# Лесная ведьма-18

Аноним Джиллиан

Суббота.:)

Глава восемнадцатая


Поскольку встала рано, сбегала с Максом на улицу, погуляла с ним и подольше, и подальше, чтобы пёс потом ждал её до вечера спокойно, перебирая впечатления от новых мест и самой прогулки. Оба фамильяра сопровождали их, а заодно налетались и сами. Макс надолго теперь в одиночестве не будет, если даже эти двое снова удерут в лесопарк на охоту.

К сегодняшнему появлению в административном корпусе академии Мирна готовилась тщательно. Хотя бы затем, чтобы с самого начала разбирательства по жалобе Дары (Мирна до сих пор думала: "Странно всё это...") не смотрели пренебрежительно и с заранее... необоснованной уверенностью: да, эта ведьма могла такое сотворить.

Одежда на выход, и так чистая, разве что слегка со складками, а потому вчера слегка побрызганная водой и к утру отвисевшаяся, чтобы не выглядеть мятой, заставила грустно улыбнуться при взгляде в зеркало.

Чутьём чуяла: надо выглядеть скромно. Не вызывая раздражения. Но ведь... одежда старенькая. Да, она на выход. Но для Мирны на выход - это в библиотеку или на отчёты в администрацию академии, например. А ведь там, в библиотеке например, - пустят в читалку и не смотрят, кто сидит за столом.

И замерла, стоя перед зеркалом и критически рассматривая себя - молодую женщину в тёмном: платье длинное, почти до пят, так что не видны старенькие ботики; поверх только приталенная стёганая курточка, в которой в городе пока нехолодно, и на голове с прибранными сзади волосами в пучок маленькая шапочка-таблетка. Долго сомневалась, стоит ли накидывать на шею платок-шальку - утром-то оказалось прохладно. Но в сумку его положила, надеясь, что он не понадобится: идти-то недалеко.

Итак, теперь Мирна - на первый взгляд, обычная горожанка из тех, кого часто можно встретить в любых районах города.

Пока одевалась, промелькнула мысль: "А может, наговор-нашёпт на себя устроить? Чтобы относились ко мне благожелательно не только из-за внешнего вида, но и так - как только вошла?" И грустно улыбнулась. При всех своих оберегах ей не суметь переломить любое отношение тех, кто её будет слушать. Ведь среди собиравшихся на слушание наверняка будут и маги.

И звенящим в ушах вороньим карканьем переливалось всё то же недоумение: что она такого могла сделать, чтобы Дара её обвинила в смерти студентов-школяров?

Наконец распрощалась со всеми своими жильцами и, прихватив перчатки, вышла.

Ястреб, вылетев из форточки, догнал хозяйку уже на улице.

"Может, посидеть с тобой там?"

- Не надо, Янис. Дара сейчас наверняка переживает из-за исчезновения Макса. А ты ей напомнишь о нём. Она будет плакать. Лети назад. Замёрзнешь.

"Ты слишком жалеешь её", - назидательно сказал Янис.

- Я взрослее, - заметила Мирна. - И лучше понимаю, что и как. Лети.

Некоторое время она смотрела ястребу вслед, а потом повернулась и заторопилась в академию...

Октябрьские улицы казались слишком просторными. Мирна даже улыбнулась: привыкла к густому даже по осени лесу, который и без листьев всегда бесконечно дремуч. А здесь - листья облетели, и сразу город будто раздался в стороны...

У входа в учебное заведение её остановили и объяснили, что предварительное разбирательство по заявлению студентки будет проходить не в административном корпусе, а в кабинете директора - в главном здании. Одновременно предупредили, что в кабинете уже сейчас будут присутствовать родители Дары и двое из троих школяров.

- А четвёртый где?

- По прибытии его отправили в больницу. Простыл... на вашей практике.

Она только вздохнула и заторопилась в нужное здание.

В громадном, обставленном скудной светлой мебелью кабинете и в самом деле сидели все те, кого Мирна примерно ожидала видеть. Войдя, она негромко поздоровалась и, закрыв за собой дверь, замерла в ожидании, куда ей предложат пройти и сесть... Уловила взгляд Глеба, больше похожий на удивлённое хмыканье, чем простое узнавание. И сама чуть не улыбнулась: шляпки не ожидал?

Первые же слова директора академии объяснили ей, что ожидать приглашения сесть не стоит: начал сразу с дела. Потупилась, выжидая уже грома и молнии над головой.

- Это вы - Мирна Тимофеевна? Сопровождавшая наших студентов в приграничную крепость на практику? - сухо спросил директор, такой же суховатый и подтянутый мужчина лет за шестьдесят, сидевший за огромным письменным столом. Худощавый и остроносый, он говорил размеренно и строго, будто заранее показывая ведьме её место.

- Да, это я, - тихо ответила Мирна, смиряясь с необходимостью стоять у двери и лишь надеясь, что первоначальное разбирательство не будет слишком долгим.

Слева от стола директора, на стульях сидели Дара и её родители. Справа - тоже на стульях, Глеб и Андрей - широкоплечий и коренастый юноша, второй из школяров, вырученных из плена у нелюдей. В поезде "туда" Андрей тоже любил третировать и дёргать ведьму. Но сейчас сидел какой-то... пришибленный и хмурый. И Мирна зябко поёжилась: утопят. В придачу к заявлению Дары.

- Студентка Дара Григорьевна Арзамасцева написала на вас докладную, в которой обвиняет вас в следующем.

И директор начал зачитывать многословную и эмоциональную докладную от Дары. Та слушала директора истово, словно слышала читаемое им впервые. И сидела, жёстко выпрямив спину, словно готовая вот-вот добавить что-то к услышанному, хотя порой слушала собственную докладную с тревогой, будто не веря, что именно она её написала. На Мирну не смотрела, только и глазела на директора, иногда вскидывая руки к груди, складывая пальцы в замочек и горестно поднося этот замочек к подбородку. Её родители качали головами, возмущённо глядя на ведьму, и Мирна, в очередной раз наткнувшись на их негодующие взгляды, поспешно опускала глаза, чувствуя себя уже по-настоящему провинившейся, хотя не вполне понимала, в чём же её вина. Но на мать Дары смотреть не могла: женщина то и дело всхлипывала, прижимая кружевной платочек к глазам. Из-за чего и ведьма ощущала, как теплеют её глаза от собственных подступающих слёз.

Мирна неловко переступила у двери, поглядывая на девушку и попыталась вслушаться в докладную. Почему-то её содержание она не могла воспринимать, хотя разок её слух резанула фраза: "Из-за её легкомыслия погибли двое юношей и одна девушка". А потом Мирна услышала совершенно невероятное: её легкомыслие выразилось в том, что в крепости, ещё до нападения на неё нелюдей, она, забыв о подопечных, флиртовала со всеми мужчинами: и с дозорными, и со старшими магами!

Уже ошеломлённая, Мирна пыталась всё же вслушиваться в следующие обвинения, как вдруг в кабинете директора произошло нечто странное, чего она точно не ожидала: Глеб, который во время зачитывания директором докладной шептался о чём-то с Андреем, замолчал и встал. Странно беспощадный взгляд на Дару. Затем, ни слова не говоря, школяр тихо - внешне стараясь не мешать чтению вслух, подошёл к Мирне. Оглянувшись на директора - вроде как: "Простите, если помешал", он жёстко взялся за локоть ведьмы и повёл её к стульям, где Андрей как раз отсел так, чтобы Мирна, сев, оказалась между ними.

Вконец растерявшись, ведьма послушно села и тут же отвела взгляд от родителей Дары, которые ошарашенно уставились на неё. Машинально, опомнившись, ведьма ещё попыталась вскочить, чтобы вернуться к двери. Но рука Глеба твёрдо удержала её на месте... Глаза Дары расширились от негодования. Сама же она буквально окаменела, вперив осуждающий взор в Глеба.

Директор прервал чтение, кажется всё-таки заметив, что в кабинете случилось нечто непредусмотренное. Что и выразил в ровном по интонации вопросе:

- Что происходит, Глеб Савельевич?

И тут Мирна почему-то отчётливо вспомнила, как Глеб ударил её ногой в грудь, как потом получил за свой проступок оплеуху от Мстислава и только позже, узнав, что старшие маги - люди тоже отнюдь не простые, притих...

Ибо сейчас он нагло отозвался:

- Простите, Кронид Эдуардович. Мои правила воспитания не позволяют мне сидеть в присутствии стоящей дамы. Поэтому я и препроводил Мирну Тимофеевну к свободному месту в вашем кабинете. Надеюсь, я не слишком отвлёк вас от чтения данного документа? Нет? Прошу прощения за паузу.

- Не хотите ли вы, Глеб Савельевич, сказать, что у вас есть аргументы в пользу Мирны Тимофеевны?

То ли примериваясь к его тону, то ли обозлённый чем-то, школяр сухо ответил:

- У меня не аргументы. Только факты. Я очень виноват перед Мирной Тимофеевной, потому как однажды повёл себя с нею не так, как должен бы вести себя благородный человек. А с фактами вот в чём дело. Последнее, что я помню в крепости после нападения на неё нелюдей: на меня упали горящие доски. На голову. Потом я смутно помню, что бежал куда-то. А очнулся в старом деревянном доме среди леса. Оказалось, ещё чуть раньше этот дом нашла Мирна... Тимофеевна. И она же бросилась искать всех выживших, чтобы привести их сюда, в безопасное место. И привела она туда многих. В том числе и Дару.

- Она бросила меня в кустах! - завизжала девушка. - Раненую, обессиленную!

- А перед тем как уйти от тебя искать остальных выживших, она окружила тебя сильнейшей защитой! - рявкнул Глеб. - Любой опытный маг подтвердит мои слова! Даже сейчас я вижу на тебе её остаточную защиту!

- Она не имела права бросать меня!

- А кто тебя бросил?! - вскочил уже обозлённый школяр. - Или ты хотела, чтобы спасали только тебя одну?! Дозорный и ведьма вели тебя от самой опушки - так рассказал Мстислав Никитич! Одна бы Мирна тебя, в таком состоянии, не дотащила! Тебе этого мало в том положении, в котором мы все тогда оказались?!

- Она присвоила себе твоего фамильяра, а ты её защищаешь!

- Если б она этого не сделала, кошак сдох бы!

- Почему ты её защищаешь?!

- Потому что она спасала всех, кого могла!

- И даже того убийцу! Нелюдя! Я же помню, как она его обихаживала! Его! А не нас! Помню!

- Дура, - внезапно равнодушно сказал Глеб, и все в кабинете ахнули.

- Глеб Саве... - возмущённо вскочил из-за своего стола директор.

А родители Дары разгневанно загомонили.

Мирна сидела, съёжившись посреди этого крика, испуганная донельзя. Она не ожидала от Глеба защиты, а тем более - перепалки его с Дарой. И теперь чувствовала себя виноватой уже в том, что стала причиной вражды между школярами.

Но Глеб поднял руку, спокойно глядя на директора: "Я договорю!", и тот неохотно сел. Впрочем, испуганно следившая за ним Мирна внезапно уловила ещё одну странность: директор и не собирался прикрикнуть на зарвавшегося школяра. Он будто даже с трудом прятал радость, что может именно сейчас выслушать любые откровения.

- Как объяснил старший маг крепости, Олег Палыч, забота о шамане нелюдей - это дело внутренней политики нашего государства. А вот то, что Дара взяла в руки нож, то, что наша нежная и трепетная Дара пыталась убить абсолютно беспомощного нелюдя ножом, будто заправский мясник, - вот это меня до сих пор поражает.

- Не было этого! Ты всё придумал! - завизжала плачущая Дара - и со своего места, рыча, кинулась на Глеба с кулаками. Или - на Мирну, что было непонятным, потому что девушка мчалась к ним так шустро, что ведьма от неожиданности отшатнулась к стене.

Расстояние от одной стены директорского кабинета до другой было достаточно внушительным, чтобы отец девушки, бросившись за ней, успел поймать её и силой вернуть на место. Сел сам, но продолжал с трудом держать за руку дочь, рвущуюся бежать, в то время как мать - с другой стороны от Дары, обнимала её и вполголоса утешала.

Неизвестно, что бы было. Может, Дара так и продолжала рваться к Глебу.

Неожиданно для всех встал Андрей.

Удивлённый Глеб взглянул на него и, помешкав, тоже сел на своё место.

- Меня Мирна не спасала, - безучастно сказал школяр. - Но я видел, как она старалась спасти Элеонору - это вторая девушка в нашей группе. Наш этаж горел, и мы не знали, что делать. Метались между комнатами и искали выход. Без толку бегали в огне и в дыму. Мирна выскочила неизвестно откуда, схватила Элеонору за руку и потащила за собой, крича: "Беги вниз и в лес!" Она повторяла эти слова и тащила только Элеонору. Я понял, что Мирна разглядела в дыму только её, и побежал следом. Я кричал остальным бежать за ними, но в треске огня меня не слышали - или рядом уже никого не было. Мирна тащила Элеонору к глухой стене крепостного двора - туда, где был ручей, ведущий к лесу. Но Элеонора была так испугана, что вырвала руку и побежала наоборот - к воротам. Потом-то я понял, что стены вокруг крепостного двора загорелись первыми и быстро сгорели. Мирна вела нас к бреши, которую легко можно было проскочить. Да и нелюдей там не было - они боялись лесной стороны. Но я был устрашён... огнём и тоже побежал к воротам. А там нас и схватили. Элеонору в дыму, насколько я понял, нелюди перепутали с дозорным и выстрелили в неё... А если бы мы оба побежали за Мирной... - Его передёрнуло от воспоминаний. - Хотя бы мне не пришлось испытать ужасов плена. Пусть с нами там ничего не происходило (нас собирались использовать, раздав по семьям, уже в их поселении), но достаточно и того страха, что мы сами ждали в этом плену и там себе напридумывали. Да и обращались там с нами так, как мы не привыкли...

Наступила неполная тишина, в которой Глеб всё ещё, несмотря на видимое бесстрастие, не мог успокоить частящего дыхания. И плакала Дара. Некрасиво заикаясь и долго шмыгая носом, зло глядела на Мирну.

Когда всё успокоилось, и Дара только шмыгала в новый платочек, данный ей матерью, директор спокойно спросил:

- Итак. Согласны ли вы, Дара Григорьевна, вынести дело по вашей докладной на всеобщее обсуждение?

Она подняла на него припухшие мокрые глаза, потом стрельнула ненавидящим взглядом в сторону школяров и поникшей Мирны. Растягивая слова, девушка, презрительно глядя на ведьму, выговорила:

- Нет. Мне хватило того, что обсудили здесь.

- Но вы настаиваете на своём мнении, что Мирна Тимофеевна должна была спасать всех студентов, которых привезла в крепость?

- Да, настаиваю! - уже сквозь зубы ответила Дара.

Директор помолчал немного, изучающе глядя на неё, а затем сказал:

- Мирна Тимофеевна, вообще-то, могла бы стоять сложа руки и только наблюдать за тем, как горит крепость. То, что она пыталась спасти всех, кого могла, называется - помогать людям по доброте душевной.

И снова пауза. В ней Мирна, ошеломлённая, заметила в зеркальной стенной панели напротив, как за её спиной удивлённо переглянулись два школяра, сидевших по бокам от неё. А Дара и вовсе захлопала глазами, забормотав:

- Как... как это? Почему?! Так не должно быть!

- Почему не должно? - как ни в чём не бывало откликнулся Кронид Эдуардович. - Есть чётко определённые обязанности сопровождающей. Есть давно откорректированный и уточнённый документ, в котором все эти обязанности расписаны по пунктам. Защита и охрана студентов в эти обязанности сопровождающей не входят. И, честно говоря, я не представляю, как такая хрупкая женщина, как ваша сопровождающая, могла бы бегать по горящей крепости и защищать взрослых магов-практикантов. Поэтому я восхищён мужеством Мирны Тимофеевны, которая в трудный час для многих и не подумала оставаться в стороне и помогала, судя по словам Глеба Савельевича и Андрея Егоровича, спасать людей. Не знаю, из-за чего вы, Дара Григорьевна, решились написать на Мирну Тимофеевну докладную, но, кажется, неплохо бы поговорить с вами и вашими родителями наедине о вашем дальнейшем пребывании в стенах вверенной мне академии. Итак, господа Арзамасцевы остаются в моём кабинете. Остальные могут быть свободны.

Не вставая, директор академии простёр руку к двери, глядя на школяров и на ведьму. Глеб быстро встал и подал руку Мирне. Та, стараясь не смотреть в сторону изумлённых Арзамасцевых, приняла его руку, поднялась с места, но из кабинета разве что не выбежала. Лишь бы не чувствовать давление гнева и раздражения со стороны родителей Дары.

- Мирна, подожди! - закричал ей вслед Глеб, едва дверь в кабинет плотно закрылась.

Она опомнилась лишь на крыльце главного здания академии - и то, лишь благодаря школярам, вылетевшим почти одновременно с нею на улицу. Стояла, опустив руки, и понимала, что ничего не понимает. Юноши и схватили её за руки, под локоть.

- Что с тобой? - изумился Глеб. - Всё же разрешилось просто отлично!

Она помолчала немного, а потом призналась:

- Мне... тяжело такое испытывать. В лесу легче, чем здесь. Там всё понятно и просто. А здесь... Я не понимаю Дары...

- А что её понимать... - угрюмо сказал Андрей. - Ей надо к целителю, и, кажется, директор это понимает. Могу поспорить, что через неделю Дары на занятиях не будет.

- С чего ты взял? - удивился Глеб.

- Я лучший на курсе видящий, - напомнил Андрей. - Линии Дары очень хаотичны и нестабильны. А это явный признак, что её... грубо говоря, голова не в порядке. Наверное, та неделя после пожара в крепости повлияла. Мирна, не сердись на нас за прошлое. Поездка в крепость всё расставила по своим местам. Глеб рассказал нам, что с вами было в той избушке. Тебе и там пришлось немало поработать.

- Я не сержусь, - вздохнула ведьма. - Но... очень уж много всего за раз произошло. - И слабо улыбнулась, глядя на Глеба. - Никак не ждала, что вы вступитесь за меня.

- Ну, я порой тоже веду себя как последний дурак, - усмехнулся школяр. - Но врать не буду. Что вижу - то и сказал.

- Спасибо.

Школяры попрощались и ушли.

Она всё ещё стояла на величественном крыльце главного здания академии и смотрела им вслед: шли они, чуть склонив головы друг к другу - вероятно, обсуждая случившееся...

Мирна взглянула на пасмурное небо и тоже потихоньку сошла со ступеней парадной лестницы. Снова постояла немного, уже продумывая дальнейшие свои действия. Надо бы заглянуть в мясную лавку и поторговаться с хозяином, чтобы сбавил цену на мясные обрезки для Макса. Получится? Нет? В конце недели обещали выдать отпускные, и тогда она сумеет прокормить то ли нового фамильяра, то ли просто прибившегося к ней пса...

Невольно улыбнулась, вспомнив слова Яниса о том, что лучше бы вернуться в избушку. Да, и она бы была согласна с возвращением. Ведь там не придётся думать о пропитании. Лес - прокормит. А ещё там близко крепость, которую обещали отстроить - пусть и не заново, но дозорные там останутся. Как останутся и старшие маги. Мстислав, например, увлечённый изучением нелюдей...

...Странное впечатление, что кто-то думает о ней. Прислушавшись к себе и перебирая всех, кто бы вспомнил про неё, Мирна улыбнулась: наверное, Макс оголодал.

А потом вспомнила иное и испугалась: а если вот-вот из здания выйдет семья Дары? А вдруг её родители начнут скандалить? Если они думают о том? И ведьма заторопилась уйти с внутреннего двора академии...

В мясной лавке хозяин, узнав о псе и заботах, связанных с его прокормом, неожиданно обрадовался:

- Мирна Тимофеевна! Да я вам за копейки мясо для него отдам! Только мне вы тоже помогите!

- В чём? - озадачилась она, искренне удивлённая: купец этот был из весьма богатых, хотя частенько и стоял у прилавка. И уж кто - кто, а ведьма на жалованье у академии вряд ли чем могла помочь такому.

- Во дворе моего дома яблонька захирела. А её мой прадед сажал. Чем только её ни пользовали, а второй уже осенью столько чёрных сучьев, что не приведи господь! А в этом году и яблок не стало, а ведь уход такой, что не за каждым редким деревом бывает.

- Пока у меня выходные, можно и посмотреть, - согласилась ведьма.

- А сейчас вы как? - жадно спросил хозяин. - Мож, и сейчас свободная?

Мирна кивнула.

- Если что - сегодня вечером до вас дойду. Только адрес скажите.

- Голубушка! - снова обрадовался тот. - Мирна Тимофеевна, да я сейчас старшего сына за себя оставлю, а вас на пролётке домой к себе повезу. Тут он - дом-то мой. За две улицы отсюда! А уж как вернёмся, в той же пролётке, но уже с мясом отправлю вас в дом! В квартирку вашу! Как вам?

Стараясь не показать собственной радости, Мирна кивнула.

С яблонькой разобралась быстро.

- Кто-то года два назад плеснул под неё ведро кипятка со злом, - присмотревшись, сказала Мирна, а потом добавила: - Со злом - значит, этот кто-то злился на вашу семью. Молодая женщина. Сейчас её в вашем доме нет.

Хозяин нахмурился, а потом покачал головой.

- Вона как... Прислуга у нас была в то время. Из деревни приехала - родственница дальняя. Думала - её сразу в семью возьмут. А как её брать, если она ничего не умеет делать, а учиться не хочет? Послали пока что в прислуги, а она зло затаила. Ладно бы ещё аккуратная была, так нерадивая же! Пришлось рассчитать её, а она, значит, вон что...

Купец внимательно выслушал ведьму, что именно нужно сделать, а потом, на радостях, что легко яблоньку к жизни возродить, быстро выполнил и свои обещания.

Пока Мирна, чувствуя себя барыней и смеясь над этим ощущением, ехала домой, снова пару раз испытала то самое впечатление, что о ней кто-то напряжённо думает. Попыталась выяснить, как думают: с плохим ли, с хорошим? Но ничего уловить не сумела. Когда ей сгрузили пару мешочков с мясом для пса, она оттащила их в общую кладовую на своём этаже и, прибрав несколько кусков, чтобы сразу дать Максу, побежала к себе в квартирку.

Мясу обрадовались все. Несмотря на удачную охоту: кошак объелся, наелся мышей Макс, - ели все. Даже Янис, который вымотался, пока летал с мышами из лесопарка в форточку. "Хотя уже не "даже", - улыбнулась Мирна. - А тем более!"

Пока все наслаждались едой, она и себе успела приготовить обед, во время которого рассказала обо всём, что случилось в кабинете директора. На рассказ последовало две реакции. Первая была от Злюки:

"Надеюсь, мой бывший хозяин пришёл без своей крысы!"

Вторая от Яниса:

"И как теперь нам Макса гулять водить? Пока что на улице светло, Дара его увидит и новую кляузу напишет!"

Думали долго, пока Мирна же и не предложила:

- Сначала выпустим Макса - он доберётся до соседнего перехода и будет ждать нас там. В ту сторону Дара вряд ли пойдёт. Так что гуляем спокойно. И назад - Янис сначала разведает, свободна ли дорога к дому, к крыльцу, а уж потом пойдёт Макс без нас. И последними придём мы со Злюкой и откроем дверь в дом.

Фамильяры с жаром согласились, что этот план против скандалистки Дары хорош.

И отправились гулять. В лесопарке повстречали ещё несколько человек с собаками. Но последние, хоть и были среди них довольно крупные, на Макса только рыкнули, но не рычали и не пытались вступить с ним в драку. Всё-таки выглядел не только довольно рослым, но и опытным бойцом, несмотря на своё внешнее добродушие... Пока фамильяры показывали Максу любопытные местечки в лесопарке, Мирна присела на дальнюю скамью, где её никто не потревожил бы, и закрыла глаза, настроившись на вновь появившееся впечатление, что кто-то думает о ней. На этот раз впечатление оказалось гораздо ярче прежних, но кто это был - разгадать было сложно. Будто человек был укрыт сильной защитой. Так что ведьма только рукой махнула: может, и впрямь Дара новую каверзу придумала?

После прогулки воплощали в жизнь план возвращения домой.

Янис рванул лететь к крыльцу, пообещав покружить над домом, проверяя окрестности. Но вернулся почему-то очень скоро. Причём спешил настолько, что с силой врезался в наплечник ведьмы, отчего она пошатнулась.

"Мирна-Мирна-Мирна! Бежим! Ничего не бойся!"

Но только напугал свою хозяйку. Поэтому, встревоженная, она побежала к дому изо всех сил, держа в руках кошака, так что пёс еле успевал за ними.

Фонарь светил напротив крыльца дома, поэтому она не сразу узнала высокого мужчину, стоявшего в темноте под навесом, ближе к входной двери. Но, приутишив шаг, уже просто спеша, Мирна ощутила, как забилось сердце. Мужчина, смотревший в другую сторону, повернулся, и она узнала это уверенное движение сразу.

А Мстислав сказал:

- Добрый вечер, Мирна. И как я не догадался, что лесная ведьма может возвращаться с прогулки именно из лесопарка?


Следующая глава во вторник.

Выкладка ближе к девяти вечера.

Если проды не будет, в комментариях будет предупреждение.