# Хроники неких королевств

Виталий Васильевич Гунченко

ХРОНИКИ НЕКИХ КОРОЛЕВСТВ

СОДЕРЖАНИЕ:

История 1: НОВАЯ ЭПОХА

Отсчитывая исторические эпохи, присваивая им разные термины: античность, феодализм, индустриализация, мы подразумеваем, что меняются отношения в обществе, и каждая новая эпоха это новый этап развития человечества. Общество, действительно, сильно меняется, но, не смотря на важные изменения, со времён рабовладения неизменным остаётся одно - всё общество целиком, всегда, остаётся исполнителями чьей-то воли. Даже когда кто-то ведёт борьбу с 'системой' ...


История 2: РЕЛИКВИЯ

Даже самые противоестественные государственные режимы могут успешно существовать, если их руководители смогут забыть про свои человеческие качества и следовать главнейшим принципам власти: 'пощады никому', никакой сентиментальности, насилие и лицемерие.


История 3: СВЯТОЙ ВЕНИК

История 4: ЛУЧШАЯ ВОЙНА


НОВАЯ ЭПОХА

В тот день, когда через наш город провезли тушу поверженного дракона, началась новая эпоха. Дракона поверг не доблестный рыцарь - труп легендарного существа привёз отряд нанятых для этого охотников. Наёмники в отличной экипировке и с новейшим снаряжением, ехали, не выявляя никаких эмоций, ни торжества, ни гордости. Они просто выполнили очередной заказ. Это были не герои-витязи, а обычные мужики, больше похожие на бродяг и разбойников. За отрядом наёмников восемь лошадей тащили три сцепленных друг за другом повозки, на которых лежала туша дракона.

Люди со всего города вышли посмотреть на удивительное зрелище. Они выстраивались вдоль дороги, чтобы как можно ближе рассмотреть мёртвое чудовище, которое прежде наводило на них ужас. После того, как процессия проходила мимо них, люди присоединялись к колоне выстроившейся вслед за телегами. В толпе начались разговоры, что сегодня будет грандиозный праздник. Больше не надо трепетать от страха, ожидая, в любой момент, опустошительного нападения. Больше не придётся преподносить ему в жертву девушек и животных. Тут же вспомнили о наболевшем - быть может, в честь праздника дадут какие-нибудь льготы по налогам или отменят долги-недоимки. Эти разговоры подхватывались и, переходя из уст в уста, превращались в уверенные заявления.

Кортеж подъехал к дому градоначальника, толпа заполнила всю площадь и прилегающие улицы. Навстречу вышел довольный глава города в сопровождении свиты и стал осматривать дракона.

- В легендах рыцари привозили только голову в доказательство своей победы, а эти привезли всю тушу, - удивлялся он. - А как они её погрузили на телеги?

На груди у дракона была огромная рана, распоротая плоть была покрыта зелёными капельками драконьей крови. Капли крови отливали металлическим блеском и были похожи на зелёную ртуть.

- Странная природа у этих драконов. У всех живых существ, после того, как им нанесёшь рану, кровь хлещет, а у него не пролилось и капли. Как будто, грудь ему вскрыли, когда сердце уже не билось... - это сказал кто-то из свиты градоначальника, и когда он договаривал фразу, у всех появились смутные подозрения.

В составе кортежа была девушка. В толпе перешёптывались, что её забрали из логова дракона.

Градоначальник с всё большим сомнением смотрел на дракона. Не зная, что решить, он приказал:

- Девушку на допрос к епископу.

А потом, обернувшись к собравшимся людям, громко объявил:

- Расходитесь по домам, уже всё увидели, нечего тут толкаться, нам надо разобраться с этим делом.

Дом епископа был по соседству с домом градоначальника.

Без всяких приветствий и вступлений, епископ задал приведённой девушке вопрос:

- Ты ведьма?

- Нет, меня зовут Алиса.

- Как ты оказалась в логове дракона?

- Епископ, это всё неважно, не тяни, ты ведь хочешь задать другой вопрос.

Епископ опешил от такой дерзости, он считал себя хозяином положения, но Алиса, как оказалось, так не считала. Уверенный и даже властный тон девушки сбил его с толку.

- Ты хочешь спросить: 'Где сокровища дракона?'. Не тяни, приступай к главному.

- Ну и где они? - священник уже не сопротивлялся давлению девушки и машинально задал подсказанный вопрос.

- Я готова отдать тебе четверть из сокровищ, но с условием, что ты будешь отрабатывать это богатство.

Епископ всё ещё не хотел воспринимать девушку как равного собеседника.

- Я подвергну тебя пыткам, и ты расскажешь всё, так что лучше расскажи сразу сама и сбереги свою плоть.

- Священник, ты зря думаешь, что меня привели к тебе наёмники, я пришла сама, чтобы нанять тебя на службу. И я уверенна, что ты не откажешься, потому что от таких богатств, которые я тебе предложила, не отказываются.

Тем временем в городе начались беспорядки.

Толпа сначала с ропотом начала расходиться из цента города, но по дороге усиливалось раздражение несбывшегося ожидания праздника и подарков. Вскоре люди начали разворачиваться, и толпа вновь двинулась к дому градоначальника намереваясь требовать если не подарков, то больших изменений в жизни. Ведь произошло событие, которое очень сильно меняло их образ жизни. Наступило новое время, не нужно больше дрожать и прятаться. По этому поводу просто необходимы отмены старых налогов и главное - новая жизнь должна начаться с уничтожения долговых расписок.

К дворцу толпа уже подкатила с яростными криками и вооружённая дубинами, вилами, топорами. Охрана градоначальника разбежалась, горожане ворвались в его дом, но хозяина там уже не было.

Епископ, прервав допрос, с тревогой наблюдал, что происходит на площади.

Алиса заговорила с ним:

- И ещё священник, я предлагаю тебе не только богатства, я предлагаю тебе сохранить власть над твоей паствой.

На улице начались какие-то крики, в которых явно угадывалось слово 'епископ'. Священник, глядя в окно, видел, что множество взоров устремлено в его сторону и толпа уже начала подвигаться к его дому.

- Священник, тебе некогда думать, тебя сейчас вышвырнут из города, ты должен согласиться на моё предложение. Священник, богатство и власть - это то, что дают драконы...

Послышался треск досок, наверняка это ломали забор и ворота.

- Да! Согласен.

- Прикажи принести какую-нибудь старую икону.

Кое-кто из толпы уже ворвался в епископский двор, когда из его дома вышла Алиса с иконой, прижатой к груди и с одухотворённым выражением на лице.

- Долгие годы, находясь в самом логове дракона, я была хранима силой своей веры, которую мне подарила эта икона. Случайно нашла я её в глубине пещеры, быть может раньше перед ней молился некий древний святой подвижник. Не смел дракон приблизиться ко мне все эти годы, потому что была велика вера моя и велика благодать, исходящая от иконы.

Алиса подняла икону высоко над головой.

- Повторяю, сила веры и благодать священной реликвии!

В толпе начали истово креститься и шептать молитвы...

- Теперь эта святыня будет охранять ваш город от всех бедствий и любого зла. Я передаю эту священную реликвию вашему пастырю.

Бунтовать больше никто не хотел, в тот день люди обрели веру.

На следующий день на службу в церковь собрался весь город, все не поместились и толпились на площади. Епископ после службы вышел на площадь и терпеливо обнёс икону мимо всех желающих приложиться к святыне.

Алиса стала почитаться святой.

- Епископ, тебе надо поговорить с градоначальником и объяснить ему, что это ты и церковь способны контролировать умы людей и сдерживать возмущение даже в такие сложные моменты, как недавний бунт. Дай ему понять, что он отныне без тебя никто и поэтому пусть внимательно прислушивается ко всем твоим пожеланиям. А у нас есть с тобой дела по изменению города. Нам нужен новый собор, огромный и величественный. Настолько величественный, чтобы люди чувствовали себя в нём ничтожными. Нам надо расчистить часть города от домов.

Пожертвования щедро текли в церковь и вскоре епископ начал строительство нового огромного собора.

Прежде чем возводить здание, в котлован опустили тело дракона, объяснив людям, что это символ победы веры над злом.

...

Прошло немало лет, впечатление о святости реликвии и чуде с драконом поблекли. Тем более, что епископ давал много поводов усомниться в добродетели церкви. Он, не стесняясь, носил драгоценности и жил в роскоши.

Алиса пыталась убедить его выглядеть скромнее, но он просто не понимал, к чему себя ограничивать. Народ полностью разуверился, в собор никто не ходил. Мало того, те, кто ещё сохранял веру, стали собираться в укромных местах и проводить свои ритуалы, игнорируя официальную церковь. Алиса видела, что уважение к церкви было потерянно, народ не видел в ней авторитета.

Во время очередного разговора с Алисой епископ вообще заявил, что больше не намерен выслушивать назидания от 'девки дракона'.

- Ты прав епископ, я долго жила с драконом, но я не была его девкой, в том смысле, который ты имеешь в виду. Дракон многому научил меня. Драконы знают всё о власти, я хорошо помню все его уроки. Ты мне больше не нужен, ты не будешь больше первым человеком в городе. Когда одумаешься и станешь послушным, приходи, я дам тебе второе место.

К себе на разговор Алиса пригласила градоначальника.

- Градоначальник, ты видишь, что наши люди теряют любовь к родному городу. В умах смута, потому что людей ничего не объединяет. Город придёт в упадок, если народ не будет единым. Раньше всех объединяла вера, но в последнее время она наоборот приносит смятение.

Градоначальник соглашался, но что делать с этой проблемой не знал, и потому просто кивал и поддакивал. А Алиса продолжала:

- Для того чтобы объединить народ и сделать его управляемым, нужна внешняя угроза. Пусть твои люди начнут распускать сплетни, что после убийства дракона, через пустоши, в которых он обитал, наш город открыт для нападений язычников с востока. Пусть красочно описывают, как ненавидят нас язычники и как жаждут уничтожить нас. Страх сплотит горожан, они объединяться вокруг тебя - руководителя. Нет не руководителя, а отца отечества. Ты должен стать их господином - королём.

Градоначальник раскрыл рот от такой неожиданности.

- Это ещё не всё - я дам тебе много денег, ты создашь армию и выстроишь крепости. Ты будешь расширять власть города на окрестности, ты будешь создавать сильное королевство. Согласен?

- Дааа... - еле промямлил градоначальник, у которого голова шла кругом от свалившихся на него перспектив.

- За это ты введёшь законы, которые я тебе скажу и будешь следить за тем, чтобы они соблюдались, - прибавила Алиса менее торжественным голосом.

Градоначальник вскоре принял титул короля.

- Король, народу нужны победы, люди должны верить в избранность своего народа. Воспитывай патриотизм, - наставляла его Алиса, и король следовал её советам.

Сначала армия одерживала победы, но, ни одна победа не приносила королю больше выгоды, чем были расходы на войну. Армия, даже когда побеждала, несла потери. Нести тяжести и лишения воинской службы находилось не очень много добровольцев, и в армию начали насильно забирать горожан. Для содержания армии ввели налоги. Призванные на службу горожане часто приходили с войны калеками и семьи теряли кормильцев.

Народ вновь поднял бунт. Вновь толпа бушевала на площади перед великолепным собором и не менее великолепным, только выстроенным королевским дворцом. Солдаты королевской армии теснили их щитами, и даже начали применять оружие. Слышались крики раненых.

Алиса поняла - для сильного королевства нужны деньги, но она не может постоянно давать их королю, её запасы рано или поздно иссякнут. Нужен источник постоянного дохода казны.

Она вспомнила про купца, который накануне ловко убедил её купить у него кучу всяких тканей, украшений и прочего, что ей вовсе было ни к чему.

Алиса велела позвать купца.

- Купец, ты оборотистый, умный человек, но тебе не хватает размаха. Если бы у тебя был хороший оборотный капитал, ты стал бы самым успешным торговцем. Тебе нужны корабли. Целые флотилии кораблей, которые ты мог бы отсылать в разные концы света, за самыми востребованными товарами. Нужны табуны коней, чтобы снаряжать сухопутные караваны в страны, в которые нет пути по морю. Ты справишься с таким размахом торговли?

Купец, понимая, к чему идёт разговор, уверенно закивал головой:

- Справлюсь, мне бы только подъёмный капитал...

- Я дам тебе денег. Ты соберёшь флотилии, купишь лошадей, наймёшь помощников, откроешь свои конторы в дальних странах и начнёшь не по крупинке, всё увеличивая объём, а сразу с больших партий. Согласен?

- А что требуется от меня? - купец знал, как делаются дела.

- Будешь платить налоги. Оборот у тебя будет очень большой, поэтому и налогов с тебя будет взиматься много, чтобы хватало королю. Но главное, что я от тебя требую - ты всегда должен быть успешен и богат настолько, чтобы в трудную минуту мог поддержать короля. Король будет предоставлять тебе все условия для торговли, а ты будешь всеми силами поддерживать его власть. Всё просто - вы будете в одной связке.

В нашем городе началась бойкая торговля, и жизнь с тех пор стала кипучая и красивая. Приезжали иностранцы, горожане начали богатеть, так как появилось много высоко оплачиваемой и не сложной работы. Город стал стремительно расти и наполняться народом.

Это было время, когда Алиса чувствовала себя в самом глубоком покое. Всё работало как хороший механизм. Никто не подвергал сомнению выстроенную ей пирамиду власти. Епископ пришёл смиренный, просил прощения и напоминал, что Алиса когда-то предлагала ему второе место.

Но всё же настало время, когда Алису стала охватывать тревога. Торговля шла на спад. Люди пресытились новшествами, и всё сложнее было их удивить, всё сложнее убеждать их покупать что-то.

Город за это время разросся до огромных размеров и если система рухнет, то вспыхнувший бунт подавить будет нереально.

В тревоге Алиса искала способ поддержать существование системы.

Новый винтик в свой механизм она нашла в городской библиотеке.

- Мудрец, я никогда не вижу тебя на улице, ты всё время проводишь здесь, со своими книгами и записями. Они поглощают все твои мысли, всё твоё время. Ты хоть знаешь, что происходит у людей.

- Знания очень притягательны... Но я не настолько оторван от жизни, как кажется, я знаю, что происходит, многое я фиксирую в своих записях, если это достойно того, чтобы быть зафиксировано.

- Мудрец, как ты считаешь, те знания, которые собираешь ты, в этих книгах, в своих записях, их достойны только избранные или они должны принадлежать всем?

Мудрец немного задумался, избранность казалась такой привлекательной, но в его сомнениях победила справедливость.

- Всем! Знания должны быть доступны всем, мало того, мы должны стремиться, распространять знания.

- Я тоже так считаю, мудрец. У тебя есть знания, у меня есть богатства, я помогу тебе распространять твою мудрость, мы построим школы, будем учить людей читать и писать, мы соберём множество книг.

И школы действительно были открыты - все стали получать образование. Книг не хватало, их не успевали переписывать, тогда нашёлся некий мастер, который придумал, как можно их изготавливать быстрее. Он печатал книги.

- Не все книги охотно читаются. Нам нужны такие, которые бы нравились, - Алиса активно вмешивалась в процесс 'ликвидации безграмотности'.

Алиса велела отобрать лучших рассказчиков и записать их сказки, были, анекдоты, которыми они обычно потешали компании.

- Эти книги печатайте в первую очередь. А ещё картинки, интересные, яркие, пусть на них будут красоты дальних стран и всё то, что будет всегда удивлять и отвлекать внимание.

Щедро Алиса выделяла деньги на образование. Год за годом грамотных людей становилось всё больше. Но, к удивлению мудреца, грамотность не привела людей к мудрости. Люди, вместо того, чтобы стремиться к наукам всё своё время отдавали развлекающей их литературе. Не знания и накопленная мудрость интересовали людей, а весёлые, короткие рассказы и простые сплетни. Мало того, если раньше они получали всё это от друзей и знакомых, то теперь в них пропала надобность, покупая новую книжку, они получали отличного собеседника. Народ стал разобщённым, люди утратили единение.

Мудрец, наполненный праведным гневом, стремительно шёл во дворец Алисы. Он решился высказать всё, что наболело за последнее время. Когда он начинал деятельность, то рассчитывал нести людям радость знаний. Но сейчас понял, что все, что они делают, это затуманивают головы людям. Вчера на традиционный городской праздник собралось едва ли несколько десятков человек. Его использовали, чтобы лишить народ активности.

- Тебе не надо было дарить людям, знания, ты запудрила им головы, всякой ерундой. Я расскажу всё людям.

- А все и так всё знают, благодаря тебе люди поумнели. Все отлично разбираются во всех уловках властей. Послушай их разговоры, они лучше, чем ты растолкуют, как ими манипулируют.

Мудрец стоял перед ней растерянный и напоминал ученика, плохо отвечающего учителю.

- Люди потеряли волю. Все всё знают, но никто ничего не делает. А знаешь, я могу раскрыть тебе свою тайну. Я не была пленницей дракона - я его дочь, и я наследовала отцу власть над людьми. Отец умер, когда понял, что может передать власть мне. Он передал мне всю мудрость драконов, все знания драконов о власти. И какое бы благо люди не получили от меня, оно направленно только на то, чтобы сохранять моё стадо.

- Я подниму людей на борьбу. Ты больше не будешь манипулировать нами - мы не твоё стадо!

Мудрец вышел. Алиса с сомнением смотрела ему вслед.

- Нет, не справиться. Соберёт несколько десятков таких же романтиков как он, но этого недостаточно для революции. Надо ему помочь.

Алиса вызвала к себе купца.

- Помнишь, я говорила, что ты должен поддерживать короля? Сейчас всё поменялось. Есть вероятность, что вспыхнет революция, и ты должен помочь её организовать.

- Зачем? Революция меньше всего мне выгодна.

- Нужна. Ты станешь новым королём. Начнутся волнения против власти, собери людей, которые вольются в ряды недовольных. Пусть выступят против короля, пусть возмущаются тем, что он врёт людям о том, что варвары с востока наши враги. Лозунги я тебе подскажу: 'Варвары с востока на самом деле нам не враги, мы будем дружить с ними и торговать'.

Купец ушёл, чтобы организовывать недовольства, а Алиса осталась прорабатывать детальный план надвигающейся 'против неё' революции. Как перетасовать людей, как, в смутное время, незаметно убрать всех, кто представляет опасность.

- Встряска, нужна встряска. Всё перевернуть, - бормотала она, - нужно всех перетасовать.

Её давно волновало, что, все, кто поначалу был ей предан, теряют рвение, и даже, выражают пренебрежение, как этот же купец, засомневавшийся в её приказе. Поэтому купец и не будет долго королём.

Алиса продумывала все детали, вплоть до таких мелочей, каким будет памятник Мудрецу, погибшему в борьбе за благо народа.


РЕЛИКВИЯ

Верховный понтифик возложил корону на преклонившего перед ним колено молодого человека и торжественно произнёс:

- Иуда, сын короля Хама, нарекаю тебя королём Иудой, шестым правителем сего имени! Встань и приступай к правлению!

Молодой человек, с этой минуты ставший королём Иудой Шестым, поднялся и обвёл взглядом немногочисленных гостей церемонии. Голову его венчала золотая диадема, по кругу в которую были вставлены тридцать серебряных монет.

Из иностранных делегаций явилось только одна, и то, только потому, что их королевство находился в столь бедственном положении, что они нуждались в любых союзниках. В том, что соседи не прибыли поздравить короля с восхождением на престол, не было ничего странного, его королевство было ненавидимо всеми христианами, с тех пор, как на государственном уровне был принят культ почитания Иуды Искариота, того самого, который предал Христа. Эпитет 'богопротивное королевство' прочно закрепился за маленьким Иудиным королевством и все соседи, нанося вред ему, считали, что совершают богоугодное дело.

Произнеся короткую невыразительную речь, в которой Иуда Шестой обещал править согласно заветам предков и в согласии с церковью, новый король утвердил всех своих вассалов в их должностях и подтвердил всем привилегии. Лишь один человек был обойдён - молодой родственник короля Каин. Он не получил должности своего недавно умершего отца, на неё король, вполне разумно, назначил более опытного человека, но этим явно нарушил традицию и ожидания Каина.

Каин склонил голову и сказал: 'Принимаю любую твою волю государь', но затаил злобу. Король поручил церемониймейстеру далее вести церемонию и проводить всех к пиршественному столу.

Явившееся иностранное посольство с нетерпением ждало начала переговоров. Их королевство было на грани падения, и союз с Иудой был их последней надеждой. А всего лишь двадцать лет назад это было могущественнейшее государство в этой части света, и отец ныне правящего государя объявил, что начнёт священную войну с богопротивным Иудиным королевством. Сразу после этого могущественное королевство стало терпеть неудачи, соседи разом начали терзать окраины государства, а потом вторглись и вглубь территорий. Истощённое, измученное постоянными войнами, королевство слабело год от года и вот теперь дошло до такого ничтожества, что просило помощи у противного всему христианскому миру государства.

Иуда заранее знал, что он согласиться на предлагаемый союз и окажет помощь. Знал Иуда и что делать дальше - он обратиться к реликвии и попросит её сменить течение дел в пользу несчастных. Посольство не будет знать о реликвии, как никто в мире не знает о ней. И когда их дела начнут налаживаться, они сочтут, что это случилось благодаря военной помощи Иуды, не замечая сколь мизерная она, насколько вообще мизерна военная сила Иудинового королевства. И ещё Иуда знал, что как только дела их пойдут лучше, они отрекутся от союза с богопротивным королевством и предадут его. Этого не избежать, это его участь - быть всегда предаваемым. С тех пор как король Генрих, находясь в бедственном положении, принял реликвию, и сменил имя на имя Иуда. Тогда королевство выстояло, но с тех пор стало вечно одиноко, без постоянных союзников, в окружении ненавидящих их соседей.

Глава посольства протиснулся к уходящему королю и, нарушая церемонию, обратился к нему с просьбой ускорить переговоры, решить всё сейчас же - счёт времени идёт на часы.

- Мы всё успеем обсудить, всему своё время. Сейчас время коронации, а завтра всё обсудим. - Иуда отказал только для того, чтобы никто не подумал, что он так легко поддается давлению, ему надо зарабатывать репутацию твёрдого правителя.

Посол густо покраснел, и с трудом сдерживая гнев, удалился.

Утром следующего дня Каин натолкнулся в коридоре замка на рыдающего посла. Только что гонец прибыл с вестью о беде - их королевство захвачено и уничтожено. Гонец от имени группы беженцев спрашивал, могут ли они рассчитывать на приют в Иудином королевстве.

Горькие слёзы по любимому отечеству рождали гнев на Иуду, медлившего с помощью. Каин и посол нашли против кого им следует дружить и тут же договорились о совместных действиях.

В тот же вечер люди Каина, при поддержке послов, захватили замок и пленили Иуду Шестого. Каин объявил, что сам венчается королевской короной. Была лишь одна загвоздка - реликвия, сведения о ней передавались от отца к сыну-наследнику, и никто кроме них не имели никакого понятия о ней. Сам Каин знал о её существовании только потому, что был из королевского дома.

Иуду заточили в подземелье, Каин проводил долгие часы, допрашивая пленного короля.

- Брат, признайся, где реликвия.

- В зале реликвий, - отвечал Иуда, насмехаясь над Каином, понимая, что его власть без реликвии ничего не значит.

Каин подолгу бродил по залу реликвий, пытаясь понять, какая из них является той самой. Тут была и верёвка, на которой повесился Иуда, а в кадке у окна росла осина, чей черенок был взят от того самого дерева, на котором Иуда повесился. Тут было всё связанное с Иудой: его одежда, вещи и даже волос, зубы и части тела.

Каин пытался не просто угадать, он начал думать логически, но как только он подробно изучал предметы, то появлялись сомнения в их подлинности. Все они или не соответствовали эпохе или месту где происходили библейские события. Значит надо найти вещь, которая могла быть в Иудее в первом веке, это существенно сузит круг выбора.

А время на раздумья у Каина было не много, его положение было опасным, к городу подошли отряды собранные сторонниками Иуды, они разбили лагерь у стен столицы и потребовали освободить законного короля. Войско было небольшим, осадить город они не могли и только перекрыли главную дорогу. Но и силы самого Каина были мизерны, и у него не было поддержки людей, у него не было прав на престол, у него не было реликвии.

Каин в очередной раз обходил зал, рассматривал реликвии и вспоминал все, что знает о них, пытаясь найти подсказку.

В зале наводили порядок двое мальчишек лет десяти. 'Зачем их двое? Один бы справился', подумал Каин, но это мимолётная мысль быстро ушла, сейчас он схватил одного за локоть и развернул к себе. Глаза, наполненные страхом, смотрели на Каина, ребёнок сжался, готовясь к чему-то страшному, и на глазах его навернулись слёзы. 'Почему такая реакция?', Каин хотел показаться грозным, но не ожидал такого эффекта. И почему этот мальчик кажется ему таким знакомым?..

- Ты знаешь, где реликвия? - с трудом справившись с удивлением от испуга мальчика, Каин задал вопрос.

Мальчик начал реветь, и Каин с неожиданным отвращением оттолкнул его, решив допросить в другой раз.

За стенами города, сторонники Иуды устроили состязания, солдаты Каина угрюмо наблюдали, как те показывают свою удаль и силу.

Очередной допрос Иуды не принёс никакого результата: Иуда был уверен в себе и с издёвкой разговаривал с Каином, который не представлял себе, как выпутаться из этой ситуации.

Вновь Каин бродил по залу с реликвиями, пытаясь угадать, где она та самая реликвия.

Мальчики вновь возились в зале, стирая пыль с экспонатов. Каин решил теперь попробовать расспросить второго парня. Поразительно, но второй был ещё больше ему знаком. У Каина даже слова застряли в горле, так он удивился, взглянув в лицо мальчишки. Он оказался не столь запуганным и смотрел хоть со страхом, но не таким паническим.

- Какая из реликвий является тут главной? Вы должны были видеть, к какой из них обращается за помощью бывший король.

- Нет, не знаю... - начал лепетать мальчик и страх в нём усиливался.

- Как ты можешь не знать?! - Каин сам для себя вдруг пришёл в ярость и ударил по лицу мальчика.

Поразительно, но Каин вдруг почувствовал прилив уверенности в себе и осознание своего величия.

Когда, после этого, он побывал у заточённого Иуды, тот уже не был таким самоуверенным. Свергнутый король заметно сутулился, и у него тряслись руки.

- Каин, если тебе так необходима власть, то мы можем править вместе. Я могу объявить тебя своим соправителем.

- Скажи, где реликвия.

Иуда, хоть и выглядел надломленным, но нашёл в себе силы промолчать.

Охрана доложила, что часть сторонников законного короля ушла от города, прекратив борьбу.

На следующий день Каин уже намеренно ударил ребёнка, чтобы вновь ощутить прилив величия, как накануне. И, не останавливаясь, продолжал бить и бить его, не обращая внимания на надрывные слёзы ребёнка. Каин воспрянул духом и чувствовал себя полным сил.

А Иуда наоборот, был полностью подавлен - он был жалок.

- Нашёл всё-таки. Как ты догадался? Я бы сам ни за что не додумался, мне об этом рассказал отец, а тому его отец, и так до первого Иуды, и никто об этом не знал, кроме королей и их наследников.

Каин встал над Иудой, валяющимся на полу темницы, и властно приказал:

- Рассказывай всё!

- Мальчик, в комнате реликвий, он там не для уборки, он и есть реликвия. Его надо бить, истязать и тогда правление будет благополучным. Когда нависнет более страшная угроза над государством, то придётся его и насиловать. В его слезах и ужасе заключается прочность власти короля. А самым тяжёлым будет, успокоить его, убедить, что всё закончилось, и что ты больше никогда не будешь издеваться над ним, и всё самое страшное в его жизни позади. Он должен поверить, доверчиво прильнуть к тебе, обнять тебя, радуясь избавлению, и в этот момент ты вновь должен начать бить его ещё более жестоко... И всё, что ты задумаешь, будет исполняться...

- Почему так? - в ужасе спросил Каин.

- А ты разве не узнал этого мальчика? Это ты, это твоё детство. Что ты помнишь из детства?

Каин напряг память и понял, что не может припомнить ничего, только неясные страхи, какие-то эмоции, которые память намеренно прятала где-то глубоко и не хотела раскрывать.

- Надругаться над своим детским простодушием, наотмашь ударить по чистым глазёнкам своего детства, правитель которому дается этот дар - делать самые гнусные вещи со своей наивностью, становиться могущественным человеком. Растопчи свою детскую чистоту и стань настоящим королём.

Всё скоро наладилось в Иудином королевстве, Каин стал королём, враги отступили и занялись грызнёй между собой.

Каин, первый сего имени король, был очень эффективным правителем.


СВЯТОЙ ВЕНИК

Народ густой толпой заполнил площадь, все пришли посмотреть на казнь.

Молодой человек протискивался сквозь сборище зевак, пытаясь занять место, откуда будет видно событие, пока не упёрся в плотные ряды, которые уже был не в силах преодолеть.

- Что происходит? - спросил он первого попавшегося зрителя.

- Казнь через сожжение. Давно такого не было.

- А кого, за что? - продолжал расспрос юноша.

- Мужика из деревни у Непокорного леса. Казнят за святотатство и упорный отказ от раскаяния.

- А знаешь, что произошло?

- Да все это знают. Король приказал построить церковь во имя святого Вения, в своём замке, у Непокорного леса, и послал в места, где почитался этот святой, церковных людей, чтобы разыскать реликвии для нового храма, а лучше даже мощи святого. Так вот, когда спросили этого мужика, то он вынес веник и преподнес его святым отцам, заявляя, что это и есть их святой. Даже под пытками он не отказался от своего святотатства.

Услышав это, студент стал неистово пробиваться к помосту, где находился сам король. И когда он пробрался достаточно близко, то закричал во всю силу:

- Государь, милостивый король, у меня есть нечто важное, что надо сообщить по этому делу!

Его услышали, и король заинтересовался, уж больно громкое вышло дело с этим святотатцем, и игнорировать детали было неловко. Молодого человека провели к королю, вслед за ним он зашёл в помещение, чтобы разговору не мешал шум толпы. Юноша получил разрешение говорить и первым делом он представился:

- Я студент, только прибыл с обучения, я дворянин, - он назвал свой род и нужные подробности. - Я знаю всю эту историю, и могу рассказать, почему этот мужик так упрям. Мой предок участвовал в событиях, рассказ о которых у нас в роду любили передавать из поколения в поколение.

Получив разрешение излагать подробности дела, студент, который, видимо, хорошо овладел искусством оратора, погрузил всех присутствующих в события давно минувших дней...


- Я заявляю свои права на эти территории, они будут принадлежать мне и моим потомкам, и только король вправе подвергнуть сомнению мои права! - торжественно произнёс рыцарь.

Священник перекрестил его, сказал: 'Аминь! Да будет на это воля Господа!', и запел какой-то гимн на латинском языке.

Вдруг раздался хруст ломающихся веток и шорох листьев, из густых зарослей вышел здоровенный мужик, и обратился к рыцарю:

- Здравствуй незнакомец, я слышал только что, как ты сказал, что хочешь быть хозяином этих земель, и у меня к тебе вопрос - что это за причуда?

- Ты кто такой? - удивился рыцарь такому беспардонному обращению к себе.

- Я живу в этом лесу, мой дом у реки, где она делает петлю. Кроме меня в этих местах живёт много народа, так что ты зря решил, что это бесхозяйственные земли.

- Вот и хорошо - вы все, отныне, будете платить мне подати за пользование моей землёй, и исполнять повинности, определённые законом!

- И почему мы это будем делать? - удивился мужик.

- Потому что мне дал на это право король! - торжественно заявил рыцарь.

- Король? Не слышал об этом человеке. Какое он отношение имеет к нашим землям?

- Ты деревенщина! Король самый могущественный человек и он распоряжается имуществом и судьбами всех людей, ему принадлежит право судить, казнить или миловать, даровать и отбирать!..

- Ну что же, зови своего короля! - перебил мужик рыцаря, - я хочу от него услышать, почему он может распоряжаться нашим лесом.

- Ах ты, невежа, чурбан неотёсанный! Ты зовёшь к себе короля? Да ты сам должен ползти к нему и умолять о том, чтобы он тебя выслушал!

- Я всё сказал. Если речь идёт об этих землях, то пусть приходит вести разговор сюда.

Мужик скрылся в густых зарослях.

- Схватить его! - приказал взбешённый рыцарь своим слугам.

Слуги бросились в кусты, но первый же, кто скрылся в густой зелени, тут же, буквально вылетел оттуда, и, упав на землю, ещё несколько раз кувыркнулся. Когда бедолага приподнял голову, все увидели заплывший от удара глаз. Остальные слуги в нерешительности остановились. Видя это, рыцарь немного остыл и скомандовал:

- Ладно, соберём отряд и вернемся, чтобы проучить этих дикарей.

Но когда рыцарь вернулся с вооружённым отрядом и вошёл в дремучий лес, то получил такой отпор от местных жителей, что воины обратились в трусливое бегство. Потом было ещё несколько попыток решить вопрос силой, но местные жители были отчаянно храбры, невероятно сильны, и отлично знали свой лес. Все экспедиции окончились провалом и позором.

Тогда свою помощь рыцарю предложил епископ:

- Я знаю, что делать! Давай договоримся о разделе доходов с этих земель, и я усмирю людей этого леса.

В лес отправили отца Бенедикта, знаменитого святого подвижника, который не раз отличался силой своей веры и даром обращать язычников в христианскую веру. Бенедикт проповедовал людям Непокорного леса христианскую веру, и дикари охотно верили этому святому праведному пастырю.

- А теперь что? - спросил рыцарь у епископа, выслушав рассказ об успехе миссии отца Бенедикта.

- А теперь я отзову отца Бенедикта и пошлю отца Жерома.

Новый пастор продолжил проповеди и рассказал несгибаемым жителям леса о том, как Господь устроил этот мир: все люди подчиняются своим господам, кои есть их голова, а сами они туловище. Спустя некоторое время отец Жером докладывал епископу:

- Они приняли крещение и все основные постулаты и лишь в одном упорствуют - у них есть непоколебимая уверенность в чудодейственности банного веника, они почитают его как некое божество-целителя, и не хотят отказываться от веры в его чудодейственность!

- Ничего страшного, чтобы заполучить их веру, соглашайся, обоснуй это как-нибудь, найди подтверждения в святых текстах, в конце концов, признай его святым, и установи почитание ему.

- Кому? Венику? - удивился отец Жером.

- Да плевать мне кому! Про главное не забывай... - гневно крикнул епископ.


Когда студент окончил рассказ, король немного подумал, потом выглянул в окно и отдал приказ:

- Привести приговор в исполнение!

Под восторженный рёв толпы пламя охватило связки хвороста и поленья. Раздался душераздирающий крик жертвы.

- Государь, всё что я рассказал, чистая правда! - изумился студент.

- Верю! Но мне не нужна такая правда, слишком она неудобна, - король задумался. - Ты дворянин? С тобой так просто не будет, как с этим мужиком, но для начала - в темницу...


ЛУЧШАЯ ВОЙНА

Тысячи ног месили грязь размокшей дороги. Десятники и сотники подгоняли воинов:

- Шевелитесь, если успеем напасть на них в теснине, мы уничтожим этих говнюков.

И воины ускоряли шаг, понимая, какое преимущество они могут получить при нападении.

- Они уже за холмом! Приготовиться к бою! Надеть доспехи, построиться в боевой порядок!

Тяжело дыша, воины начали быстро приводить себя в боевую форму: надевали панцири, шлемы, быстро зашнуровывали ремни.

- К бою!

На ходу поправляя доспехи, воины занимали места в строю.

- Вперёд!!!

Боевые колоны ринулись в атаку, выскочили из-за вершины холма и устремились на врага.

Враг выстроился в полной боевой готовности, выставив вперёд густой лес из копий. Готовность противника немного обескуражила, но матёрые вояки справились с замешательством, и лавина продолжала нестись вперёд.

Яростным валом налетели они на ощетинившиеся копья. Опытные и ловкие воины отбивали в сторону нацеленные на них копья и протискивались между ними. Нерасторопные натыкались прямо на острые наконечники, задние ряды, напирая, подталкивали их в спины, лишая несчастных шанса отделаться ранением и делали их раны смертельными. Но эти несчастные своей смертью сокращали количество копий, и следующим за ними было уже проще. Те, кто прорывался сквозь лес копий, упирались в крепкие дубовые щиты, из-за которых на них тут же сыпались удары топорами и мечами.

Карл Мясник был из тех опытных бойцов, кто проскочил мимо копий. Справа от него был его сын Роберт Прихлоп, он зорко следил за отцом и при случае прикрывал его. Роберт, коротким тычком меча, ударил противника, выглядывающего из-за щита прямо в лицо. Тот обмяк и начал валиться назад, на щит воина стоящего сзади. Карл Мясник вскочил на его щит и, оказавшись намного выше следующего врага, нанёс ему оглушительный удар по шлему. Война сделала из лавочника-мясника и его сына опытных воинов.

Карл Мясник, и подобные ему опытные воины, знали, где уязвимые места в стене из щитов и быстро взломали строй. Построения рассыпались, и битва перерастала в схватки отдельных воинов, и групп воинов. Началась кровавая бойня.

Разгорячённые жестоким боем, воины дрались яростно и неистово. Не было пощады никому: топорами, мечами, наносились безжалостные удары в любое открывшееся место врага. Повисают на коже полуотрубленные конечности, летят в стороны брызги крови. Никто не ждёт пощады и не щадит никого. Все хотят выжить в этой бойне, и только избранные умирают, совершая подвиги, чтобы не подвести своих 'братушек'.

Роберт Прихлоп увидел в гуще боя своего брата Генриха, который воюет на стороне врага. Безумная ярость овладевает Робертом при виде изменника, и он стремиться пробиться к нему. Здоровый воин, обронивший своё оружие, накинулся на Роберта и, обхватив его одной рукой, а второй попытался вырвать меч. Роберт вцепился ему зубами в нос, откусил его, и когда здоровяк завыл от боли и разжал объятия, ткнул мечом в бок. Добивать его Роберт не стал, а бросился в сторону брата.

- Теперь нас все попрекают твоим предательством. Позор всей семьи.

- Просто некоторые тупицы не могут понять, на чьей стороне правда, - ответил Генрих.

Схватка длилась недолго, Генрих был таким же опытным воином. Роберт упал без сознания, оглушённый ударом.


Рыцари, верхом на походных конях, прибыли к месту сражения раньше пешего войска. Они остановились, начали облачаться в латы и пересаживаться на боевых коней. Оруженосцы обвешивали их доспехами, тщательно проверили все застёжки и ремешки.

Между Карлом С Чёрных Холмов и Робертом Приморским произошёл разговор:

- Мой друг Роберт, вы знаете, что наш предводитель, господин Роджер хочет напасть исподтишка на войско врага?

- Как низко это с его стороны. Этот северный варвар не соблюдает законов войны. Я не собираюсь участвовать в этой гнусной затее!

- Нет, Роберт, не принять участия в бою, это значит обесчестить своё имя подозрением в трусости, а мы должны поступить как благородные люди и отправить гонца к рыцарям противника с предупреждением, что мы желаем вступить в бой.

- Я отправлю своего оруженосца в лагерь противника, к своему кузену Генриху.

Лавина пехоты пронеслась мимо них и начала битву, а рыцари ещё проверяли свою готовность.

- За честь и славу! Вперёд!!! - призвал славнейший из рыцарей.

Бронированная колона, медленно набирая скорость, двинулась вперёд. Оруженосцы, закованные в броню, как и их господа, на тяжёлых бронированных конях, расчищали пространство вокруг своих господ, сминая пехоту противника, а заодно и зазевавшихся своих пехотинцев.

Роберту Приморскому довелось встретиться в бою со своим кузеном. Оруженосцы расчистили для них место посреди битвы. Рыцари поприветствовали друг друга салютом и устремились навстречу. Копьё Генриха лишь немного коснулось панциря Роберта и соскользнуло, в то время как Роберт твёрдо держал своё копьё, наставил его точно в щит кузена и мощный напор лошади придал удару силы достаточной, чтобы выбить Генриха из седла. Генрих не вылетел кубарем, а очень даже удачно приземлился, так что, не потеряв контроль, тут же вскочил на ноги и выхватил меч. Роберт остановил коня, откинул сломанное копьё и тоже спешился. Обнажив меч, Роберт не спеша пошёл к противнику. Они начали искусно фехтовать, и когда Генрих вдруг обронил меч, то Роберт поднял его и протянул противнику.

Настоящий рыцарь всегда находит повод для благородства.


Короли воюющих держав вообще плохо помнят, что идёт война.

Генриху Солнцеподобному напомнили, что надо продумать военные расходы.

- Когда же этот Карл одумается и попросит мира? - с досадой возмутился король Генрих.

В это же время, Карлу Победоносному сообщили о потерях, и напомнили, что надо изыскать пополнение войску. Король Карл томно ответил:

- Наши воины что, убивают меньше противников, чем враг наших? У врага тоже должно было уменьшиться войско, можно просто воевать дальше меньшим количеством с обеих сторон. Или я плохо разбираюсь в войне?


Поле боя было покрытое трупами и кровавой грязью, смешанной с отрубленными конечностями и внутренностями людей. Над полем разносились многочисленные стоны раненых, на все голоса, а кое-где душераздирающие крики.

Остатки войск разошлись, и никто не решался вернуться на поле, чтобы вынести раненых. Враги пристально следили один за другим и затачивали стрелы. Остервенение не прошло, но сил для схватки не оставалась, пылая гневом, противники наблюдали один за другим.

Роберт Прихлоп очнулся, привстал, огляделся. Когда пришёл в себя и понял, что бой прекращён, стал рассматривать более пристально, пытаясь сообразить, что ему теперь делать. Вдруг, вдали он увидел знакомую фигуру, это брат Генрих, волочился в сторону небольшой рощи, иногда привставая и делая перебежку, иногда почти ползком. Роберт устремился за ним.


В это время у королей. Королю Карлу доложили о прошедшей битве и тяжёлых потерях.

- Надо признать, что мы не можем достигнуть наших целей, придётся отложить их осуществление. Предприятие не принесло ожидаемых выгод, надо предложить Генриху мир.

Король Генрих тоже решил прекратить эту затратную затею:

- Надо прекращать это, пока нет серьёзных последствий.


Расположившись в палатках, рыцари хвастались своими подвигами. Роберт показывал вмятины на панцире, рассказывая, какой опасности избежал.

- Волею проведения я избежал ран в этой ужасной битве. Хотя опасность окружала меня со всех сторон на всём протяжении схватки. И так как я совершенно здоров, то своего лекаря я послал в лагерь противника, чтобы он там облегчил страдания моего соперника.

- О, как благородно! - зааплодировали ему присутствующие.

Придворный летописец громко заявил:

- Сегодня я внесу рассказ об этой славной битве в хронику, и знаете, что мне пришло в голову - я назову эту войну 'Лучшая война', потому что по количеству подвигов и доблестных поступков она превзошла все другие войны.

Все громогласно воскликнули 'Ура' и выпили за это вина.


Роберт сын Карла Мясника ходил по кое-как разбитому лагерю и искал отца. Ему указали, где он лежит.

- Ты ранен отец?

- Да, достал меня меч врага.

- Отец, я сделал то, что был должен, я убил Генриха, предателя.

Роберт прижимал к корпусу обмотанную тряпкой руку, из неё сочилась кровь.

- Я перерезал горло этому гнусному предателю. Но, перед смертью и он серьёзно покалечил меня, отшиб пальцы на правой руке, больше я не могу держать оружие.

- Спасибо сын, что перед смертью дал мне хорошую новость. Что не будет земля носить этого гадёныша.

- Перед смертью?.. - ужаснулся Роберт.

- Да сын, с такими ранами не живут, вспороли мне брюхо. Не знаю, зачем я притащился сюда, мог бы умереть в поле.

Карл откинул покрывало, вокруг разнеслась ужасная вонь...