# Сюжеты

Владимир Альбертович Чекмарев

Название: Сюжеты

Автор(-ы): Владимир Чекмарев


Ледяные объятия Валькирии


Ссылка:https://author.today/work/368652


## Глава 1. апрель 1935 года Вевельсбург


Доктор Гейнц Фишер метался по кабинету, не обращая внимания на недовольные взгляды штурмбаннфюрера Айсмана и оберштурмфюререра Лозе, соответственно его куратора и охранника. Он ждал приезда рейхсфюрера, чтобы доложить об успешном окончании длящегося уже год эксперимента, и поспевшего как раз к дню рождения фюрера. Он смог найти во льдах Антарктиды вход в преддверие Полой Земли и самое главное открыть его на зло не верящим невеждам. Эскадра капитана Альфреда Ричера четко вышла в нужную точку, избежав британских биноклей и перископов (это были всего два корабля, "Швабия" и носитель гидросамолетов "Тюрингия", но Ричер называл это эскадрой). Экспедиция проходила тяжело "Тюрингия" потеряла, три гидросамолета из семи (да Дорнье "Швабии" Фишер держал в резерве, но упорно обследовав почти миллион квадратных километров, пилоты люфтваффе нашли нужное место. Впрочем торчащую среди снежно-ледяных полей пирамиду сложно было не заметить , сложнее было найти в Белом безмолвии Антарктиды район ее расположения. Массивные ворота закрывающие вход ведущий в пирамиду казалась незыблемыми , даже кумулятивные заряды не оставляли на ней, ни царапины. И доктор стал решать эту проблему научным путем. Трое суток Фишер менял настройки своего прибора, излучателя космических лучей и наконец добился своего, догадавшись направить луч на статую прекрасной женщины установленную возле дверей. Гигантские ворота из непонятного металла раскрылась и он попал в явно искусственные многоуровневые пещеры строгих пропорций, переходящие местами то в каменные гроты и коридоры, то в монументальные залы, в которых стояли неведомое механизмы. Кстати именно тот самый прибор, которым доктор открыл врата в пирамиду, установленный на четвертом самолёте (капитан Ричер после второй катастрофы настоял на том, чтобы самолеты летали в поиск по одному) позволил найти нужную точку, поймав отраженный сигнал и автоматически отключив систему охраны базы, неведомых пришельцев, видимо сработал как некий сигнал "свой-чужой". Как потом выяснилось, под снегом и льдом, скрывались сторожевые башни. Фишер разобравшись с главным пультом базы, смог взять под контроль охранные модули, они выдвинулись на поверхность и взяли зону Базы 211 под охрану (название 211 само собой всплыло в голове Фишера). Круглосуточные дежурные следили за экранами и в случае нарушения периметра могли поставить тумблер в положение "Свой", то есть пропустить, или же "Чужой", то есть уничтожить. На верхушке каждой сторожевой башни были блоки боевых лазеров и автоматический боевой летающий модуль, которым в случае чего можно было управлять из Центрального поста.

Фишер готовился предоставить рейхсфюреру обнаруженные в подземелье чертежи и приборы, дающие возможность начать строить принципиально новые летательные аппараты, типа тех блюдец на верхушках охранных модулей, но разных модификаций и он уже придумал им название "Haunebu" (Северный ветер). Рейхсфюрер благосклонно воспринял информацию об объекте Валькирия и земле Новая Швабия, и название База 211 он принял так же благосклонно, хотя никому не признался , что подсознание буквально давило на признание этого названия единственным верным. Но визит доктора Фишера к фюреру, Гиммлер посчитал несвоевременным. Но к фюреру с этой информацией (хитро отредактированный) вышел Шелленберг и Гитлер приказал все это засекретить , вести там работы по новому оружию и готовить базу для удара в мягкое подбрюшье США.

Так же Гиммлера очень заинтересовал саркофаг в одном из залов, где находилась пребывающая в непонятном сне женщина, являющаяся точной копией статуи, что была у входа в пирамиду. Во время своего единственного визита на базу 211, рейхсфюрер два часа простоял перед ним.

Почему-то именно об этом саркофаге, Гиммлер вспомнил за мгновение до того, как 23 мая 1945 года, раскусил ампулу с цианистым калием. И еще не знал рейхсфюрер, что доктор Фишер не доложил о том, что в тоннелях базы 211 он видел пингвинов в доспехах и с оружием. Только ставший начальником базы в 1945' году рейхслейтер Мартин Борман, серьезно отнесся к этой информации и даже угостил доктора настоящим бразильским кофе (последним кофе в жизни доктора Фишера). Рейхслейтер как всегда вел свою игру. Ненужные свидетели в такой игре были не нужны, правда Борман так и не узнал, что несчастный доктор погиб раньше, чем подействовал яд в кофе. А Фишер в свою очередь так и не узнал, что тайна разумных пингвинов известна не только ему.

Так началось строительство Четвертого рейха

## Глава 2. ноябрь 1941 года. Северное море


В этот поход Сашку утвердили сразу ибо его прозвище Механисьон было тут в самую плепорцию. В мастерских Подплава Северного флота младший воентехник Балакин был известен тем, что моментально мог определить техническую поломку любого агрегата и не только ее определить, но и исправить. Прозвище свое он заслужил, когда починил и наладил французскую автоматическую пушку привезенную из Испании. Трофей напрочь отказывался стрелять, но Сашка разобрался в чем тут было дело... наши умельцы умудрились после сборки данного карамультука вставить в него "лишнюю деталь" завалявшуюся траспортировочном ящике. Зампотех мастерских Военинженер 2-го ранга товарищ Задрыгайло, хлопнув по плечу Сашку (ему пришлось до этого подпрыгнуть, ибо роста зампотех был небольшого), сказал: - "Ну ты прямо французский механик!" - на что Александр ответил, что механик по французски, это будет механисьон, так и приклеилось.

А потом, когда на экспериментальной секретной подводной лодке "Пионер" начались проблемы с "Резонатором", еще более секретном и экспериментальном приборе, чем сама эта лодка, который с помощью датчиков-резонаторов распределенных по корпусу подлодки делал ее неслышимой для любых гидрофонов и Сашка нашел в чем тут дело и так переналадил коммутацию сети управления, что все стало работать как часы. руководитель научно-технической группы адмирал Иванов лично присвоил звание воентехника 2го ранга и представил к ордену Красной звезды.

А тут назрел секретный дальний поход, как выяснилось только в открытом море, было две точки в маршруте, затонувшая британская подлодка у Хельхоланда, с которой надо было что то поднять и точка рандеву у датских берегов в районе Вестерланда, где надо было принять что то на борт. "Пионер" была единственной советской субмариной способной выполнить это задание, ибо во первых у "Пионера" была повышенная дальность действия - 12000 миль под дизелем и 400 миль под электрическим движителем, а во вторых на нем стоял экспериментальный торпедный аппарат, созданный под чудовищную сто двадцати миллиметровую торпеду, разработчики которой оказались мало, что врагами народа, так еще и уругвайскими шпионами лично знавшими Троцкого (по крайней мере это было в их показаниях), но данный аппарат, который имел вдобавок двухкамерный модуль, прекрасно подошел в качестве подводного коммуникационного шлюза.

Переход данной системы в двухкамерный режим малость барахлил и тут опять же все исправил Александр, которого сразу же перевели в из техников, в просто лейтенанта, но подплава, что по морскому табелю было выше.

Лодка удачно прошла весь маршрут, подняла груз в виде четырех стальных чемоданов с, с затонувшей британки, сняла с рыбацкого баркаса мутного типа в немецком кожаном пальто, но в смокинге с бабочкой, и пришла согласно приказа в Мурманск. Горючего хватило, техника работала на все сто, конечно с рационом было не очень, но на то и война. А по итогу похода Александру дали старшего лейтенанта и орден Боевого Красного Знамени. Командира группы боевых пловцов лейтенанта Мазура, заклинило в одном из люков британской лоханки и Сашка одев акваланг, сплавал на место происшествия и освободил краснофлотскую пиранью из британского плена.

## Глава 3. ноябрь 1941 года. Вена


У гауляйтера Вены, Бальдура Бенедикта фон Шираха было отвратительное настроение и было от чего...

Его опять не пустили на фронт, где положение ухудшалось буквально с каждым днем и чувствовалось, что на Рейх медлено, но верно надвигается катастрофа. . А ведь он боевой офицер прошедший кампанию 1939 и 1940 в дивизии "Адольф Гитлер", получивший чин штурмфюрера Ваффен СС и железный крест, а не эта тыловая крыса Гиммлер. Внезапно его думы отвлек звонок внутреннего телефона. Дежурный доложил что в здание комиссариата вошел рейхслейтер Мартин Борман которого сегодня тут вовсе и не ждали, а ждали только завтра. А потом был секретный разговор во время прогулки в оцепленном охраной парке. Борман подтвердил самые мрачные мысли гауляйтера Вены...

План Барбаросса провалился, большевики устояли и даже провели вчера парад на Красной площади, и группа Центр окончательно затормозила и готовится закрепляться, а то и отступать, а будущий удар на Юге будет победным только тактически, а стратегически компания будет проиграна. И как только откроется Второй фронт в Европе, Третий Рейх будет обречен окончательно и посему уже сейчас надо готовить Четвёртый Рейх.

В Антарктиде на Земле Новая Швабия, закладывается будущее Великой Германии и ему, Бальдуру Бенедикту фон Шираху, предлагается принять участие в строительстве этого будущего в качестве Рейхсюгендфюрера и Рейхсфюрера СА будущей империи и его задача потихоньку подбирать надёжные кадры для Новой Швабии. Там есть большой подземный город и его надо заселять. Из Вены рейхслейтер поехал в Гамбург, на юбилей местного гауляйтера и пока он там был, в тридцати милях от порта прошла секретная советская подводная лодка "Пионер", и ни находящийся в ней лейтенант Александр Балакин, ни Борман не знали, что через считанные годы им случиться встретится лично.

А фон Ширах, пользуясь старыми связями, отбирал в Новый гитлерюгенд перспективную молодёжь и собирал ее в Военно-Спортивном лагере под Веной, для подготовки кандидатов в офицерские школы, куда действительно попадала часть рекрутов, но остальные исчезали с формулировками об отправке в специальные учебные заведения. Большим подспорьем были в этом старые камерад-геноссен из Национал-социалистического союза студентов Германии. Там у фон Ширпха был свой близкий круг, многие его члены сделали в последствии карьеру и в Бундес Германии, но помнили и уважали своего Reichsstudentenführer.

С изумлением Ширах узнал, что большинство прибывших в Новую Швабию кандидатов, погружаются в спячку, в процессе которой они не стареют.

А один раз фон Ширах, на фантастическом летательном аппарате слетал в Антарктиду и остался навсегда пораженным видом ледяной пирамиды с женской статуей чудной красоты у ворот и огромным городом подо льдами. Ему рассказали, что когда тут был рейхсфюрер, то он тоже долго стоял у этой статуи. И еще фон Шираху понравились ночные маневры этих жутких летающих тарелок, на которых лихо летали Хартман и Ханна Валькирия Рейха. Был найден ангар с несколькими тарелками и пилоты их осваивали. Увы промышленность Рейха могла произвести только упрощенные модели и буквально штучно, но зато теперь полет в Германию занимал теперь несколько часов.

С изумлением Ширах узнал, что большинство прибывших в Новую Швабию кандидатов, погружаются в спячку, в процессе которой они не стареют.

Но еще больше его поразили технические возможности Базы 211, под таким кодом она теперь числилась в Аненербе. И чему еще был очень поражен фон Ширах, так это тайной дружбе рейхслейтера Бормана и рейхсфюрера Гиммлера. Ведь всей верхушке Рейха было известно, что они если не враги то жесткие соперники. Даааа, Черный герцог и Коричневый кардинал, явно не зря смешали свои колеры. Но доверять никому из них фон Ширах не собирался, не те эти люди, чтобы им доверять.

Ну что же, будем строить новое будущее. Как сказал старина Гестапо-Мюллер... когда где-то на планете кто-то вместо здравствуйте, скажет Хайль, это значит , что там нас ждут. И надо за это бороться, и особенно за молодежь, но как раз тут опыта у фон Шираха более чем достаточно. Всё-таки рейхсюгендфюрер и рейхстудентфюрер известен германской молодёжи, которой суждено быть будущим Четвертого рейха.

## Глава 4. май 1945 года Альпы.


По автобану медленно шли два человека в фельдграу. Завидя шлагбаум и патрульных в британской форме, они ускорили шаг и подняли руки. Военные полицейские взяли их на прицел своих Стенов, тщательно обыскали и радостно галдя посадили в грузовик, который тут же уехал. Лейтенант Уэлли сказал сержанту:

- "Ну парень, медаль тебе обеспечена, самого оберштурмбаннфюрера Скорцени взяли"-

Сержант Брыкс, флегматичный валлиец, спросил недоуменно:

- "А кто такой этот Отто Скорцени Сэр?" -

- " Прости Джонни, я забыл что ты из Кардиффа. Отто Скорцени, это главный немецкий диверсант. Он в прошлом году украл у макаронников Муссолини, да и в Арденнах недавно столько наворотил, что военные полицейские янки кричали во сне от страха. Он со своей бандой, нацепив форму американских Джи Ай зверствовал в наших тылах" -

-"А деньгами нам подкинут чего ни будь"-, оживился сержант.

Лейтенант махнул на него рукой и стал осматривать окрестности в стереотрубу. Патрули и блокпосты военной полиции союзников, тут в районе Берхтесгадена работали по особому протоколу. По оперативным данным, сюда, в окрестности пресловутой Альпийской крепости, пробирались многие представители элиты рухнувшего Третьего Рейха.

Но лейтенант не заметил, блеснувший на склоне горы солнечный зайчик, а зря.

Скорцени опустил бинокль.

- "Ну что Вальтер"-, сказал он спутнику, "нас с тобой только что взяли в плен, а теперь быстро в Альпийскую крепость, нас ждут..."-

А лейтенант Уэлли узнал, что начальство, встречающее грузовик с важным пленником не долго радовалось ибо на крайней точке маршрута выяснилось, что в дороге, Отто Скорцени и его адъютант покончили с собой раздавив припрятанные во рту ампулы с ядом.


Ущелье в Баварских горах было буквально закупорено низкими облаками и две гигантские транспортные тарелки "Хаунебу", со знаками Германских ВВС, казались особенно огромными под низким небом. В большие ворота в серых корпусах диковинных летательных аппаратов, быстро но без суеты втягивались отряды военных в фельдграу и эрбсенмустер * разных родов войск, но все они относились к Ваффен СС.

На диспетчерской вышке стояло пять человека, трое в эсэсовских плащах без знаков различия и двое а летных комбинезонах, это были, Гауляйтер Альпийской крепости Густав Шеель, Имперский комиссар обороны Вены и Дуная, бывший рейхсюгендфюрер, обергруппенфюрер СА, Бальдур Бенедикт фон Ширах, новый рейхсфюрер СС Карл Август Ханке и лучшие летчики Рейха, Эрих Хартман и Ханна Рейтш. Тихо переговариваясь, они не могли оторвать взгляд от величественного зрелища, продолжавшегося уже вторую неделю. Операция "Лунная дорожка" подходила к концу. Несколько тысяч человек и сотни тонн архивов и ценностей были перевезены на Базу 211 в Новой Швабии, "Конвоем фюрера I" и "Конвоем фюрера II" из одноимённого отряда U Boat*.

-"Хана"-, спросил Хартман, -"А почему ты не привезла фюрера?" -

- "Он не захотел спасаться, а фюрер теперь Шеель" -

- "А Борман? Борман в Новой Швабии и хватит болтать, ты знаешь, что за это бывает" -

И словно в подтверждение ее слов, в стороне от вышки у отвесной скалы хлестнул залп из штурмгеверов. Расстрельный взвод четко перестроился и берсальерским шагом двинулся к "тарелкам". Гестапо работало в любых условиях.

Эвакуация Альпийской крепости подходила к концу, тут оставалась только группа Скорцени, чтобы запустить минные ловушки и раствориться в отходящей от ужасов войны Европы. Организация Шпинне* вступала в очередную фазу. Оберштурмбаннфюреру в свое время очень понравилась вычитанная где-то у Бисмарка одна русская фраза - "Россия сосредотачивается", и теперь это стало его генеральной линией, естественно в плане Германии. И особенно сейчас Отто ненавидел плутократов и поклялся в том, что они ещё захлебнуться, кровью.

Эрбсенмустер *(Erbsenmuster - "гороховый узор") - немецкий камуфляж времён Второй мировой войны, применявшийся в Waffen-SS, разработанный Иоганном Шиком, создателем линии камуфляжных расцветок для Вермахта и СС


U boоt* - (Unterseeboot) - немецкое название субмарины

Шпинне (Die Spinne)* - тайная нацистская организация образованная для эвакуации важных нацистов из Европы, после войны. Переводится как Паук.


## Глава 4. июль 1947 года. Бой в заливе Ширмахера


Эскадренные миноносцы проекта 45 - "Высокий", "Важный" и "Внушительный", под флагом контр-адмирала Иванова ушли с базы Тихоокеанского флота Порт-Артур в учебный поход и больше их никто и никогда не видел. Слухи ходили разные, но это были только слухи. Главной версией было то, что их потопили чайканшистские подлодки из за того, что адмирал погнался за чайканшистким кораблем, который пытался захватить наш танкер в нейтральных водах. Но на самом деле, как только Порт-Артур скрылся за горизонтом и начался этот дальний поход, адмирал вскрыл секретный пакет с приказом не больше, не меньше, как от командующего ВМФ СССР адмирала флота Кузнецова. И теперь курс отряда кораблей, в составе трех эсминцев и корабля обеспечения, быстроходного теплохода "Медуза", почему то под Панамским флагом, лежал в Антарктиду. Впрочем адмирал знал о цели похода и до получения пакета... Еще неделю назад, во время секретного инструктажа, который проводил лично, всесильный министр МГБ , генерал-полковник Абакумов, намедни прилетевший в Порт Артур, ему было сообщено о недобитых фашистах в районе Южного полюса. Звсесильный министр МГБ цели похода и до получения пакета... Еще неделю назад, во время секретного инструктажа, который проводил лично, всесильный министр МГБ , генерал-полковник Абакумов, намедни прилетевший в Порт Артур, ему было сообщено о недобитых фашистах в районе Южного полюса. Заданием отряду кораблей, было обследовать побережье земли Королевы Мод и по возможности исследовать это побережье вглубь как можно дальше, для чего на Медузе везли разобранный гидросамолет, (который по ряду причин, так и не собрали).

Плаванье проходило без особых происшествий. "Медуза" держалась на кромке горизонта, несколько раз она заходила в иностранные порты, где пополняла цистерны с горючим и запасы свежей провизии, включая тропические фрукты, после чего на эскадре происходил аврал по перекачке топлива, плавно переходящий в небольшой праздник желудка. На "Внушительный", во время одной из таких перегрузок попала макака, которую прятали от замполита всем экипажем, причем главными организаторами операции по спасению примата, были капитан-лейтенант Балакин и местный особист.

Капитан-лейтенант Балакин, сотрудник "Ракетного института", был Главным механиком по ракетному вооружению и шёл на "Внушительном". Ракеты были скопированы с немецких, но боеголовки были советской разработки, фугасно-термитные. Новое оружие Советского флота, ракетные установки , были установлены на этих кораблях для боевой обкатки.

Сашка же попал на секретную эскадру из за своих талантов Механисьена. Будучи в командировке в Москве на складе трофейной техники, он увидел в ангаре группу штатских возившихся возле здоровенной дуры похожей на самолет с коротким крыльями, но почему то без винта. Штатские никак не могли разобраться, как демонтировать блок наведения из экспериментальной ФАУ-1. Александр, который всегда носил в планшете свой личный УНМ - Универсальный Набор Механика, куда входил набор инструментов и плоская фляжка коньяку. Пользуясь тем, что у ракеты, он был единственным офицером, Сашка шуганул шпаков, достал инструменты и открутил блок. Штатские устроили радостный галдеж, который внезапно прекратился, как обрезало. Причиной этого было появление человека в татском сером костюме, но при пенсне, блеск которых был покруче иных маршальских звезд. Поинтересовавшись за сколько времени этот моряк снял с ракеты нужный прибор, Лаврентий Палыч спросил у побледневшего научного начальника, почему его ученым белоручкам нужны сутки, на то что человек с головой и руками не растущими из задницы требуется семь минут. Причем не надо снимать боеголовку и вести за тридевять недель. После чего Берия с интересом осмотрел УНМ и отдельно одобрил фляжку с коньяком и обещал Сашке подарить ящик коньяку. И после этого события, Александр был переведен во вновь созданное на базе одной из шарашек Ракетное бюро, а потом как незаменимый специалист и на эскадру.

На подходе к Земле Королевы Мод, радары и рации не работали с самого утра, а потом эсминцы неожиданно для себя нарвались на огневой контакт.

Когда крейсер без знаков принадлежности выплыл из тумана и открыл огонь прямой наводкой, "Высокий" сразу пошел ко дну, потом задымил "Важный" но "Внушительный" оправдав свое название успел ударить ракетами. Столб огня поднялся над крейсером и весь он превратился в огненный пирог. Уцелевшая носовая установка "Важного" и главный калибр "Внушительного" вцепились в пылающий крейсер, а Сашка успел произвести еще один ракетный залп по второму крейсеру вышедшему из дымки стелющейся над волнами.

- "Похож на Американскую серию Брунклин"- крикнул капитан-лейтенант Балакин старпому, но тот его не слышал. С жутким визгом мелькнули над океаном круглые силуэты, и все советские и американские корабли окутало сине-зеленое пламя. На извергающих потоки огня дисках ясно были видны немецкие кресты. Последнее что успел подумать каплейт, откуда тут фашисты да ещё на таких леталках ? В холодные воды залива Ширмахера упало уже бессознательное тело русского моряка.

Обычно строгая за штурвалом, Валькирия Рейха, кавалер двух Железных крестов и Силезского щита с бриллиантами , Ханна Рейтш выводя штурмовой вариант "Хаунебу" из пике визжала как девчонка. Услышав в наушниках голос Хартмана просивший соблюдать порядок в эфире, она ответила ликующим голосом, -" но ведь здорово Эрих!".

-"Хватит веселиться Ханна, побери кого-нибудь, желательно офицера, рейхслейтер приказал, а я слетаю за их судном обеспечения, горючка и продукты нам пригодятся.

Но захватить "Медузу" не удалось. Когда летательный аппарат нацистов завис над кораблем и через громкоговоритель потребовал следовать курсом на юг, трюмный механик, бывший на самом деле лейтенантом Госбезопасности, выполняя приказ, повернул ручку взрывной машинки и "Медуза" разломившись пополам пошла ко дну.

## Глава 5. июнь 1957 года. Беседа в Моссад


Все таки летом в Тель-Авиве жарко, особенно в такой духовке как закрытый автомобиль, и с чего это Исеру Харелу вздумалось запретить брать армейский джип, а вот теперь жарься в старом Ситроене, но с командиром не поспоришь. Так, вот площадь Кикар - Медина и где то тут есть ювелирный магазин Диаманд, а вот же он.

Ну посмотрим, что нужно дяде Исеру (которого мой отец знал еще в Риге как Изю Гальперина) от молодого пехотного сeгeна (лейтенант в ЦАХАЛ). Конечно Харел явно большая шишка, но чем он занимается и где служит никто не знает, а когда я как то спросил об этом отца, тот ответил, что если он мне это скажет, то будет всю жизнь горевать о расстрелянном сыне (большим юмористом был мой папа и мне его сейчас очень не хватает). Будь прокляты те террористы что взорвали автобус на котором отец ехал в отпуск, но от меня они потом не ушли, я поступил на службу в Подразделение по борьбе с терроризмом и принял участие в уничтожении той организации устроившей серию терактов в общественном транспорте.

Я с облегчением вошел в прохладную затененную залу и продавец встретивший меня, молча показал рукой куда мне следовать. На втором этаже в скромно обставленном кабинете и состоялся этот разговор. До сих пор я помню каждое слово из беседы так изменившей мою жизнь.

- "Мойша, сынок. Я обещал твоему отцу что присмотрю за тобой, но сейчас я вынужден поручить тебе смертельно опасное задание. Что б ты знал, я мемунех* - начальник нашей разведки МОССАД, и поверь мне не хотелось привлекать тебя к нашим играм, но сейчас у нас нет выхода. Нацисты снова поднимают голову и сейчас все их мерзкие организации: ОДЕССА, Шпинне и всевозможные Черные шлемы, объединяются в новую организацию под названием Четвертый рейх, и у них страшные планы, вкупе с гигантские возможностями. Теперь, когда нет больше Сталина и его жуткого СМЕРШа, их деятельность растет и расширяется. Они связаны с реваншистскими Японскими организациями и судя по всему работают вместе с ними над общим проектом. У нас появилась возможность к ним внедриться и внедряться будешь ты сынок. Ты хочешь знать почему? Отвечаю. Ты не похож на еврея, тебе не делали обрезание, немецкий твой второй родной язык, ты успешно воевал в спец подразделении по борьбе с терроризмом, и самое главное... ты очень похож на захваченного нами племянника одного из руководителей Четвертого рейха. Его дядя, а это Бальдур Бенедикт фон Ширах, никогда не видел племянника и узнав о его существовании послал за ним в Аргентину своих людей, мы узнав об этом сумели его перехватить. Фон Шираху нужен в одну из новых нацистских структур надёжный офицер по особым поручениям, который не имеет прошлого в Германии и ты будешь им. Мы устроили так, что все думают, что Отто отправился в экспедицию в Боливийские джунгли, куда он действительно собирался , он закончил исторический факультет Университета в Буэнос-Айресе и помешан на заброшенных городах ацтеков, так что тебе придется малость врасти в тему. Мы накачали парня специальными наркотиками и ты побудешь пару недель в его камере в подвале нашего посольства, и вытянешь из него побольше частностей личной жизни, а заодно постараешься овладеть его манерой поведения, а потом мы переправим тебя в Аргентину. Но никто не будет знать об этом задании кроме тебя и меня. Агенты нацистов есть везде. Связь будет, но воспользоваться ей можно будет только один раз. Ты сам решишь когда. Связник выйдет на тебя сам, паролем будет фраза: "Царица Савская никогда не брила ноги". Я надеюсь на тебя мой мальчик. Боюсь, что мы с тобой больше никогда не увидимся, но еще раз говорю, что верю в тебя" -

Вот что поведал мне человек с грустными и умными глазами старого еврея бухгалтера. И я решил сказать да, но я даже не мог представить, что через четыре года, в качестве штурмбанфюрера СС Отто фон Шираха буду сидеть в таинственном подземелье Земли Королевы Мод, в кабинете рейхслейтера Мартина Бормана и при этом в него не выстрелю .


*Мемунех - руководитель всего. Этот специальный титул начальника Израильской разведки премьер-министр Давид Бен-Гурионпридумал для в 1957 году. В иудаизме этот термин означает ангела-охранителя.

## Глава 6. март 1960 года. Рамштайн.


Мое первое задание было внедриться под новой личиной в Бундесвер. Итак, курсант школы унтер-офицеров Вернер Хольт собственной персоной. Школа была при при штабе мотострелковой бригады и параллельно несла представительские функции, то есть предоставляла подразделения для почётных караулов и прочих торжественных мероприятий. Я хорошо проявил себя, получил через три месяца сразу гаупт-фельдфебеля и был оставлен в школе инструктором по стрельбе и командиром звена парадного расчета. Как я, понял меня продвигали "соратники" из секретной организации нацистов. Надо сказать что мне, еврею, было тяжело изображать арийца бредящего реваншем, но есть такое слово надо. В один из гаштетов ходили и немецкие и американские унтера, там был чудесный айсбан и превосходные Баварские сосиски с зеленым горошком. Там я познакомился с Генри Миллоу, мастер-сержантом из заправочной службы аэродрома Рамштайн, обиженным и на жизнь и на людей. Его не устраивало все... работа, жалование, сослуживцы, равнодушие к нему женщин и особенно то, что ему жутко не везло в Schere-Stein-Papier (камень, ножницы, бумага) и он в барах и гаштетах всегда оставался без пива, но это было лишь до встречи со мной. Этот лопоухий веснушчатый типус с выпученными , как у больной запором мышки глазками, стал наконец выигрывать, как только начал играть со мной. А наслушавшись его стонов про женскую неблагодарность и особенно про жену оставшуюся в Небраске, дядя, которой кстати и устроил его на это место, я понял , что пора запускать медовую ловушку. Грета была сотрудницей Шпине и сочетала в себе жёсткую волю и ненависть к американцам с махровым нимфоманством и сексапильностью. И вот я "снял" ее в Гаштете, накануне прихода объекта с которым она напропалую кокетничала и проиграл ее ему в нашу любимую игру, после чего смертельно обиделся на Генри и прекратил с ним всяческие контакты. Потом были другие задания, а накануне начала операции Валькирия, узнал о взрыве на базе Рамштайн и шеф подмигнув мне сказал, что сработал завербованный мной агент, сработал не ведая об сущности акции. Мастер-сержант Миллоу, в котором Гретта поддерживала манию величия замешанную на обидах, рассказал ей о визите на базу высшего командования НАТО , а немка предложила ему поставить командование базы в идиотское положение, подложив в ангар где стояли бочки с горючим и где была мощная вентиляция, "вонялку" , из цирковых аксессуаров ее кузена клоуна. "Вонялку" надо будет включить, когда мимо Ангара пойдёт комиссия и тогда через вентиляцию пойдёт густая вонь на всю базу , генерал получит жуткий втык и так им сволочам и надо. И все получилось... "Вонялка" рванула вместе со складом горючего и что характерно, вместе с комиссией. В это же время диверсии прошли и в других американских гарнизонах. Взрывались в первую очередь склады горючего, но пару раз взлетали на воздух и склады боеприпасов. И тут, в провинциальной газетёнке "Память Рейна" внезапно появился материал об операции "Немыслимое", задуманной Уинстоном Черчиллем в 1945 году. Согласно этим планам, союзники должны были вооружить немецких пленных и вместе с ними ударить по Красной армии. Газету по-быстрому изъяли но информационная пташечка выпорхнула. В Европе разразился скандал, а газета Правда разразилась статьей о коварстве империалистов. И вот как гром среди ясного неба следующий инцидент. Во время встречи на конференции посвящённой Второй Мировой войне, в отеле в Париже, убиты Уинстон Черчилль и маршал Монтгомери. А на месте их убийства обнаружены гильзы от Русского пистолета ТТ и визитка с надписью СМЕРШ. А свидетели описали людей в форме похожей на советскую. Скандал был знатный, советская пресса писала об очередной провокации империалистов, а атмосфера в Европе становилась все напряженней. А Скорцени потирал руки, его старая гвардия и ее воспитанники, блестяще себя проявили, правда с русской формой был конечно перебор, но штурмбаннфюрер Вилли Краузе, разрабатывающий операцию, сказал что чем выше уровень идиотизма в антураже, чем загадочнее все будет для окружающих, и тут айсбан сосискам, ну никак не испортишь.

## Глава 7. январь 1961 года. Имперская Канцелярия


Огромный зал задрапированный бархатом цвета крови и украшенный символикой Третьего рейха был в полумраке. Хорошо был освещен лишь большой круглый стол, за которым сидело два десятка человек в черных мантиях. Один из них держал речь - "Партайгеноссен. Великий день настал, мы выходим на поверхность, что бы дать бой, плутократам и большевикам.

Русские запустили в космос человека, это означает что их военные технологии достигли предела за которым у них могут появиться вооружения более мощные чем у плутократического Запада. Мы не можем позволить, кому либо из сторон сильно усилиться и поэтому я приказываю начать операции "Железный невод" и " Валькирия ". Базу 211 привести в полную боевую готовность. Призвать всех резервистов Первой категории. Производство доппелей* должно быть форсировано. В Гамбург с дружеским визитом приходит учебное судно Министерства Торговли Японии Сакура-Мару, проводящее кругосветное учебное плавание, это наши друзья из Секретной Императорской Армии, на этом же судне отправим резервистов СС, Кригсмарин и Люфтваффе, для бригады "Морская Валькирия". Плутократы с ужасом вспомнят мальчиков Дёница, да и самураи примут в этом участие. Они готовят сюрприз американцам на одной из их баз в Японии да и по всему Тихому океану снова пронесется "Божественный ветер". Наши камараден из "Европейского союза СС" помогут нашим японским друзьям.

Рейхсфюрер СС Карл Август Ханке, сообщил, что ветераны Ваффен СС и молодые рекруты готовы к бою по всей Европе. А готовность хибераторов к инициации спящих резервов, переведена в четырёх часовую готовность. И что Поляков, в украденном ими Бреслау, ждет сюрприз от дивизии Ваффен СС "Хорст Вессель".

Я приказал партайгеноссе фон Шираху задействовать все резервы, вплоть до того что разрешил ему использовать нужное количество единиц рабочего материала, в качестве низшего технического персонала, с последующей их утилизацией. Гарри Трумен, еще не будучи президентом сказал в свое время- "Если мы увидим, что войну выигрывает Германия, нам следует помогать России. Если будет выигрывать Россия, нам следует помогать Германии. И пусть они как можно больше убивают друг друга, хотя мне не хочется ни при каких условиях видеть Гитлера в победителях" - и мы подарим им этот сценарий, но применительно к ним" -. Фюрер Четвертого Рейха фон Шеель, опустился на свое кресло и подал знак следующему докладчику.

Потом выступил Сенгун-Рейхсляйтер Миномото-но Еримото. Он сообщил, что все отряды самураев, ниндзя и Черных Ронинов находятся в шестичасовой готовности к удару по намеченным объектам гейджинов на Японских островах. Мисава, Йокта, Атцуги, Йокосука, Ивакуни, Сасебо и Кадена. База Футемма на Окинаве, будет уничтожена атомным взрывом. На складе боеголовок внедрены два камикадзе, которые по сигналу взорвут склад ядерных боеприпасов.

Гауляйтер Севера Квислинг (его подменили в тюрьме доппелем, которы согласно заложенной программе покончил с собой, при весьма мутных обстоятельствах, накануне суда, как раз после визита в тюрьму Британской союзной комиссии, был пущен слух, что его убрали по указке британцев, что бы не дать выстуапить на суде) доложил, что дивизии СС Нидерланд, Викинг, Лангемарк, Шарлемань и Валлония, находятся в двухсуточной готовности (тут японец отразил на лице легкую усмешку) для удара по базам НАТО и политическим ставленникам плутократов. Часть подразделений будут действовать в русской военной форме и с красными звёздами на технике.

Дуче Фашизма, Князь Юнио Валерио Шипионе Геццо Маркантонио Мария Боргезе, сообщил о готовности Армии Сало и флотилии МАС к ударам возмездия.

Фон Шеель поднялся со своего места и сказал: "Резюмируя все выше сказанное, я подтверждаю, сто Четвертый рейх есть и он начинает священный поход мести. Хайль Гитлер партайгеноссен"*

А Минамото поднявшись вместе со всеми подумал: "Вы гайджины еще даже не догадываетесь куда ударит гнев Аматерасу. Сожжение Токио**, Хиросима и Нагасаки будут отмщены".

Черная тень Ледяной Валькирии надвигалась на Мир.


*Фон Шеель сохранил старое партийное приветствие.

**10 марта 1945 года 334 стратегических бомбардировщика B-29 сбросили на Токио три тысячи тонн зажигательных бомб. В огненном смерче погибло 100000 японцев.

## Глава 8. январь 1961 года. Альпийская ставка РСХА


Через несколько дней после этого совещания, в Баварских горах, в своем кабинете в одном из бункеров Рейхсканцелярии II, начальник РСХА оберстгруппенфюрер СС Вальтер Шелленберг разговаривал с двумя вновьпроизведенными офицерами СС - Штурмбанфюрером Шнапке и Гауптштурмфюрером Зассом.

- "Вы хорошо проявили себя в последние годы и поэтому Вы допущены в Центральный аппарат РСХА. У вас тут нет друзей и знакомых и вы подчиняетесь непосредственно мне. Через три дня вы отплываете из Гамбурга на японском судне, им вы будете доставлены на Базу 211, где будете осуществлять негласный контроль за подготовкой Доппелей VIP класса. Вы Шнапке не имели ранее допуска к этому секретному изобретению СС оберфюрера, оберстартца Базы Доктора Менгеле. Доппель это точная копия реального человека, строится около трех месяцев на специальных стендах, ну а если вы хотите сделать не только внешнюю схожесть, но и внутреннюю, то помимо рабочего материала нужны не фатальные мини-фрагменты исходника, сам же человеческий материал должен иметь хотя бы минимальное сходство геометрических параметров с исходником, правда в процессе производства потери в живом материале достигают 20 % , но как говорил некий Игнатий Лойола: - "Цель оправдывает средства", да материал есть. Доктор Менгеле заморозил всех пленных участвовавших в строительстве базы, а это тысячи единиц, плюс туда добавлены спасенные участники Американо - Русского конфликта в Антарктических водах. В 1945 году Союзникам под видом известных офицеров Рейха, были подставлены не совсем доведенные доппели, в том числе копии самого Доктора Менгеле, штандартенфюрера Скорцени ну и конечно моя копия. Плутократы до сих пор держат моего бедного доппеля в тюрьме, но недоведенный доппель сильно глупее оригинала, хотя и с качественно промытыми мозгами. Артц-оберфюрер, так же разработал методику глубокой заморозки живого материала на срок до десяти лет. Потери при разморозке не превышают более 10%. В конце войны "Конвои фюрера" и "Прорыватнли блокад"* перевезли несколько тысяч единиц боевого и рабочего материала на Базу 211, так что пока сырья хватит. Сейчас самое главное как можно быстрее укомплектовать экипажами бригаду "Морских Валькирий". Семь подводных гигантов наведут в Атлантике, воистину Новый порядок" -

- "То есть"- просиял Шнапке, -" Можно на 10 лет заморозить дивизию а

потом разморозить и послать в бой?" -

- "Вы абсолютно правы Гауптштурмфюрер" - улыбнулся Шелленберг

-"Ваша же задача контролировать безопасность создания Доппелей высшего командного состава НАТО и Варшавского договора. Лица у них будут как у оригиналов, а сущность офицеров РСХА и когда начнется, операция "Ледяная валькирия" и большевики и плутократы начнут бить друг друга, вмешаемся мы и поможем им как можно более эффективно уничтожать друг-друга. Вам господа как бывшим офицерам армий ФРГ и ГДР известно, что больше 60% немецких частей будут воевать за IV Рейх. Пятнадцать лет работы не пропали даром, тем более в спецслужбах и МВД, ГДР и ФРГ, очень мощная прослойка наших партайгеноссен. И еще. По условному сигналу "Ледяная роза" вы должны ликвидировать Бормана, старик явно что то затевает, а нам сейчас неожиданности ни к чему. Счастливого пути партайгеноссен, Хайль".

Когда молодые офицеры удалились Шелленберг задумался. Рейхсфюрер СС Ханке, приказал ему прибыть к началу операции на Базу 211, но интуиция буквально умоляла этого не делать. Вальтер вдруг вспомнил, как пристрелил и скормил пингвинам этого идиота доктора Фишера. Хорошо еще, что он в свое время его завербовал и о своей идиотской идее, сохранить фюрера в хибераторе на тысячу лет, что бы он увидел расцвет тысячелетнего рейха этот восторженный кретин сообщил оберстгруппенфюреру, а не Мызному упману или Куриному фермеру**.

Очень хорошо, что шеф РСХА уже давно был в контакте с этими монстрами с нижних уровней. Он отдавал им на утилизацию лишних и неугодных, а они поставляли Шелленбергу кое что из своих фантастических арсеналов. Но вот машинка засекавшая любой, даже выключенный радиоприбор пришлась очень кстати. Три несанкционированных рации нашло Гестапо (IV отдела Главного управления имперской безопасности подчинялся теперь напрямую Шелленбергу). две рации были так сказать "местные", одна хранилась на складе Партийной канцелярии, и про нее просто забыли, а одна была на неучтенном бронетранспортере из бригады Скорцени. Но вот третья, позволила разоблачить эту Свинскую Юдифь. нет, это с ума сойти. Младший делопроизводитель из канцелярии Бормана, израильская шпионка. Когда девчонку выпотрошили до конца, ее отправили к пингвинам, а Мызный упман теперь должен Вальтеру Шелленбергу, ибо оберстгруппенфюрер не стал докладывать фюреру об этом инциденте.

Честно говоря, даже не хочется думать что пингвины делали с трупами, но зубы в клювах у них Вальтер заметил. Так что База 211 пусть пока обойдется без него.


*Прорыватели блокады - специальные немецкие суда перевозящие во время Второй Мировой войны грузы сквозь морскую блокаду союзников.


**Мызный упман и Куриный фермер - прозвища Бормана и Гиммлера

## Глава 9. июнь 1961 года. Гамбург.


Гамбургский порт, напоминал Лунапарк в праздники... разноцветные флажки и цветы на берегу, флаги расцвечивания на кораблях, толпы народа. В Антарктиду уходило учебное судно Министерства Торговли Японии Сакура-Мару. По договору с Торговым Морским Училищем Гамбурга, японцы забирали с собой в плавание 300 немецких курсантов старших курсов. Спецслужбы НАТО и Советского блока прошляпили, что вместо трехсот пассажиров Сакура-Мару принял в четыре раза больше. Огромный белый двухтрубный корабль, разрывая сотни традиционных гирлянд связывающих его с берегом отправился в дальний поход - Северное море, Канал, Атлантика, Остров Святой Елены, Кейптаун.... А дальше кто знает, ибо Нептун товарищ серьезный и любит иногда сурово пошутить со скорлупками осмелившимися выйти на просторы океана.

Возле острова Св. Елены Сакура-Мару встретился с круизным лайнером, суда разминулись в зоне прямой видимости и было хорошо видно как пестро одетые туристы что то орали сложив руки рупором и дабы их вопли не имели двойных толкований, показывали неприличные жесты японскому кораблю. Им явно это все доставляло огромное удовольствие. Два сухощавых, по военному подтянутых японца, стояли на мостике чуть в стороне от капитана. Тот из них который был повыше ростом, лейтенант Императорской армии Косуке Цубо-не, опустил бинокль и процедил сквозь зубы:

- "Круизный лайнер "Франция", водоизмещение 70.202 регистровых тонн. Судно рассчитано на 2400 пассажиров, а сейчас судя по всему везут ветеранов флота белых дьяволов"-,

-"2400 пассажиров"- задумчиво произнес другой (это был полковник Тоёки Это), хороший подарок для оберстартца"- и оба рассмеялись.

- "Господин полковник"-, поклонившись спросил Косуке, а эти суперлодки гейджинов, неужели больше нашей И-400 ?"-

-"Конечно больше, 18000 тонн водоизмещение. Четыре самолета, четыре танкодесантных корабля, 16 торпедных аппаратов и самое главное какой то чудо радар работающий из под воды на 200 миль"-

- "А вот их самолеты Штукасы, как мне говорили не очень хороши, у них как то скорость маловата" -

- "Штукасы, да не обычные. Полностью из дюраля, бронекаркас, складные крылья, двигатель ЮМО-300, 3000 лошадиных сил и плюс два одноразовых сменных взлетно-маршевых реактивных двигателя, позволяют проводить короткий взлет и 20 минут форсажа до 780 км\ч, две 20мм и одна 30мм пушки, плюс тонна управляемых бомб или ракет универсального назначения, так что повоюешь от души лейтенант. Рядом с британскими блохами "Суордфиш" , это как Зеро, а ведь те блохи "Бисмарка" потопили. Но важны не самолеты и корабли, а те, кто ими управляет и их сила духа" -

К летчикам подошел капитан корабля.

- "Господа офицеры. В двадцати милях по курсу американский корабль шпион, замаскированный под рыбака. По закрытой волне вам пришла радиограмма о том, что он сейчас будет уничтожен и есть личный вопрос к вам на подтверждение вашей просьбы, так всё-таки да или нет?" -

Офицеры переглянулись и полковник Тоеки жестко улыбнувшись, лаконично по самурайски ответил -Да!


Большой сейнер 'Каяк" под Панамским флагом, болтался в дрейфе в нижних широтах Южной Атлантики. Капитан Эйби ждал японскую учебную лоханку, что бы обследовать подозрительное судно новейшими приборами РЭБ и ждал с нетерпением, ибо это был последний объект патрулирования и после обследования, можно было наконец возвращаться в порт приписки на отдых.

Был практически штиль и два огромных всплеска - взрыва, заметили все находящиеся на палубе. Две гигантские тарелки с пришедшими из прошлого черными крестами на бортах, взмыли из океана и описав симметричный круговой заход, ударили по сейнеру зелеными молниями. "Каяк" моментально развалился на две части и стал тонуть. Хунебу исполнили в воздухе победные маневры , а потом, огромными сетями, стали вытаскивать из воды уцелевших моряков. Двоих из них отвели на корму где их ждали два японских офицера в полной форме с уже обнаженными катанами. Сверкнуло синхронно два лезвия, и две головы покатились по палубе. Два ронина поклонились самураям и быстро навели на палубе порядок. Обряд Первой крови был выполнен.

А Сакура-Мару продолжила свой вояж. Посетив Кейптаун, Сакура-Мару вышла из зоны действия британских радаров, и корабль взял курс на Землю королевы Мод. Экипажи для для Морских Валькирий ждали пополнения.

## Глава 10. июль 1961 года. Инцидент в Атлантике


Лайнер "Франция" величаво плыл по океану, вечерело и пассажиры, в массе своей члены Американского легиона совершающие благотворительный круиз, собрались на палубе что бы полюбоваться скорым закатом. Спиртное на ужине присутствовало в достаточном количестве и настрой был веселым. Ветераны как раз радостно вспоминали, как они показывали японскому судну большие и маленькие факи, и как наверняка бесились джапы в бессильной злобе, как внезапно, буквально в нескольких кабельтовых от лайнера, океан будто вскипел и на поверхности появилась гигантская желтая субмарина, ее надстройки как бы трансформировалась и почти сразу замелькали вспышки артиллерийских выстрелов. Только когда снаряды стали рваться на палубах, ветераны поняли, что это настоящий артобстрел. Было видно, что обстрел целенаправленно велся разными боеприпасами. На палубах свистели осколки, внутри салонов глухо взрывались зажигательные снаряды, а под ватерлинию били ужасные, пронзающие судно на сквозь болванки с огненными хвостами. Лайнер пылал и набирал воду величаво кренясь на левый борт, но экипаж отважно боролся за живучесть корабля. Двигатели продолжали работать и это давало "Франции" хоть какой-то шанс.

-"Господин капитан"- крикнул бледный как смерть помощник,

-"Посмотрите на рубку этого монстра Сэр"-.

Капитан поднял к глазам бинокль и мощная оптика приблизила вьющийся над рубкой подлодки огромный красный флаг с серпом, молотом и звездой. -"Русские"- изумленно прошептал капитан. А лодка внезапно прекратила огонь и увеличивая скорость, не погружаясь ушла на Запад. Но это еще не было концом, ибо к "Франции" прощальным приветом от "Валькирии" неслись торпеды поставившие точку а этом круизе. А потом из ниоткуда в воздухе возникли две летающие тарелки с крестами. Они огромными тралами, стали выгребать из воды людей спасшихся с тонущего корабля, оберст-артцу, было нужно "мясо".

А в Атлантике становилось совсем весело... На острове Тристан-да-Кунья, персонал британской метеостанции с ужасом смотрел на выползающие на берег танки с красными звездами. Пока 75 миллиметровый снаряд не разнес радиорубку, в эфир уходил Мейдей отчаяния: "СОС , на нас напали русские танки", но дальше все было еще страшнее. Десант высадившийся на острове вместе с танками состоял из самых натуральных японцев в униформе Императорской армии, а потом начался натуральный кошмар и страшная резня. Пленных японцы не брали, вернее брали, что бы тут же отрубить голову.

Сразу в нескольких британских владениях в Атлантике, произошли странные и необъяснимые инциденты. Неизвестно откуда, на различных островах, рядом с британскими объектами появлялись вооруженные люди в русской униформе, наносили жестокие удары и исчезали. Уцелевшие свидетели докладывали о явно русской речи нападавших, упоминания о неких японцах отметались как явный бред испуганных людей.. Ведь на месте боев были обнаружены гильзы только советского производства.

В Джорджтаун столицу Ямайки, ужас пришел ранним утром. На улицах появились солдаты в немецкой форме, но с красными звездами на шлемах, с десятками единиц бронетехника так же украшенной красными звездами. Они объявили себя Пролетарской Красной Армией и объявили о создании Социалистической республики Ямайка. Они уничтожили всю местную полицию и небольшой гарнизон, а потом объявили набор в Красную гвардию, куда радостно вступили не только местные маргиналы, но и кто то из приличного населения, но что характерно исключительно цветные. И начались Сутки длинных ножей, красногвардейцы вооружённые оружием убитых Бобби и Томми* стали устанавливать социальную справедливость. К ночи оккупанты исчезли, но этого никто уже не заметил, ибо одни грабили и убивали, а другие защищались и спасались. Подошедшие к городу части британской армии, три дня наводили порядок, а сам город выгорел на половину.

Шелленберг грамотно проводил цепочку провокаций. Русское оружие было взято в секретном арсенале Скорцени, ну а знающих русский язык в РСХА и СС хватало. А в Джорджтауне вообще действовали обычные эсэсовцы лишь декорированные красными звёздами. Опровержениям советских дипломатов, никто естественно не поверил. Тарелки Хаунебу высаживали и забирали десанты в режиме невидимости. Так что провокация Шелленберга вполне удалась.

## Глава 11. июль 1961 года. Лодка Валькирия


На центральном посту "Валькирии" капитан цур зее Вольфганг Лют скомандовал, к погружению. Завизжал в трубопроводах полых переборок гравигель и лодка плавно ушла в глубину. Первая стадия операции "Железный невод" началась.

Фрегаттен-капитан Эрих Топп сидел развалясь в кресле и курил сигару.

- "Вот к чему не могу привыкнуть Вольфганг, так это к тому что в лодке можно свободно курить. Все эти чудо приборы, супер пушки стреляющие из под воды, чудесные самонаводящиеся торпеды, это праздник просто, свежий воздух, просторные отсеки и каюты, но вот курение просто не верится..." -

- "А по мне главное новые технические возможности лодки" - ответил капитан Лют - "Радар тоже просто чудо, на двести миль бьет не всплывая. Система погружения, просто фантастика... полые стенки корпуса и отсеков с системой трубопроводов заполняемых гравигелем, я кстати толком так и не понял до конца , что это такое. Щелкнул тумблером на нужную отметку и все работает. Хоть всплытие, хоть погружение, хоть облегченный ход. А скорость сто узлов под водой, причем в лодке вообще ничего не чувствуешь. Нам бы такую лодку в 1943 году, Британия сдохла бы от голода"-.

- "Ты еще про танки и самолеты забыл сказать. Меня другое интересует, где вся эта мощь была во время войны. Почему с такой техникой мы потерпели поражение. Да десяток больших дисков и пара дюжин маленьких, сделали бы из Дня М*, День Мейдей". -

- "Да успокойся Эрих. Мы моряки а не политики. Есть приказ, есть отличное оружие. И как поют наши японские друзья - "Выйдешь в море, трупы на волнах " -

В дверь капитанского салона вежливо постучали. После полученного разрешения перед офицерами Кригсмарин, появился щуплый японец, в форме Императорского флота, со знаками различия кайгун-шоша морской авиации. Летчик поклонился и на почти правильном немецком произнес небольшую речь:

- "Уважаемый командир корабля конечно знает что в 100 милях отсюда болтаются два корабля плохих гайджинов. По данным радара пропущенным через математическую машину, это Британцы - Эсминец "Дэринг" 1952 года постройки и Противолодочный фрегат "Рэпид", модернизированный в 1953 году. Наши самолеты готовы и Центр позволил цветам Сакуры распуститься навстречу рассвету. Не позволит ли известный своей мудростью и отвагой капитан цур зее Вольфганг Лют, двум японским экипажам обнажить свои самурайские мечи и напоить их кровью коварного врага" -

И что характерно, капитан цур зее Вольфганг Лют, не возражал.

Лют и Топп наблюдали с верхней площадки рубки, как палуба лодки трансформировалась в полетную палубу авианосца. Сегмент за сегментом раздвигались металлические лепестки и через десять минут в черном провале авиалифта показался первый Штукас украшенный свастикой на хвосте и эмблемами Императорской морской авиации на сложенных крыльях. Но непривычными взгляду были не только японские "фрикадельки" и сложенные крылья, но и черные сигары реактивных двигателей под крыльями.

Штукасы расправили крылья (в прямом смысле) поочередно завизжали реактивные двигатели заглушая рев поршневого Юмо, струи огня ударили в защитные экраны и один за другим самолеты взмыли в небо Атлантики.


Сенатор Старингфил снова чувствовал себя юным энсином. Под ногами дрожала палуба эсминца идущего полным ходом, вокруг чистый горизонт, морской ветер поднимает соленые брызги. Так же было и сорок лет назад, когда он ходил на Британском патрульном эсминце "Квадрант" по Каналу и когда со стороны солнца появились германские Штукасы... сенатор невольно взглянул в сторону солнца из под козырька морской фуражки и вздрогнул...

С зюйд-веста приближались два характерных силуэта, навсегда запечатленные в памяти старого моряка. -"Это невозможно"-, прошептал Старингфил, но дымные трассы потянувшиеся к эсминцу и его систершипу подтвердили реальность событий. Снаряды авиационных пушек прошивали корпус и переборки и глухо рвались внутри корабля. От атакующего самолета отделился хвостатый огненный шар и стремительно помчался казалось прямо на мостик где стояли сенатор и капитан.

- "Капитан, смотрите, что это такое" - Крикнул Старингфил, но капитан вцепившись в бинокль не мог оторвать глаз от "фрикаделек" и свастики. Ракеты почти одновременно достигли своих целей, вонзившись строго по центру эсминцев чуть выше ватерлинии.

Зенитные автоматы захлебывались лаем, но Юнкерсы выпустив огненные шлейфы на невообразимой скорости ушли круто вверх.

Фрегат "Рэпид" потерял ход и бессильно закачался на мелкой волне. Эсминец еще кое как ковылял и держался на плаву, но еще две ракеты переломили его пополам. Сенатор подброшенный взрывом выше топа, умудрился не потерять сознания и даже увидел, как из кабины пролетавшего мимо самолета, ему улыбнулся и помахал рукой какой то азиат в смутно знакомой форме, а потом наступила темнота, но не закончился бой. За самолетом лейтенанта-командера Такай Садао потянулся черный шлейф, снаряд зенитки попал в главный двигатель и вывел его из строя, Садао включил реактивные ускорители и в стремительном пике направил самолет на уцелевший фрегат. В эфире раздался его спокойный голос

- "Лейтенант-командер Такай Садао и фельдфебель Айко Фумицу, имеют честь отправиться в Храм Аматерасу. Тенно Хейка Банзай!" -

Уже давно волны скрыли обломки эсминца и фрегата, а одинокий Штукас все еще летал над серыми волнами и рубил очередями пушек и пулеметов, по редким спасшимся счастливчикам, пока они не кончились.


*День М - день высадки Союзников в Нормандии.

## Глава 12. июль 1961 года. Технологический Медотсек Базы 211


Очнулся Александр в незнакомом гулком помещении, напоминавшем огромный приемный покой госпиталя. Вокруг стояли ряды госпитальных каталок и на некоторых из которых метались и стонали люди. Все были обнажены и все были мужчинами, часть каталок были закрытв белыми квадратными чехлами, но там судя по всему, тоже лежали тела. Между каталок деловито расхаживали люди в черных комбинезонах или белых халатах и на головах некоторых из них были черные фуражки с черепами, а на воротниках черных мундиров торчащих из под халатов, блестели серебром руны СС, среди них попадались и женщины. Все ясно подумал Балакин, я на той самой Антарктической базой фашистов, следы которой искала наша эскадра, похоже я попал. Он попытался подняться, но вскрикнул от боли пронзившей все тело. Проходящий мимо санитар в фуражке без кокарды и кителе без петлиц, остановился посмотрел на бирку привязанную к ноге Александра и радостно поинтересовался:

- "Ну що Москалик, разморозился ?" - и радостно заржал, но завидя подходящего офицера замолк и вытянувшись доложил по немецки -

"Герр Штурмбанфюрер, заключенный 195708 очнулся. Русский морской офицер из тех что подобрали в 47 году" -

В 47 году, подумал каплейт, а какой же тогда сейчас год. Это сколько же я был без сознания.

- "В мою смотровую" -, сказал офицер и пошел в сторону больших ярко освещенных дверей, санитар повез каталку за ним. Александр попытался встать и снова потерял сознание. Очнулся он от боли в руке, давешний санитар отложил в сторону большой шприц и приложил к ранке ватку, от которой так пахнуло спиртом, что у Балакина закружилась голова.

- "Що москалик", - загоготал санитар, - "14 лет не пил"-

- "Как это 14, что ты мне макароны по флотски на уши вешаешь?" -

Возмутился Александр.

- "А вот так ответил санитар, тебя гансики подобрали мокрого и соленого в 1947, когда вы с Мериканами сцепились и враз заморозили , а теперь разморозили для дохтура Менгеле, но я бы на твоем месте лучше не размораживался, оттуда еще никто живой не возвращался, брата у меня туда забрали, и больше я его не видел" -

- "И ты им служишь после этого?" -

- "Я не им служу. Меня кстати Грицко зовут. Старшина Второй статьи Григорий Пошмыгайло. Под Севастополем попался к гансикам контуженный, когда мы тысячной толпой стояли на пляже и ждали помощи, но дождались только немцев. Я прикинулся обозником, потом Донбасс, погрузка уголька и с поездом как грузчики в Германию проклятущую. В том же эшелоне брата встретил, а в Гамбурге нас эрзац кофейком гансики попотчевали, после чего вот тут и очнулись. Хорошо товарищ майор нас с братом заприметил, подправил документы, что мы бывшие полицаи, так меня в санитары сюда, размороженных воскрешать. А брат на глаза Упырю попался и пропал. А Упырь это сам доктор Менгеле, Ангел смерти из Освенцима, его сами немцы боятся. Вот так то товарищ капитан-лейтенант"-

Александр выпучил глаза

- "Откуда знаешь" -

- "От товарища майора, он все знает. Вот он кстати идет, у него и Спросишь"-

Штурмбанфюрер, на этот раз без халата, во всем блеске черной формы СС, пощупал мой пульс и сказал:

- "С пробуждением товарищ капитан-лейтенант. Не задавайте много вопросов, а просто слушайте. Вы находитесь на секретной базе Рейха. Нацисты готовят реванш, тут сейчас находятся 12 суперподлодок, одна из них уже в боевом походе другие ждут экипажи, которые придут на Сакура-Мару. Цель Четвертого Рейха (так они себя называют) спровоцировать конфликт между Варшавским блоком и НАТО. Подлодки под Советским флагом станут топить корабли Запада и громить десантами небольшие портовые городки, а в Европе ряд генералов противостоящих блоков будут заменены доппелями - двойниками являющимися на самом деле офицерами СС из ведомства Шелленберга и они тоже начнут свою войну, тем более что и в ФРГ, и ГДР, в армии и спецслужбах, у нацистов много сторонников и какую бы форму из двух немецких фасонов они не носили, но в Союзников и в Русских будут стрелять охотно. Сейчас я размораживаю сотню моряков с ваших эсминцев, потопленных в 1947 году, и тут у меня есть еще немного людей и наша задача уничтожить VIP - доппелей, нейтрализовать субмарины и по возможности взорвать базу и в идеале потопить Сакура-Мару" -

- "Ну прямо пролетарий на коня и пятилетку в три года" - Сказал Грицко, (впрочем без особого энтузиазма) - "Но мне если можно, прикажите исполнить Упыря" -.


Начальник Базы 211, почетный Рейсхлейтер Мартин Борман выключил экран слежения и глубоко задумался. Вражеская резидентура на Базе, и мальчики Шелленберга хлопают ушами, а он - "Мызный упман" все раскрутил. (Мызный упман - немецкий управляющий поместьем в старой Прибалтике, так прозвали Бормана сотрудники РСХА, с легкой руки одного офицера-фольксдойче родом из Эстонии). Ну ладно, посмотрим что будет дальше, а одиннадцать подлодок никуда отсюда не выйдут. Не один Шелленберг с пингвинами сотрудничает. Энергетические капсулы в реакторах не рабочие, как и запасные, максимальная длительность работы три часа, а потом реактор делает большой ба-бах. Я не дам вам сжечь Германию. Рейхслейтер нажал клавишу селектора и сказал - "Здесь Борман. Штурмбанфюрера фон Шираха ко мне. Срочно" -

## Глава 13. июль 1961 года. Кабинет Мартина Бормана


Когда фон Ширах сел в кресло, на против начальника базы, на его руках и ногах защелкнулись автоматические наручники и поножи. Как сказал Борман, это для твоей же безопасности еврейский мальчик. Не пугайся, свои тебя сдали еще когда ты был в Германии, в Рамштайне. А у нас с тобой сейчас одна общая цель, уничтожить эту Базу и мы это сделаем. Как и что делать я тебе объясню.

- "Но скажите, рейхслейтер. Почему Вы на это идете?" -

- "Ты спасаешь свой народ, а я свой и вот что еще, ты знаешь, что под Б азой есть еще уровни ?" -

- "Да" -

- "Но ты не знаешь сколько их. Так вот, там находится не только некие фантастические конструкции и станки, которым тысячи лет и они как новые и тебе известно, что именно с их помощью созданы эти чудовищные самолеты и субмарины, и оттуда поступает оборудование для изготовления доппелей, и там властвуют разумные пингвины, бывшие слуги вымерших пришельцев, об этом мне рассказала моя секретарша, которую ты воскресил и ниже есть еще уровни со спящими пингвинами и я боюсь, что нечто может выйти оттуда и вообще уничтожить жизнь на Земле. Я много чего сделал грешного с точки зрения общечеловеческой морали и ни в чем не раскаиваюсь, но сейчас я могу действовать, только так как действую"-

Борман говорил еще что-то высокопарное, а фон Ширах думал об прекрасной Элоэль... Когда израильский разведчик увидел саркофаг с красавицей, как две капли воды похожей на статую у пирамиды, то сразу вспомни рассказ водителя вездехода, который возил его показывать башни обороны периметра о том, что во время своего единственного посещения Земли Новая Швабия, всесильный рейхсфюрер СС Генрих Гимлер на целый час застыл перед саркофагом с неведомо красавицей, после чего запретил нему прикасаться и поставил тут пост, но как ни странно разрешил смотреть на эту прекрасную фигуру. Пока они объезжали эти странные башни, по мощности огня своими жуткими зелеными лучами превосходившие тяжелый артиллерийский полк, Мойша все время думал о саркофаге и вернувшись на базу направился прямо к нему причем в первый раз, ибо то того у него просто не было времени. Фон Шираха назначали офицером связи у Бормана и у дядюшки, и он был практически "слугой двух господ", их общим ординарцем.

Посмотрев на саркофаг, он понял, что эта девушка могла поразить красотой даже рейхсфюрера и вдруг разведчик почувствовал волну тепла и в голове у нег зазвучал мелодичный и прекрасный женский голос который поприветствовал носителя крови царя Соломона. Он честно говоря обалдел, но тут ему в голову хлынул поток красочных озвученных картинок. И Мойша узнал про пришельцев из неведомых глубин космоса, которые уже две тысячи лет борются за Землю, которая обладает редким во вселенной излучением, и были пришельцы древними царями на земле, и входили к земным женщинам. И в процессе бесконечных войн, стороны практически уничтожили друг друга и остались редкие объекты и еще более редкие потомки, да кое где остались трибы искуственных слуг.

Элоэль была носителем генетического кода и была потомком царицы Савской которая, как и Соломон была с далекой планеты. Их потомки разделили Зов Крови и когда на Базу напали космолеты врага, защитники отбиваясь утратили всю личную энергию и что бы у них хватило сил сбежать, они выкачали остатки энергии из младших членов рода, но девушке повезло, ее положили в стазис капсулу, где она веками накапливала энергию, уровень которой на Земле после войн и принудительных откачек сильно упал. И вот сейчас потомок царя Соломона сработал катализатором. Ожившая красавица стала сенсацией, плюс она оказалась специалистом по местной технике и Борман сразу взял ее к себе секретарем-консультантом. Она помогла запустить автоматическую верфь субмарин и авиазавод, правда до выхода на проектную мощность, надо было ждать и ждать. А главное, у них был тайный роман с Мойшей (тайный для всех, кроме Бормана естественно). И на прощание Борман еще кое что сказал Мойше, что его не обрдовало...

- "Имей ввиду еврейский мальчик" - сказал рейхслейтер -"Любой, кто скажет тебе, что "Царица Савская никогда не брила ноги", это не твоя связь, а агент Гестапо. Шелленберг расколол вашу девочку до самого дна.


После подробного инструктажа, фон Ширах начал действовать. Он хорошо запомнил лекции инструктора по диверсионной подготовке Ребе (это был псевдоним преподавателя, который проходил на занятия в костюме равина, хотя на секретных инструктажах он появлялся то в лапсердаке торговца, то в мундире военного атташе латиноамериканского посольства. А Ребе учил, сто для хорошей диверсии важна группа и Мойша эту группу создал. Его айнзатц группа санитаров состояла только из лично преданных ему людей и на всех у него были комплекты униформы внутренней охраны Базы и оружие.

Чувство тревоги буквально разливалось в отсеках Базы, тем более, что обстановка в мире накалялась...


## Глава 14. июль 1961 года. Район Тама.


Акихиро Кудзомо, из клана Симадзу, вел свой отряд Черных ронинов к Базе Йокота, Токийскому гнезду американских гайджинов. Водители встречных машин с изумлением и восторгом смотрели на трейлеры с танками Ха-Го и грузовики с солдатами Императорской армии ехавшие по шоссе проходящему через холмы Тама, некоторые очевидцы плакали и кричали - "Банзай". А Акихиро увидев бамбуковую рощу, где много лет лежали обломки танка его отца, прошептал благодарственную молитву к Аматерасу. Наконец он сможет отомстить. Экипаж этого танка Ха-Го хотел расстрелять колонну гейджинов идущую к Императорскому дворцу, принимать капитуляцию к которой императора склонили предатели, но танк взорвался*.

А сейчас в окрестностях Токио снова танки Ха-Го, с полным боекомплектом и отважными экипажами. Весь этот перформанс шел под соусом сьемок фильма. Член союза Черных ронинов, солидный акционер концерна Мицубиси, спродюсировал фильм про "Ни-нироку дзикэн", "Инцидент 26 февраля", когда молодые офицеры Первой дивизии Императорской армии и Гвардейского полка, выступили под лозунгами Реставрации Сёва и Реставрацией Мэйдзи, с девизом "Сонно токан", "уважай Императора, свергни зло" (декабристы блин). Самурай из дзайбацу организовал производство танков Ха-Го для сьемок на своих заводах, тем более, что технологии сохранились, американские наблюдатели прочитав документацию, только хмыкнули презрительно и даже не стали заходить в цеха. Самое забавное, что трейлеры и грузовики для перевозки танков к цели атаки, арендовали у американцев вместе с водителями, но как только колонна вышла на боевой курс, то на переезде, всем американским водителям и сопровождающим, вонзились в горло холодные клинки "мороха-дзукури" (любимые ножи ниндзя). В прогалину между холмов свернуло несколько больших "кинофургонов" из которых расчеты срочно разгрузили пехотные гаубицы Тип-92 и развернув батареи, в назначенное время открыли огонь. После падения первых снарядов, на американской базе начался хаос, а после того, как в атаку пошли танки с японскими флагами на броне и японская пехота с жуткими пулеметами со штыками*, началась паника.

На авиабазе Кадена ситуация была похожей. Сначала пошли в атаку танки Ха-Го и "Стюарты"* из охранного батальона базы не устояли перед ними, вернее перед специальными снарядами изготовленными в секретном цеху.

Пока Секретная Императорская морская пехота вела бой с гарнизоном базы, агенты Кемпетай, которыми было подавляющее количество местной обслуги, вырезали расчеты и командный пункт батареи ракет MGM-13 Mace, ниндзя захватили атомные боеголовки и атомной атаке подверглись три американских авианосца, два линкора и дюжина крейсеров стоящих на рейдах Окинавы в преддверии больших морских учений. Проклятые американцы получили назад свой адскй огонь.

Американские базы Мисава, Атцуги, Йокосука, Ивакуни и Сасебо, одновременно подверглись атакам ниндзя с повязками камикадзе, там были взорваны склады горючего и боеприпасов, в деле так же участвовал японский персонал и точку ставили солдаты в униформе Императорско армии. На база Футемма на Окинаве, ниндзя и их помощникам удалось захватить склад с ядерными боеголовками, но гейджинам удалось остановить атаку Черных ронинов, а потом перейти в наступление. Лист Пять (подразделение ниндзя называлось "Стальные лепестки сакуры") положил руку на тумблер инициатора и крикнув - "Тэнно хейка банзай!" повернул его и над Футемма поднялся страшный гриб, знакомый жителям Хиросимы и Нагасаки.

Сенгун-Рейхсляйтер Миномото-но Еримото, во главе отряда из ветеранов Императорской гвардии, перешагивая через трупы американских эМПи, уничтоженных ниндзя, шел по коридорам Императорского дворца. Императора он обнаружил в Сливовом зале где он в белых одеждах сидел на ритуальном коврике в позе Сэйдза. Рядом стоял деревянный столик, с чашкой саке и листом традиционной тутовой бумаги васи, письменными принадлежностями и ножом кодзука. Тут же находилась старинная катана. Император поднял глаза на Еримото и произнес с легкой улыбкой: "Я готов генерал. Будь моим кайсяку".


*В следующей главе читайте лирическое отступление посвященное отцу Акихиро Кудзомо.

* Танк Стюарт - M3 - американский лёгкий танк периода Второй мировой войны.

## Глава 15. август 1945 года. Одинокий танк в бамбуковой роще


Мэтэдзаси или... История последнего танка Императорской армии


Меня зовут Акиро Кудзомо, я из рода Акиро Кудзомо, клана Симадзу и назван в честь прадеда, который во время войны Босин ударил веером в живот* командира отряда, который приказал им сложить оружие перед врагом. А когда командир отказался совершить сепукку, мой прадед отрубил ему голову. После боя, который его отряд выиграл, хотя и потерял две трети бойцов, прадед обратился с нижайшей просьбой к Императору о разрешении прибегнуть к сеппуку, так как, по сути, он нарушил приказ. Был суд чести, и прадеда оправдали, так как за него поручился сам император. Такова была семейная легенда. Мой прадед и дед были настоящие самураи, и дед много мне рассказывал про самурайскую честь и кодекс Бусидо. И я вынес из этого главное...

Надо быть преданным Императору и относиться к любому оружию, врученному Империей, как к родовой катане.

Мой отец хоть и был по крови самураем, но сошел с тропы предков, и, женившись на дочери торговца тканями, вошел в дело тестя, и весьма в этом преуспел. А я записался добровольцем в танковую школу, воевал на танке Ха-го* в Китае, получил чин гунсо*, был тяжело ранен и после госпиталя переведен в запасной танковый полк в Метрополию на должность инструктора по радиоделу.

И вот наступил проклятый сентябрь, в школе ходили слухи, что указ императора о капитуляции подложный, что императора держат в плену предатели, что на Окинаве и в Китае до сих пор идут бои и что нельзя допустить высадки гайдзинов на острова.

Ранним утром меня, дзюнъи* Камицу и готё* Акахиту вызвал к себе командир школы шо-са* Агимицу. Он подтвердил, что указ о капитуляции - это фальшивка гейдзинов и наших предателей, что император в плену, но его обязательно освободят офицеры верные присяге. И приказал нам полностью заправить и загрузить боеприпасами штабной танк, и выдвинуться к шоссе у бамбуковой рощи. Как только на шоссе появятся две легковые машины с гайдзинами, эскортируемыми предателям из военной жандармерии, мы должны будем расстрелять эту колонну. Там едут те, кто должен убить императора, и наша задача его спасти. Агимицу с тремя оставшимися танками ударит по штабу округа, где так же окопались предатели, и отвлечет этим от нас внимание. Шо-са, говоря все это, шел красными и белыми пятнами, у него дергалась щека. После контузии на Филиппинах, это означало у командира крайнюю степень волнения.Мы прокричали "Тэнно банзай!", отдали честь и направились в танковый бокс выполнять приказ командира.

Бамбуковая роща этим утром была прекрасна. Я даже сочинил танку на тему одинокого Ха-го.

Шелест бамбукаОпять шептался с луной.А одинокий танкПродолжает путь воина.Императору банзай.


Когда мы, проехав через рощу, приблизились к шоссе, дзюнъи Камицу, приказал остановить танк и заглушить двигатель, а потом обратился к экипажу. Он сказал, что Агимицу явно сошел с ума, что речь императора по радио слышали все, и надо дождаться колонну и доложить обо всем жандармам, именно в этом он видит наш долг. Акахиту сразу его поддержал, а я задумался...

Мой долг - выполнять приказ императора, а император приказал капитулировать. И мой же долг повиноваться старшему командиру, а он приказал уничтожить колонну. То есть, что именно я бы не сделал, кодекс бусидо будет нарушен, и выход только один - нам всем надо сделать сепукку и тогда наша честь будет спасена. Когда я сказал об этом экипажу, Камицу назвал меня бакой*, а Акахиту - ахо*.

Камицу стал открывать башенный люк, а я вспомнил сразу две вещи. Во-первых, то, что я по секретному приказу шо-са Агимицу неделю назад оборудовал этот танк секретной системой "Разбитая яшма", то есть - вмонтировал вместо ящика с инструментами мощный заряд взрывчатки, превратив танк в сухопутного камикадзе. А, во-вторых, вспомнил слова своего деда о том, что моей самурайской катаной является любое оружие, врученное мне Империей. И я понял, что будет моим Кусунгобу. Плунжер взрывателя был рядом с моей рацией, я нажал его, и за мгновение до взрыва пожалел, что у меня нет с собой веера, дабы традиции были бы соблюдены полностью.Касание веера, может быть подобно стали,Коль самурай своею честью дорожит.И шум бамбука будет громче лязга гусениц

Касание веера, может быть подобно стали,Коль самурай своею честью дорожит.И шум бамбука будет громче лязга гусениц

Мэтэдзаси сверкнет, блестя, как роса на сакуре,Справед

си сверкнет, блестя, как роса на сакуре,Справедливость и честь сольются в огне,И в лунный свет уйдут танкист и танк.

ливость и честь сольются в огне,И в лунный свет уйдут танкист и танк.


Касание веером живота - традиция по принуждению к харакири провинившегося самурая.

Сепукку - харакири, ритуальное самоубийство самурая, путем вспарывания живота.

Ха-го - основной японский танк Второй мировой войны. Выпущено 2348 штук. Экипаж три человека. Вооружение: пушка Тип 94 - 37-мм. и два пулемета Тип 91 - 6,5-мм.

Бака - черепаха (яп). Считается весьма циничным ругательством.

Ахо - придурок (яп).

Кусунгобу - японский ритуальный кинжал (синонимы: ёроидоси, танто, мэтэдзаси). Используется для ритуального самоубийства самурая, харакири.

Шо-са - майор японской Императорской армии.

Дзюнъи - прапорщик японской Императорской армии.

Гунсо - сержант японской Императорской армии.

Готё - капрал японской Императорской армии.

## Глава 16. июль 1961 года. Операция "Железный невод"


По всей Европе прокатилась волна странных преступлений. Гибли в основном политические и военные деятели времен Второй мировой войны. Сначала, на фоне убийства Черчилля и Монтгомери это проходило сравнительно незаметно, но когда количество переросло в качество, и стала видна некая закономерность, к расследованию подключился Интерпол. На свою беду, как выяснилось.


В горном пансионате в Швейцарских Альпах был аншлаг. Многие его завсегдатаи получили в этом году отказ по причине отсутствия свободных мест, что их весьма огорчило, ибо местечко было уютным и комфортабельным. Пансионат действительно был заполнен и отдыхающие были в основном мужчины и большинство их объединяла одна особенность... татуировка с группой крови под мышкой, старая традиция СС. Это конечно нарушало конспирацию, для СС, традиции были важнее. Тут работал штаб Айнзатцгрупп операции Железный невод.


В штабном бункере кипела работа, суда стекалась информация от всех айнзацгрупп терроризирующих Европу. Когда Отто Скорцени доложили о том, что следствие по дела Черчилля-Монтгомери передано Интерполу он стал хохотать: " Да альтекамараден, поручить поиски эсэсовцев организации, президентами которой были , оберфюрер СС Отто Штайнхойзль, группенфюрер СС Рейнхард Гейдрих, группенфюрер СС Артур Небе и обергруппенфюрер СС Эрнст Кальтенбруннер, это особый юмор*. Ну что же, пора навестить коллег, тем более Кейтель и Канарис уже давно повешены и предателей в наших верхних эшелонах нет* ".

Погожим июльским днем, к зданию Интерпола в Париже, подкатила небольшая, но грозная колонна... Три угловатых тупорылых автобуса Ситроен с эмблемами жандармерии и броневик Панар. Броневик занял позицию перед подъездом, а из автобусов горохом посыпались автоматчики, что характерно в форме полиции Виши времен оккупации, причем автоматы у них были британские Стэны. И на всех них буквально гроздьями висели гранаты.


Переходя с этажа на этаж, они четко провели зачистку, кидая в каждое помещение по гранате и добавляя на любое шевеление по автоматной очереди.


На следующий день тоже самое повторилось в Марселе. Там местной полиции удалось задержать одного из диверсантов взорвавших адмиральский катер с тремя адмиралами НАТО. Он оказался офицером французской армии и умер на глазах у жандармов, подорвав и себя и их припрятанной гранатой (доппель был очень хорошо запрограммирован). Боевая группа в том же составе что и в Париже, взяла штурмом префектуру, устроила там резню и освободила всех заключённых, из которые составили Батальон жандармерии "Петен", с правом обысков и арестов, к которому немедленно присоединились все местные "Нерви" (марсельские гопники).


В Лионе, был повешен на воротах своего же дома полковник в отставке из дивизии Шарлемань, причем по описаниям очевидцев, палачи несчастного были в русской форме, причём у фуражек был синий верх. (Полковник отказался сотрудничать с Братством легионеров СС и был ликвидирован в процессе разработанной лично Скорцени провокацией).


В Тулоне было нападение на местную тюрьму, куда поместили привезенных их Южной Америки агентами ФБР сотрудников Парижского гестапо (из американцев не уцелел никто). Что интересно, но в дальнейшем, когда уже все французы знали, что Ситроены эскортируемые броневиком, это таинственные нацисты, некоторые прохожие приветствовали эту колонну нацистским приветствием. Из заключенных были сформировано отделение Шутц-полицай, им выдали повязки, каски и оружие и отправили патрулировать город. Новая полиция так прославилась за двое суток своего короткого существования, что после того, как отдельный батальон дивизии СС Шарлемань, покинул город под ударами морской артиллерии, ни одного коллаборациониста, живым не нашли.


В Брюсселе и Антверптене, ветераны танково-гренадерской дивизии Ваффен СС "Нордланд", плюнув на инструкции вошли в центр города не переодеваясь в русскую форму, с эмблемами дивизии на технике. В Брюсселе были разгромлены и подожжены правительственные здания. А в Антвептене нацисты объявили об возвращении Нового порядка и к ним примкнула часть гарнизона под руководством министра обороны в мундире СС (это был доппель). Правительство и большая часть парламента были вырезаны. И только британский десант смог потом освободить город, причем в фольксштурм на стороне нацистов вступило много местных и приветствие у них было "Да здравствуют гезы" .


А в Финляндии, на встрече ветеранов Лапландской войны был расстрелян президиум в составе таких генералов как, Аксель Айро, Эрик Генрих и Ялмар Сииласвуоем , причём нападавшие были в униформе Финского добровольческого батальона войск СС, их эмблему ветераны узнали сразу. Эсэсовцы из прошлого были вооружены Штурмгеверами и как не странно Суоми*. Они кричали "Смерть предателям !".


В Италии тоже были нюансы, но чисто с итальянским акцентом. Когда Итальянский легион СС, занял вестибюли основных министерств, танковый батальон столичного гарнизона не подошёл на помощь ни к тем, ни к другим, как позднее выяснилось, ввиду полного отсутствия горючего (все бочки и цистерны на складах были пустыми). Так что поошивавшись пару тройку часов в шикарных присутствиях, куда карабинеры пустили эсэсовцев без всякого сопротивления, легионеры разошлись по кабакам праздновать победу.


Серьезный бой произошел у штаба НАТО в Касерма Эдерле, там костяк нападавших составляли ветераны Легиона, но тут американские танки подоспели вовремя и итальянцы были разбиты и отступили, но панику на штабных все это навело большую.


После всех этих событий выявились тысячи доносов в Geheime Feldpolizei, отделения которого были при каждой части СС участвовавшей в "Железном неводе". Такая вот Европейская мораль.


* Когда в 1944 году Скорцени, по личному приказу фюрера, начала подготовку к операции "Гриф", то начальник ОКВ Кейтель, фельдмаршал Рундштедт и оставшиеся на службе соратники Канариса (сам он был к тому времени отставлен от руководства Абвером) ее практически дезавуировали.

План Гитлера и Скорцени предусматривал создание диверсионного подразделения численностью в 4000 человек, владеющих английской разговорной речью, одетых в форму армии США, и вооруженных трофейным американским оружием и техникой. Целью операции были организация хаоса и паники в тылу врага, захват мостов и других важных объектов, плюс террор против высшего командования союзников.

Но Кейтель всячески саботировал этот проект и не только не спешил делиться трофеями со складов Вермахта, но и приказал разослать по всем частям вермахта следующую идиотскую директиву: "Для выполнения спецзадания набираются добровольцы, владеющие английским языком (американский диалект). Изъявивших желание направлять в распоряжение оберштурмбанфюрера СС Отто Скорцени. Так же в его распоряжение направлять все захваченное обмундирование, снаряжение, оружие и технику армии США. Кейтель". И самым идиотским было то, что данный приказ был спущен вплоть до батальонных штабов. Короче союзники были в курсе.

Скорцени кинулся к фюреру с воплями, что мол все пропало и что они "знают нашего бразильского мужа", нофюрер принял "гениальное" решении... отныне именовать бригаду "Гриф" - 150-й панцер бригадой, и теперь западные плутократы точно ни о чем не догадаются. Ну и помощи с американскими трофеями от Вермахта тоже не последовало...

Скорцени запросил для успешного проведения операции: 28 танков, 24 САУ, 120 грузовиков, 30 бронемашин, 100 джипов и 40 мотоциклов (американских естественно), но получил в результате: 2 танка, 3 САУ, 16 БТР, 21 мотоцикл, 28 джипов, 15 грузовиков и 1 тягач . Так что пришлось камуфлировать немецкую технику под американскую.

И в результате гора родила мышь (но это не был танк Маус). Плюс ко всему, после первых диверсионных ударов по американским тылам, очень грамотно сработали американская контрразведка и военная полиция...

Теперь любой подозрительный человек в американской форме, по первому требованию патруля, должен был поднять руки и быстро отвечать на вопросы "Кто такой Тарзан?", "Какая команда выиграла чемпионат по бейсболу?", "Как зовут подружку Микки-Мауса?" и пр. Тест "я - американец" среди прочих проходил генерал армии О. Брэдли, а генерал Кларк, не знавший имени последнего мужа актрисы Бетти Грэйбл, попал в КПЗ. От участия в этой "викторине" освобождались только негры.

И еще одним из признаков разоблачения диверсанта, было точное знание им текста гимна США, дисциплинированным немцам даже в голову не приходило, что нормальный американец не знает гимна своей страны.

## Глава 17. июль 1961год. Вроцлав


И абсолютно неожиданно был для всех, и для врагов, и для друзей, удар по Вроцлаву, явившейся из ниоткуда дивизии СС "Хорст Вессель", под командованием рейхсфюрера СС Карла Августа Ханке, явившегося из небытия.

Семейство Розенталей прибыло во Вроцлав из Хайфы по делу о наследстве. В пригороде Вроцлава был дом, бывший некогда собственностью их деда и юридическая фирма предложила им, не вкладывая не шекеля получить компенсацию, за вычетом солидного процента в пользу юристов, но по любому на дороге просто лежали деньги и их надо было просто поднять. А данном случае надо было съездить в Польшу. Мойша возбудился и стал настаивать на поездке, в первую очередь потому что она была бесплатной, а во вторых конечно, дабы разнообразить скучную жизнь учетчика на складе ресторанной посуды. Его хозяин сам был родом из Польши и потому аж прослезился и дал ему месяц отпуска с аж половинным содержанием, но предупредил, что бы держал ухо с остро с поляками, ибо они могут придумать что угодно, лишь бы не отдавать деньги бедному еврею. Вторым человеком осторожничавшим по поводу поляков была его жена Роза, которая сказала, что ее бабушка была родом из Варшавы и вся семья помнит, как к бабушке посватался поляк, взял взаймы тысячу злотых на свадебный костюм в счет приданного и на следующий день уехал в Африку*. Но муж настоял на своем, тем более мама сказала ему: "Мойша, мальчик мой. Никого не слушай, когда тебе в руки идут деньги, ибо все сразу хотят их у тебя их отнять или просто завидуют в углу" А мама, как известно плохому не научит и вот они во Вроцлаве. Поселили их в здании филиала юридической компании, на улице, Пляц Новый Тарг, в маленькой , но уютной комнате с окном выходящим на рыночную площадь.

Как ни странно все дела были закончены в один день, все бумаги были готовы к подписанию, и их вроде бы почти не обманули (в смысле, что помимо процента за услуги, фирма удержала еще и деньги за сопутствующие расходы, но маржа в почти в четверть миллиона фунтов стерлингов, перекрывала любые сомнения (юристы кинули их почти на миллион, но Розентали об этом, так никогда и не узнали). И вот утром, на третий день приезда, гогда они уже готовились возвращаться домой, Роза смотря в окно, сказала мужу: "Я так и знала, что эти поляки что-нибудь придумают чтобы не отдавать наши деньги, и они таки придумали...И вот утром, на третий день приезда, гогда Как ни странно все дела были закончены в один день, все бумаги были готовы к подписанию, и их вроде бы почти не обманули (в смысле, что помимо процента за услуги, фирма удержала еще и деньги за сопутствующие расходы, но маржа в почти в четверть миллиона фунтов стерлингов, перекрывала любые сомнения (юристы кинули их почти на миллион, но Розентали об этом, так никогда и не узнали). И вот утром, на третий день приезда, гогда они уже готовились возвращаться домой, Роза смотря в окно, сказала мужу: "Я так и знала, что эти поляки что-нибудь придумают чтобы не отдавать наши деньги, и они таки придумали...

Мойша подошел к окну, кинул взгляд на площадь и похолодел. На Рыночную площадь Вроцлава, а теперь вернее Бреслау, выезжали танки с крестами с солдатами на броне, с солдатами в страшных касках, известных любому поляку и еврею.


Двадцать восемь танков "Тигр" из личного резерва Рейхсфюрера, и батальон панцер-гренадеров, высадились из больших транспортных "Хунебе" находящихся в режиме невидимости в самом центре Вроцлава, и занялись его знаменитыми мостами, на предмет их ликвидации. Танки с десантом выдвинулись к Императорскому мосту (который эти польские свиньи назвали Грюнвальдский), к Пропускному мосту (названному поляками Зоопарковым), к мосту Маргариты (переименованным унтерменшами в Олавский) и к Соборному мосту. Эсэсовцы по заранее отработанной схеме провели минирование и подняли мосты на воздух после чего методично стали расстреливать из танковых пушек государственные и муниципальные присутствия. После чего собрались на Рыночной площади, откуда куда-то исчезли. Рейхфюрер был счастлив, от отомстил!

(Супруги Розентали уцелели, хотя пока немцы расстреливали королевский дворец, они натерпелись страха и ждали каждую минуту, сто распахнется их дверь выбитая ударом немецкого сапога и эсэсовец, поведя стволом автомата радостно гаркнет: -"Oh , wir Габен hier Juden". Больше того, их деньги успели уйти на их счет и больше они из Хайфы никогда и никуда не уезжали.


Так что Европа все больше становилась обуреваема ужасом, что и было целью операции "Железный невод".


* В середине февраля 1928 года в Варшаве был создан "Союз колониальных пионеров" (Zwiazek Pionerow Kolonialnych), главной целью коего была деятельность по обретению Польшей колоний за морем. Под эгидой этого союза были колонизированный земли в Африке и Бразилии, но неудачно. И по Польше ходили анекдоты типа...л создан "Союз колониальных пионеров" (Zwiazek Pionerow Kolonialnych), главной целью коего была деятельность по обретению Польшей колоний за морем. Под эгидой этого союза были колонизированный земли в Африке и Бразилии, но неудачно. И по Польше ходили анекдоты типа...

"Два поляка заблудились в джунглях. Один из них читал, что в подобной ситуации нужно трижды выстрелить в воздух. Он так и сделал. Прошел час, но на помощь никто не пришел. Он опять выстрелил в воздух. Эффект тот же. Еще через час его напарник предлагает:

- Давай стрельнем еще раз.

- Ладно, - согласился первый. - Но учти, что стрелы на исходе"


## Глава 18. июль 1961 года. Бункер в горах Хьёлен


И вот по всем радио и телевизионным станциям прозвучала в прогнозах погоды фраза "Над всей Европой чистое небо".

Гауляйтер Севера Квислинг наконец дождался своего часа, теперь он отмстит и гнилым европейцам и тупым в своем самомнении колбасникам. Дивизия СС Валлония будет участвовать в штурме Бонна, дивизия Нидерланд в штурме Мюнхена, дивизия Шарлемань пусть разбирается с родным Парижем, ей как всегда доверили самое грязное дело, силами спецподразделений в русской униформе, вырезать все посольства НАТО в Париже, а основным силам, заняться Национальным собранием. Дивизии СС Викинг и Лангемарк, силами отдельных полков ударят по базам НАТО по месту дислокации. И всем штандартам и штаффелям был отдан секретный приказ - пленных не брать и некомбатантов считать вооруженным противником. Главным в операции "Ледяная Валькирия" было то, что практически в каждой европейской дивизии НАТО, были уже сформировавшиеся подразделения Четвертого рейха. Тут кстати тоже операцией прикрытия были глобальные киносъёмки и с немецкой техникой все было нормально... Сотни "Тигров", "Пантер" и старых добрых Sonderkraftfahrzeug 251, были в свое время по приказу Черчилля собраны на складах для участия в операции "Немыслимое", задуманной, как внезапный удар союзников и частей из пленных немцев, по Красной армии. Но коварный Сталин вывел на Берлинский парад 1945 года, бронированных монстров ИС-3 и американцы испугались и операцию отменили. И теперь хитроумные англосаксы на своей шкуре испытают плоды своего же коварства. Финалом операции была переброска освобождающихся частей к базам НАТО с ядерным оружием и установка там жесткой обороны.

В самой Германии, по данным Квислинга, большая часть бундесверы была на стороне Четвертого Рейха и там числились по секретному списку, шесть дивизий Ваффен СС. Комадовал всеми войсками Четвертого Рейха Оберстгруппенфюрер СС Йозеф "Зепп" Дитрих. Танкисту было под семьдесят, но он был бодр и боеспособен. Ну и группы Отто Скорцени, в советской и американской форме, как некогда в Арденнах, вносили панику и беспорядок по всему театру военных действий, но гораздо масштабней нежели некогда в 1944 году. Полыхнуло по всей Европе и самое большое удивление постигло французов ибо на сьемках фильма "Великое освобождение Парижа", немецкие танки привычно едущие по Елисейским полям, оказались настоящими. Ужас пришел в город и из всех щелей поползли коллаборационисты, бывшие и вновь испечённые. В воем старом здании заработало Парижское гестапо, куда потекли доносы. Репрессии имели место, и особенный ужас на ажанов наводил отряд "Лысая Жанна" из бывших проституток времен оккупации, некогда остриженных наголо на волне празднования окончания оккупации. Они искали своих бывших обидчиков и отдельно жандармов участвовавших в карательных антипутанских акциях и жалости они не ведали, тем более что в отрядах были их "немецкие сыновья". Де Голль к счастью был в Марселе на морском параде и оттуда выступил с обращением к нации по радио и стал организовывать противодействие и это ему удалось, ну а то что парламент попал под нож, ему даже понравилось, ибо депутаты его уже давно достали.

Ну а британцы, как всегда отличились, они почувствовав призрак Дюнкерка, начали срочную эвакуацию британских войск через Ла Манш, но это и сыграло для них роковую роль. Не слышные и невидимые летающие тарелки выжгли флотилию, вместе с портами и гибнущие "томми" видели только зеленые лучи бьющие неоткуда.

Порядок был только в ГДР. В ночь, за два дня до начала операции "Ледяная Валькирия", были подняты по тревоге части ГСВГ и ННА ГДР, и когда в Европе началась заваруха, был освобожден Западный Берлин, где начался самый настоящий путч, с ударами по НАТОвским гарнизонам которые сами попросили помощи у русских и под эту музыку была взята под контроль территория ФРГ на сто - двести километров на Запад, для защиты мирного населения от нацистов и реваншистов, как было сказано в заявлении ТАСС. Советское правительство очень удачно получило спойлерскую информацию, не без участия Мызного упмана, известного так же, как рейхслейтер Борман.

## Глава 19. июль 1961 года. Львов


## Глава 16. 19 июля 1961 года. ЛьвовГлава 16. 19 июля 1961 года. Львов


Председатель Комитета государственной безопасности при Совете Министров СССР Александр Николаевич Шелепин, пребывал в сомнениях и чуть ли не в расстроенных чувствах и все это из за конверта очутившегося утром у него на столе. Там была информация о том, что во Львове созрел антисоветский националистический заговор, который вот-вот должен полыхнуть. Учитывая, что подпись была та же, что и под сообщением об операции нацистов в Европе, пришедшем прямо в секретариат ЦК КПСС информация была достоверной. Но была тут одна частность... Хрущев почему-то очень щадяще относился ко всем проявлениям украинского национализма. Например в 1955 году он амнистировал всех бандеровцев, да и власовцев заодно. Ну а передача Украине Крыма в 1954 году, плюс к возвращению Китаю Ляодуна с Порт-Артуром и Ханко Финляндии это вообще ни в какие ворота не лезло и сильно попахивало изменой.

Размышления Председателя прервал фельд-егерь, доставивший секретную почту и среди корреспонденции было сообщение об отправке спец груза в Охотск, это означало, что Директор ГРУ Иван Александрович Серов, хочет секретно переговорить в известном только им двоим месте (у двух главных безопасников Советского Союза был свой код, шифрующий график "случайных" встреч. .

Ну Председателю КГБ и директору ГРУ встретится тайком было сложно, но ведь листья надо прятать в лесу и посему они получили одновременно приглашение в охотохозяйство Завидово, где и пересеклись в лесу. Как оказалось, Серов тоже получил цедулю по Украине, что говорило о высоком уровне отправителя, как по должности, так и по профессионализму. В лесу, оставив на номерах двойников, главные охранители Советского государства оговорив ситуацию с Леонидом Ильичом Брежневым, с которым были завязаны как члены тайной антихрущевской оппозиции, а потом и меж четырех глаз, решили, что действовать необходимо и действовать надо жестко. Хотя Хрущев и запретил разрабатывать высший партийный республиканский эшелон, но информация тем не менее была и судя по ней политическая атмосфера на западной, да и в центральной Украине была нестабильной. На Западе все уровни власти были инфильтрованы националистами, да и в центре их хватало, коррупция так вовсе захлестывала, но все покрывал республиканский ЦК, в свою очередь прикрываемый Хрущевым. На МВД не было никакой надежды и даже в местном КГБ хватало оборотней. И очень мощно работала Британская разведка и решение было такое... обоим Конторам принять превентивные меры, по жуковской одесской методике, во Львов, Винницу и Киев были посланы группы оперативников штатском, под видом всевозможных командировочных. Группы были комплексные, тут были и топтуны, и аналитики, и волкодавы, и ликвидаторы. Были взяты языки, проведено экстренное потрошение и за неделю до начала восстания, были отстрелены все предатели из властных структур, а когда Хрущев потребовал покарать убийц невзирая ни на должности, ни на законы, руководителей бандподполья постигла эта же судьба. Так что восстание было началось, но быстро сдулось ибо начальник Киевского военного округа, генерал-полковник Пётр Кириллович Кошевой, после беседы тет а тет с известными, но не поименованными товарищами, приказал в указанных местах провести учения с боевыми стрельбами и местные бандеровцы напрудили в шаровары и не стали устраивать массовое самоубийство. Хрущев правда продолжал бушевать и Брежневский путч произошел раньше, чем запланировалось, и был он более жестким. Никаких заседаний и пленумов, а просто машину Первого заблокировали на шоссе БТР-152 Дивизии Дзержинского, а самого Хрущева арестовали и препроводили на одну из секретных дач, навсегда. И всех республиканских хрущевцев вымели, кого в отставку, кого на зону. А все остальное провели на бумаге. А первое что сделал Брежнев утвердившись у власти, так отделил от Украины три области переведя их в РСФСР. И кстати на этих же дрожжах , Байконур и Целинные земли, стали областями Российской федерации. И скрепя сердцем, Леонид Ильич вернул КГБ право контроля высшего республиканского аппарата.

## Глава 20. 15 июля 1961 года. База 211


А Борман тоже не терял времени даром. Казармы и коридоры, наполнялись ядовитым газом. С лязгом опускались стальные переборки метровой толщины отсекая задыхающихся людей от спасения. Отключались системы жизнеобеспечения в хибераторах где ожидали пробуждения тысячи штурмовиков новой СА и ветеранов Ваффен СС. В управлении была очень интересная инфернальная опция, дающая при отдании определённой команды, мощный электрический разряд убивающий спящих в капсулах людей. И с особенным удовольствием Борман запустил смертельный газ в бункер фюрера, где он проводил секретное совещание Ближнего круга, куда Бормана не допускали, о чем он "не знал". Рейхслейтер посмотрел на экран показывающий действия отряда Мойши "Шираха" и капитан-лейтенанта Балакина. - Да-а-а-а... У евреев есть оказывается неплохие разведчики, не то что тот русский шпион, как там его звали... Вспомнил, Штандартенфюрер Штирлиц. Окончательно его разоблачили в Испании, а потом вели до конца войны, скармливая ему дезу лошадиными дозами. Когда он вышел на меня, то чуть не сломал игру Кессельрингу и Даллесу, но несмотря ни на что Кессельринг капитулировал и сохранил десятки тысяч немецких жизней. Рейх погиб и погиб он в первую очередь из за не умения фюрера подбирать кадры. Идиот Геринг, предатель Канарис, англофил Гесс, бездарь Кейтель. Был бы жив Гейдрих, но его удалил из Берлина Гиммлер, а потом убил руками англичан. И вот эта авантюра... Этот мальчишка Шелленберг и самозваные фюреры Четвертого Рейха не понимают, что и Русским и по большому счету Американцам на Европу наплевать и атомное оружие применят обе стороны и применят на территории Германии, а это конец немецкой нации вообще и спасет ее он - Мартин Борман. При плановом ремонте базы, ныне покойные инженеры и техники заложили по всей базе заряды взрывчатки и баллоны с газом Циклон - Б, а в особенно важных отсеках с "Алой смертью" (ограниченное количество этого газа было найдено в арсенале Базы), и теперь из кабинета Бормана можно было превратить в развалины или зону смерти любой отсек, коридор или бункер, плюс мощная система слежения, плюс телеуправляемая ракетная батарея ФАУ-1 Бис и сейчас пришло время этой батареи, на экране внешнего обзора уже пол часа увеличивается силуэт Сакура-Мару . Борман защелкал переключателями, запищал зуммер и зажглись табло с надписями 'Цель захвачена' и 'Цель в зоне действенного огня'. Клацнул плунжер огневого боя и одна за другой, дюжина крылатых ракет понеслась к обреченному кораблю. Ну а как там русско-еврейский отряд? Подумал Рейхслейтер. Молодцы, VIP Доппелей зачистили, теперь разбираются с клонами летчиков и подводников, пора выводить из строя аэродром и гавань. Борман нажал тумблер на кроваво красном щитке, и на нескольких экранах слежения контролировавших подземные ангары и пирсы, полыхнуло пламя. А дела у отряда Шираха усложнились. Доппели лучших летчиков и подводников Рейха, были боевыми офицерами и в их отсеке было оружие. Бой стал принимать затяжной характер и тут с тыла по франтиньерам ударил резервный взвод охраны. Ширах с отделением пулеметчиков и десятью автоматчиками бросился на помощь арьергарду, а Александр пользуясь большим количеством боеприпасов стал подавлять Доппелей силой огня. Двенадцать МГ, сменяясь на перезарядку или замену стволов заставили дикой волной свинца сначала отступить, а потом и побежать редеющие ряды Доппелей. Рикошетная пуля ударила Капитан-лейтенанта Балакина по ноге и он поневоле отстал от впавших в азарт повстанцев и это спасло ему жизнь, ибо как только отряд атакующих ворвался в главный отсек подготовки экипажей, с грохотом опустились аварийные переборки и в коридоре остались только погибшие при штурме моряки и Алексадр. За углом коридора послышались неуверенные шаги, Балакин поднял Люгер, но перед ним появился Ширах тащащий на плече окровавленного Грицко.

- Больше никого не осталось капитан - устало сказал он - и мы в ловушке, так как за закрытыми переборками газ Циклон - Грицко открыл глаза и прохрипел

- А Упыря я замочил -


Под потолком раздался громкий щелчок и голос Бормана, казалось заполнил все окружающее пространство - Вы молодцы солдаты. А теперь спасайтесь. Я включил систему самоуничтожения на двадцатиминутную готовность. Я сейчас открою для вас шнеллькоридор, он приведет вас к "Кляне-Хаунебу", Элоэль ждет вас там, запас хода 10 000 миль, куда ни будь но долетите. Прощайте.

## Глава 21. июль 1961 года. Где то над океаном.


Мойша небрежно чуть пошевеливал главным штурвалом управления "Кляне-Хаунебу", Элоэль сидела рядом положив ему голову на плечо, Грицко спал после дозы морфия, а Капитан-лейтенант Балакин, курил толстенную сигару и прихлебывая французский коньяк из аварийного запаса смотрел в иллюминатор. До сих пор ему было немного не по себе. Бой, Фашистская база, со всем этим он как-то смирился, но то что он сидел рядом с Израильским шпионом, да и в добавок ему подчинялся... порождало некоторую зябкость. Вдруг его что то привлекло в иллюминаторе, вглядевшись в панораму под 'тарелкой' Александр показал Мойше на то что его заинтересовало. Над океаном летели армады стратегических бомбардировщиков. Внезапно один из них них густо задымил, из крыла стало вырываться пламя и самолет все быстрее начал снижаться. "Зажигалка Б-36" - усмехнулся Мойша - "Уж очень капризные у них движки" -


-"И куда они интересно летят" - задумчиво произнес Александр. - "Судя по курсу в открытый океан" - ответила Элоэль. Наверное попали в "Черный вихрь" в районе Бермуд. Там когда то был сбит линкор Ракшасов и уже тысячу лет периодически случаются выбросы "Черной энергии" из реактора, так что эта армада летит в никуда, а нас ждет комфортабельная база в Бразильских джунглях, невидимая и хорошо защищенная. Она находится в скальном массиве на берегу озера. Там еще есть рыбацкая деревушка племени амазонок, в котором большинство жителей женщины. Их мужчины очень мало живут, такая генетика, так что Александр с Грицко будут нарасхват"-. Александр сразу помягчел лицом и раскурил новую сигару, а Элоэль продолжила...

-"А на Большую землю, по крайней мере лет двадцать, вам мальчики нельзя и бо на вас будет охота, слишком много вы знаете"-

-"Ну что же"- сказал Александр лицемерно вздохнув -"Придется через силу воспитывать рыбачек. они хоть симпатичные?"-

Элоэль молча достала карманный раухер, потыкала в него и показала экран моряку. Александр ахнул и сказал: "Капитан-лейтенант Балакин к службе готов!".

А Элоэль вдруг предавшись воспоминаниям рассказала, как она была ведьмой в одном древнем герцогстве...


А где то над этим же океаном летела другая "тарелка" в ней находились Эрих Хартман и Ханна Рейч. они держали курс на Аргентину, в секретное поселение, куда Хартман потихоньку эвакуировал своих друзей пилотов Люфтваффе, которых британцы объявили военными преступниками. Что интересно, в этом селении жил польский пилот. У него отбил девушку командир полка и поляк, зарядив в учебном бою пушки и пулеметы боевыми патронами и снарядами, сбыл соперника. Он сидел в одной камере с немецким пилотом, тоже ждавшим суда, вытаскивая которого немцы вытащили и поляка.

Был тут и свой аэродром с двумя дюжинами Физилер Шторьхом ибо пилоты без неба не могут. Поселок был так спланирован, что можно было на самолете, доехать до аэродрома от любого дома и при каждом доме был свой ангар под самолет любимой модели. У аристократов поселения были личные модели из боевого прошлого, Мессершмидты, Юнкерсы, Мессершмидты, но только одномоторные поршневые модели.

Когда хонебу Хартмана и Райч приземлилась в поселке, Герхард Баркхорн примчался несмотря на ночь и стал ее буквально ощупывать, умоляющим взглядом смотря на Хартмана.

## Глава 22. май 1348 года. Провинция Герольцинген


Хотя до казни было еще часа два, но Ратушная площадь уже была битком набита горожанами, ведь это была не простая казнь. Уже лет тридцать, как ведьм в Герольцингене не сжигали публично. Толпа зевак шумела и напирала, и ратушные стражники, стоявшие шпалерами, с трудом справлялись с её напором. Шатер бродячего театрика не стали убирать с площади, его использовали как трибуну для знатных гостей, на сцене установили кресла и там уже рассаживался местный бомонд. Еще одно оцепление, на этот раз из копейщиков личной алы наместника, окружало эшафот. А на чердаках некоторых домов, прятались лучники из княжеской роты арчеров. Начальник городской стражи был предусмотрительным человеком, хоть и мстительным, и именно его мстительность, привела сегодня на костер Элен Гаал, самую красивую девушку в городе, да и, пожалуй, в княжестве.

Бывший вольный город, стал княжеским лет двадцать назад, и граждане еще помнили времена своих былых вольностей и очень хорошо помнили, как хорошо могли их защищать...

В городе был древний артефакт. В подвале ратуши, в большом сундуке из заморского каменного дерева, обитом бронзовыми полосами, хранились две чаши наполненные магическим белым и красным жемчугом из страны Троллей. В мирное время, старейшины гильдий, имея в кармане такую красную жемчужину всегда побеждали в торге (ведущимся в черте города, с приезжими торговцами) и не несли никаких убытков в честных купецких делах, а еще был отдельный сундук из горного хрусталя с черным жемчугом. И магическая энергия находящаяся в этих жемчужинах, делал стены города нерушимыми и они в любую погоду, были белоснежными. Ну а если под стенами города появлялся враг, то каждому командиру сотни Городского ополчения или роты Гильдейской гвардии, выдавалось по одной черной жемчужине. И отряд становился непобедимым, стрелы и мечи отскакивали и от кирас, и от камзолов, а боевой строй был стоек и нерушим. И была еще в городе целебная магия, ей владело сестринство "Двенадцать белых целительниц", по легенде, в их монастыре хранилась шкатулка с двумя дюжинами самых крупных из белых жемчужин и врачевали Сестры любые раны, сестры не меняли свою внешность десятилетиями и ходили слухи, что они просто не стареют. Монастырь охранял отряд варварок-лучниц, менявшийся каждый год. И так жил бы и процветал город Гаал, несший сквозь века имя самой древней городской фамилии, если бы бюргеры и пейзане не расслабились от привычной безопасной и сытой жизни...

Они забыли, насколько лакомым кусочком был вольный город для дальних и ближних владетельных синьоров. Прилежащие земли были плодородны, леса богаты дичью и ценными породами дерева. А самое главное, так это то, что город стоял на главном торговом пути в Загорье, старая имперская дорога проходила мимо города, рассекала урочище "Два леса" и упиралась в ущелье пронзавшее Медные горы, за которыми были земли Троллей, и тут же был перекресток с торговым путем ведущим в закатные княжества. И ни один купеческий обоз не мог туда проехать, не заплатив пошлину Ратуше Вольного города Гаал.

И вот местный князь, очередной разбитый городским ополчением, и чей ум обострился от страха, жажды власти и золота, нашел черного колдуна, умеющего вызывать отродье тьмы, страшную Медную Ласку, которая за особое лакомство почитала жемчуг, и пожрав оный без остатка, должна была, согласно легенде, убить ровно девяносто девять человек, чтобы вернуться назад в Тьму. И нашелся в городе предатель, который пронес в подвал ратуши пенал с Медными ласками - пожирательницами жемчуга и рухнула магическая защита, и погибали на улицах люди поражаемые стремительными и гибкими тенями-убийцами, а кирасные тролли из княжеской гвардии уже выбивали топорами городские ворота. И варварки-лучницы пали все до одной защищая монастырь. Так закончился вольный город Гаал, и появилась княжеская провинция Герольцинген.

И ушла удача от местных купцов, и стены и башни из белоснежных стали серо-черными, а после гибели во время штурма двенадцати ведуний, не стало в городе целительниц. Но люди ко всему привыкают и жить ведь надо как то, но были и такие кто не мог смириться.

Княжеский наместник держал в городе помимо своей личной алы конных копейщиков, отряд княжеских эльфов-арчеров. Наместник с радостью не отказался бы и от кирасных троллей, но в городе и его окрестностях, тролли физически не могли существовать. Тролли, самая мощная ударная сила Большой дружины князя, сила, подчиняющаяся только князю, по слухам владеющему древней горной магией (злые языки шептали, что прадед у князя был тролль), вдруг начали гибнуть как мотыльки в пламени свечи и буквально таять, как снег в кипятке, любая болезнь в этих местах, стала для них смертельной, любой несчастный случай роковым. А ведь именно тролли уничтожили Белое сестринство и убили всех ведуний, всех, кроме одной и именно она наложила на троллей проклятье крови и исчезла бесследно. Её искали и не смогли найти. А через сто дней после падения города, в Медных горах произошло землетрясение, и ущелье обрушилось, перекрыв торговый путь. После этих событий, все тролли ушли с княжеской службы.

И только год спустя горные тролли пробили с той стороны тропу, по которой правда не могли пройти не лошади ни волы, и с тех пор товары от входа в ущелье и к входу тоже, носили только тролли из своей Гильдии носильщиков, и только за золото, но от торговой площадки у входа в ущелье, тролли не отходили в сторону города ни на сажень.

В Северном лесу жили дикие эльфы, которые тоже брали мзду за проход по лесной дороге. А в Южном лесу появились непонятные молодцы, в зеленых камзолах и Каталаунских егерских шляпах, их называли в народе Вольные егеря. Вооружены они были луками и посылали из них черные стрелы с белым оперением, не хуже эльфов (с которыми кстати были в прекрасных отношениях). Они не трогали купцов, но регулярно нападали на княжеские обозы,и однажды разгромив конвой, захватили почтовый ваген, везший налоги в столицу княжества. Да и в городе иной раз, слишком преданным слугам княжеской власти, перепадало неприятностей, от розог с мешком на голове, вкупе со штрафом, или стрелы с белым оперением в горло. И бродили по городу и весям легенды, что где-то спрятан сундук с черным жемчугом и найдут его, когда тролли, преодолев заклятье принесут в город белый и красный жемчуг, и вернется к городу былые свобода и сила. И еще тайком шептали, что жива последняя оставшаяся в живых сестра-целительница, и у нее есть дочь, и как только соединяться перстни с белой и черной жемчужиной и дева с волосами цвета воронова крыла, выйдет на площадь с двумя пригоршнями жемчуга, в деснице белый, а в шуе красный, то падет иго завоевателей. Так что не всегда было спокойно в бывшем вольном городе Гаал

А лет десять назад, к потомственному Мастеру аптекарской гильдии Георгу Гаалу, приехала двоюродная тетка и привезла дальнюю родственницу - девочку лет семи. Георг Гаал, приютил сиротку, она помогала по дому, а когда подросла стала полноправной помощницей хозяйки и что поразительно, она стала хорошей травницей и её сборы, пользовались в городе большим спросом. А когда Элен подросла, то незаметно превратилась в рыжеволосую красавицу, о которой вздыхали многие городские парни. Но к сожалению, на девушку положил глаз, новый начальник городской стражи, Хаген фон Трир. Его сослали сюда из столицы Княжества, за то, что он забылся и попытался надавить на купца из золотой сотни, прекрасно зная про то, что он недавно стал поставщиком Двора и еще несколько крупных негоциантов попытался обложить данью, хотя раньше особого златолюбия за собой не замечал. И теперь в Гаале, он буквально рыл носом землю, дабы доказать, что достоин большего, нежели этот пост. Первым делом Фон Трир, создал неофициальное подразделение жандармерии, а узнав, что несколько самых богатых купцов и ремесленников, выплачивают дань Вольным егерям, тайком с ними встретился и предложил им охрану за треть этой суммы. Параллельно он развернул в городе шпионскую сеть из своих бывших сотрудников из Столичной жандармерии. Они прибывали в город под видом бродяг, приказчиков, отставных солдат и эта паутина приносила урожай нужной информации. Благодаря этой информации, к нему в руки попал старинный перстень, найденный каким-то бродягой на развалинах Дома Белых сестер. Главный альгвазил, надевал этот перстень с огромным черным камнем, только в самые важные для себя дни.


И еще была у начальника стражи тайна. У его рода из поколения в поколение передавались два заклинания, первое позволяло понимать язык ящериц-медянок, а второе брать их под полный контроль. Хаген тайно привез с собой дюжину медянок, так именно они и были его главными агентами, неуловимыми и вездесущими. Судя по семейным легендам, триба этих таинственных существ, появилась в подвалах их родового дома, в конце магической войны и как-то с этим был связан предок Триров, был он то ли колдуном, то ли магическим палачом, об этом семейные архивы умалчивали.

И вот, когда посланцы из Южного леса, пришли к купеческому старейшине за очередным взносом, их ждали засады, причем засады были и в домах купцов, и на тайных квартирах, и на выходе из города. Наместник тут же подписал указ, подсунутый ему Триром, согласно которому, все лесные разбойники и их пособники, считаются автоматически подлежащими, баниции, через веревку. Через несколько дней на площади было повешено несколько десятков, изломанных пытками егерей, и их вольных и не вольных, помощников из города. Новый Наместник, назначенный на это место, за полгода до ссылки фон Трира, мирно спивался и все переложил на своих помощников, он был двоюродным дядюшкой князя и когда дядя окончательно достал своего племянника скандалами и историями, тот сослал буйного родственника далеко, но более-менее почетно. Главный мытарь, Главный городской судья и Секретарь торговой палаты, составили узкий комплот аккуратных расхитителей и стабильно поставляю Наместнику элитные напитки, Золотую пыльцу и молоденьких наложниц, выкупаемых из купеческих караванов, и все стороны весьма довольные данным положением вещей, друг другу не мешали. Фон Трир, через три дня по прибытии в город, найдя у себя на столе, мытарскую кису золотых двойных дублонов, приняв дар, дал понять, что все понял и никогда не лез в дела почтенной троицы, но информацию о них начал копить.

И в последующие месяцы, еще несколько раз, Вольные егеря попадали в силки Тайной стражи, так называли в городе шпионов и жандармов фон Трира. И если раньше в городе побаивались черных стрел с белым оперением, то теперь все с ужасом шептали о заколдованных змеях, фон Трира, вползающих ночью в дома и жалящих врагов Князя.


А фон Трир, внезапно забросив все дела, штурмовал сердце неприступной рыжей красавицы. Увидев Элен Гаал на празднике Цветов, единственном старом празднике, оставленном горожанам, господин Охранитель воспылал, и воспылал настолько, что стал ухаживать за девушкой и твердо дал ей понять, что у него серьезные намерения. Но девушка вела себя немного странно, во время редких встреч, она чувствовала себя скованно и все время смотрела как бы поверх головы ухажера. Трир поставил у её дома ночной пост, и вовсе не потому, что суть ищейки победила любовь, а дабы охранить и защитить свою почти невесту, так вот это и привело к трагическому финалу. Топтун доложил начальству, что в час пополуночи в надзираемый дом вошел мужчина, а в пять утра покинул его через окно спальни охраняемой персоны. Приказав продолжить наблюдение, главный альгвазил заперся у себя в служебных апартаментах и до утра потреблял Ажунский двойной келимас, ближе к утру перешел на местный самогон тройной перегонки настоянный на травах и пряностях, но опьянеть по-настоящему так и не смог, и забылся в тяжелом сне. А через день, ему опять доложили о ночном госте Элен, который смог отбиться от шпиков и уйти. Но альгвазилы его узнали, это был разыскиваемый враг короны - бард и механик Никалаб. Ограничившись на этот раз бокалом красного Букейского, и достав из секретного шкафа "Дело о колдовстве горожанки Элен Гаал", состоящее из жиденькой пачечки доносов, не дрогнущей рукой фон Трир надписал на обложке - "В производство".

Следствие он приказал провести быстро и без излишних зверств. Сам же он в камере подследственной с начала следствия так ни разу и не появился, даже тогда, когда пришло сообщение и пара доносов, о том, что у двух стражников и помощника палача отнялись ноги, произошло это, когда, они, подвыпив, явились ночью к Элен в камеру, с явной целью её изнасиловать. Единственное что сделал Главный Альгвазил, так приказал дать всем троим плетей, а узницу перевел в монастырь Милосердных душ, отделение Герцогской инквизиции, жуткую организацию, где работали специально отобранные старые девы. Монастырем и по совместительству Инквизицией руководила таинственная Мать Эльза, поговаривали, что ее побаивался сам герцог и сослал сюда в подобие почетной ссылки. Трир сначала обрадовался такой соратнице в делах безопасности, но также и разочаровался. Мать Эльза напрочь отказалась работать против Егерей, но зато хорошо очистила город от убийц, маньяков, растлителей и адептов Черной скверны.

А следствие подошло к концу, было целых три свидетельства о фактах колдовства и ведовства, включая обезноживших стражников. А по городу внезапно пошли слухи, что колдунья связана с лесными и фон Трир стал подогревать эти слухи через свою агентуру. Он решил под эту казнь, выманить в город Вольных егерей и попытаться нанести им серьезный урон. А перед этим ящерицы-медянки получили приказ разнюхать что, где и как. Семь пропали бесследно, а пять, отправленные вынюхать чем дышат хозяева города, принесли безрадостную весть. В городе зреет заговор и цель его свержение и уничтожение Начальника городской стражи, то есть его самого Хагена фон Трира и задумали это Главный мытарь, Главный городской судья и Тайный советник, который и был главой комплота и который решил сменить Наместника, который уже окончательно подсел на Золотую пыльцу и больше года вряд ли протянет. А главный охранитель, мешал им тем, что слишком много про них знал, не входя при этом в команду.

Ну что же, придется отложить казнь, девица подождет, проявим объективность и будем дожидаться Церковного следователя, который все никак не доберется до города, а с зажравшимся триумвиратом надо кончать.

В эту же ночь, сгорел элитный городской бордель, и в пламени пожара погибли трое лучших людей города: Главный мытарь, Главный городской судья, Секретарь торговой палаты и их ближайшие помощники.


В урочище Сухой ветлы, что в самой глубине Южного леса, была древняя охотничья заимка, о которой мало кто знал, построенная судя по всему еще до Девяносто девяти летней Магической войны. Вернее, это был скорее охотничий дом, о двух этажах, с каминами, с магическими шарами-светильниками, многочисленными службами и даже канализацией. Так строили в древности, и многие секреты тех магов-зодчих были ныне утеряны. А Заимкой своё убежище, называли Егеря, так на всякий случай.

За месяц до "Ночи длинных ножей в борделе", в главной зале Заимки, за большим столом, сидели пять человек в зеленых камзолах, шитых серебром, это был Совет Вольных егерей, шестой егерь, в камзоле без шитья, стоял перед столом в уставной позиции вольно. У Егерей, строго действовал устав Гильдейской гвардии Вольного города Гаала. А на столе, на куске черной замши, лежал трупик ящерицы-медянки, признанной официальной Церковью легендарной и, следовательно, не существующей, а на шейке ящерицы зеленел патиной медный ошейник, с золотым гербом фон Триров.

Яшерица, попалась на глаза егерю по прозвищу Стилет. Мену Гравис, как его звали в миру, гениально метал своё наследственное гильдейское шило, для кожевенного дела, кидал он его даже на звук. И когда во время разговора с двоюродной кузиной, Мену услышал шорох, он метнул тяжелое шило не раздумываю и пригвоздил к стене эту странную ящерицу.

- Да-а-а-а ... -, "произнес Большой Артур, заведовавший у егерей разведкой, - теперь стали понятны все эти странные провалы и утечки информации, от этих маленьких гадин, ничего не скроешь" -.

- "Я что-то читал в древних манускриптах про Медянок - сказал Саяр Ученик, бывший студент-философ. - Их много развелось во время Магической войны, но в конце войны они вроде все исчезли, их оказывается охотно ловят и душат Мангусты, и кто-то из Магов Императора это и использовал" -

-"На этом и порешим" -, хлопнув по столу ладонью и обозначая этим итоги Совета, Грелор Зеленый глаз, командир Вольных егерей. - "Всем задача номер один изыскивать Мангустов" -


И еще месяц спустя у Грелора состоялся приватный разговор со Стилетом:

- Командир - сказал Стилет, перстень абсолютно точно у фон Трира, его опознал бывший садовник Сестер -

- Ну значит пора - сказал Грелор - Где сейчас твои лицедеи ?-

- Подъезжают к городу командир -

- Отлично. Звериный друг с ними ?

- Как обещал -

- Камни с ним -

- Так точно. И логово орла он наконец распечатал. Тяжело ему пришлось, уж больно древняя магия там была -

- Пусть заявятся в город. И пускай купят несколько клеток и большой стеклянный ящик. Будут показывать в городе представление "Мангусты против змей". А Звериный друг пусть немедленно явится ко мне. И еще... ты выяснил на какой день назначена казнь Элен ?" -

- " На день Каты Великомученницы " -

-" Хорошо. Циркачи готовы ? "-

-" И циркачи и секретная механика "-

-" А что там особенного придумал Николаб-механник "-

-" Он говорит раз механика секретная, то он о ней распространятся не собирается, но клянется своим виалоном, что все сработает тип-топ и он даже песню уже сочинил " (при словах о песне, у Грелора, появилась на лице, устало-ироническая улыбка) -

-"Как дела с эльфами ?"

-"Все в порядке, договор подписан"-

-"Что говорят Тролли"-

-"Жемчуг вызрел во всех садках и отряд троллей с багажом, должен прибыть сегодня. Обряд клятвы верности состоялся на прошлой неделе у нового капища Орла, и теперь они наши союзники официально, но только с того момента, когда орел появится над городом. Они по своим древним канонам, после освобождения от заклятья, больше не будут никому служить и мы, как помогшие им в избавлении от магического рабства, будем их единственными друзьями и союзниками, но не больше"-

-"А нам больше и не надо"-

-"И скажи Николабу, что бы он во время операции "Подкидыш" не слишком умствовал, а действовал строго по плану, хватит с него того, как он подставил Элен"


Ночью, что в канун дня Каты Великомученницы, фон Трир не сомкнул глаз. Его мучала непонятная тревога, и все время казалось, что на любимом перстне, который он не снимал с вечера, начал мерцать черный камень, так что фон Трир в сердцах, повернул перстень камнем внутрь. Он так и не понял, что его тревожило... То ли предстоящая казнь, то ли сообщение командира дорожного патруля, о прорвавшемся в Южный лес небольшом отряде непонятных всадников, или то что доложил ему агент, о фразе, подслушанной им в монастыре Милосердных душ, где Мать Эльза, глава инквизиции, сказал приехавшему Церковному отцу прелату-аудитору, что девица, которую Трир содержит у них, может и не шпионка Егерей, ибо согласно осмотру, она пребывает в невинности, а невинная шпионка, это катахреза. На что прелат-аудитор, (неприятного вида тип, не снимающий глубокий капюшон из-под которого торчала ухоженная борода), ответил, что раз не шпионка, то все равно колдунья, и казнить надо безусловно и в данном случае невинность не является смягчающим обстоятельствам, ибо видал он и невинных колдуний, лично так сказать проверял.


И вот наступило роковое утро. Городская площадь, уже с раннего утра была оцеплена и арчерами из княжеской алы (наемники эльфы почему-то вчера днем разорвали контракт, вернули плату за остаток месяца и ушли из города) И плюс к этому, в укромных местах не прятались, как обычно, ящерицы-медянки. Накануне около бродячего театра появился лицедей с дрессированными мангустами. В огромный сборный аквариум посадили несколько мангустов, и к полному восторгу публики запускали обычных черных ящериц-медянок, с которыми мангусты лихо расправлялись. И когда была убита последняя змея, бродячий дервиш, завопив, что это прислужники Зла, запустил в аквариум булыжник и мангусты моментально разбежались, а ночью стали пропадать медянки Охранителя и к утру казни пропали все до одной, а хозяин Мангустов, старик с длинными неопрятными волосами и такой же бородой, исчез без следа.

В ложе устроенной на сцене бродячего театра пребывали: Новые Главный мытарь, Главный городской судья и Секретарь торговой палаты, из креатур фон Трира, (назначение которых Наместник подписал без звука, так как был увлечен новой наложницей, юной смуглой красавицей из каких-то экзотических стран), Наместник с новой пассией, Мать Эльза, Приор и сам фон Трир.

Мать Эльза, всегда избегавшая фон Трира, в этот села с ним рядом и вдруг склонившись к его уху, прошептала: "Сестры осматривали девушку перед казнью и выяснили, что она невинна".

Трир, не спускавший взгляда с приговоренной, которую выводили на эшафот, почувствовал как перстень стал жечь его руку. Вскрикнув, он стал срывать его с пальца, но тут толстый арбалетный болт, пригвоздил его руку к перилам ложи. По всей площади копейщики стали падать от стрел летящих с крыш или от ударов горожан, сбросивших плащи и оставшихся в зеленых камзолах старой гильдейской гвардии. А Мать Эльза, протянула к пробитой стрелой руке Хагена, на ее руке сверкнул точно такой же перстень, как у Трира, только с белым камнем и два камня совместились...

Грянул гром, небо затянули тучи с девушки на эшафоте спали веревки, вокруг нее появилось зеленое свечение, в крышу ратуши ударила молния, тучи как по мановению волшебной палочки исчезли и все увидели, что у Элен, волосы из рыжих, стали иссиня-черными. А в небе над городом появился огромный орел.

А Приор вскочив, с силой развернул свое кресло, вроде бы прикрученное к настилу, ложа страшно заскрипела и превратилась в клетку, внутри которой оказались все почетные гости, кроме Матери Эльзы (Николаб потом клялся, что сам не понял, как Мать Эльза, оказалась вне ловушки) и самого Николаба, который и выдавал себя за Приора, перехваченного за день до этого на лесной дороге. А Мать Эльза, кстати, позднее оказалась той самой пропавшей послушницей Белых сестер.

А из клетки слышались крики ужаса и проклятья вельмож и звериный вой фон Трира. И возле нее стоял Николаб и мерно ударяя по струнам виалона, пел свою, некогда запрещенную, песню о Вольном городе Гаале, в который пришла тьма и стены и башни которого почернели от неволи, но чернокудрая дева разбудит жемчужный блеск и освободит город. К песне правда был прибавлен новый куплет, о сияющим белым цветом свободы башнях и ведь действительно, после краткого, но мощного ливневого заряда, стены города снова стали кипенно-белыми, как в старь.


А в город входила колонна троллей с обозом. Тролли легко смяли и дорубили остатки княжеской стражи, пытавшиеся заступить им путь, вышли на площадь и выгрузив два сундука, застыли в некоем почетном карауле. А когда орел снизился над площадью, тролли пали ниц.

Элен Гаал подошла к ним и сделала знак рукой в сторону сундуков. Тролли вскочили с земли и распахнули крышки, и в пробивавшихся сквозь расходящиеся тучи лучах солнца, заблестел красный и белый жемчуг. Элен зачерпнула по полной горсти жемчуга и протянула руки к небу, и тучи развеялись как бы их и не было, и снов засияло солнце.


***


Адюнкт-ликтор Второго отделения Канцелярии Герцога (а просторечии Двойки), закрыл папку с ветхими документами и задумался. Да, город Гаал, вечная заноза в заду всех Герцогов Герольцинген, сотни тысяч золотых ауреев, уходящие таможням горожан, троллей и эльфов, объединившихся и построивших на перекрестке дорог некий жуткий гибрид, рынка, крепости и таможни. Три проигранных герцогством войны, десятки отбитых "случайных" рейдов и всегда невидимые эльфийские лучники, неуязвимая Городская гвардия и страшные финальные удары Латных Троллей из купеческой охраны. Этот старинный трактат, несколько приоткрыл завесу легенды над историей противостояния Вольного города Гаал и Герцогства.

Сто лет назад, пра-прадед нынешнего герцога, с помощью Черных магов, смог взять под контроль магию Троллей. Магический код был сосредоточен в Тотеме - Орле. А Черные маги подобрали комплекс заклинаний, взяли под частичный контроль этого орла, через которого общались шаманы троллей и стали потихоньку использовать троллей в своих интересах. Несколько отрядов троллей, работавших на княжество, пусть даже и за плату, по любому окупали любые расходы на себя. С помощью Черных магов был наконец захвачен Вольный город Гаал, но как выяснилось всего на двадцать лет. Была там какая-то мутная история с медными ласками и жемчугом, но все черные колдуны, погибли после падения города Гаал, Черная башня, где они собирались для бдений, сгорела вместе с ними, даром что она была каменной, но жар был такой, что камень расплавился. Что было характерно для тех двадцати лет, что повсеместно гибли колдуны, горели магические библиотеки, и сама по себе явная магия в городах сходила на нет. Совершенно точно она сохранилась в каком-то качестве у троллей, эльфов и в городе Галл.

По крайней мере, стрелы и мечи, Городскую гвардию не брали.

И вот сейчас Адюнкт-ликтор Майс, понял, что поймал удачу за хвост. Сундучок со старыми пергаментами, исписанными старыми ореховыми чернилами, отобранный стражниками у контрабандистов, выдал много открытий, сюрпризов и разгадок. Главным открытием было то, магический жемчуг действительно существовал и его даже разводили в специальных садках в стране троллей, и Большой Орел-Тотем троллей существовал на самом дело и жил высоко, а горах, куда было переведено его гнездо, после истории с подчинения магии троллей. Но главное это жемчуг. В папке был совсем старый пергамент, древнего, но не забытого мага Мерлина, где прямо было указано на то, что этот жемчуг достался людям от Изначальных и является носителем знаний, которые могут получить только избранные. А именно красный жемчуг был непревзойденным боевым артефактом, то пользоваться им могли только избранные, несущие в себе код крови Изначальных. В голове у молодого жандарма даже мелькнула крамольная мысль о цене этого документа, но он сразу отогнал ее.

От души потянувшись, Майс придвинул к себе стопку чистых листов обмакнул перо в чернильницу и начал писать отчет, как вдруг сквозняк поколебал пламя свечи, видимо кто-то открыл дверь в его каземат и это было странно. Уже была глубокая ночь и в этом крыле подвалов Двойки, был только он один, не считая часового у входа в коридор, но это было за сто шагов отсюда, и жандарм никогда бы не посмел помешать офицеру, пусть и младшему. Майсу очень не хотелось поворачиваться, но он перевозмогнув себя повернулся и увидел черноволосую красавицу, в охотничьем костюме и за ее спиной так же одетого мужчину. Зря ты влез в это дело парень, ведь есть указ герцога, о сжигании, не читая старинных бумаг подозрительных на еретическое содержание, а что ты творишь. Майс незаметно как ему казалось, потянул руку к офицерскому палашу, но что-то мелькнуло и в горло ему вонзился тонкий стилет. С сожалением и грустью посмотрев на бездыханное тело, девушка собрала бумаги и предала их спутнику, а сама осторожно вынув из кармана зеленого колета хитрый плоский футляр, открыла его и высыпала прямо на стол несчастного жандарма несколько красных жемчужин, потом окрутила небольшую пробку сбоку футляра и вытряхнул на жемчужины несколько изумрудных капель.

А с самого раннего утра здание Канцелярии Герцога полыхнуло, причем пожар начался в ликторском подвале, и огонь был такой, что камень плавился и тек как вода.


А через год в небе над Княжеством появились огромные летающие корабли, точь-в-точь, как в запрещенных легендах об Изначальных. Но это совсем другая история.

## Глава 23. Июль 1961 года. Лубянка. КГБ


В кабинете Председателя КГБ СССР Шелепина находился странный гость. По официальным документам он сейчас сидел в лагере под Магаданом. Это был легендарный Павел Судоплатов, генерал-лейтенант МВД СССР, начальник Управления Внешней разведки, организатор операций по ликвидации Коновальца и Троцкого, которого Хрущев приказал стереть в лагерную пыль и которого тайно эвакуировал из лагеря при первой же возможности. Собеседники сидели за маленьким стенографическом столиком в углу, который не было видно зашедшему в кабинет посетителю и хотя секретарь был на посту в режиме "шеф занят", старые разведчики блюли маскировку. На столике стояла бутылка Армянского коньяку, блюдечко с нарезанным лимоном и вазочка с кусковым шоколадом. Шелепин пригубил коньяк и сказал:

"Пойми Паша, сейчас снова настают суровые времена. Никиту на днях снимут, но нам с тобой надо работать и тебе придется тряхнуть стариной. На Западе вспомнили СМЕРШ и мы поможем им освежить память. Всех врагов за кордоном надо зачищать... Остатки бандеровцев всех мастей, все эти шпионские гнезда типа Свободной Европы или СБОНРа*, правительства эти так называемые в изгнании, да и Конторы, которые всю эту шваль финансируют и поддерживают, надо причесать альпенштоками, как ты это умеешь, да и ДШК *не помешает. Пусть след будет от несуществующего Смерша и тех же фашистов из этого непонятного Четвертого рейха. И давай пожестче но осторожно. И будь готов к работе в Западном Берлине, там кое что назревает.

И Европу залихорадило ещё сильнее... В один из июльских дней, е штаб-квартире Радио Свободная Европа, подкатило несколько почтовых фургонов с эмблемами Бундеспочты, из которых высыпали люди в униформе данного департамента со странными чехлами в которых видимо были какие-то почтовые отправления, но после того, как охрана здания была взята в ножи из чехлов обнажились старые добрые МР40 с глушителями Hub L42. В считанные минуты "почтальоны" зачистили здание и уехали на тех же фургонах растворившись в городских улицах.

На конференцию Правительств в изгнании Балтии, так же заявились "почтальоны", но в этот раз из почтовых фургонов появились зольдатен в униформе Латвийских дивизий СС, вооружены они были штурмгеверами и расстреливая высокое собрание, кричали "смерть предателям". А вот во время погрома штаб квартиры ЦРУ в Мюнхене, "почтальоны" были в форме НКГБ тридцатых годов и имели в руках ППШ и Дегтяри.

Эти же боевики СМЕРШ уничтожили Учредительное совещание СБОНР, после чего акции были прекращены, но эхо продолжало отражаться по европейским городам.

Слухи о почтальонах убийцах настолько зашкаливали, что полиция, несколько раз открывала огонь по настоящим почтовым автомобилям.

А вот в ГДР был полный орднунг. Штази провело глобальную операцию "Элефант" по типу старой Советской операции ГПУ "Трест". Вербовка нацистами офицеров ННА ГДР проходила под полным контролем Штази и накануне часа Х, вся реальная агентура была обезврежена. И трех доппелей удачно разоблачили и локализовали, в момент попытки похищения товарищей из руководства ГДР и генерала ННА. Доппели покончили с собой, но самое главное, провокация не удалась. А потом полыхнул Западный Берлин.

*Союз борьбы за освобождение народов России (СБОНР) - проамериканская антисоветская эмигрантская организация, созданная в 1947 - 1948 годах в Западной Германии из числа белоэмигрантов и изменников Родины, немецко-фашистских пособников и предателей, бывших участников РОА. Центр СБОНР находится в США в г. Нью-Йорке, филиалы организации имеются в Бельгии, Австрии, ФРГ, Канаде, Аргентине, Австралии. Деятельность СБОНР направляется американской разведкой.

*ДШК - Советский крупнокалиберный пулемет, калибра 12,7 мм


## Глава 24. июль 1961. Берлин


А Западный Берлин даже и не подозревал, что через считанные часы, в нем разверзнется ад...

Оберстгруппенфюрер СС и генерал-полковник войск СС Карл Фридрих Отто Вольф ненавидел американцев. Он честно выполнил все обязательства по Швейцарским переговорам с Даллесом, но американцы всеравно упекли его в тюрьму на три года и судя по всему сейчас снова готовился его арест. Но проклятые свинские плутократы просчитались, ибо началась операция "Железный невод" и сопутствующие ей операции в Европе.

Как начальник штаба войск СС Вольф, был в курсе резервных секретных складов Ваффен СС в Берлине и когда он освободился из заключения, то провел ревизию уцелевших мест хранения и с радостью убедился, что секретный склад Ваффен СС под Рейхстагом, в древних соляных пещерах времён курфюрста Фридриха. Там хранились тысячи фаустпатронов, панцерфаустов, панцершреков и FG-42. И у Вольфа , как у Берлинского гауляйтера организации Шпине, было кого вооружить этим наследием Третьего Рейха. особенно Вольф гордился тем, как перехватил у толстяка Геринга эти прекрасные Fallschirmjägergewehr 42, автоматы стреляющие винтовочными патронами 7,92. Отрезать незаметно у колонны снабжения Люфтваффе четыре грузовика с автоматами, подменив их другими, это мог только Скорцени и ведь смог, чертов австриец. В штабе Геринга был жуткий скандал, когда на разгрузку встали четыре "Опеля" в которых вместо Автоматических винтовок Люфтваффе были связки кальсон. Вольф тогда подарил Скорцени ящик французского коньяка.

Надо сказать, что как у начальника штаба СС у Вольфа очень много времени уходило на вооружение дивизий Ваффен СС и других боевых частей СС. Ибо не смотря на то, что дивизии Ваффен СС были самые боеспособные в Рейхе, вооружали их буквально по остаточному принципу. И хотя танки выделял лично фюрер и особо не скупился, то со стрелковым вооружением было сложно. Вермахт наложил лапу буквально на все, спасибо хоть покойному Гейдриху, который будучи из за интриг "соратников по партии" назначен имперскоим протектором Богемии и Моравии, успел до того, как его убрали британцы с Канарисом, успел перподчинить чешское производство карабинов Маузер, СС и сотни тысяч карабинов пошли на нужды Ваффен СС..

По плану операции "Железный невод", в Берлине заваруха должна была начаться в Западном секторе, дабы генералы НАТО решили, что это советская провокация. И в Западном Берлине, к началу операции было сосредоточено пять тысяч человек из новой дивизии СС "Адольф Гитлер", а большое количество противотанковых средств, должно было нивелировать бронетанковые части западных союзников. Руководящий Берлинской операцией и ее планирующий генерал Вольф, привнес в нее некоторые коррективы, по которым основные удары , наносились именно по американцам, а конкретнее по Берлинской пехотной бригаде Джи Ай, которая была расквартирована в Лихтерфельде, в зданиях завода Telefunken. В ее состав входило три пехотных батальона, две танковые роты, батарея полевой артиллерии, и подразделения обеспечения. Штатная численность бригады составляла 4 тысячи солдат и офицеров. В бригаде числилось 30 танков и до 130 единиц лёгкой бронированной техники.

Общая же численность сил союзников в Западном Берлине составляла 12 тысяч солдат и офицеров, 90 танков и 300 единиц прочей бронированной техники. Гарнизон должны были усилить 6 тысяч человек городской военизированной полиции, но они уже давно подчинялись гауляйтеру Вольфу.

В пять утра, по всему Западному Берлину началась стрельба, но в разрез с общим планом, в Восточном Берлине была тишь, да гладь. А весь периметр Западного Берлина, был жестко блокирован русскими и восточно-германскими войсками. Вольфу перекинули на транспортных тарелках несколько Тигров и бронетранспортеров. И увидев на улицах танки с крестами, некоторые берлинцы стали вывешивать на подоконниках флаги Рейха. Эсэсовцы имея огромное количество реактивных гранатомётов, буквально залили американцев огнем. Французы сразу выкинули белый флаг, но на них никто не обратил внимания, британцы заняли жесткую оборону, и на них кинули местные полицейские части, полностью находившиеся под руководством Шпине.

Вольф отвлекся только на то, что бы посмотреть на флаг Рейха над Рейхстагом, но это было последнее, что он видел в этом мире. Пуля выпущенная Мазуром вошла ему прямо в лоб. И сам же Мазур позднее скинул с Рейхстага фашистскую тряпку и водрузил советский флаг.

Наконец услышав вопли союзников о помощи в Западный Берлин вошли танки Ис 3, со смешанным советско-восточногерманским десантом. Дивизия СС Адольф Гитлер, на этот раз была уничтожена окончательно. А берлинцы по быстрому стали вывешивать на подоконниках белые простыни капитуляции, впрочем им не привыкать, русские брали Берлин четвертый раз.

Остатки американцев, потрёпанные британцы и избежавшие потерь французы, навсегда покидали Западный Берлин. Шли они в полном беспорядке, ибо ребята Судоплатова, из ПТРС со снайперскими прицелами, уничтожили с подготовленных точек, все командование союзников от полковника и выше, потом прошлись и по майорам, после чего прорядили и эсэсовских командиров. Как сказал Судоплатов на планёрке "Зачистка ребята, это вопрос комплексный. Остатки американцев, потрёпанные британцы и избежавшие потерь французы, навсегда покидали Западный Берлин. Шли они в полном беспорядке, ибо ребята Судоплатова, из ПТРС со снайперскими прицелами, уничтожили с подготовленных точек, все командование союзников от полковника и выше, потом прошлись и по майорам, после чего прорядили и эсэсовских командиров. Как сказал Судоплатов на планёрке "Зачистка ребята, это вопрос комплексный.


## Глава 25. июль 1961 года. Гибралтар.


Князь Юнио Валерио Шипионе Геццо Маркантонио Мария Боргезе на совещании в Рейхсканцелярии не сказал главного... Об операции "Оливия", удару по британскому Гибралтару. Десять лет он готовил этот удар по проклятым лимонникам. Нет, сначала он хотел отомстить большевикам за оскверненного Чезаре, что и сделал вполне успешно. Очень тогда к месту пришлись две старых немецких мины под которыми не проржавели минрепы. А потом, у него был план удара по Марокко, что бы мразь растерзавшая тысячи итальянских женщин, осознала силу Римского гнева. Но тут его мальчики перехватили британского дипломатического курьера и среди документов захваченных у него, был дневник старого, ныне покойного британского дипломата, и выяснив, что большинство бед Италии в ХХ веке пришли с Острова, князь поменял вектор своей личной мести.

Некая испанская туристическая Компания получила лицензию на строительство туристического объекта. На взятки за разрешение строить у подножия Гибралтарской скалы роскошный отель с яхтклубом, ушло как бы не меньше денег, чем стоил сам отель, но все сложилось наилучшим образом. А сегодня пришло сообщение, сыгравшее роль детонатора операции... На рейде Гибралтара появился американский линкор Миссури, прибывший для участия в больших маневрах Гранд-Флита, в качестве гостя.

Все уже в принципе было готово... и "букеты" морских мин в районе швартовых буйков, и взрывчатка в тоннеле прорытом под Гибралтарской скалой, и группа боевых пловцов уже отметившаяся в уничтожении линкора "Джулио Чезаре" украденного большевиками благодаря измене короля, генерала Кастеллано и маршала Бадальо.

Король и маршал сумели помереть сами, но генерала на днях настало возмездие. Группа "Черных берсальеров" исполнила приговор Высшего фашистского трибунала".

Штаб операции находился на Панамском сухогрузе называвшемся "Мария-Селеста" , что конечно не сильно нравилось морякам которые, как известно достаточно суеверны. Эта посудина часто курировала между Магрибом и Европой и британские сторожевики уже не обращали на нее внимания, а зря. После ремонта по замене машины, сухогруз переделали в носитель диверсионной подводной лодки "Барракуда". И сейчас группа людей-лягушек из новой поросли птенцов Черного князя, но во главе с ветераном Десятой флотилии МАС, подплыли к американскому линкору на своих торпедах и укрепив на его днище заряды и подтянув поближе несколько "минных букетов" вернулась на лодку, где их ждал Боргезе. Князь дал приказ идти в открытое море и получив по рации сообщение о том что все итальянцы покинули стройплощадку, отдал приказ начать акцию "Горгона". В эфир ушли кодированные радиосигналы и рейд и берег затрясло от взрывов. Миссури забился на волнах, будто его из под воды било огромной дубиной, после чего вспухнув чудовищным взрывом , переломился пополам. Взорвалось еще несколько кораблей, а из под скалы ударил фонтан огня и камней, но скала устояла. Вишенкой на этом торте местного Армагеддона, была "Мария Селеста", которая слушаясь заклиненного руля , таранила британский линкор и рванула почти тысячью тонн взрывчатки, которой были забиты все ее помещения.

А на борту "Барракуды" хлопали пробки шампанского. Князь Боргезе поднял бокал и провозгласил тост за Десятую флотилию, но пригубить напиток он не успел... Сработали мины на корпусе лодки и вода хлынула внутрь субмарины превращая ее в склеп.


***

За три месяца до этих событий в одном кабинете в неприметном московском здании...

Собеседник капитана Мазура был в штатском, но встать по стойке смирно очень хотелось. Посмотрев на лучшего подводного диверсанта флота он сказал...

-"Итальянцы начали какую-то подозрительную суету в Гибралтаре, да и ладно бы, лимонников не жалко. Но там засветился Боргезе и его банда потопившая линкор "Новороссийск". Твоя главная задача капитан, уничтожить Черного князя и его банду, уничтожить окончательно! И имей в виду, во время операции, ты и твои ребята, официально будут в доме отдыха в Крыму и этой операции никогда не было. Тут "соседи" надыбали дюжину новейших американских магнитных мин , так что технически, для тебя и твоих пираний ничего сложного. Работать будете под ЦРУ, погуляйте в ближайшем порту и проболтайтесь по пьянке девицам, что вы американцы. Прикрытие вам обеспечат ребята знакомого тебе Лаврика. Кстати по выполнении, успешном разумеется, всем светит внеочередное звание, а тебе два. И вот еще, проштудируйте материала по Шпрее в районе Берлина. Возможно вам придется там чуток понырять"-


## Глава 26. Фиджи Черная сакура


Недалеко от Фиджи был безымянный вулканический остров, прозванный рыбаками "Ядовитой медузой" , скорее даже отмель, ибо остров поднимался из воды не больше чем на метр, да и то при спокойном океане. Название он получил из за множества гигантских ядовитых медуз и посему желающих плавать сюда не было. В 1943 году, секретная подводная лодка Кемпетай, уходя от погони потеряла подводный ход и попала в безвыходное положение, продуть цистерны балласта нельзя лодка всплывёт под дула главных калибров двух крейсеров гайджинов, а если не продувать то субмарина медленно, но верно уйдет в глубину. Капитан Атумото уже подумывал о сепукку и лодке, как братской могиле экипажа , но тут Аматерасу или даже морские демоны смилостивились над ним и лодка попала в мощное подводное течение которое прибило их к загадочному острову. На лодке были приборы внешнего подводного визуального контроля , изобретатель которых , полусумасшедший гений профессор Ракко (его звали Осаму, но он откликался только на это имя, что означало по японски Морская Выдра ) находился, на лодке для проверки оборудования. Он и заметил, что лодку потихоньку втягивает в подводный грот.


Остров оказался законсервированной технической базы непонятной цивилизации. Там был зал с пирсом, куда можно было попасть только из под воды, мастерские с непонятным оборудованием, продовольственные склады, со странными консервами, впрочем вполне съедобными, источник пресной воды, и что самое удивительное, две британских подводных лодки, абсолютно целые и с почти полными топливными баками. Останки их экипажей были обнаружены в тесных камерах, в дальнем штреке и судя по виду останков, конец британцев был не легким. Профессор Выдра чувствовал себя на этой базе, как шмель в цветущем саду сакуры, а потом у него появились коллеги... братья, Цукер, техника в ряде мастерских заработала.


Братья Цукеры были инженерами и служили в компании Сименса. Их, как ценных специалистов, поселили в частном посёлке фирмы и они избежали Хрустальной ночи. Но эти два брата, не смотря на светлые головы имели не только семитскую, но и просто весьма неприятную внешность, причем неприятную не только для взора арийцев, но и просто гоев и даже то что они были умнее и талантливее штандарта арийцев, не спасло их от репрессий, ибо доносы в Гестапо шли потоком, так как завистников , у талантливых и высокооплачиваемых инженеров было достаточно. Надо сказать, что братья были убежденными холостяками и не смотря на внешность пользовались определенным успехом у замужних фроляйн, мужья которых были в командировках или вовсе на фронте. Директор данного филиала компании, очень ценивший братьев , на изобретениях которых он сделал карьеру, рассказал о них главе японского торгово-технического представительства, который был секретным агентом "Черной сакуры" , самым секретным департаментом Кемпетай, курировавшем тайную армию, которую эта контора готовила на всякий случай, ибо Империя слишком завязла в войне на несколько фронтов. Остров "Ядовитая медуза" тоже был в ведении этого департамента и после практически кругосветного путешествия братья, Цукеры, очутились на этом острове и с головой окунулись в работу. Они вместе с профессором Ракко разобрались в части этих таинственных механизмов, и смогли теперь делать невидимыми объекты величиной с крейсер, но только на пять часов. И в добавок, ученые разобрались с одной страной установкой, которая могла дублировать механические объекты. А еще шарашка Кемпетай, смогла запустить чудо-установку, выдающую абсолютно реалистические голограммы. Запустили ее, только в конце пятидесятых годов и первое, что приказало сделать командование, это скомстролить аватару линкора Ямато.


На базу "Чёрная сакура" прибыли две субмарины - авианосца И-400 с четырьмя торпедоносцами Аити М-4а и четырьмя реактивными бомбами Yokosuka MXY7 Ohka. Лодки модернизировали, увеличив ангары и поменяв двигательную установку и систему управления, на дубликаторе изготовили еще два самолета Аити и шесть бомб Ока , плюс к этому были модернизированы британские трофеи и на этом кончилось сырье для дубликатора.


Горючее для нового двигателя, было одновременно супермощной взрывчаткой и вдобавок практически ничего не весило. По модернизации задание от командования было, иметь на подводных авианосцах дальность действия до 50000 миль, что при новых турбинах и новом горючем с базы было вполне решаемо. Так что осталось и на модернизацию боевой части, в которую практически превратились целиком и самолеты и реактивные бомбы.

Братья, Цукеры заполнили этим горючим поплавки самолётов превратив их в летающие бомбы для, камикадзе, соответственно модернизировали и Ока, добаваив им дополнительные емкости с горючим. Ракетные двигатели с новым горючим довели боевую дальность Yokosuka MXY7 Ohka до двухсот километров. Кемпетай собиралось нанести удар возмездия по одному из американских городов, но тут кончилась война. И пятнадцать лет База ждала приказа. Экипажи И-400 не знали нужды не в чем, ни в гейшах, ни в сакэ, тем более что после модернизации там осталось только по два десятка офицеров и механников, ну и камикадзе с Аите и Ока. Обе трофейных "британки" работали кораблями снабжения, на них были установлены системы невидимости и создания голограмм.

## Глава 27. июль. 1961 год. Перл Харбор


Когда гайджины объявили о начале своей операции, "Комитет "Черная сакура" начал выполнение директивы "Черная яшма". Комитет состоял из офицеров Кемпетай выбранных для мести гайджинам за Два Черных Дня 6 и 9 августа 1945 года, когда Ядовитый Небесный Огонь убил и отравил сотни тысяч японцев. Организованная "Стальным лепестком Сакуры", так называлась теперь Кемпетай, в пятидесятых годах организация Тени Хибакуся*, занималась инфильтрацией своих агентов в США, под видом китайцев и корейцев. Деньги у организации были... после капитуляции Японии к императору подошел человек в кимоно дворцовойобслуги с черным вороньим пером в руке и сказал, что патриоты империи не будут считать изменой достойной капитуляцию и то что император отменил проект "Сё-Го"**, который сам и подписал. Но патриотом для борьбы за будущее нужна не только сталь, но и золото. И несколько грузовиков с золотом из императорской казны исчезли на окраинах Токио и будто растворились в мороке капитуляции и оккупации. А все сотрудники казначейства имеющие отношение к этому золоту, не выдержав того, что они огорчили императора, совершили сепукку (некоторые даже сами).


И вот наконец был получен боевой приказ и один подводный монстр с эскадрильей Аити взял курс на Перл Харбор, а второй уже отсутствовал вышедший заранее и загруженный реактивными бомбами Ока, чтобы в день операции быть на рейде Нью-Йорка.


За триста километров от цели, вторая лодка опустила на поверхность океана шесть самолетов, которые взлетев и выстроившись в пеленг пошли по маршруту Генды Минору***, только эскадрилью вел Юкио Мисима (известный японский писатель, бывший камикадзе, не успевший уйти в последний полет из-за капитуляции Японии) который наконец дождался своего боевого вылета.

Шесть чудовищных взрывов прогремели на территории главной базы Тихоокеанского флота США, перерыв все огнем и ужасом.

А лодка, получив сигнал от Мисимы, начавшего пике на авианосцы проклятых гайджинов, взяла курс на Лос Анджелес, где должна была взорваться на рейде. Но до цели она так и не дошла. Сработала мина, заложенная Цукерами. Они узнали, что База будет уничтожена вместе с ними, и заминировали И-400, дабы решили помешать самураям нанести удар по Америке, но взрыватели сработал позже.


Первая же лодка полностью исполнила свою миссию и тоже взорвалась, но только после того, когда на рейде Нью-Йорка появились два линкора "Ямато", вызвав панику одним только своим появлением, и открыли огонь по городу и порту. Это были голограммы проецируемые с двух модернизированных "британок", а попадания снарядов, имитировали камикадзе на Оку, выпущенных с палубы И-400 благодаря новой двигательной системе. После удара по Нью-Йорку, "британки" с голограммами линкоров инициировали таран статуи Свободы рядом с которой подорвались, прекратив гавань в огненный ад. И в это же время, в Вашингтоне, Чикаго, Балтиморе и Сан-Франциско взорвались несколько Китайских прачечных, заминированных химическими снарядами из конфискованных германских арсеналов. Для агентов Хибакуся это не было особой проблемой, ибо ишак груженый золотом, может открыть даже двери военного склада с химическим оружием. Ну а открытие агентами "Стального лепестка Сакуры" прачечных под видом китайцев, было вообще проще простого.

А на следующий день, после того как отгремели последние взрывы на землях заморских ггайджинов, несколько стариков - ветеранов совершили обряд сепукку у храма Сэнгакудзи. След к организаторам операции возмездия прервался навсегда.


* Хибакуся (яп. 被爆者) - жертвы американских атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки. Хибакуся переводится с японского как "люди, подвергшиеся воздействию взрыва".


** "Сё-Го"- План превращения всех японцев в камикадзе. Суть этого зловещего проекта сводилась к следующему: раз поражение неизбежно, то японская нация умрет вместе со своей страной, породив миф о гордом народе, который погиб непобежденным. По всей Японии висели транспаранты с лозунгами "Итиоку гёкусай" (100 миллионов погибают вместе славной смертью). И на многих островах занятых японцами в процессе войны и куда высаживались американцы, многие штатские японцы массово кончали жизнь самоубийством.


***Генда Минору - командир авиа-армады нанесшей в 1941 году удар по Перл-Харбору.

## Глава 28. Вместо эпилога


Подводная лодка "Брунгильда год наводила ужас в океане. У нее была база на вулканическом острове, вернее под ним. там был ангар с подводным входом, огромные склады продовольствия, даже озеро пресной воды с продовольствием. Была электростанция работающая сама по себе. Были тут и женщины, купленные в одном полудиком островном племени за консервы но недавно их поразила непонятная эпидемия. Не было только боеприпасов в нужном количестве. Два запасных БК лодка израсходовала, и горючее реактора было на исходе, судя по показаниям приборов.


У нас осталась последняя торпеда капитан, доложил Главный старшина торпедистов.

Капитан цур зее Вольфганг Лют, задумчиво посмотрел на экран радара.

- Значит сухогруз и два эсминца, Британцы... Ладно, цель сухогруз. Датчик системы наведения замигал зеленым огоньком готовности.

- "Отлично" - подумал капитан - "Истратим последнюю торпеду, проползем в Скапа Флоу и взорвем реактор. Все равно больше месяца экипаж не протянет, с тех пор как неизвестная болезнь начала свою страшную работу, остались в живых только половина людей, а остальные инвалиды" -

-Торпеда пли - скомандовал Лют и боевой плунжер лязгнул последний раз. Прощальный сюрприз Мартина Бормана замкнул контакты взрывателя, после того как последняя торпеда покинула свое гнездо. По электронным цепям прошла необратимая команда, гравигель в полостях корпуса и переборок стал тяжелее в десятки раз и субмарина Валькирия 101, навсегда провалилась в бездну.


Генерал Смит недоумевал. Именно в тот момент, как величайшая в истории авиационная армада "Миротворцев" В-36 находящаяся под ее командованием, согласно операции "Хромированный купол" составила эскадренный пеленг над Шпицбергеном, компасы и радары словно взбесились и под крылом своего флагмана генерал увидел вовсе не северные пейзажи. А тут Главный штурман доложил, что по левому крылу, как ниоткуда появилась эскадра британских "Вулканов", что было вообще невозможно, ибо британская составляющая ударного стратегического воздушного флота НАТО, должна была составлять построения своих эскадрилий над Бельгией. Внезапно наступила ночь и через какое-то время, штурманы почти одновременно доложили, что судя по звездам, самолеты находятся в районе Бермуд. А на экранах радаров было молоко, стрелки компасов крутились, как бешеные, а часы стояли в мертвую. И тут у всех самолето остановились двигатели...

На глубине трёхсот километров под поверхностью Луны , в ало-черных чертогах, седобородый демиург сидящий в вычурном кресле стал мановением брови выключать многочисленные экраны. Благодушно пробурчав , что теперь он точно знает, кто будет новой императрицей Атлантиды и можно заканчивать Южный эксперимент закончился, а эти идиоты называющие себя Мировой закулисой и потирающие потные лапки в ожидании атомного удара по землям Древней Гардарики , так и не поняли, что были лишь тараканами приползшими на сладкую отравленную начинку. Их армады атомных бомбардировщиков, ч направил в район Бермуд, где на дне океана лежит звездолёт Снулсов с до сих пор фонящим реактором и там растворятся и эти примитивные летательные аппараты, и ещё более примитивные бомбы. А сам из жалкий бункер окажется, в центре катаклизма, который уничтожит Страну Зла которую они создали. Демиург дотронулся до пульсирующего на виртуальном экране синего значка в виде снежинки. И сомкнув веки погрузился в сон на несколько периодов. А в это же самое время, в трех сотнях тысяч километров от него, остатки Базы 211, опустились в бездну и на их месте вздыбились обломки льда и гигантские торосы. А в полукилометре под Йеллоустоуном, в богато отделанные коридоры и залы элитного убежища, хлынули потоки лавы.

И еще один катаклизм случился а этот день. Когда реактор корабля Снулсов радостно переваривал воздушную армаду англосаксов, м такой вкусной начинкой, от повышенного фона, сработала личинка-пронзатель времени, сохранившаяся в обломках секретного космического рейдера и ещё одна группа землян и их кораблей заблудилась в пространстве и времени. Но это будет уже совсем другая история.И еще один катаклизм случился а этот день. Когда реактор корабля Снулсов радостно переваривал воздушную армаду англосаксов, м такой вкусной начинкой, от повышенного фона, сработала личинка-пронзатель времени, сохранившаяся в обломках секретного космического рейдера и ещё одна группа землян и их кораблей заблудилась в пространстве и времени. Но это будет уже совсем другая история.

## Глава 29. Послесловие


А теперь о том как и почему произошла эта книга...


Все началось с того, что один мой приятель, литературный критик (приличный человек, а не как в анекдоте про Белинского*), в процессе тестирования новой антиплагиатной программы решил меня приколоть.

Зная что я особо не грешу плагиатом (не считать же плагиатом то, что я периодически цитирую классиков), мой приятель решил протестировать мои ранние вещи, и нашелв Литературном пространстве аж три совпадения с моей старой повестью "Валькирия из преисподней", написанной лет "надцать" назад, про то, как советский моряк и израильский разведчик, грохнули секретную нацистскую базу в Антарктиде. Эпизодные и сюжетные совпадения он обнаружил, но не у меня, а... со мной.

То есть мои наработки были использованы как минимум в трех книгах. Мне понравилась эта "подколка" и я решил переработать эту свою повесть в роман. А так как в романе присутствует в какой то степени еврейский вопрос, то тут проявилась еще одна история, на которые богата жизнь писателей...

Моя пьеса "Клаус" участвовала в Израиле на конкурсе произведений на тему Холокоста**. В этой пьесе еврейский мальчик из концлагеря подружился с эсэсовской собакой и когда он бежал из лагеря, пес не стал его ловить. Честно говоря идея произведения была в чем то навеяна Гашековским эпизодом отманивая Швейком собаки Макса у полковник Крауса фон Циллергута, но сюжет получился и главное, читателям понравилось. А радио спектакль поимел потом пару призов.

Так вот, членом жюри была известная израильская тетенька писательница (живущая естественно в ЮСЕ), и она написала мне, что ей нравится мой слог, но так как я частенько пишу на исторические и близкие к истории темы, то не мог бы я присылать ей на рецензирование главы и части, где упоминается еврейская тема, дабы предостеречь меня от "нечаянных проявлений антисемитизма" (я блин, был в восторге от данного определения). А в пример она привела мне мое цитирование Болеслава Пруса - "В мацу стали класть слишком много чесноку", то есть это даже цитировать не есть комильфо , а то какой-нибудь раввин обидится или вообще экипаж танка Меркава.

А я подумав что иметь рецензентом известную писательницу (сорри, но без имен), это большее комильфо, нежели цитирование подозрительных поляков.

Так вот учитывая, то что в моей новой книге присутствовала известная тема, я честно посылал на рецензирование эти главы и на этот раз получил ответ-замечание по поводу следующей фразы... -"эти два брата не смотря на светлые головы имели не только семитскую, но и просто весьма неприятную внешность, причем неприятную не только для взора арийцев, но и просто гоев и даже то что они были умнее и талантливее штандарта арийцев, не спасло их от репрессий".

Мне было сказано, что тут надо смягчить описание и добавили, что их племянник Шлема как раз такой же не красавец, но гений и работает в корпорации Боинг. На что я не удержался и ответил, что теперь мне ясны последние неудачи Боинга. Но гверет писательница не обиделась и сказал, что неудачами Боинга, у них в семье, как раз любят прикалывать Шлему.


* Анекдот про Белинского Виссарион Григорьевич Белинский едет по вечернему Петербургу на извозчике. Извозчик видит - барин незаносчив, из простых, пальтишко на нём худое, фуражечка, - в общем, можно поговорить. И спрашивает: - Ты, барин, кем будешь? - А я, братец, литературный критик. - А это, к примеру, что ж такое? - Ну вот писатель напишет книжку, а я критикую. Извозчик чешет бороду, кряхтит: - Ишь, говна какая...


**За призами мне предложили ехать на Землю Обетованную за свой счет и назвали конкретные гостинцы, где я должен был снять себе нумер (тоже за свой счет разумеется).

Капли крови на алой амазонке


Русским разведчицам былого и настоящего посвящается

Ссылка: https://author.today/work/411173


## Глава 1. Париж. Булонский лес


Фигурка в алой Амазонке

С конем слилась в безумной скачке

И начинается баллада

О тайнах, судьбах и удаче

Смолянке скромной суждено

Блистать в империях судьбине

Войти в скрижали тайных войн

Служа России на чужбине

Она пройдет огонь и дым

Труб медных звук и подземелья

Но будут с ней всегда друзья

И в боевых делах везенья


В утренний час на осенней аллее Булонского леса, там, где еще оставались практически не тронутые заповедные места Руврэле, раздался перестук конских копыт. Из туманной дымки показался белый арабский скакун, легко несущий стройную фигурку молодой дамы в алой амазонке и черной шляпке с вуалеткой. Внезапно, в нескольких саженях впереди, рухнуло, явно, подпиленное дерево. Жеребец встал на дыбы, но всадница ловко соскочила на землю и даже не упала, но неприятности на этом не закончились...

Из зарослей появилось три подозрительных фигуры, два оборванца и субъект в поношенном, но сохранившем элегантность платье. Мерзко улыбаясь, он отвесил издевательский поклон и произнес: "Спокойно мадемуазель, вы моя пленница, и если не будете рыпаться, то ваши щечки останутся без узоров".

Сказав это, мерзавец блеснул испанской навахой и сделал знак своим ассистентам. В руке девушки затянутой в элегантную шелковую перчатку , что-то блеснуло, и лесную тишину разорвал треск двух негромких выстрелов. Одна пуля попала в колено предводителю, вторая - в грудь одному из его сообщников, третий негодяй бросился было бежать вглубь леса, но и его настигла пуля. Миниатюрный двуствольный тульский пистолет сослужили хорошую службу своей очаровательной хозяйке (его близнеца не пришлось даже доставать из второго разреза в амазонке.

Зеленые, как изумруд, глаза блеснули льдом, но тут из-за поворота на полном скаку вырвались два офицера гвардейских конных егерей. В руке одного из них блестела сабля, второй держал перед собой на вытянутой руке тяжелый кавалерийский пистолет.

- "Мадемуазель баронесса. С вами все в порядке? Вы не ранены?" - с тревогой спросили офицеры.

- Все в порядке месье, помогите только допросить этого мерзавца.

- Кто ты и кто тебя послал? - спросила девушка, а щелкнувший взводимым курком пистолета, а гвардеец добавил:

- "И отвечай побыстрее, гамен, а то я опаздываю к завтраку.

А второй добавил: " Скажешь правду, будешь жить", - и приставил клинок к горлу поверженного бандита.

Обведя взглядом безжалостные лица врагов, неудавшийся похититель прохрипел: "Меня зовут Жан Дилок, я из банды Хромого Мореля, а послала нас мадам Жозефина Богарне*. Она приказала нам похитить баронессу и доставить в отель Рикю. Заплатила она нам по сто золотых франков и пообещала вдвое больше после доставки груза, ну и нам приказали с ней особо не церемониться".

И негодяй уронил голову на грудь потеряв сознание.

Тут появились лакеи баронессы и она выговорив им за то что они отстали и поблагодарив гвардейцев рассталась с офицерами , объяснив, что хочет вернуться домой, дабы привести себя в порядок.

И лишь только минут через пять, после того, как утих стук копыт удалявшейся гвардейской кавалькады, Жан Дилок, (а вернее - ротмистр Говоруха-Отрок), как ни в чем не бывало, вскочил на ноги и на чистом русском языке гаркнул: "Эй,покойники, хорош бить баклуши. Пора назад до города Парижу".

И еще через минуту лесная дорога опустела. Задание было выполнено блестяще. Французские гвардейцы, ускакавшие восвояси, были дружны ни с кем иным, как с самим Луи, камердинером императора, и, конечно, они ему похвастаются, как спасли баронессу и не от кем-то там подосланных неизвестных мерзавцев, а от наймитов Жозефины. И пусть Жозефина теперь отмывается от сплетни перед Бонапартом, старая корова его конечно уболтает, но неприятный осадок у императора точно останется. И это было еще далеко не все задумки по успешному внедрению при дворе у Наполеона...

Буквально вчера из Рима привезли раритетную табакерку по легенде принадлежащей самому Джакомо Казанове, а император любит такие безделицы.

Но вот надо еще успеть заехать к старому лекарю Жюкло, ибо когда она только собиралась ехать в Булонский лес, два негодяя со стилетами попытались ее убить по настоящему, но не совсем удачно. Первого она убила ударом принцессы Чан (костяшками в горло) а второго заколола его же стилетом , которым негодяй к сожалению смог ее поцарапать пробив корсет, но кровь не видна на алой амазонке. И это уже были совсем не подставные убийцы , а самые настоящие и судя по всему тут уже торчат уши любителей чая с лимоном на файв о клоках. И рано или поздно они подавятся этими лимонами. Баронесса не забывала обид.

Выяснив, кто из британских резидентов ее заказал, баронесса провела молниеносную операцию возмездия. В небольшом шато полиция обнаружила два трупа без признаков физического насилия (отравленные иглы выпущенные из духовых трубок, исполнители вытащили из поверженных тел). Самое смешное, что британцы приняли баронессу за агента Ватикана слишком близко подобравшегося к Талейрану, который работал вообще на всех. Но ладно, мир праху очередным жертвам Тайной войны, увы не последним.

И сейчас покачиваясь в седле идущей легким аллюром лошади , она вспомнила тот день, когда ей простой смолянке без связей и будущего, внезапно вручили шифр фрейлины и пригласили в Императорский дворец.


## Глава 2. Санкт-Петербург. Зимний дворец


Блистают златом анфилады

И вазы греческой чеканки

И Зимний тайны открывает

Для очарованной Смолянки


А началась эта история три года назад... Секретарь бесшумно просочился в кабинет императора и прошелестел: "Ваше Величество, княжна Белосельская-Белозерская ждет аудиенции". - Ну, что же, не будем заставлять даму ждать. Проси, - сказал император Александр I* отложив в сторону бумаги с которыми работал. Красивая девушка, на вид лет восемнадцати, в скромном, но не дешевом платье, с приколотым слева на груди шифром* прилежной выпускницы Смольного института*, вошла в кабинет, сделала книксен и застыла, не дойдя до стола несколько шагов, так и не подняв взгляда на хозяина кабинета. "Я вас слушаю сударыня, " - благожелательно спросил император, и девушка, подняв на него взгляд, сбивчиво стала просить помиловать глупых мальчишек, не ведавших, что натворили. Из её слов было понятно, что несчастные вьюноши лишь слегка пошалили, и максимум, чем их надо было наказать, так это пожурить. Ясные наивные глаза, переливающиеся всеми оттенками изумруда, слегка орошенные слезой, буквально молили о милости и клялись в невинности бедного кузена и его непутевых малолетних друзей. Внезапно эту проникновенную речь прервали негромкие аплодисменты. Да-да, император милостиво улыбался и аплодировал. - "Браво мадемуазель и еще раз браво. Ваш артистизм показывает, что я не ошибся в своем выборе. Но сначала поговорим о вашем кузене"-. Слезы в глазах княжны моментально высохли и она уже молча смотрела на Императора, оставив в глазах надежду, но заменив мольбу дерзостью, а Император тем временем продолжал... - "Компания вашего кузена совершила нечто, что может кончиться батогами и Сибирью. Ведь то, что кто-то из них, надев саван, кланялся проезжающим каретам, стоя в известном окне Михайловского замка*, не очень похоже на юношескую шалость. Так что, мадемуазель, я пощажу вашего кузена и его друзей при условии, что вы тоже пойдете мне на встречу..." - Услышав эти слова, девушка вспыхнула, и попыталась что-то сказать, изумрудные глаза её при этом метали молнии. Но Император рассмеялся и погрозил возмущенной Смолянке пальцем... - "Ну, что вы право. Нельзя так плохо думать о своём Императоре. Мне нужны от вас услуги совсем иного рода, чем вам представилось. Подойдите сюда и взгляните на эту парсуну," - с этими словами Император поднял со стола и развернул в сторону княжны Анастасии небольшой портрет в изящной рамке. На портрете Анастасия с удивлением увидела себя. Забыв про приличия и этикет, девушка просто по-простонародному ойкнула и схватилась за щеки. - "Не волнуйтесь княжна, это не вы, а баронесса Анастазия фон дер Пфаннкюхен, из Тирольских Пфаннкюхенов. Она была последней в роду, её семья сгинула в Американских колониях, куда ее не непутевый батюшка барон завербовался в качестве офицера британской армии и её возвращение в родной замок, плюс с большой золотой казной, будет встречено и дворней и местным бомондом благосклонно ибо замок весь в долгах и плюс заложен перезаложен и стряпчему неважно откуда придут деньги на погашение долгов в том числе и по его жалованию . А я прошу вас княжна, во имя Империи, стать секретным агентом Императора за границей. Вы сирота, у вас нет обширных знакомств в обществе и никаких среди иностранцев. Как фрейлина вы еще не известны двору ибо главного представления еще не было. Тем более и воображение, и авантюризм, и организаторские способности у вас присутствуют в должной мере. Мне очень понравилась история, как вы привели в конфузию, обидевшую вас классную даму, несчастную фрау Кюн. Всё-таки, нарядить истопника и его племянника медведями, для проработки подлинности версии, три дня показывать их издалека не участвующим в конфузии институткам из младших классов, подождать, когда слухи дойдут до фрау Кюн, вызвать её в сад подложной запиской от отставного корнета-инвалида и устроить в саду нападение на неё медведей, это, право, какой же талант надо иметь. Так что, вы мне подходите, и ответ мне нужен прямо сейчас, причем, не зависимо от вашего ответа, княжна, по отношению к вашему кузену и его друзьям, мы обойдемся пятком розог, и даже не будем изгонять их из Пажеского корпуса. Итак, ваш ответ?" - - "Мой ответ - "да", Ваше Величество!" - гордо ответила княжна. - "Ну, что же, я рад. Вы подходите не только по чудесному совпадению внешностей с баронессой и бесспорному талантливому авантюризму. Вы ведь еще добились больших успехов в языках. Французский, испанский, итальянский, немецкий, даже, как я слышал, калмыцкий и, самое главное, южно-тирольские диалекты. И еще кажется вы и ханьским языком интересуетесь. Так что, богатая наследница старинного рода, прибывшая в родовой замок с богатой казной и в сопровождении итальянского учителя латинской словесности и охраны из индейцев, будет с доверием встречена не только на своей малой Родине, но и в других европейских столицах.


На другой день Смолянка княжна Белосельская-Белозерская, обьявила, что нашелся ее дальний родственник в Сибири и она едет туда дабы получить наследство и сочетаться браком с уже выбранным для нее женихом. А в одинокой усадьбе Гребнево затерявшейся, в дремучих лесах в трех десятках верст от Москвы и являющейся, тайным учебным заведением Почтового отдела Императорской Секретной Экспедиции, появилась новая ученица.

## Глава 3. Усадьба Гребнево. Бурса


Стилеты, шпаги и кинжалы

Снадобья, яды и лекарства

Невзрачный подмосковный дом

Несет в себе заряд коварства


Это учебное заведение и ученики и преподаватели называли за глаза Бурсой, а официально Школой.

Учились тут всего пара дюжин юношей и девушек, разбитых на учебные тройки, но на некоторых занятиях объединявшихся в более расширенные группы или полный общий класс.

Имен и фамилий не было, а были только псевдонимы.

В их тройке было три девушки: Игла, Кицуне и Амазонка (именно такой псевдоним выбрала себе княгиня). Иглой звалась коренастая девица с грубыми чертами, но на редкость мелодичным голосом, а Кицуне была самая натуральная китайская принцесса. Школярам было запрещено озвучивать свои реальные биографические данные, но княгиня и принцесса сдружились и не имели друг от друга секретов.

Принцесса Чан была одной из многочисленных принцесс императорского дома Цин. И ей повезло не прозябать при дворе в роли полуприслуги, а стать нареченной невестой вельможи. Но везение оказалось эфемерным... Старый мандарин оказался больным извращенцем, тайно поклонявшимся богине Кали, которому для мерзких ритуалов нужна была кровь благородной девственницы. Он согласно древнему трактату привезенному из Индии пытался вернуть себе молодость и периодически проводя жуткие ритуалы сцеживал у принцессы кровь. Но у Чан к счастью была старая няня родом из Японии, которая в совершенстве владела искусством ниндзюцу* и тайно обучившая оному воспитанницу.

Убив старого извращенца ударом "Тайный поцелуй пчелы" (шпилькой в ухо), принцесса перевоплотилась в служанку, и стала таким образом невидимкой, сбежала к няне. А няня оказалась агентом Императорской секретной экспедиции и как раз сейчас получила задание добыть старинные карты Манчжурии и Приамурья. Няня и воспитанница преобразились в дорогих чаньсань (китайских гейш с низкой социальной ответственностью) и пошли прямо в особняк к мандарину-хранителю, у которого архив карт был прямо дома. Объяснив страже на входе, что они подарок от приятеля хозяина, они уединились с хозяином в спальне, где получили всю нужную информацию по нахождению нужных материалов, задушили чиновника подушкой, принесли охранникам несколько бутылок заведомо отравленного сливового вина, вкупе с просьбой не беспокоить усталого хозяина и растворились среди миллионов ханьцев. По дороге в Санкт-Петербург няня увы погибла, а принцесса Чан доставила карты по назначению и отправилась прямиком в "Бурсу".

У княгини судьба тоже была непростой и чем то похожей. Тут был и извращенец опекун опаивающий девочку опием и однажды не расчитавшим дозу, в результате чего княгиня проснулась от его бессильных мерзких поползновений и ударив его по голове канделябром бежала к единственному своему знакомому, старому другу отца, который выдал ее за свою умершую от чахотки племянницу и пристроил в Смольный институт, после чего скончался оставив ей титул. Состояние его увы было никаким ибо жена, давно уже жившая отдельно и ее беспутный братец - игрок, уже давно все пустили по ветру, заложили и перезаложили. А сами погибли при пожаре полностью уничтожившим усадьбу.

Так что на фоне близости судеб, девушки сдружились и принцесса передала княгине все свои знания по тайной войне.

Ну и местные учителя вносили свою лепту. Владение всеми видами оружия (от штуцеров, до духовых трубок туземцев) , отдельно танцы и фехтование объединённые в одну дисциплину, навыки к вскрытию любых замков, закладка пороховых мин, европейская геральдика и персоналии, изготовление лекарств, ядов, снадобий и многое другое. Отдельно шло обучение изменению внешности в самом широком диапазоне. И Мастер Сун, каждое утро проводил с ними занятие по гимнастике ушу и медитации.

Подругам очень нравилось делать из себя близнецов. Их не могли различать даже профессионалы. А потом Игла тоже попросилась к ним и не в напарницы, а в подруги и рассказала свою историю. Историю бастардки, звезды крепостного театра, которую изнасиловал проезжий молодой князь из знатной фамилии и сводный брат (отец к тому времени уже почил в бозе) за нее не заступился и вдобавок все это подстроила старая княгиня, которая некогда из ревности уморила ее мать и перенесла ненависть на бастардку мужа. Игла отрезала спящему насильнику ухо и бежала переодевшись в мужское платье, прихватив пухлый кошелек князя. После многих приключений ее подобрал Чернышов и пристроил к делу, а различив в ней талант к своей окаянной профессии, определил в Бурсу.

Три подруги настолько спелись и достигли таких вершин в профессии , что свободно уходили по ночам в самоволки, ловя гопоту на живца. Ну не любили они эту публику. Местный полицмейстер даже получил высочайшую благодарность за успешную борьбу с преступностью.

Ну а потом настало время экзамена в виде первого задания.


Ниндзюцу * (в переводе с японского - "искусство быть невидимым") - боевое искусство, сложившееся в средневековой Японии, направленное на диверсионную и разведывательную деятельность. Людей, владеющих ниндзюцу, называли ниндзя.

В основе учения ниндзюцу лежат три взаимосвязанных блока навыков:

Тон-дзюцу (скрытность путём подражания). Заключается в мастерстве использования окружающих элементов внешнего мира и особых приспособлений для того, чтобы одолеть врага.

Техника боя с безоружным или вооружённым соперником. Она разделяется на две части:Тайдзюцу - мастерство рукопашного боя.

Бу-дзюцу - техника сражения с оружием.

Использование внутренних скрытых возможностей и резервов организма. Учит применять искусство изменения сознания нимпо-миккё.

Также ниндзя обучались дополнительным умениям - хэнсо-дзюцу (мастерство перевоплощения с помощью смены одежды), мономанэ-но дзюцу (техника подражания чужим голосам, звукам природы и животных), суйэй-дзюцу (быстрое и незаметное плавание), хаягакэ-но дзюцу (бег на длинные дистанции) и множество других техник.

## Глава 4. Курляндская губерния. Замок Сулс


Старинный замок, сколько тайн

Запрятано в твоём забвеньи

Века застыли в янтаре

В озёрном этом отраженьи


-"Задание сложное и совершенно секретное ибо любая утечка информации чревата международным скандалом и не буду скрывать, фатальными неприятностями для вас"-, произнес граф Чернышов и поочередно заглянул в глаза всем трем выпускницам "Бурсы", Игле, Кицуне и Амазонке.

-"Думаю для вас не секрет, что в Смутное время из Москвы было вывезено немало ценностей и среди них сундук с латинскими коронными сокровищами, который Папа Римский прислал некогда для католической коронации жены Лжедмитрия Марии Мнишек. Там присутствуют корона, перстень и мантия. Главным там является корона принадлежавшая ранее супруге Византийского базилевса, выкраденная крестоносцами во время разграбления Константинополя и доставленная ими в Ватикан. И в руки к нам попал документ согласно которого эти сокровища находятся в Курляндии, в подземельях замка барона Сулса. Документ этот сожжен и его читали только Император и я. Те кто его мне доставили не знали что везут и кому, но все эти люди внезапно погибли во время пожара в трактире и я думаю это не случайная смерть. Ватикан тоже ищет эту корону и не остановится не перед чем. Ваша задача найти эту корону, изъять ее , оставить на ее месте фальшивую копию и доставить в Санкт-Петербург, ну и все это естественно в полнейшей тайне. Я дам вам в сопровождающие двух своих верных людей в качестве усиления, при них будет секретная аптечка со снадобьями дающих весь диапазон ощущений, от вечной радости, до вечного сна. А в городке соседствующим с замком будет расположен эскадрон Лейб-кирасир под командованием штабс-ротмистра Говорухи-Отрока. Он в курсе того, что должен оказывать вам любое содействие не щадя живота своего. Официально он там встречает принцессу Луизу Ганноверскую, едущую с визитом в Санкт-Петербург и сошедшую с поврежденного штормом корабля в Виндаве"-

И сразу же у княгини возникла идея...

Выдать себя и подруг за принцессу со свитой и в таком качестве попасть в гости к барону проезжая мимо. Главное не наткнуться на настоящую принцессу, но ее обещали по этому поводу задержать в Виндаве до условного сигнала . И закипела подготовительная работа, и уже через три дня пять всадников, разделившись, растворились в Российских. просторах.

А еще через некоторое время в ворота замка барона буквально ворвалась троица кирасир на взмыленных конях и вахмистр не слезая с седла поинтересовался, не заезжала ли сюда принцесса и услышав, что нет, попросили в случае ее появления отправить гонца в городок Ляйн, где расположился встречающий Ганноверскую принцессу почетный конвой.

Барон Сулс пришёл в дикое возбуждение... Во первых у него появилась возможность пристроится к поезду принцессы в Санкт-Петербург, ну а во вторых если принцесса проведет какое-то время в его замке, все эти швайнебубели и швайнекерлы из соседних замков сдохнут от зависти. Ну и принцесса, не заставила себя долго ждать. Ближе к вечеру, принцесса с дуэньей, служанкой и двумя бодигардами въезжала в ворота замка милостиво улыбаясь барону.

За ужином принцесса и дуэнья оказавшаяс, герцогиней, бурно описывали свое путешествие по морю, потерю кораблем мачты, путешествие на карете которая сломалась недалеко о от замка и непрестанно восхищались замком и его благородным хозяином и неоднократно повторяли, что рады встретить в такой глуши потомка столь славного и древнего рода. А барон который захмелел от вина и дифирамбов, ужом вился дабы угодить знатной гостье. И тут принцесса поинтересовалась, а есть ли в столь древнем замки приведения на что барон рассказал ей семейное поедание про то, что некогда в этом замке останавливался князь Раздавил, едущий из России и тут при таинственных обстоятельствах умерла его дочь и то место где она погибла находится в дальних подземельях замка, куда много лет никто не ходит, и именно там появляется призрак убиенной девы. Амазонка и Кицуне переглянулись и дальше уже действовали вполне целенаправленно. Первым делом барона очаровали и подвигли на экспедицию в подземелье и когда было точно определено место поиска , то процесс пошел.

Первым делом всей прислуге барона от имени принцессы было выставлено угощение, и в вино было подмешано сонное зелье. Это же зелье попало и в кубок барона. А когда все обитатели замка уснули, три стройных силуэта скользнули в подземелье замка, отблескивая потайными фонарями. В тупике отнорка подземелья была абсолютно прогнившая деревянная дверь обшитая ржавым железом. Дверь рассыпалась от нескольких ударов кирки, которую разведчицы прихватили в чулане при входе в тоннель.

Кицуне и Игла остались сторожить, а Амазонка вошла внутрь. За дверью открылась комната, где на каменном постаменте стоял ларец, а у постамента лежало мумифицированное тело женщины в истлевшем платье. Стараясь не смотреть на останки, Амазонка достала кинжал скрытый под платьем в ножнах на бедре и вскрыла ларец. Там на сложенной истлевшей мантии лежала небольшая корона, на одном из зубцов которой висел перстень. Повинуясь какому-то внутреннему посылу княгиня взяла этот перстень и спрятала за корсаж. После чего достала из радикюля фальшивую корону и поменяла ее на настоящую.

Когда позднее она познакомилась с Говорухой- Отроком, он рассказал ей, что через несколько дней после их отъезда замок сгорел и асеиего обитатели погибли, причём по слухам на телах слуг были видны следы пыток. А когда они встретили настоящую принцессу , на лесной дороге на них напали, но кирасиры отбили нападение, причем единственный пленный оказался итальянцем и при допросе откусил себе язык после чего умер от потери крови.

## Глава 5. Смоленск. Ресторация Темница


Купцы, разгульные гвардейцы

В сем заведении бывают

И стремянную лихо хлопнув

За стены града отбывают

Но им не ведомо, что скоро

Сгорит столовая палата

И в стены древнего Смоленска

Ударят пушки супостата


Граф Чернышов принял радикюль с короной, поблагодарил княгиню и отдельно поблагодарил за сохранение тайны, ибо этим она спасла жизнь своим спутникам. И объявил что теперь будет последний экзамен, индивидуальный для каждой из тройки. Выдав задания Игле и Кицуне граф сказал, а вы княгиня останьтесь...

Задание было не простым. Не простым не по сути, а по политической окраске. Надо было убрать из общественной и политической жизни некоего князя. Он участвовал в известных событиях, когда прошлого императора настиг апоплексический удар табакеркой, и теперь живя в провинции, он чаще и чаще стал говорить про известный инцидент намеками, причем все более прозрачными.

Амазонка была неизвестна в лицо бомонду и никто не сможет привязать ее к людям императора, плюс она была сирота, что тоже играло на анонимность. Княжна понимала, что это гарантия неопознания персоны в случае ее гибели, уж эти азы оперативной работы им преподавали. Тему кстати вел реальный китаец, который всегда кланялся при встрече с принцессой. Как он потом сказал девушкам, прижавшим его в коридоре на этот предмет, китайцы всегда чувствуют августейшую особу. Мастер Лю читал им лекции по Искусству войны Сунь Дзы и давал основы самообороны с помощью подручных средств и вообще без оружия. Княгине очень понравилась тонкая классификация шпионов, в частности термин "Невозвращаемые агенты" и ей очень не хотелось стать таким агентом.

А для финала задания у объекта было два варианта... дом скорби или несчастный случай. И Амазонка внутренне, для себя решила использовать оба варианта и возможно так сказать в комплексе.

Недавно отставленный от двора граф пребывал в своем Смоленском имении. И периодически наезжал в город где надо сказать куролесил не по детски и особенно от него доставалось ямщикам, из за которых он впал в немилость в Петербурге (была там какая то мутная история дошедшая до государя).

Граф любил разъезжать шестерней и вот на этом княгиня и решила построить свой план. Графу приглянулась одна ресторация возле острога с ее отменными расстегаями и бывая в городе, он перед отъездом принимал там лафитник анисовой под расстегайчик.

Вот тут Амазонка и расставила свои сети. Она одетая под служанку завела знакомство с кучером графа и рассказала что подворовывает у хозяев хорошей вино, которое по дешёвке продает на сторону. Служанка предложила принести кучеру бутылку на пробу и ежели винишко понравится, то затеять торговлю. Когда граф при следующем приезде зашел в ресторацию, кучер получил заветную бутылку, которую и оприходовал. А коварная пейзанка быстренько добавила в мешки с овсом некое снадобье, с обратным действием снадобью добавленному в вино кучера (лошадей кучер не распрягал). В результате на выезде из города кучер заснул, а лошади буквально сошли с ума и понесли, причём во все свои лошадиные силы. Финал был однозначен, кареты вместе с графом была размочалена в хлам. А вот кучеру повезло, он выпал в самом начале гонки и отделался ушибами разной степени. Короче сработал дуплекс метод.

Граф Чернышов был доволен свой новой сотрудницей.

-"Ну что же, все экзамены сданы на отлично и вас ждут с Вене"-.

- "А зачем мне в Вену, Ваше Сиятельство?" -

- "В Австрии сейчас решаются судьбы Европы, Княжна. Австрийцы нас предавали и еще раз предадут, но России сейчас важно, чтобы Австрия дружила с Францией, ибо этот союз для нас менее опасен, нежели союз Франции и Британии. Австрийцы купили несколько вельмож из окружения Буонапарте, кого именно - я скажу позже. И сейчас Австрийская партия в Париже и Французская партия в Вене готовят брак Наполеона с принцессой Марией-Луизой*, а партия Жозефины всячески пытается этого не допустить. Нам выгоден именно этот брак, в первую очередь потому, что, когда Франция нападет на Россию, а это неизбежно, то пусть у неё в союзниках будет Австрия, это не страшно, ибо при любом развитии войны и император сказал, что всегда найдет пару дивизий для прогулки в Вену. Пока не принято окончательное решение по Жозефине и Марии-Луизе и ваша задача, княжна, стать своей при Парижском и Венском дворах, и пока ненавязчиво способствовать этому матримониальному альянсу, который, кстати, до сих пор является строгим секретом. Ну и ждать приказа о жесткой поддержке одного из вариантов.

И теперь на счет вашего сопровождения... Начальник вашей охраны, капитан фон Гетц, хоть и из Гессенских наёмников, но всецело мне предан, и будет также предан вам. Он прекрасный фехтовальщик и стрелок, так что, и от невежд вас оградит и обучит воинскому ремеслу. Его супруга - фрау Анна будет вашей домоправительницей, дуэньей и советчицей. Индейскую охрану будут изображать гвардейцы из калмыцкой лейбкампании. Это младшие сыновья улусов, с детства воспитывались в преданности к Империи, а по выучке они будут, пожалуй, получше мамлюков Наполеона. То, что вы знаете калмыцкий, облегчит вам секретное общение с охраной, а в Венском и Парижском бомонде экзотическая охрана придаст вам дополнительный блеск. Итальянский учитель словесности, это известный вам уже ротмистр Говоруха-Отрок, по приезде в Тироль, вы его уволите, но он будет везде сопровождать вас как тень, ротмистр прекрасно умеет менять внешность, он будет вашим ближайшим помощником и наставником по разведке. Вам будет выделена определенная сумма в золоте и ларчик с драгоценностями, которые вы будто бы привезли из за океана, но вам не возбраняется увеличивать данный капитал, благодаря своим новым навыком. И вот еще что...

Вам придется общаться с Наполеоном Бонапартом, а он бывает весьма груб и прямолинеен с дамами, но есть один метод... Княжна, вы хорошо умеете визжать?"-

От пронзительного звука, раздавшегося в кабинете, часовые, стоящие в коридоре, выронили ружья, а пара дежурных адъютантов, ворвавшихся в кабинет, увидели хохочущего графа и девицу с абсолютно невинным выражением лица.

## Глава 6. Тироль. Баронство Пфаннкюхен


Тироль, в тиши провинциальной

Уютный замок вдруг проснулся

Дождался он своей хозяйки

И смысл жизни вновь вернулся


Через несколько месяцев после этой беседы местечко Пфаннкюхен, что недалеко от Тирольских отрогов, кипело и бурлило словно вулкан. Из Американских колоний нежданно-негаданно вернулась уже почти забытая наследница баронства, молодая, красивая и что важно богатая. Старый управляющий Петер со слезами на глазах встретил "свою милую красавицу", как он звал баронессу, когда она была еще совсем маленькой девочкой. А "милая красавица", окруженная вооруженной до зубов охраной с одинаковыми медно-смуглыми слегка раскосыми лицами и в одинаковых же кожаных костюмах и шляпах, милостиво приветствовала жителей баронства, пялящих глаза не сколько на баронессу, а столько на огромные сундуки на повозках. Уже на следующий день весь городок знал о несметных сокровищах, привезенных хозяйкой замка из заморских земель.

Первое, что сделала молодая баронесса, так это вышибла из замка семейство дальних родственников оккупировавших не владение в ожидании запутанного судейского решения о наследстве. Ночью этого же дня в замок попытался пробраться неизвестный в маске и с кинжалом, но сорвался со стены и разбился (два раза подряд).

А еще через два дня, пара пришлых из соседнего городка придурков, Кривой Ганс и Большой Вилли, подрабатывающие в трактире на дороге на въезде в город конюхами и вышибалами, были обнаружены утром у замка с переломанными руками и ногами. Так они расплатились за попытку влезть в замок ночью привлеченные рассказами о сокровищах. Срочно прибывший в замок вахмистр местной жандармерии, принес баронессе извинения и забрав правонарушителей и пару золотых, довольный отбыл в околоток. После этого баронессу никто больше не тревожил. (кроме сутяг конечно).

Замок княгине понравился, хотя она конечно и не подавала вида, что видит его в первый раз. Особенно Анастасии понравился большой фруктовый сад его окружавший и вообще, как ей сказал ее главный бодигард фон Зац , побывавший во всех европейских столицах, это скорее похоже на загородный дворянский дом в Париже, называемый там отелем нежели на немецкий замок.А тут вполне ожидаемо заявилась компания стряпчих, которые оформили наследство и сразу же после этого, предъявившие неоплаченные счета и долговые расписки. Молодая баронесса с уважением отнеслась к долгам и не отказалась их оплатить, но только после независимого аудита, для которого был привлечен княжеский нотариус (после чего долг сократился ровно в два раза, а один из стряпчих и трое авторов долговых расписок, отправились в городскую тюрьму). И баронесса целиком отдалась налаживанию хозяйства.

А через месяц, на балу у Князя местной Гау, молодая баронесса произвела сенсацию не только своей красотой и своим шикарным платьем, но, в первую очередь, драгоценностями. После чего среди местных холостых дворян развернулось не слабое соперничество. Были дуэли были серенады у ворот, даже было торжественное сватовство на балу у князя его племянника, но все зря.

Повсеместно стала известна одна история, когда богатый, но глуповатый барон Штангель, был разыгран друзьями на тему произведения впечатления на молодую баронессу. Ему предложили покрасить карету в ярко-жёлтый цвет и расписать ее цветами, после чего пользуясь любыми случаями попадаться ей на глаза. И когда баронесса спросит, а почему это мол барон у вас такая красивая карета, барону следует ответить, а это мол букет моей любви к вам. И покоренная его тонким вкусом и пламенной страстью баронесса отдаст ему руку, сердце ну и все свои сокровища соответственно. И баронесса действительно обратила внимание на это чудо, но вопрос задала несколько неожиданный: "Барон, а кто был пьян, вы или ваш кучер, который красил ваш экипаж". Учитывая что кто-то из друзей постоянно ездил с ним на этой карете, история сразу вошла в городской фольклор и стала источником постоянных шуток, из за чего барон не вылезал из дуэлей и даже был ранен вплоть до постельного режима, причём во время этой дуэли он заявил, что сражается за честь баронессы.

И вдруг, к невообразимому изумлению местного общества, к ложу раненого рыцаря внезапно явился начальник стражи баронессы, передал от нее пожелания скорейшего выздоровления , корзину деликатесов и сообщил, что баронесса просила передать ему, что увы помолвлена и не сможет ответить на его чувства и передает ему в качестве памятного подарка старинную шпагу. Эта история вызвала в городе очередной фурор, особенно после того как князь коллекционирующий шраги предложил барону за этот клинок тысячу рейхсталлеров.

Ну а потом баронесса отбыла в Вену, где по слухам блистала на Дворянском балу в Шёнбрунне, и откуда на свою малую родину баронесса, к всеобщему сожалению уже не вернулась. И только слухи о ней периодически бередили сонную провинциальную тишину. И чего тут только не было... И дружба с августейшими особами, и дуэли и из за нее и даже, о Майн Гот, те в которых она участвовала. И даже история о пощечине императору, передаваемая шепотом (только неизвестно какому из императоров, хотя общественное мнение Пфаннкюхена склонялось к тому, что пощёчину схлопотал русский император)

## Глава 7. Вена. Ювелирная лавка Зюса


Есть тайна в старых украшениях

Блес злата, перелив камней

И сразу мнится Клеопатра

В красе таинственной своей


Ювелир Иахим Зюс все время поглядывал на часы. Сегодня, как и в каждую пятницу, должна была прийти таинственная клиентка, которая каждый раз приобретала украшений не меньше, чем на несколько сотен золотых, она всегда была в накидке с глубоким капюшоном и вуалетке, но один из перстней на её пальце, одномоментно раскрыл старому ювелиру инкогнито незнакомки.

Зазвенел дверной колокольчик, Иахим воспрянул, но это была другая клиентка. Стройная зеленоглазая красавица в элегантном дорожном платье стремительно подошла к прилавку, за ней шел коренастый слуга в странной кожаной ливрее, несущий небольшой саквояж. Девушка щелкнула пальцами, затянутыми в алую перчатку, и слуга достал из саквояжа замшевый мешочек, и, повинуясь жесту хозяйки, положил его на прилавок. Ювелир, пододвинув специальную бархатную подушечку, осторожно открыл над ней неожиданно тяжеленький мешочек, и на черный бархат стекло небольшим сверкающим водопадом нечто великолепное - то ли ожерелье, то ли диадема, и золото еле просвечивало сквозь гроздья драгоценных камней.

- "И сколько это может стоить?" - спросила гостья, так сверкнув зелеными как у кошки глазами, что у Зюса сразу пропало желание торговаться , ну, почти пропала. Но тут звякнул дверной колокольчик, и вошла долгожданная клиентка, которая сразу заметила чудное украшение, и немедленно пожелала его приобрести. По одному из местных торговых правил ювелир назначивший цену даже на чужой товар принесенный ему на оценку, ежели он выложенный на его прилавке заинтересовал нового покупателя, может иметь при этом маржу со сделки. Мастер Зюсс, понимая, что эти явно не простые клиентки могут зайти к нему еще раз и задушив свою жабу (ну, почти задушив), назвал сумму в две тысячи золотых, на что хозяйка украшения вздохнула и сказала, что эта цена её, увы, не устраивает, и грустно протянула руку за ожерельем, дабы убрать его назад в футляр.

Но новая посетительница остановила её движение и голосом, привыкшим повелевать, спросила, сколько же денег нужно хозяйке за её украшение, и, если не секрет, то для чего ей нужна эта сумма. Девушка ответила, что зовут её баронесса Анастазия фон дер Пфаннкюхен, что из Тирольских Пфаннкюхенов, и приехала она в Вену с единственным желанием, исполнить наконец свою мечту и попасть на ежегодный Дворянский бал в Шёнбрунне*, но камер-юнкер, с которым её познакомили, сказал, что приглашение на бал стоит пять тысяч золотых, а у неё с собой только полторы тысячи, вот она и решила продать это совсем не нужное её украшение. На что её собеседница выразив при словах о камер-юнкере возмущение на лице, облегченно вздохнула и сказала, что с радостью поможет милой баронессе попасть на бал, и для этого ей надо только назвать имя этого камер-юнкера, ну, а если она уступит ей это ожерелье за 2500 золотых, ибо именно во столько она его оценивает, то все будет вообще прекрасно. Обрадованная баронесса попыталась было подарить драгоценности своей новой подруге, но встретила гордый и даже холодный отказ. Эрцгерцогиня Мария-Луиза несмотря на юный возраст прекрасно знала цену драгоценностям и отлично понимала, что хитрый Зюс даже при ней назвал максимум половину реальной цены.

На другой день в списки гостей первого круга Дворянского бала была внесена баронесса Анастазия фон дер Пфаннкюхен, а вот обманщик и аферист, камер-юнкер Фрайберг туда не попал, ибо был брошен в казематы тюремного замка Штайн, а его покровитель граф Дауэрлинг, был отлучен от свиты её Высочества за беззастенчивую торговлю приглашениями на императорские балы. Таким образом еще одного ярого противника брака Наполеона и Марии-Луизы вывели из игры. А у эрц-герцогини появилась новая подруга.

Это и было целью многоходовой операции, разработанной платным агентом Русской Имперской разведки по кличке "Анна Ивановна", известного так же, как Шарль Морис де Талейран-Перигор князь Беневентский*, который предоставил Русской разведке свои Венские контакты (как сказал потом Александр I - " Я купил в Тильзите эту мерзость сразу и целиком").

А баронесса Анастазия вошла в ближний круг эрцгерцогини Марии-Луизы, что дало ей доступ к бесценной информации из самой верхушки Австрийской империи. Традиционно и моментально появилась целая стая потенциальных женихов, но баронесса была неприступна и даже стала причиной очередной сенсации...

Когда один нетрезвый гвардеец позволил себе на балк скабрезную шутку по поводу одной провинциальной виконтессы, баронесса Анастазия фон дер Пфаннкюхен дала ему звонкую пощёчину и вызвала гвардейца на дуэль. Мария-Луиза, как хозяйка бала, разрешила эту дуэль, но только на учебных рапирах и первым же выпадом, баронесса повредила гвардейцу руку, заставив его выронить шпагу и признать свое поражение. баронесса Анастазия фон дер Пфаннкюхен дала ему звонкую пощёчину и вызвала гвардейца на дуэль. Мария-Луиза, как хозяйка бала, разрешила эту дуэль, но только на учебных рапирах и первым же выпадом, баронесса повредила гвардейцу руку, заставив его выронить шпагу и признать свое поражение.

Так что Амазонка стала ярким фрагментом местной придворной жизни и вельми популярной в гвардии персоной. Кстати раненый ею капитан, принес ей извинения и стал ее преданным платоническим рыцарем. А в гвардейских кругах к баронессе пристало прозвище "Клеопатра" (что мы знаем про логику кавалерийского юмора?).

Анастасия наслаждалась светской жизнью и потихоньку обрастала связями.

Но внезапно с голубиной почтой пришло сообщение гласящее, что некая лодка переплыла Сену и это означало , что Амазонку ждали в Париже.

## Глава 8. Париж. Монастырь Дешо


Придворный мир чрезмерно сложен

Интриги, зависть, флирт, дуэли

В болоте сплетен уши вязнут

И фанфароны надоели


Каждый раз, видя баронессу Анастазию фон дер Пфаннкюхен, император Наполеон машинально касался пальцем своей ушной раковины. До сих пор придворные вспоминают тот давний день, когда Бонапарт пригласил только что представленную ему австрийским послом очаровательную баронессу в малый кабинет, дабы показать редкие шахматы, доставленные из Ватикана, и как через несколько минут вылетел оттуда назад преследуемый пронзительным визгом. Помимо этого, придворные дамы бурным шепотом обсуждали и вовсе ужасную вещь. Вы представляете, эта Тирольская дикарка, возможно, осмелилась дать Императору пощечину. Но еще больший шум вызвал инцидент между баронессой и самой Жозефиной...

На Гвардейском балу, баронессу пригласил на танец молодой полковник, на которого по слухам посматривала сама мадам Богарне, по чьей протекции молодой капитан и скаканул в полковники. Заревновавшая Жозефина, сказала , что мол танцевальные па этой австриячки, похожи на цирковой неумелый аллюр, на что баронесса сказала в сторону, что аллюр доступен только молодой грациозности и многие это услышали. А потом был малый Императорский прием , куда было престижнее попасть, чем на любой другой, ведь это был Ближний круг императорской семьи. И этот прием начался со скандала. Подружка Полины Бонапарт* заявилась на прием в таком же платье, как и Жозефина. Жозефина пришла в бешенство и настояла на том, чтобы дерзкую отправили переодеться, намекнув, что возвращаться на прием вовсе и не обязательно. Но это, как говорится, был еще не вечер... Итальянские танцовщицы, показывающие элегантный номер "Рафине с голубями", были одеты в платья до боли напоминающие наряд императрицы Жозефины. Праздник, как говорится, удался, и за всем этим стояла баронесса Пфаннкюхен. Они с Талейраном пришли к выводу, что для того, чтобы отвлечь Жозефину от планов, навязываемых ей противниками брака Бонапарта с Марией-Луизой, нужно утопить её в неприятных мелочах, и это парочке заговорщиков вполне удалось.

Важным подспорьем в операции, была вербовка, через третьи руки информаторов из прислуги в доме Жозефины. Три записных мачо из мелких жиголо, получив по сто золотых, очаровали трех служанок Жозефины и регулярно поставляли информацию о нарядах Жозефины на различных светских мероприятиях.

Молодая баронесса сдружилась с Каролиной Бонапарт недолюбливавшей Жозефину (это она посоветовала платье подружке Полины), и узнав, что на очередном балу Жозефина будет в рубиновом гарнитуре, подарила Полине гораздо более шикарный рубиновый комплект на что естественно все обратили внимание.

И немного добавил от себя в эту копилку неприятностей ротмистр Говоруха-Отрок, так живописно изображавший похитителя в Булонском лесу. Он за неделю умудрился устроить карете несчастной Жозефины три легких ДТП, в том числе и с бочкой золотаря. А уж после того, как в подвале отеля Рикю обнаружили стальную клетку с милой табличкой "Сдохни, Австриячка". Император считавший любого, даже самого легкого критика нового брака, своим личным врагом, получив доклад Фуше о клетке нарисовал еще один зуб на Жозефину. А желающих, попасть в разряд личных врагов императора, которых было безмерно мало, стало еще меньше.

Все дело было в том, что император Александр и его ближнее окружение, наконец пришли к выводу, что брак с Марией-Луизой Австрийской, ослабит Бонапарта и следовательно, оному надо потворствовать. Так Жозефина и попала под раздачу русской разведке.

А еще Амазонка ввела в Париже в моду дамские дуэли. У Жозефины была конфидентка, подруга детства Мерседес, которую она использовала для разных интрига и с этой уроженкой Мартиники Амазонка как то повздорила и когда Мерседес гордо сказала, что будь баронесса мужчиной, то она вызвала бы ее на дуэль (квартеронка ходила в фехтовальную школу, чем изрядно кичилась) и Анастасия с радостью приняла вызов ибо выпускница Бурсы имела железную кисть и могла победить любого кавалерийского офицера, а не то что бы какую-то эмансипе.

Дуэль была назначена на пустыре у монастыря Дешо, где в позапрошлом веке любили дублировать Королевские мушкетеры. Публики там набралось побольше чем на ином балу. Амазонка от души покуражилась над противницей, порвав точными выпадами ее платье, вплоть до оставления противницы неглиже. И обезоружив противницу финальным ударом, баронесса заставила ее сдаться.

После этого популярность и авторитет Анастасии поднялись до небес, а молодые офицеры отдавали ей при встрече честь.И по Парижу ходил анекдот, про то , что некая кавалерийская часть едущая в летние лагеря, построила свой маршрут так, что бы не проехать мимо дома некоей баронессы, дабы не нарваться на дуэль.

И теперь после этого случая, император все простив, иногда играл с молодой баронессой в шахматы, но, увы, все время проигрывал. Зато у маршалов и министров тоже появилась традиция играть с Анастасией в шахматы, ибо им было бы интересно обыграть игрока, обыгрывающего императора. Но ни у кого добиться этого не получалось. У Амазонки был талант к этой игре, впрочем, как и ко многому другому.

Но тут очередная, голубиная почта сообщила, что к именинам будет штрудель. И это означало, что баронессу Анастазию фон дер Пфаннкюхен, снова ждут в Вене. К ее радости в Вене ее ждало подкрепление в виде князя Голицина, знакомого ей ещё по Бурсе. Это был бастард одного из князей Голицыных, по личному указу государя получивший княжеское достоинство, за спасение императора на охоте от медведя шатуна.


## Глава 9. Вена. Интриги и дуэли


.


Блестит в руке рапира дерзко

В блестящем па проходит выпад

Противник сдался и повержен

Иной тут невозможен выход


При Австрийском дворе тоже было немало недругов "мерзкого мезальянса", так называли этот брак ненавистники Бонапарта. Но там Анастасии и её напарнику по Вене князю Голицину было работать не в пример легче, чем в Париже. Мешали, правда, великосветские ухажеры из знатных и не очень родов, но их поделили между собой капитан фон Гетц и князь Голицин. Гетц вызывал на дуэль худородных, а князь - аристократов. Гетц отрубал своим противникам мочки ушей, а князь оставлял на щеках дуэлянтов крестообразный шрам, причем, дуэлируя с гвардейцами, князь восклицал, что бьется за "Прекрасную даму его души"!

В Вене даже появилось нечто моды на такие шрамы у бретеров. Князь Голицин изображал из себя в Вене жертву Петербургских придворных интриг, изгнанную то ли за роман с одной из Великих княгинь, то ли за тайную дуэль с одним из Великих князей, но при Венском дворе он прижился.

А баронесса Анастазия продолжала блистать в Венском свете и при дворе, поражая всех шикарными туалетами и умопомрачительными драгоценностями из древних развалин далеких Испанских колоний. Среди Венских модниц ходили сплетни что, что у провинциальной баронессы в гардеробе почти сто платьев, но досужие языки врали. В гардеробной зеленоглазой красавицы, было уже более двухсот платьев. Как говориться "Noblesse oblige".

Князь и баронесса получили секретное задание: изъять у маркиза де Тарси (из французских аристократов-эмигрантов) несколько неосторожных писем, написанных некогда совсем юной Марией-Луизой. Хитрый маркиз хранил свои архивы в огромном кабинете, до потолка заставленного бюро с сотнями ящичков. Когда провалилась затея с выкупом, в дело вступили женские чары. Баронесса Анастасия стала засыпать маркиза весьма смелыми куртуазными письмами, которые коварно надушила своими любимыми духами. Один из её калмыцких индейцев-охранников обладал воистину собачьим нюхом, и, проникнув в дом маркиза, который в это время находился в ложе Венской оперы в обществе баронессы, отважный урядник по запаху духов нашел именно то бюро, в котором хранилась любовная переписка, и изъял компрометирующие принцессу бумаги. Когда же маркиз на основании этих писем попытался подкатить к баронессе, она устроила жуткий скандал, объявив эти письма фальшивками (писала кстати эти письма фрау Кюн) и так застращала амурного маркиза, что он от греха подальше, уехал в город дождей и ростбифов, известный так же как Лондон.

Но внезапно над князем Голициным стали сгущаться тучи монаршего гнева, князь поцарапал на дуэли одного из младших адъютантов австрийского императора Франца II. Любой другой иностранец-эмигрант мог бы за это вылететь из Австрии, а то и в крепость загреметь, но Голицин входил в ближний круг баронессы Пфаннкюхен, которая, в свою очередь, входила в ближний круг эрц-герцогини Марии-Луизы, и император мудро свалил решение этой проблемы на свою вторую жену - Марию Терезу Каролину*. Во время малого утреннего приема императрица милостиво улыбнулась баронессе и пожурила девушку за то, что она не сдерживает своего пылкого поклонника. Конечно, это очень приятно, когда мужчина, обнажая шпагу, славит даму своего сердца, но сейчас уже далеко не те давние рыцарские времена, и хотя князь красавец... Но тут императрица заметила, что в зеленых глазах её собеседницы стоят слезы, и она явно хочет возразить, но не смеет. Получив разрешение говорить, баронесса весьма мило запунцовела, промокнула уголки глаз кружевным платочком, и срывающимся голоском поведала ошеломленной императрице фабулу и суть вопроса...

- Ваше Величество... Вовсе не из-за меня князь дерется с гвардейцами, и не меня он славит во время поединков, он мне как брат, и никак иначе. Он считает, что у гвардейцев может быть только одна Дама для поклонения, это Императрица, и поэтому он считает любой их флирт преступлением против своего кумира...

Тут уже императрица вспыхнула как маков цвет, а Анастасия продолжала говорить о том, как князь по-рыцарски предан Даме своей души и мечтает только об одной милости: носить под мундиром, на сердце, платок с вензелем императрицы. На этом разговор закончился, баронессу Мария Тереза отпустила милостивым кивком, и когда ей доложили об очередной дуэли князя с австрийским гвардейцем, она только грустно улыбнулась и прошептала: "Мой бедный рыцарь". И в этот же день подарила баронессе свой платок. Ну а потом новый придворный кунштюк... На придворном балу появился германский князь, который малость перебрав высказал претензию по поводу того, что это не есть гут, что какая-то нищая баронесса, сидит за столом на более почётном месте, чем знатный германский князь ведущий свой род от Каролингов. На что баронесса ответила, что судя по поведению, данный мужлан ведет свой род от свинопасов. И хотя ей, урождённой баронессе не сообразно скрещивать свой благородный клинок неизвестно с кем, но оскорбление нанесено дому ее сюзерена она будет драться, если конечно князь не струсит.

Дуэль назначили через три часа в фехтовальном Гвардейском зале. Князь прибыл будучи сильно возбужденным и встревоженным, ибо ему уже порассказали о фехтовальных талантах баронессы. Секундантом Князя был его вассал барон, от двусмысленности ситуации бывший пьяным в дрова, потому что ему сказали, что баронесса убьет и секунданта.

Секундантами баронессы был командующий конной гвардией и министр Двора, только это не дало случиться десяткам дуэлей между гвардейцами за право быть секундантами прекрасной баронессы. На а когда появилась баронесса Анастазия, битком набитый зал ахнул. Амазонка была в белом шитым серебром фехтовальном костюме, белой шляпе, белых сапогах и белом плаще с красным подбоем.Поприветствовав публику, поклонившись зашторенной согласно этикету императорскую ложу, где инкогнито пребывала августейшая чета, холодно кивнув князю и дружески уважительно поприветствовать его секунданта (отчего тот протрезвел), баронесса бросила шляпу на землю, плащ секундантам и обнажая шпагу, стала внезапно декламировать известные стихи Ростана из пьесы "Сирано де Бержерак"...


Свой фетр бросая грациозно,

На землю плащ спускаю я;

Теперь же - появляйся грозно,

О шпага верная моя!

Мои движенья ловки',

Рука сильна и взоры пылки.

Предупреждаю честно вас,

Что попаду в конце посылки.

И первый же выпадом, баронесса рассекла князю нос, откуда кровь хлынула чуть ли не рекой и приставила клинок к горлу князя, который при этом зарыдал. Судьи и секунданты немедленно признали победу за баронессой Анастазией.

Император наказал баронессу за дуэль тремя днями домашнего ареста и все три дня улица перед домом баронессы была заставлена экипажами визитеров.

## Глава 10. Венское кафе и римский фонтан


Опять интриги Ватикана

Но у разведчиц шпага востра

Они найдут тайник подземный

С загадкой графа Каллиостро


Княгиня , в своей любимой красной амазонке, ехала по Праттеру в открытой коляске запряженной белой Голландской кобылой с голубыми глазами, этому выезду завидовали все аристократки Вены. Сама эрцгерцогиня Мария-Луиза пыталась выпросить этот экипаж в подарок, но в момент разговора из глаз Изабеллы (так звали коняшку) потекла слеза и баронесса грустно сказала, что боится что бедная лошадка не переживет разлуки с ней, но отказать принцессе не может. Тут разрыдалась сама Мария-Луиза и стал обнимать то лошадку, то баронессу и просить у них прощения.

Так вот, проезжая по Праттеру, Амазонка увидела тележку зеленщика, прислонённую к стене некоего дома в оговоренном месте и на ней лежало два кочана капусты. Это означало, что она должна начиная с послезавтра, каждый день, с двух часов пополудни находится в кафе "У Мюллера". Так как туда придет навстречу, кто то ей лично знакомый.

Венская выпечка и кофе по Венски, это вечные Венские ценности и в кафе "У Мюллера" они были особенно чудесны. Княжна естественно не удержалась от порции штруделя и тут знакомый голос, на чистейшем столичном Венском диалекте, попросил разрешения присесть, извинившись перед баронессой за опоздание. Это был никто иной как граф Чернышов, с густыми усами и чёрной бородой, но безусловно он. И это означало, что задание будет очень важным...

В Риме в очередной раз обнаружены следы архива графа Калиостро и похоже , что в этот раз это следы реальных архивов, и что важно, в этих архивах присутствуют письма бабушки нынешнего императора. Ну любила Екатерина Великая писать неоднозначным персонам, то Вольтеру напишет, то вон Калиостро, который на самом деле и вовсе Джузеппе Бальзамо. За этим архивом много кто охотился, в том числе охотился за ними и Ватикан, причем настолько активно, что агент добывший информацию об архиве и успевший переслать ее в Тайную экспедицию, был найден отравившимся в своем гостиничном номере, где его видимо пыталась захватить секретная служба Папы.

Посему была организована специальная группа во главе с графом Чернышевым, в которую входила старая тройка в составе Амазонки, Иглы и Кицуне и двое людей графа участвовавших некогда в эпопее с короной. Никто из них никогда не был ранее в Риме и следовательно не засветился перед Папскими службами, ну а тайного визита графа Чернышова уж точно никто не ожидал.

Но перед отъездом "тройка валькирий", должна была решить один частный вопрос... У девушек было хобби, куда бы не заносила их боевая судьба, они по возможности сокращали популяцию насильников и извращенцев и тут как раз они и засекли еще одну подобную персону. Игла и Кицуне, изымая ночью из тайника секретную посылку, засекли двух мерзавцев напавших на девочку подростка и пытавшихся упаковать ее в карету.

Негодяев скрутили, девчонку освободили и выяснили, что мерзавцы работали по заказу графа Нейрата, некоего мутного аристократа вице-казначея Министерства двора в отставке. У этой мерзости было хобби, мучить, терзать и убивать девочек подростков, которых ему поставляли отбросы городского дна. Полиция не могла на него выйти, так как каждый раз, когда следы упиралась в аристократические кварталы, следствие прерывалось.

Допросив негодяев и отправив их бездыханные тела в Венскую клоаку, девица доложили Амазонке появившуюся диспозицию... Адрес графа и адрес пахана поставщика живого товара. И решение было не имеющее иных вариантов, кроме как покарать, тем более они на днях уезжают из Вены.

К пахану в дом зашли три цыганки цветочницы, сказав, что они и цветы это подарок. Как только за ними закрылись двери, хохотушки превратились в фурий, в момент вырезали и перестреляли охрану, а пахана распяли на стене кинжалами с его же ковра, на прощанье перерезав ему горло. Живых свидетелей не планировалось.

С графом было сложнее... Не дождавшись очередной жертвы, он остался в своем городском особняке и тут Игла, приняв облик трубочиста получила доступ в нужный дом, спустившись с крыши по стене проникла в апартаменты графа через окно, выходившее в густой сад и невидимое со стороны, парализовала его отравленной иглой выпущенной из духовой трубки, а потом сделала контрольный укол в ухо шляпной булавкой. А на другой день вся компания отбыла в Рим.

И вот как то по утру, на Тибре нарисовалась прогулочная галера, на которой в град Ромула и Рема прибыл испанский гранд дон Хуан, с воспитанницей, ее дуэньей и служанкой. С ними так же пребывали два хмурых типа, одним своим видом отпугнувших попрошаек оборванцев на пристани Виа Маре. Оттуда благородные господа и дамы направились в дорогую гостиницу, где и расположились на отдых.

Согласно полученной информации, тайник Калиостро находился на маленькой площади Ареа дель Аква, где находился фонтан из которого заправлялись водовозы.

И вот именно под этим фонтаном судя по добытой схеме и находился тайник графа Калиостро. Так что пришло время внедряться в цех Римских водовозов.

Римские водовозы, это был такой же микрокосм, как и скажем Венецианские гондольеры. Абсолютно закрытый Цех, где профессия передавалась по наследству и чужим тут места нене было от слова совсем.

И вот как то вечером в кабачок "У фонтана" ввалился радостно пьяный бородатый синьор в одежде торговца среднего достатка. Он провозгласил, что у него родился сын и во исполнение обета он бесплатно проставляется в двадцати римских кабачках и это как раз двадцатый. И не будут ли уважаемые синьоры против того что он угостит всех присутствующих стаканчиком вина, на что все присутствующие отреагировали положительно. Ну а когда счастливый отец узнал что присутствует в обществе римских водовозов, то попросил хозяина достать самое дорогое вино, дабы, выпить за здоровье уважаемых и благородных потомков Ромула и Рема, героически спасающих Рим от жажды, после чего стал лучшим другом всех присутствующих. И еще водовозов подкупила способность их нового друга пить вино и не пьянеть. (Не знали римские водовозы, что для гвардейского офицера, который некогда лопал водку и жженку кастрюлями, их кислятина была на один зуб).

Новый друг водовозов уважительно интересовался разными тонкостями их работы и особенно удивлялся тому, что вода в фонтане никогда не кончается, ну и ему объяснили, что под фонтаном есть целая система труб и насосов, которая, его и питает из Тибра, на берегу которого и стоит насосная станция, из которой и идет раздача воды. И после этого операция вошла в новую фазу.


## Глава 11. Рим. Подземелье под фонтаном


Великосветским извращенцам

Не долго зверствовать над Тибром

Стилет прекрасной Амазонки

Поставят точку этим играм


Джузеппе с ненавистью смотрел на корзинку с оливками, виноградом и сыром. Закуска без вина, всегда его раздражала и тут послышался шум и в помещение Насосной станции появился его напарники Пепе и увы с пустыми руками ибо старая Джулия из траттории "Веселый кот" больше не давала в долг, а до жалования еще оставалось три дня. И тут в дверь постучалась сама судьба в виде бородатого мужчины в поношенном солдатском мундире у ног которого стояла здоровенная бутыль с вином, а сзади которого хихикали две служанки. Солдат спросил есть ли у ребят нож что бы открыть серьезно запечатанную бутылку и в обмен обещал поделится вином.

Мужчину звали капрал Сольди, девиц Мари и Рози, и пирушка закрутилась. Вино оказалось очень хорошим и водопроводчики радостно и взахлеб отвечали на любые вопросы и прежде чем уснуть после добавления очередного зелья, показали где спрятаны ключи ключи от двери ведущей в Римские катакомбы, частью которых была система питающая нужный фонтан. Система кстати была вельми своеобразной... со старинного Римского акведука вода поступала в бассейн, откуда поступала по трубам в систему. Эта же вода крутила водяное колесо насоса. Там была сложнейшая системам кранов и перемычек и говорили, что это все сделано по эскизам Леонардо да Винчи и чуть ли не под его руководством.

Заперев дверь Насосной изнутри и оставив возле нее Иглу с пистолетами на готове , граф и княгиня раздобыв ключ от катакомб, в сопровождении одного из бодигардов ( второй остался охранять вход в казематы) зажгли висевшие у дверей масляные фонари и стали опускаться по узкой каменной лестнице.

Схему лни сняли со стены и достаточно легко нашли подземелье под фонтаном и занялись поисками тайника. И вдруг Амазонка почувствовала тепло на безымянном пальце, там где она носила камнем внутрь кольцо из тайника Мнишек, и уровень этого тепла менялся сообразно не передвижениям по подземелью, прямо как в детской игре "горячо-холодно". Температурные колебания привели княгиню к дальней стене, где из ниши торчал странный стержень с крестовой рукояткой практически не заметный в хаотичных переплетениях медных труб, судя по слою пыли сюда очень давно никто не подходил. Княгиня позвала своих спутников и показала на это устройство. Граф и аго человек с большим трудом провернули это подобие штурвала, дальше пошло легче и часть стены отошла в сторону открыв грот в котором стоял сундук, п на стене над сундуком висел портрет в раме и княгиня почему-то сразу поняла, что это и есть знаменитый граф Калиостро и что интересно, портрет был как новый и на новёхонькой на вид золоченой раме не было не пылинки, ну а потом стало еще интересней... каждый раз, когда граф или бодигард пытались подойди к сундуку их не пускало что то вроде появляющейся в воздухе туманной завесы и каждый раз перстень нагревался и тогда Амазонка сама подошла к сундуку и ни что ее не ограничило и ей показалось, что у портрета Калиостро замерцали глаза. Сундук как не странно был не заперт и княгине показалось, что крышка открылась сама. В сундуке лежали несколько небольших кожаных пеналов с удобными ремешками для носки, причем они тоже были как новые. Амазонка стала собирать пеналы за хвостики, их оказалось ровно дюжина, а под ними лежало шесть бархатных мешочков, с какими то камушками на ощупь и княгиня не раздумывая переместила мешочки в секретные карманы вшитые в юбке , ей показалось, что Калиостро на портрете улыбнулась, а портрет рассыпался в прах и перстень сразу же стал холодным и завеса у сундука исчезла.

Амазонка молча передала мужчинам пеналы и показала рукой на штурвал и ее спутники закрыли проход в грот. Причем когда он закрылся до конца рукоятка развалилось, а стержень выпал из стены.

В это самое время, в одном из мало кому известных помещений, невзрачный человек в простой сутане, работал с документами, как вдруг без стука распахнулась дверь и вбежавший в комнату монах затараторил: "Экселенция. Заработал Алтарь папессы Ионессы, но мы не успели выставить стрелки, он снова перестал действовать и мы засекли только направление к Тибру"-

Напрягшийся было кардинал взмахом руки отпустил монаха и пробормотал: "Значит кольцо Иоанны существует и оно в Риме".

Но это были не все новости на сегодня. Папа вызвал к себе Хранителя спокойствия Престола и сообщил ему, что в одном из переулков возле Колизея городской стражей найдено тело младшего докладчика каноника Журда и судя по тому, что при нем было найдено и тому во что он был одет, каноник Журд и был таинственным убийцей, уже год охотившегося на девушек в розовой одежде, зверски их насиловал и убивал и оставлял на истерзанных телах розовые же бантики и обязательно отрезал локон, который уносил с собой. В народе его прозвали Ночной цирюльник. Папа приказал не стесняться в средствах, но скрыть причастность преступника к Святому Престолу. И втайне Папа был больше расстроен потерей сотрудника с таким прекрасным почерком.

А это все было прощальным приветом Риму от подружек из Бурсы. Узнав о таинственном убийце и определив ареал его охоты Амазонка, Кицуне и Игла, устроили ночное патрулирование в подозрительном районе, надев розовые накидки и плащи и поймали негодяя на живца. Мерзавец в черном трико и чёрной маске, подкрался к Кицуне сзади и попытался оглушить ее дубинкой, но в результате оказался сам, оглушенным и спеленутым. У него девушки обнаружили поясную сумку с отрезанными локонами и розовыми бантами. Суд и казнь были спорыми и справедливыми.

Но не знали русские разведчицы, что убитый ими негодяй, был личной креатурой Хранителя Спокойствия Святого Престола, через которого, пойманного им на горячем, тайный альгвазил влез в секретную переписку Папы.

## Глава 12. Вена.Призрак герцогини


Шёнбрунн легендами наполнен

И слухи бродят и поныне

Явился снова в казематах

Вдруг призрак Белой герцогини


Когда баронесса наконец вернулась в свой Венский дом, то только там рассмотрела свои трофеи из под Римского фонтана и ожидаемо обнаружила там обработанные драгоценные камни в ассортименте, от алмазов до рубинов и изумрудов. Камни эти явно раньше были в украшениях и судя по всему относились к гонорарам за магию таинственного графа. Вспомнились сплетни в Смольном институте о таинственном графе и о том, что он княгине Голицыной явил призрак ее покойного мужа, которого она осязала и теперь вроде бы даже на сносях. И еще раз внимательно осмотрев таинственный перстень, Амазонка поглаживая камень внезапно услышало шопот, повторяющий одно и то же слово:"Мотылек" и Анастасия повторила его про себя и перстень потеплев на мгновение, принял какой то призрачный вид и княгиня откуда то знала что теперь он невидим для окружающих.


Однажды баронесса идя по коридору ведущему к апартаментам эрц-герцогини Марии-Луизы, с удивлением услышала детский плач и пойдя на звук, Анастасия обнаружила в глубине эркера горько рыдающую молоденькую фрейлину, ее звали Аннике Генриеттой, она была незаконнорождённой дочерью, ныне покойного герцога, который успел ее пристроить на должность унтер-фюрерин в кайзерюнгмедель, (а практически старшей прислугой в крыле фрейлин). На беду Аннике, к ней стал приставать обер-камердинер и когда девушка с возмущением отвергла притязания старого ловеласа, то он стал ей изощренно вредить, ибо имел к этому все возможности. Баронесса вспомнила этого типа с масляными глазками, а так как в ее прелестной головке умещались досье на солидную часть Венских придворных и оный мышиный жеребчик в этот список входил, то Анастасии сразу вспомнился один из его придворных грешков и одна своеобразная черта характера... этот тип был жутко суеверен, суеверен настолько, что скупал у гадалок за золото, амулеты защищающие от потусторонних сил, причем золото на это не жалел, хотя и был весьма жаден. И из жадности проистекал его придворный грешок... обер-камердинер подворовывал в императорских винных погребах, куда имел служебный доступ, бутылки старинных вин. Анастасия ненавидела несправедливость по отношению к слабым и она успокоив девочку, пообещала что этот мерзкий Гулон, больше ее беспокоить не будет. Анастасия быстро сложила мозаику будущей операции возмездия, тем более под нее укладывались и суеверия наказуемого, и его походы в повалы Шёнбрунна и одна древняя легенда...

Много лет назад, ревнивый немолодой жених из императорской фамилии, замуровал в этих подземельях молодую герцогиню которая пыталась сбежать из под насильного венца к любимому, и с тех пор любителям подобных мезальянсов попадавшим в эти подвалы, являлся призрак брюнетки в красном платье, с зелеными как у кошки с глазами, с серебряным фонарем в руках, этот фонарь призрачная дама подносил к лицу несчастного, выясняя не мерзавец ли он. Еще очень к месту, один из вариантов легенды гласил, что несчастную не замуровали, а заколотили в винную бочку, которая до сих пор стоит в одном из дальних помещений винного погреба, но по любому встреча с призраком для лиц типа старого сластолюбца, должна была быть роковой и он явно об этом должен был знать. Ну что же подумала Анастасия... Зеленые глаза в наличии имеются, из пары сотен платьев в моем гардеробе, красных найдется минимум дюжина, а черный парик, вообще не проблема. Ну ужо ты и получишь у меня старый сатир и по кошачьи зеленые глаза грозно сузились. К операции был подключен "Ангелочек" Франц, паж императрицы, тайно влюбленный в баронессу Анастазию и готовый за нее, и в огонь, и в воду, и в любые таинственные подвалы. И вот настал роковой для обер-камердинера день...

Он как раз нагрузив корзинку несколькими запылёнными бутылками Оттонеля 1647 года, в хорошем настроении семенил по коридору, как вдруг из бокового ответвления забрезжили белые блики света и оцепеневший любитель вина и юных дев, увидел женский силуэт в красном плате с фонарем излучающим мерцающий белый свет, и когда силуэт приблизился и камердинер увидел черные волосы и зеленые глаза, ноги его подкосились, корзина с вином и потайной фонарь выпали из его рук и он бессильно оперся спиной на стену. А призрак придвинув к застывшей жертве прекрасное лицо обрамленное черными локонами прошептал: -"Это ты надругался над юной Этель фон Шпессарт и утопил ее в пруду несчастный?"-

-"Нет, я даже не знаю этого имени прохрипел испуганный обер"-

-"Ну сейчас узнаем врешь ты или нет несчастный"- произнесла призрачная герцогиня сверкнув зелеными глазами и обернувшись позвал громким шепотом:

-"Этель иди сюда"- Из мрака появился белый скелет и произнес нежным голоском, почему то перемежаемым похрюкиванием (Франц одетый в черное акробатическое трико разрисованное изображением костей, еле сдерживал смех):

-"Это не граф Рюккель, это другой негодяй, который хочет надругаться над тремя юными фрейлинами"-

-"Не-е-ет завизжал камер-юнкер, только над двумя и я ничего с ними еще не делал и вообще это была просто шутка"-

-"Так слушай мерзкий швайнебубель, если ты не только пальцем, а хотя бы злым словом тронешь хоть одну юную девицу, я навещу тебя той же ночью, где бы ты не скрывался. Ты понял швайнекерль?"- И рука призрака легла на плечо Обера, который с ужасом почувствовал ледяной холод, пронзивший его даже сквозь одежду.

-"Да-а-а"- простонал фальцетом несчастный и провалился в спасительный обморок. Конечно русской княжне не пристало применять солдатские словечки, но тирольской баронессе можно, тем более кусок льда завернутый в пергамент и спрятанный в перчатку, доставлял Анастасии определенные неудобства, что несколько раздражало, что и нашло выход в некоей не совсем куртуазной терминологии.

Ну а у княгини появилась еще одна преданная, хоть и немного простоватая креатура.

## Глава 13. Вена. Еще одна лавка ювелира


Ждет Лондон, и так жаден ювелир

Но разобрались девушки с поганцем

И два мерзавца под мостом висят

Отмечены венками с фледоранжеи


Новое задание было для Амазонки, Кицуне и Иглы очень серьезным, ибо его привез в Вену сам граф Чернышов, инкогнито естественно. И так сложилось, что они оказались с княгиней в постели, их внезапно потянуло к друг другу со страшной силой и они не могли этому противиться. И только утром, нежно ее поцеловав, граф сказал: "Прости дорогая, но тебе и твоим девочкам надо ехать в Лондон и дело мало, что не терпит отлагательств, а еще и очень опасное ибо там столкнулись интересы слишком многих тайных сил, в том числе и Ватикана. В Лондоне находятся две главных фигуры заговора против покойного императора Павла, Лорд Чарльз Уитворт и мадам Жеребцова и теперь они становились не только важными свидетелями, но и инструментом для политического шантажа. И императора Александра надо было спасать ибо кто бы, не использовал эту сладкую парочку мерзавцев, это все равно было бы во вред России. Приказ был конкретен ликвидировать любым путём при этом, что бы даже тени не пало на Россию, то есть свидетелей н должно было быть от слова вообще. И в плен попасть живыми было недопустимо. Ну и по части материального снабжения, тоже надо было выкручиваться самим ибо российские департаменты были густо инфильтрованы британской агентурой. А при российской бюрократии, любая, секретная сумма, это жирный след, для вражин и злыдней. И сейчас баронесса шла к ювелиру, который мог купить драгоценных камней сразу на большую сумму, конечно с крупной маржой в свою пользу, но платил сразу и что важно, за большие партии он платил золотыми гинеями. Информацию про этого ювелира слили слуги одной графини, которая тайком от мужа продавала камушки из драгоценностей подаренной ей мужем, дабы содержать своих любовников, двух братьев близнецов драгунских фенрихов. Анастасия придала себе вид купеческой дочки, взяла пяток разных камушков из разных мешочков и отправилась к ювелиру, который жил на другом конце Вены на самой окраине купеческого района, причем вне квартала ювелиров. Внешнее сопровождение осуществлял Говоруха-Отрок, с двумя молодцами из охраны Амазонки и Игла. Анастасия в маскировке превзошла сама себя. В лавку к ювелиру зашла простецкая, купеческая дочка с большим носом и пунцовея сказала, что ей порекомендовали герра ювелира и по простецки высыпала на стол камушки из кошелька. Ювелир внимательно их рассмотрел и дал вполне приличную цену и отсчитывая сто двадцать рейхс-таллеров, рассеянно спросил, а нет ли еще таких камушков, тогда их хватит на гарнитур и он хорошо заплатит, на что простушка радостно закивала головой и сказала, что сейчас сходит за всем мешочком, но руки княгиня держала рядом с разрезами в юбке, где скрывались тульские трёхствольные пистолеты и как выяснилось не зря... За ней увязался хвост и его пришлось жестко отрубать и сначала допросить конечно и из допроса выяснилось, что один из камушков был в розыске и платили за информацию об его хозяине платили больше, чем за десяток таких камушков, а за самого хозяина вообще невообразимую сумму. Шпика прирезали и спрятали в канаве, а к лавке ювелира несколько позже подкатила тележка угольщика и угольщик и помощники стали колотить в двери из которых вышел охранник и после бурной беседы вернулся в дом вместе с угольщиком, потом туда зашли и подмастерья, а потом ворота дома открылись и подмастерья угольщика завезли туда тележку, следом за которой прошмыгнули два мальчишки. Охранников ювелира прикололи сразу, а ювелира стали увлеченно допрашивать, и как бы он не держался, на третьем отрезанном пальце, он заговорил. Оказывается есть Ватиканский секретный розыскной лист драгоценностей и он есть у многих ювелиров, и они по нему работают ибо ссорится, с Ватиканом не хочет никто. Так один камушек из Римских трофеев оказался из этого списка. То есть Ватикан ищет наследство Калиостро и тех кто им владеет. Лавку по быстрому обыскали и первым делом Амазонка изъяла свои камни и прибрала Ватиканский розыскной лист, что бы отсортировать те свои камушки которые там есть, ну а потом прошерстила лавку на предмет тайников (в Бурсе этому хорошо учили). Уловом стало одиннадцать тысяч рейхс-таллеров и двадцать две тысячи гиней, то есть на поездку в Лондон хватит с лихвой . Но перед отъездом девушки проверили по Ватиканскому списку остальные трофеи и нашли дюжину засвеченных камней. Их княгиня тоже решила взять в Лондон, были кое какие мысли на эту тему.

Но перед отъездом "тройка валькирий" (как с легкой руки графа Чернышова называли теперь себя подруги), решила в очередной раз свершить справедливость.

Это событие не сильно занимало Венский свет, кроме романтично-трагической нотки, невеста была похищена перед свадьбой, и найдена повесившаяся в изорванном свадебном платье. Девушка служила в гостинице прислугой, зарабатывала себе на приданное и заработала и жених ее, помощник лесника из баронства Штенгбурн, решил оформить брак в Вене, в чем помог благоволивший к нему барон. Девушка пошла переодеваться в свадебное платье в свою съёмную комнату но подруги так и не дождались ее у фиакра. Судя по всему ее похитили и утащили через черный ход.

У фон Гетца была сеть информаторов из слуг и мальчишек газетчиков и эта сеть сработала и прояснила эту историю. Служанка настолько приглянулась парочке мажоров буршей , что они на неё поспорили и она прельщенная хорошей пригоршней золотых, уступила одному из них, дабы округлить приданное, второй затаил злобу и стал за ней следить и накануне свадьбы похитил ее и надругался над девушкой вдвоем со своим лакеем, а потом имитировал самоубийство. О деталях лакей проболтался по пьянке и информация дошла до фон Гетца. В результате бурша и лакея выследили и повесили в роще на окраине Вены, приколов им на одежду фледоранжевые свадебные веночки.

А наших друзей ждала Британия.

Ну что же, в Бристоль дамы и господа, в Бристоль.

А когда информация об инциденте с Венским агентом достигла кардинала из Секретной службы Ватикана, то он проведя расследование интуитивно понял, что тут действовали не просто грабители и через свои креатуры подкинул Папе идею, повозить алтарь Очищения от скверны (известный так же, как Алтарь папессы Иоанны) по монастырям. Кардинал интуитивно почувствовал тень серьезного противника.

## Глава 14. А где-то Лондонский дождь


Хмур Лондон, как всегда дождлив туманно

Но не уйти изменникам от кары

Изменников , что спрятались в тумане

Настигнет Немезида злым ударом


В Бристоль прибыла знатная китаянка с двумя служанками , а вот в Лондоне из дилижанса уже вылезли судя по их виду три провинциальные дочки богатых арендаторов. За ним от станции дилижансов увязался воришка, нутром почувствовавший деньги в их пухлых саквояжах и его пришлось прирезать в переулке ибо риск надо было свести к минимуму. Разделившись и поменяв по три кеба , боевая тройка прибыла наконец в пансионат "Одинокая леди", тут сдавали номера только одиноким дамам и мужчинам ход сюда был запрещен. Сдавались тут комнаты только не меньше, чем на три месяца и пока шла оплата никого не волновало, живет ли в комнатах кто-нибудь или нет, но как только срок оплаты истекал, комната меняла хозяйку. Все это было очень удобно, для акции прикрытия. На следующий день Игла и Кицуне ушли в город, а вечером в пансионат въехала китаянка, которую провожал до дверей китаец слуга. А на следующий день они отправились в Челси Бэнк, о котором им поведал граф Чернышов. Этот банк давал ссуды под залог драгоценностей, не интересуясь их происхождением и плюс за очень большие деньги, оказывал информационные услуги.

В это самое время, Амазонка, так же выйдя в город, зайдяна снятую ими конспиративную квартиру выбранную из за неприметного черного хода, преобразилась в разбитную служанку и отправилась в паб "Ливрея" где собиралась прислуга лондонского обеспеченного слоя. Там был своеобразный финансовый дрескод в сумме десяти гиней, который Анастасия естественно преодолела.

Симпатичная простоватая щедрая горничная, захотевшая проставиться , как новичок, ликером и пирожными, сразу обросла подружками и окунулась в поток сплетен, которые ненавязчиво направляла в нужную сторону и очень удачно просчитала бывшую служанку одного из объектов разработки, мадам Жеребцовой.

А Кицуне в образе знатной китаянки и Игла в образе ее спутника, взяли в банке ссуду под драгоценности, открыли тут же счет, и сразу же перевели часть средств в "Отдел консультаций" где попросили полный пакет информации по лорду Уитворту.

И вот на конспиративной квартире тройка обобщила добытую информацию...

Лорд и Мадам (так у них числились объекты) вложили деньги заработанные на убийстве императора Павла, в торговлю опиумом и если у Мадам дела шли хорошо, то Лорд сам подсел на опиум и вдобавок поймал игровую зависимость. А еще они случайно перешли дорогу купцам из Шанхайской триады, дешево продав крупную партию опия, уронив этим цены и введя китайцев в убыток. И теперь мадам Жеребцова отбывала в Новый свет, что бы переждать там возможные неприятности. Важной информацией, полученной от служанки Мэри, что была у Мадам на посылках в городе, было то, что помимо прочих грузов, на корабле был порох для гарнизона Галифакса и хранился он аккурат рядом с крюйткамерой. И еще Мари сказала что капитан "Медузы" несколько раз поднимал скандал на весь причал, по поводу курения в неположенных местах, м один раз даже вышиб курильщика пинком с трапа. И сразу появилась идея поднять с помощью этого пороха и корабль и Мадам на воздух. Служанка приходила и уходил с корабля, вечером и была в плаще с капюшоном и Кицуне, заменившей заснувшую после глотка вина с сонным зельем девушку ничего не стоило проникнуть на практически пустой корабль, команда которого прощалась с портовыми кабаками, перед дальним походом. Для специалистки по Ниндзяго, проникнуть в крюйт-камеру и заложить там адскую машину было достаточно просто и ближе к ночи корабль взлетел на воздух вместе с пристанью в дальнем грузовом рукаве Темзы. Правда не очень повезло в эту ночь двум кэбменам, ибо хвосты защищались жестко.

Ну а потом наступила очередь лорда. К нему в дверь особняка постучались богато одетые китаец и китаянка и сообщили мажордому, что привезли ему долг от купца Ли Вонга и были пропущены в дом. Когда через два дня вернулся из отпуска садовник и зашел в дом, то нашел там трупы мажордома, двух слуг и самого лорда. Причем голова лорда Уитворта стояла на столе, отдельно от тела.

Сообщение о выполнении задания Амазонка отправила через данный ей графом Чернышевым почтовый ящик в одном соборе. Там она должна была оставить кошелек с пожертвованием у определённого помощника викария, сказав.что это пожертвование от дочки купца из Белфаста. И надо было такому случиться, что кольцо из клада Калиостро на ее руке заметил ватиканский агент, заглянувший в англиканский вертеп следя за подозрительным типом. Это кольцо было в поисковых списках и агенттпослал проследить за девицей помощника, который после этого исчез. Но в Ватикане получили ещё одну ниточку.

Когда белые скалы Дувра скрылись в тумане, пара молодоженов плывших в свадебное путешествие осталась на палубе в одиночестве (это были Игла и Кицуне, Амазонка изображала молодого английского виконта). Обычно не рассуждающая Игла, внезапно задумчиво сказала, что в этот раз больно много хвостов пришлось зачищать и возможно есть среди них совсем лишние жертвы. На что Кицуне сказала, что в их окаянном деле нет излишних жертв, а есть только кровавая окалины сыпящаяся с меча, закаливаемого в чане с кровью возмездия.


## Глава 15. И снова Париж


Наполеон развёлся с Жозефиной

Над троном вспыхнула зловеще руна

В его клепсидре кончится удача

И отвернется от него Фортуна


Граф Александр Иванович Чернышов* приехал в Париж официально и легально и хотя он не имел официальной должности, тем не менее он был вхож во многие высокие дома Парижа и был принят даже Наполеоном. Граф слыл повесой и бонвиваном, но две из трех французских секретных служб, состоящих, кстати, из махровых якобинцев, ( под кружевными жабо татуировки с отрубленной головой Людовика и надписью "Смерть королям"), считали Чернышова опасным человеком. И так было на самом деле, ибо Чернышов был резидентом Русской разведки в Европе и параллельно начальником Тайной канцелярии, новой личной разведки императора Александра.

Когда Анастасия, проезжая в условленное еженедельное время по улице Белошвеек, увидела, что официант в бистро у Комеди Франсез, где некогда блеснул дедуктивный талант баронессы, подметает площадку перед входом, будучи при этом в красной парчовой феске, она поняла , что граф Чернышов срочно ее ждет на конспиративной квартире находящейся тут рядом в переулке за зданием оперы.

Оказалось , что графа взяли в разработку альгвазилы Фуше и шпионы Савари , и это очень мешало работать. И тогда граф задумал одну провокацию, и именно Анастасии было поручено провести операцию прикрытия, которую она сама и разработала. Когда граф Чернышов выслушал княжну первый раз, то пришёл в ужас, но потом задумался и пришёл таки к выводу, что это все настолько нагло выглядит, что может и прокатить. А на следующий день, в Парижской опере, баронесса Анастазия подошла к императору Наполеону (он дал ей такое право, после восхитившей его истории с визгом) и попросила о секретной беседе. Анастазия сообщила, что граф Чернышов - явный шпион, так как, судя по всему, он только претворяется простаком и бонвиваном, ибо не может быть простаком человек, так хорошо играющий в шахматы. - "Ведь, представьте, Сир, он выиграл у меня два раза из трех, и прислуга у него только русская, хотя в Париже это нонсенс, тем более, эти варвары настолько лишены вкуса, что подают белое и красное вино на одном подносе. Французский или австрийский сомелье никогда бы такого себе не позволил. И, напоследок, баронесса сказала, что у графа есть секретная черная шкатулка, которой он очень дорожит, и в которой наверняка и скрываются главные шпионские тайны"- . . . И Бонапарт клюнул.

Агенты герцога Савари* проникли в особняк графа Чернышова и похитили черную шкатулку... В шкатулке оказалась любовная переписка с некоторыми замужними знатными дамами Парижского света причем часть из них были родственницами и подругами и кстати была пара любовных писем и от баронессы Анастазии. После этого Наполеон отсмеявшись , приказал своим спецслужбам оставить русского графа в покое.

Но не оставили баронессу в покое отцы иезуиты. Их заинтересовал столь яркий фрагмент светской жизни и они естественно могли в той или иной мере разъяснить молодую баронессу, а это было недопустимо.

Их резидентура располагалась в Католической школе, где учились дети из семейств среднего достатка и фон Зас вербанул там служаночку, будучи в образе отставного сержанта сапера имевшего крепкое хозяйство в Бургундии и приехавшего в Париж искать жену (саперская накладная борода тут очень помогла для изменения внешности). Зас вскружил девушке голову, а учитывая то, что ее дарил знаками внимания проректор отец Митр, она много чего знала о внутренней кухне иезуитов. Не тот стал орден и хуже стал хранить свои тайны, особенно от смазливых пейзанок. Селестина рассказала про секретную комнату отца Митра, куда он ее несколько раз заманивал для домоганий, которые она естественно отвергала. В этой комнате был стол, большое кресло (произнося слово кресло девушка немного запунцовела) и все стены были до потолка заставлены шкафами с множеством ящичков в которых лежали бумажные карточки с описанием разных людей. И у Анастасии созрел план, как отвлечь от себя внимание иезуитов...

Однажды вечером к Селестине подошел смутно знакомый студиоз и смущаясь попросил о помощи. Он мол хочет подарить отцу Митру бутылочку полстолетнего вина из погребов своего отца виноторговца, но хочет сделать сюрприз и не может ли милая девушка спрятать эту бутылку в личной комнате отца наставника, в той самой, где шкафчики и кресла , и переодетая юношей Игла звякнула в руке золотыми.

Апартаменты отца Митра находились в отдельном здании и пожар уничтоживший это здание не затронул других строений. Да, хорошо всё-таки учили в Бурсе химии.

И еще одну пользу русская резидентура поимела с этой операции. На всякий случай Кицуне и Говоруха-Отрок перехватили одного из курьеров иезуитов едущих в Париж и среди прочих интересных бумажек был розыскной лист на перстень папессы Иоанны с описанием точно соответствующим перстню Анастасии найденом в тайнике Мнишек.

И вот, 16 декабря 1809 года Бонапарт официально развелся с Жозефиной, оставив ей непонятный титул Вдовствующей императрицы, и отгремела свадьба с Австрийской принцессой в 1810 году (правда нетерпеливый корсиканец вступил в свои супружеские права, перехватив свою невесту еще на подъезде к Парижу), и на свадьбе среди фрейлин и подружек невесты блистала невиданными драгоценностями молодая баронесса, а на праздничном балу у австрийского посланника Шварценберга вспыхнул пожар, в котором сгорели все архивы посольства, естественно, кроме наиболее важных, которые Говоруха-Отрок лично доставил в Петербург Императору Александру. А потом загремели пушки 1812 года.


## Глава 16. Париж. Комеди Франсез


Театр чудесный микрокосм

И строит сам себе препоны

Коль за кулисами кишат

Коты, актеры и шпионы

Полина Бонапарт, пригласила свою подругу баронессу Анастазию в театр Комеди Франсез, где в зале Ришелье давали какую-то грустную комедию. По ее сюжету, при дворе какого-то древнего герцога кипели страсти, в диапазоне от несчастной любви, до любовных треугольников, иногда персонажи пели и причем весьма не плохо. В этом театре иногда играли инкогнито дамы из Высшего света, играли они в полумасках дель арте. И в этом спектакле играла сестра Полины Каролина. В следующей картине, дама в платье позапрошлого века и соответствующей прической в виде крепостной башни, долго и с подробностями рассказывала, как её бросил коварный возлюбленный, так ни разу и не полюбив. Каждый пассаж этой актрисы зал встречал бурными аплодисментами и как я понял по заслугам. Играла она прекрасно, внешние данные были выше всяческих похвал даже в маске и как почснила, эта актриса была на самом деле не сестрой Каролиной, играющей в театре инкогнито.

Дама трагически застыла в центре сцены, в не лишенной изящества позе, обличения невинностью коварства, и тут откуда-то сверху, с колосников, прямо ей на голову рухнул непонятный предмет и с мявом вцепился в прическу. Парик естественно не удержался и обезумевшая кошка (а это было весьма крупное и в добавок рыжее животное) стала кататься по полу борясь с несчастным шиньоном.

Каролина будучи судя по всему уже опытной театральной дивой, сделала вид, что кошка падающая с неба, это так и нужно по либретто, и воскликнув: - " Это все он негодяй подстроил, ему это даром не пройдет !" - трагически-быстрым шагом, покинула сцену.

В антракте, Полина, оставив Анастазию на попечение мвитских офицеров , убежала за кулисы и вернувшись, принесла ворох новостей...

Во первых несчастная кошка в процессе битвы с шиньоном, забилась вместе с оным под реквизитный буфет на арьерсцене, где и была забаррикадирована бдительным директором театра, дабы выяснить после спектакля, чье это животное и вообще зачем и как.

Во вторых Каролина, с которой кошка похитила парик, жаждет узнать чьи это происки и попросила свою сестру привлечь к расследованию своих офицеров, иначе если привлечь людей Фуше могут пострадать невиновные (Полину, как супругу маршала Мюрата, сопровождала свита из его офицеров).

Ну и в третьих прибежал сам директор театра и отведя меня в сторону тревожным шёпотом рассказал, что у графини имярек, выступающей в театре инкогнито, во время спектакля пропал из грим-уборной драгоценный кулон, тянущий на десять тысяч золотых наполеондров и это катастрофа и удар по репутации театра.

Ну что же, решила Анастазия, придется взяться за дело, тем более что спектакль ей понравился.

Учитывая что театр был столичными (то есть подразумевалось, что там могли бывать коронованные особы), планировка подразумевала возможную изоляцию друг от друга, лож, зала и служебных помещений, то есть зрители попасть на сцену не могли и следовательно были вычеркнуты из подозреваемых в краже. Зрителей после спектакля благополучно выпроводили из театра, а вот труппа и обслуга остались. Офицеры по приказу Полины, еще до антракта заняла все входы и выходы, и баронесса приступила к расследованию...

Первой естественно была опрошена Каролина пострадавшая от кошки, она со знанинием дела дала расширенный обзор морального уровня ряда коллег по сцене. Под Билль об аморальности из Кодекса Наполеона подпадали человек семь, которым инкриминировалось следующее:

*измены женам, мужьям, любовникам и любовницам (причем ряд званий относился одновременно к одним и тем же людям);

*зависть из которой явно проистекала склонность к воровству (в этом сезоне у одного из ведущих актеров пропало уже три левых тапочка);

*нарочитое подмешивание в реквизитную посуду настоящих спиртных напитков вместо воды (что весьма оживило сцену банкета);

*попытки рассмешить актрис при исполнении трагических ролей (из за этого ведомая на казнь принцесса Мауна, хохотала стоя на эшафоте, а король Лотр изгоняя в пустыню своих малолетних детей, несколько раз хрюкнул от сдерживаемого смеха, что несколько сменило акценты пьесы, задуманные автором);

*получение путем интриг и разврата главных ролей;

*попытка убийства путем вбивания в планшет сцены гвоздя;

*натравливание кошки на примадонну (по поводу кошки под подозрение были взяты все перечисленные);

Под конец Каролина сказала, что если я найду бессовестного вора, то к гонорару в тысячу золотых объявленному графиней, она добавит две тысячи наполеондров, ибо дело даже не в кулоне, а в принципе торжества правосудия ибо нечего портить приличным людям отдых.

Вторым был директор театра, который не растекаясь мыслью по древу, сообщил, что кошка упала с колосников, куда могла попасть только справа, так как левая часть трапа была разобрана для ремонта. Порода кошки не известна и её сейчас собираются вытащить из под буфета, что бы отобрать парик и выяснить её принадлежность. Что то буквально щелкнуло у баронессы в голове и она схватив таш приказала офицерам выдвинуться на арьерсцену к буфету и лично изъяв кошку и парик, никого к ним не подпускать до ее прихода. Еще в течении четверти часа она опрашивал свидетелей и тут пришла первая информация от офицеров охраняющих буфет. К ним сначала подкатил некий герой-любовник с предложением помочь со спасением несчастного животного из под буфета, а потом вдруг проявилась молоденькая и очень нервничающая гримерша, с просьбой дать ей злосчастный парик для приведения оного в порядок.

И вся мозаика преступления сложилась...

Офицеры по приказу баронессы локализовали кота, героя-любовника и гримершу. Лохматого рыжего котяру освободили от парика и парик был тщательно исследован. Естественно кулон был в парике. Воришки рассчитали все правильно... Спрятать кулон в парике это было гениально, полицейские обыскали бы всех, кроме Каролины и поэтому уворованное гримерша спрятала именно в ее парике. Ну а изъять кулон позже и вынести из театра, было делом техники. Вот так мирный рыжий парижский кот, встал на пути у преступного мира.

А расследование сестры Бонапарт поручили баронессе , потому что недавно она за считанные минуты нашла воришку карманника, прогнившего на прием и сперевшего несколько дорогих брегетов. Анастазия будучи профессионально наблюдательной заметила, что у одного из ассистентов сомелье, туфли отличаются от других официантов. И сам Фуше назвал ее королевой сыска.

## Глава 17. Где-то во Франции


Кипит война, грохочут пушки

Идут колонны по мосту

Закат империи грядет

Ну а шпионы на посту


Все эти славные и трудные годы княжна Белосельская-Белозерская и её боевые товарищи трудились во славу Российской империи. Князь Голицин был назначен командиром особой фельдъегерской группы, подчинявшейся лично Императору Александру, и одной из задач этой группы была связь с зарубежными агентами Империи. Сложность данной работы была в том, что часть этих агентов были двойными, а то и тройными. Такова была тогдашняя традиция Тайной войны. Но князь вполне успешно лавировал в этом компоте и с помощью группы княжны, приводил е знаменателю наиболее зарвавшихся и одиозных персон.

Очень сложной была операция по нейтрализации двойного агента, британского представителя при австрийском штабе капитана, виконта Солсбери (австрийцы как раз только что перешли от Наполеона на сторону коалиции). Этот британец будучи законченным игроком был в долгу как в шелку и работал и на французов и на австрийцев, естественно за золото.

Ликвидировать его было нельзя, но убирать из штаба данного индивидуума было необходимо ибо сюда должна была вот вот поступить информация о рейде партизанского отряда Бенкендорфа в Голландию и допустить утечку было недопустимо.

Тут сработала Игла. Она под видом пейзанки подружилась с прислугой из трактира где располагалась британская миссия. И как то вечером Игла подсыпала в "Ночной колпак" (традиционный стаканчик виски перед сном у британца) сонное снадобье. А когда британец вырубился, слуги, которым Игла рассказала трагическую историю об обесчестившем ее британце причём отказавшемся после этого жениться (история была подкреплена пригоршней золотых), раздели бесчувственного британца, нацепили на него женское белье и оттащили в свинарник,( где свиней постояльцы уже подъели), где его живописно разложили, а потом пустили слух по штабу. На другой день капитан срочно убыл в Лондон.

А княжна, то в бальном платье, то в алой амазонке, а то и мундире офицера, мелькала то в Париже, то в Вене, то в Брюсселе. В конце марта 1814 года, когда Русская армия и её союзники находились на распутье в центре Франции, князь Голицин получил приказ встретить на дороге, у местечка Пуасси, гонца с важным пакетом. Гонец будет одет в мундир французского офицера, и отличительным знаком будет белая шаль или шарф на его левом предплечье. В те времена кавалерийские офицеры любили такие памятки о дамах сердца, и в этом не было ничего необычного. Князь с дюжиной кавалергардов* прибыл в назначенное место в условленное время и, расположив свой отряд в небольшой рощице, стал ждать. И вот гонец показался, но не один. За всадником в красном гусарском ментике гналась дюжина польских улан*. На полном скаку гусар повернулся к преследователям, вытянул руку, и после двух выстрелов почти слившихся в один, двое улан вылетели из седел. Поменяв пистолет, всадник еще двумя пулями уменьшил погоню на соответствующее количество. Кавалергарды стали переглядываться, а подполковник Говоруха-Отрок сказал князю Голицину: "Ой, где-то я такую стрельбу дуплетом уже наблюдал". Тут со всадника слетел кивер, и русские кавалеристы увидели, что в гусарский доломан и чикчиры одета девушка. Корнет Ланской ахнул с восторгом: "Как же ей идет гусарский мундир!", на что князь ответил: "И алая амазонка ей весьма к лицу", и скомандовал: "По кавалерии противника... огонь!". У кавалергардов были с собой на этот случай тульские штуцеры, и они сказали свое грозное слово. Ряды польского отряда таяли на глазах, но уланы, обнажив сабли, шли в атаку до последнего. В плен никто не сдался. Эх, славяне, когда мы перестанем резать друг друга в чужих интересах... Ведь ясно уже было всем полякам, что Наполеон обманул их с независимым польским королевством, но драться продолжали всё равно отважно. Прекрасная всадница, а это была Анастасия, подскакала к русским кавалеристам и протянула князю пакет: - Это императору лично, а на словах передайте, что Наполеон не пойдет сразу к Парижу, он решил провести рейд по тылам Союзных армий, попутно собрав гарнизоны северо-восточных крепостей и усилив свою армию, только тогда нанести новый удар, и деблокировать Париж". Когда князь брал пакет из рук Анастасии, пальцы их соприкоснулись, и будто маленькие молнии проскочили между ними. Подъехавший кавалергард подал княжне кивер, сбитый с неё пулей. Анастасия одела его, лихо заломив, прикоснулась двумя пальцами к козырьку, и пустила своего коня с места в галоп. Корнет Ланской, проводив девушку восхищенным взглядом, весь обратный путь вслух на ходу ваял вирши:

Под гром орудий и трезвон булата,* Сквозь дым пороховой узрел пиит, Как всадник в красном доломане Стрелой стремительной летит. Араб изящной инох`одью Летит, почуяв шенкеля. Вдруг вражья пуля на излете Сшибает кивер у гонца.... И, чу, свершилось будто чудо - Пред нами девица-краса, Отвагой дерзкою сияют Её зеленые глаза...

- "Эх, Ланской... Слава Дениса Давыдова не дает покоя?" - спросил князь Голицын, и корнет смущенно умолк. А ротмистр фон Корн добавил: -"Смотрите корнет, война кончится, а вот наклонности то останутся"-


Отгремела Парижская битва, Молох войны пожрал напоследок десяток тысяч русских, немецких и французских жизней.

А 31 марта Русская армия вступила в Париж. На балу в Мальмезоне первый танец император Александр I танцевал с Жозефиной, а второй - с княжной Белосельской-Белозерской, в которой Парижский бомонд с изумлением узнал некоторое сходство с Анастазией фон дер Пфаннкюхен. Впрочем истинное имя Амазонки заявлено не было, ибо ее работа на Тайном фронте продолжалась. Перед отбытием в Шёнбрунн, императрица Мария-Луиза подарила своей подруге замок Блуа, на который Анастасия тем не менее оформила купчую и внесла а Казначейство сто двадцать тысяч золотых.

Ну а далее баронесса продолжила блистать в Вене и в Париже.

## Глава 18. Каролина Бонапарт


Кинжалы, штуцера, лупары

Они орудия судьбы

От взрывов задрожал Альбано

Гвардейцы мечутся в ночи

Свершилась месть на Аппенрнах

Для негодяев это скверно

Но наказуема измена, во все века

И это верно


Фон Гетц доложил, что госпожу баронессу желает видеть дама под вуалью, представившаяся, как актриса из Комеди Франсез. Этой дамой оказалась Каролина Бонапарт*, вдова недавно расстрелянного маршала и короля Неаполитанского Мюрата. Корсиканка, при любых ситуациях остается корсиканкой и Каролина не забыла, как предали ее супруга. Она сказала баронессе, что знает о ее связях в тенетах Тайных войн и просит помощи в осуществлении праведной мести. Два человека виновны в гибели маршала Мюрата, это маркиз Кавальканти и генерал Мазини. Именно они подбили его на Неаполитанские авантюры и именно они способствовали его аресту, закончившимся расстрелом. И теперь вдова хотела покарать негодяев. Она положила на изящный чайный столик тяжело звякнувший ридикюль, сказав, что тут драгоценности для исполнителей.

Надо сказать, что Каролина очень удачно зашла... Маркиз Кавальканти работал на Ватикан и вплотную подобрался к русской резидентуре и его надо было локализовать или вообще нивелировать и тут вдруг такая оказия...

У князя Голицына, совершенно случайно были контакты с Неаполитанской Каморрой и он их задействовал. Донам мафии рассказали о священной мести вдовы, внесли в Омерту, помощника маркиза Кавальканти, капитана Гуццо, который слишком много знал и вручили ридикюль с предоплатой (бандитто работали только со стопроцентной предоплатой). Ну и операцию не стали откладывать , в качестве "представителя заказчика" с киллерами поехал фон Гетц.

В Неаполе еще не успели навести мирный порядок, и кое где были и грабежи и даже пожары. По улицам ходили патрули, но каморрцев щеголявших в плащах цвета крови они как бы не замечали (судя по всему срабатывали какие-то местные договорённости).

Дом маркиза был в тенистом саду и то как быстро и четко охрана была взята в ножи, с улицы никто не заметил. Прислугу заперли в темной кладовой, а маркиза после непродолжительных поисков вытащили из шкафа, где он отважно скрывался. Ему перерезали горло сделав Калабрийский галстук, вытащив язык через разрез , после чего фон Гетц произвел контрольный в голову, вызвав уважительные взгляда бандитто.

Ну а потом произошло освобождение дома от материальных ценностей. Фон Гетц отказался от своей доли, но киллеры очень удачно преподнесли ему старинную шпагу изукрашенную золотом и каменьями, которую он позднее применил в качестве отвлекающего маневра.

С генералом Мазини было сложнее, ибо он находился на действительной службе, а войны сейчас не было. А на светских мероприятиях он всегда появлялся в сопровождении группы своих офицеров. Но тут очень удачно начались манёвры и фон Гетц занялся устройством несчастного для генерала случая, который придумала наша коварная баронесса и план оный вызвал абсолютно бурный восторг у бандитто.

Манёвры армии Неаполитанского королевства, только назывались солидно МАНЕВРЫ, ведь итальянская армия это то еще явление. Если не считать Гарибальдийцев "краснорубашечников" или Итальянскую королевскую гвардию Наполеона (из шести тысяч итальянских гвардейцев в Италию вернулось из России всего двести пятьдесят человек), то боевые качества данных синьоров были вельми низки. Нет, расстреливать безоружных республиканцев сдавшихся под честное слово адмиралу Ушакову, у них получалось, а вот серьёзно воевать это уже было сложно.

В Королевских маневрах под Альбано, участвовал батальон Королевских фузилёров, батальон Королевских гренадер и эскадрон Королевских кирасир. Все они были гвардейскими столичными синекурами, боевого опыта не имели и по штатам сильно не дотягивали до списочного состава. Все эти войска тянули где то на три сотни штыков и сабель, причем офицеров из них была где-то треть, причем на девяносто процентов паркетники. Генерал прибыл днем, провел осмотр, потом был естественно банкет переросший в ночную пьянку. Гвардейцы не обращали внимания на платунг жандармов занявший позицию недалеко от дома где расположился генерал со штабом, а зря. Ибо будь среди них кто то с реальным боевым опытом, то явно озадачился вопросом, почему к жандармов не штатные карабины, а штуцера и лупары (лупара это мушкетон с расширением к концу ствола, для эффективной стрельбы картечью, применялся итальянскими пастухами против волков и бандитами против всех остальных, в ХХ веке мушкетон трансформировалась в обрез двухстволки).

И вот сильно за полночь, когда часть пьянки утихла, по всему селению загремели взрывы. Это стала взрываться дюжина бочонков с порохом заложенных в безлюдных местах. Естественно началась паника и когда из дома выбежал генерал (в мундире, но без панталон) и его штабные, жандармы открыли огонь и убедившись в абсолютном поражении цели, растворились в ночной тьме. (А фон Гетц возле одного из убитых штабных офицеров, бросил кинжал маркиза Кавальканти , чем безмерно озадачил куратора из Ватикана проводящего в последствии следствие).

А в селении до рассвета шла стрельба, а кое где и рукопашная. На утро выяснилось, что от "дружественного огня" погибло более полусотни гвардейцев и это еще не считая генерала и его штабных. Короче маневры удались. А месть тем более.

## Глава 19. Франция. Сто дней. Гюгнинген


Отгремело Ватерлоо, Наполеон закончил свои Сто дней очередным отречением, но не все привыкшие к двадцатилетним победам французские солдаты сдались. Почти месяц вела бой с прусским войскам крепость Ландреси, два месяца держала австрийскую осаду крепости Гюнинген и Лонгви, месяц держался Мец. защитники Фольклора бились с пруссаками почти до конца июля, полтора месяца дрались гарнизоны Валансьена и Гренобля.

И тут граф Чернышов срочно вызвал Амазонку, для нового задания...

В Гюнингене пребывал некий Магистр Жюль Ляруэль, гениальный химик, но с кучей тараканов в голове. Некогда он предлагал сначала королю Людовику, потом Конвенту, потом Директории, потом императору Наполеону, проект некоего "Секретного пороха", который нормально взрывается только в своих ружьях и пушках, а чужие разносит вдрызг. Все это конечно могло проходить по департаменту пациентов Дома скорби, но магистр в процессе изысканий создал "Гремучее серебро" над которым уже давно билась секретная лаборатория Императорского Артиллерийского комитета. И теперь княгине было поручено вывести из осажденного Гюнингена магистра и его бумаги. Дело было в том , что баронесса обладала уникальной охранной грамотой с печатями и подписями трех императоров, Александра, Франца и Наполеона. Да еще до кучи и от прусского короля бумага имелась. Главное было не перепутать их предъявляя.

Дилижанс остановил очередной патруль, это были прусские драгуны. Ротмистр увидев подпись и печать своего короля изщелкался каблуками и предоставил прекрасной баронессе, которую имел честь и счастье один раз видеть издалека в Вене рядом с эрцгерцогиней (тогда еще не императрицей) Марией-Луизой., взвод в сопровождение, во главе с собой естественно.

С Анастасией ехала Игла, под видом служанки, фон Гетц под видом кучера, князь Голицын под видом управляющего и шесть верных Калмыков, под видом слуг индейцев.

Следующий патруль оказался полусотней французских гусар под командованием бригадира Жерара. Французы завидев прусские мундиры сразу же захотели порубить их всеми и хузары, ибо пруссаков Блюхера после Ватерлоо ненавидела вся французская армия. Но тут гусарский командир увидел подругу сестер императора, которая вдобавок предъявила бумагу с личной подписью императора. Так что к Гюнингену дилижанс баронессы подъехал с комбинированной охраной. И в осажденный город баронесса въехала без проблем.

Баронесса тет-а тет обрисовала коменданту ситуацию во Франции и посоветовала ждать представителя официальных французских властей, кто бы они ни были и действовать по уставу и согласно присяге. После чего направилась к магистру, сказав, что его ждут в Париже , но не сказав кто. Когда баронесса определившись с пассажиром собралась уходить, магистр внезапно рухнул на колени и просительно протянул к баронессе руки. Он умолял разрешить ему взять с собой Жанет, его верную помощницу. Жанет оказалась смазливой пейзанкой с хитрыми глазками, с налетом порочности. Александра не стала возражать и они двинулись в Париж, прихватив из Гюнингена, гусарский конвой.

Это было последнее ее задание в этой войне, после чего образ баронессы растворился в лучах закатов и рассветов этой планеты. Но описание нескольких приписываемых личин хранились в архивах Ватикана с пометкой "Хранить вечно".


Полная версия стихотворения корнета Ланского


Под гром орудий и трезвон булата,

Сквозь дым пороховой узрел пиит,

Как всадник в красном доломане

Стрелой стремительной летит.

Араб изящной инох`одью

Летит, почуяв шенкеля.

Вдруг вражья пуля на излете

Сшибает кивер у гонца.

И, чу, свершилось будто чудо -

Пред нами девица-краса,

Отвагой дерзкою сияют

Её зеленые глаза

Но ближе все гудит погоня,

Похоже будет камуфлет.

Но вдруг в руке её лилейной

Блеснул двуствольный пистолет...

Дуплет и нету двух улан

Еще дуплет и снова в цель

И вот расстроена погоня

И вон спешит она отсель

Но штуц`ера кавалергардов

Кончают бой своим свинцом

И тишина над полем брани

Погони нету за гонцом

В закат умчался к горизонту

Блеснув улыбкою корнет

И вьется сзади красный ментик

Как амазонки алой след


## Глава 20


ГЛОССАРИЙ


Жозефина


(урожденная Мари Роз Жозефа Таше де ла Пажери) родилась 23 июня 1763 года на острове Мартиника, в 1779 году она вышла замуж за виконта Александра де Богарне. От этого брака родился Евгений де Богарне, впоследствии вице-король Италии и герцог Лейхтенбергский, и Гортензия де Богарне, впоследствии жена голландского короля Людовика Бонапарта и мать Наполеона III. Муж Жозефины пал жертвой террора в 1794 году, и Баррас (глава Директории), ставший её покровителем, устроил в 1796 году её брак с малоизвестным тогда ещё генералом Бонапартом. В 1807 году Наполеон предложил ей развод, но лишь после упорной борьбы она уступила настоятельным убеждениям Наполеона в необходимости развода для блага Франции. Развод состоялся 15 декабря 1809 года, после чего император смог сочетаться браком с австрийской принцессой Марией-Луизой. Жозефина, сохранившая титул императрицы, поселилась вблизи Эвре, где жила пышно, окружённая своим прежним двором. По-прежнему привязанная к Наполеону, она переписывалась с ним и с участием следила за его судьбой. Жозефина умерла от дифтерита 29 мая 1814 года, храня любовь к Наполеону в своем сердце. Существует предание, что Наполеон, умирая в одиночестве на острове св. Елены, прошептал три слова: "Армия. Франция. Жозефина"...

Михайловский замок.

Самый зловещий из петербургских дворцов, резиденция Павла I. Построен в 1797-1801 годах архитекторами В.И. Баженовым и В.Ф. Бренной. Название - в честь архангела Михаила, якобы явившегося во сне одному из караульных старого Летнего дворца, стоявшего на этом месте. Павел, рыцарь Мальтийского ордена, хотел иметь в качестве резиденции настоящий укрепленный замок, поэтому дворец окружали каналы с подъемными мостами. Впоследствии каналы засыпали, а к трехсотлетию Петербурга канал перед главным фасадом прорыли вновь. По романтической легенде, стены замка выкрашены в цвет перчатки фаворитки Павла, графини Лопухиной. Четыре фасада здания совершенно разные. Широкая парадная лестница с северной стороны украшена статуями Геркулеса и Флоры. Их иногда называют "падающими статуями" - рядом с лестницей возникает иллюзия, что статуи не имеют прочной опоры и валятся с пьедесталов. Павел прожил в новом замке только 40 дней и был убит заговорщиками в собственной спальне, на втором этаже. После его смерти замок был заброшен, потом в нем разместили Военное инженерное училище, а название переменили на Инженерный. Здесь учился Ф.М. Достоевский. Михайловский замок - настоящее "готическое" место, романтическое и мрачное. Призрак убитого императора якобы не покидает его. В исторической реальности дворец постоянно притягивал к себе странные истории: например, при Александре I здесь собирались на радения хлысты и скопцы.

Польские войска Наполеона


К моменту вторжения "Великой армии" Наполеона в Россию в 1812 году войска вассального Франции Великого герцогства Варшавского состояли из 17 пехотных, 16 конных и 2 артиллерийских полков. Польская кавалерия включала в себя: 3 конно-егерских полка, 2 гусарских и 10 уланских полков. Артиллерию польского войска составляли полк пешей артиллерии (72 орудия) и полк конной артиллерии (12 орудий). Император Австрии Франц II (нем. Franz II. права жениться на детей и всё какJoseph Karl, 12 февраля 1768, Флоренция - 2 марта 1835, Вена) - последний император Священной Римской империи (1792-1806) и первый австрийский имправа жениться на детей и всё как говорится с чистого листа при таком то движимом и недвижимом топератор (1804-1835), в качестве императора австрийского (а также венгерского и чешского короля) носивший имя Франц I. Царствовал во время наполеоновских войн, после ряда поражений был вынужден ликвидировать Священную Римскую империю и выдать дочь Марию-Луизу за Наполеона I. Во внутренней политике его правление было реакцией против либеральных реформ непосредственных предшественников.

Мария Луиза Французская императрица с 1810 по 1814 год, вторая жена Наполеона I, герцогиня Пармы, Пьяченцы и Гуасталлы с 1814 года, старшая дочь австрийского императора Франца I Габсбурга и Марии Терезы (урожденной принцессы Бурбон из Королевства Обеих Сицилий). Мария Луиза была хорошо образованной, статной, красивой девушкой, воспитанной в традиционной для Габсбургов обстановке строгой нравственности. В феврале 1810 года в Вене состоялось заочное заключение брака, обычное для царствующих особ. Официальная церемония состоялась в Париже, но Наполеон вступил в права супруга, не дожидаясь венчания, что, несомненно, травмировало молодую женщину. Свадебные торжества состоялись в Париже 1-2 апреля 1810 года и были омрачены страшным пожаром на балу у австрийского посланника Шварценберга, во время которого погибла жена посла. 20 марта 1811 года родила наследника императорского престола Наполеона II. С началом похода Наполеона в Россию она была назначена регентшей-правительницей Франции. Регентство она сохранила до 1814 года. После отречения Наполеона она с сыном уехала к отцу в Австрию. Император Франц поселил дочь и внука в замке Шенбрунн. Соглашение в Фонтенбло, подписанное 11 апреля 1814 года, предоставило бывшей французской императрице в полное суверенное владение итальянские герцогства Парму, Пьяченцу и Гуасталлу и оставило ей титул императорского величества (но владения предоставлялись без права передачи сыну).

Талейран Шарль Морис де Талейран-Перигор, Charles-MauricedeTalleyrand-Périgord (фр.); князь Беневентский, princedeBénévent (при Наполеоне); князь Талейран, princedeTalleyrand (после Реставрации); (родился 2 февраля 1754 в Париже; умер 17 мая 1838 там же) - французский государственный деятель, министр иностранных дел Франции в разные годы, первый в истории страны премьер-министр (с 9 июля по 24 сентября 1815). Был одним из ближайших помощников Наполеона, но после Тильзитского мира 1807 года понял, что воинственный император ведет страну к гибели. Талейран предал императора и стал агентом ряда разведок, в том числе русской (в докладах фигурировал как агент "Анна Ивановна"). Возглавлял французскую делегацию на Венском конгрессе после разгрома Наполеона; спас Францию от расчленения победителями. За свою жизнь принес 14 противоречащих друг другу присяг. Помимо прочего, прославился цитатами: Предательство - это вопрос даты. Вовремя предать - это значит предвидеть В политике нет убеждений, есть обстоятельства Одни горы рождают мышей, а другие - вулканы Если хочешь вести людей на смерть, скажи им, что ведешь их к славе Язык дан человеку, чтоб скрывать свои мысли Надо полюбить гениальную женщину, чтобы понять, какое счастье любить дуру Есть штука пострашнее клеветы. Это - истина Некоторые должности похожи на крутые скалы: на них могут взобраться лишь орлы и пресмыкающиеся Война - слишком серьезное дело, чтобы доверять ее военным Не доверяйте своему первому порыву, он всегда самый благородный Политика - это всего лишь способ возбуждать народ таким образом, чтобы суметь его использовать


Савари Анн-Жан-Мари-Рене (Savary, герцог de Rovigo) - французский политический деятель (1774-1833); участвовал в революционных войнах; с 1800 г. был адъютантом и доверенным лицом генерала Бонапарта, который использовал его, для тайных расследований ,в 1802 г. Савари был назначен директором бюро тайной полиции. В 1805-7 гг. С. в звании дивизионного генерала принимал участие в походах против Австрии, Пруссии и России. После Тильзитского посланник в Петербурге. В 1808 г. С. командовал корпусом в Испании. С 1810 г. министр полиции. Во время Ста дней Савари сделан пэром и комадующим жандармерией. После вторичного падения Наполеона был взят в плен англичанами и сослан на остров Мальта, откуда в 1816 г. бежал. После революции 1830 г. назначен главнокомандующим французских войск в Алжире, где действовал чрезвычайно энергично, много сделал для завоевания, колонизации и культивирования края, но обнаружил такую дикую жестокость, что в 1833 г. был отозван. В 1828 написал мемуары в духе восхвалении Наполеона


ЧЕРНЫШЁВ Александр Иванович[30.12. 1785 (10.1.1786), Москва,- 8(20).6.1857, Кастелламмаре-ди-Стабия, Италия], русский военный и государственный деятель, генерал от кавалерии (1826), Светлейший князь. Родился в Москве, выходец из древнейшей шляхетской фамилии. Воен. службу начал в 1802 в конной гвардии, в 1805 г. участвовал в сражении при Аустерлице, исполняя должность офицера для личных поручений при императоре Александре I. В кампанию 1806-1807 гг. Чернышев участвовал в сражениях при Ланау, Гейльсберге, Фридланде и за отличия награжден орденом св. Георгия 4-й ст. и золотой шпагой. В 1808-12 резидент Русской разведки во Франции. Принимал участие в Отечественной войне 1812 г. и заграничных походах русской армии 1813*1814 гг. В августе 1827 г. Чернышева назначают военным министром, а в сентябре производят в генералы от кавалерии. В апреле следующего года его назначают членом Государственного совета и управляющим Главным штабом. Таким образом, в 1828 г. А.И. Чернышев сосредоточил в своих руках всю власть над военным ведомством. Он умело организовал снабжение войск для успешного ведения войн с Турцией (1828-1829 гг.) и Польшей (1830-1831 гг.). С 1848 Чернышев - пред. Гос. совета.

Александр I Павлович Романов, родился (12) 23 декабря 1777 года в Санкт-Петербурге. Старший сын императора Павла I, он воспитывался под попечительством Н.И.Салтыкова. В детстве мальчик находился под большим влиянием своей бабки - императрицы Екатерины II. В 1793 году Александр женился на дочери маркграфа Баденского Луизе Марии Августе, принявшей имя Елизаветы Алексеевны. На престол он вступил в результате дворцового переворота, когда был убит Павел I, в 1801 году. По мнению историков, Александр I отличался двуличностью, нерешительностью, подозрительностью и болезненным самолюбием; вместе с тем, обладая хорошим умом и образованием, он был незаурядным дипломатом. Создал первую серьезную Российскую разведывательную службу. Взял Париж.

Бонапарт Полина, Pauline Bonaparte (фр.), настоящее имя Мария-Паулетта Буонапарте, Marie-Paulette Buonaparte (родилась 20 октября 1780 в Аяччо, Корсика; умерла 9 июня 1825 во Флоренции) - самая любимая сестра императора Наполеона I, принцесса Боргезе и герцогиня Гвасталльская в 1806-1814 гг. Была в браке дважды, с генералом Шарлем-Виктором-Эмманюэлем Леклерком и с Камилло Боргезе,по свидетельству современников отличалась редкой ветреностью что выражалось в постоянных амурных похождениях


Дворец Шёнбрунн, бывшая летняя резиденция императорской семьи, относится к числу красивейших в Европе архитектурных сооружений в стиле барокко. Территория находилась во владении Габсбургов c 1569 года, а в 1642 году супруга императора Фердинанда II приказала построить здесь летнюю резиденцию и впервые дала ей название "Шёнбрунн". Дворцовое сооружение и парк, строительство которых было начато в 1696 году, после осады турков, были полностью перестроены во времена царствования Марии Терезии после 1743 года. Большую часть года Габсбурги проводили в бесчисленных покоях, которыми большая императорская семья пользовалась наряду с парадными приёмными залами.

Мария Тереза Каролина, принцесса Неаполитанская и Сицилийская, после замужества императрица Священной Римской империи, затем австрийская императрица. Старшая дочь Фердинанда I, короля Неаполя и Сицилии, и Марии Каролины Австрийской, была названа в честь бабушки по материнской линии, Марии Терезии. 15 сентября 1790 года Мария Тереза вышла замуж за Франца Австрийского (1768-1835), ставшего двумя годами позже императором Священной Римской империи. В 1804 году после падения Священной Римской империи и принятия Францем II титула австрийского императора, Мария Тереза стала первой австрийской императрицей. Из тринадцати детей Франца II и Марии Терезы выжили только семь. Мария Тереза была второй из четырех жен Франца II и единственной, родившей ему детей. Её дочь Мария-Луиза, вышла замуж за Наполеона Бонапарта.

Кавалергарды. История славных кавалергардов началась 30 марта 1724 года, когда к коронации императрицы Екатерины I, состоявшейся 7 мая 1724 года, в качестве ее почетной стражи был сформирован Кавалергардский корпус. 11 января 1800 года, Павел I не переформировал его в трехэскадронный лейб-гвардии Кавалергардский полк, на одинаковом положении с другими гвардейскими полками без сохранения привилегии набора исключительно из дворян. После реорганизации армии, проведенной Александром I, полк получил пяти-эскадронный состав, определенный новым штатом полка - 991 человек в строю. В 1804 году кавалергарды получили мундиры фрачного покроя - белые двубортные колеты с высокими воротниками и короткими кавалерийскими фалдами. Их дополняли белые лосиные панталоны в обтяжку и высокие ботфорты. Головным убором для строя служила каска из толстой кожи с пышным волосяным плюмажем. Она надежно защищала голову от поражения холодным оружием. Кирасы, давшие название полкам тяжелой кавалерии, были отменены еще в середине 1801 года, однако боевая практика вскоре показала преждевременность такой экономии. Кавалергарды получили их назад летом 1812 года. Шефом Кавалергардского полка был назначен генерал Федор Петрович Уваров, остававшийся в этой должности до самой смерти (1824 г.). Не имея прямых наследников, Уваров завещал 400 тысяч рублей на сооружение памятника "В знак признательности подчиненным-гвардейцам". На эти деньги и были сооружены в Петербурге Нарвские триумфальные ворота, открытые 18 августа 1834 года.

Каролина Бонапарт.

Родилась 25 марта 1782 года в Аяччо Летом 1797 года в "медовый месяц" сестры Элизы с ее мужем капитаном Феликсом-Паскалем Бачиокки 15-летняя девушка познакомилась с лучшим генералом своего брата 30-летним Иоахимом Мюратом.Каролина с первого взгляда запала на красивого сына трактирщика и несостоявшегося семинариста, отчисленного из католического училища "Святого Лазаря" за совращение дочери адвоката.В январе 1800 года состоялось пышное бракосочетание 32-летнего Мюрата с 18-летней Каролиной. В первую брачную ночь, насладившись силой любимого мужчины и ослабев от любовных ласк, она нашла силы чтобы прошептать Иоахиму, что действуя сообща они рано или поздно встанут на один уровень с ее братом.Ради возможности стать в Европе второй после Наполеона эта чертовка готова была с кем угодно спать, кого угодно вплетать в свои хитроумные политические интриги, и использовать людей втемную.Пока Мюрат сражался за славу Франции и Наполеона, его женушка тащила к себе в постель любого, кто мог оказаться полезен в деле приобретения двух королевских корон для нее самой и мужа.Каролина двигала супруга на политической шахматной доске без спешки, тщательно взвешивая все свои ходы и возможные тактические угрозы противников. В 1804 году Иоахим стал маршалом, а летом 1808 года неаполитанским королем. После получения короны полководец сменил имя на Иоахим Наполеон.Когда по совету жены Иоахим попросил шурина сделать его королевство обособленным, Наполеон, топнув ногой, сказал, чтобы маршал не зарывался, Неаполь был, есть и будет одной из территорий входящей в состав Французской империи.В 1812 году после того как наша армия погнала незваных гостей восвояси Наполеон и Иоахим умудрились на пару опорочить офицерскую честь. Убегая из холодной Московии "корсиканец" передал ошметки когда-то "великой армии" маршалу Мюрату.16 января 1813 года Мюрат спихнул балласт многонационального сброда на пасынка императора Эжена де Богарне, а сам умчался спасать свою "неаполитанскую делянку".Каролина, решив, помочь мужу, а заодно и себе самой запрыгнула в койку министра иностранных дел Австрийской империи графа Меттерниха, будущего идейного вдохновителя "Венского конгресса".Приободренный женой "заездившей" главу МИД Австрии Мюрат пообещал австрийцам выставить против Наполеона 40-тысячную армию неаполитанцев.Параллельно с посулами, данными австрийцам, Мюрат конфиденциально сообщил Наполеону, что армию он против него, конечно, соберет, но воевать его бойцы будут спустя рукава.Французский император понимая, что маршал принимает решения, находясь под пятой у его прожженной сестры, призвал соратника одуматься и вернуться под его знамена. Мюрат остался верным интриганке жене, а не ее брату.На "Венском конгрессе" представители стран антинаполеоновской коалиции отняли у Мюрата корону и отдали ее прежнему владельцу Фердинанду I Неаполитанскому.После побега Наполеона с острова Эльба предатель маршал вернулся к французскому императору.В начале мая 1815 года отдыхавшему после битвы при Толентино Мюрату доложили о восстании, вспыхнувшем в его в королевстве, после чего он бросился в Неаполь спасать семью. По дороге узнав, что Каролина бежала с детьми в Австрию, маршал по приказу Наполеона остался ждать его распоряжений в Тулоне.Позже Наполеон сожалел, что Мюрат не принимал участия в битве при Ватерлоо:"Судьбой было предрешено, чтобы Мюрат пал. Я мог взять его на Ватерлоо, но французское войско было столь патриотично, столь честно, что сомнительно, чтобы оно перебороло то отвращение и тот ужас, которые испытывало к предателям. Не думаю, что я имел столько власти, чтобы поддержать его, и всё же он мог принести нам победу. Нам очень не хватало его в некоторые моменты того дня. Прорвать три или четыре английских каре, - Мюрат был создан для этого, не было более решительного, бесстрашного и блестящего кавалерийского начальника".8 октября 1815 года у городка Пиццо маршала с горсткой преданных ему солдат задержали жандармы.13 октября полководца приговорили к расстрелу с немедленным привидением в исполнение казни. Написав супруге и детям прощальное письмо, Мюрат гордо встал перед расстрельной командой и громко приказал: "Лицо не портить, бить прямо в сердце".После смерти мужа Каролина переиначив слово Napoli (Неаполь) стала в изгнании графиней Липона (Lipona). Скитаясь по Европе, в 1831 году сестра узурпатора получила право на жительство Флоренции, где и скончалась восемь лет спустя. Жители "Цветущего города" искренне оплакивали сестру Наполеона.

Приключения барона Готара

Описание: Автор: Удалить Переименовать

Ссылка: https://author.today/work/310947


Операция Соленый сахар


Посвящается Сан Санычу Бушкову


Я в двадцатый раз разложил пасьянс и устало воззрился на экран монитора. Желтый конвертик в правом углу нижней панели не мигнул с утра не разу, следовательно писем не было. Я даже пожалел, что поставил такую мощную спам-защиту на свой раухер, а то было бы хоть какое-то развлечение, смешанное с надеждой. Даже муха у меня по офису не летал, а то бы как хорошо было бы послать секретаршу эту муху ловить и любоваться её грациозными па (я имею ввиду па секретарши, а не мухи). Тут я вспомнил, что Люси уже месяц как уволилась и окончательно загрустил. Да, я забыл представиться... Зовут меня, если пользоваться официальными данными Барон Седрик Готар, хозяин частного Детективного бюро "Тапир". На самом деле из моего баронства остались только имя и корона на визитке и на вывеске. Свой офис я выиграл в кости у разорившегося торговца товарами для охотников, и решив что от добра, добра не ищут, силами студента академии художеств, пририсовал на старой вывеске с Каталунским пятнистым тапиром, баронскую корону и добавил надпись - "Детективное бюро". И еще в целях рекламы, повесил стрелку с такой же надписью, на ближайшей остановке парового дилижанса. Дела у меня, как вы видимо догадались, шли не шатко и не валко, и я уже вторую неделю по немного увеличивал дозу вечернего лекарства от депрессии, под названием Ром "Касаточья кровь". И тут внезапно раздался звук, которого я не слышал уже две недели, зазвенел дверной звонок. Я так удивился, что чуть было не закричал привычную в лучшие времена фразу - "Люси! Открой Клиенту" -

Но по приведенным выше причинам, пошел открывать сам, о чем не пожалел. В дверях моего скромного агентства, стояло Чудо. Смесь красоты, грации, элегантности, свежести, очарования и вообще всего и всего. Стройная красавица лет двадцати пяти, с невинными детскими губками, дерзко-рыжими волосами и неожиданными кошачьими зелеными глазами, и так гармонирующими с ним сережками с огромными Стагарскими изумрудами, в весьма милых ушках. Выслушав мое мычание и заикания, заменившие пораженному егерю в отставке приветствия, чудесное видение недовольно встряхнуло рыжей челкой и капризно спросило: -

" Так это и есть детективное бюро "Тапир ?".

" Да!" - выдохнул я, справившись наконец с собой

" И с кем я могу тут поговорить на счет заказа?"

" Со мной" - радостно доложил я.

" А кто владелец вашей конторы" - подозрительно спросила зеленоглазая красавица

" Владелец перед вами " - обреченно сказал я, ожидая что после этих слов рыжее видение исчезнет из моей жизни как сон, но получилось наоборот. Отстранив меня элегантным движением изящной ручки, затянутой в перчатку из тончайшей лайки, лауретта Стефания, (именно так она представилась своим мелодичным голосом), стуча каблучками, туфелек от Тельфора, вошла в мой кабинет и грациозно села в кресло для клиентов и положив ногу на ногу, ввела этим меня в ступор по крайней мере еще на минуту.

Когда мы наконец перешли к делу я узнал следующее. Стефания, была владелицей Кондитерской "Три цыпленка", что на улице короля Гидеранга, недалеко от Большого моста. Кондитерскую, Стефания купила недавно, на наследство полученное от тетушки, так как во первых была большой сладкоежкой, а во вторых с детства увлекалась кондитерской кулинарией и давно уже искала возможность, приложить свои таланты в этой стезе, к реальному делу. Кондитерская стала подниматься в местных рейтингах и все вроде пошло хорошо, как вдруг начались полные непонятки с кремами на тортах...

В кондитерской у Стефании было заведено так, что к столам подавали исключительно торты и клиенты сами выбирали приглянувшийся им кусочек. Торты эти были сами по себе произведениями искусства и главным материалом для творчества, были кремы изготовленные по личным рецептам Стефании, кремы эти были всевозможных нежных расцветок, возбуждающих согласно канонам кулинарной психологии аппетит. Так вот именно с этими кремами и стали происходить чудеса. Последнее время, как только гости кондитерской начинали выбирать свой фрагмент из сладкого великолепия, крем на торте начинал менять цвета на нечто отвратительное и не эстетичное, больше того фигурки зверюшек, волшебные замки и цветочные клумбы из крема, в избытке украшавшие торты от "Трех цыплят" теряли не только цвет, но и форму. Торты, могли сколько угодно лежать на кухне, и ничего с ними там не случалось, но в зале почти каждый день с одним, двумя тортами, начинали происходить чудеса. Посетители и в первую очередь конечно дети, реагировали на это как на рекламный трюк, но недовольные уже есть и неизвестно что дальше предпримут неизвестные хулиганы. Закончив свой рассказ, Стефания грустно развела руками, ослепив меня блеском драгоценностей, украшавших ее изящные пальчики. Я, уже окончательно придя в себя, принял задумчивый вид, стал озабоченно барабанить по сенсорам раухера и выдал следующее резюме:

- "У нашего бюро сейчас очень много заказов, все сотрудники как вы видите в разгоне, но ваше дело на столько интересно, что я за него возьмусь лично. Стоить эта услуга будет двести ауреев, плюс расходы... Но тут Стефания меня перебила...

-" Ну двести ауреев в день это не дорого, но я надеюсь вы не будете долго тянуть. Уложитесь в десять дней, получите еще две тысячи как премию "-

Я сохранил деловито-благожелательное выражение лица, но внутренне я скакал на одной ножке и во всю глотку распевал неприличную версию куплета "Марша Черных егерей", о дне выдачи жалования. В этом куплете, перечислялись все виды удовольствий, на которые егеря потратят деньги, причем 80% пунктов, посвящались эротическим действам весьма широкого диапазона, но только с женщинами. Говоря двести, я вообще-то имел ввиду общую сумму за все дело, но клиент всегда прав. Провожая гостью, а теперь уже и клиентку к выходу, я задал вопрос, который интересовал меня с той самой минуты, когда я осознал ее присутствие в своем офисе.

-" Лауретта Стефания. А откуда вы узнали о нашем бюро?"-

-"А у меня машина заглохла у этого здания и я увидев корону на вашей вывеске, решила зайти"-

На улице, куда я вышел ее провожать, я снова попытался остолбенеть, перед подъездом стояла элегантный красный кабриолет, марки "Алая Маркиза", а на крыле его мерцали три золотых значка в виде стилизованных старинных корабельных фонарей, что означало что эту тачку мог купить только владелец лимузина класса "Адмирал трех фонарей" и стоила эта тачка где то под пол миллиона ауреев, а если прибавить к этому доставку с Сильваны и таможенные сборы, то цифру можно смело увеличивать в двое. Проводив ослепительную Гостью, я вернулся в свой офис и приступил к размышлениям. Итак что мы имеем.... туфельки от Тельфора, костюм явно из Дома Моды "Золотая радуга", сережки со Стагарскими изумрудами и плюс тачка почти за миллион, которая кстати, просто физически не может заглохнуть. Чего-то крутовато будет для скромной владелицы кондитерской, хотя может девочка развлекается, а какой-нибудь Папик, благостно это все финансирует, но впрочем это все не мое дело. Мое дело раскрыть банду кондитерских хулиганов и честно заработать себе на спокойную жизнь на год вперед. Хотя кафе с таким названием, не может быть хоть сколько-нибудь процветающим. Как говорил один фельдфебель, - "Как судно назовешь, такой стул и будет". Итак начнем с разведки и тут мне нужны фельдфебель Алых арбалетчиков в отставке Кюсарат и механик Никалаб. Кюсарат рассекал на своем казенном протезе в маленьком баре "Алый берет", хозяином которого он был и где любили посидеть за чаркой келимаса или кружечкой нельга, ветераны полка Морской пехоты "Алые арбалетчики". Мне в принципе был нужен не сам фельдфебель, а его дядюшка Мастер Лукано. После того, как я во время Гиперборейского инцидента, добрую лигу волок на себе раненого Кюсарата и таки доволок его до лазарета живым, Мастер Лукано считал себя моим должником, а так как он был в большом авторитете у "Ночных парикмахеров", то знакомство было более чем полезным, впрочем я им особо не злоупотреблял. Один раз попросил вывести меня на хорошего карманника, что бы помочь невесте одного солидного человека избежать публикации компромата накануне свадьбы и один раз он сам меня предупредил, что я в процессе одного расследования ушел не только в неправильную сторону, но и в сторону очень опасную. Ну а механик Никалаб, был гениальнейшим самородком по части всего что жужжало, мигало и тарахтело. Он мог починить любой раухер, в два раза увеличить мощность автомобильного двигателя, вмонтировать микрофон в муху, и сделать вечный картридж для копировального аппарата и все как говориться легко и правой задней. Но начал я естественно с Мастера Лукано, который получив на свой раухер мое письмо, ответ возжелал дать лично, и мы договорились встретиться с ним в "Алом берете".

Алый берет был типичным заведение такого рода. Стены были украшены стереокартинами подвигов Алых арбалетчиков и всевозможными орудиями для уничтожения своих ближних, типа арбалетов, пулеметов, гиф, трехствольных шауров и.т.д. Полиция пару раз наведывалась что бы прошерстить коллекцию фельдфебеля, но после второго раза начальника полиции вызвал на ковер Военный губернатор и обещал за неуважительное поведение по отношению к Кавалеру ордена "Гербового щита" первой степени, разжаловать шерифа в постовые, и альгвазилы от Кюсарата отстали. Мастер Лукано меня уже ждал, после дежурного ритуала приветствий и здравствований, он сразу перешел к делу и весьма меня озадачил. Когда полгода назад, Стефания стала владелицей Кондитерской "Три цыпленка", бандочка местных придурков, решила по легкому срубить бабок, с молодой не опытной девушки. Трое уродов приперлись к ней и приказали приготовить к следующему дню тысячу ауреев. На следующий день они не смогли прийти за данной суммой, по тем прозаическим причинам, что у них у всех были переломаны руки и ноги, в чем им помогли неизвестные лица, посетившие их ранним утром по месту жительства. После выздоровления, все они, один за другим загремели на каторгу. Да-а-а-а-а... Как говорила героиня одной Сильванской сказки, чем дальше, тем все страньше. И я отправился к Никалабу. Задачу он схватил на лету, а когда я выдал ему авансом сто ауреев, то работа закипела с неимоверной скоростью. Механик зарабатывал очень неплохо, но была у него одна невинная страстишка. Он коллекционировал редких аквариумных рыб и неровно дышал к красоткам из дорогих салонов, а стоили эти хобби приблизительно одинаково. Одинаково дорого, имел я в виду. А на утро началась операция "Соленый сахар", именно так я назвал это дело в своей базе данных. Три дня я анализировал записи видеокамер установленных Никалабом в самых неожиданных точках, от вычурных стенных светильников, до ошейника кота-сладкоежки, доставшегося Стефании от прошлых хозяев. И наконец стало что-то вырисовываться...

Благостная старушка, бывающая в кафе то каждый день, а то и раз в два три дня, в новомодной среди пожилых дам из хороших семей, шляпке со шпильками, украшенными крупными разноцветными головками, оказалась с двойным дном. При просмотре инфракрасной версии записи, оказалось, что минимум при двух проездах тележки с тортами мимо нее, из цветных шариков на ее шляпке испускался какой-то не видимый простым глазом спрей и после этого, рано или поздно, именно с этими тортами происходили пертурбации. Дальше все пошло по накатанному пути. У меня на подхвате, была группа школьников на скутерах, периодически выполнявшие мои поручения, за это я им не только платил, но и раз в месяц водил на гвардейское стрельбище, единственная ветеранская льгота, которой я пользовался. На этот раз они были одеты в куртки разносчиков известной Латеранской транспортной компании, (которой я оказал в свое время некую услугу и мог пользоваться их логотипом), боевые кони школяров были оборудованы видеокамерами и они заняли свои позиции возле кондитерской и в ее окрестностях. На второй день дежурства, наконец появилась престарелая террористка. Выпив две чашки чая и пощипав "Лоранский сливочный туман" и "Вишню в шоколаде из Сноля", она покинула кондитерскую и заковыляла в сторону Волчьей улицы. Название этой улицы пришло откуда-то из мглы веков, толи какой-то древний король напал тут на волка, то ли волк на него, но по-моему волк проявил себя гораздо ярче короля, ибо будь иначе, улица называлась бы Королевской. А старушка, выйдя на перекресток и повернув на Волчью, внезапно-бодрой походкой направилась к неброскому минивену, и как только она юркнула в него, машина тронулась с места. Двое моих ребят проводили машину до особняка находящегося недалеко от Королевского дворца, а там из машины вышла уже не старушка, а сухощавый мужчина небольшого роста. Я пробил по своим базам номер машины и адрес особняка. Номер этот по базе, принадлежал Хозуправлению министерства Короны, одно из подразделений этого же министерства, находилось в этом особняке. Ну что же, дело закрыто и пора идти за гонораром. Насвистывая марш Черных егерей, я вышел из подъезда и увидел гостеприимно распахнутую дверцу солидного лимузина, из темноты салона которого, приглашающе махнула рука украшенная Герцогским перстнем. Разговор с министром двора, герцогом Лакрузом был не долгим. Мне объяснили, что интересы государства важнее моего расследования, и что я должен сообщить Стефании, что виною ее бед, является компания сумасшедших пожилых дам, считающих сладости вредными для человечества и всеми способами, боровшимися с распространителями этого порока. И я должен не навязчиво объяснить владелице Кондитерской "Три цыпленка", что лучше этот бизнес продать и что есть уже хороший покупатель, естественно и имя этого покупателя было мне сообщено. И напоследок мне намекнули, что как офицер запаса Гран-алы Черных Егерей, я должен воспринимать это как приказ.

Я пришел в "Три цыпленка" как раз к обеду, доложил Стефании о проделанной работе, предъявил фото старушки и диск с записями ее деяний, без всякого удовольствия получил от нее карточку банка "Золотой Балонг" на предъявителя и остался по ее приглашению, на праздничный "сладкий стол". Кофе был крепким, торт вкусным, Стефания очаровательна и настроение более-менее поднималось, но мешало ощущение какой-то тревоги. Интуиция никогда меня не подводили, и в большей части именно благодаря ей, я выжил во время рейда на Нереиду и тем более в мясорубке Гиперборейского конфликта. Звоночек звякнул у меня в голове, когда я, одеваясь утром, машинально повесил под пиджак, кобуру с "Гномом 11", стандартным личным оружием офицера Егерей, я с уважением относился к таким подсознательным нюансам и не только не стал снимать кобуру, но и поменял обычный магазин на сдвоенный. И теперь увидев боковым зрением, мельтешение силуэтов со стороны двери на кухню, я прошептал про себя кодовую фразу, включающую режим боевой моторики. Два здоровенных типа, в неброской одежде, быстро приблизились к нашему столу. Один из них направил на меня смутно знакомый ствол с глушителем, а другой изобразил нечто вроде поклона перед Стефанией и пробасил:

-" Спокойно ваше Высочество"-.

Третий из них, коротышка с жестоким и неприятным лицом обкуренной гиены, подошел гадко улыбаясь и явно собирался сказать или сделать нечто мне не приятное, а я, не дожидаясь каких-либо действий и слов, заканючил, сделав испуганное лицо, бормоча что я тут не причем и хочу тихо уйти и ничего никому не скажу. Не успело лицо Стефании принять удивленно-брезгливое выражение, как я, войдя в ускорении, рубанул по горлу левой рукой ближнего громилу, а из правой два раза плюнул огнем мой верный Гном. Три тела еще падали на пол, а я, схватив в охапку Стефанию ринулся к дальней стене зала, украшенной огромным полотном, изображающим пикник на лесной лужайке. На ходу я вел огонь по першим из кухни фигурам Лоранских агентов. Я вспомнил марку ствола, это была "Ласка", оружие, состоящее на вооружении спецслужб, Лоранского королевства. С разбегу, мы со Стефанией врезались в бедную картину и прорвав холст, оказались в небольшой комнатке, откуда вниз вел покатый коридор. Про эту возможность отхода, я узнал из старых планов этого дома, надыбанных в архивах Ратуши, шустрым механиком Никалабом. Побывав в кондитерской ночью, в первые дни расследования, я проверил этот вариант и произвел на всякий случай, определенные Уставом действия по организации упорядоченного отступления, перед превосходящими силами, ибо допускал и силовые контакты с неизвестными врагами. И как оказалось не зря. Мы уже были внизу тоннеля, когда сзади раздался сдвоенный взрыв. Два шарика "Черного репейника", на долго задержали погоню. Остальное уже было делом техники, выйдя на поверхность в соседнем квартале, мы угнали машину (так как Стефания не протестовала и села в автомобиль вместе со мной, то она уже по любому была соучастницей), потом мы дважды меняли транспорт и наконец добрались до моей секретной берлоги, небольшого, но очень уютного домика в пригороде, недалеко от станции паровых дирижаблей. Уже темнело и мы пройдя через сады соседей, незамеченными пробрались в мое убежище. У меня был камин, ящик офицерских пайков, Розовое Дугарское и Слезы красавицы. Так что вечер удался, и пришло наконец время первого поцелуя, потом второго, а потом страсть и нежность слились в потрясающий коктейль, приправленный отблесками каминного огня.

Я лежал на спине и с нежностью смотрел на угадываемый в полумраке силуэт, обнаженной Стефании, стоящей у окна. Вспыхнувший в камине язык пламени на мгновение осветил ее спину и я увидел под правой лопаткой родинку в форме трилистника, после чего все детали мозаики встали на свои места. Стефани почувствовала мой взгляд, повернулась и сказала капризным тоном:

-"А подглядывать не хорошо"- на что я таким же тоном смиренно ответил:

-"Простите Ваше Высочество"- Она быстро подошла ко мне, закуталась в одно из меховых покрывал накиданных на ложе, присела на краешек и спросила, чуть смущенно улыбаясь:

-"И когда ты догадался?" -

-"Ну подозрения начались, когда я прикинул общую стоимость твоих, туфель, изумрудов и тачки, потом кое-что всплыло в процессе следствия. После того как лоранский шпион назвал тебя Ваше Высочество, я решил что ты принцесса с Сильваны, но увидев на твоей прелестной спине родовую родинку королевского дома Ронеро, я понял все, кроме одного. Зачем принцессе, работать хозяйкой кондитерской?"-

-"А зачем капитану Черных егерей, отказаться от наград и заслуженной пенсии, и прозябать в роли частного детектива?"- Мягко улыбнувшись спросила она и нежно закрыв мне рот ладонью продолжила... -" То что в том бою, погибло почти все твое подразделение, нет твоей вины. Это стало известно, буквально на днях. Я выясняла, у наверняка известной тебе службы, что за такой барон-детектив будет мне помогать в моей кондитерской и мне сообщили о всех твоих заслугах и регалиях, и сообщили так же, что по последним разведданным стало известно, что прикрепленный к вашей але офицер связи штаба, был вражеским агентом. Он притворился убитым, а потом навел на вас авиацию и артиллерию. Среди вас вообще никто не должен был уцелеть"-

Стефани замолчала, а перед моими глазами снова стоял тот день и тот бой, когда моя ала, двигаясь по маршруту разработанному лично мной, выдвинулась в тыл противника и готовилась нанести удар по штабу мятежников, но сама попала под снаряды и бомбы. Стефани ласково погладила меня по щеке и лукаво сказала: -" Я понимаю что с тебя взяли слово, но старушка портящая мне торты, ведь наверняка имеет какое-нибудь отношение к службам одного хмурого герцога ?"-

А потом был официальный прием во дворце и торжественное вручение. Орденов Гербового Щита и "Звезда отваги", от которых я ранее отказался и нежданный "Алмазный венец", за спасение принцессы и плюс от щедрот короля полковничьи эполеты. Я снял "Алый берет" на трое суток и в этот период, всех ветеранов и действующих вояк, все трое суток поили там бесплатно. На третий день я утомленный бесконечным застольем, взял у Кюсарата ключ от одной из верхних комнат и пошел туда вздремнуть пару другую часиков, и разбудило меня ласковое прикосновение к моему лицу. Стефани, в элегантном деловом костюме, сидела на краешке дивана и с грустной улыбкой смотрела на меня. Заглянув в ее глаза, я понял. что она пришла попрощаться. Так оно и было. Принцесса Стефания, выходила за муж за наследного принца королевства Снольдер. Надрался я в этот день капитально, а когда с утра в понедельник, я пришел в Департамент Кадров Генерального штаба, то внезапно для себя отказался пока продолжать службу и вернулся в свой офис. К своему удивлению, я встретил там Люси, которая тепло меня поблагодарила за переведенное ей жалование за прошлый месяц и аванс за следующие три. Я не стал копаться в своей памяти, а просто потрепал ее по щеке и прошел в свой кабинет. Как только я сел за стол, раздался звонок в дверь. Сопровождаемая Люси, ко мне в кабинет вошла старушка, с фиолетовой прической и в шляпке украшенной огромными булавками с разноцветными головками.

-"Это вы частный дедектив"- подозрительно спросила она. Я обреченно кивнул.

-"Я вдова графа Паркона и хочу вас нанять для очень серьезного дела. У меня украли мою бедную собачку Жу-жу...

Потусторонние силы, как проявление гуманизма


Престарелая Ларисса, заявилась ко мне в агентство, сразу после отъезда принцессы Стефани в Снольдер. Графиня потеряла любимую собачку и я что бы развеяться взялся за розыски. Основными источниками информации в подобных расследованиях, являлись квартальные габелары, дворники, уличные мальчишки и соседки. Немного серебра и обаяния и я выяснил, что данная собачка Жу-жу, благополучно преставилась от старости три года назад и с тех пор безутешная вдова пребывает в поисках. Конечно можно было бы отказаться от заказа, но старушка была не бедная и с ходу предложила тысячу ауреев. Нет, я не особенно нуждался в деньгах, коли уж не стал за несколько дней до этого, отказываться от оклада жалования полковника действующего запаса, но тогда я еще этого не осознавал, а когда осознал, то решил сделать сразу два хороших дела... Во первых успокоить нервы старой графине, а во вторых дать заработать старому приятелю механику Никалабу. Друзьям надо помогать во всех случаях, например когда у моего соседа капитана Синих Кирасир Шишака, бывают проблемы с алкоголем, я ему бывает помогаю. В смысле, когда у него в час ночи кончается келимас, он приходит ко мне одалживаться.

Итак, сначала я отказался от задания, но порекомендовал графине, астролога по домашним животным. Никалаб в парике (но своей бороде) и в костюме бакалавра, взятом у племянника, произвел на старушку прекрасное впечатление. Его версия, о том, что за благостность и беспорочность, Жу-жу перенесена в другие миры, но раз в месяц она оттуда будет прибегать на Талар и ее можно будет видеть из далека и даже побаловать Балонгскими копчеными колбасками, была принята с восторгом и благодарностью.

Теперь, каждую первую календу, старая графиня должна выкладывать в сквере коробку с дюжиной колбасок, сидеть у окна и ждать, когда из дальних миров появится Жу-жу и забрав подарок, благодарно повиляет хвостиком и скроется за углом.

Так что коварный Никалаб, не только заработал 500 ауреев, но и обеспечил себя регулярной халявой, по поводу деликатесов. Основное же его коварство, заключалось в строгом запрете на попытку налаживания с потусторонней собачкой непосредственного контакта, так сказать в живую. Ибо в данном случае, визиты Жу-жу, прекратятся навсегда. И так как, рано или поздно старушка не выдержит, и попытается пообщаться с собачкой в натуре, то вопрос закроется сам собой.


Телеуправляемое чучело, как две капли воды похожее на стерео-фото собачки, украшающее все комнаты графини, было снабжено системой аварийной эвакуации, которую первым испытал на себе, местный молодой альгвазил. Увидев домашнее животное, семенящее по улице с коробкой в зубах, молодой служака, решил пресечь явный непорядок, но когда собачка зажужжав, взлетела в воздух и издав тоскливый вопль, от которого стыла кровь в жилах, унеслась куда-то, старательный, но потрясенный до глубины души, страж порядка, умудрился за долю квадранса, влезть на Каталаунскую осину, стволы которой, как известно, меньше 7 уардов не бывают, и на самом стволе до самой верхушки нет не одной ветки. Так альгвазил до этой самой верхушки успешно добрался. Снимать его пришлось, только с помощью вызванных пожарных.

Так что с графиней все случилось почти так же, только собачка улетела боком и задом наперед, что только усилило эффект и придало некоторую мистическую фееричность, финалу истории. Сам Никалаб, последний раз мелькнул перед старой графиней, выслушал ее покаянную речь и доложил, что на год улетает на Сильвану, где должен по заказу от Секции мирмекологов Сильванского императорского "Общества защиты животных", разоблачить страшную секту садистов, изводящих муравьев бесчеловечными методами... - "Вы представляете графиня, эти негодяи, рассыпают на путях миграции несчастных крох из надсемейства Formicoidea, манную крупу смоченную в Келимасе. Наивные муравьи поедают ее, крупа разбухает у них в желудках и в результате страшная мучительная смерть"- ... Прослезившаяся, над мучениями, братьев меньших графиня, узнав что Мэтр Махум (Так коварный механисьен был ей представлен), едет на Сильвану исключительно за свой счет и из чистого благородства и любви к животным, подарила ему старинный золотой брегет, бриллианты в инкрустации которого, тянули где то на 20 квинути.

Собачий вальс для Маркизы

Люси принесла мне уже третью с утра чашку кофе. Делать было нечего, уже как три дня я закончил последнее дело, а новые все не попадались. Я уже подумывал, какую скачать из сети новую игру на свой раухер, но обнадеживающе звякнул дверной колокольчик. Люси, выглянув из приемной, сделала большие глаза и произнесла официальным тоном: " Его милость, пятый маркиз Фолтейн, к лауру директору." И, показав мне язык, испарилась, пропуская в мой кабинет посетителя. Я внутренне зевнул. Фолтейн был редкий зануда. Я знал его со школы и имел несчастье считаться его другом. Как-то, идя по переулку, где была единственная в городе лавка, в которой гимназистам потихоньку продавали табак, я увидел Лопоухого Фолти, прижатого к стене парой местных хулиганов. Главное украшение Фолти - огромные очки - грустно поблескивали на мостовой. К тому времени я уже год занимался в спортивной школе при монастыре Святого Краухана, и освободить одноклассника от приставал было для меня плевым делом. С тех пор все семейство Фолтейн относилось ко мне с глубоким уважением. Дядюшка его был главным Архивариусом Отдела Королевских учебных заведений (это была придворная синекура и по табели рангов достаточно почетная), а сам пятый маркиз Фолтейн был заведующим Исторического Фолианта Королевской библиотеки. Так как я имел хобби, касающееся древних исторических книг, то волей - не волей, был вынужден продолжать дружбу с этим занудой.

Я преувеличенно радостно его поприветствовал, и крикнул Люси, чтобы она принесла мне "Оленей крови", а гостю литр козьего молока. Фолти аж передернулся. Эта шутка тоже уходила корнями в наше гимназическое детство. Согласно традициям маркизов Фолти, до 16 лет все отпрыски рода должны были каждый день выпивать два стакана козьего молока: один в обед и один перед сном. Причем в замке и городском доме держали специально выведенных коз. И каждый день мажордом в сопровождении двух слуг привозил в гимназию старинный с Кирленской росписью молочник, и гордо наблюдал, как молодой маркиз выпивал прописанную дозу. Гимназисты, естественно, без всякого уважения к традициям изгалялись кто как мог. Я и сам неоднократно побеждал в неписаной табели о "молочных" шутках. Когда однажды я заорал из окна на весь двор: "Не пей, Фолти, это была не коза, а козел", - у слуги так тряслись от сдерживаемого смеха руки, что он чуть не выронил шикарный фужер Гаарского стекла.

Ну, а почетным финалом цепочки розыгрышей была следующая хохма. На мальчишнике, который был посвящен окончанию гимназии, в торжественный момент, когда по традиции все выпускники вытащили из ранцев заветную бутылку и водрузили на стол, на бутылке Фолти оказалась весьма скабрезная этикетка, на которой два козла и коза предстали в таком композиционном виде, что их за это выгнали бы за разврат даже из самого дешевого портового борделя.

Люси, как не странно, принесла нам только вино и, сделав легкий книксен перед его сиятельством, удалилась. К моему огромному удивлению Фолти не стал тянуть, а сразу взял козу своей истории за рога. Смущенно потупив глазки, он пробормотал:

- Понимаешь. У Номады проблемы.

- Нет! Только не это! - внутренне вскричал я.

Перед моими глазами встала пышная девица, протягивающая мне лесную фиалку на Латеранском бале Невест, куда меня на третий день побывки затащил Фолти. Меня извиняло только то, что после Стагарского рейда, уцелевшие из полуалы Черных егерей гвардейцы, не просыхали с первой секунды отпуска. Это меня, кстати, и спасло. Имея несколько нарушенную координацию, я проглядел протягиваемый мне цветок, и так мощно щелкнул каблуками, что ненаследная маркиза с испугу выронила символ матримониальных побуждений на пол, а трезвый Фолти успел его подобрать и вернуть кузине.

Так вот... У Фолти была кузина, ненаследная Маркиза Номада Фолтейн-Кирикейн, которая по запутанным геральдическим правилам не являлась полной наследницей рода, но имела долю в материальном наследстве и при замужестве имела право сохранять свою фамилию и титул без права передачи оных мужу и детям. Причем, наследство она имела право получить не после упокоения старших предков, а после дворянского совершеннолетия, имеющего наступить в 22 года от рождения. В данном случае, совершеннолетие наступало через три месяца, и куш составлял 100 000 золотых ауреев. И тут, как на зло, подсуетился какой-то жиголо, прибывший из Балонга. Его почти вовремя заметили и отшили, но он успел настолько запудрить мозги Номаде, что она дала ему предбрачную доверенность. И согласно этой бумаге, в день совершеннолетия, лицо, указанное в этой доверенности, имело право распорядиться данной суммой. Кроме жиголо, распоряжаться наследством могла только сама перезрелая лауретта, но обращаться к ней по этому поводу было бесполезно, ибо оная полностью одурела от любви. Короче, от меня требовалось до наступления рокового дня любыми путями изъять доверенность у мерзавца, так как дело было не только в деньгах, но и в опасности, что жиголо из Балонга таки разведет девицу на брак, а это вот точно будет катастрофой. Самого-то мезальянса можно было не опасаться, но, может быть шум, весьма не желательный для благородного семейства. Сейчас этот аферист, сославшись на неотложные дела, куда-то уехал, но получить деньги он сможет через любой солидный банк. Честно говоря, я хотел отказаться, но Фолти объявил тариф Рода Маркизов Фолтейн на данное действо, это было 10000 ауреев, плюс расходы. И я сломался. Единственное, что я потребовал, так это расписку в том, что Семья Фолтейн не имеет, и не будет иметь ко мне никаких матримониальных претензий. А то, знаю я эти цветочки.

Я связался с Никалабом, и дал ему данные на порученного мне "мышиного жеребчика". В Латеране его звали Финс да Туан, то есть намекалось, что он баронет из Коора, ибо только там были в ходу приставки "да", было цифровое фото с камеры безопасности, и я надеялся, что Николаб чего-нибудь раскопает. Он как раз купил новую рыбку для своего аквариума и ухаживал за смазливой девицей из элитного эскорт-агентства, и поэтому поводу отчаянно нуждался в деньгах, кои ему были обещаны, но лишь по удачному окончанию поиска. В 8 утра мне позвонил перевозбужденный Никалаб и сказал, что пакет информации он выслал мне на раухер, но цена будет двойная, ибо пришлось поработать, и информация оказалась непростая. Буркнув, что там видно будет, я потащился в ванную (ибо еще спал) и только потом включил раухер и стал разбирать почту. Мой шебутной приятель, действительно, поработал на славу, и, судя по всему, залез даже в базу полицейского департамента не только Латераны, но и Равены и Балонга. Итак, что мы тут имеем...

Финс да Туан - вовсе ни какой не баронет и в Кооре никогда не был, и даже вроде и не дворянин. Постоянно проживает в Равене, в старом гильдейском квартале под именем Финес Тун, сын ныне покойного гильдейского посудных дел мастера. В редкие приезды в Равену занимается мелким посредничеством, в Балонге подвизается при Магерском игорном доме в роли официального разводилы. Рассказывает, что служил в Кооре, был лейтенантом у Вольных топоров и получил за подвиги титульное дворянство, о чем даже есть какая- то бумага, но, судя по всему, врет, и был просто мелким латро. Из Балонга, он, судя по всему, недавно сбежал, и в Равене срочно охмуряет пожилую девушку из банкирских дочек, причем охмуряет с чисто матримониальными целями. Так что надо было спешить в Равену...

Шеститрубный паровой дирижабль "Гордость Роны" величаво шел на посадку. Топки были уже отключены, чтобы не осквернять дымом элегантность причаливания к персональной мачте. Для этого маневра вполне хватало и наработанного пара. На боевых паролётах топок практически не было, но военные технологии, штатским еще не передавали, и так полетают, по старинке.

Я взял габолер с эмблемой отеля "Золотой Замок", где обычно останавливался в Равене, но по дороге велел заехать на Адмиральскую улицу дом 6, в Антикварную лавку. Этот адрес дал мне перед отъездом Мастер Лукано. Официоз, - это официоз, а Ночные парикмахеры - это Ночные парикмахеры, и иногда их помощь в моей работе очень многого значит. Зайдя в лавку, демонстративно споткнувшись о третью ступеньку лестницы, вытерев о коврик только правую ногу и спросив, есть в этом заведении Каталаунские стулья, я, видимо, обозначил свой статус достаточно четко. Один из двух старичков, находящихся в лавке, шустро бросился к дверям, запер их на задвижку, и вывесил табличку с надписью "Закрыто", а второй радушным жестом пригласил меня за прилавок и далее по коридорам и переходам, в самые неведомые обычным покупателям недра этого дома.

В результате всех этих передвижений я оказался во вполне стандартном офисе, где меня встретил энергичный и прилично одетый человек, вполне похожий на лаура, если бы не два пистолета под пиджаком и не следы сведенных татуировок на руках. Он уважительно меня поприветствовал, справился о здоровье Мастера Лукано, представился как Мастер Митель и развернул ко мне монитор мощного раухера. Информация пополнилась следующими фактами... Финес Тун, действительно, сбежал из Балонга, потому что задолжал там одному из местных мелких Тарабарских баронов. Балонгцы из Магерской банды сунулись было в Ронеро на его поиски, но сдуру ограбили прохожего, за что и были биты местными Ночными парикмахерами смертным боем, и выкинуты из Равены с наказом больше не появляться. Сейчас Финес Тун обхаживает перезрелую во всех смыслах дочку провинциального банкира, но непонятно, как он хочет добиться ее руки. По традициям Гильдии Менял, жених должен перед свадьбой внести залог в сумме в 100 000 ауреев, который может получить назад только после рождения первенца, а у Финеса Туна, кроме отцовского дома, заложенного уже минимум три раза, ничего за душой нет. Теперь все более менее определилось и мне надо было срочно выяснить, где же этот негодяй прячет доверенность, полученную у бедной маркизы.

Если вы хотите узнать о ком-нибудь всю подноготную, то порасспросите о нем свеже-уволенного им слугу. В информации недостатка, поверьте, не будет. Но уж если вам нужно получить о городе информацию, которой нет в газетах, то тут лучше габолера не найти никого. Несколько золотых ауреев сверх счетчика и не сильно правдивая история, что я ищу слугу обокравшего моего кузена, дали мне адрес кабачка на окраине, где собираются слуги ищущие работу и обмениваются информацией. Теперь надо было только туда попасть, что несло некоторые сложности. Я увы не был членом Гильдии прислуги Равены. Слава Единому, был у меня в Равене, аналог моей Латеранской группы школьников-скутеристов. Это были мальчишки из деповского квартала, подвизающиеся при городском вокзале, в качестве курьеров и носильщиков по мелким грузам. Вот через них я и решил начать свои изыскания. Пообедав, и малость передохнув, я двинулся на улицу, и прямо у входа в отель сбил с ног очаровательную пейзанку. Явная прислуга из хорошего дома, обремененная узелками и шляпной коробкой. Вернее, это меня она чуть не сшибла с ног, шарахнувшись от парового дилижанса, но я устоял, а она нет. Шляпная коробка полетела под ноги прохожему, он шарахнулся и сбил с ног другого, еще кто-то кого-то толкнул, и внезапно получил сдачи. Швейцар, повинуясь моему взгляду, быстро собирал оброненные ей вещи, а я, свистнув габолеру, быстро погрузил туда и вещи и их хозяйку. Мы приехали на Рыночную площадь, я усадил ее за столик в известном мне по прошлым приездам бистро, где она вместо того, чтобы при виде пирожных успокоится, окончательно разрыдалась. Алине, действительно была служанкой в графском доме, и все было бы хорошо и хозяйка к ней весьма благоволила, но у графини был муж... Данный граф, увы, положил глаз на молодую красотку, и она почти смирилась с неизбежным, так как была сиротой и деваться ей было некуда, но однажды пришедший с вечеринки граф распустил руки в гостиной, а в этот момент туда вошла графиня. Так Алине превратилась из почти наперсницы в мерзкую развратную тварь. Положение осложнялось тем, что они с подружкой снимали на двоих квартирку, а подружка вышла замуж и аренда кончается через две недели, а одной и без работы Алине такой расход не потянуть. Я как мог успокоил бедную девушку, угостил ее легкими напитками и пирожными, проводил до дома, где, как вы сами понимаете, ненадолго задержался, а потом еще раз ненадолго задержался, и длилось это до утра. А утром меня осенило... Я рассказал Алине про тот самый кабачок, куда так стремился попасть. Она, оказывается, о нем слышала и даже состояла в Гильдии, но очень боялась идти туда одна. И тут меня опять осенило (чего-то я сегодня делаю все по несколько раз), я сказал, что сам сопроводить ее туда не смогу, но с радостью попрошу от этой услуге брата своей старой няни, живущего в этих местах. Этот очень приличный человек, был солдатом, демобилизовался в чине сержанта и всю гражданскую жизнь проработавший, сторожем в школе для трудных детей, так что лучшего спутника и пожелать нельзя, а уж мне он никак не сможет отказать. Девушка пришла в восторг, и, чтобы закрепить хорошее настроение, мы пошли завтракать в кондитерское кафе, а потом зашли в торговые ряды и купили Алине более приличное для нее платье (все-таки 50 ауреев). А после чего обрадованная подарком (все время, пока мы выбирали и покупали подарок, она буквально хохотала от радости), девушка побежала домой для того, чтобы покрутиться в обновке перед зеркалом, а я поехал в квартал Гильдии Лицедеев, что бы кое-что прикупить для сегодняшнего визита в кабачок "Форейтор".

Заведение, как ни странно, оказалось чистым и вполне приличным. Алине показала знак Гильдии, и ее с сопровождающим легко допустили внутрь. Несколько десятков столиков стояли посередине большого помещения, разбитые как бы на кварталы, по профессиям. Каждый квартал состоял из центрального большого стола на 12 персон и нескольких периферийных на четыре. Все стены были завешаны листками с объявлениями и просто записками. Было очень похоже на стену дадзыбао в столице Великой Сильванской Желтой Диктатории. Симпатяшку горничную с дядюшкой при седых бакенбардах с радостью приняли за центральным столом квартала домашней прислуги. Дядюшка сразу поставил на стол дюжину нельга, чем еще больше привлек симпатии окружающих.

Нет, если бы не густые бакенбарды, которые все время лезли в рот, и под которыми безудержно чесалось, все было бы вообще прекрасно. Когда я под видом дядюшки Мекера зашел утром за Алине, она приняла меня со всем уважением, и, единственное, что несколько смущало, это то, что на любую мою шутку она реагировала бурным весельем. Ну, а за столом я, изображая заботу о племяннице, перевел тему разговоров на странности хозяев и явно попал на благодатную тему. И, наконец, после третей смены кружек с нельгом, прозвучало имя Финес Тун. Он, оказывается, успел прославиться странностями и проистекающей из этого большой кадровой текучкой в рядах его прислуги. Сам Финес Тун частенько бывал в отъездах, и на это время запирал дом и нанимал прислугу для ухода за своей собакой. Огромный Каталаунский волкодав, обычно выпускаемый во двор на ночь, в отсутствие хозяина пребывал в вольере, пристроенном к забору, и если обычно кормил его всегда лично хозяин, то в отсутствие оного, псу надо было устраивать нечто вроде охоты, то есть через систему специальных шлюзов в вольер запускались поросята. Нанятый для этого слуга жил в привратном домике, и не имел права никому открывать кроме поставщиков свинок. Платил Финес Тун мало, и поэтому с каждым разом ему становилось все сложнее находить прислугу, тем более, что не всем было по душе отдавать на пожирание живьем волкодаву милых поросяток. Была еще и охрана из трех мордоворотов, они были при хозяине и дома, и в поездках. И еще в разговоре всплыла одна деталь... У пса был большой широкий ошейник, весьма массивный даже для такой огромной собаки. Ну, что же, я понял, где находится главный тайник афериста, дело оставалось за малым - до него добраться...

Я проводил Алине домой, снял маскировку и приступил к составлению плана. Сейчас мой подопечный никуда уезжать не собирается, значит изобразить слугу, ищущего работу, не удастся. Пробраться в дом было несложно и нейтрализовать кучку штатских для Черного Егеря вообще было тьфу, но как разбираться потом с собакой? Не убивать же псинку только за то, что ее хозяин урод. Но, вспомнив лекцию о вербовке на слабостях, прослушанную некогда в Академии, я нашел вариант...

Ранним Воскресным утром мимо дома 7, что по Фарфоровой улице, проезжала повозка городской службы "По очистке города от пребывающих меж двор животных" или по простому - Очистка. Это название вызвало у меня своеобразные эмоции, ибо так в Горроте, называлась полевая жандармерия. Охота, судя по всему, была удачной: решетчатый фургон был забит собаками всех мастей и смешений пород, объединяло их только одно... Все псинки относились к прекрасному полу. Фургон, замедляя ход, остановился в аккурат возле забора дома 7 и извозный, понукаемый руганью Мастера очистки, стал подкидывать в угасающую топку парогенератора пакеты с угольными гранулами. А в кузове заливался лаем собачий гарем.

Ввиду раннего утра Бык (так звали дежурную псинку) был привязан во дворе, то есть к системе из длинной цепи, идущей от ошейника до кольца ходящего по стальной штанге, протянутой вдоль забора.

Тот, кто не поверит, что Каталаунский волкодав может порвать цепь толщиной в палец, тот явно никогда не любил...

Бык сделал два прыжка, даже один из которых ввергнул бы в зависть любой Цирковой коллектив прыгунов-акробатов. Первым прыжком он, под грустный звук лопнувшей цепи, перемахнул через высокий забор, а вторым прыжком десантировался в открытый сверху фургон со своими потенциальными пассиями, причем еще в полете он успел рявкнуть на пару дворняжек, выкатившихся откуда -то, с явным желанием принять участие в празднике. Фургон резко набрал скорость, а на Фарфоровую улицу все продолжали прибывать широкие массы кобелей и кобельков, причем совершенно в прямом смысле этих терминов. Да. Видимо, с химией я немного переборщил, да и псинку недооценил. Я думал, что он будет мирно гнаться за фургоном, а в переулке в подготовленном месте я его мирно усыплю на квадранса четыре, но так мне было даже легче ...

Я довел фургон до перекрестка и резко повернул в Змеиный переулок, прозванный так вовсе не за населенность змеями, а за его извилистую форму. Тут же на встречу мне выехал близнец моего фургона с аналогичными пассажирками в кузове, а я сосчитав третью извилину переулка, вильнул в неприметный тупичок, сразу же перекрытый от главной дороги ветхим на вид, но высоким фальшивым забором. Юные портеры с вокзала оказались на высоте. Теперь зловредные мальчишки заключали не по возрасту циничные пари на тему, сколько, чего и как кобель Бык успеет сделать за отведенное ему время. Но я прекратил веселье, вручив их старшему оговоренную плату и услав их дежурить на дальних въездах и выездах. А сам, отослав помощника к псевдо-забору, прижав к лицу респиратор, произвел по кузову фургона пару выстрелов из миниатюрного газомета. Собачки и их новый френдбой заснули одномоментно, ну а я, выждав три минуты, собрался приступить к главному. Найти в ошейнике тайник, вынуть из него Доверенность и подменить ее хитрой бумажкой под названием "Добросовестное заявление о преступлении". Эта бумага была своеобразной явкой с повинной, и ее могло принять к исполнению любое должностное лицо, имеющее отношение к полиции, судебным или фискальным службам. Это давало возможность на частичную амнистию, но при предъявлении данной бумаги предъявитель подлежал аресту или сдаче в полицию. Надо ли говорить, что до момента вручения бумаги на ней был морок, изображающий Доверенность на 100 000 золотых ауреев. Должен добавить, что все прегрешения субъекта, перечисленные в бумаге, были чистой правдой.

Я открыл решетчатую дверцу фургона, и вдруг сзади раздались осторожные шаги, я обернулся, плавно доставая свой любимый "Гном 11", но, увидев блеснувшую в руке коренастого монаха бляху "Багряной палаты", передумал махать перед ним оружием. А совсем меня выбила из колеи будто бы материализовавшаяся из ничего стройная фигурка в комбинезоне ВЗ спецназа. Алине, показала мне язык и отошла к стене, держа на изготовку короткий штурмовой автомат, бдительно обводя глазами окна верхних этажей, там вряд ли мог кто-то быть, ибо квартал был складским, но Устав есть устав. Монах, оказавшийся сотрудником Второго сектора Багряной палаты в чине Старшего схимника второго ранга (что соответствовало армейскому майору, но отнюдь не по власти), сразу приступил к делу.

- Ну, вот что, Егерь, ты залез немного не в свои дела, но твоей вины тут нет, и ты даже нам немного помог. Отдай нам ошейник, нужную тебе бумажку из него мы тебе же и вернем, а потом ты оденешь ошейник назад, разбудишь собачку и она вернется к хозяину. Что ты, кстати хотел, делать с ошейником ?

Я несколько смущенно доложил, что хотел подменить вексель, на "Добросовестное заявление о преступлении" и вернуть владельцу ошейник вместе с Быком. Со стороны Алине донеслись звуки сдержанного хохота, она прижалась к стене и тряслась от дикого приступа смеха. Даже на суровом лице брата-схимника появилось нечто вроде улыбки. Он сделал Алине какой-то только ей понятный жест и девушка, чудесным образом переродившаяся из бедной служанки в бойца спецназа Багряной палаты, утирая слезы, выступившие от смеха, подошла ко мне и протянула какой-то документ. Это было такое же "Добросовестное заявление о преступлении"... Тут уже заржали все действующие лица, присутствующие возле фургона, набитого спящими собаками.

В общем все было на мази, собачке поменяли начинку ошейника, правда там было еще что-то, какие-то тонкие металлические пластинки, блестящие узором, подозрительно напоминавшем водяные знаки на Балонгских векселях, их поменяли и на такие же по виду, но я был уверен, что что-то в них стало уже не так, но это уже были сугубо Конторские дела, совсем не интересующие частного детектива. Главное мне отдали мой вексель, а остальное было чепуха. Собачку вытащили на середину Змеиного переулка, и, проведя необходимые действия, оставили там просыпаться, что и произошло ровно за пять минут до появления ее хозяина со слугами. Их вел один из молодых вокзальных портеров.

Когда через несколько дней мы прощались с Алине, она призналась, что намного смешней совпадения с бумагами, ей показалось мое изображение её лже-дядюшки. Она раскусила меня в первую же минуту, и теперь мне стали понятны ее взрывы смеха по поводу любой шутки, выдаваемой переодетым и загримированным мной. И еще я узнал много интересного. Оказывается, когда Алине врезалась в меня у отеля, она увела меня из под удара отравленным стилетом. Кое-кто очень не хотел, что бы я вел свое следствие в Равене и Багряная палата прикрепила ко мне трех сотрудников, из которых я заметил только Алине, да и то потому, что она сама этого захотела.

Мой паровой дирижабль отходил через час, и надо было торопится. Поцеловав меня на прощание, Алине протянула мне маленький подарочный сверток, перевязанный ленточкой.

- Откроешь только в воздухе, - строго сказала она.

На что я щелкнул каблуками, и протянул ей такой же сверток, и смущенно добавил:

- Ты уж прости меня за платье, - на что девушка с неожиданно нежной улыбкой сказала:

- Мой милый детектив. Для скромной служанки платье, стоящее два ее месячных жалования, это очень хороший подарок, но твой я посмотрю сейчас.

В момент в распотрошенном свертке оказался футляр, в котором лежала золотая булавка-заколка, когда Алине определила с каким она секретом, она радостно взвизгнула. Эта заколка стреляла крохотными стальными иглами, с мощным паралитиком. Называлась эта игрушка "Оружие принцесс" и стоила весьма недешево.

Когда "Гордость Роны", дымя всеми шестью трубами, величаво взяла курс на Латерану, я открыл подарок Алине. Это была золотая зажигалка, с искусной гравировкой, изображающей герб Гильдии прислуги Равены и, согласно надписи, являющейся постоянным пропусков в кабачок "Форейтор" с правом бесплатной первой кружки...

Через два месяца, лицо, именующее себя Финес Тун, гордо вошло в Королевский банк Равены и предъявило дежурному фискалу документ, на котором как на Государственном векселе, нужна была его официальна пометка. Вместо этого, патруль коронной полиции вежливо, но жестко препроводил явившегося с повинной гражданина в городскую тюрьму.

Еще через четыре месяца в Балонге разгорелся международный скандал с участием фальшивых Балонгских векселей, Снольдерской разведки и ряда криминальных структур.

А еще через месяц в тюрьме для мелких жуликов повесился на порванной простыне некий Финес Тун, осужденный за мелкое мошенничество, но как явившийся с повинной, вместо каторги на островах отбывавший срок в более комфортабельных условиях.

Ну, а в Календы Северуса была пышно отмечена Свадьба Ненаследной Маркизы Номады Фолтейн-Кирикейн с Кавалером и Кадет-лейтенантом военно-финансовой службы в отставке Сегедом Морси. Это был еще один мой школьный приятель из ботаников, который умудрился на именинах у Фолти задремать пьяным в малой гостиной, и, проснувшись, увидеть свою голову и часть туловища комфортно расположившихся на пухлых коленях маркизы. Несчастный кавалер было дернулся, но в гостиную уже вливался верещащий и сюсюкающий поток тетушек, матушек, кормилиц, домашних хомячков, и прочих чад и домочадцев. Что касается совместимости пары, то по уму они совпадали, вернее по его полному отсутствию, а по физическим параметрам не совсем... У нас на гимназических маскарадах, в старших классах, было любимое занятие наряжать Морси, ребенком.

Стилет невесты


Меня зовут барон Седрик Готар, я хозяин частного Детективного бюро "Тапир и, здесь я для того что бы отдыхать и ловить рыбу. Такую фразу я был вынужден повторять по десять раз на дню, ибо в патриархальном местечке зовущимся город Порутц, что в Каталунских лесах, при разговоре необходимо было именоваться полным величанием. Я забрался в эту глушь, что бы отдохнуть от столичной суеты.

Добирался я сюда паровым дирижаблем, аж восемь часов, и когда мы солидно плыли между облаков над величавым, даже с высоты двух лиг Ителем, я видел как скоростные суда на подводных крыльях, легко обгоняли, наш не самый медленный воздушный лайнер. Когда Лары ушли на Нереиду, они оставили жителям Талара "подарок"... любые двигатели внутреннего сгорания, успешно работали, но только не выше 20 уардов от земли. И не важно, на горе вы были или в пропасти, выше двадцати уардов от точки под вашими ногами, не один движок, будь он на бензине, спирте или солярке, не работал. Это была данность и обойти ее пока, не получалось ни у кого. И объяснений этому не было. Поэтому и развивался скоростной наземный, речной и морской транспорт, и иное судно на подводных крыльях, могло дать фору паровому дирижаблю. Правда были слухи, что в Снольдере разработали некие чудо таблетки из угольной пыли, дающие невообразимый выход тепла и многокамерные паровые двигатели, и что там уже есть воздушные крейсера с очень приличной скоростью, но это все было из разряда слухов.

Я честно пытался отдыхать, но местные жители. прознав от меня же, что я частный детектива, замучили меня узкоспециальными вопросами, а после того как я по дури, помог фру Маргарите, тетушке хозяйки таверны, найти украденные у нее, два элитных розовых куста, все местное население посчитало своим долгом, каждый день подыскивать мне работу. Розы я кстати нашел чисто дедуктивным методом. Выяснил кто в последние три дня интересовался цветами, оказалось что на ближнем хуторе свадьба и племянник невесты, согласно обычая посадил у ее крыльца два розовых куста. Сорванцу надрали уши и задницу и все кончилось мирно. Тетушка расчувствовавшись, и подарила розы счастливым молодоженам, а меня пригласили на свадьбу посаженым отцом и как я подозреваю, в качестве свадебного генерала. Жених оказался одним из окрестных баронетов и свадьба произошла аж в баронском замке, представлявшем из себя довольно приличный двухэтажный особняк. Папаша жениха оказался по совместительству здешним бургомистром и гости представляли из себя сливки местного общества. Отец невесты, впрочем, был отставником артиллеристом с выслуженным на войне дворянством. Один из гостей, худой мрачный лаур, бросился мне в глаза, именно своей мрачностью, звали его Мастер Барр и был он местным главным мытарем. Я сразу о нем забыл, ибо местное женское общество оказалось вполне годным к строевой и я увлекся одной милой лауреттой, которая тая от моих столичных знаков внимания, не преминула намекнуть, что ее старый муж, ныне в отъезде... Короче, мы пошли искать, где бы обсудить нынешнюю политическую обстановку на Таларе и забрели в библиотечный салон, где как на зло торчал господин Мытарь. Я извинился за то, что мы нарушили его покой, но он не отреагировал, да и как было реагировать человеку, в груди которого торчал стилет. Моя подружка завизжала и бросилась вон, а какое то время спустя салон стал наполняться публикой. Барон подошел к трупу несчастного Мытаря и вглядевшись в стилет побледнел, я подошел к Барону и вопросительно на него посмотрел. Он опомнился и громко прошептал:

-"Это невозможно. Мастер Барр, убит Стилетом Невесты"-

Стилет Невесты, это один из обязательных аксессуаров свадьбы в Каталуне. Этот кинжал в день свадьбы дарит девушке отец, как символ выхода в самостоятельную жизнь. Сами понимаете Каталун, и тут с древних времен осталась традиция, так сказать поголовной вооруженности, хоть каким то, но оружием. Сквозь толпу возбужденных гостей, протиснулся коротышка, объемистая талия которого была втиснута в мышиного цвета мундир сельского жандарма. Неуклюже щелкнув каблуками перед хозяином дома, местный гений сыска приступил к осмотру тела и окрестностей оного. Долго мявшись и покашливая, он наконец выдавил из себя фразу, что если лаур бургомистр разрешит, то урядник Фрого (так его звали оказывается), хочет задать невесте несколько вопросов и так как ее почему-то не видно, то может послать пару жандармов ее поискать. Бургомистр нехотя кивнул и оживившийся Фрого махнул рукой паре жандармов стоящих и дверей и они к моему удивлению пошли не к уряднику, а вовсе в другую сторону, то есть вышли из салона и пропали. А когда через буквально пару квадрансов, жандармы привели заплаканную невесту, а жених так и не появился, я понял что дело тут не чисто. Урядник стал задавать невесте вопросы, причем явно ее подталкивал к тому, что стилет она отдала жениху. И тут вмешался ваш покорный слуга.

-"Послушайте почтенный Фрого"- обратился я к уряднику -"А каким образом вы приказали жандармам отыскать невесту и почему они ее так быстро нашли"- На что урядник нахмурившись, спросил с пропойной натугой:

-"А кем вы будете Ваша Милость, что задаете разные вопросы и мешаете следствию?"- в ответ на это я достал из кармана черно-золотой жетон и огорошил местного альгвазила сообщением о том, что как полковник запаса Черных егерей, я беру расследование на себя и согласно Королевскому эдикту "О достижениях в благо законности" от 12 фиона, урядник и все его альгвазилы поступают ко мне в подчинение. Остальное было делом техники. Из рассказа новобрачных, выяснилось, что сначала слуга срочно вызвал куда-то жениха, а так как в это время началась очередная смена блюд, то за суетой невеста не заметила, как со стола пропал ее стилет. А когда она стала волноваться о так долго не возвращающемся женихе, тот самый слуга сказал, что жених ждет ее в беседке в саду, там она его естественно не обнаружила и там же ее застали жандармы. Надо ли говорить о том, что слуги и след простыл и посему я все свои силы направил на троицу деревенских альгвазилов. Бургомистр, предупрежденный мною заранее, приказал подчинявшимся непосредственно ему городским габеларам, исполнявшим на свадьбе роль почетного караула, перекрыть все выходы из здания и прочесать все ближайшие окрестности и это дало свои плоды, в дальнем уголке сада был обнаружен жених, находящийся в бессознательном состоянии и с руками испачканными кровью, увидев это я вспомнил один штрих, замеченный мною в самом начале суматохи и все стало на свои места. Я переговорил, с местной пейзанкой, которая сопутствовала мне сегодня в роковой салон и получив у нее интересующую меня информацию, похвалил, одобрил, приблизил и оставил при себе как справочник по местным жителям, присутствующим на свадьбе. А потом приказал арестовать всех трех жандармов, по подозрении в соучастии в убийстве, а сам еще раз внимательно осмотрев кресло, в котором до сих пор находилось тело несчастного мытаря, приступил к следственным действиям. По моей просьбе мимо меня стали проходить все гости мужеского пола, а я внимательно приглядывался к их туалетам и когда ко мне приблизился молодой человек, с бегающими глазами и очень похожий на урядника, я остановил его знаком руки и показав на жирные следы на его парадном сюртуке, участливо спросил: -"И где это юноша вы так испачкались, не тут ли?"- И обличающим перстом указал на кресло с покойником. Молодой негодяй, как ни странно не испугался и попытался выхватить из под одежды что то огнестрельное, но с Черными Егерями (даже в отставке), такие номера не проходят. Обезоружив и скрутив его, я швырнул мерзавца в объятия подскочивших габеларов и доложил бургомистру, что убийца его гостя изобличен, в купе с сообщниками и дело раскрыто. Уже в более спокойной обстановке, я объяснил восхищенным слушателям ход своих мыслей...

Первым делом меня насторожило подозрительное поведение жандармов, потом Милена (жена командировочного мужа), рассказала мне что сынок урядника сватался за нынешнюю новобрачную и получил отказ. Ну а самое гениальное, это были замеченные мною следы соуса на спинке и подлокотнике кресла... тёмно-красный соус от фирменных раков в тушеных нельге, не мог не остаться на одежде убийцы и был мною именно там обнаружен. Ну а соус попал туда самым заурядным способом, один из слуг умыкнул горшок с фирменным блюдом и спрятавшись в салоне стал жадно и торопливо им лакомиться, но тут в салон вошел несчастный мытарь, которого заманили туда будто бы на свидание и воришка испугавшись пролил соус на кресло, чего жертва в полумраке не заметила. В заговоре помимо жандармов и отвергнутого убийцы, участвовала сожительница одного из младших жандармов, которая передала несчастному мытарю, приглашение на его последнее свидание.

А на следующий день я пошел на заслуженную встречу с местной рыбой, правда встреча с оной, предваряла бурная ночь с прекрасной Миленой...

Я благостно сидел на берегу и следил за поплавками своих трех удочек, и думал что уж теперь все преступления на ближайшее время, минуют меня стороной, как вдруг на середине не широкой речушки, показалось нечто похожее на утопленника, тело плыло спиной вверх, а в спине торчал огромный нож. Я выругался так, что сержант нашего кадетского корпуса, умер бы от зависти, но тут течение повернуло зловещую фигуру на бок и я увидел что голова "утопленника" сделана из тыквы, на которой нарисована издевательская улыбка. А сзади из кустов раздался хохот, как минимум трех мальчишеских голосов. Ну точно, племяш новобрачной опять развлекается...

ТЕАТРАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Сегодня Люси вытащила меня в театр. Я вообще то не большой любитель таких развлечений но был пойман на слове. Я как раз заканчивал дело о пропавшей коллекции курительных мундштуков герцога Илейского, и тут при важных переговорах с одним музейным червем, понадобился вдруг моя официальная лицензия детектива (законник вишь попался), а информацию которую я надеялся от него получить была последним кубиком в головоломном калейдоскопе этого дела. Так что Люси было сказано, что если она успеет подвезти документ вовремя, то в праве загадать любое желание (в разумных пределах конечно) и она успела.

Единственно что я от себя присовокупил к её победе - это то, что с нами в храм Мельпомены, пойдет мой приятель Никалаб со своей очередной пассией (хоть келимаса будет с кем выпить в антракте, а келимас местного буфетчика Шамиля, славился по всему Харуму). Так что сейчас мы пребывали в ложе Императорского театра "Веселых и грустных комедий".


Давали как раз грустную комедию. По ей сюжету, при дворе какого то древнего герцога кипели страсти, в диапазоне от несчастной любви, до любовных треугольников, иногда персонажи пели и причем весьма не плохо, ну а когда хор грянул со сцены балладу о "Рыцарском дозоре", я чуть было не прослезился. В следующей картине, дама в платье позапрошлого века и соответствующей прической в виде крепостной башни, долго и с подробностями рассказывала, как её бросил коварный возлюбленный, так ни разу и не полюбив. Каждый пассаж этой актрисы зал встречал бурными аплодисментами и как я понял по заслугам. Играла она прекрасно, внешние данные были выше всяческих похвал и как мне доложила Люси, эта актриса была на самом деле графиней Алибатой, играющей в театре инкогнито. Про её происхождение, впрочем я и сам догадался. Врожденный аристократизм, нельзя было скрыть никаким гримом и никакими костюмами.

Дама трагически застыла в центре сцены, в не лишенной изящества позе, обличения невинностью коварства, и тут откуда-то сверху, с колосников, прямо ей на голову рухнул непонятный предмет и с мявом вцепился в прическу. Парик естественно не удержался и обезумевшая кошка (а это было весьма крупное и в добавок рыжее животное) стала кататься по полу борясь с несчастным шиньоном.

Актриса будучи опытной театральной дивой, сделала вид, что кошка падающая с неба, это так и нужно по либретто, и воскликнув: - " Это все он негодяй подстроил, ему это даром не пройдет !" - трагически-быстрым шагом, покинула сцену.


В антракте, спутница Николаба Викториэлла, баронесса работающая инкогнито моделью в столичном Доме Моды (она была выше его почти на голову, хотя механик отнюдь не был малоросликом), убежала за кулисы, где у неё была знакомая актриса и вернувшись принесла ворох новостей...

Во первых несчастная кошка в процессе битвы с шиньоном, забилась вместе с оным под реквизитный буфет на арьерсцене, где и была забаррикадирована бдительным директором театра, дабы выяснить после спектакля, чье это животное и вообще зачем и как.

Во вторых актриса, с которой кошка похитила парик, жаждет узнать чьи это происки и попросила свою подругу Викториэллу привлечь к расследованию меня, иначе могут пострадать невиновные.

Ну и в третьих прибежал сам директор театра и отведя меня в сторону тревожным шёпотом рассказал, что у графини имярек, выступающей в театре инкогнито, во время спектакля пропал из грим-уборной драгоценный кулон, тянущий на десять тысяч двойных золотых ауреев и это катастрофа, так что полицию привлекать к этому делу нельзя ни в коем случае.


Ну что же, придется взяться за дело, тем более что спектакль мне понравился.


Учитывая что театр был Императорский (то есть подразумевалось, что там могли бывать коронованные особы), планировка подразумевала возможную изоляцию друг от друга, лож, зала и служебных помещений, то есть зрители попасть на сцену не могли и следовательно были вычеркнуты из подозреваемых в краже. Зрителей после спектакля благополучно выпроводили из театра, а вот труппа и обслуга остались. Охрана по приказу директора, еще до антракта заняла все входы и выходы, но я на всякий случай вызвал по ташу ребят из охранного агентства "Черные алебарды" и приступил к расследованию...

Первой естественно была опрошена актриса пострадавшая от кошки (в миру та самая графиня Алибата, которая инкогнито), она дала расширенный обзор морального уровня ряда коллег. Под Уголовный кодекс Империи и Билль об аморальности подпадали человек семь, которым инкриминировалось следующее:


" *измены женам, мужьям, любовникам и любовницам (причем ряд званий относился одновременно к одним и тем же людям);

" *зависть из которой явно проистекала склонность к воровству (в этом сезоне у одного из ведущих актеров пропало уже три левых тапочка);

" *нарочитое подмешивание в реквизитную посуду настоящих спиртных напитков вместо воды (что весьма оживило сцену банкета);

" *попытки рассмешить актрис при исполнении трагических ролей (из-за этого ведомая на казнь принцесса Мауна, хохотала стоя на эшафоте, а король Лотр изгоняя в пустыню своих малолетних детей, несколько раз хрюкнул от сдерживаемого смеха, что несколько сменило акценты пьесы, задуманные автором);

" *получение путем интриг и разврата главных ролей;

" *попытка убийства путем вбивания в планшет сцены гвоздя;

" *натравливание кошки на примадонну (по поводу кошки под подозрение были взяты все перечисленные);


Под конец графиня сказала, что если я найду бессовестного вора, то гонорар составит две тысячи ауреев, ибо дело не в кулоне, а в принципе.

Вторым был директор театра, который не растекаясь мыслью по древу, сообщил, что кошка упала с колосников, куда могла попасть только справа, так как левая часть трапа была разобрана для ремонта. Порода кошки "Мурранский кот" и её сейчас собираются вытащить из под буфета, что бы отобрать парик и выяснить её принадлежность. Что то буквально щелкнуло у меня в голове и я схватив таш приказал "Алебардистам" выдвинуться на арьерсцену к буфету и лично изъяв кошку и парик, никого к ним не подпускать до моего прихода. А тут ко мне подошел Николаб выполнявший особое задание и доложил, что все сделано строго по моим инструкциям. Я еще в течении четверти часа опрашивал свидетелей и тут зашипел таш и пришла первая информация от "алебардистов" охраняющих буфет. К ним сначала подкатил некий герой-любовник с предложением помочь со спасением несчастного животного из под буфета, а потом вдруг проявилась молоденькая и очень нервничающая гримерша, с просьбой продать ей за пять ауреев парик графини, как память о великой актрисе.

"Ага, сработало!" Подумалось мне. А дело было вот в чем... Я попросил Николаба выяснить есть ли тут системы наблюдения, ну всё-таки "Императорский театр", Николаб естественно влез в систему и выяснил что все и тем более запись, отключено, в виду отсутствие сегодня в театре августейших особ и тогда я попросил своего друга, по секрету сказать Викториэлле о том, что система наблюдения работали и записывала информацию весь спектакль и в течении часа она будет расшифрована и готова к просмотру. Секрет как вы понимаете в считанные минуты перестал быть секретом и вызвал нужную реакцию у преступников. "Алебардисты" по моему приказу локализовали кота, героя-любовника и гримершу. Лохматого рыжего котяру освободили от парика и парик был тщательно исследован. Естественно кулон был в парике. Воришки рассчитали все правильно... Спрятать кулон в парике это было гениально, полицейские обыскали бы все кроме парика жертвы (и даже я возможно бы обошел его вниманием), ну а изъять кулон позже и вынести из театра, было делом техники. Вот так мирный Мурранский кот, встал на пути у преступного мира.

А ауреи графини (помимо заплаченных охранному агентству "Черные алебарды", мы честно поделили с Николабом, ему как раз приглянулась очень редкая акваримная рыбка с острова Сегур (да и другие рыбки не за горами я думаю)


Новогодние гирлянды с сюрпризом

Были крайние предновогодние иды и Равена переливалась праздничными огнями. Огромные традиционные разукрашенные ели с Сильваны, стояли буквально на каждом углу, улицы поверху пересекали пышные гирлянды, то тут, то там играли веселую музыку фагороши и в магазинах буквально кишели покупатели, закупаясь к празднику.

Я люблю Новый год и всегда очень серьезно отношусь к его празднованию. Вот и на этот раз, меня ожидали насыщенные новогодние дни... штурм-майор Черных егерей, известный в узких кругах ветеранов, как "министр удовольствий", надыбал группе наших офицеров приглашение на праздник в клуб "Снежные арбалеты", женского общества боевого биатлона. В Империи женщины несли военную службу наравне с мужчинами, и одна из императриц прошлых царствований, в свое время создала гвардейскую алу Боевых лыжниц, вооруженных по тем временам арбалетами, вот оттуда и пошло. Традиционно в "Снежных арбалетах" служили только красавицы, и опять же традиционно, они дружили с "Черными егерями", так как некогда, во время Лоранского конфликта, егеря спасли из окружения подразделение Снежных арбалетчиц и с тех пор эти гвардейские части крепко дружили. Сегодня был последний рабочий предпраздничный день и клиентов судя по всему не будет, так что я отпустил Люси и стал, и сам собираться домой, как тут нарисовался посетитель и какой посетитель... лейб-гвардии полковник в отставке, кавалерственная дама, председатель клуба "Снежные арбалеты", маркиза Виола Торс собственной персоной.

Она рухнула в кресло для посетителей, цапнула у меня со стола сигареты, закурила и сказала своим волнующим голосом с хрипотцой: "Выручай егерь. Вся надежда на тебя!"

А дело было вот в чем... на последней Снежной олимпиаде, Арбалетчицы вдребезги разнесли сборную Лорана, выбив ее из первого тура, а когда те интригами и подкупом влезли во второй тур (один из прокураторов судейской коллегии был лоранцем), то буквально размазали их по льду и снегу. Снежное двоеборье на Талгаре, включало в себя биатлон и хоккей, так вот в хоккейном турнире, наши девчонки обыграли лоранцев со счетом 18:0. А после Олимпиады, лоранского судью крепко побили в каком-то притоне, а потом его нашли на улице, с клюшкой вставленной в афедрон (не до конца). И теперь маркизе донесли, что лоранцы горят неправедной местью, наняли убийц из "Серого паука" (известного ордена Ассасинов), дабы они нанесли удар по клубу во время новогоднего праздника. Все официальные структуры альгвазилов всех видов и крупные частные агентства, были заняты тем, что охраняли кучу зарубежных принцев, припёршихся в Равену на традиционный новогодний конкурс красоты. Так что вся надежда была только на одного отставного егеря ставшего частным детективом, то есть на меня. Я вызвал Никалаба, который узнав куда мы должны ехать, стал бить всеми копытами и оповестил егерей о том что праздник будет с узорами. Я сказал ребятам быть при оружии, но в штатских спортивных костюмах и первым делом велел негласно оцепить территорию. А потом начал вдумчивый осмотр. Я сразу понял, что прямая силовая акция вряд ли состоится, ибо клуб биатлонистов, это не салон живописцев, и тут у всех и ружья и боевой опыт а не мольберты с кистями, следовательно это будет диверсия. Диверсию лучше всего проводить через обслугу, а так как тут вся обслуга была проверенной, значит надо делать в расследовании упор на новых или сторонних людей. Я вызвал коменданта клуба и в беседе с ней выяснил, что из посторонних тут были только декораторы украшающие главный зал и визитки всех их, комендант, солидная дама, бывший складской итендант-оружейник, скрупулёзно сохранила. И среди этого списка нашлась новая контора, к которой до этого Арбалетчицы не обращались. Они украшали зал гирляндами и плюс, в качестве комплимента от фирмы, развесили везде огромные воздушные шарики и тут меня торкнуло чуйка. Я велел Николабу включить его универсальный электронный инструмент, раухер куда входили глушилка, сканер, и много еще чего. И на трех шарах, сканер засек радиовзрыватели, а в шарах же оказался гремучий газ. Мы блокировали зал, мой друг дезактивировал взрыватели и стал пробивать по сети всю цепочку заказа этой фирмы, что с шариками. Фирму комендантше посоветовала подруга, неведавшая что творит (комендантша обещала открутить голову этой штатской курице и засунуть ей же в задницу). Ну а остальное было делом техники... Учитывая, что на празднике должны были присутствовать достаточно знатные особы, я сообщил о готовящейся диверсии в соответствующие службы, и в течении буквально нескольких часов Багряная палата прихлопнула этот сегмент Ассасинов и Лоранской агентуры. Нам с Николабом вручили золотые значки клуба, а моим ребятам серебряные.

А Николаб попал... на него положила глаз экс-обер-интендантуррат Файрин (та самая комендантша) и после банкета умыкнула его перебравшее Золотого келимаса тельце к себе в комнату. После этого мой друг больше никогда не смотрел биатлон по визору и шарахался от женщин с лыжами.


Мраморная роза


Этот день я начинал в гордом одиночестве. Люси отпросилась посмотреть на катастрофу, из за которой весь город бурлил уже второй день. Жертв слава Единому не было, но аварийная посадка парового дирижабля на городской рынок, это конечно было зрелище, но не для меня, особенно после Стагарского рейда. Зрелище, сбитой залпом замаскированной батареи 'Огненых мухоловов', дюжины боевых десантных дирижаблей, может затмить любую катастрофу штатских летунов. Мне год снились разваливающиеся в воздухе десантно-грузовые корзины дирижаблей из которых сыпались на землю вопящие солдаты противника, парашюты изобрели только после этой битвы. Этот бой кстати, навсегда закончил эпоху больших боевых десантных дирижаблей, жуткую всё-таки вещь изобрел Николаб старший, дядюшка моего приятеля. Ностальгические боевые воспоминания прервал робкий стук в дверь. В ответ на мое бодрое разрешение войти, в мой кабинет просочился тщедушный человечек, с невзрачным лицом, с выпученными как у жабы глазами и целой коллекцией перстней, включая баронский на неожиданно толстых пальцах. Я внутренне присвистнул, ибо меня посетил сам барон Рипат, владелец самого дорогого и самого элитного в Латеране отеля - 'Мраморной розы'. Самый дешёвый номер обходился там в сотни ауреев, а герцогские апартаменты больше тысячи, и всё равно попасть туда было практически невозможно. Сплетен об отеле ходило невообразимое количество. Диапазон был от игорного дома, в котором все крупье - голые красавицы из Сильванской Желтой Диктатории, до борделя с настоящими русалками. Я не стал изображать восторга от такого клиента, а наоборот был привычно деловит, показывая, что этот визит, рутинный случай, не больше. Барон, усевшись после моего приглашения в кресло для посетителей, чуть ли не квадранс изучал меня застывшим взглядом, а когда мое терпение стало кончаться, внезапно заговорил. История была весьма странная. По всему отелю, с пугающей строгой периодичностью, стали пропадать мелкие драгоценности. Вся прислуга была проверенной, посторонние в отель не допускались и тем не менее было уже четыре случая за четыре недели. Осложняло вопрос отсутствие внутри отеля камер слежения, они были только снаружи. Правда при моем вопросе про камеры, в глазах барона что то мигнуло и я сделал большую зарубку для Никалаба. Барон Рипат предложил мне очень солидную сумму за секретное расследование и удвоил её за подписку о неразглашении с магической защитой. Я легко её подписал и хотя я не собирался её нарушать, но мысль что на офицера Егерей такие фокусы не действуют, приятно грела душу. Хотя запрет любого общения с постояльцами, делал работу детектива практически невозможной, но кое какие мысли на этот счет у меня были. А пока суд, да дело, начинать надо было с механика Никалаба. Он как раз находился в состоянии очередной влюбленности, в очередную супермодель из Дома Изящной Моды 'Лилия', и эта его новая пассия считала настоящим кавалером, только того, кто мог угощать её завтраком в кафе 'Бархатный шоколад'. Учитывая, что в меню там присутствовал кофий сдобренный золотой пылью поверх сбитых сливок из козьего молока с Сильваны, завтрак там обходился в месячное жалование горничной из хорошего дома. Я намекал Николабу, что быть ближе к народу, это будет и либеральнее и дешевле, но мой друг гордо заявил, что это сильнее его. Слупив с меня аванс, Николаб включил свой портфельный раухер в сеть и предался хакерскому действу. Гаденько хихикнув, он сообщил мне, что вышел в сеть под кодом нашего одноклассника Пятого маркиза Фолтейна, ибо тот имел наглость не узнать нас на улице, так как был с тещей и её старшей сестрой. Через пол часа, оставив мне диск с информацией, Николаб удалился продолжать выполнение задания, уже у себя в мастерской. Одна внутренняя камера всё-таки была, она имела место быть в будуаре тёмно-бордовых тонов, где тощий тип, весьма похожий на третьего секретаря Финансового департамента, предавался разврату с парочкой перезрелых красоток, своими формами, будившими в памяти строфы древнего поэта Цурена, о '...Холмах прохладной пены...'. Русалок на записях обнаружено не было. Пока я любовался личной жизнью чиновника, фильтры вычленили из камер наружного наблюдения, все шевеления вокруг отеля, но увы это ничего не дало. Пара кошек, прохожая дворняга, птички, вот в принципе и все. Прислуга выходящее из задней двери в одно и тоже время, была та же самая что и всегда. Причем на прислугу я грешил меньше всего, ибо те кто болтал языком или был не чист на руку, просто исчезали и поэтому рецидивов просто не было. Барон Рипат, был вынужден приоткрыть покров тайны своего заведения. Это был в первую очередь закрытый Клуб, с рядом оригинальных правил. В Клубе был зал 'Отдохновенных бесед' , где собирались те гости, кто желал пообщаться. Вход туда был через сложную систему тамбуров и находится там можно было только в полумасках и мешковатых тогах, вне номеров и апартаментов кстати, открытые лица и фигуры, так же не приветствовались. Парадных у отеля было пять штук и к каждому был закрытый густыми посадками подъезд для экипажей. Короче, на следующий день в зале 'Отдохновенных бесед' появился новый гость... Это был почетный адъюнкт Императорской Академии Алексис Николаб. Да, да, именно почетный адъюнкт... Он получил это звание, за то что вывел из ступора главный раухер Академии, который завис как раз накануне визита Императорского Министра Департамента Наук, которому было интересно воочию увидеть, что это за научная игрушка, на которую было ухлопано сто тысяч золотых ауреев. Николаба одели в служебный камзол и оставили у раухера, дабы если что, то можно было побыстрее бы закрыть возникшую проблему. Министр был поражен, когда супер-раухер уважительно замигав лампочками на панели, назвал его Высокопревосходительством и поздоровался по всем правилам этикета. Причем не преминул упомянуть 'ослепительную красавицу'. Министр имел в свите девицу из элитного эскорт-агентства, бывшую на две головы выше его и на голову выше его сопровождающих. Николаб, которого по быстрому представили как адъюнкта, объяснил сановному гостю, что в раухер встроена программа реагирующая на Высоких персон, она сейчас стоит временно, ибо может пока опознавать только высших вельмож империи и блестящих красавиц. И Министр и девица были в восторге, Николаб тоже, ибо эту девицу он обхаживал уже месяц. А прогу восславляющую министров и топмоделей (как и ту, которая подвесила раухер), он стер сразу же после их ухода. Ибо это была элементарная говорилка. Красавица признала лаура Адъюнкта достойным своего внимания, хотя на расходах Николаба это не отразилось (в нижнюю планку естественно). Николаб провел в Клубе пол дня, расставил везде где мог 'микро-клопов' своей разработки (Они имели высокую чувствительность и хитрую систему бесследного самоуничтожения). И через еще сутки приступил к обработке информации. Несмотря на честные глаза барона Рипата, эротический подтекст в Клубе конечно имел место. Прислуга была нарасхват, причем обоих полов и во всех смыслах. Две маски, отловив в коридоре горничную, даже не смогли толком зайти в номер, начав череду неприличий прямо на пороге, причем горничная не противилась, а скорее наоборот, что говорило о высоком уровне зарплаты. Были и менее смелые сцены в коридорах, особенно ночью. Но ни русалок, ни воришек не наблюдалось. Я в сердцах стукнул кулаком по столу и сказал что не пожалею двух тысяч ауреев за любую явную ниточку к разгадке и чуть не пожалел о своих словах. Николаб внезапно заорал - 'Отсыпай золото Барон!', и начал отплясывать какой то дикий танец. В ответ на мой недоуменный взгляд, механик ткнул пальцем в стопкадр на экране раухера. Посредине коридора завис какой то серый комок и на нем что то блестело. Я увеличил изображение и увидел невзрачную птичку раскрашенную в цвета стен коридора, и в коготках эта птичка держала кольцо с каболарами. Поисковик Николаба потратил пару квадрансов на поиски, но они увенчались успехом. Это был сайпан-хамелеон с острова Дике, легендарная птица, о которой все слышали, но никто не видел. По легенде она питалась драгоценными камнями и могла менять цвет и рисунок оперения под окружающее пространство. Заткнув Николоба, вслух рассуждающего, какого покроя он будет шить себе академическую мантию, за глобальное научное открытие, я связался по известному мне номеру, с известной мне же Конторой и как верноподданный Империи и тем более офицер, сообщил, о проявлении 'необъяснимых явлений имеющих отношение'. Тревожная группа прибыла почти моментально. Николаб уже подготовил информацию с наружных камер о маршруте птички, информацию естественно изъяли, сухо нас поблагодарили, взяли расписку о неразглашении и велели ждать сообщений и указаний. Через сутки фельд-егерь привез мне опечатанный пакет, где обнаружилась целая коллекция ювелирных изделий и бумага с намеком, что отобрать оттуда можно только то, что присутствует в списке похищенного в Клубе, остальное же вернуть данному офицеру под роспись. После отделения злаков от плевел, конторский офицер, посоветовал, сказать барону Рипату, что вор найден, но он занимает настолько высокое положение, что имя его разглашению не подлежит и вообще это было пари. Так что все сестры получили по серьгам... Лаур Рипат смог вернуть членам Клуба пропавшие драгоценности и учитывая то, что благодаря моему совету, он сказал что кражи не было, а просто имело место пари между благородными лаурами, обошлось без скандала. Гонорар был выплачен полностью и даже с премией. А Николаб, через некоторое время получил Орден Серебряной Совы, как было сказано в документе, 'За известный, но не поименованный вклад в науку'... Р.С. В 'Мраморной розе' после этих событий, среди постояльцев пошла волна пари с оттенками клептомании. Венцом новой моды, была выкраденная под утро из постели Финансового чиновника, одна из его пышнотелых пассий

Тайна бронзовых кошек


Бедная Люси уже буквально изхрюкалась за своей конторкой. Образный язык свидетельницы производил на нее неотразимое впечатление. Кавалерственная Дама Ираида дин Шари, попечительница Медицинского центра призрения увечных стариц, несмотря на прекрасное образование, не могла до сих пор избавиться от идиом своей далекой и жаркой родины, славящейся дикими верблюдами и вкуснейшими на Сильване лепешками. Вот и сейчас, на мой вопрос, во что были одеты злоумышленники, Ларисса Ираида задумалась и выдала: "На них были такие штаны... ну для засады"... (как позднее выяснилось, это были камуфляжные армейские штаны).

Дело было интересное. С выставки изящных искусств, умыкнули копии знаменитых "Бронзовых кошек". Сторожа усыпили какой - то химической дрянью, а из свидетелей была только Ларисса Ираида, проезжавшая поздно вечером мимо музея и видевшая двух типов что - то грузивших в пикап. Хочу сразу ответить, на не произнесенный еще читателем, но вполне ожидаемый вопрос. Мол, почему администрация музея обратилась ко мне, а не в Городское управление Габеларов или прямо в Коронную полицию. Ларчик открывался просто... Заведение с гордым названием Глипотека Изящных искусств - это всего-навсего частное собрание копий известных скульптур. И принадлежала оная Глипотека выжившему из ума стодвадцатилетнему шестому герцогу Муранскому и не стоила серьезных денег. Его племянник и наследник предложил мне сто ауреев, причем мне показалось, что его интересовал, только договор с моим детективным агентством и не больше. Но накануне ко мне пришел с визитом странного вида лаур, он представился искусствоведом, который буквально на днях собирался купить эти статуи, которыми собирался украсить подъезд провинциального музея в Харлане. Он предложил аванс двести ауреев на расходы и триста по успешном завершении дела, плюс надбавку за срочность. Нет, если мастер Смус - искусствовед, то я - юная посетительница курсов вышивания бисером по муранскому шелку. Больше всего Смус походил на чернильного крючка из нотариусов или кого похуже, типа фискалов или страховщиков. Опросив свидетелей, я выяснил что люди в "штанах для засады" - это скорее всего сотрудники охранного агентства "Черные алебарды", (любили эти ребята элементы армейского камуфляжа), а его хозяина я знал прекрасно и немедленно нанес ему визит вежливости. Капитан "Черных алебардистов" в отставке Мильц радостно меня приветствовал и, рявкнув секретарше в приоткрытую дверь: "Я занят, и меня ни для кого нет", (спикерфонов он не признавал), полез в сейф за заветной бутылкой "Гвардейского келимаса". Мильц вылетел из армии, почти одновременно со мной. Во время Харланского восстания, инсургенты сожгли лазарет вместе с персоналом и ранеными габеларами-ополченцами. Мильц, будучи командиром роты разведки, выяснил чьих это рук дело, блокировал ночью штаб "Народного легиона", перебил охрану, приказал забить окна и двери, и сам дал очередь зажигательными. Данный инцидент просочился в прессу, и по политическим и моральным соображениям капитана вышибли из армии с половинной пенсией. Мильц создал из ветеранов, охранное агентство "Черная алебарда" и стал весьма неплохо зарабатывать на перевозке и сопровождении ценных грузов. Той ночью его ребята выполняли странный, но высокооплачиваемый заказ. Нужно было перевезти из центра на окраину два ящика, и оплачивалось это по двойному тарифу. Заказчик хотел сделать кому-то сюрприз, но сам с грузом не поехал. По описанию он не походил ни на Мастера Смуса, ни на молодого герцога Муранского, был закутан в плащ и носил на голове широкополый бадагар с опущенными полями. Секретаршу, оформлявшую заказ, это нисколько не смутило, ибо хаживали сюда заказчики и причудливее. Тем не менее, я попросил сотрудников капитана Мильца составить мне полное описание незнакомца, по следственной форме пять Багряной палаты и прислать в Бюро "Тапир".

Придя в бюро, я застал там еще одного клиента. Важность, подобная важности любимого кота императора Гипербореи и прямо-таки чудовищная вежливость, смешанная с небывалым чувством собственного достоинства, выдавали в нем потомственного дворецкого. Им он и оказался, Макред пятый, потомственный Главный дворецкий Герцогов Муранских. Вельможного слугу волновал вопрос юридического характера. Старого герцога сегодня утром увезли в "Дом отдохновенных дум", а точнее - в элитную психушку, и согласно некому документу, зачитанного племянником и наследником, с этой минуты попечителем старца и всего его имущества является отныне оный племянник. Макред пятый был удивлен и встревожен тем, что документ о передаче юридических и имущественных прав был заверен не семейным нотариусом Мэтром Риусом, а каким - то неизвестным стряпчим. Почтенный дворецкий очень волновался за своего Хозяина и просил выяснить, как и почему Старый Герцог лишился прав и свободы. Далее Макред добавил, что за сорок лет беспорочной службы он скопил некоторый капиталец, и в состоянии оплатить самое дотошное расследование. Так что дело становилось все более высоко оплаченным. Проводив почтенного и честного Слугу своего Господина, я занялся просмотром сброшенных мне на раухер, материалов от капитана Мильца. Ребята из "Черной алебарды" были ушлые и явно с опытом оперативной работы. Они четко отметили, что плащ и бадагар были явно странного стиля, и бадагар больше походил на Каталану. Но самое важное то, что на плаще была застежка в виде голов Симаргла, а сам плащ был зеленым. Почему это важно, спросите вы.... А вот почему! Зеленые плащи с подобными застежками носили сто лет назад Каталаунские Королевские Егермейстеры. И в последнее время я видел такой плащ только в одном месте - на сцене Латеранской оперы, в постановке "Каталаунский Ловчий". И еще был маленький штришок, заслуживавший внимания. На типе в древней егерской форме были лаковые ботинки с гетрами и пуговицами в виде стагарских изумрудов, а такие гетры носил в Латеране только один человек - гениальный жулик по части подделки документов Фокки Зеленые Гетры. Именно за страсть к гетрам с изумрудными пуговицами, он и получил это прозвище. Я залез в базу Департамента юстиции (ведь должен же на что - то сгодится допуск полковника действующего запаса) и занялся изучением досье Фокки. И сразу Бинго! Его бывшая жена работала костюмером в Опере. Остальное было делом техники. Герцогский племянник подписал договор с моим Агентством не глядя, а зря... ибо листом 18/23 была доверенность, дающая мне доступ к финансовым и юридическим документам Дома Герцогов Муранских, находящихся на данный момент в производстве. Я не стал обходить дюжину дюжин Латеранских страховых контор, а описал своему страховому агенту внешность Мастера Смуса и сразу выяснил, что данного индивидуума зовут вовсе не Смус, а как бы даже и вовсе Мастером Шурпом, и был данный Мастер Шурп сотрудником Страховой конторы "Старый аурей", где занимался страховыми расследованиями. Короче, туда я и направился. И выяснил, что буквально неделю назад, на основании нотариально заверенного документа, и серьезного заключения экспертов-искусствоведов из Равены, тот самый герцогский племянник застраховал двух бронзовых кисок на очень солидную сумму, но как подлинники... Фокки взяли альгвазилы из Финансовой жандармерии, они давно точили на него зубы, но только благодаря мне получили наконец прямые улики. На допросе он встретился со своим титулованным сообщником, а на другой день Старый Герцог вернулся домой. Он так и не понял, где он пребывал эти дни, но был рад снова видеть рядом верного Макреда. Как вы наверняка догадались, медицинское заключение, а так же бумаги, по экспертизе и передаче прав скомстролил Фоки, но идея со страховкой была уже плодом коллективного творчества. Так что я получил деньги от страховиков и от племянника. А вот от денег верного Макреда, я отказался. Рука, знаете ли, не поднялась.

Ultima ratio regum


День был средней насыщенности, но чего то явно не хватало. Был успешно выполненный заказ, была пара новых, но все это как то не грело. Не было ни экзотики, ни живинки. Не хватало, пусть даже какой-нибудь вдовы-графини и ее очередной любимой собачкой, кошечкой или морской свинкой...

Мысли мои прервал дверной колокольчик. В приемною кто то вошел и судя по голосу не разносчик пива и колбасок. Люси, заскочив в мой кабинет и сделав круглые глаза, прощебетала - К вам Клиент Шеф - и испарилась, пропуская в дверь элегантного лаура лет сорока, в легком пальто от Панкара и с платиновой заколкой, в галстуке Клуба "Гобелен". Клиент был солидный и рассказ о чаше старинного серебра, пропавшей из парадного сервиза глэрва Кларона, вызвал мое желание принять заказ и немедленно ехать с ним. Честно говоря, на поездку меня подвинула в первую очередь, татуировка в виде крохотной красной алебарды, мелькнувшая между большим и указательным пальцами левой руки гостя. Алые алебардисты несли в этом году караул в Королевском дворце. Так что когда угрюмый лимузин, отъехал от моей конторы и мой новый Клиент, поднял затемненное стекло между салоном и кабиной водителя, я не спросясь закурил и обратился к своему визави с короткой фразой: -"Представьтесь офицер"-.

Нисколько не смутившись, лаур Рейс, отрекомендовался:

- " Капитан Алых алебардистов, Глэв Рейс, лаур полковник "- но я так просто не собирался заканчивать беседу и вальяжно добавил...

- " Ну и где меня ждет на этот раз герцог Лакруз, капитан "- на что капитан не смутившись, ответил спрятав в глазах усмешку, что в прочем не являлось нарушением субординации...

- " Не там где обычно, лаур полковник " -

Мы колесили по Латеране битый час, несколько раз я засекал перед нами или позади, точно такие же машины, как и наша, вплоть до номеров. Видимо герцог очень не хотел, что бы о нашей встрече, кто либо мог бы проведать. Мы свернули в переулок Благочестивых белошвеек и понеслись прямо в тупик, образованный глухими стенами бывших лабазов, Полотняной и Шелковой Гильдий. Машина не снижая скорости вонзилась в сероватую каменную кладку и оказалась в большом (где-то 30 на 40 уардов) помещении, напоминавшем крытый манеж. Там стояла пара таких же, лимузинов, как и наша машин и трехосный "Кабан" в ночном камуфляже, с пулеметной башенкой на два тяжелых "Ручейка". По стенам темнели стальные двери. Одна из них открылась и оттуда вышел герцог Лакруз, министр двора Его Величества и руководитель одной из самых эффективных и секретных спецслужб королевства, ненавязчиво именуемой - "Департаментом организации дворцовых каминов". Герцог, приглашающее махнул мне рукой затянутой в черную перчатку и направился к "Кабану". Когда я догнал герцога и удивленно взглянул на него, он проворчал что в коробке нас точно ни кто не услышит. А разговор был действительно не для чужих ушей. За последнюю календу, в разных частях Талара, пропало четыре августейших особы, женского пола,что характерно, из различных царствующих домов. А вчера была похищена, супруга наследного принца Снольдера, принцесса Стефания Ронерская. Похищена на территории Ронеро, по дороге в гости к своему отцу, нашему Королю. Все это похоже на международный заговор и все Конторы сейчас копают, но вас полковник я хочу озадачить именно поисками принцессы Стефании, будете действовать как частный детектив, но получите золотую пайцзу, пару моих сотрудников из секретного действующего запаса и неограниченные финансы, неограниченные в разумных пределах разумеется. В качестве легенды, вам поручается дело о пропаже ожерелья из черных изумрудов. Их украли в Снольдере и привезли в Ронеро. Это дело известной мошенницы и воровки по кличке "Золотая Рысь", у нее даже есть какое то сходство с нашей принцессой и самое главное, что у лариссы Стефании, есть такое же ожерелье. Так что дерзайте полковник и удачи вам, с этими словами он пожал мне руку и вылез из полицейского бронехода. Когда через несколько минут я последовал за ним, герцога уже не было, но был Глэв Рейс, который щелкнул каблуками и подал мне неожиданно весомую, кожаную борзетку. С содержимым я разбирался уже у себя в конторе. В элитном изделии Каталаунских кожаных дел мастеров, наличествовали следующие вещи по списку... Три Балонгских золотых кредитки, от трех разных страховых обществ; Дискета для раухера с информацией; Золотая пайцза Миннистерства Двора, дающая гражданскую и военную власть на любой территории Королевства Ронеро; субраухер в неказистом корпусе, но тяжестью, намекающий, на повышенные мощность и защиту; шаур марки "Король", секретная пушка имеющаяся только у офицеров личной охраны Короля. Калибр это чудо имело одну шестую джайма, в шнековом магазине хранило пол сотни реактивных патронов, по мощности соответствовавших двух джаймовой зенитке, и по размерам был не длинней адмиральской ферейской сигары и лишь раза в два ее толще. Ну и естественно пять запасных магазинов. Пули или что там их заменяло, были как я слышал двух видов. Обычные и бронебойно-зажигательные. У моей игрушки весь комплект был именно второго варианта. Как выяснилось, у моих попутчиков, были такие же пушки. У Капитана Рейса с боеприпасами обоих сортов, у корнета Млина (молодого качка среднего роста) с обычными. Я послал напарников в Королевский банк, поменять одну из карточек на золото и слить деньги со второй и остатки с первой на мой счет. Дело тут было не в моей скаредности. Просто золото в дороге лучше любых кредиток, а уж если снимать деньги в банках, то иногда светить Балонгские стотысячники не с руки. Ну а сам я дорвался наконец до шаура. Вскрыв конверт с инструкцией, я увлеченно стал ее изучать... Та-а-а-ак... повернуть два раза, по часовой стрелке и один раз против, дождаться когда замигают огоньки в корпусе, сжать рукой предназначенной для ведения огня и держать десять секунд, дождавшись перемена цвета индикаторов с белого, на зеленый. Все промигалось и теперь стрелять из этой пушки смогу только я, остальные могут, максимум только вместе с ней взорваться.

Осталось придумать, как и где переговорить с Мастером Лукано, но жамый авторитет заявился ко мне сам, одетый разносчиком угля для каминов и сопровождаемый подмастерьем, неуловимо похожим на него то ли лицом, то ли глазами. С безмерным удивлением, я заметил что главный ночной парикмахер Латераны, не может сразу начать разговор. Он явно мялся и был сильно чем то озабочен. Я уже собрался сам инициировать разговор, но старый Тарабарский атаман, быстро собрался и начал таки беседу... Выяснилось, что ночной мир Латераны, был в курсе того что творится в августейших домах и по этому поводу, из почти забытого Совета Тарабарских принцев, посыпались директивы, нравившиеся далеко не всем местным главарям. Мастеру Лукано пришел приказ нейтрализовать пятерых жителей столицы, и мое имя тоже было в этом списке.

- "Понимаете лаур полковник, не будь вас в этом списке, я и то бы десять раз подумал, прежде чем что либо предпринимать, но ваше имя решило всё. Вы не сегодня, завтра тронетесь в поход, и я отдаю вам в полное подчинение и подмогу, моего младшего племянника. Зовут его Колек, парень он надежный, не глупый, я его тут даже в Латеранский университет определил, и предан он вам будет и полезен, а если нужна будет помощь парикмахеров ночных и в других землях, то Слово он знает. Так вот, в своих книжках он раскопал, то ли пророчество, то ли легенду, и сказано там о пяти принцессах, которые сделают из пастуха - императора. И похищено на сегодня их именно пять, так что думайте конечно сами ваша милость, но похоже дело в этом пророчестве. И еще. Ее высочество, похитили по дороге из Снольдера, и те кто ее похитили, сейчас в бегах, а от погони лучше всего уходить либо в безопасное место, либо на встречу оной, ну а уж если совсем повезет, то место и направление совпадут. И простите за маскарад, но за мною и вами уже присматривают, и уж простите старика, не все из соглядатаев выжили, нет Государевых людей мы не тронули, но парочку чужих тарабарцев и одного харланского засланца, ну ни как не удалось сохранить в целости..." -

До глубокой ночи, мы с Рейсом и Колеком, сидели над картой и строили догадки и маршруты, и вырисовывался уже вполне предметный план.

Когда я отметил на карте, места где были похищены четыре принцессы и одна наследная Великая герцогиня, и соединил их по периметру, то получился неправильный овал, в центре которого находилось весьма примечательное место, под названием - Бивак.

Сто шестьдесят лет назад, после войны между Снольдером, Ронеро, Харланом и вновь провозглашенной республикой Ител-Мануар, возникшей в бассейне поименованных в ее названии рек, образовалась область, официально находящаяся в юрисдикции Снольдера и Ронеро, но фактически бывшая экстерриториальной и носившая неофициальное название - Бивак. Там осели наемники с Сильваны, и из некоторых государств Харума. Сильванцев на родине объявили вне закона, за то что они предпочли бесплатной войне за Гиперборею, платную за Ронеро. Единственную в своем роде, бригаду наемниц из Демура, проклял местный Епископ, у кого-то тоже были проблемы, а так как в тех местах, весьма не лишне, было иметь не местные полицейские силы, то наемникам выделили безлюдную область, на берегу реки Тей, на границе между Снольдером и Ронеро. В последствии, данное положение вещей устоялось и наемники, подписав меморандум, о не ведении ими за любую плату или без оной, боевых действий против Снольдера и Ронеро, сохранились в данном состоянии до наших дней. В Биваке, было много маленьких городков, замков и ферм похожих на замки и абсолютно отсутствовала преступность. Местные были не так воспитаны, а заезжие гости склонные к криминалу, слишком поздно узнавали, что единственное наказание за серьезные преступления, это знакомство с Конопляной тетушкой, а за мелкое каторга, как минимум. Жителей Бивака охотно нанимали в сельскую жандармерию и ратушную полицию, во всех окрестных Королевствах, ибо все знали об их честности и профессионализме. По традиции в каждом доме, был комплект оружия по числу взрослых членов семьи, а взрослым житель бивака считался с 14 лет. Хотя между собой, многочисленные местные Лены и Маноры, периодически воевали, но так по мелочам и за границы этого странного образования, война не выплескивалась, хотя на внешнюю угрозу, все объединялись как один. Когда лет семьдесят назад, сошедший с ума военный Губернатор, примыкающей к Биваку Снольдерской провинции, вторгся в Бивак с тремя драгунскими бригадами, две трети драгун оттуда не вернулись. Так что Бивак старались не трогать.

Наиболее вероятный путь похитителей, должен был идти в сторону Бивака, по реке Тей, эту мысль одновременно озвучили мы с Колеком. Колек же вызвался добыть быстроходное судно, за которым был и послан в порт, снабженный на всякий случай увесистым мешочком золота и корнетом Млином, в качестве сопровождающего. Люси уже давно летела на Островной курорт на туристическом дирижабле и поэтому мы с капитаном Рейсом, сами варили себе кофе и сами подливали в него келимас. Получив на субраухер, сообщение от Млина, что в порту все готово, я дал команду к выходу. Спустившись в вестибюль, мы обнаружили привратника, прилипшего к дверному стеклу. С улицы слышались крики и шум драки. Рейс решительно отодвинул привратника с дороги и вышел на улицу первым, я последовал за ним. Первое что открылось нашим глазам, это летящий (но низенько-низенько) габелар финансовой стражи, блестя серебряными нашивками за пять лет беспорочной службы, на фиолетовом мундире, он спикировал, не долетев до бампера моего "Фатранга", буквально уард. Следующим в воздушной веренице, прибыл капрал той же службы, он удачно вмазался в колесо моего авто и там же благостно прилег. А справа доносился смутно знакомый рев, голодного Глорха. В перемешку с чисто морскими ругательствами, сыпались обещания, показать всем, как требовать с него денег, а старую стерву утопить в болоте, предварительно посадив в мешок со змеями. Справа от нас, уардах в десяти, вел бой вечный кадет-лейтенант, трижды разжалованный из капитанов, командир легендарного гукора "Королева Рона", кавалер пяти боевых орденов, маркиз Камдил дю Пафюр, по прозвищу Зарбазан. Он вел рукопашный бой с тройкой фиолетовых мытарей, пытаясь пробиться к бледному типу, в сюртуке службы приставов, финансового управления. Зарбазан, был милейшей души человеком, только немного вспыльчивым. В бою и на реке ему не было цены, но он имел три недостатка - отсутствие субординации в сторону начальников которых он не уважает, неумение жить спокойно в мирное время, и стервознейшая теща, вдовая маркиза дю Пафур, от которой он и получил титул и за что был ею глубоко ненавидим. По первым двум пунктам, он имел кучу разжалований и боевых орденов, по второму весьма беспокойную личную жизнь, фрагмент которой видимо и происходил сейчас. Я гаркнул на всю улицу - ОТСТАВИТЬ! Драка прекратилась сразу, ибо Зарбазан сразу меня узнал, а я относился в его шкале патий, к начальству уважаемому. Мытарь, оказался исполнителем решения финансового суда призрения, по иску его тещи на алименты трем его дочерям (кстати дочки были детьми его супруги от прошлого брака, как он на ней женился, это отдельная история). Несчастный Камдил, должен был периодически отсутствовать дома по месяцу и больше. Он водил караваны по Рону и его услуги стояла очередь из купцов. Зловредная теща подала в суд на алименты, заявив что муж не бывает дома и детей не кормит. Жена, абсолютно подмятая мамашей ее иск поддержала, и это не смотря на то, что Зарбазан исправно оплачивал все счета и жены и дочерей и самой тещи. Суд обязал Зарбазана, отписать жене доверенность, на свои банковские счета, что кстати было весьма подозрительно и даже не законно. Показав финансовым альгвазилам золотую пайцзу, я первым делом приказал арестовать мытаря и приступил к допрос. Запуганный моей пайцзой и добрым лицом Зарбазана, чиновник признался, что прокуратор Финансового суда призрения, являлся троюродным племянником старой маркизы, а сам он ни при делах и работает на благо закона, без страха и упрека. Я позвонил по известному мне номеру и по всем правилам сделал заявление о злокозненном сговоре, против Чести закона, выдвинув в качестве свидетеля, окончательно наделавшего в штаны мытаря, после чего, через его же терминал, открыл в банке призрения, четыре счета по 12000 ауреев, на жену, и каждую из дочерей. Данное вспомоществование действовало до совершеннолетия девочек и снимало с Камдила, всякую дальнейшую финансовую ответственность по содержанию семьи. А я получил лучшего в бассейне Рона, военного моряка-речника. Когда Зарбазан, подбирая слова благодарности, начал что то мямлить, я скомандовал смирно и пояснил, кадет-лейтенанту, что халяву надо отрабатывать. Мы идем вниз по Ителу и нам нужен лоцман и капитан. Дю Пафюр, щелкнул каблуками и проорал, что кадет-лейтенант Маркиз Камдил дю Пафюр, поступает в полное распоряжение лаура капитана. На что я, блеснув пайцзой, поправил его: -"Не кадет-лейтенант, а капитан и в распоряжение не капитана, а полковника"-. После чего речной маркиз, до самого порта, впал в частичное обалдение.

В порту было как всегда шумно, разноцветно и многоголосно. Мастер Колек и корнет Млин, были радостно удивлены тем, что к нам присоединился легендарный Зарбазан, он сразу принял на себя команду всеми морскими делами. Посмотрев на быстроходную яхту, со стремительными обводами, он скривил лицо и сказал, что эта птичка сгодится для рыбалки, но ни в коей мере, как рейдовое боевое судно. Потому что для данного судна нужны аппарели. На вопрос Рейса, зачем мол аппарели, Зарбазан посмотрел на него как на идиота и пояснил, что без аппарелей, бронеход "Вепрь" не сможет въехать на судно и что характерно с него съехать. В это время, из здания портовой комендатуры, вышло двое военных, в не малых чинах, завидев их, Зарбазан нехорошо улыбнулся и спросил меня преувеличено вежливым тоном:

- "Лаур полковник. Эти двое должны выполнять ваши приказы?" - посмотрев скучающим взглядом, на командира Отдельной Ительской Бригады Королевской морской пехоты и сопровождающего его, Начальника королевской Латеранской Военно-морской верфи, я важно кивнул. Повернувшись к Рейсу, маркиз сказал со змеиной улыбкой: -

- " А позовите ка сюда, вон ту парочку капитан "- И добавил -" Именем Короля!" -

Дальнейший разговор был бы пиршеством науки для любого психолога, ибо эмоции и векторы субординации, меняли накал и направление с быстротой пули, выпущенной из "Гнома 11" (его я естественно тоже взял с собой). Полковники узнали конечно Зарбазана и естественно узнали меня, так как и они и я были членами Ломберного Клуба. Изначально Полковник и Адмирал Красной эскадры, посмотрели на двух отставников достаточно спесиво, и взирали с уважением исключительно на капитана Рейса, показавшего им жетон со скрещенными алебардами, но блеснула Золотая пайцза, защелкали каблуки и Зарбазан приступил к реквизициям. Он приказал выделить нам, скоростной десантно-штурмовой катер, с бронеходом "Вепрь" в ангаре и не полным экипажем, установить в нем дополнительный морпеховский блок связи и что бы, во всей технике полные баки,канистры и БК. И конечно по десять офицерских сухпайков на человека. Ну и самое главное, уважаемые лауры Адмирал и Полковник, должны забыть, что они не только, что то такое нам дали, но и что вообще просто нас видели. Ну и легенду о том, куда делась ссуженная нам техника, им также самим велено измыслить. Через два часа СДШК "Буревестник-5", покинул Латерану. На нем шли: корнет Млин, капитан Рейс, соответственно мы с Зарбазаном, бакалавр истории Колек, вечный ординарец Зарбазана, обер-боцманмат Фимус и трое старых служак моряков, воевавших когда то вместе с Зарбазаном и безприкословно ему веривших.

"Буревестник" солидно и неторопливо отошел от стенки, по официальной версии он шел на замену двигателя, на маленькую рембазу Речной жандармерии, не далеко от Бивака (двигатель был заменен еще вчера), и ход по причине изношенности старого движка, имел в 30% от штатного и в добавок был практически разоружен, из за 90% износа стволов орудий (что было тоже полной чушью). Ну а потом мы дали фулспид. Мы стали заходить во все порты и гавани, по дороге к Биваку, но на подходе к одному из них, мы по указке Колека зашли в неприметный рукав и там в заброшенном крытом причале, времен войны, нам полностью поменяли имидж. Из боевого "Буревестника, мы превратились в заштатного речного чистильщика. Пушки ушли в бомбардирские шахты, сзади появилась грузовая стрела с мусорным тралом, плохо прокрашенные щиты, закрыли четкие обводы корабля. И дальше, мы уже шли на старом мусорщике, по названию "Речной краб". Колек периодически наводил справки у местных тарабарцев, я же терроризировал стационарные посты речной жандармерии, представляясь проверяющим боеготовность полковником из Управление боевой подготовки. В Речную жандармерию брали только ветеранов с боевыми наградами и практически везде я находил либо тех кто меня знал по боям, либо просто воевал в тех же местах. В результате мы засекли две ниточки. Неизвестная яхта, была остановлена полицейским катером и отпущена за взятку, превышающую все разумные размеры, уж очень ее капитану не хотелось, что бы речная полиция поднималась к нему на борт, мол так спешу лауры полицейские, что никаких денег не жалко. А в одном маленьком порту, матрос с заправлявшейся там яхты "Черный лебедь", спрашивал у трактирщика, сколько может стоить браслет из черных изумрудов. Такой же браслет был у Софи. Яхта "Черный лебедь" шла в сторону Бивака и обгоняла нас часов на 12, как минимум. Я велел дать полный ход. По дороге, я снова и снова перечитывал текст легенды, "...о пяти принцессах которые сделают из пастуха - императора", в переводе бакалавра Колека, с языка Аугел. В принципе все было ясно, некий индивидуум, высокий, голубоглазый и почему-то пастух, должен собрать пять особ с августейшей кровью, женского пола и кстати не обязательно девственниц и совершив с ними сексуальные действа, принести их в жертву Керунису, на специальном алтаре. После чего возложить на себя некий "Алый венец" и стать Императором Харума. Ну где же нам искать в Биваке этот алтарь... Я снова включил раухер и открыл базу данных по биваку. И так что мы имеем... дюжину городков, почти две сотни ферм и больше сотни замков с местечками. И тут меня осенило! Я набрал в поисковике слово пастух и кликнул команду поиск. Мне был выдан следующий список: Замок одинокого Пастуха, местечко Пастушьи выселки, Хутор Пастухи, область Пастушья падь. И все это было в одно месте, в Лене Пастушья падь и Замок одинокого пастуха был столицей этого Лена. Зеро!

В порт Мушкет, речные ворота Бивака, мы пришли на рассвете. Но по дороге, не обошлось без приключений. В самый "Час волка", на нас ринулись с двух сторон пять целей, в составе трех баркасов и двух рыбацких шняв. Нас спасла хорошая караульная служба и определенные боевые навыки. Пираты были уверены, что "Речной краб" безоружен и их шесть пулеметов, сделают из него дуршлаг, но тут поднялись из бомбардирских шахт две полуавтоматических каронады, калибром в полтора джайма. Хватило бы конечно и одной, той за которой стоял Зарбазан, он потопил три единицы вражеской эскадры и одну серьезно повредил, остатки добил уже я. Было понятно, что нас уже ждали, но мы успели выстрелить первыми.

Комендант порта, бодрый ветеран - фельдфебель, со стальным протезом левой ноги и дюжиной нашивок за ранения, оказался старым знакомым Зарбазана. Он подтвердил, что яхта "Черный лебедь пришла шесть часов назад, ее ждали три закрытых грузовика и сейчас на ней нет никого, кроме нанятого местного сторожа. Принадлежит она местному торговцу, который с радостью сдает ее в аренду, не требуя никаких документов, кроме залога. Но один из грузовиков, был точно из Пастушьих выселок. Дорога туда плохая, так что по ней грузовики ни почем не догнать, но есть еще один путь, по железной дороге. В лене "Медный Рокантон", принадлежавшем двоюродному брату ветерана, начиналась старая военная железнодорожная рокада, тянувшаяся практически вдоль Итела, и владелец Лена, потомственный военный железнодорожник, следил за путями и даже гонял по ним цирковой поезд, что давало ему очень не плохой доход. Уже через час, бронеход "Вепрь" нес нас в сторону замка "Медный Рокантон". Хозяин замка был не многословен. Показав на два разноцветных цирковых состава стоявших под парами у настоящих капитальных крытых перронов, он объяснил, что вот на том, поездка будет стоить десять тысяч ауреев, а вот на этом пятьдесят тысяч. На вопрос почему такой разброс цен, он объяснил, что если поездка сопряжена с опасностями, то лучше выбрать более дорогой вариант и свистнул в кондукторский свисток. По этому сигналу цветные плакаты на одном из поездов стали сворачиваться и мы увидели, шестибашенную, двухтрубную, паровую, рейдовую бронеплощадку Снольдерской работы, с двумя грузовыми платформами спереди и сзади. Я предложил сто тысяч, при условии что будет полный экипаж, артпогреба под завязку и абсолютное подчинение Заказчику на поле боя. Уточнив у меня, что бои будут вестись против Лена "Пастушья падь", железнодорожник сбавил до восьмидесяти тысяч, пояснив, что это скидка за удовольствие ибо Пастух уже достал. Мы загнали бронеход на платформу и снова тронулись вперед, на встречу новым приключениям.

Покинув обжитые места и втянувшись в глухой лес, Рокантон (именно так просил себя величать, хозяин железнодорожного замка, так как в Биваке было издавна принято, что имя лена, манора или местечка, соответствовало имени хозяина), приказал снять цирковой камуфляж и привести в боевую готовность пушки и пулеметы. Джаймовые спарки и тяжелые, калибром 0,38 джайма пулеметы, внушали уверенность, а наш бронепоезд набирая скорость, уверенно пожирал лигу, за лигой. На его борту, сверкала золотом надпись выполненная старинным шрифтом - "Ultima ratio regum", лозунг Снольдерской артиллерии.

Рокантон, бывал в тех местах и рассказал что в пяти лигах от замка "Одинокого пастуха", есть в лесу старинное капище и рядом с ним охотничий домик тамошнего барона звавшегося что характерно, так же Одиноким пастухом. Прямо к капищу подходила заброшенная железнодорожная ветка, у барона Рокантона остался от предков железнодорожный атлас Снольдерского генштаба и он был в курсе всех местных веток. Доехали почти без приключений, на диком проселочном переезде правда, какая то непонятная кавалькада обстрелял нас из легкого пехотного оружия, но три горизонтальных спарки, смели их как мусор. В двух лигах от цели, наш поезд уперся в завал, завал был явно природный, но это не облегчало задачи. Тут решено было разделиться. Команда Бронеплощадки расчищали завал, а мы на бронеходе ехали к капищу. Наш ученый бакалавр сделал нам по дороге еще один подарок, он вывел из своих манускриптов что действо с сексуальным подтекстом, должно было начаться не ранее чем через три дня, а жертвоприношение должно иметь место в течении сорока часов с момента обладания первой жертвой, так что время у нас было.

Охотничий домик был похож на все, кроме места пребывания веселых охотников. Черно-серые стены, с узкими окошками-бойницами и все украшено стилизованной паутиной, то ли из канатов, то ли из корней. Охраны было немного и порадовал грузовой фургон, похожий по описанию на тот, что увозил людей и грузы от "Черного лебедя". Корнет Млин, капитан Рейс, и мы с Зарбазаном, были одеты в боевые костюмы морской пехоты, и помимо личного оружия имели штатные автоматические винтовки, морпехов - "Мурена-2". Попрыгали приказал я, а потом махнул рукой в сторону объекта атаки. Колек и Обер-Фельдфебель Фимус, оставались в бронеходе и осуществляли огневую поддержку, их выход был чуть позже.


В подвале было холодно, но не это тревожило Софи. У Харланской наследной княжны, опять началась истерика. Она почему то решила, что их похитили, что бы отвезти в бордель на острова и эта мысль каждые два часа вводила ее в нестерпимый ужас. Княжна, начала визжа выкрикивать несуразные фразы, о том что именно она не позволит делать с собой этим мерзавцам, к ней стал присоединяться еще голоса и было понятно, что это опять закончится, доброй порцией холодной воды из шланга от охранников.

Внезапно Гланская принцесса Вирита вскочила и рявкнула, хорошо поставленным командным голосом: - А ну тихо шалавы, августейшие. На улице бой!".

Все затихли и Софи услышала наверху потрескивание выстрелов и далекие крики. На улицу выходил ряд узких отдушин и шум проникавший через них с улицы, все усиливался. Вирита заливисто по особому свистнула и сразу же Софи, Ириада Снольдерская и еще пара девушек по боевитей, подошли к ней.

- "Действуем как договаривались"- четко отрезала капитан Гланской гвардии. -"Метайте стилеты в горло или глаз, и главное дайте мне добраться до оружия по серьезнее" - и повернувшись к остальным пленницам, стала отгонять их к стене напротив входа в подвал. Но тут от входной двери понеслись новые звуки, кто то бил чем то тяжелым в дверь и орал до боли знакомым голосом:

-"Говори где принцессы мразь. Убью. Яйца расплющу"-

Гланская принцесса одобрительно кивнула и сказала: -"Явно наш человек. Наверное из гвардейских егерей. Плющить яйца, это они больше всего любят"-

А некто со знакомым голосом, продолжал стучать головой охранника в дверь и продолжал экспресс-дознание.

Софи закричала, срывая голос: - "Седрик. Я здесь!"-


Мы выводили девушек на улицу, Гланская принцесса с трофейным автоматом, приводила к знаменателю немногих пленных. А потом снова началось. Нет, сначала все было нормально, мы просочились к зданию, сняли из шауров охрану и разнесли в пух и прах бездарную атаку, как я понял дежурной алы. После небольшого затишья, когда я нашел Софи и остальных пленниц, со стороны замка попёрла баронская дружина, наш бронеход встретил ее хорошим огоньком, но получил реактивную гранату в двигатель и лишился маневра, а потом и вовсе загорелся, при этом Колек и Фимус были легко ранены. Мы в три шаура вели ураганный огонь, но противник пер и пер, и если бы не подоспевший бронепоезд, нам пришлось бы совсем худо. Железная дорога тут делала петлю и бронеплощадка кружила по ней ведя огонь из всех стволов. Ну а когда в небе появились тяжелые паролёты ВВС Снольдера, вызванные Рейсом по модулю связи, я окончательно понял что мы победили. С неба посыпались Снольдерские десантники и сходу начали зачистку местности, а из приземлившегося на поле воздушного монстра, посыпались Черные Ликторы, раззолоченные придворные и впереди всех красавец в мундире адмирала двух фонарей ВВС Снольдера, это и был, как я понял жених Стефани, у них в Снольдере женихаются, чуть ли не год, так что свадьбы еще не было. Нет, он мне даже понравился, но любви я к нему не испытывал. Принц Ливен, долго тряс мне руку, порывался даже обниматься, но я постарался сократить наше с ним общение до минимума. Тут мне на помощь подоспел капитан Рейс, доложив что обнаружено капище и там много чего интересного.

Капище поражало своей инфернальной эстетикой. Ало-черные цвета стен, пять жертвенных каменных постаментов в виде раскрытой ладони, и величавый трон из черного мрамора посередине, украшенный огромными гранатами и рубинами. И вокруг амфитеатр из каменных сидений. Похоже, все было готово к началу выполнения пророчества, не было только главного действующего лица. Барон Одинокий пастух, он же несостоявшийся Император всея Харума, исчез. Принц-Адмирал нарисовался и здесь, он бурно выражал желание лично покарать мерзавца, покусившегося на святое и прекрасное. Я хотел уже от души вмазать ему промеж фонтана, как вдруг показался герцог Лакруз, собственной персоной. Я вытянулся, что бы поприветствовать его, согласно Устава, но герцог отмахнулся рукой в замшевой перчатке и брюзгливо сказал:

-"Тебя теперь пол года будут таскать, по приемам, по всему Харуму, а у меня для тебя еще полно дел"- и в ответ на мой удивленный взгляд, добавил -"Пять высших наград, в пяти державах заработал и все получить придется. Политика!"-

-"Ваша Светлость, а местные не объявят мобилизация, в виду вторжения Снольдерских войск?"-

-"Все согласовано с Большим советом Бивака, они на этого Пастуха, сами уже давно зуб имеют, а ты не забудь, Одинокий пастух за тобой и не обязательно его брать живым"-

И тут я понял что меня встревожило в речи герцога. Он называл меня на ты, а так он называл только офицеров своей службы. И будто бы в довесок к моим мыслям, ко мне подошел капитан Рейс и вытянувшись, доложил:

-"Господин Полковник, капитан Райс и корнет Млин, покорнейше просят рекомендовать их на службу в вашем отделе"-

Год спустя... Удар по двери ногой, гранта, отход, удар по двери ногой, гранта, отход, удар по двери ногой, очередь веером от бедра, вот и последняя комната анфилады, удар по двери ногой, прокол Кракен ему в глотку, очередь в замок, еще удар, кувырок и уход в лево. А из за огромного письменного стола, хлопают выстрелы из пистолета, но мимо, мимо, мимо, а шаур уже скользнул в руку и очередь на весь шнек, сметает и стол и фигуру человека стоявшего за ним. В комнату врывается Зарбазан, но я делаю ему успокаивающий знак рукой. Маркиз подошел к остаткам стола и без брезгливости, присев на корточки, стал исследовать то, что осталось от Одинокого пастуха.

- "Ну и накрошил ты командир"- проворчал Зарбазан -"Как теперь опознавать будем?"-

-"А ты что хотел, что бы он опять провалился в потайной люк и мы его еще бы год ловили?"- ответил я, но Зарбазан меня не слышал, он с радостно-победным восклицанием, поднял перед собой оторванную кисть руки, на среднем пальце которой, мерцал баронский перстень с огромным черным изумрудом.

ЗНАК МИЛОСЕРДИЯ


Кабинет герцога как всегда поражал своим великолепием. Я был тут много раз и всегда ощущение было одним и тем же: нечто давило на психику и напоминало о бренности Вселенной, перед великолепием Начальника Имперского Департамента Защиты Незыблемости Скипетра и Короны Империи. С тех пор, как министр двора и шеф хитрой Конторы именуемой "Департаментом организации дворцовых каминов" герцог Лакруз, стал и моим шефом, прошло уже немало лет. Много чего изменилось за эти годы, и Королевство стало Империей, и Контора поменяла название, и я по официальным праздникам, одеваю на закрытые мероприятия, мундир Легион-генерала, неизменным остается только внезапность перемены ситуаций в нашей непростой службе.

Да, по-видимому, мерцающее пламя дорогих Каргальских светильников давало еще какой то эффект кроме света. Мебели, правда, было меньше чем обычно, но угол кабинета, выжженный несколько дней назад импульсом огнемета, парового танка инсургентов, был уже как новый. Не зря все-таки наш департамент находился в закатном крыле Императорского дворца. Шеф как всегда был лениво хмур. Его взгляд давал понять, что ему прекрасно известны все мои прегрешения, вплоть до скандала в казино на Марцесте и суммы наваренной мною, за посредничество в конфликте между двумя шайками контрабандистов, торгующих списанной военной техникой. Впрочем, главари обеих банд были моими осведомителями и даже агентами, так что Устава Организации я не нарушил. Организацией мы между собой называли родную Контору, так как даже аббревиатура была слишком длинной для произношения, а слово Контора уже зарезервировали за собой наши коллеги-конкуренты из Императорской Службы Надзора за Моральной Гигиеной Нации. Впрочем, от наших бывших конкурентов ничего могущего называться Конторой уже не осталось, ибо в недавней попытке переворота, они принимали слишком бурное участие. Вообще то, этот заговор был из ряда вон выходящим комплотом и мезальянсом, одновременно. Контора, группа ученых старцев из Императорской Академии и какая то секта с Нирильских отрогов Каталаунских гор, умудрились разагитировать танковый легион и два номерных полка пеших пикинеров. Причем так разагитировать, что они почти ворвались во дворец и только гвардейская ала арбалетчиков и четыре золотых алы тяжелых гвардейских паровых квадриг, смогли остановить и окончательно уничтожить мятежников. Облавы, кстати, продолжаются до сих пор, и вся Организация носится, высунув языки. Пока я шел к Шефу, кого я только не видел в коридорах дворца. Правда, военных среди пленных было мало, из танкистов вообще никто не уцелел, но ученых сморчков и сектантов в их идиотских желтых туниках, хватало. Но, впрочем, вернемся к Шефу. Он еще раз окинул меня подозрительным взглядом, и проскрипел голосом не смазанной с прошлого Императорского тезоименитства двери:

- "Для тебя есть задание, Седрик. Я бы дал его кому-нибудь другому, но ты единственный, кто у меня под рукой, из тех, кто может больше двух раз подряд пользоваться "Стальной лианой"-.

Услышав это название, я похолодел. "Стальной лианой" называли секретный аппарат межпространственных переходов. Это жутковатое изобретение было одним из главных секретов Империи, и пользоваться им без вреда для себя могло очень небольшое количество людей. Причем, безопасность перемещения зависела на прямую от близости генетического кода к основному типу жителей метрополии. Почему так, понятия не имею, но по слухам корни этой разработки, уходят в бездонные подземелья храма Золотого Змея, что на Сильване, а им десятки тысяч лет, и, кстати, из тех мест и распространилась секта, носящая желтые туники с изображением змея, кусающего себя за хвост. Ну, а тех, кто мог пользоваться "Стальной лианой" больше двух раз подряд и оставался в живых, были вообще считанные единицы и их точный список, был известен только Герцогу. На свою беду я был среди них. А Шеф тем временем продолжал...

- "Мы раскопали главное гнездо заговорщиков и выяснили, что руководили ими ученые вкупе с монахами Золотого змея. Они нашли четыре Змеиных артефакта и с помощью предателей из обслуги "Стальной лианы", разместили их в трех внешне-пространственных точках, выбранных по неизвестным пока нам причинам. Один из артефактов был размещен во дворце Старого Принца Дину, этот двоюродный дядя Императора, уже сорок лет счастливо пребывает в маразме и естественно ни о Заговоре, ни об артефакте не ведал ни сном, ни духом. По расчетам инсургентов, эти артефакты должны сработать не позднее, чем через 9 дней по нашему календарю. В результате неизвестного нам процесса, в нашей планетной системе пройдет мощный пространственно временной сдвиг. Банда этих сумасшедших считает, что согласно древнему пророчеству, в результате всего этого, возродится Великий Золотой дракон и вознаградит своих адептов. Имперские службы, имеющие отношение и Тайный Совет Империи, считают, что допускать запуск этого процесса нельзя ни в коем случае. Самое плохое, что в какой-то степени процесс начнется, даже если сработает и один артефакт. Так что готовься, мой мальчик. Если ты выполнишь это задание, то спасешь Империю и получишь все мыслимые и немыслимые награды. И имей в виду, что надежда только на тебя, так как все, кто мог, как и ты, пользоваться "Стальной лианой" многократно и без вреда для себя, погибли накануне начала переворота и думаю это не была случайность. У нас есть универсальные детонаторы для уничтожения артефактов, и есть точные координаты мест, где они спрятаны. Нужный нам для перехода энергетический узор, будет через сорок один час, это все, что у тебя есть на подготовку операции. К тебе прикреплен консультант по интеграции, и я сейчас вас познакомлю ...

Бесшумно отодвинулась панель с мозаичным полотном из драгоценного Мурранского дерева, и в кабинет вошла очаровательная женщина, затянутая в белый с серебром комбинезон со значком медико-психологической службы Департамента. Волосы цвета светлой платины с золотом спадали на плечи, глаза цвета неба таили в себе льдинки и огонь одновременно, ну а фигура была такая, что постоянные посетители "Голубой устрицы", увидев ее, в полном составе, немедленно поменяли бы ориентацию.

- Знакомься Седрик, это Лардана Карс. Капитан из отдела прикладной психологии и лучший наш специалист по интеграции в иные социумы. Весь пакет данных, необходимых для твоей операции, у нее наличествует. А ты, Лардана, конечно знакома с Седриком заочно, по его личному делу и медицинской карте, так что познакомься теперь вживую. Ну, я вас не задерживаю, и жду доклада о готовности, а теперь проваливайте"-

Проскрипел Шеф, и отмахнулся от нас как от мошек...

Вы верите в любовь с первого взгляда? Я не верил... Но оказалось что зря, и больше того, чувство оказалось взаимным. Увы, счастье было не полным, ибо мы были вынуждены периодически отвлекаться на работу, но долг офицера перед Империей превыше всего, даже любви.

- "Понимаешь, дорогой", - говорила мне Лардана. - "Это почти дикая и очень молодая планета, нашим экспертам так до конца и не ясно, толи это наша Сильвана в прошлом, то ли её близнецы из других измерений. Так что побывав сначала в далеком варварском прошлом, только в последней точке перехода ты попадешь в более-менее цивилизованный мир, то есть там есть электричество и зачатки ядерных исследований. Психология жителей этой планеты, вне зависимости от того про какой век и измерение мы говорим, имеет одну общность. В любые времена, есть что-то или кто-то, что вызывает у большинства из них безотчетный ужас и практически подавляет волю к сопротивлению. У нас есть ментальные съемки местного ареала по всем точкам, где изменники спрятали артефакты, и я составила образы страшилок, доминирующих в подсознании местных жителей. Используя эти знания, я надеюсь, ты без особых трудностей пройдешь к артефактам. Они спрятаны в местах, повышенной общественной значимости и местные жители там все время присутствуют в достаточных количествах, но я думаю, что ежели что, ты сможешь их пугнуть как следует. Плюс тебе обновили инфолингвистику в чипе и ты имеешь возможность говорить на всех основных языках тех местностей, куда тебя забросит охота на артефакты.

- "А почему заговорщики не спрятали артефакты в каких-нибудь безлюдных местах?"-

-" Хороший вопрос. И я почти не знаю, что тебе ответить. Была, впрочем, одна идея о том, что для артефактов нужна подпитка живой энергией, но доказательств этому пока нет"-

Я в очередной раз стал рассматривать картинки с образами местных геджетов, с которыми мне придется работать. На одной из них было изображено невообразимое чудовище высотой с двухэтажный городской троллей с торчащими спереди и сзади хвостами и клыками, и с маленькой беседкой наверху в добавок. На другой картинке была изображена явно боевая колесница, но на ней был почему-то изображен "Знак милосердия", эмблема нашей муниципальной медицинской службы Городской скорой помощи. Лардана сказала, что согласно ментальной экспертизе, в тех местах, где водились эти дивайсы, наибольший ужас у людей вызывали люди в странных черных мундирах и такие вот колесницы. Кстати, такую форму моего размера уже изготовили, так что осталась сущая ерунда: найти и угнать колесницу со "Знаком милосердия" и въехать на ней в местную ратушу. Ведь именно там был спрятан артефакт. Но сначала надо было посетить почти те же места, но больше чем за пару тысяч оборотов до этого. Прибыть надо было в окрестности города Турина, в минус 217 году по их летоисчислению. Хвостатые монстры с клыками применялись тогда в качестве боевых машин, и как сказала Лардана, даже в качестве исполнителей казней, и одно из них находилось на ремонте или скорее на излечении недалеко от моего пункта назначения. А первая моя личина, по умолчанию жутковатая для местных жителей, была несколько дискомфортна, и для меня это было непонятное существо, заросшее шерстью, и вдобавок с кучей атавизмов. Но надо было начинать операцию.

Провожающих, кроме обслуги "Стальной лианы" было только двое: Лардана и Шеф. Поэтому прощание было сугубо официальным. Я проверил скафандр и крепление ранцев и подсумков, и дал сигнал к отправке. Взвыли генераторы, померк свет, и я как всегда в таких случаях на несколько секунд потерял сознание...


Река Тицин в этом месте была широкой. Рядом не было ни мостов, ни брода, и это радовало вилика Ритуса, управляющего здешним поместьем Сенатора Марка Ития. Война, кипевшая там за рекой, не затронула размеренной жизни в поместье, где коротал время престарелый Сенатор. Ритус уже собирался возвращаться, чтобы доложить хозяину о том, что на реке все спокойно, но внезапно в зарослях на той стороне что-то появилось, это что-то было огромное и оказалось боевым Карфагенянским слоном. Слон, не останавливаясь, плюхнулся в воду и поплыл прямо в сторону Ритуса. На месте погонщика даже не сидел, а стоял, небрежно облокотившись на стрелковую башенку, самый настоящий *Фавн...

Монстра, называемого в этих местах слоном, я нашел поблизости от места высадки: яйцеголовые все просчитали точно. Группа невзрачных строений, огороженных хилой изгородью и загон из мощных бревен, где торчала махина слона с башенкой на спине, (теперь я знал, что это помост для стрелков), и кишащие повсюду туземцы в разноцветном тряпье. Было безветренно, это было мне на руку. Я зарядил любимого "Герцога" мультикапсулами "Сон-3" и, почти не целясь, произвел три выстрела в сторону поселения. Через квадранс я в полной тишине подходил к загону, где мирно дремал боевой Слон. Перешагивая через тела спящих пейзан, я подошел к гиганту и, приложив ладонь к огромной голове, вступил с его дремлющим мозгом в ментальный контакт, после чего закапал ему в глаз антидот, и еще через квадранс, гордо восседая прямо над огромным лбом гиганта, направился к реке именуемой Тицин. Встречные пейзане разбегались с пути, пугаясь слона, а солдаты Ганнибала впадали в ужас от моей внешности Фавна.

На другом берегу реки мне повстречался оцепеневший от ужаса человечек с выпученными глазами. Он оказался из обслуги нужного мне объекта и с радостным ужасом послужил мне и источником информации, и проводником одновременно. Звали его Ритус. Он сказал, что сейчас в имении шумно, так как проходит очередной Луперкалий*, который по приказу хозяина отмечали каждый месяц, и почему-то все время пытался мне доказать, что не он это придумал. Когда мы въехали на территорию поместья, я понял то, что не осознавал до конца, что здесь действительно означает шумный праздник. При виде слона, толпа голых и полуголых людей бросились к нам, а когда слон по моей команде осторожно опустил меня хоботом на землю, толпа пришла в абсолютный восторг. Часть встречающих поставила себе целью подманить слона к фонтану, наполненному вином, а другая часть устроила пляски вокруг меня, выкрикивая весьма смелые и даже нескромные предложения. Поняв, что так просто мне через них не прорваться, я взорвал акустическую гранату и только после этого смог пройти внутрь виллы. В атриуме передо мною предстал стоящий на коленях между двумя кувшинами с вином, хозяин дома, называвший меня великим Фавном Луперком, а себя моим верным слугой. От старичка густо разило перегаром, и он радостно показал место, где какие-то незнакомцы в прошлых идах что-то спрятали, наказав никогда не касаться этого места, пока не будет дан знак. Я убедил его, что этим знаком как раз я и являюсь, а если он мне не верит, то может спросить у моего слона. Хотя, судя по трубным звукам, раздававшимся из сада, слона таки довели до фонтана с вином, и он весьма скоро не сможет адекватно отвечать на вопросы. Но старичок поверил мне на слово, отхлебнул из кувшина и блаженно опустился на пол, где моментально заснул.

Мраморная плита алтаря была закрыта на кристаллический замок, но видали мы замки и похлеще. Помню, в подвале у министра, замешанного в планетарной торговле "Розовой сладостью", сейф открывался, реагируя на рисунок сетчатки глаза владельца, а министр-наркоторговец не хотел сотрудничать. Пришлось приложить глаз к датчику не только без согласия министра, но и без его личного участия. Короче через миг-другой, плита мягко отошла в сторону, и передо мной во всей красе предстал артефакт, похожий на огромное яйцо, сверкающее тусклыми огоньками. Я достал из подсумка детонатор-дезактиватор, приложил его к "яйцу" и набрал нужную последовательность цифр. Детонатор ощутимо нагрелся и зажужжал, артефакт тоже начал издавать какой-то непонятный шум, а потом тусклые огоньки ярко вспыхнули и стали гаснуть один за другим. Я отбросил в сторону совсем уже раскалившийся детонатор и вовремя. Он вспыхнул белым пламенем и рассыпался в порошок. Я прикрепил к "яйцу" локальную плазменную мину и закрыл мраморную крышку алтаря. Через два квадранса от этого артефакта не останется даже пыли. Дело было сделано... Я вышел на середину атриума, снял ранец, замаскированный под мою данную сущность лохматой шкурой, переоделся в скафандр и включил маяк перехода.

Два часа релаксации, коктейль из инъекций, переодевание в черный мундир, обновление арсенала и... пора на охоту за последним артефактом.

В этот раз я был менее нагружен, ибо мундир с блестящими нашивками и значками был одновременно и скафандром. В этот раз я попал на небольшую поляну в чистом и ухоженном лесу. Найдя посередине поляны удобное, на мой взгляд, место, я достал из контейнера экспресс-модуль саперного вездехода. Разрабатываю эту фазу операции, мы решили, что угонять боевую машину из расположения воюющей армии, слишком хлопотно, а Малый саперный вездеход, был очень похож на боевую колесницу, вызывающую ужас у местных жителей. Осталось только изменить в программе цвет краски и форму башни инженерного оборудования, ну и, конечно, нанести на машину эмблемы "Знак милосердия". Я включил экспресс-модуль, вставил в него ключ инициализации и стал ждать. На весь процесс вылупливания вездехода уходило от двух до трех квадрансов в зависимости от общей влажности и фактуры почвы. Деревья вокруг полянки росли удивительно ровными рядами, я прошелся вдоль опушки, и с удивлением заметил на стволах какие-то знаки. Святой Керунис! Так у них тут деревья пронумерованы! Ну и тяга к порядку у местных туземцев. А вот и мой вездеход вылупился, я не медля занял место в салоне оператора, высветил на дисплее маршрут и включил двигатель...

К месту сбора из всего камерадшафта явилось всего пять человек вместо пятнадцати, камерадшарфюрер Рудольф Гецке только стиснул зубы. Лающим голосом он приказал отряду построиться и повел их к складу, открыл дверь личным ключом и приказал обмундироваться и вооружиться. Мальчишки надели комбинезоны зенитчиков и каски, после чего Рудольф выдал им главное и единственное на сегодня оружие - штурмовой пистолет Sturmpistole*. Эта была по сути дела ручная ракетница, снабженная откидывающимся прикладом. Боеприпасы были очень солидные, напоминающие огромные карандаши, осколочные SG-Z и похожие на маленькие фаустпатроны, P-W 42 LP, они пробивала, 80-мм. броню на дистанции до 75 м. и ими даже можно было подбит страшный русский Т-34, если конечно достаточно близко к нему подобраться сзади или сбоку. Рудольф приказал проверить оружие, и когда металлическое щелканье стихло, приказал выдвигаться на боевые позиции. Это была хорошо замаскированная траншея с двенадцатью огневыми точками. Распределив поредевший камерадшафт по позиции, Гецке приказал замереть и ждать команды. Долго скучать им не пришлось, где-то на Востоке послышалось клацанья гусениц по асфальту, и хотя рева двигателя было не слышно, было понятно одно, это танки, и, возможно, танки противника. В пакете, пришедшем ночью, было сказано о возможном прорыве русских, а так как гефольгшафтсфюрер, одноногий инвалид Вилли Шмидт, был мертвецки пьян, пакет принял Рудольф, и Рудольф же объявил на 8:00 тревогу и общий сбор камерадшафта. Цоканье и лязг приблизились, и из-за поворота выехал танк с красными звездами, смутно напоминающий Т-34 с учебного плаката. Рудольф приказал зарядить бронебойными и без приказа не стрелять, защелкали устанавливаемые в боевое положение приклады и стволы всех Sturmpistole , украсились веретенообразными наростами Panzer-Wurfkorper.

Когда русский танк поравнялся с центром засады, Рудольф Гецке, зажмурившись нажал на спуск. Вслед за ним нестройным залпом отправили в сторону танка свои заряды остальные мальчишки. На броне расцвели пробоины, одна граната попала в ленивец, другая в каток, гусеница соскочила, и танк закрутился на дороге и внезапно встал с замолчавшим двигателем. И тут Рудольф услышал звуки мотоциклетного двигателя.

- "Русские мотоциклисты, всем отходить!" - Скомандовал он и первым бросился в лес. Через пару минут, кроме дымящегося одинокого танка, на лесном шоссе никого не осталось.

Гефольгшафтсфюрер-инструктор, одноногий инвалид, бывший фельдфебель 11й танковой дивизии Вилли Шмидт, проснулся весь в поту. Ему опять приснился этот жуткий бой, когда на его потерявший ход Pz. Kpfw. IV*, причем с заклинившей пушкой, надвигались русские Т-34. Вилли огляделся и понял, то опять заснул в своем закутке, в штабе Гитлерюгенд, а не пошел домой. На столике стояли две пустых бутылки из - под шнапса...

Фельдфебель встал, умылся из маленького умывальника и вышел в помещение штаба, но никого там не застал. Не было даже дежурного, на столе лежал распечатанный пакет и бумага с каким то донесением, Вилли прочитал ее и похолодел. Это был приказ о приведении его противотанкового Камерадшафта в боевую готовность ввиду возможного прорыва русских танков. Когда месяц назад приказали создать из мальчишек Гитлерюгенда противотанковые подразделения для обороны города и даже привезли легкие гранатометы, Вилли сразу для себя решил, что не бросит своих мальчишек в огонь и, будучи единственным в городе, кто разбирался в современном военном деле, убедил командующего местным фольксштурмом восьмидесятилетнего генерала-итенданта, что лесная дорога и есть тот самый танкоопасный участок, который его подразделение и будет защищать не жалея крови и сил во имя Рейха. А теперь значит, этот молодой идиот Рудольф увел мальчишек на позиции. И тут у дверей раздался шум, и в штаб влетели три встревоженных женщины, они с плачем кричали, что их сыновья ни свет не заря ушли с кем-то воевать. Вилли выругался, порадовался про себя, что спьяну не смог отстегнуть вчера протез и пошел заводить мотоцикл.

Подъехав к странному но явно подбитом танку с красными звездами, он увидел вылезающего из открывшейся с боку дверцы бригаден-фюрера СС в черном мундире. Что то в эсэсовце было не так, особенно с лицом, но страх перед черным мундиром, отогнал лишние мысли из похмельной головы бывшего фельдфебеля. Он только разок другой, глянул мельком на лицо бригаден-фюрера и увидев неизвестно откуда взявшиеся огромные рыжие бакенбарды, быстро отвел взгляд и поклялся завязать со шнапсом.

Я мирно ехал по шоссе и прикидывал, что уже через три квадранса доберусь до этого городка, где в местной ратуше меня ждет артефакт, как вдруг взвизгнули датчики кинетической опасности и по моему вездеходу ударили какие-то снаряды. Меня спасло то, что место оператора было внизу и обладало определенной защитой. Башню с инженерными приводами просто покорежило и в добавок разбило ходовую. Блок безопасности выключил двигатель, включил противопожарную систему и приступил к диагностике. Я вылез на дорогу и увидел странного типа, на еще более странной мото-тележке. Увидев меня, он выпучил глаза как мой недавний проводник Ритус, а потом привстал на сидении и вытянув вперед руку, крикнул нечто вроде Хальф Литр. Это было видимо местное приветствие. Что бы не обидеть незнакомца, я сделал тоже самое. Моего нового проводника, для разнообразия звали Вилли, он звал меня герр Бригаден-фюрер и очень меня боялся. Еще он объяснил, что не может слезть с мотоцикла, так как у него нет одной ноги. После коротких переговоров, этот, как выяснилось, одноногий Вилли, радостно вызвался отвезти меня на своей тележке в ратушу. За что я обещал отрастить ему потерянную ногу, что привело его в полное замешательство, видимо Р-медицина, была тут еще в новинку. Я взял из вездехода свой ранец с аппаратурой, поставил таймер на самоуничтожение и сел на неудобное сидение, сзади водителя, ибо коляска была занята моим ранцем и странными приспособлениями для ходьбы, под названием костыли. Всю дорогу он на меня косился и бледнея сразу же отводил взгляд. Решив что не хорошо легион-генералу нарушать слово, я протянул ему Р-таблетку из аптечки, которую он, с обречённым видом, торопливо съел.

В городок мы прибыли быстро и проследовали прямо к ратуше, местные жители смотрели на меня с опасливым любопытством и, как мне показалось, с некоторым злорадством. Я усилил слух и поймал странную фразу о том, что американцы, мол, уже на винном заводе, а этот тут в черном мундире раскатывает. Но мы уже подъехали к ратуше и я не стал заморачиваться, а взял за шкирку выбежавшего мне на встречу герра бургомайстра (так назывался местный городской голова) и приказал срочно провести меня на крышу ратуши к левой от входа статуе рыцаря. Другого места для артефакта мятежники, конечно, найти не могли. Бургомайстер тоже побледнел и на подгибающихся ногах стал пятиться назад. Войдя за ним в вестибюль ратуши, я увидел в одном из зеркал свое отражение. Я этих специалистов по маскировке убью...

Голографический чип, попав в поле прошлого артефакта, видимо начал барахлить и вместо моих суровых, но симпатичных черт, частично проявлялась, рыжая рожа фавна.

Усыпив бедного бургомайстра на часик, дабы не мешал и не путался под ногами, я приступил к действиям. Артефакт был вмонтирован в голову статуи рыцаря. Как это сделали те, кто был тут до меня, я так и не понял, но до "яйца" добрался достаточно быстро, далее последовали уже знакомые мне действия с детонатором-дезактиватором, и тут я услышал какой то шум снизу. Выйдя из-за статуи, я подошел к краю крыши и увидел местную бронеколесницу, но на ней вместо красного пятилучевика "Знака милосердия", был нарисован белый пятилучевик, означающий у нас учреждения Службы печальных церемоний, то есть похоронных бюро, корнеров и моргов. Пока я очередной раз удивлялся местной символике, члены экипажа танка, торчащие из открытых люков, стали показывать на меня пальцами и что-то орать, причем отнюдь не миролюбиво, потом они скрылись в башне, и она стала медленно поворачиваться, одновременно поднимая в мою сторону свое орудие. Мне это очень не понравилось, и я стал действовать быстро и целенаправленно. Установил взрыватель плазменной мины и на время, и на "разрыв", включил полную защиту скафандра и вдавил на маяке перехода плунжер экстренной эвакуации. Последнее, что я запомнил, это полыхнувший из дула танковой пушки выстрел.

Командиру танка Шерман сержанту Мелвиллу было очень обидно. Ведь он своими глазами видел этого проклятого эсэсовца с рыжей гривой, на крыше ратуши, и сам нажал на спуск, и опять же сам видел в прицел, как рвануло на крыше и как снесло и эсэса и какую-то статую, да так снесло, что появилось синее мерцающее сияние. Но никто ему не верил. Двое членов экипажа просто заснули, заряжающий Генри помнил только то, что по приказу сержанта зарядил пушку фугасным снарядом, а командир роты после каждой попытки рассказа об этом событии намекал, что после двухчасовой остановки на винном заводе может показаться не только рыжий, лохматый эсэсовец в синем мерцании, но и зеленые чертики.


Указом Императора Виллиорта Бесконечного за заслуги, не требующие особых разъяснений, капитан Имперского Департамента Защиты Незыблемости Скипетра и Короны Империи Седрик Кор производится в чин Командора с потомственным дворянством, и назначается пожизненным правителем Курортной планеты "Золотой рай". По его просьбе, майор того же Департамента Лардана Карс назначается Попечительницей Медицинской Службы данной планеты.


А фельдфебель Вилли, озадаченный тем, сто у него внезапно стала расти нога, обратился к старому доктору Швальбе, потом попал в Американский госпиталь в Мюнзене, а потом и в Медицинский институт аж в Чикаго. Там с его феноменом возились аж два года, а потом вернули назад в Германию, хорошо при этом заплатив за все это время. На двухлетнюю ставку лаборанта, Вилли открыл в Гюллине кабачок - "У счастливого Вилли"


ПРИЛОЖЕНИЕ


Фавн


- в римской мифологии бог лесов и полей, покровитель стад и пастухов, сын Пика и Помоны, супруг Фавны, отец Латина (от нимфы Марции). Фавн пугает и дразнит путников в лесу, проникает в жилища, чтобы тревожить сон людей. Он обладает пророческим даром. Пророчества Фавна можно было узнать и во сне, если человек засыпал на шкуре овцы принесенной в жертву Фавну В честь Фавна в декабре справлялся праздник фавналии, а в феврале - луперкалии Изображали Фавна в виде юноши с козлиными ногами, ушами и рогами.


*Lupercalia


- древнеримский фестиваль эротизма в честь богини "лихорадочной" любви, сопровождался как правило возлияниями и прочими излишествами. По другим сведениям праздник Луперкалий проводился в честь бога Фавна (Луперк - одно из его прозвищ), покровителя стад.


* Гранатомет Sturmpistole - Kampfpistole


Немецкие разработки по переделке сигнальных пистолетов в kampfpistole - Sturmpistole. Это является по сути возвращением к идее ручных мортир 17-18 веков. В результате в войсках появилось серьёзное многоцелевое штурмовое оружием. Боеприпасы были следующими: Wurfkorper 326 LP - 26-мм противопехотная осколочная, предназначалась для стрельбы на дистанции 150 - 250 м. Кроме того, на базе гранаты 326 LP были созданы ее модифицированные варианты - противотанковые кумулятивные гранаты: 326 H/LP и граната Н 26 LP. Обе кумулятивные гранаты пробивали броню толщиной до 50 мм. Имелась так же Wurfkorper 361 LP, 60-мм надкалиберная пистолетная граната. Она предназначалась для стрельбы на расстояние не более 70 - 80 м. Радиус поражения осколками составлял 20 м. Диапазон боеприпасов был расширен за счет принятия на вооружение новой 61-мм противотанковой над-калиберной кумулятивной гранаты образца 1942 года (Panzer-Wurfkorper 42 LP). Она пробивала, по советским данным, 50-мм броню, а немецким - 80-мм броню на дистанции до 75 м.

Байки из кочегарки (записки скромного терминатора)

Ссылка:https://author.today/work/264328


Вместо эпилога

Сегодня намечалась первая алкогольно-шашечная встреча в этом семестре, и аспирант пришел в кочегарку первым, тем более, он был с подарком... Он познакомился на курорте с дочкой большого начальника из Московского торга. О своей работе он упоминал глухо, сказав, что работает по партийной линии. И когда Сонечка повела его знакомится со своими родителями, аспирант одел свой праздничный костюм, на лацкане которого сиял почетный знак ВПШ КПСС, эти значки откуда-то появились у Митрича и он подарил один такой аспиранту, причем с "корочкой".

Мама Сонечки, женщина большого ума, хоть и исправившая в юности пятый пункт в документах,но сохранившая всю мудрость еврейского народа, сказала дочке: "Соня, кончно этот мальчик не такой талантливый скрипач, как твой Миша и он вообще не скрипач, но мне кажется, что человек играющий с авторучкой в ЦК, гораздо перспективней скрипача из оркестра музыкального театра, которого не пустили даже в Болгарию". И аспирант был принят в потенциальные женихи, обласкан и одарен Сониным папой бутылкой коллекционного вискаря, которую аспирант решил распить с Митричем. Дверь в кочегарку была открыта, и когда аспирант спустился по лестнице, тот он застыл на ее нижней ступеньке...

В кочегарке были включены все лампы, и дополнительно горели свечи в десятке разномастных канделябров. Любимое кресло Митрича, стояло спинкой к книжному шкафу, а в кресле сидел Митрич, в иностранном белом мундире с золотыми витыми погонами, увешанном наградами, частично не знакомыми, но Звезду героя и ордена Ленина и Боевого Красного Знамени, аспирант узнал сразу. В виске у Митрича была слегка кровоточащая рана, а его правая рука сжимала небольшой, блестящий хромом пистолет. Надо сказать, что аспирант не растерялся, он вышел из кочегарки, запер ее на висящий тут же в тамбуре висячий замок и побежал к особисту, числившемуся тут заместителем начальника отдела кадров. Особист одобрил его действия, забрал ключ и отведя в соседний кабинет, приказал написать подробную докладную о данном ЧП. А потом в институт понаехали черные "Волги" со спецномерами, скорая помощь в которую погрузили носилки с телом и все на этом закончилось. Истопник появился новый, но совсем обычный, а когда аспирант как-то по старой памяти, заглянул в кочегарку, то не обнаружил и следа былого великолепия.

А года три спустя, будучи в гостях у родителей жены, вернувшихся из Будапешта и привезших оттуда цветной телевизор, аспирант увидел в новостях как партизаны входят в освобожденную столицу, а на башне трофейного танка гордо восседает... никто иной, как Митрич, в камуфляже, с автоматом, в своем неизменном золотом пенсне, с такой же серьезной, как обычно физиономией, но явно помолодевший.

Вот так и закончились байки из кочегарки партийного института, которого больше нет, впрочем, как и этой партии и той страны. Честь имею! А начиналось все это так...

## Глава 1. Митрич


Истопник Митрич был легендой Института Марксизма-Ленинизма. Во первых он имел самый большой партийный стаж в местной парторганизации, во вторых знал несколько языков и пропадал вечерами в спецхране местной библиотеки, где была свежая буржуазная пьеса и интересные книги на языках вероятного противника, в третьих он имел почетную грамоту от МВД за то что в одиночку справился с компанией хулиганов, причем двоим из них, имевших ножи, он сломал правые руки. На соревнованиях ДОСААФ по стрельбе, он практически один вытянул команду института по стрельбе на первое место, во первых лично их тренируя, а во вторых продемонстрировав стрельбу по Македонски из двух Марголиных*, после чего ДОСААФовский генерал проворчал, что мол если у них истопники такие в институте, то страшно представить, что у них за профессора.

Митрич в любую погоду ходил в кожаном плаще и в белой рубашке с галстуком под ним. В кочегарке в добавок он одевал буденовку и монтажный пояс с инструментами, прикид дополняли очки в золотой оправе и мундштук от курительной трубки, который он постоянно посасывал, хотя курил достаточно редко и только кубинские сигары, которые ему раз в месяц привозил сотрудник кубинского посольства. В его кочегарке стены были украшены редкими плакатами и репродукциями, например там был китайский плакат с Лениным, Сталином, Марксом и Мао, репродукция картины, Энвер Ходжа, обвиняет Хрущева, плакат на котором Эрнесто Че Гевара, дает Фиделю прикурить от динамитной шашки и еще на почетном месте висела деревянная кобура от Маузера и настоящий кубинский мачете. Был у него в кочегарке шикарный камин и очаг (с мангалом и коптильней), которые он сложил сам, и самая настоящая кузня, с горном, наковальней и набором инструментов.

Один новый ректор-парашютист, зайдя при обходе института в кочегарку и обалдевший от антуража, наорал на проректора по общим вопросам и приказал переделать этот бордель назад в кочегарку, а на другой день, с утра дожидался Митрича у кочегарки, чтобы извиниться.

Еще Митрич был известен тем, что пил исключительно "Московскую особую" и закусывал ее исключительно бастурмой и солеными огурчиками (и то, и то его собственного приготовления), коей закуской охотно делился со своим приближенным кругом, который был обязан являться на "Посиделки у Митрича" со своей водкой. На этих посиделках народ играл в преферанс, выпивал помаленьку и травил байки, вернее байки травил в основном Митрич.

Когда зам парторга по агитации, уязвленный тем, что его не пустили на посиделки к Митричу, попытался капнуть в Особый отдел, что в кочегарке, мол пьянствуют, играют в азартные игры и даже рассказывают антисоветские анекдоты, особист спросил, а сколько мол вы гражданин провезли в Венгрию банок с икрой и не было ли вашей целью ли очернить светлый образ советских граждан за рубежом, и зачем вам нужны были шесть пар джинсов разных размеров, когда у вас в семье два человека, не для спекулятивных ли действий ? После этого все поняли, что Митрич еще более не прост, чем кажется. Что впрочем, было понятно и из его баек.


*Стрельба по Македонски - стрельба одновременно с двух рук из двух пистолетов.

*Пистолет Марголина - советский малокалиберный саортивный пистолет.

## Глава 2. Как гуси спасли Рим


В те годы в стране, где любят спагетти под Кьянти, одновременно поднималось коммунистическое движение и правые силы и посему там кишели всевозможные империалистические разведки, естественно с провокационными целями. Первого мая был задуман большой митинг местных коммунистов и спецслужбы задумали кровавую провокацию, целью которой был официальный запрет компартии по обвинению в терроризме и больше того, был готов целый элитный танковый полк для правого переворота. На митинг должна была напасть группа правых и вступить в схватку и с коммунистами и с полицией, которой должны были нагнать, чуть ли не больше, чем митингующих и в самый разгар беспорядков должна была появиться группа террористов в красных рубашках и с русскими автоматами и расстрелять правых и полицейских, после чего исчезнуть сбросив рубашки и оружие. Но, как говорится !разведка доложила точно" и Митричу велели предотвратить провокацию, но предотвратить шумно. Как выяснили соответствующие товарищи, террористов повезут в двух больших мусоровозах с эмблемами муниципальной службы, но переоборудованные в пехотные транспортеры, только не вооруженные. По задумке супостатов машины должны были подъехать к оцеплению и высадить десант который откроет огонь. И задачей Митрича было засветить террористов до начала провокации и посему он затребовал схему расположения альгвазилов на момент митинга, которую естественно получил, ибо операцию сопровождали серьезные люди, так что пару больших фургонов и несколько сотен гусей ему тоже предоставили без разговоров, и вот наступил день Х...

Когда мусоровоз подъехали к предпоследнему перекрестку, рядом с которым стояла моторизованная колонна карабинеров, случилось дурацкое ДТП... Большой фургон, к которого лопнала камера на переднем колесе вильнул и подрезал мусоровоз столкнувшись с ним, второй такой же фургон объезжая аварию врезался в мусоровоз сзади и из фургонов на перекресток хлынули сотни гогочущих гусей, а через несколько минут, со стороны мусоровоза был открыт автоматный огонь и из распахнувшихся в них нештатных дверец, стали выскакивать люди в красных рубашках и с автоматами и на всю улицу внезапно загремел марш "Батальоны смерти дуче". Карабинеры среагировали по уставу и и стали оцеплять странных вооруженных людей требуя сдать оружие, а учитывая, что карабинеров была целая рота и у них было два броневика, наемники решили сдаться и тут же появилась пресса.

Так что митинг прошел без стрельбы (на мусоровозе сработали батареи петард) и компартию не запретили, хотя на выборах она сильно не преуспела.

За гусей Митрича похвалили, а за петарды похвалили отдельно.

## Глава 3. Соло на трубе для, для похоронной процессии


В одном приокеанском городе, у части его населения, называемой сейчас афроамериканцами и которое там теперь не принято называть неграми и тем более нигерами, была традиция "джазовых" похоронных процессий, то есть так сказать, в процессе похоронной процессии, провожающие приплясывали под бодрую музыку. Так вот в одном из кварталов этого города скрывался от ФБР соратник Гесса Холла и Анджелы Девис*, которого обвинили в целом ряде уголовных преступлений и очень хотели посадить в тюрьму лет на семьдесят. И конечно, борцы за победу коммунизма над империализмом, решили помочь жертве буржуазного правосудия, но ФБР блокировало квартал и выйти оттуда незаметно было сложно, тем более, соратник местного Карла Маркса и Клары Цеткин, был белым и в негритянском квартале явно бросался в глаза, его срочно загримировали, и для вывода к месту где стояло специально обученное такси Митрич гениально организовал похороны, а так как будущий истопник был приучен всегда "дуть на воду", он предусмотрел аварийный вариант.

Итак, в один прекрасный день, под звуки джаз-бенда, на границе локализованного агентами ФБР района, появилась похоронная процессия. Митрич заметив, как к остановленной процессии подошел полисмен и провел белым носовым платком по щеке одного из скорбящих, понял, что произошла утечка и пора включать аварийный вариант. Митрич мигнул кучке нанятых местных гекельберифинов и они с воплями - "Джеронимо!" побежали вдоль похоронной процессии, и тут упокоенный музыкант, на груди у которого лежала труба, восстал в открытом катафалке и заиграл на блестящем золотом инструменте рефрен из "Серенады солнечной долины". Похоронная процессия и часть альгвазилов с воплями бросились в рассыпную. А пара смелых ФБРовцев бросилась к восставшему покойнику и с радостью обнаружили под черным гримом белого мужчину, но радость их была не полной, в участке выяснилось, что инфернальный трубач был актером, которого наняли для съемок в перформансе, и скорбящая толпа тоже были статистами, которых должна была снимать скрытая камера, но ни камеру ни режиссера, так и не нашли. А Митрич, будучи таксистом, спокойно вывез борца с империализмом из города и обеспечил ему дальнейшую эвакуацию. А когда начальство дало ему втык за перерасход при найме актеров, то Митрич объяснил, что сейчас в Чикаго безработных актеров меньше, чем во времена фильма "В джазе только девушки".


*Гесс Холл - Генеральный секретарь компартии США, Анжелла Девис - его соратница по ЦК, кандидат в вице-президентв США на выборах 1980 года.

## Глава 4. Остров сокровищ


В одном империалистическом государстве, сотрудник одного конструкторского бюро внезапно понял, что денег ему на жизнь не хватает, особенно на казино и посему решил продать одну из разработок своего КБ на сторону. Мистер Энтони Беркли получил не так давно небольшое наследство, которое он быстро разбазарил, но успел во первых купить небольшую яхту, а во вторых привыкнуть к роскошной жизни и особенно к казино, как раз в казино к нему приклеилась роскошная девица, по имени Эммануэль и это тоже требовало денег. Руководство Митрича, выяснило, что покупатель пакета секретной промышленной документации будет ждать Беркли на курортном островке, куда Беркли должен прибыть на своей яхте и было необходимо притормозить его хотя бы на сутки, чтобы подменить покупателя на сотрудника Конторы, просто изъять документацию начальство сочло не целесообразным, в виду дальнейших перспектив разработки объекта.

Митрич как раз изображал в одном портовом кабачке Хемингуэевского рыбака и подработал операцию под свою нынешнюю внешность. Эммануэль, которая была медовой ловушкой Конторы, убедила Энтони, перед поездкой сплавать на романтическую ночную рыбалку и в открытом море они наткнулись на лодчонку с заглохшим мотором в которой сидел живописный тип в потертом сафари и в замызганной капитанской фуражке. Он поблагодарил за помощь и представившись, как капитан Моралес, сходы выдал предложение от которого мистер Беркли не смог отказаться, а Эммануэль просто завизжала от восторга. Энтони будучи инженером-конструктором был человеком творческим и следовательно романтиком, а как человек подверженный игровой зависимости был в добавок авантюристом. По крайней мере психологи-аналитики Конторы так его просчитали. Капитан Моралес рассказал, что случайно оказался владельцем карты сокровищ знаменитого пирата де Олоне и смог ее расшифровать, но копии карты есть у этого прохвоста Зуриты и его друзей и хотя они тупы, как морские коровы, но от жадности даже их небогатые умственные способности могут обостриться и поэтому надо спешить. Клад находится тут недалеко буквально в полусотне миль, на острове Трех черепах и он предлагает сеньору и сеньорите половину клада, за то что они немедленно отправятся на этот остров и они, что характерно отправились.Митрич, а Моралеса естественно изображал он в юности учился в мореходке и петрил в навигации и посему не вызвал подозрений у инженера в морской некомпетентности. На остров они прибыли на рассвете и сразу приступили к поискам, которые через пару часов увенчались успехом... они выкопали старый сундук, где лежала пара старинных пистолетов и шкатулка, в которой была еще одна карта указывающая место где закопана главная часть клада и это место было на соседнем островке, куда аргонавты срочно направились и после более длительных поисков нашли еще один сундук, набитый старинным огнестрельным и холодным оружием, но без каких бы то ни было сокровищ. Капитан Моралес разорвал свою фуражку и рыдая был головой об землю проклиная проклятого лягушатника и его клады. Энтони и Эммануэль как могли утешали его, тем более что Энтони был доволен таким приключением, а Эммануэль изображала довольную по роду службы. И было им всем счастье. Покупателя секретной документации наши товарищи успели подменить и удачно выкупили пакет вместо него. Но вот местные товарищи которые в сжатые сроки должны были изыскать, доставить и закопать сундуки, долго еще дулись на Митрича за этот аврал и при встрече называли его капитаном Флинтом.

## Глава 5. Великолепная семерка


На очередных посиделках народ стал обсуждать первый вестерн показанный в СССР, "Великолепную семерку" и очень бурно обсуждался эпизод дуэли револьвера и ножа. Мнения разделились пополам, от невозможно до и я бы так смог. А потом начался спор на тему, что там происходит, война или криминальные разборки. - "А ведь это Гражданская война ребята"-, сказал Митрич, - "Граждане из одной местности не могут разобраться между собой и в дело вмешиваются интервенты. И как всегда было непонятно шутит наш истопник или нет. А Митрич раскурив сигару, продолжил... "А что касаемо этих штучек с ножом, знавал я мучачос и побыстрее в ножевом бое и рассказал очередную байку.

В одной латино-американской стране была почти предреволюционная ситуация, и посему между двумя левыми революционными группировками, правой контрреволюционной группировкой и охранкой вкупе с жандармерией шла спорадическая войнушка. И тут ситуация обострилась в виду того, что охранка решила арестовать родителей одного из левых команданте, дабы на него воздействовать. Все осложнялось тем, что в местах где жили эти достойные люди практически не было левых ячеек, зато очень сильно держали масть правые и им помогала охранка, но жандармы правых не любили, также, как и левых, вот такой салат с озерными грибами. Сами родители жили на небольшом ранчо (отец был врачом на пенсии) и оно было под постоянным наблюдением и охранки и пистольерос. Митрич разработал операцию исходя из ситуации. Итак, что мы имеем... Ранчо которое можно оборонять на троечку с плюсом, преданная хозяевам прислуга, наблюдатели противника от охранки и правых, плюс от жандармов, которые не будут штурмовать ранчо, но с удовольствием захватят синьора и синьору Митачурес, и имелся только что выясненный день и час налета на ранчо. И Митрич выдал следующий план действий. Кухарка с управляющим идет на рынок за деликатесами, где пробалтываются про то, что накануне дня захвата, к хозяину приедет в гости американский полковник с которым они учились, но после ужина уедет. Найти машину, соответствующую одежду и сотрудников с похожими фигурами, было поручено группе обеспечения, что она с блеском выполнила, сложнее было изыскать два трупа с фигурами похожими на хозяйские, но и это было сделано. По задумке Митрича, гости по приезде меняются одеждой с хозяевами, а после отъезда замаскированных хозяев, какое то время изображают их на веранде, а потом оставив в спальне привезенные трупы, Митрич с группой исчезают запалив предварительно дом спецсредствами.

Всего в спец-группе было пять человек, (негры-водители остались в машинах ), а полковника, его супругу, дочь, адъютанта и зятя, в машинах при отъезде заменили соответственно, доктор с супругой, их дочь, управляющий и кухарка (переодетая под зятя полковника), управляющий и кухарка были преданные люди, но на всякий случай после того, как их переодели, им вкололи снотворное.

Как говорят умные люди, если хочешь насмешить Судьбу, расскажи вслух о своих планах... Супостату решили напасть не в час собаки, а сразу после отъезда гостей и пришлось принимать бой. Из оружия у нас были стандартные Узи, не плохая кстати машинка для ближнего боя, патрон "Парабеллум" 9х19мм, 32 желудя в магазине (магазин на 25 маловат, а на 40 длинноват) и при свежем стволе на двести метров вполне прицелист и убоен, правда на мой вкус не прикладист. Еще наша единственная дама изображавшая дочку доктора, компаньеро Юлия, в совершенстве метала ножи причем умудрялась метать три ножа одновременно, она и сделала так сказать первый выстрел. Когда двое чинов из охранки и трое пистольерос выйдя из машины подошли к веранде, на ступеньках нарисовалась красотка в прозрачном пеньюаре на голое тело с подносом уставленном рюмками и милым мелодичным голоском предложила сеньорам освежиться, на атакующую пятерку напал ступор, а девушка мило улыбнулась и элегантно кинула им поднос, после чего в воздухе сверкнуло три клинка воткнувшиеся в горло передним троим супостатам, а потом сверкнуло еще два клинка и супостаты закончились, а девушка куда-то исчезла. После где то пяти минут тишины, во двор въехал грузовик набитый вооруженными людьми, но тут уже ударили творения Узиэля Галя (а может и вовсе Ярослава Холечека). Пять стволов выдали за несколько секунд 160 пуль, а потом чуток спустя еще почти столько же и супостаты закончились окончательно, а пятеро компаньерос незаметно для запаздывающих жандармов ушли из дома, который весело запылал начав со спальни, а через пару километров в солидный автомобиль уселись четыре сеньора и сеньорита.

Вот такая вот великолепная семерка была у нас, сказал Митрич тяпнув лафитничек Московской Особой и вкусно закусив его квадратиком черняшки, покрытым ломтиком бастурмы и кружком соленого огурчика. А когда зав кафедрой философии спросил, почему мол семерка, вас же пятеро было, Митрич усмехнувшись в усы переспросил - "А кадавры?".

## Глава 6. Тропою ложных солнц


Однажды за преферансом в кочегарке, разговор вдруг зашел о Джеке Лондоне и оказалось, что у всех присутствующих любимыми являются абсолютно разные сборники и любимые рассказы в них.

У завкафедрой, в юности бывшим в ДНД Рыбнадзора - "Рассказы рыбачьего патруля" (Уловка Чарли), у аспиранта (бредящего экзотикой)- "Страшные Соломоновы острова" (Буйный характер Алоизия Пинкберна), а вот у Митрича - "Любовь к жизни" (Тропою ложных солнц, из историй индейца Ситки Чарли).

Всех конечно заинтересовал выбор Митрича, на что он сказал, что был участником подобной истории. Кто не помнит... в этом рассказе индеец был свидетелем погони непонятно кого, за непонятно кем, причем смерть там ходила рядом, но сам Ситка Чарли, был так сказать за кадром. Митрич в своем варианте этой истории был именно Ситкой Чарли...

Это была страна находящаяся в полном раздрае... гражданская война, партизанская война, антипартизанские операции, интервенция, борьба за власть на местах мелких политических группировок и вот сквозь этот бурлящий котел ехал огромный трехосный рейсовый междугородний автобус марки Mack 1958 года. Задание было следующим... Митрич и двое его людей, сопровождали охраняемую персону из точки А в точку Б. По дороге, как вокруг автобуса, так и внутри, будут возникать экстремальные ситуации, но если для охраняемого объекта нет непосредственной опасности, то приказ сохранять спокойствие и ни во что не вмешиваться, но в случае угрозы жизни объекта защищать его даже ценой своей жизни. А в случае угрозы захвата объекта, объект ликвидировать.Сам объект представлял из себя мужчину средних лет неприметной внешности. А перед посадкой в автобус им велели одеть ярко синие куртки с красными полосами вдоль рукавов и красно-синие бейсбоки. И после выезда из города всем настоятельно предлагалось держать автоматы в руках, это были Ингремы, причем у объекта автомат был не рабочий.

И началось путешествие... пару раз на остановках вокруг автобуса происходили перестрелки, один раз, несмотря на то, что по общей договоренности всех сторон междугородний транспорт пользовался правом экстерриториальности, автобус остановили на трассе, перекрыв дорогу грузовиками, в салон вошли вооруженные люди в военной форме без знаков различия, вывели из автобуса двух пассажиров и расстреляли их на обочине, а на следующей остановке на освободившиеся места села молодая пара, доехавшая до конца маршрута. Еще на одной остановке, в автобус зашло отделение с автоматами МР-40 и в течении часа, держали на прицеле нескольких мужчин, после чего вышли из автобуса, причем все это происходило в полном молчании. Причем Митрич заметил одну странность... пассажиры не обращали на происходящее никакого внимания, а вооруженные люди, не обращали внимания на нас, хотя мы и сидели с оружием в руках.

Мы доставили объект в точку назначения, где человек назвавший пароль и подходящий по описанию, посадил объект в белый Каддилак и уехал. А мы переночевав в этом городке, на следующий день получили маршрут своей эвакуации. Когда я позднее перечитывал рассказ "Тропою ложных солнц", я внезапно ощутил дежавю и вспомнил эту странную эпопею. И помолчав пару минут, Митрич вытащил из своей антикварной тумбочки граненые стаканы, набулькал по полному и все молча выпили. А Митрич процитировал по памяти: "...Все равно как если б я заглянул в окно и увидел человека пишущего письмо. Они вошли в мою жизнь и вышли из нее...".

## Глава 7. Террорист


Нужен был курьер, могущий спокойно перелететь вдоль Аппенинский полуостров и наиболее эффективный вариант, это местный житель, но вот с местными жителями которым можно было доверить данный пакет, была напряженка. Но на то и резидентура, чтобы иметь на всякий пожарный случай пакет нужных документов. Резидент пересматривал небольшую пачку паспортов, с пришпиленными биографиями и зацепился взглядом за знакомое лицо и это был Митрич, находившийся тут нелегально, после выполнения задания и ожидавший эвакуации домой.

Так Митрич и оказался в "Электре" компании Алиталия, летевшей из Милана в Неаполь. Документы по которым он должен был лететь, принадлежали отставнику карабинеру, уволенному в отставку с половинной пенсией и пропивавшем ее в одиночку в рыбацком домике недалеко от Амальфи. Митрич сам придумал операцию прикрытия... за пару дней до вылета к домику экс-карабинера подъехал джип оттуда вылез явный американский турист и сказал, что по приказу мистера Гримзделла, привез сеньору Капулетти два ящика граппы, в компенсацию за поцарапанную лодку. Джузеппе Каванти не был ни только Капулетти, а даже и не Монтекки, но у него уже два дня, как кончилось и спиртное и деньги, а до пенсии еще четыре дня и он за бутылку граппы, признался бы даже в том, что он Офелия и Джульетта в одном лице и посему, помог сгрузить ящики и уже через пару часов был в дрова.

А у Митрича полет проходил отнюдь ненормально... В серединк салона выскочил мужчина с горящими лихорадочным блеском глазами, поднял над собой черную коробку на которой мигали красные огоньки и заорал, что самолет захвачен и должен лететь в Албанию. Митрич среагировал моментально... он быстро свернул плед, засунул его под пиджак и тоже выскочив в проход, заорал, что это он угнал самолет и самолет должен лететь в Сомали. Первый угонщик вцепился в свою коробку, она развалилась в его руках и на под посыпались батарейки и обрывки проводов, больше в коробке ничего не было. А Митрич выдал ему мощный хук, после которого террорист улетел в проход и рухнул на пол сбив по дороге стюардессу. А Митрич, расстегнув пиджак и вытащив плед, рухнул в свободное кресло и начал ржать. Тут появился воздушный маршал, первым делом надевший наручники на террориста и с опаской подошедший к Митричу, но после того, как тот предъявил удостоверение тененте в отставке Корпуса карабинеров Джузеппе Каванти, все стало на свои места. В аэропорту Неаполя, героя встречали корреспонденты, но тот закрывая лицо платком испещренным красными пятнами, сказал, что у него идет носом кровь от напряжения и ему срочно нужно в туалет, а из туалета его так и не дождались.

Когда через сутки к домику Джузеппе Каванти подъехали машины прессы, он как раз похмелялся последней бутылкой и отрицал любые проявления своего героизма, говоря, что просто плыл на лодке. Исходя из этой фразы, журналист назвал его в своей статье "Скромным философом", еще через неделю, ему сообщили, что героя ждут в Риме для награждения и роясь в тумбочке, тененте нашел там свой паспорт и удостоверение, которые не видел уже несколько

месяцев, после последней поездки в Амальфи, причем в паспорте был использованный билет на самолет.


Когда аспирант Василий, спросил, а как же мол документы и билет попали в домик итальянца, Митрич, подмигнул и сказал, что это уже совсем другая история

## Глава 8. Авиакатастрофа на скачках


"Понимаете ребята" - сказал Митрич раскурив сигару -"В разведке наиболее важны две вещи, это связь и обеспечение, ибо палятся наши разведчики и ихние шпиены именно на этих двух гитиках". Вот нужно тебе срочно передать сведения, а тайник уже засвечен и тебе либо хвост прицепят, либо возьмут тепленьким. Или нужен тебе для операции пулемет и ящик ананасового компота, а денег на это нет и приходится проводить экс, а это таки засветка".

В этот раз империалисты готовили через своих прислужников, какую то мерзкую провокацию, а финансирование решили провести через местный ипподром, где как раз проходили Большие скачки и на третий день, наемники должны были получить в кассах кругленькую сумму, а учитывая, что Стипль-Чез проходил в конце третьего дня скачек, тот самый выигрыш выдавался после последнего заезда. И Митрич получил приказ, не допустить получения этих сумм супостатами.

Приказы надо выполнять, причем любые. Как говорил помощник Митрича по саперному делу, невыполнимой бывает только премия, а вот приказ только выполнимым.

Вариант с отъемом денег непосредственно у самих наймитов империалистических разведок отпадал, так как для нейтрализации трех дюжин профессионалов нужна была минимум рота, а так как была еще охрана скачек и местная полиция, все усложнялось. И оставалось только изъятие денег непосредственно из касс ипподрома.

Главное в таких операциях, если это конечно не грубый захват, это незаметность, а незаметность ребята бывает двух видов, сама по себе, типа камуфляжа или же за счет внешних отвлекающих маневров и маневры эти должны быть ну очень заметными и тут в этом городке появилась афиша фильма "Спасите Конкорд". И фильм и авиакатастрофы, стали буквально темой номер один. И Митрич решил разыграть авиационную карту. Что было очень в кассу, по поводу изъятия кассы, так это то, что дома в этой местности, строились весьма легкомысленные, ибо климат это позволял и многие строения были щитовыми в одну доску и контора ипподрома была построена по такой же технологии, так что Митрич решил просто и нагло войти в кассу прямо с улицы, а теперь для этого понадобилась еще одна операция прикрытия и вот наступил день "Х"... На улицу перед задней стеной конторы ипподрома, которая была вмонтирована под трибуной, остановился фургон телефонной компании, из которого вылезли трое рабочих, один из которых одел "когти" и полез на столб, а двое достали две устрашающего вида мотопилы и стали с ними возится, подошедшему полицейскому они объяснили что будут менять столбы и ждут бригадира который их привезет, а мотопилами они будут эти столбы подгонять по размеру. И тут, у них над головой пролетел в сторону ипподрома небольшой самолет и спикировал куда то за трибуны, после чего вдалеке раздался взрыв, полицейский бросился туда, а телефонисты завели свои инструменты и подойдя к стене, споро вырезали в ней проход, в это время к ним подлетел джип из которого выскочили два парня и девица с автоматами и за телефонистами нырнули во внутреннее помещение касс. Оружие налетчикам не пригодилось от слова вообще, ибо персонал касс был впечатлен работающими мотопилами, а все сейфы были весьма удачно открыты, так что мешки, которые были у налетчиков при себе, с помощью персонала были набиты деньгами и погружены в фургон, который скрылся в клубах пыли эскортируемый джипом. "Авиакатастрофа" как раз и дала лишние минуты, за которые они все успели провернуть. За городом заехав в рощицу, фургон преобразился в грузовик нагруженный соломой, девица стала простой крестьянкой без автомата, а Митрич ее бородатым папашей, джип тоже поменял антураж, став полицейским и обзаведясь экипажем в форме. А потом колонна углубилась в сельву, где убедившись в отсутствии погони, разделилась, после чего джип уехал в соседний городок, где вернулся на стоянку с которой его одолжили. А Митрич с "дочкой" доехав до заброшенного ранчо, в печке уличной кухни, согласно строгого приказа, сожгли все содержимое мешков, кроме одной купюры, заныканной Митричем, как ярым бонистом и начальство закрывало на это глаза, так как один из главных начальников, тоже был бонистом.

-"И вы знаете друзья..." - сказал Митрич после "сигарной" паузы, - "купюра оказалась фальшивой"-

А на вопрос аспиранта про то, где мол они взяли самолет, Митрич кратко пояснил, что в магазине игрушек... Накануне операции он увидел рекламу радиоуправляемой модели с бензиновым двигателем, модель была где то полтора на полтора метра размерами, была покрашена в красный цвет, имела все маркировки и при полете на небольшой высоте, вполне обманывала зрение наблюдающих, которым казалось, что это настоящий самолет летящий выше. Ну а заряд взрывчатки с радиовзрывателем в районе падения модели, это вообще задача, для пионера из кружка юный техник.

## Глава 9. Вас вызывает Рио


Иногда бои между рыцарями плаща и кинжала проходят бескровно и вообще без контактно, а порой это носит даже вид некоего соревнования. Однажды британцы смогли подключиться к телефонному кабелю Советской военной комендатуры в Вене, австрийская столица, тогда находилась под общим управлением союзников, были постоянные сектора, были сектора где менялись составы. Самое смешное, в оккупации Австрии участвовали даже французы, добрый дядюшка Джо простил им Легион СС Шарлемань под Москвой в 1941 и кинул подачку со стола победителей. Так вот, британцы нашли пенсионера Венского андерграунда и с его помощью освоили Венские подземелья, а так как наши связисты задействовали под себя ряд старых австрийских линий, то британцам тут конкретно свезло. Но британцы не знали, что не смотря на то, что СМЕРШ был закрыт в 1946 году, он никуда не делся и как только наши узнали о британских слухачах, то началась Большая игра. Целый отдел разрабатывал схему переговоров, при которых сливалась дезинформация, а когда операция подошла к красной чете, за которой враги могли обо всем догадаться, наши решили хорошенько проучить лимонников, "это вам за ультиматум Керзона падлы", как сказал один не молодой подполковник, трижды разжалованный, один раз отсидевший пол года и переживший все чистки.

Тут как раз в Вену приехала на практику группа адъюнктов Военного института иностранных языков Красной Армии, среди них две девушки из группы Романских языков и началась Большая игра...

Начальник Специальной информационной группы Штаба Британских оккупационных войск в Вене, отправил в Лондон секретный пакет, так как не мог доверить эту информацию обычной связи, а дело было в том, что новый офицер Советской комендатуры в Вене, майор Вокадумов, стал во время своих ночных дежурств звонить в Латинскую Америку, а конкретно в Рио-де-Жанейро и Буэнос-Айрес, причем он одинаково хорошо владел и португальским и испанским, а его абоненты были сотрудницами министерств в данных городах. У Венской конторы Ми-6 была пара трофейных гестаповских магнитофонов и все эти разговоры писались и всплыло вот что. Аналитики - филологи поклялись, что Долорес и Изаура, настоящие коренные латиноамериканки, а майор Вокадумов русский причем из южных районов и владеет испанским и португальским хорошо, но акцент чувствуется.

Технари же, по сериям щелчков определили, что работает некая мощная релейная система, сигнал которой из за технической неисправности дублируется на эту линию, но предпоследние номера, это коммутаторы министерств, но вот внутренние номера определить не удается. А ночная информация шла такая, что волосы у британского разведчика становились дыбом не только на голове, но даже на спине. Например, заканчивая разговор с Долорес из Аргентины, русский попросил ее передать штандартенфюреру, что он награжден орденом Красного знамени, только пусть не ходит при нем на доклад к президенту, а Изаура посетовала, что мистер М из Пентгона требует теперь девочек не старше тринадцати, а то в Вашингтоне более старшие уже не нравятся и собирается приплыть за товаром уже через пару недель.

У британцев был в Вене технарь из Абвера, который специализировался именно на телефонной связи и знал русский и испанский языки. Гауптман Шульц, получив просьбу просчитать внутренние номера министерских коммутаторов, по несколько раз прослушал набор номеров и щелчки реле, прослушал начала разговоров, а потом посмотрев на внутренний титул папки, где было написано - майор Вокадумов, спросил кто это и услышав, что это звание и фамилия русского стал ржать буквально до слез, а потом утерев слезы сказал, что это скорее фамилия британца, поднявшего эту бучу и в ответ на вопросительный взгляд британца, предложил ему прочитать фамилию русского задом наперед.


*Ультиматум Ленину Британского министра лорда Керзона по поводу Советской внешней и внутренней политики

## Глава 10. Пойдешь по яйца вернешься стриженный


Был у нас такой геноссе Клаус, прикрепленный искусствовед из Штази обожавший русские пословицы, но все время их путавший, причем у него благодаря путанице получались буквально перлы причем не всегда узнаваемые и логикой иногда тут и не пахло, как впрочем и филологией...

Рыбак много арбайтен (без труда не выловишь и рыбку из пруда);

Снайпер опасен для отделения (глаза боятся, руки делают);

Сколько волка не кушайт, он все равно голодный (сколько волка не корми, он все равно в лес смотрит);

Если прижать марку пфеннигом, то она не улетит (копейка рубль бережёт);

Работа не любит умных (работа дураков любит);

Если готовишь айсбан, ешь его сам (дорога ложка к обеду);

Лучше Физилер Шторьх в ангаре, чем пикирующий Юнкерс (синица в руках, лучше, чем журавль в небе) и.т.д.

Верхом его коллекции была пословица - "Пойдешь по яйца вернешься стриженный", по поводу которой он всегда обижался, когда его просили пояснит, что из первоисточников он тут имел ввиду. Кстати геноссе Клаус всегда возмущался тем, что солдаты вермахта, побывавшие в русском плену, лучше знают русский язык, чем старые коминтерновцы.

Последний вариант пословицы, родился после одного задания...


Из одного музея пропали два яйца Фаберже и там ожидалась международная конференция искусствоведов и тут вдруг открылось это ЧП. Пропажу заметили так поздно, потому-то музейные яйца были подменены хорошими копиями и естественно Советские музейщики не могли опозорится перед зарубежными гостями.

Была создана специальная интернациональная группа, почему интернациональная... а потому что следы украденного уходили на запад, тут к нам и прикрепили Клауса, как знатока западных коллекционеров. Поиски увенчались успехом, и криминальный коллекционер обнаружился на некоем Острове. Это был весьма не бедный джентльмен, который жил на окраине города в старинном фамильном загородном доме, который со временем стал городской околицей. То есть для операции по изъятию место было удобным и тихим по ночному времени. У джентльмены была весьма не многочисленная прислуга, но дворецкий и швейцар были отставниками Королевской морской пехоты, а сам хозяин был фанатом Конан Дойла, причем это настолько было настолько глубокое чувство, что во дворе особняка стояла медная скульптура Собаки Баскервилей, к которой он по вечерам лично ставил поднос с куском мяса, которое к утру исчезало (его забирали дворецкий со швейцаром и жарили потом на кухне, а эсквайр был уверен, что мясо принимает дух легендарной собаки.Короче этот самый любитель литературно мистики прикупил эти изделия Фаберже на "сером" Сотби, черном рынке произведений искусства. Хозяин особняка был весьма старомоден и никаких сложных систем сигнализации у него в доме не было. Для операции по изъятию достояния Советского союза была выбрана ночь с субботу на воскресение, так как, дворецкий и швейцар традиционно проводили вечер в пабе, где им в пиво было помешано снотворное отложенного действия. В дом они проникли через сад, а для нейтрализации женской прислуги, которая могла не вовремя проснуться, они по инициативе Митрича, взяли собой большущего черного пса, хозяина явочной квартиры, который был уверен, что помогает контрабандистам. Митрич подружился с псиной, периодически подкидывая ей вкусняшек, выводя на ночные прогулки, с отдельным боевым пайком, так что Дик не был против, когда его новый друг, перед ночной прогулкой надел на него светящийся ошейник, для создания образа собаки Баскервилей.

Митрич с напарником (это был геноссе Клаус) легко проникли в дом, им никто не помешал и они в сопровождении Дика в светяшемся ошейнике, и в новинке шпионской техники на лицах, приборах NVD, пошли по коридору к малой гостиной, где хранилась коллекция раритетов эсквайра, но как известно любой план действует строго до соприкосновения с действительностью...когда они подошли поближе, дверь в гостиную открылась и оттуда вышла белая фигура, повернулась к ним, а когда Митрич навел на нее Вальтер с глушителем, застонала и рухнула на пол. Тут Клаус и сказал свою коронную пословицу: "Пойдешь по яйца вернешься стриженный".


Пол Хью был неудачливым квартирным вором. Нет, ловили его всего пару раз и посадили всего один, но все "удачные" акции, как правило заканчивались с незапланированным результатом, то добыча была не серьезной, то приходилось бежать бросив добычу, но то что произошло сегодня перекрывало все предыдущие неудачи... Полу заказали изъять в старом особняке шкатулку с двумя игрушечными яйцами и платили за этот пустяк тысячу фунтов. Горничная дала информацию, о распорядке в доме и о том, что и где находится. У Пола был талант открывать любые замки и все было хорошо, пока он с заветной шкатулкой в руках не вышел в коридор. Воришка одел белый балахон, чтобы если что напугать вторую горняшку видом привидения, но оказалось в этом доме были призраки пострашнее... Выйдя в коридор, Пол увидел собаку со светящейся пастью и две черных фигуры с горящими алым светом глазами и одна из этих фигур подняла руку в жесте проклятия.

Когда Митрич с напарником шли к воротам, из окна второго этажа раздался крик: "Мистер Баскервиль, подождите, давайте поговорим", но одна из черных фигур обернулась и сверкнув алыми огоньками глаз помахала рукой. А вторая подошла к памятнику собаке Баскервилей и что-то на ней написала, а собака, мерцая светящейся пастью задрала ногу на памятник своей копии.

Эсквайр отказался возбуждать дело о краже, и не стал выдвигать против пола никаких обвинений, заявив инспектору Скотланд Ярда, что бороться с призраком профессора Мориарти, бесполезно.

P.S. Митрич на прощание прикололся, он нарисовал на пьедестале собачьей статуи букву М составленную из мечей, автограф профессора Мориарти.

P.Р.S. А конференция в музее прошла успешно и по итогам операции, вся группа, по представлению Министерства культуры, была награждена медалями "За Трудовые заслуги"

.

## Глава 11. Звездный мираж


На этих посиделках царил аспирант, он изобрел новую игру, "Застольные шашки", скомпоновав из трех досок одну общую на четверых. Вместо шашек были самые натуральные shot glass, бронзовые и из нержавейки на тридцать грамм, выточенные в мастерских одного НИИ у брата аспиранта. Играли в шашкивчетвером, каждый за себя, в шоты наливалась как правило водка и каждую съеденную шашку, съевший ее игрок естественно выпивал. Всего на игровом поле было сорок восемь стопок куда влезало ровно три поллитровки "ее родимой", ходы делали о очереди по кругу и в принципе в конце игры получалось почти поровну, плюс минус несколько стопок. После партии следовал субботний вечер решили сыграть по третьей, а потом и по четвертой. У Митрича было своеобразное настроение, плюс он вел во всех партиях и малость перебрал и стал буквально другим человеком невиданным ранее. Его черты обострились, взгляд стал стальным и в глазах заплескалась бездна. Аспирант за игрой затронул тему таинственных и необъяснимых событий и это стало детонатором этой истории...

В пустыне упал неизвестный спутник, причем средства слежения засекли то, что он не сгорел в атмосфере, что было странно и не объяснимо. Группа Митрича была неподалеку и им дали задание обследовать этот квадрат и по возможности найти этот объект но не все было так просто. У местных эта часть пустыни называлась "Страной огненных призраков" и местные туда настолько опасались соваться, что проводника никак не удавалось найти, по легенде тут являлись по ночам странные огненные призраки и те кто их видел сходили с ума. Но тут подвернулся удачный кунштюк... один местный юноша обрюхатил дочку вождя и его теперь искали, что бы лишить таких возможностей в дальнейшем и он был согласен идти куда угодно.

На ночевку мы остановились на краю зеленки и на рассвете выдвинулись в нужный квадрат, мы были на четырех Роверах, у нас были металлоискатели и мы собирались произвести достаточно эффективное прочесывание но начались странности... Отказали все рации и стационары на машинах и даже уоки-токи, хоть металлоискатели работали но находили мы все время не совсем то что надо, например огромный скелет с тремя глазницами в черепе явно не был похож на спутник. Чем ближе было к вечеру, тем беспокойнее вел себя проводник, по его словам, именно в этом месяце тут пропадало больше всего людей, год назад один бродяга притащил отсюда золотую статуэтку, а потом через неделю сошел с ума, так что периодически сюда кто-нибудь забирался, и как правило безвозвратно.

Ночь упала внезапно, как и бывает тут и сначала была кромешная тьма и вдруг буквально вспыхнуло небо, вспыхнула мириадами огромных звезд, но первой странностью было то, что звезды эти были незнакомыми. Митрич изучал в мореходке астрономию и четко видел звездное небо на котором не было ни одной узнаваемой звезды. Второй странностью был некая тусклая световая штриховкапокрывшая песок вокруг и третьей непонятностью были гигантские мерцающие силуэты каких-то строений и конструкций на горизонте, а потом началось вообще нечто невообразимое... В небе стали появляться фантастические летательные аппараты, они приземлялись на поле, а некоторые конструкции стоящие на поле оказались летающими аппаратами и стали взлетать, а один из аппаратов рухнул на поле и взорвался. И самое главное, все это происходило в абсолютной тишине.

С первыми отблесками рассвета все исчезло и Митрич приказал прошерстить магнитометрами то само место, где ночью они видели катастрофу и надо сказать не прогадал. В одном месте стрелки буквально залипли в ограничители и после нескольких часов самозабвенной копки, они докопались до странного предмета в виде большого яйца где то тридцать на двадцать сантиметров из обугленного металла, нашли и еще нескольео интересных обломков, которые распихали по предметным контейнерам. Когда въехали в зеленку, то пропал проводник. Митрич сразу понял, что буквально завтра о несметных сокровищ, которые археологи везут из "Страны огненных призраков" будет знать вся сайва и самое грустное, что и все лица заинтересованные в поисках неизвестного спутника. И Митрич по быстрому оформил операцию прикрытия...

В корале они остановились в крохотной гостинице, у хозяина которой археологи по секрету попросили выделить нам надежно запирающийся сарай, который находился несколько на отшибе, куда закатили прицепчик с надежно принайтованными ящиками и один из Роверов. А с утра вокруг сарая закипел бой, археологи по быстрому собрались и уехали, бросив машину с прицепом. А в корале ситуация менялась как в анекдоте про избушку лесника. Сначала местная самооборона рубилась с какими то залетными, потом одновремено подтянулась еще одна банда и жандармы из района, и двумя изюминками на торте стали непонятные вооруженные до зубов наемники и взвод Легиона на броневиках АМХ. Митрич и его ребята потом долго ржали, представляя, как "лесники" вскрыв заветные ящики обнаружили там ржавые железки от подорвавшегося на трассе на партизанской мине грузовика. Начальство объяснило археологам, что они пали жертвой галлюцинаций от спор некоего пустынного растения, но раз в год Митричу стабильно снилось звездное небо и космические корабли.

## Глава 12. Грибное Ностальжи дипломата


Измена ребята, она никогда не случается на голом месте, коль она проявилась, значит была в том человечке раньше гнильца, которую враги и заметили, но бывают еще и человеческие слабости, на которых играют не только сотрудники империалистических разведок и их троцкистко-бухаринская агентура, но иной раз и пролетарские ЧеКа.

В Москву прислали посланника одной молодой африканской республики и он должен был подобрать здание для посольство. Хитрость данной проблемы была в том, что республика, буквально намедни решила переориентироваться с социалистического пути на капиталистический, и персонал посольства буквально кишел агентами западных спецслужб.

Был на примете у наших один хитрый особнячок, который был нафарширован скрытыми средствами наблюдения и желательно было, что бы черные дипломаты выбрали под посольство именно его. Учитывая, что мы официально пока не знали о том что эта республика ставит Мерлин Монро, выше Клары Цеткин, внешне отношение к ее дипломатам выглядело ка дружеское, так что разработку было вести более менее комфортно.

Митрич, почитав досье посла, сразу вычленил главное... сей дипломат цвета гуталина, был выпускником Университета Патриса Лумумбы и естественно были найдены бывшие его однокурсники, у которых Митрич и почерпнул информацию ствшую основополагающей в операции "Эврика". У студента Мбамбвы был роман с москвичкой, браком он не закончился, так как она не сильно горела желанием становиться четвертой женой, но подарки из Березки принимала благосклонно и в ответ научила его собирать грибы, совмещая походы за грибами с романтическими свиданиями и выяснилось, что объект разработки, ностальгически об этом вспоминает. И операция вошла в ключевую фазу...

Сначала африканским дипломатам показали пару неприглядных объектов, а потом привезли в уютный особняк окруженный большим сквером, больше похожим на лес и когда дипломаты и принимающая сторона шли по аллее, им на встречу попалась девица с корзиной грибов, причем сильно похожая на пассию посла в молодости. Посол буквально воспылал, а на его вопрос откуда мол грибочки, девица оказавшаяся сотрудницей обслуги сказала что в этом году у них на участке откуда-то появилось множество грибов и она может даже их показать уважаемым гостям, и ведь показала... участок вокруг особняка, был буквально усеян белыми и подосиновиками. Вопрос об иных объектах даже и не рассматривался.

Когда Митрич доложил руководству свой план, руководство обалдело, а один сановный дяденька сказал, что если эта дурацкая шняга выйдет, то он напишет на Митрича представление на орден "Знак почёта". Но операцию утвердили ибо время поджимало...

Самым простым было подобрать "медовую ловушку" похожую на московскую любовь дипломата, а вот с грибной приманкой Митрич действительно перемудрил, но перемудрил удачно...

В саперной учебке провели внеплановые учения, приравненные к экзамену. Несколько взводов будущих сержантов саперов, получили вводную о том, что противник заминировал некую местность спецминами имеющими видимость грибов вида Белые и Подосиновики, ввиду чего, надо выявить и разминировать. То есть при обнаружении аккуратно выкопать не повредив грибницу, сложить в ящики и предъявить комиссии.

Надо сказать, что саперному начальству такое учение понравилось ибо глаз и руку саперам тренировало и уровень навыков в принципе показывало. Ну а потом штурвал перешел к работникам паркового хозяйства из одной хитрой конторы, которые вообще не удивлялись ничему в своей работе. Как сказал один ихний ветеран: "Вот когда в загородной резиденции Хрущева, надо было в лесу срочно посадить две тысячи кустов клубники, к дипломатическому приему, так это было сложно, а тут простые грибки.

Орден Митрич получил, а вот на следующий год грибы на участке не уродились.

## Глава 13. Слепой полет или ненужных знаний не бывает


Из одной Ближневосточной страны летела на Международный съезд коммунистических и рабочих партий хиленькая сборная делегация собранная в окрестных странах, почему хиленькая спросите вы, а потому что в тех местах с коммунистами был напряг, либо они не успевали завестись, либо их тупо вырезали. С подозрением относились местные диктаторы к учению Карла Маркса и видимо никогда не читали переписку Энгельса с Каутским , а то бы поняли, что на фоне негритюда, социализм это игры, эльфов с дюймовочкой и боятся, его не надо.

Летели они на простенькой "Дакоте" ( она же Дуглас, она же Ли-2, она же ДС 3).

Так вот, в процессе полета, часть пассажиров и увы почти весь экипаж тупо заснули. Даже в воздухе дотянулись до делегатов щупальца наймитов Мирового империализма. Бодрствовали в самолете, только стюардесса, Митрич и советский сопровождающий, то есть те, кто в промежуточном аэропорту не пил кофий. Митрич кофе не любил принципиально, сопровождающего спасла общая, параноя , а стюардесса просто не хотела.

Самолет летел в облаках, но на автопилоте и через три часа, он был должен был пересечь границу дружественного государства, но вот сам садится, самолет явно не умел. Но как сказал кто то явно очень умный, лишних знаний не бывает.

Когда Митрич проходил переподготовку на одних хитрых курсах, им в план учёбы включили... начальное пилотирование, двенадцать взлетов-посадок на Ли-2 (с инструктором разумеется), без изучения матчасти, помимо приборов управления и связи естественно).

Этот эксперимент придумал один новатор в генеральских погонах с большими связями наверху. Он считал, что летчикам углубленное изучение матчасти ничему, ибо лишняя трата учебных часов, которые лучше пустить на отработку посадки, наиболее аварийноемкой части. Как он сказал на вводной лекции, мол если вас захватят враги разболтать про секретную технику ничего не сможете ибо ее не изучали.

Облака рассеялись и вообще распогодилось. Так что Митрич перетащил пилотов в салон, занял место командира корабля, усадил на место второго пилота стюардессу, связался по рации с аэродромом и объяснив ситуацию, внутренне перекрестившись, переключил тумблер autopilot в положение ON. К аэродрому его привели истребители ПВО и самолет он посадил, с первого захода, хотя козла конечно дал, правда небольшого, а свой успех разделил со стюардессой, ибо сопровождающий был уверен, что пилотировали они вместе.

А когда аспирант спросил, а красивая ли была стюардесса, Митрич мечтательно вздохнул, затянулся, сигарой и окутался дымом, как давший залп пиратский корвет.

## Глава 14. Когда на добрые дела, отвечают добром


Тяжелее всего воевать в горах, зеленки там мало, а нужную пещеру далеко не всегда получается найти. Дело было в Кордильерах и мы уходили от карателей. Партизанский отряд попал в засаду, и как показал пленный, охотились жандармы за европейцами находящимися в отряде, то есть за нами. А вывел их на нас, спасенный нами же один местный революционер, доказав своим примером постулат на тему, что ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Мы прорвались в небольшую долину в конце которой был перевал через который вела дорога к побережью, где была запланированная точка нашей эвакуации. Группа шла по полузаброшенной дороге, и долгое время все было нормально, хотя именно нормальность и тревожила, что оказалось правильным. Головной дозор доложил, что за поворотом жандармский блокпост из джипа с пулеметом и четырех альгвазилов, которые в данный момент были при деле... Двое избивали какого то мужика, а двое распинали на колышках, два обнаженных женских тела, так обычно оттягивались местные бандито, но и жандармы мало от них отличались. Насильников и мародеров я терпеть не могу и посему траурный залп прекратил деятельность этого патруля навсегда. Освобожденные нами мужчина и две девочки подростка были местными жителями, причем не просто местными, а индейцами мая.И вот тут старая пословица сработала наоборот... По словам индейцев перевал был перекрыт военными и нашей группе, там было не пройти, но им известна, так называемая длинная пещера, по которой можно было обойти перевал и выйти прямо к морю.

Длинная пещера представляла собой цепочку пещер между которыми были проходы известные как выяснилось только нашим проводникам. Для открытия иного прохода приходилось протискиваться в узкую щель. Заложенную несколькими в притирку сложенными камнями, один раз метров двести пришлось идти по подземному ручью, постепенно расширяющемуся в реку, причем у каждой пещеры каскада, был свой антураж... низкие черные своды, сменяли высокие сталктитные потолки, светящиеся плесенью зеленые похожие на малахит стены, сменялись красными плитами с явными следами механической обработки. В конце концов мы вышли в огромный подземный зал с мерцающим желтым светом потолком, в центре потолка был барельеф уродливого лица с огромными красными камнями в трех глазницах, прямо под ним на каменном полу валялись остатки полусгнивших деревянных конструкций, костяки в лохмотьях и остатках амуниции и среди них даже виднелись ржавые кирасы и шлемы времен конкисты. От этой кучи малы уходили к дальней стене странные шестикогтевые следы уходящие в стену, на которой не было никаких следов прохода. Индеец пояснил, что это храм богини Чиа и все люди со злыми помыслами тут погибают, но нам нечего бояться, так как мы пришли в Кордильеры не за золотом, а чтобы помочь беднякам стать свободными, как это хотел комманданте Че, но дальше к океану мы сможем дойти одни, ибо там прямая дорога. После чего он нажал на стене известные видимо только ему фрагменты орнамента и приглашающее указал на открывшийся ход...

Идти дальше было гораздо легче, чем ранее, ибо теперь пещера вела вниз. Через каждые несколько километров, нам попадались родники с чистейшей водой, а сух паев у нас было достаточное количество, а как говорил наш инструктор - "Боец вооруженный сухим пайком, практически бессмертен". Что еще было очень удобным, так это светящаяся субстанция на потолке, то есть батарейки в наших фонариках, практически не расходовались. И еще была одна странность... у всех нас, после выхода из храма Чиа, встали часы. А возле очередного родника мы наткнулись на штабель ящиков с клеймеными орлами Третьего рейха в окружении мумии в морской форме. В ящиках были истлевшие папки с документами, пачки британских фунтов стерлингов и какие то слитки, но не золото и не серебро. Мы взяли образцы и продолжили путь, а на следующий день мы уткнулись в тупик, это была стена, покрытая таким же каменным орнаментом, какой мы видели в храме. Я запомнил какие завитушки нажимал индеец мая и провел те же действия и перед нами открылась панорама океана. Мы удачно вышли в точку эвакуации, на шхуне контрабандистов вышли в океан, где пересели на надувную лодку, с которой нас и подобрало известное, но не поименованное судно, известной, но не поименованной принадлежности. Но всю жизнь после этого, меня мучает одна мысль... Как мы за несколько дней, прошли под землей расстояние, которое прошли бы поверху, не меньше чем за месяц.

"Да, темна вода в облацех" - сказал Митрич, затянулся сигарой и щедро плеснул себе коньячку.

## Глава 15. Круглое и квадратное


Пословица про то, что бардак, он и в Африке бардак полностью соответствовала тому, что творилось на территории данной части Народно-революционной армии. Народ радостно таскал круглое и катал квадратное, например прямо на наших глазах в танк т-34-44-85, истово грузили картузы от 152 мм гаубицы, а на плацу, группа местных товарищей отрабатывала штыковые удары по "мешкам", СКСами с не открытыми штыками. Митричу нужно было забрать из местного склада два ящика с секретными прицелами попавшими сюда по ошибке. Дело было в том, что местная Революционная армия, медленно, но верно переходила под эгиду китайских товарищей, которые тогда, были нам не совсем товарищи и секретная матчасть могла попасть не в те руки. Как учит нас адмирал Канарис, если гиену сварить в сиропе, она не будет так больно кусаться. По оперативным данным у командира танкового полка местных близился день рождения и этим решили воспользоваться... Учитывая, что командование части училось некогда в Союзе, Митрич затребовал для выполнения задания два ящика водки, ящик тушенки и пол дюжины батонов черного хлеба, и коробку с шашками, а помимо этого настоял на том, что его мини-конвой из БРДМа и пары ЗИЛков, случайно поимел в попутчики автобус с местными дамами невысокой социальной ответственности, заранее проплаченных. Очень удачно подвернулся бордель едущий в порт, откуда он уплывал в соседнюю страну и тут Митрич придумал гениальный ход... Он велел путанкам обзываться школой Революционных швей, с трудом уговорить себя участвовать в празднестве и влюбиться по ходу праздника в штаб танкового полка и часовых у нужного склада и спектакль удался... Митрича естествен пригласили на день рождения, путанши-белошвейки прошли просто на ура, водка вызвала вощще неприкрытый восторг а черный хлеб ностальгию. В процессе праздника Митрич научил командование части играть в алкогольные шашки, то есть после каждой съеденной фигуры, победитель выпивает рюмку водки. Митрич сыграл пять партий в поддавки и полностью вывел из строя командование части, часовой был только один и две девицы успешно и не без удовольствия для него, провели его нейтрализацию. Ящики успешно подменили и отбыли поутру восвояси, честно проводив до порта автобус с дамами. Операция была посчитана удачной, но ввиду аморальности исполнения, из наград были только благодарности.

А на вопрос аспиранта о внешности путан, Митрич сказал что наши ткачихи лучше.

## Глава 16. Сигара от Барбудос


В одну страну как то приехал хороший человек, его бороду знал весь мир и империалисты его боялись и ненавидели. А в этой стране у империалистов были сильные позиции и военные и спецслужбы были за них и посему нас включили в операцию по охране этого хорошего человека. Я отвечал за антиснайперские мероприятия в определенном секторе. Накануне мы с ребятами облазили чердаки домов напротив трибун, где завтра должен был находится охраняемый объект и мы нашли аж две подготовленных снайперских лежки. Мы были связаны в своих действиях и попросту установили ловушки нейтрализаторы, после срабатывания которой, попавший в нее злодей впадал в кому на пару часов. Обе ловушки сработали, на своей "мухе" я обнаружил из документов, только фото охраняемого объекта, "взяв на память" затвор снайперской винтовки и патрон из ствола, я вернулся на точку сбора и признаюсь, что когда я посмотрел с чердака на трибуну и увидел там прямо рядом с объектом одну весьма неприятную рожу, это был один из местных генералов, который очень не любил коммунистов, у меня даже зачесались руки применить снайперскую винтовку по назначению, но дисциплина превыше всего. А мой напарник тоже принес затвор, патрон и фотографию, но на ней был не охраняемый объект, а тот самый генерал. На этом все и кончилось, объект отбыл на родину, а мы к месту назначенной дислокации. А несколько лет спустя, я встретил на одном юбилейном мероприятии коллегу с родины объекта, с которым мы общались во время того самого визита и он меня спросил, нравятся ли мне сигары и хватает ли мне бокса на три месяца и оказалось, что объект велел раз в три месяца, снабжать меня ящиком "Гаван". Я объяснил, что впервые об этом слышу и вот через пол года, мне каждые три месяца привозят ящик сигар. Но меня волнует одна мысль, на тему того, какая же падла все это время шмалила мои наградные сигары.

## Глава 17. Свастика на Эмпайр Стейт Билдинг


В определенных кругах существует серия баек о взаимных подколках между "имеющими отношение" службами по разные стороны границ. В основном это конечно анекдоты, но встречаются достаточно забавные. Например, когда один сотрудник ООН не пошел на вербовку, мстительные ФБРовцы устроили ему, накануне визита московского начальства следующий перформанс... Когда начальство зашло к нему в кабинет, то узрело на стульях журнальном столике несколько журналов Плейбой, частично раскрытых на наиболее заманчивых для империалистических провокаций против облико морале совето туристо, страницах. Скандал был страшный и хотя потом во всем разобрались и через месяц, курьер и уборщик из этого здания, в "случайной" уличной драке получили переломы всех четырех рук. Но дипломат этот был не просто дипломатом и жаждал мести и осветил ее перед начальством, как восстановление справедливости...

Все началось со статьи про то, как во время войны, немецкий агент высадился на американском побережье в группе созданной для установки на небоскребах радиомаяков для ФАУ, но он был скрытым антифашистом и что бы их побыстрее замели, оставил на пляже полную форму гитлеровского штурмовика, но полиция и ФБР не обратила на это внимания и автор статьи написал, что если уж во время войны защитники Американского образа жизни так хлопали ушами, то сейчас они и на Гитлера идущего по пятой авеню не обратят внимания. Потом в эту газету пришло письмо от Партии Белых Наци, где говорилось о том, что если состоится демонстрация общества Друзей Борьбы с сегрегацией, то они взорвут Эмпайр Стейт Билдинг. Демонстрация успешно прошла, а утром на одном из технических этажей соседнего небольшого небоскреба заполоскалось красное полотнище с черной свастикой в белом круге, здание было в процессе ремонта и реконструкции и посему жильцов там не было. Полиция и ФБР объявили тревогу, эвакуировали здание, вызвали саперов и приступили к обыску в процессе которого нашли ящик с коричневыми брусками и цифрой четыре на крышке, причем от ящика шел провод уходящий в отдушину вентиляции. Провода обрезали и ящик со всеми предосторожностями вынесли на улицу, после чего выяснилось, что это обычное хозяйственное мыло. Потом нашли ящики с номерами один и два и там так же было мыло, но вот ящик номер три, как не искали, так и не смогли найти. Всем стало ясно, что ящики с мылом это отвлекающий маневр, а вот в остатнем ящике, точно взрывчатка. Саперов в этот роковой дом, нагнали всех до кого дотянулись, и морских, и армейских и даже из пожарного управления, но так ничего не нашли. Ведь очень трудно искать черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет. То есть ящика номер три, в природе просто не существовало. А какое-то время в ФБР пришла бандероль из ООН, в ней лежал брикет хозяйственного мыла.

## Глава 18. Трубка Сталина и Голуаз


Митрич не расставался, с, чубуком от трубки и никогда о нем не рассказывал, но однажды после Большого турнира по Алкогольным шашкам несколько расслабился и рассказал такую историю...

Мы обеспечивали безопасность одной секретной забугорной конференции, там встречались представители Контор потенциальных противников, такие брифинги не такая, уж и редкость. И тут сразу по нескольким каналам пришли сообщения о возможной провокации... Представителя одной молодой спецслужбы со старыми корнями должны были, естественно в провокационных целях, отравить в разгаре конференции и как это предотвратить стало задачей задач. Методика отравлений была наработана веками и отравить объект можно было во множестве вариантов. Весь персонал загородного пансионата, где происходила конференция, был проверен от и до, но это естественно не исключало "засланных казачков". И Митрич решил действовать следственно-логическим путем... Он вербанул старшего официанта из главного ресторана пансионата и стал его выспрашивать о новациях, обслуживания клиентов, и именно тех новаций, что появились недавно. Возможно именно тут проследиться путь внедрения агентуры или какая то подозрительная внешняя деятельность. И Митрич оказался, прав... буквально накануне конференции, хозяев пансионата обаял некий табачный коммивояжер, который предложил рекламную акцию, по снабжению гостей отеля любой табачной продукцией персонально и в качестве рекламной акции, отпускные цены будут ниже рыночных, а доставка и вовсе бесплатная, то есть вся, прибыль будет идти хозяевам пансионата. Митрич срочно послал запросы, куда следует и выяснил, что эта табачная фирма существует только на бумаге, а ее представителю, по записям в церковной книге, на сегодня исполнилось бы девяносто восемь лет, до которых он не дожил. То есть в стройной логической цепочке именно новый фрагмент и дал наводку на потенциальных отравителей. Охраняемому объекту любившему простые парижские Голуаз, подменили пачку доставленную курьером на другую, а когда в изъятых сигаретах Голуаз нашли яд, то представителю Конторы чьи уши торчали из истории с отравленным табаком, подменили нормальные Мальборо, на сигареты с сильным слабожелудочным эффектом, а всех агентов участвовавших в доставке отравленных сигарет засекли, разъяснили и после конференции, под разными невинными предлогами отправили в страну Вечной охоты, пройдясь по всей цепочке вплоть до хозяина одного из кабинетов на берегу Темзы. А "Объект" узнав, кому обязан спасением, подарил Митричу чубук от трубки Сталина, эти чубуки готовило СД чтобы отравить с их помощью Советского Вождя. Лично Кательбруннер разрабатывал эту операцию и коробка с макетами Сталинских трубок и чубуков, из кабинета начальника РСХА, каким то чудесным образом, оказались у "Объекта". А операцию фашистов сорвал тогда СМЕРШ, была некогда такая Контора, которую враги ненавидят до сих пор.

## Глава 19. Тайна Зеленого дракона


Задачи в нашей работе бывают разные, простые, сложные и странные, но вот каких задач у нас не бывает, так это невыполнимых, ибо есть два таких волшебных слова как Надо и Приказ...

В этот раз, на одной вражеской рокаде, проходящей рядом с одной из станций знаменитой Тропы Хошимина, нужно было выявить американский "Зеленый дракон" со специальным бронированием. Надо сказать, что на этой дороге М-113 буквально кишели и как проверять их на вшивость, было буквально загадкой, не в американское же ГАИ переодеваться и махать им палкой, тем более, что между рокадой и наиболее удобной зеленкой было густо-минированная открытая местность. И тут глаз Митрича зацепил еще две загогулины, сложившиеся с первой в необходимый узор... Итак, на всех "коробочках" были тактические номера, то есть фиксация техники возможна, без так сказать тактильного контакта. Хоть и до противника добраться на прямую сложно вплоть до нельзя, но и врагу до нас не дотянуться, кроме как огнем и тут ярко сверкнула третья загогулина... Митрич увидел двух вьетнамцев, которые волокли какой-то странный, но смутно знакомый карамультук, это оказалось старое доброе противотанковое ружье Симонова, калибром 14, 5 мм. и план созрел моментально... Нужная колонна по данным разведки должна состоять из четырех машин, места в бортах "Зеленых драконов", которые пробьет 14, 5 мм пуля были известны и посему расчет ПТРС вкупе с фронтовым кино-корреспондентом были мобилизованы для выполнения спецзадания и прикомандированы к товарищу Льенсо*. Система была следующей... При засечении подозрительной колонны, включающей нужное количество "коробочек", как только она приближалась к месту засады, ее чуток обстреливали и под этот шум, расчет ПТРС производил по выстрелу в каждый БТР, а корреспондент крутил камеру, после чего вся компания быстро уходила в ближайший тоннель, до подлета американской авиации, которую, как правило вызывали атакованные. И на третий раз все сработало... пуля не взяла одного из Драконов, вторая пуля тоже его не взяла, а американцы применили вдруг артиллерию, что в этом районе делали крайне редко и очень неохотно, так как вьетконговцы, навострились вести артиллерийскую дуэль с помощью минометных налетов, что очень не нравилось артиллеристам дяди Сэма. После просмотра кинопленки стало ясно, что "Зеленый дракон" с тактическими номерами 47 и 12С40367 был именно той самый забронированной единицей.

А когда аспирант спросил Митрича, а что мол это был за такой странный БТР, Митрич проникновенно сказал: "Если я тебе это расскажу, то буду вынужден тебя пристрелить" и предложил выпить за "Тропу ложных солнц".


Льенсо* - так вьетнамцы называли советских товарищей

## Глава 20. Адюльтер и белый верблюд


В этой местности, поверху которой были пески, а под песками булькала нефть, населяли гордые и беспокойные племена, руководимые всевозможными шейхами и эмирами. Один из эмиров стал излишне усиливаться и вдобавок терпеть не мог Карла Маркса, Клару Цеткин и их последователей...

Приказ был четким - Прекратить и пресечь враждебную союзникам деятельность, но не путем покушения.

Митрич был назначен крайним и почему срочно стал работать головой и кое что придумал... Через месяц эмиру, подарили на день рождения, белого верблюда, редких статей и один из советников подал ему идею, устроить гонки белых верблюдов. В этой местности, верблюды альбиносы считались бриллиантом в драгоценной шкатулке элитных каримах (верблюжатниках). На гонки собрались все соседи и ставки делали ну очень большие и первым к финишу пришел новый верблюд того самого эмира. Были поздравления, награда и самое главное круг почета, закончившийся грандиозным скандалом...

В процессе дефиле, белый верблюд внезапно пошел желтыми пятнами и его белый цвет оказался фикцией.

И теперь эмиру стало не до козней против Мира социализма и его сторонников, ибо у него появилось множество кровников чести. А история с фальшивым верблюдом-альбиносом уходила в город Сиди-Бель-Аббес, где в процессе одной операции, Митрич завел санкционированный роман, с любовницей местного лошадиного афериста, специалиста по поддельным лошадиным мастям или по Фуксам, как говорится в тех кругах. Дама бальзаковского возраста, без памяти влюбилась в молодого капитана Иностранного легиона и когда он снова появился в ее жизни, Мерседес с радостью, помогла ему с порцией белой лошадиной краски, с отложенной стойкостью. Ну а подвести к эмиру верблюжьего барышника с белым верблюдом было уже дело техники. Правда эмир, пока, не словил пулю из "Ли- Энфилда", усиленно искал этого барышника, но безуспешно.

. "А кто был этим барышником" - спросил аспирант. На что Митрич хитро улыбнулся и произнеся длинную фразу по-арабски, и сделал восточный молитвенный жест таямум.

## Глава 21. Зачем надо читать хорошие книжки


Понимаете ребята, хорошая провокация это искусство, но главное в хорошей провокации, это уважительная четкость к фактору времени.

В одной жаркой стране, буржуины решили устроить переворот и учитывая что переворот должна была поддержать распропагандированная часть гарнизона столичного форта, он мог закончится успехом, так как артиллерия форта господствовали и над городом и фортом. Естественно силы Мира и Социализма задумали помешать буржуинам и послали на помощь пролетариату пароход с группой интернационалистов и оружием для Народной милиции, которая была достаточно многочисленной, но слабо вооруженной. Но вот орудия форта могли не допустить победы левых сил в одном отдельно взятом порту. И вот Митричу, и поручили нейтрализовать форт и он по этому поводу сидел в портовой таверне, где ждал связников от партизан. За соседним столиком сидели явные рыбаки и спорили о том, какие спиртные напитки наиболее благостны для потребления... Первым делом были отвергнуты вина, как бабские напитки, потом одобрено пиво, как хороший напиток в жару и под беседу, а вот когда вопрос коснулся крепких напитков, один из собеседников сказал, что Ямайский ром, как напиток настоящих моряков конечно всему голова, но вот хороший виски хотя и дороговат, но он дешевле французского коньяка и уж наверняка лучше, и пульке, и местного бренди, причем сорт не важен, ибо у гринго не бывает плохого виски. И Митрича, как громом ударило и к приходу связных, операция уже полностью созрела в его мозгу. Он вспомнил книжку, прочитанную в юности в которой охране тюрьмы, дабы организовать побег герою, подсунули ящик виски и именно фраза "у гринго не бывает плохого виски", разбудила у Митрича воспоминания и перефматировалась в сюжет операции.

Вечером в субботу, в форт прибыли два грузовика со снарядами к новым пушкам, недавно установленным на верхней эспланде со стороны порта. Самый старший по чину в гарнизоне, дежурный лейтенант, приказал сержанту сгрузить ящики в верхний арсенал и снарядить новыми снарядами зарядные контейнеры, для завтрашних учебных стрельб и уехал домой, сказав, что будет утром. Сержант после разгрузки, приказал солдатам открыть снарядные ящики, а там вместо двух с половиной дюймовых снарядов, лежали коробки с виски и это было во всех ящиках. В этих местах ленивый бардак в армии присутствовал и в будни, ну а в субботу сам Джек Дэниельс велел.

К утру воскресения, когда офицеры форта замешанные в путче, получив сигнал о корабле с оружием для левых, прибыли на службу, они увидели открытые ворота и несколько тел лежащих на плацу среди пустых бутылок и растерзанных коробок, а в казармах допивали наиболее стойкие. Офицеры сами бросились к орудиям, но обнаружили отсутствие в них замков (в разгар пьянки в казармы очень удачно заявились проститутки из портового борделя, заявившие, что проиграли в карты пари и теперь должны одарить бесплатной любовью храбрых кабальеро, так что снять замки с пушек, было делом техники).

Корабль спокойно вошел в порт, где его уже ждали проникшие в город бойцы "Фронта борцов за свободу", высадил десант и сгрузил оружие и путч естественно не состоялся.

А Митричу, финотдел еще долго поминал излишне большие расходы на виски, проституток и взятки складским. И по Конторе еще долго ходили завистливые легенды о том, что Митрич лично проверял и инструктировал путанок перед операцией.

Аспирант завистливо вздохнув спросил, а были ли среди девиц блондинки, на что Митрич грустно ответил - "Только крашеные" и добавил: "Так что ребята, чтобы уметь грамотно проводить провокации, надо хорошие книжки в детстве читать.

## Глава 22. Сумочка из аллигатора


В этой местности водилось много крокодилов и местное население, активно их использовало в личных нуждах. Охотой на аллигаторов и обработкой их шкур идущих потом на сумочки и обувь, занимались целые семейные поколения, но так как тут присутствовало и беднейшее пеонство, а наряду с ним нарождающийся пролетариат, Левые силы так же присутствовали в достаточном количестве и естественно вели борьбу против капитализма и гринго, а местные прислужники империализма, активно вели борьбу с партизанами и подпольщиками, короче все были при деле.

Митрич привез в эти места небольшую партию французских уродцев МАТ-49 с целью передачи их местным "Красным пончо" и обучению оных пользоваться этим дивайсом под патрон Парабеллум, и плюс к этому он привез туда некоего представителя международного коммунистического и рабочего движения. Но местная жандармерия не дремала и так сложилась, что Митричу надо было срочно эвакуироваться и вывезти с собой данного представителя. На фазенде сочувствующему Кларе Цеткин и Фридриху Энгельсу местному сеньору была оборудована вертолетная площадка, но до нее надо было еще добраться и добираться надо было по местности, часть которой находилась в зоне антипартизанских действий. И Митрич прошерстив местный антураж, придумал гениальное решение...

Когда жандармский патруль остановил старенький фордовский фургон у блокпоста и сержант спросил парочку сельского вида, что они везут, они хором ответили - "Жакаре", так на местном жаргоне назывались обработанные крокодильи шкуры, но по идее это слово обозначало каймана. Жандарм приказал открыть фургон, а когда двери распахнулись, то шарахнулся назад, ибо за хиловатой на вид решеткой, масляно отсвечивали спины здоровенных кайманов, которые радостно ринулись к открытым дверям навалившись на решетку, которая опасно завибрировала, причем морда одного из них, опасно высунулась сквозь излишне широкую ячейку. Жандарм заорал - "Закрывай фургон побрекито" и махнул рукой, разрежая проезд.

Митрич и товарищ из Центра благополучно добрались до точки и убыли в заданное время на вертолете. Крокодилов подарили фазендеру, который дико этому обрадовался и тайком запустил их в рыбные пруды соседу, с которым их семья враждовала со времен генерала Болливара. Аллигаторы сожрали там всю рыбу и заодно управляющего, так что сеньор был полностью счастлив.

"А что такое уродец МАТ-49" - спросил аспирант.

"А это французский автомат, в принципе неплохая машинка, но уж больно некрасивый, но ведь не ППШ же им туда вести" - ответил Митрич и добавил - "Самым неприятным было то, что крокодилы всю дорогу пытались прогрызть стенку тайника, где прятались мы с товарищем Хосе. Хорошо я догадался велеть, пропустить под досками железный лист, но вот запах крокодильего дерьма, я теперь чувствую даже в сотне метров от зоопарка".

## Глава 23. Не будите спящую собаку


В институте накануне работала комиссия проверяющая хозяйственную деятельность, и судя по всему, по поводу кочегарки Митрича был сигнал, так как начальника АХО ненавязчиво вы спрашивали про нештатной используемые хозяйственные помещения. В процессе обхода территории комиссия захотела посетить кочегарку, и хотя хозяйственник говорил что сейчас тепло и она не работает, проверяющие настояли. АХОшник боялся Митрича, но боялся и комиссии и скрепя сердцем подвел их к железной двери кочегарки. За ней был тамбур из которого прямо и вниз вел коридорчик в кочегарку,

Но когда дверь открылась, то коридора за ней не было, а была еще одна открытая дверь справа, в приёме которой стоял Митрич, в потрепанной спецовке, с лопатой в руке, на голове у него была засаленная кепка. "Чего надо" хмуро буркнул он. АХОшник заикаясь стал бормотать про комиссию, на что Митрич сплюнул и приглашающе показал на дверь, за которой оказалась самая, обыкновенная кочегарка, с железным столом, грубой лавкой, кучей угля на полу и с погашенной по теплому времени топкой. Когда проверяющие обходя кочегарку по периметру поравнялись с ворохом кочегарного инструментария, все эти ломы, пробойники и кочерги, рухнули в сторону высокой комиссии, причём так удачно, что нанесли проверяющим ряд легких повреждений.

Комиссия, разочарованно стеная удалилась, а Митрич, позднее на одних из посиделок сказал, что ему нравится, когда проверяющие сами себя подставляют, хотя подставы и требуют определённой подготовки и привел один такой случай имевший место быть в жаркой стране, на стоянке неких иррегуляров.

Подразделение дрыхло на поляне в полном составе, и тут на поляну вышел проверяющий из Центра и решив проучить разгильдяев, и разбудить их выстрелом в воздух. Вынул из кобуры пистолет, передернул затвор, но выстрелить не успел. На его беду, среди местных было трое прикрепленных спецов из одной известной, но не поименованной Конторы... В него вмазали на вскидку из трех стволов. Народ был опытный и знал, что даже в бане не все свои. И будучи в своем ближнем тылу и в месте дислокации союзников, хоть пост и не выставили, но спали в пол глаза и на звук затвора, ответили огнем на автомате. Что интересно, этот идиот остался жив, хотя три месяца в госпитале и провалялся. Мораль. Не будите спящую собаку (а "Мышку" тем более). И вот еще ребята... Надо всегда иметь запасную площадку, даже если ты не лётчик.

## Глава 24. Кое что о теории доктора Ломброзо


В институте, потугами заведующего кафедрой Марксистско-Ленинской философии была организована Ленинская комната, где одна из стен состояла из книжных шкафов, в которых хранились разные собрания сочинений вождей и основоположников и эту комнату ненавидели все слушатели института, ибо завкафедрой имевший кличку Нуда, причем имевшую смысл и идиоматически и бытовой, ибо Семен Михалович, мало что был редким занудой, так имел дурацкую привычку по каждому поводу говорить "ну да, ну конечно" и еще у него была мечта стать секретарем парторганизации института, и посему он вел бурную, общественно политическую деятельность, выражавшуюся в абсолютно идиотских формах. Например, он проводил зачеты по своему предмету после занятий и перед каждым зачетом, группу заводили в Ленинскую комнату, где она должна была в течении часа штудировать нетленки вождей и перед зачетом излагать прочитанное в свободной форме. Но ректор любил указывать эту комнату в отчетах и предъявлять ее всевозможным комиссиям и под одну из этих комиссий Митрич Нуду и подставил... подставил после того, как прочитал пару доносов на себя. Тут как раз очередная комиссия из Учебного отдела ЦК пребывала в институте и Нуда, показав им свою Ленинскую комнату так хвастался своей методой проведения зачетов, что комиссия возжелала на них поприсутствовать и Митрич узнав об этом, провернул блестящую провокацию... Он подложил на полки Ленкомнаты книги с работами Троцкого, которые были у него в запасе после списания части спецфонда. Великовозрастным адептам Истпарта было фиолетово, какие книжки листать, им было главное получить заветную корочку, а раз на полках лежат книги, значит именно их и надо читать и половина сдающих зачет, стала бодро цитировать Иудушку Троцкого. Скандал был хоть и камерный, но сильный, Нуда вывернулся, свалив все на на очень удачно недавно преставившегося заведующего институтской библиотекой и сделав правильный вывод, завел в Ленинской комнате постоянного сотрудника, который лично регистрировал в формулярах, какую книгу, какой из слушателей брал с полок (в свои библиотекари Нуда взял родственника жены, старого Гулаговского вертухая на пенсии, служившего еще при Бермане и Ягоде, и по малости чина и должности уцелевшего при тогдашних чистках. Нуда очень любил этого родственника, потому что тот в глаза звал его - "Наш Буденный (за имя отчество), хотя за глаза называл его скрытым оппортунистов. И для пущей перестраховки Нуда приказал, что бы на каждом столе, лежало по томику Ленина, дабы еще надежнее исключить случайности, но на этом и сыграл мстительный Митрич... Когда слушатели пришли в ненавистную комнату, чтобы час читать первоисточники, то у себя на столах обнаружили книга доктора Чезаре Ломброзо, автора теории определения преступников по чертам рожи лица, а в Ленинской комнате, одна из стен была увешена огромными фото членов нашего Ленинского бюро ЦК КПСС и к этим лицам великовозрастные студенты и стали примерять знания почерпнутые у доктора Чезаре. Кто помнит эти портреты, знает, что красавцы типа дорогого Леонида Ильича,там были, далеко не все члены, и по Ломброзо, многие из них выглядели абсолютными негодяями, с преступными наклонностями.

Когда старый вертухай, сидевший в уголке за столиком с формулярами в уголке, расслышал неуставные определения по поводу уважаемых товарищей было уже поздно.

После этой истории доносы уже пошли на ректора, ибо желающих на его кресло было достаточно. Ректор выкрутился, и первым делом закрыл пресловутую Ленинскую комнату, а Нуда, хоть и имевший мохнатую лапу наверху, получил строгача и навсегда распрощался с планами о должности парторга.

Аспирант как-то спросил Митрича тет-а-тет под коньячок, а как он смог незаметно поменять Ленина на Ломброзо, на что Митрич лукаво усмехнувшись сказал, что в каждой организации есть человеки-невидимки, которые называются уборщицами.

## Глава 25. Ремарк, Брехт и шнапс


Как-то в кочегарке, в перерыве между двумя партиями в "Алкогольные шашки" разговор зашел о военной литературе. Митрич тут был ярым фанатом Эриха Марии Ремарка и Бертольда Брехта. Митрич считал что Брехт был бы Великим автором на века, если бы написал только одну фразу, вложенную им в уста Мамаши Кураж, о том, что храбрые и хорошие солдаты нужны только плохим генералам, а хорошие генералы и с плохими солдатами победят. А Ремарк написал только одну Великую книгу, и это естественно "На Западном фронте без перемен". И тут к слову, Митрич вспомнил одну историю...

В одной Восточно-европейской стране в руководстве разделились мнения об будущем Социализма в этой стране, и в том числе и обуправлении Культурой... "старая гвардия" считала, что надо хватать и не пущать, а младо-социалисты считали, что творчество должно быть свободным, в результате чего и в Верхах и в Культурных кругах возникло некоторое брожение и так сложилось, что неформальным лидером Свободного искусства, стал один театральный режиссер. И Митрич получил задание, дискредитировать его в глазах и начальства, и зрителей.

Этот режиссер как раз ставил в своем театре пьесу по мотивам Эрих Марии Ремарка, с элементами Брехта. За основу главной сюжетной линии, была взята глава в которой герои охраняли продовольственный склад и устроили там пирушку. В диалоги и монологи были включены фразы из других книг Ремарка и плюс был введен персонаж бежавшего из плена австрийца, который периодически цитировал Брехта. Постановка получалась вельми интересной и спектакль был принят в верхах, политически правильным и соответствующим канонам Свободного искусства. Режиссер решил провести в этой постановке сценический эксперимент... В процессе пирушки, актерам дважды наливали в кружки чуток настоящего шнапса, так сказать для растормозки воображения и вот этим Митрич и решил воспользоваться. Во всех реквизитных бутылках, вода была подменена настоящим шнапсом и в реквизите было добавлено несколько ящиков с веселым напитком и почувствовав это, актеры естественно не стали выказывать протеста, а наоборот обрадовались. Короче к концу второго акта, вся труппа включая рабочих сцены была в дупель. А режиссер до конца второго действия продремал в будке осветителя, он имел привычку смотреть премьеры оттуда (заснул он конечно не по своей воле). Скандал был страшный. Режиссера сняли, спектакль тоже, а в главной партийной газете вышла статья о дисциплине являющейся неотъемлемой частью Культурной жизни.

Актеры долго с ностальгией вспоминали этот спектакль и много халявного шнапса. А Митрич сказал, что русские актеры, в этих бы условиях отыграли бы спектакль без проблем, это в Европе все слабаки, причем по обе стороны от рампы.


P.S. После спектакля остатки бутылок со шнапсом, таинственным образом пропали.

## Глава 26. Плавают тут с таким хлебальником


Когда некогда, некий ректор-парашютист зашел в кочегарку к Митричу, обалдел и устроил скандал, после которого сам же прибегал извиняться, Митрич проворчал "Плавают тут с такими хлебальниками"*, а вечером по ассоциации вспомнил одну историю.

Понимаете ребята, проститутки, они тоже пролетариат и иногда вполне проявляют революционную сознательность (если конечно малость приплатить.

В одном городке был небольшой комплекс мастерских специализирующихся на ремонте бытовой техники, он входил в структуру торгового холдинга доминирующего в стране и в этом холдинге сменились хозяева, он практически разделился пополам между наследниками и он начали аудит, что бы уточнить объемы своей собственности. Но вот так сложилось, что в этих самых мастерских были склады оружия Армии революционного народа, и аудиторы сто пудов их увидят, и надо с этим, что-то делать, ибо на передислокацию оружейных складов уже не было времени. Так что пловцы с хлебальниками появились вельми не вовремя (этот анекдот был тогда в группе Митрича самым популярным). Аудиторов было шестеро и работали они парами и все естественно были мужчинами, ибо в тех местах и в те времена, женщина ревизор была нонсенсом и Митрич решил работать по гендерному признаку...

Аудиторы прибыли в город вечером и расположились в лучшей гостинице, где им сообщили что они попали в город на лотерейную неделю, когда разыгрываются призовые номера фирм участников и отель участвует в розыгрыше по номерам апартаментов, и сразу выяснилось, что одна из пар в списках победителей (аудиторам оплачивали двухместные номера и один из этих номеров выиграл столик в гостиничном ресторане с полностью оплаченным меню, причем столик был шестиместным и гости за ним невозбранялись). А официантка шепнула гостям, что завтра сюрпризом для всех, будет розыгрыш бесплатных интимных услуг столичного элитного борделя, который гастролировал в этом портовом городе ввиду туристического сезона. Переговоры и персональный отбор участниц перфоманса проводили лично Митрич и команданте партизанского штаба по делам молодежи.

Когда несколько припозднившись, в виду бурного халявного вечера в ресторане, аудиторы вышли из отеля, их уже ждало три такси (таксисты были из городских партизан), а на близлежащих улицах лежащих по направлению к ревизуемым объектам, дежурили пары девиц в разноцветных бикини и при каждой полицейский патруль на всякий случай (полицейские кстати обошлись кассе группы дешевле, чем проститутки). Как вы видимо догадались, все три таксомотора с ревизорами оказались с выигрышными номерами, о чем пассажирам сообщили радостно визжавшие девицы перекрывшие дорогу. Короче аудиторы зависли у лотерейных путанок на два дня (были оплачены сутки, но гетеры, во имя революции, добавили сутки от себя). Оружие было успешно передислоцировано, ревизоры нашли в мастерских кучу мелких нарушений, чем полностью оправдали свою поездку, а им потом бешено завидовали все коллеги (ибо по прошествии времени рассказы о лотерейной оргии становились все цветастее и обрастали новыми подробностями и действующими лицами) и стремились в командировки именно в этот город, но таких лотерей там больше не проводилось. А Митричу, как всегда поставили на вид за перерасход средств (он оплатил путанкам и второй день работы, в качестве премии за преданность делу революции).

А когда аспирант, завистливо сглотнув слюну, спросил, в чем именно заключались критерии отбора девушек на операцию, Митрич ответил: "В знании цитат из Капитала Карла Маркса и в изяществе нижнего белья".


Анекдот от Митирича*:

Плывет крокодил по реке. Глядь, сидит мартышка рыбу ловит. Ну думает щас я ее приколю...

Подплыву и спрошу, как мол рыба ловится ?

- Ответит, что хорошо - Скажу, конечно хорошо ловится с таким хлебальником.

- Ответит, что плохо - Скажу, конечно плохо, разве с таким хлебальником поймаешь чего-нибудь.

Ну подплывает...

- Здорово мартышка -

- Здорово крокодил -

- Как рыба ловится ? -

- Плавают тут с таким хлебальником, разве поймаешь чего-нибудь !

## Глава 27. Похищение из сераля (не опера)


Большое начальство окружает себя охраной не потому что боится снайперов, ибо от снайпера бегать бесполезно, разве что умрешь усталым. Вельможи боятся похищений и посему похищение вражеского генерала или там министра, это всегда вельми сложная операция, но увы, когда объединяются три сакральных слова: Приказ, Надо и Присяга, то приходится напрягать и мозги и мышцы ибо выход из такой ситуации только в одну сторону - Вперед!

Этого министра, одной жаркой страны, которая совсем недавно была легитимной половиной другой (сейчас соседней) страны, надо было мягко изъять с просторов его новой родины и доставить в бывшую метрополию, в качестве свидетеля на громком политическом процессе. Местные товарищи не обладали нужной сноровкой и посему дело поручили группе Митрича...

Объект охраняли, как форт Нокс, в туалет вне дома, его провожало, как минимум три охранника, на пресс-конференциях, рядом с его столом стоял пулемет на треноге и естественно с расчетом наготове. По периметру его особняка стояли пулеметные вышки, а у передних и задних ворот дежурили броневики, хоть и старенькие "Панары", но для охраны более, чем эффективные. Вдобавок, министр будучи весьма небедным человеком, доплачивал официальной охране от себя, и плюс имел личную трибу бодигардов. Он занимался финансами и жестко сидел на потоках иностранной помощи, так что недругов у него хватало и кстати суд, куда его надо было выцепить, шел над его прошлыми недругами, короче было сложное дело... Но как говаривал Митрич: "Даже у танка "Меркава" есть сзади маленькая дырочка, которую никто не охраняет. На вопрос аспиранта, а что это за танк и зачем там дырочка, Митрич важно ответил, что штатским типа не понять, но обещал потом рассказать, а дырочка в охранном периметре таки нашлась... Объект в юности был актером, и какое-то время, во время учебы в Европе, тайком от родителей, даже служил в театре и любовь к этому искусству осталась с ним навсегда. А тут в столице еще одного соседнего государства, гастролировал театр из мест где учился и рассекал по сцене объект, и план операции "Похищение из сераля" нарисовался сам собой.

Директору труппы сбросили информацию, о министре-коллеге, который специально приехал посмотреть на гастроли их театра, подкинув идею о приглашении министра-актера, принять участие в одном из спектаклей. Директор загорелся этой идеей и посетив знатного гостя в директорской ложе выдал данное предложение, которое благосклонно было принято. Митрич был хорошим психологом и четко просчитал слабое место обънкта. В репертуаре театра был спектакль "Аида", он шел под одноименную музыку Верди, но был драматическим произведением, а не оперой. Объекту предложили роль Главного жреца эфиопского царя, того который Амонасро, папаша Аиды. Роль была небольшая, но сильно костюмированная и министр радостно за нее схватился. Начальник его охраны настоял на том, что бы двух младших жрецов, на сцене изображали реальные бодигарды. По поводу именно этой роли и именно в этом спектакле, директору намекнули некие господа, представившиеся сотрудниками грозного Министерства безопасности (естественно люди Митрича), мол в толпе легче охранять. Надо сказать, что режиссер (он же либретист) желая переплюнуть Голливуд, массовку в данной постановке, затеял буквально гигантскую, причем полуголые танцовщицы присутствовали в достаточном количестве, их и использовали в качестве отвлекающего маневра. Пока специально обученные и внедренные в массовку под видом сотрудниц безопасности девицы, изображали, что грязно домогаются бодигардов, спец-группа, также внедренная в массовку под видом местных альгвазилов, в процессе сюжетной замены на планшете в виде бурной пертурбации массовки, подменили министра на Митрича, загримированного под объект и до поры, до времени пребывающего в закрытом паланкине, входящим в процессию мамаши Фараона, проходящей через площадь. Митрич был по фигуре схож с министром, грим и маска жреца помогли скрыть подмену, а в антракте "министр" проследовал в свою персональную грим-уборную с одной из танцовщиц, и естественно отверг присутствие внутри каких-либо свидетелей, ну а исчезать из запертой комнаты, это дело техники, особенно, если это подготовленный экспромт. А через год эти страны снова объединились, и актер-министр, снова стал министром.

Когда Митрич закончил, аспирант сказал: "Ну вы бы так и Рейгана могли взять" - На что Митрич строго ответил: "Приказа не было".

А втык он и по той операции получил, за слишком явное совпадение названия операции и ее цели. На что Митрич отбоярился, сказав, что это как раз и есть лучшая маскировка.

## Глава 28. Призрак паровоза


В детстве я прочитал книгу про то, как дети пролетариев из железнодорожного поселка, решили из паровозов, стоящих на паровозном кладбище собрать один действующий, помнится во время выбора главного паровоза для ремонта и реконструкции, многим понравился паровоз, на котором работала песочница (это такая хрень, которая подсыпает на рельсы песок, если паровоз буксует). И с той поры, у меня отложилась детская мечта о своем паровозе, а так как мысли иногда, как известно материализуются, то мечта свершилась и даже состоялась...

В одной известной, но непоименованной стране, жил некий старый лорд, у которого в спальне, хранилась некая папка с документами, очень важными, для дела победы мировой революции, и эту папку надо было изъять тихо и без насилия, причем при изъятии подменить ее точной копией. Была очень удачно завербована через "медовую ловушку" одна из горничных, но из-за этого выполнение задания не очень продвинулась, так как спальня и кабинет лорда были объединены, и лорд выходя тщательно запирал двери туда и ключ всегда носил с собой на шее на цепочке, и любого входящего в его апартаменты, сопровождал мажордом или охранник, пристально следившим за гостем, а гостями были либо горничные, либо слуги. Тогда родилась идея выманить объект из его дома, но так как лорд никуда не ходил и не наносил визитов проблема только усложнялась и тут Митрича, во время просмотра досье лорда осенило... Лорд был большим любителем аномальных мистических явлений и последний раз уезжал из дома, на конференцию Аномальщиков, но следующая конференция была через полгода, а столько ждать было невозможно и посему Митрич придумал замануху...

В паб "Синий пеликан" ходили слуги из окрестных приличных домов, это был их традиционный клуб и дворецкий Лорда Галиманса, бывал там стабильно каждую субботу. И вот придя туда в очередной раз и получив свою личную кружку с Brown Ale*, "Берримор" расслаблено откинулся в дубовом кресле, как вдруг услышал за соседнем столом слово "призрак"...

История, которую рассказывал старина Смит, швейцар виконта Беллистайна, поражала воображение... на заброшенной ветке Лондонского метро, появился призрак "Черного паровоза". Была легенда, что, когда было построено Лондонское метро, во время испытательного прогона, в тоннеле исчез один из паровозов, и теперь, он иногда появляется в заброшенных тоннелях и знакомый Смита, путевой рабочий лично наблюдал этот паровоз и сегодня ведет Смита с собой туда. Мажордом, так же, как и его хозяин был помешан на подобных историях и естественно напросился на эту экскурсию.

Ровно в полночь, раздался стук колес и мимо дворецкого и его спутников проехал старинный паровоз мерцая призрачными огнями, из трубы валил дым, из-под колес струился пар, но не было ни гари, никакого либо паровозного шума. Когда лорд узнал об этом феномене, он естественно не смог его пропустить и в ближайшую ночь, с верным мажордомом отправился лицезреть мистическую тайну андеграунда. Ну а пока его, мажордома и охранников не было, горничная угостившая другую прислугу наливкой присланной ей матушкой из деревни, запустила в дом своего френдбоя, который незаметно покинул заснувшую (не без его помощи девушку), открыл отмычкой раритетный замок отмычкой и совершил подмену папки, после чего, к немалому расстройству горничной пропал из ее жизни навсегда.

А лорд, самолично увидев паровоз призрак, сделал через полгода доклад на Паранормальной конференции. Паровоз обошелся Митричу в две тысячи фунтов (включая плату за молчание) и триста фунтов старине Смиту за участие в мистификации, он объяснил дорожникам, что дело идет о пари и розыгрыше. Макет смонтировали на путевой электро-дрезине, а потом уничтожили. А слухи о "Черном паровозе", потом все равно бродили.

"А что было в папке" - спросил аспирант, на что Митрич отхлебнув из бокала коньячку, ответил: "Поэтому, я до сих пор и жив, раз не задаю таких вопросов"

.

Brown Ale* - Коричневый (бурый) английский эль 2,8 - 5,4 %

## Глава 29. Кофе с молоком из меню борделя


Однажды, после третьей партии алкогольных шашек, аспирант набравшись смелости спросил Митрича, а бывал ли он в своих анабазисах, в настоящем публичном доме. Зав кафедрой заржал и спросил, а какие это мол не настоящие публичные дома бывают, игрушечные что ли? На что Митрич, мечтательно зажмурившись, ответил, что он не только был в публичном доме, но и даже там работал. И на изумленный вопрос аспиранта - КЕМ?! Под общий хохот ответил: "Уж не проституткой б.А дело было так... в одном далеком жарком порту, ожидался визит новейшего корабля потенциального противника, информацией о котором, Вельми интересовалась Контора Митрича. Митрич как раз находился при местной резидентуре, для проведения некоей операции, которую блестяще провел и теперь ему поручили любыми путями получить максимум информации по этому ракетному фрегату и Митрич принял приказ к исполнению... Уточнив, входит ли в термин любыми путями открытое финансирование и получив подтверждение, Митрич приступил к действиям... В порт прибыл мирный Панамский траулер и встал на ремонт машины, а параллельно в городе появилась новая банда, быстро занявшая свою нишу. Сначала "Черные бейсболки" взяли под контроль самый лучший портовый бордель "Кофейная роза" (известный наличием путан с кожей цвета кофе с молоком), причем став его и охраной и инвестором. Прошлая, крыша было рыпнулась, но в одну из ночей просто исчезла (на мирном траулере, помимо хитрой электроники был отряд боевых пловцов "в штатском"). Местная полиция не вмешивалась, так как Мадам по указке новых компаньонов, на 10% увеличила полицейскую долю. А инвесторы провели ремонт помещений направленный на благоустройство и во всех номерах, появились шикарные светильники, а в борделе появился новый начальник охраны. В светильниках были микрофоны, а новым главным секьюрити был Митрич. Дальше все было штатно... Проинструктированные и промотивированные путанки, вставляли в свои разговоры с моряками вопросы типа... а почему у вас мол такие маленькие пушечки или, а что будет, если на вас нападет самолёт и.т.д. Учитывая, что в мотивацию, помимо денег, входил некий перфоманс, разработанный Митричем работа проходила четко. Одна из девушек, родом из соседней страны, подкопила денег на приданное и собиралась домой, и ей предложили на дорожку подработать. В один сумрачный вечер, весь персонал привезли в заброшенный склад, где продемонстрировали народу сильно побитую товарку. Начальник охраны объявил, что данная девица, решила заложить их всех, по поводу работы с приезжими моряками и посему она приговаривается к смерти, и всадил в нее три пули из пистолета. И сказал, что все длинные языки, будут караться соответственно. Девица полежав изображая труп, пока все не ушли, после чего встала, стерла грим и счастливая отбыла домой, став богаче на тысячу песо, а весь персонал отныне ходил по струнке. Операция прошла на ура... морячки, расслабленные алкоголем и женским обществом (низкой социальной ответственности), распустили языки, как дамы в парикмахерской. Защищая честь своего корабля, они выложили все ТТД и прочие ТТХ, а один молоденький энсин из группы РЭБ, пол часа диктовал спящей путане, информацию по самому секретному своему оборудованию. У Митрича было ещё одно задание, дискредитировать одного местного политика и он совместил оба задания... магнитофоны пишущие сигнал с микрофонов в борделе, расположили в подвале дома, который объект купил, для тайных встреч с любовницами, вот перед отъездом, магнитофоны демонтировали, а динамики оставили, а в подвал притащили несколько мешков с мукой, в которые подсыпали сверху, по доброй жмени кокаина. Порошок был из неучтенных трофеев, доставшимся боевым пловцам, от глупых пиратов, попытавшихся пощипать "рыбачка" и оказавшихся после этого на дне, вместе со своей посудиной. В местную полицию поступил сигнал о том, что в таком то доме хранится, огромная, партия кокаина и там заодно стряпают компромат на солидных жителей города. Начальник полиции лично провел операцию, и в процессе оной застал политика так сказать tu flagranti с двумя несовершеннолетними мальчиками. Скандал расширился, когда выяснилось, что кокаин смешан с мукой, то есть политикан получил репутацию извращенца, который бодяжит кокаин. А подвал начальник полиции оставил за собой, тусуясь там с друзьями и под текилу слушая трансляцию из нумеров. Митрич, получил медаль и выговор, (к подобным дуплетам, он кстати давно уже привык).


## Глава 30. Аделита


В июне институтская администрация и учебная часть, стали готовиться к отпускам, и по традиции "водочно-шашечный клуб", в последний рабочий день, проводил свое крайнее в этом учебном году заседание. Аспирант пришел чуть раньше других и заметил, как от дверей кочегарки быстрым шагом отходил явный латиноамериканец, который направился к главным воротам. Аспирант зашел в кочегарку и увидел Митрича, застывшего в своем любимом кресле, Главный истопник Мировой Революции (как его уважительно называли великовозрастные студенты) уставился в фотографию, которую он держал в руке, рядом на столе лежал конверт официального вида. На цветной фотографии из какого-то явно зарубежного журнала, аспирант увидел улыбающуюся красивую даму. Подняв взгляд на аспиранта, Митрич приглашающе махнул рукой и достал из тумбы стола бутылку текилы Casa San Matias Rey Sol, напитка о котором в институте ходили легенды и пригубить который мало кому пришлось. Митрич достал два тяжелых широких стакана с толстым дном, плеснул туда текилы, присыпал солью краешки стаканов и аккуратно насадив на них лимонные дольки, протянул один из стаканов аспиранту. "Не чокаясь" - сказал Митрич - "Помянем Аделиту. Теперь она на самом деле умерла".


Их отряд должен был идти на соединение с команданте Че, но приказа все не было и не было. Они были не совсем простыми партизанами и посему приказы выполнялись четко, как говорил представитель Центра - "Вы партизаны конечно, но партизанщина тут недопустима". Но революция в Боливии явно не задалась, а потом пришло горькое известие, что Че погиб. Ходили легенды, что после смерти карие глаза легендарного революционера стали голубыми.


А отряд продолжал сражаться и любимицей отряда была Аделита, врач и снайпер отряда, (так бывает порой у партизан), ее любимой песней былп мексиканская песня про Аделиту (та самая известная советским кинозрителям как "Легко на сердце от песни веселой"). Начальником штаба в отряде был Митрич и случилось у них с Аделитой большая любовь. И вот однажды, Аделита отправилась в соседний отряд, его командир был ранен и ему требовалась операция и тот отрядный доктор в одиночку с этим справиться не мог. И больше Аделиту Митрич никогда не видел...

В том отряде был предатель и когда отряд пришел в дружественное селение, где в медпункте должны были сделать операцию раненому командиру, в воздухе появились вертолеты "Леопардоголовых"*, отряд был уничтожен, раненых пленных, среди которых было три девушки, включая Аделиту, страшно пытали, а потом заперли в сарае и сожгли живьем.

Командиром развед-взвода был брат Аделиты Мигель и этот взвод, во главе с Мигелем и Митричем, без приказа ушел в рейд.

Месяц они выслеживали карателей, и в двух операциях, в которых потеряли половину людей, взорвали штаб батальона, а казарму ночью подожгли из огнеметов и не дали никому из нее спастись.

Митричу объявили выговор, сняли одну звездочку и убрали с оперативной работы, а сегодня он прочитал некролог на синьору Анжелику да Сильву, совладелицу кораблестроительной компании, строящей военные корабли, это была Аделита, постаревшая на фотографии, но такая же красивая. Дело было в том, что она была как две капли воды, похожа на пропавшую внучку миллиардера имевшего большой вес в ВПК. После того, как ее родители погибли в автокатастрофе, девочку сорвало с катушек, и она в конце концов сбежала из дома и закончила свою жизнь от передоза в дешевом притоне в фавелах. Все это позднее и дало старт к операции "Рокировка" о которой Митричу знать было не положено.

Контора, получив эту информацию подсуетилась и произвела внедрение пропавшей внучки в объятия любящего дедушки. Аделита была дисциплинированной революционеркой и выполнила задание по всем канонам, включая секретность. Тайная война, не менее жестока, чем гражданская и в данном случае, и партизаны и каратели оказались окалиной, осыпающейся с раскаленного меча Революции, погруженного в кровавую купель. Предательство и плен были частью операции, дабы Аделиту можно было объявить мертвой.

И вот сейчас Митрич, похоронил свою любимую в своей душе, второй раз.

Грустной была сегодняшняя тусовка, Митрич пил и отмалчивался, а потом просто заснул в своем любимом кресле, так что народ тихо разошелся, прикрыв дверь.

*Карательный батальон "Леопарды", носил шевроны с изображением головы леопарда, отсюда и прозвище.

## Глава 31. Новый год, среди картин и брони


О это таинство картин,

Тут кисть застыла на века

Тут замер времени поток,

А за окном идет война


Неизвестный поэт времен Испанской войны


Среди новогодних гостей Митрича, в кочегарке присутствовал его старый боевой товарищ, здоровенный бородатый мужик, с обаятельной улыбкой, но с холодными глазами профессионала. Он притаранил на посиделки подарочную двухлитровую бутылку настоящего Caney, 12 years old. Митрич называл гостя Бароном и он ткнув пальцем в копию "Взятия Бреды" Веласкеса висевшую на стене кочегарки, тоже рассказал нам новогоднюю историю...

Было раннее утро 31 декабря 197* года. Город еще кое-где дымился, и постреливали еще на улицах, но власть уже переменилась. Партизанская бригада выбила отряды коллаборационистов, пытавшихся учредить тут свое правительство в пику нашим союзникам, обосновавшимся в столице. Накануне штурма мы доставили нашим друзьям полдюжины БРДМов, что и послужило решающим фактором в быстрой победе над прислужниками колониализма.

Мы уже хотели озаботиться местом более менее комфортабельного ночлега, как к нам вдруг заявился заместитель комиссара по культуре нового правительства камарадо Жозе. Он радостно сообщил, что нашел для нас прекрасную виллу, где мы сможем отдохнуть. И от имени народного правительства награждает нас партией деликатесов, отбитых у противника, и добавил, лучась благостной улыбкой: "Вы сами можете выбрать себе то, что вам по вкусу". И показал рукой на стоящие неподалеку два рефрижератора. При слове "сами выбрать" Тарасюк сделал стойку, умиленно-ожидающе посмотрел на командира и, дождавшись отмашки, хищно ринулся к обреченным на разор и потрошение рефрижераторам. Так как халявы не бывает, было ясно, что от нас хотят какой-то услуги. Так оно и оказалось...


На старинной пригородной вилле, где жил некий чудаковатый отставной столичный чиновник (куда-то пропавший во время штурма), была частная коллекция чуть ли не эпохи Возрождения. Это были картины Григорио Лопеша, Жорже Афонсу, Кристобаля де Фигейреду, Франциску Энрикиш и еще кого-то. Даже Арканя, как знаток той эпохи, слышал только одну из тех фамилий. Короче, за этой коллекцией, имеющей огромную культурную ценность, приедут завтра, или самое позднее - послезавтра, аж из самой столицы, а нас, как наиболее надежных по части культуры камарадос, попросили пожить на этой вилле и присмотреть за достоянием республики. Причем, охранять виллу будет снаружи рота команданте Пепешаша. Не успели мы удивиться странной фамилии, как перед нами нарисовался добрый молодец в камуфляже и с ППШ на груди. Это несколько разрядило атмосферу и уже через полчаса мы выдвинулись к месту новой дислокации.

Домик стоял над обрывом глубокой лощины и был несколько не стандартной архитектуры, то есть - он был двухэтажным, но на первом этаже из окон была только массивная дверь, окованная железом, окна второго этажа были закрыты такими же массивными ставнями. Дом бы обнесен невысокой стеной в форме буквы "П", почему-то проломленной в нескольких местах со стороны ворот, и буквально кишел автоматчиками, и что характерно - с ППШ. В принципе, кишевших автоматчиков было не больше тридцати, но кишели они как полная сотня. Команданте доложил, что его людям запрещено заходить в здание вручил нам ключи, размерами похожие на городские, и отправился строить своих автоматчиков, а мы приступили к обследованию охраняемого объекта. Первый этаж был занят всевозможными службами и огромной кухней с полным набором посуды и прочих аксессуаров. Были даже дрова и уголь для кухонных печей, а в подвале был генератор. На втором этаже были спальни, гостиная, столовая (туда вел старинный кухонный лифт) и большой зал с картинами. Картины были исключительно на религиозные темы, по стилю напоминавшие грубоватые копии Веласкеса, так что, мы по-быстрому про них забыли и приступили к подготовке Новогоднего стола. А на кухню заносили и заносили продукты, отобранные Тарасюком. Небольшую звякающую коробку Барон демонстративно не заметил, но большую конфисковал и, улучив момент, спрятал её в выставочном зале, подумав, что туда уже точно никто не пойдет своей волей. Виду того, что ёлок в данной местности не водилось, Аким выстриг елку из можжевельника, и получилось вполне пристойно. Вместо звезды приделали какой-то местный экзотический цветок, ну, а гильзы и патроны разных калибров вполне подошли, как елочные игрушки. Часть народа предавалась радостям кулинарии и сортировки, а Таракан с Акимом, Птицей, Борькой и Тарасюком пошли прошвырнуться по окрестностям. Барон приказал поставить на подступах к стене какую-нибудь шумовую сигнализацию, а у Тарасюка как раз остались от прошлых гешефтов пара ящиков каких-то странных китайских взрывпакетов, - вот из них наши Кулибины и Бертольды Шварцы и решили сделать псевдо-растяжки.


Ну, а потом пришло время новогоднего застолья. Мы, естественно, пригласили к себе команданте Пепешаша, - он учился в Союзе, следовательно, водкой и матом владел в совершенстве, и в застолье вписался. Стол был богатейший, и на нем было все: от мяса и консервированных омаров до ананасов и французского шампанского, коньяк так же присутствовал. Когда булькающее содержимое в маленькой коробке кончилось, народ потребовал продолжения банкета, и командир дал информацию о нахождении нашего винного подвала. Электричество работало только на первом этаже, на лестнице и в столовой, где мы расположились, так что Аким пошел в зал с картинами, взяв с собой фонарик, но достаточно быстро вернулся и сказал, что ничего не нашел, причем лицо у него было странно задумчивое. Я, заподозрив нештатное умыкание спиртных запасов, решил проверить: поднялся наверх, и зашел в зал. Зал был полностью погружен в темноту и я, включив фонарь на максимальный режим, пошел в сторону места, где оставил коробку с бутылками. И тут я почувствовал на себе чей-то взгляд, а вернее - взгляды. Боковым зрением я увидел, что слева на меня смотрят какие-то лица, но находятся они почему-то выше уровня человеческого роста, я уже положил руку на кобуру и собирался качнуть маятник, но тут до меня дошло... Это картины! А ощущение, честно говоря, было не самое благостное, и, я бы сказал, - зябкое. В зависимости от угла освещения казалось, что фигуры на картинах даже шевелятся, но вне зависимости от угла освещения все глаза были направленны прямо на меня. Больше всего хотелось повернуться и ретироваться быстрым шагом, переходящим в бег, но негоже командиру показывать слабость на глазах у подчиненных. Так что, я бодро принес ожидаемый ящик в столовую и непонимающе встретил испуганно-вопросительный взгляд Акима. А тут и подошел Новый год по Московскому времени, в фужерах (именно в фужерах) запенилось шампанское, прозвучали тосты и, не успели мы осушить свои емкости до конца, на улице грянуло. Не очень сильные взрывы пошли буквально пачками, и тут вдруг, метрах в двадцати за забором, над зарослями и проплешинами стали расцветать разноцветные огни салюта, и в их мерцающем свете стали видны чьи-то фигуры с оружием в руках. Но, тут зафырчали ППШ, а с чердака, разрушая великолепие Новогодней ночи, ударил РПД-44, ибо праздник - праздником, а караул по распорядку. Пепешаш кинулся на улицу командовать своими, а мы заняли места согласно боевому расписанию, и первое, что сделал наш штатный радист Птица, так это то, что связался с комендатурой. А взялись за нас всерьез и, судя по действиям нападающих, это были не простые ребята с плантаций, и было их чуть ли не под сотню. Тяжелого оружия у них не было, было несколько ручников, но пользовались они ими лихо. То есть очень грамотно прижали автоматчиков огнем к земле, да и нас достаточно сильно нервировали своей точной стрельбой по окнам.


Скорость БРДМ-2 по хорошему шоссе - километров девяносто, до города было километров восемь и шоссе было плохим. Так что, через четверть часа боя, Барон приказал поджечь грузовики, стоявшие во дворе (все кроме одного, того самого, на котором Тарасюк вез трофеи). При свете горящих грузовиков атакующие наемники были очень хорошо видны, особенно хорошо они были видны на фоне белых стен виллы башнерам с подъехавших БРДМов. Четыре КПВТ стали, как вшей, вычесывать наемников четырнадцати с половиной миллиметровым гребешком. Обошлось без потерь, пара царапин не в счет. Если, конечно, не считать за тяжелое ранение моральную травму нашего старшины, произошедшую с ним после озвучивания цен на спасенные нами полотна. Ведь четверть от миллиона американских карбованцев, да умножить на пятьдесят семь грошей.... (В Советском Союзе за найденный клад, давали 25% премии от общей суммы)


А энное количество лет спустя, второго января, мне позвонил приятель и пригласил вечером навестить его племянника, работающего в Третьяковке. Мы приехали к нему часов в шесть, и пока то да сё (у нас с собой было), незаметно наступил поздний вечер, и молодой искусствовед предложил нам пройтись по ночному музею, с фонарями естественно. Мда, ощущеньице, я вам скажу. Врубели и Васнецовы будут круче любых европейцев эпохи Возрождение. До сих пор помню влекущие в Бездну глаза Демона, смотрящие из темноты, косящий взгляд Грозного царя и гипнотизирующий взгляд Алеши Поповича. Протрезвели мы в момент, а я ловил себя на том, что периодически искал у себя на поясе любимый Стечкин.


А вы говорите - живопись.


ПРИЛОЖЕНИЕ


ППШ - Пистолет Пулемет Шпагина. Самый массовый пистолет-пулемет Второй Мировой Войны, выпущено было 6 000 000. После войны воевал по всему Миру, и в регулярной армии и в партизанских отрядах, и до сих пор то в Африке, то в Азии слышен фырчащий звук его очередей.


РПД-44, очень хороший ручной пулемет Дегтярева. Стреляет патронами от Калаша, в ленте сто патронов. Ну люблю я этот карамультук.

## Глава 32. Ёлочка зажгись


Как то под Новый год на так сказать закрытом корпоративе, имевшем место быть в кочегарке, разговор зашел об оригинальных местах встреч Нового года, и истории полились, как Арарат в рюмки...

Аспирант рассказал, как справил новый год в застрявшей электричке, на которой ехал к друзьям на дачу и немногие пассажиры собрались в одном вагоне и устроили банкет, тем более, что у всех с собой было, даже у машинистов. Зав кафедрой, рассказал про Новый год в Новосибирском аэропорту в нелетную погоду, когда какие-то шахтеры обучили всех коктейлю "Северное сияние"*, единственное что там было не комильфо, так это тараканы.

И как раз на счет насекомых, Митрич вспомнил один Африканский новый год который он по роду службы и встречали в одном глухом и жарком месте, где со снегом и елками была напряженка.

В отряде был такой гениальный рукодельник - Тарасюк, он смастрячил из щепок такую "матросскую ёлку", что после покраски она была неотличима от настоящей. Местным камарадос, весьма понравился данная традиция почерпнутая из морских баек, где моряки в дальних походах , мастерили елки из подручных средств. И Тарасюка естественно завалили заказами причем с очень солидной оплатой. И единственно о чем жалел наш любезный старшина, так это о том, что в данных местах не было монархии, а то бы за пару елок, он легко бы выманил корону у местного монарха. Все остальное он, как сами понимаете, уже выменял, ибо был гениальным хозяйственником. А в данном месте, аккурат под Новый год разыгралась не шуточная любовная драма. На местную штабную красотку, Жанет, положил глаз Аким, но заместитель Команданте по тылу, был в глазах знойной мулатки,не менее выгодной партией и Аким был почти отставлен. Счастливый соперник Акима, заказал Тарасюку ёлку, что бы сделать сюрприз любимой, но зажравшийся старшина заломил такую цену, что местный хозяйственник отступил. И тут перед ним предстал коленопреклоненный Аким, который почувствовал свой шанс. Старшина был счастлив, что его постоянный насмешник у него в руках и снизошел до того, что сделал ему новогоднее дерево, почти что даром. За блок Марльборо и ящик патронов, НАТОвского калибра.

Но в данном Шекспировском сюжете, был еще один жертва пламенных страстей, капитан Тараканов. Он сам страдал по Жанет, но его она просто не замечала. Сказать что Таракан затаил злобу, это ничего не сказать, а за оказией далеко бегать не пришлось. Аким поручил Тарасюку нарядить елку и установит ее у него в комнате, а сам собирался привести туда Жанет и устроить ей сюрприз. Тарасюк не был силен в местной мове и обратился к Таракану с просьбой объяснить кому-нибудь из обслуги, как и что надо сделать. И пробил звездный час капитана Тараканова...

Елка была украшена гирляндой из электрических лампочек, и по заказу Ромео-Акима, гирлянда включалась вместе со светом в комнате. Окна были естественно зашторены. Аким каринно распахнул дверь, пропустил вперед Жанет и воскликнувм "Елочка зажгись", щелкнул выключателем...

Жанет была миниатюрной девушкой, с городским воспитанием и не владела никакими приемами единоборств, но имеющего черный пояс старшего лейтенанта Акимова, она сшибла с ног за долю секунды. Еще за долю секунды, она пронеслась по коридору и лестнице, и выбежала на улицу. А непрекращающийся ее вопль, вызвал неожиданную реакцию... В гарнизоне была объявлена тревога. Виной всему, был не стандартный подход Таракана, к новогоднему дизайну. Елочка была украшена всевозможными местными насекомыми, далеко не самыми маленькими и лицеприятными, и что характерно... живыми.

Короче Жанет, разочаровавшаяся в афро-советских офицерах, вышла замуж за шведского майора из контингента ООН и торжественно отбыла в Стрекольну. А вы говорите Шекспир. Грустно подвел итог Митрич.


*Коктейль "Северное сияние" бывает мужской и женский...

Мужской это:


Водка - 40 граммШампанское - 100 грамм

Дамам добавляется...

Мед - Чайная ложкаЛед - По вкусуЛимон - 1 Ломтик

И полный вперед

## Глава 33. Случайности совпадений и кое что о верблюдах


В этот день, к кочегарке Митрича подкатила черная Волга с Московскими номерами и из ее багажника водитель выгрузил желтую коробку с красными иностранными буквами и изображением белой лошадки в черном квадрате, и все причастные к "тайным вечерям" поняли, что сегодня у знаменитых "Застольных шашек" Митрича, будет новое наполнение.

После третьей партии началась традиционная беседа. Надо сказать, что помимо коробки с виски White Horse, была привезена двухлитровая банка греческих маслин, которые шли в качестве автоматической закуси, то есть в каждую стопку с вискарем, клалась маслина.

Тема разговора была о случайностях и совпадениях. Препод историк рассказал, что уже раз пять встречал в переходе метро огненно рыжую женщину с орлиным носом, причем пересекался он с ней в самое разное время. Сразу же посыпались версии, от тайной воздыхательницы, до шпионской слежки империалистических спецслужб узнавших что у историка хранится секретная книжка "Методы империалистических и фашистских разведок и их троцкистко-бухаринской агентуры" (историк коллекционировал подобные раритеты) и именно эту книгу, ему подарил на день рождения Митрич чем заслужил глубочайший респект. А потом эту тему продолжил и сам Митрич...

Случилось ему пребывать в одной известной, но не поименованной заморской стране, с простой задачей... Выйти на объект, в момент передачи оным портфеля контакту и оградить объект от опасности в процессе ухода одного с места передачи на явочную квартиру, причем оградить жестко.

Митрич прибыл в этот город за несколько дней до встречи и стал зондировать и сканировать место куда он должен будет сопроводить объект, место встречи было пока не указано.

Находясь у пешеходного перехода, он обнаружил рассеянного джентльмена, который листая книгу, с которой вышел из книжного магазина, направился прямо на красный свет и если бы Митрич не поймал его за локоть, то данный книгочей вполне бы мог попасть под автобус.

На следующий день, он в одном узком переулке наткнулся, на этого же типуса именно в тот момент, когда сверху, прямо ему на голову летел цветочный горшок упавший с подоконника и только окрик Митрича, спас его от травмы или чего похуже. А потом пришло сообщение о месте встречи и оно не сильно обрадовало, ибо это был паб в припортовом районе с явно маргинальным оттенком. И отдельно "порадовал " визуальный пароль - два номера Панча с Маргарет Тетчер на обложке. Пожалуй менее вызывающим, было явится в клуб скинхедов, с журналом с портретом Мартина Лютера Кинга на обложке.

Паб был не сильно многолюден, но и не пуст. Я сразу засек контакт объекта по журналам, один из которых лежал на столе, а второй был им демонстративно читаем. И надо сказать публика на него косилась. И тут наконец появился портфель, тот самый коричневый, с медными пряжками, точь в точь совпадающий с ориентировкой. Но портфель этот принес тот самый тип, который на моих глазах уже дважды попадал в истории и Митрич понял, что и третьего раза не миновать.

(Надо сказать, что в своих рассказах, Митрич иногда позиционировал главного героя повествования, как своего знакомого, но ряд оговорок четко показывал, что это все тот же Митрич).

Обмен произошел штатно. То есть портфель был поставлен на свободный стул, откуда контакт его благополучно и забрал, предварительно допив свой эль, и незаметно удалился. Объект так же допил свой заказанный Биттер и тоже направился к выходу. Митрич заэскортировал его и стал ожидать проблем, которые естественно наступили...

В темном переулке объекту заступили дорогу трое мрачных личностей. Дубинки и нож в их руках не оставляли двойных толкований их целям.

Митрич действовал в соответствии с жесткой составляющей приказа, тем более, что у него был с собой такой удобный инструмент, как Walther РРК с глушителем. Короче три раза прозвучал звук открываемой пробки, после чего Митрич назвал объекту абсолютно идиотский пароль и проводил его до дома, до хаты, сказав на прощание фразу, вогнавшую объект в ступор: "Я, так привык спасать вам жизнь, что боюсь в дальнейшем мне будет этого недоставать".

На следующий день, согласно новой вводной, Митрич организовал эвакуацию объекта, в процессе которой объект поинтересовался, а почему мол Мирич, говоря, пароль, явно сдерживал смех. Пароль кстати звучал так: "А у вас не найдется что-нибудь для сигарет Кемел?". И Митрич объяснил, что есть такой анекдот:

Один джентльмен, собираясь на рыбалку решил предохранить от сырости свои любимые сигареты марки Кемел (верблюд по аглицки). И для этого, он решил положить их в презерватив. И вот заходит он в аптеку и говорит аптекарю:

"Гив ми плиз ту кондом"

"Фор зе мен, ор фор зе вумен?"

"Ноу. Фор зе Кемел!"


Надо ли говорить, что этот анекдот некоторое время был самым популярным в институте.

## Глава 34. Сосиски и нумизматика


Митрич потянул носом и объявил в "Алкогольных шашках" - "Закусочный антракт", была теперь такая новация в его посиделках. Шашки были кстати теперь разделены тематически, Чапаев -водка, Махно - ром, Буденный - коньяк.


И в процессе партий, Митрич готовил чего-нибудь на своем мангале и те кто еще находился на то время в близлежащих территориях, захлебывались от зависти слюной.


В этот раз Митрич жарил Микояновские сосиски в своем хитром маринаде. Ох эти Микояновские сосиски, их запах помнят все посетители старой советской ВДНХ , их продавали вложенными в вкуснейшие булочки, сейчас таких сосисок и булочек не делают.


Митрич, прожевав отрезанный для пробы кусочек сосиски, сказал что подобную вкусноту он пробовал только во Франкфуртском аэропорту...


Франкфуртский аэропорт, это целый город, по нему даже ходят туда сюда рейсовые автобусы и протянуты траволаторы.


И на одном из транспортных перекрёстков между Американским и Европейским терминалами периодически зависал со своим прилавком с пивом и баварскими сосисками некий турок. Это были времена еще до евро и он принимал любую валюту. И многие пассажиры помнят блюдо с монетами стоящее на его прилавке. И вот этот турок оказался в центре одной шпионской истории...


Один боец невидимого фронта, должен был передать контейнер с микропленкой связному, в этом самом аэропорту, а связной изображал как раз торговца сосисками на одном из терминалов, но не на этом. Контейнер был в, виде монеты и у связного должен был забрать эту монету курьер отбывавший отсюда в известную, но не поименованную страну. И тут пошла цепочка случайностей, от которых не застрахованы ни разведчики, ни дворники. Посыльный с монетой был случайным человеком и был с большого бодуна и по дороге в аэропорт чуток поправился, его на старых дрожжах развезло и он перепутал терминалы и отдал монету данному турку. Курьеру на всякий случай описали посыльного и он очень удачно проходя в нужное время мимо нужного места, застал момент передачи монеты в горсти других монет турку продавцу, который естественно не был связным. Курьер бросился звонить на тревожный номер, ибо до его самолета оставалось три часа и так сложилось, что из опытных оперативников, под рукой у резидента оказался только Митрич, которому был отдан приказ, изъять монету (но без силовых действий), и передать оную курьеру в течении полутора часов (плюс ефрейторский зазор тридцать минут). Митрич сказал есть, но попросил тысячу марок на сопутствующие расходы и на вопрос почему так много ответил: "Плохо вы знаете турок товарищи".


Митрич в городах где находился по службе, после определенного опыта, всегда уточнял территориально доступные аптеки, хозмаги и магазины театральных принадлежностей. Мало ли, а вдруг надо будет резко изменить внешность или чего-нибудь вражеское взорвать. Короче к турку подошел странный покупатель, с рыжей шевелюрой, рыжими же бакенбардами и в затейливых очках, который купив порцию сосисок и банку пива, представился нумизматом и предложил турку продать ему всю мелочь, что лежала на блюде оптом. И начался торг, рядом с которым бледнели Стамбульские, Бухарские и Магрибские рынки. Монет там было не больше чем на сотню марок и первая цена турка была две тысячи.


Кругом прилавка уже стали собираться любопытные, и Митрич был вынужден сдаться османскому хитрецу почувствовавшему поживу и остановиться на его последней цене.


Когда аспирант традиционно начал задавать вопросы, и в том числе, за сколько же турок продал свои лиры и куруши, Митрич безмерно загрустил и доложил, что сдал в кассу ровно сорок шесть марок, двадцать восемь пфеннигов. И предложил сыграть в Буденного.

## Глава 35. Философия специальных операций


После боя, у партизанского костра текла неспешная, беседа. Вернее говорили двое старейшин, а окружающие их уважительно слушали...

Дон Митро и Стальной Диего вспоминали историю своего знакомства десять лет назад...

Тогда в соседней стране, являвшейся некогда частью этой, победило сразу две революции и столицу они поделили пополам и граница между Революционной гвардией и Революционным легионом, проходило по Королевскому проспекту, который у гвардейцев назывался проспектом Маркса, а у легионеров, проспектом Революции. По своим сторонам проспекта ходили соответствующие патрули и нейтральные проститутки. В городе были войска ООН и большая гуманитарная миссия и посему у жриц любви работы хватало.

Естественно у них были сутенёры, состоящие в своеобразном профсоюзе, но новые власти быстро поделили контроль над рынком, естественно пополам.

Стальной Диего был начальником Службы безопасности Революционной гвардии, а Дон Митро советником у начальника Службы революционного гнева, а учитывая то что этот начальник занимался исключительно политическими интригами, вся работа висела на Митриче.

А в этот день в нейтральном кафе на перекрёстке, Митро и Диего обсуждали общую проблему...

Обе Конторы получили встречное приказание, исполнить лидеров-конкурентов. Оба Молчи-молчи понимали, что политически это сейчас не просто не выгодно, но и вредно для дела Мировой революции.

И коллеги решили пойти на должностное преступление организовать покушения, но неудачные, а ниточку и густой след муки просыпавшийся из украденного куля, насыпать в сторону наймитов империализма и их хозяев. Было найдено по паре мерзавцев завербованных западными разведками, уже в принципе приговорённых, а группа отвлечения и поддержки была набрана из путанок с проспекта.

В нужный день к топтунам обоих команданте, подошли молодые путанки, которые доложили, что для приёма на работу, они должны в качестве экзамена, одарить талантливой, но бесплатной любовью солидного мбвану. Учитывая, что ввиду серии гражданских войн и революций, поток кандидаток в столичные жрицы любви был достаточно большим, данный сексуальный перфоманс, охранителей не удивил и они охотно поддались на провокацию, тем более, что девицы работали парами. И в образовавшуюся брешь в системе безопасности проникли два снайпера, причем оба почти промахнулись, то есть одному из вождей, пуля сбила фуражку, а другому отстрелила каблук. Стреляли естественно Митрич и Диего лично. У подставных снайперов, в магазинах Беретты BM-59 и G-3, первые три патрона были холостыми, а остальные боевые, которые они так и не смогли выпустить, ибо бахнув тройку холостых, они героически подорвали себя гранатами (после того, как получили рукояткой пистолета по затылку). Вторая пара негодяев была в мертвецки пьяном состоянии подготовлена к аресту на явочных квартирах в окружении буквально орущих улик.

Куда естественно явились, проявив чудеса дедукции группы оперативников из Контор антиподов.

После этого конкуренты команданте провели переговоры об укреплений союза и совместном усилении мер безопасности.

Затянувшись Гаваной, Митрич мечтательно сказал: "А девчонки были молодцы".

А Диего добавил, "Жалко их было ликвидировать"

На что Митрич нахмурившись произнес: "А я своих эвакуировал в дальний партизанский отряд" - и еще больше нахмурившись, отпив рому прямо из бутылки сказал:

"Жизнь надо прожить так, чтобы на небесах тебе сказали: "Повтори".

Или в аду оскалившись сказали: "Добро пожаловать, наш господин!"

## Глава 36. Седативный ППШ


Как-то у партизанского костра зашел спор об табельном оружии в общем и наградном оружии в частности. У партизан такое понятие как табельное оружие было вполне широким понятием. Например в этом отряде диапазон стволов был от Штурмгевера с бляшкой Ваффен СС до М-16 с самодельным глушителем. Когда Митрич рассказал о наградных Маузерах в деревянных кобурах и орденами на рукоятках, вся поляна изошла завистливыми вздохами, а когда ветеран добавил, что в качестве Почетного Революционного оружия были и сабли, то народ принял решение поскорее установить тут Советскую власть и ввести такие награды. А потом стали выяснять какой ствол самый лучший и у кого было наградное оружие. Все пришли к выводу, что из автоматических карабинов, самый лучший это АК-47 (именно как автоматический карабин Калаш тогда числился на Западе), а вот какой лучший пистолет-пулемет на этой планете, тут вопрос завис.

Митрич объявил, что у него есть общий ответ на обе темы и дождавшись тишины заявил, что лучший ПП это ППШ, а у него было наградное оружие с гравировкой на нем профиля Че, а на вопрос за что он его получил, ответил, что за то, что очень испугался...

В молодости он принимал участие в доставке в одну жаркую страну партии ППШ и сам он во время этой операции был им же и вооружен, но учитывая то, что Митрич был скурпулезен уже и в юных годах, он заныкал на складе ящик патронов с бронебойно-зажигательной пулей П-41, не стандартный боеприпас, но тем не менее выпускаемый достаточно долго и популярный в определенных кругах. Несколько цинков с этими желудями, молодой Митрич возил под сидением своей десантной "Шишиги"*. Груз съехал с корабля своим ходом и грузовики прибыли в небольшой пограничный городок, где стали ждать приказа на тему того, ждать перегонщиков, которым следует сдать машины, либо разгрузиться и возвращаться в порт порожняком. Но тут начались приключение... по гарнизону была объявлена тревога, так как из штаба сбежал шифровальщик с чемоданчиком документов и его Citroen 2cv был обнаружен тут недалече на опушке зеленки. Учитывая серьезность содержимого чемоданчика, в облаву включили и советико.

Молодой Митрич с верным ППШ и еще более верным проводником Гильерме шли по тропинке в джунглях бдительно поводя очами и стволами (у Гильерме был трофейный Heckler&Koch G3). По ориентировке, беглец был вельми субтильный и когда Митрич увидел толстое бревно лежащее поперек тропы, то подумал, что за ним как раз может прятаться шифровальщик и почти угадал... Бревно внезапно зашевелилось и Митрич понял, что он орет во всю глотку, только тогда, когда опустошил почти весь диск своего ППШ, а это таки 61 патрон из 71и ушло на это аж секунды четыре (десять патронов в диске осталось благодаря инструктору по стрельбе, который вбил на подсознательной основе, рефлекс на оставлении части патронов в магазине, при стрельбе длинными очередями).

Бревно, которое оказалось огромной змеей было распилено очередью Митрича пополам и из него теперь торчала человеческая голова, это и был беглец. Гильерме потом всем рассказывал, что героический Советико, криком напугал питона, а потом его расстрелял и добил ножом. А один из старших офицеров союзников подарил Митричу хромированных Кольт с той самой гравировкой. А Митрич потом шутил сам с собой на тему, что ППШ, очень хорош от нервов.


Шишига* - Советский грузовик Газ-66, в данном случае Газ-66Б, имеющий открытую кабину типа кабриолет со съёмным брезентовым верхом.


## Глава 37. Как предают предателей


К партизанам приехал полит-лектор из Главного революционного штаба и прочитав лекцию о международном положении, разразился речью о допустимости в борьбе за Революцию любых средств и внезапно разрозился буквальной цитатой из АБС, на тему того, что во имя революции, ее бойцы имеют право, убивать убийц, пытать палачей и предавать предателей.

После отбытия лектора, на традиционных посиделках у костра возникла дискуссия по этим трем постулатам...

С убийством убийц и допросами третьей степени по отношению сотрудников охранки разобрались быстро, но вот что значит предавать предателей не все осознали полностью и народ потребовал примеров и у Митрича, они конечно были...

У начальника жандармерии был сынок мажор и он увлекся пятнадцати летней красавицей, дочкой простого рыбака (что забавно, его звали Педро Зурита). Отношения полов на том острове были далеки от патриархальных и роман вспыхнул и забурлил и влюбленная мулатка решила привлечь возлюбленного к делу всей своей жизни, к Революции ибо она состояла в подпольном кружке анархо-коммунистов. Но слаба был девочка в канонах классовой борьбы и однажды ночью жандармы ворвались в домик рыбака. Рыбак защищая дочь обнажил верную наваху, порезал двух жандармов и упал пронзённый тремя пулями из жандармских карабинов М-1. Джулию отвезли в подвалы охранки. У анархо-коммунистов была слабая организация и они обратились за помощью к коллегам-конкурентам без первой поставки. И вот утром следующего дня к знанию Службы безопасности стали съезжаться передвижные точки фастфуда и просто курьеры. И все местные офени дрожащими голосами сообщали, что к ним подходили страшные пистольерос и приказывали в честь дня рождения их босса, бесплатно накормить сеньоров блюдущих безопасность республики. Учитывая, что раздолбайство на всех уровнях этой страны, было и правилом и образом жизни, а накануне была небольшая разборка с сутенёрам и это был видимо комплимент от их Папы, тайные альгвазилы спокойно приступили к пиршеству, ибо время было обеденное и в ассортименте пиво тоже присутствовало. Проникнуть под шумок в казематы охранки под видом разносчиков, исполнить надзирателей, освободить Джулию, обрядить ее разносчиком и вывести на улицу, было делом техники, хотя бедная девочка была несколько не в себе, ибо палачи охранки уже многое успели.

Изюминкой на торте, был взрыв грузовика с логотипом пиццерии, оставшегося у главного входа (ни один разносчик не пострадал). Но осталось ещё одно незаконченное дело...

Педро Зурито женился на племяннице министра и по местной традиции, накануне свадьбы был должен лично добыть в океане экзотическую рыбу и подарит ее на кухню будущему тестю. У главного жандарма в доме был слуга универсал, который был и садовником и шкипером катера в одном флаконе и звали его дядюшка Гильермо и вот ранним утром, катер с Зуритой, Гильермо и парой матросов вышел в море. Зурита не обратил внимание на то, что матросы были новые, и тем более он не знал, что дядюшка Гильермо был родственником покойной матушки Джулии, а зря.

Когда в открытом море, матросы заломили Педро руки он обалдел, а когда из матросского кубрика появилась бледная Джулия то он побледнел еще больше, чем она. Девушка дала своему любимому хлесткую пощёчину сказала: "Будь ты проклят слизняк". И кивнула матросам, которые выбрасывали в море приготовленную заранее свиную требуху с кровью. Зурито завопил: "Гильермо, почему ты меня предал?"

На что Гильермо переспросил: " А почему ты предал Джулию".

А когда в воде замелькали акульи плавники, визжащего от ужаса Зуриту, бросили за борт.

У костра наступило глубокое молчание, которое нарушил опять же Митрич сказав:

"Обидеть женщину может каждый. Не каждый сможет после этого выжить".

Молодой партизан Филелито спросил: "А что стало с Джулией?" -

"Она стала снайпером-ликвидатором, который охотился на агентов охранки и погибла в бою" - ответил Митрич.

Неуемный Фиделито спросил, а откуда дон Митро знает такие подробности, на что Митрич просто сказал, что был матросом на том катере.

## Глава 38. Сокровища генерала Роммеля


Как говорил наш инструктор: "Боец вооруженный ИРП "Эталон", практически бессмертен, но при условии, что это пятый номер" - сказал Митрич, и сладко затянулся сигарой.

"А что значит пятый номер"- спросил, как всегда любопытный аспирант. И Митрич пояснил...

Банка сгущенки, банка мясного фарша, банка паштета, галеты, шоколад и либо банка сгущенки, либо кусок шпика. И были ярые сторонники обоих вариантов, и высшим пилотажем у своих интендантов и старшин, это было поставить обе разновидности.

В принципе, такого пайка может хватить на три дня, без сильных физических нагрузок и посему, мы старались по возможности иметь их с собой пару (так сказать на всякий случай, а случай, как известно, бывает всякий).

Так вот, однажды, в одной жаркой, недавно сбросившей оковы колониализма стране, местные поклонники Карла Маркса и Клары Цеткин, решили установить Советскую власть, установление оной власти, есть далеко не самый простой процесс... тут надо не только захватить почту, телеграф и телефон, но надо было ещё их удержать. А с Троцкими и Антоновыми-Овсеенко, у товарищей марксистов тут было совсем плохо. А местный Старик Крупский был ботаником из Сорбоны, знал почти наизусть Капитал, но в военном деле был ни в зуб, прикладом. Короче, когда революционеры организовали на главной площади Митинг победившего народа, их поприветствовала местная жандармерия, что характерно из пулемётов, один из которых был Браунинг М-2, калибром 12,7 мм установленный на бронетранспортёр М-113. БТР сожгли коктейлями Молотова ребята из организации Молодые Кагуары Революции и этим дали возможность руководству восстания отступить на явочную квартиру. Не смотря на то, что это восстание было сплошной самодеятельностью, руководство решило, что помочь вождям братьев по классу необходимо. А тут группа Митрича, на свою беду проплывала мимо, следуя на показательные учения на один красивый дружественный остров и что характерно с полной выкладкой и нас прямо в открытом море пересадили на закопчённый трамп под Панамским флагом и новое приключение началось. На берег мы высадились под видом чёрных археологов, наш местный контакт все это устроил ибо и у полиции и у береговой охраны была давно уже установлена такса на это и никто из них не хотел терять этот заработок. Они конечно делились с начальством и проверки тут были чисто фигуральными.

Главный революционер прятался в занесенной песком гробнице и когда мы пришли за ним, его уже прихватили Черные копатели убившие его охранника, за что мы исполнили их. Очкарик в костюме тройке, находящийся в оцепенении безвольно пошел с нами. Остальных объектов эвакуации, уже переправили в соляные пещеры, древний подземный объект с многокилометровыми штольнями и штреками. И нам тоже пришлось идти туда, ибо на берегу началась облава с участием армейских частей, а у нас не было ни времени, ни желания громить местную армию, тем более без приказа.

Контакт привел нас к секретному входу, где дежурили местные ревсомольцы с Узи и Томми-ганами с которыми он и остался, а нас передали проводнику. И только мы спустились вниз по узкому наклонному коридору и вышли в огромный подземный зал искрящийся солевыми кристаллами, как наверху грохнул врыв, а из проема, из которого мы только что вышли ударил столб пыли и камней. Короче запечатали нас.

Проводник вывел нас в грот, где пребывали три борца за Мировую революцию (к которым мы присоединили еще одного) и двое их охранников. Они слышали взрыв и были весьма этим встревожены. Митрич объяснил ситуацию и взяв командование на себя, принял решение, срочно отсюда уходить и искать выход на поверхность и отходя он от греха подальше заминировал штрек по которому мы отправились в подземный анабазис и как выяснилось не зря, ибо через какое-то время, когда новые спелеологи все дальше погружались в неизведанное, их ушей достигли отголоски взрыва.

Мы уже сутки бродили по соляным катакомбам. У нас на девять человек было шесть ИРП "Эталон-5" и три фляжки воды. Еду можно было растянуть, но вот воду... , тем более, что наши объекты явно не годились для, боевых действий и грамотного выживания.

Дед похожий на Хемингуэя и нервного вида тип с кольтом Хай Пауэр, похожий на особиста, но без стального блеска в глазах. И наш очкарик в тройке. Два молодых компаньеро с М-1, еще как-то тянули на боевые единицы. Мы путешествовали почти трое суток и наконец нашли ход который явно забирал вверх и попали в огромный грот, впрочем со следами приложения человеческих рук и самое главное в каменном полу (не солевом) был колодец, в который откуда-то с потолка капала вода. Моток парашютной стропы был у каждого, как и брезентовое ведро имелось в наличии. Так что водой мы были теперь обеспечены. Со светом тоже было более менее... у нас были японские фонарики с запасом батареек, а у объектов была керосиновая лампа и канистра керосина. Но самое главное в пещере хаотично валялись деревянные ящики с клеймом в виде пальмы со свастикой - эмблемы корпуса Роммеля. И еще чувствовалась воздушная тяга вверх, то есть мы явно продвигались в нужном направлении и могли вдобавок разжечь костёр. Что интересно, в части ящиках были упаковки консервированного хлеба из рациона Вермахта, датированные 1942-м годом. В паре ящиков был шнапс, в остальных консервы, естественно вздутые. Консервы Митрич запретил даже трогать, шнапс добавляли в колодезную воду для дезинфекции, а хлеб пошел в охотку и был вполне съедобен. После то ли обеда, то ли ужина и небольшого отдыха мы стали исследовать стены пещеры на предмет замаскированных проходов, в чем вельми преуспели. Сначала мы обнаружили кладку, за которой было помещение с целым арсеналом из карабинов Маузера, пулеметов МГ-34 (прозванных союзниками Шпандау), МП-40 (прозванных красноармейцами Шмайсерами) и прочих арийских карамультуков и боеприпасов к ним. Причем и оружие и патроны оказались вполне годными).

А в конце арсенала за еще одной старой кладкой, оказалось помещение заставленное железными сейфовыми ящиками среди которых валялись мумии в мундирах фельджандармерии Африканского корпуса. Похожий на Хемингуэя революционер вопя, что то о сокровищах Роммеля , ринулся к ящикам, которые увы оказались пустыми. Но зато оттуда вел ход наверх.

Ну а потом мы достаточно спокойно вышли на поверхность и с небольшими, но удачными для нас боестолкновениями с мелкими патрулями вышли к месту эвакуации, откуда к тому времени уже убрались каратели. В рыбацкой деревушке нас подобрал траулер и рванул к горизонту, где в нейтральных водах нас ждал серый грозный силуэт корабля под родным флагом.

## Глава 39. Правила вербовки ЖсНСО


У Сунь-цзы была очень четкая классификация агентов...

"...Пользование шпионами бывает пяти видов: бывают шпионы по обстоятельствам (из местных жителей), бывают шпионы внутренние (внутренний червь) , бывают шпионы обратные (двойные агенты), бывают шпионы смерти (невозвращаемые агенты), бывают шпионы жизни (возвращающиеся с задания живыми). Все пять разрядов шпионов работают, и нельзя знать их путей. Это называется непостижимой тайной. Они - сокровище для государя...".

Митрич процитировал все это на одном дыхании. И добавил, что ему очень понравилось тонкость формулировки о "невозвращаемых агентах", а лучшие объекты для вербовки из местных жителей, это ЖсНСО, и предвосхитив загоревшийся, в глазах аспиранта вопрос, добавил - "то есть женщины с низкой социальной ответственностью. Ибо согласно теории Сунь-цзы, "Шпионы по обстоятельствам" должны, ненавидеть власти, а любая, проститутка ненавидит власти особенно, и отдельно она их ненавидит, за бесплатную эксплуатацию себя, несчастной представителями оных властей".

А когда аспират заблестев глазками и линзами очков спросил, а как вербуют этих самых женщин. Митрич съев две коньячных шашки и закусив бастурмой ответил: "Понимаете юноша, женщина любит то, чего ей как правило (по ее мнению) не хватает в своем мужчине: ласку, твердость и смазку. А вот путаншам не хватает уважения и если прибавить к нему немного денег на помаду, то вербовка будет удачной. И Митрич начал свой очередной рассказ...

В очередной стране пребывания, сложилась весьма сложная ситуация и дабы ее выправить в пользу Мира социализма, нужно было провести громкую дискредитацию одного из высших чиновников и именно дискредитацию, а не ликвидацию и был разработан хитрый план...

В соседней стране были завербованы несколько жриц любви некогда уехавших из страны где проходила операция. С ними подружились клиенты-земляки, приветили, обласкали, рассказали как их обижали злые чиновники и альгвазилы на общей родине. Эти рассказы на фоне щедрой оплаты и жажды хоть какой-то социальной справедливости, упали на благодатную почву и путанки с радостью согласились нагадить властям своей земли предков и помочь щедрым кабальеро наказать плохого человека. Для товарного вида, им справили шикарные шмотки, подправили внешность и сделали новые документы. Девицы были введены в некий Массажный салон, посещаемый чиновниками рангов заместителей. Там они должны были собирать информацию, а заодно окучить зама главного конкурента объекта, который должен был с помощью девиц сведен с неким теневым дельцом, по имени сеньор Миес. Этому чиновнику светила судьба "внутреннего червя" и "невозвращаемого агента" одновременно.

Во время одной из оргий, чиновника усыпили и сделали несколько фото in flagrante, с участием здоровенного голого негра, после предъявления которых, чиновник помчался, на встречу с синьором Миесом быстрее собственного визга.

Вальяжный, седой и черноусый синьор в белом клубном пиджаке, объяснил чиновнику, что от него требуется очень мало, но за очень большие деньги. На складах местной таможни находилась конфискованная партия стержней из платиносодержащего сплава, которую синьор Миес очень хочет купить и ему нужен тот кто решит этот вопрос. Сделку покупатель оценивал в два миллиона долларов и посредник получал десять процентов и компрометирующие фотки. Имея два таких стимула, жертва африканской противоестественной страсти, плюнув на этику вышла на врага своего шефа, и оный враг, как раз курировавший данные склады заглотнул приманку в полную глотку. По плану операции ему должны были дать аванс, а потом слить местной тайной полиции. В качестве аванса чиновнику должны были вручить пол лимона очень качественных фальшивых долларов, захваченных в процессе прошлой операции в резидентуре ЦРУ в другой соседней стране.

Но жадность объекта внесла в операцию коррективы. Он приехав за деньгами, привез на грузовике половину товара, так ему хотелось побыстрее получить остальное. Но получил он только арест и застенки местной охранки, которую особенно взбесило то, что доллары, на которые они уже раскатали губы, оказались фальшивыми, так что чиновника расплющили по полной.

А "Невозвращаемого агента" похитили из тюрьмы и больше его никто не видел. Пиндосам позарез хотелось получить назад своих поддельных зеленых енотов, и посему они составили фоторобот синьора Миеса (лицо которого показалось им смутно знакомым).

А когда посыпались десятки сообщений о том что похожая личность найдена, црушники вместо радости испытали когнитивный диссонанс...

До них наконец дошло, что синьор Миес почти точная копия полковника Сандерса, того самого из Kentucky Fried Chicken, только с черными усами, ну любил Митрич иногда приколоться.

А когда вечно любопытный аспирант спросил куда делись платиновые болванки, Митрич ткнув в его сторону сигарой спросил с грузинским акцентом: "А с какой целью интересуетесь гражданин !" , после чего аспиранту, резко захотелось в туалет.

P.S. Ни одна путанка в процессе операции не пострадала, их вовремя эвакуировали и они попали в одну интересную школу на далеком острове, после которой проявили себя как хорошие ученицы. Но это уже совсем другая история.

## Глава 40. Тайна Серебряной горы


"Умный в гору не пойдет , это пословица больше актуальна, для преферансистов, а не для альпинистов и спецназовцев" , довольно сказал Митрич и пыхнул сигарой. Он только что вломил коллективчик на семь взяткок аспиранту и продолжил: "Как сказал один из героев Гашека - Семь пулек, как в Сараево"-

А потом слегка взгрустнув и потянув через соломинку двойного Дайкири*, продолжил...

А с паном Ярославом товарищем Гашеком, у меня есть кое что общее..."-

Аспирант восторженно воскликнул: "Вы тоже были писателем !?"-

На что Мирич обиженно сказал, что во первых писатели бывшими не бывают, а во вторых, он, как и Гашек, был комендантом города.

И народ, как всегда в таких случаях обратился в слух...

Это были жаркие места, причем жаркие во всех смыслах. Помимо африканского климата , тут только что закончилась одна революция, начиналась вторая и шла гражданская война, густо сдобренная межплеменными конфликтами.

Этот городок был небольшим рыбачьим портом, но был связан с нынешней столицей данной области узкоколейкой, а в областном центре, ставшем на тот момент столицей молодой республики начиналась нормальная железная дорога, так что рыбацкий порт с названием из двух букв, становился важным транспортным хабом.

Митрич прибыл в этот город на сухогрузе осуществляя сопровождение и охрану спецгруза состоящего из шести коробочек БТР-152 с пулеметами ДШК вместо СГМБ.

Команданте местной революции был в, восторге от данных девайсов , теперь победа над прислужниками империализма , неоколониализма из Фронта Зумо, была обеспечена, а уж как смотрелись в открытых кузовах БТРов Революционные гвардейцы в красных тапах и с копьями.

А с Митричем имели приватную беседу, команданте и Главный советник, после чего они были вместе с новой бригадой Революционной армии "Красный нгуни", а Митрич остался комендантом данного города, получив в подчинение трех безопасников из штаба и неполную роту революционной гвардии. Основной его ударной мощи, естественно были ребята из его личной группы, которых в известных кругах знали, как "Батальон четверых", за то, что они, подобно героям рассказа Соболева, в одном бою, разгромили и обратили в бегство большой вражеский отряд.

А комендантом Митрич стал ввиду того, что сюда должна была прибыть комиссия ООН и к ее приезду в городе должен быть наведен революционный порядок. Проблема была в местном социуме и тут было четыре реальных силы... три племени и контрабандисты. Все местные жители относились к одному из племён и исторически сложилось так, что начальнику из чужого племени население подчиняться не будет и белый мбвана был самым лучшим вариантом. Ещё одной проблемой были контрабандисты, которые никому не подчинялись и полностью коррумпировали местную полицию от прошлого режима, а после того как новые власти ликвидировали институт альгвазилов, причем во всех смыслах, контрабандисты стали сами по себе и даже завели свою портовую полицию.

И учитывая, что в наведении порядка, главным было не допустить разграбления гуманитарной помощи, которую ооновцы везут на двух пароходах и которая изначально должна была храниться в порту.

С контрабандистами, как самой опасной в данном плане трибой вопрос решили просто. Митрич приказал объявить об обязательной сдаче оружия, с расстрелом за наличие одного, после чего порт забурлил недовольными и был оцеплен подчиненной ему ротой, а Митрич в сопровождении своей четверки возглавил прочесывание и возглавил рейд к штабу "Караванщиков", так тут называли контрабандистов. Огневое превосходство у сил порядка было полным. У Ревгвардейцев были ППШ, а у батальона четверых, чудесные пулемёты РПД, так что зачистка прошла успешно и порт был взят под контроль.

А вот с тремя племенными кварталами было сложнее. Во первых для прочесывания было маловато сил, а во вторых приказа уничтожать город не было. И Митрич решил применять постулат "Разделяй и властвуй", то есть племенные формирования надо ослабить какой-нибудь провокацией и провокация естественно последовала.

Не далеко от города была так называемая Серебряная гора. Это был большой холм и там некогда была серебряная шахта, которая на самом деле была большой аферой, то есть было создано акционерное общество по добыче серебра, начаты работы, проданы акции на кругленькую сумму, на вершине холма был построен копер с мощной железобетонной основой, вырыли шахту на десяток метров и на этом все закончилось. Фирма испарилась вместе с деньгами, железо из копра растащили и на этом все и закончилось.

И тут в городке объявился мулат, который прописался в местных дешёвых питейных заведениях и представлялся как бывший механик с "Серебряной шахты", который хочет раскопать тайник со своими фамильными инструментами, но он как то по пьянке проболтался, что всю аферу с шахтой задумали, что бы тайком откопать гнездо Чёрных изумрудов, его откопали но не успели вывезти, так как компаньоны перебили друг друга и выживший потерял память и умер в нищете, но незадолго до кончины память к нему вернулась и перед смертью, он рассказал про это своей служанке-любовнице а она поделилась тайной с племянником, то есть с ним. И он приехал выкопать спрятанные в, фундаменте копра сокровища. Слухи сразу пошли по городу , а когда труп мулата со следами пыток нашли на задворках одного из посещаемых им кабачков, народ все понял и ринулся на Серебряную гору. Бои шли три дня после чего подсократившиеся противоборствующие стороны, пошли на компромисс и решили все честно поделить. К копру поднялись три командира формирований с равным количеством землекопов и начали шурфить землю вокруг копра и тут грохнул радиофугас, после чего все три племени оказались обезглавлены и сразу же там началась борьба за власть, куда вмешался Митрич и зачистив наиболее одиозных претендентов назначил наиболее удобоваримых.

Короче когда приплыли Ооновцы в городе был порядок и склады разграбили только через три месяца, но это будет уже совсем другая история.

Когда аспирант с круглыми от ужаса глазами спросил , а кто убил мулата. Митрич, раскурив новую сигару и сделав МХАТовскую паузу ответил: "Мампоэр"- и пояснил - "Это африканский самогон, ибо тело мы обнаружили на месте боев, с контрабандистами и заморозили его в холодильнике , а в кабачках его изображал загримированный компаньеро из союзников"-

Но тут вмешался завкафедрой истории, сказав что взрыв на холме не совсем совпадает с интернационализмом. На что Митрич, хлопнув стопку чистого рому, ответил, что командиры туземных формирований и их ближники, за месяц до этого, объединившись , разграбили госпитальный конвой ЮНЕСКО, уничтожив при этом весь персонал, среди которого были два гражданина СССР, так что мы просто привели приговор в исполнение.


*Драйкири, любимый коктейль, Джона Фитцджеральда Кеннеди и Эрнеста Хемингуэя, названый по имени пляжа близ Сантьяго де Куба и состоящим из рома, сока лайма, сиропа и льда. Двойной Драйкири Митрича отличался от обычного тем, что вместо лайма там был лимон, сироп был малиновым, рому было не сорок канонических грамм, а все сто, ну и льда самую малость.


## Глава 41. Тайна черной маски с белой отметиной


Когда наступил "цветной перерыв" в алкогольных шашках (так называлась смена цвета напитков в лафитниках через дегустацию), Митрич, пригубив клюквенной настойки, внезапно завел разговор о книге Михаила Булгакова "Мастер и Маргарита", которая тогда густо бродила в самиздатовском варианте по преподавательским кулуарам. Митричу очень нравился образ профессора Стравинского. Он считал что профессор все видел гораздо глубже, чем декларировал, но не усложнял ввиду сложности времен и не желания слишком выделяться. Ему нравились фразы поэта Бездомного "взять бы этого Канта и в Соловки", "шизофрения, и это он знал" и "я в санаторию ездил", он считал что этим очень рельефно обрисован образ данного героя. И уже по ассоциации, Митрич вспомнил одного лектора по психологии, который говорил , что любому творческому человеку, свойственны элементы шизофрении, пусть и небольшие, но тем не менее. Следовательно диагноз поэта Бездомного был безусловно верен. А когда Митрич спросил у лектора, означает ли данный постулат, что все творческие люди шизофреники и нет ли тут обратной связи, в том смысле, что все шизофреники являются творческими людьми, лектор несколько возбудился и допустил ряд невежливых формулировок, по поводу интеллектуального уровня некоторых курсантов увлеченных преферансом. На курсах был узкий кружок преферансистов, куда был весьма строгий отбор и куда "психический лектор" (курсив Митрича) не смог попасть из за чего несколько озлился.

Митрич был добрейшей души человек и никогда, ничего не прощал ибо считал, что если ты получив по щеке подставишь другую, обязательно получишь Йоп-чаги* в пах.

Во всех группах у него были друзья (ибо все преферансисты братья) и так как после лекции было собеседование, то в группах где еще не было лекций, был предложен "большой прикол", принятый с восторгом. Надо сказать, что есть некий, до сих пор не изученный наукой камуфлет... Если взрослых людей собрать в учебную группу или скажем отправить "на картошку", то по части приколов складывается атмосфера пионерского лагеря. Например при выезде на сельхозработы очень солидного ОКБ (в советское время деятелей умственного труда гоняли на картошку с особым удовольствием), так вот, лысый начальник отдела, буквально каждый день находил у себя, в, кармане расческу, а в ответ на его укоризненный взгляд, все предъявляли свои гребешки. А на одних очень солидных Курсах переподготовки и у курсантов и у преподавателей, выработался рефлекторный жест, проверки спины и поясницы, на предмет наличия там прицепленного хвоста.

Так что предложенный Митричем большой прикол был встречен на ура и заключался он в следующем... На трех лекциях подряд, на последующих собеседованиях, лектор узнал, что в некоем проходном помещении между двумя коридорами, происходят странные вещи. Многие заходящие туда люди, внезапно начинают говорить стихами.

Когда психологу рассказали об этом аж пятый раз он занял позицию в коридоре и с ужасом услышал, что многие товарищи входящие в проходное помещение по традиции увешанное художественными поделками былых слушателей и среди них появилась африканская маска (Митрич целую ночь вырезал эту маску в местной столярке, вместе с мастером и литром "Столичной"), так вот, как уже было сказано выше, многие товарищи начинали там говорить стихами.

А психолог уже третий день периодически дежурил в коридоре и убеждался, что люди говорят стихами помимо своей воли, так как их звучащие вирши были явно косноязычны (далеко не все участники прикола владели стихосложением и посему многие перлы звучали грубыми верлибрами, типа... "вот по дороге едет ЗИМ, им я буду задавим").

А потом наступил героический финал хохмы, отображенный в информационном сливе через уборщицу тетю Машу, которую лектор, как то походя обругал, чем на всегда испортил себе карму. Тетя Маша во время очередной засады психолога в коридоре, протирая полы рядом с ним, в слух жаловалась на тех дурней, кто повесил на стену эту "черную жуть" после чего народ проходящий это помещение, стал изображать из себя Ляксандр Сергеичей Пушкиных.

А надо сказать, что даже местный кот Тимофей и уличные голуби с воробьями, знали что психолог пишет преддиссертациионный материл на тему буржуазной лже теории о действии материальных суеверий на психику. Он в каждой лекции раза три это упоминал, и минимум по разу на собеседовании, давя на то что все ти тотемы, фетиши и прочие предметы культа никакой псевдомагической нагрузки не несут ибо все это самовнушение. Короче лектор спер эту маску, а на следующий день на работу не вышла, типа приболел и это означало, что хохма удалась...

Ибо маска была покрыта липкой долго засыхающей краской в которой наш психолог изгваздался вельми успешно.

А местные преферансисты, объявляя, "шесть пик" , говорили теперь "Психология!".

А Митрич еще добавил, что хохму с липкой краской, он применял еще до этого в одной жаркой стране. Там в процессе революционной деятельности был захвачен большой склад консервов и их привезли на свою территорию , но там, не смотря на охрану, их стали воровать, даже после перевозок в другое место. И Митрич посоветовал местному команданте, после очередной передислокациипокрасить ящики такой же липкой краской, только еще и плохо сохнущей на жаре, но естественно белой. А на следующий день после покраски, было выявлено по свежим следам на руках и одежде несколько воришек включая, двух часовых, которых естественно наградили орденом сутулого с закруткой на спине.

Аспирант, как всегда любознательный спросил, а как же мол эти ящики потом перегружали, они же пачкаются. На что Митрич снисходительно ответил: "А кто тебе сказал , что это ящики с консервами. Консервы увезли на другой склад, секретный, а в этот привезли ящики с крепежом с заброшенной шахты.

*Йоп-чаги - удар ногой в Тхэквондо

https://author.today/reader/264328

## Глава 43. Совсем ненужных знаний не бывает


Митричу, председатель подшефного колхоза, с которым он был дружен, прислал традиционную посылку к празднику. Мельчайшие "копеечные" соленые опята, соленые же огурчики, домашнюю колбасу и соответственно четверть самогона, коньячного цвета и со вкусом лимона.

Так что Митрич устроил для ближнего круга шикарное застолье.

После четвертого тоста, аспиранта развезло от шестидесятиградусной самогонки и он начал крамольные речи про то, что гуманитарные науки, скажем та же история, если человек не собирается посвятить себя преподавательской или научной работе, будут абсолютно бесполезны и постулат на тему, что мол бесполезных знаний не бывает , не соответствует в данном случае действительности.

На что Митрич вкусно захрустев огурчиком, очередной лафитник с манящей жидкостью шибающей лимоном, сказал что аспирант возможно и прав, но не до конца ибо правильно тот постулат звучит с прибавлением слова почти, и рассказал очередную историю...

В одной местности партизаны прямо, как в песне занимали города, но вот в одном из них , они наткнулись на древнюю крепость, по легендам построенную Предтечами. Крепость была вроде бы глинобитной , но ее стены, не брали даже 12,7мм ДШК И 37 мм траншейные пушки времен Первой мировой, а крупнее калибра у партизан не было. А вот у защитников и патронов и пулеметов было в достатке и два штурма прислужники империализма отбили с большими потерями для наступающих.

У партизан было много взрывчатки, но желающих героически ее доставить к осаждаемым стенам не наблюдалось. И тут Митрич вспомнил исторический факультатив, который он некогда посещал и коллоквиум по артиллерии Первой Мировой войны и мелькал там один интересный девайс ...

В Первую Мировую Войну (которая Империалистическая), Кайзермилитариинженеар, тоже баловались эрзацами. Они создали, не много не мало, а деревянные минометы. Это были карамультуки калибром до 45см. Система "Albrecht" (так они назывались), представляла собой деревянную трубу, плотно оплетенную проволокой и стрелял этот монстр бочками со взрывчаткой, вес которой доходил до десяти пудов. Радиус стрельбы не превышал 600 метров, но при позиционной войне это было вполне допустимо. Выстрел из этого миномета производился при помощи электрического стартера или просто от зажжённого бикфордова шнура. Иногда даже применялись мины с отравляющими веществами. Зольдатен кайзера уважительно называли этот бомбомет "Der Gros Albrecht". И когда Митрич увидел штабель пятисотмиллиметровых труб, идея родилась сама собой...

Сварка была в наличии и Митрич в свое время научившийся в нудной командировке сварному делу, (в ожидании борта, от нечего делать посещая курсы сварщиков), после ряда экспериментов сваял карамультук-вундервафлю.

Из семи образцов, в процессе испытаний уцелело три и они же и нанесли удар по объекту.

Минометы расставили в безопасных для окружающих местах и суррогатные фугасные мины полетели в старинную крепость. После пятого выстрела враг капитулировал.

Аспирант восхищенно смотря на рассказчика , признал свое поражение в дискуссии но приняв еще стопку самогонки, попытался оставить за собой последнее слово...

Он согласившись , что История в данном случае это гуманитарная наука, которая оказалась полезной в реальной жизни, но вот сварное дело это не гуманитарщина. На что Митрич сказал, что если бы аспирант услышал изящные кружева терминологий мастера сварщика, то понял бы, что это чистая и незамутненная лингвистика, а следовательно наука гуманитарная.

## Глава 42. Армейский юмор и хромая путана


Митрич устроил сигарную дегустацию. У него был целый хьюмидорный шкаф со штабелем сигар, в основном кубинских. На данной дегустации определялось куда вкуснее макать сигару, в ром, виски или коньяк. И тут народ понесло на армейские анекдоты, типа...

***

Начальник кричит на нового подчиненного за опоздания. - Блин, ты в армии служил? - Служил. - И как тебя старшина встречал, когда ты на построение опаздывал? - Говорил: "Здравия желаю, товарищ майор!".

Или..

Чем гражданская собака отличается от собаки служебной? Когда гражданской собаке нечего делать, она спит в будке. Когда служебной собаке нечего делать, она эту будку красит.


***

Аспирант, единственный из присутствующих не служивший в армию по плоскостопию, сказал мечтательно-восторженно, мол какой интересный юмор в армии, а вот помогает ли он в бою? На что Митрич сказал, что это вопрос скорее психологии, нежели юмора и рассказал одну историю...

В одной далекой экзотической стране началась было революция, но прислужники империализма с помощью своих хозяев, утопили революцию в крови. На самом деле, как только революционеры захватили здание парламента, начались внутренние разборки, на чем революция и погорела. Все революционеры конечно равны, но некоторые считали себя ровнее других.

Митричу с командой поручили спасти одного из вождей революции от карателей и эвакуировать морем. Была задействована проверенная схема "подземной железной дороги"*, конечной станцией которой была подводная лодка в нейтральных водах, но как известно, любой план действует, только до начала его выполнения... До рыбацкого порта добрались почти без приключений. Пришлось грохнуть всего три жандармских патруля (один за то, что слишком докопался, а еще два, дабы обозначить ложный вектор бегства). Но вот в район Дальних причалов, выдвинуться не получалось ибо там убили зам начальника полиции (его зарезала обкурившаяся вместе с ним путана, но полиция в свете событий в столице, объявила это террористическим актом). И теперь Дальние причалы шерстили армия, полиция и охранка в одном флаконе. География этого участка побережья была следующая... Сам город-порт Монтана Верде, где был мощный хаб континентальной контрабанды, (где контрабандисты тусовались под видом рыбаков) который по братски курировала таможня и полиция, и естественно армию с охранкой сюда не допускали. И дальний пригород Муэлле Рижано, куда вытеснили настоящих рыбаков. Так вот в этой самой эль Муэлле их и должна была ждать посудина, для выхода в открытое море, но в виду вышеуказанного дорога туда, была для нас пока закрыта. Так что мы временно расположились в кабачке под знаковым названием "Акулий ром". Этот кабачок был общей явкой контрабандистов и одного их революционных движений, и всю группу оформили тут на работу, благо хозяин только что открыл новый распивочный зал. Беглого революционного вождя, сослали в подвал, разливать контрабандный ром по бутылкам, народ стал официантами и грузчиками, а учитывая то, что Митрич владел только Мадридским диалектом, а представитель из Центра прибывший для помощи в эвакуации объекта и вовсе не знал испанского, их определили в глухонемые вышибалы. Нет, Митрич и Барон на вышибал вполне тянули, но испанский Митрича сильно выделялся на фоне местного суржика, а выделяться было опасно. Хорошо еще с внешностью все было путем, благодаря загару, который все поимели за это время и хорошей краске для волос. Весь народ естественно немного нервничал, а от нервов как известно есть только два лекарства, коньяк малыми дозами, но в любых количествах или же здоровый смех. Выпивка была под запретом, а вот со смехом все было нормально и звездой мини-перформансов, были глухонемые охранники. Штатными переводчиками владеющими языком глухонемых хотели быть все из группы. Каждый из наших "официантов" считал своим долгом подойти к глухонемым вышибалам и пообщаться с ними на языке жестов, причем темы подбирались чисто служебные. Когда Птица на языке глухонемых показывал Барону, что в женском туалете идет драка и ее надо разнять, это было непередаваемо. Но нервы ребятам успокаивало.

А еще в кабачке имела место хромая путана Пепитта Коджита (хромоножка). Она была уже в возрасте и внешностью не блистала, но по хитрости и изворотливости была буквально самкой Талейрана. Он не лезла на глаза трезвым завсегдатаям, а дожидалась вечернего часа, когда пулика уже была совсем теплой и когда красавица Розита, дочка трактирщика, исполняла зажигательный танец, после чего удалялась. И тут, после очередных порций рома и пульки, появлялась Пепитта в костюме а ля Розита и полумаске, и естественно находила клиентов, которые находясь в состоянии "выпил больше чем мог, но меньше, чем хотел", ориентировались на костюм дамы. Но путана-ветеранка старалась не брать заказ на всю ночь, ибо когда проснувшийся утром клиент видел не совсем эстетичные и далекие от юности черты Пепиты на подушке рядом, как правило случался когнитивный диссонанс. Один нервный мачо аж выпрыгнул в окно.

Так вот Пепитте очень понравился Митрич и она его очень жалела и за немоту и за поджарость и периодически приносила ему на пост разные вкусняшки, жестами объясняя , как это вкусно и какой Митрич хороший. Надо сказать, что эти хохмы несколько скрадывали чувство тревоги. Тем более временная дельта точки рандеву в открытом море, уже тикала.

На состоявшемся мозговом штурме асе планы упирались в до сих пор продолжающуюся облаву и тут стало ясно, что нам поможет, только пресловутая коррупционная составляющая, но для оной нужны были значительные средства...

Трактирщик, несмотря на то, что он имел отношение к подполью, отнюдь не страдал революционным героизмом и был всей душой за наше скорейшее отбытие и с радостью согласился помочь с эвакуацией. В той части побережья, ввиду мощного потока контрабанды тут был мощный коррупционный спрут из контрабандистов, береговой полиции, таможни и военного флота. Сам флот состоял из древнего британского сторожевика стоявшего на ремонте и за бесконечное продолжение ремонта морякам капала кое какая денежка. Таможенники строго контролировали поток контрабанды, чтобы не упустить свой процент, береговая полиция строго держала периметр и отлавливала чужих контрабандистов. А вот армию и жандармерию, благодаря мощной столичной крыше, к данному источнику не допускали. Трактирщик сказал, что за 100000 колонов (20 000 $) таможенный катер, на котором капитанствует его знакомый, отвезет синьоров компаньерос на остров Ракушек (ему естественно ни про подлодку, ни про реальную точку рандеву ничего не сказали). А эту самую сумму он заплатит капитану сам, в обмен на одну услугу...

Услуга была конечно с душком, как и само предложение помощи (Митрич был уверен, что хозяин собирается их сдать, ибо Пепитта, кое чего подслушла и рассказала об этом товарке, не обращая внимания на глухонемого охранника). У кабатчика был недруг-конкурент, который у него перехватил партию кубинских контрабандных сигар и рома и контрагенты, у которых он уже взял аванс, требовали большую неустойку. А охранка выставила немаленькую награду за голову беглеца которого мы охраняли, и судя по всему нас и пытались выманить за пределы порта, что бы его сдать. И то что мерзавец говорил проводнику, что он должен сбежать с маршрута в определенной точке, было очень весомой уликой.

Так что мы уже все если и не знали, то уж точно просчитали, к тому моменту, когда трактирщик, бегая своими погаными глазками журчал по поводу того, что если сеньоры компаньерос восстановят плоды некоей несправедливости, то с выручки, хозяин как раз сможет заплатить таможенным катерникам. Типа нам надо было просто помочь обнести один склад. А вот точка рандеву с проводником-наводчиком от хозяина, была назначена на границе портовой зоны, за которой была уже юрисдикция сторонних альгвазилов. На последнем совещании Митрич жестко сказал, что чуйка говорит ему, что надо резко отсюда сниматься и действовать надо нагло и неожиданно, и тут нам невольно помогла Пепитта, которая случайно узнала некую инсайдерскую информацию, вельми нам полезную.

У командира катера берегового патруля был день рождения и он традиционно отмечал его вместе с командой. И вот к вечеру к месту швартовки катера, подъехал фургон доставки с логотипами известной торговой фирмы, из которого грузчики стали выносить коробки со спиртным и корзины с фруктами. Охране на воротах и вахтенному было сказано, что это подарок синьору капитану, оплаченный его друзьями, которые хотят остаться неизвестными (охране выдали по паре бутылок текилы с просьбой выпить за здоровье именинника и внутрь фургона никто к их же счастью не заглянул. Моряки радостно впустили грузчиков на катер, потом из фургона вылезли какие-то военные и с хохотом поднялись по сходням, где их встретили так же хохочущие грузчики (уже переодетые в униформу экипажа).

Когда катер пошел в сторону горизонта никто даже не почесался, ибо знали, что именинник поплыл на традиционную ночную рыбалку.

Когда экипаж очнулся утром, то толком ничего не помнил, кроме смутных воспоминаниях о самостоятельно заливавшегося в рот алкоголя. Приведя себя в порядок кофе с ромом, морячки половили рыбки и вернулись в порт.

А трактирщик так и не дождался ни своего засланного казачка, ни ушедших с ним гостей. А позднее был вынужден в два раза повысить процент своей помощи революции. Плюс охранка сняла с него энную сумму за ложный донос. Ну а что случилось с проводником знали только рыбы из залива, ну не любили мы Иванов Сусаниных работающих на поляков.

А по части юмора... когда группа Митрича была на переподготовке в одной хитрой Академии, то ребята просили у него закурить или прикурить, исключительно на языке жестов и заразили этим всю академию. Прямо как в рассказе Марка Твена - "Режьте билеты"


*"Подземная железная дорога" (англ. The Underground Railroad) - тайная система, применявшаяся в США для организации побегов и переброски негров-рабов из рабовладельческих штатов Юга на Север. В период с 1830 по 1861 годы, по этому пути удалось переправить на Север более чем 60 тысячам рабов. Ну а потом в XXI веке они отплатили своим освободителям под лозунгом BLACK LIVES MATTER. За что я презираю пиндосов, так это за то, что, когда нигеры сносили памятник генералу Ли, ни один Южный джентльмен даже бровью не повел.

## Глава 43. Осы, как орудие мести


Митричу привезли из кубинского посольства ящик рома любимой марки Фиделя Santiago de Cuba Extra Anejo 12 anos и Митрич сказал: "На хрен ребята эти игры в алкогольные шашки, а лучше ка распишем пулю, под "Дайкири".


В рецепт коктейля "Дайкири" от Митрича входили следующие ингредиенты:


90 мл светлого рома (вместо 60);

30 мл свежевыжатого сока лимона (вместо лайма);

25 мл сахарного сиропа;

1 долька лимона (вместо лайма) для украшения;


Причем, когда коктейль в таре кончался, все наливали по рюмке рома и закусывали лимоном от коктейля. Как объяснил Митрич, именно с такой пропорцией рома, его научили делать этот Дайкири в Анголе, ребята из "Черных ос" Avispas Negras tropas especiales (Кубинского спецназа, известного так же как Воинская часть No 4895). И Митрич рассказал, как познакомился с этими ребятами ...

Как то в Анголе, когда Митрич был послан с пакетом в штаб легендарного генерала Очао и там к нему бросился обниматься один кубинский офицер. Он напомнил Митричу, как энное количество лет назад группа советико инженеров привозила на Кубу метеостанции для нужд народного хозяйства и когда эти товарищи отдыхали в кафе, местные камарадос угостили их ромом из положенных маленьких стаканчиков, на что русские товарищи обиделись, сказав что угощать из такой тары, это издевательство, кубинцы им дали стаканчики по больше, советико махнули и опять скривились, мол не та тара. Им принесли здоровенные по местным понятиям стаканчики в три унции из которых в жизни никто не пил тут ром, но руссо советико хлопнули по стакашке и спокойно вышли из кафе на улицу, и все посетители поднялись и пошли за ними и когда переводчик объяснил, что местные товарищи хотят посмотреть как руссо упадут на землю от такого количества выпивки, то ребята вернулись в кафе, приняли еще по две сотки ("вернее по 85 грамм, ибо три унции, это 85,05 грамм) и удалились строевым шагом, распевая "Катюшу".

Так вот этот кубинский офицер, оказался тем самым переводчиком. Он командовал теперь группой "Черных ос" и пока Митрич ждал ответа который отложился на несколько дней ввиду отъезда генерала, майор Хосе и его офицеры, давали Митричу миникурс по ромовым коктейлям и подключили его к одному местному перфомансу. Осы повздорили с командиром одной местной племенной самообороны, их патруль попытался задержать "Осу", патрулю конечно обломилось, вождь племени нажаловался местному команданте, тот пережаловался (уже с узорами естественно) командованию и ребята получили головомойку и теперь в воздухе завис вопрос, как оставаясь в стороне отплатить стукачам... И Митрич выдал идею приведшую кубинских компаньерос в восторг...

Племя с которым ребята вошли в контры было в списке гуманитарной помощи ООН, но для ее получения требовалось соблюдение определенных правил. А мадам Астрид, помощница местного комиссара ООН была помешана на гигиене, и особенное неприятие у нее вызывало отсутствие гальюнов в поселениях и к ее приезду в главном селении племени Мукубал, был построен шикарный армейский сортир на шесть очков, с отдельными выгребными ямами на каждое, к которому естественно никого не допускали, а для пущей сохранности на каждом "очке" была деревянная крышка. А к приезду комиссии, вождь приказал это сооружение покрасить, для чего снова привлек возводивших его саперов (всего за одну корову).

Действующие по плану камарадос, за ящик сгущенки и коробку пива сговорили старшину саперов, на легкую хохму, выражавшуюся в том, чтобы в каждом выгребном коробе разместить осиное гнездо и паре баноче сахарного сиропа (паре, потому что дну саперы обязательно сопрут).

В племени Мукубал было много странных обычаев. Например у мукубальцев при существующем институте многоженства, причем жен покупали за коров, одновременно присутствовало особое почитание женщин. А местные женщины традиционно выдергивают себе нижние зубы, а передние - затачивают. А до появления первенца супруги не имели права разговаривать друг с другом в присутствии посторонних. И мукубальцы принципиально не ели рыбу, так как по легенде, рыбы некогда спасли вождя этого племени, захваченного португальцами (как они его спасли история умалчивает). А по жизни они были скотоводами с легкими элементами кочевничества, одно слово Африка.

Комиссии ООНовцев гордо предъявили блистающий вежей краской сортир, вождь лично показал гостям, какая чистота в кабинках и приказал открыть двери и снять крышки с "амбразур" и тут оттуда вырвались злые и голодные осы (саперы сперли все баночки). Так что вручение гуманитарной помощи снова отложили.

А потом Митрич предложил выпить, не чокаясь выпить за дивизионного генерала Очао, одного из барбудос с яхты "Гранма", командующего кубинским экспедиционным корпусом в Анголе и Эфиопии, расстрелянного своими. На этой грустной ноте вечер закончился.

Стальная чайка Рутианги


Ссылка: https://author.today/work/176055

## Глава 1. Бетонный бомбер.


Максим и Петр были братьями и учились они в Юридической академии, оба были вдобавок спортсменами (носили пояса Айкидо серьезных цветов) и даже играли в оркестре Народных инструментов, но было у них одно хобби. Они тестировали в интернете компьютерные игры, и это было не только интересно, но и давало некоторый материальный прибыток, что для студентов было не на последнем месте. Однажды им пришел заказ на Бета-тестирование нового авиасимулятора, под рабочим названием "Zement Flugzeug" (Бетонный Бомбер), так немцы называли наш штурмовик ИЛ-2, там был представлен ряд самолетов ВВС РККА относящихся к штурмовой авиации... Это были: Ил-2, И-153, и Су-6.

Ребята как раз незадолго до этого прочитали по рекомендации своего дедушки, писателя и военного историка, повесть "Миссионеры" и там был истребитель под названием "Рутианги" (Стальная чайка). И-153 из меню игры, летчики называли так-же "Чайкой" и ребята выбрали для прокачки именно этот самолет, особенно после того, как дед рассказал им, какой бы эффективной могла быть эта машина в бою, если бы ее тактически правильно применяли.

Первый уровень игры был "Песочницей", там набирались баллы мастерства и проходил первичный апгрейд самолетов. Первый ранг Игрока был курсант, и в "Песочнице" можно было подняться до Сержанта, а дальше все решалось в следующих локациях.

Полигон делился на пулеметные и ракетные мишени с хиленьким зенитным прикрытием, а во время стрельб, "Чаек" вяло пытались атаковать Messerschmitt Bf 109B (Bruno). В "Песочнице" возрождение было автоматическим и без потерь в очках на заработанном этапе пройденном до конца. Чтобы получить сержанта, нужно было пройти полностью десять учебных этапов, и братья не сразу, но достаточно быстро их прошли. Одинадцатый этап был добровольным и там можно было зависать сколько угодно, с небольшим, но постоянным ростом баллов для апгрейта. В учебных боях сразу же выявилось две сложности... При штурмовке бронетехники, а на полигонах это были закопанные танки или колонны легких броневиков в движении, не хватало мощности бортового вооружения, ЭреСы конечно хорошая вещь, но их было всего восемь штук, а скорострельные ШКАСы, конечно выдавали поток пуль, но калибр был слабоват. А в воздушных боях с Мессерами, явно не хватало скороподъемности из за слабого двигателя и выручала только высокая маневренность на горизонталях. Надо было апгрейдить машины и дорастать до уровня лейтенантов, тогда ребятам добавят четырех ботов и сложные задания можно будет решать гораздо эффективнее.

В Игре присутствовал некий Консультант, он был одет в форму комсостава РККА, летную кожаную куртку с шевроном ВВС РККА и фуражку с васильковым верхом. На красных петлица было по два ромба. Он представился как - "Товарищ Старший Летнаб" и предложил обращаться по любым вопросам и сразу же на экране загорелась в меню кнопка с надписью "Летнаб". Он и намекнул братьям, что на Полигоне можно и задержаться не без пользы.

Ребята были сообразительные и посему став сержантами не ринулись сразу на бои для высоких уровней. Они сначала отработали на полигоне стрельбу ЭрЭсами, не только по наземным, но и по воздушным целям, затем отшлифовали работу в паре, а получив вместе с сержантскими кубарями новые возможности, поменяли штатные движки на М-63 и заменили четыре 7,62 мм ШКАС на два 12,7 мм ШВАК и пару шВАКовских же двадцатимиллиметровок и поставили закрытые фонари. И теперь их ждал следующий уровень, пылающее небо Испанской гражданской войны над Герникой

## Глава 2. Спасти Гернику


Когда Максим включил компьютер и вошел в игру, на него как будто подуло теплым ветром и он внезапно оказался на поле залитом солнцем, на нем была форма Советского летчика тридцатых годов, рядом с ним стояли такие же ребята в такой же форме, сзади строя стоял ряд ястребков Моска (для своих), Рата для врагов), а по Уставу - И-16, а чуть в стороне его с Петей "Чайки".

Перед строем прохаживался командир в испанском мундире и посматривал на часы. Чуть в стороне стоял со скучающим видом Старший летнаб.Оказывается все ждали Петю, они с Максимом были в разных группах Айкидо и Петр сегодня вернулся домой попозже. Подойдя к брату, он рассказал, что придя домой увидел Макса уткнувшегося в компьютер и он мол попросил Петю побыстрее войти в игру, и вот он здесь.

Внезапно прямо в воздухе перед ними загорелись зеленые буквы которые судя по всему видели только братья, надписи сообщали, что ребята находятся в состоянии полного погружения в игру, и тут только клоны их сознания, но ни какой опасности это не несет, и при любой экстремальной ситуации, ребята окажутся дома, причем отсутствия их никто не заметит.

А тем временем командир начал речь... Товарищи пилоты, наша разведка сообщила, что фашисты решили уничтожить Гернику, полетят они всем кублом, и немцы, и итальянцы, и франкисты. Наша задача спасти город и вогнать фашистских стервятников в землю, карты получить в штабе, вылет по красной ракете, командирам звеньев и братьям Глебовским остаться. Братьями Глебовскими оказались Максим и Петр, так решила Игра, и что интересно... у братьев был пра-пра-дед Владимир Львович Глебовский, генерал Русской Добровольческой армии.

Два командира и братья, вытянулись перед своим начальником, а он скомандовав вольно продолжил: "Ребята, сначала у фашистов будет разведка боем, так пара "Савой" и один "Дорнье", но потом пойдет целый полк Юнкерсов под прикрытием Мессеров и приказ будет такой. Первое звено связывает боем истребители, "Чайки" наносят удар секретным оружием, а второе звено прикрывает "Чайки", но и первое и второе звено действуют еще и по обстоятельствам, город надо спасти, так что цель номер один Юнкерсы, но первые залпы делают "Чайки".

Три Штаффеля "Тетушек Ю", должны сбросили на мирный город двадцать тонн бомб, перед ними уже порезвились "Савойи" Муссолини и парочка своих "Дорнье" и третья волна должна быть внезапной. Генерал Рихтгофен приказал, первым делом уничтожить оружейную фабрику "Астра", на которой эти унтерменши осмелились делать копии германских Маузеров С 96. Сверху, бомбардировщики прикрывали верные "Бруно" и авиации у республиканцев тут вроде не было, как и зениток, так что полет ожидался полигонным. И когда на Мессершмидты, ринулись сверху проклятые "Раты", пилоты Юнкерсов не сразу заметили два биплана появившихся перед ними. Ребята веером запустили ЭреСы, схема залпа была отработана на полигоне и первый штаффель просто снесло, уцелевшие самолеты бросились в рассыпную, а "Чайки" уже неслись на вторую группу ведя огонь из пушек и пулеметов, огонь которых оказался слишком злым для Тетушек "Ю", тут подоспело второе звено "Чатос", и строй бомбардировщиков посыпался, горящими самолетами и сбрасываемыми куда попало бомбами. Третья эскадрилья даже не попыталась продолжить прежний курс и по-быстрому развернулась. Так что в этой реальности Пикассо свою картину не написал.

Макс и Петр прошли этот уровень еще несколько раз, нарабатывая баллы опыта и модернизации, не забывая на этот раз и Мессеры. Они увеличили мощность двигателя в два раза, улучшили аэродинамику и усилили обшивку, заменив перкаль и фанеру на армированный дюраль, добавили кислородные приборы, ибо потолок самолета резко увеличился. Как лейтенанты, они получили по два бота, но переформировали свои звенья в три "двойки", как объяснил им дед, пара, намного эффективнее бою, чем "тройка", тем более скорость самолета была теперь выше чем у любого Мессера. А на бортах их самолетов, появились ряды красных звездочек, говорящих о первых победах.

## Глава 3. И летели наземь самураи


Максим и Петр понимали что с этой игрой что-то не так, уж больно яркими были погружения в нее и как то не совсем нормальной была разница во времени проведенном в игре и в реальности (проведя в игре час, они возвращались в реальность буквально через минуту), а уж после того, как ребята поняли, что вход в игру возможен даже без интернета, ощущение тайны стало зашкаливать, но у братьев не было даже мысли о том, чтобы дать задний ход ибо игра с каждым уровнем, становилась все интереснее и интереснее. Вот и сегодня, товарищ Старший Летнаб встретил их в штабе с новым заданием. Ус и Кот, если вы хотите расти дальше, то вот для вас секретный пакет, распишитесь в получении и в неразглашении (позывные ребятам присвоил лично Летнаб, Максим отращивал усы, а Петя как то весьма к месту сказал на построении Мяу, пробегавшему мимо коту, который ему радостно ответил, так и пошло Ус и Кот).

Задание было следующим... На штаб нового командующего генерала Жукова, японцы готовили авианалет, в этот жаркий летний день, они предприняли на нескольких участках авиарейды, отвлекая Советскую истребительную авиацию.

Бомбить нашего комкора летят новейшие японские бомберы Mitsubishi Ki-21 ТБ-97 "Салли" потолок у них 10 километров, а скорость под скорость 480 км\час, а вот у наших Ишачков те же показатели, соответственно 9300 и 460. Наши "Чайки" после апгрейда имели потолок в твердую пятнашку, а скорость с новым движком, зашкаливала за пятьсот километров в час. Так что во всей РККА было только шесть самолетов способные бороться с этими порождениями самурайского гения, Стальные Чайки Рутианги, отважных братьев (и их верные боты).

Сё са (майор) Императорских ВВС, начальник отдела истребительной авиации Императорского Генштаба, Изасуми Акаджи, лично вел эскадрилью в эту битву. У гайджинов появился новый командующий и Кемпейтай сообщила, что в штабе, на его представление, соберется вся верхушка красных и если ее накрыть гневом Аматерасу с небес, то русские войска потеряют управление и тогда доблестные самураи погонят их назад, до самого Байкала.

Первым самурайскую эскадру заметил Петя - "Сто первый, я сто второй, вижу поднос с роллами на четырнадцать часов, васаби не наблюдаю".

-"Вас понял" - ответил Максим - "Без васаби конечно не вкусно, но зато не обожжёмся.Тройка, Четверка, Пятерка и Шестерка в атаку. Залп ракетами с пятисот метров, ствольный огонь по готовности" - и началась свистопляска...

Майор Акаджи гордился своей интуицией и сейчас она его не подвела, он заметил самолеты русских, еще до пуска первых ракет, а потом начался ад.

Три "Салли" были сбиты ракетами ботов, еще два столкнулись, еще один попал под очередь двадцатимиллиметровых снарядов, а потом подоспели Петя с Максом и внесли в бой свою лепту.

Четыре бомбардировщика они снесли ракетами, а остальные расстреляли как в тире, периодически уходя на высоту, но трех ботов они потеряли, два сбили японские борт-стрелки, а третий увлекшись лихими виражами, умудрился подставиться под таран. За это Макс потом выговорил Пете, давшего этому боту излишнюю индивидуальность. Но в целом ребята были довольны, баллов опыта и ничтяков добавилось. Петя вовремя увидел спускавшийся на парашюте ящик с надписью "Сюрпрайз", лихо полоснул по нему короткой очередью и ребята получили на свои машины, двойные баки для горючего, плюс по 10% к емкостям патронных барабанов.

И тут же на их экранах прорисовались и замигали петлицы с тремя кубарями. - "Поздравляю товарищ старший лейтенант" - сказал Максим, "Мяу" - ответил Петя, хихикнув.

## Глава 4. Охота на Мессеров


У ребят был технический день. Поднакопились баллы апгрейдов, да лишние кубари в петлицах открыли новые опции, так что появилась возможность улучшить свои любимые "Чайки", вернее "Стальные чайка Рутианги". Так теперь братья называли свои боевые машины. Боты как раз закончили покрывать самолеты Нано-пленкой, и теперь началась установка дополнительных направляющих для ЭреСов, и теперь к огневой мощи каждого самолета, добавилось по шестнадцать ракет. Плюс к этому они решили установить в кабинах бронеложементы, а то очень уж настораживали дырки от пуль в крыльях

И тут в ангаре материализовался товарищ Старший Летнаб. Откозыряв в ответ вытянувшимся лейтенантам (то что надо следовать Уставу, они уяснили достаточно четко), он прошёлся вдоль ряда самолётов, потрогал пальцем новую блестящую поверхность обшивки, одобрительно пошлёпал ладонью по новой обойме с ракетами и наконец пояснил цель своего визита.

Оказывается, появилось новое спец-задание, выполнение которого давало солидную добавку опыта и заодно, в два раза увеличивало ракетный залп, то есть стрельнуть ЭреСами, мсожно было теперь два раза подряд. А квест заключался в охоте за разными модификациями Ме-109, и надо было, как прокомментировал Петя, набрать по пять скальпов разных модификаций "Худых".

Ребята приняли задание и Летнаб сбросив им на краны список пунктов Квеста испарился, не утруждая себя выходом из ангара.

Братья обсуждали будущий Квест уже дома, и прочитав список уверились в том, что уже давно подозревали... Это была не совсем игра, они попадали в некие реальности, причем достаточно ощутимо существующие, это было ясно хотя бы по пулям застрявшим в обшивке "Чаек", после боя с японцами. Обсудив ситуацию ребята решили... Во-первых никому об этой странности Игры не говорить, во вторых продолжить играть, и в-третьих не терять бдительности.

Выбор опций списка был свободным и первым пунктом Квеста, братья выбрали "Битву за Британию", там кишели "Доры" и "Эмили" ("Бруно" и "Цезари" у ребят уже были в зачете после Полигона, правда там за десять сбитых самолетов засчитывали одни, но опыта и моторики там молодые пилоты поднабрались).

Войдя в Игру ребята очутились на незнакомом, но явно британском аэродроме: Спитфайры, Харрикейны, причем на кабине одного из самолетов, Максим с удивлением увидел чехословацкую символику, про поляков дед что то рассказывал, а вот чехи были для Макса новостью. "Чайки" были уже на стартовой позиции и братья дождавшись сигнала финишера дали газ и пошли на взлет. Сделав круг над аэродромом они услышали в наушниках вызов диспетчера, который монотонно повторял:

"Seagull one hundred and one, Seagull one hundred and too. Your course to Buckingham Palace. There are three bandits there. I repeat, there are three bandits. God save the queen".

Английский ребята знали в совершенстве и поняли, что их "Чайки" срочно нужны над Букингемским дворцом, где их ждут минимум три Мессера.

Мессеров было пять и трех из них они сбили ракетным залпом, а потом началась карусель на виражах, но с новыми движками плюс со своей прекрасной маневренностью, "Стальные чайки" вышли победителями, хотя пару раз по корпусам стеганули немецкие очереди, усиленная обшивка выдержала, но крылья обзавелись несколькими дополнительными отверстиями. Пара бипланов с красными коками, покачав крыльями сделали круг над дворцом, с балкона которого им помахала какая-то женщина. Но тут на табло вспыхнули зачетные баллы по "Дорам" и "Эмилям" и пилоты взяли курс на базу. Уже дома Петя задумчиво спросил, а это кто мол был на балконе, неужели королева, на что Макс ответил, что это скорей всего принцесса, уж больно она молоденькая, но она классная, и даже вроде работает в госпитале шофером. На этом день и закончился.

## Глава 5. Карл Маркс и королева Виктория


А братья опять тюнинговали свои самолеты. После удачного квеста с Мессершмиттами (за "Густавом" они слетали аж в 1943 год, на границу Швейцарии, где лихо расстреляли ракетами фельдегерский высотник из конторы Вальтера Шелленберга), и сейчас как раз меняли пусковые установки на более мощные, стомиллиметровые ракеты с радиовзрывателями.

Но тут опять заявился товарищ Старший Летнаб и приказал одеть парадную форму и следовать за ним. Парадная форма оделась через виртуальное меню, что было уже привычно в игре (Максим и Петя, как то признались друг другу, что в реальной жизни, виртуального экрана с менюшкой, стало уже не хватать. Но то место, где ребята оказались, озадачило и удивило их поболее любого пункта меню. Их посадили в Тб-3 Полярной авиации, причем за штурвалом был сам Михаил Водопьянов, а вторым пилотом был почему-то контр-адмирал Папанин с маузером в руке. А через буквально четверть часа, самолет приземлился на Центральном аэродроме и войдя в двери аэровокзала, ребята оказались в Георгиевском зале в Кремле, где королева, та самая которую ребята видели с воздуха на балконе Букингемского дворца в красном гвардейском мундире и умопомрачительно изящной шапочке. А рядом с ней стоял лучший друг советских летчиков, товарищ Сталин...

Оказывается их привезли на награждение. Сначала добрый дедушка, Всесоюзный староста, Калинин, вручил им ордена Карла Маркса, а потом толи королева, толи принцесса Екатерина попыталась им вручить, за героическую оборону Букингемского дворца по "Кресту Виктории", но тут воспротивился Максим.

- "Вы уж простите гражданка королева, но мы, русские летчики, никак не можем принять эту награду, изготовленную из бронзы, предательски захваченных русских пушек в Севастопооле" -

Королева поморщилась, ударила лошадь по лоснящемуся крупу хлыстиком и куда-то ускакала. А товарищ Сталин, улыбнулся в усы и сказал Калинину и другим присутствующим товарищам, что мол замечательная молодежь летает в наших Рабоче-крестьянских ВВС.

Потом, уже дома, Петя спросил у Максима, а откуда он знает про Крест Виктории, на что Макс ожидаемо ответил, что это ему как-то Дед рассказал, и Петя не поленился и написал в WhatsApp Деду вопрос по ордену Карла Маркса, и выяснил, что это оказывается немецкий орден, страны, которой еще не было в тридцатых годах и уже не было сейчас, которая называлась ГДР, что означало - Германская Демократическая Республика, на гербе которой гордо сияли молот и циркуль, окруженные кольцом ржи.

## Глава 6. Штукасы не пройдут


Ордена добавили пилотам баллов по всем позициям и ребята бросились тюнинговать свои "Чайки". Но первым делом они пересмотрели тактику воздушного боя. Два бота, стали ведомыми держащими хвост и как бы мониторами огневой поддержки, а другие два бота, составили отдельную группу с определенной свободой действия.

Самолеты укрепили дополнительным нано-молекулярным покрытием, так же на 15% увеличилась дальность полета, пушечно-пулеметные Б\К и мощность двигателя. И тут как всегда бесшумно материализовался товарищ Старший Летнаб (когда деду показали его аватару, то дока дед определил его звание, как Старший майор ГУГБ). А гость принес новое задание... Под Харьковом, в 1942 году, группировка РККА активно попадала в Барвенковский котел, и точкой бифуркации в этой трагедии, был комплекс переправ через Дон, которые летели бомбить два штаффеля "лапотников с оглоблями) Ю-87, печально знаменитых "Штука". "Чайкам" было приказано не допустить уничтожение переправы. Короче - "От винта !". На "Лапотников" ребята решили зайти со стороны солнца, дед както рассказывал, что то был любимый финт Люфтваффе.

С десятков направляющих порскнули ракеты с радио взрывателями и взорвались в гуще первого штаффеля, разметав его, как шутиха стаю ворон. Пока третья двойка и ведомые, гонялись за огрызающимися из задних турелей уцелевшими Юнкерсами, по второй группе отработали ракетами уже "Чайки" братьев, после чего тоже ринулись в атаку. Стомиллиметровые ЭреСы, были гораздо эффективнее предыдущих и враги сразу это почувствовали на своей шкуре. Юнкерсы стали отворачивать, сбрасывая бомбы куда попало, но это мало им помогало. Максим и Петр уже набили руку и каждое нажатие гашетки, роняло с неба еще одного врага. А к переправам тянулись и тянулись колонны усталых солдат и едкие машины и повозки, но солдаты находили силы радостно приветствовать самолеты с красными звездами на плоскостях. До самой темноты барражировали над Доном сменяя друг друга, "Чайки" и "Ишачки". Уже ближе к сумеркам, когда стали переправляться уцелевшие БТшки и Т-26, немцы бросили сюда все оставшиеся силы и в небе закипела мясорубка. Максима выкидывало из игры два раза, Петю три и это несмотря на усиленную обшивку и каркас. И тут ребята применили свою новую Фичу... В самолет были вмонтированы мощные динамики, через которые загремел Полет Валькирий, Рихарда нашего Вагнера. Потомки Нибелунгов были весьма впечатлены. К концу уровня, на бортах "Стальных чаек" прибавилось по семнадцать звездочек, а на панелях экранов, вспыхнули петлицы с капитанскими "шпалами".

## Глава 7. Монстр Геринга


У Макса из динамиков рвался Вагне

Черная книга Брюса


Ссылка: https://author.today/work/353689

## Глава 1. Тайна старого метро


Это был достаточно большой зал, низкие потолки увеличивали его площадь визуально. Судя по всему это был Рапирный зал где по легендам собиралось Нептуново общество. То что вдоль стен были книжные шкафы, было понятно, но вот большие экраны с пультами управления и скелеты в, кореслах перед ними, это было странно и непонятно. Но сначала о том, как это все началось...

Я достаточно редкая птица... с одной стороны, аспирант историк, внештатный сотрудник музея, то есть должен иметь определенную ботаничность, а с другой стороны ветеран горячих точек, с серьезным опытом, то есть если слегка переосмыслить фразу Пушкина про воду и пламень, то получится, гибрид поручика Ржевского и Ленского. Отойдя от военных анабазисов, я увлекся частной букинистической археологией и заодно экспертизой у серьезных коллекционеров, которые заодно скупали мои находки. Два из моих образований, литературное и историческое, дали мне нужный базис, ну а военная составляющая, позволила сохранить самостоятельность (данный бизнес был достаточно жестким и слабаки тут осыпались пылью с костяного ножа для разрезания страниц). У меня с младых лет был талант в аналитике, и посему я достаточно продуктивно работал с информацией из запасников библиотек и рассекреченных спецхранов, что приносило успех в моих изысканиях. Мои находки, позволяли мне не обращать внимание на нищенский музейный оклад жалования, но было у меня еще и отдельное хобби... поиски наследства Брюса, а точнее, его знаменитой Черной книги. Хобби это началось у меня после находки в подвале шедшего на снос дома на Преображенке некоего артефакта в виде серебряного перстня. Знакомый специалист сказал, что это наградной перстень XVIII века, но без гравировки внутри шинки это кольцо стоит максимум три веса. Я оставил перстень себе, почистил его и стал носить. И вот однажды исследуя остатки алхимической инкубулы Петровских времен, я задел перстнем за сохранившийся металлический элемент обложки и перстень стал нагреваться и сняв его я увидел засветившиеся на реверсе кольца кириллические буквицы, где было сказано, что дверь в Нептуновы чертоги, увидеть сможет лишь владелец этого перстня.

Ну сопоставить Нептуновы чертоги и Сухаревскую башню было элементарно и так я и начал эти поиски.

А еще я любил фантастику про попаданцев и состоял в фанклубе Сан Саныча Бушкова "Сварог", где и познакомился с коллегой по своей теневой профессии, Марой (на самом деле ее звали Мариной). Ее подруга была библиотекаршой в запаснике Ленинки, а мать подруги, аж библиотекарь спецхрана ВПШ, жуткая фанатка Сталина и пожалуй единственный из местных сотрудников владеющий знаниями по местному сложному каталогу и запущенного в Перестройку каталогу. Надо сказать, что эта дама вельми любила черную икру, которой ныне была лишена ввиду изменения статуса, а я имел возможность покупать данный деликатес и у нас наладился взаимовыгодный обмен пушек на масло, вернее икры, на ксерокопии редких изданий. Так мне досталась репринтная копия доклада-брошюры о раскопках времён сноса Храма Христа Спасителя. Там была в том числе докладная Сталину о подземном ходе к Сухаревой башне, причем с координатами трех входов туда. И вот мы с Марой собрались в экспедицию в поисках следов Нептунова общества.

Тут как раз велась реконструкция переходов и станции метро под Колхозной площадью, а нам нужно было попасть именно в резервный тупик, совмещённый с остатком древнего подземелья и мы внедрившись через моего приятеля в съёмочную группу которой позволили отснять там один из эпизодов, затерялись в объединённом строительно-съёмочном бардаке.

Заброшенный тупик наводил своими ржавыми рельсами и мигающими редкими целыми светильниками тоску и мысли о знаменитых крысах-монстрах Московского метрополитена имени Кагановича, но вроде обошлось. В отнорке от тоннеля мы нашли указанное на схеме место, там был участок старинной кладки в котором была неприметная для всех кроме меня монументальная дверь и именно туда нам и было надо.

Вскрыть дверь для специалиста по кладоисканию моего уровня было не проблемой но перстень стал пульсировать и дверь открылась сама. Мы вошли туда и обалдели, ибо как только дверь за нами захлопнулась, перед нами открылась уходившая в даль анфилада комнат с высокими потолками и стенами из книжных полок пестрящих корешками тысяч книг.

Мы шли по этому книжному великолепию и перед глазами мелькали знакомые названия и фамилии, а в некоторых креслах стоящих шпалерами сидели натуральные скелеты с книгами в руках, а потом мы вошли в большой зал.

Я почему-то сразу понял что это Рапирный зал, тот самый, где царь Петр и Брюс собирались со своими соратниками по Нептунову обществу. Но этот зал больше напоминал ЦУП, нежели аппартаменты древних веков. Тут были экраны, пульты управления, современные компьютерные кресла, в части из которых сидели скелеты, а вот в одном из них пребывал интересный типаж похожий на сказочного гнома, того самого который в старом мультике говорил - "Крибле, крабое, бумс".

Мой перстень снова начал греться, и гном встал с кресла и щёлкнул пальцами и все скелеты в зале развеялись, а он поклонился нам и величаво возвестил, что Библиотекарь приветствует новых игроков. И вот что он нам поведал...

В бывших чертогах Брюса, был подземный объект пришельцев. У них на планете не было бумажной литературы, а был только театр. Их ученые исследуя Землю открыли для себя литературу и создали на базе земной литературы большой виртуальный мир.

Параллельно исследования родилась игра в литературные реальности, причем при каждом изменении книжного сюжета, как бы образовывался параллельный виртуальный мир.

Есть тут и свободные миры где можно открывать книжные лакуны и входить в них

В одну книгу для воздействия на сюжет можно было входить только один раз, а просто "прогуляться" сколько угодно.

В детские книги вход только для, наблюдения без возможности материального контакта с физическими и биологическими объектами. Так же блокировалось воздействие на книги, где сюжеты слишком неоднократно менялись разными игроками.

На виртуальной игровой карте книги, выделены области где происходит сюжет с героями. И можно переходить из главы в главу, причем за один вход в книгу, входы в главу не регламентируются.

Были еще отдельные лакуны, типа социальных отстойников, деревни и города с мирным социумом.

Для отрицательных героев сохранивших симпатии читателей , был так называемый Остров Заблудших негодяев. А еще был Остров Потерянных героев, где все время то тут, то там идет стрельба. Игроки имеют возможность переводить героев из книги в нейтральные лакуны. И вот в результате какого о катаклизма Центр управления Игровым миром попал на Землю. Мой перстень, оказался пайцзой Игрока и Библиотекарь пригласил нас вступить в Игру. (Мара, как спутница Игрока, так же имела право на Игру). Ну и в качестве изюминки на торте выяснилось, что Библиотекарь выдает посетителям Книжных миров аватары для каждого выхода и когда он открыл на главном экране галерею костюмов, Мара так взвизгнула, что... короче, мы с Марой стали Игроками...

## Глава 2. Три мушкетера


Три мушкетера

Первой книгой которую я включил для просмотра ее Мира, оказались "Три мушкетера". Я тут же зачитал эпиграмму из книги "Апокрифы от книгочея"...

"Анжуйское вино, рапиры и мушкеты

Фланируют по улицам бретеры

Гвардейцам кардинала не уступят

В отважном поединке мушкетёры

Но тайны есть , что душу растревожат

Является порой скелет из шкафа

Повешенная дева пред глазами

И в памяти порой черно у графа

Судьба в своих извивах бесконечна

Срывает гайки дворянина гордость

Он оскорблен рисунком на плече

И благородство переходит в подлость"

Маре очень понравилась эта эпиграмма и особенно определения поступка Атоса, как подлость.

"Блин! Убить любимую из за тату, это козлизм. А сам этот блааородный граф, когда помогал британской разведке против родины, в гвардии которой служил, это что, не нарушение присяги... Предлагаю короче навестить господ мушкетеров в окрестностях Армантьера, а конкретно на берегу Лиса и спасти Миледи. Я думаю Остров заблудших негодяев, ей подойдет. Она конечно немало нагрешила, но не на столько, что бы четыре алкаша с отрицательными моральными нормами, отрубили бы ей голову. Библиотекарь пробежался виртуальными пальцами по своей виртуальной клавиатуре и приглашающе махнул рукой в сторону двух кресел перед отдельным большим экраном, сказав, что это наше рабочее место в Рапирном зале. Мы вольны выбирать в поисковике любую книгу, входить в мир этой книги можно будет только по регламенту, аватары будут нам подбираться автоматически, ну а виртуальных спутников для Миров куда есть полный доступ, мы сможем выбирать из базы данных. И мы не должны забывать, что для каждой книги есть свой лимит пребывания, от двадцати часов, до недели. Счетчик будет виден на виртуальном экране. Эвакуация по истечении лимита времени будет автоматической.

Я набрал на клавиатуре нужные слова и на экране появилась шикарная инкубула с известной картинкой Лелуара. Побродив по знакомым главам и понаблюдав за сценой с подвесками и боями под Лярошелью, мы открыли главу номер 36 "Казнь" и одели шлемы виртуальной связи. В голове немного зашумело и мы оказались на берегу Лиса. Мы с Мамой были в алых плащах со знаками инквизиции, на которых помимо сакральных эмблем мастеров дознания Торквемады, были знаки различия Старших майоров Государственной безопасности времён Лаврентия Палыча (шутник однако наш Библиотекарь). Нас со стороны реки полумесяцем окружала свита в сутантах с капюшонами и мушкетами наизготовку в руках. Когда группа мосте и джентльменов конвоирующая даму подошла к нам поближе, я щёлкнул пальцами десницы и над нами зажегся багряный фальшфейер, осветивший все вокруг. Я поднял руку и громогласно возгласил: " Именем святой инквизиции остановитесь. Мы забираем эту женщину и дал знак статистам, которые в сопровождении Мары, подошли к Миледи и взяв ее под руки подвели ко мне.

Спокойствие сохранили только Лильский палач и Атос. Остальные мушкетеры обнажили шпаги, а лорд Винтер выхватил пистолет, но увидев сразу три мушкетных ствола направленных себе в грудь заскрежетав зубами отступил.

"Шпаги в ножны господа" рявкнул я, а мои стражники повелительно повели стволами мушкетов. Арамис было заикнулся о том что на мушкетах не горят фитиля, но один из стражников, демонстративно щелкнув кремневым замком выпалил в воздух. А Миледи внезапно остановилась и сказала лорду Винтеру: "Мой бедный брат, по поводу смерти моего мужа поинтересуйся у его дворецкого Джеймса и дочки Дворецкого Мери, которая накануне той трагической ночи, подавала моему мужу подогретое вино. Меня кстати в этот день не было дома. А потом повернувшись к д' Артаньяну сказала как то очень по доброму: "А вы юноша не расстраивайтесь. Констанция так и так была обречена, и отравили по приказу королевы, а я просто не успела ее спасти, кардиналу она была нужна именно живой, как свидетель. А вас ждет большое будущее, главное будьте верны, присяге".

А Мара добавила: "И вы шевалье обязательно станете капитаном мушкетеров и маршалом Франции, если не будете забывать о чести и присяге". А Миледи с презрением посмотрела на Атоса, но ничего ему не сказала и подойдя к намспокойно произнесла, что готова следовать за нами. Но тут Портос воскликнул:

"Но ведь вы хотели нас отравить, тогда в трактире".

На что Миледи улыбнувшись улыбкой от которой могло бросить дрожь сказала: "Если бы я хотела вас отравить, вас бы, не было уже в живых".

Мы ушли с ней в нейтральную зону, лакуну застывшего времени, куда посетители книжных миров, могли исчезать в любой момент, очень полезный девайс.

Мы рассказали Миледи про Остров заблудших негодяев и предложили ей два варианта продолжения карьеры...

Первый, это мы ее просто отпускаем но ее дальнейшая, судьба будет темна и непонятна. Ну а второй комфортная жизнь на острове, куда она может взять с собой двоих человек на выбор. Миледи не задумываясь выбрала остров, а в качестве спутников выбрала своего сына Мордаунта и Кети. Когда я спросил почему именно Кети, и не для, мести ли, Миледи в ответ рассмеялась пробирающем до печенок бархатистым смехом и сказала:

"Экселенция, какая месть, Кети моя преданная конфидентка, и я внедрила ее в эту компанию пьяниц и бретеров, для ее внедрения в окружение герцогини де Шеврез".

После чего пробежавшись по нужным главам и забрав Кети и Мордаунта мы перенеслись на остров. Его комендант был в отличии от Библиотекаря, был в более строгом исполнении, это был именно Комендант. Но тем не менее, он очень тепло встретил графиню де Винтер и ее спутников и предоставил им уютный особнячок с пансионом. На чем мы и распрощались с героями старины Дюма.

## Глава 3. Цусима


Мара под впечатлением от наших приключений внезапно вспомнила про своего прадеда погибшего при Цусиме и пожелала поменять консенсус битвы. Я был прав не против, хотя по моему мнению, по совокупности улик, за эту трагедию, надо окружить пулеметами и поджечь Адмиралтейство, дабы "из под шпица" никто не вырвался, предварительно повесив на ближайшем фонаре

"Семь пудов августейшего мяса" (так во флоте его называлиВеликого князя Алексея Александровича, генерал-адмирала Русского флота. А потом накрыть напалмом Британский парламент и Букингемский дворец. Но Марина идея переиграть Цусиму, тоже была неплоха.

" Флот обреченный в бездну однозначно

Тут не спасут пустые разговоры

Их предали и продали заочно

Под шпицем сплошь, изменники и воры

Пошли ко дну гиганты броненосцы

Лишь бескозырки на воде остались

Погибли героически матросы

Погибли все, которые не сдались"

Когда мы спросили Библиотекаря о технической поддержке нового рейда, он открыл галерею военно-морской техники из раздела фантастики и тут нам глянулся Имперский крейсерДлинной руки из какой то фантастической саги это был гибрид субмарины и надводного корабля на подводных крыльях и что интересно на нем был флаг САСШ, но вот звездочек на нем было сорок одна, но нам было по барабану. Вооружен этот корабль был универсальными ракето-торпедами, с компьютерным наведением и у него была энергетическая броня. Ну а наши аватары были на этот раз обряжены пиратами типа капитана Моргана.

А тут у меня возникла идея и я обратился с этим к библиотекарю, и он выслушав меня, начал ржать и сказал, что это можно провести, еме пропаганду и правила Игры это не нарушит...

Утром 14 мая 1905 года, адмирал Рождественский вышел на капитанский мостик своего флагмана, эскадренного броненосца "Князь Суворов" до общей побудки и жестом руки отослав вахтенного офицера, невидящим взглядом смотрел на свою эскадру. Его буквально давили мрачные предчувствия. Обобщив свежие данные разведки доставленные с почтового парохода, с тем что он знал про свою эскадру, он четко понял, что грядет катастрофа. Но назад поворачивать было нельзя, это было смерти подобно, впрочем впереди все было зеркально. Облегченные снаряды против шимозы, это был заранее проигрышный вариант. Об этом кричал на банкете пьяненький полковник по Адмиралтейству, которого из уважения к возрасту перед увольнением пригласили на проводы эскадры. И сейчас адмирал пронзительно и до боли в жто поверил.

Вдруг на мостике стало заметно светлее и Рождественский с ужасом увидел распахнувшееся прямо перед собой окно, за которым стоял сам Петр Великий окруженный свитой. Император бешенно выпятив глаза и ощетинив усы стал кричать на адмирала: "Ты что творишь щучий сын, я флот создавал, а ты корабли на погибель ведешь. Слушай меня внимательно и не смей поступать иначе. Сейчас немедленно посылай все крейсера к Цусиме, там сейчас идет бой, вспомогательной Добровольной эскадры с адмиралом Того. И броненосцы гоои туда же, будешь добивать японцев, сейчас их лишают хода и главного калибра. И попробуй только помедлить, не то я об твои бока всю свою дубинку обломаю.

Адмирал Того Хэйхатиро был собран и спокоен в предвкушении битвы. Он верил, что вверенный ему Императорский флот, сокрушет северных гейдзинов. Его броненосцы несокрушимы, а когда уцелевшие русские побегут, то их догонят "собачки". Вахтенный офицер прервал ход мыслей адмирала, доложив, что с севера появился неизвестный корабль идущий на огромной скорости. Адмирал взял бинокль и направил на румб указанный офицером. То что он увидел его несколько ошеломило... по океану мчалось едва касаясь воды черное судно неизвестной конструкции под флагом... САСШ. И вдруг на его надстройках что то сверкнуло и в сторону японской эскадры, поочередными стайками понеслись со страшной скоростью огненные стрелы, которые в паре кабельтов от эскадры нырнули в волны и через мгновение три эсминца боевого охранения исчезли столбах дыма и пламени. Адмирал похолодел сердцем, поняв, что сейчас случится самое страшное, и видимо сами морские демоны восстали против империи, и словно подтверждая его мысли, стали взрываться башни главного калибра броненосцев, а потом у Микассы как бритвой отрезало конец кормы с винтами.

Этот корабль был чудом. Наведение ракето-торпед осуществлялось через виртуальную панель с точностью до круга с радиусом тридцать сантиметров. Крейсера мы сразу пометили на уничтожение, и поставили стрельбу по ним на автомат, а вот броненосцы решили подарить русским морякам. На ракето-торпедах можно было регулировать мощность зарядов, так что башни главного калибра и винтовые группы японских броненосцев, были выбиты со всей скурпулезностью.

Мы дождались русских крейсеров, которые радостно расстреляли ринувшиеся на них японские эсминцы, поприветствовали их салютом наций и ушли в дымовую завесу из которой вернулись в Рапирный зал, где с удовольствием наблюдали за тем, как русские броненосцы наводили свои орудия на чадящие и кренящиеся на корму Микасу, Сикисиму, Фудзи и Асахи. Вот такая у нас была Цусима

## Глава 4. Парень из преисподней


Опять идет под Тарой бой, бригады сходятся в атаках,

Бронепехота прёт вперед, в комбинезонах полосатых.

Мальчишки против бронеходов, тверды Алайские солдаты:

С шевронов скалит зубы зверь, - тут Дикие Коты, ребята.

И вспоминается былое: ночь, добровольцы, шаг вперед,

Весь строй качнулся и синхронно раздался грохот сапогов.

На горизонте, вдалеке, сверкают выстрелов зарницы,

И ярко золотом блестит танк в черной бархатной петлице.

Зачетная книга, особенно для, курсантов военных училищ. Мною всегда ощущалось, что Гаг гораздо более цельная личность, чем Земные прогрессоры. И вообще эти поиски заблудших Буддахов очень правильно обозначили АБС, как утоление жажды справедливости, за счёт окружающих. Руматы, мало что всегда проигрывают, но и окружающие их люди сыпятся кровавой окалиной с их блаародных клинков. Ярчарший пример того у самих же Стругацких в "Попытке к бегству" ... помните, как главные герои освободили каторжников, а каторжники кинулись на освободителей, ибо они шли на волю отбыв срок, а тут спасители блин. А потом главный герой уничтожил из скорчера, и охранников и каторжан вместе с каторгой.

И помню кстати, как мне и моим друзьям понравился сиквел Успенского "Змеиное молоко" и я решил помочь Бойцовому коту Гагу...

И никаких глобальностей. Нет, мы поступим гуманнее, просто примем в бою при Таре, сторону армии герцога Алайского и вдарим по "крысоедам".

Когда мы объяснили библиотекарю свою сверхзадачу, он жаловал нам аватары наемников-охотников которые охотились на бронированных монстров на какой то дикой планете и вооружены они был жуткими ружьями, для которых Имперские бронеходы крысоедов были как семечки. Что меня, приятно позабавило, так это то, что эмблема отряда Черные Медведи, один к одному повторяла логотип моих друзей из рок-андерграунд группы "Большой ногами".

Итак мы отправляемся под Тару на помощь Бойцовому коту Гагу...

Справа от деревни был холмик, не очень большой, но с обзором там было все нормально и вдобавок Коты герцога туда не сунуться ибо больно уж холмик на виду и если что, то по нему первому вмажут. Нам же, с системой маскировки входящей в комплект амуниции наемника, там было в самый раз, да и система активной баллистической защиты име

Новые приключения Миссис Хадсон


Ссылка: https://author.today/work/150280

## Глава 1. И снова Миссис Хадсон


Извилисты все-таки пути творчества... Посмотрев мюзикл Владимира Качесова Тарзан, решил написать рассказ про миссис Хадсон, а потом вдруг получился еще один, и еще... короче целая серия фанфиков по Геннадию Чихачеву и Конану Дойлю. И получился у меня целый Мир персонажей. Право и сам не ожидал. Сильны всё-таки театральные музы, что так действуют на писателей. Итак Миссис Хадсон возвращается...

## Глава 2. Дело о крикете


Был конец сентября, и осенние бури свирепствовали с неслыханной яростью. Целый день завывал ветер, и дождь барабанил в окна так, что даже здесь, в самом сердце огромного Лондона, жители шикарных квартир и чиновники солидных присутствий, невольно отрывались на миг от привычного течения жизни, ощущая присутствие грозных сил разбушевавшейся стихии.

На улицах, было мало прохожих, но среди редких фигур идущих по Пэл-Мэл, выделялся, идущий энергичной походкой, немного грузный джентльмен, темно-серое твидовое пальто от "HenryPoole&Co", и консервативный котелок от "Lock&CoHatters",(минимум за пять гиней), подчеркивали его элегантность. На выразительном лице, выделялись водянисто-серые светлые глаза, глядящие отрешенным до странности взглядом, как будто навсегда устремленным в себя. Это был Майкрофт Холмс, глава секретного департамента Форинофис и тайный советник Правительства Британии. В очередной раз попытавшись выправить сминаемый порывами ветра зонтик, он не теряя невозмутимости, махнул рукой кебу проезжавшему мимо и заняв место назвал кебмену адрес, который был известен пожалуй всей Британии - Бейкер стрит дом 19-35.

Миссис Хадсон вошла в гостиную, и Холмс к моему облегчению, перестал извлекать из скрипки звуки, считаемые им этюдом Вагнера. Как некогда пошутил его брат - первое громкое дело, расследованное в Лондоне не Холмсом, будет называться "Убийство скрипача". Кстати, легок на помине, миссис Хадсон доложила, что прибыл сэр Майкрофт Холмс. И добавила: - Судя по безмятежному выражению его лица, случилось нечто ужасное -

-- откуда у вас такие выводы миссис Хадсон ?-спросил Холмс

-- У вашего брата было такое же лицо, когда он приходил к вам с премьер-министром, по поводу того письма --

Ветер завывал по-прежнему и дождь так же стучал в окна, но мы с Холмсом, поглощенные рассказом Майкрофта, уже не обращали на это внимания...

В Лондоне, помимо множества закрытых клубов, есть, малоизвестный Клуб "Бриллиант". Он объединял группу офицеров-отставников, ветеранов времен подавления Сипайского восстания*. В клуб принимались только джентльмены, не только служившие некогда в Индии, но и имеющие возможность и желание, сдать в Клуб на хранение, не меньше двух дюжин крупных драгоценных камней.

Как рассказал Майкрофт, накануне восстания сипаев , руководство Ост-Индской компании озабоченное повышением боеспособности войск и в связи с поступлением в войска нового оружия, наняло группу офицеров Британской армии, официально находящихся в отпуске без содержания. Группа молодых аристократов, но отнюдь не главных наследников, а скорее ронинов, младших сыновей без надежды на наследство, решили поправить свои дела. Потом восстание, штурм Дели, смутные слухи о найденном ими в джунглях древнем храме...

В общем молодые джентльмены вернулись на Остров, весьма состоятельными людьми и горсть другая карбункулов, не были для них чем то из рук вон выходящим, они и составили костяк этого Клуба. Плюс к этому, они все входили в Анти-Мэрилебонский крикетный клуб*, ими же созданный, впику официальному крикету, у них были свои правила и играли они принципиально только по ним. Особенное бешенство, у хранителей крикетных традиций они вызвали тем, что ввели так называемый Большой питч, то есть посыл мяча на максимально дальнее расстояние.

Драгоценности хранились в главном зале Клуба, в специальных витринах. Там же, двадцать первого числа, каждого месяца (День взятия Дели), проходили заседания Бриллиантового Клуба. И после каждого заседания, в независимости от погоды и времени года, проходил крикетный матч. В том же зале, кстати, по традиции хранилась огромная коллекция крикетных мячей, как участвовавших в игре, так и запасных на будущее. На эту тему, был тоже целый ритуал.

.

Так вот, уже четыре месяца подряд, после заседания пропадает минимум один камень, а недавно один из этих камней, огромный рубин, всплыл в Амстердаме на аукционе, причем с настоящими индийскими бумагами. Пропажи пока заметил только старый служащий , с абсолютной зрительной памятью, который сам ужаснулся своему открытию и сообщил он об этом только председателю клуба. Полковник Портербердст , будучи старым знакомым Майкрофта Холмса, обратился к нему за помощью. И было неизвестно, сколько еще пропало драгоценностей, так как камни хранились россыпью в именных чашах, расставленных в застекленных нишах. Причем открыть дверцу, какого либо витрины, могли бы, только одновременно три джентльмена, из числа хозяев этой секции. В качестве ключей, служили Клубные булавки, которые находились постоянно в галстуках своих владельцев, либо в их домашних сейфах. А в свои секции с драгоценностями, джентльмены не заглядывали годами.

Во время заседаний Клуба, двери зала запирались прислугой снаружи и открывались только на ритуальный вопрос председателя Клуба, сопровождаемый ударами дверного молотка. И самое главное, джентльмены, по традиции, присутствовали на совете в кавалерийских лосинах и в шелковых сорочках, то есть в одежде, где ничего нельзя было утаить.

И переодевались они в общей раздевалке, точной копии раздевалки старшего курса Королевского военного училища в Сандхерсте.

После того, как Майкрофт закончил свой рассказ, Холмс, некоторое время сидел сохраняя молчание, опустив голову и устремив взгляд на мерцающее пламя камина. Затем он закурил трубку и откинувшись на спинку кресла, так же молча стал следить за синими кольцами табачного дыма, нагонявших друг друга под потолком.

А я в это время, стал выдвигать версии организации пропаж.

На мой взгляд, учитывая тщательный отбор клубного персонала, камни вполне могли украсть кошки или даже сороки, ведь сороки любят блестящие вещи.

- - Ватсон, а откуда к вам пришла мысль о сороках - спросил Холмс -

-- Я несколько смутился, и сказал что вспомнил о "Голубом карбункуле" и по ассоциации, с гусей перешел к сорокам. --

-- Гениально, и теперь, я думаю, Ватсон, -- сказал Холмс, -- что тут все дело в крикете.

А миссис Хадсон, принесшая поднос с чаем, добавила - Уж тогда скорее почтовые голуби --, чем заслужила одобрительный взгляд Холмса.

Весь следующий день, Холмс общался со своей бандой лондонских мальчишек. Посыльные, чистильщики обуви, газетчики, непонятные оборванцы из Ист-Энда, через эти свои глаза и уши Холмс получал буквально потоки информации.

В конце концов Холмс переоделся сотрудником газовой компании и отправился в Сохо, Клуб находился именно там. Вернувшись лишь к вечеру, Холмс переоделся и попросил миссис Хадсон отправить в стирку униформу компании "South Metropolitan".

Надо сказать, что Миссис Хадсон, в свое время, участвовала в экспедиции профессора Портера в Индии и почерпнула там, не малые знания, хотя и была экономкой. И когда она спросила Холмса: - "Мистер Холмс, вы стали посещать индийские курильни" ? -

Холмс сразу же поинтересовался, что именно миссис Хадсон имела ввиду. А когда миссис Хадсон объяснила, что от униформы в которой пришел из Сохо Холмс, пахнет индийскими наркотическими ритуальными травами, Холмс воскликнул, что мозаика наконец полностью сложилась.

На другой день он снова собрал своих мальчишек и зачем то продемонстрировал им, крикетные мячики.

А миссис Хадсон испросила отпуск на два дня и исчезла из дома.

-- Скажите, Ватсон - спросил меня Холмс, за завтраком --Как вы относитесь к крикету ? -

-- В принципе равнодушно - Несколько растеряно ответил я -

-- Отлично - Тогда завтра мы едем в Сохо, на традиционный матч "Анти-Мэрилебонского крикетного клуба" и не забудьте взять свой армейский револьвер, доктор -

Когда кеб подвез нас к крикетной площадке, публики прибыло уже достаточно много, по периметру поля кишели фигурки в пелеринах и клетчатых панамах "Королевского общества призрения сирот", оказывается у них была экскурсия на этот матч. Их было даже больше, чем мальчишек-ассистентов, в обязанности которых входило подбирать улетевшие за границу мячи и возвращать их игрокам. А на поле, уже кишели бэтсмены, раннеры, маркёры, арбитры и прочие джентльмены, необходимые для игры.

Мы с Холмсом и миссис Хадсон, увязавшейся с нами, вышли из кеба у главного входа на площадку, Майкрофт и президент Клуба, полковник Портербердст, уже ждали нас. Первым делом с изумленным восхищением, они уставились на миссис Хадсон, одетую в умопомрачительный дорожный костюм.

Не успели мы пройти десятка шагов, как к нам подбежало несколько сирот с кружками для сбора средств, в одном из них, я с изумлением узнал Уиггинса, главного из мальчишек Холмса. Он с канючившим видом протянул Холмсу кружку, но его слова отнюдь не выражали просьбу о помощи. Уиггинс сказал только одну короткую фразу: -- Он здесь --, и сразу скрылся в толпе.

Когда в одном из арбитров, я узнал инспектора

Лестрейда, то решил больше ничему не удивляться.

Полковник Портербердст, указал миссис Хадсон, мне и братьям Холмс наши места, и игра началась.

Я не сильно разбираюсь в крикете, но судя по смеху, периодически вспыхивающем в публике, каноны Мэрилебона нарушались весьма смело, по крайней мере, судей было пятеро вместо двух.

В процессе игры, мячи достаточно часто улетали с поля, и тогда за ними стремглав бросались мальчишки-ассистента, а иногда и сироты, точащие по всему периметру поля. И тут, когда один игрок, выделяющийся вызывающе яркой красной бабочкой, мощным, резким ударом послал мячик за пределы поля, прямо в заросли кустарника. Первыми за мячиком бросились несколько сирот во главе с Уиггинсом, за ними двое мальчишек-ассистентов, с ходу вступившие с лже-сиротами в драку, к дерущимся мальчишкам кинулся один из играющих джентльменов, в костюме для крикета, но почему то в красной бабочке, на лице которого бледная флегматичность, сменилась багрянцем злобы. Увидев, что улетевший мячик уже в руках у Уиггинса, игрок запустил в его сторону биту для крикета, и увидев, что промахнулся, выхватил револьвер и на вел его на мальчишку.

Я сунул руку в карман за своим армейским Энфилдом Мк II*, но тут раздались не громкие хлопки дамского револьвера. Это миссис Хадсон, выхватила из сумочки маленький Велдог* и всадила в плечо и руку негодяя все пять пуль, лихо и элегантно подула в ствол, как Северо-Американский ковбой и убрала револьвер назад в сумочку.

Потом подоспел Лестрейд и хаос на поле и вокруг него, принял воистину циклопические размеры. И сквозь шум толпы пробился только радостный фальцет инспектора Лестрейда: -- Восьмой баронет Смайт, вы арестованы за кражу и попытку убийства -

И снова завывал ветер, и так же дождь стучал в окна, и так же в гостиной уютно мерцал камин.

В креслах, вокруг столика сервированного легким ужином, расположились Майкрофт Холмс, инспектора Лестрейд, полковник Портербердст, миссис Хадсон и мы с Холмсом.

Холмс говорил, а все его внимательно слушали.

-- Дело показалось мне достаточно простым, так как мотив тут мог быть только один, катастрофическая нехватка большой суммы денег, при наличии серьезных связей. То есть персонал Клуба исключался сразу и оставались только уважаемые джентльмены. Полковник Портербердст, любезно предоставил мне список членов Клуба, и через какое то время я, с помощью нашего друга инспектора Лестрейда выяснил, что Восьмой баронет Смайт, прозванный Баттерфляй, за любовь к экзотическим галстукам, имеет в ряде игорных домов, как минимум 8000 соверенов долга. Это конечно не является прямой уликой, но как косвенная, подходит вполне. Прямой уликой могла быть только поимка с поличным и тут надо было выяснить и методы краж, и каналы переправки похищенного.

Тут мне помогла мысль доктора Ватсона о "Голубом карбункуле". Ведь вы, безусловно помните, что тогда преступник спрятал алмаз внутрь гуся, значит вполне возможно, что краденные камни выносят из Клуба в чем то, что не привлекает внимания. Почтовых голубей, на которых намекнула миссис Хадсон, в Клубе нет, а что еще есть в зале заседаний, настолько обыденное, что не привлекает внимание... --

-- Эти чертовы дубовые погребцы для виски - воскликнул Полковник Портербердст

-- Вы почти угадали полковник. Это крикетные мячи. Хранятся в том же зале, где и драгоценности, их оттуда забирают каждый месяц, так что камни могли выносить только в них.-

-- Но как же, этот мерзавец клал камни в мячи, ведь в зал, члены совета заходят и выходят все вместе, а убирается там лично Бриггс , тем более, что у дверей в это время присутствуют назначенные члены Клуба. -

-- Это элементарно полковник. Вы ведь помните, как я под видом сотрудника газовой компании проверял светильники в зале, тогда же я обратил внимание на сильный запах индийских благовоний, которые воскуривались в зале, во время финального ритуального выступления, а миссис Хадсон сказала про запах наркотических трав. Ну а вы сами, рассказывали, что были случаи, когда под заунывные речитативы, чтеца частенько все присутствующие впадали в дрему.

Так что Баттерфляй, будучи Главным чтецом Клуба, использовал это, для реализации своих планов. Он подмешал в курительницы с ароматическими травами, наркотическую смесь, сам он принял противоядие и когда почтенные джентльмены задремали, сраженные смесью красноречия и восточного дурмана, он изъял у намеченных жертв ключи-булавки и совершал кражу, потом подсыпал в курительницы смесь, нейтрализующих дурман трав и спокойно заканчивал свои мантры.

Ну а его фокусы с мальчишками-ассистентами, подбирающими мячи, разгадал наш даже юный друг Уиггинс, который, как мы все прекрасно видели, прекрасно поставил предпоследнюю точку в этой истории, захватив роковой мяч.

А теперь я хочу дать слово миссис Хадсон... --

-- Совершено верно - воскликнул инспектор Лестрейд - Простите миссис Хадсон, но откуда у вас револьвер и тем более Бельгийский -

-- Мне его много лет назад, подарил один бельгийский герцог, но к делу это не относится. Просто когда то давно, мой отец плыл на пароходе из Индии, деля каюту с молодым офицером Компании, плывшим в отпуск. Мой отец вез весьма значительную сумму в векселях на предъявителя, которую его старый друг попросил передать его компаньону. И вот, в последнюю ночь перед Лондоном, в каюте появился дурманящий дым, мой отец и его спутник никак не могли проснуться, а когда проснулись, то увидели что их ограбили. Мой отец был человек чести, он возместил семье друга все финансовые потери, но мы в результате были разорены. И я на всю жизнь запомнила, что попутчика отца, звали Батерфляй. И в нашем доме хранилась карикатура, на которой художник плывший на этом пароходе, изобразил моего отца и Смайта, прибавив им лет по тридцать. Запах курений от мистера Холмса, кража, все это напомнило мне ту историю и я взяв ту давнишнюю карикатуру, просидела два дня в кафе напротив Бриллиантового клуба, выслеживая Смайта, в чем и преуспела. И вот теперь, как любит говорить мистер Холмс, мозаика сложилась и я попросила мистера Холмса и инспектора разрешить мне принять участие в задержании негодяя и прошу инспектора Лестрейда извинить меня, за то что я умолчала про револьвер. Скотланд Ярд, может конечно завести на меня дело, но как это будет звучать в суде: Скотланд Ярд, против миссис Марты Луизы Хадсон. Почтенная дама обвиняется в спасении ребенка, от негодяя с дубиной и револьвером. Или даже в стрельбе с велосипеда по бабочкам*. Не думаю, что британские присяжные сочтут возможность признать меня виновной, ну а что в этом случае сделает с вами пресса инспектор... --

Позже, когда гости разошлись, я спросил у своего друга

-- Холмс, но зачем вам тут был нужен Лестрейд и тем более, зачем вы отдали ему все лавры ? -

--А как бы иначе, я увел в тень роль Майкрофта, пусть уж лучше члены Клуба, испытывают неприязнь к Лестрейду, нежели к моему брату. Ведь это он меня туда привел. Кстати доктор, я разбогател на сто гиней и хочу угостить вас, прекрасным седлом барашка фаршированным шампиньонами и спаржей, так что одевайтесь, берите зонтик и едем в "Рулс"*.

ПРИМЕЧАНИЯ

*Индийское восстание, оно же Восстание сипаев 1857-1859 годов, движение против британских колонизаторов, главным военным ядром которого были сипаи (туземные войска Ост-Индийской компании). Было жестоко подавлено англичанами.

*Изменение правил игры находится в ведении Мэрилебонского крикетного клуба

*Компания "South Metropolitan" - Лондонская компания, занимающаяся газовым освещением.

*... в стрельбе с велосипеда по бабочкам*. - миссис Хадсон намекает на игру слов. Её револьвер относился к классу Velo-Dog (Велдог) т.е. револьвер для самозащиты велосипедистов от собак, а баронет Смайт, носил прозвище Баттерфляй, то есть бабочка.

## Глава 3. Две чашечки чая, на фоне убийства


В кондитерской Maison Bertaux, что рядом с художественной школой Святого Мартина в Сохо, миссис Хадсон , по традиции пила свою ежегодную чашку чая "Те Гуанинь", ( В переводе с Китайского "Богиня милосердия"), чай этот доставляли на Остров не "Чайным клипером" *, а фрегатом королевского флота, ибо унция этого чая стоила 5 гиней. Она ждала свою давнюю подругу, приму Королевского театра Друри-Лейн, Элен Фолкен.

А чаем Миссис Хадсон угощали, за бесценную по мнению хозяина чайного магазина "Twinings" услугу. Тогда, как и сейчас, Холмс и Ватсон были в отъезде. А на чайной пристани, на территории склада, был убит кузен хозяина магазина, это был ничем не примечательный джентльмен, живущий на содержании родственников и постоянно попадавший в истории, из за своей страсти к биллиарду. Когда тело обнаружили, мимо склада проходил отряд Королевской морской пехоты и его командир, очень во время, приказал оцепить территорию и убийца оказался в ловушке, но пока велось следствие, склад был закрыт, а это была трагедия, так как только что поступили элитные сорта чая, которые уже ждали в самых фешенебельных Клубах Лондона. Морские пехотинцы задержали дюжину подозрительных мужчин, и инспектор Лейстред с несколькими констеблями, безуспешно пытался вычислить убийцу. Жертву убили чем то вроде шпаги, но оружия не нашли, ни на складе, ни у задержанных. Миссис Хадсон, оказалась на месте преступления случайно, Холмс ждал с кораблем из Нового Света важный пакет, и миссис Хадсон, приехала за ним в порт на кебе, и тут ей попался на встречу Лейстред, ругающийся с хозяином склада. Обрадовавшись возможности получить передышку от склоки с чаеторговцем, инспектор рассказал миссис Хадсон суть дела. Из помещения склада как раз выводили подозреваемых, часть из них кстати была с тростями, а трое с зонтами.

- Инспектор - спросила миссис Хадсон - а вы у них проверяли только трости, на предмет скрытых стилетов ? Как говорил мой дядюшка Поджер...

"Если у джентльмена в трости бренди, то это значит что он весел, а если стилет, то это значит, что он опасен, ну а если у джентльмена просто зонтик, то он бесконечно скучен и подозрителен".

- Так вы проверяли зонтики, или нет ? -

Инспектор покраснел и отдал команду констеблям, они отвели в сторону трех джентльменов с зонтиками, которые тщательно осмотрели, но скрытых стилетов не нашли. Лейстред, иронично спросил миссис Хадсон, мол где же преступник, на что она внимательно всмотревшись в подозреваемых, попросила дать ей зонтик, джентльмена в темно синем пиджаке, и обследовав оный, с победным возгласом выдернула одну из спиц, оказавшейся длинным стилетом. Убийца дернулся было, но на нем повисли констебли, морские пехотинцы и собака инспектора, решившая, что это какая то новая веселая игра. - Но как - воскликнул инспектор, на что миссис Хадсон ответила следующей фразой: " Но это же элементарно инспектор ! Вы сказали что покой