Дикарь: другие произведения.

Если бы...

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 9.60*13  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Фантазии о том, как сложилась бы судьба Миненталя, если бы события в первой части "Готики" пошли немного иначе . (Версия не окончательная, возможны ашипки и очипятки)

  ЕСЛИ БЫ...
  
  
  ДЕНЬ 1
  Обменная площадь
  
  - Буллит, проклятая тварь! Что ты натворил?!! - свирепо прорычал Диего.
  Трое громил в доспехах стражников Старого лагеря разной степени потрёпанности одновременно подняли головы. Диего возвышался над ними, твёрдо упершись в камень подошвами мягких кожаных ботинок, и не сводил зло сощуренных глаз с Буллита, возглавлявшего эту троицу. Круто изогнутый лук в руках предводителя следопытов-призраков был наполовину натянут, а наконечник тяжёлой стрелы с выкрашенным в синий цвет оперением недобро уставился в сторону стражников, недвусмысленно напоминая о возможных последствиях резких движений.
  Впрочем, едва увидев Диего, мордовороты замерли, сразу же вспомнив легенды, которые ходили во всех трёх лагерях Миненталя об умении бывшего хоринисского контрабандиста обращаться с луком. Нет, попадись он им один против трёх в узком месте, где быстрый как глорх призрак не сумеет ускользнуть от мечей и шипастых булав, стражники не растерялись бы. Но в нынешних обстоятельствах приходилось договариваться миром.
  - Да ладно, чего ты завёлся, Диего? Подумаешь, одним скребком меньше...
  - Не скребком, а человеком. Человеком, Буллит, Белиар бы тебя побрал! - процедил призрак, невольно натягивая тетиву ещё сильнее.
  - Хорошо, человеком, - поспешил согласиться Буллит. - Но мы же не знали, что он окажется таким хлипким. И дерзким при том...
  - Точно, - поддержал своего дружка второй стражник, - Буллит и стукнул-то его слегка, так, шутки ради. А он прямо озверел. В горло Буллиту вцепился, чуть не задушил! Пришлось булавой успокоить...
  Стражник перевёл взгляд на тело поджарого длинноволосого парня, лежавшее около их ног в воде, у самого берега маленького озерца, куда первым делом попадали все, брошенные за Барьер из внешнего мира. Диего тоже покосился в сторону того, кто со временем мог бы стать ему другом или врагом, а может, и никем не стать, погибнув во время первого же столкновения со стаей хищников или обвала в шахте. Вздохнув, призрак ослабил тетиву и устало опустил оружие. Его длинные чёрные усы, только что угрожающе торчавшие в стороны, бессильно повисли вокруг твёрдой складки губ.
  - Ладно, проваливайте, скоты. Хватит смертей на сегодня.
  - Так ты что, в самом деле убивать нас собирался? - злобно осклабясь, процедил Буллит. - Смотри, Диего, Гомезу давно не нравится твоё поведение. Не любит он, когда всякая шушера забывает, кто тут хозяин...
  Следопыт вскинул бровь, будто удивлённый такой наглостью, и вновь начал поднимать лук.
  - Ну его, Буллит, пошли отсюда, - толкнул приятеля в бок прежде молчавший третий стражник. - Идём скорее в замок, а то ужин пропустим.
  Раздражённо и напоказ сплюнув, а тайком едва сдержав облегчённый вздох, Буллит вышел на зажатую меж скал тропинку и направился в сторону Старого лагеря. Его дружки заспешили следом, то и дело оглядываясь. Проводив убийц долгим тяжёлым взглядом тёмных глаз, Диего, убрал лук и, легко ступая по камням, спустился к воде. Наклонился над телом, пытаясь нащупать пульс. Безнадёжно. Удар тяжёлой булавы, угодивший в голову, сделал своё чёрное дело.
  Подумав немного, призрак принялся за работу. Он выволок убитого из воды и быстро обшарил его одежду, обнаружив за обрывками рубахи послание для Корристо, главы магов Огня.
  - Эге! - удовлетворённо крякнул Диего, пряча письмо в сумку. Передавшему такое послание полагалась хорошая награда.
  Он оттащил тело в сторону и принялся заваливать каменными обломками. Ему почему-то не хотелось оставлять зверям труп неизвестного каторжника, не прожившего за Барьером и часа. Из тысяч людей, брошенных сюда за два десятка лет, что существует колония, выжили лишь считанные сотни. Сотни наиболее сильных и удачливых, или самых покорных, но тоже удачливых. Остальные умерли. Их обглоданные зверьём и высушенные ветром кости во множестве украшают обочины узких неровных троп Миненталя. А сколько разных бедолаг нашли свою смерть в шахтах, всяких пещерах и древних подземельях, которыми так обильна эта земля!
  Над головой заиграл магический купол. Извилистые разряды заплясали на поверхности Барьера, отделявшего "обречённых на вечный труд и бой"* от недостижимой свободы. Отблески колдовских разрядов озарили сложенную на берегу кучку камней и понуро стоящего над ней Диего.
  - Даже имени его не знаю... - вздохнул призрак. Вытащив стрелу, он присел возле могилы и наконечником выцарапал на мягком сером камне краткую надпись: "Безымянный".
  
  Примечание:
  * Строчка из баллады Юджи-Эля.
  
  
  ДЕНЬ 59
  Охотничья стоянка на берегу реки Шныгов
  
  - А что там у вас с Буллитом произошло? - спросил Горн, наморщив смуглый лоб. - Мне Мильтен говорил что-то, но он сам толком не знал...
  - Этот подонок всё не мог успокоиться после того случая. Помнишь, месяца два назад я их с дружками едва не перестрелял возле подъёмника? Ну, когда они новенького убили ни за что ни про что...
  - Угу. Ты рассказывал.
  - Сначала Буллит подговорил одного рудокопа, тоже из брошенных сюда недавно, чтобы он ночью по-тихому перерезал мне глотку. Но я, знаешь ли, сплю чутко. А тут Торус как раз вышел стражу проверить, да и Фиск с Уистлером мимо проходили. Они хоть и набрались в тот вечер крепко, но даже и в таком состоянии ухо востро держат...
  - Призраки. Ты же сам их учил, - с одобрением хмыкнул Горн.
  - ...В общем, скрутили недоумка в четыре пары рук, в глаз дали для острастки, а наутро Торус его в шахту отослал. Пусть на нижних уровнях ума набирается.
  - Это правильно, - кивнул Горн. - А Буллит что?
  - Буллита я пристрелил несколько дней спустя. Выбора не было: или он, или я... Их бароны в очередной раз послали ловить шайку Квентина. Какому-то олуху померещилась за деревьями чья-то тень, стражники всей толпой принялись бегать по лесу, стрелять в белый свет из арбалетов, некоторые сцепились с падальщиками. А тут я случайно поблизости оказался... Словом, мы с Буллитом остались с глазу на глаз, и нам никто не мешал выяснить отношения. Потом все решили, что это дело рук бандитов Квентина. Причём стражники на другой день как один клялись, что якобы едва их не поймали, и грабителям пришлось убить Буллита, чтобы вырваться из окружения.
  - Герои! Это им не рудокопов в лагере обирать и не в шахте от ползунов за спинами темпларов прятаться. Квентин, поди, и не знал, что его ловят, - проворчал Горн. Он отложил в сторону тяжёлый боевой топор и, присев, начал рыться в висевшей на боку сумке. - Ветчины хочешь? Хорошая, Волк коптил. Он у нас мастер в таких делах.
  - Спасибо, я пообедал недавно... О, смотри, Мильтен с Лестером идут!
  Из-за остатков частокола, отгораживавшего от реки укрытую между утёсами площадку, где совещались друзья, показались ещё двое. Задумчивый Мильтен, укутанный в красную мантию Круга Огня, брёл, засунув руки в широкие рукава и уставившись под ноги, а выбритая до блеска голова Лестера постоянно поворачивалась туда-сюда на жилистой шее - послушник Братства Спящего не желал быть застигнутым врасплох и всегда держался настороженно.
  - Привет! - поднял руку Диего.
  - Ветчины хотите, парни? - с ходу спросил Горн, невнятно произнося слова набитым ртом.
  - Нет, спасибо, - улыбнулся Мильтен, а Лестер молча протянул руку за угощением.
  - Во, молодец! - одобрил Горн, щедро делясь с ним мясом. - Небось, кроме болотника дня два во рту ничего не было?
  - Как ты мог подумать! Только сегодня утром мы с братьями по вере вкушали рыбу. Правда, маленькую. Одну на пятерых, - уточнил Лестер и тут же вцепился в ветчину крепкими зубами.
  - Перебирался бы ты к нам, а то заморят тебя эти сектанты, - вздохнул Горн, с отеческой заботой глядя на жадно жующего друга. - С нашим Ли голодным не останешься...
  - Давайте о деле, парни! - напомнил Диего. - Мильтен, рассказывай первым. У тебя рот не занят.
  - Маги Огня знают о приготовлениях в Новом и Болотном лагерях. Корристо считает, что у магов Воды ничего не получится. А церемония вызова Спящего его настораживает, но предпринимать он пока ничего не собирается. Никто же в самом деле не знает, бред ли это накурившихся болотника сектантов или какая-то таинственная сила.
  - Но-но! - торопливо проглотив мясо, возмутился Лестер. - Болотник это само собой, но магия Спящего действует, и ещё как! И она в корне отлична от магии Инноса и Аданоса...
  - Только богословских диспутов нам тут не хватало! - хмыкнул Горн и протянул Лестеру кособокую глиняную бутылку с рисовым шнапсом. - Запей вот лучше, а то подавишься.
  Послушник отхлебнул из бутылки и сморщил покрытое замысловатыми татуировками лицо.
  - Ну и гадость! Уж лучше болотник...
  - Рассказывай, что там задумал Ю-Берион? - поторопил его Диего.
  - Кор Галом считает, что у нас достаточно зелья из яда ползунов, и мы можем готовиться к обряду вызова Спящего. Правда, дело это не быстрое. Ещё с неделю будем готовиться, молиться и приводить себя в подходящее состояние духа. Просвещённый Ю-Берион велел всем очистить тела и души постом и удвоенными порциями болотника, так что сейчас всё Братство пребывает в прострации. Хорошо хоть Кор Ангар со своими темпларами не дремлет, а то вздумай теперь бароны взять нас тёпленькими...
  - Сдались вы им, - усмехнулся Горн. - Это они на нашу Свободную шахту зуб давно точат, а у вас там кроме болотника и пиявок искать нечего... Ладно, докладываю. Сатурас сказал, что магической руды у них набралось достаточно, чтобы взорвать Барьер. Но так просто силу руды на свободу не выпустить. Магам нужны юниторы. Все пять.
  Диего и Мильтен переглянулись, а Лестер непонимающе завертел головой, глядя то одного, то на другого.
  - Что за юниторы такие? - спросил он.
  - Магические кристаллы, с помощью которых был создан Барьер, - пояснил Мильтен с видом умудрённого сакральным знанием человека. - Их расположили на концах пентаграммы, закрывающей собой весь Миненталь. Купол должен был захватить только её середину, но во время обряда что-то пошло не так...
  - Об этом я за последние два года уже тысячу раз слышал, - перебил его Лестер. - А где их искать, эти юниторы, маги знают?
  - Разумеется, они же сами создали Барьер.
  - Угу, - сказал Горн. - Они создали, а простым наёмникам расхлёбывать приходится.
  Трое друзей одновременно обернулись к темнокожему воину.
  - Они трёх крепких парней послали за этими камнями. Вернулся один Ярвис. Израненный весь. Раны-то ему Нефариус залечил, но он до сих пор малость не в себе.
  - И что они думают делать дальше? - спросил Диего.
  - Ну, я сначала не хотел в это ввязываться, - почесал затылок Горн. - Но вдруг, думаю, выгорит дело, и мы сможем выбраться на волю. Вот и вызывался сходить за камешками. Мне Сатурас карту дал...
  Все некоторое время помолчали. А Горн между тем переводил взгляд с одного лица на другое.
  - Я конечно понимаю, у вас свои дела... - начал он.
  - Когда выходим? - спросил Лестер.
  Мильтен тем временем уже достал связку свитков с боевыми заклинаниями и деловито начал их перекладывать, а Диего, кряхтя, отвалил в сторону камень, под которым обнаружился тайник с зельями и толстой связкой стрел.
  
  
  ДЕНЬ 63
  Окрестности Горного форта
  
  Если бы не тяжёлый топор Горна, каменное чудовище растоптало бы всех четверых или просто сбросило вниз с узкой дороги, вившейся по краю карниза. Однако Горн не оплошал. Пока голем занимался Лестером и Диего, наёмник зашёл сзади и, не щадя сил и топора, нанёс несколько быстрых ударов, метя в стыки между глыбами, из которых состояло тело чудовища.
  Взревев напоследок, голем рассыпался со страшным грохотом. Тяжело дыша, Горн проводил взглядом округлую глыбу, скатившуюся вниз по дороге, и кинулся на помощь Мильтену, пытавшемуся поднять на ноги Диего. Лестер сидел неподалёку и утирал кровь с разбитого лица.
  - Эк он нас! - прохрипел Диего, при помощи друзей поднявшись на ноги.
  - Тихо! - строго приказал ему Мильтен. - Не шевелись. У тебя, кажется, рёбра переломаны. Хорошо хоть магических зелий взяли достаточно...
  Передохнув немного и наскоро восстановив пошатнувшееся после встречи с големом здоровье, друзья вновь двинулись вверх по горной дороге. Далеко уйти не успели, так как откуда-то сверху с омерзительным визгом слетело крылатое чудовище с телом жилистой старухи, орлиными крыльями и когтями, лицом, похожим на клыкастую морду восставшего из могилы упыря. В ответ зазвенел лук Диего, засверкали огненные заклинания в руках Мильтена. Горн, задрав голову, крутился на месте. Лезвие тяжёлого боевого топора, который он сжимал в смуглых лопатообразных ладонях, было иззубрено после драки с големом, однако ещё могло нанести немалый урон любому противнику.
  Очередная тварь с исковерканными и опалёнными крыльями рухнула с обрыва.
  - Их там целая стая, - вслушавшись в долетавшие сверху звуки, сообщил Диего.
  - Прорвёмся, - уверенно заявил Горн.
  - Не забудьте, если где-нибудь попадётся завещание графа Бергмара, оно моё, - напомнил Лестер. Он вновь вытирал кровь с лица, но на сей раз не свою, а убитой гарпии.
  - Разумеется, мы же договорились, - подтвердил Мильтен и приложился к склянке с восстанавливающим магическую силу зельем. - Но помните, что основная наша цель - юнитор. Надо его найти, даже если придётся разобрать весь этот старый форт по камню.
  - Разберём, - без тени сомнения в голосе подтвердил Горн.
  - Если живыми останемся, - негромко вставил Диего.
  
  
  ДЕНЬ 65
  Новый лагерь
  
  - Вот кристалл, почтенный Сатурас. Это последний, - устало проговорил Диего, протягивая юнитор старому магу.
  - Отлично! Уже этой ночью можно приступать к обряду... Прими в награду эти зелья и немного руды. Только унеси её отсюда подальше, иначе она может потерять свои свойства во время магического взрыва, - сказал Сатурас, протягивая призраку увесистый мешок. - А как там твои друзья?
  - Горну уже лучше. Нефариус и Миксир сказали, что он скоро встанет на ноги и будет силён, как прежде. Мильтен зашёл к Ларсу и надрался в стельку. Спят теперь под столом в обнимку. Не ожидал от него такого!
  - Мальчик устал, ему надо расслабиться, - собрал Сатурас морщины на смуглом лице в скупую улыбку. - А что этот... э-э... Лестер, кажется?
  - Живой, что ему будет. Хромает только. Но всё равно пошёл в Болотный лагерь. У них в полночь назначен ритуал вызова Спящего.
  - Язычники... - вздохнул Сатурас.
  Диего неспешно вышел из вырубленной в толще горы резиденции водных магов и направился к устью огромной пещеры, надёжно укрывавшей от дождей и ветров глинобитные постройки Нового лагеря, выбеленные известью. Он собирался зайти в таверну, устроенную на островке посреди плескавшегося у самой пещеры пруда, чтобы промочить горло и снять страшное напряжение последних дней. Но не успел предводитель призраков сделать и десятка шагов, как был остановлен двумя нагловатыми парнями, одетыми в причудливые костюмы из звериных шкур, грубой синей ткани и кое-как прокованных стальных пластин, прикрывавших самые ответственные места.
  - Это кто тут у нас?! - деланно изумился один из парней. - Никак, баронская ищейка!
  - Любопытно, чего он тут вынюхивает? - поддержал его второй.
  - Надо думать, слабое место в обороне высматривает. Ты же знаешь, Гомез спит и видит, как бы наложить лапу на нашу руду.
  - А что, может, в пруду утопим ищейку?
  - И то дело... Только, боюсь, мастер Гомер обидится. Скажет, водоём засоряем, плотина от падали загнить может...
  Диего уже примерился было дать ближайшему наглецу в морду, как за спиной у него негромко прозвучал низкий спокойный голос.
  - Вы двое, почему не на посту?
  Диего обернулся и узнал говорившего. Очень немногие люди в Рудниковой долине могли незамеченными подойти к знаменитому следопыту, и Ли, предводитель наёмников нового лагеря, опальный генерал Ордена Света, бывший любимец короля Робара - был в их числе.
  - Нас только что сменили, мы отдыхать идём... - сразу же сбавив тон, проговорил один из головорезов.
  - Вот и отдыхайте, - не повышая голоса, сказал Ли.
  Обоих нахалов будто сквозняком сдуло.
  - Не обижайся на ребят, - обратился генерал к Диего, - у них нет причин доверять тем, кто служит рудным баронам.
  - Я-то не обижаюсь, - хмыкнул Диего, - но у тебя только что могло стать на двух воинов меньше... Как думаешь, у магов Воды что-нибудь получится?
  - Хотелось бы надеяться, но что-то не особенно верится, - раздумчиво покачал головой Ли.
  - В любом случае, рассчитывать надо на худшее.
  - Да уж, - с пониманием взглянув на призрака, обронил генерал. - Положение баронов достаточно устойчиво, и неудача магов никак на них не отразится. Обкуренные болотные братья всё так же будут молиться своему Спящему. Но Новый лагерь просто рассыплется. Нас всех держала вместе надежда на то, что мы получим свободу, как только руды наберётся достаточно, чтобы взорвать Барьер.
  - Если попытка магов завершится провалом, воры и часть наёмников не станут больше терпеть лишения и подчиняться твоим приказам, - взглянув в глаза Ли, сказал призрак. - Что тогда делать станешь, генерал? Хватит ли у тебя сил удержать Свободную шахту?
  - Диего, я знаю тебя как надёжного парня, однако ты служишь Гомезу...
  - Я служу самому себе... и немного своим друзьям! А с баронами у нас что-то вроде сделки - я оказываю им определённые услуги, а они обеспечивают меня и остальных призраков всем необходимым, но не вмешиваются в наши дела. Так что не бойся, докладывать Гомезу о твоих трудностях я не побегу.
  - Он и сам о них скоро узнает... - вздохнул Ли и, устало махнув рукой, побрёл к хижинам.
  
  
  ДЕНЬ 66
  Новый лагерь
  
  Мильтен, всё ещё туго соображавший после непривычных возлияний, но унявший головную боль при помощи заклинания исцеления, толкался в толпе воров и наёмников, рудокопов и крестьян. Рядом, поддерживая едва державшегося на ногах Горна, стоял хмурый Диего. Стеснившись около стен хижин, люди негромко переговаривались. Похоже, тут собралось всё население Нового лагеря, а также несколько оборванных бродяг и живописно наряженных торговцев болотником из лагеря Братства. Взгляды всех были прикованы к действу, которое разворачивалось внизу.
  Решётка, закрывавшая широкий каменный колодец, где хранилась огромная куча магической руды, накопленной Новым лагерем за долгие годы, была убрана. Вокруг колодца, на каменных подставках, расположенных на равном расстоянии друг от друга, мерцали голубоватым светом удлинённые мутноватые кристаллы - юниторы. Возле них суетились маги Воды, что-то высчитывая и вымеряя. Старый Сатурас, сложив руки на груди, стоял чуть в стороне и цепко следил за действиями своих подчинённых.
  - Наставник, всё готово, - сказал Нефариус, торопливо подходя к Сатурасу.
  Толпа притихла и замерла, подавшись назад и плотнее прижавшись к белёным стенам построек.
  - Что ж, начнём, - изрёк в ответ старый маг, придирчиво оценив проделанную работу. - И да поможет нам Аданос!
  Заняв места между подставками с юниторами, маги одновременно воздели руки ладонями кверху. Сатурас принялся читать длинное заклинание на древнем языке, который из столпившихся вокруг людей кое-как понимал разве что Мильтен. Первые неудобопроизносимые фразы дались старому магу с трудом, и голос его поначалу заметно дрожал. Но с каждым немыслимым сочетанием звуков речь Сатураса становилась более плавной, голос креп, а слова заклинания падали всё весомее. Время от времени вступали остальные маги, хором повторяя отдельные формулы. Над их судорожно воздетыми руками начал клубиться голубоватый светящийся не то дым, не то туман, время от времени озарявшийся красноватыми сполохами.
  Толпа замерла и, кажется, даже дышать перестала.
  Голос Сатураса между тем звучал на всё более низких тонах, слова странно растягивались, а силуэты магов казались вытянутыми и уродливо искажёнными в голубоватом мареве, начавшем потрескивать разрядами миниатюрных молний.
  Вдруг снизу, из огромной кучи драгоценной руды, ударил луч ослепительного света. Толпа дружно вздохнула, а маги будто не заметили вспышки и продолжали произносить тягучие слова древнего заклятья.
  Сверкнул второй луч, третий, озарив испуганные лица застывших в изумлённом ужасе и отчаянной надежде людей. И вдруг ослепительная беззвучная вспышка заполнила собой пещеру и, казалось, всё окружающее пространство, на несколько долгих мгновений полностью лишив зрения всех каторжников и магов.
  А потом раздался грохот падающих камней и вопль ужаса, вырвавшийся разом из сотен глоток.
  
  
  ДЕНЬ 66
  Болотный лагерь
  
  - Пробудись, о Спящий! - воздев руки, возгласил Ю-Берион,
  - Пробудись, о Спящий!!! - вторила ему толпа послушников и темпларов у ступеней храма, тоже одновременно воздевшая руки, а потом грянувшаяся ниц на сырые замшелые плиты площади.
  И Спящий пробудился.
  Небо над головами сектантов будто вывернулось наизнанку, и в озарённой багровыми сполохами прорехе возникла громадная орочья морда. Она обвела мутным взглядом толпу крохотных смешных человечков, задравших вверх маленькие, искажённые ужасом лица, и, сладко зевнув, клацнула устрашающего вида клыками. Над площадью раздался слитный многоголосый стон...
  Яркая вспышка на северо-восточной части усеянного мерцающими звёздами небосклона застала врасплох не только оцепеневших сектантов, но, похоже, и орочьего демона. Она смела с неба прореху вместе с орочьей мордой, на которой в последний миг мелькнуло обиженное выражение, заставила Барьер всколыхнуться и заиграть невиданно яркими многоцветными вспышками. Тем, кто ещё способен был хоть как-то осознавать окружающее, показалось, что неведомая сила яростно трясёт магический купол, норовя изорвать его в клочья.
  Ю-Берион обвёл небосвод округлившимися глазами и, повернувшись на пятке, рухнул под ноги стоявшим за его спиной высшим гуру Братства, ошарашенным происходящим не менее послушников и воинов.
  Потом наступила тьма, разом погасившая пламя факелов и синие огоньки магических светильников. С востока, со стороны близкого берега мелководного Рудного залива, раздался низкий глубокий вздох, немедленно сменившийся плеском и шелестом. Шум стремительно нарастал, но его перекрыл чей-то крик:
  - Спасайтесь! Наводнение!!!
  Толпа, до этого мига намертво скованная ужасом, вдруг ожила и с дикими криками метнулась к выходу из лагеря, за которым начинался пологий сухой подъём. Обезумившие люди сбивали друг друга с ног, а внезапно ожившая и затрясшаяся крупной дрожью земля не давала им подняться. Лишь несколько человек, сохранившие остатки самообладания, бросились к облюбованным гуру высоким ступеням храма, где ударившая волна не могла их достать...
  
  
  ДЕНЬ 67
  Старый лагерь
  
  Утро выдалось пасмурным и тревожным. Сквозь мутную пелену серых туч лишь изредка пробивались сполохи магического купола, казавшиеся сегодня необыкновенно далёкими.
  Ворота Старого лагеря были заперты, на стенах зорко бдили вооружённые арбалетами стражники в удвоенном против обыкновенного количестве. По всему Внешнему кольцу толпились люди: жилистые гибкие призраки, тощие оборванные рудокопы, не занятые на службе широкоплечие толстомордые стражники, ремесленники в закопчённых кожаных фартуках и прочие здешние обитатели. Все обсуждали события прошлой ночи и гадали, что будет дальше.
  Те же самые вопросы занимали и умы рудных баронов, собравшихся в просторном зале замка - Внутреннего кольца Старого лагеря. Яства, которыми был заставлен большой стол, оставались почти нетронутыми, так как необычайно ранний завтрак, едва начавшись, перерос в совещание. По такому случаю наложниц и слуг выгнали вон, а крепкие дубовые двери плотно заперли. Важность разговора не терпела посторонних ушей.
  - Шахта действительно обрушилась и затоплена водой по меньшей мере на две трети глубины. Только что вернулись призраки, которых я велел послать на разведку, они всё подтверждают, - веско произнёс Ворон. - К счастью, предупреждение магов оказалось очень своевременным, хотя ему мало кто поверил. Однако Ян на всякий случай приказал остановить добычу и вывести людей на поверхность. Почти все они спаслись...
  - Что мне до людей, когда руду добывать теперь негде! - яростно выкрикнул Гомез, раздражённо теребивший тонкие усы во время речи Ворона. - Лучше бы они все там подохли, а шахта осталась!
  - Точно! - хрипло согласился с ним Шрам.
  - Не скажите, - одним уголком тонких губ улыбнулся Ворон. - Будут люди - будет и руда. Жрать захотят - и завалы разберут, и воду откачают.
  - А времени на это сколько уйдёт?! - стукнул кулаком по столу Гомез. - Если король не получит руды, мы не получим жратвы и вина. Или ты думаешь, голодные и трезвые стражники будут нам так же преданы, как сытые и пьяные?
  - Свободную шахту надо брать, - заявил Шрам. - Новый лагерь давно нарывается.
  Ворон на миг устало прикрыл глаза, потом тряхнул аккуратной клиновидной бородкой и заявил:
  - Ты глупец, Шрам. И тот, кто прислушается к твоим советам, тоже станет глупцом...
  - Что?!! - взревел Шрам, хватаясь за рукоять тяжёлого меча.
  - Заткни пасть и не трогай оружие! - грозно зыркнул на него Гомез.
  Шрам заткнулся и со злостью вбросил обнажённый до половины клинок обратно в ножны.
  - Что ты хотел сказать, Ворон? - немного спокойнее спросил Гомез. - Ты не согласен с тем, что мы должны захватить Свободную шахту? Но ведь наш человек разведал тропу через горы, по которой мы можем попасть к руднику с неожиданной стороны и взять охрану врасплох. Чем тебе не нравится этот план?
  - Всем. Шахту мы, конечно, захватим. Даже, наверное, сумеем избежать крупных потерь благодаря внезапности, - ответил Ворон. - Но руду как доставлять оттуда станем? Тайной тропой? Не думаю, что головорезам Ли понадобится много времени, чтобы найти её и устроить засаду. Да и шахту они отобьют. Им даже не понадобится посылать туда всю свою банду - просто отправят пяток хороших бойцов да парочку магов. И всё! Или ты думаешь, Корристо поддержит нашу авантюру и схлестнётся с Сатурасом?
  - В твоих словах есть смысл, - покачал головой Гомез. - Но что ты предлагаешь?
  - Немедленно начать разбирать завалы и откачивать воду. Если мне не изменяет память, я как-то видел в хижине Кавалорна большое колесо и другие части водяной мельницы, которую прежде использовали для измельчения руды и раздувания мехов плавильни. Уверен, что её можно собрать и использовать. Кавалорн - парень запасливый...
  - Кто такой Кавалорн? - вдруг спросил донельзя озадаченный Арто, с самого начала совещания не раскрывавший рта.
  - Если бы ты немного интересовался охотой и прочими мужскими забавами, а не только яркими тряпками, девками и болотником, то знал бы, - отрезал Ворон. - Так вот, даже при самом плохом раскладе нам понадобится два-три месяца, чтобы восстановить добычу руды. По крайней мере, на верхних уровнях. Думаю, если особенно не роскошествовать, продовольствия на это время у нас хватит. Ещё можно послать призраков на охоту. Пусть стреляют падальщиков и кротокрысов, их много развелось в последнее время... Впрочем, Гомез, ты у нас главный, тебе и решать.
  Пока Шрам, слушая Ворона, сердито крутил носом, а Арто хлопал мутными глазами, Гомез что-то прикидывал в уме. Ворон, пытливо глядевший на него, понял, что сумел настоять на своём.
  
  
  ДЕНЬ 67
  Новый лагерь
  
  Стало ли землетрясение следствием магического взрыва или просто совпало с ним по времени, не мог сказать даже Сатурас. Однако что бы ни послужило причиной подземных толчков, бед они причинили немало. Несколько упавших с потолка пещеры каменных глыб разрушили пару хижин, убили крестьянина, кого-то из воров, двух рудокопов и многих покалечили. В числе раненых оказался и маг Риордиан, которому перебило руку балкой от рухнувшей хижины. Тем не менее, большинство обитателей Нового лагеря пережили эту страшную ночь, до рассвета успев испытать ужас близкой смерти, надежду на скорое освобождение и отчаяние от несбывшейся мечты.
  - Так что всё-таки произошло? - угрюмо спросил Ли, исподлобья глядя на Сатураса.
  - Увы, мой друг, мы ошиблись в своих расчётах! - покаянно склонил голову старый маг. - Не хватило совсем немного магической силы, чтобы сокрушить Барьер. Вместо этого он значительно разросся в размерах, захватив добрую половину острова. И ещё... я не уверен, но...
  - Договаривай, раз начал!
  - Будто какая-то сила помешала нам в самый последний миг, нарушив ход заклинания...
  - Ясно. Как и в первый раз... Как думаешь, Хоринис тоже оказался под куполом?
  - Вряд ли. Его от нас отделяет очень длинный проход, проложенный по воле богов в толще гор. Полагаю, Барьер накрыл большую часть прохода, горные хребты к северу от Миненталя, изрядный кусок моря на востоке и обширную долину на юге. Точнее покажет разведка.
  - Плохо. Мы по-прежнему остаёмся в темнице, пусть и более просторной, чем прежде.
  - Это ещё не все новости, друг мой. Только что прибежал Мордраг, которого мы посылали в Старый лагерь с письмом для Корристо. Он едва сумел вырваться из рук стражников. Они очень озлоблены и готовы схватить любого, кто не служит Гомезу.
  - Что же их так разозлило?
  - Во время землетрясения обрушилась Старая шахта, и бароны лишились источника своего влияния.
  - Белиар их побери! - воскликнул опальный генерал и, отвернувшись от старого мага, рявкнул на всю пещеру. - Орик! Корд! Торлоф! Ко мне, быстро!
  Названные наёмники бегом бросились к Ли.
  - Что случилось? - спросил Торлоф, преданно поедая предводителя глазами.
  - Старая шахта рухнула. Теперь от баронов надо ждать любых гадостей, - коротко пояснил Ли и начал раздавать указания. - Значит так. Торлоф, возьми десяток парней покрепче и немедленно отправляйся к Свободной шахте. Встряхни охрану, усиль посты и смотри в оба. Корд, ты выдвигайся к внешним воротам. Бери человек пять наёмников и из воров десяток-другой понадёжнее. Пусть луками вооружатся и стреляют во всё, что шевелится. Орик, ты держи под рукой всех остальных, кто способен носить оружие. Если потребуется, будь готов поддержать Торлофа или Корда. Пока всё. Выполняйте!
  Все трое, не задавая лишних вопросов, бросились собирать бойцов. Ли остался на месте, что-то перебирая в уме и рассеянно глядя на Сатураса.
  - А что ты сам собираешься делать? - спросил маг.
  - Хотелось бы оказаться везде одновременно. У тебя нет такого заклинания, чтобы можно было раздвоиться, а лучше расчетвериться? - усмехнулся бывший генерал.
  - Нет. Такого, наверное, даже у некромантов не водится.
  - Тогда мне придётся заняться подготовкой к переговорам. Нужно заключить с баронами сделку: мы будем поставлять им руду, они отправлять её за Барьер, а то, что взамен пришлёт король, делить пополам.
  - Но мы могли бы собрать ещё больше руды и снова попытаться... - начал Сатурас.
  - Мы так и сделаем, но не теперь. Сейчас нужно предотвратить резню и спасти лагерь от развала и междоусобицы. Думаю, со временем бароны восстановят свою шахту или положение ещё как-то изменится в лучшую сторону.
  - Не могу не согласиться с тобой. Твоими устами говорит сам Аданос, - склонил голову старый маг. - От нас потребуется какая-нибудь помощь?
  - Конечно. Скажи остальным, пусть готовят лечебные зелья, а тебя я попрошу помочь мне в проведении переговоров.
  
  
  ДЕНЬ 67
  Старый лагерь
  
  - Торус, варжий сын, открывай ворота! - задрав голову, крикнул Диего.
  Надвратную площадку тот час же украсила мощная бронированная фигура темнокожего предводителя баронских стражников. Торус широко расставил ноги, упёр руки в бока и лишь после этого соизволил взглянуть вниз.
  - Это кто это там орёт? - изобразил он удивление. - Никак, дезертир и изменник Диего? Мы тут, понимаешь, не щадя живота и запасов пива, осаду держим против всего света, а он гуляет где-то! И мальчонку с собой прихватил. Должно быть, чтоб скучно не было...
  - Заканчивай глумиться, шут баронский, - с ухмылкой ответил Диего, - не то сшибу тебя сейчас оттуда, и расспрошу подробнее об одном старом наглеце, которой за спиной у Шрама с Сэрой шашни крутит.
  Кто-то из стражников не сдержался и заржал.
  - Зачем же сшибать? Я сам спущусь, - несколько сбавил тон Торус и обернулся назад. - Эй, кто там у лебёдки? Открывайте!
  Полотнище ворот со скрипом повернулось на деревянной оси, открывая щель в половину человеческого роста. Диего, а за ним и Мильтен, легко пригнувшись, нырнули внутрь. Сколоченная из крепких брёвен воротина без промедления опустилась на место.
  Миновав проём ворот, Диего оглядел собравшуюся толпу и повернулся к Торусу, с железным лязгом спрыгнувшему с крыши примыкавшей к стене хижины.
  - Меня что, опять изменником объявили? - спросил призрак.
  - Пока нет. Я же доложил, что ты отправился выведывать планы главарей Нового лагеря, - едва заметно подмигнул в ответ Торус. - Но с докладом тебе лучше поспешить. Гомез в ярости.
  - Я что, сам должен к нему идти? - встопорщил усы Диего.
  - Нет, посольство отправь, - хмыкнул Торус, - с дарами и верительными грамотами... Кстати, Корристо тоже всё выспрашивал, куда это пропал его любимый ученик.
  - Пожалуй, я немедленно пойду к учителю, - склонил голову Мильтен и, спрятав ладони в рукава помятой и местами порванной мантии, торопливым шагом направился к воротам замка. Рудокопы, перешёптываясь, расступились перед молодым магом. Кто-то схватил за шкирку малолетнего дурачка Мада - посмешище и предмет издевательств для всего Старого лагеря - и грубо отшвырнул его в сторону под глумливый хохот толпы.
  Диего и Торус двинулись следом за молодым магом.
  
  
  ДЕНЬ 67
  Болотный лагерь
  
  Чтобы Кор Ангар произносил так много слов за один день, не помнил никто из старожилов лагеря Братства. Отдавая краткие чёткие распоряжения темпларам, послушникам, а порой и гуру, он быстро навёл порядок и пресёк начавшуюся было панику, заставил оказать помощь раненым и похоронить погибших.
  Придя в себя, поклонники Спящего сосчитали ущерб. Хижины из древесной коры, смытые гигантской волной, легко было отстроить заново. Тем более что в большинстве из них и имущества никакого не было, за исключением набитых высушенными водорослями постелей и грубо вырезанных из дерева статуэток совы, олицетворявших Спящего. А вот потери в людях оказались весьма ощутимыми. Захлебнувшимися и убитыми рухнувшими деревьями насчитали одиннадцать человек - восемь послушников, двух темпларов и Идола Люкора, до каторги, по слухам, бывшего одним из главарей последнего Варрантского восстания. Ещё несколько человек оказались ранены, а двух послушников и Идола Нетбека так и вовсе не нашли - должно быть, их тела унесло в море.
  - Ю-Берион так и не пришёл в себя? - спросил Кор Ангар спустившегося из храма Идола Намиба.
  - Пока нет, но дышать Просвещённый стал ровнее, - ответил гуру. - Кор Галом и Идол Кадар не отходят от его ложа. Галом считает, что враждебное воздействие было прервано той странной вспышкой и землетрясением, иначе Ю-Берион уже был бы мёртв.
  - Доигрались со своим Спящим, - буркнул Кор Ангар.
  Идол Намиб быстро оглянулся по сторонам, убеждаясь, что крамольных речей начальника темпларов никто больше не слышал.
  - Ты опять за своё?! - прошипел гуру в иссечённое старыми рубцами лицо Кор Ангара. - Сколько раз тебе говорили, чтобы ты держал своё неверие при себе! Вера в Спящего - единственное, что поддерживает в этих несчастных силу духа и надежду на будущее...
  - А также желание кормить и обслуживать вас, питаясь одними обещаниями и дымом болотника, - без всякого почтения закончил воин.
  - Договоришься ты когда-нибудь!
  - Послушай, Намиб, - вздохнул Кор Ангар. - Я взялся создать для вас отряд надёжных воинов и обещал не вмешиваться в ваши делишки. Взамен хотел только, чтобы мне позволили жить так, как сочту нужным, думать так, как привык. Я и от баронов ушёл из-за того, что от меня требовали почтения к этой шайке мелких грабителей, каковыми все они и являются. Кажется, все свои обещания я сдержал. Вы располагаете отрядом бойцов, способными заставить считаться с собой и стражников, и наёмников. Я месяцами не произносил ни слова, чтобы неосторожно не поколебать веру в вашего идола, которую вы вдалбливаете послушникам и моим ребятам. Даже когда в Минентале появился Ли и увёл самых приличных людей в Новый лагерь, я не ушёл к нему, а остался с вами. Чего же ты ещё хочешь?
  - Только немного уважения к нашей вере, - гораздо более покладисто отвечал Намиб, удивлённый столь длинной речью, никогда прежде не слышанной из уст Кор Ангара.
  - Я верю в Светлого Инноса, Благостного Аданоса и, демон побери, в Белиара, каждому воздающего по заслугам! А в ваше порождение навеянного болотником бреда я не верю и верить не стану. К чему приводит такая "вера", ты сам удостоверился прошлой ночью.
  - Ладно, не горячись. Не знаю, что это за волосатая образина возникла над площадью во время ритуала, но причиной землетрясения точно стала не она.
  - Это как-то связано со вспышкой?
  - Скорее всего, именно так. И нам известно её происхождение. Вчера из Нового лагеря вернулся послушник Лестер. Он сказал, что Круг Воды как раз собирался взорвать свою магическую руду, чтобы разрушить Барьер. Конечно же у этих невежд ничего не вышло, но взрыв нарушил ход нашего обряда...
  - ...И спас Ю-Бериона, - усмехнулся Кор Ангар. - Он должен благодарить Аданоса за это.
  Идол Намиб при упоминании имени бога Воды, Жизни и Равновесия поморщился, будто ему подали на завтрак протухшую рыбу, но спорить с упрямым Кор Ангаром не стал.
  - Что и как там получилось, мы пока не поняли. Но в том, что Барьер стоит как стоял, только отступил на несколько миль в море, ты можешь убедиться своими глазами. У магов Воды ничего не вышло, - сказал гуру.
  - Это потому, что вы помешали им своим дурацким обрядом, - с едкой иронией заявил Кор Ангар.
  - Что ты собираешься делать дальше? - не стал вновь обострять спор Идол Намиб.
  - То же, что и раньше. Первым делом попытаюсь навести порядок в этом бардаке... Эй, бездельники, что вы там делаете?! - закричал Кор Ангар и, забыв об Идоле Намибе, скорым шагом направился к кучке послушников, тащивших какой-то объёмистый сверток в сторону болота.
  
  
  ДЕНЬ 67
  Старый лагерь
  
  - Но почему, учитель?! - с изумлением и обидой в голосе воскликнул Мильтен. Выражение лица у него при этом сделалось как у несправедливо наказанного ребёнка.
  - Ты сам разве ещё не понял? - с лёгкой укоризной в голосе спросил Корристо.
  - Нет! Мы же могли навсегда покинуть эту злосчастную каторгу, вырваться на свободу... - вновь начал горячиться Мильтен.
  - Хорошо, я объясню тебе, почему принял решение отказать магам Воды в помощи, без которой их затея с магическим взрывом была обречена с самого начала, - со вздохом начал старый маг Огня. - Но прежде придётся тебе кое-что напомнить. Скажи мне, мальчик, что на тебе сейчас надето?
  Мильтен, забывшись, быстро оглядел свою пропылённую мантию и попытался прикрыть рукавом самую большую прореху, полученную во время похода за юниторами.
  - Мантия Круга Огня... - удивлённо подняв глаза на учителя, с растерянностью ответил он.
  - Вот именно! - значительно проговорил Корристо. - А для чего ты её надел? Чтоб перед приятелями покрасоваться, а?
  - Нет, учитель! Вступив в Круг Огня, я вручил свою жизнь Инносу, поклявшись до последнего вздоха служить делу Света, Порядка и Закона... Но при чем здесь это?
  - Всё-таки, тебе ещё очень многому предстоит научиться, - покачал головой старый маг. - Скажи мне, служитель Порядка, что сейчас представляет наибольшую угрозу нашему делу?
  - Нашествие орков...
  - Вот именно! - при этих словах Корристо гордо вскинул густо покрытую седой шевелюрой голову. Голос его возвысился и приобрёл торжественное звучание. - Нечестивые орки, исчадия Тьмы, грозят разрушить Порядок и растоптать Закон, установленные королевской властью хотя бы на небольшой части мира. И наша с тобой задача всеми силами помогать Его Величеству Робару II и отважным паладинам в их нелёгкой борьбе. Главное сейчас - как можно скорее возобновить поставки магической руды, а для этого и мы, и каторжники должны оставаться здесь, под Барьером. Ты понял меня, Мильтен?
  - Да, учитель, - опустив взгляд, тихо проговорил молодой маг. - Но, выходит, мы никогда не выберемся на свободу?
  - На всё милость Инноса, мой мальчик, на всё милость Инноса... - уже мягче ответил Корристо и жестом отпустил ученика.
  Опечаленный Мильтен вышел во двор замка и едва не столкнулся с Диего, неуверенно топтавшимся неподалёку от жилища магов. Стоявший неподалёку Торрез, как всегда безукоризненно причёсанный, в сверкающей чистотой новенькой мантии, представлял разительный контраст с усталым и помятым призраком, одежда которого была в пятнах всевозможных оттенков и не слишком ровно нашитых кожаных заплатах. Торрез старательно не обращал внимания на Диего, а тот явно пребывал в затруднении, всем своим видом выражая несвойственную ему нерешительность.
  - Что ты здесь делаешь? - удивился Мильтен, который был осведомлён о натянутых отношениях предводителя призраков и Корристо и постоянно переживал из-за этого.
  - Пытаюсь сделать выбор, - невесело усмехнулся в ответ Диего. - Не знаю, что лучше: сдохнуть сегодня от огненного шара твоего наставника или завтра, но от баронских мечей.
  Мильтен, схватив Диего за рукав, увлёк его в сторону и, озабоченно заглядывая в глаза, спросил:
  - Что случилось? С чего это ты вдруг умирать собрался?
  - Гомез, чтоб ему пусто было, приказал мне выяснить, как далеко теперь простирается Барьер и чего от него можно ожидать. Разведку мы с парнями, конечно, проведём в лучшем виде. Это наш кусок хлеба. Но с Барьером разбираться должен опытный маг. Гомез велел мне пойти к Корристо, чтобы он послал с нами кого-то из вас. Но ты же знаешь, что старик обещал сделать со мной за мою помощь Ксардасу и покушение, в котором я вообще не замешан...
  - Да, Ксардаса ты лихо увёл, - сверкнув глазами, прошептал Мильтен. - Говорят, он едва стоял на ногах после обряда... Нет, он, конечно, предатель дела Порядка...
  - Да что ты понимаешь! - оглянувшись на громко галдящую кучку стражников в середине двора, громким шёпотом ответил Диего. - Ксардас стал изучать всю эту тёмную жуть, чтобы научиться бить врага его же оружием. И не вам с Корристо его судить.
  - Я не согласен с тобой, но спорить не стану. Будь на твоём месте кто другой... - сощурил глаза молодой маг. - Но тебя я слишком уважаю, а потому лучше промолчу.
  - Хм-м... А с поручением Гомеза что делать будем?
  - Тебе самому к Корристо лучше не соваться. Он тогда поклялся испепелить тебя дотла, потом смести пепел в кучку и испепелить ещё раз. Конечно, больше года прошло, да и за то послание из-за Барьера он благодарен. Особенно ему понравилось, что ты даже обычную награду за доставку не потребовал...
  - Так ты что, сказал ему, что это я принёс письмо? - нахмурился Диего.
  - Конечно. Это ведь правда, - пожал плечами Мильтен. - Однако боюсь, что одной услуги маловато. Старик обычно выполняет свои обещания. Поэтому лучше тебе подождать снаружи, пока я переговорю с ним о помощи.
  - Спасибо, малыш, - виновато улыбнулся Диего. - Ты снова меня выручаешь.
  - Иннос учит, что на добро надо отвечать добром. К тому же, я это не совсем бескорыстно делаю.
  - О! Это совсем другой разговор. Не зря я тебя учил в любом деле не забывать о своей выгоде, - сразу же оживился призрак. - Чего ты хочешь взамен?
  - Когда пойдёшь на разведку, возьмёшь с собой меня. Конечно, исследовать Барьер должен кто-то более опытный, но и я постараюсь быть полезным.
  - И только-то? Буду рад, если ты составишь мне компанию, - обрадовался Диего.
  Мильтен задорно подмигнул ему и скорым шагом направился обратно в резиденцию своего учителя Корристо.
  
  
  ДЕНЬ 67
  Новый лагерь
  
  Когда все письма были написаны, гонцы разосланы, а поставленный под копьё Новый Лагерь стал похож на ощетинившуюся колючками болотную крысу, Ли позволил себе немного расслабиться. Войдя в свою пещеру, он порылся в сундуке, однако еды, кроме засохшего куска сыра, не обнаружил. За всеми этими хлопотами он совсем забыл послать кого-нибудь в таверну на озере или попросить парней зажарить окорок падальщика на углях.
  - Дожил, - вздохнул предводитель Нового лагеря. - Рудные бароны наверняка голодными не сидят...
  Тут он очень кстати вспомнил, что Сатурас ещё днём приглашал его отобедать вместе. Конечно, обед давно прошёл, на вечернем небе показались первые звёзды, но лучше принять приглашение старого мага поздно, чем никогда. Не обижать же старика, в самом деле...
  - И я, рассудив мудро, сделал это, - с усмешкой пробормотал Ли, выходя из пещеры.
  Сатураса он застал на его неизменном месте - в центре исчерченного магическими знаками зала, высеченного в незапамятные времена в толще скалы. Маг по своему обыкновению стоял у книжной подставки и, хмуря смуглый высокий лоб, всматривался в строчки. Услышав деликатное покашливание Ли, он поднял голову и первым делом спросил:
  - Что-то случилось, сын мой?
  - Пока всё тихо, уважаемый Сатурас, - отвечал опальный генерал, - Нападений не было, посланцы от рудных баронов пока не возвращались.
  - Вряд ли они возвратятся ранее завтрашнего дня, - покачал головой Сатурас. - А что же привело тебя ко мне?
  - Как что? Ты же сам предлагал перекусить за компанию...
  - Ох, а я позабыл совсем! - всплеснул старый маг. - Сейчас скажу Кроносу, чтобы собрал для нас что-нибудь...
  Сатурас вышел за дверь, но вскоре вернулся.
  - Кронос сейчас всё приготовит. Они сегодня целый день провели в лаборатории, варили зелья и переписывали свитки с боевыми заклинаниями. Даже Риордиан пытался помогать, но я его спать отправил - сломанная рука должна срастись как следует...
  - Ничего, заживёт. Главное, голова цела, в отличие от погибших, - как бы невзначай вставил Ли.
  - Увы, гибель нескольких сынов Нового лагеря - тяжкий удар для нас. Да примет их души Аданос!
  - Вам так и не удалось выяснить, почему всё вышло столь неудачно? - в лоб задал вопрос Ли.
  Сатурас опустил глаза.
  - Это моя вина, - проговорил он. - Наверное, не нужно было верить этому перебежчику.
  - Ты о ком это?
  - О Ксардасе.
  - Не знал, что вы с ним имеете общие дела! - удивился Ли.
  - Мы не имеем с ним никаких дел. Просто, некоторое время назад некромант прислал ко мне демона с письмом. В нём он писал о том, что над нами нависла ужасная угроза... Ну, ты же знаешь, как он обычно изъясняется? - Сатурас, наконец, поднял глаза на предводителя наёмников. - Так вот, на сей раз аргументы он привёл более чем убедительные. Вроде бы по его сведениям выходит, что новый избранник богов, который должен был прийти, умер, так и не выполнив своего предназначения. А между тем, Братство Спящего всё больше расшатывает равновесие, пробуждая какую-то могучую и совершенно чуждую нам силу. Ещё он написал о найденном им способе управления магической энергией... Впрочем, это так просто не объяснишь, - покачал головой Сатурас. - Тут речь идёт об управлении внутренними возможностями и использовании усиливающих заклинаний...
  В помещение вошёл Кронос с подносом в руках и растерянно огляделся, соображая, куда бы его поставить. Сатурас снял книгу с подставки, повернул верхнюю часть горизонтально и указал Кроносу на этот импровизированный столик. Тот поставил поднос и удалился.
  - Послушников что ли принять пару-тройку... - глядя вслед своему соратнику, задумчиво проговорил Сатурса. - Так, о чём это я? Ах да! Иными словами, благодаря способу Ксардаса мы получили возможность управиться своими силами с таким потоком магической энергии, для обуздания которой обычно требуется не меньше дюжины опытных магов.
  - А почему Ксардас не помог вам во время обряда? - спросил внимательно слушавший его Ли.
  - Откуда мне знать? Его демон не стал дожидаться ответного письма - просто бросил свиток и исчез... Ты угощайся, угощайся, - видя, что гость так и не прикоснулся к еде, всполошился маг.
  - Благодарю, - ответил Ли, беря миску варёного риса, сдобренного мелко нарубленным серафисом. - И вы, выходит, решились провести обряд, используя подсказанный Ксардасом способ? А не надёжнее ли было позвать на помощь магов Огня?
  - Думаешь, мы их не звали? В последние месяцы наши гонцы едва ли не каждый день сновали между лагерями. Однако Корристо постоянно тянул, просил подождать. Кажется, у него были какие-то свои планы, о которых он решил не ставить нас в известность, - вздохнул Сатурас, отщипывая небольшой кусочек сыра. - Не знаю уж, что у них там происходит, но маги Огня в последнее время ведут себя довольно странно и непоследовательно. У меня такое чувство, что они попали в слишком сильную зависимость от рудных баронов. А служить одновременно и Инносу, и Гомезу более чем затруднительно... Ну, ничего. Пусть и не скоро, но мы всё же соберём ещё одну кучу руды и повторим этот ритуал.
  - А эти магические камни? Вы же их уже использовали...
  - Юниторы? Они всего лишь разрядились. Придёт время, и мы легко зарядим их заново. Это не так уж трудно... Меня больше волнует та странная сила, которая помешала проведению ритуала. Видно, в подсказанном некромантом способе таился какой-то подвох, который мне не удалось распознать...
  - А не могло это случиться из-за проделок болотников? - предположил Ли.
  - Что? Каких проделок? - вскинулся маг.
  - Сектанты проводили свой обряд одновременно с вашим. Ещё засветло в лагерь пришли Редфорд и Дракс. Они сообщили, что у болотников прошлой ночью что-то сорвалось с вызовом этого их Спящего. А когда тряхнуло, с моря пришла большая волна и смыла половину Болотного лагеря.
  - В самом деле? Как же я мог забыть! Ведь среди храбрецов, которые добыли для нас юниторы, находился один из сектантов. Он очень торопился на этот обряд...
  Взволнованная речь старого мага оказалась прерванной весьма неожиданным образом. Посреди помещения внезапно что-то вспыхнуло, набух и сразу же лопнул клуб зловонного дыма, из которого возникла клыкастая, покрытая чешуёй тварь с перепончатыми крыльями. Ли отшатнулся назад, и в руках у него оказался тяжёлый двуручный меч, который он всегда носил за спиной, а ночью клал рядом с собой. Загремел упавший на пол поднос с едой.
  - Вот грязная тварь! - рыкнул предводитель наёмников.
  - Спокойствие! - вскинул ладони Сатурас. - Спрячь свой меч. Это всего лишь посланец Ксардаса.
  - Ничего себе "всего лишь"! - проворчал Ли, но клинок всё же убрал.
  Демон, видя, что убивать или изгонять в иной мир его пока не собираются, разжал когтистую лапу и уронил перевязанной чёрным шнурком свиток. После чего взвился под потолок и пропал.
  Сатурас с кряхтением поднял письмо, а Ли, взглянув на разбросанные по каменным плитам остатки ужина и разбитый винный кувшин, послал вслед нечистой твари забористое проклятие.
  - Не огорчайся, сын мой, - усмехнувшись, сказал маг. - Я велю подать нам ещё что-нибудь.
  - Ладно, уже не к чему. Лучше прочти, что там пишет этот хмырь.
  Сатурас разорвал шнурок, развернул свиток, начал читать. Брови его поползли вверх, а лицо побурело от гнева.
  - Да что он о себе возомнил?! - сердито выкрикнул маг.
  - Что там? - с любопытством спросил Ли.
  - На! Сам прочти! - сунул Сатурас свиток опальному генералу.
  Тот взял послание и начал читать. Значилось там следующее:
  
  "Сатурасу, главе круга Воды в Минентале.
  Дорогой друг, я очень рад, что ты воспользовался моими советами относительно времени и способа проведения обряда по высвобождению магической энергии из той кучи руды, что вы скопили за эти годы.
  Наверное, ты очень сердит на меня, однако уверяю, что так было надо. Я принял решение сообщить лишь часть того, что мне стало известно, заботясь исключительно о судьбах нашего несчастного мира и всех его обитателей. Дело в том, что Спящий, которому поклоняются сектанты на болоте и значительная часть орков, представляет собой совсем не то, чем они его считают. Он несёт всему живому огромную опасность, так как является чрезвычайно сильным чудовищем из иных миров, о которых нам вообще мало что известно. Он опасен даже пока спит, а пробудившись сможет сотворить такое, что летописей о его злодеяниях писать будет попросту некому.
  Зная всё это, я несколько злоупотребил твоим доверием, постаравшись добиться одновременного проведения и вашего обряда, и ритуала сектантов. Спящий получил магический удар такой силы, что ему вновь придётся надолго залечь в спячку. Надеюсь, за это время боги вновь изберут кого-то из смертных, дабы его руками свершить свою волю и очистить мир от скверны, таящейся в недрах Миненталя.
  Засим откланиваюсь и остаюсь твоим преданным другом.
  Ксардас."
  
  - Спаситель мира выискался! - продолжал бушевать старый маг. - Заперся в своей башне и строит козни, считая, что только ему дано решать, где добро, а где зло!
  - Стоит ли так горячиться? - пожав плечами, проговорил Ли. - Разве Аданос не призывает своих служителей сохранять в душе спокойствие и равновесие?
  - Хм-м... - осёкся Сатурас. - С этим не поспоришь. Но тогда нам надо подумать...
  - Завтра подумаем. Я уже просто с ног валюсь, да и вам не помешает отдохнуть. Доброй ночи, почтенный Сатурас. Спасибо за ужин.
  
  
  ДЕНЬ 71
  Болотный лагерь
  
  Ю-Берион пришёл в себя ночью. Хани, сидя прикорнувшая возле его ложа, услышала негромкий стон и поспешила в соседние покои, где спал Кор Галом и молился Идол Кадар. Едва выслушав служанку, Кадар растолкал Галома, и оба они устремились к главе Братства Спящего.
  С трудом разлепив неподатливые веки, Просвещённый увидел склонённые над ним лица. В свете магических светильников кожа на физиономиях иерархов Братства казалась синеватой, а смуглое лицо Хани отливало фиолетовым. Зрелище не внушало особого желания оставаться в этом мире. Однако, приложив некоторое усилие, Ю-Берион всё же осознал, кого видит перед собой, и с мольбой выдохнул:
  - Пи-и-ить...
  Кор Галом и Идол Кадар одновременно дёрнулись в порыве усердия, столкнувшись лбами, а Хани бесшумно убежала и сразу же вернулась с наполненным водой кубком в руках и взволнованной Натали, семенившей позади. С трудом, не без заботливой помощи двоих соратников, приподнявшись, пророк Спящего жадно приник к сосуду и принялся пить, судорожно дёргая кадыком на жилистой шее. Опустошив кубок, вновь откинулся на изголовье.
  - Как вы себя чувствуете, Просвещённый? - осмелился выговорить Кор Галом.
  Ю-Берион подумал некоторое время, видимо проверяя свои ощущения, а потом ответил с оттенком удивления в голосе:
  - Я жив.
  - Хвала Спящему! - провозгласил Идол Кадар.
  - Вы что-то видели в своих снах? - наклонившись к самому лицу пророка, спросил Кор Галом. - Спящий открыл вам свою волю?
  - Спящий?! - вдруг заскрежетал зубами Ю-Берион, резко приподнимаясь на ложе. - Да пропади он пропадом, этот ваш Спящий! Проклятый орочий демон!
  Все четверо в ужасе отшатнулись.
  - Что вы такое говорите? - пролепетал побледневший Идол Кадар.
  - То, что слышали! - рявкнул Просвещённый. - В своём видении я прозрел сущность Спящего и говорю вам: он не бог, а мерзкий демон с орочьей мордой!
  - А как же... - попытался что-то возразить Идол Кадар, но не сумел подобрать слов.
  - Не волнуйся так, Кадар, - успокаивающим голосом начал Кор Галом. - Просто Просвещённый ещё не пришёл в себя окончательно. Это остатки бреда. Вот сейчас мы покурим болотничка...
  - К гоблинам твой болотник! - свирепо сверкнул глазами Ю-Берион, спуская ноги с ложа на пол. - Лучше мяса мне принесите. Добрый ломоть кротокрысятины. Жареной, с жирком и хрустящей корочкой...
  Украшенное вытатуированными узорами лицо главы Болотного братства приобрело мечтательное выражение. Тёмные живые глазки плотоядно заблестели.
  - Но Просвещённый! - возмутился Идол Кадар. - Вы же сами запретили нам прикасаться к мясу, дозволив принимать только зелень, рыбу, хмельные напитки и дым болотника!
  - Да мало ли что я говорил, - вставая на непослушные ещё ноги, небрежно отмахнулся Ю-Берион. - Проклятый демон затуманил мой разум. А теперь я избавился от его чар и хочу жрать, шныг вас всех дери!
  Выкрикнув это страшное богохульство, Просвещённый направился к выходу из покоев. Натали и Хани поспешили подхватить его с двух сторон, когда ослабевшие колени Ю-Бериона подломились, и он едва не растянулся на холодных каменных плитах. Тем не менее, вернув себе равновесие, Просвещённый сделал ещё шаг, прежде чем путь ему заступил Кор Галом.
  - Никуда ты не пойдёшь, пока окончательно не очухаешься! - прошипел алхимик, больше не заботясь о соблюдении церемониала общения с пророком. Узкое крючконосое лицо исказила ярость. - Ты что же, хочешь посеять смятение в умах послушников? Решил разрушить всё, что мы вместе создавали столько лет?! Желаешь, чтобы мы снова гнили в шахтах, добывая руду для Гомеза?!!
  Ю-Берион остановился, уставившись на Кор Галома. На лице его явственно отразилась внутренняя борьба и усиленная работа мысли.
  - Тут ты, пожалуй, прав... Однако я даже и не знаю, что нам делать, - остановился Просвещённый. - Мы смогли создать свой лагерь, привлечь сторонников, завоевать признание со стороны баронов и наёмников благодаря вере в Спящего. Он являлся мне в пророческих снах и сообщал свою волю. Но теперь я знаю, что он вовсе не то, чем казался. Понимаешь, Галом? Спящий не поможет нам получить свободу. Хуже того, если мы и дальше будем отдавать ему свою силу, он погубит нас и ещё множество людей! Во время обряда пробуждения мой дух глубоко проник в его сущность, Галом! Там Тьма и ничего кроме Тьмы! Я едва вырвался из её липких объятий!
  Ю-Берион оттолкнул заботливые руки наложниц, выпрямился и вперил взгляд в глаза Кор Галома.
  - Я верил тебе все эти годы, Берион, - с сомнением выговорил тот. - Готов поверить и сейчас... Но вера в Спящего это то, что держало нас всех вместе, давало нам силу, власть и надежду на будущее. Если всё действительно так, как ты говоришь, то что мы будем делать дальше?
  - Не знаю, Галом. Пока не знаю... - обычная ясность мысли стремительно возвращалась к Ю-Бериону, но плечи его обессилено опустились. - Если сейчас сообщить об истинной природе Спящего гуру и послушникам, лагерь и в самом деле распадётся. Одни погибнут, а другие вновь попадут в гомезово рабство. Наверное, нам пока стоит скрыть моё прозрение... В конце концов, если бы Спящего не было, его стоило бы выдумать. Возможно, что-то подобное мы и сделаем... со временем.
  - Что ты имеешь в виду? - со смесью подозрительности и надежды в голосе спросил Галом.
  Идол Кадар, поражённо молчавший во время этого диалога, вдруг вернул себе дар речи.
  - Отступники! - выкрикнул он, обличающе направив сжатый кулак в сторону Ю-Бериона и Кор Галома. - Лжецы! Предатели веры! Да как у вас языки не отнялись после таких слов?! Гнев Спящего падёт на ваши головы! Я всем расскажу о вашей измене, всем...
  Крича на всё гулкое просторное помещение и потрясая воздетыми руками, Идол Кадар пятился к выходу. Кор Галом и Ю-Берион переглянулись.
  - Держи его! - скомандовал Просвещённый, и Кор Галом привычно задействовал усыпляющее заклинание.
  Идол Кадар умолк и начал оседать на пол. Но не успели его колени коснуться древних каменных плит, как гуру встряхнулся, разрывая паутину неестественной сонливости, и распрямился.
  - Это ещё что? - удивился Кор Галом.
  - А, отступники! - вновь заголосил Идол Кадар. - Спящий лишил вас своего покровительства! Вы больше не можете применять его магию! Нет теперь вашей власти над Братством! Я всем расскажу...
  Идол Кадар рванулся к выходу, но Кор Галом оказался быстрее. Он прыгнул вперёд, перехватил правдолюбца поперёк туловища и с силой швырнул в сторону ближайшей стены. Идол Кадар врезался головой в камень и сполз на пол.
  Испуганно вскрикнула Натали, Хани вцепилась в плечо Ю-Бериона. С громким звоном опрокинулся магический светильник, рассыпая во все стороны голубые искры.
  Кор Галом сделал шаг к распростёртому на плитах Идолу Кадару и склонился над ним.
  - Живой? - спросил Просвещённый.
  - Только лоб разбил, - хмыкнул Галом, перевернув тело. Мятежный гуру подтвердил его слова глухим стоном. - Что теперь делать будем с этим упрямцем? Может?..
  В ответ на недвусмысленный жест Кор Галома, не суливший Идолу Кадару долгих лет жизни, Ю-Берион отрицательно покачал головой:
  - Нет. Это вызовет лишние кривотолки и волнение в Братстве. Нам сейчас и без того забот хватает... Да и пригодиться он ещё может.
  - А куда его тогда?
  - Есть тут у меня одно местечко. Бери его. Девочки, помогите!
  Следуя указаниям Просвещённого, они совместными усилиями дотащили слабо трепыхавшегося Идола Кадара до стены в дальних покоях. Ю-Берион жестом приказал подождать, нащупал в кладке одному ему известный камень и хитрым образом нажал на его край. Часть стены бесшумно отъехала в сторону, открыв узкий проём, в полумраке которого виднелись уходившие вниз ступени каменной лестницы.
  При виде этого зрелища наложницы отшатнулись, а очнувшийся Идол Кадар попытался освободиться. Однако опытный, немало поразбойничавший до каторги Кор Галом не дал ему воспользоваться открывшейся возможностью сбежать. Получив крепкий удар кулаком, мятежный гуру покатился вниз по ступеням и, достигнув пола подземелья, болезненно вскрикнул.
  - Надо его запереть, там справа от прохода темница есть подходящая, - деловито сказал Ю-Берион.
  Быстро управившись с водворением Кадара в застенок, сообщники вновь заперли вход в подземелье, тут же совершенно слившийся со стеной.
  - Даже и не подозревал, что здесь есть такие тайники, - сказал Кор Галом, с удовлетворением созерцая ровную, вновь казавшуюся монолитной кладку.
  - Тут много чего есть. Древние зодчие постарались на славу, - хмыкнул Просвещённый. - Главное, там его никто не найдёт. Пусть посидит. Другим скажем, что Идол Кадар по моему совету уединился для молитвы, дабы очистить разум от сомнений. Братья ещё некоторое время побудут в неведении относительно Спящего, а мы пока подумаем, как нам выпутываться из этого опасного положения.
  - А?.. - повёл Кор Галом взглядом в сторону наложниц.
  - Насчёт девочек не беспокойся, - усмехнулся Ю-Берион. - Из них никто слова лишнего не вытянет. Им ещё и не такие тайны известны.
  - Будем надеяться, - пробормотал не до конца убеждённый Кор Галом.
  - Верь мне, Галом! - заметив его сомнения, ободряюще сказал глава Братства. - Разве я тебя подводил когда-нибудь?
  - Если не считать всей этой истории со Спящим, то никогда, - признал Кор Галом.
  - Ничего, выкарабкаемся! Кстати, который сейчас час?
  - Светает уже, надо думать.
  - Отлично. Самое время приступить к делам... А пожрать-то мне принесут наконец?
  
  
  ДЕНЬ 71
  Окрестности Обменной площади
  
  Утром того же дня, когда Братство Спящего заново обрело своего возлюбленного вероучителя, со стороны Старого лагеря двигался небольшой отряд. Впереди с луками наготове трусили Слай и Кавалорн, старательно обшаривая ближайшие заросли и озирая тропу впереди. За ними с важным видом вышагивал Торрез. Ни роса, ни дорожная пыль не были способны нарушить безукоризненной чистоты его длинной мантии, а крупные тёмные глаза чуть утомлённо глядели на мир из-под полуопущенных век. Позади Торреза, отстав от него на несколько шагов, бок о бок шли Диего с Мильтеном и негромко переговаривались. Замыкали процессию ещё два вооружённых луками и мечами призрака - Уистлер и Фингерс.
  Отряд переправился по деревянному мосту через реку Шныгов, миновал прибрежное редколесье и начал подниматься по тропе, карабкавшейся между скалистой стеной по левую руку и крутым обрывом высокого речного берега справа. Кавалорн и Слай немного расслабились - нападения на этом участке ждать не приходилось. Разве что враг прилетит по воздуху.
  - Как думаешь, Барьер накрыл часть Долины Хориниса? - спросил Мильтен у Диего.
  Тот, прищурившись, поглядел вдаль, по-над вершинами гор, прикидывая расстояние до новых границ магического купола, и ответил:
  - Вряд ли. Если только Верхние пастбища слегка захватил. Они у самого Прохода начинаются...
  Идущий впереди Торрез обернулся, и Диего умолк. Потом, поотстав ещё немного, прошептал:
  - Дёрнул же Белиар Корристо послать с нами этого надутого падальщика в блестящих пёрышках!
  - Деяниями высших магов Круга Огня руководит святая воля Инноса, а вовсе не происки нечистого Белиара, - с назидательностью, весьма комичной для его юного возраста, изрёк Мильтен. И уже нормальным тоном добавил, - Да и какая разница? Думаешь, другие маги к тебе лучше относятся? Ну, кроме меня, конечно...
  - Верно, малыш, разницы никакой. Но этот тип бесит меня своим высокомерием...
  Тропа тем временем расширилась, слева открылась каменистая площадка с большим деревом посередине, а с другой стороны взгромоздились камни утёса. Призраки снова напряглись - это место было одним из тех, где любили устраивать засады грабители из шайки Квентина, а иной раз и обнаглевшие воры из Нового лагеря. Однако на сей раз на путников никто не напал, и вскоре они, миновав заваленные глыбами штольни заброшенной шахты, достигли заставы перед Обменной площадью.
  Ржавая решётка, закрывавшая перегородившие узкий проход ворота, была опущена. На забранной толстыми досками боевой площадке над воротами виднелись плечи и головы не двух, как обычно, а четырёх стражников.
  - Кто идёт? - послышался окрик одного из них.
  - За Гомеза! - рявкнул Диего, воздев сжатый кулак.
  - За Гомеза! - нестройным хором ответили стражники.
  - Открывайте! У нас важное задание, - сказал Мильтен.
  - Как же, как же! Знаем - разведка. Нас предупреждали, - удовлетворённо ответили сверху заговорщическим тоном, раздался скрип плохо смазанной лебёдки, и решётка медленно поползла вверх.
  Диего и его люди один за другим прошли в открывшийся проём и направились по тропе к небольшому озеру, на берегу которого и была устроена вымощенная деревом Обменная площадь.
  Торрез в окружении бдительных призраков неторопливо двинулся по тропе вокруг озера. Тропа огибала водоём справа и ныряла под шаткого вида конструкции подъёмника, служившего для обмена магической руды на товары из внешнего мера.
  Диего тем временем свернул в левую сторону и задержался ненадолго возле продолговатой кучки камней, между которыми уже начали пробиваться тонкие зелёные былинки.
  - Чья это могила? - спросил Мильтен, вглядываясь в неровно нацарапанную на самом крупном из камней надпись.
  - Не знаю, - отвечал Диего. - Когда я подоспел, он был уже мёртв. Собака Буллит... Впрочем, с ним я посчитался. Идём, малыш, мы порядком отстали.
  И они торопливо двинулись туда, где вытоптанная многочисленными ногами каторжников тропа резко сменялась поросшей мхом и редкой травой каменистой поверхностью, отмечая то место, где ещё недавно находилась граница Барьера. Маг Торрез и четверо призраков уже пересекли эту прежде неодолимую для них черту и теперь маячили впереди, настороженно озираясь по сторонам.
  
  
  ДЕНЬ 71
  Близ хижины Айдана между Старым и Новым лагерями
  
  Четыре человека сошлись на самой границе владений лагерей, на середине неширокого свободного от скал и деревьев пространства между хижинами Кавалорна и Айдана. Не переступив последние разделявшие их шаги, принялись внимательно разглядывать друг друга.
  - Стареешь, Ли, - всматриваясь в давно небритое, с набрякшими вокруг усталых глаз мешками лицо опального генерала, проговорил Гомез.
  - Да и ты не помолодел за эти годы, - усмехнулся в ответ Ли.
  Рядом с предводителем Нового лагеря, спрятав в рукава смуглые сухие ладони, молча стоял Сатурас. Позади Гомеза, изображая вежливую улыбку на тонких губах, топтался Ворон. За его спиной в отдалении виднелись внушительные фигуры полудюжины отборных гвардейцев Старого лагеря. Увешанные оружием, закованные в тяжёлые доспехи со стальными нагрудниками в виде оскаленных звериных морд, они держались настороженно и не выпускали из рук заряженных арбалетов.
  Прикрывавшие спину Ли два наёмника - ещё бледный после недавних ран Ярвис и нахально ухмылявшийся Горн - выглядели намного спокойнее. А уж увязавшийся за ними Айдан, который, закинув ногу на ногу, сидел в сторонке на камне и неторопливо сворачивал самокрутку из болотника, казался воплощённой безмятежностью.
  - Поговорим? - вновь переведя взгляд с соратников Ли на него самого, спросил Гомез.
  - Для того и встретились, - ответил Ли.
  - Да уж. Раз я не повесил твоих посланцев и пришёл сюда, то, думаю, стоит выслушать ваши предложения.
  - Правильное решение. Знаешь, какая война самая лучшая? - вдруг весело улыбнулся Ли.
  - Выигранная, - осклабился в ответ Гомез.
  - Нет. Та, которая так и не началась, - сказал, как припечатал, лучший военачальник Миртаны.
  Гомез, похоже, был в корне с ним не согласен, но вслух возражать не стал, а сразу перешёл к делу.
  - Так что вы предлагаете?
  - Торговлю, - вместо Ли ответил Сатурас. - С разрушением Барьера при помощи взрыва магической руды у нас ничего не вышло. Поэтому мы согласны отдавать добытую в Свободной шахте руду вам...
  - В обмен на половину присылаемых королём товаров, - закончил Ли.
  - Половину? - воздел брови Гомез, будто бы безмерно удивлённый непомерно завышенными требованиями. - Думаю, с вас будет довольно и четверти.
  - Не думаю, что наши люди согласятся на такие несправедливые условия, - невозмутимо ответил Ли, поняв, что принципиальное согласие достигнуто.
  - Свободная шахта принадлежит нам, как и добываемая в ней руда, - вставил Сатурас. - А отдавать своё добро даром по меньшей мере неразумно.
  - У меня людей намного больше, - возражал Гомез. - И всех их надо кормить. А у вас, как я слышал, и так целые поля рисом засеяны.
  Спор, в котором никто не повышал голоса и уж тем более не переходил на оскорбления, не вспоминал прежних обид и не раз нанесённого друг другу ущерба, продолжался ещё довольно долго. Сатурас и Ли дополняли друг друга, как слаженный дуэт бродячих музыкантов. Ворон время от времени старался вставить в разговор свои пять медяков, но каждый раз умолкал под красноречивым взглядом Гомеза. Охрана терпеливо переминалась в сторонке.
  В итоге сошлись на том, что вырученные за руду товары будут делиться на пять частей: три части Старому лагерю, две - Новому. Причём охрана караванов будет состоять и из стражников, и из наёмников. Носильщиков тоже должны предоставлять оба лагеря. Все понимали, что перетаскивать руду и товары теперь придётся на гораздо большее расстояние, чем прежде, но никто пока не точно знал, на какое именно.
  - Да, и не забудь Карима из подвала выпустить, - небрежно бросил напоследок Ли. Однако по выражению глаз генерала Гомез понял, что это условие обсуждению не подлежит и торг здесь неуместен. Ли умел ценить своих людей и никогда не бросал в беде. Потому за ним и шли, часто в ущерб выгоде и с риском для жизни.
  - Да ничего с твоим Каримом не стало! - успокаивающе ответил Гомез. - Сидел в самой сухой и просторной темнице, еду получал только что не с моего стола. Выйдет и хоть сегодня же может опять на арене драться.
  Ли молча кивнул, принимая ответ как должное.
  Ударив по рукам, разошлись каждый в свою сторону.
  Слегка осоловевший от болотника Айдан приблизился к Ли, фамильярно похлопал его по плечу и сказал:
  - Давно бы так. Мы вон с Кавалорном не ссоримся, хоть и из разных лагерей. Вместе на охоту ходим, вместе шнапс у костра глушим...
  - Если бы всё было так просто, приятель. Если бы всё было так просто... - ответил Ли, рассеянно глядя в улыбающееся лицо Айдана. Потом повернулся и пошагал к задержавшемуся в ожидании предводителя Горна. Спины Сатураса и Ярвиса уже скрылись за большими глыбами, меж которыми вилась узкая тропа.
  
  
  ДЕНЬ 72
  Болотный лагерь
  
  Жизнь Болотного лагеря понемногу возвращалась в обычное русло. Паника и разброд в первый день после катастрофы были пресечены решительными действиями Кор Ангара, который, наведя порядок и приставив всех к делу, вновь замкнулся в себе. По его приказу на берегу была построена деревянная вышка, на которой постоянно находился следивший за морем наблюдатель - темплары сменяли другу друга каждые шесть часов. Послушники принялись восстанавливать снесённые волной хижины и лестницы, очищать проходы от куч поломанных веток и водорослей. Вновь запылал горн и застучали молоты в кузнице. Идол Оран опять заставил почитателей Спящего собирать и обрабатывать болотник, в обмен на который Братство получало всё необходимое, что не способно было производить само.
  Словом, жизнь постепенно налаживалась. А когда на ступени древнего храма, к которым одним прекрасным утром согнали всех послушников и свободных от службы воинов, вышел живой и здоровый Ю-Берион, все решили, что теперь-то всё в лагере станет по-прежнему.
  Лестер поначалу тоже думал так же. Он стоял в толпе, сгрудившейся перед лестницей, наверху которой возвышалась фигура Просвещённого, и вместе со всеми старательно вслушивался в его речь. Но, в отличие от восторженно внимавших послушников и других членов Братства, Лестер пытался извлечь из округлых обтекаемых фраз смысл. Однако понять, что именно хочет сказать Ю-Берион, не получалось. Слова главы Братства были как всегда убедительными, действовали успокаивающе и внушали надежду. Вернее, должны были внушать её. Но Лестер чувствовал что-то в тоне или движениях Ю-Бериона, что-то едва уловимое, не позволявшее ему верить как раньше. И потому слова, прежде казавшиеся исполненными мудрости и силы, теперь воспринимались как бессмыслица.
  Когда Просвещённый вновь удалился в прохладу и сумрак своих просторных покоев, послушники и темплары стали расходиться по своим местам. Лестер тоже побрёл вслед за своим наставником Идолом Намибом к стоявшему у ворот лагеря огромному дереву, дупло в стволе которого служило им жилищем.
  Обходя гигантский, покрытый грубой морщинистой корой ствол дерева-дома, они столкнулись с послушником Таласом, спешившим навстречу в сопровождении двух усталых воинов в забрызганных грязью доспехах.
  - Ты едва не сбил меня с ног! - прикрикнул на Таласа Идол Намиб.
  - О, вы заговорили со мной, почтенный Идол Намиб! - остановившись, расплылся в улыбке Талас. - Это большая честь для меня.
  - Сейчас превращу тебя в мясного жука, чтобы смотрел, куда идёшь, - хмуро отозвался гуру. - Думаю, это будет как раз та честь, которой ты заслуживаешь.
  - Простите, почтенный Идол Намиб, я не хотел вас задеть. Просто мы со вчерашнего дня занимались разведкой окрестностей, и едва держимся на ногах от усталости...
  - Извините ещё раз, но мы очень спешим. У нас важные вести для Кор Галома и Кор Ангара, - вставил один из темпларов.
  - Стойте! - оживился Намиб. - Что за вести?
  - Но мы действительно...
  - Просто скажите, в чём дело, и можете идти дальше, - с лёгкой угрозой в голосе негромко проговорил гуру.
  - Ну, хорошо, - устало ответил воин. - Но я доложу о вашем поведении...
  - Так что вы там нашли такого, что неслись в лагерь по зарослям и грязи? - не дослушав, поторопил его Намиб.
  Тихо стоявший за его спиной Лестер навострил уши.
  - Мы обследовали тропу, которая ведёт к заброшенному монастырю, - торопливо начал воин. - Вначале всё было как обычно. Только попалось несколько деревьев, поваленных той бурей... ну, после обряда... И ещё со стороны Башни Туманов доносился какой-то вой, но мы не стали туда заходить. А за мостом, возле самого монастыря...
  - Что? - с любопытством подался вперёд Намиб.
  Воин замялся, не в силах подобрать слова.
  - Там выросли деревья, которых не было ещё месяц назад, - подал голос Талас. Большие деревья. Высокие и стройные. Все в цветах. И светятся в темноте! *
  - Ты хочешь сказать, что они выросли там всего за месяц? - с сомнением уточнил Идол Намиб.
  - Нет, - ответил вместо Таласа темплар. - Деревья выросли всего за несколько дней. Мы были в тех местах незадолго до обряда Вызова. Охраняли сборщиков трав, которые искали там что-то по приказу Кор Галома.
  - Вот как? Скажите, а болотника вы с собой вчера не слишком много взяли? - ещё больше засомневался Намиб.
  - Нет, гуру! - возмутился Талас. - Болотника мы почти и не курили. Это деревья Идола Нетбека. Мы встретили его в том месте.
  - Нетбека? Этого сумасшедшего Нетбека? А мы думали, что он тоже утонул! Вы узнали, как ему удалось вырастить эти деревья за такой короткий срок?
  Талас не ответил.
  - Мы не успели, - вновь заговорил воин. - Едва увидев всё это, Талас развернулся и бросился в сторону лагеря...
  - Я подумал, что надо скорее сообщить обо всём Кор Галому! - поспешил вставить послушник.
  - А по-моему, ты просто струсил, - бросив на Таласа презрительный взгляд, проронил второй воин.
  - Ладно, ступайте! Вы, кажется, спешили... - пресекая готовую начаться перепалку, величественно проговорил Намиб.
  Лестер проводил торопливо уходящих разведчиков задумчивым взглядом.
  
  - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
  * Нечто подобное сделано в моде "Безымянный".
  
  
  ДЕНЬ 72
  Новый лагерь
  
  Ларс против обыкновения был совершенно трезв, и даже болотником от него почти не пахло.
  Всех обитателей Нового лагеря поражала способность предводителя воров в огромных количествах поглощать рисовый шнапс и одуряющий дым болотной травы, и при этом сохранять волю и ясность ума. Любой другой на его месте давно превратился бы в развалину или кончил жизнь с киркой в руках на нижних уровнях шахты, а Ларс оставался всеми уважаемым предводителем многочисленных бродяг, охотников и мелких бандитов, составлявших значительную часть населения лагеря и для краткости именовавшихся ворами.
  Ли тоже удивлялся повадкам и стойкости Ларса, однако виду не подавал и обходился с ним всегда ровно и достаточно уважительно. Он ещё помнил те времена, когда ловкий и дерзкий до безумия главарь воровской шайки наводил ужас на толстосумов столицы и окрестных городов. Если бы не предательство ближайших соратников и подлый удар кривой сабли, оставивший на тонком, породистом лице Ларса длинный безобразный шрам, он и сейчас бы продолжал обходить хитро расставленные ловушки и приводить в исступление стражу, а не сидел за Барьером. Здесь же он стал для Ли одним из самых надёжных и полезных союзников.
  - Так зачем ты хотел меня видеть? - изогнув рассечённую шрамом бровь, спросил предводитель воров.
  - Хотел попросить тебя об одной услуге, - ответил Ли. - Надо послать пару-тройку ловких парней на юг. Пусть переберутся через горы и посмотрят, далеко ли теперь простирается Барьер по ту сторону, и что там вообще находится. На юге острова никто из наших людей не бывал, и карты тех мест у меня нет.
  - Я и сам собирался сходить туда, - спокойно проговорил Ларс. - Любопытно, знаешь ли.
  - Сам хочешь идти? Ха! Ты, гляжу, даже протрезвел по такому случаю, - улыбнулся Ли.
  - Я пью потому, что мне скучно, - усмехнулся в ответ Ларс. - А когда появляются другие развлечения, в этом нет нужды.
  - Ну что же, - тон Ли стал деловитым. - Тем лучше, что ты разузнаешь всё лично. Я бы тоже отправился на юг, но опасаюсь подлости со стороны Гомеза. Он не очень-то чтит договоры... Кого возьмёшь с собой?
  - Редфорда и Дракса. В горах они как дома. Ещё Волка и Шарки. Первый - отличный лучник и мастер на все руки, а второй ловок как гоблин.
  - Хороший выбор, - одобрил Ли. - Я бы выделил тебе ещё парочку ребят, но у меня сейчас каждый меч на счету. Однако если нужны припасы, оружие или ещё что, обратись к Орику, он выдаст.
  - Спасибо, воспользуюсь, - ухмыльнулся Ларс. - Твои сундуки порядком полегчают, не сомневайся.
  - Я и не сомневался, - хмыкнул Ли. - Да, ещё одно! Волк давно просится в наёмники. Скажи ему, что если ваш поход пройдёт удачно, он принят.
  - С удовольствием, - кивнул Ларс. - Давно пора. Для моих ребят Волк слишком честный. Под его влиянием они теряют хватку.
  На следующее утро пятёрка увешанных оружием воров быстрым размеренным шагом направлялась по выстроенной Гомером плотине к воротам, а Ли, Сатурас и ещё несколько обитателей Нового лагеря смотрели им вслед. Стоявший рядом с главой наёмников Орик ругался сквозь зубы. Он всё ещё находился под впечатлением от того опустошения, которое произвели воры среди наёмничьих запасов.
  
  
  ДЕНЬ 73
  Где-то в горах между Миненталем и Хоринисом
  
  Длинный извилистый путь по дну неглубокого каньона, кое-где выровненного и расчищенного в давние времена руками множества работников, вывел разведчиков к перевалу. В этом месте древнее сухое русло, именовавшееся обычно просто Проходом, сужалось и уходило в сторону, а широкая тропа вилась по склону к седловине между двумя гребнями обрывистых скал.
  Здесь Диего, взглянув в начавшее темнеть высокое небо, почти не искажённое маревом Барьера, приказал устраиваться на ночлег. Слай и Уистлер, выбрав ровную площадку, принялись таскать на неё дрова и ветки для постелей. Кавалорн и Фингерс разошлись в стороны, держа оружие наготове, и стали осматривать окрестности.
  Диего уселся на каменистую поверхность возле будущего костра и принялся переобуваться. Оба мага остановились возле него.
  - Не слишком удобное место для ночлега, - оглядевшись с недовольным видом, произнёс Торрез.
  - Ничего, это же только на одну ночь, - жизнерадостно ответил Мильтен. - Зато увидим места, где никогда не бывали.
  - Я бывал. Правда, очень давно. Мы во главе с... сам знаешь кем направлялись в Миненталь для возведения Барьера. Ты в те годы ещё пешком под лавку ходил... О Иннос! Если бы я только мог предположить, что из этого выйдет, с места бы не двинулся. Жил бы себе при столичном храме Света, и не приходилось бы каждый час опасаться вспышки ярости Гомеза или убийц, подосланных твоим дружком! - При этих словах Торрез кивнул в сторону Диего.
  - Ты не справедлив к нему! Он не посылал того сумасшедшего призрака к учителю!
  - Ещё скажи, что он и Ксардасу не помогал, - усмехнулся Торрез.
  Ответить на это Мильтену было нечего, и он опустил голову.
  Диего между тем закончил возиться с обувью и поднялся на ноги.
  - Вы бы не стояли на ветру, уважаемый Торрез, - скрывая ехидство за показным смирением, обратился он к магу. - Не то, чего доброго, простудитесь, а потом заявите будто это я нарочно вас сюда привёл, чтобы повредить вашему бесценному здоровью. Присядьте вон там, у камушка. Слай сейчас огонь разведёт, а я пока припасы достану...
  Договорить Диего не успел, так как Торрез, возмущённо фыркнув, сотворил огненную стрелу и метнул её в собранную призраками кучу веток. Они тот час же вспыхнули ярким горячим пламенем, длинные языки которого взметнулись выше человеческого роста.
  - Зря вы так, уважаемый маг, - покачал головой не выдавший своего испуга Диего. - Этих дров нам бы на половину ночи хватило, а теперь ребятам заново собирать придётся. К тому же, такой яркий огонь известит всех на мили вокруг нашем присутствии.
  - И что? - высокомерно подбоченился Торрез. - Разве мы от кого-то скрываемся? Да пусть является кто угодно. Поставь своих головорезов на стражу, чтобы они вовремя заметили опасность и разбудили меня, а уж там я разберусь с кем угодно.
  - Как вам будет угодно, уважаемый маг, - пряча в усах усмешку, спокойно отозвался Диего.
  - Торрез, ну зачем же так! - поддержал было друга Мильтен.
  - Не спорь с уважаемым магом, малыш, - поспешил успокоить его призрак. - Он мудрый, опытный, сам знает что делает. Помоги мне лучше сыр порезать.
  Стоявшие в сторонке с охапками сучьев в руках Уистлер и Слай, видя, что перепалка стихла, наконец-то осмелились подойти к костру. Кого другого за такую наглость они бы по камням размазали, но маг есть маг. С ним особо не поспоришь.
  Следом из темноты вынырнул Фингерс.
  - В той стороне всё спокойно, - сказал он. - Ни людей, ни зверья. Только глорх дохлый валяется, но довольно далеко отсюда.
  - Хорошо. А Кавалорн где? - выкладывая припасы из сумки, кивнул Диего.
  - Он в другую сторону пошёл. Я его в темноте сразу потерял из виду.
  Впрочем, Кавалорн вскоре тоже возвратился, и разведчики расселись возле костра, чтобы перекусить и обменяться впечатлениями.
  
  
  ДЕНЬ 73
  Болотный лагерь
  
  Нарядившись в лёгкие и прочные доспехи, вооружившись и надев на пышные волосы шлемы, искусно изготовленные из черепов огненных ящеров, Хани и Натали стали совершенно не похожими на себя обычных. Перед Ю-Берионом стояли два невысоких, изящных, но при этом более чем смертоносных воина.
  - Ну что, девочки, готовы? - удовлетворённо оглядев их, негромко произнёс Просвещённый.
  Хани молча кивнула в ответ. Натали, преданно пожиравшая господина взглядом, даже не пошевелилась.
  - Тогда идём, - приказал предводитель Братства и, бесшумно открыв очередной скрытый проход в стене древнего храма, первым направился в тёмный провал. Женщины двинулись следом. Когда стена за ними встала на место, плотно закрыв проём, Ю-Берион засветил магический огонёк.
  - Позволено ли мне будет спросить, куда мы направляемся, Просвещённый? - подала голос Натали.
  - Навестить нужно одного старого друга, - чуть помедлив, отвечал Ю-Берион. - Не исключено, что наше спасение и спокойное будущее заключено в этом человеке.
  Произнеся эту мало что прояснившую фразу, предводитель Братства быстро пошёл по узкому проходу, самой природой пробитому в толще горы и приспособленному древними зодчими для их неведомых нужд. Через некоторое время тоннель, постепенно поднимавшийся выше, завершился тёмным проёмом.
  - Так, теперь осторожнее! - предупредил спутниц Просвещённый, хотя необходимости в том особой не было - им не впервой было пользоваться этой дорогой.
  Повернувшись к лазу спиной и встав на четвереньки, Ю-Берион попятился назад и ловко соскользнул вниз, мягко приземлившись на ноги. Его телохранительницы быстро спустились следом, оказавшись на дне неглубокой пещеры.
  Заслышав впереди, у выхода, неприятное хрюканье, Хани выхватила узкий обоюдоострый меч и бросилась вперёд, а Натали, тоже с оружием наготове, осталась рядом со своим господином. В темноте, едва развеиваемой последними отблесками угасающего магического огонька, раздались удары, короткий визг, и показалась вернувшаяся Хани.
  - Кротокрысы, - коротко сообщила она. - Можно идти.
  - Жаль, времени нет. А то бы разделали этих тварюжек, - облизнулся Ю-Берион. - Они в это время года как раз должны жирок нагулять.
  Вздохнув, он махнул спутницам и вышел наружу. Огляделся. Слева в темноте сияли смоляные светильники, установленные перед воротами Болотного лагеря. Их приказал установить и зажигать каждую ночь Кор Ангар, чтобы иметь возможность вовремя заметить подбирающегося в ночи врага, и этот приказ неукоснительно соблюдался вот уже много лет, с первых дней существования Братства. Справа и чуть впереди от того места, где стоял Ю-Берион со своими "девочками" глухо шумел в отдалении водопад. Но к нему Просвещённому было не нужно. Он свернул ещё правее, в лес, двигаясь вдоль скалы и скрываясь в тени деревьев от света заигравшего в эти мгновения Барьера. Хани вновь выдвинулась вперёд, чтобы предупредить возможную опасность, а Натали прикрывала господина сзади.
  Вскоре они добрались до конца скалистой гряды, прикончив по дороге на свою беду подвернувшегося варана, и свернули в сторону Башни Туманов. Им предстояло преодолеть небольшой, но опасный лес, растущий на изрезанном каменистыми расселинами плато, миновать песчаную бухту и утёс с полуразрушенной Башней Туманов на вершине. Потом перейти по шаткому мосту стремительный поток реки Шныгов и, перебравшись по поваленной в незапамятные времена каменной колонне узкое глубокое ущелье, оказаться возле развалин монастыря. Там, по принесённому Таласом и темпларами известию, выросли за одну ночь светящиеся деревья, и обосновался это странный человек - Идол Нетбек, которого некоторые в Братстве считали святым и блаженным, особо угодным Спящему, а большинство - обычным сумасшедшим.
  
  
  ДЕНЬ 73
  Горы к западу от Орочьих земель
  
  Когда окрестности Свободной шахты остались позади, подъём пошёл вверх более круто. Однако пятеро крепких мужчин легко двигались вперёд, преодолевая поросшие редкой травой и лишайниками склоны, карабкаясь на уступы и перепрыгивая трещины. Шли они уже довольно долго и, наконец, Ларс не выдержал.
  - Стойте, парни, - окликнул он спутников. - Дух надо перевести.
  - Брось, Ларс, до темноты ещё далеко! - недоумённо откликнулся Волк.
  - Устал я что-то, - проворчал предводитель воров, спуская с плеч тяжёлый мешок и усаживаясь на землю. - Надо было Роско с собой взять, чтобы он часть груза волок.
  - Это ты пожадничал просто, когда Ли тебя в свою кладовую пустил, - ухмыльнулся Дракс. - Вот и приходится нам теперь эти здоровенные мешки тащить.
  - Своя ноша не тянет, - не поддержал приятеля Редфорд. - Просто Ларсу надо чаще по горам ходить и меньше шнапс хлестать ночи напролёт.
  - Поговорите у меня ещё! Совсем р-распустились! - незлобиво прикрикнул на них Ларс, в глубине души признававший правоту Редфорда. Да и Дракса тоже, если на то пошло. Стрел и склянок с зельями он и в самом деле прихватил многовато.
  Обречённо вздохнув, Ларс поднялся, вскинул мешок на спину и кивнул спутникам:
  - Ну, чего расслабились, идти надо.
  - Так и мы о том, - хмыкнул Волк.
  - Тихо! - вдруг воскликнул Дракс. - Там Шарки впереди заметил что-то, знак подаёт.
  Все четверо, пригибаясь, быстро побежали к видневшейся впереди оставленной давним обвалом куче глыб, за которой укрывался посланный вперёд Шарки.
  - Что там? - опустившись на камни рядом с ним, одними губами спросил Ларс.
  - Орки. Трое. Вооружены, - так же тихо ответил тот.
  - Подождём? - прошептал Волк, норовя разглядеть волосатых сквозь щель между глыбами.
  - Они по сторонам рыскают. Наверное, дичь ищут. Могут на нас наткнуться, - больше жестами, чем словами ответил Шарки.
  - Их надо прикончить, - принял решение Ларс. - Дракс, Редфорд! Спуститесь вон по той расселине и обойдите тварей с востока. И чтобы ни один не ушёл! Остальным приготовить луки, будем стрелять отсюда.
  - Мы давно готовы, - прошептал Волк.
  - Тогда ждём.
  Дракс и Редфорд отступили чуть назад, ползком добрались до промытой ливнями в покатом боку горы складке и скрылись на её дне. На какое-то время все замерли в напряжённом ожидании, хищно следя за рыскавшими неподалёку орками. Наконец, Шарки заметил, как на востоке, над уступом, под которым неминуемо должны были пройти волосатые, если они решат отступить, на миг показалась голова Дракса.
  - Они на месте, - сообщил Шарки предводителю.
  - Мой - в середине. Волк, берёшь правого. Шарки, твой - тощий. Начали!
  Охотники-орки почуяли неладное лишь в самый последний миг, когда над камнями внезапно поднялись три человеческие фигуры и затренькали тетивы мощных луков.
  Один из нелюдей получил выпущенную Волком стрелу в грудь, упал на колени, попытался подняться, но тут же был сражён второй стрелой.
  Ларс ранил свою цель в плечо. Здоровенный волосатый, выхватив из-за пояса неповреждённой рукой боевой топор, что-то рявкнул уклонившемуся от стрелы Шарки соплеменнику и бросился к людям, делая скачки из стороны в сторону. Две стрелы прошли мимо, лишь Волку удалось задеть бок волосатого, и в следующий миг орк оказался рядом с людьми. Однако на этом всё и кончилось. Ларс удачно отразил первый удар, а Шарки, оказавшийся сбоку от врага, нанёс точный удар мечом. Орк взревел в последний раз и рухнул на камни.
  Единственный выживший из орков - молодой легконогий следопыт - уже мчался по склону в сторону Орочьих земель, ловко перепрыгивая через камни и бросаясь из стороны в сторону, чтобы не дать людям возможности прицелиться. Оказавшись вне досягаемости вражеских стрел, он воздел к небу лёгкий боевой топор и торжествующе взревел. Однако радостный его рёв тут же перешёл в предсмертный хрип - скрывавшиеся в засаде Редфорд и Дракс не упустили такого случая.
  Когда все собрались вместе, Ларс обвёл своих спутников мрачным взглядом.
  - Устали? Это ничего. Главное, все живы и никто не ранен. Редкое везение... - проговорил он. - Дело к вечеру, но лагерь разбивать мы пока не будем. Придётся идти до глубокой темноты и как можно быстрее.
  - Шею в потёмках не свернуть бы... - вздохнул Дракс.
  - А если этих троих искать станут? Или ты готов сразиться с целой орочьей ордой? - вскинулся Шарки.
  - Пошли, чего на трёп время терять! - буркнул Волк и первым зашагал на юг.
  
  
  ДЕНЬ 73
  Устье Горного прохода близ Верхних пастбищ и фермы Бенгара
  
  Маленький магический кристалл раскачивался на тонкой серебряной цепочке в лад с потрескиванием Барьера, время от времени необъяснимым образом меняя амплитуду и частоту колебаний. Торрез скучающим голосом называл числа, которые Мильтен тут же старательно заносил в свиток, выстраивая ровные столбики цифр и рун.
  Пятеро призраков присели в сторонке, почтительно глядя на работу учёных магов и время от времени привычно обводя настороженными взглядами окрестности.
  Наконец, измерение магического поля Барьера подошло к концу, и Торрез принялся осторожно сматывать цепочку с кристаллом. Тогда Диего встал и приблизился к служителям Инноса.
  - Чем-нибудь обрадуете, почтенные? - вежливо поинтересовался он.
  Торрез, как раз убиравший свой прибор в маленькую костяную шкатулку, ничего не ответил. А Мильтен развернул в сторону Диего свиток, будто бы тот мог что-то из него понять.
  - Порадовать тебя особенно нечем, - вздохнул молодой маг. - Интенсивность магического поля не изменилось. Общая энергия Барьера, конечно, возросла, но пропорционально увеличились и его размеры, так что напряжение осталось на прежнем уровне...
  - Напряжённость, Мильтен, напряжённость! - перебил его Торрез. - Если хочешь действительно достигнуть чего-то в магической науке, а не просто наращивать ману и тупо читать заклинания, необходимо правильно применять термины.
  - Да-да, напряжённость! - поправился Мильтен. - Спасибо, Торрез.
  Диего обвёл обоих недоумённым, но при этом слегка насмешливым взглядом.
  - Точность - превыше всего! - заявил он. - Но всё же, какой нам следует сделать вывод из этих ваших... терминов, уважаемые?
  - Простой вывод, мой неучёный друг. Очень простой, - с ехидством в голосе ответил Торрез. - К сожалению, от свободы мы так же далеки, как и прежде. Правда, есть и один положительный момент.
  - Да? И какой же?
  - От свободы далеки не только мы, но и ты со своими подручными, - последовал совсем уже ядовитый ответ. - Впрочем, можешь не поверить мне и попытаться выйти за пределы Барьера. Только не надейся, что кто-то полезет следом, чтобы собрать твои обгорелые кости. Даже Мильтен, несмотря на всю его признательность тебе, несколько завышенную, по моему мнению...
  - Э-эх!.. - раздался глубокий тяжкий вздох, прервавший на полуслове поток торрезова красноречия. И маг, и призрак повернули головы в сторону Мильтена.
  Парень стоял, с тоской глядя сквозь марево Барьера, мерцавшего прямо за каменной аркой, служившей началом горного прохода из Долины Хориниса в Миненталь. Колеблющиеся и немного искажённые вершины деревьев, крыши не слишком далёкой отсюда фермы, зелень и яркие цветы Верхних пастбищ виделись сквозь тонкую, но неодолимую для всего живого поверхность магического купола. Они манили и дразнили Мильтена своей близостью и недоступностью.
  Молодой маг снова горько вздохнул.
  - Держись, парень, - положил ему на плечо свою сухую крепкую ладонь Диего. - Не знаю, как я, но ты когда-нибудь вырвешься отсюда. Обязательно вырвешься.
  
  
  ДЕНЬ 73
  Болотный лагерь
  
  - Ты смеешь указывать, когда я должен приходить к Просвещённому, а когда не должен?! - возвысил голос Кор Галом. - Мне - высшему наставнику Братства, правой руке Ю-Бериона?!!
  Рослый темплар невольно съёжился, готовый целиком укрыться за пластинами своих доспехов, как черепаха в панцирь. Его напарник, посчитавший за благо не вмешиваться в перепалку, сделал ещё один едва заметный шажок в сторону, почти слившись с тьмой ночи.
  - Но Просвещённый строго-настрого приказал никого не впускать... - сделал попытку оказать последнее сопротивление воин.
  - Запомни, олух! - взревел Кор Галом, - Это "никого" распространяется на всех, кроме меня!!! И, может быть, ещё Кор Ангара! Мы наделены правом входить к Избраннику Спящего в любое время, если этого требуют интересы Братства! И только я, демон тебя подери, и сам Просвещённый вправе решать, в чём эти интересы заключаются. Мы, а не какой-то недоумок возле двери! Ты меня понял, идиот?!!
  И, больше не обращая внимания на посторонившегося и втянувшего голову в плечи стража, Кор Галом с гордым видом проследовал в жилище Ю-Бериона.
  Дойдя до покоев Просвещённого, он сбавил шаг и негромко позвал:
  - Ю-Берион! Просвещённый, вы спите?
  Ни звука не раздалось в ответ. Тогда Кор Галом решился войти в комнату. Не обнаружив главы Братства на его ложе, Кор Галом, усмехнувшись едко, но и не без зависти, отправился осматривать спальни Хани и Натали, надеясь застать Просвещённого в одной из них. Однако ни Ю-Бериона, ни женщин на месте не оказалось.
  - Куда ж они подевались? - недоумённо пробормотал Кор Галом. - Ю-Берион! Натали! Хани!
  В ответ - отразившееся от высоких каменных сводов слабое эхо, а потом гулкая тишина просторного пустого помещения.
  Озадаченно почесав гладко выбритый, украшенный татуировками череп, гуру огляделся, будто в надежде отыскать в полумраке заброшенного храма какие-то следы пропавших. Ничего, естественно, не обнаружив, он торопливо направился в помещение, откуда начинался недавно ставший узилищем Идола Кадара погреб. Отыскав в кладке стены нужный камень, Кор Галом попытался нажать на него, как это делал Просвещённый. Ничего не произошло. Кор Галом попробовал снова, потом ещё, нажимая то так, то эдак. Наконец, попытки с восьмой или девятой, камень подался под его пальцами, и часть стены отъехала в сторону с тихим шелестом.
  - Кадар! Эй, Кадар! - вполголоса позвал Кор Галом в темноту.
  Сначала никто не отозвался. Потом, наконец, послышалась какая-то возня, и раздался голос Идола Кадара.
  - Покинь меня, презренный отступник! - непримиримым тоном потребовал пленённый гуру.
  - Погоди, Кадар, не горячись... - Кор Галом спустился по каменным ступеням лестницы и, оглянувшись на вход, засветил магический огонёк. В голубоватом свете сквозь отверстие в толстой каменной решётке недобро сверкнул глаз Идола Кадара.
  - Чего тебе, предатель? - нехотя проворчал пленник.
  - Кажется, ты был прав, Кадар. Сегодня во сне Спящий явился ко мне и открыл истину. Я сразу же встал и поспешил к Ю-Бериону, чтобы сообщить ему об этом. Но ни его самого, ни его баб здесь не оказалось... Кстати, ты их не видел?
  - Как же я их увижу, если вы заперли меня в темноте? - с коротким злым смешком отозвался Идол Кадар.
  - Странно. Ума не приложу, куда они делись!
  - Надеюсь, их сожрали демоны.
  - Не говори так, Кадар! Ю-Берион - наш наставник. Если бы не он, мы никогда не узнали бы о Спящем...
  - Он отступился от Спящего! Больше он не наставник мне! - закричал Идол Кадар.
  - Погоди! Ю-Берион не виноват. Это всё проклятые маги Воды. Спящий открыл мне...
  - Что? Что сказал тебе Спящий?!
  - Это из-за кристалла. Ю-Берион отправил послушника за одним из юниторов, при помощи которых был создан Барьер, но посланцы магов Воды опередили его, - возбуждённо заговорил Кор Галом. - Просвещённому пришлось использовать для концентрации сил всех братьев во время обряда вызова простую глыбу горного хрусталя. С виду она похожа на юнитор, и даже может накапливать магическую силу, но вовсе не в тех количествах, которые нужны для обряда. Сила выплеснулась раньше времени, а маги Воды в тот же миг взорвали целую гору магической руды, едва не убив Ю-Бериона.
  - Звучит убедительно... - в голосе Идола Кадара сомнение боролось с надеждой. - И что ты собираешься делать дальше?
  
  
  ДЕНЬ 73
  Где-то в горах к югу от Миненталя
  
  - Волк, ты взрослый сильный мужик. У тебя точный глаз и золотые руки. Все воры тебя уважают. И наёмники уважают тоже. Да что там! Даже я тебя уважаю. Но иногда ты ведёшь себя как младенец или изнеженная девица! Ну, чего разнюнился? - хлопнул Шарки приятеля по крепкому плечу.
  - Да нехорошо это как-то. Они ведь нас не трогали, а мы - по-подлому, из засады... - вздохнул Волк.
  - Эка невидаль! Вспомни, как в прошлом году мы напали на гомезов караван с королевскими товарами. Не ты ли в тот раз собственноручно спровадил к Белиару стражника? А теперь из-за вонючих орков страдаешь!
  Волк в ответ только махнул рукой и отвернулся, сделав вид, что вглядывается в серый предутренний сумрак.
  - Светает... - проворчал Шарки. - Наверное, пора будить парней. А то у меня уже глаза сами закрываются. Ишь, как дрыхнут!
  - Поспишь тут с вами, - проворчал Дракс, скидывая шкуру, которой был укрыт. - Тоже мне, караульные! Устроили диспут...
  Поднявшись, он легонько толкнул ногой заспавшегося Редфорда и подошёл к почти угасшему уже костру.
  - Ложитесь спать, охраннички, - добавил он, вороша палкой рдеющие в темноте уголья. - А то все волосатые сюда сбегутся, сколько их ни есть в Орочьих землях...
  - И то верно, - вздохнул с облегчением Шарки. - Надо успеть вздремнуть, а то нам сегодня ещё в горы карабкаться, перевал искать... А-а-ау-у-у... - закончил он свою речь глубоким зевком и улёгся на освобождённое Редфордом место.
  Волк же, подняв шкуру, из-под которой только что вылез Дракс, перешагнул через ноги Ларса и отошёл к дальней стене неглубокого грота, облюбованного разведчиками для недолгого отдыха на исходе тяжёлой ночи. Он улёгся там, завернувшись в шкуру, но долго ещё ворочался, прежде чем забыться коротким тревожным сном.
  
  
  ДЕНЬ 74
  Устье Горного прохода близ Верхних пастбищ и фермы Бенгара
  
  Воины появились на рассвете, когда Око Инноса, ещё не успевшее явить свой светлый лик людям, уже окрасило в золотисто-розовые тона дальние вершины гор.
  Накануне, перед самым наступлением вечерних сумерек, снаружи появился какой-то человек в одежде охотника, вооружённый длинным луком. Осторожно приблизившись к мерцающей поверхности Барьера, он пристально вгляделся сквозь неровную плёнку магического поля и быстро удалился. Должно быть, чтобы предупредить ближайшего представителя власти.
  Воинов было пятеро. Кроме них, снаружи находился человек в богатой одежде из дорогой красной ткани и меха, а также маг Огня в долгополой мантии. Бесстрашно подойдя к самой поверхности Барьера, маг громко окликнул собратьев, замеченных им среди сидевших и лежавших вокруг небольшого костерка людей. Торрез и Мильтен поднялись ему навстречу. Их теперь разделяло не более пяти шагов, но посередине этого короткого расстояния с тихим недобрым потрескиванием мерцал Барьер.
  - Приветствую тебя, почтенный Пирокар, - грустно улыбнувшись, поднял руку Торрез.
  - Да осветит Иннос твой путь, брат! - ответил тот. - А кто этот юноша рядом с тобой? Никогда прежде его не видел.
  - Это Мильтен, ученик Корристо. Он угодил на каторгу ещё ребёнком за какое-то незначительное преступление. Корристо заметил у него недюжинные способности к магии и острый ум, а потому взялся учить.
  Польщённый такой характеристикой, да ещё и прозвучавшей из уст насмешливого и вечно всем недовольного Тореза, Мильтен смущённо потупился.
  - Рад приветствовать тебя, юноша! - благосклонно кивнул Мильтену Пирокар, и, не слушая заглушаемый потрескиванием Барьера ответ, перешёл к делу. - Ксардас получил моё послание, которое я недавно передавал с одним из заключённых?
  - Послание мы получили, почтенный Пирокар, - чуть помедлив, заговорил Торрез. - Однако отдать его в руки Ксардаса не представляется возможным. Бывший верховный маг нашего Круга покинул нас.
  - Что?! Ксардас мёртв? - воскликнул Пирокар. - Этого не может быть!
  - О нет, наставник, Ксардас жив и здоров.
  - Так в чём же дело?
  - Корристо неоднократно писал вам о том, что у нас произошло. Разве вы не получали его писем? - не смог скрыть удивления Торрез.
  - Письма? Нет, я не получал их. Меня немало удивляло, что вы так давно не отвечаете на послания, которые я постоянно отправлял вам... Но что же, во имя Инноса, случилось с Ксардасом?!
  - Увы, теперь всё, что с ним случается, происходит во имя Белиара, а не Инноса, - с хмурой торжественностью ответил Торрез. - Ксардас изменил делу Света и перешёл на сторону извечного врага.
  - Что?! - вскричал Пирокар, обводя глазами Мильтена и столпившихся позади магов призраков, будто призывая их опровергнуть слова Торреза.
  Однако опровержения он не получил. Вперёд выступил Диего и почтительно произнёс:
  - Да, это так, уважаемый Пирокар. Ксардас решил изучать некромантию и был вынужден покинуть Круг Огня. Я сам помог ему выбраться из замка, чтобы служители Инноса не устроили с ним магическое сражение, которое могло погубить и их самих, и множество заключённых.
  - Ах, Ксардас! - ударив себя кулаком в ладонь, воскликнул Пирокар. - Я так и знал, что его нездоровое любопытство не приведёт ни к чему хорошему! Он постоянно возился с какими-то сомнительными книгами и артефактами... Пожалуй, мне нужно время, чтобы подумать. А вы поговорите пока с тем человеком, его прислал губернатор Лариус, чтобы обсудить возобновление поставок магической руды, нарушенных этим катаклизмом... Но Ксардас-то! Каков, а?!
  
  
  ДЕНЬ 74
  Болотный лагерь
  
  Ю-Берион возвратился на рассвете. Уже в предутренних сумерках он, вместе со своими телохранительницами, осторожно проскользнул в пещеру близ входа в Болотный лагерь. Довольно ловко подтянувшись на руках, проник вслед за Хани в незаметное для посторонних глаз отверстие под потолком, убедился, что Натали следует за ним, и поспешил тайным ходом в своё обиталище.
  В древнем святилище царили тишина и покой. "Девочки", быстро сняв и спрятав оружие, спросили, не надо ли чего, и, получив отрицательный ответ, разошлись по своим спальням, чтобы немного отдохнуть перед дневными трудами.
  Просвещённому же не спалось. Весь под впечатлением от увиденного, он возбуждённо мерил шагами покрытый гладкими каменными плитами просторный зал. Он вновь и вновь вспоминал тихий свет, испускаемый кронами больших стройных деревьев, выросших за столь краткий срок на небольшом плато около развалин заброшенного монастыря. Будто бы снова ощущал под ладонями шероховатую теплоту их коры. Проговаривал странные и полные смысла речи Идола Нетбека, которые ранее считал всего лишь бредом больного сознания...
  Восторженное состояние предводителя Болотного братства было прервано стражем, с робким видом появившимся со стороны входа.
  - Как ты посмел побеспокоить меня?! - грозно нахмурившись, прикрикнул недовольный появлением темплара Ю-Берион.
  - Простите, Просвещённый! - рухнул на колени воин. - Я бы никогда не посмел... Но там Кор Галом...
  - Что Кор Галом?
  - Он собирает людей на площади. Говорит, будто вы исчезли. Наверное, он сошёл с ума! Вот я и решил, пока они с Идолом Кадаром...
  - Кадаром?! Идол Кадар на сво... В смысле, решил нарушить своё молитвенное уединение и вышел наружу?
  - Да, Просвещённый. Разве вы не видели, как он выходил? - с плохо скрываемым удивлением в голосе проговорил темплар. - Кор Галом сегодня перед рассветом ворвался к вам. Я пытался его задержать, но уверял, что дело очень важное и спешное... Впрочем, вы же и сами знаете...
  Спрятав поглубже готовое прорваться раздражение, Ю-Берион кивнул с благосклонным видом.
  - Вот, а когда он вышел, то вместе с ним появился Идол Кадар, - продолжил ободрённый воин. - Они сразу же начали собирать людей, крича, что вы исчезли...
  - Хм-м... Наверное, я отвлёкся и не видел, как он выходил, - не выдавая неприятного удивления, важно произнёс Ю-Берион. - Потрясение во время ритуала Вызова и несколько бессонных ночей, проведённых в молитвах, вполне могли отразиться на рассудке Идола Кадара. Ничего удивительного. Но Кор Галом! Скажи, брат, - доверительно склонился он к воину, - действительно ли наш алхимик настолько увлекается зельями из сока болотника и секрета из жвал ползуна? До меня, конечно, доходили слухи, но он всегда был так благоразумен...
  Польщённый воин с готовностью закивал гладко выбритой головой. Подобные слухи об увлечениях Кор Галома действительно издавна циркулировали по лагерю Братства Спящего. Как, впрочем, и разные иные слухи. Истощённые дурманным дымом болотника и постоянной религиозной экзальтацией умы и души послушников вообще весьма восприимчивы ко всякого рода сплетням и непроверенным известиям, особенно если они касаются всяких таинственных вещей и личностей наиболее приближённых к божеству наставников.
  - Моя вина! - вскликнул Ю-Берион, с сокрушённым видом ударив себя в грудь. - Я отвечаю перед Спящим за каждого из братьев. Мне надо было внимательнее следить за теми из вас, кто разделяет со мной наиболее тяжкую и опасную часть нашего Служения... Идём скорее, брат! Посмотрим, что там происходит. Пока эти двое ещё чего-нибудь не натворили...
  
  
  ДЕНЬ 74
  Где-то в горах к югу от Миненталя
  
  - Бр-р-р, холодно здесь! - поёжился Ларс, выбравшись вслед за Драксом из тесной расщелины, прорезавшей склон горы.
  - Смотри, Ларс, красотища-то какая! - ответил охотник, поражённый представшим перед ними зрелищем.
  Главарь воров Нового лагеря встал рядом с Драксом, чуть посторонившись, чтобы позволить и остальным выбраться на узкий уступ, на который вывела их расщелина.
  - Да... - только и смог произнести он.
  Впереди и внизу взглядам разведчиков открывался голый и достаточно крутой склон горы, на которой они находились. Ниже он переходил в ряды невысоких, покрытых густым лесом гребней. Далеко-далеко за ним блестела в свете солнца водная поверхность. А перед ней, почти теряясь в дымке, виднелось нечто похожее на рукотворные сооружения - приземистые стены и башни.
  - Что это там, замок? - подал голос выбравшийся вслед за Ларсом Шарки.
  - Кажется. Или город какой-то... - отозвался Дракс.
  - Это Дракия, - уверенно заявил Волк, который тоже появился на уступе вместе с Редфордом. - Неужели она тоже попала под Барьер?
  - Нет, она осталась снаружи, - проговорил Ларс, с лёгким прищуром вглядевшись в даль. - Граница Барьера проходит намного ближе морского берега, а Дракия стоит у самого моря. Там бухточка небольшая, очень удобная для лёгких судов...
  Словно решив поспорить с Ларсом, магический купол заиграл. По его поверхности, прихотливо переплетаясь, заструились голубые молнии, а воздух вокруг людей будто напрягся и начал потрескивать. Далёкий городок на берегу моря проступил отчётливее на фоне сверкающей магической поверхности.
  - Город тоже накрыло! - выдохнул Волк.
  - Что за Дракия? Никогда о такой не слышал, - с недоумением проворчал Дракс.
  - Так недавно же основали и именным указом Его Величества назвали в твою честь, - поддел его Шарки.
  Редфорд негромко хохотнул, а Дракс с ухмылкой показал Шарки здоровый волосатый кулак.
  - Этот городишка довольно древний, вряд ли моложе Хориниса, - не обращая внимания на дурачества спутников, сказал Ларс. - Но о нём мало кто слышал. Корабли его всегда посещали редко - место, где он стоит, небезопасно, да и торговые пути проходят много западнее или южнее. Хотя был и у Дракии недолгий период расцвета. Когда орки стали беспокоить Нордмар, и основная добыча руды переместилась на Хоринис, то Дракия превратилась в один из центров контрабанды. Она расположена не так удобно, как Хоринис, зато стражников и королевских стрелков там мало, а паладинов отродясь не бывало. Но потом маги создали Барьер... Любопытно будет снова побывать там!
  - Ты сказал, что этот город стоит в опасном месте, - подал голос Дракс. - Чего же в нём опасного?
  - Южнее, за проливом, находится огромный остров Хорон. На его северном берегу стоит орочий город Гортар, - вместо Ларса пояснил Волк. - Очень древний и могущественный город. К счастью, его жители не принимают участие в войне против Миртаны, но орки есть орки...
  - Волк, тебя же, вроде бы, за браконьерство в лесу какого-то рыцаря посадили? Откуда ты знаешь всё это? Ну ладно - Ларс. Его где только не разыскивали, пока не нашли и не упрятали сюда. Но ты-то с рождения, поди, просидел в лесу на материке! - выразил общее удивление Шарки.
  - Отец рассказывал.
  - Он у тебя моряком был?
  - Охотником. Но всю жизнь собирал всякие карты и книги о дальних странствиях. И меня приохотил.
  - Ишь ты! А ещё дальше, за орочьим городом, что?
  - Страна орков, она не очень большая и с юга ограничена непроходимым горным хребтом. За ней расположен Этайн, который делят на Верхний и Нижний. Но он давно обезлюдел после магических войн и орочьих нашествий. А за ним - королевство Гатия. Но это уже совсем далеко.*
  - А ещё дальше?
  - Не знаю точно. Разное рассказывают...
  Разведчики дружно умолкли, поражённые величием мира и наполняющих его тайн.
  - Всё, хватит тут торчать! - прервал молчание Ларс. - У меня уже зуб на зуб не попадает. Пошли искать дорогу вниз.
  
  ------------------------------
  * Описанные здесь географические реалии взяты из модификаций "Хорана: пролог", "Диккурик" и из других источников.
  
  
  ДЕНЬ 74
  Горный проход
  
  - Мысль, конечно, заманчивая, но не хочется мне почему-то туда идти, - с сомнением покачал головой Диего, глядя в гостеприимно разверстый зев тоннеля.
  - Ты всегда был наглецом, да к тому же недалёкого ума, - снисходительно произнёс Торрез, искоса поглядев на призрака. - Но трусости я за тобой прежде не замечал. Умнеешь, наверное...
  - Торрез!.. - с укором и обидой за друга в голосе начал Мильтен.
  - Не бойся, мальчик, - с усмешкой прервал его старший маг. - Я же с вами! А этой шахтой мы попадём назад намного быстрее. Выйдем как раз между Обменной площадкой и спуском к реке. Решётка на выходе из штольни, насколько я помню, с этой стороны должна отпираться при помощи лебёдки. Идите за мной, хр-рабрецы! - оглянулся Торрез на призраков и шагнул вперёд.
  Диего, с досадой сплюнув, принялся рыться в сумке в поисках факелов.
  - Диего, мне правда жаль... - остановился возле него Мильтен.
  - Ты-то при чём, малыш? Каждый сам платит за свои слова. И свои дела.
  Факелы вскоре нашлись, молодой маг и призраки нехотя отправились вслед за Торрезом, колдовской огонёк которого тускло светился впереди. Никто больше не произнёс ни слова, только Кавалорн выругался вполголоса, оглянувшись назад, прежде чем кануть в темноту следом за остальными.
  Стены давно заброшенной шахты, штольни которой выходили с одной стороны в Горный проход, а с другой - в Миненталь, сомкнулись вокруг путников. Тёмный осклизлый камень, с угрозой нависавший над головами, местами кое-как поддерживало трухлявое дерево старой крепи. Под ноги то и дело попадали обломки породы, а иногда - панцири ползунов и чьи-то потемневшие от времени кости. Призраки невольно втянули головы в плечи и постоянно косились вверх, на бычившиеся под неровным светом факелов выступы сводов, до которых во многих местах высокий Диего мог бы достать головой, если бы привстал на цыпочки.
  - Неприятное место...
  Мильтен произнёс эти слова негромко, чтобы его мог услышать только глава призраков. Однако шедший впереди Торрез остановился и обернулся к ним.
  - Смелее, герои! - насмешливо воскликнул он, тревожа своим сухим надменным голосом покой заброшенного подземелья. - Этим тоннелем давно уже никто не пользовался, но раньше по нему то и дело сновали караваны с рудой. Путь тут прямой как стрела. Если поторопимся, то ещё и темнеть не начнёт, когда мы выйдем с другой стороны!
  - Вашими бы устами, да шнапс глушить, почтенный... - негромко ответил ему Диего. Голос его при этом выражал явное сомнение в благополучном исходе нежданного приключения, а заодно и в здравом рассудке мага.
  - О, Иннос! И это - отважный Диего! - фыркнул Торрез. - Как были вы все трусливыми грабителями, так такими и останетесь до конца дней!
  - Я не грабитель! - не сдержавшись, прорычал Диего и схватился за рукоять меча. Парни за его спиной, даже те, кто и в самом деле попал на каторгу за разбой, тоже угрожающе заворчали. Однако Торрез уже удалялся от них. Его затянутая в безукоризненно чистую мантию спина, освещаемая бледно-голубыми лучами висящего над головой огонька, выражала полное пренебрежение.
  В течение долгого времени тишину тоннеля нарушали только неровные шаги, сосредоточенное сопение и редкие упоминания Белиара, демонов и прочей нечисти, когда кто-то из призраков спотыкался о камень. Людям казалось, что они идут по этому прямому, почти без изгибов, подземелью бесконечно долго. Если бы кто-то сказал им, что минуло не более часа, он бы очень их удивил.
  - Что ещё такое?! Этого здесь раньше не было! - раздался возглас по-прежнему возглавлявшего колонну Торреза.
  Мильтен, убаюканный однообразием пути и угнетённый притупившейся уже смутной тревогой, давившей на душу с тех пор, как они вступили под своды тоннеля, едва не врезался носом в спину резко остановившегося Диего.
  - Что там? - спросил кто-то сзади, кажется, Слай.
  Молодой маг вытянул шею, чтобы разглядеть через плечо Диего причину остановки.
  - Завал! - сказал призрак. - Наверное, подземелье обрушилось, когда маги Воды устроили этот свой взрыв.
  - Пустяки! - бросил через плечо Торрез. - Здесь открылся боковой проход. Дальше была развилка, которая вела от минентальского выхода из тоннеля вглубь горы и заканчивалась тупиком. Если свернём, наверняка попадём туда.
  - Может, вернёмся назад? - благоразумно предложил Фингерс. Опытный призрак, попавший за Барьер за то, что обчищал по ночам сундуки богатых горожан, не любил соваться куда-то наобум, толком не подготовившись.
  - Назад?! Да мы так больше суток потеряем! Вам-то всё равно, где ни бездельничать, а мне как можно скорее надо доставить это, - Торрез выразительно похлопал ладонью по небольшой аккуратной сумке, висевшей у него на поясе. В ней маг хранил магические руны и свитки, а также сложил туда письма, которые ему передали Пирокар и посланец губернатора Лариуса. - Идите за мной и не тряситесь, как гоблины перед голодным остером!
  Кавалорн аж зарычал от обиды, но Диего на этот раз оказался более сдержан.
  - Хорошо, - сказал он. - Вы здесь главный, уважаемый маг. Но если мы погибнем, то эти письма никогда не попадут по назначению. Никогда - это ведь хуже, чем поздно, не так ли?
  - Мильтен, иди за мной! А эти дармоеды могут возвращаться, - не слушая призрака, проговорил Торрез и свернул в узкий боковой проход, что зиял за несколько шагов до перекрывшего тоннель завала.
  Вздохнув, Диего последовал за упрямым магом.
  
  
  ДЕНЬ 74
  Болотный лагерь
  
  Над сборищем, что окружило возвышение в центре старинной площади перед обиталищем Ю-Бериона, возвышались фигуры Кор Галома и Идола Кадара. Галом вещал что-то, потрясая воздетыми к небу руками и напрягая голос, чтобы покрыть ропот толпы, в которой смешались послушники, ещё не получившие повязку членов Братства новички, воины и младшие гуру. Все кричали и размахивали руками. Чуть в стороне виднелась закованная в стальные пластины фигура Кор Ангара, рядом с которым пристроился Лестер. Оба они с неодобрением наблюдали свару, готовую перерасти в драку.
  Оглядев всё это безобразие, Ю-Берион, сопровождаемый двумя стражами, легко сбежал по широким ступеням и приблизился к толпе.
  - Говорю вам, Спящий явился мне прошлой ночью! - с надрывом кричал Галом. - Он горько сетовал на то, что Ю-Берион, любимый его ученик, предал его. Проклятые маги Воды нарушили обряд и не дали Спящему пробудиться и освободить нас. Это они во всём виноваты! Верьте мне, братья! А Ю-Берион сбежал ночью, и теперь никто...
  - Кто это здесь сбежал?! - Просвещённый произнёс это не особенно громко, но шум почему-то сразу же смолк, а Кор Галом и поддакивавший ему Идол Кадар замерли как громом поражённые.
  Ю-Берион направился к возвышению сквозь торопливо расступавшуюся перед ним толпу, не сводя взгляда с возмутителей спокойствия. Оба стража не отставали от Просвещённого ни на шаг, и позади них сразу же пристроились ещё несколько воинов и послушников, всем своим видом выражая преданность предводителю и готовность выполнить любую его волю.
  - Галом, я разрешил тебе послать несколько человек за железами ползунов для общего дела, а не для того, чтобы ты наварил себе из этой дряни дурного пойла и потом принародно нёс всякую чушь, - наставительно произнёс Ю-Берион, приблизившись к каменному помосту и глядя на смутьянов снизу вверх. - Галом-Галом, я же предупреждал тебя! Разве болотника тебе мало? Ну, когда ты хлебал свою отраву, запершись в лаборатории, это ещё ничего. Я болел за тебя душой и молился Спящему, чтобы он избавил тебя от опасного пристрастия. Просветляющие сознание средства даны нам не для низменных удовольствий, а чтобы очистить разум и дух перед встречей с нашим богом!
  В толпе послушников кто-то непочтительно рассмеялся.
  - Я же говорил!.. - толкнул товарища в бок какой-то темплар.
  Довольный произведённым эффектом, Ю-Берион с затаённой улыбкой оглядел толпу. Братья загалдели, одни довольно, другие - с сомнением.
  Сухое, с резкими чертами лицо Кор Галома закаменело и пошло багровыми пятнами. Казалось, он не нашёлся с ответом. Зато Идол Кадар за словом в карман не полез.
  - Ты! - закричал он, выставив руки со сжатыми кулаками в сторону Ю-Бериона. - Предатель, отступившийся от Спящего! Ты смеешь прилюдно оскорблять одного из самых уважаемых людей Братства и смеяться над нашей верой?! - он воздел руки к небесам. - Слушайте, братья! Этот человек больше не верит в Спящего! Он поносил его священное имя, а когда я стал возражать, запер меня в подвал и держал там до сего дня...
  - Я запер? - очень естественно изобразив изумление, всё так же негромко перебил Кадара Просвещённый.
  - Кор Галом запер, но... - начал было Идол Кадар, однако Ю-Берион властным жестом вскинул руку, заставив его умолкнуть. Снова возроптавшая было толпа тоже вмиг затихла.
  - Вы с Кор Галомом можете запирать друг друга сколько душе угодно, если уж вас посещает такое желание после ваших одуряющих напитков, - насмешливо проговорил глава Братства, поднимаясь на возвышение и оттесняя своих оппонентов в сторону. - Но почему все мы должны выслушивать тот бред, что вы тут нагородили? Подумать только, будто бы какие-то маги помешали Спящему пробудиться! Да какое ему дело до всех этих магов и их лжебогов?! С чего вы вообще взяли, что он не проснулся?.. Молчи уж, Галом! - резко остановил Ю-Берион собравшегося подать голос Кор Галома. - Мы уже достаточно от тебя сегодня наслушались... Внимайте же, братья! Спящий пробудился в тот день, когда мы провели обряд. Да, я едва не погиб, ибо силы мои ничтожны перед мощью нашего бога. Но милостью его дано мне было восстать со смертного ложа и самому узреть приход в мир того, кому мы столько лет верно служили. Я восстал, чтобы сказать вам, что Спящий проснулся, и что имя его отныне Пробуждённый! А мы - Братство Пробуждённого. Пророчество исполнилось, первый шаг на пути к нашему освобождению сделан!
  Кто-то в толпе радостно завопил, но многие стали недоумённо озираться и переговариваться. Кор Галлом мигом заметил это, и на его хищном лице зазмеилась ядовитая усмешка.
  - И где же твоя свобода, Просвещённый? - разведя руки в наигранной растерянности, спросил он. - Барьер по-прежнему на месте, даже стал ещё больше, чем был до обряда. Или твой взгляд столь зорок, что прозревает даль до границ мира, а эту призрачную помеху не замечает? Но мы-то люди простые, и нам хотелось бы выбраться отсюда, чтобы вновь увидеть свои покинутые дома и несчастные семьи. Чтобы вновь потолкаться на рыночной площади, посидеть в таверне и увидеть своих повзрослевших детей, у кого они есть. Но Барьер по-прежнему убьёт всякого, кто попытается его пересечь. Так, братья?
  - Так! Верно сказал, Идол Кадар! - раздались голоса в толпе.
  Ю-Берион слушал своего бывшего уже друга, сложив руки на груди и глядя на него с какой-то смесью жалости и насмешки.
  - Ты глуп, Галом, раз не замечаешь очевидного, - отрезал он. - Если Барьер рухнет, и все мы разбежимся отсюда по своим домам, то не пройдёт и недели, как нас переловят поодиночке и водворят обратно на каторгу. И всем нам придётся махать киркой в рудниках под свист плетей охранников, а не покуривать болотник под сенью этих прекрасных деревьев.
  Ю-Берион умолк, выдержав длинную паузу, во время которой медленно обвёл взглядом толпу. Встретившись с этим взглядом, роптавшие умолкали. Площадь погрузилась в мёртвую тишину.
  - Пробуждённый мудр, - веско произнёс Ю-Берион, убедившись, что все слушают его, затаив дыхание. - Он печётся о нашем благе и провидит будущее. Поэтому он увеличил Барьер, приблизив наше освобождение. Вы думали, что освобождение - это разрушение Барьера? Нет! Мы можем быть свободными только под его благословенным куполом, который Пробуждённый возвёл, ещё будучи Спящим, для чего использовал глупость присланных королём магов. Придёт время, когда весь Мордраг окажется под Барьером. И править в этом новом мире будем мы! А чтобы купол рос и дальше, прежде надо сделать так, чтобы число верных последователей Пробуждённого под ним превышало количество неверных. Поэтому мы должны проповедовать и молиться, молиться и проповедовать! Только так мы приблизим свою свободу и свободу всего этого несчастного мира!
  - Что он несёт?.. - простонал Идол Кадар, но тут же слетел с помоста, сброшенный поднявшимися вслед за Просвещённым темпларами. Послушники внизу придержали низвергнутого гуру, не дав ему упасть, но тут же затолкали за спины, чтобы не мешал слушать.
  - А дабы укрепить нашу веру и убедить сомневающихся, Пробуждённый послал нам знак и откровение, явленное через его нового пророка, Кор Нетбека! - неожиданно заявил Ю-Берион. - Да, да, Галом, твои зелья нам больше не нужны. Сонный бред был необходим, чтобы прозревать волю Спящего, но стихия Прбуждённого - жизнь! Ступайте вслед за мной, братья, и убедитесь в этом своими глазами. Я покажу вам рощу священных деревьев, взращённых волей Пробуждённого за одну ночь. Идёмте, там ждёт нас Кор Нетбек! Он откроет нам волю Пробуждённого!
  - Ловок, шельмец! - покрутив головой, одобрительно проворчал Кор Ангар. Однако кроме Лестера этих слов никто не услышал. Толпа взорвалась криками - удивлёнными, восторженными, недоумёнными...
  
  
  ДЕНЬ 75
  Южный Хоринис, город Дракия
  
  Улочки и переулки Дракии отличались малой шириной и извилистостью. Почти все они, извиваясь, наклонно сбегали к морю по склону холма. Верхние этажи домов местами почти смыкались друг с другом, так что два горожанина, протянув руки из окон на противоположных сторонах улицы, запросто могли бы поздороваться друг с другом, приди им в голову такая странная фантазия. Единственной широкой улицей в городе можно было назвать Торговую. Она шла от Северных или Главных ворот и неторопливо спускалась к Портовой площади, на которой вяло копошился местный небогатый рынок.
  В день, о котором мы ведём речь, значительная часть населения Дракии толпилась или прогуливалась в верхней части Торговой улицы. На восточной стороне здесь возвышался старый, весьма благолепного вида храм, посвящённый Инносу. Но вовсе не он и не расположенные ниже по улице дома местных купцов и богатых ремесленников сейчас интересовали сейчас горожан. Время от времени их взволнованные, а порой испуганные взгляды открыто или украдкой обращались в сторону ратуши - массивного одноэтажного здания из крупных каменных блоков, украшенного по бокам узкими островерхими башенками. Любопытство и беспокойство дракийцев объяснялось просто: отцы города принимали в ратуше необычных послов. Очень необычных.
  - То есть, вы утверждаете, что эта проклятая колдовская стена неодолима, и мы обречены пребывать под ней вечно?! - подавшись вперёд, взволнованно спросил Бенно, градоначальник Дракии.
  Прежде чем ответить, Ларс откинулся на резную спинку скрипнувшего под ним высокого стула, поковырял в зубах рыбьей косточкой и лишь после этого соизволил обратить свой взор на главу попавшего в западню города.
  - Именно так, почтенный Бенно, - сказал он. - Боюсь, ваша судьба теперь навсегда или очень надолго связана с Минентальской каторгой.
  В ответ раздались взволнованные голоса и мольбы к Инносу, который неизвестно за что прогневался на несчастных дракийцев. Пока отцы города выплёскивали свой ужас и пытались выбрать лучшую линию поведения на будущее, а воры невозмутимо продолжали поглощать изысканные блюда и запивать их отличным вином, Ларс внимательно оглядел представителей городской верхушки. Пожилой, с заметно выдающимся сытым брюшком Бенно, судя по жестам и выражению лица, не отличался решительностью, но был добряком. Он в растерянности сидел во главе стола и печально оглядывал всех собравшихся. Маг Огня Адельгариус, седой и сухощавый, воспринял грозное известие спокойно. Его умные глаза сухо блестели, когда он спорил с молодым широкоплечим начальником городской стражи по имени Вальберт. Тот предлагал перекрыть перевалы и держать оборону против каторжников, не пропуская ни одного из них на эту сторону гор. Старшина торговой гильдии Викер, степенный благообразный мужчина в богатом одеянии, обменивался короткими репликами с главой ремесленников, рыжебородым и широкоплечим Лавардом. Лица обоих были напряжены и встревожены.
  Дождавшись, когда спорящие исчерпают свои аргументы, и шум поутихнет, Ларс вновь взял слово.
  - Скажите, уважаемые, вы уже имели возможность убедиться в непроницаемости магического барьера, не так ли? - спросил он.
  - Два стражника, посланных на разведку, сгорели. Та же участь постигла нескольких рыбаков, пытавшихся покинуть город морем, - неприязненно глядя на каторжника, отвечал за всех Вальберт.
  - Вам ещё нужны какие-то доказательства наших слов, или сказанного и увиденного вами лично достаточно? - уточнил Ларс.
  Все умолкли и начали переглядываться. Наконец, слово взял Адельгариус.
  - Я скромный служитель Инноса, но на своём веку повидал немало, - сказал он. - И мне вполне известна природа магического купола, устроенного моими собратьями над Минентальской каторгой. Как это ни прискорбно, но я должен подтвердить, что выбраться наружу нам не удастся, и мы обязаны подумать, как сохранить город и помочь его жителям в этом печальном положении.
  - Может быть, молодой человек имеет какие-то определённые предложения? - подал голос Бенно.
  - Да, имею, - решительно заявил Ларс. - У вас тут, насколько я успел заметить, не более двух сотен жителей?
  - Только в городе, - поспешил добавить Бенно. - Ещё несколько десятков человек живут на окрестных фермах и в доме покойного барона Айры. И хотя две трети жителей города составляют сейчас женщины, но...
  - Дом барона Айры? Это не те ли постройки с красными крышами, которые стоят на выдающемся море мысу на востоке? - вмешался вдруг Волк, до того момента вместе со всеми усердно набивавший желудок щедрым дракийским угощением. - Мы заметили их, когда спускались по склону, и подумали, что это какой-то замок.
  - Да, это и есть баронский дом. Замком его назвать трудно, хотя ограждающая его стена достаточно высокая и прочная, а внутри находятся несколько опытных воинов и слуг...
  - Не будем отклоняться от темы, - строго произнёс Ларс. - Итак, даже если город сможет выставить полсотни воинов, да ещё десятка три наберётся в окрестностях, вы всё равно не сможете противостоять ни одному из наших лагерей. Разве что с болотными придурками управитесь, но они и сами не нападут на вас. К тому же, есть ещё орки...
  - Ты смеешь угрожать нам, каторжник?! - вскочил, потеряв терпение, Вальберт. - Напрасно я приказал своим стражникам пропустить вас в ворота! Нужно было ещё на подходе нашпиговать стрелами ваши грешные тела.
  - Вы и сейчас можете перебить нас, - спокойно отвечал Ларс. - Правда, мы прихватим с собой с дюжину твоих бездельников, а через пару дней здесь появится сотня закованных в броню наёмников генерала Ли, и от вашего городишки не останется камня на камне. Вы этого добиваетесь?
  - Ах ты!.. - ладонь начальника стражи рванула из ножен меч, но неожиданно была остановлена Адельгариусом, с нестариковской силой перехватившим руку молодого воина.
  - Именем Инноса! - провозгласил старик. - Убери оружие и сядь на место.
  Пыхтя и бросая свирепые взгляды в сторону Ларса, Вальберт подчинился. А маг вновь обратился к пришельцам.
  - Насколько я понял, вы предлагаете нам присоединиться к одному из этих ваших лагерей? - уточнил он.
  - Только таким образом вы сможете сохранить свою жизнь и свободу, - кивнул Ларс. - Поймите, в Миннентале сейчас несколько сотен мужчин - сильных, голодных и злых. Среди них, конечно же, немало безвинно осуждённых, однако большинство - настоящие разбойники, дезертиры и убийцы. Мои ребята, - при этих словах он кивнул на четвёрку воров, вольготно расположившихся у другого конца стола, - по сравнению с остальными вполне приличные люди. А если, не приведи Иннос, вам доведётся познакомиться со стражниками рудных баронов или бандитами Квентина, то вы вообще сочтёте нас овечками.
  - Да уж... - сердито проворчал Вальберт, но умолк под направленными на него грозными взглядами Адельгариуса и старшин городских гильдий.
  - Поэтому, - продолжал Ларс, - я предлагаю вам препоручить свою судьбу нашему предводителю Ли. Думаю, что ни для кого не составляет тайны, что он был оклеветан и несправедливо осуждён. Но при этом сохранил всю свою справедливость и благородство. Приняв нашу сторону, вы сохраните свои жизни и имущество в неприкосновенности, а также получите надёжную защиту от Гомеза и его шайки.
  - А что вы потребуете взамен? - деловито осведомился Викер, пытливо глядя на посланца Нового лагеря.
  - Мы нуждаемся в продовольствии и изделиях городских ремесленников, - ответил тот. - Кроме защиты, Новый лагерь сможет предоставлять вам также и магическую руду, за которую под Барьером можно получить что угодно. К тому же, многие крестьяне с рисовых плантаций и рудокопы могли бы поселиться у вас, чтобы заняться мирным трудом. Угрозы эти люди не представляют, хотя не все они праведники. Однако против полутора-двух десятков обученных стражников, которыми располагает ваш город, они бессильны. Ну, что скажете, почтенные?
  Наступило недолгое молчание, которое нарушил Бенно.
  - Нам нужно обсудить ваше предложение между собой и хорошенько подумать, уважаемый... э-э-э... Ларс, - нерешительно ответил он.
  - Конечно, - широко улыбнулся глава воров, сморщив рассечённое давним шрамом энергичное лицо. - А мы пока, если не возражаете, прогуляемся по вашему замечательному городу. Время до темноты ещё есть.
  - Разумеется, - чуть помедлив, согласился Бенно. - Надеюсь, вы будете вести себя достойно. А я прикажу Вальберту, чтобы он распорядился не чинить вам препятствий.
  - Мы не заставим вас пожалеть о доверии, - с достоинством ответствовал Ларс. Изящный поклон, который он затем отвесил отцам города, мог бы сделать честь любому придворному, числившему среди своих предков по отцовской линии не меньше десятка поколений королевских паладинов.
  Воры потянулись к выходу в сопровождении с трудом подавлявшего негодование начальника стражи. Вслед за ними поднялся и Адельгариус.
  - Пойду, помолюсь Инносу, чтобы он даровал нам всем так необходимую в этот трудный час мудрость и рассудительность, - склонив голову, произнёс маг и направился к двери.
  Выйдя из ратуши, он застал сцену, за которой с любопытством следили несколько горожан и немалое число горожанок. Пока Ларс и остальные оглядывались по сторонам, Шарки приблизился к Вальберту и негромко осведомился, есть ли в городе бордель. В ответ начальник стражи побагровел и разразился проклятиями. Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы не своевременное появление мага. Под его строгим взглядом Вальберт осёкся и, коротко кивнув, удалился к ждавшим его возле ворот стражникам.
  Адельгариус тем временем осторожно положил свою сухую ладонь на плечо Шарки, который, грозно выпятив челюсть, смотрел вслед Вальберту.
  - Не сердись на него, сын мой, - успокаивающе произнёс маг. - Он молод и горяч.
  - Чего он завёлся-то? - поделился своим возмущением Шарки.- Я только спросил... хм...
  - Есть ли здесь бордель? - хитро подмигнув смущённо заморгавшему вору, договорил служитель Порядка и Света. - Если пойдёте вниз по этой улице, то в порту без труда отыщете таверну "У весёлой русалки", единственную в городе. Её хозяин Хромой Геридаг содержит несколько девочек, хотя клиентов у него в последнее время не так чтобы много.
  Подтолкнув в плечо малость обалдевшего Шарки, маг окликнул Ларса.
  - Сын мой, можно тебя на пару слов?
  - Конечно, - с досадой оглянувшись на уже удалявшихся в сторону порта спутников, терпеливо ответил вор.
  - Скажи, - пристально глядя в глаза Ларсу, начал Адельгариус, - если ваш Ли так благороден, почему мои собратья, маги Огня, обосновались в Старом лагере у Гомеза? Или я что-то не так понял из твоих речей?
  - Всё так, - собираясь с мыслями, отвечал Ларс. - Служители Инноса, как всем известно, отличаются повышенным чувством долга. Именно поэтому они пребывают вблизи рудных баронов, усмиряя их коварство и жестокость, удерживая их от многих злодейств. Кроме того, принадлежащая Старому лагерю шахта была основным поставщиком магической руды для королевских мастерских. Корристо и другие маги Огня наблюдают за тем, чтобы руда поступала бесперебойно. Я ответил на твой вопрос, отец мой?
  - Вполне. Я ещё подумаю над твоими словами и помолюсь Инносу, чтобы он вразумил меня. Однако я всё же склонен посоветовать градоначальнику принять ваше предложение, - уверенно проговорил маг. - До завтра, сын мой. Присмотри за своими спутниками, чтобы они не затеяли ссору или не стащили что-нибудь...
  Коротко попрощавшись с Адельгариусом, Ларс, провожаемый любопытными взглядами горожан, поспешил вниз по уже погружавшейся в вечернюю тень Торговой улице Дракии.
  
  
  ДЕНЬ 75
  Где-то под горами между Миненталем и Хоринисом
  
  Торрез, так спешивший доставить Корристо письма с внешней стороны Барьера, уже довольно далеко опередил своих спутников. Презираемые магом призраки и глупый мальчишка Мильтен, хвостом следовавший за их пронырливым предводителем, держались вместе. Они осторожно пробирались по тоннелю, явленному их взорам содрогнувшимися и разверзшимися в день двух обрядов недрами. Чад факелов смешивался с затхлым воздухом подземелья, и к этому всему добавлялся запах их ужаса перед неведомым.
  Так или примерно так думал Торрез, легко протискиваясь в узкие проходы, карабкаясь через завалы и на ходу заглядывая в ответвления тоннеля, скупо освещаемые его магическим огоньком. Подземелье гигантской червоточиной вгрызалось в нутро горы, виляя вверх, вниз или по сторонам, ветвясь, сужаясь и расширяясь. Конца ему не было видно, но Торрез не мог признать своё решение ошибочным и упрямо пробирался всё дальше и дальше.
  Вот маг едва ли не на четвереньках преодолел очередной завал, оставлявший лишь узкую щель между некогда свалившимися сверху глыбами, и вздохнул свободнее. Здесь стены прохода разбегались в стороны, а влажный неровный камень потолка уходил вверх и терялся в темноте, которую скудный магический свет был не в состоянии рассеять. Торрез сделал ещё несколько шагов и остановился. Где-то вдалеке он уловил тихое журчание воды и прислушался, чтобы понять, откуда исходит звук. Это спасло ему жизнь. Заклинание "Огненный дождь", руну с которым маг держал наготове с самого начала пути, залило просторную пещеру красным светом и наполнило жгучими струями огня. Несколько скелетов, что, сжимая ржавое оружие в суставчатых руках, выступили с разных сторон из темноты, рухнули, охваченные пламенем. Лишь один из них добежал до Торреза, замахнулся мечом и... ссыпался к его ногам кучкой обугленных костей. Упавший меч скелета громко прозвенел по камням, и эхо от этого звука прокатилась по всем закоулкам подземелья, погаснув в многочисленных тоннелях, что выходили в пещеру. Потом ненадолго вокруг стало темно и тихо.
  - Слава Инносу! - выдохнул Торрез и с усмешкой прислушался к гулкому топоту нескольких ног где-то позади. Это Мильтен и призраки спешили ему на помощь.
  - Толку от вас... - проворчал маг и вновь засветил над головой погасший магический огонёк. Замер. Другой звук шагов, более близкий, медлительный и неровный ему очень не понравился. Именно так ходят неупокоенные, именуемые также зомби.
  Эта разновидность противоестественных порождений Тьмы могла быть смертельно опасной, но только если заставала врасплох или нападала на неподготовленного рудокопа. Торрез же лишь хмыкнул и приготовил руну "Изгнания нежити". Над его ладонью заклубился сгусток тёмно-синего огня, готовый в любой миг сорваться навстречу первому из неуклюже ковыляющих чудовищ.
  Слабый звук из бокового прохода не привлёк особого внимания служителя Инноса. Звук походил на потрескивание разогретого огненным дождём камня и не настораживал, в то время как впереди уже замаячили тени неупокоенных, которых влекли к живому телу чутьё и ненасытный потусторонний голод. Поэтому Торрез, направляя на первого зомби удар своего заклинания, не видел, как сбоку и чуть позади него по воздуху выплыла костлявая фигура, закутанная в обрывки чёрной мантии. Заклинание "Ледяная глыба" прочертило белёсую полосу замёрзшего воздуха, и маг Огня замер с воздетой рукой...
  Торопливо ворвавшись в пещеру, Мильтен едва успел уклониться от удара когтистой распухшей руки. В лицо ему пахнуло смрадом тления, а сердце от неожиданности провалилось в пятки. Диего же не сплоховал. Оттолкнув молодого мага в сторону, он рубанул нежить мечом, увернулся от ответного удара и пнул ногой, отбросив мерзкую тварь к стене. Пока он методично разделывал короткими ударами прижатое к камню чудовище, чьё тело некогда принадлежало человеку, остальные призраки уже рубились с другими зомби, лезшими из глубины пещеры. Опомнившийся Мильтен один за другим швырял в темноту огненные шары, и редкий из них не находил цели. Два или три магических снаряда достали пытавшегося скрыться в боковом проходе неупокоенного мага, лохмотья на котором сразу же вспыхнули. Священный огонь мигом выжег из порождения Хаоса остатки псевдожизни, летающий костяк ссыпался на пол, и сражение кончилось.
  - Все живы? - спросил Диего, высоко подняв подобранный с пола факел, который бросил кто-то в начале схватки.
  - Все... более или менее, - проворчал Уистлер, осматривая своё окровавленное плечо, кое-как прикрытое обрывками усиленного красной кожей кольчужного рукава. - Говорил же мне Хуно, что эти завитушки на рукояти только утяжеляют меч...
  - Мильтен, помоги Уистлеру, - коротко бросил Диего.
  Но молодой маг его не слышал - при свете мерцающего над головой огонька и нескольких факелов, что держали в руках настороженные призраки, он озирался по сторонам, отчаянно пытаясь найти что-то.
  - Где Торрез?! - воскликнул он за миг до того, как и до остальных дошло исчезновение самонадеянного служителя Инноса.
  - Может, мимо нежити успел проскользнуть и дальше побежал? - предположил Кавалорн.
  - Вот его сумка! - воскликнул Фингерс, вытаскивая из-под тела упокоенной нежити какой-то предмет.
  - Он бы её никогда не бросил! - в голосе Мильтена проскользнула паническая нотка. - Торрез! Торрез, ты где!? - закричал он.
  - Тише, малыш, - предостерегающе шикнул на него Диего. - Ты так всю здешнюю живность соберёшь...
  - Или мёртвость! - нервно хихикнул Слай.
  - Давайте всё тут хорошенько осмотрим, - предложил рассудительный Кавалорн.
  Однако недолгие, хоть и энергичные поиски ничего не дали. Торрез, живой или мёртвый, будто сквозь землю провалился.
  - Что теперь будем делать? - спросил расстроенный Мильтен, оглядывая лица призраков, красно-кирпичные в факельном свете.
  В ответ все они промолчали.
  - Не понимаю, почему мы должны о нём беспокоиться, - подал голос Фингерс. - Он сам решил идти вперёд, а нас бросил, потому что за людей не считал. Сумка его у нас, отнесём её в Старый лагерь и получим награду. Что скажете?
  - Нет, так нельзя! - вскипел Мильтен. - Может, он и не лучший из людей, но мы пришли сюда вместе и вместе должны вернуться. Или найти его тело, если он мёртв!
  - Малыш прав, - поддержал его Диего. - Не дело своих бросать. Даже таких, как Торрез. Так что будем искать. Фингерс, ты можешь вернуться и отнести сумку.
  - Что я, шныг последний?! - возмутился тот. - Решили искать - значит, будем искать.
  Слай, Кавалорн и Уистлер тоже не стали возражать своему предводителю.
  
  
  ДЕНЬ 75
  Болотный лагерь
  
  Множество грубых кожаных сапог и сандалий из древесной коры, соприкасаясь с подгнившими мостками, проложенными над болотистой почвой, порождали шум, похожий на шорох от трения чешуйчатого брюха болотожора о прибрежную гальку. Подобно же непомерно длинному болотожору вереница людей втягивалась в проём ворот Болотного лагеря, переползала через мост и, предводительствуемая торжествующим Ю-Берионом, двигалась по тропе. Большая часть гуру, темпларов и послушников братства направлялась вслед за своим хитроумным предводителем, чтобы убедиться собственными глазами в знаке, явленном Пробуждённым божеством.
  В лагере оставались не более двух-трёх десятков человек, среди которых были, конечно же, Кор Галом и Идол Кадар. Разозлённые и униженные провожали они уходящих тяжёлыми взглядами. С ними остались несколько наиболее фанатичных стражей и некоторое число преданных послушников. Возле Галома, стараясь перехватить его взгляд, вертелся Кайн.
  - Что, тоже хочешь идти с ними? - снизошёл до любимого ученика тот. - Ну, беги. Авось новый бог уделит тебе толику своего могущества.
  - Как вы только могли так подумать, учитель?! - возмутился Кайн, оскорблённый словами наставника и ядовитым тоном его голоса. - Я только хотел спросить, что мы теперь будем делать дальше...
  - Дальше? В самом деле, что? - вслух спросил самого себя Кор Галом. Потом худое лицо его исказилось ухмылкой и тут же вновь стало серьёзным, обретя ещё более хищное выражение.
  - А делать мы будем вот что, - сказал он. - Сейчас ты принесёшь из лаборатории остатки зелья, которые мы готовили для вызова Спящего, а потом я произнесу речь. Что стоишь? Бегом!
  - Да, учитель! - выкрикнул ободрённый Кайн и, хлопая сандалиями, бросился к ближайшей лестнице, которая вела на верхний ярус переходов, устроенных между стволами гигантских деревьев, чтобы скорее добраться до расположенной наверху лаборатории.
  А Галом, прочно упершись ногами в шаткие доски мостков, громко заговорил, обращаясь к ближайшим из своих сподвижников, в душе уже готовых покинуть его.
  - Братья! Сердца ваши преисполнены горечи и сомнения, и вера ваша пошатнулась, - произнёс он, подпустив в голос щедрую порцию сочувствия и всепрощения. - Отлично понимаю ваши чувства. Понимаю ваше смятение и неуверенность в прежних истинах. Понимаю, но не могу их разделить, ибо сердце моё ликует. Ликует оттого, что зрю я немалое число тех, кто не бросился безоглядно в объятия нового лжебожества. Тех, кто сохранил преданность Спящему и не потерял надежду на обещанное им освобождение.
  Малочисленная и редкая толпа вокруг Галома стала плотнее. Из ближайших хижин появились ещё пять или шесть человек, намеревавшихся пересидеть раскол и присоединиться к безоговорочному победителю, когда он определится окончательно.
  - Вы слышали, - продолжал меж тем вещать Галом, - что сказал Ю-Берион, ослабевший за долгие дни беспамятства и ставший одержимым? Он сказал, что тем, кто пойдёт за ним, нечего надеяться на освобождение из-под проклятого барьера! Их новое божество, а вернее сказать - лжебожество, не избавит их от неволи. Все они готовы до конца своих дней прозябать в этих болотах. Но не таковы мы - те, кто не отверг истинной веры. Те, кто по-прежнему ждёт освобождения, пророчество о котором явил нам Спящий в посланных им снах. Так опечалимся же судьбой тех, кто свернул с праведного пути, но оставим их несчастной судьбе, которую они выбрали себе сами. Мы же пойдём по прямой дороге, показанной нам Спящим в видениях смутных внешне, но таких ясных по существу!
  Тем временем вернулся Кайн, прижимавший к груди глиняную бутыль с дурманящим зельем. Кто-то отыскал глубокую деревянную чашку и ополоснул в ближайшем канале. Посудину наполнили адским варевом Кор Галома, а потом, повинуясь его повелительному жесту и ободряющим кивкам Идола Кадара, пустили по кругу. Галом же, едва пригубив чашу, всё говорил и говорил о вере в Спящего, о могуществе, которое божество дарует своим избранникам, о великой миссии, выполнить которую призваны они все.
  Люди, одурманенные ядовитым пойлом, всё больше возбуждались и впадали в религиозный экстаз. Никому из них и в голову не пришло возразить, когда Галом призвал их вооружиться и следовать за ним, чтобы искать обитель Спящего. Куда нужно идти, он пока не знал, однако не сомневался, что путь к божеству преграждают орки. Ведь во время обряда Пробуждения именно орочья морда появилась над Болотным лагерем, и это видели все.
  
  
  ДЕНЬ 75
  Новый лагерь
  
  - Ли, там к тебе посланец от Гомеза, - войдя в просторный грот, служивший жилищем опальному генералу, сообщил Орик. Ли поднял лицо от подробной карты Миненталя, которую он изучал прилежно и вдумчиво, разложив на широком пне, что заменял ему стол.
  - Раз пришёл, пусть входит, - ответил Ли, тщетно пытаясь догадаться, что понадобилось проклятому барону.
  В грот в сопровождении двух наёмником, приданных в качестве сопровождения Кордом, вошёл коренастый человек в доспехах гвардейца Старого лагеря.
  - Скорпио, - почтительно кивнув, представился он. - Меня прислал Гомез.
  Произнеся это, он протянул предводителю наёмников запечатанный пергаментный свиток. Ли взял пергамент и сломал печать. Потом, уже развернув свиток, он поверх него пытливо взглянул на посланца.
  - Ты ведь обучаешь арбалетчиков в Старом лагере?
  - Да, - подтвердил сведения генерала посланец. - Но я также в свободное время занимаюсь торговлей, и к тому же пользуюсь немалым доверием Гомеза. Потому он и выбрал меня в качестве своего гонца.
  - Сочетание достаточно высокого положения и способностей торговца - подходящие качества для посланника, - понимающе улыбнулся Ли и углубился в чтение.
  Двое наёмников и Орик не сводили глаз со Скорпио, видимо опасаясь с его стороны покушения на своего предводителя.
  Ли быстро пробежал свиток. Гомезово письмо гласило:
  
  "Ли, предводителю Нового лагеря и слуге магов Воды, от Гомеза, первого среди рудных баронов, главы Старого лагеря и хозяина всего Миненталя.
  Уважаемый Ли, приношу свои уверения в самом глубочайшем почтении к тебе и твоим нанимателям, а также в очередной раз подтверждаю свою готовность в точности следовать заключённому нами соглашению. Как только вернутся мои разведчики, посланные к северным границам Барьера, а твои люди добудут достаточное количество руды, мы обменяем её на королевские товары, которые поделим согласно нашему договору.
  Уверен, в знак нашего союза ты не откажешь мне в небольшой просьбе. По имеющимся у меня сведениям, в Новом лагере пребывает некто Гомер, опытный плотинный мастер и большой знаток всяческих механизмов. Мне бы хотелось, чтобы ты прислал его на неделю или две для выполнения некоторых работ. Разумеется, он будет щедро вознаграждён и, если захочет, сможет вернуться в Новый лагерь, когда его услуги больше мне не потребуются.
  В благодарность я готов увеличить твою долю от продажи первого груза руды из Свободной шахты на одну десятую часть всех вырученных от этой сделки товаров.
  Гомез."
  
  - Да, послание в духе Гомеза! - усмехнувшись, воскликнул Ли и снова обратился к Скорпио. - Он это сам писал?
  - Не знаю, письмо и приказ доставить его тебе мне передал Ворон, - отвечал стражник.
  - Тебе известно, что здесь написано?
  - Нет. Ворон сказал только, что на обратном пути я должен сопровождать человека, которого ты пошлёшь со мной. Я должен отвести его в окрестности Старой шахты и передать под начало Яна, а потом вернуться в замок.
  - Бароны как всегда самоуверенны... Впрочем, у меня нет причин отказывать им в этой маленькой просьбе, - сказал Ли и обернулся к Орику. - Найди Горна. Пусть он приведёт Гомера и готовится идти вместе с ним и этим человеком (кивок в сторону Скорпио). А то мало ли что, вдвоём надёжнее.
  - Не стоит беспокоиться, это же рядом, и дорога совершенно безопасна, - возразил было Скорпио, но тут же одёрнул себя. - Впрочем, тебе виднее...
  Горна нашли не сразу. Он отыскался в корчме на озере, где Силос едва успевал подтаскивать ему шнапс и закуску. И хотя темнокожий здоровяк успел уже порядком набраться, на ногах он стоял достаточно твёрдо и мыслил здраво. А потому, выслушав приказ, переданный каким-то молодым вором, первым делом отправился на плотину над рисовыми полями, где в последний раз видел Гомера. Плотинный мастер как раз выбрался из воды и, отложив в сторону тяжёлый молоток, принялся стягивать с себя мокрую одежду.
  - Привет, Гомер! - зычно возгласил Горн. - Опять дырки в своей плотине затыкал?
  - Этот проклятый шныг каждую ночь грызёт сваи и подрывает основание, - устало ответил Гомер. - Если так дальше пойдёт, то скоро вода смоет посевы риса, и вы, бездельники, останетесь трезвыми и голодными.
  - Слушай, приятель, а ты своего шныга, часом, не выдумал? Мы уже два раза его ловить ходили на тот берег. Нет там никого!
  - Смотреть надо лучше... Зальют глаза шнапсом по самые брови, а потом: "не нашли"!
  - Ладно, хватит ворчать, нас с тобой Ли вызывает, - примирительно ответил Горн, пребывавший в весьма благодушном настроении. Впрочем, мастера он уважал за опыт и трудолюбие и часто прощал ему такие вольности, за которые кому другому мигом бы расквасил нос.
  - Чего ему надо?
  - Почём мне знать. Может, в шахту послать хочет или ворота чинить.
  - Погоди, я сейчас...
  Натянув на худое жилистое тело кое-как выжатые лохмотья, Гомер сунул молоток за пояс, пригладил ладонью короткую с проседью бороду и молча направился в сторону лагерных построек. Горн затопал следом.
  Вскоре они предстали перед Ли. Предводитель наёмников окинул их критическим взглядом и сообщил, зачем вызвал. Пока Горн оценивающе рассматривал Скорпио, Гомер жаловался на шныга, еженощно подрывающего плотину - любимое детище мастера.
  - Я же посылал наёмников, чтобы прикончили эту тварь! - удивился Ли.
  - Они его не нашли. Или не искали, - ответил Гомер. - И теперь если я уйду надолго из лагеря, проклятый шныг спустит всю воду из озера и затопит поля.
  - Горн, ты немедленно пойдёшь и найдёшь это животное, - сказал Ли, строго поглядев на наёмника.
  - Если позволишь, я помогу ему. Гомез не любит ждать, - подал голос Скорпио. - Только подберите мне подходящий арбалет - свой я оставил в замке.
  - Может, целое войско на одного шныга послать... - проворчал Ли. Наёмники, охранявшие генерала, заржали. - Ну, чего зубы скалите? Дайте посланнику баронов арбалет и идите вместе с ним и Горном. Я хочу видеть шкуру этого неуловимого шныга не позднее, чем через час.
  Воины торопливо покинули пещеру.
  Когда в пещере остались только Ли и Гомер, предводитель Нового лагеря обратился к мастеру:
  - Насколько я понимаю, бароны решили откачивать воду из Старой шахты. Разведчики доносят, что завалы они разобрали, но внутри всё затоплено. А ты им потребовался, чтобы установить водяное колесо на реке и протянуть трубы к шахте. Сможешь?
  - Это мы умеем, - ответил довольный Гомер, поглаживая бороду.
  - Я не сомневался в тебе, мастер, - с серьёзным видом кивнул Ли. - Сделай всё на совесть, но особенно не торопись. Нам не помешает ухватить толику от королевских щедрот. В лагере многие недовольны тем, что руда, собранная нами за эти годы, так пропала впустую во время неудачного обряда. А хорошие товары из внешнего мира смогут взбодрить слабых духом.
  - Понял. Сделаю всё как надо, - глядя в глаза предводителю, уверенно отвечал Гомер.
  - Да, и оденься поприличнее. Я же давал тебе хорошую одежду, вот в ней и иди. Если испортишь, дам ещё... Что такое?
  - Ну... - замялся мастер. - Как бы это... украли её у меня, словом. Я же на плотине целыми днями, а мой ящик в хижине на простой замок запирается, любой из воров его в два счёта вскроет...
  - Каторжники, что с них взять! - сердито нахмурился Ли. - Узнаю, кто украл, повешу в назидание остальным на сторожевой вышке, прямо над твоей плотиной. А одежду сейчас тебе другую найдём, не горюй.
  
  
  ДЕНЬ 75
  Роща возле развалин покинутого монастыря
  
  Неохватные стволы высоких деревьев, покрытые гладкой светло-серой корой, уходили ввысь как колонны величественного храма. Солнечные лучи проникали сквозь ажурную листву вознесённых ввысь крон и падали вниз подобно полупрозрачным золотистым столбам. В лёгком, напоенном свежими ароматами воздухе то тут, то здесь вспыхивали яркие зелёные огоньки. Тишину, оттенённую звонкими голосами птиц и отдалённым шумом прибоя, нарушали осторожные шаги множества ног и восторженные перешептывания. Братство Пробуждённого пришло поклониться своему новому божеству.
  Ю-Берион властно вскинул руку, приказывая остановиться. Шедшие позади Просвещённого Кор Ангар, гуру и часть темпларов повиновались немедленно, а напиравшие послушники сгрудились за их спинами и стали взволнованно переговариваться. Им было не видно мощного, непомерно широкоплечего человека, вышедшего навстречу из-за деревьев.
  - Приветствую тебя, Кор Нетбек, пророк жизни и освобождения, - почтительно склонился Ю-Берион перед тем, кого большинство членов Братства долгие годы считало сумасшедшим.
  Нетбек, на котором не было ничего, кроме набедренной повязки, остановился, сложил руки на груди и строго посмотрел на толпу. Все умолкли и затаили дыхание, так что стало слышно едва ощутимый шорох листьев высоко вверху.
  - Впредь не входите сюда в таком множестве, - соизволил разомкнуть уста новый пророк. - Мы мнёте мох и утаптываете землю, из-за этого корням трудно дышать.
  - Прости нас, Кор Нетбек, - ещё ниже склонился Ю-Берион. - Братьям так не терпелось убедиться в величии и силе Пробуждённого бога, что они явились в эту рощу все разом. Мы сегодня же расставим стражу по обе стороны расщелины, через которую нам пришлось перебраться, чтобы попасть сюда, и станем приходить по несколько человек в день, не более.
  - Хорошо. Если вы не будете разводить огня и размахивать топорами, деревья не обидятся.
  Ю-Берион обернулся к своим последователям и придал лицу торжественное и значительное выражение.
  - Вы всё слышали, братья? - спросил он.
  В ответ раздались робкие согласные голоса людей, потрясённых тем, что они видели и чувствовали в этом месте.
  - Яви же нам волю Пробуждённого бога, о пророк! - возгласил Ю-Берион, обращаясь опять к Нетбеку.
  - Пробуждённого? - поднял брови Нетбек. - Да, пожалуй... Тот, кто дарует жизнь этой роще, пробудился недавно. Ранее он только говорил со мной через деревья, их голосами и их языком.
  - Разве у деревьев есть язык? - едва слышно прошептал кто-то в толпе послушников.
  Как ни странно, Нетбек ответил на этот вопрос, хотя до того места, где он стоял, эти слова никак не должны были долететь.
  - Да, у деревьев есть свой язык. Он совсем не похож на человеческий, но его можно научиться слышать и понимать, - сказал пророк. - Это не так трудно. Главное, сильно этого захотеть и постараться проникнуть в него душой. Только при помощи разума его не понять.
  - Мы будем учиться у тебя, Кор Нетбек. Я сам буду нести слово нашего бога братьям, и присылать к тебе самых достойных. А теперь, чтобы убедить сомневающихся, яви силу Пробуждённого их глазам.
  - Разве вид этой рощи оставляет какие-то сомнения в его мощи? - удивился пророк.
  - Для меня этого достаточно, однако не все братья достаточно сильны духом и разумом, а потому продолжают колебаться на самом пороге истины, - смиренно ответствовал Ю-Берион.
  Нетбек снисходительно улыбнулся и пожал мощными плечами, как бы говоря: "Ну, если для вас имеют значение подобные безделицы, то так и быть". Затем, протянув правую руку и повернув её ладонью к земле, замер на некоторое время. Опять наступила тишина, но время шло, и ничего не происходило. Вот уже послышались возгласы недоумения. И вдруг все, кто стоял в первых рядах и мог лучше видеть происходящее, поражённо ахнули. Под ладонью Нетбека прямо у них на глазах зашевелилась покрытая мхом травами земля, и из неё, преодолев сопротивление неподатливой поверхности, выстрелил вверх росток. Стремительно разворачивая крупные зубчатые листья, он достиг вершиной пальцев Нетбека и замер. Тот убрал руку и с нежной улыбкой смотрел на молодое деревце. При виде этого зрелища гуру и послушники, а за ними и большинство стражей попадали на колени. Присоединился к ним и Ю-Берион. Лишь Кор Ангар и ещё трое воинов остались на ногах.
  - Всё это замечательно, но что мы с такой магией сможем противопоставить стражникам Гомеза, когда он пришлёт их сюда, вооружённых огненными свитками? - скептически спросил Кор Ангар.
  Нетбек взглянул на него с каким-то лукавым удивлением. На губах пророка по-прежнему блуждала улыбка. Он резко вытянул вперёд руки и сжал пальцы, будто схватив нечто незримое. И в тот же миг Ангар и трое его воинов рухнули наземь. Их лодыжки оказались плотно спелёнаты цепкими древесными корнями. Корни немедленно обхватили их руки и шеи, не давая пошевелиться, но уже в следующий миг обмякли и втянулись в землю.
  Послышались изумлённые и испуганные крики.
  - Впечатляет, - проворчал Кор Ангар, поднимаясь на ноги отряхиваясь. - С такими заклинаниями мы сможем защитить себя...
  - И наши деревья, - немедленно вставил Нетбек.
  - Ага, - без тени улыбки согласился глава темпларов, - и деревья тоже. Пожалуй, проснувшийся бог нравится мне больше, чем тот, что спал в своём тёмном логове. Любопытно, как скоро гуру смогут перенести эту магию на свитки?
  - Мы, конечно же, сможем овладеть этой магией, как только научимся слышать деревья. А составить формулы и записать их на рунные камни и свитки будет совсем не сложно, - заявил Ю-Берион, уже поднявшийся с колен. - Главное, использовать дарованную Пробуждённым силу на благие дела. Ведь так, Кор Нетбек?
  - Именно так. Деревья добрые, они не хотят зла. И тот, кто дарует им жизнь, тоже не хочет.
  - Слышали, что сказал пророк? - возвысил голос Просвещённый, стараясь, чтобы его услышал каждый. - А теперь ступайте обратно в лагерь. Завтра изберём тех, кто первыми пойдёт учиться говорить с деревьями. С пробуждением, братья!
  - С пробуждением! - подхватили многочисленные голоса, и люди один за другим стали скрываться среди стволов по направлению к ветхому мосту, перекинутому через глубокую расщелину на краю рощи.
  Ю-Берион же, осторожно взяв Нетбека под руку, повёл его в другую сторону, что-то негромко говоря на ухо.
  - Выкрутился, шельмец! - глядя вслед этой странной парочке, воскликнул Ангар. Его рассечённое шрамами грубое лицо растянулось в ухмылке.
  - Похоже, во всём этом что-то есть, - сказал неслышно подошедший к темплару Лестер. - Кажется, Ю-Берион сказал правду, когда спорил с Галомом.
  Кор Ангар искоса взглянул на него и произнёс:
  - Ты разве не понял? Он просто использовал силу, открытую Нетбеком, для сохранения своей власти. Уважаю этого мужика, из любой западни выскользнет и выведет остальных!
  - Всё я понял, - покачал головой Лестер. - Не о том речь. Просто магия Пробуждённого действует не хуже, чем действовала магия Спящего до того, как она ослабела после Вызова.
  - Не всё ли нам равно, приятель, - ещё раз усмехнулся воин. - По мне, так старая добрая сила Аданоса и Инноса ничуть не хуже. Да и помощнее, пожалуй. Но главное - у нас снова есть, что противопоставить Гомезу, если он вздумает поставить свой сапог на наши хребты.
  - С этим не поспоришь, - согласился Лестер и тут же заспешил. - Ой, меня учитель зовёт! Ты идёшь?
  - Нет, я ещё немного побуду здесь. Очень уж славно дышится под этими деревьями.
  - Увидимся в лагере, - кивнул Лестер и заспешил к окликнувшему его Идолу Намибу.
  
  
  ДЕНЬ 76
  Где-то под горами между Миненталем и Хоринисом
  
  Нужное место обнаружил Фингерс. Все уже валились с ног и чувствовали себя окончательно потерявшимися в этих бесконечных подземных переходах, кишащих то нежитью, то ползунами. Диего приказал остановиться на отдых возле небольшого родника, пробившего себе дорогу сквозь дно пещеры. Все устало опустились на влажные холодные камни, лишь осторожный Фингерс решил пройти вперёд ещё немного и взглянуть, нет ли впереди близкой опасности. Опасности менее близкой было впереди, позади и вообще со всех сторон очень много. Это было ясно всем без исключения.
  - Там что-то светится и какие-то голоса, - громким шёпотом сообщил Фингерс, спустя некоторое время выходя из темноты на свет факелов.
  - Да, я слышал, что в темноте часто всякое мерещится, - не двигаясь и не открывая глаз, апатично проговорил Слай.
  Остальные всё же соизволили повернуть головы и взглянуть на Фингерса.
  - Ладно, парни, не время отдыхать, - нехотя поднимаясь на ноги, произнёс Диего. - Надо взглянуть, что он там нашёл.
  - Говорю вам, я точно видел свет! - возбуждённо зашептал Фингерс. - И голоса слышал, будто поют что-то, а что - непонятно.
  - Ну, если там ничего нет... - с ленивой угрозой проворчал Уистлер, тоже вставая. Вслед за ним поднялись и остальные, поправляя доспехи и удобнее пристраивая оружие.
  Стараясь не производить лишнего шума, они двинулись вслед за Фингерсом. А когда и вправду впереди замаячил мертвенно-синий свет и послышались какие-то заунывные звуки, загасили факелы, чтобы не выдать своё присутствие раньше времени. Пройдя по плавно изгибающемуся тоннелю ещё около сотни шагов, разведчики оказались в преддверии длинного рукотворного зала, низкие своды которого подпирали толстые четырёхгранные колонны, покрытые причудливой резьбой. В зале что-то происходило.
  - Теперь тихо, оружие держать наготове, - шёпотом скомандовал Диего.
  Они ещё продвинулись вперёд и укрылись за колоннами у входа в зал. Осторожно выглянув, Мильтен увидел, что делается в середине зала. Там стоял высокий каменный алтарь, окружённый четырьмя каменными же столбиками, на каждом из которых были установлены высокие светящиеся сосуды. На алтаре виднелось распростёртое человеческое тело, над которым висело полупрозрачное чудовище, издававшее звуки, одновременно похожее на плач и протяжное пение.
  Мильтену не раз приходилось видеть изображения демонов в книгах, а однажды довелось взглянуть на одного из них въявь. Это было когда Корристо и (...) взяли его с собой, отправляясь в Старую шахту по вызову Яна. Демон невесть откуда появился в одном из нижних штреков и до смерти перепугал рудокопов и стражников. Маги быстро и без особого труда изгнали чудовище, но его жуткий облик остался накрепко запечатлён памятью Мильтена.
  Чудовище, висевшее над уложенным на алтаре человеческим телом, тоже напоминало демона. Те же пропорции, перепончатые крылья и толстый хвост. Но размерами оно вдвое превышало любого представителя этой нечистой породы, о которых молодому магу приходилось читать или слышать. Тело его, как уже упоминалось, было полупрозрачным, а на месте клыкастой пучеглазой морды извивался пучок каких-то отростков или щупалец.
  Поражённый зрелищем Мильтен забыл об осторожности и слишком далеко высунулся из-за колонны. Диего ухватил его за рукав и втянул обратно, но было уже поздно. С нескольких сторон разом раздался многоголосый шёпот, шорох и шелест. Из тёмных ниш между колоннами посыпались маленькие приземистые скелеты с тяжёлыми дубинками в суставчатых лапах и стали выпархивать существа, похожие на уменьшенных в несколько раз демонов. Всё пространство подземелья наполнилось треском, стуком и скрежетом, и вся эта лавина оживших костей и изначально не живой плоти обрушилась на шестерых людей. Закипела схватка.
  Сначала казалось, что жить им осталось несколько мгновений. Но ни призраки, ни Мильтен не были намерены погибать без боя. Мечи и заклинания крошили и обугливали кости, кромсали тугую демоническую плоть на удивление легко. Выдержав первый натиск, люди поняли, что берут верх. Отбрасывая каждым ударом по несколько врагов, они немного продвинулись вперёд, вглубь зала.
  - Там Торрез, он на алтаре! - закричал Мильтен.
  - Вперёд, ребята! - заорал Кавалорн.
  Казалось, что ещё немного, и они расшвыряют остатки злобной мелочи и доберутся до её полупрозрачного хозяина. Но тот вдруг взмахнул крыльями, и из-за колонн выхлестнулась новая волна скелетов и демонят. Люди попятились и вновь заработали оружием.
  Они отразили и это нападение. А потом ещё одно и ещё. Но все новые и новые толпы мелких, но необыкновенно кровожадных существ обрушивались на них, грозя захлестнуть, сбить с ног, задавить массой и порвать в клочья. Вот рухнул на каменные плиты Слай, пытаясь отодрать вцепившихся когтями в волосы мелких демонов. Вот обессиленный Кавалорн прижался спиной к колонне, с трудом отбиваясь от наседающих скелетов. Вот Мильтен, в очередной раз отступивший за спины Диего и Фингерса, чтобы восполнить запас магической силы, обнаружил, что держит в руках последнюю бутылку экстракта маны. Дела становились плохи. А сквозь шум сражения всё так же пробивались тоскливые звуки демонического пения, словно чудовище оплакивало свои будущие жертвы.
  Выскочив из-под прикрытия изнемогающих призраков, Мильтен неверной рукой метнул заклинание малой огненной бури туда, где крохотные демоны кружились особенно густо, но промахнулся. Вместо того, чтобы опалить крылья десятку маленьких монстров, заклинание ударило в один из светящихся сосудов и разнесла его в клочья. Чудовище над алтарём взвыло и задёргалось, а натиск его не ведающего страха и жалости воинства немедленно ослаб.
  - Сосуды! Надо разбить сосуды! - закричал ободрённый Мильтен и выпустил ещё одно заклинание. Но теперь уже демонята сами ринулись на сгусток пламени, перехватив его своими телами, немедленно превратившимися в дымящиеся ошмётки. Израсходовав остатки магической силы, Мильтен сумел разбить только один из оставшихся сосудов. Но в дело уже вступил Диего, с неимоверной быстротой начавший выпускать стрелы, пока Уистлер и Фингерс прикрывали его со всех сторон, а Мильтен, обнажив меч, отмахивался от скелетов.
  Наконец последняя узкогорлая посудина оказалась разбита, и зал погрузился во тьму и немую тишину. Кто-то зажёг факел, и маг бросился к лежавшим на полу Слаю и Кавалорну. Слай был мёртв, а Кавалорн ещё дышал, хоть и был без сознания. Мильтен выронил меч и опустился рядом с призраком на колени, оскальзываясь на ошмётках демонических тел и человеческой крови, и поднёс к его губам бутылку с целебным зельем. Исцеляющее заклинание было бы вернее, но у молодого мага не осталось и капли магической силы. Кавалорн, начавший приходить в сознание, глотнул, закашлялся и открыл глаза.
  - Вот так, хорошо, - приговаривал Мильтен, распечатывая ещё одну бутылку с эликсиром.
  А позади мага снова раздавался шум борьбы - это оставшиеся на ногах призраки рубили на куски полупрозрачного шупальцемордого демона, после потери сосудов оказавшегося почти беззащитным.
  
  
  
  ДЕНЬ 76
  Город Дракия
  
  - К западу от той дороги, по которой вы сюда пришли, есть какие-то старинные развалины. Очень нехорошее место, поглоти меня Тьма!
  - Чем нехорошее? - уточнил Волк.
  - Жутко там. И люди, говорят, пропадали не раз, - ответил его собеседник и отхлёбнул из большой деревянной кружки. - Эх, знатное пиво у Геридага! Закажи ещё.
  - Конечно, - покладисто отозвался Волк и махнул рукой, подзывая хозяина таверны.
  С этим человеком он познакомился полчаса назад, когда спустился вниз, чтобы позавтракать. Ларс и Шарки всё ещё нежились в постелях в объятьях местных красоток, а Редфорд и Дракс, проснувшиеся следом за Волком, велели хозяину приготовить им жратвы и вышли на улицу. В зале, кроме Волка, остался только один постоялец - коренастый человек средних лет с обветренным широким лицом, в потрёпанной матросской одежде. Он подсел к каторжнику и попросил поставить ему пива, так как у него после вчерашнего в башке будто склянки отбивают, поглоти их Тьма. Волк не упустил случая и, хорошенько угостив местного жителя, забросал его вопросами.
  - А баронский дом? Ты бывал там? - продолжал допытываться Волк.
  - Конечно, бывал и не раз, - отвечал его собеседник. - У старика Айры там даже пристань небольшая была устроена. Тяжёлое судно к ней не подвести из-за мелей, но мелкие лодчонки подходят без труда. По молодости барон неплохо погрел руку на контрабанде минентальской руды. Здесь-то шахты все выработаны давно, да и руда в них не та совсем была...
  - Так барон промышлял контрабандой?
  Моряк с усмешкой взглянул на Волка из-под лохматых бровей, одну из которых рассекал давний шрам, и, оглянувшись, ответил:
  - Ты разве не знаешь, парень, что все эти важные господа самые первые контрабандисты и разбойники и есть? Вот и Айра старался не отставать. Но нас, простых моряков, он тоже не обижал, когда мы приходили с очередным грузом руды, которого так и не смогли дождаться королевские мастерские на материке. Да, славное было времечко, поглоти меня Тьма!
  - А куда барон потом девал свою руду? - заинтересовался Волк.
  - Как куда? Продавал, конечно. Какой-нибудь туманной ночкой неподалёку от баронской пристани бросал якорь корабль из Гатии, с Южных островов или даже орочья галера из Гортара. И между судном и берегом начинали сновать лодки, которые едва не черпали воду бортами - так тяжело они были нагружены! - моряк снова прервал свой рассказ, чтобы отхлебнуть из пивной кружки. - Потом проклятые маги накрыли долину этим своим куполом, и кончилась наша сладкая жизнь. А барон Айра к тому времени уже сумел скопить порядочное состояние, женился, два сына у него подрастали.
  - Где они теперь?
  - На материк отправились, на королевскую службу. Младшенький, Густав, говорят, погиб где-то на нордмарских перевалах. А про старшего, Сенграта, рассказывают, что он жив и здоров, стал королевским паладином. Сам же барон как-то раз перебрал старого монастырского, да и помер от удара... Теперь, надо думать, перед Белиаром ответ держит.
  - А ты сам в Гатии бывал?
  - Эх, парень, где я только не бывал! И на материке, и в Гатии, и на Южных островах, и на Восточных. Теперь вот тут оказался, под куполом этим проклятым, поглоти его Тьма... Закажи-ка ещё пива, с ним и разговор лучше клеится. Я тебе такого могу порассказать... Кстати, меня Ноком кличут. А тебя?
  - Меня называют Волк. Сейчас, друг, я велю принести ещё пару кружек. Где там Геридаг пропал?
  В тот же миг хозяин, по какой-то надобности выходивший на улицу через заднюю дверь, вбежал в общий зал. На бегу он сильно хромал и размахивал руками.
  - Там ваших бьют! - крикнул он Волку.
  - Где? - быстро вскочив на ноги, спросил каторжник.
  - Там, в проулке.
  - Стража?
  - Нет, трое задир из порта. Они всех тут замучили...
  - Зови Ларса и Шарки! - с этими словами Волк отшвырнул ногой скамейку и бросился к выходу.
  - Погоди, парень, я с тобой! - закричал Нок и побежал следом. - Эти рыбьи дети и меня давно злят.
  Они выскочили на улицу, бегом обогнули таверну и услышали шум драки в ближайшем проулке. Волк выхватил меч и кинулся туда.
  Как оказалось, помощь вовремя не поспела. Вскочив в проулок, Волк споткнулся о чьи-то вытянутые ноги и едва не упал. Чтобы удержаться, схватился ладонью о стену. Серые от непогоды и времени доски оказались забрызганы кровью.
  Послышался смех. Это дружно ржали Дракс и Рэдфорд.
  - Спасать нас прибежал, Волк? - спросил Дракс и, присев над одним из распростёртых на земле тел, принялся обшаривать карманы.
  - Мы знали, что ты нас не бросишь! - усмехнувшись, сказал Рэдфорд и спросил, кивнув в сторону Нока. - А это кто с тобой?
  - Местный, в таверне познакомились, - ответил Волк, не отводивший взгляда от трёх портовых громил, живописно загромоздивших собой проулок.
  - Да живы они, живы, - успокоил его Дракс. - Мы ж не дураки - в чужом городе резню начинать. Вон тому длинному только руку пришлось попортить, иначе бы он мне брюхо распорол.
  Один из поверженных задир глухо застонал, подтверждая тем самым, что ещё не покинул этот грешный мир для встречи с богами.
  - Поглоти меня Тьма! Да, ребята, с вами лучше дружить, чем ссориться... - проворчал Нок, с любопытством рассматривавший побоище. - У вас там все такие?
  - Это ты ещё наёмников не видел, - сказал Рэдфорд, деловито собиравший раскиданное по земле трофейное оружие. - К примеру, Горн с Кордом или Торлофом, особенно если шнапсом зарядятся, вдвоём весь этот городок разнесут и с утра не вспомнят...
  - Что случилось? - оттерев в сторону Волка и Нока, в проулок протиснулся Ларс. Он был полуодет, встревожен, в руке сжимал длинный узкий клинок. Следом за Ларсом появился и Шарки.
  - Да пустяки, - отмахнулся Дракс. - Мы уже закончили. Пошли, перекусим.
  Быстро оценив открывшуюся перед ним картину, Ларс заметно успокоился и кивнул.
  - Думаю, у городских властей не будет к нам претензий по поводу этой троицы.
  Воры стали один за другим выбираться из проулка. Один из побитых с трудом поднялся на ноги, посмотрел им в спины мутным взглядом, пошатнулся и сполз по стенке.
  На улице меж тем поднялась суматоха. Раздавались крики, по выщербленной брусчатке бежали какие-то люди, со стороны гавани раздавалось надтреснутое дребезжание сигнального колокола. В первое мгновение Волк подумал, что суета вызвана дракой в проулке, но тут же отбросил эту мысль. Люди явно спешили к причалу.
  - Что случилось? - поймал тем временем Ларс за рукав Геридага, который вначале следовал за ворами, а теперь вознамерился уковылять вместе с другими горожанами.
  - Как что?! Корабль в гавань входит! - округляя глаза выкрикнул хозяин таверны и, освободив схваченную Ларсом руку, торопливо похромал вниз по улице.
  
  
  ДЕНЬ 76
  Водопад на реке Шныгов между Старым и Новым лагерем
  
  Состоявшаяся накануне охота на хитрого зверя, подрывавшего плотину, заняла больше времени, чем рассчитывали охотники и пославший их Ли. За Горном и Скорпио увязались несколько воров, делавших по пути ставки на то, удастся ли шныгу избежать расплаты, а если нет, то кому именно доведётся его прикончить.
  Шныг же в полной мере проявил свою коварную натуру. Издали заметив большую толпу людей, он спрыгнул в воду с камня, на котором грел зеленовато-бурые чешуйчатые бока, и был таков. Обратно на берег он выбрался только в сумерках. К тому времени озверевший от долгого сидения в засаде Горн уже сам готов был разломать плотину, чтобы спустить воду и добраться до "проклятой скотины, чтоб ей пусто было". Скорпио проявил больше терпения, хотя и ему изрядно надоело подстерегать шныга. Их шумное сопровождение к тому времени окончательно заскучало и вернулось в лагерь.
  Наконец, когда Горн уже начал ругаться едва ли не в полный голос, личный враг мастера Гомера осторожно выбрался из воды чуть в стороне от того места, где засели люди. Скорпио сделал Горну знак заткнуться, встал на одно колено, поднял арбалет и выстрелил. Похоже, не зря именно он учил гомезовых гвардейцев стрельбе - тяжёлый болт нашёл свой цель, глубоко засев в чешуйчатой шкуре шныга. Животное с рычанием и визгом бросилось на врагов, намереваясь продать свою жизнь подороже, но навстречу ему, поигрывая тяжёлым топором с двумя лезвиями, вышел Горн. Он был рад, что наконец-то сведёт счёты с тварью, из-за которой принужден был полдня кормить комаров...
  Идти к Старой шахте на ночь глядя смысла не было, поэтому наёмник вместе со Скорпио отправились к Силасу. Там стражник доказал, что даже если баронское воинство и дерётся чуть хуже, чем наёмники Ли, то уж в поглощении шнапса не уступит никому.
  А на следующее утро толком не проспавшиеся победители шныга и принаряженный в отороченную волчьим мехом синюю куртку Гомер стояли на обрыве возле водопада и созерцали суету внизу. Там с десяток рудокопов под присмотром призрака Яна заколачивали около берега сваи при помощи бревенчатой треноги с поднятым на неё камнем. Ещё человек сорок-пятьдесят занимались тем, что валили в ближайшем лесу деревья с ровными и не слишком толстыми стволами. Они выносили брёвна к берегу, раскалывали вдоль при помощи деревянных клиньев, а потом выдалбливали сердцевины. Сделанные таким образом желоба снова соединяли, скрепляя скобами и кожаными ремнями, а мастер Випер старательно промазывал щели расплавленной смолой. Место работ бдительно охраняли призраки и несколько стражников, которые заметили прибывшую из Нового лагеря троицу, едва она появилась на обрыве.
  - Трубы правильно готовят, - одобрил Гомер, но потом нахмурился. - А вот сваи не у места бьют, слишком близко к водопаду. Колесо напором изломает, а тяги доброй не получится.
  - Сейчас спустимся, и ты растолкуешь этим бездельникам, что к чему, - проворчал Скорпио.
  - Вы спускайтесь, а я назад, - заявил Горн. - Мне там делать нечего.
  - Прощай, - ответил ему Скорпио. - Рад был с тобой познакомиться.
  - Я тоже, - ухмыльнулся Горн. - Ну и здоров же ты шнапс глушить!.. Ладно, пока. И смотрите тут! Гомера обидите - мы этого так не оставим, чучела набьём из ваших баронов.
  - Не беспокойся. Он у нас сам будет жить не хуже барона, а потом я его лично назад провожу, если не захочет остаться в Старом лагере.
  - Чего я там не видел? - проворчал мастер и, махнув рукой Горну, направился влево, где обрыв переходил в пологий спуск, поросший жёсткой травой. Скорпио поспешил за ним следом.
  Пока стражник говорил о чём-то с вышедшими навстречу призраками, Гомер уже пробирался между суетящимися, стучащими топорами и молотками людьми. Здесь его многие знали. Мастер, отданный под суд за толком не доказанное хищение казённых средств, что король выделил на строительство новой верфи, попал на каторгу в первые годы после создания Барьера. За проведённое в Минентале время он успел поработать не только на укреплении стен Внешнего кольца вокруг замка и в Старой шахте, но и в Заброшенной шахте, покинутой уже довольно давно. Как только представилась возможность, он подался вслед за Ли в Новый лагерь, едва начавший заселяться. Однако и здесь у него осталось немало добрых знакомцев, которые его окликали, подходили, жали руки и хлопали по плечам.
  Покончив с приветствиями, Гомер решил осмотреться получше. Он ещё раз похвалил водоотводные трубы, которые готовил Випер со своими помощниками, а потом в сопровождении возглавлявшего работы Яна и своего старого приятеля кузнеца Хуно. Дойдя до берега и скептически оглядев недостроенное основание для будущего насоса, мастер начал сердиться. Перекрикивая шум близкого водопада, он стал объяснять Яну, что сваи забиты не в том месте, и что старое водяное колесо, принесённое от хижины Кавалорна, возле которой оно валялось невесть сколько лет, никуда не годится. Ян, привыкший, что в Старой шахте за ним всегда оставалось последнее слово, пытался возражать. Однако вскоре, убеждённый разумными доводами Гомера, велел остановить работы на берегу. А мастер, присев на корточки, уже выводил палочкой на песке очертания будущего механизма.
  
  
  ДЕНЬ 76
  Где-то под горами между Миненталем и Хоринисом
  
  За жизнь Кавалорна можно было не опасаться. Раны его оказались хоть и многочисленными, но не столь глубокими, как представлялось вначале. Зелья Мильтена оказали своё целебное действие, старый призрак пришёл в себя и даже сумел подняться на ноги, хоть и нелегко ему это далось.
  Теперь все пятеро стояли над распростёртыми на каменных плитах телами: мёртвым Слаем и живым, но остававшимся без чувств Торрезом. Расправившись с демоном, призраки стащили совершенно обнажённого и пребывавшего в забытьи мага с алтаря и отнесли поближе к выходу, найдя на полу место, где ошметки демонической плоти были навалены не так густо.
  - Что с ним? - спросил Уистлер, глядевший в неподвижное лицо Торреза, бледное даже в красноватом свете факелов.
  - Сейчас посмотрим, - ответил Диего. Он присел на корточки около мага и протянул руку в сторону Мильтена. - Дай зелье, да посильнее!
  Тот подал склянку, и тогда предводитель призраков, разжав зубы Торреза лезвием ножа, влил ему в рот целебный напиток.
  Вскоре Торрез застонал, а потом его начала бить крупная дрожь. Наконец, он очнулся и сел. Мильтен сразу же захлопотал вокруг старшего собрата.
  - И впрямь живой! - удивился Уистлер.
  Фингерс же, хмыкнув, отправился осматривать зал на предмет добычи и других интересных вещей.
  - Слая жалко, - вздохнул Диего.
  - Да, хороший был парень, - поддержал его Кавалорн, переведя взгляд с магов на мёртвое тело. - Видишь, как бывает: я, старик уже, живой остался, а Слай погиб.
  - Похоронить его надо как-нибудь, камнями завалить хотя бы, - подал голос Уистлер. - На поверхность мы его точно не вынесем.
  - Похороним здесь. Ему всё равно, где лежать, а нам свои шкуры ещё на свет вытащить нужно, - строго сказал Диего.
  Торрез тем временем стал осознавать происходящее вокруг.
  - Торрез, что с тобой было? - тряс его за плечи Мильтен. - Ты слышишь меня? Понимаешь, что я говорю?
  - Да, слышу, - голос мага был слаб и надтреснут. - Ничего не помню... Сначала шли, нежить полезла... Потом холод... Больше не помню...
  - Где же его одежда-то? - огляделся Диего.
  - Я ему сейчас мантию свою отдам, - с готовностью заявил Мильтен и принялся распутывать узел на поясе.
  - Не надо, малыш, она ему всё равно в плечах узка будет. Тут у меня есть старая куртка в мешке, сейчас найду.
  - А у меня штаны рудокопа завалялись. Взял на случай, если в воду или ещё куда лезть придётся, - прибавил Уистлер.
  Они с Диего принялись рыться в мешках, и вскоре Торрез при помощи Мильтена оказался облачённым в весьма живописный наряд: сверху куртка призрака, обшитая квадратами из выкрашенной в красный цвет кожи и грубо залатанная во многих местах, а снизу - изрядно потёртые мешковатые штаны из буро-зелёной шкуры шныга. Если к этому добавить мокрые слипшиеся волосы и разбитые ботинки покойного Слая, то легко представить, насколько жалок и нелеп был вид гордого мага.
  - Ну вот, теперь тобой можно ползунов в шахте пугать, почтенный служитель Инноса, - удовлетворённо оглядел Торреза Диего. - Пустим тебя вперёди, и ни одна тварь навстречу вылезти не рискнёт.
  Тот, вопреки обыкновению, огрызаться не стал, а только опустил голову. Но, вспомнив что-то, вскинулся.
  - Письма! Где письма для Корристо?! - вскричал Торрез.
  - Вот они, все целы, - успокоил его Мильтен.
  В этот момент раздался голос Фингерса.
  - Эй, парни! - закричал он. - Этот алтарь, кажется, полый внутри.
  Все собрались вокруг удлинённого серого камня правильной формы, стоявшего в центре подземного зала. Уистлер нагнулся, подсветил факелом и подтвердил:
  - Тут и правда щель по все длине. А ну-ка, налегли дружненько!
  - Не надо! - вздрогнул Торрез.
  Уже приникшие к каменной крышке трое призраков одновременно повернули к нему лица.
  - Не надо, не открывайте, - повторил маг. - Вдруг оттуда опять полезет всякое!
  - Не бойся, уважаемый маг, - нехорошо ухмыльнулся Фингерс. - Я же с тобой.
  - А может... - неуверенно вмешался Мильтен. Но его уже никто не слушал.
  - Раз-два! - рявкнули призраки, и крышка со скрежетом отъехала в сторону. Все, кроме Торреза, склонились над внутренностями алтаря. Даже едва державшийся на ногах Кавалорн не преминул проявить любопытство.
  - Эге! - сказал Диего. - Кажется, мы кое-что нашли.
  Он запустил руку в каменную утробу и принялся вытаскивать оттуда разные предметы. Вскоре на полу лежали три непривычной формы сосуда из потемневшего металла, ритуальный нож с прозрачным клинком, пара чёрных как уголь коробочек и серая плитка, испещрённая непонятными символами.
  - Всё? - засовывая факел внутрь алтаря, спросил Фингерс.
  - Здесь больше ничего нет, - подтвердил Диего. - Давайте разложим это барахло по мешкам, а как вылезем на поверхность, разберёмся подробнее.
  Призраки принялись распихивать находки под неодобрительными взглядами магов.
  - Слушайте, парни! - воскликнул вдруг Уистлер. - Может, похороним Слая в этом ящике?
  - Внутри алтаря какого-то тёмного культа? - засомневался Фингерс.
  - А что? Всё лучше, чем в виде нежити будет скитаться по этим подземельям, - поддержал идею Диего. - Что скажете? - обратился он к магам.
  В ответ Мильтен неуверенно пожал плечами, а Торрез только поёжился.
  - Значит, решено, - подытожил Диего.
  
  
  ДЕНЬ 77
  Развалины крепости на горе
  
  - Браты быть сильно недовольны, что моя ругать Крушак и уходить, - бубнил старый орочий шаман, грустно сутуля покатые, поросшие густой серой шерстью плечи.
  - Поэтому они послали к тебе убийц? - кивнув в сторону одного из орочьих трупов, спросил высокий седой человек в чёрной мантии, над рукавами которой топырились некие подобия крыльёв летучей мыши.
  - Это Фуш-Нак или Хирр-Шак их посылать. Они говорить: моя предатель, не служить Крушак. Простой браты не понимать, что есть Крушак. Моя понимать, говорить другим. Фуш-Нак и Хирр-Шак быть шибко злой, - пояснил орк, сердито ударив посохом в древние каменные плиты бывшего крепостного двора.
  - Эти двое - шаманы? Они служат Спящему? - педантично уточнил человек.
  - Так есть, - покачал украшенной птичьими перьями головой орк. - Люди так говорить. Наши называть говорящий с духами.
  - Понятно, - кивнул человек. - Тот охотник, которого я поймал возле своей башни, говорил, что ты скрываешься в этих развалинах уже почти две луны.
  - Рангок. Носить мне еда и известия от браты. Его быть хороший мальчик. Твоя его убивать...
  - Прости, мне жаль, - голос седого зазвучал мягче, пытаясь изобразить сочувствие. Однако белёсые глаза его оставались такими же холодными, что и прежде. Даже неверный свет луны не мог скрыть их неласкового блеска. - Вы, орки, такие упрямые! Если бы он сразу всё мне рассказал, не пришлось бы его пытать.
  Орк угрюмо задумался на какое-то время, потом потряс низколобой головой и сказал:
  - Его теперь среди души предков, как все мёртвый герои. А известия мне потом носить Аррхок. Его тоже молодой воин, быстро бегать... Только моя думать, Фуш-Нак и Хирр-Шак его ловить. Аррхок не носить мне вести этот ночь. Моя ждать слова и еда.
  - Если это не очередной убийца, то твой посланец сейчас прячется вон за тем обломком стены, - усмехнулся человек, кивая куда-то в сторону.
  - Двой дух видеть дальше, чем мои глаза! - восхитился шаман и, обернувшись в указанном направлении, что-то выкрикнул на своём гортанном, рычащем наречии.
  Ему пришлось повторить свой зов ещё раз, прежде чем из-за угла полуобвалившейся стены робко выбрался тощий молодой орк в набедренной повязке из шкур, за которую был заткнут небольшой грубо выкованный топор. Косясь на человека, он приблизился к старому шаману и забормотал что-то ему на ухо. Говорили они долго, шаман время от времени отрывисто бросал вопросы и внимательно выслушивал ответы. Человек в чёрном, всё это время стоявший в стороне со сложенными на груди руками, как видно, утомился ожиданием. Решив напомнить о своём присутствии, он негромко покашлял. Орки забормотали быстрее и громче, в их речи несколько раз промелькнуло имя "Кшарр-Даш". Потом шаман обратился к человеку.
  - Аррхок говорить, что в деревня браты приходить шибко злые люди, - сказал шаман. - Они сначала грабить... как говорить? хоронилище?
  - Какое "хоронилище"? Склад? - не понял седой.
  - Ага, склад, - согласно закивал старый орк. - Где орки класть мёртвый тела браты.
  - Что? Может, ты имеешь в виду кладбище? - нетерпеливо спросил человек.
  - Так говорить, кладбище, - снова согласился шаман. - Их не уважать души предки, грабить тела. Шибко злой люди.
  - Что за люди? Откуда они пришли? - резко спросил человек, уже не скрывая своего раздражения.
  - Люди с болота. Они тоже поклоняться Крушак, давал его много-много силы, - объяснил орк.
  - Понятно, болотные придурки. Спроси у своего гонца, много ли их было.
  - Аррхок говорить, не шибко много. Пять, может, шесть рук. Убивали охрана. Заколдовать орки, и все спать. Потом убивали Фуш-Нак и ещё два шамана. Брать статуя на столбе и идти в храм Крушак, под землю.
  - Давно это произошло? - отрывисто спросил человек. - Ур-Шак, пойми, это всё очень опасно!
  - Аррхок говорить, он засыпать как все от колдовства. Уже быть темно. Ещё раньше его хотел бежать к Ур-Шак, говорить про убийцы. Но приходить злые люди, и Аррхок спать как все браты. А потом его вставать и бежать сюда, - с готовностью ответил шаман. - Кшарр-Даш и Ур-Шак тоже теперь ходить в храм Крушак?
  - Значит, прошло не больше двух-трёх часов, как они спустились в храм Спящего... - задумался Ксардас. - Нет, Ур-Шак, нам туда идти пока нельзя. Конечно, Спящий-Крушак ослаблен и ещё не скоро вернёт свою силу, даже если высосет досуха этих болотных олухов. Но нам с ним пока не совладать в открытой схватке, слишком уж наша с тобой магия близка к магии Спящего.
  - Наша опять сидеть и ждать? - недовольно прорычал шаман.
  - Нет уж, просто так сидеть и ничего не делать мы не можем себе позволить. Есть у меня пара кривых костей в рукаве... А ты пока оставайся тут и внимательно следи за тем, что происходит в орочьей деревне. Мы скоро опять встретимся. И не дай себя убить, Ур-Шак! Слышишь?
  - Моя слышать, - угрюмо ответил Ур-Шак. - И так много браты умирать в эти дни. Охрана хоронилища умирать, охрана на мосту и шаманы умирать. Твоя убивать Рангок. Четыре дня охотник не приходить из горы. Наверно, тоже умирать. Мы убивать эти, - шаман указал на своих несостоявшихся убийц и вздохнул. - Худо...
  - Ты даже о собственных убийцах жалеешь? - усмехнулся некромант. - Да уж, ты действительно истинный вождь своего народа, Ур-Шак! Будь все, кто возглавляет орков, такими как ты, этой войны не было бы.
  - Моя много-много зимы назад говорить на совете: нельзя воевать человеки. Всем быть плохо. Вожди меня не слушать. Хош-Пак кричать: ученик должен слушать учитель, а не поучать! Морра надо убить! - ещё больше погрустнел шаман.
  Молодой орк тихо стоял в сторонке и переводил взгляд то на Ур-Шака, то на Ксардаса. Указав на него рукой, шаман снова вздохнул.
  - Много-много такой как Аррхок умирать. Много люди умирать. Зачем? Наша все скоро корми мясных жуков. Орки из Гортар, человеки с острова на восходе не воевать. Их жить, когда наша подыхай, - горестно произнёс старый шаман.
  - Ничего, дружище, - на сей раз в голосе человека прозвучало неподдельное сочувствие. - Мы с тобой ещё многое исправим. Главное, разобраться со Спящим. Иначе этот ваш Крушак столько народу погубит, что спасать станет некого.
  - Моя понимать. Моя делать, как надо, - твёрдо отвечал старый орк.
  
  
  
  ДЕНЬ 79
  Море у восточного побережья Хориниса
  
  Небольшому круглобокому нефу боковой ветер помехой не был. Оба широких треугольных паруса ловили напор воздуха, обращая его в движение в направлении, выбранном кормчим. Чуть кренясь и легко взбираясь на покатые волны, двухмачтовое судно бежало на север, оставляя слева неприветливый скалистый берег, а справа перегороженное Барьером открытое море. Торговый корабль носил романтическое имя "Лист велейса" и принадлежал старому гатийскому* моряку и контрабандисту Германарику.
  Дракия осталась позади, а впереди ждал берег Рудного залива с возвышавшейся на видимой издалека скале Башней Туманов. Впрочем, до того, как это таинственное сооружение покажется из-за мыса, перед которым Братство Спящего (а теперь - Пробуждённого) устроило свой лагерь, времени ещё оставалось довольно.
  Волк, с затаённым волнением оглядывая горизонт, стоял на носу. Позади него присел у фальшборта Нок. Старый моряк попыхивал болотником и время от времени бросал исподтишка на своего нового приятеля одобрительные, но чуть ироничные взгляды. Шарки, Рэдфорд и Дракс валялись на разогретой солнцем палубе, лениво следя за неторопливой работой угрюмых матросов. Викер, посланный городским советом Дракии для переговоров с генералом Ли, снова заперся в выделенной ему тесной каюте. А Ларс находился на мостике, где под скрип руля, который ворочали два матроса, вёл неторопливую беседу с капитаном Германариком - видавшим виды человеком с широким лицом и клочьями седых волос над ушами.
  - Мы издалека видели, как впереди что-то сверкало, однако подумали, что это молнии. Ночью тучи наползли и ветер посвежел, мы и не удивились, - рассказывал капитан печальную повесть своего пленения магическим куполом. - А когда его пересекали, Барьер невидимый был, никто и не понял, в чём дело, клянусь посохом Азана! Только затрещало коротко и последние волосы на голове у меня дыбом встали. Тогда он и заиграл...
  - Барьер? - уточнил Ларс, хотя и без того было ясно, о чём речь.
  - Он, проклятый! - энергично рубанул Германарик воздух ладонью. - Тут-то парни и перепугались. Мне-то что, я стреляный падальщик. Семью давным-давно схоронил, во время чёрного мора. Кроме корабля у меня нет ничего. А у многих моих ребят жёны, дети на берегу остались. Жалко их...
  - Ваше счастье, что назад пройти не попытались. С Барьером шутки плохи, - вздохнув, вставил Ларс.
  - Как же не пытались! Я когда понял, что с нами произошло, голову потерял, велел назад поворачивать, - признался старый моряк. - Поверишь, ни бури не боюсь, ни рифов, ни морских чудищ, а в вечную каторгу угодить вместе со всей командой страшно стало, вот и сделал глупость.
  - Ну так выжили же...
  - Хорошо, ход малый был, против ветра выруливали, а то бы конец нам пришёл. И без того мой "Лист велейса" аж затрясся весь, будто и впрямь сделан не из доброго горного дуба, а из листьев того цветка, в честь которого назван. Ну, отвалили кое-как, слава Грау, и пошли в Дракию. А там вас встретили... Эх, лучше бы я в Хоринис пошёл!
  - Ладно, приятель, нечего теперь причитать, сделанного не воротишь. И за Барьером люди живут, - утешил капитана Ларс.
  - Да разве ж это жизнь! - проворчал Германарик и обернулся к развесившим уши рулевым. - Эй, бездельники! Круче к ветру держать! Хотите мне корабль на камни посадить?!
  Затем капитан присовокупил к своей речи ещё несколько увесистых фраз, которые с гатийского на миртанский не переводятся, несмотря на всё сходство этих языков. Ларс сполна насладился тирадой, крякнул от удовольствия и снова вернулся к своим расспросам.
  - А ты, выходит, табак хотел без пошлины в Дракии сбыть?
  - Хотел, - вздохнул капитан. - Табак и ещё кое-какие товары... Удачное плавание было, недорого загрузился. На Южных островах сейчас тоже неспокойно, да и орочьи галеры пути перекрыли, так что хозяева плантаций не дорожатся. Вот я и решил ещё раз рискнуть и сбыть товар мимо робаровой таможни. Конечно, - добавил он, понижая голос, - Викер этот - сущая акула, три шкуры дерёт. Не то, что покойный барон Айра. С тем мы не одну славную сделку провернули в своё время, клянусь посохом Азана! Однако всё ж лучше, чем отдавать вашему королю большую часть своего законного заработка. Нам и своих нахлебников хватает.
  - Так в Гатии же вроде бы справедливый король был. И народ его любил. Помню, как мне в каком-то трактире близ Бентайна местные чуть кости не переломали за то, что я не слишком почтительно отозвался об их повелителе.
  - Это верно, король справедлив. Только стар он уже, очень стар. Рассказывают, что порой неделями с ложа встать не может. Учёные маги над ним хлопочут со своими зельями, а что толку - от старости не исцелишь! - покачал головой Германарик. - Делами от его имени всё больше вельможи заправляют. А этой братии, сам знаешь, лишь бы в казну когти запустить и поместья свои расширить, там и трава не расти.
  - Прижимают? - понимающе спросил Ларс.
  - Ещё как! С крестьян и ремесленников по три шкуры дерут. Налоги-то король временно увеличивал, чтобы крепость Парталан восстановить в Верхнем Этайне. Она должна была нас от гротарских орков прикрывать. Крепость восстановили, и ещё замок при ней, а войска туда не ввели, всё как есть забросили. Там теперь Беренгар обосновался... Налоги же снижать никто не собирается. Куда серебро идёт, спрашивается? Мостов и храмов не строят, войска не кормят и не вооружают толком. Поверишь, многие воины из пограничной стражи уже и дезертировать начали, в горы уходить!
  - Худо дело, добром это вряд ли кончится, - посочувствовал гатийцу Ларс. - А что это за Беренгар, о котором ты упомянул?
  - Вельможа один. Молодой ещё, но уже успел стать ближайшим приближённым короля, по правую руку от трона стоял. А потом, подлец, переворот устроить пытался, да не удалось. Вот он и подался в Этайн со своими подручными, - пояснил капитан. - Теперь собирает вокруг себя всех недовольных, наёмников приглашает. Даже несколько магов к нему ушли.
  -Может, власть возьмёт, спокойнее станет, - предположил Ларс.
  - Это вряд ли. Стелет он мягко, но коварен и жесток, клянусь святынями Банахии! Наплачется с ним Гатия, ох наплачется! Впрочем, нам теперь всё равно, мы под этим треклятым куполом жизнь кончим, сожри его демон Окида!
  - Не отчаивайся, приятель, - снова попытался вор успокоить капитана. - Маги Воды непременно придумают, как разрушить Барьер. Не получилось в первый раз, выйдет во второй. Мы с тобой ещё погуляем в венгардских кабаках!
  
  - - - - - - - - - -
  Примечание: *Здесь и далее названия, имена и элементы мифологии из мода "Диккурик".
  
  
  ДЕНЬ 79
  Старый лагерь
  
  Диего, вытянув длинные ноги, сидел на сделанной из расколотого вдоль бревна скамейке возле своей хижины. Он блаженно щурился на проглядывавшее сквозь лёгкие белые облака солнце и всем своим видом показывал, что пребывает в самом расслабленном и благодушном настроении. Правда, предводитель призраков не забывал время от времени обозревать внешние ворота лагеря и арку входа в замок, а также соединявшую их дорогу, утоптанную множеством ног до каменной твёрдости. Поэтому Диего заметил выходившего из замка человека в красной мантии, как только он поравнялся с Торусом, что-то строго внушавшим вполголоса одному из стражников на воротах.
  Вышедшим из замка магом оказался Мильтен, который прямиком направился к своему старшему другу. Диего приветствовал его широкой улыбкой.
  - Как дела, малыш? - спросил он, когда Мильтен остановился около его скамейки.
  - Неплохо, - отозвался тот. - Торрез вроде бы окончательно пришёл в себя, хотя всё ещё испуганно оглядывается, когда входит в тёмное помещение. Корристо, кажется, решил сменить гнев на милость и уже не грозится развеять твой пепел по всему Миненталю. Даже велел мне зайти в лабораторию к Дамароку и взять лечебных зелий для тебя и других призраков, которые участвовали в нашем походе.
  - Это хорошо, - с довольным видом пригладил усы Диего. Потом он заметил, что вечно слоняющиеся у ворот стражники и рудокопы с любопытством на них оглядываются, и пригласил Мильтена в хижину.
  Усевшись на колченогий табурет, молодой маг принялся выставлять на крышку грубо сколоченного стола бутылочки с зельями.
  - Ого, Корристо на удивление щедр! - воскликнул он, когда батарея глиняных и стеклянных сосудов заняла добрую половину столешницы, а рядом с ней выросла довольно толстая стопка свитков с боевыми и целебными заклинаниями школы Огня.
  Мильтен же в ответ усмехнулся и, как будто для усиления произведённого впечатления, выложил тяжёлый кожаный мешочек.
  - Здесь тысяча кусков руды. Её и всё остальное разделишь между призраками по своему усмотрению. А это лично для тебя, - с торжественным видом молодой маг извлёк последнюю склянку, в которой плескалась густая жидкость янтарно-жёлтого цвета, похожая на собранный дикими пчёлами мёд с горных цветов.
  - Зелье силы?! - обрадовался Диего. Он осторожно принял из рук Мильтена напиток, немного полюбовался им и спрятал. Затем начал убирать подарки магов Огня со стола и складывать их в окованный железом сундук. - Перекусить не желаешь? - покончив с делом, обратился он к молодому магу.
  - Нет, спасибо, - улыбнулся тот в ответ. - Последние двое суток я только и делал, что ел и спал. Лучше расскажи, как у вас тут дела.
  - Что дела... Отдыхаем, - вздохнул Диего. - Кавалорн утром вернулся в свою хижину в лесу, остальные тоже в порядке. Слая вот жалко...
  Помолчали.
  - Ладно, чего уж теперь, - тряхнул Диего гривой жёстких чёрных волос. - Не он первый, не он последний. Сколько славных парней мы потеряли за эти годы - не счесть. Надо ценить тех, кто пока ещё жив, и помогать друзьям...
  - Точно, на всё воля Инноса, - согласился Мильтен. - Кстати, ты наверняка будешь рад узнать, что Горн жив и здоров. Его недавно видели около Старой шахты, он сопровождал какого-то плотника.
  - Кто сказал?
  - Скорпио. Он недавно был в Новом лагере.
  - Добрая весть! Надеюсь, с Лестером тоже всё в порядке. Надо бы нам всем встретиться как-нибудь... Кстати, куда это твой приятель Драго с парой стражников направился спозаранку?
  - Корристо послал его к шахте. Из неё скоро начнут выкачивать воду, и он должен следить за работами. А когда шахту осушат до конца, ему придётся осмотреть плавильню и понять, можно ли будет восстановить удаление дыма из шахты при помощи магии, как это было прежде, - объяснил Мильтен.
  - И с чего это бароны решили устроить плавильную печь на дне шахты? Что-то более глупое и придумать трудно... - проворчал Диего. - Впрочем, меня это не касается.
  - Корристо рассказывал, что Гомез придумал это вскоре после создания Барьера, как только утвердил свою власть над Старым лагерем, - ответим маг. - Тогда вся долина кишела шайками, которые никому не подчинялись и едва ли не ежедневно нападали на шахты и караваны. Вот он и решил спрятать плавильни под землю, а подачу к ним свежего воздуха и удаление дыма устроить при помощи магии Огня. Корристо и другим магам тогда пришлось здорово постараться и поломать головы, чтобы это сделать...
  Весьма любопытный рассказ Мильтена был бесцеремонно прерван появлением Уистлера и Фингерса. Они вошли в хижину, не утруждаясь получением разрешения на это у своего предводителя, хотя вообще все обитатели Миненталя весьма ревниво относятся к малейшему нарушению их прав на жилища и имущество, какими бы убогими они не были. Однако Диего не особенно забивал голову лишними церемониями и не требовал этого от других. Потому Фингерс, увидев, что оба стула заняты, уселся на застеленную звериными шкурами постель, а Уистлер примостился на крышке сундука.
  - Чего вам? - вместо приветствия спросил Диего.
  - Торус говорит, что ты должен послать несколько человек для сопровождения каравана с рудой из шахты Нового лагеря. Надеюсь, нам не придётся снова мять ноги на горных тропах? У нас с Уистлером с прошлого раза все кости ещё болят, - объяснил причину своего появления Фингерс.
  - Не волнуйся, я уже отрядил нескольких парней для этого дела. Пусть разомнутся, а то разжиреют скоро от безделья не хуже Бладвина с Шакалом, - отмахнулся Диего. - Впрочем, хорошо, что вы все тут собрались. Мильтен принёс награду от магов Огня, так что можете забрать свою долю. Фингерс, ты к Кавалорну пойдёшь на днях? Тогда возьми и его часть.
  Согнав Уистлера с сундука, Диего по справедливости поделил награду, однако опускать крышку не спешил.
  - Думаю, можно заодно разделить и найденную в подземелье добычу, - сказал он.
  - Давай, - поддержал его Уистлер. - Зря мы там что ли столько здоровья потеряли, Слая схоронили? Думаю, будет не лишним выручить ещё немного руды за эти безделушки.
  Согласно кивнув, Диего выложил на стол предметы, пребывавшие на дне сундука со дня их возвращения из тяжёлой и смертельно опасной разведки с раненым Кавалорном и полубезумным Торрезом на руках. На свет вновь явились три странных сосуда из неизвестного металла, ритуальный нож, клинок которого просвечивался, странно преломляя лучи, чёрные коробочки и исписанная каменная табличка.
  - А вдруг в них заключена какая-то опасная магия? Может быть, всё же стоит показать эти вещи Корристо? - нерешительно спросил Мильтен.
  - Чтобы он забрал всё себе, а нас оставил с носом? - ехидно вставил Фингерс. - Нет уж! Магические эти безделушки или нет, но я предпочту хорошую пригоршню руды утолению любопытства магов.
  - Ну, думаю, кубки и кинжал можно загнать Фиску за неплохую цену, - проговорил Диего. - А с остальным надо подумать, что делать.
  Он передал каменную плитку Мильтену, а сам достал нож и стал ковырять одну из чёрных коробочек. Пока молодой маг внимательно изучал полустёршиеся письмена, Диего пыхтел над коробочкой и, в конце концов, сумел её вскрыть. К общему разочарованию, внутри оказался лишь какой-то серый порошок. Во второй коробочке было то же самое.
  - Ну и что это за гадость? - скептически спросил Фингерс.
  - Не имею представления, - отвечал Диего. - Может, выбросить его?
  - Лучше предложи кузнецам, - посоветовал Уистлер. - Ты как-то послал меня в замок за припасами, и я зашёл к Стоуну. Так вот он сыпал в сплав очень похожий порошок. Уверял, будто в сочетании с металлом из магической руды он даёт очень крепкую сталь.
  - Хорошо, надо будет показать ему эти коробочки. Может, удастся выменять на них клинки или новую кольчужную сетку для доспехов, - согласился Диего. - Мильтен, что там у тебя?
  - Боюсь, эту табличку можно просто выбросить, - покачал головой маг. - Мне уже приходилось видеть такие. Магии в них нет, а надписи содержат какую-то суеверную чушь. Горн как-то говорил, что маги Воды интересуются такими, но за каждую дают не больше одного-двух кусков руды.
  - Да уж, стоит из-за этого рисковать головой и в Новый лагерь тащиться! - с пренебрежением воскликнул Фингерс и, едва успев договорить, резко обернулся к двери. Остальные призраки тоже насторожились.
  Снаружи раздался шорох и в хижину робко заглянул дурачок Мад - посмешище всего Старого лагеря.
  - Привет, Мад! Что, опять пожрать захотел? - обратился к нему Диего, который жалел убогого и иногда делился с ним остатками еды.
  - Нет! Диего, меня рудокопы обижают! - затараторил Мад, ободрённый добродушным тоном предводителя призраков. - Они все надо мной смеются! Они называют меня глупым. А я не глупый, правда ведь, Диего? Был бы я глупым, разве бы ты стал со мной дружить? А мы ведь друзья! Ты убьёшь этих рудокопов, чтобы они надо мной больше не смеялись?..
  Уистлер, услышав эту тираду, схватился за голову, а Фингерс сморщился, будто хлебнул прокисшего пива. Только Диего и Мильтен сумели сохранить невозмутимый вид.
  - Нет, Мад, - терпеливо сказал Диего. - Если я убью рудокопов, то Гомез рассердится. А ты же не хочешь его сердить, правда?
  При упоминании грозного хозяина Старого лагеря дурачок втянул голову в плечи.
  - Вот видишь, - продолжал хитрый призрак. - Убить их никак нельзя. Но я же не оставлю своего друга в беде! У меня есть отличная мысль. Вот, возьми эту каменную плитку. На ней написано заклинание. Мы не можем его прочесть, но ты же умный, ты сумеешь. С его помощью ты заставишь не только рудокопов, но и стражников уважать тебя и бояться.
  Глаза дурачка радостно заблестели. Мад цепко ухватил протянутую призраком табличку давно немытыми руками, прижал к лохмотьям на груди и, не сказав больше ни слова, стремглав выбежал из хижины. Все трое призраков дружно заржали, и даже Мильтен не смог сдержать улыбку.
  
  
  
  ДЕНЬ 80
  Болотный лагерь
  
  Много лет минуло с тех пор, когда возле этих берегов в последний раз видели парус. Небольшое пузатое судно подошло к берегу так близко, как только позволяла глубина. Кораблик сложил широкие треугольные паруса на обеих мачтах и замер, вцепившись в дно лапами якорей. Затем от него отделилась шлюпка и стала приближаться к берегу, где уже собралось не менее двух третей всего Братства Пробуждённого. Послушники, с трудом отдирая деревянные подошвы сандалий от вязкой болотной почвы, толпились у самого прибоя. Темплары же, повинуясь приказам Кор Ангара, расположились так, чтобы быть готовыми отбить возможное нападение. Чуть поодаль, сложив на груди руки и стараясь не выдать своего любопытства, стояли несколько гуру.
  Вот, наконец, шлюпка вошла в полосу прибоя, и кто-то из послушников, прежде трудившихся на рисовых полях Нового лагеря, узнал Ларса. Раздались удивлённые возгласы, готовые к бою стражи с облегчением расслабились, а несколько послушников бросились в воду и помогли подтащить шлюпку к берегу. Несмотря на различия в вере, между Новым и Болотным лагерями существенных разногласий никогда не случалось, а маги Воды часто обменивались посланиями с Ю-Берионом, к взаимной выгоде сообщая друг другу ценные сведения. Поэтому появление нескольких воров в сопровождении двух незнакомых моряков и богато одетого важного господина опасений ни у кого не вызвало. А уж появление Дракса и Рэдфорда, бывавшими частыми гостями Братства, вызвало только приветственные возгласы.
  Высадившиеся на берег люди принялись здороваться с обитателями лагеря, а Ларс, наскоро поприветствовав нескольких знакомых, стал искать глазами кого-нибудь из верхушки Братства. Не заметив ни Ю-Бериона, ни Кор Галома, он обратился к ближайшему гуру, которым оказался Идол Оран.
  - Эй, приятель, кого-нибудь из ваших предводителей нет поблизости? - без лишних церемоний спросил Ларс.
  Оран только помялся и тяжко вздохнул в ответ.
  - А, понимаю! - хихикнул Ларс. - Я обратился к тебе без разрешения, и ты не можешь со мной разговаривать. Ну и порядочки у вас!
  - Вон Кор Ангар идёт, - подал голос кто-то из послушников, с любопытством наблюдавших за этой сценой.
  Ларс обернулся навстречу военачальнику Братства, тем временем появившемуся из-за ближайшего толстенного ствола.
  - Надеюсь, ты-то не придерживаешься обета молчания? - усмехнулся предводитель воров, протягивая руку.
  - Привет, Ларс, - приветливо улыбнулся Ангар. от чего его изрытое шрамом лицо приобрело жутковатое выражение. - Нет, я молчу, когда мне этого хочется, и говорю, если желаю, ни у кого не спрашивая дозволения... Но, может быть, ты сначала объяснишь, что это за корабль, кто эти люди и откуда вы вообще взялись?
  - Разумеется, только сначала неплохо бы найти место поспокойнее. Я что-то сегодня не расположен держать речь перед всем Братством Спящего.
  - Не Спящего, а Пробуждённого, - назидательным тоном поправил Ларса Ангар, лицо которого при этом изобразило нечто вроде усмешки.
  - Чего-чего? - остановился Ларс от удивления. - Какого ещё Пробуждённого? Вы что, всё-таки разбудили его?!!
  - А как же, - продолжал веселиться Ангар. - Мы кого хочешь сна лишим.
  - Поподробнее можно?
  - Конечно. Но пойдём-ка лучше к Ю-Бериону. Просвещённый лучше всё объяснит. А то я по своему невежеству в богословских вопросах чего-нибудь напутаю, и тогда Идол Намиб непременно напустит на меня какое-нибудь жуткое проклятье, - сказал Кор Ангар и, сделав знак следовать за ним, направился к жилищу Ю-Бериона.
  Когда спустя два часа с приветствиями, объяснениями и торжественной, хоть и не слишком роскошной трапезой было покончено, Ларс и Викер остались с глазу на глаз с Ю-Берионом и Кор Ангаром. Настало время для делового разговора.
  - Значит, у Нового лагеря теперь торговый и военный союз с городом Дракия? - уточнил Просвещённый. Он прекрасно понял и запомнил всё, о чём говорил Ларс, но не упустил случая задать ещё один наводящий вопрос в надежде выудить лишнюю крупицу сведений.
  - Собственно, договор ещё только предстоит заключить, - важно ответил Викер. - Совет наделил меня самыми широкими полномочиями для этого. Но я уверен, что никаких препятствий к этому не возникнет. Новый лагерь поможет нам противостоять возможным притязаниям Гомеза, а мы готовы недорого продавать магам Воды и людям Ли свои товары. Кстати, и с вами мы могли бы тоже торговать.
  - К тому же, ваш лагерь мог бы стать чем-то вроде перевалочного пункта. Не безвозмездно, разумеется, - вставил Ларс. - Германарик будет перевозить товары и людей, и сгружать здесь. А дальше - сушей. Если потребуется, можно будет построить ещё одно-два небольших судна - в Дракии есть несколько умелых ремесленников, а леса на Хоринисе всегда было вдосталь.
  - Заманчивое предложение, - раздумчиво проговорил Ю-Берион. - И какую часть товаров вы намерены предложить нам за место под причал, склады и охрану?
  - Это вы лучше с Ли и Сатурасом обсудите, а я - человек маленький, - отвечал хитрый Ларс. - Если не сумеете договориться, мы можем водить караваны горной тропой. Это немного дольше, но вполне безопасно. А носильщиков в Новом лагере можно набрать сколько угодно. К тому же, доставлять товары отсюда придётся мимо Старого лагеря, а Гомез вряд ли станет спокойно на это смотреть.
  - Между Старым и Новым лагерями теперь мир, - возразил Ю-Берион, который соображал ничуть не хуже Ларса и торговаться тоже умел. - Недавно стражники Гомеза и ваши наёмники повели караван с рудой к Горному проходу, чтобы обменять её на королевские товары. Так что опасности нет, дорога мимо Старого лагеря свободна. А тащить груз через горы много дней... - будто представив трудности, которые ждут носильщиков на пути через горы, Просвещённый огорчённо покачал головой.
  - Мы проделали этот путь играючи, - пожал плечами Ларс. - Гружёному каравану придётся труднее, конечно. Но это вполне по силам сильному человеку, а слабые за Барьером не выживают. Зато дорога позади Орочьих земель полностью защищена от стражников Гомеза. Отношения между лагерями, по твоим словам, сейчас хорошие, но могут испортиться в любое время...
  - Кг-хм... - прокашлялся Ангар, желая привлечь к себе внимание.
  Все обернулись в его сторону.
  - Да простит меня Просвещённый, что лезу не в своё дело, - начал он. - Но всё же осмелюсь посоветовать согласиться на условия Нового лагеря и Дракии.
  Ю-Берион ничем не выдал своего недовольства, но глаза его стали чуточку холодней, а татуированное лицо с тонкими строгими чертами - ещё более непроницаемым, чем обычно.
  - Но, думаю, будет справедливо, если в обмен дракийские мастера построят для нас пару вместительных лодок и небольшую галеру.
  - Это ещё зачем? - удивился Викер, а Ларс и Ю-Берион только переглянулись.
  - Нам приходится каждый день доставлять паломников в Священную рощу и обратно, - пояснил свою мысль Кор Ангар. - Дорога через лес мимо Башни Туманов трудна и опасно, морем было бы намного удобнее. А галера нужна для защиты лодок, а также охраны побережья и будущих причалов от разбойников Квентина и людей Гомеза...
  "...А ещё, чтобы легче было изменить условия договора в свою пользу, как только представится подходящий повод", - мысленно закончил за Ангара Ларс и усмехнулся, посмотрев тому прямо в глаза. Кор Ангар ответил честным прямым взглядом, хотя из-за повреждённого и стянутого шрамом века казалось, что он лукаво косит в сторону.
  - Думаю, мы сможем построить нужные суда, - подал голос Викер. - Но пушек на галеру поставить не сможем, у нас их и без того очень мало в городе. Кроме того, за работу мастерам кто-то должен заплатить, а городская казна пуста...
  - Ну, без пушек мы обойдёмся, - успокоил дракийца Ангар. - Довольно будет нескольких баллист. К тому же, наши гуру делают большие успехи в изучении новых боевых заклинаний...
  - А работу корабельных плотников оплатит Новый лагерь, - подытожил Ю-Берион. - Мы же возьмём на себя устройство причала. А склады нужно будет поднять повыше на деревья, чтобы их не смыло во время очередной бури.
  - Я передам Ли и Сатурасу ваши условия, - ответил Ларс. - Но решать всё равно не мне.
  
  
  ДЕНЬ 81
  Башня Ксардаса в глубине Орочьих земель
  
  Некромант возник в нижнем помещении башни рядом со сторожевым демоном. Когда рассеялось облачко портала, стало видно, что вид у Ксардаса донельзя недовольный.
  - Что тут ещё?! - прорычал он, исподлобья взглянув на старого орка, опиравшегося на твёрдо уставленный в каменный плиты магический посох. - Я же велел тебе ждать в развалинах! Ты что, справился с големами, которые сторожат дорогу к моей башне?
  - Моя не надо бить големы, - самодовольно отвечал Ур-Шак. - Моя ходить горы кругом. У орка - сильный ноги, люди не уметь проходить там, где Ур-Шак.
  - Ты что, старый, с ума сошёл?! - всплеснул руками Ксардас. - Ты хоть представляешь, что способен сделать мой демон с тем, кто придёт сюда без доказательства победы над стражами тропы?!!
  - Моя знать, - спокойно отвечал шаман. - Моя заклинать твой демон. Его сильно реветь, но трогать меня не может.
  - Заклинать?! Ты умеешь заклинать демонов? - удивился Ксардас и оглянулся на своего незадачливого стража, будто ища подтверждение словам Ур-Шака. Демон с виноватым видом висел над полом и тяжело хлопал перепончатыми крыльями.
  - Ну, ты силён! - засмеялся Ксардас. - То-то вы здесь такой шум устроили, что у меня вся башня затряслась!
  Польщённый Ур-Шак осклабил жёлтые истёртые зубы в довольной ухмылке. Но некромант уже сменил тон, который сразу стал по обыкновению сухим, деловитым и слегка пафосным.
  - Надеюсь, - сказал он, - у тебя достаточно веская причина явиться сюда? Ты отвлёк меня от очень важных расчётов!
  - Ур-Шак приносить очень важные вести, - перестав улыбаться, ответил шаман. - Ночью приходить Аррхок и Шак-Ча...
  - Шакча? Это кто ещё такая? - непочтительно перебил Ксардас шамана. - Ты что, подружку завёл на старости лет?
  - Зачем подружка? - не понял Ур-Шак. - У орков баба не ходить ночью в горы, она в шатёр сидеть, мясо варить... Шак-Ча быть молодой говорящий с духи, ученик Хирр-Шак. Его видеть, что учитель не прав, и приходить к Ур-Шак.
  - Ага, понятно, - сказал Ксардас. - И что такого важного они рассказали, что ты заявился сюда ни свет ни заря?
  - Хирр-Шак брать много браты и ходить под землю, в храм Крушак. Его смотреть, что делать злые человеки с болот.
  - Ого! И что они там делают?
  - Браты не могли проходить далеко. Но они видеть, что те человеки стали совсем как не живой - весь сушёный и ещё злее, чем быть раньше. Только их главные люди живой, но тоже злой совсем. Они делать заклинание, и много браты умирать.
  - Понятно, - озабоченно покачал головой Ксардас. - Ты был прав, когда спешил мне сообщить эти вести. По моим подсчётам выходило, что Спящему потребуется немало лет, чтобы восстановить силы и вновь стать серьёзной угрозой. Но эти идиоты отдали ему свою жизненную силу, и он окреп. Говоришь, его магия по-прежнему действует и достаточно сильна?
  - Так говоришь, - подтвердил Ур-Шак. - Аррхок и Шак-Ча говорить, много браты умирать. Другие много напуган. Шак-Ча чуять зло и не хотеть служить Крушак. Его уходить от Хирр-Шак и просить Ур-Шак быть его учитель.
  - И кому же вы теперь служите? - поинтересовался Ксардас.
  - Наша всегда уважать духи предков и священный огонь, - объяснил шаман. - Ещё уважать Бельджар. Кшар-Даш ему тоже служить и зови Белиар.
  - Понятно. Достойный выбор, - без тени насмешки проговорил Ксардас. - Но в сторону посторонние разговоры! Старая угроза, которую мы уже было загнали в самый дальний угол её логова, снова нависает над Хоринисом.
  - Моя думать, Ур-Шак и Кшар-Даш ходить в храм Крушак, звать демоны и бить сухие человеки. А потом бить их главный, который не сухой. Потом Ур-Шак говорить браты не служить Крушак, и у него нет силы больше.
  - Твой план, конечно, неплох, - задумчиво проговорил Ксардас, теребя свою острую седую бороду. - К тому, Болотное Братство больше не поклоняется Спящему, они нашли себе новое божество. Не знаю ещё, что оно такое, но угрозы от него не исходит. По крайней мере, пока.
  - Значит, наша ходить в храм Крушак? - уточнил орк.
  - Нет, Ур-Шак, ничего не выйдет. Я уже бывал там дважды и оба раза едва сумел уйти живым. Слишком уж я восприимчив к магии Спящего. И мои демоны, такие послушные здесь, там сразу же выходят из повиновения. Спящий им сродни, и они легко подчиняются ему, разрывая все мои хитрые заклятья, - вздохнул некромант. - А уж вызывать в этом месте боевых скелетов - для меня чистой воды самоубийство.
  - Тогда что наша делать? - растерянно спросил Ур-Шак. - Моя один нет сил побеждать Крушак, совсем нет!
  - Не всё так плохо, старый, - ответил Ксардас. - Я всегда стараюсь быть готовым к самому худшему обороту дела, и потому припас кое-что на этот случай...
  
  
  ДЕНЬ 91
  Охотничья стоянка на берегу реки Шныгов
  
  Когда Диего и Мильтен наконец-то появились в условленном месте, там уже всё было готово для встречи. Лестер, настелив на большом плоском камне широких листьев водяной лилии, нарезал крупными ломтями хлеб и овечий сыр. Горн же, удовлетворённо бормоча что-то, помешивал длинной деревянной ложкой варево в большом закопчённом котле. Над зажатой меж скал каменистой площадкой витал сытный дух варёного мяса.
  - Кажется, мы вовремя! - воскликнул Диего, довольно встопорщив жёсткие чёрные усы. - Мильтен, доставай своё монастырское.
  Молодой маг осторожно снял с плеча увесистый мешок, запустил в него руку и начал доставать одну за другой небольшие пузатые бутылки из настоящего стекла, в которых весело играла рубиновая жидкость.
  - Откуда такое богатство? - поинтересовался Горн, с удовлетворённым видом облизав ложку.
  - Пирокар прислал для Корристо и остальных с последним караваном, - ответил Мильтен. - Учитель и старшие маги вина почти не пьют, вот я и решил, что Торрезу с Рамиресом многовато на двоих будет.
  - Мудрое решение, - напустив на себя смиренный вид, одобрил действия молодого мага Лестер. - Тем более, Торрез, наверное, ещё не вполне окреп после вашего последнего похода.
  Всё четверо дружно расхохотались.
  - Потише бы надо, - отсмеявшись раньше других, сказал Горн. - А то ещё кого из стражников принесёт нелёгкая. А сейчас, сами знаете, неспокойно в Минентале...
  - Не волнуйся, - ответил Диего. - Со стороны гор никто не подберётся, Кавалорн предупредит если что. А у реки шныги прикормленные - такой шум поднимут, что возле водопада слышно будет.
  - Всё равно, не стоит лишний раз нарываться на драку. Успеем ещё топорами помахать в ближайшее время, чует моё сердце, - свирепо ухмыльнулся темнокожий наёмник.
  Друзья притихли и принялись рассаживаться вокруг камня, заменившего им стол. Из мешка Мильтена вслед за вином появились несколько крупных зелёных яблок, а Горн начал выуживать из котла большие куски дымящегося мяса.
  - Кротокрыс? - поинтересовался Мильтен.
  - Нет, малыш, это не кротокрыс... - понимающе прищурился Диего и вопросительно взглянул на Горна.
  - Мракориса вчера вечером завалили с парнями, - пояснил тот. - Прямо к воротам вышел. Молодой совсем.
  - Знатно, - крякнул Диего и протянул руку за ближайшим куском.
  Четверо друзей приступили к трапезе, время от времени перебрасываясь короткими фразами. Уговорив таким образом провизию и вино, они стали грызть яблоки.
  - Душевно сидим. Когда ещё теперь соберёмся... - вздохнул Диего.
  - Да уж, - вторил ему Лестер. - Если так дело пойдёт, то не до посиделок скоро станет. Боюсь, на сей раз и наш лагерь в стороне не останется.
  - Ну, основная свалка всё равно между нашими лагерями будет, - бодро отвечал Горн. - Кстати, Диего, ты о мастере Гомере узнал что-нибудь? Живой он там?
  - Живой, в подвале сидит под замком. Бароны же не дураки - такими мастерами разбрасываться. Содержат его хорошо, но и сторожат на совесть, так что в ближайшие дни вытащить не получится, - сказал призрак.
  - На чём он погорел-то? - спросил Горн.
  - Ян заметил, что Гомер работы над насосом нарочно затягивает, - хмыкнул Диего. - То заставит уже состыкованные трубы разобрать и заново перекладывать, то годную шестерёнку из горного дуба забракует и велит новую делать, из орочьего дерева. Ну и заперли его. Насос доделали, воду уже начали качать из шахты... А тут как раз Гомез узнал про договор Ли с Дракией и Братством. Взбесился, приказал хватать всех из Нового лагеря, кто под руку подвернётся. Последний груз товаров велел полностью доставить ему, а охрану из наёмников, которые с караваном шли - вырезать. Правда, стражниками Флетчер в тот раз командовал, а он парень осторожный, не стал нарываться. Товары-то забрал, но наёмникам дал уйти без драки.
  - Это я знаю. Ребята рассказывали, - покачал лобастой головой Горн.
  - Войны теперь никак не избежать? Может, всё же... - с надеждой глядя на старших друзей, спросил Мильтен.
  - Скорее всего, нет, - ответил за всех Лестер. - Разве что Корристо сумеет воздействовать на баронов, как делал уже не раз.
  - Вряд ли, - вздохнул Мильтен. - После нашего возвращения из Горного прохода учитель поссорился с Гомезом. Он узнал, что бароны перехватывали его переписку с монастырём, и был зол, как демон. Ну, и наговорил лишнего.
  - Жаль, - вздохнул Диего. - Раньше он его как-то мог угомонить. Хотя нет худа без добра. Маги Огня теперь начеку и не дадут себя застать врасплох, если баронам взбредёт в голову с ними поквитаться.
  - Это да, - подтвердил Мильтен. - Я сегодня едва вырвался из-под бдительной опеки учителя. А на ночь Корристо и Дамарок ставят на окна и двери магическую защиту.
  - Маги при всей их мудрости иной раз необыкновенно наивны, - вздохнул в ответ Диего. - А Гомез хитёр, и правила для него не писаны. Как бы он не выкинул какой-нибудь подлости.
  - Не думаю, что он станет что-то предпринимать сейчас, - проведя ладонью по выбритой голове, возразил Лестер. - Он вряд ли решиться поссориться ещё и с магами, когда против него и так два лагеря и Дракия в придачу.
  - Как знать... - покачал головой призрак.
  Все четверо умолкли и задумались каждый о своём. Или, скорее, о том, что беспокоило теперь всех, живущих под магическим куполом.
  - Эх, парни! Чего зря гадать! - хлопнул себя по коленке широкой коричневой пятернёй Горн. - Давайте лучше сообразим, как нам действовать при самом худшем исходе.
  - Это при каком? Если победит Гомез? - уточнил Лестер. Его украшенное татуировками лицо оставалось непроницаемым, и было непонятно, тревожится он или иронизирует.
  - Не думаю, что у него вообще есть шанс на победу, - ответил Горн. - Потреплют нас стражники здорово, как пить дать, но Нового лагеря им в любом случае не взять. И пусть меня заберёт Белиар, если это не так! К тому же, заглядывать так далеко в будущее нам и пытаться не стоит, мы не пророки. Худшим исходом в нынешнем положении я назвал полномасштабную войну между лагерями.
  - Маги Огня в любом случае не станут вмешиваться, у них своя цель и своё служение, - вставил Мильтен.
  - Из моих ребят тоже мало кто будет всерьёз подставлять башку за Гомеза. Наше дело следить, чтобы тропы между Старым лагерем, шахтой и Обменной площадью были спокойны, - прищурясь на клонящееся к вершинам гор солнце, проговорил Диего.
  - В любом случае мы должны держаться вместе. И никто - ни Гомез, ни Ли, ни Ю-Берион со своим новым богом не должны разрушить наш союз, - подытожил Лестер. - Если опор будет меньше четырёх, равновесие может пошатнуться.
  - Верно, - кивнул длинноусый призрак, поворачивая руку так, что аквамарин в его перстне ярко засветился, смешав свой природный сине-зелёный цвет с рыжими лучами предзакатного светила.
  - Да, у Совета Четырёх, управляющего Кольцом Воды, есть заботы поважнее, чем бандитские разборки на огороженной Барьером каторге, - проворчал Горн.
  
  
  ДЕНЬ 94
  Где-то между Старым лагерем и Обменной площадкой
  
  Тщедушное тело, трепеща от страха, вжималось в узкую щель между стволом поваленного бурей дерева и замшелым боком огромного валуна. Человек старался успокоить шумное, со всхлипами, дыхание и унять дрожь, которые могли выдать его убежище. Он был уверен, что преследователи ищут его, обшаривая каждый куст, заглядывая за каждый ствол и переворачивая каждый камень. Даже стук собственного сердца казался ему таким же громким, как удары молота Хуно по наковальне в дни, когда лучший кузнец Внешнего круга Старого лагеря предавался труду с особенным рвением. Беглецу представлялось, что грубые руки вот-вот выволокут его из найденного в суматохе заполошного бегства убежища, и свершится что-то ужасное. Столь же ужасное, как то, свидетелем чего он стал во время своего отчаянного предприятия.
  Сначала он проскользнул в ворота, открывшиеся перед потрёпанным отрядом стражников, возвращавшегося из окрестностей Болотного лагеря. Что там случилось, он так и не узнал, но выглядели баронские вояки уже не столь бравыми как два дня назад, когда они отправлялись в поход. Многие хромали или бережно прижимали замотанные окровавленными тряпками руки. Некоторых, не давая им упасть, поддерживали товарищи. А кое-кого вообще не хватало в поредевшем строю. Среди одетых в красное стражников выделялись две шатающиеся фигуры в набедренных повязках. Впрочем, они тоже были красны. Только краснота эта имела цвет не выкрашенной ткани и кожи, а сочащейся из многочисленных ран крови.
  Он не понял, почему возвратившиеся с болот стражники входят именно в эти ворота, хотя другие располагались намного ближе к тропе, которая вела в лагерь сектантов. Да ему и в голову не пришло задумываться об этом. Нельзя было упустить случай выбраться наружу, и он решился.
  Когда под яростную ругань беглец протиснулся сквозь колонну измученных воинов, вслед ему раздалось улюлюканье и удивлённые крики. Потом даже просвистели два болта. Однако он, петляя как шершень, который напился крови укуренного сектанта с болот, легко и незаметно для самого себя разминулся со смертоносными снарядами.
  Перебежав мост через Шныжью, беглец к своему облегчению не увидел за ним стражников, обычно охранявших переправу. Позади зло шумела река, рассерженная тем, что её заставили ворочать установленное выше по течению скрипучее колесо. Впереди сумрачно шелестел темнолистыми ветвями лес, под пологом которого раздавались тревожащие голоса зверей и птиц. Тщедушная фигурка замерла, испуганно ссутулившись. Голова на тонкой шее отчаянно завертелась по сторонам. Взгляд расширенных от страха глаз зашарил по прибрежным утёсам и переплетению древесных ветвей. Но ничего опасного поблизости замечено не было, и беглец двинулся дальше, забирая вправо. Здесь тропа ныряла в пространство между двумя нагромождениями каменных глыб, наверху которых могла притаиться засада. Смотрел он всё время вверх и по сторонам, не обращая внимания на дорогу, по которой нечувствительно несли его ослабевшие от пережитого волнения ноги, и потому не заметил, как наступил на что-то мягкое и скользкое. Когда он, вздрогнув, опустил глаза, почти у самых его ног раздался стон, и беглец замер, не в силах закричать или сдвинуться с места. Распластанное на залитой красным тропе тело, в красных же доспехах, пыталось ползти, цепляясь скрюченными пальцами за каменистую почву. Ползти ему было трудно - мешало что-то длинное и розовое, тянувшееся из распоротого живота. То самое, на что наступил беглец.
  Он созерцал это немыслимое даже для навидавшегося всякого обитателя колонии зрелище несколько бесконечно долгих мгновений. Мыслей в бедной голове не осталось совсем. Он просто не понимал, что видит перед собой. Но потом позади раздался звон клинков, яростные крики, падение чего-то массивного... В глазах потемнело, и, даже не оглянувшись, он со всех ног бросился вверх по тропе, легко перепрыгнув тело стражника, ещё не смирившегося со своей смертью. Беглецу казалось, что он слышит прямо за своей спиной дыхание тех, кто вот-вот нагонит его и сотворит с ним что-то немыслимо ужасное...
  Лишь когда солнце стало клониться к закату, он понял, что никто его не ищет и, скорее всего, даже не пытался преследовать. Однако прошло ещё немало времени, прежде чем он решился поднять голову и оглядеться. Вокруг было спокойно.
  Тощий человечек выбрался из-за толстого ствола поваленного дерева и стал пробираться к тропе, что уводила от реки в горы. Сквозь лохмотья одежды одной рукой он прижимал к впалой груди свою ношу, которая была для него теперь ценнее всего на свете.
  - Они думают, что Мад глупый, - неслышно бормотал он. - Они думают, что он ничего не понимает! Мад ещё всем им покажет, кто глупый, а кто нет. Они не знают...
  И действительно, кто мог знать, что городской дурачок, побиравшийся на базарной площади Хориниса и подозрительно часто ошивавшийся возле овчарни Альвина, умеет читать руны древнего языка? Уж во всяком случае, не обитатели Миненталя, лишь немногие из которых мельком видели Мада до каторги. И мог ли думать добряк Ватрас, жалевший убогого, кормивший его и скуки ради учивший читать старинные письмена, во что это в итоге выльется? А дурачок, порой не понимавший простейших вещей, оказался очень способным в изучении умерших наречий. Он с первого раза запоминал причудливые завитки забытых рун, жадно разинув слюнявый рот, впитывал странно и нездешне звучащие слова и пытался повторять их вслед за своим седобородым, переполненным знаниями, но недостаточно дальновидным учителем. И так было до того дня, когда Пек, пришедший к Альвину за очередной порцией баранины для городской стражи, застал Мада в овчарне...
  - Я им всем покажу! - продолжал бормотать под нос дурачок, бывший предметом издевательств и насмешек для очерствевших сердцем обитателей Старого лагеря. - Вы у меня ещё поплачете! Они думают, Мад глупый... А Мад скоро станет самым сильным и умным из всех!
  Мад остановился, воровато огляделся по сторонам, бережно достал из-за пазухи каменную плитку и стал читать, бегло переводя непонятные для непосвящённых слова древнего языка на миртанский. Выщербленные временем письмена едва различались в наступивших сумерках, но он и так знал наизусть каждое слово.
  - ...А чтобы вызвать Повелителя, первым делом приди в полнолунную ночь на могилу безродного, умершего не менее трёх, но и не более пяти лун назад. Извлеки тело, каковое должно к тому сроку изрядно разложиться...
  Справа, от устья заброшенной шахты, раздался звук, похожий на чей-то печальный, старательно подавленный вздох. Мад вздрогнул, торопливо спрятал драгоценную табличку под лохмотьями на груди и припустил дальше по тропе, всё менее различимой в сгущавшемся сумраке. Он взвизгнул от ужаса, когда сверху, с нависавшей над тропой скалы, свалился неведомо кем потревоженный камень. Едва не лишился чувств, когда в бледном свете выглянувшей из-за гор полной луны увидел возле ворот, что преграждали особенно узкую в этом месте тропу, несколько неподвижных тел в красных и серо-синих доспехах. Впрочем, решётка ворот оказалась поднята, и Мад, в отчаянном рывке преодолев последний отрезок пути, вылетел на песчаный берег маленького озера, по другую сторону которого была устроена деревянная площадка с подъёмником, носившая гордое имя Обменной площади. Здесь он остановился и огляделся по сторонам. Заметив слева продолговатую кучку камней, направился к ней на негнущихся ногах.
  - Мад всех вас заставит себя бояться! Вы ещё пожалеете... - шептал он, опускаясь на колени перед могилой и отваливая в сторону первый камень.
  Ошибиться он не мог - это та самая могила, о которой говорил Диего.
  Мад отлично помнил тот вечер три с лишним луны назад, когда, по обыкновению заглянув в хижину призрака в надежде получить хлебную корку или не до конца обглоданную кость, застал хозяина сидящим за столом. Перед Диего стояла глиняная бутыль, из которой он то и дело подливал себе дурно пахнущий шнапс в кривобокую деревянную кружку. Сделав глоток, призрак морщился, заталкивал в рот стружку засохшего сыра и утирал тыльной стороной широкой обветренной ладони пьяную слезу.
  - Так-то Мад, - грустно проговорил он, заметив дурачка. - Оскотинились мы тут все, в зверей превратились. Вот смотришь: с виду человек вроде. Руки, ноги, дар речи и даже взгляд как будто осмысленный. А приглядишься повнимательнее - ба! Да это же шныг! Или глорх. Или поганый падальщик. Уж кому что ближе...
  Заинтересованный странными, ранее не слышанными речами Мад бочком придвинулся поближе. И, разинув рот, выслушал историю гибели безымянного новичка от рук Буллита и его дружков. Рассказывая, Диего то скверно ругался, то принимался размазывать стекавшую по усам слезу, между делом давясь отвратительным пойлом и ссохшимся сыром. Повторив свой рассказ в третий или четвёртый раз, он уронил голову на залитую шнапсом столешницу и неровно, со вздохами и невнятным бормотанием захрапел.
  Наутро он уже ничего не помнил, но Мад не забыл ничего.
  Вот верхний ряд камней торопливо отброшен в сторону. Сейчас должны были показаться останки, которым предстояло стать основным ингредиентом в адском рецепте, вычитанном Мадом в плитке, что подарил ему Диего. Сердце дурачка учащённо забилось. Он напрочь забыл об ужасе, пережитом им сегодня при виде мёртвых и умирающих. Ему нужно было это полуистлевшее тело. Он жаждал поскорее до него добраться.
  Вот он отбросил ещё несколько камней и замер, тупо уставившись на то, что открылось его взгляду. А потом испустил долгий отчаянный вопль, испуганно заметавшийся между скалами.
  Тела в могиле не было.
  
  ***
  
  О том, что произошло в Минентале, когда рассеялся ночной мрак, и взошло Око Инноса, мне ничего не известно.
  
Оценка: 9.60*13  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Д.Хант "Лирей. Сердце зверя" (Любовное фэнтези) | | К.Кострова "Невеста из проклятого рода 2: обуздать пламя" (Любовное фэнтези) | | С.Лайм "(по)ложись на принца смерти" (Юмористическое фэнтези) | | Э.Грант "Жена на выходные" (Современный любовный роман) | | М.Весенняя "Чужая невеста" (Женский роман) | | С.Грей "Галстук для моли" (Женский роман) | | А.Субботина "Цыпочка на побегушках" (Попаданцы в другие миры) | | С.Волкова "Неласковый отбор для Золушки. Печать демонов" (Любовное фэнтези) | | Т.Михаль "Сделка с Ведьмой" (Городское фэнтези) | | Н.Самсонова "Невеста темного колдуна. Маски сброшены" (Любовные романы) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"