# Дом Аристон. Глава 2. Сон и отсылки

Сергей Александрович Калинин

Новая встреча Соммы со старым Жду любых конструктивных комментариев, не стесняйтесь. Сейчас мне очень важна обратная связь

Она шла по границе между темной выжженной землей и зеленой травой. Через некоторые промежутки ей встречались лежащие на дороге стволы деревьев - такие же, естественные с одной стороны и угольно-черные с другой. Фоном приглушённо слышалось короткое, отрывистое "Бух! Бух! Бух!". Ровно три удара. Пауза. Четыре шага. "Бух! Бух! Бух!". Громкость звуков постепенно нарастала.


Она была на удивление спокойна, хоть ей и приходилось постоянно смещаться влево: правая, темная часть медленно наползала на краски, а с её стороны пространства оставалось все меньше. Если она пыталась посмотреть на крону лежащего на ее пути дерева, которая находилась на светлой стороне, она не могла этого сделать - та плыла и сливалась с окружающим пейзажем.


Она знала, что нужно пройти еще немного и... Она что-то увидит. Что-то крайне важное.


"Бух! Бух! Бух!"


Еще буквально десять шагов. Семь шагов...


Очередной шаг - и земля пропадает из-под ног. Мир выцветает окончательно. Какое-то время она просто не чувствует веса собственного тела. Резкий толчок - и она открывает глаза. Перед ней белый потолок общежития, а она лежит в своей кровати.


"Бух! Бух! Бух!" - уже совсем громко. Кто-то стучит в дверь. Она машинально встает и идет ко входу. Мир перед ней почему-то то темнеет, то светлеет. Наверное, она просто моргает.


Странно, только что она была у кровати, и вот уже держится за изысканную ручку, пытаясь открыть дверь...


"Бух! Бух! Бух!"


Сомма подскочила и резко села в кровати. Было уже совсем светло. Ее одежда от испарины прилипла к телу, а в ушах было слышно, как гулко стучит сердце. Ее взгляд сразу устремился на окно, за которым виднелись два изумрудных глаза и заостренные уши, торчащие немного назад.


Ну конечно. Это Шип прилетел ее проведать. Странно, что он не начал ломиться к ней ночью. Хотя, кто его знает, может, просто она спала слишком крепко.


Сомма откинулась назад на подушки, но, почувствовав прилипшую к спине одежду, поднялась вновь. Стук сердца в ушах уже затихал. Она попыталась вспомнить, что же такого важного она должна была узнать, но не смогла. Во сне она точно это знала, но теперь детали сна уже ускользали от нее. Зато оставалось какое-то крайне непривычное чувство тревожной незавершенности. Сомма рукой отлепила рубашку от спины, развязала шнурок на вороте, глубоко вздохнула, и подошла к окну. Шип смотрел на нее осуждающе.


Сомма повернула замок, открыла окно. Шип не спешил заходить. Сначала он, словно прощупывая пространство перед собой, постучал лапой по оконной раме. Как только он убедился, что путь свободен, тут же расправил крылья, взмахнул ими и уже через мгновение кружил под высоким потолком, что-то возмущенно крича.


- Шип! - шикнула Сомма. Шип замер, повисел мгновение почти неподвижно и рухнул вниз.


В паре локтей над землей он расправил свои большие перепончатые крылья, пару раз взмахнул ими и плавно опустился на пол прямо перед Соммой, пристально глядя ей в глаза.


- Не шуми, пожалуйста, - тихо, с улыбкой проговорила она. Протянула руку и погладила Шипа по голове. Тот немного вытянул шею и закрыл глаза. - Мы ведь не хотим, чтобы София прибежала выяснять, что здесь происходит? - Шип распахнул глаза, отдернул голову и порывисто покачал головой.


Сомма тихо засмеялась.


- Скучал, малыш? - вся настороженность Шипа мгновенно исчезла, он порывисто поднялся над полом, и, кинувшись на Сомму, положил лапы и голову ей на плечи. Сомма с трудом удержала равновесие.


Осадок от ночного сна улетучился окончательно.


*****


Они неспешно шли по широкой вымощенной каменной дороге в сторону хозяйственной зоны. Сомма и Гларт следовали за дедушкой, рядом с которым семенил Гловер, неся небольшой дипломат.


- Но ведь это очень долго, - Гларт потешно свел брови и наморщил лоб. - Пока вы на учебе, заканчивается сезон жатвы, покоя, перемен и почти заканчивается сезон пробуждения.


- Ну, мне нравится академия, - Сомма немного задумалась, - хотя первый круг тянулся долго. А сейчас уже такого нет. У нас весело.


- Вы же там постоянно учитесь, - Гларт в этом круге начал учиться базовым дисциплинам с несколькими детьми из соседних домов. Занятия проходили в поместье малого дома Кастер. Друг Гларта, Эрик, был как раз из этого дома. - Это не весело.


Сомма засмеялась.


- Не сравнивай. Я тоже не очень любила, когда меня каждое утро отвозили на учебу до академии. Но тебе немного осталось, всего каких-то три круга, - Гларт насупился и попытался пихнуть ее, но Сомма с улыбкой увернулась.


Несмотря на то, что был уже почти полдень, солнце ещё не вошло в полную силу. В небе летали стайки маленьких птиц, иногда можно было увидеть стремительное пятно побольше - это проносился Шип, не выпуская Сомму из поля зрения. Но подлетать ближе к такой большой, по его меркам, группе людей, он не решался.


Дорога наконец привела их к кованому забору, за которым начиналась хозяйственная часть поместья. Справа находилась одна из заброшенных теплиц. Она производила впечатление каких-то древних руин, хоть и была не так уж и стара. Оконных рам в этой массивной конструкции не осталось, а кирпичные фасады и невысокие стены начали осыпаться. Картину дополняли цветущие деревья и зеленые заросли кустарников - они росли везде: и снаружи, и внутри. Если смотреть из восточных окон поместья, теплица вносила элемент зеленого хаоса на фоне остального причесанного пространства.


Отец давно хотел от неё избавиться, но дед был против. На заре того, как Боарт-старший стал главой дома, именно он возвёл новую мокрую теплицу, а эта осталась исторической вехой.


Гларт потеребил рукав платья Соммы. Ему было явно скучно.


- А еще мы начали драться на шпагах! - Хвастливо сказал он. - Это мне нравится больше.


Учёбу Гларт недолюбливал, хоть у него и были явные способности. Видимо в его возрасте куда интереснее прыгать с учебной шпагой, чем вникать в мир цифр и букв. Сомма постаралась придать своему лицу серьезное выражение.


- Это называется фехтование, великий воин. А не драка на шпагах.


- Ну.. Да. Когда я вырасту, буду драться так же, как Боарт, - их брат, Боарт-младший, был для Гларта непререкаемым авторитетом. - А что учат в академии? - непоследовательно спросил он.


На встречу из-за поворота выехало две крытых повозки.


- У нас много предметов. В прошлом круге закончился базовый курс защиты. В этом наконец-то начали изучать Пустоши Искажений.


- Я слышал, что Пустоши - это всего лишь другой мир, который занял кусочек нашего, - Гларт вдруг немного отстал, изучая жучка, который лениво переползал дорогу поперек, - А папа говорит, что от них нужно держаться подальше.


Впереди расхохотался Боарт-старший. Они с Гловером остановились и дождались, пока подойдут Сомма и Гларт.


- Мальчик мой, более ёмкого определения Искажений я, наверное, не слышал никогда в жизни, - он опять засмеялся.


- А что не так? - Сомма нахмурилась.


- Ну, по сути, всё почти так, - отсмеявшись Боарт-старший вытер тыльной стороной ладони правый глаз. - Погоди, ты же говорила у вас начались Искажения в академии? Что рассказывали вам?


- Что это последствия катаклизма. Что с неба почти три тысячи лет назад упал большой камень и.. эээ.. появились Пустоши. Мы учили хронологию, начали изучать зоны временных сдвигов. - Она несколько смутилась.


- А вам не говорили, почему Пустоши Искажений употребляются во множественном числе? - глаза деда зажглись знакомым веселым огоньком. - Видишь ли, это не какой-то отдельный мир, который вдруг вторгся в наш. Камень, который ты упоминала, нарушил в месте падения закон непротиворечивости. О нем, надеюсь, вам уже рассказали?


- Да.


- Из-за этого нарушения в месте искажений истончились завесы между мирами. Ну и кроме того само нарушение вносит хаос в привычный нам упорядоченный мир. Так что Пустоши - это скорее каша из разных реальностей в хаотичном порядке, а не просто "другой мир". - Боарт старший задумчиво почесал бороду. - Да и это, боюсь, не точное определение. Пустоши изучены очень плохо, в основном только окраины. А что находится ближе к их центру мы не знаем вообще.


Гларт остановился, его лицо выражало напряженную работу мысли. Тут уже не выдержала Сомма и тоже засмеялась. Пустоши были не тем, что можно было бы легко представить в своем воображении, и Гларт выглядел в этот момент весьма забавно.


Теперь они шли в ряд, занимая все пространство. В отличии от старой теплицы, которая тянулась вдоль дороги, появились разные хозяйственные постройки, стоящие фасадами.


Но сегодня их не волновали теплицы. Их целью была имитация западного предела. Часть экспериментальной зоны, где выращивались культуры с побережья озера Кха-га. Откуда пошло такое странное название, Сомма не знала.


- Дедушка, а почему предел западный, если там растут культуры с восточного берега?


- Все просто. Озеро Кха-га с западной стороны упирается в горный хребет. Эти горы пересекают практически весь континент, поэтому принято считать те места западным пределом.


- Но ведь за горами тоже что-то есть?


- Конечно. Только добраться туда до суши практически не возможно. А вообще, мы живем лишь на малой части материка. Но жизнь по ту сторону, мягко говоря, сильно отличается от нашей. У них нет доступа к Искажениям. Во многих государствах немногочисленные непосвященные буквально прорубили себе дорогу во власть. Простому народу там живется не очень хорошо.


Сомма вспыхнула.


- Так а чем это отличается от того, что происходит у нас? - по неволе, она сказала это громче, чем хотела.


- А что именно тебя не устраивает? - Спокойно спросил Боарт и повернул голову в ее сторону.


- То, какое в королевстве отношение к неодаренным. То, какое отношение к непосвященным. То, как аристократия относится к простолюдинам, - Сомма помедлила. - То, как относятся к ущербным.


Так называли тех, кто не овладевал контролем над всеми изначальными силами. Творением владели все одаренные от рождения. Равновесием и неопределенностью практически все овладевали в процессе обучения. А вот сила распада просыпалась далеко не во всех. В Сомме она пока не пробудилась.


- Чтобы я больше не слышал от тебя этого слова! - Голос деда посуровел. - Никогда!


Да. Видимо Сомма немного увлеклась и произнесла то, что вполне можно сказать своим сверстникам в академии, но не в приличном обществе.


- Прости, дедушка, - пробормотала она, опустив глаза.


- Ты говоришь о некоем мифическом равенстве. Но никакого равенства в мире не существует, - голос Боарта опять был прежним. - Я знаю, это сейчас... Модно. Но неравенство прослеживается даже в том, в каком порядке ты сама перечислила слои общества. Ты начала говорить о неодаренных и непосвященных. Это аристократия. И только потом ты вспомнила о простолюдинах. А это.. недостойное определение добавила в конце только потому, что сама себя к ним относишь. Ты видишь, что сама разделила этих людей на фракции? - Сомма выслушивала молча, потупив глаза. - Не существует никакого равенства. Умные не равны глупым. Богатые - бедным. Неодаренные - магам. Ну и раз уж речь зашла об этом, почему ты не упомянула вейернов, кобольдов? Упырей?


Щеки Соммы пылали. Она вновь ощутила смутное чувство незавершенности из своего сна, которое испытала утром, после пробуждения.


- Ладно, философию оставим на потом, - Боарт-старший указал на небольшое одноэтажное строение. В некоторых местах, где штукатурка осыпалась было видно каменную кладку. Окна были очень маленькими. - Мы почти пришли.


Они прошли вдоль здания и свернули направо, ко входу. Отворилась дверь и вышел немолодой мужчина в рабочей одежде. Подняв взгляд на их группу, он на мир замер.


- Сир, - он почтительно склонил голову, - мы вас ждали.


- Благодарю, Эдиан, - дедушка несколько замедлил шаг. - Проводи нас, пожалуйста, к западному пределу. Мы хотим взглянуть на феронию.


- Конечно, сир.


- Возьми курильню. Я бы хотел взять несколько проб, - Боарт-старший остановился.


- Конечно, сир, - Эдиан опять кивнул и скрылся за дверью. За ним последовал Гловер.


- И ведь бесполезно ему говорить, что там справятся сами, - Боарт-старший достал трубку, - Гловеру всё нужно проверить лично, - между пальцами деда мелькнул огонек и от трубки пошел дым. - Всегда.


На крыльце вновь появился Гловер и Эдиан в сопровождении еще двух слуг. Те несли на спинах по два объемных цилиндра из серебристого металла. Боарт-старший пошел вперед.


- Какие новости? - спросил он, когда Эдиан наконец поравнялся с ним.


- Мы не уследили за одним из диких побегов прошлого круга. Ночью он напал на феронию из приоритетных селекций. Она жива, но, боюсь, в этом круге нам не увидеть ее потомства, - Эдиан потупил взгляд. Боарт молчал и задумчиво посасывал трубку. - Дикие кусты как обычно устроили побоище, по последним оценкам погибла половина, - Эдиан немного помолчал. - Но приплод опять оказался выше допустимого. И, думаю, будет еще. Но здесь, впрочем, ничего нового.


- Давай сначала к культурным, - Боарт поймал взгляд Гларта. - Сейчас ты увидишь что такое ферония.


Они начали спускаться по довольно резкому склону в овраг. Первое, что бросалось в глаза - это повсеместно перепаханная земля, местами перемежающаяся черными масляными пятнами.


Спуск наконец прекратился и тропа подошла к деревянному забору. Эдиан кинулся вперед, чтобы открыть дверцу, сколоченную из толстых веток.


- Готовьте курильни, - Боарт старший спрятал трубку во внутренний карман плаща.


Сомма сразу увидела первую. По спине побежали мурашки, и она привычным движением коснулась предплечья на левой руке. Ферония находилась на некотором удалении от тропы. Земля вокруг нее уже была покрыта мелким зеленым пушком, масляных пятен видно не было. Видимо, эта уже завершила сезонную миграцию.


Ферония была грациозным растение, покрытым бордово-зелеными листьями. Цвет не перетекал один в другой, между красками прослеживалась четкая ломаная граница. Угольно-черные ветви с длинными бронзовыми шипами на фоне такой кроны создавали особый контраст. Наверное, феронией можно было залюбоваться. Если, конечно, не подходить к ней близко.


- Она не выглядит страшной, - Гларт долго рассматривал растение, и видимо не мог отвести глаз.


- Эта версия максимально дружелюбна, - Боарт-старший указал на куст, - во время миграции, она старается обходить все феронии, которые встречаются на пути. Да что там, ее, наверное, можно подойти и потрогать. Хотя, я бы все-таки не стал этого делать без окуривания. Боги знают, что у нее на уме. Только вот существует одна проблема с этой культурой. Она практически полностью потеряла для нас ценность. - Боарт-старший досадливо махнул рукой. - Металл в колючках теряет свойство накапливать и удерживать силу распада, поэтому для артефактов он уже негоден.


- В каких колючках? - Гларт опять вошел в свое состояние я-все-хочу-знать. Или я-ничего-не-пойму-но-все-равно-буду-спрашивать.


- Присмотрись к веткам. Видишь длинные колючки, отливающие бронзой? Они такого цвета не просто так. Это на самом деле металл. И, довольно ценный. Если мы, конечно, говорим о диких ферониях.


Вокруг феронии засуетились слуги. На некотором удалении от куста они подожгли курильни, и выбрасывая дым перед собой, начали обходить растение по кругу.


Гловер распахнул дипломат, вынул оттуда две пробирки с крышками, серебряные ножницы и пару кожаных перчаток, протянув последние Боарту.


- Ты что, собираешься делать это сам? - удивленно спросила Сомма.


Боарт старший ничего не ответил, лишь усмехнулся. Он надел перчатки, взял из рук Гловера пробирки и ножницы и шагнул в серое облако дыма. Эдиан последовал за ним. Гларт было тоже рванулся за ними, но Сомма остановила его. Он возмущенно посмотрел на нее.


- Не надо к ней подходить. Думаю, дедушка справится сам.


Они вышли из рассеивающегося дымного облака почти сразу. Дед был уже без перчаток, неся обе пробирки в правой руке. Проходя мимо Гларта, он протянул одну из них ему. Гларт тут же впился в колючку взглядом. Сомма же наоборот отошла от нее подальше. Больно уж неприятные ассоциации она вызывала.


- Эдиан, подготовь мне лошадь и сопровождение, я выезжаю через пятнадцать малых оборотов. Хотелось бы успеть вернуться от диких фероний до заката. И распорядись накрыть детям обед в общей столовой. - он взглянул в сторону Соммы и Гларта, которые опять стояли вместе. - И пусть к моему возвращению тоже что-нибудь приготовят. Гловер! - он поискал взглядом слугу. Тот тут же оторвался от дипломата, в который убирал инструменты, и вскочил.


- Да, сир? - его голос напоминал низкий скрип.


- Присмотри за детьми.


- Конечно, сир.


- Дедушка, а мы разве не едем с тобой? - по лицу Гларта было видно, что он расстроен.

- Боюсь, мой юный мальчик, не сегодня. Дикие культуры не настолько дружелюбны, как эта, - жестом он указал на ту, с которой только что срезали колючки. Дым уже рассеялся.