# Жизнь жука

Андрей Николаевич Нестеров

Казимир Бобров поэт-охранник о эволюции

Жизнь жука

Палеоценовая трагикомедия


Глава I. В которой жук Григорий Григорьевич осознает свою невостребованную гениальность


Григорий Григорьевич, гигантский палеоценовый жук размером с небольшую собаку, сидел на стволе вымершего протобаобаба и с тоской наблюдал за миром.


- Вот он, прогресс! - проворчал он, глядя, как крошечные млекопитающие, похожие на крыс с зубами кинжалами, носятся под ногами. - Еще вчера динозавры были, а сегодня - эти... эти мелочи пузатые! Куда катится эволюция?


Он вздохнул так громко, что с ближайшего папоротника сдуло пару стрекоз.


Глава II. В которой жук пытается найти свое место в новом мире


Григорий Григорьевич понимал, что времена меняются. Раньше он был гордым представителем мегафауны насекомых, а теперь... Теперь даже птицы, эти пернатые выскочки, смотрели на него с недоумением.


- Эй, жук! - крикнула ему однажды прото-сорока. - Ты чего такой большой? Это уже не модно!


- Я - наследие великой эпохи! - гордо ответил Григорий Григорьевич.


- Ну и воняешь, как древность, - пробормотала прото-птица и улетела.


Глава III. В которой жук сталкивается с бюрократией природы


- Вот он, прогресс! - проворчал он, глядя, как крошечные млекопитающие, похожие на крыс с острыми зубами, носятся под ногами. - Еще вчера динозавры были, а сегодня - эти... эти мелочи пузатые! Куда катится эволюция?


Однажды к Григорию Григорьевичу подполз мудрый многоножка Аристарх Аристархович, чиновник от экосистемы.


- Друг мой, - сказал он, потирая лапки, - ты, конечно, реликт, но... понимаешь, сейчас тренд на минимизацию. Все компактное, быстрое, экономичное. А ты... ну... громоздкий.


- Так я же историческая ценность! - возмутился жук.


- История никого не кормит, - вздохнул многоножка. - Придется тебе... ну... вымереть.


- Что?!


- Ну, не сразу. Можешь еще пару миллионов лет поскрипеть, но, знаешь... перспектив нет.


Глава IV. В которой жук принимает неизбежное


Григорий Григорьевич долго сидел на своем протобаобабе, размышляя о судьбе.


- Вот так всегда, - бормотал он. - Сначала ты - гордость фауны, а потом - просто "слишком большой".


Он посмотрел на небо, где летали гигантские стрекозы (они пока еще держались, но и их дни были сочтены).


- Ладно, - сказал он. - Если уж вымирать, то с достоинством.


И, расправив крылья, он торжественно полетел... прямо в смолу.


Эпилог


Прошли миллионы лет. Люди откопали кусок янтаря с гигантским жуком внутри, положили его в музей и написали:


"Артропода гигантика. Палеоцен. Вымер из-за несоответствия экологическим стандартам".

Григорий Григорьевич бы оценил.