# Редкий гость. Глава седьмая

Анатолий Владимирович Дерягин

За ними пришли вечером. Давешний собеседник Прошина объявил десять минут на сборы, в комнату ввалились двое мордоворотов в боевых скафандрах десанта и встали по обе стороны дверного проёма.

Собирать, в общем, было нечего - весь их нехитрый скарб был свален в одном из десантных ботов, убирать со стола крошки и упаковки от сухпайков, застилать смятые постели никто не заставлял, но все отпущенные десять минут Геворг Арамович и Дженни потратили, уговаривая Арамчика сдвинуться с места.

- Не хочу-у... - ныл мальчишка, потирая маленькими кулачками глаза.

Ругаться с ним никому не хотелось, и профессор с дочерью ворковали на все лады, а Прошин бестолково стоял подле окна. После обеда их сморил сон и, если бы не внезапный подъём, они, наверное, так и проспали всё время.

Арамчик соскочил с постели. Отца и Дженни он оттолкнул двумя руками и, недовольно глядя по сторонам, протопал мимо стражников в коридор, заставив взрослых выскочить следом.

Они вышли из дома, окружённые со всех сторон людьми в десантном камуфляже. Прошин почувствовал, как защемило сердце предчувствие чего-то недоброго - передышка, во время которой они успели привыкнуть к своему временному пристанищу закончилась, и вокруг них вновь закрутились непонятные события. Судя по выражению лица профессора, он чувствовал то же самое, его дочь несколько раз оглянулась на погасшие огни метеопоста, и только Арамчик шёл, насупившись и глядя себе под ноги.

Погода окончательно испортилась: поднялся ветер, засыпающий всё вокруг снежными зарядами, выросшие за день сугробы обметала позёмка. Видимости не было никакой, силуэты ботов в десяти-пятнадцати метрах от выхода тёмными пятнами виднелись сквозь падавший с неба снег.

Отряд разделился на две группы. Десантники держали оружие наготове - за высоким частоколом, отгораживающим территорию метеопоста от прочего леса, выли и тявкали какие-то звери. Может быть, те крысоеды, которыми пугали Ивана.

Они уже подошли к летательным аппаратам, пилоты готовились сесть в кабины и открыть рампу десантного отсека, как вдруг двигатели ближнего бота взревели. Выхлоп поднял стену снега и бросил её на людей, заставив всех согнуться в три погибели, а когда буря унялась, оказалось, что над ними навис тёмный силуэт. Все замерли. Прошин застыл с задранной головой, пытаясь понять, что же происходит и вдруг заметил, как под короткими обрубками крыльев поворачиваются две подвесные гондолы, направляя пушечные стволы на их дружную компанию.

Прошин зажмурился. Он скорее почувствовал, чем услышал, как заработали пушки и темноту разорвали яркие росчерки выпущенных ими снарядов. Бот висел на значительном удалении от них, но от пушечных стволов повеяло жаром адского пламени, отчего сердце сжалось, а потом ледяными осколками ссыпалось куда-то в пятки.

"Конец..." - мелькнула мысль.

Прошин понимал, что всё произойдёт мгновенно, и успел удивиться: секунды грузно падали в вечность, само его существо объял ледяной ужас и всё это тянулось...

Тянулось...

Тянулось...

Прошин открыл глаза.

Бот медленно разворачивался, опускаясь хвостовой частью к ним и открывая грузовой отсек. Вскоре шасси бота утонуло в снегу, крышка рампы опустилась в сугроб, подняв столб снега, и усиленный громкоговорителем голос Смита проорал:

- Ну, где вы там?! Быстрее на борт!..

Прошин почувствовал, что задыхается - оказалось, всё это время он не дышал и теперь жадно глотал холодный воздух, перхая снежинками. Он оглянулся. Орудия бота должны были уничтожить всё живое на своём пути, и на трупы десантников, разорванные прямыми попаданиями, страшно было смотреть - никакая броня им не помогла. А профессор уцелел и теперь они с Прошиным смотрели друг на друга бешеными глазами. Дженни схватила отца за руку, с ужасом разглядывая разбросанные выстрелами тела людей, Арам уткнулся носом в ногу Геворга Арамовича, ручонками вцепившись в штанину.

Они не могли сдвинуться с места - стояли и, тяжело дыша, смотрели друг на друга, не в силах поверить в то, что остались живы. Смит выскочил на срез рампы.

- Я долго буду вас ждать?! - надсадно заорал он, перекрикивая свист двигателей. - А ну-ка живо на борт!

Прошин стряхнул оцепенение и сделал неуверенный шаг в сторону бота. Профессор с детьми всё так же стояли, глядя на внутренности грузового отсека, подсвеченные зелёным неоновым светом. Смит сбежал с рампы, толкнул профессора с сыном в сторону летательного аппарата, схватил было Дженни, но девчонка повисла у него на груди. Великан замешкался, и Дженни, зайдясь в безумном хохоте, медленно опускалась в снег, цепляясь за комбинезон Смита.

Великан быстро пришёл в себя. Прошин, помогавший профессору с сыном взобраться на рампу, увидел, как у девчонки мотнулась голова от богатырской оплеухи; Дженни зарылась в снег. Великан тут же подхватил её на руки и бросился в грузовой отсек, на ходу включив механизм подъёма рампы. Девчонку он, походя, свалил на Прошина, отчего Иван чуть сам не растянулся на решетчатом полу, а Смит исчез в коридорчике, ведущем в пилотскую кабину.

Взлёт он выполнил по-хамски: максимальное ускорение с места вверх-вперёд с разворотом на сто восемьдесят градусов. Пассажиры в грузовом отсеке покатились по полу, где-то вверху загрохотали пушки - Смит расстреливал оставшийся на земле десантный бот, затем последовал ещё один разворот, отчего пассажиры покатились по настилу грузового отсека в другую сторону и снова загрохотали пушки.

- Что он делает, чёрт бы его побрал! - выкрикнул Прошин.

За такие манёвры его, было дело, наказали по всей строгости, раз и навсегда отучив обращаться с пассажирами летательных аппаратов как с дровами на тележке лесовоза. Но тут полёт стабилизировался: Смит повёл бот ровно, изредка выполняя крен то в одну, то в другую сторону.

- Папа, - сказал Арам, - я в туалет хочу.

Геворг Арамович растеряно посмотрел на него, а очнувшаяся было Дженни, снова расхохоталась, резко оборвав смех, только увидев, что Иван собрался повторить шоковую терапию по методу Джона Смита.

- Я в порядке, - девчонка выставила перед собой руки грязными ладонями вперёд, - не надо меня бить!..

Прошин внимательно посмотрел на неё и повернулся к Араму.

- Сейчас я отведу его, - сказал он профессору. - Никто больше не хочет? Здесь и для женщин есть приспособления.

Никто не отозвался - профессор с дочерью уселись в откидные кресла по стенкам трюма. После всего пережитого их одолела слабость. Прошин и сам с трудом шевелился, но всё же заставил себя отвести Арама в санитарный отсек, где показал, как пользоваться насадками и средствами гигиены. Мальчуган отчаянно стеснялся выполняемых Иваном манипуляций, отчего дело продвигалось медленно и сдвинулось с места только после того, как Прошин прикрикнул на Арама. Он и сам воспользовался удобствами, после чего они вместе с мальчишкой вернулись к профессору и его дочери, прихватив пакет первой помощи по дороге.

Это оказалось весьма кстати - сам профессор и его сын не получили ни царапины, зато у Дженни на пол-лица расплывался синяк от оплеухи Смита, что немало веселило её брата. Мальчишка принялся было дразнить сестру, но был остановлен отцом, пообещавшим ему такого же леща. Арам надулся и просидел, молча всё время, пока Джангулян обрабатывал повреждения дочери, а Прошин ему ассистировал.

- Кушать хочу, - буркнула Дженни, едва только они закончили, и сели подле пациентки, разглядывая дело рук своих.

От бурных переживаний по поводу недавних событий у всех разыгрался аппетит и Прошину снова пришлось лезть в санитарный отсек. В маленьком закутке возле хвостового оперения согласно Правилам полётов малых космических кораблей должен был находиться запас медикаментов, несколько комплектов одежды, сухпай на случай длительного нахождения в отрыве от баз снабжения и лёгкое ручное оружие. Последнее, правда, содержалось в специальном сейфе, куда Иван не смог добраться, зато всё остальное было на месте.

Тут выяснилось, что для Арама не было комбинезона подходящего размера. Не предусмотрели составители правил того, что на борту летательного аппарата окажется мальчонка десяти лет от роду и в то время, как взрослые избавились от старой одежды пропахшей костром и изорванной в кустах подлеска, сын профессора остался в грязном тряпье. Дженни немедленно показала брату язык, Арам обиделся, и профессору пришлось разнимать намечавшуюся драку между его собственными детьми.

Прошин поспешил улизнуть из этого бедлама, направившись в кабину. Как раз в тот момент, когда он вошёл в маленький отсек, бот резко дёрнулся вверх-вниз, и Ивана бросило сначала на кресло, в котором сидел Смит, а потом на кресло второго пилота, пребольно встретившее Прошина пластиковым подлокотником. Иван недовольно взглянул на великана, но тот сидел, сложа руки, - летательным аппаратом управлял автопилот, так что Прошин, молча, забрался в кресло и пристегнулся ремнями безопасности, оставив своё недовольство для другого раза.

- Жарко тут у тебя, - сказал Прошин, всматриваясь в белесую мглу за бортом.

Ничего там не было видно, кроме хлопьев снега, налипавших на фонарь кабины. Прошин перевёл взгляд на пульт с индикаторами перед собой.

- А по мне так в самый раз, - ответил Смит, не отрывая глаз от экрана радара.

- Куда летим?

- Прятаться.

На этом разговор как-то сам собой заглох, и следующий час с лишним они провели в полном молчании. Бот шёл плавно, головокружительных манёвров автопилот не допускал, Смит лихачить не пытался и Прошин мало-помалу задремал, откинувшись на спинку кресла.

Проснулся он от внезапно вспыхнувшего света - Смит включил прожектор. Бот висел над белой поверхностью, посверкивающей кристалликами льда и насколько хватало света, было только ровное поле, заметённое светом.

- Что такое? - спросил Прошин.

- Озеро, - ответил Смит. - Здесь спрячемся. Держись.

Он включил тумблер внутренней связи и сказал:

- Профессор, вы меня слышите? - великан сделал паузу и подмигнул Прошину: - Дрыхнут, поди.

Иван осклабился в ответ.

- Профессор, - повторил Смит, - пристегнитесь, сейчас мы начнём маневрировать.

Прошин удобнее сел в кресле, схватившись за подлокотники.

- Слышали, нет? - спросил он.

- Ну, сходи посмотри, - недовольно сказал Смит. - Только быстро, энергии мало.

Профессор не слышал. Похоже, динамики внутренней связи были неисправны, и Джангулян с детьми крепко спали в креслах десанта, когда Прошин вошёл в грузовой отсек. Иван растолкал Геворга Арамовича, объяснил ситуацию и, проследив, чтобы профессор пристегнул Дженни и Арама ремнями безопасности, вернулся в кресло второго пилота.

- Начинай, - сказал он Смиту.

Великан нажал какой-то значок на сенсорном экране перед ним. На таком же экране перед Прошиным зажёгся транспарант "Выбор цели", а затем через весь экран сверху донизу пролегла красная дорожка. Смит ещё раз дотронулся до своего экрана, внезапно загрохотали пушки, и в свете прожектора взлетели вверх куски льда вперемежку со столбами воды. Бот попятился назад, вздёрнул хвост, поливая огнём ледяное поле прямо по курсу, зажёгся ещё один транспарант: "Истощение боекомплекта", - и орудия бота смолкли.

- Ты что хочешь?.. - только и успел спросить Прошин, а больше ничего не успел: Смит, отключив автопилот, направил бот прямо в полынью, выбитую снарядами.

Это был опасный, по-настоящему опасный манёвр. Прошин вжался в спинку кресла, наблюдая, как льдины с острыми краями наползают на фонарь кабины, как плещется вода, понемногу скрывая их, что называется, с головой. Лёд заскрежетал по обшивке летательного аппарата. Последовал толчок, лёд заскрежетал как-то совсем уж громко, на пульте управления перемигнулись красные огни тревоги...

И всё кончилось - десантный бот начал плавно погружаться в воду. На пульте зажглись зелёные индикаторы, один только указатель расхода энергии тревожно мигал жёлтым с красным. Вокруг них была темень и луч прожектора оказался бессилен против подводного царства, освещая сам себя.

Прошин, потянувшись вперёд, выключил прожектор. Смит покосился в его сторону.

- У тебя на радаре всё видно, - объяснил свои действия Прошин.

Великан кивнул. Озеро оказалось неожиданно глубоким и, пока бот погружался, прошло немало времени, впрочем, даже на такой глубине нагрузка на броню летательного аппарата оказалась вполне приемлемой и когда бот мягко опустился на дно, подняв тучу ила, индикаторы жизнеобеспечения продолжали гореть зелёным. Зашипела вентиляция, устанавливая нормальное давление воздуха. Смит и Прошин посмотрели друг на друга.

- Вот так, - сказал Смит. - Пока сидим здесь.

Прошин посмотрел на индикатор уровня энергии.

- Недолго нам сидеть, - заметил он.

Смит пожал плечами:

- До утра хватит, а там будем выбираться.

- Ладно, - кивнул Иван, - пойдём посмотрим, как там профессор.

Но тут в кабину набилось семейство Джангулянов в полном составе. Центром и опорой всей заварухи был Арам, которому надоело сидеть на месте, и он полез исследовать внутренности летательного аппарата. Мальчишка забрался на колени к Смиту, издал победный клич и принялся нажимать все кнопки и тумблера подряд, при этом отец с сестрой безуспешно пытались выдернуть Арама из кресла, а великан только и успевал, что убирать шаловливые ручонки профессорского сынка от штурвала и рычагов переключения режима тяги двигателей. В конце концов, Прошин обесточил пульты управления и вышел из кабины пилотов, посмеиваясь про себя. Вслед ему неслись восторженные вопли мальчика, вообразившего себя Капитаном Мстителем, уничтожающим космических монстров за штурвалом "Энтерпрайза".

Прошин забрался в багажный отсек и обнаружил там их скарб - аккуратно сложенные рюкзаки, винтовки и палатку. Иван вытащил свой рюкзак, оружие и, сидя на откидном кресле в трюме, стал производить ревизию запасов. Всё было на месте, винтовка была готова к использованию, только чья-то добрая душа отсоединила магазин, здесь же были патроны, запаянные в плотный полиэтилен - видимо, не успели как следует обыскать. Подумав, Прошин первым делом принялся разбирать и смазывать оружие.

Вскоре из кабины пилотов появились профессор с детьми и следом за ними Джон Смит. Арамчик сразу же принялся скакать по всему трюму, Дженни бегала за ним, следя, чтобы мальчик ненароком не нажал что-нибудь.

- Видишь вон тот рубильник? - прогудел Смит. - Если мальчишка воткнёт его, откроется рампа. Тебе надо объяснять, что произойдёт тогда?

Девушка закивала головой и взялась опекать Арама с удвоенным рвением. Взрослые присели подле Прошина. Смит с хрустом вскрыл коробку сухого пайка, профессор от еды отказался, взяв только бутыль с водой. Иван собирал винтовку.

- Ты нашёл наши вещи? - спросил профессор.

- Да, - отозвался Иван. - В багаже лежат, переоденьте сына. Я там даже рюкзак Джона видел. И оружие.

Он поставил на место затвор, взялся за ствольную коробку и сказал:

- Скажи мне Джон, - великан, всё так же работая челюстями, повернулся к нему.

Иван вставил магазин.

- Как ты ухитрился выжить?

Смит внимательно посмотрел на него, продолжая жевать.

- Сначала в лесу, когда тебя укусил зверь, - Прошин передёрнул затвор. - Помнишь - раны зажили за одну ночь?

Смит медленно кивнул. Джангулян удивлённо смотрел на своих компаньонов.

- Потом, когда нас поймали, - Прошин проверил предохранитель и направил винтовку на великана, - в тебя стреляли из настоящего боевого оружия, не то, что наши пукалки. В тебя попали - я видел. Тебя убили, Джон. Что произошло? Как ты выжил?

Смит смотрел на Прошина исподлобья.

- Кто ты такой, Джон? - спросил Иван. - Что ты такое?

- Надо думать, ты меня пристрелишь, - хрипло сказал Смит.

- Не хотелось бы. Но ты всё же не делай резких движений, - посоветовал Прошин. - И расскажи о себе.

Прошин вдруг с удивлением понял, что готов выстрелить. Более того, направив на Смита винтовку, Иван превратился в тот самый комок нервов и буквально дрожал от возбуждения, готовый нажать на спусковой крючок в любой момент. Убить человека.

- Папа, Арам полез в ту комнату! - Дженни явно не справлялась с ролью няньки.

- Иди за ним и покорми брата, - велел Геворг Арамович.

- Но папа...

- Быстрее!

Прошин, забывшись, обернулся в сторону девчонки, но тут же спохватился, подняв оружие. Смит сидел неподвижно, только усмехнулся, глядя на то, как Иван мечется и нервничает.

- Я расскажу, - глухо сказал он, наконец. - Ты только поосторожнее со своей... пукалкой. Дыр она может наделать как настоящая.

- Не беспокойся, - отозвался Прошин. - Так что там с тобой?

Смит вздохнул.

- Я командир отделения гренадеров одиннадцатого батальона Мобильной Пехоты.

- Пехоты?.. - переспросил Прошин. - У вас тут армию свою организовали?

- Нет, на армию у наших боссов не хватило денег, - ответил Смит. - На бумаге существовали три батальона - одиннадцатый, двадцать второй и тридцать третий. Полностью, со всей техникой и службами, собрали и подготовили только наш, одиннадцатый батальон и то корабль-носитель мы так и не увидели.

- Какой носитель - МТ? - у Прошина поневоле полезли глаза на лоб. Межзвёздные транспорты могла строить только Солнечная система: отдельные части огромных кораблей печатали сверхмассивные 3D-принтеры в точке Лагранжа L2, там же собирали исполинские конструкции и вокруг строительства каждого такого Левиафана поднималась шумиха на всю Систему, строились и рушились карьеры, снимались фильмы, писались книги...

- Что-то вроде, - ответил Смит. - Первая цифра в номере батальона означала корабль базирования.

Прошин вскочил на ноги:

- Вы обалдели! - накинулся он на Смита с Джангуляном. - Какие вам транспорты, вы, захребетники! Вы же живёте на поставках с Земли! Ляонин, Муром, Океан - вам каждым рейсом межзвёздника кучу всякого добра отправляют!..

Смит только угрюмо усмехнулся, а профессор, оправившись от изумления, пролепетал:

- Ну что вы, Иван, нам ведь и преподносили всё это как способ слезть с иглы поставок Метрополии...

- Ты бы мушкетом не размахивал, - добавил Смит. - Спуск нажмёшь и будет нам...

Иван плюхнулся на сиденье.

- Межзвёздные транспорты... Вы хоть представляете, что это такое - МТ отгрохать?..

- Ну так никто и не построил никаких МТ, - пожал плечами Смит. - Что-то такое таскали в точку равновесия Холта и Колосса, говорят, даже принтер собрали. И всё.

- То есть, не стали транспорт строить? - спросил Прошин.

- Не стали, - подтвердил Смит.

- Ну хоть это ладно, - Иван тряхнул головой. - А с тобой что?

- Нас готовили с малолетства, - великан криво усмехнулся, и собрался продолжать, но тут из санитарного отсека выскочил Арамчик, за ним покрасневшая от злости Дженни. Мальчишка кинулся к отцу и уткнулся к нему в колени, а его сестра, видимо, окончательно устав от капризов Арама, схватила брата за ноги и потянула, что было сил. Арам пищал, Дженни шипела что-то нечленораздельное, взрослые наблюдали за этим представлением, пока профессор не опомнился и не сгрёб детей в охапку.

- Тише, тише, - приговаривал Геворг Арамович.

Дети притихли, враждебно глядя друг на друга.

- Нас готовили с малолетства, - повторил Смит. - Я, сколько себя помню, постоянно тренировался. Физическая подготовка, рукопашный бой, навыки выживания, ну и профессиональные навыки космонавта. Было время, когда наш батальон проводил учения на Колоссе, десантировался на Холт. Теперь всё. Мы не нужны.

Он принялся разглядывать носки ботинок.

- А как ты выжил тогда? - спросил Прошин.

- Медицина, - поднял голову Смит. - Нас накачивали разной химией, проводили операции на мозге, чтобы МП так просто не погиб в безвоздушной среде или при ранении. Ну вот и...

- МП? В смысле - МТ? - переспросил Прошин.

- МП - мобильная пехота. Так нас называли.

- Всё равно, я не понимаю, - сказал Прошин, - зачем это понадобилось местному руководству?

- Ну, вообще, - сказал Смит, - нам говорили, что в будущем Холт будет конкурировать с Землёй за кислородные миры рэнитов. На занятия приходили разные шишки - вот я вас видел, профессор - которые рассказывали нам про рэнитов.

Прошин посмотрел на Джангуляна. Профессор спрятал глаза.

- Говорили, что у рэнитов, предположительно, будет своя армия, готовая действовать в космосе, - продолжал Смит, - но как оно там будет непонятно, и мы тренировались на макетах земных баз. Изучали, как и что расположено на Луне, оборону Земли.

- Дела, - только и сказал Иван. - И что? Собрались МТ захватить, раз свои не получились?

- Распустили нас, - сказал верзила. - Построили, сказали всё, ребята, спасибо за службу, больше не держим. По десять кусков на рыло и гуляй ветер...

- Весь батальон?

- Ну. Ребята разбежались кто куда - кто техником, кто оператором, всех с руками оторвали. А меня не берут, - Смит вздохнул. - Даже в аэропорт в обслугу не взяли.

- И как ты жил?

- Весело, - ухмыльнулся великан. - Пьянки, драки - деньги-то были. Вот, на днях зарубились с компанией каких-то - пошли выйдем. Вышли, - он кивнул Прошину, - дальше ты видел.

В трюме повисло молчание.

- Не понимаю, - сказал, наконец, Прошин, - эти игры в войнушку... к чему это? С рэнитами воевать? Землю захватывать? Глупость.

- Нет, Иван, - сказал профессор, - вы неправы. Так проще решать внутренние проблемы - задурить головы людей правильно поданной информацией, заставить ненавидеть того, кто ещё вчера был другом и бросить в бой. Здесь все средства хороши: правильно выстроенная сетка вещания на ТВ, блокада внешних ресурсов интерстарнета, даже наркотики, выпущенные в свободную продажу - всё идёт в ход.

Прошин непонимающе смотрел на него.

- Вы заметили, как много у нас рекламы табачных изделий и алкоголя? - спросил его Джангулян.

- Ну, заметил, да... Ну, так это...

- В любой аптеке крупного города можно круглосуточно купить лёгкие наркотики, нашей, местной выделки. Кое-что продаётся в супермаркетах под видом курительных смесей. Зарегистрированным наркоманам выдают амфетамины в определённые часы.

- В Булл-Ране я этого не видел, - сказал Прошин.

- Вы и не могли заметить, - криво усмехнулся Джангулян. - В своё время ректор Института имел серьёзные неприятности, пытаясь запретить всю эту пакость у нас в городе. Крупная аптечная сеть наняла нескольких чиновников из Москвы, Вазирани лично угрожали, но мы все, весь преподавательский состав поддержали его. Через Институт проходит множество важных исследований... тем и спаслись - в нашем городе наркотики распространять не стали.

- Н-да, - сказал Прошин, - я прямо и не знаю, что сказать... Двадцатый век, какой-то...

- Самое страшное, что за все эти безобразия несёт ответственность наше правительство. Видимо, проведя этот эксперимент, - профессор кивнул Смиту, - они убедились, что армия - это слишком дорого.

- Или решили свои проблемы, - сказал Смит, - и теперь внешний враг не нужен.

Арам внезапно выпутался из рук отца, подойдя к Смиту, обнял его и сказал, глядя в глаза великану:

- Ты хороший человек, Джон. Я тебе верю.

Прошин спохватился, что вместе со Смитом держит на прицеле мальчишку и поспешно опустил оружие. Наступила неловкая тишина.

- Э... ладно, - Смит осторожно отстранил мальчика. - Это здорово, да... Только ты должен слушаться взрослых, парень, окей?

- Ты, что ли, взрослый, салага? - внезапно ответил Арам, заставив сестру засмеяться.

- Арам!.. - тотчас прикрикнул на него отец.

Остальные невольно заулыбались.

- Ну ладно, - сказал Прошин. - Это всё, конечно, невероятно и в твою историю поверить сложно... Но выхода нет, похоже - мы вместе до конца.

Он пожал плечами. Смит внимательно смотрел на него.

- Что будем делать дальше? - спросил его Иван.

- Сейчас надо поспать, - отозвался великан. - Наверху ночь, непогода - отдохнём часика четыре и будем всплывать. А дальше... Выбор у нас небольшой - надо продолжать идти. Бот они, может, найдут, может, нет...

- Скорее да, чем нет, - перебил его Иван.

- Ну, не на месте же сидеть, - пожал плечами великан. - Идти надо.

На том и порешили. Прошин с профессором сели ужинать, остальные кое-как устроились спать на жёстких креслах для десанта, Смит ушёл в кабину пилотов и через некоторое время плафоны на потолке потухли, осталась только тусклая лампочка над рампой. Загудел вентилятор.

- Джон, сделай кондиционер потише, - сказал Прошин, едва великан появился в трюме. - Простынем все.

Великан молча кивнул и снова исчез в кабине.

- Так лучше? - спросил он, выйдя в трюм.

Дождавшись утвердительного ответа, Смит принялся устраиваться на ночлег, вместо постели расстелив прямо на полу надувной плот из НЗ. Вслед за ним улеглись взрослые - дети, намаявшись за день, уже спали, калачиками свернувшись на сиденьях.

Прошин повертелся так и эдак - сон не шёл. Жёсткие сиденья, совершенно не предназначенные для того, чтобы на них лежал взрослый человек, впивались в тело, кроме того, импровизированное ложе оказалось настолько узким, что какая-нибудь часть тела обязательно оказывалась лишней и свешивалась на пол. Иван попробовал заснуть сидя, с чёрной завистью прислушиваясь к мирному дыханию спящих неподалёку детей, снова прилёг на сиденья - сон пришёл очень нескоро.

- Не видать тебе учёной степени, Ваня, - вздохнул Мухин, укоризненно глядя на Прошина из глубины кабинета.

Сидевший подле него давешний десантник утвердительно покачал головой, усмехнувшись окровавленными губами.

- Так мы же не попали в Туманные горы! - услышал Прошин свой голос, но Мухин только махнул рукой.

В углу кабинета ректора сгустились тени, что-то негромко хлопнуло и к Прошину медленно подошёл рэнит.

- Здрасьте, - сказал ему Иван.

Рэнит кивнул и принялся душить Ивана, сосредоточенно сопя и помаргивая третьим глазом. Иван отбивался как мог, но цепкие шишковатые пальцы держали мёртво, сжимая хватку, и Прошин упал...

Металлический пол вздыбился навстречу, Прошин здорово приложился локтем и коленями и растянулся между кресел, жадно хватая ртом спёртый воздух. Удушье никуда не исчезло, только рэниты были здесь ни при чём - в аккумуляторах бота заканчивалась энергия.

- Смит! - прохрипел Прошин. - Смит, очнись!

Оглядевшись, он увидел, что великана в трюме не было. Иван бросился к спящим на креслах детям и профессору, упавшему на пол подле них.

- Вставайте, Геворг Арамович! - Иван тормошил Джангуляна, но профессор только мотался из стороны в сторону и хрипло втягивал воздух полуоткрытым ртом.

Иван схватил за руку Арама. Перед глазами плыли круги, мысли путались - нечего было и думать о том, чтобы нести мальчишку на себе. Прошин крепче взялся за тонкую руку и поволок маленькое тельце по полу в сторону пилотской кабины, на срезе люка столкнувшись со Смитом.

- Джон, надо включить аварийку, - выдохнул Иван. - Запас воздуха... Хватит, чтобы выбраться отсюда... Затащить в кабину...

- Энергия на нуле, - сказал Смит.

- Знаю... Давай... затащим туда... детей и профа... Мы выберемся, я знаю, что делать...

Великан подхватил мальчика на руки, а Прошин, внезапно освободившийся от своей ноши, растянулся на полу, широко открывая рот словно рыба, выброшенная на берег. Смит, выскочивший из кабины, подхватил, было, его под руки.

- Нет, Джон... маски, - Иван мотнул головой в сторону шкафчика на стене, маркированного двумя голубыми полосами.

Смит кинулся было к шкафчику, но внезапно споткнулся, и чтобы не упасть, прислонился к стене трюма, тяжело дыша. Видно было, что великану приходится несладко, хотя двигался он довольно резво. Надев маски, они перетащили профессора и Дженни в кабину пилотов - девчонка, увидев спросонья перед собой невесть что, принялась вяло отбиваться, но быстро сдалась, обмякнув на руках у Прошина. Иван опустил девушку на руки отцу, надел кислородную маску на Арамчика и сел за управление.

Первым делом он включил тумблер "АА" - аварийная подача атмосферы. Где-то над ними загудела установка искусственной дыхательной смеси, вырабатывая воздух для дыхания; в кабине запахло химией. Ничего, минут десять потерпеть можно.

Прошин включил двигатели. Моргнул прожектором - вокруг мгла, тёмная вода разбавлена какой-то взвесью.

- Подымемся? - спросил Смит.

Атмосфера в кабине была, будто вода за бортом, разбавлена тяжёлым ожиданием сбившихся в кучку людей, чьим вниманием полностью завладел Иван Прошин, колдовавший над пультом управления. В проходе между сиденьями захныкал Арам. Бот задрожал, в свете прожектора заклубился поднятый двигателями ил, машина, дёрнувшись, снялась со стоянки и начала подниматься.

- Энергии мало, - прошептал Смит.

- Хватит, - сквозь зубы ответил Прошин. - Выберемся...

В кабине было прохладно, но Иван вспотел, будто бы сам вытягивал летательный аппарат с глубины. Пальцы, сжатые на рукоятках управления мощностью двигателей, побелели, а сам Прошин привстал с кресла, глядя вверх, словно так было лучше видно путь. Вода вокруг кабины посветлела, луч прожектора сначала обозначил препятствие, потом они все увидели это.

Лёд.

Указатель энергии давно горел красным, показывая - нет энергии в аккумуляторах, пусто, ноль и двигатели, ровным гулом наполнившие внутренности бота, питаются святым духом. Дженни завизжала, но никто не обратил на неё внимания, Арам сжался в комочек, содрав с себя кислородную маску и закрыв глаза, и только вздрогнул, когда кабина упёрлась в препятствие.

Прошин выругался и всем телом налёг на рукоятки управления.

Они услышали странный, ни на что не похожий звук, лёд подался, и летательный аппарат, подняв тучи ледяной крошки, свечой взмыл над белым полем. Перед кабиной мелькнули тёмные скалы, обступившие озеро, бот накренился, и Прошин как мог быстро снял тягу с двигателей до самой малой, заставив летательный аппарат тут же опуститься на поверхность замёрзшего водоёма. Только когда бот ткнулся в ледяное поле, выработав остатки энергии, Прошин услышал, как его компаньоны вопят во всю глотку что-то нечленораздельное: Смит хлопнул его по плечу, сзади навалились Дженни с Арамом, профессор смеялся, стоя возле выхода - словно годы плена закончились, они вырвались, всем бедам назло.

- Ну, всё-всё... - Прошин легонько оттолкнул детей, - давайте, надо собираться... Профессор, подержите Арама...

- А что ты хочешь делать? - поинтересовался Смит.

- Отстрелю фонарь, а то задохнёмся, - ответил Иван.

Великан кивнул. С глухим хлопком сработали пиропатроны после чего к полному восторгу мальчугана фонарь кабины сорвался с места и в туче снежной пыли приземлился далеко впереди. Ледяной воздух ужалил людей, привыкших к кондиционированным отсекам летательного аппарата, яркое солнце, игравшее на снежном покрывале, укутавшем землю за ночь, ослепило глаза.

- Пошли внутрь, - сказал Смит, прикрывая рукой глаза. - Профессор, пойдёмте, а то дети простынут...

Джангулян ошеломлённо кивнул. С помощью дочери он нашёл ручку двери кабины пилотов, и сморщился, когда из открытой двери вырвались остатки спёртого воздуха.

- Собирайтесь быстрее, - скомандовал Смит, - вот-вот провалимся.

В полной тишине, воцарившейся вокруг летательного аппарата, явственно слышался треск льда.

Рампу открыть не получилось - сработала блокировка, поэтому всё, что могло пригодиться в дальнейшем путешествии выбрасывали из кабины пилотов прямо на лёд. Профессор принимал амуницию, Дженни, отойдя вместе с братом подальше, готовила завтрак. Возвращаться в бот никто не рискнул.

Вытащив из летательного аппарата всё, что могло пригодиться в дороге, Смит и Прошин присоединились к профессору с детьми. Сидя на куче мешков со снедью, одеждой и рассыпанными в беспорядке коробками с сухим пайком и медикаментами, дружная компания принялась за завтрак.

- Глаза слепит, - Смит отбросил в сторону самонагревающуюся упаковку кофе и, прикрыв ладонью глаза, растянулся во весь свой рост на мешках. - Надо было очки взять...

Прошин кивнул:

- Да кто ж знал?

Прихлёбывая кофе из такой же упаковки и щурясь на солнце, Иван огляделся.

Земная кора, собравшаяся тысячи лет назад в складки, образовала впадину почти идеально круглой формы. Атмосферные осадки, стекавшие с вершин, обступивших впадину гор, образовали маленькое и очень глубокое озеро, ставшее, в свою очередь, источником небольшой речки и множества ручьёв. Склоны гор поросли редкими деревьями, укрепившими свои корни даже на валунах обвалившейся в озеро скалы. Утреннее солнце слепило, разгоняя тени, собравшиеся под деревьями на склонах, переливалось блёстками ровное ледяное поле, сковавшее озерцо - идиллия, пастораль, нарушенная тёмной тушей лежавшего на боку летательного аппарата, кучей мешков поодаль и огромной полыньёй.

Снова придётся скакать по горам, - решил Прошин. Впрочем, в одном месте природа сгладила горную цепь, словно пологий пандус поднимался из ледяного поля. Дальше придётся подниматься петляя в подлеске, но лучше так, чем карабкаться по заснеженным валунам и обрывистым скалам.

Прошин перевёл взгляд на свою команду. Профессор помогал Дженни подогнать зимнюю куртку, Смит валялся на рюкзаках, прикрыв глаза, и вроде бы дремал, выпуская облачка пара. Арам сидел с тубой сгущённого молока в руках словно котёнок, дорвавшийся до миски со сметаной. Иван улыбнулся.

На противоположном берегу озера громоздились валуны с чахлыми деревцами, с трудом пробившимися между каменных глыб. При виде этой груды камней Иван ощущал смутное беспокойство, словно видел что-то до боли знакомое, чего, однако, здесь быть не могло. Подступившая к берегу озера гора больше походила на искусственную насыпь, но прошло столько времени, что сказать это наверняка было невозможно, а исследовать да разглядывать некогда.

Прошин отвернулся и негромко сказал:

- Пошли, что ли...

Собрались они на удивление споро. Быстренько раскидали по рюкзакам поклажу, оставив лишнее прямо на льду. Арамчик бегал вокруг и теребил взрослых, его сестра смеялась, глядя на это.

- Увидит кто-нибудь, - сказал профессор про груду оставленных вещей.

Прошин только кивнул в сторону бота, скалой торчавшего посреди белого поля. Они навьючили поклажу, проверили оружие, и маленький отряд направился в сторону замеченного Иваном подъёма.

Лёд потрескивал под ногами. Скоро такие прогулки станут по-настоящему опасными, но пока лёд держал даже Смита с огромным сидором за спиной, не говоря уже о маленьком Араме или Дженни.

Вскоре отряд вышел на берег. Здесь отыскалась едва наметившаяся тропка, уходящая вверх и вправо, чтобы потом затеряться в деревьях. Идти по ней пришлось очень осторожно - снег подтаял и люди, поднимаясь, поминутно оскальзывались на камнях. Немало времени прошло, прежде чем маленький отряд преодолел подъём, совершенно обессиливший даже взрослых, не говоря уже о Дженни с Арамом.

- Уф! - Смит как был под рюкзаком, плюхнулся на камни.

Звякнул карабин.

Рядом с великаном примостился Арамчик и Смит заботливо поддёрнул курточку, чтобы мальчуган не простудился на холодных камнях. Джангулян, порывшись в рюкзаке, отыскал плитку шоколада и отломил половинку для дочери. Дженни благодарно кивнула.

- Иван, - сказал Смит, - эй, парень, хлебни-ка...

Прошин подошёл к нему. Великан протянул фляжку, наполненную, как тут же выяснил Иван, хорошим коньяком.

- Ого, - восхитился Прошин, - откуда?

- Бонус к сухому пайку. Что ты разглядываешь?

- Сам не знаю. Такое чувство, будто что-то знакомое увидел.

- Как это?

- В прошлой жизни здесь был, - встряла Дженни.

Прошин пожал плечами.

- Арам, убери руки! - велел профессор сыну, тянувшемуся к фляжке с коньяком. - Смотри, у меня вот что есть...

Арам получил из рук отца самонагревающуюся упаковку с какао. Дженни, вызывающе глядя на профессора, взяла из рук Прошина фляжку, но Геворг Арамович только покрутил носом и, дождавшись очереди, сам сделал добрый глоток.

Прошин осматривался. Вокруг них, насколько хватало глаз, громоздились усыпанные снегом горные вершины, залитые лучами по-весеннему яркого солнца. Тишина и покой царили окрест, так что Иван какое-то время просто любовался пейзажем. Будь у него камера или хотя бы телефон, можно было сделать хорошие фотографии, тут же загрузить в "Одноклассники" и ждать восторженные комментарии с френдленты, но телефона не было, а всё, что обещал великолепный пейзаж - ноющие от усталости ноги.

Иван перевёл взгляд. На белом поле замёрзшего озера бросалась в глаза туша лежащего на боку десантного бота. Эта клякса на льду означала, что их найдут очень скоро: отследят активные электронные цепи, пошлют в заданный квадрат самолёт или перенацелят спутник и всё - вот они, как на тарелочке... Прошин подавил желание бежать. Уж если их не обнаружили до сих пор, может, есть шанс?..

Чаша озера, чётко очерченная тёмными линиями навалившихся на берега валунов, представляла собой правильной формы каплю, с вершиной в том месте, где маленький отряд вышел на берег. К широкой части "капли" вплотную подступал ступенчатый склон горы и Прошин, рассматривая сам берег озера и нависшую над ним скалу никак не мог отделаться от ощущения, что видит перед собой остатки искусственного сооружения. Словно кто-то пристроил к горе двойной контрфорс, но так давно, что вся постройка осыпалась, уцелевшая часть заплыла землёй и смытой дождями породой, превратившись в головоломку для пришедших вслед строителям.

А Иван видел такие контрфорсы. На Байконуре, откуда до сих пор стартуют ракеты, видел пристартовый бункер комплекса "Протон" и в другое время Прошин с уверенностью мог бы сказать, что вот он, стартовый комплекс ракеты, только пострадавший от времени и погодных условий. Вместо стартового устройства, почему-то торчала правильной формы гора, но если продолжить допущения...

Прошин посмотрел в противоположную сторону.

Эти ровные линии вполне могли быть транспортными артериями предполагаемого космодрома, вот здесь - большой холм - сборочный цех. По погодным условиям, как и на Байконуре, космический корабль желательно собирать в горизонтальном положении, это не благостная Флорида... Дальше всех - ровная цепочка холмов - можно расположить кислородно-азотный завод, или какая там пакость потребна для подъёма в космос.

Прошин принюхался.

- Что ты мечешься? - добродушно спросил Смит. - Под рюкзак пора...

- А тебя не учили распознавать радиацию? - спросил Прошин.

- Ну, вообще-то... - Смит потёр мочки ушей.

- Небольшой фон...

- Если тысячу лет назад, то какой угодно - всё равно выветрилось. Ядерный взрыв? - спросил великан.

- Профессор, - окликнул Прошин Джангуляна, - мы, кажется, нашли рэнитов.

Геворг Арамович отвлёкся от сына, которому поправлял сбившуюся под курткой рубашку.

- Что? Не понял, - переспросил он, подслеповато щурясь на солнце.

- Похоже, вот он, космодром Рэн, - сказал Прошин.

Джангулян выслушал его сбивчивые объяснения и серьёзно удивил Прошина своей реакцией.

- Да, - сказал Геворг Арамович, внимательно осмотрев озеро, гору с предположительно остатками стартового стола и холмы за горой. - Вполне может быть.

Он позвал на помощь Дженни и вновь занялся одеждой сына. Прошин и Смит растеряно смотрели на дружное семейство.

- Профессор, - сказал Иван, - но мы нашли их... Я ради этого космодрома полтора года сюда летел!..

Джангулян оставил Арама дочери и подошёл к компаньонам.

- Ну что вы хотите от меня, Иван? - несколько раздражённо спросил он. - Да, скорее всего, это он и есть, космодром Рэн. Я охотно верю вашему опыту: вот стартовый стол, вот сюда направлялся выхлоп с дюз, вот эти холмы вполне могут быть производственным комплексом...

Профессор по очереди махнул рукой в сторону предполагаемых сооружений и вновь повернулся к Прошину:

- Скорее всего, так и есть... Ну так что с того?.. Вы не помните план экспедиции? Мы должны были высадиться в заданном районе, разбить лагерь, пока эскадрилья Атмосферного контроля прочешет примерно три тысячи акров в окрестностях. Затем все заинтересовавшие нас районы сфотографируют спутники, фотографии будут проанализированы компьютером, и только потом поисковая партия из трёх десятков человек начнёт работу непосредственно на местности.

Он перевёл дух.

- Вы видите что-нибудь из перечисленного?! - Джангулян завёлся не на шутку. - Поисковую партию? Летательные аппараты?!

- Я вижу, - в голосе великана прозвучала такая смертная тоска, что Джангулян и Прошин бросили перепалку и посмотрели на Джона.

Смит как-то очень устало смотрел в небо. Прошин проследил его взгляд и кинулся к своим пожиткам - над вершинами гор разворачивалась целая эскадрилья летательных аппаратов, но были то не "Чайки" Атмосферного контроля, серебристые разлапистые самолётики, каждый со своим именем и оригинальной раскраской на обтекателях, а десантные боты, имён собственных не имевшие, числящиеся во всех реестрах под зубодробительными номерами. Один такой грудой мёртвого металла лежал на белом поле замёрзшего озера, к нему и спешили на помощь собратья. Или вернее будет систершипы?..

Неважно. Прошин схватил карабин, щёлкнул затвором.

- Под деревья все! - рявкнул он. - Бежим, ну!..

- Да куда ты тут убежишь, - кажется, Смит всерьёз готовился умирать. - Мы как на ладони...

Действительно, месяца через два, когда лето войдёт в силу, они, может быть, сумели спрятаться под сенью деревьев. Вот только лета никто ждать не собирался.

- Пошли!.. - Прошин схватил за руки Арама и Дженни, сунул им рюкзаки. - Профессор, берите детей!..

Медленно, словно во сне, Джангулян взял Дженни под руку, обнял за плечи сына.

- Шевелись, верзила! - Иван схватил Смита за одежду и попытался встряхнуть.

Куда там. Проще скалу свернуть.

Медленно, очень медленно великан повернул голову.

- Вы идите, - сказал он. - Я останусь.

- Да зачем?! - заорал Прошин. - Ты видишь, далеко они! Далеко, убежим!

- Вот и идите, - Смит будто и не слышал. - Я обратно к этим не хочу.

- Профессор!.. - Иван с удивлением услышал в своём голосе плачущие нотки. - Ну, скажите ему!

- А что вы, Иван, суетитесь? - профессор добро посмотрел на Прошина. - Проигрывать надо уметь достойно.

Из-под руки Джангуляна блестели глаза Арамчика. Дженни, вопреки обычаю не пыталась съязвить, только пристально смотрела на Ивана, вцепившись в рукав отцовской куртки, и Прошин не нашёлся что возразить.

Замерев, они смотрели, как диковинными птицами парили над головой боты, высаживая десант на замёрзшее озеро. Как маленькие фигурки словно муравьи снуют вокруг лежащего на льду летательного аппарата, как расходятся кругами машины прикрытия, обследуя территорию... Лишние манёвры - наверняка боты оборудованы биосканерами, да и обычный тепловизор вполне способен обнаружить беглецов.

- Вам лучше уйти, - сказал вдруг Смит.

Великан порылся в своей поклаже и достал упаковку с патронами.

- Уходите! - бросил он.

Профессор мелко закивал, не глядя, подхватил с земли свой рюкзак и поволок детей за собой вниз по склону, оступаясь и проваливаясь в неглубокие ямы со снегом.

- А ты чего? - спросил Смит Прошина.

А Прошин, достав из своего рюкзака такой же куль с патронами, снаряжал запасные магазины к оружию.

- Ты чего не ушёл, Иван? - переспросил Смит.

- Понимаешь, - Прошин распихал патроны по карманам, - терпеть не могу занудные лекции.

Смит кивнул, как будто и впрямь что-то понял.

- Что делаем? - осведомился Прошин.

- Бежим, - пожал плечами Смит. - Вон туда.

И они припустили вверх по склону горы.

Прошин тут же выдохся. Смит хоть бы что - бежал, раскидывая вокруг себя снег, отпихивая ветви деревьев и ломясь через хлипкий подлесок, будто молодой лось. Иван же, пробежав пару сотен метров просто упал, хрипло дыша сорванным горлом. Великан подхватил его под руки.

- Давай, Иван, чуть-чуть надо, давай...

- Ага... - Прошин, разозлившись на своё немощное тело, рванулся вслед за Смитом.

Над головой раздался свист двигателей летательного аппарата, и они дружно повалились в снег, словно надеясь таким способом укрыться от погони.

- Пошли! - Смит рванулся было наверх.

- Стой! - страшным шёпотом окликнул его Иван. - Смотри!

То ли молния ударила, то ли пронёсся ураган - метрах в пятидесяти от них громоздился комель поваленного дерева. Во все стороны торчали обломки корней, выдранных из земли, сама лесина лежала горизонтально, опершись о ветви собратьев, растущих ниже.

- Туда! - всё так же шёпотом скомандовал Прошин.

Смит пожал плечами в ответ. Не всё ли равно, где умирать?..

Они закатились в яму под корнями поваленного дерева, разгребли снег, навалив его вокруг себя как бруствер. Теперь оставалось только ждать.

- Тихо как, - сказал Прошин. - Может, пронесёт?

- Угу, - промычал Смит.

Великан кивнул в сторону оставленных ими следов и Прошин вздохнул: да, пока бежали - траншею вырыли, с воздуха заметно...

На лес обрушилась тишина. Ни птичьего крика, ни шороха под деревьями - только весёлые лучики солнца пробивались через сплетение ветвей.

Прошин заворочался на своём ложе.

- Джон.

- Что?

- А ты кем хотел бы стать?

- Чего?!

- Ну вот работать ты кем хотел бы?

Смит ошалело посмотрел на напарника. Прошин лежал, пристроив щеку на ложе винтовки, и задумчиво улыбался.

- Да не знаю я, - сказал великан. - Как-то не думал.

- Ну а пофантазировать?

- Ты чего пристал?! - вспылил Смит. - Фантазировать ему... Ты педик, что ли?!

- Да нет, - Прошин перевернулся на спину. - Стало интересно, мечтают ли андроиды об электроовцах.

Смит долго смотрел на него. Прошин смотрел в небо и улыбался.

- Ты псих какой-то, - великан покачал головой.

Смит взял на изготовку оружие и прицелился куда-то в сторону деревьев. Ничего, всё та же тишина и снег, поблескивающий под ярким весенним солнышком.

Великан вздохнул и улёгся на спину возле Ивана.

- Не знаю я, - невпопад сказал Смит.

- Чего?

- Ну, кем хотел бы стать.

- А.

- Понимаешь, времени не было задуматься. Выживать приходилось, думал об этом только.

- Понятно.

- А ты?

- Я с детского сада хотел стать космонавтом, - Прошин улыбнулся. - Военным хотел быть.

- Ну и дурак.

- Почему?

- Чего хорошего, военным быть?

- А почему нет?

- Солдат это такая профессия, - Смит вздохнул. - Вот сказано тебе - сдохнуть здесь. Здесь ты и должен сдохнуть. Без вопросов. Надо так.

Прошин перевернулся.

- Да у меня не получилось стать военным.

- Звёзды, - сказал вдруг Смит.

- Чего?

- Звёзды на небе.

Иван задрал голову.

- Одна, две, три, четыре, - начал считать Смит. - Ха, смотри, пятая появилась.

Небо, чистое и голубое как на детском рисунке, с ярким солнышком в зените, заслоняли ветви деревьев, по весеннему времени всё ещё без листьев. Иван сощурился на солнце:

- Да где же? Какие звёзды днём?..

И тут он увидел это. Четыре, пять ярко-жёлтых солнца на голубом небе, словно ребёнок сказал: "Хочу много солнышка!.." - и фломастером дополнил рисунок.

- Это не звёзды.

- А что?!

- Чему тебя учили? - Смит насупился. - Это плазменные экраны десантных кораблей.

- Да нет у нас такого! - великан основательно завёлся.

- Нету, - медленно сказал Иван.

Прямо над ними раздался свист двигателей десантного бота.

- Джон, - шёпотом сказал Прошин.

- Что? - обернувшись, Смит увидел, как на лице напарника расцветает безумная улыбка. - Ты чего?

- Надо продержаться, - Иван кинулся перебирать боеприпасы. - Сколько сможем, по максимуму...

- Что ты несёшь опять?!

- Минут десять... меньше даже, - Прошин проверил предохранитель. - Только бы...

- Вот они, - сказал Смит.

- Где?..

- Бей!..

Иван вздрогнул, когда у него под ухом грохнул выстрел. И ещё, и ещё - Смит одним махом высадил магазин, рванул затвор.

- Стреляй!

Прошин прижал приклад к плечу, повёл стволом. Ничего он не увидел, но чтобы Смит не нервничал, потянул за спусковой крючок. Выстрел кнутом ударил по ушам - на дереве метрах в пятидесяти отлетела кора, запахло кислым. Великан, в отличие от него, противника видел и вёл огонь явно прицельно - пока Прошин выбирал цель, Смит выпустил ещё магазин.

Наконец, Иван увидел их. Между деревьями, явно по их следам, перебегали от укрытия к укрытию полуразмытые фигуры. Камуфляж десантных скафандров прекрасно маскировал движения нападавших, только лёгкое движение видно на фоне деревьев и голых кустов подлеска.

Прошин принялся стрелять, целясь в любую тень. Он видел, как пули сносят ветки, выбивают куски коры деревьев, винтовка дёргалась в руках, уши заложило от непрерывной пальбы на два ствола. Попали они в кого-нибудь или нет - непонятно.

Перед глазами Ивана взметнулся снег, сверху посыпалась труха, кусочки коры...

Рука Смита дёрнула Прошина за шиворот, Иван оказался на дне ямы.

Смит принялся набивать магазины.

- Что там звёзды? - спросил Прошин.

- Заряжай!.. - выдохнул в ответ Смит.

Иван принялся набивать непослушными пальцами магазин. Один, второй... Смит тем временем щёлкнул затвором и, рухнув на импровизированный бруствер их укрытия, открыл огонь. Прошин вставил магазин, передёрнул затвор и вдруг понял, что не может подняться и лечь рядом с напарником. Подняться и сразу стать мишенью для десятка стволов...

Прошин отбросил карабин и скорчился на дне их импровизированного укрытия, обхватив голову руками.

Смит что-то крикнул ему. Толкнул ногой. Великан палил во все стороны и пули нет-нет да находили цель и тени, метавшиеся в подлеске, дёргались, сбивались настройки камуфляжа, превращая нападавших в белые изваяния, хоть свинец и не мог пробить броню скафандров. Кроме того, как ни странно, громкие щелчки выстрелов, в отличие от малошумного оружия противника здорово охлаждали пыл - мало кому охота лишний раз проверять броню на прочность.

Впрочем, силы были не равны.

В какой-то момент над полем боя сгустились тени. Взревели двигатели, заглушив всё остальное, и будто огненная стрела прочертила сумрак чащи, искрами рассыпавшись подле корней поваленного дерева.

...Смит нагнулся к Прошину, всматриваясь в лицо напарника. У верзилы кончились патроны, и он принялся вытряхивать рюкзак Ивана. Нашёл заветную пачку, непослушными пальцами дёрнул пластиковую упаковку...

Всё вокруг взревело, земля поднялась, опустилась, и они поднялись и опустились вместе с ней.

Уши заложило, что-то кололо в боку, но руки двигались, ноги шевелились, и Прошин попытался подняться - его бросило поперёк Смита. Великан лежал навзничь и словно рыба в воде открывал и закрывал рот.

"Сейчас, Джон, - думал Прошин, - сейчас, парень, я только встану, возьму винтарь и дадим жару этим..."

Вставать получалось плохо. Вообще не получалось, но Прошин упорно скрёб руками снег, перемешанный с землёй, тянулся за торчащим из-под корней прикладом винтовки.

Сейчас, сейчас...

Внезапно всё поле зрения занял силуэт человека без лица. Взгляд плыл, не в силах зацепиться за гладкую поверхность шлема, Прошин попробовал крикнуть что-нибудь оскорбительное, но, едва открыв рот, почувствовал, как по подбородку потекли слюни.

Его подхватили под белы рученьки и куда-то поволокли. Конечности Ивана бессильно мотались и было мучительно стыдно за то, что встречает врага не как подобает мужчине, грудь колесом, а словно слюнявый идиот. Прошин висел на руках нападавших и всё боялся обмочиться.

Посреди леса, аккуратно, чтобы не задеть за деревья, опускался десантный бот. "По нашу душу, не иначе", - отстранённо подумал Прошин. Громадная машина двигалась почти бесшумно, проседая всё ниже и ниже среди деревьев. Сейчас швырнут в трюм и отвезут... на орбиту? Или тюрьма будет на грунте?

Прошин попытался подумать о собственном будущем, но мысли ворочались тяжёлые, медленные и он оставил это занятие.

Сумрак леса прочертили огненные стрелы. Два огненных шара ударили в борт летательного аппарата, и бот грудой исковерканного металла осел на снег. Из кабины пилотов рванулось пламя, крылья воткнулись в землю, подняв тучи снега, земли, камней...

Десант прыснул во все стороны, Прошин упал в снег - его конвоиры исчезли.

Иван кое-как поднялся, сел на колени, ошеломлённо наблюдая, как подле сбитого десантного бота опускается другой корабль, ещё больше, длинный, изящный, с эмблемой Лиги миров на серебристом борту. Мухину понравится, решил Иван и засмеялся, не слыша собственного голоса, а только чувствуя издаваемые связками вибрации, да горячие слёзы на щеках.

Так его и нашли.


* * *


20 сентября 2156 года от Рождества Христова Иван Прошин стоял в кабинете ректора Института гражданской космонавтики. Позади остался долгий перелёт на транспортной платформе экспедиционного корпуса ООН. Первая часть пути получилась бурной: едва только Иван отлежался в госпитале Платформы, как его тут же взяли в оборот дознаватели Международного суда ООН и принялись выпытывать подробности произошедшего на планете. Прошин извёл пачку бумаги на объяснительные, прошёл множество тестов на полиграфе - дошло до того, что электроды устройства одевал на себя сам - специалисты только проверяли контакты.

А потом от него отстали. Взяли подписку о неразглашении, пообещали вызвать, когда понадобится и попросили до этого знаменательного момента не путаться под ногами. Иван завалился в выделенной ему каютке и дней десять отсыпался. Потом отъедался - камбуз на Платформе оказался оборудован приличным автодоком. Смотрел фильмы, читал книги... Однажды - от скуки, не иначе - мелькнула мысль восстановить профессиональную компетенцию: почитать последние выпуски "Космонавтики" или посмотреть фильмы киностудии Института, но сначала помешало одно, потом другое и благие намерения пропали втуне.

В кабинете сделали ремонт. Переклеили обои, наверное, переложили паркет - уж больно блестит - повесили тяжёлые, синие с бордовым кантом портьеры, голубой тюль полоскался на сквозняке у открытого окна. Стол остался прежним, только в этот раз подле ректора сидел посетитель, с любопытством разглядывающий Прошина, прежним остался и ректор, глыбой гранита возвышавшийся над столешницей и мерявший Ивана своим знаменитым взглядом.

-...Здравствуй, Ваня, - сказал Мухин. - Проходи садись.

Прошин молчал. Молчал и смотрел на Мухина и нехороший это был взгляд. Всё было в нём: и драка на улицах чужого города, и полусумасшедшая прогулка через чужую планету, и плен, и неравный бой в лесу, когда каждый за себя, один только Бог за всех...

Мухин крякнул, полез в ящик стола. На полированной столешнице с заботливо подстеленной салфеткой появились по очереди три рюмки-напёрстка, початая бутылка коньяку и мелко нарезанная "николашка" на белом блюдце. Благородная жидкость плеснула в стекло. Ректор вопросительно посмотрел на Ивана.

- Вы мне врали, - процедил Прошин.

- Всей правды не сказал.

- Не было никакой экспедиции.

- Да почему же?.. Была. Просто я порекомендовал Жорику своего сотрудника. Отличного специалиста, большого энтузиаста изучения инопланетных цивилизаций.

- Втёмную использовали?

Мухин только поморщился.

- Я мог погибнуть.

- Ну, знаешь... Гагарин тоже мог погибнуть. Ты сделал то, что от тебя требовалось, и остался в живых. А это не каждому дано - Внеземелье, как ты успел заметить, то ещё место...

Мухин покосился в сторону своего посетителя, доселе не вступавшего в разговор. Посетитель предпочёл ограничиться кивком головы.

- А с дипломом что? - спросил Иван. - Все сроки вышли...

- А, это... - на свет божий появились тёмно-синяя обложка с тиснением. - Давай, Ваня, махнём... за новоиспечённого кандидата.

Мухин протянул Ивану рюмку. Прошин, для пущей важности, помедлив мгновение, взял маленькую, с напёрсточек, ёмкость. Тёплая волна прокатилась внутри, снимая напряжение.

- Зачем вообще всё это было? - спросил Прошин.

- Расскажи ему Фарид, - кивнул Мухин. - Это Фарид. Фарид Хакимулин, из безопасности.

Техник Хлебски посмотрел на Прошина.

- Кровавая гэбня, - усмехнулся "из безопасности". - Рад видеть своего подопечного.

- Вы вели меня? - Иван только сейчас обратил внимание, что, кроме них с ректором, в кабинете есть ещё кто-то.

- Сказать честно, - Хакимулин улыбнулся, отчего вокруг его раскосых глаз собрались морщинки, - вся эта каша заварилась по моей инициативе. За тобой наблюдали с самого начала.

- Как?

- На медосмотре - помнишь, тебе ставили биоблокаду? Вот, один укол был лишним - тебе присадили небольшую программу... ну, жучок.

- И оно теперь во мне?

- Ну да. Не дёргайся - во мне такой же.

- И во мне, - хмыкнул Мухин, - ещё и обновлять приходится...

Выпили.

- Я не понимаю, - сказал Прошин, - что ж там такое случилось, на планете, что понадобилось меня от учёбы отрывать.

- Его от учёбы оторвали! - Мухин в притворном возмущении всплеснул руками. - Сынок! Да там целая войсковая операция началась!

Иван непонимающе смотрел на собутыльников.

- Да-да, - уныло подтвердил Хакимулин, - в системе Девы 61 были развёрнуты войсковые соединения Лиги миров.

- Так не было войск у Лиги...

- Так теперь есть.

- Да почему?! - выкрикнул Иван. - Что, чёрт возьми, происходит?! Рэниты напали?!

- Рэниты почивают у себя в Рукаве и плюют на наши с тобой трудности, - усмехнулся Мухин.

- Нет, Иван, - Хакимулин взял дольку лимона. - Всё, к сожалению, проще - дело в людях. Человеческая жадность, жажда власти... Несколько богатеев, дорвавшись до власти над целой планетной системой, решили распространить своё влияние и дальше, на другие наши колонии. И это, выдам тебе государственную тайну, процесс, набирающий силу.

- Ох уж и тайна, - хохотнул Мухин.

- Тайна, - кивнул безопасник. - Уж такая тайна... По этому поводу я предлагаю вам, Иван Владимирович, сотрудничать с нами.

- С кем с нами?

- Службой безопасности Лиги миров.

Прошин посмотрел на Мухина, потом на безопасника...

- А если я не хочу? Это вообще не мой профиль.

- А профиль твой, Ваня, - Мухин посерьёзнел, - будет там, где скажут. Мы тебя чему могли, научили, а дальше... ступай в люди.

Прошин смотрел на собутыльников, словно надеясь, что те передумают, объявят всё сказанное розыгрышем, буффонадой, но ни строгий взгляд из-под кустистых бровей Мухина, ни азиатский прищур безопасника не оставлял ему никаких шансов. Прошин вздохнул.

- Нет.

- Что? - Мухин поднял бровь. - Ты забыл, может быть, после окончания Института ты должен отработать по распределению - семь лет, Ваня.

- Я уже отработал... по распределению, - ответил Прошин. - Да и служба у вас, - он кивнул Хакимулину, - дело добровольное, насколько я понимаю.

Безопасник пожал плечами:

- Ну, в общем, да.

- Сынок, - сказал Мухин, - я ж тебя на Марс сошлю, говно месить.

- Был я там. И на Марсе жизнь есть, - ровно, скучающим голосом ответил Прошин.

Секунду мужчины мерялись взглядами.

- Засранец, - Мухин принялся перебирать какие-то бумаги на столе.

- Вы подумайте, Иван, - Хакимулин поднялся, одёргивая пиджак. - Служба у нас опасная и трудная. Но интересная. И платят хорошо.

- Спасибо, - взгляд у безопасника был ещё тяжелее, чем у ректора, но Прошин его выдержал. - У меня было время подумать.

Хакимулин кивнул, прощаясь. Прошёл к выходу. Бесшумно открылась и также бесшумно закрылась тяжёлая дверь.

- Ну что сидишь? - спросил Мухин. - Иди. Устраивайся в общежитии, будем тебя распределять.

- На Марс? - спросил Иван.

- Ну, Марс, не Марс... рабочие руки везде нужны. Давай, Ваня, - Мухин встал, протягивая руку. - Удачи.

Прошин пожал тяжёлую ладонь Олега Владимировича и пошёл к двери.