# Модель. Цикл "Вселенная"

Роман Николаевич Манн

Комиссия общается с моделью и чем это заканчивается для комиссии, и чем заканчивается расследование этого происшествия.

Я остановился в Алласио, на Итальянской Ривьере. Сны мне в снились тревожные, пожары в Фашоде, толпа негров, разлив Нила близ Хартума, коричневая вода, в которой - я знал - к дому подплывают крокодилы. Утром я проснулся, умылся ужасной холодной водой и спустился из номера в залу столовой, где подавали завтрак, скорее скудный: варёные яйца, поджаренный хлеб, который здесь звали гренками, и порезанная мортаделла, зато вино было включено в цену и подавалось неограниченно, чем я и воспользовался. Когда я выпил бутылку, я послал служанку за другой, а сам встал, подошёл к буфету, отпер его, достал бутылку рому и вылил сразу полбутыли в большой и тяжелый серебряный кувшин, который нашёл там же в буфете. Кувшин поставил на стол. Когда служанка, толстая девица, вернулась с бутылкой, я указал ей вылить вино в кувшин и продолжил завтракать. Мне очень не хватало коричневато-золотистого рийета к гренкам, к которому я так привык в Анжу. Зато кувшин помог стать этому холодному утру ноября 1901 года стать теплее.


Когда кувшин опустел, я опять послал служанку за вином и долил остатки рому в кувшин. Затем всё повторилось с вином: налить сюда - показал я пальцем в кувшин. Завтракать я уже закончил и захватил с собой кувшин читать газеты в соседний зал, промозглый донельзя. Если окна столовой выходили на стену достаточно высоко от мостовой, то окна соседнего зала - отель стоял на горе - выходили на другую сторону и тыкались в черепашьи спинки булыжников мостовой. Я уселся под толстыми чёрными потолочными балками, перечёркивающими белёный потолок. На столе длинном столе стояли три коричневых глиняных кувшинчика с сухими красными цветами в каждом.


В то время мы получали из Англии регулярно Дейли Телеграф. Я сидел за столом, взявши газету, кувшин стоял рядом, и начал читать. Читать почему-то не получалось, поэтому я немного отпил из кувшина, ни бокала, ни рюмки тоже найти не получалось, хотя бокал-то был только что здесь. Я отпил ещё и подумал о Лайоннеле Декле, кажется, он возглавлял экспедицию. Отчего-то я не мог понять, это я прочёл только что в газете или вспомнил? Впрочем, он умер от тифа. Кажется. Нет, от жёлтой лихорадки. Сейчас мне придётся сделать замечание: объяснять случившееся дальше я отказываюсь, потому что в тот момент я почувствовал себя счастливым, как ребёнок: всё вокруг моё, понял я.


Той же осенью - она оказалось странной, через дня три или четыре после происшествия в гостинице - милосердная память стирает сроки и образы - зато вам не придётся утруждать себя чтением пространных записей, я неожиданно отправился в Лондон. Свои чертежи летательного аппарата я сумел сохранить, несмотря на все затруднения поднявшейся сумятицы, распространившейся на всю гостиницу. Замечу, мои чертежи обещали создание мечты: машины, обладавшей полной собственной устойчивостью, способной пронести в беспалубном челноке, крепившемся к телу машины, напоминающему широкий наконечник, но без древка, человека над Ла Маншем, который праздно сидел бы и обозревал сверху резвящиеся волны. Впрочем, это в сторону. Сновидения в этой поездке не были достаточно волнующими, чтобы я мог связать их с последующими событиями.


Здесь, по-видимому придётся оговориться: валлийцы славятся своими дурными манерами, и я считаю только и их манеры виновными в происшедшем в гостинице, однако миссис Л. я готов принести свои извинения, тем более она застала пандемониум в самом разгаре - я убеждён, что мисс С., проживавшая в гостинице, эта та особа, что убегала через сад, одетой в чёрную юбку, чёрно-белую полосатую блузку с собранными на макушке головы волосами - немецкая шпионка.


Лондон: город дождей, туман, Темза, Тауэр, Альбион, лев. В Лондоне я отправился в свой клуб. В кармане у меня лежала изящная вещица, сконструированная мной, вал, проходящий через центр изобретения я усовершенствовал и хорошо смазал перед показом - преимущества которой я собирался вечером продемонстрировать в клубе. Было слишком рано и пока что члены клуба не собрались, мягкий свет в зале. За неимением каких-либо интересных дел я зашёл в библиотеку клуба, взял роман и попытался читать. Получалось только думать об охоте - в Австралии. Мне удалось придумать 8 новых приёмов охоты на кенгуру - я так и видел: всадники и собаки в суматохе преследуют скачущее животное. Обнаружив, что в книге мой взгляд упал на слово "нарвал", я отложил её и прошёл в небольшую внутреннюю библиотеку, идеальное место вздремнуть, сел в глубокое покойное кресло и вооружился маленьким и уже распухшим от чтения томиком Р.Ф.Бернетта "Мечи Генри Эрлфорварда". Дальнейшее вскоре донесу до вас, господа присяжные, но сначала скажу: я вдруг понял, что прежде случившееся не только не denouement, но даже не предисловие.


Сейчас-сейчас, господа присяжные, я понял, дело укореняется так, как если бы это был розовый куст - флорибунда, наверное, посаженный на могиле: крупные, махровые цветы наверху, к ним не дадут подойти шипы, а внизу - корни.


Отступление необходимо. Я происхожу из семьи состоятельной, как вы знаете, и моим опекуном был лорд Спенсер. Глаза его сына - голубые, и всякие клеветы, что его сын не был так уже уверен, что он его сын, я отклоняю, как и слухи, что его сын выступал в опере инкогнито.


Обстоятельства смерти лорда Спенсера в своё время наделали много шуму, хотя следствие и не смогло придти к окончательному, твёрдому выводу, теперь я понимаю, что всё связано. Лорд Спенсер умер, когда я был ещё ребёнок. В то лето мы отдыхали на взморье. Вы можете себе с лёгкостью представить всё, что нас окружало? Только подумайте, что вы смотрите на картину известного мариниста. Красно-голубая спасательная шлюпка лежит на зелёном дёрне, покрытая рыболовной сетью, а в отдалении, на пирсе -...


Я путаюсь что-то. Сейчас, я только загляну в свои записи...


Кажется, я что-то упустил: какое-то ускользающее понимание того факта... я путаюсь... Я перечитаю вам свои записи заново, и добавлю в них по крайней мере шесть убедительных свидетельств, включая сновидения...


- Остановитесь, хватит.


- Господин председательствующий, позвольте мне!


- Объявляется перерыв! Продолжите после перерыва!


...


- Он нас сейчас не слышит?


- Нет.


- Я больше не могу его слушать!


- Процесс есть процесс.


- Он бредит! Это очевидно!


- Ну так и оригинал был эксцентричен.


- Ненормален!


- Это ваша работа.


- Что же, нам теперь это слушать?


(Мицевич - Барнашу)


- Твоя рыба воняет! Ты греешь её на кухне в микроволновке и всё ей провоняло!


(Барнаш - Мицевичу)

- А ты грызёшь на заседании орешки!


- Это не запрещено, а вот греть на кухне рыбу - это режимный объект!


- И что? Как раз на кухне греть рыбу не запрещено, а вот есть на заседании - нельзя!


(Председательствующий)

- Коллеги, уважение! Тишина и уважение!


(Маркина)

- Он что, действительно считает нас присяжными?


(Председательствующий)

- Да, модель натренирована так, что видит всё так, как видит.


(Маркина)

- Может это для него и повторение того процесса, но мы разве должны слушать всё? Его как-то можно окоротить?


(Неидентифицированный голос)

- Нет, нельзя. Он полностью находится в той реальности.


(Маркина)

- Но что он несёт?


(Джон, руководитель проекта)

- Не несёт, а реконструирует. Так мы узнаем все ответы.


(Маркина)

- Насколько он достоверно воспроизводит?


(Джон, руководитель проекта)

- Мы тренировали модель на всём массиве, она даёт исключительно достоверные данные. СОФД подтверждает.


(Ингвар, аудитор)

- Что, простите? СОФД?


(Джон, руководитель проекта)

- Система Оценки Фактических Данных


(Ингвар, аудитор)

- А ничего, что никакой книги Р.Ф.Бернетта "Мечи Генри Эрлфорварда" не существовало, а существует книга "Riceyman Steps" Арнольда Беннета в которой герой - Генри Эрлфорвард?


(Джон, руководитель проекта)

- Это нормально, СОФД даёт синтетическую оценку и показывает "высшая достоверность".


(Ингвар, аудитор)

- Это как такое может быть?


(Джон, руководитель проекта)

- Модель полностью репарирует реальность. Возможно, оригинал был уверен, что есть такая книга или сочинил себе идею о том, что есть такая книга. В конце концов, он был эксцентрик!


(Барнаш)

- То есть псих.


(Председательствующий)

- Какая разница? Главное то, что он сделал, в чём участвовал и что знал. Джон, мы-то это узнаем?


(Джон, руководитель проекта)

- Он сам всё расскажет.


(Председательствующий)

- На сегодня заседание комиссии окончено, продолжим завтра.


*


- Вы продолжите знакомиться с аудиозаписями слушаний комиссии не в моём кабинете, а комнате ознакомления с материалами архива. Проведите расследование и ответьте на все вопросы. И нам очень важно знать, что они узнали. Это самое важное.


- Если узнали.


- Он им много рассказал.


- Давайте прервёмся.


- Хорошо.


- У вас есть идея, почему они погибли?


- Вы хотите сказать: кто послал команду чистильщиков убить всю комиссию?


- У вас есть идеи?


- Нет, пока нет. Проект очень щекотливый, это было ясно и до ознакомления с аудиозаписями.


- Версии?


- Пока нет. Или их слишком много.


*


Второй день.


(Председательствующий)

- Почему до сих пор нет Генриха?


(Барнаш - Мицевичу)

- Ты орешки сегодня взял?


(Мицевич - Барнашу)

- Язык комиссии - английский.


(Барнаш - Мицевичу)

- Ты - велосипедист!


(Председательствующий)

- Вы почему оба опять говорите на русском?


(Мицевич)

- Я ему как раз говорил, чтобы он говорил на английском


(Неясный шум)


(Неидентифицированный голос)

- Вы, двое, хотите, чтобы я вас успокоил?


(Неясный шум)


(Председательствующий)

- Прекратите немедленно!


(Маркина)

- А что с сервером?


(Джон, руководитель проекта)

- С сервером всё нормально, вы залогиниться не хотите?


(Председательствующий)

- Генрих, а для тебя нужно отдельное приглашение?


(Председательствующий)

- Анна, вы уже утвердили таблицы?


(Анна)

- Первая и вторая таблицы отчётов по вчерашнему дню ещё не согласованы всеми отделами.


(Председательствующий)

- Утвердите их.


(Анна)

- По регламенту...


(Маркина)

- Да, по регламенту!


(Председательствующий)

- Это я вам говорю, утвердите их. Это моё решение.


(Анна)

- Там ещё есть поправки.


(Председательствующий)

- Это моё решение. Сегодня согласуйте их как есть.


(Шум)


(Председательствуюший)

- Тишина, мы начинаем слушания. Сейчас включу модель.


(Председательствуюший)

- Подсудимый, вам слово.


*


Господа присяжные, должно быть, вы уже заглянули вперёд - исходя из того, что слышали вчера, только я сразу должен был бы предупредить вас, ваше предположение, что это неудавшийся отчёт о разведке в довольно сомнительном направлении - неверно. Сейчас я изложу вам то, что имеет свойство быть наблюдаемым каждым внимательным человеком, ясно и непосредственно.


Казалось бы, нет ничего, что затруднит понимание. Однако, здесь необходимо сделать существенную оговорку. Это знание невозможно приобрести путём собственного опыта, передать - тоже. Зато оно само сообщит себя. Для этого нужно быть внимательным и только.


В прошлый раз я упустил из виду необходимость рассказать, что из Сассекса я отправился в Соренто, Италию. Если кто-нибудь рассказал мне сказку, подобную тому, что произошло потом, хотя и сильно погодя, я бы рассмеялся. Однако, теперь я могу заявить, что всё истинно и достоверно. Я лёг спать в своём номере и ещё только погрузился в полудрёму, одно из тех состояний, которое накрывает, словно беловатым туманом, а мысли начинают ускользать, как я решил прибегнуть к приёму самовнушения, но он мне не удался и я заснул. Мне приснился следующий сон: Восьмой батальон, в котором я служил, расположился лагерем близ развалин Лобсдейла, и почта доставлялась нам редко. Поэтому я решил для собственного увеселения записать в линованной тетради все впечатления последнего похода.


Прошу прощения, мои часы они слишком громко тикают? Вы слышите? Вы слышите меня?


Хорошо, я продолжу. Возможно, всё это ложные воспоминания, вызванные чтением записок.


Извините, кажется я потерялся...


(Председательствующий)

- Объявляется перерыв.


(Председательствующий)

- И вот такая херня.


(Председательствующий)

- Джон, ты что на это скажешь?


(Джон, руководитель проекта)

- А что я должен сказать?


(Председательствующий)

- Мы, по твоему, должны слушать этот бред?


(Джон, руководитель проекта)

- Это не бред, это модель.


(Председательствующий)

- Ты ещё скажи, что мы тут что-то узнаем.


(Джон, руководитель проекта)

- Он и правда был эксцентричный. Изобретатель, строил аэропланы. Они падали. Он сам три раза падал, не разбился. Два испытателя его аэропланов разбились. Ну так он на процессе всё в таком духе и рассказывал о происшедшем. И процесс известно чем кончился.


(Председательствующий)

- Ты что хочешь сказать?


(Джон, руководитель проекта)

- Мы действительно построили модель, которая полностью его воспроизводит.


(Председательствующий)

- Мы должны это слушать?


(Джон, руководитель проекта)

- На процессе они такое и слушали


(Председательствующий)

- Как он пришёл к своим результатам? Как он узнал? Что он узнал?


(Джон, руководитель проекта)

- Он об этом и рассказывает.


(Председательствующий)

- Ты хочешь сказать, что мы повторяем процесс?


(Джон, руководитель проекта)

- У нас нет, конечно, протоколов, зато модель может воспроизвести всё достоверно.


(Председательствующий)

- Почему он тогда несёт околёсину?


(Джон, руководитель проекта)

- Так он таким и был. Он же под суд попал в конце концов за свои выходки. После того случая в клубе.


(Председательствующий)

- То есть мы будем слушать умалишённого?


(Джон, руководитель проекта)

- Может, он и был умалишённым, все эти увлечения, клуб, масоны, что там ещё у него было, только ведь он смог сделать что-то такое, что привело процесс к тому самому результату.


(Председательствующий)

- Мы точно это узнаем?


(Джон, руководитель проекта)

- Модель не запись, она действительно воспроизводит его поведение. Если мы будем достаточно терпеливы, она нам всё выболтает.


(Председательствующий)

- Хватит на сегодня


*


(звук цокающих кнопок)


- Выключите канал. Я сегодня больше не буду слушать этого гипнотического сумасшедшего.


- Включите запись. Моё заключение: на записях аудиопротоколов есть неидентифицированный голос. Я изучил письменные материалы и убедился, что были проведены машинные экспертизы, а также комиссионные с человеческим участием. Неидентифицированный голос неотождествлён ни с кем из присутствующих. Учитывая экспертный уровень, исключается не только ошибка, но и должен быть сделан вывод. Пока вероятностный. Но очень серьёзный: на слушаниях присутствовал кто-то или несколько лиц, которые не входили в комиссию и не отмечены ни в протоколе, ни в системе пропуска в зал. Странно, что предшествующие ревизии этого не отметили. Обратить внимание. Рекомендовано изучить все записи систем безопасности и установить действительный круг лиц на слушаниях. Конец записи.


*


Третий день


(Звонок)


- Доброе утро!


- Привет. Я сказал, чтобы мне дали знать, как ты зайдёшь в комнату прослушивания. Выйди и зайди ко мне в кабинет, сейчас.


- Хорошо


*


- Присаживайся.


- Что случилось?


- Ничего не случилось. Ты как доехал?


- Как обычно.


- Ночь как прошла?


- Всё нормально, что такое?


- Ничего, если только не считать, что мы в говне.


- Что?


- Если ты прав, то дело обстоит плохо.


- Что?


- Ты меня слышишь?


- Я слушаю.


- Ничего. Если если только не считать, что пропускной периметр объекта комиссии не зарегистрировал посторонних. И внутриобъектовые системы передвижения - тоже. Каждая дверь из каждой секции в каждую. И двери зала слушаний.


- Что это значит?


- Мы считали, что был штурм или что-то такое. Который начался с подрыва, мы так думаем, эми-бомб, они вывели из строя электронику, оборвали записи, разрушили модель. Только вот что получается. Кто-то был внутри с самого начала. И этот кто-то или их было много, что ещё хуже, он передвигался вместе с членами или членом комиссии. Скажем, так: член комиссии открывал дверь и он проходил вместе с ним. Ясно?


- Такая возможность не исключается.


- Ты хоть понимаешь, что ты сейчас сказал?


- Я понимаю.


- Нет, не понимаешь. Комиссия не просто была в зале с кем-то ещё. Этот кто-то ещё и есть часть комиссии. А это значит, что всё, что мы знаем про комиссию - туфта. И мы в это вляпались.


- Тааак... (тихий шум) Ясно.


- Ты сегодня с объекта не уходишь. Я объявил даже не угрожаемый период, а режим нападения. Все помещения изолированы. Перемещения разрешены только по назначенным маршрутам. Вечером ты выйдешь из здания, но с объекта не уйдёшь. Останешься внутри периметра. Переночуешь в комнатах охраны. Там душ есть, туалет. Места спальные. Кухня. С этим нормально.


- С этим, да?


- Да, только с этим. Мы отсмотрим записи с камер.


- Их же на годы, камер сколько.


- Я не идиот. Мы будем смотреть записи с камер, выборочно. Привязанные по времени к открытиям дверей. В зале слушаний, к сожалению, камер не было. Но мы выясним, кто был та тень.


- Это поможет?


- Поможет.


- Вы смотрели записи с камер у зала?


- Уже смотрели запись перед слушанием, там ничего нет. Но они могли зайти перед этим. Остаться там.


- Удачи.


- В этой ситуации мы этим не ограничимся. ... Можешь идти, работать.


- Удачи.


*


(Шум)


(Председательствующий)

- Проходите и рассаживайтесь


(Анна)

- Отчёты...


(Председательствующий)

- Сейчас мы этим заниматься не будем.


(Анна)

- Я подготовила отчёты.


(Маркина)

- Анна, знаете, всему своё время.


(Барнаш)

- Мы вам сюда раскладушку поставим, будете здесь спать с отчётами.


(Председательствующий)

- Всё, хватит. Начинаем слушания. Тишина в зале!


...


(Председательствующий)

- Подсудимый, вам слово.


Двигаясь взад-вниз, словно вдоль перил. Вдруг, я заметил, нечто длинное и тонкое. И я был несказанно рад, когда я проснулся...

...

...

...


(Председательствующий)

- Подсудимый, продолжайте.


Мы с братьями изучали идеи протяжённости. Конечно, можно сказать, что это только идеи сознания. Но только я заметил, как из глубин пропасти...


...

...

...


(Председательствующий)

- Мы вас слушаем.


Вот теперь-то вы меня слышите.

...

...

...


(Председательствующий)

- Говорите.


...

...

...


(Председательствующий)

- Заседание окончено.


(Председательствующий)

- Джон, у тебя модель испортилась.


(Мицевич)

- А она когда работала?


(Джон, руководитель проекта)

- Нет, показатели стабильны


(Председательствующий)

- Ты обещал, что он будет рассказывать.


(Джон, руководитель проекта)

- Ну, он рассказывает.


(Председательствующий)

- Он молчит.


(Джон, руководитель проекта)

- Вероятно, так всё было.


(Председательствующий)

- Ты хочешь сказать, мы повторяем процесс, а процесс повторил итоги встречи в клубе?


(Председательствующий)

- Всё, хватит, расходимся.


(Председательствующий)

- Завтра послушаем его ещё раз и если он опять промолчит, проект закрыт.


*


(Звонок)


- Слушай, мы тут всё проверяем, как я обещал. Завтра ты не сможешь работать в комнате. Канал будет занят. Посиди у охраны, а потом продолжим.


- Понял.


*


Четвёртый день.


Нет записей.


*


Пятый день


- Заходи.


- Добрый день.


- Присаживайся.


- Что случилось?


- Мы проверили, как я обещал, кое-что и ещё кое-что. И вот что мы выяснили. На аппаратном уровне оригинальной записи неидентифицируемого голоса нет. Никто раньше не заглядывал на аппаратный уровень. Ну, в саму запись. Там есть дорожки всех голосов, а неидентифицируемого голоса нет.


- Что это значит?


- Ты меня слушай. Зато он есть на копиях. Эксперты работали по отдельным частям копий или частично прослушивая оригинал. И, да, все люди слышат голос, слышат при воспроизведении оригинальной записи. Понимаешь?


- Что за бред?


- Всё есть как есть.


...


- Что делать будем?


- Я не хочу неприятностей. За нами следят, понятное дело. Поэтому ты продолжишь слушать. Мы предоставим им отчёт. Напиши любую околёсину, это неважно. Только когда будешь слушать записи в комнате прослушивания, ты поставишь звук на ноль. И всё будет хорошо. Ты меня слышишь?


- Что?


- Что?


- Теперь-то вы меня точно слышите. Вы, двое, хотите, чтобы я вас успокоил?


- Вы меня слышите.


@helloyauthor