# Мираж хищного мира 1

Ольга Анатольевна Чумаченко

Эта книга мой первый опыт. У книг "мираж" имеется старое рабочее название: "Мираж - потерянная душа". Старая версия "плавает" по интернету именно под старым названием и с огромным количеством ошибок начинающего автора. Книга состоит из трёх частей - трёх дорог, изменивших жизнь. Улыбнуться тому, что клыки не задели больное сердце, что разрывая плоть, тварь не поломала кости. Значит буду жить... не зря же её имя созвучно ярости мира - Ярамира (Ярая). Да, имя с ошибкой, но она сама ошибка. Разрушена, сожжена и уничтожена вся её жизнь на Земле. Но и девушка не совсем человек. Заброшенная умирать на далёкую планету, она просто пытается выжить. Хищный мир планеты полон опасности, каждый шаг в нём боль и смерть, если у тебя нет надёжной охраны. Дикий пёс - вар, найдя ребёнка в своём логове, принимает его как своего зверёныша. Кишащие твари в болотах и огненные гейзеры в долинах, полны неприятных сюрпризов и древних тайн. Местные "аборигены" - ярые, закованы в современные доспехи: бронированную амуницию, - ведут довольно примитивный образ жизни, на первый взгляд, выживают они в сложных условиях. На деле же, ярые являются древней космической расой, космическими исследователями, собирателями знаний, информации и трофеев. Судьба помогает героине, ведёт по нехоженым тропам проверяя на доверчивость, наивность, сострадание и силу духа. Пора в путь! (книга впервые написана ещё в 2019 году, претерпела насколько правок. Последняя. 26.05.2025)

## Глава 1 "Чужие"


Темнота. Тишина. Умиротворение. И больше нет ничего. Никого. Тьма как любящая мать, нежно обнимает своё единственное дитя.

- Спи...

Само "Я" растворяется. И "Ты" являешь собой пустоту, темноту - тьму. Тьму вязкую, бездонную, безвольную.

Солнечные зайчики скользнули по поверхности, скользнули, как сваркой резанув бездонную черноту. Нет...

Тьма недовольно зашипела.

Солнечные зайчики образовали водоворот и скользнули в глубину, то погружаясь, то стремительно уносясь ввысь. Играют. Раздражают. Манят: "с нами, с нами, догоняй, быстрей...". Нет...

Звуки... Через толстый слой, вязкой темноты, пробилось журчанье. Журчит. Журчит где-то рядом. Совсем рядом?! Вода?!

Запахи... Раздражают своей приторностью и влекут. Нет...

Однотонность быстро начинает надоедать. Раздражение отступает, уступая место упрямому любопытству. Вынырнуть?! Да... туда.

Ресницы вздрогнули, вспорхнули, и яркий луч сверкнул, отразившись искрой, словно в зеркале, в золотистых глаз.

Всё будет хорошо!


Ветер всё сильнее раскачивал ящик, подвешенный на отвесной скале. Через щель в нём, затянутую морозным инеем, даже через пелену атмосферной пыли Хищной планеты, поднятую сильными порывами. Удивительно, но верно, попадал свет далёкой звезды - Солнца. Существо, заточённое в тесном пространстве, притаилось, вслушиваясь в ощущения, почти остановив своё дыхание - сердце. Наступал новый день. Оно жадно собирало остатки изморози, выцарапывая её с досок окровавленными руками и, тянув в рот, увлажняя потрескавшиеся губы.


Некоторое время назад, где-то на Земле, старенький внедорожник, не выдержав лесной дороги, сдалась: в радиаторе закипела вода.

- Там родник, - показала девочка отцу в сторону болотистой местности.

Мужчина недовольно побурчал себе под нос что-то о жизни, потом достал из багажника железное ведро и протянул его дочери со словами, чтобы он её слышал. Так что бежала она по осеннему лесу, громко напевая весёлую детскую песенку: от улыбки радостно кругом. Улыбнулся и отец, мысленно перекрестив "шуструю стрекозу", которой вот-вот исполнится одиннадцать лет - открыл паривший капот. Дочь скрылась в зарослях высокого папоротника, с лёгкостью пробежав над болотной жижей по поваленным стволам деревьев. Мужчина поднял головы, вслушиваясь...

Старше средних лет он годился девочке скорее в дедушки. Не знавшие их, чужие люди, так и говорили: "Какая хорошенькая у вас внучка, и умница, и красавица, и на вас похожа".

Конечно, похожа! Почти половину своей жизни он проработал егерем в заповеднике. Почти. А вот другая сторона его жизни была известна лишь единицам.

Девочка добежала до родника и остановилась, с наслаждением вздохнув полной грудью, впитывая терпкий аромат хвои, прелой листвы, сырости. Сияющие глаза и улыбка её принадлежали этому миру. Хотелось раскинуть руки и обнять весь мир. В лесу ей было хорошо, спокойно! Она чувствовала природу - жизнь. Обычно ничто не давило в таких безлюдных местах на голову, не причиняло боль в грудной клетке. Но почему-то не сегодня. Что-то назойливо тревожило её беспокойное сердце. Отмахнулась она от своих ощущений. От неестественной тишины вокруг.

И отец вот уже сутки какой-то угрюмый, задумчивый. Дочь заметила состояние родного человека и пыталась отвлечь его пустыми разговорами и весёлыми песнями от навалившихся переживаний. Несколько дней в их области бушевали лесные пожары, а вчера, пожары не просто добрались до их границ, на их глазах сгорела почти целая деревня, без жертв не обошлось.


Существо осмотрелось, насколько позволяла щель. Никого! Ни зверя, ни человека. Хотя и те и другие имеются в наличие. И тех и других можно с лёгкостью называть хищниками. Маленькое сердце с невероятной силой колотилось в хрупком теле.

Доски поддавались плохо, но поддавались. Щепочка за щепочкой, обломанными когтями и маленьким складным ножичком, существо стремилось выбраться из своей тесной клетки. Туда, но на свободу ли?


Резкий порыв ветра волной прошелся по макушкам деревьев. Девочка прислушалась, улыбнувшись клочку неба над головой, улыбнувшись себе, своим страхам. На мгновение, воображение обрисовало дракона, запутавшегося крыльями в макушках высоких сосен. Сухие сучья с треском летели вниз, падали в папоротник.

В воду упало несколько капель крови. Но отражение в прозрачной воде мило улыбнулось, наблюдая, как растворяется в ней алый цвет. Зажав нос, девочка машинально зачерпнула полное ведро и побежала к машине. Такие неприятности с кровью из носа у неё случались редко, но случались, так что она их не боялась. Куда хуже, когда такое происходило в музыкальной школе или на занятиях лёгкой атлетикой, в которых она занималась вот уже три года.

Вся её жизнь - строгий график между занятиями в трёх школах: средней образовательной, музыкальной и спортивной. Сначала было трудно, но привыкла, втянулась, и уже не представляла себе другой жизни.

Отец всё реже брал её с собой не только в дальние поездки, но и в простые объезды территорий, даже на выходных оставлял её одну в большом доме и уезжал, что воспринималось с сожалением и пониманием.

Возвращалась девочка с водой тем же путём, но без песни, не обращая внимания на тяжесть. Забыла! А заметив чужих людей, насторожилась, замедлила ход, рассматривая происходящее у машины.

Отец разговаривал с двумя мужчинами. И что-то было ни так во всём происходящем, в отце. Интуиция подсказывала, что это не грибники и не охотники. ДРУГИЕ! Чужие?! Повышенный тон разговора скорее почувствовала и притаилась.

Всё остальное произошло быстро - очень быстро. Тот, кто попытался взять отца за плечо упал на землю без чувств, и второму егерь не по зубам. Дочь даже не сомневалась. Отец для неё идеал! Она не раз была свидетелем, как растаскивал он поваленные в лесу деревья, расчищая дорогу, словно огромный медведь. А по утрам, когда она была совсем маленькой, он брал её себе на плечи и бегал по лесным дорогам, которые шли прямо к их дому, расположенному на краю небольшого города. А потом и она подросла, и город захватил часть любимой лесопосадки.

И всё бы ничего, отец справился, но к их машине, в вразвалочку, подходили ещё двое крепких молодых мужчин в чёрной одежде. До неё донеслись обрывки речи. "Убрать!" Как они не заметили ребёнка? Железное ведро разбилось на голове одного из подходивших. Брызги воды, вперемешку с кровью, фейерверком разлетелись от недруга...

Она сама не заметила, как так оказалась за спиной одного из тех мужчин. А уже, когда всё случилось. Испугалась. И больше ничего не могла сделать. Появление пятого человека, она пропустила. Мгновение позволило ей поймать взгляд отца. И она не сразу поняла ту боль, которая отразилась в них. Он даже не успел выкрикнуть ей - беги. Налетевший порыв ветра с болью вырвал из неё сознание и погрузил в темноту.


Отшлифованную ветрами ржавую скалу огибала почти чёрная лоза. Раскачавшись, существо дотянулось до плода на нём, похожего на подсохший финик. Сморщенный, красный. Нет! Скорее рубиновый. Плод съедобен, но вот его шкурка ядовита, если, конечно, неправильно обработать. Он так сказал, тот, кто оставил её здесь умирать. Но её было всё равно. Ей просто хотелось перебить вкус "чужой" крови во рту, хотя, почему чужой?

Сознание ей плыло, выхватывая из памяти маленькой жизни, воспоминания. Только радость (думала она) окружает её. Только забота отца. Ведь сколько помнила она себя, они жили вдвоём. Не родным отцом, она это знала. И когда была маленькой, если он и уезжал по делам, то оставлял её своим хорошим знакомым, в одной ближайшей деревне, пожилым людям, заменившим ей дедушку и бабушку. И звала она их соответственно. И старики относились к ней, как к своей родной внучке. И такое отношение устраивало всех. О том, кто её настоящие родители, папа Саша обещал рассказать. Конечно, чуть позже. Но как всегда...


Очнулась девочка, но не шевельнулась, чтобы не получить очередной удар от стоявшего рядом надзирателя. То, что рядом с ней кто-то есть, чувствовала каким-то шестым чувством. Ударов она уже не боялась, она их уже не чувствовала, не чувствовала боли. Просто, не хотелось, снова потерять сознание. Под ней находилась голая земля. Сухая! И это был не лес. Ангар? Она не могла понять, где такое может находиться? Оружия нет, палки поблизости тоже нет. Да и что она может сделать против крепких мужчин? Сжала она кулак, пытаясь зачерпнуть в горсть сухой земли, да под ней оказалась лужа собственной крови, уже застывшая сгустками. Пытаясь понять, что происходит? Попыталась сосредоточиться, собрав волю, чувства. Ангар оказался не просто большим, огромным. Смогла она осмотреться, со своего лежачего в позе эмбриона положения. Ведь где-то поблизости враги. И... папа...

В поле зрения попали восемь человек. Один действительно стоял рядом с ней, но всё его внимание было направленно на происходящее чуть дальше. Странные люди, все какие-то не такие, все в чёрных одеждах, а некоторые с копьями. Мозг вспыхнул мгновенной радостью, она узнала в толпе знакомого человека. Безликий бог! Но это, конечно кличка, которой она его наградила при знакомстве. Мгновенная радость так же быстро сменилась паникой. Это он причина случившегося! Почему-то во всём происходящем захотелось обвинить именно его. Он!

Ярость вспыхнула в ней ярким пламенем, опалив невидимые путы, сдерживающие до этого источник. Сверкавшие солнечным цветом глаза заволокла проснувшаяся тьма, выглянув через детское тело в МИР живых.

Не помня себя, девочка беспрепятственно преодолела расстояние, примерно в пол сотню метров и, прокусив острыми зубами знакомому человеку руку, выхватила у него из-за пояса тяжёлый охотничий нож. Странный нож с красивым чёрным лезвием. Но чёрный металл с резным кровавым узором приворожил чёрный обезумевший взгляд. Языки пламени на лезвии воспламенились тёплым призрачным светом и потянулись к нежной руке ребёнка. Нож излучал её, или что-то, заключённое в этом остом предмете приглядывалось к ней. Сознание полностью вернулось к девочке, и она почувствовала, словно неведомый и невиданный грозный зверь, принюхивается к ней.

"Опасность", взвыла интуиция. Девочка успела сгруппироваться прежде чем плотный порыв того же "ветра", что и в лесу, отбросил её в сторону (ветром сдуло), подкинуло её высоко над головами присутствующих.

Странно?! А ведь пока летела, страха больше не было. Совсем! Как будто и не с ней всё это происходит. Пока девочка летела, успела осмотреться. Чужих с "Безликим Богом", и вправду, оказалось восемь человек. Если считать лежавший с разбитой головой труп в чёрной одежде. Самый высокий и мощный из врагов держал её отца, приколов копьём к деревянной стене ангара. И копьё, как успела она рассмотреть, странное, чёрное, в кровавых разводах. Успела даже подумать о странности чужаков, о странности их оружия. Но сознание переключилось на нового врага. В полёте, девочка сумела изловчиться и запустить в обидчика отца добытым чёрным ножом. Хотя расстояние между ними было приличное, и бросок недостаточно сильный, но нож долетел, легонько чиркнув того по чёрной прилегающей броне.

Ей казалось, что прошла целая вечность. Мозг дал команду сгруппироваться при приземлении. Но удара об поверхность земли не случилось. Приземлилась она в руки к Безликому. Он поймал и поставил её на ноги. Убедившись, что она уверенно стоит. А какой у него был спокойный вид? Почему-то врезалась ей в память его улыбка - успокаивающая, добрая, родная. "А безликая кличка ему совсем не идёт". И кто на самом деле этот мужчина ей, подсказало давно забытое прошлое. Отец! Её биологический отец!

- Зачем? - задала она ему единственный вопрос. Только, за этим вопросом её взгляд потребовал несколько десятков ответов.

Отвечать малышке, естественно, никто не собирался. Ни сегодня, ни завтра, никогда. Сама должна понять. Ведь интуиция говорила, что рядом с родным отцом ей ничего не угрожает.

Безликий радовался, ликовал. Его дочь - блуждающая, скользящая тень, как и он. Невероятно?! И удивительно, как он этого не заметил раньше, когда она была маленькой. Звериные чувства должны же были почувствовать соперника?! И глаза... их надо было ещё найти на заплывшем от ссадин лице.

Безликий, заботливо убрав с лица ребёнка, прилипшие кровавые пряди волос, погладил свою кровиночку по пострадавшей голове. Осматривая лицо: разодранная кровавая полоса тянулась по лбу к виску. Скальп немного содран. Один глаз заплыл полностью, во втором, блуждала тьма. Щёку раздуло от гематомы.

Внутри у мужчины всё кипело. Он дал пустяковое задание. Всего лишь сходить за маленькой девочкой. Первая группа должна была забрать и увести малышку. Вторая - убрать егеря, за заслуги, так и быть, быстро. А тут, мало того, что ребёнок всё увидел, ещё и урон нанесли, и так глупо потеряли одного. Кто-то должен понести наказание.

Безликий - высокий худощавый мужчина со строгими немного угловатыми чертами лица - хищными. И глубоко посаженными ледяными глазами, достал из-за пояса ещё один небольшой нож и провёл остриём по вспухшему лицу дочери, выпуская уже начавшую запекаться кровь. Настырная и упрямая девочка даже не вздрогнула. Что как положительным качеством отметилось у мужчины. А в глазах девочки ещё вчера он наблюдал мерцающий весёлый огонь. Словно, звёзды резвились в самой её душе. Тогда они были светлее, или светло-карие с золотым отливом, или тигриные с крапинками рыжего огня. Теперь же они, то, что он видел, больше напоминало чёрную тучу под длинными, застывшими бархатными ресницами. А внешностью она напоминала ему, давно погибшую её маму - красивой была девушка.

Девочка дёрнулась в его руках, вырвалась и бросилась к приёмному отцу, выкрикнув: папа. Бросилась она, почувствовав, что единственный, действительно родной человек в этом мире, покидает его, покидает её.

Да?! Безликий не ошибся, его дочь так же видит тонкую материю миров. На мгновение, ему показалось, что у него сжалось сердце. Давно его так не злили, а может это не злость?

Великан! Присутствующие мужчины были как на подбор, все около двух метров, а то и выше. Но тот, что держал приколотым её отца, был ещё на целую голову выше самого высокого из компании черных. Бронированный тип вырвал своё копьё из хрипящего тела и, больше не смотря на свою жертву, пошёл за хозяином, который направился на выход, раздавая указания. А по пути он поймал на мгновенье взгляд той самой выглядывающей из детских глаз Тьмы. Взгляд, горящий звериной злобой, горящий ярким пламенем и голодом. И она, "поймала" его взгляд. Запомнила! А судьба запечатлела их души, связала.

- Папа... - дотронулся ребёнок до мёртвого тела и притих.

Пошатнулся мир под ногами и, крошась на мелкие кусочки, начал рассыпаться, исчезать в пустоте - во ТЬМЕ. Её взгляд провалился в темноту.

- В ящик её, и посылкой домой, - дал последнее распоряжение Безликий.

## Глава 2 "Зверёныш"


Надвигалась ночь. Существо проводило взглядом солнце - белый диск целый день просматривался через пелену пыли, подымаемую ветрами под самое небо. Чёрная пасть далёких гор поглотила последний его луч. После чего стемнело так быстро, так стремительно, но непроглядная тьма оказалась осязаема: леденящими кровь криками, сверкающими в темноте глазами...

Только не стихающий ветер гудел, шумел, переворачивал мелкие камни, волоча их по земле, и с силой бросал деревянный ящик о скалу. Мир требовал разбить "клетку" и выпустить на свободу его дитя.

Существо чувствовало, что за ней наблюдают. Она чувствовала движение в темноте. Чувствовала, как внюхиваются разного рода зверьё в манящий запах её крови. Понимала - надо торопиться...

Доска поддалась, отогнулась, позволив разогнуть затёкшие ноги. Но щель всё равно оказалась мала, чтобы выбраться целиком.


Девочку грубо бросили в маленький ящик, где она поместилась, поджав ноги. Тот, кто заколачивал крышку, пытался забить гвозди ей в голову...

Злится, понимала она, "чужого", всё глубже погружаясь в расплывающуюся вязкую тьму. Это он ударил её ногой в лесу, намеренно бил в голову, втаптывая в сырую землю. Гематома, что разрезал Безликий, тоже его рук дело. Она знала его раньше. Вспомнила, кто он - БРАТ. Пусть только по отцу, но её брат.

Казалось, она была далеко от всего, что происходит снаружи её тесного мира. Только понимание того, что произошло в тот злополучный день, когда её нашли кровные родственники, пришло гораздо позже.

Гораздо позже узнала она, как поступает "Безликий охотник" - её родной отец, со своими детьми, не справившимися с его поручениями, а значит, не достойными его милости...

Погружённая в себя она не видела, как тут же в ангаре были казнены и закопаны ещё три её брата.


Сквозь гул ветра послышался визг, писк и звуки близкой борьбы, что заставило её насторожиться и вжаться в единственное укрытие, в свой ящик. Тишина наступила так же мгновенно. Прямо под ней, сквозь подвывающий ветер, послышалась тяжёлая поступь и приглушённое частое дыхание.

Эта ночь показалась долгой. Тихо-тихо сидела она, крепко сжимая в руках выломанную доску с гвоздём. Слушая близкий хрип раненного зверя, залёгшего где-то под скалой, который, если захочет, проголодавшись, без труда выцарапает её из темницы.

К утру опять начало холодать, температура опускалась резко. Значит, поняла она из собственного наблюдения, скоро рассвет. Выдохнула затворница пары тёплого дыхания и, слегка оттолкнувшись доской от скалы, осмотрелась.


Девочка попала домой, как и сказал Безликий бог. Вернее, попала совершенно в другое место, но всё-таки ДОМОЙ. Девочка слышала грохот разгружающих и сгружающих предметов, ящиков, скрежет железа. Слышала, как брат, узнав, что кто-то летит к хищникам, вызвался, а скорее напросился полететь с ними, сказав, что у него посылка для них, мол, сам отец приказал ему её отправить.

Охотники? Хищники? Не по назначению использовались эти названия, но кто они?

Всю дорогу брат рассказывал, что ждёт её, нет-нет нанося по ящику удар за ударом. Он рассказывал, предвкушая её близкую смерть, рассказывал, надеясь, что она всё же увидит солнце своего хищного мира - Хищной планеты, откуда родом её родительница.

И спасибо, дорога оказалась не такой долгой, чтобы от истощения и жажды умереть в заточении. Может, четыре, может шесть дней. Она потерялась во времени. Жуткие перегрузки, рёв и гул двигателей оглушал, а брат день за днём приходил и постукивал ногой по ящику, спрашивая, не подохла ли "любимая" сестрёнка, да рассказывал, что ждёт её. Может, он врал ей, но в последствие, она выживала, опираясь на его рассказы, смутно припоминая всё сказанное им.

- Отец тебе больше не поможет! - злобно шептал брат. (Девочка чувствовала, как на его лице появлялась жестокая усмешка). - Может, он и безликий повелитель мира, но здесь и сейчас всё решаю я...

Безмолвной куклой лежала девочка в ящике. Лежала, но это не было шоком. Нет! "Не дождётесь!" Она вспомнила кое-что, огромное помещение, светлое настолько, что казалось, свет исходит отовсюду и отражался от всего. Она маленьким ребёнком, только, только освоившим вертикальное передвижение, бегала по огромному помещению, а за ней, играя в догонялки, бежал ОН - её брат, что сейчас с таким наслаждением обрекает её на смерть.


Глаза, привыкшие к ночной тьме, рассмотрели отлёживающегося неподалёку зверя. Вар - дикий пёс Хищной планеты. Полегчало, его она не боялась, умный и опасный хищник убивает только ради еды. Есть предположение, что у этих зверей есть зачаток разума. И как чувствовала она, в данный момент, пса меньше всего интересовала еда - ранен зверь. Странно, но сознание вырвало из потухших уголков памяти другой образ пса, что-то подобное она когда-то видела ещё раньше, чем научилась ходить. Да?! Зверь больше напоминал медведя, чем пса, но с лысой бронированной головой и лысым, крысиным хвостом. Он лежал и смотрел прямо на неё, и от этого взгляда деться было ей некуда. Несколько раз пробурчал пёс, обращаясь именно к ней. И совсем без агрессии, что удивило. Насколько она знала, этих псов местное население приручает и ходит с ними на охоту, они же охраняют их дома, как на Земле собаки, выполняют охранную функцию. В глубине души ей захотелось, чтобы пес был чей-нибудь, чтобы пришёл его хозяин и приласкал, защитил и подлечил зверя. Чтобы он был кому-нибудь нужен, чтобы она была нужна...

Шикнула в ответ из ящика тьма, обращаясь к дикому псу. Зверь приподнял морду, внюхался и недовольно фыркнув, решил удалиться. Недалеко, правда, он ушёл. Она видела, как насторожившись и немного прижавшись к земле, отступил он к только что покинутому месту. Вернулся пёс и опять посмотрел на подвешенный ящик. Что-то фыркнул, как показалось, опять обращаясь к ней, словно подзывая её к себе. И она бы подошла, если бы не злополучная деревянная "клетка".

Оказалось, что пёс учуял мелких ящер подобных хищников, бегающих на задних лапах. И в таким вертикальном положении достигающие до полуметра, вроде мелкие, но имели пасть, полную острых зубов. Спрятаться от злобной мелочи не получилось. Те, скорее всего, учуяли кровь, или чуть не насквозь пропитавшую ящик, или с раненого пса, и прямиком двигались в их сторону. Окружая. Пёс приготовился к обороне, прикрыв тыл скалой.

А в мире светало. Порывистый ветер разорвал пелену смога, позволив рассмотреть солнечный свет наплывающий волной, но стало не до красоты, не до восхищения переливающимся всеми цветами радуги небом. Показались они - ящерки с пираньями пастями. Но на милых зверушек земли они походили частично. Рогатые, шипастые, с длинными когтями, как у вампиров из фильмов ужаса. Ужас! Они в массе своей прижимались к песчаной почве, подкрадываясь среди двигающихся в порыве ветра камешках и песке. Мелькали в облаке пыли, показываясь лишь на краткий миг, в момент стремительного броска. Их броские движения даже взгляд не всегда улавливал, и рассмотреть откуда налетит опасность, совсем не представлялось возможность. Твари - часть бушующего ветра, часть хищного мира - идеальные охотники.

Наступил в мире новый день. Начиналась для кого-то в нём новая жизнь. Новая! Всё будет хорошо?! Прошлое остаётся в прошлом. Настоящее заставляет действовать. А будущее?..

Сама себя упрекнула девочка из ящика за своё долгое бездействие, фыркнула сама на себя, на свою беспомощность. Не хотелось умирать вот так, скованной в тесном пространстве.

Зубастая стайка набросилась на раненого зверя. Если бы не его толстая шкура, то твари своими острыми пастями сожрали бы его живьём. Мелочь чувствовала слабость, иначе бы даже не пыталась ни в каком количестве подступить к нему. Били они в открытые раны мощного зверя, вырывали куски. И, может быть, со временем, он бы отбился, но слишком иного было мелочи.

- Кутя, пёсик, ко мне, место, - посочувствовав ему, она позвала пса.

Отсиживаться в её положении, прятаться, уже было бесполезно: её учуяли, заметили. Зубастая мелочь уже обследовала подступы к скале, чтобы взобраться. Теперь и её жизнь висела на волоске. (На тонком тросе).

Пытаясь хоть немного отвлечь от пиршества ящеров, она застучала, забила по скале своей палкой.

- Твари прожорливые, - вырвалась у неё ругань и гортанное рычание, - сюда давай, сюда... место... - указала псу, постукиванием, на развилку чуть выше ящика.

До развилки она дотягивалась и раньше, набирая оттуда куски сухой грязи вперемешку со звериной шерстью и мелкими остатками растительности. И в самый холод закрывала им щель в ящике.

Как не странно, зверь понял, послушался её. Несколько рывков, и он оказался в расщелине. Пытавшихся взобраться следом за ним ящеров девочка сбивала, как могла. Сбивала, помогая зверю отбиваться: где палкой, где ногой, где своим ящиком. Конечно, опасаясь самой попасть под раздачу мощных пёсьих лап.

Солнце медленно катилось к полудню, а многочисленной мелкой стаи хоть бы что. Их тушки в несколько слоёв укрыли почву под скалой. Казалось, инстинкт самосохранения должен работать, а нет! Игнорируя убитых и раненых сородичей, нападали они всё яростней. И в какой-то момент девочке начало казаться, что зубастой мелочи становится только больше и больше.

Скорость и реакция обороняющихся желала лучшего - они выдыхались. Зубастики нет-нет доставали своими пастями скрывающуюся "зверюшку", даже через узкую щель, прилично расцарапав ей руки и особенно ноги. Одного гада девочка так пристукнула, что он повис замертво, глубоко вонзив острые зубы в её нежное колено.

Она даже не сразу поняла, что случилось. Но в какой-то момент, мелочь растворились в пыльном облаке. Исчезло. Всё?! Выдохнула девочка. Обтирая капли с лица окровавленной рукой. Но просидев в замешательстве, лишь минут десять, переведя дух, решила как можно быстрее выбраться: очень не хотелось издохнуть в ящике, истечь кровью. Воображение уже обрисовало ей её судьбу, в которой она так и останется навечно в заточении. Вообразила, как её косточки будут побрякивать в деревянном "гробу", стукаясь об скалу, своеобразная "погремушка". Хотелось свободы и не важно, долго ли удастся прожить там - снаружи.

Она даже не подумала, что могло спугнуть настырных ящерок или кто?! Пёс нагрёб чёрные листья, чудом застрявшие в расщелине и, выкатавшись в них, улёгся отдышаться, положив массивную голову на скрещенные передние когтистые лапы, всем своим видом показывая, что опасность миновала. Страх отступил, и вернулось детское любопытство, с интересом посмотрела она на могучего зверя.

Вар - дикий пёс, один из самых опаснейших хищников Хищного мира, в широкой плечистой холке чуть больше метра. Если бы ни его массивность, он чем-то бы напомнил медведя, только с поджарым брюхом. Огромные мясисто-мускулистые передние лапы не шли в сравнениях ни с одним зверем. Бронированная голова крепилась к короткой массивной шее и почти всегда находилась ниже холки. Скорее, чтобы вот такие мелкие хищники не вгрызлись в мягкую шкуру. Приплюснутая, широкая пасть смотрелась совсем ни злобно, конечно, если он не зевал и не скалился. Пёс пытался отдышаться, его ноздри нервно подёргивались, со свистом открываясь и закрываясь, как у морского котика. Да, морда его тоже вся израненная и окровавленная, смотрелась на данный момент жутко. Но прирученных псов от диких отличала одна черта. Хозяева выжигали на своих приручённых питомцах особые знаки в области лба. И у этого что-то было, но когда-то давно, и после боевых шрамов знак принадлежности никто не обновлял.

- Привет, Кутя! - поздоровалось девочка со зверем, протянув к нему окровавленную руку. Вот, сколько учил папа, что нельзя так делать. Нельзя трогать, нельзя руки протягивать ни к дикому зверю, ни к чужому домашнему. Нет же!

Пёс пошевелил своими короткими ушами. Густая, длинная шерсть, лишь на холке время от времени ощетинивалась, как у дикобраза, и сходила на нет, к концу тела, так что необычно и нелепо смотрелся короткий лысый хвост.

Шрамов на теле и голове пса - не сосчитать. А после этого сражения с ящерками ещё прибавится.

Где и что болит у неё, девочка даже не думала. Огнём горело всё тело. Горела рана на ноге, где так и висела не мёртвая, а оглушённая сухопутная пиранья. Не без усилий, сжав свои зубы, она разжала челюсти гаду.

- Мне бы такую... - с завистью, оценила она ряд острых зубов ящерки.

Ящерка шевельнулась, и нисколько не думая, девчонка перегрызла ей хребет, высосав кровь. Воды ей взять неоткуда, а она уже несколько дней без неё. Лишь шоколадка спасала, припрятанная в кармане. Покусанную тушку, оставив себе голову, она кинула псу. Тот мгновенно проглотил её. А как приятен, оказался хруст костей обидчика в пасти пса, как приятно звук врезался вслух.

Работа пошла быстрее, ещё как быстрее. Острые зубы ящерки работали как пила по дереву. Ещё одна доска поддалась...

Она точно не знала, сколько дней провела в заточении. Но не думала, что больше восьми: раны на ней, медленно, но затягивались. Первые, полученные в лесу.

До свободы ей остался один шаг. И в открывшуюся "дверь", просматривалась не радостная перспектива. Ветер с силой ударил в лицо, так, что чуть ни подавилась она самим воздухом и мелкими частицами пыли и песка в нём. Но, тем не менее, сильного беспокойства по поводу дыхания не возникло, мозг подсказывал, что кислорода на этой Хищной планете для неё хватает. А может, организм уже успел приспособиться к новым условиям? Адаптироваться?

Цепляясь, выкарабкалось из ящика. До земли метра три, и чтобы не упасть, она подтянулась к развилке с хищником, уцепившись за лозу - повисла на скале. Дальше деваться было некуда, или падать вниз, на острые тушки костлявых пустынных ящерок, или к псу под хвост. Она выбрала пса. Завалилась к нему под бочок, стараясь не коснуться его травм, чтобы не причинить ещё большей боли. Пёс повернул к ней морду, замершей в одной лежащей позе, обнюхал свалившееся под ноги недоразумение, фыркнул словно кот.

- Так ты не Кутя, а Мурзик? - и, как котёнка, осторожно, чтобы её движение не было воспринято за атаку, почесала могучего зверя за ушком. - Мы с тобой одной крови! Ты и я!

Не было в ней страха к этому могучему дикому хищнику. К зверю не было! Она чувствовала, что он не испытывает к ней агрессии, не рычит и не ощетинивается на её прикосновения. Словно домашний. Или, правда, домашний?

Покрутившись, она оторвала от имеющейся лозы мягкую кору, которая, как оказалась, имеет свойства пластыря. Внутренняя её сторона липкая и клейкая. То, что надо! Сама обмоталась ими, скрыв открытые раны, так и своему случайному защитнику, который стойко вытерпел подобную процедуру.


Возня у одинокой скалы привлекла другого рода хищника. Ярого - местного, если так можно выразиться аборигена, закованного в плотную амуницию и шлем. Он со своим ручным псом проходил мимо. Заинтересовавшись происходящим, они подошли как раз в разгар пиршества. Немного понаблюдал за ситуацией и, издав свист, спугнул он тварей. Ушёл бы. Но ему просто стало любопытно: что за зверушка в ящике. И чей пёс настырно, жертвенно стоял на его страже - охранял. Попытка рассмотреть клеймо ни к чему не привели. Даже дополнительное электронное видение, встроенное в шлем, как и датчики, молчали. Время шло, а хозяин не появился. Никто, не ответил на призыв, на рык, на свист, что говорило о том, что его поблизости нет. Но когда из ящика что-то показалось, он решил подойти ближе, немного опасаясь за своего молодого пса. Так как его раненный сородич, оставленный хозяином, может воспринять его как соперника. А ведь думал он, что в подвешенном ящике что-то ценное. А там...


Дикий пёс резко привстал, поджав уши, оскалился. Неловко поднимаясь на трясущиеся лапы, он задел сидевшую под его боком девочку и та, соскользнув, все же мягко приземлилась на лежавшие тушки.

Маленький ножик она не выпустила, наоборот, приземлившись, встала в боевую стойку, крепко зажав рукоятку. И только подняв взгляд, увидела огромного великана.

Ничего так себе картина наблюдалась. Напротив друг друга, замерев в боевой стойке, оказались обычная для своего возраста девочка и ярый воин - настоящий великан, из-за его брони и шлема ей казалось, что он почти два с половиной метра, а то и больше. У страха глаза велики! Амуниция его была современная, напичканная электроникой, с бронированными вставками и с красивым, по её представлению, подвижным шлемом. Внутри шлема был встроен воздушный фильтр, позволяющий дышать на Хищной планете, без каких бы то ни было проблем. А проблемы на планете не только из-за частых ураганных ветров имелись, а также многочисленных опасных и ядовитых зон, где очень вредно находиться всему живому. Таким современным рыцарем он смотрелся со стороны. И, казалось бы, ребёнка такой воин не обидит, на помощь придёт к нуждающемуся. Если бы не одно - но... Он одного вида, что тот, кто мучил своим чёрным копьём и убил её отца.

Девочка видела своё лицо в отражение стеклянной части его шлема. И могла поклясться, что неподвижный каменный истукан изучал её - "чудика с табакерки". И ведь был в своём праве. Он занял выгодную позицию, подкрался с подветренной стороны, приблизившись недопустимо близко. А она... А что она? Кто?

Осторожно опустилась она на корточках, чуть не плача из-за возникающей при движении адской боли, но готовая в любой момент рвануть, куда глаза глядят. Опустилась она и нащупала тушки. Их тоже можно использовать как оружие. Не ударить, но хотя бы кинуть в противника. А то, что он враг, для неё это было как дважды два. Каждый разумный для неё сейчас был врагом. Ярые - они сородичи убийцы, а значит, все враги. Потом уже до неё дошло, что она не лучше пустынных пираний выстроила тактику нападения на зверя и выше и сильнее себя.

Воин не шевелился, замерев у его ног, послушно стоял молодой пёс. Молодой ещё, но уже знатный охотник. Не понимая, что ждать от такой встречи? Они оба думали об отступлении. И хищник, и девочка.

Невыносимая боль заставила её подняться. Гордо подняла она подбородок, но только дала хищному воину возможность лучше рассмотреть своё изуродованное лицо. Она не просила о помощи, что, почему-то его не удивило. Лишь надменно смотрела на "каменную статую", подставив своё тело под удар порывистого ветра, то и дело стремившегося сбить её с ног. Ветер усилился, и видимость ещё больше упала. Мелкие камешки пытались угодить прямиком ей в глаза. У неё было чем защитить их, но она не хотела при этом чужаке доставать из кармана допотопные очки сварщика, найденные ею на развалинах какого-то дома в деревне на Земле. Это её сокровище! Раритет! Подпёрла она спиной скалу, пошарила рукой по склону, нащупала лозу и одинокую засохшую ягоду. На автомате оторвала пыльную и грязную находку и, демонстративно, целиком затолкала его в рот. Хоть наесться перед неизвестностью.

Великан было дёрнулся: растрёпанный и грязный, точнее весь в крови, но все-таки перед ним стоял ребёнок. Девочка! Человек?! И смотрела она на него с каким-то холодным безразличием, пренебрежением, презрением, злобой и ненавистью.

Затянулось их зрительное противостояние. У него планы, он обдумывал, что делать? А девочка уже решила. Она, больше не обращая внимания на него, оторвалась от скалы и направилась в направлении чёрных гор, торчащих единственным ориентиром на горизонте.

Приложенные к ранам листья причиняли ей ещё больше боли - жгли. И долгое нахождение в тесном пространстве, и полученные травмы сказались на состоянии организма. Голова кружилась, слабость подкашивала еле перебирающие по каменистой земле ноги... Так что не удивительно, что в какой-то момент, резкий порыв ветра всё же сбил её с ног. И она покатилась под отвесный склон. Питомец яра отреагировал мгновенно, он схватил девочку за руку и потащил к хозяину.

Щёлкали, скрипели по широкому каменному браслету зубы пса и, чтобы так их и зафиксировать, чтобы зверь не откусил руку, девочка вцепилась в его язык. Больше от страха, чем от желания причинить боль. Как пёсик заскулил, запищал, закрутился юлой...

Хозяин дал команду и заставил своего пса остановиться, заодно и висевшего шипящего "зверька" заставил замереть. В эти же пару секунд борьбы, донёсся угрожающий рык дикого пса, прыгнувшего на помощь своему охранному объекту. Вот теперь ярый рассмотрел, кто перед ним...

Зверь вступился за ребёнка, словно за своего детёныша. Возможно, в расщелине некоторое время назад находилась его самка с щенятами и тот клочок шерсти, которым девочка затыкала щель в своем ящике, содержал их запах. Возможно в МИРЕ многое. А вот истинные причины известны только Богу. Но ни яр это не знал, ни девочка.

Ощетинившись, оскалившись, спрыгнул с дерева дикий пёс, что девочка окрестила Кутей, и угрожающе направился к великану. Воин достал длинное, чёрное копьё. Приготовился...

- Нет! Кутя, сидеть, место... - закричала девочка, чётко произнося каждое слово.

И дикий пёс остановился, послушался приказа, но угрожающий оскал застыл на его морде. Ручной пёс воина для матёрого хищника, что неразумный щенок, и если бы не страшные раны на звере, не поздоровалось бы, наверное, и хищному воину.

- Так нельзя, не честно, он же ранен, - с упрёком взглянула малышка в глаза великану. На массивный шлем, туда, где должны быть те самые глаза. - Не тронь его, пожалуйста!

Попросить за себя ей даже на ум не пришло. Не пришло на ум, даже то, что "каменный истукан", может и не понимать её.

Ярко сверкнул клинок копья, девочка боковым зрением заметила блик и одарила яра улыбкой. Искренней, детской улыбкой. Клинок вздрогнул и вонзился в землю у её растрёпанной головы, почерневшей от синяков и ссохшейся крови. Вонзилось и застыло. Каким-то чутьём она почувствовала, что больше он её не тронет. Заставила себя подняться. Заставила подчиниться обессиленное тело, и, уцепившись за подошедшего зверя, пошатываясь, сделала первый шаг.

Яр провожал взглядом две фигуры, неуверенно передвигающиеся в усиливающемся урагане, даже не оглянувшихся, не убедившихся в своей безопасности. Единственное, что от всей своей хищной души пожелал он им на удачу, чтобы смерть их достигла быстрая. Догадок, откуда здесь взялась девочка, у него возникло несколько, одна из них связанная с космическими охотниками. Так как не так далеко от одинокой скалы находилась специализированная посадочная площадка. А осмотрев трос и ящик, он в этом убедился, от свежей древесины исходил терпкий запах сосны. Такие деревья на его родной Хищной планете редкость. Только в специальных закрытых питомниках.

Ушли они, и ушли, махнул воин рукой, прогоняя сомнения и странное чувство, довольно знакомое, родное и давно забытое. Постучав по шлему, воин попытался стряхнуть это наваждение. По закону, он должен был доставить найденную девочку в ближайшее поселение, для выяснения всех вопросов. А дальше, что с ребёнком будет дальше, кто его знает?! Нет! Он никому ни чего не должен. Никому!

Ярый воин крепче сжал рукой копьё и, погладив своего питомца, пошёл своей дорогой. Своей! В другую сторону.

Он прекрасно оценил состояние ребёнка. Слишком много на ней ран, слишком много крови. Своей, чужой. Её организм наверняка уже отравлен частицами ядовитой пыльцы, что проникают с нижнего мира на поверхность. И газы. Они тоже плохо влияют на человека, особенно на ребёнка. Долго она не проживёт, возможно, заражение крови, скорее всего. Нет - растерзают хищники. Возможно, сам дикий пёс её и съест. Если успеет до того, как ягода каат остановит её сердце. Эта ягодка взрослого мужчину с ног сваливает за считанные минуты, а ребёнка и подавно. Ничего личного. Просто, жизнь на Хищной планете!

Он хотел ей помочь, избавив от долгих мучений. Не смог... Он - хищный воин, а не убийца. Ещё больше он не желал идти в ближайшее поселение. Не судьба!

Вот так они и разошлись. Каждому предстояла своя дорога. Только вот у судьбы оказались другие планы. Планы на жизнь всей Хищной планеты.


Планы у каждого на жизнь свои. Все МЫ думаем, что являемся хозяевами своей судьбы. И хозяевами многих других судеб.

Думаем, что всё мы можем решить, со всеми невзгодами справимся, со всеми кто нам мешает - справимся?! По молодости так и думаем. Но от рождения до смерти, каждый проходит свой путь. ПУТЬ...

Рождаемся мы уже со своим внутренним миром, и в каждом существе находится настоящий космос, в каждом...

Каждый родитель расписывает планы над только что родившимся малышом. Он подрастёт, пойдёт в школу. Но уже тогда, особенно мамы, думают, в каком костюме будет на выпускном её сын, в каком платье будет дочь. Подсчитают они годы, когда сыну надо будет пойти в армию. Предположит, куда отправит поступить дочь, какая у неё будет профессия...

А свадьбы детей? Свадьбам быть! Пускай, кто-нибудь, в тот момент планирования судьбы, скажет матери, что всё будет ни так. Да нет! Такого просто не может быть! Ведь будет новая жизнь. И каждый новый день принесёт только лучшее. Это да!

Невидимая нить судьбы связывает жизни, разные жизни, разных чужих людей. Связывает так, что в мире, во внутреннем космосе души, загорается огонь - новая звезда.


Долго ещё яр никак не мог избавиться от странного гнетущего чувства. Долго виделось ему, как девочка с золотыми глазами, обнимая огромного зверя за шею, уходит с ним под своды чёрных гор.

Когда-то он слышал о псах, что подчинялись женщинам. Но никогда не видел, чтобы псы слушались детей, тем более людей.

## Глава 3 Чёрный топор


Радостная улыбка скользнула под маской - каат. Ветер подхватил лёгкое гибкое тело и бросил на острые скалы. Рывок, прыжок и она достигла желаемой цели, приземлилась с парочкой подсушенных ягод. Чуть позже, скрывшись в норе от завывающего ветра, играющего с камешками, девочка разделала дорогую находку, сняв с них кожуру и свернув ядовитой смолой внутрь. На будущее...

Это её стратегический запас обезболивающего. Единственное лекарство, что она могла себе позволить в этом хищном мире, на этой Хищной планете.

В таком свёрнутом виде кожуру можно разжёвывать до нескольких дней. В зависимости от тяжести полученных травм. Да попадалось такое сокровище редко, и только вне свода чёрных гор, на самой границе касания Верхнего и Нижнего миров. Где по острым как бритва краям чёрных осколков, видно, как разрывается ветер. Где любое неловкое движение и ты - песчинка в урагане.

Как для девочки прошло время на Хищной планете, где её название являет саму суть, кишащую хищными тварями, кровожадными ящерами и разного рода зверьём? Описать такое невозможно! Слишком много встречалось зубастых пастей, жаждущих её крови.

В первый день своей свободы ей повезло трижды: первое, её не загрыз дикий пёс, второе, её не убил местный, третье, она не умерла от болевого шока лишь потому, что ядовитая ягода, оказалась пересохшей и, постепенно рассасывая её, вместо застарелого яда получила лёгкую эйфорию. Потом уже она поняла, что её организм ни то, что не восприимчив к ядам, просто реагирует на них по-своему.

Всё время, каждую секунду, девочка училась. Училась быть внимательной. Училась быть резвой. Училась выживать. Училась быть не жертвой, а охотницей - хищницей.

Долгий путь прошла она с варом. Пёс вёл её, вёл вглубь, всё дальше и дальше от местной цивилизации, от населения.

Под такой свирепой охраной, как вар, девочка чувствовал себя в безопасности. Когда пёс, после удачной охоты, засыпал. А засыпал он на несколько дней. Она не сидела на месте. Она наблюдала, как охотятся другие хищники. Наблюдая, изучала их повадки, высматривала слабые места. Даже пыталась охотиться самостоятельно, ставя ловушки. Но многочисленные попытки самостоятельности научили её, единственно важному - безмолвно терпеть пронизывающую всё существо - боль...

Без прекрасного, тоже не проходило. Окружали её удивительной красоты цветы. И невероятные ползучие твари, милые и очаровательные в своей стихии. Особенно, ей нравились пауки и необычные ящерки, яркие в своей раскраске, похожие на драконов, ни то, что те с пираньями пастями, эти уцепившись за палец, не причиняли боли. Она старалась не ловить их, просто любоваться.

Не раз пересекались пути дикой парочки с местными великанами. Появлялись ярые воины ниоткуда, словно призрачные рыцари, и растворялись в густом тумане, пыли и песке, зачастую сопровождавшемся ураганной мглой. Иногда, они проходили чуть ни в метре от притаившейся девочки, но эти встречи случались, в основном, там - наверху, в мире бушующих ветров - в верхнем мире планеты. Зачастую, одинокие охотники, не интересующиеся дикими псами. Тем более дикими самцами вар, одиночками. Самок выслеживали частенько, отнимая у них потомство, пополняя ряды своих выдрессированных любимцев. Поэтому, натыкаясь на свежие следы дикого хищника, ярые их обходили. Многие звери их обходили...

Разглядеть рядом с могучим зверем, опытным и чутким, маленького человеческого ребёнка надо было постараться. Да и девочка оказалась способной. Не зря отец в лес брал.

Девочка вслушалась. В таком царстве ветров невозможно, ни услышать, ни увидеть, ни почувствовать приближающуюся опасность, пока острые зубья не сомкнутся на теле. И кто бы знал, сколько раз девочка чуть не стала обедом, если бы не внимательный зверь. Через гул ветра расслышала она тяжёлую поступь, хруст камней под твёрдой подошвой. Совсем рядом прошли двое. Опять ярый воин со своим любимцем в сторону оазиса направились. Значит, на охоту местный пошёл. Значит, при полной экипировке он, при полном снаряжении, с водой и питательными пластинами. Непроизвольно она прикусила нижнюю губу, как только подумала о еде. Любопытство потянуло её высунуться из норы, убедившись, что ветер дует в другую сторону, что ничто не выдаст её укрытие чужаку. Хотя, кто его знает, что у прошедшего за охотничий ранг? Брат ей говорил, что у этих самых ярых инстинкты, что у хищников. Там и слух, нюх, зрение, вроде соответствует звериным. И даже когти у них есть. Как и у неё. Это, как поняла, доминантная черта. И то, что это хищный охотник, направился на охоту в оазис, скрытый под чёрными горами, как под зонтиком, она знала. На остатки оных в хищных лесах Нижнего мира она наталкивалась множество раз.

Хищный воин со своим охотничьим псом пробирались по краю обрыва под одним из сводов чёрной горы. Они давно миновали границу из густого тумана, который словно заколдованный висел над пропастью, углубляясь всё ниже. В мир под миром. Оазис! В царство разнообразной флоры и фауны, где и климат, и природа, и дыхательная смесь газов, разительно отличались от находящегося на поверхности. Но есть схожесть - свирепые хищники. Хотя, в Нижнем мире в этом плане куда опаснее.

Если смотреть на клубившийся у подножия Чёрных гор газ из глубины Нижнего мира, казалось, что это облака. Вот такой вот Хищный мир! Мир в мире! Слоёный пирог!

В Нижнем мире, защищённом от климатической аномалии, от ураганного ветра не просто обрывом и чёрным "зонтом". Мир, раскинувшийся под горами, на невообразимую глубину, на этой территории поместилось бы небольшое государство Земли, может, даже островное, как Куба. Плюс, минус.

Царил там свой уклад смены дня и ночи. Светил там хватало - огненных вулканов, стекающих пламенных огнепадов, а не водопадов. Но это в определённых местах. Свет солнца, как и в других мирах, просто незаменим. Он проникал в саму Чёрную гору, так как материал, из которого она была сделана, напоминал алмаз, только чёрный. И свет, и тепло в нём задерживался на некоторое время. Батарейка такая вот. Через многочисленные разломы и, отражаясь, освещала гора скрытый под собой мир. Пускай временами, пускай ни так ярко, но так нежно и мягко. Нижний Мир с благодарностью отвечал, большей своей частью густой и мощной, вековой растительностью, тропами огненных столбов и болотными топями, тянущимися на сотни километров. Мягким климатом. Вот где бы жить, да не тужить. Но не тут-то было. Выживал в Нижнем мире наиболее приспособленный. Так что ходили туда ярые воины исключительно на охоту. И... газы и пыльца ядовитых растений влияла даже на самый крепкий организм.

Кутя, давно почуял непрошеных гостей и, отошёл, укрывшись в глубине чёрных валунов у подножья горы, в многочисленных пористых образованиях, не забыв прихватить своего зверёныша, как котёнка за шкирку. Девочка не сопротивлялась, поджала ручки, ножки, позволив тащить себя, как добычу. Но и ручной пёс ярого хищника оказался матёрым охотником, учуял и нагнал их. Встали звери в стойку. И ведь даже ни одного рыка не издали. Посмотрели оба могучих и грозных зверя друг на друга, оценив ситуацию, разошлись миром. А хозяину ручной пёс подал знак о близком присутствии охотничьей пары человека с псом, его сородича по чёрной крови.

Хозяин насторожился, насколько он знал, ближайший спуск был известен только членам его рода, а сейчас, если не считать того, что пропал, не вернулся с охоты, в этом месте воинов его рода находиться не должно. А встречаться с равным - хищным охотником другого рода - вот так вот не хотелось. Не хотелось, потому что случаи коварного убийства не редкость, случаев охоты на хищных воинов. Более благородные воины, отчаявшиеся добыть железу в охоте на смрад, открыто бросали вызов, надеясь, что один бой принесёт одному из них, куда крупный улов. Это если оба воина приняв правила, сражались честно. А если нет? Мужчина оскалился, обнажая выступающие острые клыки. Сильнее сжав копьё, сейчас ему никто не угрожал. Если его и будет ждать неприятность, то на обратном пути, когда его "сейф" будет полон. Если будет полон! А там, решит судьба. Может, он сам вызовет противника на равный бой, где проигравший, скорее всего, погибнет, а победитель...

Всё бы ничего, и эта мимолётная встреча прошла бы для девочки незамеченной, как и все остальные вот уже в течение нескольких земных лет, что она находилась в стае диких псов. Если бы через несколько недель они вновь не столкнулись. Ну, ни то, чтобы столкнулись, просто слышала девочка, как те погибали в ночной тиши. Она хотела рвануть на помощь. Ведь любимиц ярого воина звал их, звал помощь, звал своих...

Шестым чувством, поняв намерение маленького зверёныша, Кутя, слегка прижал малышку поперёк туловища своей пастью, и замер, вслушиваясь в звуки жизни, - угасающие звуки жизни. Они помочь не смогут... он точно знал.

Лишь через сутки, настояв, девочка нашла место схватки и, как не странно, ей удалось прочитать по следам, что произошло. Ведь тогда - ночью, прижимаясь от доносящихся криков к своему дикому псу, сквозь закрытые глаза, сквозь пространство, она знала. Бой был страшным...


Его звали Дар, он из рода чёрного камня - всё это девочка узнает чуть позже. Может, и не такой он высокий, как некоторые другие представители "чёрных" родов, но никому он не уступал ширине своих могучих плеч, многое повидавших не только на этом, но и в других мирах звёздной галактики. Странность у чёрного рода одна - их глаза. Какого бы цвета они ни были, они имели чёрное обрамление. А некоторые могли менять цвет своих глаз, только - на чёрный. И лишь древняя легенда содержала пояснение этому явлению. Которая гласила, что древний предок рода сражался с демоном, и чёрная кровь нечисти попала в глаза сопернику. И с тех пор чёрная кровь чёрной бездной выглядывает, наблюдая за миром прямо с самой бездны через глаза. Так что название "чёрный", закрепилось, как потомок великого воина, в названиях многих ярых родов. Это с одной стороны, а по другой версии, "чёрный", своего рода, стал негативным оттенком - пятном на чистом роду ярых. Вроде, как герои, победители. Но и запятнавшие себя, проигравшие.

Опять же, по рассказам брата, закинувшего сестру на Хищную планету, девочка знала, что местные охотятся на очень опасных тварей - смрадов, а те в свою очередь охотятся на всё живое. Смрады нужны ярым из-за железы находящейся в черепах, из которой делают дорогое лекарство. Очень сильную вакцину способную заживить не просто ужасные раны, способную, в чистом виде, срастить даже оторванные конечности. И оно же применяется, как противоядие, от разного рода ядов. А ядов в этом мире предостаточно. Эта железа своего рода, живая вода, и к тому же вакцина долголетия.

Именно из-за огромного количества ядов, а не только из-за постоянного ураганного ветра, местным приходилось носить такую плотную амуницию. Может...

Но ещё больше эта железа нужна для изготовления прививок для новорожденных детей. Иначе, новое поколение может ожидать высокая смертность ещё до того, как они встанут на ножки. Ветры, носившиеся по планете, носили в себе не только подъёмную мелочь, они носили выхваченные из-под чёрных гор пыльцу ядовитых растений и ядовитые газы. А это большая нагрузка даже на дыхательную систему взрослого долгожителя и не только человека.

Место схватки девочка не просто осматривала, она искала, передвигаясь по кровавым следам, но тел не было. Нашла топор, крепко вбитый в ствол. А стоило ей дотронуться до него, только коснуться. Чёрный металл, из которого был сделан весь топор: топорище и рукоятка - "заиграл", признавая родную кровь. Щёлкнула потайная застежка, и на землю выкатился шар, сантиметров пять в диаметре. И это не всё - девочка всем своим существом почувствовала того, кому принадлежало оружие. Она чувствовала, что он ещё жив. Он долго ещё был живой.

Несколько дней щемящее чувство не покидало её. Боль не утихала - его боль. И всё это время она сидела, прижимая к груди свою находку, словно драгоценное сокровище, непослушные слёзы стекали по щекам, она чувствовала, как вздрогнув, с последним выдохом оборвалась ниточка его жизни её родича. Она почувствовала последнее дыхание хищного воина - смерть. Смерть, она рядом. Больно кольнуло у неё в груди. Больно! И остановилось маленькое сердце. Остановилось дыхание. Жизнь!

Она сидела и смотрела в небо, куда-то туда, далеко-далеко в непроглядную чёрную тьму. И казалось ей, что видит она могучие сосны и чувствует запах смолы. Сейчас побежит и увидит отца. И всё будет хорошо! Ей просто приснился плохой сон. Страшный сон, в котором она падает в чёрную непроглядную тьму, живую и вязкую.

***

- Это тебе, - стоял рядом незнакомец в её сне, такой родной душой исходило от него, он протягивал ей чёрный топор, - нам предстоит долгий путь и битв предстоит немало...

Она знала и, вздохнув с облегчением, радуясь тому, что ОН рядом, коснулась головой родной, сильной груди. В путь, так в путь!

***

Словно молния ударила, пробрало девочку. Темнота и яркая вспышка слились. Сердце забилось, дыхание выровнялось... Свет браслета на руке пульсировал в такт биению сердца. Всё будет хорошо? Да! Она с псом возвращалась на свою территорию. Мир менялся на глазах. Шли они через густые заросли, шли по болотам, шли по выжженной земле, стонущей от выбросов ядовитого газа, шли через луга, усеянными огромными плотоядными цветами и стреляющими парализующими шипами, шли одной стаей - огромный массивный зверь и маленький пронырливый "зверёныш". Шли...

И если там, над поверхностью планеты солнце просматривалось тёмным пятном. То здесь, в Нижнем мире, в очень редкие моменты, особенно на рассвете, солнечный свет скользил по поверхности сверкающей горы, освещая мир под ним, северным сиянием и многочисленными радугами. Красивый и опасный мир.

Очень редко и в Нижнем мире сбивал её ветер. Если попадала в своеобразный воздушный рукав. Чтобы устоять на ногах, требовалось неимоверных усилий всех четырёх "лап". Вот до неё и дошла такая замечательная особенность диких псов, замечательно приспособившихся к природным условиям. И она приспособилась, передвигаться самостоятельно, или низко прижавшись к земле, цепляясь за выступы и камни, или прыжками словно кузнечик, подчиняясь стихии.

Находящаяся на ней одежда, когда она попала в неприятности, прослужила совсем ничего. Осенняя безрукавка с капюшоном прослужила чуть дольше. Повезло, может быть, что температура в Нижнем мире сохранялась терпимая, держась в плюсовых показателях. Это пока, то, что у Хищной планеты есть сезонные изменения, догадывалась.

Само тепло исходило из недр, а в некоторых районах планеты находились долины огненных гейзеров. Что в Верхнем, что в Нижнем мире. Вот ещё одна из причин, почему на поверхности зверьё рыло глубокие норы, - в них было теплее. И о ветров они спасали. Кое-где имелись целые подземные туннели. А внизу, действительно спастись можно было только в пористых образованиях застывших гор. Сколько девочка не пыталась, не могла от гладкой поверхности горы отколоть ни кусочек, ни крошечку.

Первое время, безмерно помог ей респиратор, которым снабдил девочку отец во время пожара в деревне, добротный, шахтёрский. Если бы не он, и не старинные очки сварщика, которые она нашла на улице там же, в тот "последний" день своей обычной земной жизни. Само её существование, наверняка, находилось бы под вопросом. Проблема у неё возникла лишь с обувью: помучившись, какое-то время в развалившихся кроссовках, она предпочла остаться босой. Но лишь пока не научилась более-менее сносно изготавливать подобие сапог, которые больше смотрелись страшными носками. Благо, мелкого зверья водилось предостаточно. Как могла, так и выделывала кожу. Спасибо ещё, что Кутя зачастую возил верхом. Иначе...

А как напугалась она, увидев спуск в Нижний мир впервые. Ведь дремала верхом, уткнувшись носом псу в холку. Не ожидала, что под самой горой, у подножья которой клубился густой туман - резкий обрыв.

Тогда, увидев бесконечную бездну, для неё остановилось время. Она не могла вспомнить, сколько потребовалось сил, и откуда они взялись, чтобы не соскочить с зверя, не свалиться в неожиданно представший перед ней ад. Тогда, она увидела свой сон наяву - чёрную бездну, в которую падала вечность в своих кошмарах. Как хотелось кричать от ужаса, но... "доверься" шепнуло ей подсознание, такое же бесконечно глубокое.

Покрепче обняв могучего зверя, доверилась она. Пёс благополучно достиг ровной поверхности со своей ношей. Ни через год, ни через два, ни через три, отвесная скала так и не поддалась ей для одиночного путешествия. Трудный путь она преодолевала только верхом. Так, раз в земной год. Как пёс соизволит прогуляться.

Кутя оказался не одиночкой, а альфой. Его стая состояла всего из одной самки и трёх детёнышей. Одной самки из первого помёта, и двух маленьких щенят из последующего. То, что когда-то стая была куда больше, "говорили" многочисленные норы.

Самка альфы встретила их, если так можно выразиться, радушно. На нового члена семьи, правда, пофыркала, а потом приняла как родное дитя. Видимо, что-то такое увидев. Может, как она гладила пищащие комочки, успокаивала, подкармливала. Казалось ей, что эти странные псы не такие дикие. Как будто у них есть зачаток разума. Зверёнышем вар стала она - зверьком.

И если старшие в семействе заботились, кормили и защищали, то маленькие щенки стали для девочки радостью и забавой. Так они и жили, гуляли более-менее свободно на прилегающих территориях, зачищенных Кутей от других хищников. Играли с застывшим в фиолетовом смоге светом, словно в каком-то волшебном зазеркалье. Хорошо, но...

## Глава 4 искательница


Она росла. Голова требовала информации, знаний, изголодавшееся сознание подстёгивало на необдуманные поступки - крайности. Чтобы освоиться в новом, непознанном мире, ей хотелось знать о нем всё. Изучив территорию стаи, она начала вместе с Кутей отходить всё дальше и дальше. На разведку, на охоту.

Благо идти было куда. Были места похожие на преисподнюю. Чёрные столбы, плавлеными свечками, исчезали в клубившихся вокруг них туманах. Огонь извергался из гудящей пасти, и, казалось, заглушает нечеловеческие крики. Близко подходить к таким местам девочка не решалась, жар обжигал лёгкие. Но именно недалеко от таких мест, в своего рода "карманах", примыкающих к таким преисподним, обитала её стая. Другим хищникам, видимо, нестерпимо чувствовать под подошвой раскаленные камни. А вары, они жили на горячих вулканических породах.

Однажды, девочка дошла до целой пустыни, конца и края которой не было видно. И не смогла по ней пройтись из-за гудящей почвы и извергающих из её недр газов и огня. Хотя, тогда она что-то почувствовала. Незримая нить тянула её туда, в сторону огненной долины, из её браслета, если его потереть, появлялся пучок яркого света, и указывал направление. Взяв этот указатель за точку "севера" на компасе, начала она ориентировалась исключительно по нему, и ни разу не заблудилась.

В одной из прогулок, она набрела на странное место. Далеко от хоженых троп её псов, за болотами. Подметила, что, скорее всего, вода прибывала на территорию сезонами. Огромная гора из ила, веток и брёвен напоминала пирамиду. Из грязи и слизи виднелись обрывки от амуниции местных рыцарей, да ещё попадались какие-то странные предметы и разное холодное оружие, многое ржавое, негодное, но для неё, в её ситуации, всё, что она находила, являлось её сокровищем. Возиться в склизкой и смолянистой чёрной болотной яме не доставляло удовольствия, но страсть изучения оказалась сильнее отвращения. А больше-то и заняться было нечем. Выжила. Наелась. Нашла что-нибудь человечное. И уже счастлива.

Смрадов - ужасных хозяев болот она видела редко. Старалась близко не приближаться к их территориям, к их тропам, которые можно было с лёгкостью отличить от любых других по характерным следам, запаху и слизи, которую они оставляли, помечая брюшком свой след для остальных сородичей. И из-за этого специфического запашка, скорее всего и название тварей произошло. И лапы у них, что клешни у рака, там и хватательные, и атакующие, и ходильные ноги, и плавательные ласты на хвосте. Наверное, первое сравнение этих чудовищ с муравьями не совсем верно, кроме того, что у них есть иерархия, как у муравьёв или пчёл. У них имелось гнездо, матка, и делились они на четыре вида внутри семейства. В высоту, это если они вытягивались на задних лапках, быстрых и цепких, то почти полтора метра. От носа до кончика хвоста чуть-чуть длиннее трёх. Не сказать, что отвратительные создания, просто твари. И, действительно, были невероятно быстры, кровожадны и умны. Только дикие псы бесстрашно соперничали с ними. В дикой среде, только стаей.

Матке гнезда подчинялись все в колонии и кормили. Такой огромный головастик с короткими лапками, от двух до трёх метров в диаметре и очень неповоротливый. Но это, нельзя сказать о её языке: он вылетал из пасти, в несколько рядов снабженной акульими зубами, на порядочное расстояние, от пяти до семи метров, и хватал притаившуюся добычу, протыкая её насквозь, расположенными на конце длинными зубьями. Ужас!

Ужас был бы, если бы девочке пришлось ходить по самому болоту. Но благодаря многоярусности Нижнего мира, сложившихся, видимо, из-за наводнений и густоты лесов. Да и сами деревья в оазисах обладающие колоссальными размерами, что ввысь, что вширь, да ещё переплетённые подобием тропических лиан, повлияли на необычное оформление, много этажность и заселение разными видами.

Несколько раз девочка натыкалась на болотную тварь. Наблюдала за ней с высоты. Но хорошо рассмотреть болотную госпожу полностью никак не удавалось. Перекатываясь с места на место та, иногда выпучивала из воды своё округлое брюхо. Иногда, хищницы чуяли друг друга и пытались пересидеть. Лишь однажды, девочка попалась той на глаза и впредь, предпочла быть осмотрительнее. Что-то невыносимое, почувствовал она от такого пронзительного взгляда, гипнотического, смертельно опасного. И головокружение, она так поняла, было вызвано именно ею. У-у-у... А сколько потребовалось времени, чтобы уйти на подкашивающихся ногах, по ветхим переплетённым лианами сучьям?!

Не хотелось ей больше, испытать тот дикий внутренний страх, не хотелось попасть в объятия цепкого языка. Не хотелось, но они всё же жили в одном мире, в одном спасительном оазисе. Тут хочешь - не хочешь, приходилось пересекаться. Но её спасали многочисленные укрытия, которые даже мощные челюсти смрадов не прогрызали. Укрытия всё из того же материала, что сам купол над ними. Оно было похоже на огромные гладкие скалы из крепкой породы испещрёнными норами, словно сыр. Сидя в глубине, она ждала момента затишья, когда опасные твари пройдут мимо, унося туда, куда она не стремилась попасть, неосторожную добычу. Если смрады ушли домой с добычей, знала девочка, у неё есть несколько дней, а то и целая неделя в запасе.

Для неё время имело стратегическое значение. Больше времени, больше возможности осмотреть завалы, образовавшиеся из-за тех самых сезонных наводнений. Почему-то интересные находки зачастую попадались именно там. Иногда она чувствовала исходившие от предметов вибрации, и рыла, рыла и рыла. Иногда на одно и то же место ей приходилось возвращаться по нескольку раз в течение двух или трёх месяцев. Но такая настойчивость вознаграждалась. Она знала!

Знала, что ещё не время переживать. Сезон долгой ночи ещё не скоро. А значит, наводнение, которое принесёт с собой одних из опаснейших смрад, только впереди. Как пугал её брат, что в то время, их госпожа впадёт в спячку, отложив кучу яиц, и надобности носить ей еду отпадёт. Так что смрады-ищейки, отличающиеся большими размерами и имеющие дополнительные наросты на голове, своего рода командиры, ведущие за собой толпы смрад-солдат, отличающиеся умом и сообразительностью, останутся не у дел. Но это до поры до времени, пока их же младшие сородичи, которые питались остатками еды со стола госпожи, не проголодаются. Выползут из своих болот обладатели недоразвитых крыльев и начнут жрать всё и всех. И берегись тогда всё зверьё хищного мира! Будет бойня!

Время у неё ещё есть. И девочка наслаждалась превосходными местами, передвигаясь нехожеными людьми тропами. От красоты захватывало дух, а от понимания опасного соседства, по спине пробегал холодок ужаса. В кровь выбрасывался адреналин и туманил разум.

Туман, временами хоть и бесил своей вечностью, но также он выполнял для неё спасительную функцию. Особенно фиолетовый, который действовал, как выяснилось, и на бронированных воинов, и на смрадов, ослепляя и дезориентируя в пространстве. Что-то в нём было. Захватывающее...

Под многотонными стволами, переплетёнными тысячами разновидностей лиан, можно было видеть, как просачивается родник чистой ключевой воды - били ключи. Неимоверная красота! Проблемы в Нижнем мире с пресной водой абсолютно не имелось. День под чёрным сводом был жарким, а ночь умеренно холодной. И как на Земле существовали сезоны:

Первый сезон - сезон дня - когда ночей практически нет, лучи солнца постоянно ласкают мир.

Второй сезон - сезон позёмок - когда к середине сезона, солнце последний раз, показавшись, исчезает. Исчезает с поверхности мира. Это что-то вроде белых ночей, только с густыми туманами и яростным ветром на поверхности.

Третий сезон - сезон длиной ночи - и этот сезон самый длинный, примерно, с пять земных лет. Пять лет, когда ни один лучик света, не касается поверхности Верхнего мира. А вот чёрным горам нипочём, солнце одаривает их верхушки своими лучами. И эти освещённые зубья становятся чем-то вроде маяка в ночи...

Четвёртый сезон - сезон рассвета - когда в ночной мгле начинают светиться туманы, когда робкие лучи солнца, растворяются в верхних слоях атмосфере и раскрашивают небо всеми цветами радуги. Наступает пробуждение, весна, жизнь.

И все эти сезоны вместе составляли от пятнадцати до семнадцати земных лет.

Однажды, странное чутьё привело девочку - искательницу приключений, к разбитому летательному аппарату, относительно небольшому, примерно десять на тридцать метров. Время практически полностью укрыло его, но не от её глаз. Сколько смогла, откопала и обследовала она его. Но что она могла обследовать своим детским разумом? А вот с дверью разобралась. И до ребячьего визга радовалась своему успеху, тому, что нашла, где включается свет. Что-то ещё работало, щёлкала некая автоматика, срабатывали экраны: вспыхивали и гасли, стоило по ним постукать. Постукивать, постукивала, но нажимать на неизвестные кнопки и рычаги побоялась, мало ли что может случиться? Так что скоро этот корабль стал потайным укрытием. Домом!

Она перетащило в него все найденные предметы и оружие, кое-что от амуниции, особенно шлемы. Стащила сокровища в сокровищницу.

Каждый шлем с амуницией имел свои секреты, потайные замки, защёлки, заклёпки и приспособления. Закрыть и открыть, снять или надеть бронированный костюм, не зная эти секреты, совершенно невозможно. Точнее, не каждый бронированный костюм имел отличия, имелся на них, своего рода, штамп производителя. Если попадалась схожая броня, то отличия были несущественные.

Оружия насобирала девочка невероятно много, рассортировала его, но ничего себе не взяла, всё было чужое, тяжёлое. Ей казалось, что если она присвоит себе хоть что-то, то она будет ничем не лучше мародера. Лишь три разные стрелы, сама не зная, зачем, она вплела в свои отросшие косы.

Самостоятельно она сделала себе небольшой лук, стараясь, как можно реже пускать его в ход, ей не нравилось убивать, она и не убивала, если не защищалась, ей было жалко зверюшек.

Чтоб вспугнуть, отпугнуть или дезинформировать живность, она использовала рогатку, которую сделал ещё отец, приучая дочь с малых лет всегда иметь при себе спички, зажигалку, иголку с ниткой, складной ножичек, маленькую аптечку с зелёнкой, а рогатка лежала для забавы. Всё на случай, если она заблудится в лесу. Как будто знал отец, что его "стрекозе" всё пригодится.

Со многими найденными предметами ей удалось разобраться самостоятельно. Помогали в этом сны, какие-то странные, но такие реальные, как воспоминания, только чужие, как будто не её. И браслет: широкий, возможно, даже каменный, цвета тёмного ночного неба с мерцающими в глубине звёздами, но не всегда. Иногда, украшение переливался всеми цветами радуги - светилось. Сколько девочка себя помнила, он находился на её руке, на левой руке, и никогда не снимался, он рос вмести с ней. Необычное чудо не мог объяснить ей даже отец. Сказал, что она появилась у него уже с браслетом на руке. Так же по ночам наблюдал он необычное его свойство - мерцающий блеск, обволакивающий ребёнка, когда она спит.

Так вот, обнаружив несколько плоских предметов, в ладонь, ей нужно было лишь положить их на браслет, и тогда, пластины включалась, отображая голограммой разные районы неизвестной ей территории. Чего там только не было, карты звёзд, карты планет, и полное отображение местной планеты с разного рода секретными вставками. А самое главное, там было подробное месторасположение городов и куполов местных и подробные планы их внутреннего строения.

Пластины - что-то вроде накопителя, информация в них накладывалась одна на другую. Бесценная сама по себе находка. Но их ценность она не знала. И ей казалось, что когда-то она уже держала похожие предметы в своих руках, и руки знали как с ними обращаться. Откуда-то она знала для чего они. Например, среди таких сокровищ нашлись и несколько предметов разной формы: круг, квадрат, ромб, пирамида. Сантиметров пять в диаметре. Точная копия выпавшего с чёрного топора шара. Функция у них, как оказалось, одна: снимать как камера, только ни в одном направление, а по окружности до нескольких десятков метров в диаметре, и просмотр отображался голограммой, да такой естественной, реальной. Что нереально девочка оказывалась в чужой жизни. В каждом предмете было записано по несколько сюжетов, видимо, родные, друзья, подруги, но большая часть занимала действия охоты на смрад, до их последнего боя, оборвавшегося в Нижнем мире.

Не смогла девочка сдержаться, и сняла несколько своих сюжетов: своих псов, тошнотворную болотную кучу и плотину тварей, насколько было возможно приблизиться. Ну, конечно, не обошла она своим любопытным вниманием и других хищных созданий туманного мира.

Пару раз она пыталась самостоятельно выйти в Верхний мир, по менее крутому пути, который ей показали карты. Но ничего не получилось. Пёс не шёл с ней по новому пути. Только по-своему.

## Глава 5 Путник


Мысленно поздоровался "зверёк" с прошедшим путником, чуть-чуть не задевшим ловушку на мелкого зверька.

Ярых воинов девочка нечасто видела, но всё равно старалась равнодушно относиться к их появлению в своём поле зрении. Но вот этому прошедшему удалось привлечь её внимание, и не только тем, что шёл без надёжного помощника - пса. Уверенно пересекая обширный луг, залитый разноцветными радугами, словно прогуливался абориген по своему домашнему саду. Наверное, эта его уверенность и подтолкнула девочку пойти следом, держась в плывущей над землёй фиолетовой дымке, в основном.

Путник время от времени замечал пронырливого мелкого зверёныша, только ему никак не удавалось распознать, что это? Не за этой мелочью он пожаловал, нет. Решалась судьба его беременной девушки и ещё не родившегося ребёнка. Он пришёл за головой смрада-ищейки. И уверенно шёл к своей цели.

Девочка терялась в догадках, почему так схожи воздействия именно фиолетовой дымки на ярых и смрад. Может, у них что-то общее? Может, это лекарство на них действует, что они изготавливают из железы смрад? Может, это из-за каких-то невидимых энергетических волн или частиц, которые окрашивают самый обыкновенный туман, они так себя ведут? Просто, она видела странные волны.

Но он, этот воин, смотрелся совершенно другим. Мужчина перед ней был похож на заблудившегося человека, высокого, с длинными ногами и руками, узкими бёдрами и с широкими плечами. Его сложение ладное и пропорциональное - красивый мужчина. Ещё, его одежда, это не амуниция охотников на тварей, скорее всего, на нем просто плотный костюм, а не броня. Как и его лёгкий прогулочный шлем.

Не вытерпев, взялась девочка предупреждать случайного путника, откуда к нему подкрадывается беда. Ей даже пришлось вступить в перепалку с соседним семейством диких псов, чтобы те не трогали чужака, чтобы на него не охотились, чтобы ненароком не съели.

Её прогулка со случайным путником растянулась почти на земной месяц. Шли, если так можно выразиться, бок о бок два разумных существа, и ни разу не заговорили. Углубившись в болотную топь, воин встретил то, что искал - ищейку смрад. Или это ищейка встретила его, наглеца, как бы ни было, путник оказался проворнее и одним взмахом снёс твари голову. Но... смрад, как только заметил чужого, успел издать довольно тихий звук. Инфразвук. И со всех сторон к ним уже неслись чудовища. Трещали вдалеке ветви от стремительного бега тварей.

Путник, не теряя времени, подцепил голову как рюкзак и со всех ног бросился побежать.

Убежал он, а девчонка осталась. Осталась прикрывать тыл, прекрасно понимая: как бы быстро мужчина не бегал, смрады бегают быстрее. Убегал путник с завидной скоростью даже для пронырливого "зверёныша".

"Зверюшка" знала, убийство одного смрада из охотничьей стаи повлечет на убийцу страшный гнев остальных. Они будут преследовать его и, без сомнения, догонят ещё до того, как он доберётся до спасительной границы крутых скал, отделяющих два мира. К тому же, чем дольше он буде убегать с необработанной головой, тем больше будет за ним погоня. Потому что от мёртвой головы смрада исходили улавливаемые его сородичами, невидимые волны, вроде радиоволны. Тут так, убиваешь и сразу надо вскрыть череп, чтобы вытащить дорогую железу и спрятать в специальном контейнере, чтоб не фонила. А попробуй это сделать, когда смрады передвигаются стаями от пятнадцати до двадцати пяти штук, и на каждую стаю приходилось не больше двух твердолобых командира. Вот и посчитайте, сколько злобных тварей надо перебить за раз, чтобы получить хотя бы одну "драгоценность".

Мужчина, явно, надеялся на свою сноровку, решил отбежать и обработать подальше добычу. Самонадеянный новичок! Ух, сколько раз она становилась свидетелем таких глупых поступков, наблюдая за схваткой настоящих охотников на смрад из многочисленных записей.

Не теряя время, не спускаясь на землю, девочка рассыпала по пути быстро удаляющегося воина, специальный порошок. Смесь, припасённая ею для "пожарного" случая, похожая на перец, только из пахучих растений с добавками размолотых ядовитых листьев.

- Апчхи...

Путник не следил за осторожностью, уловила девочка треск сухих ветвей. Поняла, что он влетел в специфический туман и оступился, свалившись, кубарем улетел в болото.

Сама не понимая почему, поняв, что путник себя выдал, она спустилась, перегородив смрадам дорогу. Грозный вой хищницы разнёсся по округе. Заметили нахалку и твари.

Убегала она, уводя смрад в сторону, подальше от путника. Убегала, понимая, что бежит медленно, а быстрее бежать не получается. Выкладывалась, и это было всё, на что она способна. Лёгкие жгло огнём. В лазах темнело. В такие моменты она успевала мечтать о мощных крыльях за своей спиной, которые видела в своих снах. Оглядывалась, но за спиной надвигалась лишь "тьма тьмущая". И никаких крыльев...

Девочка рассчитывала на глупость тварей, думала, что пока смрады поймут, что они гонятся ни за тем, кто лишил жизни их сородича, пройдёт прилично времени. Ведь, видя перед собой добычу, хищники не захотят её упустить.

Дистанция сокращалась. По большим плотным, округлым листьям, что росли на глубоких чистых водоёмах, она бегала быстрее. Но твари хорошо плавали...

Подумала, что надо бы попытаться скрыться в густых зарослях, затаиться, понадеявшись на густой туман, да не успевала. Её настигали. Не спасло ни бегство по хрупкой корочки вязкой грязи. Хотя, довольно поредели ряды преследователей.

Помощи ждать неоткуда. Звать на помощь Кутю не было ни сил, ни дыхания. Она, за этот месяц тайной слежки за незнакомцем, слишком далеко отошла от родной территории...

Хищная улыбка застыла на лице дикарки. Застыла улыбка, приподняв один уголок губ, больше похожая на оскал. Впереди показалась долина огненных гейзеров. Она не свернула, не смогла... дыхание сбивалось, перед глазами всё расплывалось. Ей осталось чуть-чуть. Она знала, что скоро может потерять сознание. И тогда...

Едва девочка выскочила из древесного царства, воюющую с натиском грязевого вулкана, как её подхватили мощный порыв ветра. Ну, хоть он оказался на её стороне, мысленно поблагодарила она стихию. Ветер подбрасывал её вверх, подгонял бежать всё дальше и дальше, вглубь. Оглянулась она всего раз, у подножья. Встретилась взглядом с ненасытной тварью и рванула ввысь, по оголившимся выступам скалы. Вперёд и вверх прыгала она, цеплялась за острые уступы, напоминавшие венецианские столбы.

Благодаря чуть меньшей плотности и "умеренного" притяжения, которое было немного слабее земного, что позволяло ей прыгать с места на два своих роста, а то, и выше, и дальше. Вот это и позволяло девочки скрываться от хищников с особой прытью и избегать множества неприятностей.

Вперёд и вверх рвалась сама душа, обжигающаяся о горячий воздух огненной долины. Щели и расколы под её ногами уходили глубоко во тьму недр. С завидной легкостью перепрыгивая такие бездонные глазницы, пролетая в некоторых местах чуть ни по десять метров. Не сама перепрыгивала, её удерживал горячий воздух, бьющий из тьмы. Она успевала ещё и полюбопытничать, осматриваясь по сторонам. А потом, её взору предстала огненная долина гейзеров, прекрасная и опасная.

Пробежав приличное расстояние по горячей дышащей земле, она разрешила себе оглянуться, нет ли погони? Куда там! Твари не стали преследовать жертву ещё там... на расколах.

- Счастливо!.. - улыбнулась девочка пустоте, помахав рукой неизвестности, или тому путнику, улыбнувшись небу, очень надеясь, что хоть немного отыграла время для незнакомца, а в глубине души заверила себя, что так надо было, и её жизнь проходит не зря. - Береги себя!

Странно, но почему-то она была уверенна, что обязательно ещё увидит его. Рано или поздно. И мыслей о том, что, скорее всего, не переживёт этот день не было в голове. Она человек и ей так мало лет, что никогда она не думала о своей смерти. Хотя и умирала уже несказанно много за свою маленькую жизнь, что привыкла.

Тело отказывалось слушаться. Сознание отказывалось подчиняться. Дышать с каждым шагом становилось невыносимо трудно: газ проникал через фильтрующую маску.

## Глава 6 Дом рода Солнца


Когда девочка очнулась, она моментально ощутила боль, ей казалось, что её тело уже разорвали на сотню кусков. Настолько ей был плохо, очень плохо. Болели и лёгкие. Вставать на непослушные ноги не хотелось, но надо - тело чувствовало невыносимый жар земли. Первый раз в жизни так больно вибрировал на руке браслет, что хотелось побиться им обо что-нибудь твёрдое. Ударила она рукой по земле и хрустальная корка со звоном рассыпалась в крошку. А над ней, переплывая из одного воздушного кармана в другой, клубились облака.

Где-то здесь, должен закончиться свод чёрных гор, понимала она, и где-то там, должна быть граница её Нижнего мира. И если она хочет вернуться к своей стае, ей надо идти дальше. Но вот свет браслета не погас при её пробуждении, как раньше, наоборот, его свет стал плотнее и окутал хозяйку плотной пеленой. А светящийся луч указывал дорогу. Совсем не в ту сторону, куда она хотела идти. Но раз она здесь, подумала, что не стоит упираться своей судьбе. Всё равно ведь загнали! Вперёд!

Усталость и плохое самочувствие отступили, уступив место детскому любопытству. Видевшая только новогодние фейерверки и небольшие праздничные салюты, девочка просто заворожено любовалась красотой и мощью огненной стихии: пламя, огненная лава и столбы пара и дыма вырывались из-под земли. Ч

С каждым шагом, ей казалось, что земля под ногами становилась всё горячей и горячей. Что чувствовалось через подошву из тонкой кожи. Иногда, она бежала буквально по раскалённым осколкам стекла или просто по гладкой на вид поверхности, очень хрупкой - стеклянной. Но она бежала дальше, бежала вприпрыжку, как ребёнок на прогулке, играя, прыгала со скакалкой будто по тропинке парка. Бежала девочка вперёд, гонимая странным внутренним чувством. Туда... да.

Через какое-то время, ей показалось, что и ветер немного стих. По крайне мере, теперь не надо ей было внезапно прыгать через бездну огнедышащих разломов в земле. Неожиданно наступила и прошла ночь, и новый вечер вроде бы не сулил перемен. Но она прыгала, только ещё более аккуратно, на носочках. А под утро, встречая в долине второй рассвет, солнечная волна света отразилась от огромной шарообразной поверхности. Сопок, насыпей итак перед её взором наблюдалось множество, но привлекла внимание именно одна. Та - от которой чувствовались электромагнитные импульсы. Странные волны.

Сколько радости возникло у неё в груди, в душе, подошла девочка к "сопке" и коснулась ладонями поверхности, будто приложилась к иконе. Обошла её, уже зная, что найдёт под слоем застывшего песка - купол ярых великанов. Ломиться сквозь огромный слой не стала. Не по её это силам. Но это и неважно в её случаи. Она знала и про другой вход-выход - на крыше.

Передвигаться по гладкой сопке пришлось на четвереньках, помогая себе когтистыми лапками. Перчатки такие с когтями, и по деревьям лазить удобно, и вообще, для самообороны. Не успела она добраться до верха, стеклянная корочка под ней раскрошилась и соскользнула девочка, проехав попой до самого дна глубокой ямы, неожиданно оказавшейся под той корочкой. Приземлилась она плашмя, проехав ещё и по неровной поверхности уже самого купола. Несколько минут, осознавая своё положение на дне-крыше, потёрла его рукой, смахнув слой песка. У-у-у... Представшая взору картина напугала до мурашек, она оказалась практически в самом центре города. Вернее, на самом верху, на его крыше, как и думала, откуда просматривалось такое, что грандиозность её воображения померкло.

Откуда-то снизу пробился луч света, посветил вокруг и остановился на гостье. Девочка поняла, что это что-то вроде какого-то датчика защиты. Под ногами высветился круг, нет - солнышко, дрогнул, что девочка почти легла, и началось плавное погружение спусковой платформы в мир, залитый ярким солнцем.

Зверьё на неё нападало, она так не пугалась, как неожиданное автоматическое действие лифта. Ещё тот лифт - стеклянный, и без каких бы то ни было видимых устройств. Волшебство и только! Сердце выпрыгивало из груди, билось так, что дышать ей стало больно.

"Вот и на лифте покаталась", улыбнулась она миру духов, встав на пол центрального уровня, засыпанного слоем песка и земли, кое-где виднелись переливающиеся каменные дорожки, показалось, будто они из того же минерала, что и её браслет. Из неухоженных цветников расползлись всякого рода растения, взмывая под потолок. Небольшие ручьи и водопады тихо, умиротворённо скользили прямо по полу. Сады со спелыми сочными плодами окружали и манили своей притягательностью - оазис. Что ещё надо для жизни, для счастья? Утолив жажду, девочка, не спавшая несколько дней, уснула, свернувшись в позе эмбриона в одной из развилок дерева со сладкими плодами. Спать...

Во сне её окружили белоснежные цветы. Море цветов на поляне до самого горизонта под звёздным ночным небом. И сами цветы, казалось, светились. Вокруг всё было мило, тихо и спокойно. Умиротворённо!

На поляне сидела влюблённая пара, державшаяся за руки. Маленькая, хрупкая рука девушки лежала в огромной, сильной руке возвышающегося над ней мужчины. Влюблённая чувствовала силу своего избранника, прикладывала ухо к его груди, чтобы слышать биение его сердца. Ведь только рядом с ним она по-настоящему счастлива.

- Я хочу подарить тебе звёзды, так, как ни один драгоценный камень не имеет ту ценность, которой мне хотелось бы одарить тебя, - шепнул мужчина девушке на ушко, поцеловав так нежно, будто прикосновением может разрушить идиллию.

- Зачем мне звёзды, когда рядом со мной солнце! Я люблю тебя! - прошептала девушка.

- Я люблю тебя! - ответил мужчина. - Предлагаю тебе руку и сердце.

- Как всё неожиданно... - хитро прищурилась милая, задумалась, нежно проведя ладонью по руке мужчины, делая вид, что оценивает предложенное.

Высокий и широкоплечий мужчина стоял перед хрупкой девушкой, едва дотягивающейся макушкой до его сердца.

- Нет! - твёрдо произнесла та. - Если ты предложишь руку и сердце, что же останется предложить мне? Давай так, ты предложишь мне руку, а с меня будет сердце?!

Мужчина ничего не ответил, он нежно притянул любимую к себе, обнял могучими, сильными руками.


Сон улетучился, потянулась голодная девушка в новом убежище. Улыбнулась! И сон хороший, хотя и странный, и настроение отличное. Хотя ей часто снились странные сны. Давно она не спала так безмятежно, беззаботно, не подпрыгивая от каждого шороха. А ведь когда спускалась на лифте, успела осмотреться, ни души, кроме бабочек, а с ними всякой дряни, вроде насекомых и маленьких птиц, явно пересидевших своих хозяев. Потом уже разобралась, что кроме них водятся в куполе и ящерицы и змеи - питоны. А в воде - искусственных ручьях и озёрах, и рыб с раками. Как поняла, этот купол не просто город ярых, это своего рода отдельный мир со своей замкнутой цепочкой. И не агрессивной, что на протяжении тысячи лет позволило существовать в этом пространстве нескольким видам без какого-то ни было ущерба.

Солнечные зайчики, множественными искорками плавно скользили вокруг, мерцая как звёзды. Лучи, похожие на лазерный свет, пробивался прямо с пола, то тут, то там. Девочка протянула руку и несколько "капель" света упало ей в ладонь. Красота!

Сколько она так бродила по закоулкам девочка не могла сказать. Бродила, осматривалась, пробовала на вкус незнакомые плоды: фрукты и овощи, пока не надоело. А потом уже вернулась она к центру, где сошла с лифта. Манил её там, находящийся под слоем почвы чёрный камень. И огонь, что горел в своеобразной чаше.

Девочка села прямо на пол, и стоило ей приложить ладони к видневшемуся чёрному камню, как вспыхнул с новой силой её браслет и не только. Свет, словно живой ручей, струился из её руки, заполняя знаки даже под слоем почвы. Хотелось ей отдёрнуть руку и больше не испытывать судьбу. Но не могла она сопротивляться своему внутреннему зову - чувству, что успокаивал волнение, что всё хорошо, что всё так, как должно быть. И она должна...

Дождалась, наблюдая, как из-под пола в самом центре появилось что-то бесформенное, туманное, словно призрак.

- Здравствуйте, - не нашла девочка ничего лучшего, как просто поздороваться. - Простите, что без приглашения, я тут мимо пробегала и случайно... хотя, может, не случайно вошла. Мне кажется, что-то звало меня именно сюда.

Девочка говорила ровным голосом, стараясь выговаривать каждую букву, каждый звук. Говорила кратко, пересказывая свою жизнь. Каким-то чутьём, догадываясь, что всё делает правильно. Туман волновался, шипел, будто настраивался.

- Здравствуй! - что-то ответило на её приветствие металлическим голосом её родного языка. А у неё сердце от страха пропустило один удар...

- Кто ты? - спросила девочка, а к уголкам глаз подступила влага, и полились по щекам слёзы. Странное чувство сдавило горло, захотелось рыдать в голос - кричать. Как давно она ни с кем не разговаривала. А сейчас...

"Туман" подробно разложил ей и этот ответ. Из всего сказанного девочка поняла, что разговаривает с ней просто заложенная программа. Вроде земной Алисы.

- А где я? - спросила она, не вкладывая в этот вопрос конкретного смысла. Где, где?

"Туман" ответил, не уточняя вопрос, что она дома. Ответил, перечислив все возможные варианты, от места на котором она стояла ногами, до месторасположения на карте планеты и на карте звёздного неба. Менялась обстановка вокруг: возникающие в воздухе голографические карты и изображения переносили её на немыслимые расстояния, на немыслимые высоты так, что кружилась голова.

- А кто я? - спросила девочка то, самое волнующее, надеясь и здесь получить развёрнутый ответ.

Зашипел "туман" и, выскользнувший из пола луч света, просветил её насквозь, считав показатели.

- Генетический сплав - полувид. Человек по внешним данным, по внешней генетической оболочке. Энергетический кокон внутренней оболочки ещё не сформирован но, и он с аномалиями, как физическими, так и энергетическими.

Поняла девочка, что большая генетическая половина досталась ей от людей, от отца. Она же своего рода является строительной составляющей. Программа сообщила, что она имеет долю от истинных ярых, последних, когда-то живших в этом куполе гуманоидов. Давно живших.

Для истинных ярых, чей средний возраст выпадает на тысячу лет, и встречаются те, кому за десять тысяч и больше. Миллион лет - это реальное время для оценки жизненного пути определённого народа - рода. Отслеживания изменений в генетическом коде - мутаций, которые происходят постоянно. Из поколения в поколение.

"...род, подтверждение рода, оценка, перезагрузка", объясняла программа свое значение. И что для доступа ко всей программе, потребуется подтвердить ей свою принадлежность к ярому роду, именно к куполу "Солнца". Стать началом отсчёта нового времени - нового генетического кода - искрой.

Сделала девочка всё, что говорила программа, не понимая, всю ситуацию, на что подписывается. А программа лишь поддакивала, подняв из недр специальный стол - платформу, указывая, куда ещё надо капнуть кровь, оставить отпечаток - код.

Изучив состав крови, выдала программа и результат, подробно рассказав об "коснувшихся" её генетического кода разных расах. Особенно, про схожие с людьми расы по своим физическим показателям, но на этом сходство и кончалось, одни свободно управляли и влияли на других психическими импульсами: гнев, ярость и страх, другие - обыкновенные обладатели телепатической связи. Кто-то, словно пытался создать нового человека с лучшими качествами.

- На данный момент ты находишься в стадии интенсивного развития. Ты ещё незрелая особь. Как и насколько ты будешь изменяться, что из генетики различных рас возьмет вверх, не известно. Это зависит от внутренних и внешних факторов. И энергетических потоков влияющих на организм.

Перед глазами девочки проносились таблицы генетических сложений, генетические модули - схемы. "Ух! Чтоб меня!" Единственное, что поняла из всего сказанного, что на данный момент она несовершенная гусеница и, что будет дальше с ней, что она будет дальше за существо, знают только Высшие Силы. Особь! Незрелая!

А ей слишком мало лет, чтобы понять информацию, выданную программой. Да ей, по большему счёту, стало совсем не интересно. Она сама не знала, чего хочет от себя, от всего сущего. Улыбнулась девочка предупреждению, что ещё для дальнейшего - нового времени, ей предстоит выбрать пару из... этого купола, желательно чистой истинной ярой крови. А вот с этим проблемы. Программа почему-то не фиксировала того, что жителей в куполе нет.

То, что программа сообщила о проблемах со здоровьем, высветив их на обозрение, так она о них знала. Отцу ещё на Земле говорили врачи, что его дочь - не жилец.

Жизнь и смерть! Сколько информации?! Предстояло ей многое узнать, многое понять. Особенно, узнать о своём браслете, ведь благодаря ему, она всё ещё жива. Программа сообщила, что артефакт стабилизирует как внешние, так и внутренние потоки жизненной энергии. Энергетические потоки исходящие, как от всего живого, так и от растительного мира, от планеты, от земли. Но пока она ничего не знает об особенностях управления артефактом, о самой энергии, о мире и их взаимосвязях, ей следует довериться автоматической настройки, и принять её, как часть вспомогательного органа. И просто жить!

Позже у неё было много вопросов, и почти на все девочка всегда получила ответы, доступные и развёрнутые, но совершенно непонятные для её "незрелого" мозга.

Почему, например, летающие искры - светлячки, скользят именно вокруг неё? Пытаются ластиться словно котята? А статическое электричество она буквально с рук стряхивает? И вообще, почему она чувствует различные энергии: "видит и слышит" биение жизни, чувствует смерть?

Особенности?

Наконец, она нашла то, что назвала своим домом, в котором она находилась в безопасности, в котором она не просто могла поговорить, пускай не с человеком, но с тем, кто всегда выслушает и ответит на все вопросы. Одиночество ничуть не смущало. Ей некогда было думать об этом. Она, что называется, дорвалась. Изголодавшееся сознание поглощало всё - до чего дотягивалось. Информации, невероятно, много. Только вот времени, как всегда, мало.

Программа не смогла точно вычислить, сколько ей лет. Сама-то она думал лет четырнадцать-пятнадцать, может, чуть больше. И неудивительно, что из обширного списка знаний, интересовалась она довольно узким списком программ. Удивительно, что ещё могло интересовать девчонку её возраста, как не музыка, танцы, древние песнопения и немного истории. Многое было на древнем языке истинных ярых, вот так играючи она его усвоила и не заметила, как начала думать на нём. Усвоила с лёгкостью, потому что он был сродни древнеславянскому.

Задавала девочка вопросы о жителях дома, почему он пуст. Хотя, сама же и отвечала: что через пекло снаружи, ходить проблематично. На наивный вопрос ребёнка, а где же город? Ведь ей прекрасно известно, что купол должен стоять в центре колоссального сооружения.

Да, когда-то он и стоял, именно там. А город сгинул. Землетрясение, гул, удалось ли кому-то спастись, неизвестно. Купол, являющийся огромным летающим кораблём, погрузился в огненную лаву вместе с колоссальной платформой, а потом, сработала автоматическая программа самосохранения.

Время летело быстро. Изредка возвращаясь девочка к своим, к Кути, проведывала стаю. Пытаясь перетащить их к себе в купол. Но не смогла. Она не альфа. А альфа самка ревностно охраняла свою насиженную территорию, и покидать её не желала. Так что, проверив всё ли у них в порядке, она возвращалась в купол ни с чем. А время шло.

Почему купол принял её? да потому что доставшаяся доля ДНК от ярых, принадлежала как раз этому куполу. И как раз то, что нужно. Она оказалась способной удержать ключ, и стала хозяйкой. Но... об условии "нового времени" она совсем забыла...

## Глава 7 последний день на Земле


Позёмки. Давно не выходившая на "свежий" воздух девушка, встав на носочки, коснувшись горячей земли, потянулась, мысленно ухватившись за золотой серп своего дома. Год назад ей удалось добиться от программы запуска системы, что позволило поднять купол из песков. Следуя расчётам, сделанным с помощью программы, передвинуть дом-город со всей платформой, поближе к земле обетованной, найденной ею у границы между огненной долиной и началом отвесной границы.

Из купола вышел не нескладный ребёнок, ни "гадкий утёнок", а очаровательная молодая девушка. Дикий, затравленный зверёк сгинул в огненной долине давным-давно, а молодая, грациозная хищница, прищуренным взглядом золотых глаз осмотрелась вокруг.

Если бы не страх потерять своё убежище: страх, что его могут обнаружить, она перенесла бы его ещё ближе к границе между двумя мирами, а то и вообще, попыталась поднять наверх. Но это был её дом, и только её. К тому же, огненная пустыня оказалась самым безопасным местом, от любого рода посягательств.

Девушка бежала по огненной долине. Бежала, напевая от нестерпимого жара, песни, где шепотом, а где и во всё горло. Ветер хлестал с такой силой, что вырывал хвосты пламени и бросал их, играя, ввысь, и прямо вместе с ней.

- А нам всё равно... ай, - сбивалась она, - в преисподней сковорода холоднее...

Примерно за сутки до конца долины, замолкала и, насторожившись, осторожно пробиралась к спасительным лесам. Добегала. Ветер частенько помогал: высоко подбрасывая над зыбкими песками, над острыми зубьями скал, торчащими в обугленных землях.

На этот раз она себя мысленно ругала, так как время для прогулки выбрала не лучшее. Сезон миграции разного рода зверья. И вот именно сейчас, ей захотелось сбегать проверить свою дикую стаю. Убедиться, что они на месте. Потом, кто его знает, что будет потом?

Что творилось в Верхнем мире, её не интересовало. Проторённая тропа лежала через могучий "корень" чёрной горы. Один из столбов, на который опиралась нависающая сверху "крыша её мира".

Чтобы выбраться из долины, где расположился теперь купол, ей приходилось идти или в самое пекло: туда, где растеклась кровавым пятном кипящая лава, что не было видно ей конца и края. Такой яростный выброс спровоцировала её работа по передвижению дома. Можно было, конечно, идти к границе - к скале, которая ей не по силам без Кути, это через менее огненные земли, и в обход, по Верхнему миру, или через "корень". Местами шероховатые выступы "корня" резали и срезали кожаную подошву мягких сапог, а по гладкой поверхности можно было скользить как по катку, только или вверх, или вниз. Девушка на таких "катках" раздевалась, оставляя на себе лишь малую часть нижнего белья, буквально прилипая к чёрным камням всем телом. Это оказалось единственно возможным способом преодоления такого вида препятствий на пути.

Неожиданно обнаруженный оазис, прижатый с одной стороны огненной долиной, между нескольких столбов "крыши" и под самой границей скал - нечто. Зелёный рай тысяч водопадов, стекающих с "неба" - неописуемая красота, в котором не обнаружилось опасных хищников даже для неё. Перенесла она свой дом ближе к оазису. И оказался он там, как на пьедестале. Это её МИР!

Горные козлы резвились по скалам. Болотные свиньи мирно паслись. Самый страшный зверь в этом уголке - неповоротливый ящер, похожий на варана. Раз в десять крупнее, такой динозаврик или дракон недоросток.

И главное, без солнца здесь в её мире было светло как днём. Чёрный свод, впитывал свет огненной долины и отражал его, а кое-где преломлялся, и казалось, что этот волшебной красоты мир, нарисован сказочными красками.

Дорога по-пластунски сама по себе долгая, но и безопасная. Единственное, после такого изнурительного передвижения требовался отдых и сон. Спать на скале, как-то не очень комфортно. Соорудив на верхушке огромного дерева "гнездо", стянув несколько веток и обмотав их ядовитым вьюнком - уснула.

Во сне она все куда-то летела. Летела, расправляя крылья, похожие на крылья летучей мыши. Приятно, ветер волнами захлёстывал тело. Приятно, до боли...

Иногда, бродила она во сне туманным облаком. Скользила, подымаясь к солнцу, как будто что-то искала или кого-то. Там, во сне, среди звёзд, встречала её сущность и других путников - туманности, каким-то странным чутьём, эти непонятные создания узнавали друг - о друге всё.

Сны - вот где она чувствовала себя легко...

Приёмный отец приснился лишь раз: издалека улыбнувшись, он помахал ей рукой. Так, как он делал каждый раз, возвращаясь или уезжая. Попрощался!

Она, конечно, вспоминала ТОТ ДЕНЬ. Прокручивала в голове каждое движение "чужих", "Безликого бога". Но винила во всём себя. Прокручивая на руке свой не снимающийся браслет.


За день до "того дня" она наблюдала за горящим лесом на горизонте и, заметив, что он повернул в сторону ближайшей деревни, побежала туда. У неё же день рожденье пару дней, как прошёл, а отец две недели на усилении. Хотелось напомнить ему о важной дате, это с одной стороны. А так, был лишний повод увидеть родного человека.

Хорошо, что бежать не так далеко. Деревня, если через лес, километров десять.

- Здравствуйте, - поздоровалась девочка, вылетев прямо на незнакомца в лесу, - вы что, заблудились?

Много кто бродил в лесу в последнее время: и лесники, и грибники, и пожарники с помощниками. Кого только последнее время ни попадался?!

Мужчина, высокий, около двух метров, крепкий, но с выраженной болезненной худощавостью на лице, как-то неуверенно кивнул. На вид ему около пятидесяти лет, только на вид. Его ледяные глаза немного напугали ребёнка, но она, не боявшаяся в лесу даже медведей с волками, отмахнулась от своего шестого чувства. Седина в тёмных волосах придавала мужчине солидность и уважение. Девочка почувствовала в нём, что-то родное...

- Я в деревню, - указала девочка направление, махнув головой в сторону, - а Вам лучше идти в сторону города, так безопаснее, - ребёнок насторожился, прислушался, - только надо поторопиться, огонь перешёл в верховой.

- Я в Волково. Можно с тобой? - произнёс мужчина ровным, мягким голосом, тем самым подкупив малышку знанием местности.

Они шли быстро. Ребёнок старался, не намеренно, сохранять между собой и посторонним человеком, расстояние. И мужчина, старался не нарушать незримую границу. Перебегая одну лесную дорогу, девочка резко остановилась.

- Папа, - радостно кинулась она к показавшейся из-за поворота машине.

Машина остановилась. Из неё вышел родной человек. Встретил прыгнувшую на шею дочь.

Тогда она не заметила, как странно, скованно, вёл себя отец, увидев с ней того человека.

- Папа, ты к нашим? - быстро спросил ребёнок, - надо торопиться, огонь перешёл в верховой и идёт к деревне, а я тут человека в лесу нашла, он, по-моему, военный и поедет с нами. Правда? - Обратилась она к человеку. Седой мужчина, как бы давая своё согласие, одобрительно кивнул.

Дым сгущался, наплывал, как туман, проникал в машину. Глаза слезились.

- А... апчхи... - чихнула девочка, ёрзая на заднем сидении машины.

- Будь здорова, красавица, - высказал свои пожелания мужчина, оглянувшись, сев вполоборота и внимательно всмотревшись в ребёнка.

По дороге они немного разговорились, мужчина в основном отвечал на вопросы "любопытной стрекозы". Отец, пытался одёргивать её, чтобы она не приставала. Но девочка, улыбнувшись, притихнув лишь на несколько секунд, продолжала "допрос".

- Папа стой, там не проедим, давай в объезд, - неожиданно остановила дочка отца.

- Задымление большое, а там овраги, - спокойно ответил папа.

- А навигатор на что? - широко улыбнулась дочь, и вышла, усевшись на капот.

Ребёнок, сидя на капоте, указывал путь, а мужчины о чём-то (о ком-то) серьёзно разговаривали.

Так они и выехали. В деревне царила суматоха, туда-сюда бегали люди и домашние животные. Посторонний человек, выйдя из машины, хотел уйти.

- Вы куда? - окликнула его девочка, - можете пока с нами остаться - помочь? Я думаю, папа вас потом подвезёт, куда скажите, он у меня хороший, самый лучший на свете.

И улыбнувшись ребёнку, мужчина остался, помогая жителям эвакуироваться. В одной деревянной избушке, не желая покидать свой дом, забаррикадировался пожилой старик. С твёрдым намерением покинуть этот свет в нём.

- Не ждите меня, сынки, идите себе с богом, - откуда-то из-за закрытой двери слышался старческий голос, - этот дом мой отец строил, в него в войну бомба попала, и я её по сей день сторожу, уходите...

Каким-то чудом, его уговорили открыть дверь. Незнакомец, о чём-то с ним полушёпотом переговорил.

Потом, был долгий вечер, и долгая яркая ночь на маленьком острове, посреди мелкой реки. Девочка, смотря на небо, озарявшееся ярким пламенем, комментировала, какой в данный момент горит дом. Комментировала, потому что между ними и деревней, полыхали деревья.

Подвезённый ими человек оказался довольно интересным собеседником, весёлым.

- Ну, что навигатор, как живётся? - подошёл он именно к девочке, когда та отошла к кромке реки, - у тебя красивый браслет.

- А... апчхи... папа подарил, у меня день рожденье, на днях было, - ответила она, смочив платок и завязав им нос и рот.

Честно, она не знала, что ответить постороннему человеку. Они поговорили, теперь он задавал ей вопросы. А она как раз дочертила на песке знаки. И незнакомец не обошёл их вниманием, спросив, что это? Девочка спокойно ответил, что она попросила прийти сюда дождь. Затронули и тему религии. Тут двое не сошлись, ребёнок заметил, что человек, пытается навязать ей своё видение некоторых вопросов, и открыто высмеяла это. Назвав его Безликим богом.

- Арамира, ты должна уяснить, я могу решать, многие вопросы, могу решать судьбы... - спокойно, но с каким-то внутренним напряжением произнёс мужчина. И от его холодного взгляда потянуло высокомерием.

- Да не Арамира, а Ярамира, - хихикнула девочка. - У меня так в свидетельстве о рождении и написано. Это специалист в загсе попутал что-то.

Утром, когда ребёнок проснулся, Безликого уже не было. Люди пошли осматривать то, что осталось, от их домов. Странно, а дом деда, огонь не тронул, обошел стороной. До своего дома, егерь с дочерью не доехали... по официальным данным, они погибли в пожаре.

## Глава 8 Охота на охотников


Граница безжизненной пустыни осталась позади. Несколько дней, девушка передвигалась по опустевшему лесу. Поднималась и опускалась по ярусам "этажей". Было так тихо, и эта тишина пугала куда больше, чем дикие вопли. Спать ложилась, выискивая укрытия, или сквозные норы, или сооружая подвесные гнёзда. Чтобы ни один хищник не достал.

Интуиция заставила проснуться, дремавшую в своём укрытии хищницу. Шестое чувство, чутьё, назовите, как хотите - насторожилось она. Спокойно отреагировала, заметив вышедшую на охоту стаю смрад. Не столько заметила, как почувствовала. Как оказалась, она чувствует их некой телепатической частью. Даже, можно сказать, немного удивилась: раньше, так далеко от болот не видела их. А они явно на кого-то вели охоту, и теперь, присмотревшись, заметила, если так можно назвать действие зверья, что они перегруппировывались, подбираясь ближе к своей добыче.

Любопытство никогда не доводило до добра. Припомнив себе поговорку про любопытную Варвару, девушка всё же покинула своё надёжное укрытие и подкралась ближе, посмотреть, чем будут лакомиться твари. Аккуратно пробралась через кольцо окружения, по высоким стволам, переплетённым дикими лианами. Подобралась к притаившемуся, думала несчастному зверьку. Да нет! Совершенно и не добычи, совершенно и не несчастному! Оказалось - это знакомые. Пёс набрал значительную массу после их последней и единственной встречи. А ярый - каменный истукан, всё так же, как и тогда, стоял неподвижно - выжидал, крепко сжав в руках холодное оружие - чёрное копьё с кровавыми полосами.

Быстро, не издав ни единого шороха, девушка, словно хищница, подкрался ближе. Обрадовавшись, как будто встретила старых друзей. Душа кричала: "привет". Да и сама она, чуть-чуть не бросилась к ним навстречу, будто они это её с таким усердием ждали. Вовремя опомнилась.

Сидеть и созерцать, в первом ряду, как знакомого, пускай и такого нелюдя, будут рвать на куски, не радовало. А то, что будут рвать, не сомневалась. Это ему ни с одной стаей сражаться. Окружили его три стаи смрад, а это уж извини - смерть, и хорошо если мгновенная.

Ни камешки ведь в него бросать, чтобы привлечь внимание? Свистом она его привлекла, показав знаками, что его заметили и окружают три стаи. Заодно привлекла и к себе внимание, но пока зверьё её не чуяло, сосредоточив все чувства на уже зримой цели.

Истукан даже не пошевелился. Давая понять, что он не собирается отступать. Соперники на одном участки его не обрадовали. Её он воспринял, как соперника. Правда, думая, что перед ним молодой воин. Это его стая, которую он вел уже не одну неделю, поджидая выгодного момента, чтобы напасть. Его добыча, с которой он не собирается делиться. Нет! Показал он ей знак, чтобы убиралась.

Гордыня?! Упрямство каменного истукана взбесило её. Она ещё раз показала хищному воину, вооружённому длинным копьём и топором, что тварей не одна стая, больше трёх. Он умрёт!

Воин не шевельнулся.

Недовольно фыркнув, поднявшись из своего укрытия, вприпрыжку, ускользнула она в темноту, не заботясь об осторожности. Воин не успел рассмотреть, что это было. Кто? Знаков на амуниции не увидел. Зато услышал, как этот кто-то неопознанный звонким детским голосом пел неизвестную песенку: в лесу родилась ёлочка, в лесу она росла... а... а...

Пошла, это мягко сказано, если учесть, что передвигалась она по одному из верхних ярусов, образовавшийся из переплетённых стволов. Как муравьишка по лабиринту из сказки, да не волшебному. Туман, чернота, клацанье болотного газа, треск и скрежет ветвей. Это её мир, пускай и хищный, это её дом, пускай опасный, но смотреть со стороны, как погибают на глазах разумные существа, она не собиралась.

Вылетела упрямица прямо в лоб тварям. Они ей обрадовались, разинув в "улыбке" пасть. Успела нахалка наградить увесистой оплеухой - обухом топора - одного чересчур "радостного". И отпрыгнув, что было сил, побежала дальше, уводя за собой часть засады. Теперь она бегала лучше, увереннее, чем тогда, теперь она чувствовала свои силы. Под мягкой подошвой пружинили гибкие ветви, придавая скорости. Красота?!

Каменному истукану нужны не все смрады, а ищейки, те, что командовали, вели основную группу к жертве. Так что Ярамира не боялась гнева яра. Ему хватит тех.

Уводила она тварей, так же весело напевая, и вела прямиком на вторую пробирающуюся группу. Улыбка, хищной маской застыла на её лице, слегка приподняв один уголок губ, слегка показав зубы - оскал.

Она чувствовала, как внюхиваются в ночной воздух твари, следовавшие по её следам, видя и предчувствуя скорую добычу. А она всё пела. Не добежав до следующих притаившихся смрадов, поджидающих добычу в засаде, нахалка с разбегу влетела на огромный поваленный ствол, пробежав над хищными головами, огорчив с такой надеждой ждущих свой кусок плоти. Чуть-чуть избежав "жарких объятий" прыгнувшего навстречу ей чудовища.

Фыркнула молодая и наглая хищница, даже не взглянув на тварей. И глубоко вздохнув, словно открыв второе дыхание, бросилась бежать - порхать с ветви на ветвь, с тропы на тропу, ныряя в чёрные пропасти. Если бы она находилась на открытой местности или рядом с большой воде, смрадом хватило бы трёх прыжков, чтобы достать её и... А так, шанс всё же имелся. У всех! Пятьдесят на пятьдесят.

Погоня удвоилась. Удвоилась, очень ловко сокращая расстояние прямо на хрупких ветвях. Она знала, на что шла, пугаться поздно.

Она знала эту местность, каждое дерево, каждый гнилой ствол с опасными ловушками, естественными и не очень, проходила этой стороной, как проторённой тропой. Несколько нагоняющих пар сгинуло по пути, кто соскользнул и упал, получив увечья, кто-то налетел на других хищников, и им оказалось совершенно не до преследования, не до продолжения погони: самим бы завтраком не стать.

Долго так продолжаться не могло. А она мериться выносливостью со смрадами и не думала. А убегать, как понимала, долго не сможет. И на этот раз чутьё не подвело, она почувствовала запах ядовитого растения. Выход ли это? Зачерпнув припасённую напоследок, скорее всего, внутреннюю энергию, сломя голову кинулась туда.

Огромный куст паразит, так густо окутал высокие развесистые деревья, что казался шевелящимся чудовищем, на миг показалось, что в его глубине самый настоящий сказочный замок.

Думать поздно, девушка, просто влетела в самое сердце видения, запрыгнув в него. Запрыгнула и замерла. Прутья, словно живые змеи, почувствовав жертву, зашевелились, вонзая ядовитые шипы во все живое, во всё, что шевелится. За девушкой, буквально наступая ей на пятки, влетели в ловушку и смрады. Один повиснув, всё-таки достал её, царапнул бивнем по плечу. Но не прорвал её амуницию, а на плече, будет синяк. Наверное.

На сильного и опасного хищника, всегда найдётся и более сильный, и более опасный. И не обязательно это будет зверь. Мгновенно отреагировало растение на вторжение непрошеных гостей, с неимоверной силой, сжимая всё, что попало к ней в объятия, всё, что шевелилось.

Смрады пытались вырваться, шипели, визжали, рычали. Но только усугубляли своё положение яростным сопротивлением. С хрустом ломались их кости. Нет! Девушка вела себя спокойно, пытаясь после быстрого бега успокоить частое дыхание. Пыталась она успокоить себя, стараясь не шевелиться совсем. Не сопротивляться. А с десяток смрадов, разинув пасти, нервно похаживали рядом с кустом, держа дистанцию.

Ярамира надеяться, что они уйдут до утра, и её несильно так раздавят всё же сжимающиеся коконом острые ветви. Надо просто дотерпеть до утра, так как на рассвете, непременно будет небольшой заморозок, при котором большинство растений на несколько часов как бы впадут в транс, и этого хватит, чтобы выползти. Дольше, боялась, не выдержит - парализующий яд на острых иглах затормаживал и её организм.

А смрады всё ходили и ходили вокруг, нервно подёргивая хвостами. Не покидали они своего поста до тех пор, пока висевшие соплеменники не затихли, не издали последний судорожный стон.

Всё! Оскалилась про себя молодая хищница, здесь больше нет жизни! Побродив ещё немного, стая скрылась, растворившись во мгле, подыскивая новую жертву. Девушка ухмыльнулась, теперь у её знакомого "рыцаря" есть шанс выжить и победить.

Про себя она ещё выругалась, за своё безрассудство, за упрямство воина, и расслабилась. Переживания за него, не показались ей странными, он не чужой. Нет!

Девушка не осознавала, что скучает по живому общению. Те мимолётные посещения стаи Кути сжимали ей сердце. Ведь прекрасно понимала, что долго так продолжаться не может. И что дальше делать, не знала...

Она могла бы улететь. В её солнечном куполе находились небольшие летательные аппараты способные преодолевать космическое пространство, а куда лететь? зачем? Нигде нет родного окна, в котором бы горел свет, где бы ждали именно её. Нет! Нигде нет родной души, которая бы переживала за неё, думала о ней. поэтому никуда и не стремилась.

Последнее время она ловила себя на мысли, что хочет пойти к местным. В ней и их кровь. Почему бы и нет? Исторические хроники, что она читала, сделали своё дело. Мало-помалу они вытеснили из её сознания ярость, гнев и злобу на весь мир, и тем более на себя. И чем больше она узнавала о ярых, тем больше испытывала гордость и уважения к ним.

В глубине души появилась радость, что хоть немного, но всё-таки она одна из них. Не диких аборигенов, а древних космических исследователей. Она - ярая. ЯрАмира. Или, как говорил Безликий - Арамира.

## Глава 9 "Каменный истукан"


Вот и новый день! Ярамира вгляделась в небо, окрасившееся в кроваво-красный цвет. Изменилось преломление лучей солнца, изменилась цветовая палитра во всём Нижнем мире.

Холодный утренний туман опустился ледяным инеем. Девушка почувствовала, что засыпает, холод проник глубоко внутрь - в нутро...

- Синий, синий, иней... - выдохнула, провела рукой по налипшей на ресницах изморози.

Всё хорошо! Утренний морозец, как и ожидалось, не подвёл. Из-за влажности образовался иней. Зубы у неё судорожно стучали. Пальцы озябли даже в перчатках, попыталась она согреть их дыханием, но само тело не желало слушаться, не желало отогреваться. Больно! Больно из-за проникшего в тело парализующего яда.

Зато живая! С горем пополам выползла чудом спасшаяся девушка из своего надёжного убежища, которое чуть было и её не раздавило в "нежных" объятиях. Острые шипы растения, нет-нет, да доставали - кололи. Улыбнулась она своему позднему "включению" - своей заторможенности. И поползла назад: тот смрад, который всё же достал её тело, царапнув плечо, - как вспомнила - зубастый командир, это его череп нужен ярому охотнику. Один череп как раз и остался от всей твари.

Тяжёлая, вскинула девушка её себе на спину, как рюкзак и, пошатываясь, пошла, не опасаясь ни смрадов, ни других хищников. Ночной бой яра со смрадами всё зверьё разогнало, а кто не убежал, до сих пор тихо сидел в своей норе боясь высунуть нос.

Вернулась она по следам и не только по своим, до того места, где встретила великана. Как следопыт, осмотрела местность с явными признаками борьбы, и пошла уже по следам хищного воина и его пса. Ни одного трупа смрада не наблюдалось, что говорило о том, что дело ярый не завершил. Хотя хорошо начал опытный охотник, орудовал вплотную - стенка на стенку. Копьё, топор, нож - всё шло в дело. Увидела, где пёсик получил ранение, по глубоким следам отчётливо видела, что хозяин не бросил любимца, трудно было, но он вытащил напарника. А потом следы пропали, но это уже не важно, она знала, куда они направились. И скоро нашла обоих на каменной возвышенности со всех сторон окруженной горячими гейзерами, пыхтящими и дымящими.

Воин, подперев массивную глыбу спиной, сидел неподвижно, чем всё больше напоминал каменное изваяние, практически сливаясь с серой местностью. Молодой пёс, лежавший рядом, даже голову не поднял, но ушами повёл, при приближении гостьи. На что, видимо, отреагировал и хозяин. Зная, что если бы подкрадывался зверь или смрад, реакция последовала бы другая, а так - свои. Так что её появление для яра не стало неожиданностью. Ни такой большой неожиданностью, когда он рассмотрел, что за чудо пожаловало.

Любое движение отзывались мучительной болью - ранение ярый получил не серьёзное, когда вытаскивал щенка, но... Охота выдалась непредсказуемой - тяжёлой. Никак он не рассчитывал, что придётся столкнуться сразу с тремя группами смрад. Это первый раз в его жизни так "повезло". И если бы не предупреждение, если тот молодой воин не увёл часть...

Молодой воин, гибкий и тонкий, появился довольно на приличном от него расстоянии, намеренно показался... Сначала яр не понял, кто именно перед ним, но вглядевшись. Удивился. Девушка?! Плавные движения тела, кистей, головы. Так может двигаться только девушка. Только сейчас дошло. Там, в густых и тёмных зарослях, он думал, что увидел молодого воина, подростка. Ярые охотники редко, но иногда брали с собой в Нижний мир - будущих хищных воинов. Своих сыновей. Младших сородичей.

Девушка двигалась осторожно, не издавая ни единого шороха, шелеста. С иронией подметил хищный воин, насколько её движения рассчитаны, если бы она захотела, он бы не заметил её, окажись она даже над его головой - точно. Девушка намеренно предстала его взору полностью, показалась прямо перед ним на противоположной стороне убежища, на пару шагов выйдя из зелёного укрытия к краю горячей кромки. Перестраховываясь, решила не подходить ближе к притаившимся хищникам. Разумным, что для неё было хуже встречи со смрадами. Между воином и девушкой метров сто чистой каменной площадки с бурлящими горячими источниками, что всё-таки придавало ей уверенности в своей безопасности от нападения. Она сняла голову смрада, показала яру и, положив её на землю, не поворачиваясь спиной, скрылась, давая понять, что от него требуется. Обработать добычу, и как можно скорее, иначе, в очень скором времени, пожалуют недобитые им зубастые сородичи почившего.

Глупая?! Мужчина принял такую выходку за дерзость, неуважение, пренебрежение - вызов. Девушка не проявила уважения, не поздоровалась, не попросила по-человечески, можно и так сказать, вынуть железу, пока хозяин в отлучке. А потом, что потом, разборка с другим ярым хищным воином? Нет! Железа принадлежит тому, кто её достал и спрятал в своём сейфе. Какая-то девчонка будет дразнить его, будет решать показываться ему или?..

Ярый вскипел, он думал, что нахалка, скрывшись в зарослях, будет сидеть там и наблюдать за ним, а потом потребует отдать "жемчужину"? Не угадал! Хотя девушка и вправду, пересилив желание понаблюдать за ним, всё же отошла, но совсем чуть-чуть. Она очень устала от бессонной и безумной ночи, ноги дрожали, подкашивались, и хотя хотелось ей ещё и поесть, и попить, но нет. Усталость перевесила все желания. Скрывшись в листве, она хоть и оглянулась на бронированного воина, но лишь для того, чтобы убедиться, что у неё есть время, по-быстрому соорудив себе укрытие, спрятаться. Она решила, что если он и пойдёт искать её, вряд ли догадается, что она так близко. И забравшись в своё сооружение, вроде гнезда сороки, свернувшись в клубок, уснула, словно провалившись сознанием во тьму. Тишина окружила мгновенная - пустота...

Проснувшись, Ярамира ещё какое-то время понежилась, прислушиваясь к миру. Удивившись, что не просыпалась от шорохов и визга. И убедившись, что ни один хищник её не выследил, потянула за верёвочку.

Гнездо распахнулось, как распускается цветок, выпуская на волю что-то дорогое. Девушка спрыгнула на надёжный ствол, потянулась. Организм мгновенно вспомнил о затраченной ни так давно энергии и потребовал возмещения. Еда?! Но не тут-то было, она почувствовала вибрацию воздуха, но среагировать не успела.


Войдя в густые заросли, откуда показалась нахалка, воин не сразу рассмотрел тайное укрытие. И то, только зная, что ищет - кого. Девчонку - напялившую на себя звериную шкурку на хорошую такую амуницию. Хотя верхнюю часть лица также скрывала звериная маска, но она ему кое-кого напомнила. Отмахнулся ярый от наваждения (воспоминания), такого просто не может быть. Он решил разобраться. Нахалка, предупреждая его об опасности, там, в преддверии охоты, использовала знаки, которыми пользовались исключительно хищные воины. А вот по голосу, ему показалось, что это девочка, что-то там, говорила - пела. Он, правда, не разобрал наречие...

Выследив "зверька" и поняв, что в ближайшее время она никуда не денется, он вернулся и обработал череп, достав железу, чуть больше горошины, и хотя ничего схожего с жемчужиной у этого сокровища не было, тут, скорее всего, способ вскрытия непробиваемого черепа сыграл в названии. Прекрасная упругая "жемчужина" с сетью тёмно-красных прожилок, легла рядом с другими сокровищами в специальный сейф. Закрывалась сейф-коробочка, действительно, как самый, что ни на есть сейф, лишь он - хозяин, мог открыть её без труда, так, чтобы ни задеть небольшой "секрет". Открой её кто другой, содержимое будет немедленно уничтожено, а вместе с ним и покусившийся на его добро недруг. Сейчас, сейф заполнен почти наполовину, а эта последняя охота почти ничего ему не принесла, кроме этой девчонки. Он собирался добыть ещё, как минимум пять, если повезёт - шесть "жемчужин". И только тогда можно возвращаться. А это значило, если бы ему эти три сплочённые стаи встретились порознь, всё сложилось бы как нельзя кстати. Улыбнулся мужчина, впредь решив, что будет держать свои желания где-нибудь подальше, наметил ещё две охоты, два сражения - за жизнь, на смерть. Только бы такое скопление больше не попадалось. Хорошо бы!

Долго ему пришлось ждать, пока девушка выспится. И яр, уже начал думать, что с самого начала надо было ликвидировать её ловушки: натянутые, как паутина лианы, взять за шкурку обманку и отходить ремнём по мягкому месту. Отвести домой и отдать её вместе с "подарочком" главе дома. Хотя, какой он-то должен "подарочек"? Приведёт её домой и этого хватит!

Пора! Дал себе команду опасный хищник и в один прыжок очутился рядом с проснувшейся и потянувшейся соней.

Сонная реакция "зверька" против караулившего хищника припоздала. Её попытка оттолкнуться, чтобы прыгнуть хоть куда-нибудь, совпала с мощным приземлением великана, толстый ствол под его тяжестью повело, посыпалась с него шелуха, и как-то совсем неожиданно девушка, что так быстро окажется в крепких объятиях. Она так и не поняла - неожиданный страх повлиял на неё или его тяжёлая рука придавила ей грудную клетку - наступила мгновенная темнота.

Ярый испугался: не ожидал он, что девушка окажется настолько нежной и потеряет сознание прямо у него в руках. Всего-то чуточку прижал к себе. Растерялся он, желание наказать девчонку мгновенно пропало. Отнёс он её к своему укрытию у гейзеров и стал ждать.

"Хочу пить, - есть!" - заорал изголодавшийся мозг. Девушка не успела до конца проснуться, как испуг пронзил всё тело, - разум. Так что, опять же, физиологические потребности организма ушли далеко-далеко. Звериная сущность дикарки почувствовала рядом с собой, в непосредственной близости, "каменного истукана".

Инстинкты самозащиты сработали, но не инстинкты самосохранения: "зверёк" на четвереньках кинулся, спасаясь в гейзеры. Мужчина про себя улыбнулся, понимая, что был прав, на всякий пожарный случай, привязав её за ногу. Тонкий трос натянулась. Всё!

И куда делась гордая хищница? Зашипела девушка на ярого воина, исподлобья оценивая своё положение, сложившуюся ситуацию. Поймал! Привязал! Наблюдает! А она ещё ему помогала... Обиделась девушка, отвернулась от него, повернулась к нему спиной. Села.

Ярый наблюдал, не шевелился, ждал. Итак, боль разум затуманивала, а спокойно раздеться и рану обработать всё никак не получалось. Оружие, находившееся при девушке он забрал. Топор, ножи, самодельное копьё, разложил перед собой, осмотрел предметы и никак не мог понять, почему всё разное? Ни одного рода, как обычно, ни одного производителя, ни одного дома, города. Он ждал, что девушка одумается, подойдёт и проявит уважение, поздоровается, для начала, но нахалка, осмотревшись, развернулась к нему спиной, тем самым выразив своё неуважение. Да, его ещё никогда, так не оскорбляли, тем более кто... Нахалка!

Если посмотреть на знаки топора, то она из дома "черного камня". Но это не её топор, он знал, кому принадлежит оружие, лично знаком с хозяином. Был, потому что друг не вернулся с охоты. Ячейка в топоре пуста, а это означало одно, сородич друга уже забрал "мину" - записывающий предмет. Но почему топор здесь? Очень хотелось надеяться, что хозяин наглого "чуда", из рода "чёрного камня". И он скоро явится за своим. Но другие предметы...

Ослабить железные путы девушка даже и не пыталась, села на камень, болтая ножкой, к которой прилипла цепочка, без замков, без видимых стыков. Изучала. "Ага", подметил ярый, что с металлическим вьюном девушка хорошо знакома. Тонкая металлическая цепочка принимала любую форму, заданную хозяином. Значит, знает она, что нужен специальный ключ, со специальной настройкой электромагнитного импульса. А это может быть любой предмет.

Поняв, что так просто не освободиться. Освободиться могла, но сбежать, от этого хищника, от двоих... решила, пока оставить попытку. Подумать. Второй конец троса ярый прикрепил к копью, вбитому между камнями.

Так они просидели несколько часов. Терпения и времени у обоих предостаточно. Если бы не очень хотелось есть. Ярый догадывался о её желаниях. Он достал из мешочка на поясе кусочек сушенного, скорее вяленого, мяса, и бросил ей, чем не намеренно взбесил пленницу.

"Я тебе прикормлю собачонку", ладно бы дал в руки, а вот так, с земли, встал "дикий зверёк" и подошёл к куску. А остальное, произошло за малую долю секунды. Вызывающе ухмыльнулась нахалка и ногой запустила кусок в ближайший гейзер. Всё! Ярого понесло, не выдержал он хамства, в один прыжок оказался рядом с девушкой, с твёрдым намерением отправить её следом - в гейзер. Только, на лице, под маской зверька, блеснула уж очень знакомая детская улыбка. Одним движением он сдёрнул с неё маску.

- Привет, - поздоровалась с мужчиной, дерзкая девушка, - давай, как раньше, разойдёмся по-хорошему. Я тебя не видела, ты меня. Ты меня не трогаешь, я не натравливаю на тебя зверьё.

Последнее она зря сказала, резанув по его хищному, мужскому эго. Хотя, если честно, девушка блефовала, она не собиралась на него никого натравливать. А вот привлечь к себе самой хищников могла.

Ярый не узнал в ней того ребёнка, того взъерошенного из ящика, измазанного грязью и в засохшей крови. Но понял, что это она, удивившись и обрадовавшись, что она жива. Да, подросла, подтянулась, вытянулась. Остались шрамы на лице. Но они не портили впечатление, не искажали юные миловидные черты. А ведь она до сих пор часто снилась ему. Виделась ему, как уходит ребёнок в обнимку с псом к черным горам.

Ярый вернулся на покинутое место, сел и застыл. Адреналин схлынул и в глазах начало темнеть. Вот и откат после резкого прыжка, а ведь он её и поймал так же, но такой слабости тогда не ощутил. Стоило это того? Даже думать ему сейчас было больно. Не сейчас! Нет!

Пока ярый шёл на место, Ярамира успела рассмотреть его ранение, кровь на амуниции. Пострадали у него шея, плечо, лопатка. Это он так прикрывал своего раненного пса, когда со спины на него самого бросился смрад или лучше сказать направляющая ищейка, глубоко тварь вонзила ему в плечо свой боковой клык (бивень), попыталась острыми зубьями перегрызть ему шею. Невольная улыбка коснулась лица девушки, оценив могучую спину. Такую шею трудно перегрызть, даже смрадам. За что тварь и поплатилась, лишившись головы.

Воин расценил её улыбку усмешкой над ним. Представил, как будет снимать с неё кожу... живьём. И даже полегчало.

Им обоим требовалось время, и девушка устроилась удобнее, поближе к раненому питомцу каменного истукана. У неё самой тоже небольшие царапины имеются, после посещения ядовитого и живого плюща, и они не могли ждать настроения. Ярамира частично разделась. Стараясь не снимать основного костюма, по возможности, как можно меньше выставляя своё тело напоказ следившему за ней типу.

Встань она на четвереньки, побеги по-звериному, в полутьме и тумане даже он не срезу распознал бы в ней человека. Как понял, снималась её верхняя шкурка-обманка легко. Отпадала, как хвост у ящерицы. Предусмотрительно. Схватил бы он девушку за неё, когда ловил, или ещё кто, у неё был бы шанс вырваться. Костюм под шкуркой-обманкой похож на его амуницию с бронированными вставками. Неплохо он сработан, опытный воин не мог не подметить такое. А под костюмом, мужчина подозревал, что может скрываться под одеждой. Под ним, много что скрывалось, и не только оружие.

Правда, на ней были ещё и мягкие прошнурованные сапожки, и широкий пояс, скрывающий под собой пару плоских пластин, и родной ножичек.

То, что у неё припрятано какое-никакое оружие, он не сомневался. Достаточно, было разглядеть острые когти в перчатках, заточенные под небольшие крюки, чтобы ловчее лазить по стволам и скалам. И такие же, шипы на сапожках. Как она его ими не ударила?

Ярый воин смотрел на неё, читал по показавшимся из-под одежды шрамам, читал её жизнь как книгу. Остальное, всё он оценил так себе. Не удивительно, что от неё избавились тогда. Хотя, сейчас и фигурка достаточно аккуратная, с привлекательными окружностями и в нужных местах. Просто, он нормальный мужчина, которому нравятся осознанно зрелые женщины. А перед ним стояла... Он попытался понять, зрелая ли перед ним женская особь? Если даже предположить, что на момент их первой встречи ей уже было лет десять, то, даже по космическим часам, где в сутках двадцать шесть часов, она достигла половозрелого состояния. Семнадцать-восемнадцать земных? Есть! На вид даже больше, в пределах двадцати. И если бы не их давняя встреча, то решил бы, что девушка вполне взрослая и зрелая. То, что она до сих пор ребёнок, он в этом убедился, наблюдая за её поведением.

Последствия "бурной ночи" в объятиях плюща, были не страшны: только множество неглубоких царапин, которые она обработала припасённой про запас мазью, о которой узнала от программы в куполе. И сама её сделала, похимичив в лаборатории в своём городе.

Хищный воин, как и тогда, находился при полной экипировке: хороший, плотный, с бронированными вставками костюм смотрелся фантастической смесью чего-то старинного, рыцарского и современного. На сапоги, перчатки, и пояс Ярамира посмотрела с нескрываемым восхищением. И естественно на шлем. Шлем соединялся с туловищем в области плеч. Несмотря на свою громоздкость, он не стеснял движения хозяина, поверни тот голову хоть на триста градусов. Лёгкое копьё при нём с длинным железным наконечником больше напоминавший меч - нечто восхитительное. На копье также присутствовали знаки, кто он, что, сколько ходил на охоту, скольким тварям снёс голову. Рассмотрела девочка и его ножи: добротные, сломать какие не хватит сил и троих мужчин, зубастая пара, украшенная выжженными белыми пантерами с обеих сторон, а в глазах зверья искрился рубиновый свет. И имелся небольшой топор, больше требующийся для разделывания бронированных голов смрад, так же украшенный изображениями различных животных. Красота!

Поняла она, что специализируется этот ярый хищник на ближнем бое, самом опасном и действенном. Девушка улыбнулась, грозен воин, способный напасть на стаю смрад практически в одиночку да с простым на взгляд холодным оружием - это если не знать секретов. И копьё энергетическое, способное вырабатывать такие магнитные волны и электрические импульсы, что с силой каменной скалы может врезаться в противника и отбрасывать недруга, даже жизнь это копьё может вырвать. Вот почему в некоторых местах, где сражался ярый, земля, словно в гармошку собрана, местами вздыблена и кусками вывернута. А на одном из ножей имелась специальная кнопка, которую можно нажимать, когда лезвие загнано в тело твари, тогда пули из рукоятки выстреливались прямо внутрь, где и взрывались, повреждая только внутренние органы.

Уж так повелось, что в Нижнем мире можно использовать только холодное оружие, и всё из-за взрывоопасных газов, вырывающихся из недр и скапливающихся в больших количествах. Болотистая местность, густо заросшая переплетённой растительностью и туманы - всё это делало охоту на смрад специфической, где два вида опасных хищников вели свою борьбу за выживание.

По-новому девушка взглянула на "каменного истукана" - с уважением. Считала информацию, кто он, что, к какому роду принадлежит. Но... старая обида не отпустила. Восхищение прошло быстро. А вот голод прибавил злости.

- Извиняться не буду, - вот и заговорил "зверёныш" на русском, надеясь, что он понимает. Нет, не надеясь, почти. - Отпусти меня. Как понимаю, вы ещё поохотиться собираетесь, а я абсолютно ни к чему, и буду мешать.

Воин понял, что мешать нахалка будет намеренно. Заговорив, она даже не повернуться к нему лицом, не соизволила, чем всё больше и больше раздражала.

Она чувствовала его взгляд, совершенно не холодный, а горячий и уверенный взгляд сильного мужчины. И прекрасно понимала, что разговор у них с самого начала не заладился, и не заладится. Никогда он с ней не заговорит - он немой, и знак на шлеме она видела соответствующий, такие ставятся тем, кто сам, добровольно обрёк себя на вечное молчание.

Но почему-то перемешалось всё в душе - все чувства, эмоции. Хотелось ей, и злиться, и радоваться, хотелось человеческого тепла, общения, понимания, поддержки и сочувствия, остаться, рассказать всё, убежать и больше никогда не видеть ни его, ни других двуногих. Одинокая слеза скользнула по щеке... Движения девушки были грациозны и быстры, воин даже не успел отреагировать. А сковывающий её движения железный вьюн осталась лежать на земле. Дикарка, стремительно преодолев выжженную площадку, скрылась в спасительной чёрной зелени.

С её бегством ярый вздохнул с облегчением, не до неё ему сейчас, где-то она даже права. Боль, вызванная последним резким движением - прыжком - никак не унималась. Ярый попытался откинуться, прислониться спиной к скале, но... не смог, мозг, словно током пробило. Ему даже показалось, что его сознание отключилось на некоторое незначительное время. Пересилив неприятные чувства, он всё же прислонился к камню, прижав рану, чтобы не кровоточила. Дотянуться, чтобы обработать её, он не мог. Понимал, что жизненно важные органы не задеты, а значит, нет нужды использовать отработку - обработанную вакцину из железы смрад. Использовать её в малом промежутки времени, не рекомендовалось. Нельзя! Да и надёжное лекарство почти закончилось - две дозы осталось. А впереди ещё две охоты, как минимум, если повезёт, и дорога домой, ничуть не безопаснее самых хищных троп Нижнего мира.

Но вот любопытство одолело хищного воина, хотелось ему знать, как девушка расслабила оковы? Решил, что если будет время, после... поохотится на эту дерзкую мелочь. И эти мысли, о воображаемой охоте, придали сил. Сознание словно отключили.


Лишь когда живот начало скручивать от нестерпимой боли, Ярамира позволила себе оглянуться, убедиться, что погони нет. Мозг требовал насыщения, тело требовало отдыха. Руки и ноги словно одеревенели, не желая больше слушаться. Больно кололо в груди. А чувства... странные и непонятные, жалости и сострадания, тянули назад. "Он ранен, они ранены..."

Нет! Первым делом личные потребности - еда. Напилась она с ближайшего родника. А вот с едой дела обстояли куда хуже. После нашествия смрад живность "вымерла". Припомнился вяленый кусочек мяса, и слюнки самопроизвольно наполнили рот...

Побродив немного по окрестности, искупавшись в тёплой воде, думая, что хоть это придаст уверенности и мозг "вправит". Но нет! Всё увереннее звучал внутренний голос. Совесть! Что надо вернуться, - помочь. Куда там совести. Ей очень жалко было оставить свои вещи и оружие, которые так и остались лежать у ног "каменного истукана". Без оружия, без припасов, без Кути - долго она продержится? Ругала она себя, за такую глупую неосмотрительность, прихватив из своего дома, что приютил её - два ритуальных ножа жрицы дома "Солнца" - ужас! Вернуть их она решила в любом случае. Они её! Своей красотой ритуальные ножи превосходил все, что она видела. Идеальное равновесие, ручка украшенная резьбой и драгоценностями, а какие зубья. Красной гравировкой по черному металлу, до острия тянулись волны огня. И вспыхивали они по её желанию.


Теперь на суровом лице воина, под тёмным шлемом, появилась хищная ухмылка. Она вернулась, вышла из зарослей и остановилась напротив раненых, там, где положила голову смрад. И пошла вперёд, с каждым шагом сокращая расстояние.

Вот, немного терпения, и не надо ни за кем бегать, он догадывался, зачем она вернулась, - одежда и оружие. Недолго, девушка испытывала его терпение. Нахалка!

Преодолев разделяющую их бурлящую гейзерами площадку, девушка подошла, правда, сохраняя дистанцию. То, что она готова в любой момент броситься в бегство, хищный воин видел. Видел каждое осторожное движение, даже за дыханием её проследил.

- Мне нужно знать, понимаешь ты меня или нет? - обратилась нахалка к ярому, разговаривая на своём родном, не зная как объяснить ему знание языков его мира. Двух, которые выучила. Но вот без практики... Шевельнула девушка кистью руки, ладонью показывая жест - да, нет. Давая понять, что знает о его специфике общения.

Да, шевельнул своей огромной лапой разумный хищник.

- Я думаю, между нами произошло недоразумение, недопонимание. Ты меня напугал, а я не знаю, что ожидать? Что тебе надо? Зачем ты на меня напал? Привязал? Голова смрад мне не нужна, не пропадать же добру? А я... просто так получилось. Я тебя узнала, и просто, хотела предупредить. Отдай мне мои вещи, и я уйду.

Ярый не шевельнулся. Девушке показалось, что он её вообще не слышит, тяжёлый ком подступил к горлу, в глазах сверкнули слёзы. Чтобы скрыть непонятно откуда нахлынувшее чувство обиды, она резко развернулась и подошла к своим вещам: шкурке-обманке и рюкзаку. Они лежали рядом с его псом.

Её состояние не скрылось от мужчины. Он ждал, пока она соберёт вещи. Он ещё думал, стоит ли её останавливать. И в правду, зачем она ему сдалась? А пускай катиться куда подальше, но без родового оружия ярых: топора, принадлежавшего его другу, и ножей, настолько дорогих, что какая-то мразь к ним даже дотрагиваться не имеет права. Если надо будет, за оружием, явится сам хозяин, но к нему, тогда он задаст ему несколько вопросов. Ему, а не ей. Да и вообще, среди вещей. Ну, кроме шкурки-обманки. Личных вещей девушки. Он мог поклясться, нет. Или пускай докажет эта человечка, что она принадлежит хоть к одному ярому роду.

Порывшись в своём рюкзаке, девушка вернулась с небольшим свёртком и фляжкой. В свёртке оказались нить с иголкой, стерильной тканью и эластичные бинты. Удивила?!

- Разрешишь? - поинтересовалась девушка, - клянусь не причинить тебе вреда. Даже знак клятвы изобразила жестом.

То, что его голова ей тоже не нужна, было написано у неё на лбу. А вот клятва ярых, значила многое. А ещё она сопроводила клятву запечатывающим жестом. Просто так, вот так, её не произносили и не давали, однажды и навсегда. Ярые сородичи это одно, но клятва этой... что стоила? Проверить?

Ярый расстегнул замки на амуниции, подметив, с какой лёгкостью она стянула её. точно зная, как и куда тянуть ту или иную деталь. Смочила присохшую к телу рубаху. Сняла. Он же послушно сидел к ней спиной, не проронив ни звука, когда она промывала, обрабатывала, стягивала и зашивала. Прикладывала стерильную ткань и фиксировала её.

Выполнял он её просьбы послушно, а думал, что надо бы задать ей пару вопросов. Узнать о покровителе. Кто-то же научил её языку жестов, и оказывать медицинскую помощь. Значит, всё не так просто, кто-то использовал её. С какой целью? На охоте, эту нахалку можно использовать только как приманку. Да вот на какого хищника?

А девушка, тем временем убежала с его рубахой к ближайшему ручью. Проследил раненый направление. Вернулась она быстро, с более-менее чистой рубахой, кровь отстирала и села латать.

Амуницию он ей не доверил. Сам стянул разрыв кожаным шнуром.

Уходить она не торопилась, к лежавшему рядом с ним своё оружие не приближалась. Даже не смотрела в его сторону. Ярый решил, что она решила усыпить его внимание, чтобы незаметно стащить. Нет, не дело девушке бегать по лесам с оружием. Пускай только появится покровитель.

С земную неделю они точно провели на этом огненном месте. Ярамира каждый день меняла ему повязки. Еды он ей больше не кидал, не давал. И она не просила. Она ловила неосторожную мелкую живность, змей, ящериц, пробегавших в поле её досягаемости. Поджаривала их над огнём. И спать ложилась в поле его зрения, но не близко, а так, чтобы успеть отреагировать на его шаги.

Молодой пёс тоже быстро поправлялся. На обоих (яре и варе) раны затягивались, как на собаках. Ещё пару дней, размял воин своё плечо, и можно выдвигаться. Регенерация у него, как у хищного воина, отменная, иначе, он бы давно погиб. Тут и специальные лекарства, что он принимал, содействовали.

Разговаривать с нахалкой, мужчина не желал, так же как и девушка, молчаливо сидевшая и следившая за каждым движением ярого. Ножи и топор, которые он у неё отобрал, вообще спрятал у себя под амуницию.

"Гад!" Не поговорить, не вернуть своё. Бесполезно! Гневно сверкала Ярамира взглядом. Да ещё поклялась не причинять ему вреда. Да?! Оставалось ждать, когда смрады разорвут его на куски...

Ярые способны устанавливать очень сильную связь с разумом - любого разумного существа. Очень развита у них эмпатия и интуиция. Не совсем телепатическая, а больше, если можно её так назвать, эмоциональная, но для некоторых случаев, для лучшего контакта, им нужен физический контакт, а если добавить ещё и зрительный "контакт", то это будет "звено" - связь с самим разумом (сущностью). Тут надо подметить, что связь устанавливалась не со всеми.

А способностью устанавливать телепатическую связь, обладали единицы. Так что таких, одарённых, на всей планете, можно по пальцам одной руки пересчитать, перечислить поимённо.

И "каменный истукан" за проведённое вместе время стал чувствовать эмоции девчонки: гнев, тоска, страх.

Странно всё в мире, но этим двоим - чужим, разным существам, оказалась не нужна, ни человеческая речь, ни телепатическая. Девушка чувствовала своего "каменного истукана", как и он её, на своём подсознательном уровне. Распознавала она нотки негодования, даже в неподвижно сидевшем мужчине. В глухом его рычании понимала, какой шаг право, а где, возможно, "расстрел"...

Сложилось у неё ощущение, что она знает его всю жизнь. Вот, что ей не хватало! Чувства, что она не одинока в этом большом и грозном мире. Чтобы согревал её душу чей-то взгляд. Значит, всё будет хорошо! Да!

## Глава 10 Приманка


Шли они долго, шли вглубь, что радовало нахалку. С каждым днём, она ближе и ближе подходила к своим диким псам, к их территории. Но, когда ярый свернул прямиком в сторону болотных топей, обширных и бесконечных, прямиком к тварям... Игривая улыбка исчезла с девичьего лица, остался лишь оскал.

Почему не подождать смрад в более безопасном, проверенном месте, не выследить, когда те будут шарить по болотам в поисках добычи, и разойдутся на большое расстояние друг от друга, "ломала" молодая хищница голову. Ведь, он как раз, как она поняла, действовал до встречи с ней почти так. Ладно, она?! Она имеет возможность при угрозе спрятаться - вон, хоть на скользкий столб подняться, своего рода сталактит, из чёрного прочного минерала. Когти тут, конечно, не помогут. Или в испещрённый, как сыр пароду забраться, тоже вариант. Знала и ещё один тайный способ исчезнуть с глаз смрад. Но он - "истукан", совсем страх потерял.

Могло бы ему, конечно, и повезти, примерно, как давнему охотнику-одиночке - случайному путнику. Ведь зачастую, один из направляющих ищеек смрад при обнаружении добычи всегда нападает первыми, при этом, предварительно, позвав сородичей. Потом, нападают простые смрады-солдаты. Три-четыре, а иногда, целых пять ищеек смрад - координируют всю группу. Если группа состоит из десяти голов, то три из них принадлежит бронированным тварям. Если до двадцати, то и ищеек больше. Опасно, конечно, в любом случае. Но... идти туда, где смрады ходят плотными рядами - самоубийство.

Царство вечных туманов встретило непрошеных гостей, плотным фиолетовым занавесом. Ярамира немного выдохнула. Эту плотную завесу смрады не любили. Ну и яры.

Девушка держалась неподалеку от хищного воина, шла в поле его зрения. Ярый наблюдал за ней, смотрел на её ухмылку. Улыбалась она, вглядываясь в невидимую даль, в бесконечное пространство многоярусного Нижнего мира. Кое-где чёрными провалами виднелись целые пещеры. Ей пришлось снять и маску и перчатки, чтобы лучше видеть, слышать, чувствовать. Некая порода передавала вибрацию, когда по ней передвигались членистоногие твари. И, временами, можно было предугадать их появление.

"Не надейся, глупая, я не допущу, чтобы на меня напали исподтишка", - думал мужчина, что ухмыляется она, чувствуя близость своего хозяина.

Пока им по пути, девушка не стремилась скрыться. Она забавлялась словно маленький ребёнок, проверяя рамки дозволенного. Рамки и она ощущала, пока он не переступил её собственную...

Некоторое время назад, этот каменный изверг подвесил её на дереве вниз головой, метра на три от поверхности, и до ствола на таком же уровне. И ушёл в густую зелень, издав рык.

Приманка. Что-то прорычало в сознании - кто-то. Она для него приманка или ещё для кого? В глубине зарослей, но уже ближе, что-то прорычало - мурлыкнуло. Ярамира поняла, что хищный воин рядом...

В непроглядных чёрных зарослях, с другой стороны от скрывшегося яра почувствовалось движение. Девушка почувствовала на себе хищный взгляд голодного зверья, насторожилась - две киски. Две кошачьей пароды хищницы осторожно подбирались к ней, оскаливая, жаждущие свежего мяса, пасти.

Реакция, взращенной в агрессивных условиях девушки, сработала моментально. Проснулась в ней хищница, показывая свои коготки, запуская их в само сердце. Девушка, не выдержав боли, выдохнула рык. Песчаные, отливающие золотом глаза потемнели. Но засевшему в кустах наблюдателю такие подробности были не видны. Его интересовала общая картина. Он надеялся спровоцировать её хозяина.

Нападение изголодавшихся зверушек было стремительным. Ярамира не видела сам бросок. Услышала, как на уровне лица клацнули челюсти. Тело отреагировало быстрее, нечто в ней отреагировало на звериных инстинктах выживания.

Мгновение, и она уселась на ствол, к которому и привязал её истукан. Предусмотрел "гад", и отступать ей некуда. Даже если расслабит вьюн на ноге, снимет его. Куда она? Вниз? В пасти? Девушка сидела на гладком, покатом стволе, а по нему уже карабкалась очаровательная и грациозная, похожая на пантеру, молодая хищница. Две кисы, такие похожие на изображения, что она заметила выгравированных на обоих ножах ярого воина. Только эти чёрные. "Кошатник!"

Привязав нахалку к дереву, натравив на неё молодых хищниц, он хотел ещё проверить, как быстро она ослабит его плетёный "вьюн". Чем именно пошлёт импульс. У каждого же хищного воина свой код к таким замкам. А то, скора охота, и вдруг, такой возможности проверить больше не будет?! Её ухмылка, обращённая в пустоту, туда, где слышался далёкий вой вар - бесила. Что-то ему совсем не верилось, что такая улыбка это только её забава, её хорошее настроение. Он видел, что она порывалась ответить, да тайком поглядывала в его сторону.

Порывалась, да! Правда! Но боялась, что прибежит Кутя, и ярому с молодым псом на этот раз не поздоровится.

Навязчивая мысль, о том, что девушка является приманкой для хищных воинов - охотников на смрад, не отпускала немого воина. Уже начал думать он, что сам дичает, и какая-то паранойя, всё крепче сжимала хищное нутро. Да, пересидел он в этот раз на охоте, желая помочь роду погибшего друга, заодно и своей бывшей женщине, набрать "жемчужин" и на их долю пришёл. Время поджимало: сезон более-менее безопасной и благотворной охоты закончился. Зная, где когда-то проходил узкий путь из топей, по которому выходили смрады, ярый решил, что подкараулит их там. И девушка ему ни к чему. Точно!

Стоял и смотрел мужчина на происходящее. Вмешаться если что, даже не думал. На стволе, друг против друга, стояли две молодые хищницы: одна вооружённая крепкими когтями и клыками, другая взяла в руки тонкий трос, к которой была привязана. Прыгнули они одновременно и опутанные одной верёвкой соскользнули вниз - повисли.

Девчонка висела вниз головой и, как могла, крепче прижималась к своей сопернице, чтобы не попасть под острые когти соперницы. Петля попала точно на шею киски и сжималась под их тяжестью всё сильнее. Вторая киска ждала свою сестрёнку внизу, а услышав, как та заскулила и захрипела, закрутилась юлой, скуля, нервно похлопывала хвостом по запавшим бокам.

Вися и приживаясь к тушке дикой кошке, Ярамира слышала, как сильно бьётся её сердце. Бьётся ещё жизнь... страх?! Чувствовала девушка чужой страх. Но хищная сущность в ней, секунду назад готовая убивать, наигранно замурлыкала. Опасности она больше не ощущала, а потому и поджала коготки. Жалость комом подступила к горлу, сдавила грудную клетку. "Больно, как больно... умирать".

Вот, что точно не ожидал ярый, это то, что произойдёт дальше. Девчонка ловко вскарабкалась на ствол и подтянула за собой примерно пятидесятикилограммовую тушу хищницы и, сняв с неё петлю, подтолкнула ещё не очухавшуюся к земле. Та съехала, как с горки, сбив сестрёнку.

Коснувшись земли, киса поднялась на трясущиеся лапы и, вновь, оскалилась на несостоявшуюся добычу. Девушка оскалилась в ответ, злобно пошипев ядовитой змеёй. Ещё несколько секунд они испытывали друг друга взглядом. И, видимо, выяснив нечто важное, будто поставив точку в отношениях, чёрные сестрёнки грациозно скрылись в зарослях, растворившись в тумане. Всё!

"Каменный истукан" не заставил себя долго ждать. Как ни в чём не бывало, пришёл и молча, отцепив своё имущество, пошёл дальше. Взглядом, которым девушка одарила его, он не пожелал бы встретиться даже заклятому врагу. Нет! Он прочувствовал затылком, как работает закон сохранения нерушимой клятвы. "Почувствовал скрежет когтей по энергетическому замку данной клятвы".

Что-то злющее и опасное, почувствовал хищный воин в хрупком, женском взгляде. Где-то внутри пожалел, что тогда, при первой встречи, позволил ей уйти. Правда, что было бы тогда, уже точно никто не узнает. И строить ещё и догадки ему совсем не хотелось. Ни фантазёр!

А то, что не заметил он изменившийся взгляд - темнота и туман. Даже через особо чувствительные внешние стёкла, отсеивающие все "неровности", "шероховатости" аномалии в фиолетовом тумане, позволяющие видеть не только в полной темноте и в ультрафиолетовом свете. Он бы всё равно не увидел столь мелкую деталь, как цвет глаз.

Ярый не понимал, почему нахалка не ведёт себя так, как нормальная девушка. Почему она ни плачет, ни просит, ни кричит. Она ведёт себя, как зверёныш, как хищник...

Он, конечно, мог задать ей вопросы, написав их на земле. Но ответит ли она? Захочет? Да и вес её ответа?

Подготовил "зверь" её хорошо! Хищным воином язык не поворачивался назвать того, кто охотился на своих сородичей, посылая вперёд такую приманку в виде хрупкой и беззащитной девушки. С ужасом подумал, что и он совершил несколько ошибок, присвоив подкинутую добычу, а потому что открывал "сейф" не убедившись в безопасности. Позволив раздеть себя, тем самым изучив особенности амуниции.

"Попробовать?!" Уже не раз приходила ему мысль выпытать ответы силой. Но...

Нет, оскорблять своё самолюбие пыткой девчонки, было ниже достоинства воина. А вот, как он будет допрашивать того, посмевшего так оскорбить реликвию древних истинных ярых, отдав ножи жрицы дома "Солнца" в руки этой...

Не состыковки удерживали его от решительных действий.

Время шло. Частые дожди привели к разливу рек, половодью. Болото поднялось, растеклось. И туманы с фиолетовой дымкой растянулись на огромные расстояния. Воин зашёл в нехоженые места, как позволило ему чутьё и подготовка. В какой-то момент он понял, что давно не видит следов смрадов, и идти дальше бесполезно. Всё, ход заказан!

Под утро холод начал подбираться к путникам. Озябнув от сырости, девушка укрывалась, свернувшись калачикам, прижавшись к псу. "Каменный" больше не трогал её, не отгонял от своего питомца.

Днём девчонка не могла подолгу сидеть на одном месте. Особенно, когда гремел гром и били молнии. Что-что, а этого добра хватало в Нижнем мире. Сверкающие разряды, время от времени, разрывали бурлящий "океан" над головой. И это чудо завораживало.

Девочка, то прыгала, используя тонкую лиану, как скакалку, то, затаившись, висела на ветке. Ему ли не понять, для чего она постоянно занимает себя? А чтобы не сойти с ума от мыслей об ожидающей их на каждом шагу опасности. Даже присев, она находила себе занятие - играла с псом в шашки и шахматы. Делая ход за двоих. Как-то ярый не выдержал, подошёл и сделал ход. Но на этом всё, больше он не позволил себе отвлекаться.

Только однажды, под утро, температура опустилась так резко, что девочка, отсыпавшаяся в самодельном укрытии из ветвей и листьев, не проснулась. Чутьё заставило ярого вытащить её из укрытия. Но она уже не реагировала. Единственное, что он придумал сделать, чтобы быстро отогреть нахалку, это распахнуть свою амуницию и прижать к себе, согреть своим теплом. Опять же поступив неосмотрительно. "Глупец!"

- Красиво?! - еле слышно произнесла отогревшаяся девушка, открыв глаза, проведя пальцем по узору на грубой грязной рубахе, которую сама же как-то стирала.

Рубаха на нём, немного из грубоватой на вид ткани, но очень красиво выбитая и вышитая. Такое ощущение, что она специально ждала подходящего момента, чтобы сказать об этом. И только сейчас не сдержалась в своих эмоциях. Девушка поёжилась, сильнее вжавшись в его тело, чувствуя, что он вот-вот отлучит её от такого тёплого и уютного места. Она не намеренно вслушивалась в биение его сердца, внюхиваясь в его запах. Отец, был тем единственным человеком, к которому она когда-то прижималась, обнимала, целовала, и думала, что он единственный человек, который всегда защитит...

А этот ярый мужчина?.. Он другой, и уже не чужой...

В ночной мгле шевелился туман, а то, что кряхтело, скрипело, шипело в нём, напоминала гигантского змея. Там - наверху, под чёрным сводом, холодные льды сталактитами свисали над головой, над миром, угрожая рухнуть в самый непредсказуемый момент, и... нагнетали ужас одним своим видом. Мир будто вывернуло наизнанку - душу выворачивало от завораживающей красоты, необычности и опасности. На огромных ветвях тысячелетних деревьев, вслушиваясь в тишину, сидели три абсолютно разных существа, которых связала сама судьба.

Ничего не видно, но... хищница в девочке почувствовала. Почувствовала она стаю смрад вышедшую на охоту. Идти совсем не хотелось, и есть мягкий, болотный тростник вконец опостылело. Пёс нет-нет ловил какую-нибудь живность, вроде больших плавающих крыс, но с ней не делился. Про "каменного истукана" вообще нечего говорить. Отсидеться - лучший способ избежать неприятностей. Но и молчать она не могла. Время! Догадывалась девушка, что со временем у ярого плохо.

## Глава 11 Путь мёртвых


- Ты идёшь по старому пути мёртвых, он уже несколько сезонов как не используется, - шёпотом произнесла девушка, как бы про себя.

"Путём мёртвых", ярые назвали тропу, по которой смрады выходят из своих болот, найти её удача для охотника. Удача, в смысле, выжить после...

Воин не пошевелился. Он знал, примерно лет сто назад, он был на этом месте. Первый и единственный раз. Мало кто рисковал подойти ближе. Мало кто возвращался, мало...

Подумала она проводить его к новой дороге, к неминуемой смерти, да понимала, что затея бессмысленная. Нет! Вряд ли, он ей поверит - послушается.

- Ну, что тогда сидим? - возмутилась девушка, - пошли, разомнёмся.

Не успел он ничего сказать, нахалка запрыгнула на его пса и скрылась в тумане. Его приказ питомцу: вернуться, также исчез в пустоте. Нет, из глубины послышался рык: пёс нашёл следы тварей и позвал хозяина...

Девушка держалась так, чтобы ярый не терял их из вида. Шли они несколько часов, шли крадучись, шли осторожно. Если честно, всё это время, хищный воин наблюдал за девушкой. Он не верил, что она могла знать местность. В нём взыграл другой интерес - охотничий азарт. Неподчинение приказам карается смертью. И не важно, зверь это или человек. Сжав копьё, подумал бронированный великан, что рука на этот раз не дрогнет. Вот! Чуть-чуть ближе...

Где-то вдали слышались приближающиеся раскаты грома, небо над головой сотрясалось, грозясь обрушить ледяные столбы. Порывистый ветер всё сильнее раскачивал макушки великих деревьев, грозясь спуститься ниже, коснуться болотной жижи. Любое неловкое движение грозило гибелью. Всё и все грозили гибелью!

Девчонка шла, не оглядываясь, но часто останавливаясь, пытаясь уловить что-то необъяснимо-незримое. Её чувства обострились, только усилив не зрительные и осязательные способности, а энергетические и ментальные. Сущность в ней расправила свои крылья как антенны и настроилась на исходящие волны, отсеивая незначительное. Через прикосновения, то к дереву, то к земле, то к камню, то просто вслушиваясь в мир. Мир, который погрузился в кромешную темноту, когда наползла чёрная туча. Двуногая хищница, чёрными, как бездна, глазами, оглядывала свои владения. Она здесь хозяйка!

Она и вправду знала, где проходила тропа смрад, знала, как обойти её стороной. Но...

Пёс подал хозяину знак: смрады. Если честно, ярый даже растерялся. Он как раз настиг их. И только ждал, когда нахалка соизволит оглянуться, а она, как назло, ни разу не посмотрела в его сторону. Задумавшись, как поступить с неслухами, пропустил он то, что сказала девушка.

- Тебе дальше нельзя, тропа извилистая, а дно покрыто склизкой чёрной смолой и сейчас оно скрыто под водой. Уровень воды поднялся, а это значит, что у госпожи-смрад теперь больше возможности напасть. Нужно быть предельно осторожным и держаться немного левее, там скальные выступы, как лезвие острое, дальше, если ты оступишься, тебя оно не выдержит, и пса зазря погубишь. И мне здесь опасно: ветви тонкие. Одна из троп в этом сезоне проходила чуть дальше. Я помогу тебе, сослужу роль приманки, так и быть, ещё раз. Попробую привлечь тварей, отвлеку их, поведу. Вы только не прозевайте. Вон там, - указала направление девчонка с взглядом хищного зверя, - небольшая поляна - островок, ветер разрывает в том месте аномальный туман, времени будет совсем немного. Твари большим количеством не побегут. Если побегут значит, кого-то сами они втопчут в трясину, главное будь внимателен, я не могу сказать, сколько их...

Ярый молчал. Он никак не мог понять, о чём она. Зачем? Заморосил дождь, девчонка раскрыла лицо, взглянув куда-то сквозь пространство. И сверкнула молния, отразившись в её глазах ярким пламенем, на мгновение, осветив её мокрое от дождя лицо. Как ярко блеснули ужасные шрамы на её прекрасном лице, только сейчас заметил хищный охотник, что она красива, действительно, красива.

Молнией мелькнула мысль в голове мужчины, что перед ним не ребёнок, не девушка - хищница.

- Только, - шепнуло само очарование, слизав языком дождь со своих, как прекрасный цветок, сочных губ, - ты мне вернёшь моё оружие. Оставишь их на том огненном островке.

Они оба прекрасно понимали, что ещё неизвестно, кто на кого поохотиться. Они не могут знать, на чьей стороне будет удача. Так что возвращение оружия не обговаривалось. И точка!

Девушка всё сказала, и уже было повернулась, чтобы скрыться. Но неожиданно даже для себя совершила глупость: развернулась и быстро подошла к мужчине. Ей хватило одного мгновения, чтобы встав на его железный наколенник (так как она ему макушкой, даже до сердца не доставала) одним движением открыла лицевую часть его шлема и, обняв, поцеловала в заросшую щёку. Тьма не дала рассмотреть его, даже увидеть его глаз. Она и не пыталась...

Ярый стоял в замешательстве, наблюдая, как девушка расплывается в сгущающемся мраке, как улыбается она в темноте - ухмыляется тьме. На секунду её силуэт замер, и мужчина с облегчением выдохнул, решив, что всё это шутка. Но девушка, оказалось, остановилась перед прыжком, чтобы попрощаться жестом древних ярых: "до скорого", и скользнула в темноту, в ТЬМУ.

Всего один прыжок в бесконечную пустоту и девушка исчезла. Как не пытался опытный охотник, но не смог даже определить, как и где именно она прошла, чтобы скрыться. Так быстро и так стремительно всё произошло, что позавидовать мог бы и сам. Почему-то захотелось, чтобы нахалка обманула его, убежала, и никогда больше не попадалась на его пути. Нет! Она делает это, чтобы вернуть себе дорогое оружие, что-то ему это не очень верилось. Зачем? Он его в любом случае не отдаст.

Он почувствовал, как вздрогнуло девичье тело, когда она обняла его. Он догадался, что она еле сдержалась, чтобы не зарыдать. Сердце в его груди вздрогнуло. Он ещё долго чувствовал прикосновение её влажных губ, к своей заросшей щеке. И он злился! Злился, потому что не остановил её, и не знает теперь, будет ли это - "до скорого". Она с ним попрощалась.

Ветер доносил до него обрывки песен. Она пела на древнем языке ярых, теперь он хорошо слышал, пела последнюю предсмертную песнь, с которой воины идут на верную гибель. Не в силах ничего изменить, он бежал к тому злополучному островку...

"Уходи, уходи, уходи..."

- Всё выше, и выше, и выше, - подбадривала себя девушка, напевая разные песни, стараясь не думать, что она делает. Стараясь вообще не думать. И то, что песни на ум приходят импульсивные, ритмичные и воинственные - так это на руку. Смысл она понимала, только, когда успокаивалась.

Ветер предательски помогал, подталкивая в пасть к тварям. Она нащупала среди хлипкого месива каменистое дно, уходившее далеко вглубь болота. Про выступы, хорошо, успела сообщить своему истукану, главное, чтобы он не подошёл слишком близко, чуть попозже... может быть.

Раскаты грома оглушали, заглушая её голос. Молнии врывались на краткий миг в этот тёмный мир, освещая ей дорогу к неизбежному.

Бешено билось сердце в груди, угрожая вот-вот выскочить, выпорхнуть, сломать свой каменный панцирь и...

И замерев, на мгновение, вглядевшись в сверкнувшую вдали молнию, девчонка рванула с места. Одновременно рванули и смрады, замерев лишь на мгновение.

"Демоны рванули за заблудшей душой".

Сколько тварей? Расстояние? Не сейчас! Что-то надломилось в её душе за то время, что она провела рядом с ярым хищным воином. Как тогда, когда она тайком сопровождала одинокого путника. Если тогда она чувствовала сомнение, то теперь... в груди скребло так, что от боли хотелось выть. Она поняла, что больше не может так жить, в одиночестве, без живого общения, без "человеческого" тепла. Нет! Так и быть, сегодня решится ВСЁ.

Как не быстра "молодая хищница", другие твари Хищного мира куда быстрее, проворнее, выносливее человека, пускай, даже не совсем человека, даже с запасом прочности. Но это их стихия! Это их мир! И она здесь добыча сильнейшего.

Хищница?! Нет! Убегала от тварей не хищница - загнанный "зверёк", который к тому же, начал оступаться, проваливаться в чёрную жижу, то ветка гнилая приостановит её бегство, то наступит нечаянно на змею, то поскользнется и, ударяясь, полетит вниз. Но девушка тут же - спохватывалась и бросалась дальше. Пробегая островок, на который она указала ярому, успела выкрикнуть - "до скорого".

"До скорого!" Сквозь оглушающий гром расслышал мужчина прилетевшее из темноты прощание на древнем священном языке своего народа, но саму девушку он так и не увидел. Сквозь заросшие кусты, прямо по болоту, на него бежали зубастые твари, он слышал их специфическое движение, шипение. Приготовился к привычной тактики боя, не забыв поблагодарить небеса, что всё так удачно, и они (смрады) ещё не заметили его. Отвлекающий манёвр нахалки сработал - не признать он не мог.


Погоня длилась недолго, но девушке казалось, что прошла целая вечность. Она чувствовала, что ещё чуть-чуть и всё, - просто замертво рухнет, сгорит, как свеча. От стремительного бегства быстро забились мышцы ног - травмированное колено дало о себе знать в самый неподходящий момент, как на несчастье, именно сейчас.

Всё...

Быстро закончились спасительные нагромождения деревьев, сваленные лабиринтами. Когда же перед ней открылась поляна ядовитой растительности, свернуть она не смогла. Из-под звериной маски показалась улыбка, всё-таки где-то в глубине души не потеряла она надежду на лучшее. "Надежда умирает последней!"

Что произошло на лугу, она так и не узнала. Ни сколько удалось пробежать по нему, да и вообще. Лишь темнота. Темнота мягко придавила её к земле, отключив сознание. Всё!

Хищная растительность отреагировали на движение, на вторжение, выпустив в воздух фейерверк острых жал, насыщенных ядом. Темнота, тишина, умиротворение...

## Глава 12 Остров смерти


Что-то (кто-то) нежно коснулся головы - погладил. Ярамира почувствовала прикосновение, голос.

" - Вставай стрекоза!"

И хоть подсознательно она понимала, что почудился ей голос отца. Почему-то вместе с домашним прозвищем, которое любил использовать родной человек. И Ярамира отозвалась с теплом, где-то глубоко в воспоминаниях о былом. И ведь, она честно пыталась забыть это имя, неприятно ей становилось, потому что он - её кровный отец - Безликий, произнёс его последним. Но сознанию и осознанию, понадобилось ещё какое-то время, чтобы очнуться от назойливого наваждения, в котором лежала она на поверхности невероятно чёрного озера, и звёзды отражались со всех сторон, куда не глянь, и непонятно, где кончается это водное царство и начинается безграничное воздушное блаженство.

Жгучая, пронизывающая боль, как всегда, оказалось первым вернувшимся из глубины чувством. Безумно хотелось ей возмутиться такому, открыла глаза. И предстала её взору картина, отогнавшая все чувства, все ощущения, все воспоминания, на какой-то задний план: сколько могли видеть глаза, перед ней находилось почти тысяча голов смрад. И если бы только это, поверхность земли или болота, на которой она находилась, был будто из плоти и из костей, да ещё переплетённый всевозможной растительностью. Нравится растениям плодородная почва. Туши разных видов животных, кровавыми свалками лежали повсюду. И она всего лишь мелкий камешек в этой гниющей пирамиде гумуса.

Вот и ещё один из простых смрад, принёс с охоты трепыхающуюся тушу, положил у подножия её "пирамиды", да неосмотрительно встал между едой и водой. Не разбираясь, тёмный смрад ночи - "ночная бабочка" - вид злобных тварей, выпрыгнул из воды и перегрыз того надвое. Видимо, догадалась девушка у ночного не так давно, как и у лягушонка, отросли задние лапки, они ещё не совсем выросли, а передние только намечались. Выросты на спине - плавники, поняла, как раз и будут недоразвитыми крылышками.

Быстро голодный собрат поглотил своего кормильца, поглядывая на подплывающих таких же недоразвитых "головастиков", хватающих остатки у кромки.

То, что сама она, тоже лежит в куче трупов и полудохлого зверья, ещё бившегося в конвульсиях, поняла, но не сразу. Лишь когда начала сползать к кромке воды, где дорвавшиеся к еде "малыши", уминали свежатину за обе щёки. Ужаснулась ненасытному аппетиту. И неосмотрительно начала отползать всё выше.

Мозг искал выход, тело спасения. Решила, что заползёт на самую вершину и подождёт, пока твари наедятся. А там, может быть, сможет допрыгнуть до деревьев-великанов, кустов, лиан. Может быть удастся, не привлекая внимание в такой суматохе, зацепиться, и залезть повыше, скрыться, отсидеться. Может быть...

Несмотря на то, что чувствительные к опасности антенны работали на всю, особый сигнал она не пропустила. Оглянулась вовремя, чтобы понять всю безысходность своего положения, свою ошибку. К берегу плыла сама госпожа-смрад. Своими короткими щупальцами она то и дело била по бурлящей бурой от крови воде, разгоняя "мелочь".

Неопытность, неосмотрительность, глупость, ей надо было лезть в кучу, а не на кучу, может, и был бы шанс... Она это поняла, но поздно!

Поздно! Её попытка спрятаться, заползти в кучу привлекла внимание твари. Из саблезубой пасти вырвался длинный и цепкий язык, всё норовивший достать девчонку. Как вилкой орудовала хозяйка, подцепляя туши, протыкая их насквозь острыми наростами своего языка, и отправляя в ненасытную глотку. Кости перемалывались с хрустом, как в мясорубке. Этот хруст надолго врезался в память. Долго девушка слышала его ночами. Вздрагивала во сне...

Вот тут она и озверел от страха. Поняла, что испытанные ею раньше страхи - просто испуг, а это вот - страх, пронизывающий не просто тело и существо, сама душа замерла, затаилась, забилась в "тёмный угол"...

Руки судорожно цеплялись за каждую дохлую тварь. Но что собиралась найти? Сама не знала! Серьёзного оружия при ней нет. Пару ножей - так они не спасут, не изменят ситуацию. Один раз она увернулась от смертельной хватки, закрывшись подвернувшейся тушей, но болотная тварь, явно наметилась на живую добычу, маячившую, как красная тряпка, перед носом.

"Нашла?!" Ярамира нашла тело хищного воина - ярого охотника. Выдохнула с облегчением, поняв, что это не её "каменный истукан" - другой! Вцепилась в его тело в надежде найти хоть какое-то оружие. Как будто оно спасёт её! Сознание выгоняло мысли о смерти, утверждавшие, что здесь всё и закончится. Всё! Смерть?! Что-то подсказывало, если её сейчас съесть госпожа болот, то восстановиться не поможет даже такой могущественный артефакт, что она носит на руке, каждый раз, запускавший остановившееся сердце и нормализующий потоки энергии в ней.

В изодранной в клочья амуниции трудно было понять, кто перед ней, какие отличительные особенности имеет воин. Сейчас она бы не отказалась от энергетического копья. Но на такие мысли сама себе и улыбнулась она, но только мысленно.

Есть! При нем оказались две тяжёлые сабли. Аккуратно вложенные в ножны, крепко связанные, будто он намеренно предчувствуя последние минуты жизни, прибрал дорогое оружие, чтобы не затерялось, и встретил смерть.

Толку то, что нашла?! Ярый практически полностью погребён. Раскапывать его, не было ни времени, ни возможности. Да и замки ремня не подавались, не отцеплялись, подёргала девушка непонятно как скованное железо. Дошло до неё, наконец, что нет спасения. Не сдержавшись, выругалась она на древнем священном языке. И "мертвец" открыл глаза, - посмотрел на нахалку таким ясным, чистым взглядом. То, что случилось в голове, в разуме, в сознании девушки можно было сравнить со взрывом. Ярамира почувствовала ярого, его боль и чуть не взвыла. Сжав зубы - заскулила. Истерзанный "кусок плоти" с хрипом, захлёбываясь кровью, вздохнул.

Он жив, и это главное. Девушка всхлипнула, заставляя себя проглотить подкативший к горлу комок горестного рыдания. Всплыло сострадание к чужой боли, к жизни, которую совсем не чувствовала, вот-вот и это мгновение ускользнёт. Никто и никогда не узнает о нём и, о её судьбе, где они сгинули вместе.

Голос, словно гром, раздался внутри её головы, приказав больше никогда... нет, поклясться, никогда не ругаться. Телепатия?

Ураганным вихрем проносились воспоминания, забытые, вырванные из тёмных глубин подсознания, оказалось, она давно знает ярых. Да! Перед глазами всплыл ясный образ: "Саранам" - подсказал мужчина имя видения. Огромный ярый, словно "медведь-оборотень, укачивал малышку, напевая колыбельную на своём древнем языке. Это умирающий воин, вырвал фрагмент, показав, что должно вырываться из уст девушки, даже в самые тяжёлые минуты. Ни ругаться! Она ему пообещала, что такого больше не повториться. Поклялась!


Безликий, увидев милую сцену, предложил грозному хищному повелителю забрать больного младенца себе. Всё-таки она ему не совсем чужая. Саранан видел прикосновение тёмных миров к малышке, видел в глазах ребёнка бездонный колодец Тьмы. Он сделал ей прививку из железы смрад, намереваясь облегчить её боль, пусть ненадолго. Угощение, что он дал ребёнку после, должно было избавить её от страданий. Облегчить участь. Надеялся, что смерть будет сном...

Саранан вложил младенцу в ручку золотую монету, на котором красовалось солнышко. Признание к роду. Ну и плата мёртвым богам! А когда у неё на руке появился браслет, овившись вокруг ручки, не видел никто. Произошло нападение на их базу, и мало кто выжил, а мать успела спрятать своего ребёнка, словно посылку положив её в маленький ящик, приготовленный к отправке на Землю. Всё...


Яркие голубые глаза, стеклянным блеском провалились в черноту бездонных глаз девушки. Чтобы связать их души, хватило этого мгновения. Мгновение жизни было у них, у неё.

Крик вырвался с хрипом. Не от боли она кричала, а от беспомощности. Из её тела торчали зубья твари, разрывая плоть. Умереть как-то так, не хотелось. Девушку приподняло, потянуло...

"Ну, вот и всё?!" Цепляясь за жизнь, она хваталась за всё, что попадалось. Как страшно, как больно умирать, как ей хватило времени подумать: что, чтобы ни случилось, она будет бороться за жизнь, за любую жизнь, как бы ни было всё плохо, и чтобы ей это не стоило...

Хотелось жить! В глазах темнело, сознание меркло. Произошедшее дальше не вызвало в ней удивление. В момент краткого помутнения, в миг отчаяния, время замедлилось. На миг остановилось.

Бесформенная безликая тень, схватив её зубами за плечо - удержала. Всего лишь на миг. Миг, оказывается, так много?! Объяснять ничего не надо было, краем глаза она увидела, что из соседней кучи, что-то выползло и кинулось ей на помощь. Мига хватило...

Как можно опустить руки, когда за тебя из последних сил, теряя драгоценные секунды жизни, теряя жизнь, бьются насмерть. Из кучи мёртвых, мимо девушки, пролетела стрела и исчезла в пасти зубастой твари. Полуживой пёс мёртвой хваткой вцепилось в длинный язык, разрывая его. Как зашипела болотная тварь, отбросив добычу.

На визг хозяйки бежало огромное количество подчиненных. Бежали...

Девчонку отбросило в единственное надёжное укрытие, хотя по её мнению, она должна была улететь совсем в другую сторону. Появилось знакомое чувство, что кто-то родной, словно за руку, как провинившегося ребёнка, да ещё дав щелчок по носу, затолкал её прямо в плотоядный цветок, который тут же захлопнулся. Ещё, этот кто-то успел по пути в спасительное плотоядное укрытие, отругать. За что? Не поняла!

Миг?! Иногда, оказывается, миг может длиться вечность.

Удобнее расположив тело в цветочной жиже, осознано девушка отключила своё сознание от происходящего снаружи. Сил не осталось.

Время шло, скользящими над чёрной пропастью игривыми солнечными зайчиками. Пытались они разбудить увязшее во тьме сознание, пытались выманить из мглы. "Не одна!"

И вновь, первым вернувшимся чувством, стала боль. Всё в ней боль! Огнём горело в ней всё и, видимо, горела в ней не только плоть, но, проснувшись, она обрадовалась, что жива. Жива!

Прислушалась, снаружи, если не считать пыхтение и тяжёлое уханье, было тихо. Нет! Слух уловил отдалённый зов пса, очень знакомый.

- Кутя?! - шепнула она сама себе.

Крики ночной погони были слышны далеко. Услышал их и Кутя. Поднявшись, он кинулся на помощь. Несмотря на ураганный ветер и проливной дождь, псы всё же вышли на след. По пути, отбив от нападок смрад одинокого двуногого.

Судьба дала направление, а как попадут к намеченному пересечению путники, зависит от тех, кто движется по пути.

Судьба разложила всё так, что дикая стая оказалась в эти дни недалеко от территорий смрад. Они бродили, искали следы своей самки альфы не вернувшейся с охоты, но...

Преодолевая боль, осторожно выглянув из своего укрытия, удивившись, что не видно ни одной твари, окровавленное существо, мало напоминавшее человека, и тем более девушку, вывалилось из своего потайного укрытия. Госпожа-смрад лежала у берега, широко открыв пасть, это она пыхтела и ухала, больше не представляя угрозы, её длинный язык и короткие щупальца, благодаря которым передвигалась, как в воде, так и на суше, неподвижно свисали вдоль туловища как верёвки.

Девушка выползла, как цыпленок: вылупившись, встала на непослушные ноги. Застывший кровавый оскал хищницы на лице можно было расценить, как улыбку. Вызов смерти. Дыханию ничего не мешало. Из груди не свистело. Из чего она сделала вывод, что лёгкие не задеты. Как и другие, жизненно важные органы.

Подняв взгляд в небеса, она увидела звёзды. Звёзды?! Сколько всего приятного в жизни! Над ней находился огромный разлом, хотя чёрный небосвод и не было видно, но понимала Ярамира, что находится именно под ним. Стояла она и просто любовалась видением. Думала, что совсем забыла, как прекрасен звёздный небосвод. Поняла, что не просто многое забыла, и не просто детство...

Что творилось в голове, в сознание, после всего - не думала. Она была не в состояние думать о чём-то конкретном. Сказалось перенапряжение. Единственное, что смогла осознать, что потерялась в пространстве, потеряла направление. "Включить навигатор" в браслете не получилось. Хотя он и светился весь, луч, показывающий, где находится дом, не срабатывал. Совсем! В какую сторону ей надо идти? Да и вообще, зачем куда-то идти?

Каждое движение, каждый шаг отдавался болью, да ещё к ранам на спине присосались от цветка непонятные щупальца. Дотянувшись, сколько смогла, срезала их. Показалось в какой-то момент, что она себя, как цветок с грядки, срезала.

Теперь он точно мёртв; девушка прикрыла небесные глаза ярого воина; поправила руку в железной перчатке, в которой сохранился механизм спуска маленьких, но бронебойных стрел.

- Спасибо!

Она знала, что помощь к ней идёт. Надеялась, что Кутя придёт раньше, чем из укрытия выползут твари. Полученный в ответ вой - удовлетворил: пёс рядом и скоро он прибежит за ней. А пока пошла она осмотреться: не каждый день бываешь в таком "запретном" царстве болотных тварей. Пошла, потому что боялась поддаться желанию лечь и больше никогда не двигаться.

Прошлась и поняла, что находится на острове, чуть ни в десять стадионов, и весь усеянный костями. "Сколько же на этом острове смерти?.." - как не отгоняла тягостные мысли, они сами лезли в голову.

Как смогла, осмотрела она наваленные кучи туш, и вроде бы убедившись, что её "каменного истукана", на острове нет, вернулась к ухающей "госпоже" болот. И только тут заметила ещё одного своего спасителя. А ведь забыла. Она! Альфа самка её стаи. И пускай от неё практически ничего не осталось. Лишь частички плоти... этого хватило для опознания.

Выкопав небольшую яму, просто больше ей было не под силу, положила туда своих спасителей - обоих.

Пришлось потрудиться, чтобы выкопать воина, а тащить... Но она справилась. Справилась! Яр и вар лежали рядом - в одной могиле. Встав на колени, девушка поправила изувеченное тело мужчины, амуницию на воине. То, что осталось. Разговаривая всё это время с ними, напевая песни "мёртвых дорог", "провожая" в последний путь.

- Спасибо! Следующей жизни! - коснувшись обоих, девушка попрощалась. Но закапав воина только наполовину, она остановилась. Что-то не давало ей закончить, мешало. - Куда? Что за мотылек? Паук? Не понимаю... - кипело в голове от прикосновения к чужому разуму, к сознанию, к душе. - Давай чуть позже поговорим, или там, или тут. Подождёшь меня у озера, а я скоро приду...

Отголоски соприкосновения с разумом ярого никак не проходили, она так и слышала его голос в своей голове, нравоучительный, требовательный. Скоро это пройдёт - знала. Тело его умерло. Мозг отмирал последовательно, постепенно. Так что какое-то время придётся потерпеть. Ну а душа...

Оружие...

На яром не оказалось оружия, поняла девушка, то, что так тревожило её спасителя. Он каким-то чудом отцепил его, и осталось оно лежать в "свалке". "Когда успел?" - удивилась, вытащив два холодных клинка, положила в яму к хозяину. Беспокоилась душа ярого воина не о погребение своего изувеченного тела, а о своём дорогом оружие. Так пусть лежит оно рядом. Нет!

Как всё непонятно, всё казалось таким... не таким. Не такую, наверное, жизнь загадывала мать своему ребёнку. Нет! Её мама надеялась на чудо, что жизнь единственной малышки будет счастливой.

Девушка закрыла глаза, коснулась мысленно тьмы, когтями выбив искры, разлетевшиеся вокруг. Мерцающие объекты, являющиеся скоплением духовной энергии похожие на крупные капли воды, плавали перед её глазами, в её сознании - приятно успокаивали. "Не поняла?" - открыла она глаза, но искры остались на своих местах, они материализовались, превратившись в порхающие бабочки.

Вдали, но уже ближе послышался зов. Глотнув пробитой грудью воздух, она ответила. Вот что упустила... своё пробитое насквозь тело, зубьями госпожи-смрад. Кровью, оказывается, не истекла она благодаря цветку, вовремя он присосался к ней, к кровоточивым ранам. Трудно, оказалось, заставить измученное тело подчиняться. Но пока тело, как и сознание, находились в шоковом состоянии. Пока то и другое не осознали всю плачевность своего состояния - девушка держалась.

- Ладно, не кричи только, голова раскалывается, да возьму, вот беру...

Попросил голубоглазый телепат - настоял, чтобы девушка взяла его драгоценный сейф, да промолчал, что оно намертво пристёгнуто к ремням оружия. Вот тащить через всё болото ещё и тяжёлое, громоздкое оружие не было, ни желания, ни сил. И ведь секретный замок даже успел разблокировать. Оценила, почти восемьдесят драгоценных горошин железы, переливаясь, плотными рядами лежали рядом. Да! Оставлять такое сокровище, точно глупо.

Врезалась в память вышивка на внутренней стороне рубахи. Несмотря на то, что и она изодрана - красовалась на ткани бабочка. Голубая бабочка - мотылёк. Девушка почувствовала, с какой любовью вышила этого мотылька его любимая.

- Иди уже, - смахнула она слезу, - не стой над душой и так тошно, уходи. Обещала, значит, сделаю!

А вот это подлость! Зацепилась взглядом за шар, на том же прибранном оружие. Включённый! Девушка встрепенулась, вытащила его, отключила и положила себе за пазуху. Теперь всё!

Ничего не оставалось ей, как сидеть на берегу, рядом со сдыхающей болотной тварью, и ждать. Конечно, она могла бы попробовать уплыть, но перед глазами видневшаяся кромка воды исчезала в аномальном тумане. Тщетно! Если бы она ещё умела плавать. И не понимала, долго ли продлится эта тишина.

У неё сложилось ощущение, что этот остров Смерти находиться где-то посреди огромного озера в заболоченной местности. То, что подводная тропа где-то есть, заносят же как-то туши, но искать спасительную переплаву под чёрной водой, в которой резвятся зубастые "головастики"...

Вспомнила о "головастиках" и они показались из воды, держась на приличном расстоянии от своей раненой мамаши. Ярамира же поступила с точностью да наоборот. Кто его знает, будет ли ещё когда-нибудь такая возможность увидеть болотную тварь? Широко раскрыта пасть "госпожи" манила, не в силах пройти мимо, не в силах одолеть своё любопытство, не смотря на своё плачевное состояние, девушка подошла и заглянула туда. В голову пришла ужасная мысль о фантастических свойствах её железы. У-у-у как много она о ней читала. А тут, такая возможность. Остатки интуиции, сознания, разума, подсказали, что напав даже на раненную тварь, она не справится с ней, если...

Хищница отошла, разбежалась, и... прыгнула прямо в открытую пасть...

Лодка...

Спустила Ярамира на воду полукруглую чешую, срезанную с мёртвой туши болотной госпожи и встала на неё ногами. Выдержала! Сгрузила в неё добычу. Железа болотной твари, как оказалась, похожа на маленького осьминога или морскую звезду. Правда, девушка не сдержалась и срезала ещё приличный кусок кожи. Тонкой и эластичной. Поделом!

Зов пса раздался ближе, Ярамира ответила и спустилась на воду, поплыв напрямик. Плыла медленно, пытаясь не издавать ни звука, ни всплеска. "Головастики" от неё отступали. Почему? Даже не догадывалась, она не знала, что от добытой железы твари исходила определённая чистота излучения, не позволяющая "видеть" подранку, только чувствовать свою повелительницу.

А вокруг окружила её невероятная, сказочная красота. Распустились на плавучей тине удивительные невиданные цветы. В своём медленном танце, цепляясь ветвями, кружили целые остова. Глаза замечали мелких млекопитающих, скользящих по плавучим растениям: лягушек, ящериц, змей. И как не удивительно - заметила стрекоз. А вот чёрные, как тьма, бабочки, не почудились ей. Ещё на острове надоели. Облепили, обсыпали пыльцой своих бархатных крыльев, да таких прекрасных и завораживающих. Так и хотелось закрыть глаза и остаться в этом мире умиротворения. Навсегда утопить в этой жуткой красоте свою боль...

Заворожено вглядывалась Ярамира в толщу мутной воды, пытаясь не пропустить нападение. Она не знала, сколько времени смрады будут лишь наблюдать. Из тумана что-то вырисовывалось. Напрягая зрение, она пыталась рассмотреть. А когда рассмотрела, поняла. Свернуть ей не получилось - течение несло к цели. Обратного пути нет!

Прямо перед ней виднелась огромная куча сваленных деревьев - плотина смрад - самая, что ни на есть пирамида, огромная и величественная. А наверху, на самой вершине стоял Кутя, ждал её. Вперёд и вверх карабкалось девушка по наваленным брёвнам, вперёд и вверх, ничего не бросив из добытого. Своё! Вперёд и вверх, карабкалась она туда: всё выше, и выше, и выше.

## Глава 13 "Мотылёк"


Пёс вынес девушку на себе со всем скарбом. До конца плотины она ещё держалась, чтобы не отключиться: разглядывала в глубине сверкающие глаза смрад, но потом... Потом она помнила всё краткими обрывками, всё да ни всё. Тело и сама сущность спрашивали её за все перенесённые травмы, за всю короткую жизнь. И снились ей сюжеты чужой жизни.

Сквозь сон мужчина почувствовал переживания своей жены и проснулся. Сильный эмпат, да к тому ещё и телепат, но только когда установлена зрительная связь, близкая, очень близкая...

Когда-то давно все ярые обладали такой способностью: видеть душу, слышать сознание, чувствовать дух. Но со временем, таких способных становилось всё меньше и меньше. Никто не понимал, почему?

Жена сидела на краю кровати, нежно поглаживая его чёрные, как смола волосы, несмотря на его зрелые годы, даже ни тронутые сединой.

- Мандаринка моя, - притянул муж к своему сердцу самое дорогое.

Много раз он задавал себе вопрос, как мог не замечать её любви? На вид такой гордой и надменной девушки с осанкой величественной царицы. Ну, всё при ней, и стать, и нрав.

Не раз он становился случайным свидетелем, искавших благосклонности у прекрасных ног белокурой красавицы. Не раз видел дорогие дары, пытавшихся смягчит холодное, ледяное сердце, и не понимал, обращённые к нему нежность золотых, словно яркие звёзды на темном небе, глаз. Невероятно-завораживающих глаз с доминантной чертой "чёрного камня", когда она злилась, огорчалась, испытывала сильные эмоции, её глаза меняли цвет с золотистого на чёрный и обратно. Ни так бы это было удивительно, если бы не то, что девушка белянка. Белоснежная, словно молоко кожа, волосы, и даже ресницы. Удивительная красота досталась ему.

Род любимой тянулся от дома "солнца" и имел свой клан в его доме. Да ещё и жрица "тёмного озера". В её обязанность входило "провожать" умирающего молитвенными песнопениями и проводной речью.

Он - ярый воин из рода "Ветров". Один из глав первого круга. Как на свою спутницу, на белянку он не смотрел - тайком наблюдал, что грешить? Даже, когда танцевала она, рассказывая в танце о любви - нет! Когда род "солнца" вошёл в дом "ветров", заключили они договор, что дети прямых держателей генетического кода "солнца" принадлежат роду "солнца". Белянка как раз и была мечена таким дорогим кодом. Табу! Его это не устраивало. Он "ветер" и дети его будут "ветрами".

То, что это он не оставил ей выбора, понял позже. Когда пришло время, белянка попросила разрешение, чтобы пройти посвящение. Это такой ритуал посвящения молодого парня во взрослую жизнь. Заключался он в специально намеченном пути с определенными условностями. Пройти путь через кровожадных тварей и вернуться на своих ногах. А если девушка обращалась к главам рода о разрешение прохождения такого ритуала. Никакой поблажки нахальным девушкам не было. Ох, как редко выживали они.

Наградой благополучного исхода - ритуала, для девушки, становилась единственная возможность назвать своим мужем того, кого пожелает. Ну, ни нахалка?! И мужчина, если свободен в отношении, то обязан был принять такую... в жёны. Или убить, что для нахалки, порой, оказывалось лучшим исходом.

Много лет прошло с тех пор, а он так и не признался жене, что тогда был рядом с ней, надеясь, что она одумается и вернётся. Но, девушка оказалась не из робких, она умело показала себя в стремительной меткости из тяжёлого лука по живым мишеням, жаждущих сомкнуть свои клыки на её хрупкой шее, когда она оказалась зажатой к скале ящерами. А как она справилась со смрадом, копьём и ножом, точно и правильно ударив, в уязвимые, слабые точки твари. Умница!

Имя мужа она произнесла почти шёпотом, испугавшись своего поступка, предательски скользнула по щеке слеза. Протянула любимому нож, чтобы он решил её судьбу...

- Мне плохой сон приснился, любимый, - всплакнула белянка.

Мужчина улыбнулся. Погладил любимую, как котёнка, поцеловав в угловатое вздёрнутое к верху ушко. Их семейному счастью уже лет триста. Четыре черноволосые как ночь дочери их совместная радость. Дочери, удачно выбрали себе мужчин и порадовали отца внуками. И у всех его детей и внуков ясные, как у него, небесно-голубые глаза. "Чёрная кровь" в них спала.

Плохой сон, единственно, что мог омрачить их семейную жизнь, вызвать рыдания жены. На охоту в Нижний Мир он уходил, не посвящая женскую половину своего семейства. Не принято сообщать такое женщинам, не хватало ещё слушать их причитания, рыдания. Хотя и скрыть такие сборы, мало возможно, женщины чувствовали.

- Я видела, как во сне ты повстречал другую женщину, молодую и красивую, ты нежно держал её за руку... - всхлипнула жена, - а потом... (женщина заплакала навзрыд) потом, ты начал тонуть... тонуть. А я всё смотрела и... смотрела, как ты цепляешься...

- Пёрышко ты моё воздушное, - обнял воздушный стан мужчина, давая себе клятву, что попытается сделать всё возможное и не возможное, чтобы даже смерть не разлучила их. - Не бойся ничего, я всегда буду рядом с тобой, даже в смерти!

- Мотылёк! - женщина встрепенулась, заглянула в голубые глаза мужа.

- Что родная?

- Это она!

- Кто?

- Смерть...


Сколько прошло времени? Дни, недели пролетели, или и того больше, - не знала Ярамира, приходила она в себя, пыталась встать, и тут же "проваливалась" во ТЬМУ...

Как спокойно в темноте: там, где нет ничего. Мнимое спокойствие! Лишь глубокая пустота, без звука, без света, без чувств - бескрайняя тьма. Не время отдыхать, боролась молодая хищница, разрывая когтями пустоту, зубами цепляясь за оборванные края. Жить... она хотела жить.

Где-то в глубине своего подсознания чувствовала девушка притаившуюся тьму, такую же напуганную и такую же одинокую. Нет! Больше говорила себе, и обещала ЕМУ, она не потянется к НЕЙ. НЕТ! А потом, даже не поняла, а приняла, что всегда чувствовала связь рода, она не одна в этом мире. Всем существом, всей кровью она чувствует связь...

Пёс фыркнул прямо в лицо.

- Фу... - ответила засоня, перевернувшись на другой бок, - с тобой нашатыря не надо...

Тёплый комочек за пазухой недовольно пискнул, прижатый её телом. Пришлось ей вновь переворачиваться. Глубокие раны ещё кровоточили, когда она делала неосторожные движения. Ничего страшного! Раны затягивались, а это главное. Тело хотело жить! Она хотела жить!

Закопошился щенок, втыкаясь носом в тело - искал, чем полакомиться. ЕСТЬ...

- Сейчас, что-нибудь найдем... - успокаивающе погладила она "комочек" у себя за пазухой одежды из листьев, словно беременная женщина погладила округлившийся животик.

За пазухой у неё находился младший из стаи, его рождение она пропустила, пока отсутствовала. И единственное, чем могла отблагодарить альфа самку, из последних сил бросившуюся спасать её - это усыновить малыша. Позаботиться о нём.

Забота, свалившаяся так неожиданно, скорее всего, и сработала как рычаг, заставляя её через ни хочу и не могу подыматься на ноги. Щенок не мог ещё принимать твёрдую пищу, так, что накормить его было трудно. Но она кормила, когда и чем придётся. В основном, кровью пойманного зверья.

Никогда ещё Ярамира не думала столько о своей жизни. О том, как мало прожила. Хотя точно и не знала, сколько. И, возможно, что осталось ещё меньше. Тем более, после последних событий...

А что её ждёт в будущем, что написано в книге жизни, что? Кому подвластно знать будущее? Нет! Ей было дано видеть некоторые события будущего: такого размытого, такого нечёткого, такого - как она сама. Хотя, иногда, ей снились такие вещие сны. И казалось, что они что-то значат, что-то говорят, о чём-то предупреждают. Возможно...

Летала она во сне в облике чем-то напоминающим летучую мышь. Серая кожа обтягивало прекрасное гибкое тело, а на длинные пальцы со звериными когтями она смотрела с особой гордостью. Крылья - это что-то! В них она чувствовала мощь... Как прекрасны, показались ей звериные инстинкты - хищная сущность. Чёрная кровь бурлила мощью - тянула ввысь, рвала на части.

Но снились и другие сны: несуразные и непонятные. Никогда не видевшая моря Ярамира, терпела во сне кораблекрушение, да ещё и рыбок руками вылавливала. Мило и только!

Время, возраст, природа? На подсознательном уровне, она осознала, что желает стать матерью, желает держать в руках своего малыша, обнимать его, петь колыбельные. Надоело ей быть одной. И рядом должен присутствовать тот, кто станет для неё с ребёнком, защитой - любимый мужчина.

Плакать и рыдать о прошлом, о прошлой жизни, она не могла. Хотя, как ни странно не рыдала. Она ни о чем не могла жалеть, у неё ничего и не было, кроме детских, практически забытых воспоминаний. У неё не было полноценной жизни, но перенесённые потрясения не лишили её надежды на лучшее будущее. На будущее? Да!

Теперь всё будет хорошо! Странное имя для "ветра", для воина, хотя... Мотылёк - это только домашнее прозвище для своих, мать дала его из-за ярких голубых глаз, проще только Лёха. Его сознание ещё долго не оставляло девушку в беспамятстве и всё втолковывал он, что надо делать. Как поступить? Идти к роду Солнца означало самоубийство. Они не допустят, чтобы какой-то смесок охотников, дочь Безликого, заявила о своём родстве с ними, так это полбеды, они не допустят признания её главой своего дома - жрицей. А она уже стала главой, дом принял её. Значит, с рождением её ребёнка начнётся отсчёт нового времени. Не ей времени. А её ребёнку потребуется защита: сильный и властный покровитель, воин способный защитить, обучить и направить.

Если держатся подальше от "Солнца" и "Ветров", думала она, будет маленький шанс на свободу и жизнь.

Размяв и осмотрев своё тело, девушка пришла к выводу: что всё в норме, а страшные полосы шрамов - абсолютно не смущали, да и смущать ими некого. Проникающие раны, что остались после знакомства с госпожой-смрад на спине, она видеть не могла, она их ощущала. Чувствовала четыре глубоких раны отпечатавшиеся шрамами в её внутренней сущности. Сущность, которая свободно отделялась от бренного тела и порхала крошечной искоркой рядом с ней. Таким "мерцающим светлячком".

Вожак вар пришёл с охоты. От стаи остались только его подросшие детки, две подросшие её радости, но всё же в половину роста своего папаши и малыш. Кутя, подойдя к спасенной девушке, изверг из своей пасти куски от маленькой дикой болотной свинки. Принёс добычу раненой альфе стаи. Девушка поблагодарила пса и, поделив еду между щенятами, оставив себе кусок поменьше, поплелась готовить обед на открытом огне. Молодая самка, как понимала, ушла в другую стаю.

Забота о потомстве в основном лежала на самках вар. Самцы же могли иметь несколько семей на довольно значительном расстоянии расположенных друг от друга территориях. Вожаки охраняли свои территории от непрошеных гостей. А теперь Ярамира глава прайда - альфа, и щенки её забота. Интересно, думала про себя девушка, а если бы Кутя не нашёл её? Не вытащил из болот? Оставил бы он своих щенят одних? Её ведь не оставил!

## Глава 14 ...дальний путь


Как только организм перестал отключаться тогда, когда ему вздумается, Ярамира решила, что надо идти, и вся стая пошла за ней. Первым делом, она сделала крюк, опасный крюк, сквозь бродившие стаи голодных смрад. Странно, ей показалось, что твари её сами обходят стороной. Она вернулась к той самой каменной возвышенности посреди горячих гейзеров, где когда-то отсиживался "каменный истукан" с раненым питомцем. Естественно, там она никого не нашла, никаких следов пребывания людей - ярых. Ну, почти никого, на камне, где когда-то сидела она, лежал ошейник питомца ярого воина.

"Жаль" - всплакнула обидевшаяся девушка, догадавшись, что молодого пса больше нет. Почему-то взгрустнулось, что ярый воин её оставил. Наверняка решил, что и она погибла. Подумала, что вроде и хорошо, что он ушёл, и вроде бы всё удачно сложилось - свобода! Но... от кого свобода? Зачем ей такая свобода? А топор?.. А ножи?..

Странные мысли лезли ей в голову, хотелось найти своего "каменного истукана", но зачем? Она спрашивала себя: зачем? И вроде бы злилась на него, и - искренне радовалась, что он жив. А ножи, что она решила себе вернуть, стали всего лишь поводом увидеть его - своего истукана. Глупо! Подсознание её знало, что хищный воин ничего не вернёт.

Ножам ничего не будет, где бы они ни находились, потому что по какой-то непостижимой причине, "откликались" они только в её руках, словно энергетическое копьё в руках ярого охотника. Да, ножи являлись основой энергетического копья. А сколько в них функций? Не перечесть!

А за спиной, замотанные в кожу, тяжелой ношей висели сабли, тянули обещанием - клятвой. Надо идти! Обещала! Да! Всё будет хорошо!

Домой, в свой купол "Солнца", она вернулась, чтобы подготовится к длительному путешествию. Отдохнула с дороги, серьёзно продумав, как дальше будет справляться с маленьким щенком, правда, подросшего за два месяца земной жизни с новой мамой в приличную дворняжку. Терпеть малыша за пазухой, с его неожиданностями... увольте! Нет! Смастерила она что-то вроде кенгурушки для детей, только в виде цельного рюкзака. "Беременная кенгуру". Посмеялась над своим видом девушка. Опробовала самоделку в оазисе. Побегала. Не плохо! И хотя щенок быстро рос, бегал быстро, не отставая от старших братьев, но недолго, и ветром его сносило, и страшно за него было, когда передвигались по опасной местности. Всё-таки, чем ближе к телу, тем надёжнее.

Кутя с щенками обследовал новую территорию - новый дом. Так что пока псы нежились, отдыхали, восстанавливали силы, Ярамира собрала интересующую информацию. Справила себе новую амуницию. Обработала железу болотной твари, не до конца, времени не хватило. Удивилась, насколько волшебной оказалась даже простейшая выжимка из неё. Хоть так! Пропасть такому добру... у-у-у...

Время пролетело быстро, в заботе, в работе, даже оглянуться не успела, поняла, что пора выходить. И, посидев в пороге, поклонившись духам-хранителям, - пошла, искать свой путь. В путь!

Чтобы найти "свежую" информацию о роде погибшего охотника на смрад. Ярамира решила отправиться в один из пустых куполов. Так, как единственное, что она знала о нём, это то, что его купол находиться очень далеко, на другой стороне планеты. Обойти всю планету вдоль и поперёк, хотелось. Но, ни во время третьего сезона, ни во время сезона тёмной ночи. Хотя, кто его знает?

И она (они) пошли. Нехотя уходили псы с оазиса, понравившегося, облюбованного, сытного. Окрепли щенки, наел жир и вожак, некоторое время, псы, видимо, думали, что "альфа" повела их на очередную прогулку, и скоро вот-вот вернуться в свой рай. Но не судьбы была вернуться так скоро, как им хотелось.

Идти пришлось медленно, осторожно. Ярамира не знала другого пути наверх, кроме той дороги, по которой подымал её пёс. Долго пришлось пробираться к знакомым тропам и уговаривать Кутю: поднять её на поверхность. Не хотел он, но сделал одолжение. Старших щенков, правда, пришлось привязать к отцу, на всякий пожарный случай, чтобы не сорвались с крутой скалы. Не горные козлы всё же!

Поверхность планеты встретила путников ураганным ветром, буйство природы стало верным спутником. Ещё бы, прыгая по ветру, "оседлав" его, Ярамира двигалась так стремительно, удивительно быстро, что не уступала могучему вару в беге. А вот, если ветер дул в лицо...

Совсем немного свернули они к специальной посадочной платформе: давно она собиралась посмотреть на искусственный магнитный датчик планеты поближе, много читала о нём, и просто хотела потрогать, попробовать "на вкус" исходившее "тёплое" излучение, так как программа заверила, что магнитная платформа - чудо. Странное магнитное излучение, как оказалось, действительно тёплое, и совсем не раздражало ни разум, ни биологическую оболочку. Наоборот, казалось, оно успокаивало сознание. И биологические существа чувствовали рядом с платформой физическое расслабление.

Ярамира не выдержала и легла на гладкую, отшлифованную поверхность, с которого ветер сдувало пылинки. Как насекомое ощупывает пространство чувствительными усиками, или как рыба пропускает сквозь жабры воду, так и Ярамира - сознание в ней - начало не осознано искать взаимодействие с самим пространством - миром - космосом. Браслет на руке вспыхнул, она сама вспыхнула, пространство вокруг неё, словно факел в ночи.

Таких исполинских сооружений всего шесть на планете, через них следили ярые за всем, что твориться вокруг - в космосе. И если к их планете приблизится какой-нибудь вражеский корабль, то подойти близко он не сможет. Ярые легко могут перехватить техническое управление любого корабля и по воздействовать на сознание, психику, физику, биологических существ.

Ещё, излучатели использовались, как улавливатель - антенны. И не просто сами с собой местные общались с помощью них, а с другими, далёкими планетами. Они постоянно считывают информацию с различного рода техники, которая находится даже на другом краю космоса, с механических спутников и с самих планет. Изучают ярые всё - анализируют.

Руку больно задёргало, внутри появился дискомфорт не только внутри тела, - внутри сознания, тонкая кожа на ранах, оставленных госпожой, начала зудеть. Как захотелось ей почесать спину... жесть! Потёрлась она спиной о площадку, да не помогло.

Всему хорошему и приятному приходит когда-нибудь конец. Отлепила, оторвала, оттащила сама себя девушка, примагниченная внутренним теплом и внешним светом к этой необычной площадке. Потом ещё долго сама светилась, энергия светилась вокруг неё огненным шаром, даже влажный воздух шипел вокруг. Пощёлкивал! Да... впредь решила быть осторожнее, наверняка, её такую видно, ой как далеко.

## Глава 15 Пустые города


С первым попавшимся городом, в центре которого возвышался купол, вышла осечка. Пустые города оказались не совсем пустые. Нижняя часть города, в основном, на таких, временно покинутых территориях, переделывалась под пастбища для домашних животных, которых охраняли выдрессированные одомашненные псы вар. Зашедшая "на огонёк" дикая мелочь, также находила приют, псы их не сильно тревожили. Нижняя часть города, погребённая под куполом служила островком спасения для млекопитающих от губительного вечного урагана и хищного зверья. Сами же псы охотились вне города, в основном на дерзнувших сунуться на их территорию хищников. А если хищники не являлись, то псы шли искать их. Дрессировка ярых - сильная штука. Не редки были случаи, когда псы сдыхали от голода, так и не поймав ничего за пределами охраняемой территории, рядом с полным живности "островком".

В оставленных по какой либо причине городах. Или народа было не достаточно для полноценной жизни в нём, или ярых хищников - охотников на смрад - мало, чтобы обеспечивать полноценную жизнь жителям, мало ли какая была причина, чтобы оставить свой родной дом. Тогда, ярые переделывали нижний уровень города в спасительный оазис не только для себя, для всех желающих. Заботясь о том, чтобы обитающие там травоядное зверьё не очень сильно тревожили хищники. А сами договаривались с другими городами, родами, территориями. Жить хотелось всем! И жить хорошо!

Многие думали, что придёт время и покинутые города заживут новой жизнью, вернётся в них родной род.

Огромная дверь купола быстро распахивалась перед маленькой стаей. Предупреждающе сработало шестое чувство, и девушка успела спрятаться за стоявших рядом псов. А по ту сторону открывшихся дверей встретили их хозяева, огромные бронированные стражники, пришедшие навестить свой дом. Другая форма брони на мужчинах, другие знаки, подметила девушка, с кем столкнулась и, воспользовавшись замешательством воинов-стражников, подтолкнула своих псов быстрее ретироваться. Впредь, девушка пообещала себе быть осторожнее, не в лесу.

Замешательство среди ярых случилось, потому что одомашненные псы были выдрессированы охранять территорию не только от "заблудившихся" хищников, но даже и от своих диких сородичей вар, жаждущих поживиться лёгкой добычей. И встретить диких псов прямо посреди города у купола, возвышающегося, словно храм над всем миром...

Купола ярых похожи на огромные крепости. Располагались они в зонах затишья. Зачастую, если позволяло удачное расположение, рядом с куполом строилось небольшое поселение занимающееся земледелием и выращиванием скота. Огромные города редкость, для местности. Но купол, сам по себе город в городе, купол в куполе, храм, выстроенный вместе с миром прямо внутри.

Снаружи, полукруглые купола, насколько могла судить неквалифицированная специалистка, из разных материалов, в основном, напоминающем стекло, но это не стекло. И все вставленные шестигранным образом. А внутри, единственное, что было общее - сто метровая в диаметре площадка с открывающейся программой. И с разными знаками различия, что естественно. Общее для всех - три уровня этажей. Первый, с четырьмя главными входами, у каждого входа всегда ровная площадь с небольшое футбольное поле. Напротив, похожие на норы жилища воинов, стражников и хищных охотников, которые служили первым уровнем защиты и самым главным.

Всю остальную площадь первого уровня, в основном, занимали прекрасные сады с озёрами, искусственным ландшафтом: ручейками, фонтанами. И всё настолько разнообразно, настолько прекрасно. Круговорот природы был соблюдён в строгом расчётливом плане. Ошибиться невозможно - чудо.

Ярамира наслаждалась только тем, что одно из таких чудес - её собственность. И не просто какой-то заброшенный купол-город, а древний, принявший её и давший ей особый ключ, позволявший открыть все двери любого купола в этом мире. Код ДНК плюс печать на всей руке - ладони, когда она на подтверждение её куполом "Солнца" положила руку на "лист", выплывший с "программы", и не ожидала, что произойдёт, что получит такое сокровище. Одним прикосновением к специальной панели любого купола, Ярамира могла открывать все двери. И все "программы" других куполов у неё в подчинение. Красота и только!

Верхние уровни куполов - жилые помещения: жильё молодняка, семейные корпуса и разнообразные поляны для увлечений. Музыкальных инструментов - целое море. И огромные разнообразные стадионы, сделанные так, словно вокруг естественная природа с препятствиями, правда, как думала девушка, чересчур перегруженная железом и оружием.

Уровни подземных городов с заводами, техникой и оружием были намертво запечатаны, туда, как не жаждала полюбопытничать молодая и дерзкая особа, не лезла, не совалась. Помня про любопытную Варвару. Что-что, а тронутую чужой рукой, да ещё и женской, технику, мужчины, тем более хищные, точно заметят.

Старалась Ярамира действовать на чужой территории осторожно, не оставляя следов своего пребывания. Мало ли...

А время всё шло, шло, шло. А она всё шла, ползла, ехала, бежала... Часто приходилось ходить на всех конечностях, чтобы не привлекать внимание зорких хищных глаз ярых. Приспособиться требовал хищный мир!

"Дворняга" подрос, достал холкой до колена, хлопот с ним стало поменьше, он ел всё и лез, куда не надо. Ещё, ему до сих пор нравилось спать за пазухой и "мама" пока разрешала, теплее было вместе - спокойнее. Она обучала его тем командам, что подглядела у своего ярого. Дрессировке поддавались и подросшие щенята. Хотя они уже охотились самостоятельно на мелкую живность под строгим надзором папаши. Не вовремя они остались без мамы, рановато. Мать отлучает щенят (только самцов), выгоняет их за пределы своей территории на третий-четвёртый Хищный год.

Самки вар обитают в нижнем мире, там заводят потомство. Откармливают его и заботятся о них примерно пятнадцать земных лет. Вот и подумайте, сколько нужно времени, чтобы воспитать себе достойного питомца, чтобы охотиться с ним на смрад. С псами, охраняющими территории города, идёт другая работа. А ещё, у псов есть физиологическая особенность - они впадают в спячку. Догадывалась Ярамира, что Кутя скоро уйдёт от неё, он уже порывался рыть нору.

Срочно требовалось сделать несколько запланированных дел одним махом. Отнести сабли с железой не пересекая до дома голубоглазого Мотылька полпланеты, и найти своего "каменного истукана", чтобы вернуть своё. И как всё это провернуть - знала.

Она знала, что перед тем, как наступит сезон "чёрной ночи", у ярых будет общее собрание родов. Куда придут представители всех кланов и родов, со всех городов и там же должны будут присутствовать все выходившие на охоту хищные воины. Но где будет такое собрание, пока она не знала. Лишь пока!

План не пришлось долго обдумывать, она решилась приблизиться к ярым жителям. Подойти как можно ближе к ним и проследить. Лишь бы не опоздать! На "пожарный случай", если её всё-таки поймают, решила, что будет молчать. Да и вообще, что она могла им сказать?

Желание подобраться ближе, заставило её пойти напрямик через долину огненных гейзеров - пустыню огненных вихрей. Оказалось, что на поверхности эти огненные долины огнедышащих гейзеров куда больше, куда жарче, куда коварней. Мощность извергающегося жерла выбрасывало столбы огня и пепла на невообразимую высоту ввысь. А объединившись с могучим ураганом - смотрелась такая даль адской смесью.

Псы послушно следовали рядом. Несколько дней без отдыха и сна, закончились тем, что она вышла напрямик к одному одинокому куполу, расположенного в своего рода кратере. И самое увлекательное и удивительное, что она видела резвившихся детей у купола. На душе сразу стало радостно. Хотелось кинуться к ним.

Приятное затишье в "кармане", в глубине возвышающихся скал неимоверно обрадовал. Дышать в таких тихих местах становилось легче, даже через спасительную маску. Без специальной маски на поверхности никак: ветер с песком и долины с выбросами ядовитых газов убивали. Без специальной маски, и то недолго, можно находиться только вот в таком месте в Нижнем мире, как этот "карман". Позавидовала Ярамира, искренне по-детски. Несмотря на приличное расстояние между ней и играющими детьми, слышала она весёлый смех и даже могла разглядеть черты их лиц. Красота! Сердце от жалости сжалось к самой себе. А она, верхом на псе, да с щенком на руках оказалась как на ладони, а зрение у ярых хорошее. Да ещё по закону подлости, она попала в полосу яркого света. Обе стороны замерли, разглядывая друг друга.

Тяжело вздохнув, уставшая девушка поправила своего малыша и, развернувшись, побежала обратно. Запасной вариант пролегал через горную местность по заболоченным местам, по спрятанному между гор лесу. И она пошла.

Каким долгим показался ей путь. Она шла, но уставая - ногами становился Кутя, он вёз её верхом. Вёз к цели. А до цели далеко. И она верила, что впереди её ждет что-то хорошее. Всё будет хорошо!

## Глава 16 "Чёрный Ворон"


Запоздало возвращаясь с охоты, шли домой двое мужчин. Ярамира проводила ярых прищуренным взглядом, потому что шли они как слоны, особенно последний, шел медленно: пошатываясь и запинаясь, но шел.

"Ранен!" Поняла девушка, совсем одичавшая от долгого пути. И вести себя ей приходилось соответственно своему положению альфы - осторожно, осмотрительно, хищно. И правильно, следом за прошедшими мужчинами прошёл огромный ящер, похожий на небольших драконов в её оазисе. Только куда крупнее и с мощной непробиваемой бронёй. Броненосец крался между каменных глыб, сливался с камнями, он сам казался серой опасной глыбой, да... даже зоркий глаз дикарки не всегда улавливал плавное передвижение и осторожный шаг хищника на хищников.

Они находились в ущелье между гор, темно было, но терпимо. По земле стелился густой пар, клубился из-под громадных валунов. Словно варилось варево в огромном котле. Массивные глыбы по четыре-пять метров, показавшись на мгновенье из "молочной каши", исчезали в бесконечном тумане. А верхушку "пенки" слизывал ветер.

Ярамира сидела на краю глыбы, осматривалась, вслушивалась в новую территорию, не хотелось неожиданных встреч, ни с ярыми, ни с другими хищниками. Проделав такой путь, столько обойти препятствий, и не хватало оступиться, когда цель почти достигнута. Почти...

То, что ярые её не видят, девушка была уверенна - проверено. Несколькими часами раньше, сама пыталась пройти там. Нет, не смогла, взобралась на нейтральную территорию, где ветер касался пара, разрывал его и смешивал с мелкой пылью, песком и камнями. Чуть выше был минимальный шанс, время от времени видеть, хоть на несколько шагов вперёд. Стая передвигалась по валунам, перепрыгивая невидимые преграды. Опасно, но...

Ярые воины прошли, и девушка со своей стаей поплелась следом, больше сказать, за "драконом". Не смогла она справиться со своим детским любопытством, никогда не доводившим до добра, особенно её.

Её больше привлёк ящер, посмевший охотиться на местных, как она думала, ярые сами грозные хищники и не каждый свирепый зверь осмеливался напасть на них. Ну, смрады не в счёт. Вот она и любопытничала, нападёт или...

Ярые не видели, но знали, что за ними по пятам идёт хищник. Ярамира заметила, что только шедший впереди оглядывался, вслушивался, чтобы понять, на каком расстоянии держится преследователь. Догадалась, что он уже неоднократно отгонял ящера, но тот, отступив, упорно продолжал идти следом.

Пройдя совсем немного, раненый, подперев спиной глыбу, сел, крепко сжимая в руке копьё. Идущий впереди ярый воин, услышал, вернее не услышал шагов друга и вернулся. Раненый задерживал его. Нести соплеменника он тоже не мог, это бы ещё больше не только задержало, но и оставило уязвимым его самого перед хищниками. Понеси он его - это ничего бы не изменило. Умереть здесь сейчас или, изрядно задержав его, умереть дома. Разница? Другу всё равно уже не помочь. Никак и ничем! Всё!

Девушка видела, как воин подошёл к своему раненому напарнику; заметила, что подошедший что-то спросил; раненый даже не отреагировал на вонзающееся копьё в его руку. Дальше, она догадалась, что произойдёт - добьёт. Потому что не мог оставить живого на растерзание хищникам. "Дракон" давно ждёт свою добычу, он, уже почуяв близкую смерть своей жертвы, решился подойти вплотную. Шаг за шагом приближался ящер к ярым - шипел, отгоняя соперника.

Ярамира задохнулась от негодования - зашипела. Просвистев, предупреждающе вонзилась в скалу рядом с раненым стрела. Не могла девушка смотреть на убийство беспомощного, она чувствовала сомнение убийцы. Если бы не это сомнение...

Ярый осмотрелся, проследив траекторию полёта стрелы. И свистнул, но никто не ответили. В ответ лишь тишина! Неопытность и самонадеянность потянула его туда, откуда был сделан выстрел. Естественно! Ничего он не нашёл, никого. А когда вернулся к раненому, и того на месте не оказалось. Лишь следы вар, на том месте, где сидел друг, да ещё с щенками. Значит, дикие псы утащили его.

Один раз ярый приложил себя железным шлемом об скалу. За то, что не убил раненого друга сам. А теперь... накормит его другом пёс своих щенят.


Быстро разнеслось по городу рода Чёрного Камня страшное сообщение о гибели соплеменников. Ни один, ни два, а три хищных воина - охотники на смрад, не вернулись с Нижнего мира, не вернулись с охоты. Об их гибели лишь догадывались, так как время их возвращения давно истекло. И теперь, такая неудача могла поставить весь род, весь город, в очень непростое положение.

Положение непростое сложилось не только из-за гибели трёх охотников, а самых лучших хищных охотников, один из которых был сам глава могущественного рода. Да и сам сезон охоты и для других добытчиков драгоценной железы, выдалась не очень удачный. Некоторые вообще вернулись ни с чем. Им даже слово никто не сказал, что надо было постараться.

Все понимали, чем грозит такая нехватка - население ожидало вакцинный "голод". Не смертельно для взрослого населения, но плачевно - сто процентов летально для новорожденных. Тут стратегический запас не помогал, работал пятьдесят на пятьдесят, а это жестоко. Требовалась для новорожденных свежая железа. И перешёптывались, в основном женщины, ожидая решение глав города.

Выход был - два выхода. Первое, можно обойтись, растянуть имеющееся: всего-то надо принять закон на один хищный год бездетного существования. Учитывая, что год длится больше пятнадцати земных лет, а до благополучного периода надо двадцать лет ждать. Жестокость чистой воды! Лишиться целого поколения. Второй способ - попробовать сторговаться с более удачливыми соплеменниками, как раз там, на общем собрании родов, такие вопросы и решаются. А разменная монета в такой торговле - девушки. (Лучшие девушки рода). Лишиться нескольких девушек, более гуманно, чем остаться без целого поколения. То, что главы уже просматривают претенденток - ни от кого не утаилось.

Двое молодых и дерзких ярых мужчин сговорились. Они прекрасно знали, что за такую выходку их накажут обязательно, но если им повезёт. То может, не так серьёзно влетит. Не имея нужных навыков, умения, амуниции, оружия. Никого не предупредив, они сбежали из дома в Нижний мир.

Первая же попытка охоты окончилась для них неудачей. Хищные охотники говорили, об аномалии, что смрад в этом сезоне слишком много и передвигаются они огромными стаями. Понадеялись молодые мужчины на свою силу, ловкость, да удача стороной прошла. Словно сами в западню попали ярики, еле ноги унесли. Нет, ноги они далеко не унесли. Твари охотились на них несколько недель. Отрезая им все подходы к границе, не давая отдыхать, гоняли по болотам как неразумных зверят. В какой-то момент удача сжалилась, видимо, над "неразумными", сразу трёх с бронированными головами удачно подогнав, но забрав последних помощников - трёх псов.

Спесь сошла с молодых ярых мужчина, обтесал их суровый мир, изнурённые, вымотанные, раненные, они достигли границы. Как они преодолели высокие скалы? Боги помогли!

Ярамира приблизилась к сидевшему под скалой раненому мужчине, на всякий случай, встав ногой на руку сжимающую оружие. В сознание он или нет?! Кто его знает, как он воспримет появившуюся из тумана неизвестную девушку?

- Привет! Не бойся меня и моих псов, мы не причиним тебе вреда...

Ни на её "нежную" поступь на его руке, ни на незнакомый голос мужчина не отреагировал. Перешла девушка к более тесному контакту, её ладонь скользнула по его груди, расстегивая по пути изодранную кожану куртку.

"Мальчишка?!" Удивилась Ярамира, прочитав нашивку на одежде. Поняв сколько ему лет, в три раза он старше её, но все же - мальчишка, вступивший на вторую ступень подготовки. Начальный статус он вот-вот. А после защиты второго, ему позволят стать хотя бы стражником города, защитником рода.

Статуса хищного воина ему пока не светил. Заслужить его надо, и не в одной охоте. Пока, он просто один, из рода Чёрного Камня. "Чёрный принц" - сын Дара. Пока живой сын!

Как мал мир со всеми своими планетами... Ярамира открыла несложный замок шлема. Мужчина приоткрыл глаза, когда открылось стекло шлема, что-то собираясь сказать, скорее всего, извиниться он хотел перед своими родными, наверное, подумал, что уже дома, но его потуги вызвали волну боли, даже у стоявшей рядом.

- Свои, милый, - шепнула девушка, догадавшись, что он не просто не видит её, он вообще ничего не видит и не соображает, даже где находится.

Она хотела посмотреть на его окровавленное плечо, оценить рану, но причинила ему ещё большее неудобство. Рана на его плече была похожа на ту, что получил "каменный истукан", только у её знакомого имелась крепкая амуниция хищного воина, усиленная в нужных местах, поэтому его травмы были сведены к минимуму, а у этого...

- Чёрный мой Ворон, - позвала девушка молодого мужчину.

Имя было рунами вышито на рубахе, домашнее, для своих. Мама старалась. Посвящение он не прошёл, статус воина ещё не получил, а значит, серьёзное взрослое обращение не заслужил.

Не сдержалась Ярамира, воспользовалась ситуацией, сняла свою маску и поцеловала раненого в щёку. Даже щетина у него ещё не росла. Красавчик!

Она понимала, что зараза, которой его наградили не только смрады, но и Нижний мир со своим ядом, глубоко проникла в его организм, негативно повлияв на кровь. Поэтому, его отражающие небесный свет как зеркало глаза, толком ничего не видят. Он умирал - угасал. Но дух его боролся. Он боролся за жизнь! И Ярамира это чувствовала!

- Потерпи, родной, - шепнула она, нежно проведя рукой по его лицу, - ты только держись...

Несмотря на огромный вес парня, а он был крупный, но почти на голову ниже "истукана", как подметила девушка, что с наколенника "истукану" она только до щеки дотягивалась, а этому... вровень была с макушкой шлема. Это она мерила его позже, лёжа рядом в надёжном укрытии. Тем не менее, ей не составило большого труда перекинуть несчастного через пса, и увести подальше от всех жаждущих его смерти.

Укрывшись не только от "дракона", но и от ярого, который совсем немного прошёл по следам дикой стаи - всего до болота. На этот раз Ярамира решила не рисковать и углубилась подальше, не Нижний мир, и болотной госпожи нет в таких местах, значит, бояться почти нечего - скорее некого. И хозяйкой расположилась она в одном приглянувшемся каменном ущелье, правда, кишащее змеями.

Кутя, не жаловал змей, как только альфа разгрузила ношу, он убежал отогнать настырного ящера, осмелившегося последовать за стаей. Явно, броненосец решил отобрать свою добычу от неожиданного нагрянувшего соперника. На свою броню рассчитывал, зато несколько дней, пока раненый приходил в себя, мяса было вдоволь.

Щенки всё время пути не отходили от неё - все. Неаккуратно вытряхнув "малыша" килограмм в пятнадцать, упитанного и невоспитанного, из тёплого укрытия, проигнорировав требование сонной мордашки, немедленно накормить его, занялась Ярамира раненым.

Первоочередная задача - не дать умереть молодому мужчине, а щенок уж точно не помрёт от голода. Хотя... надкусив нескольким обнаглевшим змеям головы, бросила щенкам для развлечения, чтобы не мешали.

Опыт оказания первой помощи имелся, на "каменном истукане" испробовала. Так что на этот раз всё делала как заправский медик - быстро и внимательно, отработанными до автоматизма движениями, будто она действительно врач.

Раны смотрелись страшно: от шеи до локтя вывернутое наружу мясо почернело и позеленело, рука была практически мёртвой. Почти, но не мёртвой...

Соплеменник, как поняла, пытался оказать первую помощь, но недостаточно. Девушку передернуло, от представления, как ему - раненому, с такими увечьями, хватило сил взобраться по отвесной скале. Выбраться.

Достала свою аптечку, специальные сосуды с обработанной железой госпожи смрад... Обработанную железу госпожи смрад, Ярамира надёжно спрятала, на самом видном месте, распределив по каплеобразным сосудам (сосуды, специально самостоятельно сделаны были ею вроде женского украшения, окутывающие её волосы) и, разведя часть с водой, промыла рану. Дорогое удовольствие, если бы он знал, чем она его... убил бы.

Часть девушка решила влить ему в пасть. Лучше бы, конечно, укол, но за неимением энного, воспользовалась имеющимся способом. Вот только тут, Ярамира и обратила внимание на самого мужчину, на его черты - на явно выраженные звериные черты. Встретила бы такого дома - на Земле, в своём лесу, наверное, сбежала бы без оглядки, приняв за волка-оборотня. Хотя, с другой стороны, ей очень понравился мужчина, понравились его клыки, ушки торчком...

В дикарке, в хищнице проснулась одинокая одичавшая самка никогда не испытывающая зова природы - женскую тягу к мужчине. Пришлось ей себя, в процессе заботы, сдерживать, решив, что нельзя пользоваться беспомощностью даже такого симпатичного молодого мужчины. Ну ладно, лежала рядом и просто обнимала, прижималась, целовала.

Была ещё и другая причина, по которой она помогла раненому. Ещё там, где его покинули силы, Ярамира, всматриваясь в его глаза, поняла, что этот мужчина не чужой - он "чёрный". Такой же, как и она, обладатель доминантной черты изменяющихся глаз. Да! У Ворона, так же как и у неё менялся цвет глаз, от серого цвета, до чёрного. А у неё естественным цветом был светло карий, или золотой с чёрным ободком, а вот, когда она злилась, её глаза становились угольно-чёрными. Бесспорно, у них одна родная кровь.

- Родной... - с нежностью попыталась девушка достучаться до угасающего сознания, - ты должен проглотить лекарство. Глотай, пожалуйста! - Она попыталась влить остатки рот, но мужчина только сильнее сжимал зубы. Ничего не выходило. - Попытка не пытка, - вздохнула девушка, решившись изменить тактику.

Она, никогда не целовавшаяся, поцеловала в губы мужчину. Тем самым попыталась ослабить его боль, перенаправить мысли, думающие о близкой смерти. Поцеловала, и "наглец" ответил на нежный поцелуй - разжал зубы. Не растерялась Ярамира, не упустила момент, поцелуем, изо рта в рот - передала остатки железы.

Дальше была долгая, требующая большое внимание и опыта (чего у девушки не имелось) медицинская работа. Больше боясь переборщить лекарства, чтобы не отравить ярого окончательно. Приступила к работе: удалила омертвевшие ткани, очистила раны, зашила, как смогла, и стала ждать. Время лучшее лекарство! Дальше, всё зависело от него, от его силы духа. Да!

Пролетело несколько дней (местных дня три-четыре), почти всё это время девушка лежала, положив голову на его широкую грудь, слушая биение сильного сердца. И не просто она лежала, а "держала" его сознание - душу, уговаривая остаться в этом мире, в этом теле, здесь и сейчас. С другого бока, уткнувшись носом в тёплое тело, лежали и щенята. Похоже, они решили, что стая пополнилась, и не ошиблись. Ярамира ещё не знала, что у вар имеется чутьё на родную кровь...

Вожак всё это время вёл охрану их случайного пристанища, появлялся оставляя куски мяса и исчезал. Огромная туша мяса привлекла хищников со всей округи.

Совсем обнаглев, Ярамира разожгла огонь. Надоело питаться вяленым мясом и пить холодную воду. Да и помыться хотелось, привести себя в более-менее подобающий вид. Сама от себя чувствовала такое... амбре. Волосы еле продрала...

Временами становилось прохладно, но не холодно, что последнее время радовало. Может, тёплый пар, проникающий из недр, не давал прохладе касаться спящих. Может...

Когда Ворон (вообще-то звали мужчину немного по-другому, но именно созвучие с Ворон подходило как нельзя лучше) вздрагивал, или что-то незримое, но ощутимое менялось в нём, девушка чувствовала, как обеспокоенная мать, нежно поглаживала она его, целуя в щёку или в лоб. Отгоняла она тьму от раненого, как отмахиваются от надоедливого насекомого.

- Тиши, родной, тише... - заглядывала Ярамира в родные глаза, - потерпи, хороший мой.

Тьма недовольно шипела, словно тот ящер, поджидая добычу. Девушка шипела в ответ, показывая свои зубы... Шрамы на спине шевелились от такого хамства. Ярамира не видела, но чувствовала изменения в себе. Проснулась не просто женщина в ней, проснулась её суть...

Болит, значит, живёт, заживало на мужчине как на собаке - псе уличном, осматривала порозовевшее мясо девушка. Зачастую, чувствуя его боль, она тихо, беззвучно рыдала, находясь рядом. Больно!

В один "прекрасный день", перебинтовав повязку на своём подопечном, Ярамира почувствовала, что молодой мужчина, наконец-то, очнулся. Подняла глаза и увидела его ясный взгляд и ни капли тьмы. Он изучал её - шрамы на её лице. Залилась девушка краской, стало неловко, неудобно...

- Рада твоему возвращению, милый, - улыбнувшись, мурлыкнула мужчине незнакомка, говорила она на древнем языке ярых, уж точно знала, что древний язык, этот из древнего рода, точно знает. Тем более, если учесть, что его мать главная жрица.

- Сестрёнка? Черное озеро? - спросил мужчина, осматриваясь вокруг, явно не понимая, где находится.

О, да! Улыбнулась девушка только одним уголком губ. Чтобы знать, о чём он спросил, ей когда-то пришлось полгода просидеть за религиозными и мифическими писаниями. В которых говорилось, что душа умирающего воина стремится пройти путь и добраться до "черного озера". Окунувшись в воды которого, смывается всё тёмное и недостойное. Грехов то, за века накапливалось - будь здоров! И если душа достойна перерождения, то воды отмоют её и уже "чистенькая" она будет существовать дальше и совершенствоваться. А если нет! Всё: сущность, душа, или что там останется, будет затянуто во тьму чёрного озера, на самое дно, и поглощено в глубинах.

А ещё есть "счастливчики", те, кого провожают до самого озера. Проводников во все времена называли по-разному: жрицы смерти, ходящие по пути смерти, проводящие, сопровождающие. Своего рода валькирии.

Ходили слухи, что такие жрицы даже знали о дальнейшем пути провожаемых ими душ. Жриц уважали и почитали.

Значит, поняла девушка, он принял её за одну из тех дев, а в глазах мужчина сверкнул дерзкий огонёк. Как выглядят жрицы, он прекрасно знал от матери, а это недоразумение перед ним?

- Мама переживает, ждёт тебя! А ты на чёрное озеро стремишься? Ай-ай-ай! Иди домой! - отсчитала она его.

Не заметить настороженности очнувшегося мужчины было невозможно. Смутила его девушка своим неподобающим видом, смутили играющие у ног дикие щенята, отвлекли они его внимание. Дав возможность незнакомке, незаметно выскользнуть и отойти на безопасное расстояние. Хотя, считала, что безопасное расстояние между ней и вот таким, может быть только, если их разделяет пропасть.

Ярамира сделала всё, что было в её силах. Теперь он САМ! Его оружие лежало чуть в стороне: топор, копьё, нож. Топор, похожий на тот, что она нашла в лесу, что забрал у неё "каменный истукан". По крайне мере, знаки совпадали. Некоторые.

Мал мир...

- Кто ты? - осторожно, "поймав" краем взгляда своё оружие, мужчина задал вопрос на древнем языке.

- Я просто твой Мираж, - подморгнула девушка, сменив цвет глаз, растворяясь в тумане. Щенки умчались следом за ней - пропали.

В том месте, где растворился мираж девушки, остался лишь крошечный порхающий светлячок, еле различимый в дыхание мира, плавно скользящий в стихии. Исчезал он, гас и появлялся вновь.

Молодой мужчина недолго приходил в себя, Ярамира наблюдала за ним со стороны. Наблюдала, как он пытается установить своё местоположение. Установить направление движения. Всё правильно установил, одобрила наблюдающая и беспокоящаяся девушка, только вот идти напрямик, это не всегда верное решение. Прямо - топь. Девушка недовольно фыркнула, и ярик развернулся на звук, когда же мужчина повернулся в сторону нужного направления - мурлыкнула топь. И "светлячок" тут как тут, скользнул, приглашая за собой. Мужчина оказался догадливым, и так, держа искру в поле зрения, вывела Ярамира его из тумана и из болота. В какой-то момент любопытный ярик изловчился и поймал неосторожный "светлячок". Поймал, угаснувшую в ладони искру.

Идти ему было нелегко, тело не слушалось, от боли судорогой сводило суставы. Тем не менее, молодой крепкий организм с помощью фантастических свойств железы смрад быстро справлялся с заразой.

Ворон часто оглядывался, осматривался, понимая, что девушка наблюдает за ним. Он пытался позвать её, чтобы подробнее расспросить: кто она, откуда? И долго намеревается идти за ним? А она шла, и он это чувствовал. Действительно, отдалившись от болот, выйдя с гор на равнину, он заметил стаю диких псов, смутно, лишь образы. Разглядел, что странная незнакомка сидела верхом на огромном псе, она помахала ему рукой и скрылась. А от стаи отделились два щенка, нагнали его и пошли рядом, словно его ручные домашние псы, опекая его от других заядлых хищников.

Ярамира, отправив своих подросших щенят с Вороном, решила немного осмотреться. Показалось ей что-то. Почудилось. Она обошла болото полукругом и притаилась. Вот уже несколько дней, вместе со стаей, вслушивалась она в ночную неестественную тишину: разбежались куда-то хищники, оставив недоеденным приличный кусок "драконьей" туши. Не сомневалась она, кто мог напугать зверьё. Не ошиблась!

Стая смрад прошла стороной. То, что хищники Нижнего мира нередко прогуливаются на поверхности, знала. Хотела убедиться, проследить какой группой и в каком направлении, те пройдут. Просто, не хотелось больше неожиданностей. Неожиданных встреч...

Тяжело на душе, одиноко и тоскливо. Девушка сидела, притаившись в ущелье, а по щекам скатывались слёзы. Последнее время слёзы стали какими-то непослушными. Ей не удавалось справляться с ними, с собой, со своей тоской.

Он - Ворон из чёрного рода, младший сын главы Дара, не вернувшегося с охоты. Они связаны чёрной кровью, и поэтому чувствуют друг друга как никто.

Ещё бы, "окунувшись" в его сознание, засмотревшись в серые глаза, Ярамира не потрудилась прикрыть свой внутренний мир, свою сущность. Вот и стало всё на своё место, Ворон понял кто перед ним. Плохо, что не сразу.

## Глава 17 Город Чёрного Камня


Смрады прошли, проскользнули, как чудовищные болотные призраки, метя специальной железой свой путь. Ярамира даже не подумала покинуть укрытие, подозревала она, что это только разведка, а основная группа пройдёт позже. Не ошиблась!

Огромная стая смрад двигалась медленно: обнюхивая, осматривая, ощупывая, каждый подозрительный клочок местности. Похоже, это их первая вылазка, поняла наблюдательница: шли твари по меткам.

Много?! От созерцания бесконечного потока чувствовала девушка, как волосы у неё на затылке шевелятся, забеспокоилась она насчёт ярика и своих щенят. Молилась, чтобы они не останавливались, отошли как можно дальше от злополучной местности, так приглянувшейся своей схожестью с Нижним миром. Ущелье. И еды - валом! Те же самые зубастые ящерки, если, конечно, удастся поймать.

Убедившись, что путь смрад и ушедшего молодого ярого не пересекается, вышла она с болот в яростную ветреную долину. За пару дней в шквальном ветре, нагнала Ворона. И со стороны любовалась его самоуверенности, уверенности, смелому шагу. Улыбалась! Душа "пела", взлетая вместе с бешеным ветром под самые небеса. "Чёрная кровь" тянула магнитом к родственной крови. И если бы не её обещание, клятва...

Девушка играла с молодым яром - яриком, когда замечала, что он теряет бдительность, отправляла ему "посылку" в виде небольшого камушка прямо в его железный шлем, через завывающие порывы ветра. Ну а что? Ни учуять он её не может, ни высмотреть в пыльной буре. Хотя встроены в его шлеме специальные датчики живого движения.

Щенки резвились у ног молодого мужчины - играли. Ярамира несколько раз отзывала их. "Рядом!" - давала знак, чтобы они шли рядом с ней и с Кутей. Но заслышав приказ двуногого члена стаи - убегали от своей альфы. Так и бегали щенки по кругу, то к Ярамире, то к Ворону.

Она ещё не знала, что её власть над щенками кончилась. Не видела улыбку на хищном лице молодого мужчины: сравниться с приручением псов с Чёрными Камнями не мог никто. К тому же четвероногие малыши приняли Ворона не просто как члена своей стаи, а как старшего своей стаи. Ворон делил с ними добычу.

Ещё немного и Ворон смог передвигаться перебежками. Радовала такая активность Ярамиру и беспокоила. Во-первых, хорошо всё складывалось, потому что надоела бескрайняя долина, продуваемая бесконечным ураганным ветром. Потерялась она в счёте, сколько раз её юзом тащило по земле, кувырками, пинками. Ужас! Чтобы хоть немного передохнуть, зарывалась она со Кутей в землю - очищала забитый от песка и пыли свой воздушный фильтр. Во-вторых, беспокоилась Ярамира за швы на мужчине. И хотя верила в волшебные свойства вакцины из железы смрад, способную не просто очистить кровь, срастить даже оторванную конечность. Переживала! Всё-таки он её первый подопытный. Мало ли что она могла сделать не так? А с другой стороны, ловила она себя на мысли, что хочет быть рядом с молодым яриком, чтобы братом ей был, чтобы защищал её...

Со зверьём - хищниками и бродившими стаями диких псов, иногда удавалось "мирно договориться", а вот мелкие ящерки с пираньями пастями оказались наглыми, противными, вредными и настырными. Пришлось приладить "щит" - шкурку зверька похожего на дикобраза с длинными острыми иглами на всю руку, от плеча до кончиков пальцев. Никак не доходило до мелочи, что перед ними опасная хищница.

Ночью давила завывающая темнота, днём - мозолила глаза белоснежная пелена пыли. Протянутая вперёд рука исчезала в стене зыбучего песка. Псы, фыркая, закрывая носы, как морские котики, "выныривали" с более-менее благополучного "дна" своего существования. Они, низко прижавшись брюхом к земле, упорно продвигаясь вперёд, туда - куда указывала альфа. Непонятно откуда ветры пригоняли фиолетовую дымку тумана. Аномалия сливалась с ветром, пылью и песком, и становилась настоящим адом. Вся поверхность кипела.

Ярамиру спасал свет браслета, свечением которого она научилась управлять словно фонариком. Что помогало избегать травмирующих ситуаций в полной темноте. Так как даже особенность нечеловеческого зрения не всегда помогала.

Она видела в темноте достаточно, чтобы различать опасность. И если зрения не хватало, пользовалась другими чувствами, также обострёнными не только из-за сложившихся жизненных обстоятельств, а доставшихся по наследству от звериной сущности, ну и каких-то там других рас.

Слух различал шаг зверья в бушующем урагане. Обоняние распознавало приносимые ветрами запахи, профильтрованные через специальное совершенно не сложное устройство.

Вот и территория полная жизни! Умеренное затишье предшествовало приближению к цели. Так и не осмелилась Ярамира подойти к Ворону во время пути, а он знал, что она рядом, правда, знал он и об её обещании "ветру" и не понимал, почему она всё ещё здесь? Но если честно, ему самому ещё не до девушки было, у него перед своим родом должок. И он стремился быстрее вернуться.

Кратер и сеть лабиринтов. Осмелившись, подошла Ярамира вплотную к самому городу, к каменному подножью, а до самого города было ещё прилично далеко. Довольно спокойно миновала она расположенных в некоторой отдалённости стражников со своей свирепой охраной, даже не выдав пробравшихся "гостей" и, что совсем не шло на ум, что псы опустили перед ней, как перед самкой альфой свои громадные головы, словно поздоровавшись. Странно! А с другими варами, в основном, разбирался Кутя, которому достаточно было зрительного контакта.

Прошлась девушка, опасливо озираясь по сторонам, не наблюдает ли кто-нибудь за ней. Вроде нет! Всё было спокойно и в самом поселении ярых. Огромный купол возвышался в зоне затишья между скал и смотрелся на их фоне такой же возвышенностью. Вот только, именно над ним "висело" свечение. Красота! Ещё издали свечение заворожило её, что-то необъяснимое заворожило - энергетика... манила.

"Треснула скорлупа" - проснулась в Ярамире "чёрная кровь". Дом! Она видела перед собой то, что как думала, может стать для неё родным домом. Свет от самого города терялся в глубине подземелья. Она знала, настоящий царственный город рода "чёрного камня" где-то там, в глубине. И родные ей по крови. Свои! Находились поблизости. Она чувствовала, и её тянуло туда.

Оставив Кутю с малышом в одной из многочисленных нор, подкралась девушка к самому куполу. Устроилась, подглядывая через прозрачный свод. Она подумала, что раз мать Ворона жрица, то, или жить она должна в куполе, или посещать его часто. А там и Ворон должен быть не так далеко.

Ждать последнее время становилось трудно. А ждать, наблюдая, какая с противоположной стороны идёт своим ходом жизнь. Невыносимо! Ярамира не знала, не понимала, почему ей страшно выйти к ним. Всё ждала она, пока появится Ворон, но он не шёл. Откуда ей было знать, что его не просто встретили, обрадовавшись, что он жив. Его ждал долгий допрос... и наказание.

Мечи и сейф голубоглазого яра, жгли руки. Она знала, что следует поторопиться с выяснением, где состоится общее собрание. А потом... всё может быть...

Почти все ярые мужчины оказались поразительно мощными, плечистыми, со средним ростом под два с половинной метра. Высокие! Вот только здесь, сравнивая одних мужчин с другими, неожиданно поняла она, что определяется со своими "вкусовыми" пристрастиями. Да, а вот женщины...

Женщины, как им и полагается, невероятно разные особы, женственные и нежные, насколько могла судить со стороны, абсолютно не разбирающаяся в "людях", девушка. Особенность у ярых имелась одна, как у мужчин, так и у женщин (она это ещё у своего "истукана" заметила, когда латала), их волосы спускались длинной косой чуть ни до пояса по позвоночнику. А у мужского населения длинные волосы покрывали ещё и плечи. Мужчинам такая повышенная волосатость шла. Женщинам, как понимала хищная девушка, приходилось с ней "бороться". Руки смотрелись немного длинными, для таких, с виду коренастых фигур. Но всё же, они - ярые, понравились Ярамире. А ведь у неё, как и у большинства ярых, звериные когти. Находила Ярамира в себе сходство с ними. Она ярая! Но, ни заострённых ушек у неё, ни клыков, как у них. Ушки, как ушки, зубы, как зубы.

Сердце девушки вздрогнуло, когда она однажды увидела обворожительную улыбку хищного мужчины. И размечталась, что когда-нибудь и ей будет адресована такая улыбка. Хотя и себя она не принижала. Она видела своё отражение, рассматривала себя в зеркалах золотого купола, и радовалась за доставшиеся ей прекрасные достоинства. Длинные волнистые волосы отливали медным блеском и густыми прядями спускались ниже пояса, ох и мучилась она, отмывая и расчёсывая их, особенно после долгого путешествия. Порывалась отстричь, да руки не подымались на такую красоту. А из-за яркого медного блеска не только отец звал её рыжиком - "Рыжая". И по фигуре она довольно хорошо и ладно сформировалась. Аккуратное пропорциональное и гибкое тело. Изгибы словно волны, плавно скользили по фигуре. И невероятно тонкая талия. Было чему завидовать женской половине ярых глядя на неё.

Но тонкая талия, это, скорее всего, результат плохого питания - редкого. Ещё бы, если учесть, что псы охотились примерно один раз в неделю, и не всегда удачно. А сама Ярамира охотилась редко и то, на мелочь. Приходилось ей голодать. Что делать?! Хочешь жить, надо уметь ограничивать себя.

Несмотря на то, что большая физическая нагрузка на тело не скрывала явно выраженный атлетический склад, при длинных руках с длинными гибкими кистями, с хорошенькими длинненькими изящными пальчиками, фигурка смотрелась очаровательно. Ярамира достойна, чтобы на неё оглядывались, но... шрамы на лице, шрамы на всем теле...

Она не знала, сколько ей лет, подозревала, что достаточно, чтобы начать мечтать о серьёзных отношениях с мужчинами и о детях. Понянчившись с малышом вар, она уже серьёзно о таком подумала. Но взрослость, ещё полностью не сменившимся на лице детским чертам, придавали глаза: яркие, будто из чёрной пропасти сверкает золото или звёзды на небосводе. Странный огненный оттенок в её глазах завораживал даже неразумное зверьё, гипнотизировали они. Что-то не земное, что-то опасное, хищное, чувствовали все в кошачьем свете её тигриных глаз. Длинные чёрные ресницы порхали как крылья бабочки. А из-за чёрных дуг бровей, её ещё в детстве все знакомые дразнили казачкой. Даже насчёт своего среднего роста не комплексовала. На Земле она бы не отличалась своей внешностью.

Ярамира смотрела на своё отражение, смотрела куда-то сквозь водную гладь, она прекрасна и ужасна - это как посмотреть. Несмотря на всю трагичность ситуации, в которую она попала, на всю трагичность своего положения, она чувствовала себя в своей тарелке, она чувствовала себя дома. Дома!

Наблюдая за чужим счастьем, искренне, от всего сердца радовалась она за такую родню. Хоть с этими повезло! Может быть?! Завораживал гармоничный уклад жизни ярого населения. Подловила она себя на мысли, что думает, а не подошла бы и ей такая жизнь? Подошла бы, что юлить!

Ознакомившись с древними религиями ярых, через программу и книги, которые нашла Ярамира не только в своём доме, но и в других пустых куполах. Ознакомилась она с древней историей, с древней, потому что уходила она своей древностью на несколько миллионов лет вглубь вселенной. Ей всё больше хотелось узнать и о имеющихся в реальном времени настоящих ярых жителей Хищной планеты. Кто они и что из себя представляют?

- Привет, - шёпотом здоровалась Ярамира, сквозь "окно", наконец-то, высмотрев в главном куполе рода "чёрного камня" Ворона.

Показался он в кругу милых девушек, встретивших соплеменника после реабилитации. Долго отдыхал он в медицинском комплексе, отсыпался, пока медики изучали его травмы, и результат недавнего лечения. Про консилиум и совещание правителей по его поводу он не знал. Единственное, что знал Ворон, успел он вовремя. Есть ещё время успеть на общий сбор родов. А это главное!

А правители города - рода, ждали, чтобы расспросить и наказать своего... за всё хорошее. И было за что! За непослушание и бегство, за риск, за потерю псов, за слёзы матери и... непонятно откуда взявшиеся в его сейфе двадцать "жемчужин". Медики пока добро не давали. Ждали, чтобы не только физически он оправился, но и психически. Так по виду, конечно, не сказать, что он пострадал, но не помнил он многое, а именно, как вернулся из Нижнего мира.

Как к нему липли девушки, скользя своими нежными руками по его зарубцевавшемуся плечу. Хищница в Ярамире, при виде такой картины, выпускала коготки. Да, хорошенький он.

"Сестрёнка, чёрное озеро?" - вспомнила спасительница, как он окрестил её, улыбнулась, поняв, что этим всё сказано.

Сородичи спрашивали, как ему удалось выжить? Но он отвечал всем, что не знает, не помнит, был в беспамятстве, потом очнулся и пошёл домой. Подозревали, конечно, родные, что он что-то не договаривали. Но... не хватало ещё на их род клеймо "зверя" - того убийцы, кто подлым образом нападает исподтишка на своих. Собирались главы родов выяснить, не принёс ли с "жемчужинами" такое несмываемое горе?

А выяснить просто, всего лишь требовалось подвергнуть вернувшихся, обоих вернувшихся, ритуалу "глубокой связи", и прокрутить их сознание как киноплёнку в обратном направлении. Неприятный ритуал, в каком-то смысле жестокий, так как редко, но бывало, что умирал допрашиваемый, первым признаком немедленного прекращения допроса становилась кровь, пошедшая из носа - лопались сосуды, но когда на кону речь о чести всего рода...

Даже простая психологическая связь некоторым ярым недоступна, что тут говорить о более глубоком вмешательстве.


Связь с Мираж оставила о ней совсем немного информации, но настолько важной она была - интимной, что Ворон решил, не распространятся о девушке. Это не его тайна. Тайна?! Да! Ворвалась эта тайна в его жизнь, только когда он отдохнул с дороги, сон показал ему её полёт...

Мать, по совместительству жрица дома, почувствовала неладное с сыном. Она видела, что вернулся он не такой - более сдержанный, что ли стал - задумчивый. Попросил принести книги о древних ярых, мифологию и культ ритуалов и взялся за изучение законов. Поняла она, что сын пытается что-то выяснить, сопоставить. Вот если бы спросил её - доверился. Нет! Мать ждала!

Ворон понял, что укрепила Мираж его угасающую жизнь, не только вылечив тело, она жизнь его вытянула из лап тьмы. Жизнь - Мираж теперь его жизнь, его сердце билось, чувствуя её дыхание - душу. Рядом, совсем рядом она, но...

Внутреннее чутьё хищной девушки тревожилось, беспокоилось. За то время, что она наблюдала за городом, никто из ярых не покинул город. Мужчины ходили только в обход и всё.

Опоздала, понимала Ярамира. Представители их рода ушли на общий сбор ярых. Всё?! Нет! Шанс есть, она уверена. Да!

Уверена?! Кутя куда-то пропал, забралась она в нору, в которой оставила свою маленькую стаю, и обнаружила там только малыша. Подумала, что папаша пошёл на охоту, но, ни через сутки, ни через три - он не вернулся. Пара постарше, что ушли с Вороном, теперь ходили с разношёрстной группой псов, вольно бегающих по прилегающей местности. Иногда, вольно бегали по этой же территории и подростки - дети от десяти до пятнадцати лет. Ярамира наблюдала за ними, радовалась.

Мираж высмотрела Ворона, и хотя он был далеко от окна и в окружении девушек - мысленно позвала. Молодой мужчина почувствовал, что за ним наблюдают - кто. Как тогда в "кипящем котле" он оглянулся и посмотрел прямо ей в глаза. Нет! Ярамира знала, что он не видит её. На тёмном фоне окна чёрными тенями под воздействием ветра, шевелились ветви густой растительности. Высокие деревья и кусты окружали сам купол, и находились повсюду. Утренний иней синевой лежал на стекле, грозя скоро затянуть его полностью. За той синевой и пряталась она - его Мираж.

Ворон, действительно, никого не увидел, он почувствовал, подошёл и прикоснулся к стеклу. Попытался вглядеться во мрак. Но подруги детства повисли, окружили, отвлекли. Скорее всего, он решил, что почудилось ему и, развернулся, чтобы уйти. Отступив на пару шагов, не выдержал он и оглянулся. На синеватом инее стекла, быстро исчезал маленький отпечаток девичьей руки. Ворон сорвался с места и побежал на выход.

Напугалась Ярамира. Напугалась, что теперь он бежит к ней и не ошиблась. Больше пугало её то, что опыта общения с ярыми ("истукана" она не считала) у неё нет. Как вести себя не знала. Запаниковала...

Повесила амулет на ветку, где сидела, и спряталась, слилась с тенью кустов. Ну вот! Вроде это ей должны подарки дарить. А тут она подарок для Ворона сделала. За то с какой любовью сделала. Изображение в виде подкрадывающегося дракона окруженного обручем из ядовитой лианы - красота! Ещё и из кроваво-красного минерала, что она прихватила в огненной долине гейзеров. Если его погреть в руке, потереть, то такой минерал некоторое время излучал мягкий свет. Потёрла подарок Ярамира, на всякий случай, чтобы мимо не прошёл, и повесила на плетёный шнурок из тонкой кожи болотной твари. Переживала, понравится или...

Быстро прибежал красавчик, и прямо к мигающему подарку - снял. Позвал девушку: "Мираж". Хмыкнула дерзкая.


- Привет!.. - шепнула темнота за ним нежным девичьим голосом.

- Мираж? - перебил Ворон, зашагав в её сторону.

- Стой на месте! - более властно, предупредила его Тьма...

- Не бойся, - понял её опасения мужчина, "а то что?", - здесь никто не причинит тебе вреда, пошли со мной.

- Не могу, - еле сдерживая слёзы, проговорила наивная девушка. (Она так желала пойти с ним, так мечтала, наконец-то, стать просто хрупкой нежной девушкой, так устала скрываться: устала быть одна, и теперь, когда её позвали - испугалась). - Скажи, пожалуйста, где сбор проходит, мне туда срочно надо.

Со стороны "ворот" показались обеспокоенные стражники, наблюдавшие за неадекватными действиями своего родича. А у них облегчённые шлемы со встроенными функциями различного зрения. Инфра..., ультра... высмотрели опытные двуногие хищники непрошеную гостью. Поняла девушка, что выдала себя. Всё!

- Не переживай! Пошли я отведу тебя к маме, объясню ситуацию. А с "ветром" я всё сам решу. Пошли!

- Так что, опоздала я? - испугалась Ярамира, решив, что совершила глупость, позвав его. Или прямо сейчас это она ошибается, собираясь сбежать? И почему он решает за неё, что ей делать?

- Да нет, не опоздала, да и тут недалеко, - махнул Ворон здоровой рукой в сторону. И это стало его ошибкой: она знала, сколько городов с родовыми куполами, непременным наличием, в той стороне. Отсеяла возможные пустые города...

Стража приближалась стремительно, ещё чуть-чуть...

- Не могу, - неуверенно произнесла Мираж, отступая назад, - присмотри, пожалуйста, за моей хищной парой, и старший стаи где-то зарылся. Найдёшь, присмотри.

Колючий шарик, запущенный девушкой из рогатки, воткнулся в открытую грудь молодого мужчины. Нахалка скрылась раньше, чем Ворон это понял. Раньше, чем успели подбежать соплеменники. Один остался помогать пострадавшему, так как Ворон упал на землю и не шевелился, а второй побежал за скрывшейся девушкой. Но так и не нашёл её, потеряв в прибежавшей стае псов.

Вот и всё, проскользнула Ярамира "сторожевые заставы". "Прости!"

## Глава 18 жребий, один на двоих


Вновь, долгая дорога в неизвестность. Без поддержки хищной охраны. Тяжело! Страшно?! Осторожничая и уступая дорогу даже тем, кого Ярамира не боялась и не опасалась раньше. Но не сейчас! Дёргать удачу за хвост совсем не прельщало. Тем более, когда в рюкзаке дремал щенок, оттягивая своим тяжёлым весом усталые плечи.

Два города показались на горизонте и растворились во мгле, за её спиной. Ей гораздо дальше, она знала, чувствовала. Теперь она не бежала, она катилась по поверхности планеты на своеобразной доске, к которой она приделала жердь и своеобразный парус. Порывистый ветер подхватывал гибкую хищницу и подкидывал над землёй, как можно дальше, как можно выше, с её нелёгкой ношей. Сабли за спиной "резали" ветер и позволяли мягко парировать.

На подходе к цели, к спрятанному в подземном убежище, между гор, городу, пришлось быть внимательней. Усталость и истощённость сказалась не только на физических способностях двигаться, мысли в голове самой напоминали ураганный вихрь - хаос!

Огромное количество гостей в городе привлекло хищное зверьё отовсюду. Псы стаями бродили по округе, патрулируя все подходы со своими хозяевами. На усиление привлекли хищных воинов, а вот это чревато для двуногой хищницы.

То, что это тот самый город, в котором проходило собрание, Ярамира не сомневалась. Устроившись передохнуть в расщелину - задремала на холодном камне, ухмыльнулась из своего убежища, поёжилась, представив, как "жарко" сейчас там внутри. Гул переполненного города разносился далеко, казалось, будто рядом настоящий пчелиный улей.

Хватило ей суток, чтобы осмотреться. Спасибо стаям бродивших псов пришедших гостей, не трогали они, ни странную девушку, передвигающуюся на четвереньках, ни её щенка, прятавшегося под ней, фыркающего и скалящегося на чужаков. Поиск завершился, как только она нашла псов сородичей своего голубоглазого "ветра", нашла "запасной" вход в город, которым пользовались местные, в основном, охрана, стража и военные, для дальних обходов территории. На входе стояло три охранника, а тоннель за ними исчезал в глубине мрака.

Дождалась она, появления "ветра" - вышел, такой холёный, вразвалочку, потрепал своего любимца по холке, проверил других псов родичей, покормил, явно перед дорожкой.

"Здрасте, вам! Возьмите, пожалуйста, подарочек от вашего мёртвого собрата", представила Ярамира, как подойдёт к ним. Нет! То, что её ни так поймут, она не сомневалась. Если просто выйти и отдать "посылку", её скрутят и будут допытываться, кто она, что... Совсем не хотелось ей, чтобы кто-то допрашивал её.

Да и что она скажет? Как попала на планету? Как знала, чужаки, незаконно попавшие на планету должны быть уничтожены. Не нужны им шпионы.

Эх! А Ворон и его сородичи? Решила Ярамира, что как только всё решится, то только туда. Если Ворон не сильно на неё обиделся. Так и быть, пускай решают они, что с ней делать. Ведь она и вправду ничего такого не делала, просто жила. И не важно, что сказал голубоглазый. Кстати, давно его не слышно в её голове. Ушёл?..

Времени думать нет! Она чувствовала, ещё немного и гости разойдутся. Псы "ветров" сослужили: не в службу, а в дружбу. Управлять ими оказалось сложно, но возможно. В час небольшого затишья, по местным меркам за полночь, Ярамира привела их к запасному входу, дав команду охранять маленького щенка, к ошейнику которого прицепила сабли и "сейф".

Желание решить всё и сразу, два таких важных вопроса: отдать подарочек и найти "каменного истукана", чтобы напомнить о должке. Самостоятельно же искать его вообще бесполезно, как невозможно искать иголку в стоге сена, а вот сделать так, чтобы его позвали... это запросто.

Снять приказ охраны с "ветреных" псов могли только их хозяева, а подойти к Малому, только её "истукан", хотя, она в этом была не очень уверена, его гортанный звук повиновения звучал грубее, чем её жалкая пародия. И то, что всё может пойти не по плану, всё не так, как она себе напридумывала.

- Ты здесь, - всматривалась в незнакомые лица дикарка, пытаясь высмотреть того, лица которого она не совсем хорошо помнила. Тем более, тогда, он был обросший, как медведь. А сейчас, наверняка, он, как и вышедший "ветер": холён, выбрит и наглажен. После их совместной охоты, по её подсчёту, прошло почти пол земных года или больше. Прилично время пролетело.

Неизвестность перестала пугать её. Так и подбивало ударить спящего медведя в бок. Совсем остатки мозга сдуло ветром...

Ну, держитесь "медведи"! Воспользовавшись тем, что охрана ворот не всегда смотрела на то, что творилось вне... Спрятавшись в потайное укрытии, в колючий куст у самих ворот. Показалось ей, что чем ближе, тем безопаснее. Кому придёт в голову, что она (а ещё надо знать, кто она, не считая своего) осмелится стоять так близко.

Бросила она, понимая, что потеряет записывающий шар - мину. И развернулось представление перед повернувшимися в сторону шороха ярыми мужчинами. Увидели они, как ринулись из темноты на них полчища чудовищ - смрад.

Пока охрана поняла, что никакого нападения нет, а появившиеся твари - "галлюцинация", по маячку они быстро нашли предмет хулиганства и...

Волна беспокойства захлестнула город, как цунами. Сигнал же тревоги ушёл. Ярамира смутилась, такого волнения она не ожидала. "Перебор!" Сразу же захотелось ей отойти подальше, скрыться более надёжно, но поздно. Надо уметь отвечать за свои поступки! За ворота вылетели яростные двуногие хищники, осмотрелись они, остановились, наткнувшись на спокойных псов. На спокойный псов, выполнявших приказ по охране щенка с прицепленным к нему оружием и сейфом под "жемчужины".

Подошли растерянные хозяева - "ветры". Разобрали своих питомцев. А вот щенка, как девушка и предполагала, никто не тронул, чтобы снять с него оружие и "сейф". Прочитав по знакам на ошейнике и лбу, чей пёсик, стали ярые ждать. Малой, непривыкший к огромному скопищу странных существ, вёл себя так, как и положено диким псам. Он, встав в угрожающую позу, ощетинился, прижав толстый лоб к земле.

Подтянулись высокопоставленные повелители города - рода. Кого-то ждал нагоняй. Все вышедшие молчали, стоя смирно и тихо. "Хищники" напряжённо вслушиваясь и внюхиваясь. Пытаясь уловить что-то, кого-то...

Ярамира не слышала, но видела, как переговариваются хищные воины, и прекрасно понимала о чём. Ждали! И дождалась?! Она узнала его: своего "каменного истукана", по движению, по походке, по чёрному копью в его руке, на которое он больше опирался, прихрамывая. Сердце опять предательски ёкнуло, обрадовавшись его присутствию. Он выглядел по-другому, в другой амуниции и без знаков отличия, без шлема. (Позже она узнает, что та амуниция, в которой он находился на охоте, сильно пострадала и восстановлению не подлежала).

Поздоровалась она с ним мысленно, улыбнулась, по щеке скользнула слеза. Только сейчас поняла, что безумно переживала всё это время за него, и... соскучилась.

Подошёл ярый мужчина, такой родной к ждущим его повелителям, они ему на щенка указали. Молча! Ясно?! Хищный воин направился к предмету повышенного интереса - щенку. Малой угрожающе фыркнул и, получив приказной рык в ответ, послушно присел. Присел, рассматривая щенка и великан, погладил фыркающего зверёныша, отцепил послание и передал всё соплеменникам погибшего.

Всё хорошо складывается, обрадовалась нахалка, что поручение ветра она исполнила. Но вот щенка не подумала как будет возвращать. Думала, сейчас все уйдут... Да не тут-то было. Неожиданно, наступила полная тишина. Пугающая тишина! Она не заметила, как её "каменный истукан" попросил всех замереть. Что он делает, конечно, поняла. Он один знал, что искать. Он знал её повадки, пристрастия, запах...

Девушка даже попыталась приостановить своё участившееся сердцебиение, чтобы оно не выдало её... Поздно! Не дрогнуло на этот раз копьё. Почти! Последовала резкая боль от удара тупым концом прямо в ногу, в стопу. От неожиданности она вскрикнула. Сознание затуманилось, сдержав волну дикой боли. Быстро всё так произошло. Волна... взрыв под ногами. Смешалось всё, и "люди", и псы. Ярамиру выбросило в ворота, туда, где стояла хищная толпа ярых. Закинуло "зверушку" в самую гущу. Упала девушка, как и положено зверю, на четвереньки, поджав подбитую ногу, а заскулить от обиды захотелось. Жуть! Несколько десяток копий повернулось в её сторону. Волной накрыло всех стоявших. Подбросило её ещё раз. Кто-то решил добить, не разобравшись, что за существо вывалилось из кустов. Реакция хищника! От волны и чиркнувшего вскользь по голове удара она потеряла сознание. А очнулась внутри самого тоннеля у костра стражи города. "До ворот метров двести", определило сознание своё месторасположение по отношению к свободе. Ярамира чувствовала, как у неё опять подёргивает левое веко. "Перенервничала!" Села она, осмотрелась. Посмотрела на громадных хищных мужчин, тихо стоявших чуть дальше, ждущих её пробуждения. "Герои, справились с одной девушкой?" фыркнула нахалка себе под нос.

Она?! Точно она? Выжила! Внимательно наблюдал за непонятной тварью хищный охотник, под обманчивой шкуркой которой скрывался человек - девушка. Ему бы не знать?!

"Покажись", - дал команду "каменный истукан", очнувшемуся "зверьку". "Тварь" фыркнула и издала нечленораздельное гортанное - "фи".

Опять, у него всплыло множество вопросов и не состыковок. Зря вытащил?! Убьют! Совсем не хотелось быть причастным к её гибели - смерти. И что привязалась? Придётся выкручиваться, если её не признают свои. "Ветры?!"

Нехорошее предчувствие закралось, что покровителем нахалки был как раз "ветер". И судя по всему, он погиб. Да, живой свидетель им не нужен! В открытый сейф, когда отцепил от ошейника, он заглянул - под сто "жемчужин". Да... Рад сам считался одним из лучших свободных добытчиков - в десятке первых - но, в благоприятные времена, ему удавалось не больше сорока добыть за весь сезон. И как добыть столько - одному?! Подозревал, что как раз на допросе девушки "ветры" и не станут настаивать. Не посмеют! "Посмотрим?"

Удачно "волну" спровоцировал, не ожидал, что выскочит девушка такой болотной тварью, и прямо под ноги "накрученных", нервных, злых хищных воинов.

При повелителях, поклялся, что его щенок случайно зацепился за чужое, и передал всё "ветрам". А девушка, скрывающаяся в кустах - нахалка, уже не раз видел её не так далеко от "ледяного" купола, под охраной огромного пса гуляла она на их территории. Что она здесь делает? Вопрос?!

Рад уже собрался, покинуть город в этом сезоне ставшим местом общего сбора родов. Родов на планете чуть больше тысячи, примерно сто тысяч представителей собралось в одном месте, чтобы "поделиться" результатами охоты.

Раньше, один купол принадлежал одному роду. Ярое население развивалось, но, как и у каждого развития, есть свой предел, и в какой-то момент, непременно возникал спад - упадок. Ярые неоднократно переживали как подъём, так и...

Все знали, что когда-нибудь это случится. Вот оно! Вернувшиеся с разных частей космоса сородичи, что-то привезли. Инфекция, мутация, произошла неожиданная неприятность, выкосившая часть населения. Другая часть адаптировалась, но уменьшение количества жителей сказалось на всём. Полноценно обеспечить большой город с большим населением - требовало огромное число военных, на плечи которых легла добыча железы смрад. А вакцина из железы смрад стала основной в жизни, в существовании. И как не искали, а искали замену самим опасным тварям - смрадам постоянно, ничего не получалось. Пока не получалась, и надеялись, что неудача временная. Но уж больно затянувшаяся...

И вот уже несколько тысячелетий, смертность среди населения превышала рождаемость. Чтобы сохранит народ - род, многие объединились до лучшей поры, надеясь, что придёт время, и они вернутся в свой родной город, к куполу, хранившему всё о своих хозяевах. Все надеялись, что придёт время, и всё наладится. Когда-нибудь!

Можно было, конечно, решить проблему кардинально - переселиться на более благоприятную планету, без сильных ветров, без ядовитых растений. Ну а то, что именно эти растения такое количество кислорода вырабатывали. Покинуть ядовитую и хищную планету можно, но бросить родной дом? Ярые когтями и зубами держались за своё.

Появление свободных ярых охотников на смрад было спровоцировано искусственно. Не всех приняли в "новый" дом, когда их население было вынуждено перейти под более могущественное "крыло". Условия слияния, соединения родов не всегда оказывалось равным. Не все ярые захотели признать над собой власть чужого рода. И получилось, что непривязанные к конкретному роду, к конкретному куполу, ярые, а это, как оказалось, в основном здоровые и крепкие мужчины, составили костяк общества. Но, опасаясь, что такие... свободные, могут выйти из-под контроля, повелители (над всеми ярыми) - истинные ярые, составили свод законов, ограничивших их свободу. Свободный хищный воин, был волен заключить контракт в любом городе. В контракт много чего входило, но, в основном, отдаёт он содержимое "сейфа" после охоты полностью. По содержанию сейфа и особые привилегии учитывались. "Свободный" живёт в принявшем его городе определённое время как полноправный гражданин, живёт и работает на благо общества. Работа заключается в охране города, в патрулирование, в обучение молодых воинов. Сложности, конечно, никто не отменял.

И не так давно, собрание глав родов, посовещавшись, изменили выбор "свободных". Их старались распределить поровну между жилыми куполами на общем собрании родов. Чтобы не получилось в одном месте густо, в другом пусто. Мнимой оказалась свобода, воинам оставили право жребия: между собой, они время от времени сами решали, кому куда отправиться.

Ещё до распределения Рад предъявив главам топор, оружие погибшего друга и по совместительству бывшего главы рода "чёрного камня", предупредил, что половина его содержимого "сейфа" принадлежит куполу друга. Соврал! Главы родов недолго возмущались, никому не хотелось, делиться, но согласились. Закон есть закон.

Не хотелось сильно давить на этого ярого воина: давно он ходит на охоту и довольно удачно.

Жребий выпал далеко от места его последнего распределения и решил он идти, ничего не меняя. А с "черными" его связывали много хороших воспоминаний и потери...

Рад слышал крик, поднявшуюся суматоху. Но не счёл достойным своего внимания подобного. Пока за ним не пришли. По дороги ему объяснили, что там что-то с его щенком. Сопровождающий мальчишка толком ничего не смог объяснить, что злило. "Что ещё за щенок?"

Его встретили сами повелители, главы принимающего поселения и хищные воины "ветра". "Ветры" славились своей выносливостью и по праву заслуживали всеобщее уважение, хотя они и держались более обособленно, скрытно, чужих в свой купол пускали редко. Свободных воинов - никогда. То, что они род истинных пустили пожить, так это на время. Время заканчивалось, вот-вот... и эти загостившиеся уже судорожно искали возможность не потерять свою царственность. Ещё поколение, - два, и всё! Переберут новых.

Пришли! Его - ярого хищника, как пацана, указав на щенка, попросили объяснить, что это значит? Сами же и подсказали. Спросив, как это его щенок запутался в чужом оружие? И ещё, не знает ли он, кто пошутил с записывающей "миной"?

Жива, втянул в себя воздух, в котором ощущался еле уловимый запах её любимых цветов. Он знал, где и что искать. Кого... "Ну, нахалка, держи подачу...".

Рад сидел на корточках, напротив "неведомой зверюшки", наблюдал, пока девушка, проверяя, не сломал ли он ей кости, обиженно дулась. Он уже ощупал, проверил. Ни сломал! Второй раз волной ударил, просто, увидев, как в неё летит копьё, побоялся, что не успеет предупредить, кто под шкуркой...

Злилась девушка, ощущал ярый нахалку, понимал. Взгляд отводила, и не только от него. Игнорировала всех! На вопросы не отвечала! Молчала!

"Ветры" промолчали, когда повелители родов попросили дополнить насчёт девушки, догадываясь о её причастности к неожиданно появившимся вещам. Нет! Заверили, что полностью доверяют Раду и всё! А девушка - нахалка, уже получила по заслугам - чуть не убили. И будет лучше, если её отпустят восвояси.

Повелители прекрасно поняли, к чему они ведут. Если прямо сейчас отпустить девушку, "ветры" сами с ней разберутся, на своё усмотрение. Побоялись даже повелители, что будет, если эта шутница принадлежит какому-нибудь значимому роду, как "огненный лёд", возле купола которого её видел Рад. Скандал гарантирован!

Рад издал низкий гортанный рык, когда девушка попыталась встать, явно наметившись сбежать. Щенок всё это время лежал рядом с ней - тыкался носом. Опасность?! Да! Она чувствовала, исходившую отовсюду опасность.

Неприятная ноющая боль обжигала ступню и ещё, липла к голове - кровь. Она что-то не помнила, чтобы её ударили по голове. Может когда упала? А как обидно?! Ухмыльнулась своей хищной улыбкой девушка.

Удар пришёлся прямо по голове: вскользь, поэтому её не убило, но она получила ссадину, царапину. И память отшибло, что произошло у ворот - не помнила.

Стоило ей подняться на ноги - встать. "Истукан" приблизился вплотную: встал так, что горящий огонь оказался за спиной, и ей некуда стало отступать. Щенок поднялся и прижался к ногам, путаясь.

"Сидеть", - знаком приказал хозяин обоим. Отрицательно махнула головой девушка, попытавшись шагнуть, споткнулась о щенка и впечаталась в каменную броню. Голова закружилась и она села. Ещё и подташнивало. Поняла Ярамира, что хочет она или нет, а придётся подчиниться. Временно! И шансов убежать именно сейчас не было вообще никаких. Всё, приехали!

- Пошли, поговорим! - приказали один из главных ярых её "истукану".

Для начала, высшие главы яр посовещались между собой, а потом уже поставили перед фактом хищного воина - Рада.

Девчонка! Злится, упрямится, да и вообще, кто знает, что в голове у этого "дикого зверька?" Так просто, теперь она не уйдёт. Всё! Подчинение он воспринял, как согласие. Но на всякий случай перестраховался, посадив под замок, рядом с охраной ворот. Так, решил, будет надёжнее, под присмотром. И "ветры" не посмеют причинить ей вред. Задала она ему задачку, придётся выкручиваться.

Где-то там всё решалось. Совет решил её жизнь, их жизнь. Единственное, что Рад "сказал", что с этой девчонкой он сталкивался пару раз не так далеко от "ледяного" купола. Да! И это было правдой, всё остальное он утаил, про Нижний мир и дикого пса. Пускай главы сами решат, зачем девчонка здесь? Очевидно, из-за любимого мужчины! Да?! Любовь? Случаи, когда девушки и даже взрослые женщины сбегали из дома и шли за своими мужчинами, не редкость.

Вызванные представители "Льда" ничего не могли сказать о ней, хотя такой возможности не исключали. Человеческих смесков у них в население города хватало. И взглянув на неё, забирать, не пожелали. Решили они не рисковать, предложили умертвить, и всё. Посмеялись ещё. Проверить посоветовали - вдруг - истинная ярая перед ними. Ещё один вариант - выставить на продажу, кто-нибудь такой бракованный товар и возьмёт, кому-нибудь может, нужна, упрямая, своенравная, дерзкая и глупая женщина?

И в чём-то славящиеся своей хладнокровностью ярые рода "льда" оказались правы. Никому не хотелось приводить в дом проблему. Никому не хотелось "мараться" непонятной ДНК. И посовещавшись, было принято единодушное решение. Отвечать за чужую девушку будет тот, кто за неё поручится. И Рад оказался единственным, кто за неё поручился, всё же надеясь, что найдётся желающий, иначе он за себя не отвечает.

Увы! Ему и выпала честь решить, жить нахалке или...

Просчитали хитрые главы его. Мотивация убить девушку оказалась внушительной. Если Рад сохраняет ей жизнь, то его жребий аннулируется. И он отправится вместе с девчонкой в купол рода "льда". Объясняя такой выход тем, что там есть древний ярый: старший из глав всех родов, и окончательное решение будет за ним.

Решение глав родов не оспаривается. И хозяев, к кому должны явиться "незваные гости", не спросили о разрешении. "Ледяных" поставили перед фактом.

Повелители города решили сложить с себя ответственность, и сделать так, чтобы на их территории, а точнее между гостями не случился конфликт. Иначе, это будет грязное пятно на их репутации, никто и никогда больше не проголосует о проведении собрания в их городе. Неблагонадёжные... нет...

Рад - свободный, порешит он девчонку... Ну, что с него взять, если будет претензия? Отработает на благо общества!

На отработку и наметились, зная его жёсткий характер. Зная о его конфликте с повелителем "ледяного" купола. Тем более основная группа из "ледяного" уже ушла, что на руку. Чем быстрее всё решить, убрать подальше всех причастных к намечающемуся конфликту...

Ярамира ничего не знала о решении. Она, правда, догадывалась, что они решали, что с ней делать, как быть? Предполагала, что могут вмешаться "ветры", но не вмешивались. Наблюдали они за ней со стороны. Она их чувствовала их хищные взгляды. Но надеялась на удачу, что она и впредь не покинет её, поможет сбежать.

Не спалось, сидя спиной к страже, девушка поглаживала прижавшегося к решетке щенка. Её в клетку посадили, а малыша, почему-то оставили снаружи. И он испуганно пытался пролезть сквозь решетки и прижаться к "маме".

Любопытные подходили посмотреть на неё, принесли ей воду и поесть, хоть за это Ярамира была благодарна. Никто не тыкал в неё пальцем, даже наоборот, почувствовала, что ей сочувствуют.

Пришёл Рад. Она узнала его по движению, по звуку шагов. И он был не в духе. Он не думал, что поручившись за неё, его отправят в тот купол. "Только не туда!" Худшее, что он думал, сделают главы, это отдадут девчонку ему на попечение, а это он как-то переживёт и уйдёт вместе с ней в доставшийся по жребию город.

Поздоровалась девушка с ним взглядом, тем самым дав понять, что она слушает его, сама сейчас говорить не могла. От всех этих переживаний пропал голос. Состоялся "разговор" двух немых - смешно.

Облегчённый вариант костюма, лёгкий шлем с откидывающим забралом. "Гад!", закрылся полностью. А Ярамире, именно сейчас, хотелось видеть его глаза, чтобы выцарапать их. Ярый распахнул клетку, дал ей команду: "рядом". Такую, какой он давал команду своему питомцу. И развернувшись - пошёл. Не соизволив даже посмотреть, будет нахалка подчиняться или нет. Нет! Она смотрела на открытые ворота. Ей туда, да!

Останавливало то, что она чувствовала - ждали её снаружи, наблюдали, не спускали с глаз. Пугали?!

Нет! Сейчас она не могла убежать. Не то, что злилась, больше вредничала, словно дикий зверь боялась потерять свободу. Рад догадываясь о дальнейших действиях своей опекаемой. Краткий приглушённый рык предупредил, чтобы она даже не думала бежать в спасительный тёмный мир.

Ярамира с самого начала чувствовала своего "истукана". "Слышала", как бьётся его большое сердце. Чувствовала каждой своей клеточкой его негодование, нервозность, злость. Нет! Идти девушка не могла. Она стояла практически на одной ноге. Наступить на подбитую конечность было больно, хромать за ним она не собиралась. "Хоть убей!"

"Отпусти", - знаком попросила нахалка, когда "истукан" всё же повернулся к ней.

Вернулся озверевший хищник и не спеша, воткнул ей клинок своего острого копья в здоровую ногу.

Какая ярость царапнула Ярамиру по груди, по душе. Потребовалось ей время, чтобы "угомонить в глазах чёрную бездну", - успокоиться. Нет! Стерпела! Да! "Никто не должен видеть потемневших глаз, никто не должен знать...".

Добился ярый того, что не просто сбежать девушка от него не сможет, бегать в ближайшее время не сможет. Села несчастная, закрыв ладонями лицо, закрыв свою звериную маску, спрятав слёзы. Всё!

Тогда, мужчине казалось, что жестокая выходка это единственный способ заставить её остаться. Чтобы он, не бегал за ней - хромая. И чтобы она, своим действием, словом, не оскорбила его. Чтобы никто не увидел её презренное отношение, хамства, не только к нему, а вообще. Он прекрасно помнил, как она могла себя вести - недозволенно.

Может, если бы тогда он был не так зол, возможно, он бы поступил иначе. Но, то, что сделано - сделано.

Рад присел перед девушкой, открыл, обработал, наложил тугую повязку и, взвалив нахалку себе на плечо, пошёл на выход. Некогда объяснятся. Времени ждать, пока пройдёт обида у обоих, не было.

Спасительная родная тьма мира встретила их сразу за воротами. Девушка хищно улыбнулась, удобнее расположившись на плече. Как давно она хотела прижаться к нему - обнять. Мгновенно, растворилась в ней злоба, а с ней ушёл и страх.

Где припрятаны вещи, она ему показала: достала свой рюкзак из норы. Как он и думал, что свой рюкзак она нигде не потеряла. А вот под обманкой у неё теперь просматривался другой костюмчик, более совершенный. Хорошая и качественная работа. Обошёл её ярый, оценивая "хищницу". Да хищницу! Хищная накидка скрывала под собой хорошую технологичную работу. Привычным осталось только то, что шкурка болотного зверька, подбитая изнутри мехом, лёгким движением цеплялась к амуниции. Какие ещё нужны доказательства, что девушка кому-то принадлежит?

Несмотря на то, что группа рода "льда" ушла вперёд, Рад не торопился их нагнать. Ничего страшного: дорогу он знал.

Прошла местная неделя. Хищный охотник с девушкой на плече, лишь раз приближался к длинному каравану. Нагнали у подножия горы, и вошли со всеми, предварительно открыв железную дверь, в просторную пещеру. Передохнули там, загрузились в вагоны, и поехали сквозь гору. Ярамира от восторга "захлебнулась", попадалась ей информация о таком виде транспорта на определённых участках, но...

Транспортом ярые пользовались. Но проблема оставалась на поверхности, ни одна машина, ни один двигатель, даже закрытые танки, не выдерживали ураганного ветра и мелкого песка с камнями и пылью. И это ещё не всё! Аномалии на планете имелись, из-за которых многая техника не выдерживала. Громовые разряды били по атмосфере так, словно энергетические бомбы взрывались, выводя всю автоматику из строя. Да и аномальные туманы, в которых "штормило".

Решение нашли, ярые научились они сгибать, сжимать пространство. Использовать телепортацию. Но опять же, такой вид передвижения затрачивал колоссальную энергию.

Передвижение ножками, как не поверни, не крути, не изобретай, оказалось более надёжным способом.

Огромный караван: кого и чего там не было?! Навьюченный скот, похожий на больших лохматых быков тащили основную ношу. Ярамира не могла разглядеть, что скрывалось в их массивных коробах. Имелись и особи женского рода. Они ехали в специализированных обозах, так же похожие на бронированные коробы. Охрана непосредственно вела караван, стража координировала передвижение, хищные воины обследовали территорию, предупреждая все подходы и отходы, вели разведку. Тогда Ярамира не понимала, почему они ("истукан", она и щенок) идут отдельно, и не с караваном, и не охраняя. Они шли сами по себе.

То, что девушка злилась на него, Раду было всё равно. Если честно, он был безмерно рад, что "нахалка" жива, что она нашлась. Только, сложилось всё не так, как он хотел. Для него поход в купол "льда" уже пытка.

Всю дорогу, Ярамира не произнесла ни слова, и он отплатил ей той же монетой, не задав ей ни одного вопроса. Шёл, в основном, Рад, неся раненую на плече. Даже когда рана затянулась, он её всё равно нёс. Иначе она его задерживала, и как догадывался, намеренно. Делала вид, якобы не успевает за ним, отстаёт. На её ногах красовались новые рубцы шрамов, на одной тонкий шрам от прокола, на другой, оттого неожиданного удара в колючем кусте, ступня у неё не просто опухла, даже кожа лопнула. Рад каждый день перебинтовывал её раненные ноги. Сам! Хотя, она возражала. Немого!

Всё будет хорошо! И она не сомневалась! Да.

Длинным путём шла группа, стараясь держаться горячей земли и малочисленных спасительных от ветров оазисов. Оазисы располагались в низинах, но были более опасны, чем ледяной ураган. Дикое зверьё там кишело. Поэтому и отдых был кратким, а перебежки всё длиннее.

Ярамиру удивило, что если стража и охрана каравана менялась. (Они попеременно отдыхали). То хищные воины - нет. Они вообще не отдыхали и не спали. Как и её "каменный истукан".

За всё время пути ни одно дикое зверьё не посмело перегородить им путь. Никто на них не напал. Даже не пытался. "Звери не люди, - спокойно смотрела девушка вслед диким хищникам, - не нападут".

Отдыхая, Рад брал опекаемую "под крыло". Сначала, девушка хотела возразить на такие беспринципные действия, но оказалось, так удобно прижимаясь к нему - спать. Приятно, тепло, защищено.

Рада беспокоило, что, притупив его бдительность, она может воспользоваться быстрыми ногами щенка и сбежать. Маленький, но крепкий щенок, уже был вполне способен утащить на спине свою лёгкую "маму". Но она не сбежала. Даже не дёргалась, ещё бы, она прекрасно видела, что двуногий хищник не дремлет. Платить за попытку, в которой она была не уверенна, щенком. Нет!

Прошли три местных недели, в сутках которых семьдесят часов. Притом, что на определённых участках их перекидывали, перевозили подземными поездами на магнитных подушках. Понимала Ярамира, что "каменный истукан" взял на себя обязанность по заботе о ней. Только в какой форме он взял такую обязанность, и как ей к этому относиться? Не понимала она.

Вот и ещё одно опустевшее поселение осталось позади, смотрящееся издалека, словно брошенная теплица. Она так и не спросила его: куда они идут и сколько ещё шагать? Нет, душа её была спокойна, доверившись судьбе. Будь что будет, а там она подумает на месте: что там?

Когда они пересекли забор из ядовитого кустарника, заметил Рад, как его подопечная переменилась. Да, они почти пришли. Почти! Сколько видел глаз: весь горизонт искрился кровавым заревом. И где-то внизу, на вид, чуть ли не в самом пекле, стоял прекрасный переливающийся, словно алмаз - купол.

А... хотела Ярамира радостно заявить, что уже была здесь, по крайне мере рядом, не с такого прекрасного ракурса, конечно. А с самого эпицентра пекла, она тогда подошла. Притихла! Что-то сердце бешено забилось в груди.

- Боишься что ли? - шёпотом спросила она свою дрожащую тень.

Честно, ей было страшно идти к людям, даже таким - ярым. Девушка держалась за своим рыцарем, так, чтобы её не было заметно с ворот. Он - "каменный истукан" - это позволил. Позволил, прекрасно понимая её состояние. Ему самому сейчас хотелось куда-нибудь деться. Так, нагнав основную группу, они все вошли. Вошли в новую жизнь. В свой новый дом. Всё будет хорошо! Да!