# Благая весть

Николай Константинович Дидык

Благая весть

Драма в 4 действиях


Действующие лица


Автор - мужчина 40 лет

Николай - молодой инженер 30 лет

Мария Николаевна - мать Николая, 50 лет, начальник отдела министерства

Вася - приятель Николая по школе, директор сельской школы в Ярославской области

Варвара - жена Васи, 20 лет.

Иван Сергеевич - друг семьи Николая, крупный начальник в министерстве

Софья Николаевна - жена Ивана Сергеевича

Тимофей Степанович Жучаев - уполномоченный сельского района

Матвей Иванович Тараканов - начальник лагеря Мальдяк Дальстроя

НКВД СССР

Серафима - жена Жучаева, женщина лет 35.

Ольга - мельничиха, красивая женщина 25 лет

Казимир Иванович - старик поляк, черный колдун

Заключенная - личный повар начальника лагеря, аппетитная женщина 30 лет

Солдаты НКВД


Действие первое - картина первая


Действие происходит в московской квартире Николая, утро.

Обычная комната московской интеллигенции 30-х годов, на стенах развешаны портреты родственников, некоторые в мундирах (военных, инженерных и министерских). Слева кровать, на которой спит Николай.


Сон Николая

Мельница. Лес. Около мельницы ходит старик в крестьянской одежде. В руках у старика большая книга в кожаном переплете. Старик раскрывает книгу и водит по страницам пальцем, раскачиваясь при этом.

Темно, страшно, ветер колышет деревья, вода движет колесо мельницы. Тревожная музыка.

Звонит будильник, видение пропадает. Николай просыпается, но не встает, ежится в постели.

Голос Марии за сценой.

Мария. Вставай, вставай сынок, опоздаешь на работу.

Николай приподнимает голову, прислушивается.

Голос Марии за сценой.

Мария. Вставай сынок, вставай.

Входит Автор.

Автор. Давно пора вставать, а Николай никак не может заставить себя подняться. Сон необычно ярок, ему хочется досмотреть, и мама будит как всегда ласково.

Николай (приподнимаясь с постели). Сейчас, сейчас, мамочка.

Николай (резко вскакивает). Мама, мамочка? Да ведь нет уже мамы, полтора года, как она не будит меня. Но ведь ясно слышен был голос мамы, ее рука так нежно касалась моего плеча. Это был лишь сон. Первый раз за все это время я увидел и услышал мамочку, она жива, не может быть иначе, это она дает мне знак.

Автор. Надо действовать, Иван Сергеевич сказал позвонить ему через неделю, он то, со своими связями наверняка узнает, что с мамой.

Но, почему мама будила на работу, разве она не знает, что тебя уже два месяца, как уволили.

Николай. Ужас какой, наверное, я схожу с ума, ведь она не может знать, мои письма приходят обратно нераспечатанными. Да я и не писал ей, что меня выгнали из треста как сына врага народа.

Николай быстро одевается, пьет чай и берет нераспечатанное письмо со стола, читает.

Николай. Домоуправ предлагает потесниться - столовую займут передовики производства завода Каучук. Это ерунда. Надо позвонить Ивану Сергеевичу, срочно позвонить.

Николай (подходит к телефону, набирает номер). Нюся, доброе утро. Позови пожалуйста Ивана Сергеевича (ждет у телефона). Странно. Нюся плачет, что там у них ? (берет трубку). Софья Николаевна, доброе утро. Да, да, я понял.

Николай (В задумчивости отходит от телефона). Странно. Заплаканная Нюся, сухой, отстраненный голос Софьи Николаевны. Говорит, что уехал в длительную командировку. И сразу повесила трубку?

Может позвонить ему на работу, узнать, куда он уехал, и связаться с ним в командировке?


Рука Николая тянется к телефону, Автор останавливает его руку на полпути.

Автор. Взяли Ивана Сергеевича, конечно взяли. Какой ты идиот! Это же ясно как божий день! Заплаканная Нюся, механический, совершенно чужой голос Софьи Николаевны. Уж если взяли самого Ивана Сергеевича, дело плохо. Иван Сергеевич, Иван Сергеевич, что он говорил три года назад? Ведь он тебе с мамой несколько раз повторял эти слова. Надо вспомнить, обязательно вспомнить, что он советовал тогда. Но что?

Николай. Мама еще не соглашалась с ним, они спорили, но о чем?

Север, север. Почему север, глупость какая-то. Вспомнил! Он предлагал нам уехать из Москвы на строящиеся объекты за полярным кругом, рассказывал, что многие его знакомые уехали сразу после тридцать четвертого года. Да ведь и некоторые из наших хороших знакомых переехали из Москвы на северную периферию. Специалистов там не хватает, да и людей мало. За последние годы оттуда, по слухам, никого не забрали. Как я об этом не догадался. Ведь мог спасти маму...

Автор. Десять лет, десять лет. Может, ее направили работать по специальности? Нет, ерунда. Она бы подала весточку. Но где она, как узнать, ты бы пробился туда, устроился вольнонаемным.

Николай. А если за мной придут? Ведь уже два месяца прошло, по всем срокам должны были прийти. Тогда я никак не помогу маме. Что делать? Надо что-то придумать? Север, север? Надо срочно завербоваться, но на это уйдет несколько месяцев. Нет, не успею, это долго. Надо подать бумаги и ждать, но не в Москве. Уехать, быстро уехать!

Автор. Что было во сне, такой яркий и необычный сон?

Николай. Мельница, зима, старик чудной с книгой. Вспомнил, Вася приглашал погостить в деревне, зайцев погонять на зимних каникулах. Поэтому, видимо, эта чертовщина с мельницей и приснилась.

Николай некоторое время звонит по телефону - узнает условия работы в организациях, вербующих на север.

Николай (автору). Предлагают приехать, завербоваться в Дальстрой.

Автор задергивает занавеску.

Картина вторая

Большой дом. В арке дома виднеется полуразрушенная церковь.

Николай выходит из своего дома и останавливается напротив арки дома - смотрит на церковь. Снимает шляпу, крестится.


Видеоряд.

В этот миг, от церкви из полуразрушенного алтаря, все увеличиваясь в размерах, к нему спускается Лик Божьей Матери с невероятно грустным взглядом.

Николай долго не может оторвать взгляда. Резкий гудок, автомашины заставляет отпрыгнуть, повернуться и идти от церкви в другую сторону.

Занавес


Действие второе - картина первая


Действие происходит в Переславском районе Ярославской области в деревенском домике, в комнате с русской печкой.


Входят Вася и Николай, по-зимнему в дубленках, оба с двустволками и патронажами. В руках у каждого по паре убитых зайцев. Из прихожей слышно шевеление и повизгивание собак. Встречает Васю и Николая жена Васи в легком халатике.

Варвара. Ну, молодцы, вовремя пришли. А то, наприглашали гостей, а сами умотали зайца бить. Пока вы там баловались, я уже все сварганила. И рябчиков в сметане уже сделала, и холодец стынет.

Вася (раздеваясь). Ласточка ты моя, обнимает жену. Смотри, Коля, какую красавицу и умницу нашел в здешних краях. И тебе найдем, тут такие молодки: бусы на грудях вот так стоят (показывает на себе).

Отводит Николая в сторону.

Вася. Коля, с твоей трудовой тебе не устроится к нам в школу. Я пригласил сегодня оперуполномоченного Жучаева, сказал, что приехал мой старый друг. Уполномоченный редкая сволочь, но ты уж постарайся, найди к нему подход, без него тебе в школу не устроится. Он придет с женой, постарайся действовать через нее, она им вертит.

Николай (подходит к Варваре). Варенька. У уполномоченного есть жена?

Варвара. А как же! Такая фря! Привез с ТьмуТаракань, а строит из себя царицу небесную. Из своего Тимофейки веревки вьет. А он то, любитель глаза налить, вот она и пилит.

Николай (подает ей несколько бутылок водки и коньяка). Возьми. Московского разлива. После вашей табуретовки Жучаев шибко обрадуется.

Николай (подходит к чемодану, открывает, роется и достает женские гребни в серебре). Придется подарить жене уполномоченного. Жаль, конечно. Мамины любимые гребни старинной работы. Но, что делать. Прости мамочка.

Затемнение.


Картина вторая.


Та же комната, прощаются Николай и совершенно пьяный Тимофей Жучаев.

Вася и Варвара с Серафимой беседуют за столом.


Жучаев. Сергеич, ты держись меня. Жучаев здесь вот так всех держит. Жучаев поднимает кулак, поворачивается к Николаю. Пытается обнять Николая и почти падает. Вася и Николай подхватывают Жучаева и тащат к выходу.

Жучаев (около двери). Вася! Мой приказ тебе. Сергеича определи в географию и немецкий. Все, я пошел.

Подходит жена Жучаева Серафима, строит глазки Николаю.

Серафима. Николай Сергеевич, спасибо за подарок. В этой глуши такую лабуду дарят, что и говорить - деревня. А вы такой внимательный, симпатичный мужчина. Заходите в гости. Вася скажет, как нас найти. Тимофей то скоро на недельку уезжает в Переславль.

Николай. Я так рад нашему знакомству (старается отойти от пьяненькой Серафимы).

Вася уводит Жучаева и Серафиму. Возвращается.

Вася. Ну, ты и орел, такого хитрована сумел окрутить. А справку аспирантскую, как ловко ты подсунул. Но если бы ты к Серафиме не подъехал с подарком, ничего бы не вышло.


Диалог Николай и Вася сидят за столом, обсуждая вечер).

Занавес


Действие третье - картина первая


Фильм пять минут.

Зима, среднерусская возвышенность, горы и пригорки. Вдалеке дымок деревушки. Николай с ружьем идет по пригорку в лесу. Слышен лай гончей.

Голос Автора. Уже второй месяц Николай учительствует. Сошелся с местными охотниками, ему даже подарили неплохого гончака. Зима сейчас лютая, занятия иногда отменяются неделями.

Днями напролет Николай бродит по окрестным холмам и полям. Дивная красота местного края не приедается ему. Каждый день он находит что-то новое и удивительное в заснеженном мире Переславского края. Холмы столь велики, что в ясный день, стоя на вершине можно просматривать округу на десятки верст. Маленькие деревушки с крохотными домишками, по мере спуска с холмов то пропадали, то вновь появлялись, что всегда удивляло Николая. Когда Николай уставал, гончак всегда находил кратчайшую дорогу к очередной деревушке, где Николаю был обеспечен отдых и тепло.

Иногда он оставался ночевать в деревнях. Ведя беседы за чаем с местными жителями, Николай был поражен настоящим русским гостеприимством, Никакие лишения и лихоимства местных властей не могли побороть в этих людях доброту и отзывчивость.

C нетерпением Николай ждал письма от вербовщика, несколько раз звонил в Москву, но безуспешно. Случайный звонок другу по школе серьезно обеспокоил его. По слухам, за время его отсутствия, за ним приезжали из органов.

Николай (входя в деревушку, на экране мельница и дом). Ну и холодина, придется попроситься на обогрев (стучит по крыльцу дома).

На стук выходит молодая миловидная женщина. Внимательно осматривает Николая.

Ольга. Заходите, гостем будете.

Николай. Спасибо хозяюшка. А нельзя ли собачку мою в предбанник пустить - боюсь, не померзла бы в такой морозец.

Ольга. Заходите, Привяжите собачку в предбаннике и проходите в дом.

Автор задвигает занавеску за Ольгой.


Интерьер деревенской избы.

Николай. Возьми хозяюшка косача (подает Ольге тетерева и буханку ржаного хлеба). Мы ненадолго. Согреемся часочек и пойдем.


Ольга уходит, слышатся звуки с кухни.

Николай скидывает на пол дубленку и садится поближе к русской печке, стараясь согреться. Дремлет, а может быть, спит, прислонившись к печке. Его будит меня мелодичный голос, зовущий к столу.

Стол заставлен деревенской пищей. Графин с 'вином', как называют местные жители самогонку, и две стопки дополняют картину ужина.


Ольга (ужиная). На мельнице я лет семь. Муж потомственный мельник, да вот пропал года три назад. Компания была тогда в районе - борьба с частниками. Я пыталась найти - нигде нет. Молчат все. То ли посадили, то ли...

Николай. А не трудно Вам одной справляться с огромным хозяйством, осенью то не продохнуть?

Ольга. Ничего привыкла, а когда много помола, с колхозов дают помощников.

А год назад прибился к мельнице старик-поляк, назвался Казимиром. Я не успела и испугаться, как согласилась взять его помощником. Старичок то не простой - чернокнижник и колдун. Тут колдунами никого не удивить. В каждой деревне по нескольку, Но этот поляк (Ольга поежилась), уж очень страшно ворожит. Всегда исполняется, что он наколдует. Немного врачует. Что приносят ему и мне перепадает. Да уж больно нелюдимый и злой. Казимиром кличут.

Николай. А я то не верил, что есть колдуны.

Ольга. Еще бы не поверить. Вот слушай: в ноябре большой свадебный кортеж по первому снегу летел по центральной улице большой деревни. Навстречу попался Казимир, не приглашенный на торжество. Возок жениха с невестой остановился как вкопанный перед колдуном. Лошадь не шла, несмотря на удары кнута. Старик недобро посмотрел на молодых и пошел прочь. Только после этого лошадь пустилась вскачь. Во время свадьбы невеста внезапно вышла из-за стола и спряталась в сарае. На красавицу девушку нашла водобоязнь: она рыдала и пряталась. Через два дня она повесилась в чулане.

Николай. Какой ужас!

Ходики пробили 8 часов.

Николай (смотря на ходики, блаженно пожимая плечами). Пора нам Оля. Загостились.

Ольга (перехватывая взгляд Николая). Устала, поди ваша собачка. Переночуйте у нас.

Николай (любуясь красотой Ольги). Спасибо. Теперь и я расскажу свою историю. Я москвич. Сюда приехал учительствовать, а вернее пересидеть, пока не возьмут на работу на Север. А по правде - хочу найти маму. Ее год как арестовали. За что, непонятно. Правда, в управлении министерства, где она работала, почти всех взяли. Я пытаюсь найти, где она - никто не говорит.

Знакомый выяснил, что маме дали десять лет без права переписки, но я все равно пишу, посылки посылаю. Письма мои приходят обратно ко мне нераспечатанными.

Николай, волнуясь, дрожащим голосом.

Николай. Маме-то уже пятьдесят. Беспокоюсь, как она там. Хорошо, если по специальности работает, хотя какая там специальность. А к тяжелому физическому труду она совсем не приспособлена - не выдержит. Надо спасать маму. Вот хочу завербоваться инженером-механиком на Северные стройки, может и найду мамочку!

Голос Николая дрожит, слезы душат, он не может говорить, склоняется над столом.

Ольга Главное узнать, где твоя мама. Там сейчас полстраны, найти трудно будет. А что она жива, я твердо знаю.

Николай. Почему?

Ольга. Я по твоим глазам вижу, жива твоя мама, конечно, жива.

Не надо милый, все обойдется.

Ольга пристав обнимает Николая, крепко прижимает к себе, так продолжается несколько минут.

Ольга. Казимир приедет недели через две. Я упрошу его помочь тебе. А пока иди, покорми собачку свою.

Ольга выходит из комнаты.

На экране.

Полная луна освещает двор, запруду и мельницу. Вид - сказочно-таинственный.

Ольга. Смотри, смотри милый. Сейчас к нам придут гости.

Николай и Ольга подходят к окну.


Видеоряд на экране - две минуты.

Поземка пропала, и на лунной дорожке около запруды замелькали серые тени. Большая стая волков села полукругом и, подняв морды, горестно завыла на луну. Суеверный ужас сковал Николая, музыка их пения, тоскливая и непонятная, завораживала.

Ольга. Не бойся, смотри, что дальше будет.


Фильм.

Неожиданно, как по команде, волки перестали выть и стали перемещаться сначала по малому, а потом и по все более большому кругу, приближаясь к дому. Внезапно они пропали, а через пару минут появились вновь, прыгая, кувыркаясь и гоняясь друг за другом.

Перестроившись, серебристые волки стали скользить по запруде вниз к мельнице, съезжая как ребятишки с горки. Это так захватило Николая, что он стал смеяться, ему весело и хорошо, хочется пойти и поиграть с ними.

Ольга (уловив его настроение). Осторожно, они заманивают тебя.

Николай (потрясенный). Оля! Давно ли волки приходят играть к тебе на мельницу?

Ольга. С неделю как приходят. Видимо Казимир прислал проверять меня.


Николай и Ольга долго смотрят друг на друга и одновременно делают шаг навстречу. Объятия, поцелуи. Николай поднимает Ольгу на руки, они целуются.

Затемнение.


Картина вторая


Николай и Ольга в постели.

Николай (обращаясь к Ольге). А ведь с того вечера началась наша любовь. Никогда мне не было так хорошо. Ты в моем сердце и душе каждый миг.

Ольга, Милый, как хорошо, что ты упросил Васю продлить тебе каникулы.

Николай. Оленька, почему ты грустишь последние дни?

Ольга. Недолго осталось нашему счастью, да и Казимир скоро приедет.

Николай. А разве Казимир написал, что приезжает?

Ольга. Не спрашивай, я и так все знаю.

Николай. Милая, найду маму, приеду за тобой. Будем жить вместе. Ты полюбишь мою маму. Она такая замечательная.

Ольга и Николай обнимаются.

Затемнение


Та же комната через несколько дней, кровать застелена. Николай и Ольга сидят за столом около русской печки. С улицы слышится звук повозки, мужские голоса.

Ольга (вскакивая). Ну, вот и Казимир приехал.

Бежит открывать дверь. Входит маленький сгорбленный старик, похожий на колдунов из русских сказок с пронзительным взглядом Распутина.

Казимир (внимательно осматривая Ольгу и с ненавистью Николая). Вот я и приехал, дети мои. Оля, принимай пожитки (передает ей чемодан и свертки).


Оля готовит на стол, Казимир и Николай сидят на других концах стола, не смотря друг на друга. Обед. Казимир много и с удовольствием ест, пьет и хвалит коньяк, принесенный Николаем, Ольга и Николай сидят молча, почти не притрагиваясь к еде.

Ольга уводит Николая в другую комнату, возвращается к Казимиру и приходит обратно к Николаю.

Ольга. Коленька, я упросила Казимира помочь тебе - узнать: жива ли твоя мама и где она. Но Казимир поставил условие, чтобы ты не узнал, в любом случае ты сразу уедешь с этих мест.

Николай. Олечка! Ну что за ерунда. Почему надо уезжать? Ведь вербовщики еще не прислали приглашение.

Ольга. Я прошу тебя. Дай слово, что уедешь. Иначе Казимир не будет тебе ворожить.


Картина третья.


Полночь, Казимир ведет Николая на мельницу. Под мельницей у него кладовка, заваленная сушеными травами и разнообразными кореньями.

Казимир. Сиди тихо и делай все, что я скажу.

Из кучи кореньев Казимир извлекает большую, старинную книгу в потрепанном кожаном переплете, листает ее, всматриваясь в незнакомую Николаю письменность. Найдя нужную страницу, он водит узловатыми пальцами по строкам, раскачиваясь при этом. Постепенно Николай как бы впадает в полузабытье, то ли от холода, то ли от нереальности происходящего. Отложив книгу, Казимир достает из заплечной сумки несколько сухих корешков и перетирает их двумя камнями необычной формы. Налив ключевую воду в небольшую плошку, он сначала насыпает туда искрошенных кореньев, а затем бросает несколько гладких черных камушков. Упав в плошку, камешки зашипели.

Казимир. Смотри! (приказывает Казимир, со страшной силой сжав руку Николаю).

Видеоряд на экране.

Николай напряженно всматривается во вскипающую воду, но ничего не видит. Вода стала как молоко, а потом в ней появилось небо, заснеженное поле и много-много черных точек. Точки приближаются, и он видит темную колонну женщин в платках. Он старался поближе всмотреться. Худые изможденные лица, ватники. Мама!

Николай увидел маму.

Николай. Нет! Это не она, седые волосы пробиваются из-под нелепого черного платка. Мама же не была седой. Вот она подняла голову и напряженно всматривается. Куда она смотрит?

Она же увидела меня. Это мамочка, моя мамочка!

Николай (кричит). Мама, мамочка, я здесь, я нашел тебя!

И в этот миг что-то шумит у него в голове, он теряет сознание и как подрубленный падает на пол.

Казимир (злобно усмехаясь). Ну что, нашел что хотел?

Уходит из комнаты, не глядя на лежащего Николая.

Вбегает Ольга с кувшином воды, поливает из кувшина на голову Николая. Капли звонко бьют об пол. Через несколько минут Николай приходит в сознание.

Ольга (целуя и обнимая Николая). Милый мой, единственный, как ты испугал меня. Никак не могла привести тебя в чувство.

Николай. Я видел свою мамочку. Она жива, но ей плохо. Я должен сейчас же к ней поехать. Она жива. Но где ее искать?

Николай и Ольга входят в комнату с русской печкой. Казимир стоит у стола с рюмкой коньяка. Николай подходит к Казимиру.

Казимир (встречая недобрым взглядом). Что тебе еще?

Николай. Где найти маму?

Казимир. На восток, езжай на восток.

Казимир неопределенно показывает рукой.


Раздается стук в дверь, входит весь в снегу Вася.

Вася (запыхавшись). Коля! Тебе телеграмма от вербовщиков. Поздравляю с назначением на должность инженером-механиком в Дальстрой.


Николай отрешенно сидит за столом. Казимир радостный и веселый угощает Васю самогоном. Ольга собирает продукты на дорогу, суетится. Казимир и Вася выходят из комнаты.


Николай сидит около стола. Ольга рядом.

Ольга. Желанный мой, единственный, не мучай себя, поезжай. И пусть Господь поможет тебе. Я никогда не забуду тебя. Обнимает и целует Николая, шепчет ему на ухо слова любви.

Голос автора за сценой.

Автор. Николай знал, что надо говорить какие-то слова, но на него как будто напал паралич. Он только судорожно сжимал Олю в своих объятьях, и молчал, молчал. А Оленька шептала ему слова любви, нежные и грешные слова.

Николай отрешенно смотрит на Ольгу, не говоря ни слова.

Голос Васи с улицы.

Вася. Коля, жду тебя, пора ехать.

Занавес.


Действие четвертое - картина первая


Действие происходит через три года. Колыма, горный лагерь Мальдяк Главного Управления Строительства Дальнего Севера НКВД СССР.

Большая комната, вернее зал заводоуправления, огромный стол в центре комнаты, стулья по краям. На одной из стен портреты Сталина, Берии.

Висит черная тарелка радио, сбоку армейская железная кровать под казенным одеялом.

Вверху комнаты - краской крупными буквами - Прииск Мальдяк.

Большой Плакат на всю стену в зале заводоуправления прииска - "Выполним 5-ку за 3 года, несмотря на сопротивление троцкистко-зиновьевских вредителей".

Зимний, очень холодный вечер, за окнами качаются фонари, изредка пробегает свет прожекторов.

В зал входят Николай в полувоенной форме без знаков отличия и Матвей Иванович Тараканов - начальник лагеря Мальдяк Дальстроя. Тараканов в военной форме НКВД, сверху гимнастерки надета тужурка, подбитая мехом.

Тараканов. Ну, наконец-то. Два месяца ждем тебя Николай Сергеевич.

Николай. Матвей Иванович, не у одного тебя американская драга. Как наладил у Васильчикова - сразу к тебе. Даже в Магадан не заезжал.

Тараканов. Знаю, знаю, дорогой ты мой. Ты у нас один на все горное управление. С сентября ждем. В этом квартале опять увеличили нам добычу на тонну, ну хоть режь меня. А как встала драга, какая уж тут тонна. Они ведь там (показывает пальцем наверх) привыкли работать по старинке, мол, даем вам людей, а вы обеспечьте. А условия, а климат? Я сколько раз говорил. Давайте этапы летом, ну, в крайнем случае, до сентября. Нет, зимой шлют. Как будто не знают, что через месяц от этапа и половины не остается, только крупчатку зря проедают.

Тараканов звонит по телефону.

Тараканов. Быстренько и папочку не забудьте.


Николай. Матвей Иванович, я же Вам настроил драгу, да и Федя хорошо справлялся. В чем проблема? И Феди что-то не видно? Вызовите Федю, пусть объяснит, что случилось с механизмами.

Тараканов. Николай Сергеевич, у нас тут беда - нет Феди.

Николай. Как нет, заболел, в лазарете? Что случилось?

Тараканов (смущенно). Понимаешь, в июле пришел с Москвы приказ: в связи с , войной с Германией, уничтожить в кратчайшие строки воров в законе, паханов и зека, пользующихся авторитетом. Списки особисты быстро составили и включили туда и Федю. Я доказывал, что он нужнейший спец по механике, главный твой подручный по драге. Но куда там. Их не переубедишь. Я даже звонил в Магадан Тюрменькову. Но, ты-то знаешь Тюрьменкова? Ну, прокурор в Магадане. Убеждал, говорил про план, что нам квартальный на тонну увеличили. Но куда там. Скала, а не человек. Так вот, в августе расстреляли Федю.

В зал входят двое солдат НКВД. Ставят на стол пару ящиков и дают Тараканову папку с документами. Вместе с ними приходит заключенная в ватнике с номерами, быстро переодевается в белый халат и поварской колпак. Солдаты уходят, повариха начинает быстро сервировать стол, вынимая еду, вино и коньяки.

Николай (горестно и удивленно). Какая нелепость! Но, Вы то, Матвей Иванович понимаете, что Федя не враг? Эх, такого богатыря загубили. Ведь он один стоил целой бригады. Добрейшей был души человек.

Тараканов. Да уж, такого богатыря я в жизни не встречал. Тут как-то пришел этап с Красноярска, сплошь воры и давай свои порядки устанавливать. Попали в барак к Феде и начали чудить. Так он загнал весь этап под нары и минут двадцать не давал выходить.

Тараканов (усмехаясь). Воров пятнадцать потом в лазарете лечились: переломы рук, ног, челюсти разбитые.

Николай отвернулся и подошел к окну, стараясь скрыть слезы.

Тараканов (понимая состояние Николая). А тебя можно поздравить Николай Сергеевич. Матушку-то свою перевел на поселение, молодец. Редко кто добивается в Дальстрое такого, особенно с ее статьей.

Николай. Спасибо тебе Матвей Иванович. Мне говорили, что Вы с Васильчиковым поручились за меня, письмо подписали.

Тараканов. Давай, дорогой, с приездом поужинай. Я тебе и икорки черной припас и балычка. Коньячок французский есть. Я знаю, ты любишь хороший.

Сидят за столом. Закусывают и пьют коньяк.

Повариха все время около стола, подает закуски, намазывает бутерброды, всячески ухаживает за Таракановым и Николаем.

Тараканов. Сейчас с пайками получше стало. По Ленд-лизу качественные продукты стали поступать - что душе угодно.

Николай. Спасибо. Незачем было беспокоиться. Васильчиков дал мне паек на пару дней.

Тараканов. Не обижай Сергеевич (пьянея). Что мы хуже Васильчикова. Да у нас добыча раза в два выше (встает, распахивает тужурку и показывает орден Красного Знамени).

Тараканов. И твои заботы тут есть. Кстати, не хочешь ли даму какую? У нас кого только нет - и дворянки, и княжны, есть даже француженка-коминтерновка. Такие есть бабеночки (плотоядно потягиваясь).

Проходящую мимо повариху бьет по заду, та хихикает.

Николай (качает головой).

Тараканов. Знаю, знаю. Ты не по этой части. Кстати, мы тут для матушки твоей хороший паечек собрали и одежонки тючок припасли. Как наладишь драгу, машину дадим, отвезешь на поселение.

Николай (усмехаясь потихоньку). Огромное спасибо Матвей Иванович - золотое у Вас сердце.

Тараканов. Я тут приказал принести Федины записи по драге - рисунки, чертежи. Он ведь тоже москвич был, как и ты.

Тараканов (встает из-за стола.) Сердце мягкое у меня, но врагов партии и лично дорогого товарища Сталина (обращается к портрету) чую за версту.

Представляешь, принимаю я художественную самодеятельность для концерта по случаю Октября. Все вроде хорошо. Но один зека поет: люди гибнут за металл. Ну, я показал ему - гибнут за металл. Сгною! Тоже мне: лагерная пыль! А устраивает провокации.

Николай. Матвей Иванович, так это ария из оперы Гуно.

Тараканов (удивленно и ошарашено смотрит на Николая). Опер Гунов? Что-то раньше не слышал про такого. Гунов, Гунов ? Он что, из центрального аппарата?

Николай хочет объяснить.

В это время снаружи раздается громкий, нарастающий гул. Слышны крики конвоя, громкий лай караульных собак, прожекторы слепят комнату.

Тараканов. Ну вот. Не дали нам с тобой культурно отдохнуть: этап пришел, большой этап. Ладно, побегу устраивать народец. Холодина такая, как бы не померзли раньше времени. До встречи. Убегаю. Звони, если что.

Тараканов надевает дубленку и уходит. Повариха быстро убирает со стола, одевается и уходит из зала.

Этап проходит мимо заводоуправления прииска. Слышны голоса толпы, плач женщин, мат охранников и жуткий лай собак. Все это длится долго.

Николай (устало садится на кровать). Какое счастье мамочка, что я тебе скоро увижу. Васильчиков сказал, что можно через год-два актировать по болезни. Будем жить вместе.

Николай, прислушиваясь к звуку из тарелки, встает и увеличивает громкость. Тарелку заглушает звук этапа.

Из тарелки слышится - Марк Рейзен исполняет арию Мефистофеля из оперы Гуно Фауст. Звучит ария Мефистофеля - 'Люди гибнут за металл, люди гибнут за металл'.

Николай обнимает голову руками, с ужасом прислушиваясь к гулу этапа, лаю собак, мату охраны. Ария звучит все сильнее и сильнее, нарастает.


Затемнение


Картина вторая

Видеоряд.

Большой дом. В арке дома виднеется полуразрушенная церковь Благовещения Пресвятой Богородицы.


Николай выходит из своего дома вместе с мамой, ведя ее под руку, останавливается напротив арки. Мария Николаевна совершенно седая опирается на палочку. Николай снимает летнюю кепку, крестится на церковь, Мария Николаевна тоже крестится.


Николай. Дорогая моя мамочка (обнимает ее)! Восемь лет прошло. Вот мы и дома. Даже квартиру свою удалось отбить. Заживем теперь, как прежде.

Мария Николаевна. Дай Бог, сынок, до сих пор удивляюсь, как тебе удалось добиться моего освобождения. Просто чудо. Хотя, какое это чудо? Богородица помогла, твои молитвы и любовь.

Николай. Мамочка, помнишь, я тебе рассказывал о своей любви к Оленьке?

Мария Николаевна. Конечно, помню, ведь это Оля помогла тебе найти меня.

Николай. Да, вначале она писала мне в Магадан прекрасные письма. А через полгода письма перестали приходить. Вася потом написал мне, что Олю своими чувствами стал преследовать местный начальник милиции. Оля не поддавалась, так для острастки упекли в каталажку на неделю Казимира. На следующий день Оля уехала, бросив все. С тех пор не могу ее найти.

Мария Николаевна. Война была. Кто знает, может ее мобилизовали?

Николай. Ты знаешь, мамочка, каждый день, выходя утром на работу, я смотрю и стараюсь поймать тот взгляд Богородицы, который подсказал мне, что ты жива. Но сколько не смотрю теперь, ни разу Пресвятая Богородица не является мне.

Мария Николаевна (обнимая сына). Сыночек дорогой. А я верю, что вскоре тебе явится Богородица, и она принесет тебе Благую весть, что Оленька нашлась.

Николай и Мария Николаевна, стоя рядом, смотрят в проем арки дома на церковь Благовещения Пресвятой Богородицы.


Занавес