# Семейка-24

Аноним Джиллиан

Вторник.:)

Двадцать четвёртая глава


Он проснулся незадолго до пробуждения Белоснежки. Благо лежал на спине, скосился на ближайшее окно. Темно. Но эта зимняя темнота из тех, что ясно: утро скоро.

Головой Белоснежка лежала на его руке, так что её пробуждение почувствовалось сразу, едва она напряглась.

Опередил её, предупредив шёпотом:

- Тихо. Альку разбудишь.

Напряжение её тела он всё ещё ощущал, но одновременно понимал: она застыла, стараясь определиться, что происходит, где она и почему с ним. Но ничего не боится, потому что он предупредил о близком присутствии сестры.

- Ночью мы тебя принесли в комнату Альки, - вновь прошептал он. - Потом всё объясню.

Она вздохнула, и Алик чуть улыбнулся, прочувствовав, как всё её тело расслабилось. В жарком пододеялье они оба пылали горячечным теплом утреннего пробуждения. Вчера не раздевались, разве что сняли только - он, например, трикотажную кофту и обувь. Она-то в коридоре была босой да в какой-то белой штуке, которую, наверное, носила под джемпером...

Через секунды Белоснежка обмякла совсем и вновь уснула.

Слушая её сонное дыхание, он мельком подумал: "Не будь в комнате сестры, я бы... - И мысленно покачал головой: - С ней? Сонной? Без её желания и согласия? Ничего не понимающей? Нет". Только улыбнулся, чувствуя своё частящее дыхание и с трудом сдерживаясь, чтобы хотя бы не дотронуться до девушки, лежавшей - тесно прижавшись к нему, так что он ощущал, как бьётся её пульс.

Наконец, её дыхание стало совсем бесшумным. Уснула.

А у него - сна ни в одном глазу.

В комнате темно, но расположение в ней мебели он знал. Вспомнил, где оставил трикотажную кофту и ботинки. Детально продумал весь путь из комнаты и скомандовал себе: "Включаем режим Тени!"

Белоснежка не проснулась, когда под ним, осторожно севшим, кровать слегка прогнулась. Не проснулась и лежавшая на кресле-кровати Алька, когда Тенью прошёл мимо неё. Открыв входную дверь, Алик выскользнул из комнаты.

В библиотеке Ангелики Феодоровны нашлась для него и парочка книг по магии Леля, и толстые, важные тома по прорицанию. О чём не было ни листочка - о том, как развивать магию Тени. Но эта способность у Алика была на высоте, как он сам считал. Занимался-то ею, как только понял, что есть в нём нечто любопытное. Так что не сожалел, что книг по этой редкой магической специальности нет.

Как и предполагалось, в гостиной застоялся небольшой холодок. Во всяком случае, здесь было гораздо прохладнее, чем в комнате Альки, где, кроме батареи, стояла небольшая круглая печь. Алик быстро застегнул кофту доверху и обулся.

"Дежурной" на ночь свечи здесь нет. Но смутный свет шёл от снега за окнами, поэтому Алик видел всё.

Быстро сбежал со своего третьего на первый. Сначала подошёл к двери в коридор между корпусами особняка. Закрыта...

...Его дар прорицания, насколько он понял, прочитав книги, делился на несколько видов. Для него лично, один - это карточное гадание. Другой - наитие, когда чей-то образ или место, а то и действие приходят в воображении, едва только сам рассеянно подумал о том или кто-то рядом походя сказал пару слов. Что и подтвердилось прошлой ночью.

Брошенные второпях на кровать Аделаиды Степановны карты только подтвердили увиденное им по наитию. А именно - то, что случилось с бессознательной женщиной, лежавшей здесь, и место, где сейчас находится Белоснежка.

Зрелище, замеченное с порога коридора, не заставило оцепенеть от страха. Напротив... Белоснежку нашёл не сразу. Сообразил окинуть магическим взглядом тёмные углы коридора по бокам от двери. И немедленно бросился к девушке, в правом углу сидевшей на коленях, словно статуя. Коридор темнел, будто с обеих сторон не нашлось ни одного стекла, а ведь окон здесь - много, по всей его длине. Постепенно, привыкающий смотреть магически, Алик разглядел: красноглазые твари, которых он, оказывается, едва не растоптал на коридорном пороге, тащили силы не только от Аделаиды Степановны. Из Белоснежки - тоже.

"Охотником на привидения, что ли, стать?!" - с отчаянием подумал он, но, единственное, до чего додумался, это подхватить Белоснежку на руки - и так, чтобы суметь сцепить пальцы в "замок". Помнил по одной из книг бабули, что такое положение пальцев замыкает личное пространство человека. И понадеялся, что другой человек в кольце его рук будет защищён тем самым личным пространством. Поворачиваясь спиной к коридору, собираясь со всей дури врезать потом ногой по двери, чтобы та хотя бы захлопнулась, если пока закрыть нельзя, Алик уловил странное движение воздуха: как будто в коридоре открыли противоположную дверь. Или, как минимум - форточку в самом коридоре, такой холодрыгой повеяло...

Оглянувшись, посмотрел под ноги. Красноглазые, которые, как он до дрожи опасался, могли пробить его самого и тоже тянуть силы, буквально юркнули мимо него в коридор... Следующее зрелище заставило его всё же замереть на месте: невидимые твари, отслеживаемые только по красным точкам-глазам, сиганули подальше от распахнутой двери вглубь коридора. Там, где-то далеко, их глаза то ли пропали, то ли... потухли.

- Предпочёл бы последнее... - пробормотал он, разворачиваясь и пиная коридорную дверь - закрыться хотя бы и без крючка.

Крупно шагая к лестницам, Алик пару раз обернулся в странной тревоге, что за ним гонятся, мелко шебурша лапками по полу. Но никого не увидел, пусть и напрягая магическое зрение разглядеть красноватые точки. Так и не понял, почему именно его они не преследуют. Он же неопытный маг, что значит - беззащитнее. Или против них в самом деле хватает бабулиного оберега?..

...Резкий звук заставил Алика внезапно вернуться из прошедшей ночи в утро. Обернувшись, только сейчас Алик заметил приоткрытую дверь в кладовую... Что-то снова внутри помещения глухо грохнуло, и Алик неторопливо зашагал к помещению, предполагая застать там Игоря.

И точно. Ранняя пташка, домоправитель пытался загрузиться одновременно небольшой картонной коробкой, как для небольших посылок, стараясь зажать её подмышкой; маленьким, но увесистым мешком и большим эмалированным ведром. Алик взглянул на Игоря в тот момент, когда тот явно в очередной раз уронил "посылку", которую на этот раз не слишком надёжно впихнул на самый верх ведра.

- Помочь?

- Алик! - искренне обрадовался домоправитель. - Буду очень благодарен. Мне бы всё это до кухни донести. Там уж я кое-что вымою, а наши дамы потом и завтрак сотворят, и обед.

Прикинув вес "багажа", Алик решительно отобрал у Игоря тяжёлое ведро. Тот было всполошился:

- Там картошка и крупы!

- И всего две лестницы, - насмешливо напомнил Алик, шагая к означенным. А потом счёл нужным добавить, благо шли на одном уровне - лестница-то широкая: - Мы дома картошку порой тоже закупали. Хранили у соседа в гараже - на краю горда. Так что не переживай. Не белоручка. Привык таскать вёдрами.

- Алик, - осторожно позвал его Игорь на второй лестнице. - Ты не в курсе, что тут случилось ночью?

- В курсе.

Донесли груз до кухни, и здесь Алик коротко пересказал все события.

Домоправитель, мывший картошку, внимательно выслушал его, задал парочку уточняющих вопросов и покачал головой.

- Кажется, Морис Дорофеич неподалёку. Как только закончу с мытьём, доложу Ангелике Феодоровне.

- Мне кажется, она уже знает, - медленно отозвался Алик.

Игорь помолчал немного, а потом кивнул:

- Здесь тебе делать нечего. Иди к Ангелике Феодоровне и поговори с ней.

- Хорошо, - машинально ответил Алик.

Вышел из кухни в гостиную и остановился в центре гостиной. "Иди? Поговори?" А если бабуля спит? Вернуться - спросить, знает ли Игорь точно о том?

Здесь "дежурная" на ночь свеча горела. Алик загляделся на её трепетное пламя и чуть не дёрнулся, услышав ворчливый голос бабули: "И где его только черти носят!"

В очередной раз сработало наитие, и, шагая к двери в спальню Ангелики Феодоровны, Алик сделал себе зарубку на память: "Не забыть на будущее зажигать свечу для короткой медитации!.."

Дверь, после вежливого стука, Алик открыл сразу.

- Доброе утро, бабуля!

- Бабуля ему... - снова заворчала Ангелика Феодоровна, неторопливо собиравшая карты с плоской подушки, уложенной на ногах - точнее, на одеяле, которым укрывалась. - Не садись! Налей мне и себе кофе. Кофейник - вон там. Игорь из-за понаехавших (Алик фыркнул от смеха) засуетился, но по мелочи кое-что забывать начал, не успевая с делами. Вот и столик забыл пододвинуть. И садись ближе. Игорь мне, конечно, помощник отличный. Но два сильных мага-гадальщика - это уже другое качество. Пока смакуешь кофе, расскажи-ка, Алик, что ночью было. Да не кратко, а с подробностями. В основном-то, что там было, я и сама знаю. А ты видел.

В рассказе Алика Ангелику Феодоровну заинтересовали две детали.

- Так, значит, Морисовы твари на этот раз тянули из них обеих, - задумчиво проговорила она, машинально поправляя свою колоду. - А тебя, значит, не тронули. Так-так... Любопытно. Алик, милый, сними-ка во-он с той тумбочки фотографию, на которой семеро мужчин. Да, именно эту.

Прежде чем снять оформленный в багет снимок, Алик подошёл к стене, впритык к которой стояла тумбочка, и обернулся. Помешкав, спросил:

- Если это всего лишь какие-то твари, почему с ними работала Валерия? Она же некромант? Я думал, некроманты занимаются... мертвечиной?..

- Или вызывают адских тварей, - спокойно продолжила Ангелика Феодоровна. - А тем, чтобы удержаться вне своего обиталища, нужны живые силы. Вышли они из ада с запасом сил. Но эти запасы начинают таять...

Алик прикусил губу, раздумывая. Поднял глаза.

- А при чём тут тогда Валерия? Она вызвала! Почему они и с неё начали тащить?

- Я мало разбираюсь в некромантии, - подумав, ответила Ангелика Феодоровна. - Но некоторые приёмы силы одинаковы что у гадальщиков, что у других магов. Твари тянут из неё силы, потому что для них это знакомая дорога. Валерия ведь вызвала их. Приложила силы. Мои сыновья носят обереги, как и вы, молодёжь. Не носят обереги, гнушаются ими жена моего старшего сына, но она сильна по-своему; не носит её дочь, Лизонька, а что было с ней прошлой ночью - ты помнишь, Алик. Не носит Аделаида, за что и поплатилась сегодняшней ночью.

- Понял, - пробормотал Алик и повернулся к стене с тумбочкой.

Забрав фото, он вернулся к кровати бабули. Та брать снимок не стала, а только велела, кивнув:

- Найдёшь кого знакомого среди них?

- Фотка старая, - заметил он, тем не менее всматриваясь в лица семерых.

- Их сфотографировали в старом клубе городских магов, - сказала Ангелика Феодоровна. - Все семеро были крепкими друзьями. И, давая согласие на фотографирование, никто из семерых не сомневался, что их дружба останется на века. Иначе бы они запретили фотографировать их.

- Мне кажется знакомым вот этот.

Семеро молодых мужчин сидели за одним столом, на котором красовались несколько бутылок и, кажется, тарелки с закусками. Алик указал на второго справа и тут же заторопился с уточнением:

- Вы сказали - кого-то знакомого, но лицо этого человека мне только кажется знакомым. Кто он - я не знаю.

- Это твой дед.

- Адриан Николаевич? - удивился Алик и даже улыбнулся: дедом называть этого чуть ли не хохочущего молодого мужчину было сложным делом.

- Мы продолжаем учёбу, - напомнила Ангелика Феодоровна. - Итак, семеро не думали, что когда-то они поссорятся. Не все. Сумеешь ли разглядеть по фотографии, кто из семерых оказался в ссоре?

Удивлённый Алик прекратил улыбаться, вторя улыбке деда, и вновь настроился на магический взгляд. С глубоким интересом сосредоточился на лицах мужчин и почти сразу нахмурился. Проверил себя, прежде чем ответить, и сказал:

- Дед поссорился с этим белобры... - И замолк, взглянул на Ангелику Феодоровну. - Это, случайно, не тот Морис Дорофеевич? Дед Валерии?

- Именно.

- Но из-за чего они поссорились?

- В каком-то смысле виновата и я, - вздохнула бабуля. - Плохая из меня сваха вышла когда-то. Я предлагала моему старшенькому жениться на сестре Мориса Дорофеевича. Но Адриан выбрал другую девушку. Морис... скажем так, в то время слегка мечтательным юношей был. Он слегка... идеализировал дружбу с Адрианом, думал о нём, ка ко брате. И его женитьбу на Нонне, а не на его сестре, посчитал предательством.

- А его сестра? - с недоумением спросил Алик. - Так и не вышла замуж потом?

- Почему же... Вышла. Но для Мориса месть Адриану стала личным делом.

"Как я и думал?" - удивлённо вспомнил собственные слова о мести Алик.

- И что дальше? Я понял, что он мстит, пока в доме всё и все... ослабели. Но что даёт ему эта месть спустя годы?

- Морис так и остался мечтательным юношей, - отрезала Ангелика Феодоровна и кивнула: - Поставь фотографию на место. Теперь ты знаешь подоплёку происходящего. Пора приступать к разрешению этого дела.

- И с чего начнём? - нерешительно спросил Алик, в очередной раз усевшийся в кресло перед кроватью бабули.

- С определения места, где сейчас находится Морис. Сейчас войдёт Игорь и поможет нам.

- У него тоже дар прорицания?

- Нет. У него дар магического видения в прорицании.

Спросить, что это значит, Алик уже не решился. И так много вопросов назадавал. Бабуля могла и рассердиться за приставучесть. Внутренне он пожал плечами: сама же велела учиться. А как учиться, если не задавать вопросов?

Но не выдержал.

- Бабуля, а ведь есть магическая полиция. Почему вы не обратитесь к ней?

- Это дело семейное, - высокомерно ответила хозяйка дома.

Домоправитель и впрямь появился в комнате спустя пару минут.

В его руках был блокнот и карандаш. Он подтащил к кровати Ангелики Феодоровны ещё одно кресло и удобно сел в нём. Причём сел как-то так, что спокойно мог протянуть руку между бабулей и Аликом. Вопросительно уставился на хозяйку дома. А та посмотрела на Алика и велела:

- Лицо Мориса ты видел. Начинай раскладывать на него карты. - И, не дожидаясь логичного вопроса, добавила: - Я тоже.

Игорь передал Алику плоскую подушку - такую же, как у бабули.

Начали почти одновременно.

Алик успел хмыкнуть про себя: "Надо же - сеанс одновременной игры. А... так и есть? Или игра слов?"

И забыл о том, жёстко держа в памяти лицо белобрысого молодого мужчины, который хохотал явно не тише своего закадычного друга.

- Не отвлекайся! - прикрикнула Ангелика Феодоровна, когда он среагировал на движение Игоря, будто зачарованно смотревшего на пространство между двумя гадальщиками и в то же время быстро рисовавшего что-то в своём блокноте.

Алик поспешно вызвал в памяти образ белобрысого - и увидел его над картами таро: тепло одетый старик стоял возле машины, положив руку на её крышу.

"Куда он смотрит?"

Алик расширил пространство вокруг машины со стариком. Хмыкнул: старик смотрел на белоснежный холм, громоздившийся прямо перед ним, на дороге. Холм, судя по взгляду Мориса Дорофеевича, предполагал высоту довольно солидную. А судя по его краям, снег завалил дорогу так, что не позволял обойти её.

- Старый вяз, - внезапно сказал Игорь и показал свой рисунок в блокноте Ангелике Феодоровне.

- Да, это старый вяз. Он стоит там с ночи и будет стоять там, пока не добьётся своего, - раздражённо сказала хозяйка дома.

Она держала отданный ей блокнот и внимательно разглядывала рисунок, который и Алик успел поймать взглядом: очертания машины и фигурки рядом с ней; снежная гора, вызывающе развалившаяся посреди дороги.

- И что вы предлагаете? - медленно произнёс Алик.

- А ты так уверен, что я что-то предлагаю? - зорко посмотрела на него Ангелика Феодоровна, а потом вздохнула и покачала головой: - Нам нужно, чтобы он вошёл в дом.

Несколько странная интонация объявленного решения заставила Алика насторожиться. Ко всему прочему, он заметил, что Ангелика Феодоровна старается не смотреть на него как будто задумала что-то опасное для...Он оглянулся на свечное пламя. Секунда, другая.

- Нет. Сестру к нему не отпущу, - монотонно, отходя от мгновенного медитирования, сказал он.

- Ей ничего грозить не будет, - повелительно сказала хозяйка дома. - Ко всему прочему, пойдёт она не одна. С нею будет Игорь.

- Он сумеет обеспечить безопасность Алики? - настойчиво добивался Алик.

- Сумею, - откликнулся домоправитель. И встал. - Когда нам идти, Ангелика Феодоровна?

- Сразу после завтрака, - сухо ответила хозяйка дома, не глядя на правнука, который насупился, тревожно сдвинув брови.

- Я пойду с ними, - решил Алик. - Пойду Тенью, и меня никто не заметит. Этот ваш Морис - он же не прорицатель?

- Нет. Не прорицатель, - согласилась Ангелика Феодоровна. - Но он отличный видящий. Твою Тень он заметит.

- Тогда пойду просто в качестве охраны, - уже угрюмо огрызнулся Алик, исподлобья взглянув на бабулю.

- Останься, Алик, - неожиданно ласково попросила та. - Как говорят, нынешние молодые - включи логику. Морису и самому надобно войти в дом, чтобы разобраться, что в нём происходит. Он не будет причинять зла Алике и Игорю.

- Вы... ручаетесь?

- Могу дать клятву на магии, - надменно сказала Ангелика Феодоровна.

Этому обещанию он поверил.

- Ладно... - пробурчал он и тут же встрепенулся. - Я свободен?

- Свободен Игорь! - заявила бабуля. - А ты посидишь ещё немного. Не забыл, что приезжает дед Валерии? Что думаешь делать с этим обстоятельством?

- Не отдам ему! - снова огрызнулся Алик, мгновенно вспотевший от мысли, что злобный дед увезёт Белоснежку - навсегда! И только следом явившаяся мысль заставила слегка успокоиться: "Ну и что, что увезёт! В одном же городе живём!"

Игорь встал и, откланявшись, вышел. А Ангелика Феодоровна взглянула на правнука и снисходительно спросила:

- Алик, ты кто?

- В смысле - кто? - поразился тот, торопливо пытаясь разрешить заданную задачку.

- Кто ты, маг? - уже более серьёзно задали ему вопрос.

- Я прорицатель, я Тень. Ну - Лель, - перечислил он, пока что удивлённый.

И вздрогнул, когда в недолгой наступившей тишине бабуля вкрадчиво сказала:

- Лель, что ты должен сделать, когда сюда приедет дед Валерии?

Алик сидел, на несколько мгновений уставившись на неё так, словно ожидал услышать что-то ещё. Наконец, выдохнул и хлопнул себя ладонью по лбу.

- Спасибо, бабуля!

И, вылетая из её комнаты, успел услышать её негромкое ворчание:

- А то всё на меня свалили! Придумывай, направляй... Бабуля ему...

Он улыбнулся, сам ещё не определившись - почему. Но выскочил из гостиной второго этажа и стремительно помчался по лестницам на третий. А сам примерно уже составлял план, как ему уговорить на довольно хитроумное дело, чтобы спасти её от деда. Впрочем, сначала надо бы узнать у неё, не хочет ли она добровольно вернуться к нему. Эта мысль остановила его у двери в комнату сестры. Но Белоснежки в её комнате не оказалось. Алька объяснила, что та, едва только полностью проснулась, тут же сбежала в свою комнату.

Алик опрометью выбежал из одной комнату и, еле сдержав себя, сначала постучался в дверь к Валерии.

- Кто там? - испуганно спросила Белоснежка из-за двери.

И он заторопился, выпалив:

- Белоснежка! У меня к тебе дело на сто миллионов! Можно к тебе?

Она открыла ему дверь, странно растерянная и как-то даже жалкая.

Испугалась деда?

Закрыв за собой дверь, Алик начал с главного:

- Белоснежка, ты мне доверяешь?


...Алька облачилась в привычное уличное одеяние и чуть не захихикала, когда Игорь, озабоченный предстоящей прогулкой, намотал на её шее широкий шерстяной шарф. Он был таким шерстяным, что нежная кожа горла немедленно зачесалась при соприкосновении с ним.

- Ты же говорил - на улице совсем не холодно! - напомнила она ему.

- Мало ли что там, на улице, - пробормотал он, отступив от неё и оглядывая так придирчиво, что она чуть снова не захихикала: он как будто дописал одну из своих картин и сейчас ищет все погрешности в ней! - Ты не забыла, как мы идёт к старому вязу?

- Нет, не забыла. Идём и учим наизусть заклинание, которое раскидывает снег. Игорь, а если такое заклинание есть, почему ты снег чистил?

- Потому что это заклинание сильное. Попробуй я его использовать, вокруг дома такая буря началась! Весь снег разлетелся бы не туда, когда надо. А ты будешь освобождать дорогу. Там удобно.

Алька ничего не поняла. Зато поняла, что у них с Игорем прогулка. Так что всё ништяк. И помогла ему закутаться его собственным шарфом.

Когда спустились с крыльца, Алька спросила:

- Игорь, а вдруг заклинание сработает, пока я учу его наизусть?

- Не сработает. Пока ты учишь, ты же не представляешь себя читающей со сцены.

- А-а... Поняла.

В отличие от заклинания, вызывающего снежную бурю, заклинание разгона снежной горы оказалось совсем коротким. Почти три стихотворной строфы, только без рифмы. Алька выучила его быстро и только бубнила, повторяя, всю дорогу до старого вяза. Дерево клонилось над узкой выемкой, про которую Алька уже знала, что это маленькая речушка. Девушка даже пожалела несчастный вяз: столько на нём снега!

- Начинай, - напомнил Игорь, остановив её, не доходя до дерева.

Сначала зашевелились снежинки у ног самой Альки. Ей это понравилось, и она усилила чувство не говорящей со сцены, как предлагал Игорь, а имеющей власть над снежным покровом. Вскоре она вошла в такой транс, что начала даже поднимать руки, держа в памяти, что должна расчистить дорогу от снега. А руки в том же трансе неожиданно рубанули в стороны - и снежным взрывом высившийся неподалёку холм разметался по полям с обеих сторон от дороги.

- Ух, ты! - обрадовалась Алька и оглянулась на Игоря. - Мы пойдём к нему?

Игорь посмотрел на чистую дорогу, посмотрел на Альку и невольно откликнулся её радости, улыбнувшись. Только вот почему-то передёрнул плечами, словно замёрз, глядя на свободную дорогу и машину с едва заметной фигуркой.

- Пусть сам доедет, - предложил он.

- Пусть! - засмеялась Алька, чуть не приплясывая рядом с ним от счастья: она снова прочувствовала огромную силу, которой может распоряжаться по своему желанию!

Да и стоять не хотелось: настоишься, а потом холодно будет. А пока она плясала, подпрыгивая, напевая и смеясь над обескураженным Игорем, к ним подъехала машина, из которой высунулся седой старик с сердитыми блёкло-голубыми глазами.

- Вы кто?!

- Я домоправитель Ангелики Феодоровны! - сообщил Игорь.

- Я не о тебе! - рявкнул старик. - Эта девица - кто она?

- Правнучка Ангелики Феодоровны!

- Здрасьте! - поздоровалась с ошеломлённым стариком вежливая Алька. - Вы поезжайте к дому, а мы - за вами! Игорь, бежим! Ветер холодный!

И снова засмеялась, прижимаясь к нему, а потом таща его за собой к поместью.


Следующая глава в четверг.

Выкладка ближе к девяти вечера.

Если проды не будет, в комментариях будет предупреждение.