Innamorania: другие произведения.

Книга 3. Молот судьбы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
  • Аннотация:
    Лина помогла клану выиграть войну ценой своего таланта. Теперь ее ждет Откат и он будет по-страшней, чем предыдущий. Успеет ли Лина найти от него спасение?


    КНИГА ЗАВЕРШЕНА.
    ВЫЛОЖЕННЫЙ ВАРИАНТ - ЧЕРНОВИК


    Книга правится и редактируется. Обновленный вариант будет выложен после правки всего романа.




   Пролог.
  
   Девушка перехватила букет левой рукой и начала рыться в сумке.
   Где же ключи? Куда они опять запропастились?
   Телефон на месте, ежедневник, ручки, кошелек, салфетки... Все тут, а ключей нет.
   Забыла на работе? Да нет, вроде бы, после небольшого застолья по поводу окончания последнего экзамена, она возвращалась к себе в кабинет и сложила все учебники на стол. Дверь, уходя, закрывала точно, значит, ключи должны быть где-то тут.
   Роясь в сумке, Лиза случайно задела ручку входной двери рукой и та неожиданно открылась.
   Квартира оказалась не заперта. Это девушку насторожило. Она опасливо дотронулась до ручки, как будто боясь, что та сейчас ударит ее по пальцам, затем более уверенно схватилась и раскрыла дверь настежь. Если в доме есть грабители, то им не поздоровиться. Чем конкретно ворам могла угрожать слабая девушка, Лиза не задумалась, но была полна решимости отстоять свое нажитое имущество.
   В квартире было тихо, никто не выскакивал с руганью из комнат и не выносил мебель.
   Лиза обратила внимание на стоящую на половике обувь и с облегчением перевела дух. Наверное, Виктор пришел домой раньше и снова забыл закрыть за собой замки. Муж часто спорил с ней по этому поводу, мотивируя, что "грабить у них все равно нечего".
   Лиза внутренне скривилась. Конечно, - у него - грабить нечего. Парень пришел к ней в дом лишь с одним маленьким чемоданчиком, говоря, что отбросил свою старую жизнь и начинает новую с ней.
   Тряхнув головой, девушка откинула печальные мысли. Виктор дома и это самое главное. Да и не такой уж он и плохой, вообще-то. Зато сегодня можно беспокоиться, что он поздно приедет с работы и по дороге с ним что-нибудь случится.
   Она вошла в квартиру и только хотела поставить свою сумочку на столик у зеркала, как заметила еще одну неожиданную вещь. У дверей спальни лежали женские босоножки. Не ее, это точно, на таких шпильках Лиза ходить не умела. Девушка охнула по себя, бросила сумку на пол и быстрым шагом направилась к спальне.
   Распахнула дверь и громко выматерилась.
   Муж спал в их кровати с какой-то голой женщиной, едва прикрывшись одеялом. На лизиной тумбочке валялся бюстгальтер незнакомки, у ножки кровати - ее трусики. Виктор лежал на животе, положив свою руку на грудь любовницы, и посапывал в подушку, чему-то улыбаясь. Услышав ругань, он осоловело поднял голову и посмотрел, кто его разбудил.
   - О, Лизка вернулась! - пьяно заулыбался мужчина и перевернулся на спину, толкая в бок свою подружку, - Слышь, Светк, вали давай, жена пришла!
   Лиза прошла к мужу, теперь уже точно бывшему, яростно сдернула одеяло с пьяной пары.
   ...
   Медсестра достала шприц и скомандовала резким голосом:
   - Ложись на живот! Ну, живо!
   Девочка, постаралась расслабиться изо всех сил, но получилось еще хуже. Заранее ожидая боль и от самого укола, и от проникающего внутрь лекарства, она сжалась, внутренне напряглась и... Послышался легкий, едва уловимый хруст треснувшего стекла и медсестра коротко, но злобно выругалась.
   Девочка съежилась на кровати, пытаясь одной рукой натянуть на голову подушку, а другой прикрыть голые ягодицы, чтобы хоть как-то защититься от неминуемого, но женщина недовольно отбросила ее руку в сторону. Острая иголка вонзилась в тело и через мгновение в месте укола защипало.
   Медсестра вытащила иглу, шлепнула девочку по голой попе и приказала:
   - Одевайся, всё уже!
   Пока малышка сползала с кровати и поправляла трусики, женщина разглядывала часы на руке. Что ж это такое то? Снова стекло на циферблате лопнуло. Да еще как - на сотню мельчайших трещинок, так, что при всем желании ничего сквозь них не видно. И это уже третий раз за последние две недели!
   Она бросила хмурый взгляд на девочку.
   Когда ее перевели в это отделение, никто и подумать не мог, что отделение столкнется с такими странными явлениями. Стоило малышке разозлиться или испугаться, как все часы вблизи начинали куролесить. Они останавливались ни с того ни с сего, показывали неправильно время. Сначала внимания на это не обращали, мало ли, батарейка села или завести вовремя забыли. Но, когда у двоих сразу в часах лопнуло стекло, а у лечащего врача стрелки вообще побежали в противоположную сторону, кое-кто из медперсонала стал искать причину, отличную от банальной. И нашел.
   А неделю назад к ним в отделение пришел высокий симпатичный мужчина лет тридцати и стал осторожно расспрашивать, не бывает ли чего странного и малообъяснимого.
   Медсестра хмуро проследила, чтобы пациентка улеглась обратно на кровать, и подумала, что надо бы найти визитку того посетителя.
   ...
   На следующий день женщина приветливо встретила гостя у дежурной стойки и пригласила за собой. Прошла по коридору до конца, открыла дверь в одиночную палату.
   - Маша, встань, пожалуйста. К тебе приехали.
   Девочка удивленно посмотрела на медсестру, но послушно отложила в сторону детский журнал и встала с кровати, поправляя халатик.
   Вошедшего мужчину она встретила с настороженным удивлением.
   Как только Машу перевели из реанимации в терапию, к ней поначалу приходили разные гости - из опеки, полиции, детского приюта. Им всем было интересно про ее жизнь с мамой, задавали кучу вопросов: хочет ли она вернуться домой, как ей там жилось, часто ли мама пила и била ее? А потом начались эти странности с часами. И посетители стали приходить все реже и реже. Особенно приютские. Им не нужна была странная девочка, рядом с которой часы начинают ломаться.
   По этой же причине у девочки в отделении совсем не было друзей. С ней никто не хотел дружить, разговаривать, смеяться и играть. Мало ли, сегодня часы остановились, а вдруг завтра -- чье-то сердце? Девочки-соседки по палате даже слух начали разносить по отделению, что Маша на самом деле является ведьмой, начали травлю. Тут и родители их забеспокоились, стали требовать перевести ребенка в другую больницу. Но заведующий отделением был категорически против. Он не верил в сверхъестественные способности и не собирался идти на поводу у суеверных пациентов. Главный врач лишь распорядился перевести девочку в отдельную палату, где ее не беспокоили травлей, но где и поговорить было не с кем.
   А вот мама ни разу к девочке не пришла. Но Маша не расстраивалась. Она знала, что маме сложно навещать ее, у той порой нет денег на дорогу и гостинцы, хотя чаще она бывает просто не в том состоянии, чтобы ходить по гостям и больницам.
   Но этот гость был другим, не настороженным, как предыдущие, не ищущим подвох в разговоре с ней. Девочка сразу догадалась, что спрашивать про маму он не будет.
   - Здравствуй, Машенька, - вежливо поздоровался незнакомец, - Меня зовут Алексей Петрович. Я хочу задать тебе несколько вопросов.
   Она робко кивнула в ответ.
   - Здравствуйте, Алексей Петрович, - девочка с ним вежливо поздоровалась, - Спрашивайте.
   Мужчина был высоким и стройным. Русые волосы коротко острижены, глаза смотрели добро и весело, губы, казалось, сдерживали широкую улыбку. Поверх темного костюма наброшен белый медицинский халат. Он всем своим видом внушал доверие.
   Медсестра бросала в его сторону частые долгие взгляды, но девочка еще не понимала, что это означает.
   - Ну, вот и познакомились! - он радостно рассмеялся и повернулся к медсестре, - Танечка, вы не оставите нас?
   Та недовольно скривила губы, но вышла, плотно закрыв за собой дверь.
   Алексей Петрович снова обернулся к малышке.
   - Скажи, пожалуйста, тебе здесь нравится? В больнице?
   - Не очень, - тихо ответила девочка.
   - А почему? - участливо поинтересовался гость.
   Девочка лишь крепко сжала губы. Не рассказывать же ему, что у нее тут совсем-совсем друзей нет.
   Мужчина сочувственно посмотрел на ребенка. Он-то прекрасно понимал, почему малышке тут не нравится, Танечка удосужилась по пути к палате рассказать ему, в чем именно все подозревают Машу.
   - А ты бы хотела жить в большом доме, иметь друзей и подруг, получать новые знания?
   Девочка робко подняла на него глаза и неуверенно кивнула головой.
   - А мама? - спросила она.
   - Что мама? - удивился мужчина.
   - А мама там будет?
   Он чуть помолчал, пристально разглядывая малышку.
   Маленькая, худенькая девочка. Симпатичная, веснушчатая мордашка, два хвостика русых волос перевязаны яркими резиночками, ореховые глаза смотрят настороженно и по-взрослому мудро. За свои прожитые семь лет девочка увидела слишком много плохого.
   - Боюсь, малышка, что мамы не будет. Но там ни у кого нет рядом родителей. Все живут по-взрослому, самостоятельно.
   Маша грустно вздохнула. И этот туда же.
   - Вы хотите отправить меня в приют?
   В приют девочка не хотела. Она не очень хорошо знала, что это такое, но само слово ей не нравилось. Конечно, приходящая оттуда женщина всячески расхваливала, как девочке там хорошо будет, что друзья появятся, вместе гулять-играть-учиться будут. Но Маша ей почему-то не верила. Воображение рисовало вместо радостного и счастливого дома огромное здание с небольшими комнатками, разделенными решетками между собой. И дети в нем все грустные, несчастные, одетые в тусклые серые одежды, стоят вдоль решеток и смотрят в коридор в надежде увидеть хоть лучик солнца. Приют Марине представлялся одной большой тюрьмой.
   Алексей Петрович тихо рассмеялся.
   - Нет, Маша, это не приют. Это школа-пансион для... для необычных детей, - он нашел правильное слово.
   - Почему необычных?
   - Потому что, каждый из них умеет делать что-то особенное.
   Маша впервые заинтересованно взглянула на мужчину. Чуть повернула набок голову, как щенок, выражая, таким образом, внимание к его словам. Прекратила крутить в руках подол халата, скрывая свою нервозность.
   - Что, например?
   Гость оглянулся на закрытую дверь палаты, убедился, что вокруг них никого нет, и приложил палец к губам. Маша кивнула головой, показывая, что поняла и будет молчать, ее глаза зажглись радостью ожидаемого.
   Он проказливо улыбнулся ей и вытянул вперед ладонь. На ней маленьким, но ярким цветком вдруг вспыхнул язычок пламени. Небольшой, величиной со спичечный коробок, огненный цветок был полупрозрачным и удивительно живым. Казалось, протяни девочка руку и он переметнется к ней, жарко обнимая ее маленькие пальчики. Маша с восторгом и изумлением смотрела на пляшущее пламя. Перевела на мужчину ошарашенный взгляд, протянула к огоньку руку, но в последний момент испугалась и отдернула, опасаясь обжечься.
   - А я так тоже могу?
   - Нет, малыш, - вздохнул мужчина и убрал огонь, - Но ты можешь кое-что другое. И в нашей школе мы поможем тебе развить этот талант.
  
   1 Глава.
  
   - Елизавета Сергеевна, ну пожалуйста! - нытье продолжалось уже вторую минуту и Лиза не выдержала. Она остановилась и развернулась к парнишке.
   - Костин, я тебя предупреждала? - девушка гневно взглянула в расстроенные глаза семиклассника, - Еще в прошлом году! И что? Ты за три месяца каникул все забыл напрочь?
   - Ну, Елизавета Сергеевна! - Вовка не умолкал.
   Он понимал прекрасно, что провинился дважды: сначала тем, что сбежал с урока литературы, чтобы пойти с ребятами погонять мяч на улице, а потом - решил забежать в школу за рюкзаком во время урока и нарвался на классную руководительницу, у которой как раз в это время было "окно".
   И вот сейчас она, разозлившись из-за прогула подопечного ученика, вела его в кабинет директора. В школе было тихо, уроки еще не закончились, и громкое виноватое нытье мальчишки было слышно по всему первому этажу. Уборщица, старая, но еще бойкая и активная старушенция, бросила на провинившегося грозный взгляд, призывая парня к совести, и продолжила мыть пол у небольшого цветника.
   Костин глянул мельком в окно. Параллельный класс вовсю развлекался на пришкольном участке. Второпях составленное расписание на первую учебную неделю оказалось дырявым, и в нем, как у классов, так и у учителей были пустые "окна", свободные урочные часы.
   - Вовк, - смягчилась учительница, глядя в его виноватые глаза, - Сегодня только третье сентября! Год учебный едва начался, а ты уже с уроков смываешься! У тебя совесть вообще есть?
   - Есть, - покорно согласился парень, искоса следя за происходящим на улице. У портика входа, задорно смеясь со своими подружками, стояла первая красавица всей параллели седьмых классов, Александрова Вероника. Вот сейчас войдет она в школу и увидит, как его костерит учительница за прогул! Вот позорище-то! Вовка даже застонал про себя, представив эту картину.
   - Елизавета Сергеевна, - раздался вдруг голос со стороны.
   Учительница обернулась. Молодой парень из десятого класса с красной повязкой дежурного на плече стоял в двух шагах от нее.
   - Вас просит подойти Александр Васильевич.
   Лиза коротко кивнула тому, показывая, что услышала, и повернулась к прогульщику.
   - Ну что? Идем! Вот как раз и директор зовет!
   Парень вытянулся, принимая еще более виноватый вид, хотя казалось, что больше некуда.
   - Ну, Елизавета Сергеевна, ну, пожалуйста! Не надо к директору!
   Лиза выпрямилась и строго уставилась на проштрафившегося ученика.
   Парнишка-то он неплохой, шубутной, правда, да бестолковый иногда. Уж так и быть!
   Главное, теперь сделать вид, как будто все еще зла, но решила помиловать виноватого.
   Громко вздохнула.
   - Ладно, Вовка, считай, что тебе повезло и у меня хорошее настроение! Но если я тебя еще хоть раз...!
   Мальчишка задорно ей улыбнулся и с готовностью закивал головой:
   - Честное слово, Елизавета Сергеевна, вы меня больше не поймаете!
   - То есть, будешь прогуливать более скрытно?! - непроизвольно усмехнулась учительница, и, отпустив рукой мальчишку, направилась в сторону директорского кабинета.
   Уборщица, на мгновение оторвавшись от своего занятия, осуждающе покачала головой Лизе, поправила платок на голове и снова взялась за швабру.
   В принципе, Вовку Лиза понимала и именно поэтому изначально не планировала устраивать ему встречу с директором, а лишь хотела просто проучить, напугав высоким начальством. Учительница русского языка и литературы была на редкость занудной старой грымзой, которая любой мало-мальски интересный рассказ умудрялась превратить в тоскливое нравоучительное повествование. Разве хочется слушать такое два урока подряд в эту чудесную сентябрьскую погодку?
   Лиза бросила взгляд на окно. Яркое солнце и синее небо, хоть и оставляли ощущение наступающей осени, но все равно казалось, что лето чуть-чуть задержалось. Деревья уже наполовину позолотили листья и разноцветные кроны шелестели на легком ветерке. Из открытых настежь окон коридора слышались веселый смех гуляющих на улице учеников.
   Учительница дошла до кабинета директора и постучалась.
   Верочка, неизменная секретарша, ей приветственно замахала руками, продолжая трепаться по телефону со своим парнем. Лиза кивнула на дверь директора, мол, можно ли. Верочка отклонила в сторону трубку и прошептала ей:
   - Иди, ждет.
   Лиза постучалась в дверь, дождалась невнятного разрешения, и вошла.
   Кабинет директора был небольшим, рабочий стол занимал почти всю комнату, оставляя лишь немного места для пары стульев и банкетки вдоль одной стены, и длинного шкафа, забитого документами и учебными материалами, вдоль другой.
   Александр Васильевич сидел за своим столом и что-то усиленно печатал, глядя на клавиатуру.
   Молодой, а по меркам местных школьных сотрудников двадцать восемь лет это едва ли не младенческий возраст для учителя, директор был привлекательным мужчиной с короткой стрижкой, серыми глазами и худощавой, а по правде сказать - тощей, фигурой,
   - А, Лиза, садись! - пригласил он девушку сесть рядом со столом.
   Учительница оставила дверь приоткрытой и уселась на указанное место. Александр Васильевич прекрасно понимал, что симпатичный мужчина в женском коллективе это как минимум повод для сплетен, поэтому одним из его правил было никогда не оставаться наедине с представительницей женского пола. Дверь его кабинета всегда должна быть чуть приоткрыта.
   - Лиза, к тебе есть одно важное дело, - начал он без долгих вступлений, - Один мой хороший знакомый курирует школу-пансион для одаренных детей и ему позарез нужен учитель истории. Я предложил тебя.
   Лиза удивилась.
   - А почему он не может обратиться в управу? Ему сразу предоставят десяток свободных учителей.
   - Он не хочет абы кого. Ему нужен хороший учитель, ответственный, любящий свое дело. Ну, и молодой, к тому же.
   Лиза подняла бровь, побуждая его продолжать. Ясное дело, не только это заставило директора школы предложить одной из учительниц фактически другое место работы.
   Александр Васильевич молчал долго, пытаясь найти нужные слова, чтобы не обидеть Лизу ненароком.
   - Лиза, - он вышел из-за своего стола и сел напротив нее, - Тебе нужна перемена обстановки. Я же вижу, что происходит. Ты активная, вся в работе, даже на каникулах приходила в школу класс подготавливать, но ты лишь пытаешься забыть о происшедшем, а не забываешь. Ты постоянно обвиняешь саму себя, что это ты виновата в измене Виктора.
   Девушка насупилась. Александр знал, что говорил, он был в курсе всех подробностей той неприятной истории. Он единственный заметил на следующий день после произошедшего красные глаза девушки и не постеснялся подойти с вопросами. И прекрасно понимал, что она чувствует, потому что сам в прошлом году пережил подобное.
   - Ты постоянно казнишь себя, что была плохой женой, что мало уделяла ему времени и внимания. Я не могу знать, конечно, так это было или нет, но если он вместо разговора, решил просто привести в дом любовницу..., - Александр порицающе покачал головой, - Ладно, речь не об этом. Ты не можешь постоянно сидеть дома или заниматься только работой. Тебе нужно отвлечься, прийти в себя.
   Летом, чтобы как-то помочь Лизе, он буквально заставил ее пойти педагогом в летний лагерь. Это сначала помогло девушке хотя бы днем не находится в четырех стенах. Она решила, что работа - единственное, что позволит ей забыть про тоску, депрессию и жгучую обиду на бывшего мужа, и с головой ушла в подготовку к школе. Александр пытался ее остановить, переключить на другую деятельность, заставлял съездить на пару дней на выездной семинар для молодых учителей-историков, чтобы она там хоть с кем-то познакомилась и отвлеклась. Но все без толку. Девушка полностью закрылась в работе, как в раковине.
   - И как вторая работа поможет мне отвлечься? - резонно поинтересовалась Лиза.
   - Тебе нужно новое общение, новые знакомства, может быть, новое чувство. А в этой школе все это вполне может быть. Коллектив там по большей части молодой, активный...
   - Я не совсем уверена, что готова сейчас к новым отношениям, - с сомнением произнесла учительница.
   Александр Васильевич долго и пристально смотрел на нее, пока та смущенно не опустила голову.
   - Только не говори мне, что ждешь его возвращения!
   Лиза прикусила губу. Все верно, ждет. Потому что это очень обидно, когда тебя без всякого весомого повода меняют на какую-то шалаву. Или повод все-таки был? Может быть, она слишком ответственно подошла к своей профессии, забыв в детских проблемах и заботах о собственном муже? Может, ему просто не хватало внимания? Лиза надеялась, что Виктор одумается и вернется, как побитая собака. О том, готова ли она простить мужа, девушка не задумывалась.
   Виктор тогда клялся и божился, что не знал, что делал, и все было строго по пьянке. Он обещал, что такого больше не будет. И, может быть, если бы он не привел ту женщину в ее квартиру и не уложил в ее постель, Лиза бы и подумала насчет прощения. Но каждый раз, укладываясь спать в своей кровати, она вспоминала разбросанные по простыне ее длинные каштановые волосы и валяющийся бюстгальтер на тумбочке.
   Но говорить сейчас об этом девушка не хотела.
   - Ну, хорошо, - директор правильно понял ее молчание, - Давай я тебе расскажу об этой школе. Находится она недалеко от нас, всего две остановки на метро, школа хорошая, новая, недавно там был ремонт...
   - Какие классы остались?
   - Два пятых и два вторых.
   - Я не работала с малышами, - она озадаченно подняла голову.
   - Поверь, сложного там ничего нет, - он пожал плечами, не придавая этому значения, - В каждом классе по десять учеников, - и, заметив удивленный взгляд девушки, Александр пояснил, - Я же говорил - школа для одаренных детей. Кабинеты полностью укомплектованы для работы, так что работать будет легко. Алексей сказал, что в случае, если учителю понравится, то на следующий год классов даст больше.
   Лиза задумалась. Конечно, вести уроки в классе, где почти тридцать пять голов очень сложно, все время держишься в напряжении, да и дисциплину держать сложнее. А тут - десять детей в классе, каждому можно подобрать подходящие задания, больше сможешь рассказать и лучше закрепить изученное.
   - А как же мои уроки тут?
   - Расписание все равно еще не утверждено окончательно, поэтому Свете я скажу, чтобы два дня она тебе освободила. Вот в эти дни ты и будешь работать там. Кстати, Алексей показал мне цифры, будь уверена - с зарплатой тебя не обидят, - он чуть помолчал и закончил, - Ты подумай, я не заставляю. Если решишься, то после уроков у Веры возьми адрес, я передам ей.
   - А кому-то еще ты предлагал такое?
   - Нет, Лиза, я предлагаю только тебе. И никому об этом не говори, не стоит им знать.
   ...
   Девушка вышла из кабинета директора и остановилась на полпути. Перевела взгляд на Верочку, перебирающую бумаги. Что ей делать? Соглашаться на предложение директора или отказаться?
   С одной стороны, Александр прав, это будет смена обстановки, новые знакомства. Но с другой стороны, ведь это увеличение нагрузки. И ездить придется на окраину города, и новый коллектив, что взрослый, что детский. Лиза скривилась про себя, понимая, что все-таки минусов в его предложении очень мало. Работу свою она любила, новые ученики в любом случае с каждым учебным годом появляются, да и нагрузка будет только в часах, так как, что в этой школе, что в той классы для работы одинаковые, и подготовка к урокам будет все равно одна. Но вторые классы...
   Дверь резко распахнулась и чуть не ударила Лизу по носу.
   - Ой, - отскочила она с дороги, пропуская Антонину Дмитриевну, грузную пухлую женщину с пучком на голове. На необъятной груди болтались очки на шнурке, юбка до колен была испачкана мелом.
   - А, Елизавета Сергеевна, добрый день. Вас-то я и ищу! - грозно проговорила филолог своим охрипшим от постоянного курения голосом. Уперла руки в боки, приосанилась, - Это что же это получается? Я сегодня на уроке Костина не видела вообще, Захаров и Малышева все время о чем-то шептались между собой, даже Света Еремина рисовала в тетрадке своих пони! Дисциплина в классе упала ниже плинтуса! Учебный год только начался, а ваш седьмой "Б" уже от рук отбивается! Вы должны немедленно проконтролировать эту ситуацию! Вызовите родителей! Соберите классное собрание, в конце концов!
   Лиза усмехнулась про себя, сохраняя, однако, максимально внимательное выражение лица. Научилась уже, за три года общения с Антониной Дмитриевной-то! Но если даже Еремина не слушала, а рисовала, то тема урока и в самом деле была очень уж скучной.
   Лиза пообещала обязательно поговорить с вверенным ей классом на тему поведения. Учительница хмуро ее выслушала, буркнула что-то про себя, мол, не дело молодым учителям таких сорванцов поручать, и направилась в кабинет Александра Васильевича.
   Раздумывала над предложением директора Елизавета до конца рабочего дня, постепенно понимая, что давно уже приняла решение и ждала лишь окончания уроков, чтобы собрать свои вещи, закрыть кабинет, и поехать в Алтуфьево знакомится с новым местом работы.
   ...
   Большие узорчатые ворота выглядели не столько ограждением, сколько украшением. Тонкое кружево переплетающихся травы и цветов из железа были настоящим произведением искусства. Грубая серая бетонная коробка пропускного пункта с турникетом и шлагбаумом, врезанная в эту кружевную красоту, выглядела неестественно. Внутри коробки сидел охранник и, положив ноги на стол, смотрел телевизор.
   Лиза дернула турникет, он не двинулся с места. Постучала в окошко, привлекая внимание охранника. Мрачный насупленный мужчина в камуфляже цвета хаки недовольно глянул на девушку.
   - К кому? - грубый, резкий вопрос.
   Лиза поднесла бумажку к глазам и прочитала имя куратора.
   - Каледин Алексей Петрович.
   - Он вас ждет?
   Девушка пожала плечами. Откуда она это знает? По идее, должен, а там уж неизвестно - вдруг занят, уехал или забыл.
   Охранник все так же мрачно вздохнул и набрал на коммуникаторе пару цифр. Проговорил в трубку что-то невнятное, услышал ответ и, прикрыв динамик ладонью, спросил:
   - Вы учительница?
   Лиза кивнула.
   Охранник буркнул в трубку короткое "да" и нажал на столе кнопку.
   - Идите.
   Девушка поблагодарила его и дернула повторно турникет.
   Территория школы была большой. Само здание представляло собой трехэтажный особняк с колоннами, к которому вела небольшая, в пять ступенек, лестница. Дверь в образовательное заведение была деревянной, громоздкой и, на первый взгляд, очень тяжелой.
   Лиза потянула дверь на себя за резную золотистую рукоять, та на удивление пошла легко, как по маслу. Девушка вошла внутрь и остановилась, разглядывая внутреннее убранство.
   Большой круглый вестибюль с колоннами. Справа и слева от входа наверх вели две мраморные лестницы. Старинная лепнина на высоком потолке, тяжелые бордовые бархатные шторы на окнах, на полу -- красный ковер.
   И тишина. Казалось, что муха пролетит и ее жужжание будет слышно на всех этажах.
   Лиза решила, что попала в музей.
   Девушка глянула на бумажку с адресом, уточнила по ней, какой кабинет ей нужен и пошла искать.
   Поиски были недолгими, кабинет куратора находился тут же, на первом этаже. Она постучала в дверь, дождалась разрешения войти.
   Кабинет был по-офисному прост и стандартен и совершенно не вязался с общим видом школы. Типовой офисный стол с монитором, несколько кресел, вдоль стены шкафы с документацией.
   Куратор встречал ее, стоя у окна. Высокий, стройный, красивый мужчина с русыми волосами и удивительно живыми карими глазами. Он широко улыбнулся девушке, в два шага пересек кабинет, и, взяв без спроса ее ладонь, уверенно, но бережно сжал ее.
   - Рад, очень рад, что вы откликнулись на мою просьбу! Александр мне много о вас рассказывал, он убежден, что вы нам подойдете.
   Лиза аккуратно освободила свою руку и невольно улыбнулась, глядя в искрящиеся глаза мужчины, откровенно ею любующиеся.
   - Боюсь, что Александр мог меня перехвалить.
   - Поживем - увидим! - он задорно ей подмигнул, - Может, чтобы вы окончательно решились на мое предложение, я проведу вам небольшую экскурсию по пансиону?
   На территории, принадлежащей образовательному центру "Радуга", как было указано на вывеске ворот, находилось несколько зданий, из них два самых больших - это непосредственно школа и жилой корпус для учеников.
   Тишина в здании школы объяснялась просто -- уроки уже закончились. Детей было немного и вести уроки в две смены, как в лизиной школе, смысла не было, поэтому сейчас, как пояснил Алексей Петрович, все ученики перешли в жилой корпус для отдыха и самостоятельного обучения. Пару раз им с Лизой встретились учителя, которые вежливо здоровались с куратором заведения и с интересом разглядывали незнакомую им девушку.
   Школа, и правда, была красивой и чистой. Ни оборванного линолеума, ни поцарапанных и расписанных ручками стен, ни поломанных дверей.
   Алексей Петрович открывал кабинеты, показывал их оформление, обстановку, рассказывая по пути:
   - У нас учатся одаренные дети, Елизавета Сергеевна. Это требует определенного подхода и к самим ученикам, и к учительскому коллективу, что с ними будет работать. Именно поэтому, наши учителя должны обязательно соответствовать определенным характеристикам. Например, молодость и ... хм, как бы это правильно сказать, незашоренность сознания.
   Лиза остановилась, разглядывая кабинет химии. Светлый, чистый, недавно отремонтированный. Высокая кафедра, на столе макет химического соединения, на стенах плакаты со схемами и формулами, ученические столы в два ряда. В воздухе едва ощущался небольшой запах покраски и лака от новой мебели.
   - У учителей в годах больше опыта, - возразила ему девушка. Она кивнула головой, мол, посмотрела и можно закрывать, и вышла из кабинета обратно в коридор.
   Они пошли дальше.
   - Верно, больше. А также больше консерватизма, авторитарности, непринятия иных точек зрения.
   Алексей Петрович поправил криво висящую на стене репродукцию в раме. "Сальвадор Дали "Постоянство памяти", отметила про себя девушка. Интересный выбор иллюстраций для школы.
   - Старые учителя имеют довольно серьезные недостатки, не столько в плане знаний и умений, сколько в плане подхода к детям. Они неспособны гибко лавировать в потоке информации, который с каждым годом становится все больше, они слишком убеждены в своем профессионализме и не готовы, а может и не умеют, посмотреть на ситуацию по-другому, свежим взглядом. Я, как куратор пансиона, очень ответственно подхожу к выбору преподавателей, и если знания можно получить с опытом, то избавиться от консерватизма намного сложнее.
   - То есть для вас более ценно мировоззрение человека, нежели его профессиональные качества?
   - Можно и так сказать, - согласился мужчина.
   - А почему вдруг открылась эта вакансия? - поинтересовалась Лиза.
   - Вы помните летние неприятности в городе? - и, дождавшись ее кивка головой, куратор продолжил, - К сожалению, наш историк сильно пострадал при взрыве супермаркета у Павелецкой, а наши целители не смогли ему вовремя помочь.
   - Целители?
   - Врачи, - с улыбкой поправился Алексей Петрович, - Наши врачи, разумеется. Я не говорил? Весь наш персонал имеет медицинскую страховку.
   Лиза понятливо кивнула и продолжила осмотр.
   Домой девушка вернулась позже обычного. На улице уже начало темнеть, люди торопились домой, к своим семьям.
   По дороге она зашла в магазин, купила немного продуктов на выходные. Куратору Лиза не сказала четко ни "да", ни "нет", сказав, что точно позвонит в понедельник, твердо для себя решив сначала прояснить ситуацию с этой школой в интернете. Уж больно красиво все рассказано и показано, как-то оно подозрительно получается. И школа красивая, новая, и дети хорошие да воспитанные, и зарплата приличная. А какие есть минусы?
   За два часа поиска информации во всемирной паутине Лиза убедилась, что со школой явно что-то не так. О ней вообще ничего нигде не было. Ни в новостях, ни на форумах про эту школу не упоминал никто, такое ощущение, что ее просто не существует.
   С другой стороны...
   А с другой стороны, может и правда согласится? Что она теряет? Ничего.
   Эх, была не была!
   В следующий вторник Лиза стояла у ажурной ограды ровно в девять утра. Ее уроки в пятом классе начинались в десять, поэтому у девушки было достаточно времени, чтобы оформится на работу, бегло познакомится с коллективом и морально подготовится к первому уроку в школе-пансионе "Радуга". Руки слегка тряслись, выдавая нервозность, но в целом, учительница чувствовала себя прекрасно. Она была открыта для нового этапа в жизни, готова к встрече с интересным и настроена на позитивное начало. Как говорится - вижу цель, верю в себя и не замечаю никаких препятствий.
   Алексей Петрович сам вышел к воротам, встречая девушку.
   Оформление много времени не заняло, после куратор провел ее в учительскую и познакомил с заведующим по учебной части, по совместительству, тоже учительницей истории, работавшей только со старшими классами. Альбина Игоревна была женщиной лет тридцати пяти, невысокой эффектной блондинкой в темно-зеленом твидовом костюме. Она очень душевно пообщалась с Лизой, пробежала глазами по подготовленному ею конспекту первого урока и одобрительно кивнула головой.
   - Вы молодец, Лизонька, - она сразу взяла девушку под свою опеку, - Уверена, что с нашими "звездочками" вы поладите!
   В кабинет Лиза вошла сразу после звонка.
   - Здравствуйте, ребята, - улыбнулась Лиза "звездочкам", - Я ваша учительница истории. Меня зовут Елизавета Сергеевна.
   ...
   В выходные дни книжный магазин в центре города всегда забит любителями почитать.
   Но в начале сентября в отделе "учебной литературы" была настоящая толкучка. Родители, дети, учителя - все искали, выбирали и набирали себе учебники и пособия к новому учебному году.
   Решив, что лезть в толпу не стоит, Лиза направилась к художественной литературе. Она углубилась в аннотацию очередного фантастического боевика, как вдруг что-то ударило ее по макушке.
   - Ой, извините, пожалуйста, я ее не удержала! - донеслось сверху и Лиза подняла голову, потирая ушибленное место.
   На трехступенчатой лесенке стояла невысокая симпатичная девушка и держала в руках несколько тяжелых томиков. Видимо, ноша была слишком тяжела и неудобна для нее, потому что еще пара книг грозили вывалиться из этой стопки. Лиза машинально сделала шаг в сторону, чтобы падающие фолианты ее не задели по-новой.
   - Ничего страшного, главное, чтобы не упали остальные! - она весело улыбнулась и прочитала название самой нижней книги в стопке, - О, а я это читала! Изумительная вещь!
   - Правда? - девушка покосилась на книги в руке и попыталась посмотреть, на что именно незнакомка дала такую рецензию. Книги накренились еще сильнее, и девушка неуклюже попыталась их удержать.
   - Я про Маккефри.
   - Ааа, - поняла та, - А я вот взяла, думаю, вдруг понравится. Ничего еще у нее не читала, но многие хвалят.
   Девушки разговорились. Как оказалось, вкусы в книжной сфере у них были почти одинаковые и уже через пять минут они вовсю делились мнением по поводу недавно вышедшей, но уже прочитанной обеими книги.
   - Лиза, - протянула учительница руку для знакомства.
   - Алина, - та пожала осторожно ее пальцы и спустилась с лесенки.
   Лиза с затаенной завистью разглядывала новую знакомую. Приглядевшись, она поняла, что Алина очень красива. Длинные русые волосы распущены по спине, серо-голубые глаза смотрят с легкой ехидцей, пухлые губы мягко улыбаются. Девушка была одета в красивый брючный костюм бежевого цвета, в ее ушах сверкали бриллиантовые маленькие сережки, а на правом безымянном пальце - красивое сапфировое кольцо.
   Они еще немного поболтали о литературе, делясь впечатлениями, но затем Лиза глянула на часы.
   - Прошу прощения, Алина, но мне еще надо в отдел учебной литературы подойти, пособия купить. Если Вы не против...? - вежливо начала прощаться девушка.
   - Пособия?
   - Я учитель истории, - пояснила Лиза с улыбкой.
   - Надо же, - удивилась Лина сходству, - А я тоже училась на преподавателя истории, правда, пришлось уйти с третьего курса...
   Ее объяснение прервал мобильный телефон. Она извиняюще глянула на девушку и достала трезвонящую трубку. Посмотрела, кто звонит, подняла глаза к небу, но улыбнулась и ответила на звонок.
   - Марк, родной, у меня все хорошо, я в книжном магазине! - быстрой скороговоркой проговорила она в трубку, не давая на том конце даже вставить слово.
   Лиза удивленно подняла бровь, но Алина со смехом замотала головой, мол, все нормально. И отошла в сторону.
   Лиза пожала плечами, поневоле расплываясь в улыбке. Поведение девушки говорило само за себя: кто бы ей ни звонил, он ее контролировал, но Алине это, по-видимому, нравилось. Девушка повернулась к книжной полке, раздумывая напоследок, взять все-таки четвертую книгу или остановится на трех, ведь ей еще покупать материалы для работы. До нее доносился звонкий голосок новой знакомой, которая задорно что-то рассказывала своему собеседнику.
   Спустившись вниз, на первый этаж к технической и учебной литературе Лиза застряла в полках учебных пособий. Все-таки со вторыми классами она не работала и литература ей нужна. Просмотрела выставленное, пролистала пару рабочих тетрадей и программ. Уже у кассы она снова столкнулась с Алиной и, пока расплачивалась за покупки, перебросилась с ней парой слов.
   Лиза вышла из магазина и направилась в сторону метро. Пройдя пару метров, она обернулась, может, новой знакомой тоже надо в ту же сторону, дошли бы вместе. Но та уже спешила к стоящему у тротуара черному лимузину. Водитель, молодой парень в черном костюме и фуражке быстро выскочил из машины и поспешил открыть ей дверь. Лина обернулась к Лизе и помахала на прощание ей рукой.
   - Быть может, еще увидимся!
   Лиза улыбнулась и кивнула головой:
   - Быть может!
   ...
   Для Лины же осень началась под знаком проблем.
   Закончившаяся война между вампирами и адептами Ордена унесла слишком много жизней с обоих сторон. От многочисленного недавно клана остались жалкие клочки. Областные директории пострадали меньше, так как основной удар Орден нанес именно по Москве, где были сосредоточены основные силы и руководство клана. Впервые за почти сто лет верховный понтифик разрешил открытое обращение, хоть оно и происходило под жестким контролем руководителей директорий.
   Московское подразделение Паноптикума было уничтожено практически полностью. Несколько оставшихся в живых магов и два ментала физически не могли вытянуть на своих плечах всю работу разветвленного ранее департамента. Тамара полностью перешла в распоряжение Инквизитора, и, хоть смирилась с новой ролью, но ходила мрачная и несчастная, почти забыв про излюбленные шутки и смех. Лина же, став гемофагом понтифика, официально перестала состоять в Паноптикуме, так как общеизвестно, что Печать уничтожает любой сверхъестественный талант, которым обладает ее носитель.
   Клану срочно требовались опытные, обученные люди с необычными умениями. Гильдия нейтралов, выступившая в войне на стороне вампирского клана, после заключения мира отозвала своих людей, вернувшись обратно к политике невмешательства. Верховный понтифик негодовал и был готов пойти на существенные уступки Гильдии, но мнение Владислава было непреклонным: нейтралы с вампирами дел не имеют. Елиазар самостоятельно восстанавливал Паноптикум, но из всех собратьев московского клана, он один обладал тонким чутьем на ауры, а значит, помочь в поисках ему было некому. На конец августа он смог привести в клан лишь двух эмпатов и слабого телекинетика, но этого было слишком мало.
   Да и личных проблем тоже хватало. Марк не переставал искать Гюнтера, яростно ненавидя немца за причиненный его любимой женщине вред и желая отомстить ему за все совершенное. К сожалению, бывший ученик Эстебана Ривейры до сих пор находился под защитой "Иллюзии свободы", а значит, отследить его было невозможно. Понтифик объявил о выплате огромной суммы тому, кто привезет Гюнтера в Москву или хотя бы укажет, где тот скрывается, но пока все было глухо.
   К тому же, в последнее время все чаще стал названивать Пауль и напоминать о недавнем соглашении, заключенном между ним и Линой. Он, разумеется, прекрасно понимал, что сейчас уезжать и оставлять полуразоренный войной клан нельзя, но и не собирался отказываться от работы с бывшей менталкой. Его очень огорчил тот факт, что Лина больше не ткущая, но и получить в свои лаборатории гемофага для Пауля было бы очень интересно. В свою очередь, и Марка, и Лину очень беспокоил вопрос -- сможет ли механик выяснить, что девушка все-таки сохранила свой талант, и если да, то как он отреагирует, в частности -- оповестит ли об этом Александроса, своего лидера? Ведь тогда будет заново поднят вопрос о принадлежности бывшей ткущей.
   Проблем было много, очень много.
   Но одну из них Лина категорически не поднимала при разговоре с понтификом.
   Именно с помощью дара ткущей война смогла завершиться. Но девушке пришлось насильственно вторгаться в существующую реальность и создавать новую, в которой победа досталась вампирскому клану. А мир не терпел такого изуверства над собой и всегда ударял по изменяющему его. И поэтому сейчас ткущая со страхом ждала Отката.
   Что из себя представлял предыдущий - Лина боялась вспоминать.
   Чем будет наступающий -- боялась думать.
   Девушка не знала ни как от него избавится, ни когда он наступит.
   И она искренне надеялась, что понтифик об этом ничего не знает.
   ...
   Жаркий поцелуй, сводящий с ума, заставлял все тело изгибаться волной, прижимаясь сильнее к мужчине. Затем легкие, едва уловимые ласковые касания пальцами шеи и спины, вызывающие неистовое желание, его руки нежно прошлись вдоль выемки позвоночника, повторяя узор татуировки, спустились к пояснице. Губы припали к шее, спуская от нее вниз к груди легкую дорожку из поцелуев, сводящих с ума. Она настойчиво перевела его руки вниз, направляя и показывая, как лучше и сильные мужские пальцы умело приласкали живот. Девушка тихо протяжно застонала и подняла его голову к своим губам...
   Лина, тяжело дыша, упала на подушки и выдохнула. Марк со смехом расположился рядом.
   - Не хочу ни на что намекать, мой господин, - она ехидно глянула на него из-под упавшей на глаза челки, - Но для своего возраста ты удивительно вынослив и изобретателен!
   Левая бровь высшего поползла вверх.
   - Не понял! - он перевернул девушку на спину и снова навис над ней, - Это был комплимент или оскорбление?
   - Что вы, мой господин, как я могу! - она скромно опустила взгляд вниз, всем своим видом показывая раскаяние, но, не выдержав, довольно рассмеялась. Марк поднял удивленно брови, требуя объяснений. Лина оттолкнула его от себя и тут же привалилась к его плечу, устраивая поудобнее голову мужчине на грудь, как на подушку.
   - Устала! - пожаловалась она вместо ответа и, широко зевнув, закрыла глаза, - Буду спать!
   - Лина! - потребовал он ее к ответу.
   - Ну что - Лина, Лина! - она сонно буркнула еле слышно, - Дай поспать, а? Ты меня итак каждую ночь выматываешь!
   Марк с самодовольной улыбкой смотрел на нее.
   - Удивительно нахальная особа, - произнес он, наконец, шепотом, стараясь не разбудить засыпающую девушку, - Никакого почтения к высшему вампиру! Мало того, что поймала меня в свои сети, так еще и претензии предъявляет!
   - Ой, ты еще скажи, что удручен этим фактом! - сонная Лина улыбнулась и собственнически забросила руку ему на грудь.
   - Спи, радость моя! - он ласково потрепал ее по голове и удовлетворенно вздохнул.
   Марк устроился поудобнее в кровати, прижал к себе любимую. После произошедшего с Гюнтером случая, Лина очень долго засыпала, отвернувшись от понтифика и полностью укутавшись в одеяло, отгораживаясь, таким образом, от мужчины, как стеной. Марк понимал, почему она так делает, бессознательно девушка стремилась защититься от окружающего ее мира.
   Марк помнил, какой та была, когда он забрал ее от Матвея. Как испуганный зверек, вроде доверившийся, но в любой момент готовая рвануть с места в спасительное убежище.
   Понтифик умел ждать.
   После окончания войны с девушкой еще несколько раз провел сеансы терапии гильдейский эмпат, помогая ей окончательно прийти в себя. Это сработало.
   Через месяц девушка впервые повернулась к нему лицом, а еще через несколько дней впервые доверилась настолько, что заснула в его объятиях.
   ...
   Лина открыла глаза. Вроде бы ничего не случилось, но неясное давящее ощущение немного пугало. Повернулась к мужчине, чтобы обнять, но Марка рядом не было. Девушка потерла глаза, оглядываясь, комната была совершенно пуста. Где он может быть?
   Она встала с кровати, нащупала под ногами тапочки и подхватила сброшенный вечером понтификом на пол халатик. Вышла из комнаты, оглядела коридор, освещенный парой приглушенных ламп.
   Узкая щель из-под двери библиотеки ярко светилась. Лина вошла в комнату и сразу же увидела, кого искала. Марк развалился в кресле у стола, положив на него ноги, и лениво перелистывал какой-то толстый фолиант. Поднял голову, устало потер глаза.
   Лина подошла к нему ближе и аккуратно вытащила книгу из его рук.
   - Пойдем спать, родной, ты уже почти ничего не соображаешь!
   Понтифик тряхнул головой, заложил страницу, которую не дочитал, и позволил Лине поднять себя с кресла.
   ...
   Утром он проснулся как обычно, намного раньше девушки. Принял душ, оделся и, готовый к выходу из дома, слегка тронул Лину за плечо.
   - Уже уходишь? - сонно произнесла девушка, не открывая глаз. Она спала всегда очень чутко и уход Марка моментально ее будил.
   - Да, родная, спи спокойно! - он нагнулся и коснулся губами виска.
   Лина что-то невнятно пробурчала и коротко вздохнула. Марк привстал с кровати, но что-то его удерживало. Он снова оглянулся. Девушка вцепилась в край его пиджака, приоткрыла один глаз и проказливо улыбнулась.
   - Люблю тебя!
   Марк ласково улыбнулся и, отцепив ее пальцы от одежды, переплел со своими. Нагнулся, поцеловал ее пальцы.
   - И я тебя!
   Лина удовлетворенно вздохнула, отвернулась к нему спиной и переползла на его половину кровати. Обняла подушку понтифика, укуталась с головой в одеяло.
   Но через три часа, окончательно проснувшись и позавтракав, девушка уже не была такой спокойной и расслабленной. Не в первый раз понтифик допоздна просиживает в библиотеке, возвращаясь в постель почти перед самым рассветом. Что он там ищет, Марк отказывался говорить, либо просто отшучиваясь, либо переводя разговор на совершенно другую тему.
   Работая в Паноптикуме, девушка была тесно привлечена ко многим внутренним делам клана, поэтому, даже исключив ее из сверхъестественного департамента, понтифик все равно часто рассказывал Лине о своих делах, то советуясь, а то просто делясь мыслями. И если в этот раз он всячески умалчивает о том, что его беспокоит, значит, тайна связана с ней, с Линой. И Марк не хочет говорить, чтобы лишний раз не тревожить ее.
   У кого выяснять подробности происходящего, девушка знала.
   За время плотной работы с понтификом его заместитель стал частым гостем в их доме, заменив собой Филиппа. Ученик понтифика, был отправлен им в Екатеринбург управляющим вместо ушедшего на покой предыдущего префекта. Марк насильно заставил парня уехать, чтобы тот, будучи загруженный работой как самостоятельный руководитель, находился как можно дальше от своей несчастной любви к молодой вампирке Миле. Палач же, в свою очередь, выпросив у Марка длительный отпуск, тоже последовал правилу, что любовь лечится расстоянием, увозя свою ученицу, и любовницу по совместительству, в Мюнхен. От греха подальше.
   Достала телефон, набрала нужный номер. На той стороне трубку подняли почти сразу же.
   - Доброе утро, Алина, - с улыбкой поздоровался Матвей, - Как поживаете?
   Девушка невольно улыбнулась.
   - Спасибо, у меня все неплохо, - она поприветствовала заместителя понтифика, - К вам есть один вопрос, Матвей, и я искренне надеюсь, вы мне сможете правдиво ответить на него.
   - Какой же?
   - Что ищет Марк?
   - Вы о чем? - заместитель сначала не понял.
   - Он уже не первую ночь сидит в библиотеке почти до рассвета и усиленно читает какие-то старые книги. Я не знаю, о чем они, я не настолько сильна в языках, но видимо для Марка это очень важно.
   Матвей замялся.
   - Алина, это рабочие вопросы, я уверен, что ...
   - Матвей, я не дура! - оборвала его Алина, - Скажите честно, это ведь связано как-то со мной, да?
   - А вы у него не спрашивали? - предпринял он еще одну попытку.
   - Да, - сердито ответила Лина, ее порядком разозлила эта тайна, которую ни любовник, ни его друг не собирались ей открывать, - Он либо отмалчивается, либо просто переводит тему.
   - Лина, я не уверен, что могу рассказать вам об этом.
   - Это касается меня? - она не отступала, - Матвей, просто "да" или "нет"?
   Матвей устало прикрыл глаза. Соврать? Сказать правду?
   - Да, Лина, это касается вас.
   Следующий вопрос она задала с потаенным страхом.
   - Он знает про Откат?
   Пару секунд в трубке было тягостное молчание, мгновенно сказавшее девушке правду.
   - Да, Лина, знает. Всегда знал.
   ...
   Елизавета Сергеевна желтым мелом выводила на доске тему урока. Сегодня они изучали первобытно-общинный строй и образ жизни древних людей.
   Учительница повернулась к классу лицом и только хотела привлечь внимание детей к теме урока, как увидела, как два мальчика о чем-то шепчутся, посматривая в окно.
   Она перевела взгляд на улицу. Окна кабинета выходили на пришкольный дворик, и Лиза с интересом наблюдала, как представительный черный лимузин медленно подъезжал к входу. Автомобиль остановился, дверь открылась и из салона вышел мужчина. Темно-серый костюм идеально сидел на подтянутой фигуре, светло-русые волосы слегка касались плеч, модная брутальная небритость делала мужчину героем любовного романа.
   - Снова этот упырь явился, - зло пробурчал один из мальчишек, глядя на него в окно.
   - Сережа! - с укором заметила ему Лиза, - Это еще что за грубость! Нельзя так!
   - А что нельзя-то, если так и есть? - тихо спросил мальчик, отвернулся от окна и сложил руки на груди, высказывая свое максимальное недовольство. Друг кивком головы поддержал его.
   Лиза снова перевела взгляд на мужчину. Он как раз поприветствовал вышедшего ему на встречу Алексея Петровича и, обменявшись рукопожатием, мужчины скрылись в дверях.
   Сережа снова зашептал что-то на ухо своему другу.
   - Так, ребята, давайте-ка вернемся к нашему уроку! - призвала Лиза их к вниманию, - Сегодня мы с вами узнаем, каким образом древнейшие люди....
   ...
   Матвей развалился на стуле рядом со столом. Повертел в руках ручку, покрутил листок бумаги.
   В школе было тихо, уроки шли полным ходом и мужчинам никто не мог помешать.
   - Я ничем не могу тебе помочь! - Алексей настойчиво повторял эту фразу уже в третий раз, - Владислав категорически против сотрудничества с кланом.
   - Ты же прекрасно понимаешь, что из-за его дурацкого упрямства страдают и ваши люди тоже! - проговорил вампир, разглядывая свои туфли, - Для вас это шикарная практика! Мы даже готовы предоставить клановые полигоны для тренировок.
   Помощник Мастера Гильдии покачал головой.
   - Владислав знает, что делает!
   Матвей иронично глянул на того.
   - А если я тебе заплачу? Лично тебе? - заместитель верховного понтифика мог себе позволить распоряжаться довольно приличными суммами.
   - Матвей! - тот устало потер пальцами виски.
   Уже не в первый разу них шел такой разговор. Клан без менталов практически слеп, поэтому вампир всеми способами пытался добиться сотрудничества с нейтралами. Но Мастер Гильдии был категорически против.
   - Алекс, ты пойми, нам ваши люди нужны позарез! - заместитель понтифика склонился над столом, - Елиазар занимается восстановлением, но он один и у него море работы! Он не справляется! Мы как слепые котята, даже обращать нормально не можем, уже пятеро оказались скрытыми менталами и сошли с ума после обращения! Будь у нас хотя бы десяток ваших людей, то нам было бы проще заниматься поиском!
   - У вас есть телепатка.
   - Одна? На весь клан? Ты издеваешься? - Матвей иронично поднял бровь.
   - Задействуйте ткущую, - предложил в ответ куратор пансиона, - Она сможет, с ее то талантом!
   Матвей скривился как будто ему на зуб попал перец.
   - Это вообще не вариант, девчонка может работать только при наличии наркотика, и ты это прекрасно знаешь. А за наркотиком надо ехать в Европу и..., - он махнул рукой, подтверждая бесполезность этой идеи.
   Алексей встал и заходил по кабинету взад-вперед. Он прекрасно понимал, что если нарушит приказ Главы Гильдии, то ему сильно не поздоровится. Но и Матвея он понимал и знал, насколько серьезны дела в клане.
   - Я не могу пойти против Главы Гильдии и отдать тебе десять менталов, понимаешь, не могу!
   - Прекрасно можешь! Делается это элементарно, и я тебе даже бесплатно, заметь, подскажу как! - казалось, Матвей издевается над куратором, - Берешь листок бумажки, ставишь на нем дату, свою подпись и пишешь широким, как ты умеешь, почерком: Приказываю...
   - Матвей! - прикрикнул на вампира мужчина, - Будешь продолжать в таком духе, вообще никого не получишь!
   - Ага, - ухватился за последние слова заместитель понтифика, - Значит, все-таки кого-то ты нам выделишь!
   - Четверых, - решился Алексей и поднял руки в жесте "сдаюсь", - Четверых могу направить, но это будет не официальное трудоустройство! И только на время, скажем, на полгода!
   - Не вопрос, - обрадовался Матвей.
   Не зря он сегодня приехал сюда, в пансион.
   Все-таки клан получит так необходимых ему менталов!
   ...
   А в пансионе, и правда, было кое-что странным.
   Лиза никак не могла понять, что конкретно, но какое-то неуловимое смутное ощущение зудело у нее над ухом, как муха, которую никак не удается поймать.
   Ребята были умными и сообразительными, новый материал схватывали быстро. История им нравилась, как, впрочем, и новая учительница. Уроки у нее были интересными, увлекательными, Лиза старалась не только дать ребятам новые знания, но и придумывала на каждый урок какую-то увлекательную викторинку или головоломку по уже изученному.
   С пятыми классами Лиза умела работать, а вот второклашки поначалу сидели испуганные, боясь сказать лишний раз слово или ответить на вопрос. Для них и предмет был внове, и учительница незнакомая.
   Но это-то было нормально.
   Странностями Лиза называла другое.
   К примеру, проставляя в дневники оценки после урока, она зачастую обращала внимание на написанное в графах расписание и видела там странные аббревиатуры "ОМ" и "ППМТ". Что это означало Лиза не знала, а у ребят спрашивать стеснялась. Да и сами ученики, бывало, бурно что-то обсуждающие, при виде Елизаветы Сергеевны вдруг быстро заканчивали свой разговор и умолкали. Девушка пару раз пыталась поговорить об этом с их классными руководителями, но учителя уверили ее, что ребятам новая учительница очень нравится, и никаких гадостей они ей не замышляют. Даже пару раз шутили, что и старшеклассники очень пожалели, что у них уже не преподается история древнего мира.
   Вообще, Лизу приняли в новой школе очень хорошо. Учителя , по крайней мере, те, с кем она успела познакомиться, отнеслись к ней вполне доброжелательно. Но у тех были какие-то внутренние секреты, в которые девушку не пускали.
   В школе было два спортивных зала, в одном занимались младшие классы, во втором -- старшие. И не раз Лиза видела, как старшеклассники прямиком из спортзала, хромая и придерживаясь за товарища, направлялись в кабинет медсестры. Кстати, ее тоже называли необычно -- целительницей.
   Все это удивляло девушку и немного настораживало.
   Она стала подозревать, что школа принадлежит какой-то из многочисленных сект.
   Как оказалось, Алексей Петрович тоже вел несколько уроков в неделю, и один из них был как раз тем самым "ОМ". Через пару недель после начала работы он встретил Лизу у входа в школу.
   - Елизавета Сергеевна, доброе утро. Как вам нравится у нас? Все ли устраивает? Может, есть просьбы какие-нибудь?
   Лиза заверила его, что все в порядке, просьб нет и ее все устраивает. О своих подозрениях она решила пока не упоминать.
   - Хорошо, а вот у меня есть к вам предложение. Не хотите прийти ко мне на урок? Как раз в одном из ваших пятых классов будет.
   Лиза прикинула по-быстрому, что у нее с расписанием. Она специально пришла пораньше, чтобы заполнить журналы, но и отказываться от предложения куратора заведения будет не очень красиво.
   - Конечно, - согласилась она с улыбкой, - Я быстро только вещи закину в кабинет и подойду.
   - Буду ждать.
   Лиза решила захватить с собой из учительской один журнал. Пока куратор будет вести урок, она попробует хотя бы заполнить темы.
   Пятый класс встретил ее с восторгом. Сережка сразу закрутился рядом, Вероника прицепилась за локоть.
   - А вы к нам сейчас? - радостно уточнил у Лизы Вадик.
   - Да, солнце, - она с улыбкой потрепала его по голове, - Посижу -- посмотрю, чему такому страшному вас Алексей Петрович обучает.
   - А у нас проверочная будет сегодня? - донесся до нее вопрос Игоря.
   Лиза обернулась к мальчику.
   - А вот и посмотрим на ваше поведение! Плохо ответите на этом уроке - обязательно устрою, еще и вопросы посложнее придумаю! - подмигнула она мальчику.
   В этот момент прозвенел звонок и дети выстроились перед дверью кабинета. Александр Петрович, держа в руках большую синюю папку с бумагами, запустил класс в кабинет, подождал, пока они все расселись, поприветствовал.
   Класс дружно хором ответил "Добрый день, Алексей Петрович".
   Лиза тихонько прошла в самый конец класса и уселась за последнюю парту рядом с ученицейй.
   - Итак, я надеюсь, все выполнили домашнее задание? Маша, пройди по классу и собери листочки.
   Получив собранные девочкой работы и быстро их проглядев, Алексей Петрович окинул всех грозным взглядом, раскрыл журнал.
   - Начнем опрос. Сережа Евсеев, скажи пожалуйста, какие аспекты магии ты знаешь?
   К доске вышел ученик и, взяв в руки мел, стал чертить на доске какую-то диаграмму.
   - К внешнему аспекту магии ...
   Что? Магия? Лиза подумала, что ослышалась.
   Учительница шепотом попросила у сидящей рядом девочки ее дневник и раскрыла на сегодняшнем дне. Этот урок шел под аббревиатурой "ОМ". Как это, в конце концов, расшифровывается?
   Она спросила шепотом у ученицы и ошарашено услышала ответ: "Основы Магии".
   Основы магии?!
   Лиза оторопело взглянула на куратора, тот с улыбкой перевел на нее взгляд и продолжил опрос.
   Сережа что-то продолжал бубнить у доски про аспекты внутренних сил и аспекты разума, а девушка сидела, боясь даже перевести дыхание. Внутренняя магия? Внешняя? Магия разума?
   О чем они вообще?
   - Итак, сегодня мы с вами более подробно разберемся, что же такое - аспект разума, - куратор начал новую тему и написал ее название на доске.
   Все ребята открыли тетради и записали тему.
   Куратор начал рассказывать про вещи, которые Лиза слышала только от бабушек и людей, увлеченных мистикой. Телепаты и телекинетики, общение с душами умерших и чтение эмоций. Таких людей он называл одним емким словом - менталы.
   - Как вы знаете, - продолжал рассказывать Алексей Петрович, - у каждого аспекта есть своего рода проклятие. У аспекта разума это ... кто сможет догадаться?
   Вадик поднял руку.
   - Они сходят с ума.
   - Верно, Вадик, садись, молодец. Действительно, менталы чаще всех остальных склонны к потере контроля над своим разумом, иначе, к сумасшествию...
   - Алексей Петрович, - поднял руку Костя Пахмутов, - А правда, что гемофаг понтифика была ткущей?
   - Кто тебе сказал об этом? - повернулся к нему куратор.
   - Папа. Он сказал, что это именно благодаря ей война закончилась.
   Алексей усмехнулся про себя. Что ж, этого следовало ожидать, людские голоса не закроешь, слухи пойдут по-любому, а дети -- существа пронырливые и любопытные.
   - Что ж, Костя, это тогда будет твоим заданием на выходные - подготовь нам небольшой реферат по ткущим. В библиотеке есть по ним материал. Они менталы редкие, списать откуда-то у тебя не получится. Так что - ждем.
   Мальчишка упал на свой стул и тихо заныл, что нарвался.
   Куратор слегка улыбнулся его несчастью и продолжил свой рассказ.
  
   2 Глава.
  
   Маленькие деревушки, раскинувшиеся вокруг столицы, часто привлекали к себе богатых любителей пасторалей и сельской жизни. Как только у кого-либо из столичных нуворишей оказывалась свободная сумма денег, тот незамедлительно приступал к строительству особняка в Подмосковье, чтобы обязательно рядом был лес -- ходить за грибами, речка -- купаться, и вид на чистое поле - услаждать свой взор нетронутой природой. Вот и росли посреди старых домиков высокие кирпичные башни и деревянные особняки в три-четыре этажа, огражденные массивными заборами. Поэтому деревенских жителей уже давно не удивляли элитные автомобили, частенько останавливающиеся у обочины.
   Ранним утром высокий мужчина в черном деловом костюме припарковал свой автомобиль рядом с небольшим домом с палисадником. Деревянный частокол, несколько заросших яблонь во дворе, заброшенные грядки с какой-то рассадой. Сам домик был неказистым и с покосившейся крышей, под стать участку вокруг него. Рядом с ним возвышалась каменная башня какого- то богатея, что делало разницу между домами еще более заметной.
   Водитель вышел из салона, вдохнул полной грудью свежий сентябрьский воздух, слегка подмороженный ночным заморозком. Его длинные волосы сегодня были забраны в хвост, лицо нахмурено и сосредоточено. Дело, по которому он приехал сюда, стало для него едва ли не самым важным в жизни, и мужчина искренне надеялся, что все сложится удачно.
   Неподалеку стоял старый автомобиль, сошедший с заводского конвейера лет так двадцать пять назад. При виде богатея из развалюхи вылез пожилой мужчина лет шестидесяти, но еще бодрый и энергичный. Молодой усмехнулся, видя, как тот хлопает дверью машины, пытаясь ее закрыть, и направился медленно к старику.
   Тот был не один, с пассажирского сидения приближающегося мужчину хмуро исподлобья разглядывал крепкий парень с коротким ежиком русых волос. Повинуясь жесту старика, он вышел из автомобиля, но не сделал ни шага вперед.
   Владелец развалюхи, наконец, справился с непослушной дверью и повернулся к подошедшему.
   - Я удивляюсь, как вы на ней ездите, Сергей Константинович, - усмехнулся Марк, кивая в сторону машины.
   Мужчина неприязненно окинул взглядом представительский лимузин вампира и ответил:
   - Предпочитаю доверять тем машинам, которые могу починить сам. Доброе утро, господин понтифик.
   Вампир кивнул головой в приветствии и выразительно посмотрел на юношу рядом с ним.
   - Михаил, - представил маг своего спутника, - Мой ученик.
   Понтифик удивленно поднял брови.
   - А мне казалось, что вы покончили с обучением неофитов.
   Мужчина непонятно пожал плечами.
   - Михаил сам пришел ко мне.
   Понтифик смерил взглядом нового ученика бывшего священника.
   - И что же вас сподвигло на этот шаг, молодой человек? - тон понтифика был учтив и вежлив, но чувствовалось, что вампиру до этого нет никакого дела. Он лишь вел светскую беседу ни о чем.
   Михаил переглянулся с Сергеем Константиновичем, как будто спрашивая у того разрешения на ответ, и, чуть помолчав, проговорил,
   - Один из ваших ... людей... он девушку мою увел.
   Марк сочувственно кивнул головой и поднял глаза к небу, разглядывая белые облака.
   Как же все прозаично в этой жизни и предсказуемо. У смертных только и проблем, что кто-то кому-то изменил или кого-либо бросил.
   - И убил, - добавил, чуть погодя, ученик мага.
   А это уже интересней!
   Понтифик снова обратил свое внимание на неофита.
   - Моим личным приказом смертных убивать запрещено. Скажите мне, молодой человек, кто именно это сделал, и я разберусь.
   Михаил глянул на вампира с вызовом.
   - Я не знаю его имени. Молодой парень, дохляк смазливый! - он сплюнул сквозь зубы, за что получил недовольный взгляд от своего наставника.
   - А вы уверены, что именно он убил вашу девушку?
   - По- другому это не назовешь. Мила больше домой не возвращалась и пропустила последние два экзамена.
   Мила?
   "Мда,- досадливо поморщился Марк, - Знал ведь, что проблем с этой девчонкой не оберешься".
   Он перевел нахмуренный взгляд на учителя неофита.
   - Сказали бы мне раньше, Сергей Константинович..., - он осуждающе покачал головой, и снова повернулся к Михаилу, - Могу вас заверить, молодой человек, что ваша знакомая жива... относительно, конечно.
   Сергей Константинович грустно кивнул головой.
   - Да, мы знаем. Девушку, к сожалению, уже не вернуть, а Миша очень уж хотел узнать всю правду. И отомстить за несчастную.
   - И сейчас хочу! - вызверился Михаил, - Учитель сказал мне, что с ней стало! Вы... Вы же убили ее, на самом деле убили! То, что ваш этот... это не жизнь!
   Марк оценивающе рассмотрел фигуру ученика:
   - Филипп не обращал Милу, это сделал совсем другой вампир. Но вы слишком слабы, Михаил, чтобы бороться с ним на равных. Он во много раз сильнее.
   - Ничего, я выучусь, - пообещал тот.
   - Что ж, удачи!
   Решив, что разговор потерял для него интерес, понтифик повернулся к дому, рядом с которым они разговаривали. Постоял пару секунд в молчании, как будто собираясь с мыслями, и шагнул вперед.
   Следом за ним двинулся и маг, замыкал небольшую цепочку Михаил.
   Сергей Константинович шел сразу за вампиром и думал, как же много изменил тот странный день. А все она - Ветрова Алина, любовница... нет, любимая женщина древнего вампира, что шел впереди. Смертная, на которую сам Сергей, будучи тогда молодым и наивным идеалистом, поставил второпях все известные ему блоки, лишь бы защитить ребенка от смертельной опасности.
   Может, действительно не стоило лезть со своими принципами, а надо было позволить уничтожить столь опасного младенца? Ведь четвертая ткущая в роду, потомок самого Циклаури!
   Но она была всего лишь ребенком, шестимесячным маленьким существом.
   Был ли он тогда прав? Знал ли он, к чему все это в итоге приведет?
   Создать новую реальность в солнечный июньский день, Алина, сама того не ведая, изменила жизнь очень многим людям. И бывший теперь отец Сергий в том числе. Он неожиданно отрекся от сана, от своего Ордена и прежней жизни. По его вине женщина стала тем, против чего он старался бороться, его Орден, организация, в которую он вложил столько сил, перешла от борьбы словом к борьбе действием, в которой погибли сотни простых, ни в чем не повинных людей. И в этом всем отец Сергий, а теперь просто Сергей Константинович, винил только себя. Он не смог, не уберег, не удержал.
   Орден предлагал ему вернуться и снова занять высокий пост. Сергей Константинович отказался. Не хотел снова руководить теми, кто однажды уже нарушили данные ему обеты и обещания. И считал, что не имеет больше на это права.
   И именно поэтому он снова взял в обучение неофита. Михаил Прохоров, тот самый парень, что одним ранним утром мялся у ворот его церкви, не зная, входить или нет, спросить или нет. У него оказался очень слабый уровень магических способностей, но он был упорен в учебе и стремился всеми силами оправдать доверие учителя.
   Сергий отказался и от сана, так как лично обратил невинную женщину в почти вампира. В гемофага. Алину, девочку, за которую он был в ответе с самого ее младенчества. И именно поэтому бывший священник теперь наравне с вампиром пытался найти способ спасения Алины от Отката.
   ...
   Ведьма ждала гостей, прислонившись к косяку и сложив руки на груди. Одетая в старый замызганный халат, под которым виднелись черные шерстяные рейтузы и тапочки на босу ногу, она окинула взглядом гостей: старого мага - уважительно, Михаила - безразлично, а Марка - хмуро и недовольно. Чуть пожевав губами, как будто раздумывая, стоит ли пускать, коротко кивнула головой, приглашая идти за собой. По длинному, заставленному барахлом, коридору, в самую дальнюю комнату, мимо закрытых дверей, за которыми слышалась едва заметная жизнь. Все обитатели этой хибары знали, кто именно пришел в гости, и старались вести себя как можно тише.
   В комнате стоял круглый стол под красной бархатной скатертью и четыре стула, у стены древний шкаф с книгами, накренившийся на правую сторону как Пизанская башня, на окне висели старые цветастые занавески и стояли два горшка с кактусами.
   - Прежде чем мы начнем разговор..., - Сергей сделал жест в сторону своего ученика. Михаил все понял без дополнительных инструкций. Коротко кивнул учителю, закрыл глаза, раскинул руки и сконцентрировался.
   Ведьма удивленно хмыкнула, но все - таки проверила плотность наложенного аркана. "Ясность сознания" стояла ровным, хоть и небольшим куполом, без рваных границ и тонких участков. Четкая работа, точная и правильная. Теперь их никто не мог подслушать.
   Она обратила внимание на вампира, понимая, что главный в этой троице сегодня он.
   - Чего ты хочешь, упырь? - ни грамма почтительности и уважения в голосе ведьмы не слышалось.
   Марк внутренне покоробился таким обращением, но внешне никак не показал. Главное не форма, а суть, по крайней мере, сейчас.
   - Мне нужно знать, как избавить ткущего от Отката.
   Ведьма цинично усмехнулась.
   - Девку свою спасти хочешь? - и, не дожидаясь ответа, продолжила, - Кого ж еще-то? Ее, родимую.
   Задумалась, зло глянула исподлобья на гостя.
   - Да, натворила она делов, натворила, - тихо произнесла она, вперив в понтифика злобный взгляд, - Ты, что ли, заставил?
   Марк нахмурился.
   - Нет, - он сухо ответил,- Это было ее личное желание.
   Старуха недовольно вскинулась.
   - Личное? Из-за этого ее личного у меня все коровы сдохли, а внучка моей соседки в институт не поступила! Кто мне за коров моих заплатит, а?
   В разговор вступил маг.
   - Аграфена, ты обещала, что сможешь помочь, так помоги человеку! - Сергей Константинович перебил ее возмущение. Сидящий рядом с ним Михаил молча наблюдал за происходящим.
   - Так-то человеку! - перекинулась она на бывшего священника, - А ты мне упыря притащил! А ведь знаешь, что я с ними...
   - Есть все-таки такая возможность или я зря приехал? - холодно перебил ее понтифик.
   Ведьма зыркнула на вампира, как будто раздумывая, сказать честно или отправить восвояси ни с чем.
   - Есть такая возможность, есть! - недовольно процедила она сквозь зубы, - Знаю, где найти нужную тебе информацию.
   Марк облегченно выдохнул. Не зря все-таки приехал!
   - Но ты мне за нее заплатишь, упырь, - ведьма уперла палец в стол и несколько раз постучала им по дереву, - Хорошо заплатишь!
   - Что хочешь за заказ?
   Ведьма удивленно глянула на вампира.
   - Денег конечно. Чего же еще?
   - Сколько?
   Ведьма оценивающе уставилась на вампира. Подумала, посчитала что-то на пальцах.
   - Десять миллионов.
   - Ты совсем сдурела, старая грымза!- вскинулся Сергей Константинович, - Да за такие деньги можно всю твою нищую деревню скупить! Где доказательства, что способ есть? Мы все перерыли, нет ничего такого!
   Маг знал, что говорил. За прошедшие со дня изменения Линой будущего, они с понтификом обыскали все возможные архивы и опросили всех, кого могли. Так ничего и не найдя, мужчины уже почти отчаялись, но Сергей Константинович вспомнил об Аграфене, старой и прожженной торговке редким и нелегальным товаром в мире магов и вампиров. Если и был способ помочь любовнице понтифика, то найти его могла только старая ведьма.
   - Способ есть! - твердо произнесла Аграфена, - И он стоит десять миллионов. Но пока я не получу денег, большего ты от меня не услышишь.
   - Согласен,- понтифик даже не задумался над этой цифрой.
   Что для него деньги, когда на другой чаше весов долгая и счастливая жизнь с Линой.
   - Но это еще не все, - качнула головой Аграфена.
   Марк откинулся на стуле, ожидая продолжения.
   - Мне нужно пол-литра твоей крови.
   Эта просьба оказалась более неожиданной. Вампир нахмурился и подозрительно уставился на ведьму.
   Бывший священник гневно дернул головой и начал было снова спорить со старухой. Договаривался с ведьмой именно он, и, хоть он умолчал о том, кому именно нужен такой редкий товар, Аграфена четко дала ему понять, что в оплату потребует именно деньги. Ни драгоценности, ни имущество, ни какую-то услугу. Только деньги. То, что она решила изменить условия сделки, ему не понравилось.
   Вампир оборвал его возмущение одним вопросом.
   - Зачем тебе моя кровь, ведьма?
   Аграфена цинично улыбнулась и ласково проговорила:
   - Она, красавчик, дорогого стоит. Кровь высшего, древнего! Я смогу выгодно продать ее, - и чуть помолчав, добавила,- А может, и сама использую. Мало ли, в хозяйстве пригодится!
   - Если моей женщине хоть ...
   - Тю... - махнула на него рукой Аграфена, - Кому сдалась твоя девка-то?
   - Тогда зачем тебе моя кровь?
   - Надо, - жестко перебила его торговка, - Готов платить -- плати, не готов -- мы с тобой ни о чем не разговаривали, понял?
   ...
   Даже прозвеневший звонок с урока, заслышав который, дети подняли шумный гвалт, не смог привести девушку в чувство. Она сидела, ошарашенная услышанным, и молча переводила взгляд с доски, где была начерчена схема видов менталов, на ребят, что подходили к куратору и спрашивали про домашнее задание, оценки по проверочным и прочую обычную школьную дребедень. Попрощавшись с последним учеником, Алексей подошел к Лизе и сел рядом на опустевший стул. Окинул ее долгим пристальным взглядом и улыбнулся.
   Девушка ему нравилась, она не только была красива тонкой, изящной красотой, но в ней серьезность перемежалась с юмором, а ум сочетался с рассудительностью.
   - Удивлены?
   Лиза молча перевела на него взгляд.
   - Не то слово!
   Он усмехнулся.
   - Теперь вы понимаете, почему мы проводим такой строгий отбор учителей в наши школы?
   Девушка коротко кивнула. Да уж, представить реакцию той же учительницы литературы из родной школы можно легко.
   - Может быть, вы хотите посмотреть подробнее?.
   - Неужели у вас есть и мантикора в местном зверинце? - не сдержав ехидства, уточнила Лиза, переведя взгляд на куратора. Ей все-таки требовалось время, чтобы переварить все узнанное.
   - Нет, - усмехнулся Алексей, - Мантикор, к сожалению, нет. А вот на практическое занятие я вас хочу пригласить.
   - И кто практикует?
   Алексей бросил взгляд на часы, затем на календарь на стене.
   - Если не ошибаюсь -- одиннадцатый "А", это стихийники.
   Он подал Лизе руку.
   ...
   - Почему именно выпускники? - поинтересовалась Лиза, пока куратор вел ее вниз по лестнице на первый этаж.
   Была перемена и в коридоры из классных комнат высыпали ученики. При виде куратора ребята останавливались и здоровались с ним и его спутницей.
   - Остальные еще слишком необученные, есть шанс пострадать, - ответил он, кивком головы отвечая на очередное приветствие, - В пансионе все ученики обязательно заблокированы, чтобы не было лишних травм, а снимает блоки лишь маг-практик, когда дети приходят к ней на уроки для отработки навыков.
   - Менталы тоже заблокированы?
   - Да, - коротко подтвердил Алексей и открыл дверь во второй спортзал.
   Теперь девушке стало понятно, зачем этой небольшой по количеству учеников школе два спортивных зала. Первый использовался по назначению, в нем ребята действительно занимались спортом, а вот второй зал -- без окон, наглухо закрытый в железные щиты, был своего рода испытательным полигоном для юных магов и менталов. В самом конце зала стояли парты в два ряда и классная доска, на которой была расчерченная мелом таблица.
   Преподавателем практики выступала стройная, худощавая женщина лет сорока пяти, с коротко остриженными каштановыми волосами и едва заметным шрамом вдоль щеки. Черный комбинезон идеально сидел на ее сухопарой фигуре.
   - Ольга Викторовна, добрый день. Вы позволите поприсутствовать на вашем уроке?
   Женщина нахмурилась.
   - А Елизавета Сергеевна в курсе? - она многозначительно подняла правую бровь.
   - Абсолютно в курсе, не переживайте, - с обезоруживающей улыбкой уверил ее куратор и пропустил Лизу вперед.
   Класс из десяти юношей выстроился в один ряд. Кое-кто из ребят косил взглядом на молоденькую симпатичную учительницу, старательно делая вид, что он полностью во внимании к словам учительницы.
   Ольга Викторовна прошла к доске и взяла в руки мел.
   - Класс, сегодня мы будет отрабатывать боевые заклинания! Ваша задача в конце урока суметь выполнить связку "Проклятие стихий" и заклинание вашей специализации третьего уровня. Внимание на доску!
   Лиза удивленно выгнула бровь, но Алексей показал слушать и смотреть молча.
   Учительница начала рисовать какие-то символы, попутно объясняя, что каждый из них означает.
   - А вы говорили, что у вас работают только молодые учителя! - шепнула Лиза куратору почти на ухо. Приезжая в пансион всего два дня в неделю, она редко сталкивалась с большинством коллег, а с некоторыми, как например эта учительница, вообще никогда.
   - Я говорил, что мы приглашаем на работу молодых, тех, кому проще принять необычность реальной жизни. Ольга Викторовна работает у нас уже почти двадцать лет, - Алексей ответил так же тихо и жестом показал девушке на ребят.
   Ученики уже перешли к практике.
   Первый, второй, третий стали испытывать полученные знания. Ребята выходили по одному в центр зала, четко произносили слова заклинания и рисовали в воздухе какие-то узоры. Первый ученик вызвал вихрь урагана, с силой ударившего в стену перед ним. Инерция движущегося воздуха разошлась по периметру и, порядком ослабев, достигла стоящих у самых дверей куратора с Лизой, взметнув челку девушки вверх. Второй ударил в многострадальную стену огненным вихрем, пахнувшим жаром, а третий - водяной волной, до наблюдателей донеслись ее брызги.
   - Стоп! - резко метнулась к четвертому учительница, он почти закончил рисовать фигуры, - Павлов, ты с ума сошел? Почему "Земной шок" у тебя четвертого уровня, а не третьего? Решил тут всех размазать по периметру?
   Пара жестов, аркан отмены и Миша Павлов ушел в конец строя, ждать своей следующей очереди.
   - Сережа, четче выстраивай связку, она провисает! - последовал комментарий следующему ученику. Он повторил аркан "Проклятия", вплел в самый конец пару символов и в противоположную стену с мишенью ударила еще одна жаркая струя огня.
   - Молодец, - одобрила его практик, - Вот теперь все правильно сделал.
   Следующий оказался магом воды и затушил пылающую стену зала кристально чистым водопадом.
   Ребята сменяли друг друга, отрабатывая связку двух заклинаний, Ольга Викторовна внимательно следила за ними, время от времени либо отправляя кого-то из них в конец очереди, либо поправляя собственными комментариями проводимый опыт.
   Для Лизы это все представляло собой феерию сменяющих друг друга стихий. Маг-практик выставляла мальчишек в определенном порядке, четко следя, чтобы вслед за огневиком шел маг воды, а мага земли сменял маг воздуха.
   - А есть маги, которые соединяют в себе все четыре стихии? - опять шепотом спросила она, хотя в шуме работающих учеников, можно не бояться, что их подслушают.
   - Есть, но такие редко бывают. Для этого необходимо все стихии чувствовать одинаково, а это слишком сложно.
   Когда прозвенел звонок, слышимый даже сквозь рев очередного "Ливня огня", Лиза вздрогнула. Она настолько увлеклась происходящим действием, что совершенно забыла, где она находится.
   - Если хотите, приходите ко мне в кабинет после уроков, я вам все более детально расскажу, - пригласил куратор девушку, с улыбкой глядя, как она озирается вокруг, пытаясь сопоставить видимые только что буйства стихий и обычный школьный спортивный зал.
   И кто откажется от такого предложения?
   ...
   История, рассказанная Алексеем, полностью переворачивала привычный уклад девушки.
   Оказывается, то, о чем она с таким удовольствием читала в книгах, есть на самом деле.
   Настоящая магия!
   Алексей объяснил Лизе, что маги существовали испокон веков. Где-то они назывались друидами и им молились едва ли не как богам, где-то - ведьмами и колдунами, и сжигались на кострах. А где-то такие люди почитались, как необычно одаренные и пользовались большим уважением. Ей не надо было объяснять, она как историк прекрасно знала об этом, правда, до сегодняшнего дня была убеждена, что на самом деле все маги и колдуны - лишь следствие суеверий и мракобесия по незнанию, а иной раз и по злому умыслу.
   Как оказалось, Лиза была неправа.
   Маги в современном мире были плотно вплетены в социум. У них даже существовала собственная организация, называемая Гильдией нейтралов. Почему - нейтралов, Алексей объяснил просто: Гильдия не ввязывается ни в какие войны и старается держаться как можно дальше от любых конфликтов, будь то военные, политические, экономические, социальные. Единственный повод для нейтралов активно выступить - это нападение на членов организации.
   Поэтому, в Гильдии, несмотря на пропагандируемые принципы, все обязаны иметь боевые навыки, действуя по принципу "кто предупрежден, тот вооружен".
   - Каждый талант принадлежит какому-то определенному аспекту, методу, по которому он использует данные ему силы. - рассказывал куратор, - Магия - аспект внешней направленности, маги всегда используют силу на внешние объекты, они не могут заколдовать сами себя.
   - А что это за Проклятия, о которых вы спрашивали ребят? - поинтересовалась Лиза.
   Алексей усмехнулся.
   - Каждый талант, будь он чересчур развит, несет в себе разрушительную черту, мы называем ее Проклятием. У простых людей гениальный художник или композитор зачастую предстают как сумасшедший, а чересчур ушедшие в работу или свою науку - трудоголиками, что бывает пострашней болезни.
   Лиза припомнила.
   - И менталы становятся сумасшедшими?
   - Да, верно. Менталы это маги, у которых сильнее всего развит аспект разума, их таланты напрямую завязаны на работу мозга, его тайных способностей.
   - Телепатия...?
   - Телекинез, пирокинез, биолокаторы и медиумы, вы правильно поняли. Это задействует те участки мозга, что обычному человеку недоступны. Внешние же маги используют именно ресурсы окружающего мира, например стихии или природу, деревья, животных, - и, с улыбкой наблюдая за изумлением девушки, подтвердил, - Да, да, и такие тоже есть.
   Лиза в ответ улыбнулась, не сводя с Алексея восторженных глаз. Совершенно неожиданно для себя попав в такую удивительную историю, девушка ловила каждое произнесенное куратором слово. Она чувствовала себя маленьким ребенком, которого привели в гости к Деду Морозу.
   - А вы кто? Простой человек или...? - она слегка поводила перед собой пальчиками, имитируя рисование магического символа.
   - Именно, - он со смехом повторил за ней движение рук, - Я - маг, Лиза, стихийный маг.
   - Воздух? Вода? - решила уточнить его специализацию девушка.
   - Именно, что стихийный, - довольный чему-то улыбнулся Алексей, - Все четыре стихии.
   Лиза уважительно промолчала. Все больше и больше интересного!
   - А вы, маги, у вас какое проклятие?
   - Маги стремятся к увеличению собственных способностей.
   Она улыбнулась, не понимая.
   - Разве это не логично?
   - Логично, - посерьезнел Алексей, - Только в том случае, если человек не пытается поднять слона. А маг - превзойти свой максимальный уровень.
   - Все равно, не очень понимаю, чем это может быть плохо, - пожала плечами девушка.
   - Искренне надеюсь, Лиза, что вам не доведется увидеть мага, который выжег свой талант. Поверьте мне, не самое приятное зрелище, - мрачно заверил девушку куратор.
   Она пригляделась к Алексею. Если он так говорит...
   Мужчина был хмурым, словно вспомнил что-то очень неприятное и грустное. Наверное, ему такое довелось увидеть не единожды.
   - Ну, а еще какие есть аспекты? - девушка перевела тему разговора в более интересное для нее русло, - Я слышала на уроке только про два - внешняя магия и разумная.
   - Еще только один, но мы его не изучаем. Аспект внутренней магии, - чуть помолчав, ответил куратор, - В этом случае все таланты мага сосредоточены на усилении его личных способностей - он становится сильнее, выносливей, быстрее, его практически невозможно убить. У них нет каких-то особых талантов, чаще всего нет, - поправился он, - Но все внутренние ресурсы организма увеличены в десятки раз по сравнению с обычными людьми.
   - И какое же Проклятие у этого аспекта?
   - Внутренняя магия, Лиза, уничтожает энергию самого человека, своего носителя, поэтому маги этого аспекта ее восстанавливают, забирая у других.
   Алексей вперил в девушку тяжелый взгляд и словами подтвердил то, о чем она только что и сама догадалась.
   - Они пьют кровь, Лиза. Таких магов принято называть вампирами.
   ...
   Выходили из школы они вместе. Лизе совершенно не хотелось расставаться с мужчиной, который открыл для нее такой удивительный, чудесный мир, полный волшебства и сказки. Алексей же, видя ее воодушевление, предложил пройтись пешком до метро, благо разгулявшаяся сентябрьская погодка позволяла.
   - Скажите, а как можно стать магом или ... вампиром?
   Проклятие менталов ее как-то отвратило от аспекта разума, становиться сумасшедшей девушке не хотелось.
   Он задумался на мгновение.
   - Вампирами становятся при обращении. Наш московский клан ввел у себя жесткие законы этой процедуры, чтобы в клан не попадали все, кому не лень. Но и не каждый смертный может стать вампиром. Например, урожденным менталам и магам дорога туда закрыта, мы не выдерживаем обращения.
   - Почему?
   - Аспекты разных типов не сочетаются в одном человеке, - категорично ответил ей куратор, но вспомнив о чем-то, поправился, - По крайней мере, до недавнего времени это было именно так.
   - Ну а магом?
   - Чаще всего это врожденный талант. Точнее, - поправился куратор, - Это всегда врожденное, вы не можете купить книгу заклинаний и сразу научится двигать горы. А вот проявляется он сразу не всегда.
   - Например? - Лиза даже развернулась спиной к дороге, чтобы лучше видеть мужчину.
   - У кого-то талант просыпается в младенчестве, таких, правда, большинство. У кого-то в переходный период, ну знаете, лет так в двенадцать-четырнадцать..., - Алексей медленно шел по тротуару, следя, чтобы девушка не споткнулась.
   Лиза часто закивала головой, ловя каждое слово мужчины.
   - Ну, а кто-то становится активным после серьезного происшествия, сильного, можно даже сказать, смертельного удара, морального или физического. Но способности к этому аспекту должны быть обязательно.
   Девушка задумалась.
   - А как выяснить, есть ли они у человека?
   Алексей лукаво улыбнулся:
   - Хотите узнать, есть ли такие у вас?
   Лиза весело и чуть извиняюще глянула на него.
   - Было бы, наверное, неплохо... А можно?
   - А давайте прямо сейчас и проверим! Нам только понадобится..., - он огляделся, - Ага, вот!
   Алексей подошел к ближайшему киоску и купил небольшую бутылочку минеральной воды без газа. Шутливым поклоном пригласил Лизу следовать за собой и направился к ближайшему дому. Там, положив свой дипломат на лавочку, он указал девушке, где встать, и окропил водой вокруг нее круг. Прочитал пару непонятных слов, сделал жест рукой, как будто стряхивал что-то на асфальт. Лиза с восторгом следила за его действиями, втихаря ожидая треска молний и яркого света, но Алексей разочарованно развел руками.
   - Увы, Лиза, вы совершенно обычный человек. К моему глубочайшему сожалению, либо у вас нет вообще никакого таланта к аспектам, либо он настолько слаб, что даже не определяется поиском.
   - Ну что ж, - она криво улыбнулась, стараясь не показать своего разочарования, - Значит не судьба! Ничего страшного, тогда я буду с удовольствием наблюдать за окружающими!
   ...
   Гостиная была ярко освещена. Лина давно взяла за правило включать свет, дожидаясь прихода мужчины, показывая, что дома его ждут. Марк вбежал по ступенькам, распахнул дверь и сразу же сжал девушку в объятиях. Она как всегда встречала его у входа.
   - Скучала?
   - Вообще или по тебе лично? - и ехидный взгляд любимых глаз из-под густых ресниц.
   Понтифик обнял девушку одной рукой и прошел в гостиную, уселся рядом с ней на диван.
   - Разумеется, по мне, - он улыбнулся в ответ.
   Лина сморщила нос и капризно протянула:
   - Да как тебе сказать? Не совсем, чтобы и скучала..., - затем прыснула со смеху, видя его поднятую в удивлении бровь, - Ой, Марк, ну ты такие вопросы задаешь! Разумеется, скучала!
   Разговоры о прошедшем дне, затем поздний ужин, во время которого девушка ела, а понтифик с удовольствием наблюдал за ней, попивая красное вино, затем легкая прогулка по ночным улицам Москвы...
   Марк расстегнул рубашку и сбросил ее на пол, утром Софи все равно подберет. Взял со стола нож, уселся на кровать рядом с Линой. Сделал небольшой надрез и протянул запястье с выступающей густой кровью девушке. Она пристально посмотрела ему в глаза и медленно, с будоражащей улыбкой, опустила голову к его руке, вбирая губами кровь понтифика. Зажмурилась, глубоко вздохнула от удовольствия, ощущая, как прохладная жидкость прошла по горлу. Кровь Марка была для нее сладким нектаром, божественной амброзией, которую хотелось пить, пить и пить. Но девушке для нормального самочувствия было достаточно одного маленького глоточка, и, хоть очень хотелось продолжить, она нехотя оторвалась.
   Один раз она провела эксперимент, проведя двое суток без кровавого наркотика. Ту боль, ломающую кости, повторять больше не собиралась. Как и скандал, что ей устроил понтифик, когда девушка пришла в себя.
   Лина приподнялась и ласково дотронулась губами до его губ, благодаря за кровь. Марк слегка улыбнулся, сжал зажившей рукой ее волосы и впился ответным, обжигающим страстью, поцелуем, другой рукой заставляя девушку обнять себя.
   Уже поздно ночью, выбравшись из объятий спящей любимой, мужчина накинул халат и направился в свой кабинет. Включил там свет, дотронулся до клавиатуры, выводя компьютер из спящего режима. Запустил интернет-банк и достал из внутреннего ящика стола небольшой листок бумаги, на котором был написан расчетный счет для денежного перевода.
   - Марк? - дверь приоткрылась. В дверном проходе стояла сонная Лина, накинувшая его рубашку на голое тело. Понтифик по привычке посмотрел вниз.
   - Ты опять босиком, радость моя? - он вышел из-за стола, - Простудишься!
   - Марк, ответь честно, ты ищешь способ спасти меня от Отката? - Лина была совершенно серьезна. Она прошла в кабинет, обойдя мужчину, и пригляделась к монитору компьютера.
   Мужчина вздохнул. Все равно рано или поздно об этом пришлось бы говорить.
   - Да, родная, я пытаюсь найти такой способ.
   Лина грустно улыбнулась ему:
   - Ты прекрасно знаешь, что его нет.
   - Есть. Я надеюсь, что есть.
   - Ты именно за него сейчас заплатил?
   Марк молча кивнул.
   Девушка вздохнула и слегка улыбнулась:
   - Что ж, попытка не пытка, и если ты прав...!
   - Разумеется, я прав! - он старался говорить с убежденностью, которой сам, впрочем, не испытывал.
   Лина покачала головой:
   - Пойдем спать, родной! Рассвет скоро!
   ...
   Полночь. Время, когда маргиналы и отбросы общества вышли из своих дневных укрытий на ночной промысел, когда в темных переулках лучше законопослушным гражданам не появляться. Мрачное время, жуткое.
   Гюнтер сидел в самом темном углу дешевой забегаловки Бухареста и обдумывал свое безрадостное будущее. Без клана, без поддержки наставника и семьи, без чьей-либо помощи. Совершенно один, бездомный, бессемейный. Сам за себя.
   Конечно, он примкнул к одной из группировок бродяжников, но постоянные разборки между собой, постоянная борьба за лидерство его утомили уже в первые недели пребывания у них. Гюнтер не вмешивался. Пара озлобленных, ожесточенных драк доказали остальным в группе, клане, как называл ее лидер, что вожаком он быть не собирался и от него постепенно отстали, стараясь не дергать по пустякам этого мрачного неразговорчивого вампира.
   Парень отпил пива из высокого стакана и огляделся. В этом пропахшем алкоголем, куревом и застарелым потом, заведении, где дым дешевых сигарет висел плотным туманом, а спонтанно возникающие драки сотрясали воздух воплями и звуками ударов, он сидел уже довольно долго, часа три, не меньше.
   И пытался разобраться, что же происходит с ним.
   Именно сейчас его беспокоило осознание того, что дикое, безумное, неутолимое желание обладать Линой внезапно сменилось обратно на то полудружеское-полубратское чувство, что он испытывал к девушке в первые дни знакомства. Никакого сумасшествия, никакого желания обладать, ничего подобного к ней он уже не испытывал. Он больше не хотел Лину, он не видел в ней редкого существа и единственной женщины, без которой само его существование превращалось в пытку. Гюнтер никак не мог вспомнить, когда его покровительственное отношение к девушке, как к маленькой сестренке, вдруг сменилось на удушающую жажду обладания, становясь с каждым днем все сильнее и сильнее, затмевая собой все вокруг. В последние дни до похищения он был словно в полу-бреду, не думая ни о чем, кроме девушки. И Гюнтер не понимал, что за сумасшествие на него нашло в тот памятный день в подмосковной хибаре, и старался его не вспоминать. Для собственной психики так будет проще.
   Но сейчас этого безумия больше не было и парень страстно хотел понять - почему?
   Рядом с его столиком остановился смутно различимый силуэт.
   Гюнтер не приглядывался, мало ли кому захотелось постоять.
   - Рейнхарт? - хрипло уточнил у него силуэт.
   Немец лениво посмотрел вверх и ничего не ответил, ожидая следующей реплики от незнакомца. Тот не стал переспрашивать, а просто развернул стул к себе и уселся на него верхом, положив руки на спинку.
   - Я искал тебя.
   Гюнтер все так же молчал. Неподалеку раздался чей-то пьяный окрик и громкий вульгарный женский хохот. Мужчина обернулся, разглядывая пристально происходящее, но затем снова обратил свое внимание на сидящего перед ним вампира.
   - Ты в курсе, что тебя разыскивают? И хорошие деньги дают?
   Снова молчание.
   - Ты дорого стоишь, Гюнтер Рейнхарт. Очень дорого. Пятьдесят миллионов.
   Парень нехорошо усмехнулся:
   - Если тебе нужны деньги, то ты пришел не по тому адресу. - Гюнтер дотянулся до стакана с пивом и отхлебнул большой глоток, - Тебе прямиком в Москву надо.
   Незнакомец хмыкнул.
   - Не в твоем положении, щенок, чтобы хамить!
   Гюнтер гневно уставился на мужчину.
   Невысокий, плотный, чувствуется затаенная сила. Большая голова, высокий лоб, крючковатый нос и тонкие губы. Кожаная черная байкерская куртка, под ней клетчатая рубашка, в расстегнутом вороте которой видна футболка. Странная внешность, но такую не забудешь.
   - Чего ты хочешь? - грубо, но уже без выпада поинтересовался у пришельца немец.
   Мужчина оглянулся назад, проверяя, не подслушивает ли кто, и наклонился к Гюнтеру.
   - Я могу помочь твоей проблеме, - проникновенно он сказал.
   Парень зло усмехнулся. Нашелся помощничек!
   - Неужели перебьешь цену понтифика?
   Крючконосый хмыкнул, оценив шутку.
   - Нет. Столько денег у меня нет. Но я и не о твоем розыске говорю, - и прошептал так тихо, что Гюнтер его еле услышал, - Я знаю, почему ты напал на его инициала!
   ...
   В школе стояла тишина, лишь изредка нарушаемая чьими-то шагами. Либо уборщица пройдет в свою каморку рядом с лестницей, либо кто-то из учеников с тряпкой для доски пронесется до туалетной раковины и мигом обратно.
   Лишь со звонком на перемену коридоры заполнились детьми и взрослыми, а тишина была безжалостно уничтожена гвалтом.
   В учительскую входили освободившиеся от уроков учителя. Сгружали на стол посреди комнаты свои учебники, тетради, пособия, рылись в шкафах вдоль стены, доставая кто- сумку, кто другие учебники, кто-то включил кипятиться чайник.
   - Светочка, вы как раз мне и нужны! - учительница истории, пожилая Инга Альбертовна замахала рукой, подзывая к себе вошедшую женщину, - Я не смогу завтра выйти на работу, переставьте мне часы, пожалуйста, на пятницу.
   Светлана пораженно остановилась.
   - У вас завтра девять часов, Инга Альбертовна! Кого ж я на классы-то поставлю?
   - На Лизу, - с готовностью ответила ей историчка, поправляя очки, висящие на цепочке, - у нее как раз завтра свободный день, вот и...
   - Лиза не может по четвергам, она работает, - категорично мотнула головой учительница.
   - Где это она работает?
   В учительской притихли. Никто не слышал, чтобы кто-то из коллектива подрабатывал на стороне. Интересная новость!
   - В каком-то частном пансионе, ее Васильич туда пристроил, - Светлана подошла к шкафу с классными журналами и начала разбираться в нем, - Опять все перепутали! Ну, неужели так сложно ставить журналы на свои места!?
   - Погоди, Свет, я не поняла! - Инга Альбертовна даже встала из-за стола и подошла к учительнице, - Что значит работает? В каком это частном пансионе?
   ...
   Мальчишка вскрыл письмо острым ножом для бумаг и быстро пробежался по тексту. Зло прошептал ругательство, смял листок и хотел было выбросить в урну, но передумал и положил на стол.
   Не получилось!
   Не сказать, что он этого не ожидал, предсказать подобный итог можно было и без провидцев, но все-таки он надеялся на другой ответ. Что ж, хорошо. Не мытьем, так катанием, кажется, так говорят?
   - Головастик! - позвал он.
   В кабинет вошел невысокий полноватый мужчина лет тридцати пяти и поклонился. Владимир искоса оглядел его внешний вид и недовольно нахмурился. Адам был в клетчатой темно-синей рубашке и кожаных штанах ,как заправский байкер.
   Господарю не нравилась любовь ученика к мотоциклам, но он снисходительно терпел ее.
   - Адриан уже тут?
   - Да, учитель. Ждет в прихожей.
   - Зови
   В кабинет вошел хрупкий стройный парень, удивительно гибкий и пластичный. Красивый до такой степени, что будь каштановые кудри чуть подлиннее, а в районе груди чуть больше объема, его можно было бы принять за девушку. С очаровательными зелеными глазами и пухлыми губками.
   Одет он был в легкую ветровку, наглухо застегнутую, и черные джинсы, на ногах тяжелые кроссовки.
   Адриан слегка склонился в поклоне перед господарем, метнув злой взгляд Головастику, откровенно над ним насмехающемуся.
   Владимир окинул вошедшего неприязненным взглядом. Он не любил отбросы вампирского общества, но порой без них никуда.
   - Надеюсь, как мы и договаривались, ты освободил время для выполнения моего заказа?
   - Да, господин, - ответил Адриан. Его голос был чуть выше, чем это приличествовало мужчине, что вызвало новую насмешку ученика господаря, - Я и мой клан полностью готовы перейти в твое распоряжение.
   Клан!
   Владимир презрительно скривил губы, но так, чтобы Адриан не увидел. Стайка из двенадцати бродяжников уже называется кланом!
   - Хорошо, - кивнул господарь, - Ваша задача - привезти мне гемофага Росси.
   Адриан удивленно поднял брови и качнул головой с недовольством.
   - Мы изучили предмет сделки, господарь, гемофаг находится под круглосуточной охраной. Понтифик выделил для нее лучших телохранителей.
   - И что? - удивился Владимир, - Это вас как-то остановит? Помнится, в свое время вы выкрали даже турецкого султана.
   - Османского, - поправил его Адриан, - Он должен был нам денег.
   - И как? Отдал? - невольно заинтересовался господарь.
   Адриан в ответ лишь мягко и многозначительно улыбнулся.
   - Тогда что вас останавливаем в краже обычной смертной женщины?
   - Скажем так, - замялся Адриан, - Ее положение делает нашу задачу несколько... хм, более сложной, чем обычно.
   Терять хороший заказ ему не хотелось, платил господарь баснословно, но и подставлять свой небольшой клан под удар разъяренного понтифика было тоже неприятно.
   - Тебе нужно больше денег?
   - Мне нужно больше помощи. Один я, даже с деньгами, не смогу решить некоторые проблемы.
   - Например?
   Господарь был готов к тому, что часть проблем придется решать самому. Он прекрасно понимал, что у маленького клана бродяжников банально нет возможностей предусмотреть все варианты и продумать все детали такого сложного дела.
   - Например, как вытащить гемофага из под надзора телохранителей. Магией ее не возьмешь, Печать не даст...
   - А вот это сделать не так сложно, - заявил новый голос.
   Адриан обернулся.
   В дверях кабинета стоял Эстебан и внимательно слушал разговор господаря с наемником. В темном костюме с бордовым галстуком, он выглядел достойно и представительно, в пику бродяжке Адриану и байкеру Адаму.
   - Поясни, - коротко потребовал Владимир.
   Эстебан прошел в кабинет и привычно уселся в одно из стоящих у стола кресел.
   - Ветрову я довольно неплохо узнал, пока жил в Москве. Девочка она довольно своевольная, и на этом можно сыграть.
   Господарь молча ожидал продолжения.
   - Если мы создадим некоторую ..., хм, угрозу для гемофага, понтифик забеспокоится. Он дорожит девчонкой как изысканным бриллиантом и посадит ее под домашний арест. А ей это скоро надоест и она постарается сбежать на волю. Тут- то мы ее и схватим.
   - И как мы узнаем, когда она сбежит? Предлагаете выставить наблюдение за особняком? А если Росси вообще увезет ее из Москвы? Нам не разорваться, а больше привлеченных людей -- больше шансов, что все раскроется, - нахмурился Адриан, - Да и хочу напомнить, что мой клан находится в некотором роде вне закона, и Москвы это тоже касается.
   Эстебан довольно усмехнулся.
   - А особо и не надо контролировать. Не так давно я подарил девочке очень интересное украшение -- золотые серьги. Они слишком просты для торжества, но в повседневной жизни вполне пригодны к носке.
   Владимир начал понимать.
   - Ты предлагаешь отследить серьги?
   - Разумеется. Алина - женщина, а значит, любит украшения.
   - Да мало ли у нее таких серег, - фыркнул Адриан.
   Идея Эстебана казалась ему полным бредом.
   - Таких -- мало. Эти серьги изготовлены уважаемым Мариусом Петиралем, слышали о таком?
   Об этом человеке знали все. Петираль был магом - ювелиром и его украшения носили в себе заключенные магические арканы. Если не знать конкретно, что ищешь, то аркан никогда не распознаешь. И поэтому стоили его работы целые состояния.
   - Петираль в этих серьги вставил поисковый маячок, он и позволит отследить девушку, - пояснил Эстебан.
   - И зачем ты ей дарил такую драгоценность?
   Эстебан повернулся к господарю.
   - Гюнтер рассказал мне в конце прошлого года, что он возил Ветрову к магичке нейтралов. Гай хотел всегда иметь возможность найти свою ткущую. А я знаю, какие маячки ставила Каменская, они у нее откровенно слабые. И когда увидел через некоторое время на Ветровой инициал понтифика, то сразу понял, что маячка больше нет. Ну, и решил озаботиться на случай необходимости.
   Господарь фыркнул.
   - Совсем эти московские сдурели - для постановки аркана возить к гильдейскому магу. Своих не нашлось, что ли?
   Эстебан пожал плечами, мол, не знаю, передо мной не отчитывались.
   Владимир повернулся к Адриану.
   - С этим разобрались. Других вариантов отследить гемофага все равно пока нет, значит, будем придерживаться этого плана. Еще есть вопросы?
   Вскоре Адриан ушел, а господарь вернулся к полученному письму и прочел его еще раз.
   Владимиру официальным оповещением отказывается в удовлетворении его жалобы. Четкий, сухой, административный текст сказал господарю, что ткущую ему официально не передадут.
   Жалобу в Конклав он направлял еще в середине лета, указав, что многие его дела после 17 июня пошли неожиданно не так, как он планировал, а значит, господарь, учитывая тему собрания последнего Конклава, подозревает в этом влияние московской ткущей. Ведь именно в этот день так внезапно был заключен мир между Орденом и московским кланом.
   Александрос в ответ обратил его внимание на то, что ткущая на момент обсуждаемых событий уже не имела таланта, став гемофагом. Владимир же настаивал на своем и вскользь упомянул о ведущихся в лабораториях Пауля разработках химических препаратов, усиливающих способности ментала.
   Европейский лидер, получив эти сведения, провел тщательную проверку, но Пауль доказал, что никаких препаратов ткущей не передавал. Он не соврал, он действительно никаких наркотиков не отправлял в Москву. Официально.
   - Мой господин, - прервал вторичное чтение письма Эстебан, - Вы все-таки настаиваете на том, чтобы привезти Ветрову сюда? Не будет ли это слишком опасно?
   - Если все пройдет правильно, то опасности нет никакой, - задумчиво ответил ему Владимир, вертя в руках смятую бумагу.
   - Но когда она исчезнет из Москвы, многие вспомнят о вашей жалобе.
   - Смогут доказать, что она тут - пожалуйста, пусть ищут. А до тех пор, мой регион будет закрыт от посторонних. Как следствие моей жалобы, а то мало ли кому еще захочется изменить вероятности, - Владимир криво улыбнулся.
   Испанец задумчиво покачал головой.
   - Она гемофаг теперь, вряд ли ее талант сохранился в прежней силе.
   Подросток долго смотрел на Эстебана, прежде чем ответить:
   - Она - четвертая в роду. И если она сохранила свой талант даже после Печати, в чем мы уже убедились, то силы ее дара вполне достаточно для наших нужд.
   - Но как вы планируете заставить девчонку сделать то, что нам нужно? Пауль вряд ли согласится поделиться наркотиком, он сразу поймет, зачем вам препарат.
   - Видите ли, уважаемый Эстебан, - потянул с легкой улыбкой Владимир, - Есть методы контроля ткущих и помимо химии!
   ...
   Здание резиденции, разгромленное во время недавнего штурма, все еще ремонтировалось, поэтому временно администрация клана переехала на Малую Дмитровку, заняв часть помещений префектуры Центральной директории.
   Лоренца погибла, погребенная под лестницей, поэтому теперь стойку ресепшена у кабинета верховного понтифика занимала новенькая девушка. Вампирка была молодой, очень ответственной и очень испуганной оказанным высоким доверием, большую часть времени она сидела тихой и незаметной мышкой, с головой уйдя в работу.
   Лина ей приветственно кивнула головой, но уверенно прошла к двери кабинета, дважды постучала и, чуть приоткрыв, заглянула внутрь.
   Понтифик был занят. Перед ним сидели, рассматривая документы, Матвей и Инквизитор, последний как раз прервал свою речь и оглянулся. Девушка, извинившись за вторжение, сразу же закрыла дверь.
   Раз Мих здесь, значит, Тамара тоже приехала в резиденцию. Лина решила найти подругу и поболтать с ней, пока понтифик не освободится.
   Телепатку она нашла в кабинете Паноптикума, та сидела за компьютером и строчила что-то на клавиатуре, посматривая в монитор и сверяясь со своими записями в блокноте.
   - Уже вернулись? - весело спросила Лина у подруги.
   Та лишь подняла глаза к небу.
   - Лучше бы не возвращались, вечером снова уезжаем.
   - Куда на этот раз?
   - В Красногорск. Там вроде как пришлого поймали, разбираться будем.
   Тамара была бледной и уставшей. Под глазами темные круги, шикарные густые волосы, обычно распущенные, собраны в низкий хвост. Эффектные короткие юбки и полупрозрачные блузки сменили водолазка и потертые джинсы.
   - Ну как ты? - Лина участливо поинтересовалась.
   - Вымоталась, - честно она ответила, - Не могу так больше уже. Как Агнешка это выдерживала, не представляю!
   - Она была сильной, - грустно вспомнила девушка погибшую телепатку.
   - Лин, поговори с Марком, пожалуйста, - тихо попросила ее Тамара, - Пусть он найдет мне замену. Я чувствую, что еще немного и свихнусь от этой крови и сумасшествия.
   - Я поговорю, - пообещала Лина.
   Ей и самой было бесконечно жаль подругу. Тамара до гибели Агнешки работала на мирных переговорах, являясь советчицей и помощницей верховных понтификов. Веселая, бодрая и жизнерадостная девушка, вечная оптимистка, сейчас она представляла собой жалкое подобие яркой кокетки, которой была раньше.
   - Что сегодня-то было?
   - Да, - отмахнулась телепатка, - Ломать мозги пришлось. До сих пор голова гудит.
   - Ломать? - удивилась Лина.
   - Вампир знал, что Мих меня привезет, вот и выстроил защиту.
   - Как это?
   Тамара пристально и оценивающе взглянула на подругу.
   - Я могу показать. Артем мне еще Зеркало не ставил, так что я открыта для работы.
   - Да ты просто на словах объясни, - пожалела Лина подругу, - Ты ведь устала.
   - Ничего, хоть вот от этого отвлекусь, - она кивнула на монитор. Судя по всему, писала отчет для Инквизитора.
   Лина кивнула.
   - Ну, если ты этого хочешь....
   Тамара взяла соседний стул и поставила перед собой, усадила туда подругу.
   - Для начала тебе надо представить перед глазами стену. Какую хочешь -- кирпичную, железную, хоть из стекла или растений. Главное, чтобы она была монолитной и очень прочной. Я попробую прочесть твои мысли, а ты держи в голове эту стену и думай только о ней. Стена будет защищать от моего сканирования.
   Девушка сосредоточилась. Стену-то возвести несложно, но телепатическому сканированию Лина подвергалась лишь раз и по собственному желанию. Ей было сложно представить, как можно не пустить в свой мозг телепата.
   Стена, стена... Что же представить?
   Девушке на ум пришла сплошная ограда из железобетона с ромбической вырезкой изразца. Тяжелая, прочная, непробиваемая. Раньше из таких бетонных плит вокруг государственных учреждений возводили забор.
   Именно ее и представила Лина, стараясь держать перед глазами, как посоветовала телепатка.
   Тамара положила свои ладони на виски девушки и сосредоточилась.
   Легкое перышко коснулось бетонной стены. Лина его не увидела, лишь почувствовала едва ощутимо, как будто зуд при легкой щекотке. Перышко усилило нажим и попыталось продавить стену. Не получилось, бетон был крепким и нерушимым. Вдруг перо сменилось острым клинком, он вонзился в стену и начал ее крошить, выпиливая в ней дыру. Острая точечная боль, как от иголки, пронзила правый висок. Лина вскрикнула.
   Давление моментально прекратилось и клинок исчез.
   Тамара опустила руки и улыбнулась:
   - Ну вот, теперь ты знаешь, как можно защититься от сканирования.
   - Больно было, - пожаловалась девушка ей.
   - Ага, больно, - та довольно ухмыльнулась и снова на миг стала той Тамарой, которую она знала, - А представляешь, что испытывает человек, если я не прекращаю ломать стену?
   Они еще немного посидели - поболтали, вспоминая прошлое, обсуждая настоящее. Бросив ненароком взгляд на часы, Лина спохватилась, что время уже позднее, и убежала к понтифику.
   Телепатка с улыбкой посмотрела ей вслед.
   Хорошая она все-таки девушка, эта ткущая. Порой бестолковая и неуверенная, но доброжелательная и очень милая.
   Тамара вспомнила, как Гай, погибший верховный понтифик, приказал ей втереться в доверие к новой менталке Паноптикума и держать ее под контролем, сразу же объяснив, кем именно является новенькая и почему одной из сильнейших телепаток клана поручается такое сложное дело.
   Кто ж знал, что Лина в итоге станет ее хорошей подругой и без всяких приказов высших?
   ...
   Женщина отпила маленький глоток, с наслаждением смакуя во рту дорогое вино.
   - Хорошее вино, Владимир, знаешь, чем угощать!
   Господарь уселся рядом с ней на диванчик и с укором потянул:
   - Лавиния, Лавиния! Мы же с тобой так давно знакомы!
   - Ну да, ну да, - с рассеянной улыбкой подтвердила женщина и отставила бокал на столик.
   Владимир с довольным видом смотрел на нее.
   Она была хороша, чудо как хороша: изящные черты лица, огромные черные, манящие глаза, густые кудри цвета воронова крыла. Фигура великолепная -- высокая грудь, узкая талия, стройные бедра. Лавиния была уже в возрасте, но инициальное клеймо давало ей дополнительных сто лет жизни, не старея, и женщина вовсю пользовалась этим преимуществом. Вот и сейчас господарь румынского клана с удовольствием разглядывал глубокое декольте корсажа, почти полностью открывающее грудь. Мужского внимания Лавинии всегда было мало, но Владимиру ничего в этом плане не светило.
   - Малыш, я обдумала то, что ты предлагаешь. Все ничего, но где уверенность, что она все сделает правильно?
   Владимира аж перекосило от такого детского обращения к нему, но он постарался ничем не выдать своего негодования.
   - У нее не будет другого выхода, - он пожал плечами и встал с диванчика. Все желания, что он испытывал к этой женщине, мгновенно испарились после ее обращения.
   - Выход у нее всегда будет, а остановить я это не смогу! - она допила вино до конца.
   - А это и не нужно, дорогая моя! - Владимир ослепительно улыбнулся, - Для этого у меня есть другие люди! Или ты за свои столь долгие годы никак не привыкнешь к тому, что я ничего на полпути не бросаю?
   Напоминание вампиром о ее настоящем возрасте было крайне неприятным, женщина сразу почувствовала себя глубокой старухой, которой в принципе и являлась. Лавиния скрипнула зубами и сжала ножку бокала чуть сильнее, чем надо было. Стекло хрустнуло и осыпалось на пол мелкими осколками.
   - Ах, как я неосторожна! - Женщина фальшиво запричитала, собирая изящными пальчиками крупные стекла.
   Господарь зло следил за происходящим. Бокал был из дорогого богемского стекла, из редкой коллекции, и теперь весь комплект можно было выкинуть на помойку, без одного бокала это уже не набор.
   Лавиния собрала осколки и аккуратной горкой сложила на столике. Села обратно на диванчик, сложила руки на коленях и ангельски улыбнулась господарю.
   - Возвращаемся к нашему разговору, Лавиния, - он произнес это с тщательно скрываемым недовольством. Ему не нравилось поведение собственного инициала, но в условиях предстоящей работы, он решил не обращать на это внимание. Пока не обращать. Потом он, разумеется, все припомнит, - Твоя задача...
   После ухода женщины, парень вышел на балкон и задумался.
   Если действительно удастся его план, то... То мечта всей его долгой, многовековой жизни будет исполнена.
   Он обернулся к стеклянным дверям и посмотрел на свое отражение.
   Пятнадцать лет. Когда его обратили в вампира, ему только - только исполнилось пятнадцать лет! И Владимир яростно ненавидел свой смертный возраст. И с такой же силой ненавидел собственного учителя за то, что тот не дождался, пока парень вырастет, а обратил его, обрекая на существование в теле вечного подростка. Учитель хотел вечного сына взамен убитого.
   Но вместо того, чтобы покончить с таким ненавистным телом, подставив его обжигающим лучам солнца, в голову подростка пришла безумная идея. И он начал выслеживать ткущих. В Бране сгинуло несколько десятков этих редких менталов, но ни один не был достаточно силен, чтобы исполнить желание Владимира.
   Постепенно, год за годом, путем проб и ошибок, господарь начал понимать, кто именно ему нужен.
   Эстебан ошибочно полагает, что Владимир хочет через Ветрову решить свои политические дрязги с Росси, стать сильным правителем, занять территорию российского клана.
   Да ему плевать на территориальные проблемы!
   Ветрова, четвертая ткущая в роду, нужна господарю, чтобы изменить его жизнь.
   Владимир хотел, чтобы при помощи своего таланта она сделала его взрослым. Он прекрасно знал, что обычным вытягиванием правильной вероятности ему не поможешь, все уже свершилось давным-давно и прошлого изменить не получится, даже при участии часовщиков. Поэтому исполнение его желания должно быть насильственным вторжением в существующую реальность и созданием совершенно новой, в которой Владимир взрослый мужчина, а не сопливый малолетний подросток. И когда он узнал, что Росси из своей любовницы сделал гемофага, но она все равно сохранила талант, то окончательно понял, что его поиски завершились.
   ...
   Девушка только вставила ключ в дверной замок и провернула его, как к ней подлетели три девочки.
   - Елизавета Сергеевна, а когда вам можно будет наш танец показать? Можно сегодня после уроков? Мы такое придумали! Упадешь - не встанешь! - девчонки переглянулись между собой и довольно закивали в унисон головами.
   С девочками в классе Лизе повезло. Их было немного, из тридцати одного ученика всего десять, но в отличие от многих других, они были сплочены и многое делали вместе. Вика была у них заводилой, танцевала хорошо и Лиза ей вполне доверяла такие вещи как подготовка выступления для школьного концерта.
   - Сегодня у вас ведь пять только уроков, да? - учительница смутно припомнила расписание собственного класса. Оно толком еще не установилось, и поэтому каждую неделю его меняли.
   - Ага, только пять! - Вика даже достала дневник, чтобы не ошибиться.
   Лиза задумалась. У нее сегодня семь уроков, да и после них она планировала заехать в "Радугу", поработать с документами. Но танец важнее.
   На самом первом педсовете после начала учебного года было предложено концерт для учителей совместить с проводимым в школе годом естественных дисциплин. Организатор массовых мероприятий, по совместительству, учитель географии, каждой параллели придумала номер. Седьмой досталась подготовка танцев. И каждый класс обязан на концерте представить то или иное географическое понятие. Лизе повезло, ее ребятам достался "Лес", а вот седьмому "А" - "Горы". И что тут придумаешь? Как представить кучу камней в движении под музыку?
   - У меня сегодня семь уроков, вы подождете? - спросила учительница у девочек, но обращалась, по большей части, к Вике.
   - Конечно, подождем.
   В этот момент прозвенел звонок на урок, и Лиза наконец-то открыла дверь.
   Пятиклашки, оттеснив девочек, с шумом рванули в кабинет, занимая свои места. Достали учебники, тетради, что-то выкрикивая друг другу и задавая своей учительнице вслух вопросы об уроке.
   Лиза с улыбкой смотрела на них. Не так уж они и отличались друг от друга, эти ребята и ученики "Радуги". Что те любили устроить гвалт на уроках, что эти периодически срывали дисциплину. Конечно, "радужные" ребята были поспокойней, как будто их особые таланты заставляли детей быть более серьезными. Но стоило им забыть, что они будущие маги и менталы, как сразу же превращались в таких же шумных и говорливых подростков, как простые, обычные, не наделенные никакими способностями.
   Седьмой урок, последний на сегодня, у Лизы был в девятом классе. После звонка на перемену учительница еще раз повторила домашнее задание, проследила, чтобы все сдали проверочные работы, окрикнула некоторых задержавшихся со сдачей листочков. У дверей уже толпились ее ребята-семиклассники. Они не дожидаясь, пока старшие ученики покинут класс, вошли и сразу окружили стол своей учительницы.
   - Так, я не поняла, Костин, а вы тут что забыли? - грозно спросила у мальчишек Лиза, не забывая поглядывать на выходящих девятиклассников, - Майя! Майя, ты не сдала мне свою проверочную, живо вернулась и положила листок на стол!
   Девятиклассница с длинной розовой челкой, падающей на глаза, повернулась от двери и заныла:
   - Елизавета Сергеевна, а можно я потом сдам, я не дописала!
   - А дописывать дома собралась, с учебником наперевес? Правила для всех одинаковы, поэтому давай, выкладывай!
   Девушку толкнули в бок выходящие подруги.
   - Клади, Майк, все равно пару получишь, чего оттягивать!
   Майя полезла в рюкзак за листком, а Лиза перевела внимание на своих подопечных.
   - Вовк, так чего вы-то пришли, я только девочек приглашала!
   К слову, те уже начали располагаться в кабинете - одна сдвигала парты в сторону, Вика полезла в шкаф за CD-проигрывателем, остальные уже отрабатывали некоторые танцевальные па.
   - Да мы тоже посмотреть хотим, что они там напридумывали! - со смехом ответил учительнице парнишка и уселся на парту. Еще пятеро семиклассников расползлись по кабинету.
   Лиза обратилась уже к девочкам.
   - Вы не против, чтобы мальчишки посмотрели?
   - Да нет, - отмахнулась Вика, - Они все равно уже немножко видели!
   Девушку тронул за плечо кто-то сзади.
   - Елизавета Сергеевна, а вы сегодня надолго задержитесь?
   Она обернулась. У самой доски, отирая мелом спину стоял невысокий симпатичный парнишка из девятого класса, Костя Морозов. Он в последнее время стал обращать особо усиленное внимание молодой и красивой учительнице и несколько раз провожал ее до дома. Лиза вздохнула про себя. С подростковой влюбленностью она уже не раз сталкивалась и всегда твердо давала понять влюбленным в нее мальчишкам, что она для них учительница и никто больше. Косте это было прекрасно известно, но он все равно продолжал таким незатейливым образом ухаживать за ней.
   - Костя, я пока не знаю, тут вот танец надо отрепетировать! Иди домой, это надолго! - она старалась показать, что сегодня ее провожать не надо.
   - Я могу подождать! - умоляющие глаза парня не отрывались от ее лица.
   - Нет, не надо, - четкий отказ, - Иди домой, я надолго!
   Парнишка вздохнул и подобрал с пола свой рюкзак.
   - До завтра, Елизавета Сергеевна!
   Лиза уже не смотрела на несчастного влюбленного, сосредоточившись на своих девочках. А вот Вовка, сидя на столе рядом с учительницей, ехидно проговорил:
   - Елизавета Сергеевна, а он, кажется, в вас влюблен!
   Девушка мигом обернулась к ученику:
   - Вовка!- она наставила на него угрожающе палец,- Еще одно слово...!
   Мальчишка задорно улыбнулся:
   - Молчу, молчу! - но продолжал искоса весело смотреть на учительницу.
   Репетиция шла полным ходом. Танец девочки подготовили хороший, с этническими элементами, видать, подсмотрели все-таки у танцевального кружка, или просто по-дружески попросили помочь. Правда, не все смогли правильно выучить движения. Уловив основу танца, Лиза начала помогать девочкам репетировать: отсчитывала ритм, следила за отстающими, останавливала, когда надо, мелодию и повторяла то или иное па.
   - Раз, два, три, четыре, - громко считала она, отстукивая ритм ладонью по столу, - Раз, два...
   - Елизавета Сергеевна, вас там директор к себе вызывает, - быстро заглянула в кабинет старшеклассница и испарилась.
   Девушка, оставив девочек на Вовку, спустилась вниз.
   Александр Васильевич сидел на подоконнике и пересчитывал распечатанные копии приказа.
   - А, Лиза, - он оторвался от бумаг, - Молодец, что так быстро зашла. Спросить хотел, как тебе у Алексея работается?
   Учительница задумалась. А знает ли директор, кем является куратор "Радуги" на самом деле? И что сам пансион далеко не так прост, как это кажется на первый взгляд?
   Александр заметил задумчивость девушки и усмехнулся:
   - Да говори прямо, я все знаю!
   - Знаешь?
   - Ну да, мы с Алешкой давние друзья, с детства дружим.
   И пока Лиза рассказывала ему свои впечатления о пансионе и его обитателях, Александр вспоминал, как куратор вчера позвонил ему и долго рассказывал про новую учительницу, благодаря своего приятеля, что тот направил к нему в пансион такую чудесную молодую девушку. И, хоть на подначки друга мужчина не поддался, Александр сразу понял, что куратору "Радуги" девушка понравилась не только как коллега.
   ...
   Звонок в дверь раздался совершенно неожиданно. Лиза оторвалась от конспекта будущего урока и отправилась проверить, кто пришел. Глянула в глазок, протяжно вздохнула, открыла дверь на цепочку.
   - Чего тебе надо? - мрачно поинтересовалась девушка, глядя на мужа.
   - Лиз, давай поговорим, а? - предложил Виктор, вытаскивая из-за спины букет больших бордовых роз, - Выслушай меня, ну пожалуйста!
   В тот злополучный день она выгнала мужа из дома, практически не слушая. Все оправдания, пока в слезах собирала его вещи и вышвыривала на лестничную клетку, Лиза пропускала мимо ушей.
   - Прости меня, дурака!
   Девушка сняла с двери цепочку, открыла шире дверь, нехотя взяла цветы и вперила в мужа недовольный взгляд.
   - Ты ж меня знаешь, я ж раньше никогда..., - проникновенно заговорил мужчина, - Ну, ни разу ведь не было, а тут вдруг напились все, как свиньи подзаборные, я ж сам не помню, как с ней сюда пришел.
   - Ты привел ее в наш дом и уложил в нашу постель,- тихо, и поэтому еще более зло, проговорила девушка. Ее бесил сам факт того, что она застала мужа с любовницей в их супружеской постели.
   - Знаю, Лиз, знаю. Но, честное слово, я вообще не помню, как это произошло. Помню, мы были в ресторане с твоим братом...
   Собственно, дальше Виктор мог и не продолжать, родного брата Лиза знала очень хорошо. Постоянно пропадая в археологических экспедициях, Павел приезжал домой пару раз в год и в эти немногие дни старался оторваться с друзьями по полной. Их отец, профессор Тихомиров, категорически был против такого времяпровождения собственного сына, желая, чтобы парень сидел у него под боком и писал очередную диссертацию, но Павлу на мнение отца было плевать.
   - Только не говори мне что эта ... женщина..., - она даже не нашла сразу приличного слова, как обозвать ту незнакомку.
   - Честно, Лиз, я ее только там впервые и встретил! Ты ж знаешь, я ж никогда раньше..., - порывисто клялся в очередной раз Виктор.
   Что ж, в этом он был действительно прав, как ни противно признавать.
   Он действительно раньше никогда.
   Никогда столько не пил и никогда не изменял жене с другими женщинами, с мужчинами тем более.
   Да и вообще Виктор был очень неплохим парнем.
   Лиза вспомнила, как они познакомились на одной из студенческих вечеринок, устраиваемых братом, как будущий муж ухаживал за ней, романтично и трогательно. А так же вспомнила, что через некоторое время после свадьбы эта трогательность и романтичность куда-то пропала, сменившись бытом и привычкой.
   Но... может она и сама виновата в этом, уделяя мужу меньше времени, чем надо было бы, полностью уйдя в работу?
   Девушка вздохнула, признавая и часть своей вины в произошедшем между ними.
   Все-таки, муж у нее был хорошим.
   Добрым, надежным, почти непьющим. И сильным. Совсем некстати девушка вспомнила, что именно Алексей ей рассказывал про магов и вампиров, безжалостных убийц, восполняющих энергетический баланс собственного существования за счет чужой крови. Поежилась, представив себя жертвой, за которой поздно вечером по пустынной улице гонится вампир.
   И сдалась.
   - Ладно, - решилась она, - На первый раз тебя прощаю!
   Виктор просветлел лицом.
   - Но спать пока будешь в гостиной на диване.
   Хоть это и немного огорчило мужчину, вида он не подал. Быстро достал мобильник и, набрав номер, буквально прокричал в трубку, чтобы жена уж точно услышала.
   - Алло, Сашок! Слушай, я сегодня ночевать не приду! Не, какая баба, ты что? Я к жене вернулся! Моя Лизонька просто чудо!
   Лиза по-доброму усмехнулась, услышав, как муж ее расхваливает, и отправилась на кухню. Ставить цветы в вазу и готовить на двоих.
  
   3 Глава.
  
   Девушка бежала по деревянной лестнице. Бежала долго, уже в боку закололо, но она не останавливалась, чтобы передохнуть. Потому что нельзя, потому что еще чуть-чуть, еще самую малость, и преследователь...
   Она не знала, кто или что это было, она лишь бежала вперед в тщетной попытке спасти свою жизнь.
   Девушка не слышала ни бега за спиной, ни тяжелого дыхания, ничего, там была лишь пустота. Черная, мрачная, ужасающая пустота. Но Лиза знала, что в ней кто-то есть, жестокий, кровожадный, и этот кто-то стремится ее разорвать и уничтожить.
   Лестница была бесконечной. Вверх и вниз уходили деревянные полуразвалившиеся перила, кое-где зияли дыры в ступенях, и Лиза их перепрыгивала, каждый раз боясь, что не удержится и сорвется вниз. Одной рукой она цеплялась за стену, другой держалась за коловший бок.
   И вдруг сзади, в темноте и пустоте послышался рев. Рев монстра, что за ней гнался. Оглушающий, сводящий с ума от ужаса. Лиза завопила в ответ чудовищу и понеслась вниз еще быстрее, хотя казалось, что сил уже не хватает даже на шаг.
   - Лиза! - кто-то позвал ее, - Лиза, сюда!
   Голос шел снизу, оттуда, где было спасение.
   - Лиза!
   Бросив взгляд вперед, девушка увидела, что лестница почти закончилась, а у ее основания стоит чей-то мужской силуэт. Но он был таким надежным, от него так и веяло уверенностью и безопасностью.
   Лиза прыжком преодолела последние ступени и попала в руки подхватившего ее...
   - Лиза!! - она резко распахнула глаза.
   Виктор тряс девушку, пытаясь разбудить.
   - Лиза, проснись! Тебе приснился кошмар!
   Она оторопело взглянула на мужа, все еще не в силах отойти от сна. С каждым мгновением ужас приснившегося испарялся из ее памяти, оставляя липкое неприятное ощущение пережитого страха. Что ей снилось, девушка уже не помнила, лишь слышала вопль гонящегося за ней чудовища и ощущала до сих пор крепкие, надежные объятия своего спасителя.
   Виктор, в одних трусах сидел рядом на кровати и обнимал жену, успокаивая.
   - Ну, все, все! Ты проснулась, все уже закончилось! Все!
   Она с облегчением расслабилась в его руках. Уверенных, сильных.
   Но не тех.
   Кто бы ее не спас во сне, это был точно не муж.
   - Дай воды! - прохрипела она, высвобождаясь из его объятия.
   Муж протянул руку к тумбочке у кровати и взял стакан с водой, который Лиза всегда ставила на ночь. Она выпила воду до дна, отдала стакан обратно и улеглась на кровать. Спать не хотелось, но и присутствие муж стало ей почему-то неприятным. Она хотела того, другого, из сна.
   - Лиза, мне остаться с тобой? - Виктор с надеждой посмотрел на девушку.
   На диване он спал уже неделю и ему это порядком надоело. В конце концов, он же попросил прощения и она его простила.
   Лиза отрицательно замотала головой.
   - Нет, спасибо, я в норме.
   - А если опять будет кошмар?
   - Вить, иди уже, а? - она едва не сорвалась на него, страстно желая, чтобы муж оставил ее в покое.
   Виктор со вздохом поднялся с кровати и ушел в гостиную.
   Девушка закрыла глаза, но сон больше не шел.
   Кто же был этим спасителем?
   ...
   Кирилл, бывший помощник Верховного Главы Ордена, тоже спал очень плохо.
   Его так же мучили кошмары.
   Правда, во снах Кириллу постоянно мерещились вампиры, бешеные, озлобленные твари. Они окружали его со всех сторон, мужчины, женщины, дети. Все тянули к нему когтистые руки и оскаливали острые, окровавленные клыки. Монстры шипели, извивались и требовали одного - его крови. Разорвать, высушить, искупаться в ней.
   - Кирилл! - орали монстры.
   - Кирилл! - шептали они ему на ухо.
   Он резко подскочил на кровати.
   - Кирилл! - тихо позвал чей-то голос рядом с ним.
   Мужчина в ужасе боялся пошевелить пальцем, боялся повернуть голову на голос. Едва заметное движение и в комнате резко вспыхнул свет, на секунду ослепив дрожащего человека. Кирилл инстинктивно закрыл голову руками, пару раз проморгался и только потом хрипло спросил:
   - Кто ты?
   Незнакомец, молодой парень в черной ветровке и джинсах, резко метнулся от стены и уселся прямо на кровать, максимально близко к мужчине. Тот в ужасе отшатнулся. Парень весело улыбнулся и оскалил длинные острые клыки.
   - Давай договоримся, что имени моего ты не спрашиваешь?
   Кирилл пару раз дернул головой, что должно было стать согласием, и перевел взгляд на дверь. Такую недостижимую дверь.
   - Э, нет! - парень заметил, куда смотрит смертный, и, схватив его голову за подбородок, повернул к себе, - Сначала мы поговорим, а потом...
   Что планируется потом, было ясно с самого начала.
   - Но, если ты будешь вежлив и благоразумен, то я отпущу тебя. Может быть.
   Кирилл судорожно дернул кадыком и спросил единственное, что пришло ему в голову:
   - Кто ты?
   Парень нахмурился, в его глазах появилось неудержимое бешенство. Он резко схватил его за волосы, сжав в горсти, выдирая из головы. Затем рванул голову мужчины на бок и впился в его шею. Кирилл заорал от дикой, непередаваемой боли, чувствуя, как острые клыки рвут кожу и мышцы. Вампир не пил его кровь, он просто причинял боль.
   Кровосос оторвался от смертного и заткнул ему рукой рот .
   - Мы же договорились, что ты не интересуешься моим именем! - несмотря ни на что, говорил он спокойно, даже скучающе. Он заглянул в выкаченные от ужаса глаза смертного, мягко ему улыбнулся и продолжил: - Сейчас я отпущу руку, а ты не будешь кричать. Ясно? Крикнешь и то, что ты только что испытал, окажется для тебя манной небесной по сравнению с тем, что я устрою. А я умею убивать очень долго и очень болезненно! Понял?
   Смертный быстро закивал головой.
   - Хорошо, я отпускаю и ты молчишь!
   Кирилл еще раз кивнул, показывая, что действительно все понял. Вампир ласково ему улыбнулся и медленно выпустил его волосы. Мужчина пару раз вздохнул, ловя ртом воздух, прижал руку к рваной ране, пытаясь унять пульсирующую боль, посмотрел на свои измазанные пальцы и снова перевел на вампира взгляд ужаса.
   - А теперь, Кирилл, ты мне очень подробно расскажешь вот о ..., - вампир снова склонился к нему.
   Мужчина отшатнулся к стене, стараясь отодвинуться от вампира как можно дальше. Пригляделся к своему мучителю.
   - Я знаю тебя, - прохрипел он, - Ты... тебя разыскивают...
   Вампир оскалился.
   - Хочешь повторения?
   - Я... нет... я не хочу..., - испуганно затараторил Кирилл, - Но... я тебя знаю. Ты Молот!
   Вампир ошарашено застыл на месте.
   ...
   Он рылся в шкафу, на столе, в личных вещах, ища только ему известный предмет. Небольшой пузырек темного стекла с полупрозрачной жидкостью. Он, конечно, мог бы спросить у хозяина, где спрятан пузырек, но тот отвечать на вопросы был не в состоянии. Точнее, он был слишком занят, пытаясь остановить хлещущую из разорванного горла кровь.
   Гюнтер удовлетворенно хмыкнул, глядя на умирающего Кирилла, и продолжил свои поиски.
   ...
   Лина, сидя на кровати по-турецки, следила за понтификом, пока он собирался в офис. Мужчина был настолько сосредоточен на собственных мыслях, что порой застывал на месте и забывал, что хотел сделать. Сегодня рано утром позвонила та торговка, которой Марк на прошлой неделе перевел деньги, и сказала, что готова встретиться. Понтифик хотел сразу же приехать к ней домой, как в прошлый раз, но ведьма категорически отказалась. Она приедет в резиденцию сегодня сама.
   Когда Марк в очередной раз провел рукой по планке рубашки, проверяя, все ли пуговицы застегнуты, Лина осуждающе покачала головой.
   - Марк, я сегодня хотела бы встретится с Тамарой, ты не против? - спросила девушка.
   - Хорошо, - он совершенно не задумался над ответом.
   - А потом мы, может быть, пройдемся по магазинам.
   - Хорошо, - он в который раз проверил, застегнут ли манжет.
   Лина искоса глянула на него.
   - А вечером мне надо будет отъехать часа на два, я с любовником встречаюсь, - сказала она абсолютно будничным тоном, не придавая значения своим словам.
   - Хорошо.
   Лина ехидно подняла бровь и в этот момент до высшего дошло, что же именно Лина сказала.
   - Что? - переспросил он удивленно.
   Девушка фыркнула.
   - Ну, наконец-то ваша светлость вернулась в реальный мир!
   - Не шути такими вещами, радость моя, - недовольно поморщился вампир. Он повторно провел руками по планке рубашки и подхватил пиджак.
   - Реальным миром?
   Марк перевел на нее напряженный взгляд.
   - И им тоже.
   Лина посерьезнела. Да уж, пошутила.
   - Во сколько Аграфена обещала быть?
   - К пяти.
   - Я бы хотела приехать тоже, если ты не против?
   Понтифик резко вскинулся.
   - Тебе незачем.
   Если у ведьмы нет действительно серьезного решения по избавлению Лины от Отката, то ...
   Он не хотел, чтобы любимая женщина видела его разочарование и невозможность защитить ее.
   Лина подошла к понтифику и обняла его за пояс.
   - Марк, не переживай! Даже если она и обманет тебя, просто потребуешь вернуть деньги обратно, делов-то! И продолжим поиски уже вместе, может, запросим твоих иностранных друзей, тот же Пауль, ведь тоже работает с ткущими...
   - Лина, Лина,- покачал вампир головой, - Деньги меня в этом деле вообще не волнуют. Да, ты права, конечно, можно и к ним обратится, но я бы не хотел афишировать, что мы ищем средство от Отката, многие начнут задавать нехорошие вопросы.
   Он чуть помолчал.
   - Так зачем тебе встречаться с торговкой?
   - Ну, я тут подумала, если она к тебе так плохо относится, быть может, мне, как человеку, она по-больше расскажет?
   Марк слегка подумал и согласно кивнул головой
   - Разумная мысль. Жду тебя к пяти в резиденции. Я Рустама предупрежу!
   Лина театрально застонала и подняла глаза к небу.
   - Опять?
   Марк даже не стал обращать внимания на этот привычный уже ему стон и быстро поцеловал девушку в затылок на прощание:
   - Жду тебя к пяти!
   Лина непонятно фыркнула в ответ, то ли возмутилась, то ли усмехнулась.
   Даже сделав девушку своим гемофагом, понтифик не переставал беспокоиться о ее безопасности и передал ей двух своих телохранителей, Рустама и Луку. Точнее, передал ее этим двум старым и опытным бодигардам, строго наказав, что они отвечают даже за упавший с Лины волосок. Телохранители за дело взялись активно, контролируя любой выход девушки из дома. Что и говорить, ей это не нравилось, и она не раз поднимала с понтификом вопрос о том, что ей не нужны охранники. Война закончилась, Орден проводит чистки среди своих последователей, Гюнтер испарился в неизвестном направлении. Зачем ей телохранители? От кого охранять?
   Марк был категорически против того, чтобы Лина выходила из дома одна, они пару раз крупно поссорились по этому поводу, но высший своего решения не менял.
   Ближе к пяти вечера девушка начала собираться в резиденцию. Предупредила Софи, что уезжает к понтифику, выслушала весь спектр указаний Рустама, что надо делать и что не надо, пообещала в который раз безоговорочно его слушаться и выполнять приказания. Он выслушал с непроницаемым лицом, впрочем, как всегда, и ушел подготовить машину к выезду.
   Лина открыла шкатулку с драгоценностями. На свету сразу же блеснули красивые золотые серьги в виде лилий с бриллиантовыми бабочками на лепестках.
   Марк подарил девушке целое состояние в драгоценностях - серьги, ожерелья, диадемы, кольца, кстати, одно из них, сапфировое, надел сам на палец и приказным тоном сказал никогда не снимать. Лина машинально покрутила кольцо. И ведь действительно, она его никогда не снимает, хотя оно ей и кажется неудобным, выпуклый камень постоянно задевает то за волосы, то за одежду. Но Лина даже моется с ним. И занимается любовью. Потому что надел его он. И пусть она не знает причин, по которым Марк это сделал, она не спрашивала, но приказа не нарушала никогда.
   Лина достала серьги и стала вдевать их в уши. Украшение она привезла в дом понтифика еще в свой первый переезд, до того, как все ее имущество уничтожил пожар, и втайне этому радовалась. Ей было бы жаль их лишиться, уж очень серьги были красивыми и изящными. Подарок Эстебана. Марк об этом не знал, Лина ему не рассказывала, а он не интересовался. Это и к лучшему, а то пришлось бы объяснять, почему она носит подарок чужого мужчины. Вряд ли он нормально отреагирует на факт, что Лине они просто нравятся.
   Девушка глянула на часы - почти половина пятого, скоро выходить. Оставалось еще одно дело.
   Она поднялась к себе, уселась на кушетку и сосредоточилась. Тут никто не увидит, слуги у Марка вышколены и без стука в комнаты хозяев не входят. А значит, никто и не узнает, что она собирается сделать. Хотя, конечно, внешне этого не поймешь, но мало ли что...
   Лина сосредоточилась на предстоящей поездке и привычно заглянула вперед. Перед ней раскрылись вероятности ее будущего, но они были какие-то странные. Нечеткие, смазанные, все фигуры были как в тумане. Вместо четких ясных картин -- сплошные цветовые пятна, сливающиеся друг с другом.
   Она сосредоточилась еще раз -- и снова увидела лишь густой туман.
   В дверь постучали.
   - Госпожа? - послышался голос Софи.
   Лина открыла глаза.
   - Да, Софи, входите, - пригласила она горничную.
   Женщина приоткрыла дверь:
   - Рустам просил передать, что он готов и ждет вас.
   - Хорошо, уже иду.
   Девушка встала с кушетки и оправила брюки. Нацепила на лицо безмятежную улыбку, чтобы никто не догадался, о чем на самом деле она думает. Особенно, Марк. Лина не хотела его пугать раньше времени.
   Потому что такой туман и нечеткость она видела лишь однажды. Перед похищением Гюнтером.
   ...
   К вечеру закапал мелкий дождик. Не сильный, но достаточно неприятный, чтобы испортить настроение.
   Алексей припарковал во дворе машину и вышел на улицу. Зонт открывать не стал, хотя и вытащил его из бардачка, решив, что дойдет и так, не промокнет.
   Во дворе никого не было, ни пенсионерок, постоянно всех обсуждающих, ни мам с колясками, ни детворы, играющей в мяч или рисующей на асфальте.
   Мимо него медленно протрусила черная кошка. Алексей поежился. Он не был суеверным, маги вообще в приметы не верят, но какой-то легкий холодок прошел по позвоночнику, оставив липкое противное ощущение, что что-то не так.
   Открыл старую, разбитую дверь подъезда, пешком поднялся на четвертый этаж. Семья Владимира Игоревича жила именно тут, занимая небольшую двухкомнатную квартирку.
   Алексей позвонил в звонок и встал напротив дверного глазка, чтобы было видно, кто именно беспокоит.
   За дверью донесся чей-то вскрик и шаркающие шаги.
   - Кто там?
   - Лилия Альбертовна, это Алексей, откройте, пожалуйста! - вежливо попросила куратор.
   За дверью замолчали, Алексею показалось даже, что как-то испуганно. И только он хотел еще раз позвонить, как вдруг в квартире раздался приглушенный перезвон часов. Мужчина сначала не поверил своим ушам и даже приложился головой к дермантину двери. Казалось, что вся квартира изнутри представляет собой огромный часовой механизм со стрелками, шестеренками, пружинками и барабанами. Звон, перестук, и дребезжание деталей заполнило все пространство за дверью и глухо отзывалось на лестничной клетке.
   Алексей дождался, пока все умолкнет и еще раз позвонил, уже более настойчиво.
   - Лилия Альбертовна, откройте, я все равно не уйду! - настойчиво повторил мужчина, добавочно постучав по деревянному косяку двери.
   Послышался лязг дверного замка и дверь, удерживаемая цепочкой, чуть приоткрылась.
   В щель выглянула маленькая хрупкая старушка. Благородная седина кудрей была прикрыта тоненьким кружевным платком, домашний костюм помят и кое-где запятнан. Глаза красные, то ли она плакала, то ли не выспалась, само лицо бледное и заострившееся как от долгой и тяжелой болезни.
   - Ааа, Алексей Петрович, добрый день! - вежливо и как-то испуганно поздоровалась она, - А Володеньки нет, он... , - женщина оглянулась вглубь квартиры, и затем снова повернулась к Алексею, - Он ушел с утра, сказал, что его ...
   В этот момент позади старушки появилась небольшая рябь, воздух задрожал, заструился и в коридоре возник невысокий чуть сгорбленный мужской силуэт. Алексей вцепился в него взглядом и спросил у Лилии Альбертовны:
   - Так вы говорите, он ушел с утра?
   Лилия Альбертовна еще раз оглянулась, увидела мужа за своей спиной и печально покачала головой.
   - Уходите, Алексей Петрович, - горестно произнесла пожилая женщина, - Он вам уже не сможет помочь.
   - А вам? - тихо спросил куратор, - Вам кто поможет? Пустите!
   Лилия Альбертовна неуверенно оглянулась на мужа. Мужчина стоял в проходе коридора с безумным взглядом в никуда и казалось ничего не замечал. На нем был лишь длинный махровый халат, темные брюки и домашние тапочки на босу ногу.
   Женщина притворила дверь, сняла цепочку с замка и чуть посторонилась, приглашая куратора войти. Она все так же испуганно обернулась назад на мужа, но коридор позади нее был снова пуст.
   Вся квартира была на самом деле уставлена часами. Большие и маленькие, антикварные и современные, с кукушкой и электронным табло, все было погребено под ними. Часы периодически издавали либо короткий сигнал, либо громкий звон, какие-то отсчитывали каждую секунду, какие-то минуты и часы, но в квартире постоянно стоял механический шум.
   - Лилечка, - раздался вдруг мужской голос из комнаты справа, - А где мои часы, золотце?
   Лилия Альбертовна грустно взглянула на Алексея.
   - Он всегда спрашивает только часы. Ничего больше. И прыгает, чтобы найти их.
   - Давно это с ним началось? - жестко спросил куратор.
   - Да месяца три уже, - вздохнула старушка.
   "Значит, с июня", подсчитал в уме Алексей.
   - Вы обращались в клинику Назарова?
   Лилия Альбертовна опустила голову еще ниже и начала теребить фартук в руках.
   - Лилия Альбертовна, вы обращались в клинику? - с нажимом повторил свой вопрос Алексей.
   В этот момент перед ним снова появился часовщик и потряс перед носом Алексея указательным пальцем.
   - Молодой человек, если вы украли мои часы...
   Куратор удивленно взглянул на него, но мужчина с легким хлопком исчез в мгновение ока. Никто бы не догадался, что вот тут, на этом самом месте только что был взрослый человек.
   Алексей перевел взгляд на Лилию Альбертовну, но та молча стояла и смотрела в стену. Мужчина, глубоко вздохнув, поднял к глазам запястье с наручными часами, засекая время.
   Владимир появился уже на кухне и громко крикнул:
   - Лилечка, так ты видела мои часы? Я же опаздываю!
   - Даже так? - Алексей хмыкнул, потер пальцем переносицу, и достал мобильный телефон.
   - Нет, пожалуйста, не надо! - Лилия Альбертовна поняла, что он хочет сделать и уцепилась в мольбе за его руку, - Пожалуйста, Алеша, не надо!
   - Ему нужна помощь, понимаете? - Алексей переложил телефон в другую руку и набрал нужный номер.
   - Не надо в клинику! Он же боится клиник! - умоляла старушка.
   - Мы не сможем помочь ему без целителей! - тихо ответил ей куратор и обратил свое внимание на телефон, - Алло? Клиника Назарова? Оформите срочный вызов на адрес...
   - Ну, может, как-нибудь таблеточками? Уколами? - уговаривала его женщина, пока он диктовал адрес часовщика.
   - Уколами? Вы серьезно? Вам для этого надо сначала его прыжки остановить, а уж потом колоть! - Алексей недовольно оторвался от разговора с дежурной клиники, - А он у вас прыгает каждые две с половиной минуты! Он когда в последний раз ел-то?
   Лилия Альбертовна с обреченностью смотрела, как куратор продолжает передавать информацию для вызова целителей.
   Из дома Алексей вышел, злой как черт. Если бы родные часовщика не протянули бы с обращением к целителям, все обошлось бы намного проще! Больниц он боится, видите ли! Целителям не доверяет! Зато теперь он впал в состояние, из которого почти нет шансов выбраться!
   Алексей его хорошо знал, старый мастер времени был сильным, крепким мужчиной. Никогда не болел, даже простого насморка никогда не было. Зимой вывозил семью на горные курорты, летом - на море, приговаривая, что целебный морской воздух всегда сохранит здоровье в порядке.
   С чего вдруг его психика пошла в разнос, да еще так быстро?
   В любом случае, ситуация осталась нерешенной. Маше Захаровой нужен учитель, а больше в Москве часовщиков нет. Да и во всей России их раз, два и обчелся, вряд ли кто-то согласится переехать сюда, чтобы обучать маленького ребенка. Это довольно сложная и выматывающая работа, ведь придется постоянно прыгать, и не одному, а тащить за собой необученную часовщицу, и присматривать постоянно за ней в прыжках. Да и опыта это требует немаленького, а значит и не каждый согласившийся, если такие найдутся, подойдет.
   К кому же обратиться-то?
   ...
   Почти в пять часов вечера у дверей резиденции стояла женщина лет шестидесяти. Очень элегантная, с красивой уложенной прической, в дорогом брючном костюме и с сумочкой "Прада" на руке. Недовольно оглядела здание, что-то тихое проговорила и потянула на себя золотистую ручку на двери.
   - Вы к кому? - вежливо спросил ее молодой парень в черной камуфляжной форме охранника.
   - К верховному понтифику, у меня назначено.
   Парень достал планшет и сверился со списком:
   - Аграфена Михайловна Барышева?
   Пожилая женщина, старухой ее язык не повернулся бы назвать, с достоинством кивнула головой.
   Охранник попросил ее поставить сумочку на ленту металлодетектера, саму пройти сквозь раму, и удостоверившись, что посетительница не несет с собой никакого оружия, пропустил ее внутрь.
   Аграфена поднялась на лифте на третий этаж, прошла по ковровой дорожке до указанного секретаршей на ресепшене двери, постучалась в нужную дверь. Услышала короткое "Войдите".
   Ведьму встречали уже известный ей понтифик и смертная. Кто она, та догадалась сразу.
   - Аграфена? - удивленно спросил понтифик.
   Женщина уселась в кресле напротив стола.
   - Удивлен, упырь? - она довольно улыбнулась, - Ты что ж, думаешь, я не знаю, в каком виде мне в городе появляться?
   - Да уж, удивлен - не то слово, - ответил вампир и указал на девушку рядом с ним, - Моя Лина, та, о которой мы с вами говорили не так давно.
   Девушка поздоровалась с ведьмой и вежливо предложила ей сесть. Марк встал рядом с Линой, переплетя свои пальцы с ее.
   - Так вот ты какая! - протянула Аграфена, - Ну здравствуй, девочка, здравствуй!
   Гемофаг старалась не показывать своего удивления, но эта женщина кардинально отличалась от старой, озлобленной старухи, про которую рассказывал ей Марк. Едва заметная сетка морщин на лице с легким аккуратным макияжем, седые волосы уложены в пышный пучок, в ушах блестят бриллианты. Аграфена выглядела шикарной, ухоженной и знающей себе цену женщиной.
   Ведьма же в свою очередь во все глаза разглядывала гемофага понтифика.
   Симпатичная она, решила про себя Аграфена, хоть и не яркая красавица: живые глаза, милая улыбка, очаровательные ямочки на щеках. На самом деле симпатичная. И обреченная. Это женщина поняла сразу, едва взглянув на нее вторым зрением. В ее ауре клубился черный туман, расплываясь по всей фигуре и концентрируясь у головы. Мрачный ореол, безысходный, страшный.
   Ведьма заметила, как нежно мужчина касался девушки, как преданно она смотрела на него.
   И поняла, что никто из них об ауре не знал.
   - Вы хотели встретиться, - начал без долгих предисловий понтифик.
   Аграфена перевела взгляд на него.
   - Хотела. Правда, без нее, - она кивнула на Лину, - Ну, да ладно. Ты, небось, все равно ей рассказал бы, да?
   - Если есть, что рассказывать, - кивнул понтифик.
   - Рассказывать есть что.
   Аграфена поставила на колени сумочку и начала в ней копаться. Достала сигареты, зажигалку, закурила. Лина чуть поморщилась и закашлялась, она отвыкла от запаха табака, живя с Марком.
   Ведьма это заметила, коротко хмыкнула.
   - Есть обо что затушить, упырь?
   Марк молча подошел к бару и достал оттуда фарфоровое блюдце.
   - Почитала я тут кое-что о тебе, красавица, - Аграфена давила окурок, искоса глядя на девушку, - Знаю, что был у тебя уже Откат, догадалась. Та история с сумасшедшим вампиром, который тебя насиловал. Это ведь за "Странное место" тебя шибануло, верно? - ведьма грозно посмотрела на бывшую ткущую и зло проговорила, - У меня тогда по твоей вине все стадо сдохло!
   Лина выдержала жесткий взгляд ведьмы.
   Она не стыдилась своих действий у вампирского ночного клуба в прошлом ноябре и не собиралась кому-либо давать повод обвинять себя в случившемся.
   Аграфена, не дождавшись ответа, продолжила:
   - Поэтому спрошу: зачем тебе способ избавления, если Откат уже был? Ты ж гемофаг теперь. Печать любой талант уничтожает.
   Лина переглянулась с Марком, и тот ответил вместо нее:
   - Такие вещи никогда не помешают, уважаемая.
   Ведьма положила ногу на ногу и вцепилась взглядом в понтифика:
   - А я думаю, тут другое. Я догадываюсь, что твоя красавица натворила новых дел, - торговка кивнула головой в сторону Лины, - И даже догадываюсь - когда! Вот ты и носишься по всей Москве, сломя голову, пытаясь ее спасти в очередной раз.
   - Я плачу тебе за способ и надеюсь его получить. Аналитику я у тебя не прошу, - резче, чем хотел бы, ответил ей Марк.
   - А отсюда второй вопрос, как она могла что-либо сделать, если ты превратил ее в гемофага сразу, как девка к тебе вернулась? - не слушая его, продолжила Аграфена, - Не складываются плюсики с минусиками-то.
   Лина судорожно сжала ладонь мужчины.
   - Мы были бы благодарны, если бы вы все-таки рассказали нам о том, что вы нашли.
   Аграфена еще раз хмыкнула, оглядела Лину с ног до головы и задумчиво проговорила:
   - Да, способ тебе и правда нужен. Откат уже скоро, я вижу по твоей ауре!
   - Что? - встрепенулся понтифик.
   - А твои маги не увидели еще этого? - спросила у него ведьма, - Паршивые маги, гони их прочь. Я сразу заметила, как вошла. У нее аура черная, как у смертника.
   Лина встревожено переглянулась с высшим.
   - Я гемофаг, меня сложно убить.
   - Но это не значит, что невозможно, красавица! - хмыкнула ведьма.
   Лина отвела взгляд, понтифик упорно молчал, но с силой сжал ладонь любимой.
   - Ну, хорошо, не мое дело. Итак, допустим, - ведьма неопределенно повела рукой, - Допустим, что ты все-таки сделала что-то ... , хм, неправильное. И, опять же, допустим, что твой любовник хочет не просто найти способ избавления и держать его где-то на полке, на всякий случай, а действительно его применить...
   Она еще раз обвела пару взглядом.
   - Так вот, что вам надо знать, чтобы не допустить повторения прошлого?
   Понтифик понял, что ведьма начала отрабатывать полученную оплату. Она подобралась и приняла деловой вид.
   Именно за информацию Марк ей заплатил, и сейчас Аграфена готова была отработать свой заказ.
   - Самое главное, вы должны понимать, что полноценного избавления от Отката не существует, - Марк хотел было перебить ведьму, но она подняла указательный палец вверх, - Я сказала - полноценного. Откат неизбежен и неотвратим, и именно это вы изменить не в силах. Если только...
   Паузы ведьма выдерживать научилась отменно. Внимание вампира и его смертной любовницы полностью было приковано к Аграфене.
   - Если только не найдете опытного часовщика, умеющего прыгать в паре, и не уговорите его вернутся назад строго в тот отрезок времени, когда твоя красавица меняла реальность, чтобы остановить ее. Но! - она еще раз выставила вверх указательный палец, - Ты, упырь, обязан помнить следующее: когда она меняет реальность -- она меняет все! А отсюда следует, что если ты остановишь то изменение, то вполне вероятно, что измениться абсолютно все в настоящем времени. Вся реальность может пойти совершенно по-другому. Если ты к этому готов, то ищи мастера времени.
   - Лину это спасет? - напряженно поинтересовался Марк.
   - Отката не будет, - ответственно заявила ведьма, - За это ручаюсь. А спасет ли? Без понятия. Быть может, ее машина собьет на следующий день, откуда мне знать, что там будет в той реальности-то...
   - Хорошо, - Лина взяла слово, - Что еще вы можете нам рассказать?
   Ведьма перевела на нее взгляд и покачала головой.
   - Многого я не знаю, красавица, уж извини. Слишком закрыта эта информация. Вы, ткущие, вообще на уровне легенд, про вас многие знают, но мало кто видел вживую, - она хрипло засмеялась, - Я сумела найти такие крохи, что..., - женщина махнула рукой, показывая бесполезность своих поисков, - В общем, Откат ударяет тем, чего ткущий боится больше всего. Боится боли - будет ему боль, боится лишений - будет бродяжничать, боится...
   Марк с Линой переглянулись. Кажется, они начали понимать.
   - Страх всегда создает дополнительную вероятность, она болтается где-то на самых краях, но все равно вполне осуществима. Сколько раз люди, боявшиеся чего-либо, это в итоге и получали? - горько добавила Аграфена, видимо вспомнив что-то свое.
   Она тихо вздохнула и, достав из сумочки носовой платок, промокнула им глаза. Но затем снова обратилась к своим заказчикам.
   - А когда ты, красавица, насильно создаешь вероятности, то реальность страха подхватывается автоматически. Поэтому Откат и невозможно остановить, он становится неизбежным. Ты его вытягиваешь вместе с принудительным изменением вероятности. Как бы объяснить понятней...
   - Я поняла, - коротко оборвала ее девушка.
   Ситуация складывалась не очень хорошая, но теперь Лина стала догадываться, почему Откат с Гюнтером был именно таким.
   - Думай, красавица, чего ты больше всего боишься в жизни, этим и будет Откат, - Аграфена пытливо взглянула на гемофага.
   Девушка отвела взгляд.
   - Сколько времени у нас есть? - спросил Марк.
   - Не знаю. Может день, может год. Об этом мне уже ничего не известно, -пожала плечами ведьма, - Я даже про сам то Откат еле нашла, а уж когда он произойдет...? Отслеживай ее ауру, - обратилась ведьма уже к вампиру, - тогда будет понятно. Чем ближе день - тем она будет чернее.
   Понтифик коротко кивнул и задал последний вопрос:
   - Сколько мы вам должны за новые сведения?
   Она покачала головой.
   - Я не верила, упырь, а теперь вижу своими глазами. Не нужно мне ничего от вас, кроме уже оговоренного.
   Марк выпрямился и холодно заметил:
   - Я приеду сегодня вечером и привезу плату.
   - Но ты ведь уже заплатил! - обернулась к нему девушка.
   Ведьма ухмыльнулась.
   - Не все заплатил, красавица, не все!
   ...
   Мама позвонила, когда у Лизы только закончился урок. Женщина была расстроена и очень просила дочь приехать и поговорить с Павлом. Жесткий, властолюбивый отец и не менее независимый брат постоянно ругались, сталкиваясь то по мелочам, то по крупным жизнеутверждающим принципам.
   - Что они опять не поделили? - со вздохом спросила девушка, понимая, что после работы, как бы она ни хотела, придется ехать к родителям и мирить родичей.
   - Отец снова насел на Павла по поводу диссертации. Он все никак понять не может, что Павлуше не нужна кабинетная работа! - посетовала мама, - Сможешь приехать? Я как раз "шарлотку" твою любимую пеку.
   Ну да, по-доброму усмехнулась Лиза, чтобы оплатить мои посреднические труды. Мамину шарлотку она любила. Мама у нее вообще изумительно готовила, что котлетки-зразы всякие-разные, что окорок-буженинку, что окрошки летние и зимние. А уж за рецепт ее фирменного холодца выпрашивали все соседки и знакомые.
   - Хорошо, приеду, только ненадолго, мы с Витей хотели погулять сходить вечером.
   - Спасибо, золотко, я предупрежу папу, - мама довольно стала прощаться. Главное дело сделано и в ее маленьком мирке снова воцарится покой.
   У родителей она была почти в шесть часов вечера.
   - Ну как ты, сестрен? - Павел развалился на кушетке в собственной комнате. Руки за голову, на лице довольная улыбка.
   - Опять папу доводишь? - спросила Лиза, не заметив его вопроса.
   Парень поморщился. Из всех своих двадцати шести лет жизни большую их часть он провел в постоянных противостояниях с родным отцом. Профессор истории, преподаватель в университете, Сергей Викторович Тихомиров был жестким, авторитарным человеком, твердо уверенным, что его слово единственно верное и значимое и для студентов, и для родной семьи. Сын этому противился как мог, яростно отстаивая свою собственную, зачастую противоположную, в пику отцу, точку зрения.
   - Он хочет, чтобы я сидел у него под боком и скакал по его приказу!
   - Паш, он хочет тебе добра, - начала заступаться за отца девушка.
   - Я сразу ему сказал, что кабинетной крысой я не буду! - озверился на нее брат, - Я что, маленький, что ли? Всю жизнь у него под бочком провести? Папеньку должен до конца жизни слушаться? Не хочет он понимать, что его дети выросли, пусть не понимает, но заставлять меня делать все по его приказу, он не имеет права!
   - Паш, угомонись! - резко одернула брата Лиза, - Ты тоже не маленький и должен понимать, что человека, особенно в его возрасте, - она кивнула на закрытую дверь, - не переделаешь! Но ведь всегда можно найти какой-то компромисс!
   - Лиз, какой компромисс? С кем? С ним? Он требует, чтобы я бросал свою экспедицию и сидел с ним в кабинете! "Диссертацию в палатке не напишешь"!
   Парень поднялся с кушетки и заходил взад-вперед по комнате.
   Девушка засмотрелась на брата. Все говорили, что Павел Тихомиров - полная копия своего отца. Что по внешности, такой же высокий, статный, эффектный блондин, что по характеру.
   - Паш, ну а если ты после экспедиции просто поработаешь немного с папой? Тебе же по-любому отчетность составлять, не все же делать это в очередной поездке? - постаралась она утихомирить брата.
   Тот лишь махнул рукой. Впрочем, как всегда. Правда, чуть позже он, скорее всего, обдумает это предложение и примет его к действию, это тоже было всегда. Но пока он не собирался примиряться с отцом.
   - Так ты-то как? - повторно задал Павел свой первый вопрос.
   Лиза откинулась на спинку кресла, в котором сидела.
   - Да никак. Работаю потихоньку, в пансионат вот устроилась на подработку, Александр посоветовал.
   - Я слышал, к тебе Витька вернулся? - спросил он, прищурив глаза. Ясное дело, не работа Павла интересовала.
   Лиза коротко кивнула.
   - Простила?
   Непонятно пожала плечами.
   - Не простила?
   Снова пожала плечами.
   - Лиз? - Павел заставил ее посмотреть на себя.
   - Да я не знаю, - она отвернулась к шкафу и начала разглядывать стоящие на полках книги, - Честно не знаю. Вроде, он же попросил прощения, но как увижу его, так сразу и вспоминаю ту дрянь в постели. И отношение сразу появляется какое-то мерзостное, как к совершенно чужому человеку.
   - То есть, не простила, - сделал вывод брат.
   - Не знаю.
   - Иначе бы не вспоминала!
   В дверь робко постучали.
   - Ребята, давайте к столу! - позвала их мать.
   Павел, театрально склонившись перед сестрой в поклоне, жестом показал ей на выход. Лиза невольно прыснула со смеху и первой вышла из комнаты.
   На большой кухне стол уже был накрыт. По середине стоял большой чайник, вокруг него кружки, блюдца, вазочки с вареньем, обещанная мамой "шарлотка", блюдо с пирогами.
   Во главе стола сидел отец. Шевелюра седеющих волос слегка растрепана, яркие синие глаза гневно смотрели на сына. Все еще не успокоился, не отошел от скандала.
   Да и Павел тоже - приветственно кивнул отцу, но старался смотреть куда угодно, только не на него.
   "Как два петуха", - подумала про них Лиза, но постаралась скрыть улыбку. Отец не любил насмешек, даже в шутливом тоне.
   - Как твои дела, дочь? - несколько сурово он поинтересовался у нее.
   - Все хорошо, папа, спасибо, - девушка кивнула головой.
   - Так ты все-таки простила Виктора, - вклинилась тут же мама, - Вы погулять сегодня хотели вместе.
   - Да не простила она его! - Павел ответил за сестру, не замечая яростного взгляда, что она ему отправила.
   - Дочь, объясни! - потребовал отец. Он сжал в руке ложечку с вареньем, не донеся ее до рта.
   Вот поэтому Лиза и долго раздумывала, подавать ли ей на развод. Отец не поймет. Родители не поймут.
   Профессор Тихомиров был ярым приверженцем идеи - если семья, то это навсегда, и такого понятия как "развод" для него просто не существует, чтобы в семье не происходило. Так он и своих детей старался воспитывать, но привело это к совершенно другому результату: Павел, в свои двадцать шесть лет категорически отказывался жениться, а Лиза выскочила замуж за первого же предложившего, лишь бы избавиться от диктата отца. Они ведь видели и ночные развлечения отца, когда он оставался у очередной любовницы, и тихие слезы матери.
   - Он все-таки мне изменил! - тихо проговорила девушка, с опаской глядя на главу семьи.
   - И что? - не понял отец, - Он же мужик! Он и должен гулять по бабам! А твоя женская участь, раз уж удосужилась выйти за него, сидеть дома и ждать, пока твой муж соизволит явиться!
   - Но я не хочу сидеть и ждать, - все так же тихо ответила она, - Я считаю, что он не уважает меня, раз позволяет...
   - Она считает, ну надо же! - с сарказмом перебил ее профессор, - Она, видите ли, считает! Лиза, ты вышла замуж! Ты мужняя жена! И что ты считаешь по поводу своего мужа, не волнует никого из здесь присутствующих!
   - Но, папа,...
   - Никаких "но"! Чтобы разговоров о разводе я не слышал! - отрезал мужчина, - Тоже мне, взяла моду! Ты хочешь, как мои некоторые студентки, к тридцати годам с тремя разводами остаться? Ты вышла замуж и обязана научится жить с мужем! Семью строить - это не в куличики играть!
   - Он же изменил! - упрямо вставила свое слово Лиза.
   Павел сидел и с удовольствием наблюдал за тем, как отец ругает сестру. Что ж, пусть она вот в этом случае попробует найти компромисс.
   Мама же занималась разрезанием "шарлотки" и в разговор не встревала. Муж давно ее приучил к тому, что ее мнение не требуется, и хотя она была согласна с дочерью, держала свое слово при себе.
   - Дочь, я свое слово сказал! Чтобы ни о каком разводе я от тебя больше не слышал, ты поняла? Двух лет с мужем не прожила, а уже туда же - развод! Парень оступился и ты как женщина, как жена обязана дать ему понять, что ты это понимаешь!
   Лиза насупилась и замолчала. Отец не приемлет расторжения брака, мать против него не пойдет, брату - все равно, останется она с Виктором или нет, у него своих забот хватает.
   И где тут найдешь так необходимую ей поддержку?
   ...
   Марк появился дома только поздно ночью, когда Лина уже почти засыпала на диване в гостиной, ожидая его прихода. Она встрепенулась, услышав звон ключей, и раскрыла книгу, как будто так и было.
   Понтифик, как и обещал, приехал вечером к ведьме домой, в который раз удивившись контрасту между его дневной посетительницей и этой хибарой. Аграфена выцедила у него ровно пол-литра крови, присоединив медицинский переносной кровоотсос. Зачем ей нужна была его кровь, она так и не говорила, на что Марк еще раз пообещал, что если это коснется его Лины, то он сотрет с лица земли не только ведьму, но и всех обитателей этой хибары.
   Аграфена озлобилась и в резких выражениях высказала понтифику, что у нее хватает забот и помимо его девки.
   Покинув дом ведьмы, понтифик направился к донору, а оттуда домой.
   - Ты ждала меня? - удивился Марк, по его подсчетам, девушка давно должна была быть в постели. Он догадывался, почему девушка до сих пор не спит и ему очень не хотелось говорить Лине, чем именно он заплатил торговке за ее поиски, по крайней мере, не сейчас.
   - Я всегда тебя жду!
   Марк несколько недовольно покачал головой.
   - Ты ужинала?
   - Да, родной.
   Лина была недовольна так же. Ей не нравилось, что Марк от нее скрыл вторую оплату ведьме. Девушка считала, что раз они в одной лодке, раз понтифик взялся за поиски решения с Откатом, то он не должен от нее ничего скрывать.
   Она утянула его на диван и сама села рядом.
   - Надо поговорить.
   - Радость моя, уже поздно, тебе пора спать, - попытался перевести тему мужчина, но она его не слушала.
   - Нет, мы поговорим здесь и сейчас! - жестко произнесла Лина, - Чем ты заплатил Аграфене? Помимо денег?
   - Это не важно, главное, что мы получили сведения.
   Лина настаивала.
   - Марк, лучше скажи!
   - Лина, я не очень настроен сейчас на обсуждение этого вопроса, - он сгорбился и опустил голову на руки. С тех самых пор, как он уехал от Аграфены, его не покидало ощущение, что он сам затянул петлю на их с Линой шеях.
   У нее аж сердце екнуло от такой позы высшего. Сильный, гордый мужчина сейчас был поникшим и потерявшим уверенность в самом себе.
   - Родной мой, - сжалилась девушка, - я понимаю, что для тебя это было неприятным, но я должна знать, ведь это ради меня ты...
   - Кровь, - он оборвал ее просьбу, - Я отдал ей свою кровь.
   Лина откинулась на спинку дивана.
   - Значит, кровь, - задумалась она, - Но насколько я знаю, в твоей крови нуждаюсь только я.
   - Видимо, не только. Я предупредил ее, чтобы даже думать о тебе не смела! - согласился Марк.
   Девушка потерла виски. Зачем Аграфене сдалась кровь высшего вампира? Он же маг, она не сможет эту кровь использовать ни в ритуалах, ни в заклинаниях. Да и никто не сможет.
   Понтифик молча сидел рядом. Он тоже задавался этим вопросом, но также не находил ответа.
   - Знаешь, я тут подумала над тем, что она сказала тогда в резиденции про Откат, - девушка перевела тему, - И мне пришло в голову вот что. Помнишь, когда я в прошлом году попала в клан, твой брат просил меня продемонстрировать свой талант.
   Понтифик выпрямился и кивнул.
   - Да, помню, и ты перед этим еще спасала Гюнтера в драке. Я тоже об этом подумал. Ты жила одна, зарабатывала самостоятельно...
   - И я боялась лишиться работы, - продолжила она его мысль.
   - А тебя в итоге уволили.
   - А когда мы с тобой стали жить вместе, то ...
   - Ты боялась, что я буду вести себя как твой муж, верно? Бить, издеваться и насиловать, - он хмуро взглянул на нее.
   Лина опустила голову. Ей стало очень стыдно, что она так не доверяла Марку. Но с другой стороны...
   - Согласись, у меня был повод так думать.
   - Нет, - категорично ответил ей мужчина, - повода не было, но я тебя понимаю. В итоге, Гюнтер с тобой поступил именно так.
   - Да.
   - Поэтому, скажи мне, любовь моя, - он повернулся к ней, опершись локтем о колено, - Чего ты боишься больше всего сейчас?
   Лина печально покачала головой.
   - Не знаю. Слишком многого. Слишком. И за тебя боюсь, и за себя, и будущего, и прошлого. Я не могу вычленить из всего что-то особенное и самое важное. Весь день сегодня думала об этом и не могу.
   - Надо, моя радость, надо и тогда мы поймем хотя бы, в каком направлении двигаться, если не найдем мастера времени.
   Марк поднялся с дивана и подал руку Лине.
   - Завтра Матвей съездит снова к Алексею, у них вроде как сложились хорошие отношения. Он сможет договориться насчет часовщика Гильдии.
   Лина приняла его руку и встала.
   - Я поеду вместе с ним.
   Марк удивился.
   - Зачем? Матвей все сам сделает.
   - Нет, Марк. Ведьма права, я натворила дел, а ты вместо меня все это расхлебываешь. Это не дело. В конце концов, Гильдия мне тоже обязана за прекращение войны, так что пусть это будет их выплатой по счетам.
   - Хорошо, - согласился он,- Но будь очень осторожна. И с тобой завтра...
   - Снова поедет Рустам? - покорно вздохнула она, заканчивая за него мысль.
   - Да, родная, после сегодняшнего без телохранителей никуда.
   Совместное принятие ванны, глоток крови понтифика и затем бурный всплеск чувств. Сегодня они занимались любовью страстно, яростно, с каким-то легким осадком обреченности, как будто расстаются очень надолго.
   Уже был почти рассвет, и высший начал засыпать, обнимая любимую одной рукой.
   - Марк! - Лина все-таки решилась сказать то, что ее весь день сегодня мучило.
   Она выбралась из его объятий и привстала на коленях на кровати.
   - Знаешь, я никогда этого не говорила, но хочу сказать сейчас.
   Мужчина пристально смотрел на девушку, ожидая продолжения.
   - Спасибо, - она взяла его ладонь и прижала к своей щеке, - Спасибо за все, что ты для меня делаешь, и все, что ты ко мне чувствуешь.
   Понтифик хотел было остановить ее, но она не послушала и приложила к его губам палец.
   - Нет, нет, выслушай. Я на самом деле хочу сказать тебе, как благодарна и за твою любовь, и за твою заботу. Ты столько всего делаешь, чтобы я была счастлива. Ты заботился обо мне с самого начала, вытаскивал из проблем и неприятностей, даже дом свой переделал. Я не знаю, как выразить тебе мою благодарность и чем ответить тебе за все.
   Понтифик приподнялся на локте и потянулся к девушке.
   - Лина, - голос вдруг стал хриплым, - Единственное, чего я хочу, чтобы ты была со мной всегда. Больше мне ничего не нужно.
  
   4 Глава.
  
   Ночью в парке практически нет посетителей.
   Тихо, спокойно, без шумной возни играющих ребятишек, без прогуливающихся по аллейкам влюбленных парочек, молодых мамочек с колясками и благодушных пенсионеров.
   Мужчина глубоко вздохнул и откинулся на спинку лавочки, на которой сидел. Тростью чуть поводил по асфальту, отпихнул пару камешков. Темный костюм, черные волосы с небольшой проседью у висков, аккуратная бородка-испаньолка.
   - Уже слишком поздно, чтобы дышать свежим воздухом! - добродушно проговорил молодой парень, усаживаясь рядом с ним. Длинные до плеч волнистые волосы, легкая ироничная улыбка на тонких губах. В эту довольно прохладную ночь он был одет лишь в легкий блейзер и джинсы, но холод, кажется, его не беспокоил.
   Мужчина искоса бросил на него настороженный взгляд, и, не увидев ничего опасного в его поведении, позволил себе легкую усмешку:
   - Свежим воздухом дышать никогда не поздно, мой друг!
   Гюнтер хохотнул и ударил рукой по колену.
   - Я рад видеть вас, учитель!
   Высший коротко кивнул тому и продолжил смотреть на верхушки деревьев.
   - Я слышал, Адриан новый контракт заключил. - лениво заметил он, словно ведя светскую беседу о погоде.
   Парень долго молчал, чтобы ответить.
   - Да, мы уезжаем в Москву.
   Эстебан одобрительно кивнул головой.
   - Ты с ними? Это хорошо.
   Гюнтер чуть поморщился:
   - Учитель, я хотел вам сказать, что не ...
   - Я хочу, чтобы ты помог Адриану в этом деле, - оборвал его высший. Он снова покорябал тростью дорожку перед лавочкой, ожидая ответа ученика, как будто ничего особо важного не сказал.
   - Почему? - тихо, едва слышно, произнес Гюнтер.
   - Я знаю, что на самом деле случилось в тот день.
   Парень зло усмехнулся:
   - Адам рассказал?
   - Адам? - Эстебан впервые за всю беседу повернулся лицом к бывшему ученику, - Нет, мой друг, я лишь тщательно обследовал библиотеку Владимира. С его разрешения, разумеется.
   Гюнтер понятливо кивнул головой. Да, библиотека у господаря действительно хороша, особенно по тематике менталов. Елиазар был пол-жизни отдал за труды, что в ней находились.
   - Если я помогу Адриану, что получу взамен?
   Бывший учитель пристально на него посмотрел:
   - Я постараюсь вернуть тебя в семью, когда объясню произошедшее на Конклаве.
   Гюнтер протяжно выдохнул. Вернутся обратно? Снова стать Гюнтером из семьи Ривейра? Получить защиту и покровительство учителя? Перестать быть бродяжником?
   Заманчивый приз!
   И для этого надо всего лишь согласится помочь своему нынешнему главе...клана? стаи?
   Вслух согласится. Официально.
   Это не сложно.
   Потому что это решало часть задач, что возложил на него Адам.
   Гюнтер коротко кивнул, подтверждая принятое решение, молча поднялся с лавочки и пошел в сторону выхода.
   Эстебан смотрел ему вслед и, только когда бывший ученик скрылся с глаз, он позволил себе легкую презрительную усмешку. Едва заметную. Кончиками губ.
   Владимир в тот памятный день неделю назад предложил, точнее, приказал бывшему префекту стать консультантом по этому "мероприятию", как он сам назвал план похищения гемофага. Эстебан долгое время прожил в Москве, с Ветровой был довольно близко знаком, ближе, чем любой из присутствующих. Кто, как не он?
   Адриан обязан был согласовывать с испанцем свои действия, за это бродяжник выторговал немаленькую сумму, но Владимир согласился без проблем. Для него было главным вытащить ткущую из под крыла итальянского выродка и привезти в Бухарест.
   Эстебан же против нового назначения не возражал. Ему самому девка была уже не нужна, высший очень сомневался в том, что она сохранила свой талант. Испанец неплохо знал Гая и был уверен, что тот не стал бы рисковать такой редкой менталкой ради сомнительного шанса сделать ее бессмертной.
   Но с недавних пор у него появился свой резон в этой авантюре.
   ...
   - Этот контракт нас убьет!
   - Заткнись, Шарль! - лениво проговорил Вильгельм, крутя в руках дротик от дартса, - Адриан знает, что делает!
   Мужчина прицелился, размахнулся и кинул стрелкой в мишень, висящую на стене.
   Помещение, где жила стая, находилось в заброшенном жилом здании. То ли у инвестора деньги закончились, то ли недавно прокатившийся по миру финансовый кризис заставил строителей свернуть работу. Верхние этажи были недостроены и по ночам пугали редких прохожих скелетом из свай, нижние этажи оккупировала стая бродяжников. Конечно, это не комфортабельные апартаменты, но и мало кто рискнет сюда прийти и поинтересоваться жителями.
   - Адриан ведет себя как тупая баба! - продолжал беситься Шарль, ходя по комнате из угла в угол и пиная ногами пустую бутылку из-под пива.
   - Я же сказал - заткнись! - Вильгельм проследил, как бутылка откатилась к углу комнаты, чуть там постояла и по инерции двинулась в обратную сторону, заворачивая влево, к его ногам.
   - Эта сука подведет нас под монастырь!! - заорал его приятель, показывая пальцем почему-то на окно.
   - Заткнись, я сказал!- рявкнул на него стрелок, - Адриан правильно все делает! Как только девка понтифика будет у нас в руках, Росси на лапках перед нами станет прыгать, лишь бы она не пострадала!
   - Я знаю Росси! - в голосе Шарля слышалась настоящая истерика, - Он из нас фарш сделает, если с ее головы хотя бы волос упадет!
   - Ничего он нам не сделает, только перед своей сукой бахвалится! - Вильгельм усмехнулся и метнул еще один дротик. Стрелка вонзилась рядом с предыдущей, задев ее оперением, - Вон, посмотри на Рейнхарта! Он девку спокойно разложил и что? Росси только гавкать да огрызаться может, я слышал, даже на Конклаве ему запретили трогать...
   - Заткни пасть, тварь! - едва слышно, а поэтому еще более зло, прозвучал голос Гюнтера. Видимо, входя в комнату, он услышал последние слова Вильгельма, - Я предупреждал, чтобы об этом...
   Стрелок рывком поднялся со своего стула и зарычал на вошедшего.
   - Ты, пришлый сучо...
   - Рты закрыли! - рев вошедшего вслед за разъяренным вампиром Адриана мигом оборвал начинающуюся свару, - Как шавки подзаборные, только и делаете, что грызетесь между собой!
   Вампиры виновато склонились перед своим лидером, лишь Гюнтер цинично усмехнулся, глядя на такое раболепие. Как бы бродяжники между собой не отзывались об Адриане, в лицо ему никто не смел высказать своих претензий.
   Они его боялись.
   - Пошли вон! - тот выгнал из комнаты своих подчиненных и вперил тяжелый взгляд в Гюнтера, - Ты задержался. Я ждал тебя еще вчера.
   - Да, были кое-какие дела, - ответил вампир и без спроса уселся на стул, занимаемый до этого Вильгельмом. Покрутился на нем, оглядываясь, хмыкнул на пустые стены и разбитый абажур лампы в потолке. Взял в руки дротик и метнул его в мишень. Стрелка вошла ровно между двумя предыдущими.
   Бродяжник отметил его поведение и слегка нахмурился. Новичок себе слишком много позволял, но, к сожалению, в этом деле без него никак. Эстебан особо указывал, что его бывший ученик сможет быть полезным. Еще бы - ведь именно из-за этой девчонки его из семьи и изгнали.
   - Эстебан говорил, что ты сможешь помочь.
   Гюнтер лениво повертел в руках второй дротик и отбросил его на стол.
   - Мой бывший учитель много чего говорил, - он глянул на Адриана исподлобья, - И мне в том числе.
   Вампир уставился на бродяжника. Долго смотрел, словно ожидал чего-то. Но тот молчал. Стоял у окна и лишь поглядывал периодически на улицу, давая понять, что чужие разборки это не его проблема.
   Гюнтер цинично ухмыльнулся. Ну что ж, совет он даст, а вот воспользуется ли им Адриан...
   - Я не знаю, что в итоге из нее сделал понтифик, - проговорил он медленно, как будто до сих пор раздумывал, говорить или нет, - Но искренне предлагаю тебе захватить с собой пару ампул снотворного, когда поедешь на дело.
   Это был второй совет, что дал Гюнтер Адриану, с тех пор как услышал, что глава его нового маленького клана подписался на такой самоубийственный контракт. Первым был - сразу присмотреть себе красивый склеп, в котором его навечно зароет понтифик.
   И дело даже совсем не в том, что вытащить Лину из Москвы значило стопроцентно подставить себя под удар не только московского понтифика, но и всех европейцев. Слишком многие теперь знали о принадлежности бывшей ткущей Марку, а значит, она попадает под статью о защите имущества.
   Просто Гюнтер, как и некоторые из присутствующих на Конклаве, тоже задумался, почему Гай решил провернуть ту жуткую историю с таким редким менталом, как Лина. И пришел к тем же выводам, что и озвучил на собрании Марк. И о чем умолчал. Гай не стал бы создавать гемофага из единственной ткущей, если бы не был уверен, что она сохранит свои способности. А значит, надо быть крайне осторожным и осмотрительным в этом деле.
   - Больше ничего ценного подсказать не сможешь?
   - Я не знаю, кем или чем Марк ее сделал, - повторил свою фразу Гюнтер и выжидающе посмотрел на Адриана.
   Это все, что он собирался сказать главе своего нового клана. Большего тот не услышит.
   У него была своя игра, правила которой оглашать Адриану он не собирался.
   С Адамом они четко все обговорили, выверили все детали и тонкости планируемого дела. И если тому досталась задача по поиску мага, то Гюнтер должен был выкрасть девчонку. Снова выкрасть.
   Но он искренне надеялся, что когда Лине все расскажет, она поймет.
   ...
   На следующий день Матвей сидел рядом с Линой на заднем сидении лимузина и размышлял.
   Аграфена четко дала понять, что других способов избавиться от Отката, кроме обращения к мастеру времени, нет. Но в каких источниках она вообще искала свою информацию? Насколько вампир знал, понтифик и отец Сергий, "бывший отец Сергий", мысленно он поправился, перерыли все возможные архивы. Но нигде ничего не нашли, кроме коротких общеизвестных данных.
   Как-то некстати вспомнился этот бывший священник.
   Матвей ему не доверял. Ни на грош не доверял.
   Все его участие в истории с Алиной было шито белыми нитками, как считал заместитель понтифика. Во внезапное раскаяние отца Сергия Матвей попросту не верил. Особенно в то, что тот решил искупить свою вину именно перед Линой. Невозможно быть на самом верху воинственного Ордена и не замазаться загубленными жизнями. Он точно знал, что святых не бывает. Орден работает с менталами очень жестко, можно сказать жестоко, для них главное - положительный результат. Кое в чем они давали фору даже знаменитым лабораториям механиков. Да и с ткущими орденцы сталкивались не в первый раз, взять ту же семью Натансона.
   Наверняка у Ордена оставались какие-то наработки и документы. И по Откатам тоже.
   После окончания войны одним из условий заключения мира была предоставление всех материалов, собранных в работе с менталами. Как бы ни относились к своим противникам вампиры, но они понимали, что их опыты по изучению и привлечению талантов экстресенсов были важны и могли во многом помочь.
   Но по некоторым менталам материалы оказались потеряны или уничтожены. Пироманы, биолокаторы, мастера времени... И ткущие.
   Сергий, хоть и не вернулся обратно на свой пост, но активно помогал в заключении мира, и он слишком уж категорично заявлял, что ничего не сохранилось. Матвей ему не верил. Подобные документы просто так не выкидывают в мусорный ящик.
   Странно это все, и такие странности вампир не любил.
   Он перевел взгляд на Лину. Девушка сидела рядом с ним, положив сумочку между ними как барьер, и задумчиво глядела в окно на пролетающие мимо автомобили.
   Ткущая-гемофаг. Кто бы мог подумать, что у Гая, мир его праху, все-таки получится эта задумка. Честно сказать, Матвей не верил. Да и кто бы поверил то, при той ситуации.
   Но Гай тоже, хм, молодец. Додумался так рисковать единственной имеющейся в клане ткущей, тем более с таким мощным блоком. Матвей прекрасно помнил собрание высших клана, где Лина была представлена. Буря в стакане воды, потомок Циклаури с почти нулевым активом.
   Но Гай смог. Точнее, не сам Гай, а Гюнтер. Девчонке, конечно, досталось, Матвей прекрасно помнил, какой она вышла из той передряги - едва живая, с лоскутами изувеченной психики. Ему стоило больших трудов привести девчонку в относительный порядок и вернуть ее понтифику. Кстати, тот не преминул и поблагодарить, и пожурить за столь явное самоуправство будущего заместителя.
   Но главное было сделано: Ветрова стала почти бессмертна и сохранила свой талант.
   Если бы Гай был жив, он бы это как следует отметил.
   Лина же, в свою очередь, думала о том, какими словами ей уговорить Алексея помочь с мастером времени.
   Марк немного рассказал, кто это такие и как они работают. Часовщики могли создавать своеобразные порталы во времени, прыгая сквозь них в прошлое. Будущее, к сожалению, было закрыто.
   Лине пришлось признаться понтифику, что она выбирала нынешнее будущее летом, исходя из двух основных вероятностей. Второстепенные девушка просто отбросила, даже не проверяя. Одна вела к мирному решению, но имела минимальные шансы сбыться, вторая же создавала в Москве апокалипсис городских масштабов. Лина силой своего таланта вытащила мирную вероятность и насильно для существующей реальности сделала ее приоритетной, но в итоге ей предстоит за это заплатить страшную цену.
   И именно это девушке придется сейчас объяснять Алексею.
   Как бы она не хорохорилась перед Марком, что нейтралы ей тоже обязаны окончанием войны, сама девушка далеко не была так уверена, что сможет надавить на их чувство долга. Поэтому сейчас Лина сидела в машине и пыталась продумать основные аргументы для сложного разговора.
   ...
   В учебных пансионах Лина еще ни разу не была, поэтому ей очень хотелось рассмотреть все как следует, но ей этого не дали сделать. Лимузин Рустам припарковал у самого крыльца учебного корпуса пансиона, едва не задев вышедшего встречать гостей Алексея. Матвей, поздоровавшись с куратором, быстрым шагом пошел внутрь, привычно находя дорогу в его кабинет. Лине же пришлось едва ли не вприпрыжку следовать за двумя мужчинами, поэтому она лишь мельком отметила круглый вестибюль с колоннами и мраморные лестницы, уводящие наверх.
   Услышав, по какому поводу гемофаг понтифика посетила пансион, Алексей развел руками.
   - Мы ничем не сможем вам помочь, Алина. Наш мастер, к сожалению, был пару дней назад направлен в клинику Назарова.
   - Клинику Назарова? - Лина отвлеклась от разглядывания кабинета куратора и перевела вопросительный взгляд на Матвея. Тот, услышав это, выругался сквозь зубы.
   - Это специальная лечебница для менталов..., хм, вышедших из строя, - вампир сумел подобрать не такое резкое слово, как хотел изначально. Известие о сумасшествии старого мастера его не на шутку встревожило. Это так не вовремя!
   - Надолго он лег на лечение?
   Алексей хмуро посмотрел на заместителя понтифика.
   - У него прыжки шли каждые две с половиной минуты. Сам решай, надолго ли?
   Матвей изумленно поднял брови.
   - А что ж раньше то...?
   - А вот! - развел руками куратор.
   Вампир снова грубо выругался, вызвав крайне недовольный взгляд Лины.
   Он даже не подумал извиниться. Не до сантиментов сегодня.
   Такие частые прыжки часовщика говорили только об одном: выбраться из клиники у мастера времени нет шансов вообще.
   Алексей заходил по кабинету взад-вперед.
   - Думаешь, я доволен этим? - он обращался только к Матвею, - Нам самим опытный часовщик нужен позарез. У меня тут девочка есть, а ее теперь обучать некому.
   - Сильная девочка?
   Куратор качнул головой:
   - Достаточно.
   - И что теперь делать? - привлекла к себе их внимание Лина.
   Мужчины переглянулись, Алексей вздохнул, а Матвей потер переносицу.
   - Нужно обращаться к другим кланам, - решил куратор, - Ни у нас, ни у заграничных нейтралов нет опытных мастеров времени, согласных сюда приехать.
   Алексей знал, что говорил. Он уже посылал запросы другим Гильдиям с просьбой предоставить ему для обучения юной часовщицы своих мастеров. Все отказали. Собственно, мужчина не мог их упрекать в этом. Прошедшая недавно война напугала всех и, получая очередной отказ, Алексей так и видел сквозь строки опасение, не перешла ли эта война из открытых противостояний в тайную партизанщину? Хотя, конечно, официальные ответы сопровождались железобетонными аргументами, что данный мастер ушел на покой, сильно занят, не берет на обучение детей или отказывается выезжать из страны.
   А девочке надо как можно быстрее начать обучение. Видя, что происходило в больнице, куратор понял, что у Маши большой талант, и чем дольше он его игнорирует, тем больше будет сложностей.
   - К другим кланам, говоришь? - Матвей прищурил глаза.
   Это абсолютно не входило в планы понтифика.
   Другим кланам придется давать объяснения, почему вдруг москвичам понадобился часовщик. И если просьбу нейтралов объяснить можно легко, то прыжок с гемофагом понтифика в определенный день официальному объяснению не поддавался. Особенно учитывая, что Лина до постановки Печати была ткущей, а прыжок должен быть в день, когда она официально уже стала гемофагом. Это все повлечет за собой те вопросы, на которые ни сам понтифик, ни его заместитель, ни тем более Лина отвечать не хотели.
   Потому что лишь единицы знали, что Лина сохранила свои способности.
   И Алексей был из тех единиц.
   А также он прекрасно понимал, что сотрудничество с кланом, пусть даже и несанкционированное Владиславом, дает шанс использовать бывшую ткущую по прямому назначению, а это открывало довольно интересные перспективы в будущем. А значит, помогать вампирам он будет в любом случае на свой страх и риск.
   - Ты уже думал, к кому можно обратится? - задумался Матвей.
   Куратор кивнул.
   - Да, кандидатов-то немного. Нам ведь тоже не абы кто нужен. Мастер должен быть опытным...
   - И мощным, - закончил его мысль вампир, поняв, о чем тот говорит, - Да, таких персон маловато.
   - Если говорить точнее -- пятеро.
   - Африканец?
   - Нет уж, - поморщился Алексей, - Я знаю Мунаша, он слишком любит маленьких девочек.
   Матвей кивнул с пониманием. Рисковать не стоит.
   - Тогда Ахмед? - предложил Алексей, - Он как раз подойдет.
   Настал черед морщиться вампиру.
   - А с ним приедет сюда Мустафа, он же опекун. Мне его и в Крымскую хватило по горло.
   Лина молча сидела и слушала, как вампир и маг перебирают имена, словно яблоки в магазине. Этот с бочком, этот с душком, а этого вообще пора в мусорный ящик.
   - Тогда остаются Скандинавия, Испания и Греция, но последние две точно отпадают. Александрос уже задавал некоторые вопросы Марку по поводу его подопечной.
   Девушка удивленно вскинула голову.
   - Что?
   Марк ей не говорил о своем разговоре с главой европейского клана. И даже не заикнулся, что кто-то начал задумываться о мотивах Гая, связавшего такую сложную интригу, как создание из обычной менталки полубессмертного существа. Матвей отмахнулся, это сейчас было не важно. Лина попыталась еще раз привлечь его внимание, но вампир упрямо этого не замечал.
   - Согласен, остается только Элсбет, в скандинавском клане именно она курирует вопросы менталов. Значит, будем разговаривать с ней.
   - Эрик с ней не заявится? - опасливо поинтересовался Алексей.
   Глава скандинавского клана слыл мужчиной наглым и умеющим подобрать не только, что плохо лежит, но и что вообще появилось у него перед глазами. Не стоило лишний раз светить перед ним неоперившимися птенцами "Радуги". Мало ли.
   - Вряд ли, у него сейчас своих забот хватает.
   ...
   Алексей решил проводить своих гостей до машины. По дороге к дверям корпуса у вампира с куратором завязался неспешный разговор о работе нейтралов и вся группка остановилась, так и не дойдя до выхода.
   Матвей только собрался ответить Алексею на заданный вопрос, когда заметил подходящую к ним молодую девушку - очаровательную молодую особу, стройную, хрупкую блондинку с короткой стрижкой и удивительно красивыми серыми глазами. Одетая в светлый джемпер и прямую черную юбку до колен, она представляла собой типичного учителя: строгая и интеллигентная.
   Куратор обратил внимание, что вампир смотрит куда-то мимо него и обернулся.
   - Ааа, Елизавета Сергеевна, добрый день! - поздоровался он с учительницей, - Вы что-то хотели?
   - Да, Алексей Петрович, мне бы с вами обсудить пару вопросов, когда это можно сделать?
   Лиза впервые окинула извиняющим взглядом всю компанию и чуть не ахнула. На нее с улыбкой смотрела та самая девушка, с которой она недавно столкнулась в книжном магазине.
   - Ой, а ведь мы с вами встречались, верно? - удивилась Лиза.
   - Верно, - кивнула та в ответ и протянула руку для приветствия, - Не знала, что вы тут работаете.
   - Вселенная - маленькая, - улыбнулась ей учительница.
   Слушая щебетание девушек, Матвей продолжал с улыбкой разглядывать незнакомку. На самом деле очень хороша. Чем-то напомнила Магдалену, хотя не так роскошна, изящна и утонченна.
   А еще вампир обратил внимание на то, каким взглядом куратор следит за молодой девушкой, как непроизвольно улыбается, если улыбнулась она, и хмурится, если Лиза скажет что-то серьезное.
   "Да он влюбился!", - понял вампир и ехидно поднял бровь.
   Лиза заметила это, перевела на мужчину взгляд и замолчала от неожиданности.
   Тот самый, про которого Сережа Евсеев сказал "упырь". Неужели действительно - упырь?
   Но как же он красив! Чуть выше Лизы ростом, светло-русые волосы небрежно растрепаны, карие глаза смотрят с ехидцей. Точеные скулы, брутальная, модная сейчас, небритость, красивые губы. На них Лиза остановила свой взгляд и почувствовала, что ей вдруг стало очень сложно сосредоточиться на том, что спрашивала в этот момент Лина. Она лишь смотрела, не отрываясь, на мужчину, и никак не могла наглядеться.
   Матвей широко улыбнулся в ответ, прекрасно поняв, какую реакцию вызвал у девушки.
   Алексей нахмурился, глядя на вампира, и недовольно бросил учительнице:
   - Елизавета Сергеевна, если это не спешит, то, может, перенесем разговор на завтра?
   Лиза непонимающе повернулась к Алексею и только сейчас поняла, как в коридоре тихо. Молчали все, лишь Лина таинственно улыбалась, посматривая то на Матвея, то на Лизу, то на куратора.
   - Да, я думаю, это может подождать, - девушка покраснела и поспешила попрощаться, стараясь больше не смотреть на Матвея. От греха подальше.
   - Какая милая девушка! - иронично улыбнулся вампир, провожая ее взглядом.
   - Наша новая учительница! - ответил ему Алексей, задумчиво смотря вслед Лизе.
   Лина, конечно, промолчала, но хитрая улыбка не сходила с ее губ до самой машины.
   ...

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"