# Отцу

Григорий Гайа

Отцу (сборник стихов). Автор: Григорий Гайя.


Памяти отца, Дмитрия Сергеевича Гутенёва (1946-2017), собкора "Правды" в Западном Казахстане и Западной Сибири с 1987 по 2017 год, посвятившего журналистике более сорока лет, автору пяти книг с рассказами и очерками, художнику и кэ-мэ-эсу по классической борьбе


Содержание:


Ледоколы и лесорубы..............................................1

Вампирчик в футляре..............................................4

Вначале было А.......................................................11

Оскомина..................................................................12

Университет для обезьян........................................13

Негатив......................................................................13

Студент, униженный красавицей дурного нрава...14

Нужда........................................................................14


Ледоколы и лесорубы

Отцу хватило, слава богу, такта, -

Не убеждал он и не принуждал,

Когда я в комсомольцы не вступал.

Но я, пожалуй, замолчал бы факты,


Не вскрыв, что алый галстук мне не дал,

Якшаясь, может, пятилетку с шеей,

Осознаванья основной идеи,

Которую в себе он воплощал,


Над солнышком султаном полыхая,

Снижая холод и светя во мрак,

Без дров трескучих сердце согревая,

Щит над спиной держа - трёхглавый знак


Небесных мам: Афины, Сарасвати,

Которые вели детей вперёд,

Льды клином окрыляя прорубать их,

Искать. Изобретать вселенноход.


Он зажигал идею пионера,

Первопроходца свежего пути,

Особо важного миссионера,

Чей долг - самостоятельно идти


В краю каком-то новом и далёком,

Где ценны героический настрой,

Большое, проницательное око

И память о пойдущих за тобой,


Находчивость - способность к разрешенью

Проблем, встающих перед головой,

С уменьем твёрдо принимать решенья

И пользоваться тем, что под рукой.


Особый это тип мессионизма,

Пространственно он расположен где-то

Над коммунизмом и капитализмом, -

Где можем мы творить свою планету,


Шагая непроторенной тропой.

И люди свежие пути искали,

Чужие колеи не выбирали,

Чтоб роботом не стать, а быть собой.


И кто-то повалил Лесопавал.

В борьбе жестокой и многострадальной

Достоинство свое не потерял,

На волю вышел с волей колоссальной,


Которую в неволе накопил,

Как преданная Кришны Премавати.

За веру суд садистский присудил

Четыре года ей. Была хоть матерь


Двух девочек, чей возраст был шесть лет

На обе жизни. Третья - в животе,

Кто меньше года посмотрев на свет,

Отправилась в набор из новых тел...


Так разрушал себя большой Союз,

Беременных в тюрьму сажая мам.

Ведь сумасшедший красной масти туз,

Взяв власть, занялся униженьем дам,


В двугорбых верблюдиц их превратив.

Один горб - дом и о семье забота,

Второй - под звон часов с утра вскочив -

Бежать за жалованьем на работу...


Смогли ли Премавати повалить?

Она ведь атеистам отомстила,

Сумев радиостанцию открыть,

Что имя Кришналока получила.


И рассказала Питеру с Москвой

Про все атеистические бредни,

Застойных ускоряя смерть секвой.

Вы, Премавати, - лучший проповедник...


А кто-то, пламя запалив из слов,

Чтоб гадкие иллюзии развеять,

Сумел не сплющиться в тисках судов,

Борясь за правду с кликою злодеев!


Отец, спасибо, что не сдался ты,

Остался верным правде и себе,

Был смелым, как Добрыня Богатырь,

Не проиграл в рискованной борьбе!


Радхакунда - Оулд Манали, 2017-2018


Вампирчик в футляре или, если можно так выразиться, под пробкой


Словно кочет, горланит

Мой сосед в пять часов.

Он вегетарианец

И разводит коров.


В ненасилье закован

От рождения дня,

Он, крича на корову,

Льёт свой гнев на меня.


А, бросая в собаку

Уголком кирпича,

Мыслит он нашу драку,

Как овчарка рыча.


Словно джинн, эта ярость,

Что клокочет в груди,

Он не выпустил пара,

Он внутри - крокодил.


А снаружи - телёнок,

Рот в улыбку одел.

Мяса, рыбы с пелёнок

Этот парень не ел.


Он не дрался ни разу

И отцом не был бит,

Вот язык и отвязан,

Он за ним не следит.


С иностранцами парень

Любит дерзко шутить.

Знает он: "Не ударят.

Сможем мы отомстить.


Я введу в раздраженье

Этих старых врагов,

Здесь их ждёт униженье

От потомков рабов.


Мы здесь - главные люди,

Наш и субматерик.

Рабства мы не забудем.

Белый парень - должник.


Кто мне сможет иначить?

Был унижен мой род.

Он сосед. Вот удача!

На потеху пойдёт.


И в давления море

Я его погружу.

Разве сможет он спорить?

Я ведь классно дружу


С сотней местных братишек,

Вмиг готовых прийти,

Если белый парниша

В бой посмеет пойти.


Мы его запинаем

И бамбуком забьём,

Кирпичом закидаем,

Выбросим в водоём.


Не поймут, не узнают,

Кто лежит там, раздут.

Так бригада крутая

Здесь устроит свой суд.


Нет греха в этом, право,

Не раскайся, народ!

Справедлива расправа -

Не индиец нас бьёт!


Он приехал учиться

В нашу чудо-страну.

А залётная птица

Будет в нашем плену,


Посмеёмся над гостем

Вместе дружной семьёй.

Пусть кипит он от злости!"

Как ток-шоу герой,


Кто приходит на съёмку,

Ожидая нектар

И известности громкой.

Получает удар


От садистов - ведущих

Дичь тупую в капкан.

Он ведь не вездесущий

И не видит их план:


Посмеяться над дурнем,

Кто не знает игру -

Подержать его в урне

На потехи пиру.


Но вернёмся к соседу,

Кто разводит коров,

И которому не дал

Я свою выпить кровь,


Защитившись в астрале

Так, как гуру учил,

Чтоб вампир не ужалил,

Крови не получил.


С животиной общаясь,

Любит парень хитрить

И горланит, пытаясь

Голосом задавить.


Мантры Вишну включаю,

Децибелы - в зенит.

Так эфир закрываю,

Мантры Вишну - мой щит.


Диск Сударшан приходит,

Беспрерывно крутясь

В звуках древних мелодий,

Чтоб не смел вор украсть


Счастье, время, вниманье.

Кто он, слушать его?

Просто хочет касанья

Уха он моего


И вибрирует грозно,

Думая напугать.

С виду религиозный,

Любит он вымогать,


Но не действуя прямо,

А давя на мозги.

Он рисует упрямо

Мне укусы ноги


Скорпионом и коброй,

Что под домом живёт...

Кобра знает: я добрый,

А сосед не поймёт!


Я сказал ей однажды:

Ты невинна, змея!

Не узнаешь здесь жажды

И охоты, битья.


Этот маленький садик,

Мир затейливых фей,

Будет змеям отраден

При засильи людей,


Что в посёлке довлеют.

Змей терпеть не хотят,

Наги всё же имеют

Очень действенный яд...


Летом здесь - сонм лягушек,

Толстых крыс и мышей,

Будешь славно тут кушать

И кормить малышей.


Где вам жить, о нагая?

За забором прибьют.

Сколько здесь будет Гайя,

Столько здесь твой приют.


Жалить йога не станешь,

Заключаем контракт.

У ползучих созданий

Тоже может быть такт.


В час свирепой охоты,

Аппетита полны,

Лишнего не берёте,

Бойни вам не нужны.


В холодке не храните

Колбасу и жиры.

И консерв не едите,

И не сушите рыб.


Кобры предупреждают

Перед тем, как кусать,

Умный, соображая,

Может спринтером стать.


А наглец туповатый,

Как троллейбус, прямой,

Что задуман рогатым

Для задачи одной,


С думой прямолинейной,

Прикреплённой к рогам,

Словно к догу ошейник

И решётка к мозгам,


Побежит и на кобру,

Переступит предел.

Так мир змей будет попран.

Глупый. Наг ведь шипел!


Капюшон раздувался,

Взгляд пронзал, словно штык,

Вилкою трепыхался

Раздвоённый язык.


Но кретин шёл на кобру,

"Не догнавший состав",

"Любознательный хобот",

Умер, сердце предав,


Что кричало: "Дай стопу!

Кобру не оскорбляй

И нечистые стопы

В мир чужой не вторгай!"


Радхакунда-Вриндаван, 2016-2019


Внвчале было А


Все учат одному же и тому:

"Вначале было А, не Б, не У!"

Творец смотрел на первую жену

И зачинал с ней первую весну.


Потом весна творила всё вокруг,

В друзей вдыхая силу и подруг,

Друг к другу все они влеклись не вдруг,

Весной так меток Купидона лук!


Росло потомство - пышный, дивный сад,

Жонглёр, смеситель вековых основ:

Форм, запахов, касаний и цветов,

Дыханий, звуков, вкусов, бед, услад.


Радхакунда, 2016


Оскомина


Сколь не вейся, сколь не гнись,

Не хватает наслаждения,

Отравляет нашу жизнь

Злая ведьма пресыщения:


Входит скука в царский пир

И покой сераля,

Игры, видео и спирт

И тошнотой жалит.


Всё перебираем мы,

Только нет освобождения

Из не каменной тюрьмы.

Заключенье - пресыщение.


Радхакунда, 2013


Университет для обезьян


Придуманный, придурочный спектакль,

Завуалировать пытающийся суть,

Где каждый, по идее, как макака,

Лишь может подражать кому-нибудь.


Панк выделился, обозначив пенис

На голове, как красный ирокез,

Ему не жалко времени и денег,

Чтобы себе "прибавить" этим вес.


Радхакунда, 2016


Негатив

Гордился волосатою лопатой

И о себе твердил всегда: "Я дед!"

Но поселились вши в браде косматой,

И сдал его завистливый сосед.


Вриндаван, 2019


Студент, униженный красавицей дурного нрава

Ты меня обидела и до дна, малышка.

Группа это видела, как же ты могла?

Раз уж это сердце - твёрдое и льдышка,

Я сжигаю чувство. По ветру, зола!


Алма-Ата, 1985


Другу Эдуарду Дадлову, жившему во Вриндаване и на Радхакунде, преданному Кришны, учёному-химику из Москвы


Нужда

Кончаются деньги и тают продукты,

Худею, слабею, лежу,

В уме - молоко, макароны и фрукты,

Мечтаю о них, не тужу!


Пройдусь и потрачу последних пять рупий!

Съев шар, сяду в постный ритрит.

Пуп фигу увидит большую. Залупит

Под ложечкой тошненький ритм.


Вампир вставит зубы под ложечку, станет

Водить челюстями вниз вверх.

Скукожится пузо. И больше не встанет,

Помрёт незаморенный червь.


Радхакунда, 2015


Примечания:


Вишну - имя четырёхрукого Кришны, повелителя планет Вайкунтх, для которого характерно настроение царя, господина.

Сударшан - диск, рассеивающий мороки и убивающий демонов, оружие Вишну,