клапан притулившегося у кровати рюкзака, Вячеслав принялся выкладывать его содержимое на стол. Железо, железо, железо. Как-то не думал он, что столько оружия набрал. Тут и пистолет из сделанных в Пернау запасов, и трофеи от тройки охотников за беглыми, пристреленных им в лесу... Покрутив головой, Стрелков снял с вешалки у входа в жилой модуль, висевшие там стреломёт снайпера и верный АКТ, поспособствовавший появлению трофеев, и присоединил их к куче стволов на столе. Стоп. А это что?

Выудив из бокового кармана рюкзака тяжёлый и явно старинный револьвер, Вячеслав взвесил его в руке и недоумённо пожал плечами. На то, чтобы вспомнить, откуда взялся этот раритет, ему понадобилось минут пять. Но вспомнил же! В голове молнией мелькнула картинка разбитой витрины в конторе над оружейной лавкой Баума. Осталось только понять, зачем вообще Вячеславу понадобилось красть эту рухлядь, но тут, пожалуй, даже трансовые техники не помогут. На бегу же всё делал, да ещё и под "отстранённостью".

По странной прихоти ассоциаций, мысли сами собой переключились с оружия на прочитанное письмо от фрау Малицы, пришедшее по банковской переписке на инфор счёта в Первом Коммерческом. Ушлая тётка, так ловко притворявшаяся образцовой хозяйкой и женой никогда не лезущей в дела мужа, прислала Вячеславу довольно странное послание с извинениями от их семьи. В том, что женщина говорила не только от своего имени, но и от лица герра Баума, Вячко не сомневался. Только не после допроса Руперта, свидетелем которого он стал. Но тем страннее было это послание.

Впрочем, если противник предлагает мирный договор с приемлемыми условиями, отказываться от него стоит только в том случае, если ты на сто процентов уверен в победе. А такой уверенности у Вячеслава не было. Да, он уже нанёс огромный урон герру Бауму, и мог бы нанести ещё больший. Но в этом случае велика вероятность, что старый артефактор пойдёт на принцип и не успокоится пока не уничтожит Стрелковых физически. Да и стоит честно признаться себе, после устроенного в Пернау дебоша, месть заигравшемуся в свои интриги Бауму можно считать свершённой. А если так, стоит ответить на письмо фрау Малицы ответной любезностью. Вот только письма писать или разговаривать с этой семейкой Вячеславу совсем не хотелось. В задумчивости, Вячко опёрся руками на заваленный оружием стол и его взгляд сам собой упал на украденный из лавки револьвер. Зачем-то же Герхард хранил его в витрине, да не в торговом зале, а в конторе, куда даже приказчики нечасто попадали. Значит, вещица ценная, по крайней мере, для хозяина кабинета. А вот самому Вячеславу она ни к чему. Совсем. Имеющегося в его распоряжении короткоствольного "беррера", АКТа и трофеев с охотников, более чем достаточно, особенно для человека считающего себя не воином а техником. Решено! Пусть этот кольт станет ответом на письмо фрау Малицы. Вещественным подтверждением принятия извинений, так сказать.

Решив таким образом случайно возникший вопрос, Вячеслав вернулся к разбору оставшихся вещей. Тех, правда, было совсем немного. Сухой комплект сменной одежды в виде камуфляжного комбеза-маломерки, чистое нательное бельё, тросы-карабины, лёгкий спальник да набор алюминиевой посуды со складной ноже-ложко-вилкой. Положив складничок в глухо звякнувший котелок, в компанию к кружке и фляжке, Вячко хлопнул себя ладонью по лбу и кинулся к висящей в шкафу разгрузке. И через минуту оружейный развал на столе пополнился сменными магазинами для оружия, двумя ножами и небольшим фонариком. Что ещё? Пошарив в рюкзаке, юноша извлёк из него пяток ИРПов и свёрток с побрякушками и золотыми монетами, уведёнными им у Паучихи. Как давно это было!

Развернув пакет, Вячеслав взвесил в руке комок аляповатых украшений, и равнодушно положил их на стол. А вот вид россыпи монет навёл его на мысль о необходимости подсчёта имеющейся наличности. Сказано-сделано. Экран коммуникатора развернулся мгновенно, а через секунду отозвался инфор банка. Вот только радости от созерцания страницы с данными по его счёту, не прибавилось. Четыре тысячи крон, оставшиеся после всех перипетий с оплатой работы наёмников и выкупом Анны, показались откровенно малой суммой... по сравнению с теми цифрами, что ещё недавно красовались в графе "приход". С другой стороны, имеющиеся в распоряжении Вячеслава тысяча сто крон в золотых десятках, вполне успешно нивелировали недостаток средств на счету. Особенно, учитывая тот факт, что реальная стоимость монет в десять раз превышает выбитый на них номинал. Это Вячко узнал на том же инфоре Первого коммерческого. А вот с украшениями сложнее. Узнать их стоимость можно только у оценщика, а до него ещё нужно добраться. Как бы то ни было, уже сейчас понятно, что кое-какой жировой запас у семьи Стрелковых всё же имеется, а это главное. Разобраться бы ещё с местным курсом и обменять кроны на рубли, и дело будет в шляпе. Висюльки же оценят в Рахове, а там пусть лежат в качестве НЗ. Как говорится, запас карман не тянет, глядишь, станут основой учебного капитала для Аннушки.

Определившись с денежным вопросом, Вячеслав аккуратно сложил золото в пакет, тот, в свою очередь, сунул в спальник и убрал скатку на дно рюкзака. Поверх этого немудрящего тайничка легла бухта троса с пакетом альпинистских прибамбасов, половиной которых, Вячко и пользоваться-то толком не умел, а увенчал эту кучу "обеденный" набор, после чего рюкзак отправился под кровать. Одежду и бельё Стрелков распихал по полкам единственного платяного шкафа, туда же повесил и опустевшую разгрузку. И только потом он занялся оружием. Ещё вчера вычищенные карабин и стреломёт снайпера сразу отправились в оружейный шкаф, по размерам лишь немного уступавший платяному, да к тому же запирающийся на ключ... тот же, которым открывалась входная дверь в жилой модуль, м-да.

А вот дальше дело пошло куда медленнее. Распотрошить магазин, сложить извлечённые боеприпасы в отдельный ящик оружейки, повторить. Взять ящик для зарядов другого калибра, "выщелкнуть" магазин. Повторить. И ещё... и ещё пять раз. А потом пришёл черёд чистки и смазки короткоствола. И ладно "беррер", к нему у Вячка был штатный набор для обслуживания, а вот с пистолетом убитого сенсора охотников пришлось повозиться. Такая модель юному оружейнику не встречалась, и над его разборкой пришлось немного подумать. Но ничего, справился и с ним.

Последним, Вячеслав осмотрел и почистил старый, чуть потёртый, но вполне ухоженный браунинг снайпера, находившийся в куда лучшем состоянии, чем новенькая "Эрма" незадачливого сетеметателя, которую, по уму, стоило бы отправить на переплавку. Как нужно обращаться со стволом, чтобы за год-полтора довести нулёвую машинку до такого состояния, Вячеслав просто не представлял. Он бы, наверное, сам выкинул убитый пистоль, если бы не воспитанная жизнью в Пернау прижимистость и опыт оружейника. Эрма - дорогой пистолет, и если удастся его восстановить, то можно рассчитывать на неплохой доход от продажи. Конечно, это будет не та тысяча крон, что отдавали покупатели в лавке Баума за новый пистолет, что называется, "из коробки", но три-четыре сотни на нём заработать можно. Да и остальные трофеи, наверное, стоит сдать на комиссию, тоже какой-никакой прибыток будет... ну, за исключением наследства снайпера. Его стреломёт Вячко хотел бы оставить у себя, уж больно понравилась ему эта кошка, как техническим состоянием, так и выделкой. И было чему радоваться. Надёжная конструкция, солидный калибр и небольшие габариты, мощный прицельный комплекс и возможность ведения автоматической стрельбы. Что ещё нужно? Конечно, хотелось бы прицельную дальность побольше, но это уже от жадности, не иначе.

Закончив разбор имущества, Вячеслав глянул на часы и, удовлетворённо кивнув, поднялся из-за стола. До встречи с атаманом оставалось минут пятнадцать, как раз хватит, чтобы не торопясь дойти до его кабинета. Шагнув было к выходу из жилого модуля, Вячко вдруг вспомнил, что за прошедшие сутки ни разу не видел, чтобы кто-нибудь из здешних обитателей шатался по территории безоружным. Пришлось вновь отпирать оружейный шкаф и вооружаться. Зарядив и сунув в набедренную кобуру знакомый беррер, он глянул на своё отражение в зеркале и, наконец, покинул комнату.

Плестись по кишке крытого перехода, соединявшего длинную цепочку жилых модулей, Стрелков не пожелал. Уж больно погода хороша. Синее небо, яркое солнце и мороз. Никакого сравнения с той слякотной мерзостью, что царила в Пернау и Риммене. Правда, оказавшись на улице, Вячеслав тут же понял, что погода не так хороша, как казалось, глядя из окна. Нет-нет, солнце светит, небо поражает безоблачной синевой, а похрустывающая под ногами сухая вымороженная трава свидетельствует о морозе. Но ветер! Он просто режет щёки и нагло забирается под одежду. Холодный, зар-раза!

Вячко прибавил ходу и, чуть ли не бегом миновав заставленную техникой площадку, ворвался в тёплый тамбур служебного комплекса базы. Открыв вторую дверь, ведущую в очередной длинный коридор, он услышал доносящийся из кают-компании гомон и грохот посуды, но заглядывать туда не стал, хотя ему и было любопытно. Но время...

К великому удивлению Стрелкова, атаман ничуть не удивился его желанию поторговаться, и даже пошёл на некоторые уступки. Так, по просьбе Вячеслава, Николаев с готовностью отложил заключение железного контракта, согласившись, что перед тем, как подписывать подобный документ, сторонам стоит присмотреться друг к другу.

- Не буду спорить, - кивнул Николаев, выслушав доводы Стрелкова. - Договор довольно жёсткий, особенно, по условиям расторжения, так что, я вполне понимаю твою озабоченность. Мало ли, не глянемся друг другу, или конфликт возникнет с другими членами отряда. Но! На испытательный срок меньше четырёх месяцев, можешь не рассчитывать. Даже если со всеми "Гремлинами" и охранниками перессоришься, это время отработаешь от и до. Идёт?

- М-м... согласен, - кивнул Вячко, мысленно прокручивая возможные причины этого условия. - Полагаю, у вас есть некий заказ, который нужно исполнить в эти сроки?

- Есть такое, - ухмыльнулся тот. - Но о нём узнаешь позже. А пока вернёмся к условиям нашего сотрудничества.

- Хорошо. Вопрос второй: образование, - вздохнув, произнёс Вячеслав. - Видишь ли, не только Анна никогда не ходила в школу. У меня тоже такого опыта нет... знания есть, а вот с их документальным подтверждением полный швах.

- Об этом я как-то не подумал, - откинувшись на спинку кресла, протянул Николаев, но, заметив, как опустились плечи собеседника, ободряюще улыбнулся. - Не переживай, решим мы эту проблему!


## Глава 18

. Награда найдёт своего героя


К удивлению Вячеслава, жёсткого торга с атаманом "Гремлинов", к которому он готовился всё утро, не вышло. Николаев с готовностью выслушал "хотелки" своего будущего сотрудника, и чуть ли не половину из них включил в контракт без всяких оговорок, чем вызвал немалое удивление Стрелкова.

- На стоимость нашего договора не влияют, личного неудобства никому не доставляют, так о чём спорить? - пожав плечами, пояснил Николаев, заметив мелькнувшее на лице собеседника недоумение.

После этого заявления, Вячеслав было обрадовался, но со второй половиной его "хотелок", всё вышло не так легко. Пару пунктов Николаев наотрез отказался принимать, а остальные... по остальным пришлось искать компромисс. Впрочем, этот поиск был недолгим и результат вполне устроил обе стороны, так что из кабинета Николаева они вышли вполне довольными. И сделали это, как оказалось, очень вовремя, поскольку не успели пройти несколько шагов по коридору, как из кают-компании им навстречу, молнией вылетела девочка, на взгляд Вячка, ровесница Анны.

Заметив их, девчонка на миг замерла на месте, но почти тут же, сверкнув озорной белозубой улыбкой, подскочила к парням почти вплотную, ухватила за руки и, не говоря ни слова, потянула в сторону только что покинутой ею кают-компании.

- Знакомься, Вячеслав. Эту юную егозу зовут Ингой, - без всякого сопротивления позволяя девчушке тащить его на буксире, произнёс Кирилл. - Младшая сестра майора Рогова, моя ученица, шантажистка, сластёна и... постоянная заноза во всех неудобных местах нашего отряда.

- Эй! - тут же откликнулась девчонка, правда ни в интонациях её голоса, ни в эмоциях не было и следа настоящего возмущения. - Я не заноза!

- Да-да, - всё так же индифферентно протянул атаман. Если бы ещё ехидством не фонил... - Но шантажистку и сластёну ты не отрицаешь.

- Ха! У меня молодой быстрорастущий организм, ему нужно много витаминов для правильного физического развития и ещё больше глюкозы для развития умственного! - фыркнув, воскликнула девочка, не переставая целеустремлённо тащить парней за собой.

- Ну да, ну да, - покивал Кирилл.

- И не надо пугать новенького, учитель! Я шантажом не занимаюсь! - Инга, обернувшись, улыбнулась Вячку.

- Точно, - раздался рядом голос Ольги. - Это не шантаж, а эффективное ведение переговоров!

- Вот так и живём, - высвобождаясь из хватки Инги, Кирилл скользнул к стоящей в дверях девушке и, приобняв её за талию, увлёк внутрь помещения.

- Идём, - Инга вновь потянула Вячеслава за собой. - Девчонки уже стол накрыли.

- В честь чего? Сегодня какой-то праздник? - решил уточнить Вячко, окинув взглядом полную шума и гама кают-компанию, посреди которой, действительно стоял накрытый скатертью, длинный, заставленный блюдами стол, и вокруг него уже крутились, похоже, все "Гремлины" разом.

- Можно сказать и так, - еле заметно пожав плечами, кивнула девочка. - Пополнение отряда, наверное, можно считать праздником. Меньше дежурств, реже наряды... в общем, повод весьма достойный, не находишь?

- М-да уж... - протянул тот.

- Не морочь Сла... Вячеславу голову, мелкая! - возникшая рядом рыжеволосая Елизавета с видимым усилием отцепила Ингу от руки Стрелкова и, шлепком по попе направив недовольно взвизгнувшую девчонку к столу, переключила своё внимание на Вячка. - Мы просто решили таким образом поприветствовать нового "гремлина", ну и познакомиться по-человечески.

- Да уж, в особняке было как-то не до того, помню, - понимающе кивнул Вячеслав, под улыбки и смешки окружающих, с появлением атамана ринувшихся рассаживаться за столом. Только устроившаяся под боком у старшего брата, Инга демонстративно нахмурилась, пробурчав что-то о "мсте поголовью рыжих", на что Елизавета и бровью не повела. А вот тот факт, что пока они объяснялись, за столом осталось лишь два свободных места рядом, заставил девушку смутиться. Совсем чуть-чуть, правда, и всё же... В другое время, Вячеслав бы, наверное, этого даже не заметил, но с момента начала переговоров с атаманом Николаевым, его куцая эмпатия работала на полную и "заглушить" её по окончании беседы, он просто не успел.

Наткнувшись на волну выжидающих взглядов и лёгкую, почти незаметную насмешку в глазах Николаева, Вячко встряхнулся и решительно шагнул к столу. Вспоминая почти забытые уроки матери, Стрелков одним уверенным движением отодвинул один из свободных стульев и, повернувшись к Елизавете, изобразил короткий "кавалергардский" поклон.

- Прошу вас, сударыня.

- Благодарю, вы очень любезны, сударь, - подхватив тон Стрелкова, Лиза изобразила книксен, довольно забавно смотревшийся в сочетании с её камуфляжными штанами и белоснежной футболкой, после чего, сделав шаг вперёд, плавно опустилась на подвигаемый "кавалером" стул. Бросив на колени белоснежную салфетку, она обвела молчаливых зрителей этого спектакля долгим взглядом и, остановив его на сидящей напротив Инге, вопросительно приподняла бровь.

- Сабли не хватает и гусарского доломана. Ему, - отреагировала девочка на невысказанный вопрос. - А тебе платья с кринолином и хорошим таким корсетом, чтоб утянуть дой...

- А тебе - кляпа, - сидящая рядом с ней, Ольга с милой улыбкой зажала Инге рот ладошкой.

Та что-то возмущённо пробулькала в ответ, но, почувствовав на плече тяжёлую руку брата, сникла. Довольно кивнув, Ольга отняла ладонь от лица девочки.

Обед-знакомство не затянулся надолго, хотя расспросов со стороны насевших на Вячеслава девушек было предостаточно. В отличие от них, мужская часть команды предпочитала молчаливое наблюдение. По крайней мере, это касалось атамана Николаева и сидящего с торца стола, Гдовицкого, похоже, единственного представителя "Гремлинов", перешагнувшего тридцатилетний рубеж. Рогов же был больше занят попытками угомонить свою любопытную сестру, чем разговором. Впрочем, и с ним, Вячеслав успел перекинуться парой фраз, но почуявшие родственную душу, технари решили отложить серьёзный разговор на тот момент, когда вокруг не будет иных любопытных, мешающих беседе о любимых обоими железках, рунах и механизмах. Да и невеста атамана Николаева, как показалось Стрелкову, не прочь была бы присоединиться к тому разговору. По крайней мере, насколько мог судить сам Вячко по брошенным ею нескольким коротким фразам, в технике девушка соображала совсем неплохо, хотя и тяготела больше к информационным системам, а не железу как таковому. С другой стороны, современные железки - ничто без соответствующей высокотехнологичной начинки, так что... коллега, коллега и есть.

Лина и Мила. Малина Фёдоровна и Людмила Фёдоровна Громовы. Сёстры-близняшки, похожие и... очень разные, несмотря на всё сходство обликов. Обжигающие девушки, резкие и опасные. От них, кажется, так и веяло жаром, того и гляди вспыхнут, загудят высокотемпературным пламенем. Боевики отряда. Полная противоположность Гдовицкому, молчаливо, со спокойствием каменного изваяния взиравшему на царивший за столом бедлам. Но помимо Владимира Александровича, который, как следовало из его собственного представления, отвечал в отряде за безопасность внутреннюю и внешнюю, была здесь и ещё одна особа, отличавшаяся спокойствием. Мария Анатольевна Вербицкая - штатный кадровик отряда, по заявлению Кирилла. Ровесница. В отличие от Гдовицкого, она больше напоминала не камень, а сверкающее солнечными бликами зеркало озера в летний день. Эмоции девушки пробегали рябью по его поверхности и растворялись, не тревожа тёмных глубин... лезть в которые, пожалуй, не рискнула бы и шебутная сестрёнка Вячеслава. Наверное. С другой стороны, если вспомнить её выходку у ратуши... м-да.

И Лиза. То есть, Елизавета Филиппова-Посадская. Штатный медик отряда. Не такая непоседа, как та же Инга или Громовы, но и не тихий омут, как Вербицкая. Наверное... Рыжая, высокая и гибкая. Улыбчивая и светлая, чисто по-человечески, конечно. Нет, Вячеслав и от остальных участников этого междусобойчика не чувствовал негатива, что даже несколько удивило, учитывая его собственный калечный дар и поголовную одарённость всех присутствующих. Ну, за исключением Роговых. Тем не менее, факт остаётся фактом. В эмоциях окружающих не было и намёка на то презрение, с которым относились к нему одарённые в Пернау, и это не могло не радовать.

Наверное, дай им волю, и любопытные барышни ещё часа три засыпали Вячеслава вопросами, но волевым решением Николаева допрос был свёрнут ещё до того, как на столе появился десерт и чай. Просто в какой-то момент от атамана разошлась волна обжигающего холода и все разговоры тут же смолкли, а взгляды устремились на сработавшего за кондиционер Кирилла.

- Рад, что вы обратили на меня своё внимание, - в тишине произнёс он. - Итак, знакомство с новым техником отряда "Гремлины" объявляю состоявшимся, а теперь, поговорим о делах. Вячеслав, с этого дня и, как минимум, до истечения испытательного срока, переходишь в подчинение Георгия Рогова, майора отряда и, по совместительству, главмеха наших мастерских. Жора, завтра с утра погоняешь Вячеслава по матчасти и вечером доложишь свои выводы о его умениях. Ольга... тебе то же поручение, но по рунам. После обеда Стрелков в твоём полном распоряжении. Задача ясна?

- Так точно, - неслаженно, но с энтузиазмом отозвались Рогов и Бестужева.

- А почему не сегодня? - тут же смазал эффект Георгий, явно разочарованный отсрочкой беседы с коллегой.

- Потому что сегодня у нашего нового техника в планах посещение Рахова, - объяснил Николаев. - Вопросы? Нет вопросов. Гут, с этим разобрались. Владимир Александрович, останетесь за старшего, пока мы с Вячеславом скатаемся до Рахова?

- Отчего нет? - пожал плечами тот. - Не впервой.

- Замечательно, - улыбнулся Кирилл и окинул взглядом молчаливо взирающих на него девушек... и девочек. Потянул паузу, хмыкнул. - Ученицам заниматься по распорядку. Вернусь из Рахова, проверю. Инга!

- Да-да? - хлопнув ресницами, та тут же изобразила пай-девочку.

- Если к моему возвращению домашнее задание не будет выполнено, оставлю без десерта, - произнёс Кирилл. Рогова взглянула на стоящее перед ней пустое блюдце с крошками от пирожного, покосилась на тарелку брата с нетронутым безе... и, печально вздохнув, кивнула.

- Поняла.

- Ученицы? - тихонько, словно про себя, пробормотал удивлённый Вячеслав.

- Ну да, - отозвалась сидящая рядом Лиз... Елизавета. - Громовы, Ольга, Маша, Инга и я, мы находимся в обучении у Кирилла. Уже год как.

- Подожди, ты имеешь в виду классическое обучение?

- Ученичество, - уточнила Посадская, тряхнув своей рыжей гривой.

- В эгрегоре? В каком? - справившись с удивлением, спросил Вячеслав. Что такое классическое ученичество, он знал. Всё же, в СБТ это была чуть ли не единственная форма обучения одарённых, не считая домашнего образования, конечно. А вот своих школ в СБТ почти не было. Точнее, не так. Они появлялись время от времени, но очень быстро исчезали. Почему, от чего, неизвестно.

- В эфире, - ответила девушка. - Кирилл обязался довести нас до подмастерьев, минимум. А в идеале, до мастеров.

- Он мастер Эфира? - удивлённо спросил Вячеслав, бросив осторожный взгляд в сторону Николаева, в этот момент беседующего о чём-то с Гдовицким.

- Гранд, - как ни в чём не бывало, отозвалась Елизавета. Стрелкова словно пыльным мешком ударили. Мысль о том, что его ровесник достиг вершины в мастерстве эфирных манипуляций, ошеломляла... и пробуждала зависть. Плевать на собственный отряд и богатство, Стрелков тоже не лыком шит и денег заработать сможет, знаний хватит. Начхать на атаманство, оно бывшему контрактнику и на болт не упало. Но статус гранда в шестнадцать лет! Это...

- Невозможно! - не восклицание, крик души человека, оправданно гордившегося своими успехами и вдруг обнаружившего, что по сравнению с достижениями сидящего рядом ровесника, все его старания, труд до кровавых мозолей, пронизанные нестерпимой головной болью ночи, посвящённые учёбе, всё это оказалось не более чем вознёй в песочнице. Осознание пропасти между артефактором-недоучкой с покалеченным даром и грандом, ведущим к мастерству шестерых учеников, ударило наотмашь... и втоптало самооценку Вячеслава в землю.

- Возможно всё, - голос Николаева раздался неожиданно. Стрелков дёрнулся, но встретившись взглядом с атаманом "Гремлинов", не смог его отвести. А тот, откинувшись на спинку стула, повторил: - Возможно всё, Вячеслав. Было бы желание и воля. Посмотри на сестру нашего майора. В ней нет ни капли того, что так выспренно, с придыханием называют Даром. Она не способна к манипуляциям Эфиром. Так говорят идиоты. Инга продемонстрируй нам свою "неспособность".

- Легко, - пожала плечами девочка, на миг отвлёкшись от разговора с Ольгой. На стол пролился чай из кружки, и тонкий пальчик стремительно вывел короткую цепочку рун прямо на промокшей скатерти. Миг, и от пятна не осталось и следа, только облачко пара взвилось вверх, чтобы почти моментально растаять под потолком кают-компании.

- Вот так-то, - усмехнулся Кирилл, не сводя взгляда с Вячеслава. - А если она воспользуется своим арсеналом накопителей, поверь, скучно никому не будет.

- Оперирование по-живому, - заключил Стрелков, чувствуя, как сердце отпускает сжавшая его было склизкая рука зависти. - Ловко. Герр Баум допустил меня к этому разделу артефакторики меньше года назад.

- И правильно сделал, - заметил Николаев. - Ты-то пользуешься собственным резервом, а его нужно уметь дозировать. У Инги же, ввиду отсутствия возможности осознанно оперировать пропускаемым через собственное тело Эфиром, такой проблемы нет. Зато, без накопителей или действующего эгрегора, она не сможет запитать и самой простой рунной связки. У каждого свои плюсы и минусы.

- И у тебя? - прищурился Вячеслав.

- А как же, - усмехнулся Кирилл. - В стихиях, то есть в оперировании чистым эгрегором, любой из здесь присутствующих, кроме Роговых и тебя, конечно, легко заткнут меня за пояс. Вои же. Куда до них новику.

- Ты новик? - изумился Стрелков. - Гранд и новик?! Так разве бывает?

- Новик, - кивнул Николаев, - причём, новик в потолке. И да, как видишь, бывает всякое.

- А рунные татуировки ты делать умеешь? - неожиданно влезла в разговор Инга.

- Вообще-то... нет, - честно признался Вячеслав, не заметив раздражённого взгляда брата девочки. Впрочем, услышав этот ответ, Георгий почти моментально расслабился. Зря. - Но в принципе, не вижу в этом ничего запредельно сложного, даже если делать рунескрипт, завязанный на подпитку от носителя. Расчётов много, но и только...

- Научишь? - тут же загорелась Инга. И только сейчас Вячеслав догадался взглянуть на прислушивающихся к их разговору "Гремлинов". Девушки глядели с любопытством, Гдовицкой оставался невозмутим, Кирилл чему-то довольно улыбался, а вот Рогов... Жора начал пыхтеть, как закипающий чайник.

- Не вздумай! - рявкнул обычно вежливый и неконфликтный парень. - Это слишком опасно!

- А я бы разрешил... как учитель, - всё так же ухмыляясь, произнёс атаман. Короткая реплика, всего шесть слов, но их хватило, чтобы Георгий замолчал. Нахмурился, всем видом показывая недовольство таким поворотом, но замолчал. А Кирилл, выдержав паузу и смерив взглядом насупившегося Рогова и его радостно подпрыгивающую на стуле сестру, договорил: - Попозже, конечно. Когда Инга освоит точные сложносоставные рунекрипты, как минимум.

- Баш на баш? - прищурился Вячеслав. - Я учу Ингу живому оперированию, вплоть до вероятностных связок четвёртого порядка, а взамен кто-то из вашей команды подтягивает Анюту по школьным предметам?

- Нашей команды, а не "вашей",- поправил его Николаев и тут же поинтересовался: - А сам? В смысле, тебя самого подтягивать по общеобразовательным предметам не надо?

- Надеюсь, что нет, - ответил Стрелков. - Но если вдруг пойму, что не справляюсь, сам попрошу о помощи. Тоже баш на баш, разумеется.

- Договорились, - хлопнув по столу рукой, заключил атаман под радостный писк Инги и недовольное ворчание Рогова. Да и внимательно следившие за этим разговором, ученицы Николаева тоже довольно зашумели, правда, Вячеслав не понял причины столь бурной реакции, пока выбравшийся из-за стола Кирилл, не объяснил. - Ещё один ребёнок в отряде, что ты хочешь? Мальчишки до старости обожают игру в "войнушку", в девчонки - "дочки-матери"...

- Сла-авик! - кажется, до Анюты, от скуки слушавшей всю эту беседу через связной артефакт, дошло, что её ждёт в отряде, и радости по этому поводу она явно не испытала.

Поездка в Рахов оказалась хоть и короткой, но продуктивной... и холодной. Всё же, зима не лучшее время для поездок на квадрах по продуваемым всеми ветрами горным склонам. Кириллу-то что? Воздушным щитом укрылся, и плевать ему на ветер и летящие из-под колёс комья снега, а вот Вячеславу пришлось кисло, несмотря на утеплённую куртку-"арктику", выданную из отрядных запасов и подбитые мехом перчатки из тех же закромов. Но надо отдать должное Николаеву, въёхав в город, он почти сразу же свернул к какому-то кабаку, где без лишних слов и расспросов отпоил замёрзшего подчинённого горячим чаем. А уже через полчаса они азартно торговались в одной из оружейных лавок города, сбывая толстому, но чрезвычайно подвижному приказчику трофейное оружие, прихваченное Стрелковым с убитых охотников за беглыми. Не всё, конечно. Снайперская "Рысь" и требующая ремонта "Эрма" остались в жилом модуле на базе, а вот короткоствол стрелка и сенсора, вместе со всеми боезарядами и магазинами, позволили выручить двести пятьдесят рублей, то есть, почти пятьсот крон. Неплохой прибыток, однако.

После лавки оружейника, их путь лежал на почту. Здесь, две смешливые девчонки, едва ли старше Вячеслава, шустро упаковали старинный револьвер в наполненный консервирующим гелем кофр, мгновенно его опечатали и приняли для отправки в Пернау на адрес Баумов. Правда, за это пришлось заплатить пятнадцать рублей. Почти тридцать крон за отправку посылки, грабёж! А что поделать? Тут и Кирилл руками развёл, дескать, таков регламент пересылки оружия, чай не в СБТ живём, а в цивилизованном государстве, пусть и на отшибе. Да и чёрт с ней, ценой. Перемирие того стоит.

После почты завернули в банковскую контору, где Вячеслав за каких-то четверть часа разменял половину своего золотого запаса, открыл счёт и положил на него получившуюся сумму, к удивлению самого Стрелкова, оказавшуюся куда большей, чем он рассчитывал, после недавнего торга с приказчиком оружейной лавки. Но нет, старые золотые червонцы были приняты в банке по весу... и принесли вместо ожидаемых двух с четвертью тысяч рублей, все пять с половиной. Ну, почти. Пятьдесят рублей комиссионных банк себе всё же оттяпал. Мироеды!

А вот потом... потом их занесло в торговые ряды за одеждой и рыльно-мыльными для Вячеслава и Анны. Ну в самом деле, не ходить же им в одном и том же каждый день? Хоть на первое время, но закупиться вещами следовало... да и Кирилл, как оказалось, получил от своих подчинённых некий список покупок. Вот только зря он рассчитывал на быстрый забег по лавкам. Нет, с заказом учениц и одеждой для Вячеслава, они разобрались довольно споро. Но вот чего Николаев не знал и знать не мог, так это о присутствии скучающей Анны на прямой связи с братом. Так мало того, что присутствовала, она ещё заставила братца транслировать ей происходящее в лавке, так же, как недавно он демонстрировал ей поле боя вокруг особняка.

В результате, отбор понравившихся девочке вещей затянулся на добрых полтора часа, так что даже Кирилл начал как-то странно поглядывать на своего подчинённого, увлечённо роющегося в шмотках. По крайней мере, так казалось со стороны. А то, что в этот момент Вячеслав мысленно спорил с сестрой, в который раз напоминая, что по приезду на базу, он лично отвезёт её в Рахов для прогулки по местным магазинам... так кому что докажешь? А вот приказчицы только уважительно кивали, да время от времени приносили всё новые и новые наряды. В конце концов, Стрелков не выдержал и, собрав уже отобранные вещи, решительно потащил их к кассе, невзирая на сердитое сопение сестры "на проводе".

- Повезло же девчонке, а? Чтоб мой брат так обо мне заботился, - вздохнула одна из приказчиц, когда за покупателями закрылась входная дверь.

- И бельё выбирал? Тогда уж лучше жених, - рассмеялась её подруга.

С обувью было проще. Здесь никакие уговоры Анны и замечания о "вон тех удобных и лёгких ботиночках" или "вот этих красивых туфельках", не оказали на обозлённого потерей времени Вячеслава никакого влияния. Серые кроссовки для обещанных атаманом тренировок, тяжёлые, но тёплые зимние ботинки с высокой шнуровкой и защитой голеностопа, самое то для горных условий... и тапочки. Осеннюю и летнюю обувь, Стрелков решил купить позже.

На базу оба квадра возвращались в уже сгустившейся темноте и гружёнными под завязку. Но если на машину Вячеслава были нагружены баулы с одеждой, то вездеход Кирилла тащил гостинцы и заказы учениц, после "торжественного обеда" воспользовавшихся моментом, чтобы вручить атаману целый список необходимых им вещей.

Следующий день обернулся для Стрелкова одним большим экзаменом. Рогов, кажется, до сих пор недовольный решением атамана об обучении его сестры у Вячеслава, взялся за нового техника всерьёз. Опрос начался за час до завтрака и продлился до самого обеда. Въедливый майор гонял Вячка по механике, от мотоциклов до тяжёлых боевых платформ, по энергообеспечению, от мобильных питающих систем до малых стационарных энергоустановок, по двигателям... тут, пожалуй, они не затронули лишь летающую и плавающую технику. Зато по тактическим комплексам, Рогов его спрашивал от и до. Ну, в этом нет ничего удивительного, всё же Вячеслав не был слепцом и прекрасно видел оборудование мастерских, в том числе и стенды для обслуживания и ремонта ТК, как тяжёлых, так и лёгких. Так что, определить на что "заточена" ремонтная база "Гремлинов", было несложно. Богатое хозяйство, Бауму подобное даже не снилось. И становится понятным, зачем Николаев нанял целый отряд бойцов для охраны. Тут же техники, наверное, на миллионы... ну, по меркам СБТ, конечно.

После этого "марафона", опрос устроенный Вячеславу Ольгой, воспринимался им как лёгкая беседа. Конечно, не болтовня ни о чём, но всё же. Ольга не стала особо гонять его по рунике, всё внимание она уделила информационным системам и рунному программированию, но уже через полтора часа, выслушав ответ Стрелкова на очередной вопрос, махнула рукой. Мол, вижу, знаешь, а значит, к работе годен.

Так что, экзамен этого дня завершился для Вячеслава незадолго до ужина, а со следующего утра началась работа, в которую Стрелков ушёл с головой, забывая о еде и личных планах. А ведь в оружейном ящике до сих пор лежит разолбанная, требующая ремонта "Эрма". Да и с Елизаветой хочется прогуляться по окрестностям, познакомиться поближе, и разговорам со скучающей в больнице сестричкой нужно уделять хотя бы по часу перед сном, а не отрубаться, едва голова коснётся подушки. Да и Инга, ради обещанных Николаевым занятий по рунам, каждый вечер являясь в мастерскую, вынуждена чуть ли не за уши оттаскивать Вячка от стоящей на ремстенде техники. Впрочем, уже на третий день, ушлая малявка нашла иной способ воздействия на увлечённого делом техника, и вечером, через час после в очередной раз пропущенного Вячеславом ужина, в мастерскую заглянула Елизавета. Не слушая неуверенного мычания Стрелкова, девушка решительно ухватила его за руку и потащила сначала в санузел, отмывать руки от машинной смазки, а после в кают-компанию, где уже ждали разогретые котлеты с гречневой кашей и чай со сластями... к моменту появления которых на столе, рядом тут же нарисовалась Инга, уже вооружённая тетрадями, ручками и прочей канцелярщиной. Ну, хоть немного времени дала Вячку и Лизе побыть наедине. Ждать же, что ради их воркования сестрица Рогова откажется от сладкого... хм, таких чудес в мире не бывает, натуру этой сладкоежки, Вячеслав уже успел немного изучить.

Так и повелось. Утром, Николаев вытягивал нового техника на тренировку, после завтрака тот шёл в ремонтные боксы, где пропадал до самого ужина, а то и дольше, пока в зале не появлялась Елизавета, конвоировавшая его в кают-компанию, потом уроки с Ингой, короткая вечерняя тренировка, беседа с Анной... и сон.

До проклятой "эрмы" Вячеслав добрался лишь в неожиданно наступившие выходные, аккурат накануне обещанного атаманом приезда сестры. Кстати, сам Николаев в этот день с базы исчез, как впрочем, и майор Рогов.

- Они в Москву отправились, - за обедом объяснила Ольга. - Георгий получил задание набрать техников, так что будет рыскать по тамошним училищам, вербуя людей, и вернётся не раньше Рождества, а Кирилл приедет завтра с Анной. Он ещё сюрприз какой-то обещал.

- Сюрприз? Какой? - тут же встрепенулись сидящие напротив близняшки. Да и Инга с Марией заинтересованно заёрзали. А вот Лиза... впрочем, сам Вячеслав тоже едва услышал Бестужеву, поскольку был увлечён происходящим на улице действом. В окне, расположенном за спиной Елизаветы, было отчётливо видно, как тренируются бойцы охраны. И нет, он не пялился на Посадскую! Ну, если только случайно, всё же рассмотреть происходящее за её спиной, не глянув при этом в глаза Лизы, было довольно сложно. Да.

- А я откуда знаю? - развела руками Ольга. - Сказал, чтоб приготовили праздничный ужин к его возвращению, и всё. Что вы не знаете Кирилла, что ли? Упрямый как...

- Поня-атно. Значит, не раскололся, да? - протянула Мила и договорила с лёгкой шаловливой улыбкой под хихиканье сестры: - Или просто кто-то плохо старался этим утром?

- Милка! - Бестужева моментально покраснела и с её пальцев сорвалась миниатюрная молния, тут же впитавшаяся в выставленный ехидной Громовой щит.

От треска молнии, раздавшегося практически у него над ухом, Вячеслав встрепенулся и, оглядевшись по сторонам, удивлённо приподнял бровь. Пока он любовался Лиз... в смысле, пока он смотрел на охранников за окном, в кают-компании успело разыграться натуральное сражение. Не такое, конечно, как тем утром, когда он очнулся в медблоке базы "Гремлинов", но тем не менее. Близняшки со смехом носились по помещению, выставляя щиты, Ольга обстреливала их мелкими электроразрядами, и над всем этим царили радостные взвизги устроившейся под прикрытием раздаточной стойкой Инги, вносившей свою долю хаоса в творившееся в кают-компании безобразие. Выглядывая из-за стойки, она то и дело метала в обе "сражающиеся" стороны какие-то странные шарики, взрывавшиеся при соприкосновении с целью облачками разноцветного дыма, отчего видимость в кают-компании уже значительно упала.

И во всём этом бедламе было лишь два островка спокойствия. Посадская и, собственно, сам Вячеслав, чересчур увлёкшийся... задумавшийся о своём. А вот Мария успела куда-то слинять, и именно поэтому, она единственная из всех присутствовавших не занималась уборкой помещения после этого "Армагеддона". Всех остальных, включая вообще никак не участвовавших в этом побоище Вячеслава и Елизавету, явившийся на шум, Гдовицкой заставил отдраивать кают-компанию до первозданного блеска. Повеселились, называется.

Вячеслав даже не рассчитывал на то, что ему удастся отремонтировать "эрму" за один день, а потому не стал возмущаться потере времени на уборку, да и в работе с пистолетом ограничился полной его разборкой и тщательным осмотром с оценкой повреждений, на что ушло едва ли больше часа. От любимой работы ведь тоже нужно иногда отдыхать, верно? А оставшееся до ужина время, он провёл на стрельбище в компании Громовых и, конечно, Посадской.

Как оказалось, в отличие от близняшек, Елизавета не могла похвастаться серьёзными навыками стрельбы, и Вячко был счастлив помочь девушке в этом вопросе. Ну а то, что спустя полчаса, Мила с Линой испарились со стрельбища едва ли не незаметнее, чем Мария с недавнего разгрома кают-компании, стало дополнительным поводом для радости. Да, Стрелков отчётливо понимал, что не ему, недавнему рабу-контрактнику без кола и двора, разевать рот на наследную боярышню древнего новгородского рода, но... ничего не мог с собой поделать. Его тянуло к этой девушке как магнитом, а куцая, по сравнению с сестрой, эмпатия нашёптывала, что и сама Лиза испытывает схожий интерес к Вячеславу. Осознание этого факта кружило голову похлеще домашней наливки фрау Малицы и напрочь отключало критическое мышление. И кто знает, до чего дошло бы дело, если бы рядом вдруг не появилась Мария. Аккурат в тот момент, когда Вячеслав, стоя чуть ли не в обнимку с вооружённой пистолетом Лизой, поправлял её стойку, одновременно млея от этой близости. От мягкого, едва ощутимого аромата духов, от тепла нежной кожи и ощущения гибкого, стройного тела в кольце его рук. Ну, почти в кольце. Чёрт! Да о какой учёбе тут вообще могла идти речь? Хоть в отстранённость ныряй!

Услышав деликатное покашливание за спиной, Стрелков резко отстранился от Елизаветы, и обернулся. Часть его взвыла от недовольства, а другая, рациональная облегчённо вздохнула. Она, эта часть знала, что проигрывает битву разума и чувств, и была даже рада появлению здесь Марии. Вячко ведь не железный! А что с ним будет, если Лиза ответит взаимностью, вопрос праздный. Закопают. Бояре и закопают, чтоб линию и гены не портил. А может и гранд Николаев своей рукой на тот свет отправит, как учитель, обязанный беречь ученицу. И кому от этого будет хорошо? Лизе? Так её после такого приключения на весь их напыщенный свет ославят! Или может, сестрёнке, которая останется совсем одна? А уж самого Вячеслава и подавно ничего приятного не ждёт. Хотя, кто его знает, каково оно, на том свете... выяснять этот вопрос на практике как-то не тянет. По крайней мере, пока Анна на ноги не встанет.

- Ужин ждёт, - как ни в чём не бывало, произнесла Мария и, ни словом, ни жестом не дав понять, что заметила положение Вячка и Лизы или их покрасневшие лица, развернулась и исчезла из виду.

Вернув оружие хозяину, Посадская глубоко вздохнула и, одарив Вячеслава чуть смущённой улыбкой, чуть ли не бегом бросилась вслед за Вербицкой. Вячко же, кое-как справившись с дрожью в руках, ещё помнящих тепло кожи девушки, принялся собирать разложенное на столе оружие. Ему нужно было время, чтобы прийти в себя, а что может быть лучше для этого, чем рутинная, успокаивающая и насквозь знакомая работа?

В кают-компанию он пришёл уже в нормальном состоянии, по крайней мере, внешне. А что творилось за маской невозмутимости на его лице, того окружающим знать не надо.

Окружающие, вроде бы ничего и не заметили. Чего не скажешь о сестрёнке. Та, во время ставшего уже традиционным вечернего "сеанса связи", моментально учуяла в каком раздрае находится Вячко, и пошла в наступление. А когда поняла, что брат не желает распространяться о причинах своего странного состояния, взяла его в планомерную осаду... которой тот, естественно, не выдержал. Но надо отдать должное Аннушке, она и не подумала смеяться над братом, только задумчиво протянула:

- Завтра приеду, посмотрю на эту твою... Лизу, - и отключилась.

Несмотря на неоднозначность этих слов, Вячеслав отчего-то успокоился и почти мгновенно провалился в сон, на что даже не надеялся до разговора с сестрой.

Кирилл появился на базе как-то незаметно. Не было ни тихого воя заходящего на посадку аэродина, ни грохота двигателя машины у ворот базы. Просто в какой-то момент он появился у входа в кают-компанию, подталкивая вперёд настороженно оглядывающуюся по сторонам Анну. Впрочем, стоило ей увидеть поднимающегося со стула брата, как беспокойство исчезло, будто его и не было. Девочка радостно взвизгнула и, кометой промчавшись через всю комнату, повисла на шее улыбающегося Вячеслава.

- Какая симпатяшка... - в один голос протянули Громовы, отчего Анна неожиданно вздрогнула и крепче вжалась в брата. Да так, что впившиеся в его рубашку пальцы побелели.

- Успокойся, они ничего такого не имели в виду, - прошептал ей Вячеслав. - Если не веришь, попробуй их прочесть.

Окружающие не слышали слов Стрелкова, но увидели, что девочка в его руках вдруг расслабилась и, окинув взглядом присутствующих в комнате, слабо улыбнулась. Выбравшись из объятий брата, она обернулась к ученицам Николаева и, сделав книксен, поздоровалась.

- Здравствуйте, я Анна Стрелкова, сестра Славика.

Этого оказалось достаточно, чтобы девочка тут же оказалась в кольце галдящих и тормошащих её учениц Николаева. Посмотрев на это, Инга только головой покачала, мол, сочувствую... Но спустя несколько секунд по присутствующим в кают-компании прокатилась волна холода.

- Нас здесь кормить, вообще, собираются, или как? - деланно грозным тоном поинтересовался Кирилл. И суета закрутилась по новой. А когда все расселись за празднично накрытым столом, он вдруг оказался под прицелом, как минимум, шести выжидающих взглядов. Вообще-то их могло бы быть и больше, но Гдовицкой сохранял свою фирменную невозмутимость, Анна была не в курсе дела, а Вячеслав не считал себя причастным к делу... Николаев хмыкнул. - Что?

- Сюрприз, - чуть ли не в один голос потребовали ученицы.

- О... чуть не забыл, - хлопнул себя ладонью по лбу Кирилл. Рисуясь, понятное дело. Под недоумёнными взглядами окружающих, он развернул экран своего коммуникатора, поколдовал над ним, и над столом прокатилась какофония сигналов с браслетов учениц... и Гдовицкого. Девушки тут же принялись разворачивать собственные экраны, взгляды забегали по невидимым посторонним строкам текста, и вновь волна, на этот раз ахов и охов. Один Владимир Александрович, прочитав полученное сообщение, никак на него не отреагировал.

- От имени его величества поздравляю вас с вручением знака ордена Святого Ильи, - голос Кирилла прозвучал уже в полной тишине. Ошеломлённой тишине. Тут даже Вячеслав не выбивался из общего ряда. Ещё бы, сам орден Святого Ильи был известен в мире, как первая организация стихийников на государственной службе. Эдакое логическое продолжение рыцарских орденов для одарённых. И пусть вручение знака не даёт членства в ордене, но это одна из самых уважаемых наград в России, которую можно получить только за боевые заслуги и никак иначе. Признание уважения от капитула ордена, также состоящего исключительно из боевых офицеров. Не бояр и не генералов.

Тишину, воцарившуюся в кают-компании, вдруг прорезала ещё одна трель коммуникатора и взгляды всех присутствующих безошибочно скрестились на Вячеславе, отчего тот вдруг почувствовал себя несколько неуютно.

- Что? Меня никто ничем награждать не должен, точно! - поспешил откреститься он и, чтобы спрятать собственный взгляд, развернул экран браслета. Прочёл полученное письмо. Потом ещё раз... и икнул.

- Что там такое, Славик? - моментально заёрзала на стуле Анна, почуявшая исходящий от брата вал эмоций.

- Ошибся я, - проговорил непослушными губами тот и, сделав экран видимым для окружающих, развернул его в сторону сестры. Как рядом очутился Кирилл, Вячко не понял. Осознал, что кто-то стоит за его плечом, только когда над ухом раздался негромкий свист.

- А говоришь, никто не награждает, - рассмеялся Николаев, хлопнув Стрелкова по спине. - Судя по всему, тот револьвер оказался твоему бывшему учителю о-очень дорог, а?

- Да что там такое-то? - тут же воскликнула Лина.

- Официальное приглашение на вручение гильдейского знака, в любом удобном нашему Вячеславу филиале на территории Европы, - произнёс Кирилл, и даже палец вверх воздел, подчёркивая важность сказанного.

- И... что тут такого? - не поняла Мила. - Мы и так знаем, что Вячка должны были принять в гильдию.

- Гильдию СБТ, Герхард Баум обещал именно это, - отрешённым тоном уточнил тот, потихоньку приходя в себя.

- Именно, а упоминание "любого удобного филиала на территории Европы", говорит о том, что нашего техника приглашают прямиком в международную гильдию, так называемую любечанскую. Старейшую организацию артефакторов в мире. Можно сказать, Вячеслав получил свой аналог знака ордена святого Ильи, - объяснил атаман и удивлённо покрутил головой. - Это ж сколько тот револьвер стоит на самом деле, если за его возврат тебе Баум свою мастерскую простил? Двести тысяч? Пятьсот?

- Не меньше миллиона крон, должно быть, - прикинув, вздохнул Вячеслав. - Я только на полмиллиона горшков у Баума побил. А он мужик прижимистый, за ту же сумму, максимум подтверждение перемирия прислал бы, и никакая фрау Малица его не переубедила бы.

- А в этой... международной и старейшей его не прибьют? Прямо на пороге? - спросила Анна.

- В русском филиале? В присутствии представителей боярских родов? - фыркнул Кирилл. - Смешно.

- Так что, мне ехать туда? - Вячеслав перевёл взгляд с экрана на стоящего рядом атамана "Гремлинов".

- Можешь не ехать, - неожиданно подала голос Мария Вербицкая, не отвлекаясь от обработки своих ноготков пилкой. - Если, конечно, тебе зачем-то нужен статус государева человека. По Соборному уложению Иоанна Пятого, "...мужи любечанские, божественное письмо постигшие, тягла несть не могут..." То есть, таким образом, его величество приравнял гильдейских артефакторов к боярским детям. Правда, только тех, кто в любечанской гильдии состоял. Тогда других не было, а позже, уточнений вносить не стали, чтоб не множить эту братию. Оно, звание-то личное, конечно, но уже при внуке Иоанна Пятого, гильдий артефакторов только на территории Пруссии было больше десятка.

- И откуда ты это знаешь? - поинтересовалась Елизавета.

- Батюшка думал тем путём пойти, когда мой непутёвый братец роту боярского сына дал, вместо того, чтоб собственное боярство выслуживать, - невозмутимо ответила та и, стрельнув взглядом в сторону Николаева, договорила: - Да потом лучший вариант нашёлся... Я надеюсь...

Кают-компания наполнилась гомоном и шумом, а Вячеслав сидел за столом и глупо улыбался, глядя на Лизу. В его голове словно заевшая пластинка крутилась одна-единственная мысль: "Артефактор любечанской гильдии равен боярскому сыну". И даже ехидные замечания сестрёнки, транслируемые Стрелкову по их мысленной связи, не могли выбить его из состояния тихой эйфории.

ТС "Янычар" - тяжёлый стреломёт "Янычар" производства Тульского оружейного концерна. Автоматический станковый стреломёт калибра 6/18R, снаряжается зарядами от разрывных до бронебойных, предназначен для борьбы с живой силой и лёгкой бронетехникой противника.

АРГ "Шершень" - автоматический реактивный гранатомёт калибра 20/100 R, производства того же ТОК. Предназначен для уничтожения одарённых бойцов и бронетехники противника.

"Сквозняк" - мощная мобильная система эфирного контроля ("москит"), обычно устанавливаемая на авиаразведчиках. В отличие от обычных СЭК, построенных на принципах эфирной сенсорики, для локации целей использует стихийную составляющую "Воздух", что позволяет обходить многие системы эфирного противодействия. Запрещена к продаже и использованию частными лицами.

"Незабудка" - сильное психотропное средство, использующееся в качестве "сыворотки правды" при допросах. Спустя полчаса после приёма, пациент начинает испытывать к окружающим чувство абсолютного доверия, и готов совершить почти любой поступок по их просьбе. Но есть у препарата и побочные эффекты. Употребивший "незабудку" забывает обо всём им совершённом в течение часа после начала действия препарата. Из-за этого, средство пользуется немалым спросом у разнообразных мошенников, ввиду чего запрещено на территориях подавляющего большинства стран. Доказанное в суде использование препарата в преступных целях является непреложным основанием для вынесения смертного приговора.

"Радость католика" - револьвер "Colt Vuurverk" (Кольт Фейерверк) калибра .45, образца 1873 года, производства оружейного завода Кольта ("Colt Wapenfabriek"). Был создан в КША по заказу общины Чистых, накануне Второй войны ересей. У этого оружия имеется несколько особенностей, отличающих его от классических образцов местного стрелкового оружия. Это нарезной ствол и безгильзовый боеприпас реактивного типа. Кроме того, указанный револьвер не использует "эфирную тягу", чего нельзя сказать о "топливе" для пуль, создаваемом исключительно в условиях эфирных воздействий, но об этой детали, заказчики оружия осведомлены не были, иначе бы напрочь отказались брать его в руки.

БАВС "Рысь" - бесшумный автоматический высокоточный стреломёт "Рысь" конструкции П.И. Сердюкова, снайперский вариант бесшумного автоматического карабина "Барс" (БАК "Барс"). Масса в снаряжённом состоянии: 2,4 кг. Общая длина: 894 мм. Длина ствола: 200 мм. Боевая скорострельность: до 120 выстрелов в минуту. Ёмкость магазина: 30 или 60 зарядов. Калибр 3/7R. Прицельная дальность: 700 метров.