# A Second Chance часть 10. глава 216

Аноним Breanie

Тео идет с Финном на концер. Зи учиться вызывать патронуса. Усталая Тонкс приходит домой. Утро воспоминаний у Гарри с компанией.

Записи:


Примечание автора:


Отзывы и комментарии: Приятно осознавать, что большинству из вас понравился мой маленький сюрприз - возвращение Джорджа в Хогвартс (спасибо, Саз) и моменты, когда мы были вместе. Для Детройта: я разместил на своем tumblr информацию обо всех моих сотрудниках и о том, кто они такие. Спасибо за все прекрасные комментарии, я был рад наконец-то поделиться своим предложением со всеми вами. Я хотела, чтобы Гарри был там, но я хотела, чтобы предложение сделал Сириус, а Зи думала, что это шутка, пока не поняла, что Гарри в этом замешан, и это было очень, очень реально. Мне казалось, что это идеально для них, потому что Сириус на самом деле не романтичный парень.

Некоторые люди жаловались на гей-сцены в этой истории, и, честно говоря, это вдохновило меня написать еще больше гей-непристойностей, ЛОЛ. Так что, предупреждаю, если вы не хотите это читать - пропустите. Впереди непристойности.

Мой график публикации: раз в неделю.

Спасибо Даск за ее потрясающие навыки редактирования!

Как всегда, большое вам спасибо за чтение и, пожалуйста, рецензирование!

Ваши отзывы дают мне жизнь! Они вдохновляют меня! И они заставляют меня продолжать писать не только для себя! Спасибо вам за вашу постоянную поддержку!


Текст главы

ПОЗДРАВЛЯЮ вас со СТА И ДЕВЯТНАДЦАТЬЮ:

После праздничного ужина Зи провела больше часа, разговаривая по телефону со своими родителями в России, а затем с бабушкой и дедушкой в Джоржии. Она написала письмо своим бабушке и дедушке в Шотландию, чтобы рассказать им об этом, и отправила его с Персефоной, лучезарно улыбаясь своим мальчикам.

- Почему ты просто не послала им всем Патронуса? - спросил Гарри. - Ну, за исключением бабушки и дедушки, я не думаю, что Патронус может зайти так далеко, но с Шотландией проблем

не будет.

- Я никогда не была сильна в подборе патронусов, - призналась она.

Глаза Гарри расширились от удивления. Он и не подозревал, что за все время, что он видел, как Ремус, Сириус и Тонкс отправляли патронусов в качестве проводников для общения, он ни разу не видел патронуса Зи.

- Я могу научить тебя, - предложил он.

Зи улыбнулась.

- Люди пытались. Кажется, у меня никак не получается.

- Позвольте мне попробовать. Дядя Рем был отличным учителем. Скоро он покажет Клубу защиты, как их выполнять.

Зи вытащила палочку и кивнула.

- Хорошо, но если я чего-то не пойму, значит, это не ты, ладно?

Гарри повел ее в солярий, где Сириус листал журнал о мотоциклах.

- Уходи, дядя Сири, я собираюсь научить Зи новым заклинаниям.

Сириус лишь приподнял бровь.

- Эм, нет... Ты бы не ушел, когда я хотел научить Зи чему-нибудь раньше.

Зи закатила глаза.

- Ты имеешь в виду, когда ты хотел бросить нашего сына, который только что вернулся домой на выходные, чтобы подняться наверх и заняться сексом?

- То же самое, - сказал Сириус, заставив ее рассмеяться.

Она перегнулась через спинку стула, чтобы поцеловать его.

- Гарри сказал, что собирается научить меня создавать Патронуса. Ты меня отвлекаешь. -

Сириус запустил пальцы ей в волосы, чтобы удержать ее на месте и снова поцеловать.

- Просто помни, что твои счастливые воспоминания - это все, что мы делали вместе на Барбадосе.

Зи покраснела.

- Видишь! Отвлекаешь!

Сириус снова поцеловал ее, прежде чем встать.

- Хорошо, я удаляюсь. Я собираюсь покататься на одном из мотоциклов. Вернусь примерно через час.

Гарри и Зи попрощались, и Сириус направился в сад, прежде чем Гарри повернулся к Зи.

- Ты знаешь, что у тебя должны быть по-настоящему счастливые воспоминания, чтобы это сработало?

- Да, - сказал ему Зи. - У меня их много, но мне трудно сосредоточиться только на одном.

- Это должно быть по-настоящему радостно, - подчеркнул Гарри. - Ты должна быть такой счастливой, какой никогда не чувствовала себя в жизни. Сначала я пытался использовать такие глупые приемы, как приглашение Чо на свидание, но это не сработало. Тогда я понял, что самым счастливым воспоминанием для меня стало осознание того, что это мой дом; что дядя Бродяга и дядя Лунатик были моими отцами, моей семьей; что меня любили. Это был мой момент.

Зи улыбнулась ему.

- Это прекрасное воспоминание. Ладно, счастливых воспоминаний... счастливых воспоминаний...

Гарри ждал ее, улыбаясь, пока она переминалась с ноги на ногу, размышляя. Ее взгляд упал на кольцо на ее руке, и она прикусила нижнюю губу.

- Я не думаю, что когда-либо чувствовала себя счастливее, чем сегодня вечером.

- Хорошо, - сказал Гарри, поднимая палочку. - Заклинание называется "Экспекто Патронум".

Зи кивнул.

- Экспекто патронум, поняла.

- Ты должна сосредоточиться на воспоминаниях, Зи, это самое важное. Не заклинание, а память. Ты должна погрузиться в счастье.

Зи снова кивнула, поднимая палочку.

- правильно.

Двадцать минут спустя по комнате танцевала изящная серебристая пантера.

- О! - удивленно воскликнула она, и пантера исчезла.

Гарри улыбнулся ей.

- У тебя получилось! Попробуй еще раз и запомни, сохрани это в памяти!

Когда пантера появилась снова, она засветилась чуть сильнее, мерцая по комнате, танцуя перед окнами, и Зи сиял, а леди Годива просто смотрела на нее, как будто ей было скучно.

- Кажется, у меня получилось, - взволнованно воскликнула она, наблюдая, как пантера танцует по комнате.

Гарри улыбнулся ей в ответ.

- Думаю, ты права. Конечно, выступать перед дементором - это совсем другое, но ты можешь это сделать.

Зи убрала палочку в кобуру и притянула его лицо к себе, чтобы поцеловать в щеку.

- Я люблю тебя, Гарри.

Гарри крепко обнял ее, прижимая к себе ее маленькую фигурку.

- Я тоже тебя люблю.

И он понял, что прямо сейчас мог бы сам создать отличного Патронуса.

***

В ту пятницу вечером у Ремуса на коленях лежала раскрытая книга, но он ничего из нее не вычитывал. Тонкс снова вызвали на работу, и он беспокоился о причине этого. После нападения на Пикадилли считалось, что пожиратели смерти стоят за еще двумя, казалось бы, случайными терактами: одним в Вестминстерском аббатстве и вторым в парламенте, в частности, на Биг-Бене. Британское правительство было в смятении, и Ремус знал, что мадам Боунс делает все, что в ее силах, чтобы помочь премьер-министру справиться с ущербом.

Тонкс работала по двадцать часов в сутки шесть дней в неделю, и вряд ли она была такой единственной. Она похудела, и Ремус начал беспокоиться о ней и о недостатке сна и отдыха, который она получала. Он знал, как важно для авроров быть там и работать над этим делом, стараясь обеспечить безопасность всех, но ей нужно было быть достаточно здоровой, чтобы сделать это самой.

Входная дверь открылась, и Ремус вскочил на ноги, бросив книгу на стол, когда в комнату ввалилась его жена. Он едва дал ей время закрыть дверь, прежде чем подхватил ее на руки и снял с нее туфли. Тонкс даже не произнесла ни слова, она просто прижалась к нему, пока он нес ее в ванную. Он усадил ее на унитаз и наполнил ванну, прежде чем раздеть ее, а затем и себя. Он убедил ее залезть в ванну, а сам скользнул следом за ней, притянул ее к себе и поцеловал в шею.

Она вздохнула и прижалась к его груди.

- спасибо.

Ремус поцеловал ее в щеку.

- Я начинаю беспокоиться о тебе, Нимфадора.

- Я знаю... но со всеми этими нападениями... в DMLE действительно не хватает людей, и Кинг хочет...

- На хрен Кинга, - сказал Ремус, крепче прижимая ее к себе. Он положил руку ей на живот. - Ты теряешь вес. Ты измучена. Сегодня праздничные выходные, и ты не пойдешь на работу.

- У нас завтра встреча.

- Ты сказываешься больной.

- Ремус, - сказала она, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него. - Я люблю тебя, но это моя работа.

- Это твоя работа, и ты крайне хороша в ней, так что я не позволю тебе перегореть и навредить себе из-за того, что ты не способна выполнять свою проклятую работу!

Тонкс поцеловала его.

- Два часа. У меня как раз встреча с маггловской полицией по поводу нападения на парламент, а потом я вернусь домой.

Ремус уставился на нее.

- Ни минутой больше, или я сам приду за тобой.

- Прости, что заставляю тебя волноваться.

- Нимфадора, я знаю, как хорошо ты справляешься со своей работой. Ты отличный аврор. Но сначала ты должна позаботиться о себе, иначе от тебя никому не будет пользы.

Она снова поцеловала его.

- Собрание состоится только завтра в десять. Я буду дома не позже половины первого, пообещала Тонкс. - Я знаю, что мы планировали завтра пообедать с Гарри, Сириусом и Зи.

- Мы так и сделали, и Молли с Артуром пригласили нас в "Нору" на ужин. Я подумал, что мы могли бы заехать в Хогвартс утром и забрать Джинни, а затем удивить Гарри, приведя ее в коттедж.

- Она не уехала домой на каникулы?

- Молли и Артур собирались во Францию, чтобы поужинать с семьей Флер, и вернутся только сегодня утром; ее дети останутся в школе до завтрашнего вечера.

- Познакомлюсь с родителями. Билл, должно быть, настроен серьезно.

Ремус улыбнулся.

- По-моему, он настроен очень серьезно. В любом случае, что думаешь? Мы привезем Джинни к тебе, прежде чем ты отправишься в министерство?

Тонкс поцеловала его.

- хорошо.

Ремус нежно помассировал ее плечи, и она застонала от удовольствия.

- хорошо. А теперь расслабься. Сейчас я приготовлю тебе еду, и ты съешь все до последнего кусочка, а потом я уложу тебя в нашу постель. Тебе нужно поспать, Дора.

- Ты не ляжешь со мной в постель? - спросила она, обхватив его рукой.

- Тебе нужно отдохнуть, - сказал он, стараясь не дать ей отвлечь его, пока ее рука все больше погружалась в мыльные пузыри.

Тонкс улыбнулась ему.

- Я вдруг почувствовала, что совсем проснулась.

Ремус улыбнулся ей.

- Я это вижу. -

Когда она повернулась, чтобы оседлать его в ванне, он только обнял ее, а когда опорожнился, она последовала за ним через край, уткнувшись лицом в изгиб его шеи и свернувшись калачиком, как довольная кошка. Ремус поцеловал ее, переводя дыхание, а затем осторожно высвободился из ее объятий, оставив ее в ванне.

- Умойся и устраивайся поудобнее, я собираюсь принести тебе что-нибудь поесть.

Тонкс радостно улыбнулась ему и погрузилась в воду. Он знал, что с ней все будет в порядке. Ему просто хотелось перестать так сильно беспокоиться о ней.

***

Тео терпеливо ждал, когда Кики появится в пятницу днем. Когда он увидел, что в холле появился его домашний эльф, он кивнул Снейпу и поправил сумку на плече. Прошло всего несколько мгновений, прежде чем она взяла его за руку и трансгрессировала в Норфолк-мэнор. Поскольку на пасхальные каникулы обычно не так много учеников расходилось по домам (так как это было всего на две ночи), Тео разрешили просто аппарировать домой - или, в его случае, попросить домашнего эльфа привести его домой. Знакомая обстановка поместья заставила его почувствовать себя немного лучше, но желудок все еще скручивало от волнения.

У него оставалось два часа до встречи с Финном в Лондоне на концерте.

Он сразу заметил, что эльфы уже приступили к работе, о которой он просил. Из дома вынесли множество предметов, связанных с темными искусствами, и сложили их в углу гостиной. Но по-настоящему до него начало доходить, когда он поднялся по лестнице и направился в свою комнату, потому что Кики направила его в другую сторону.

Теперь он был хозяином поместья.

Тео вошел в хозяйскую спальню, и его глаза расширились. Эльфы перенесли туда его комнату. Вместо этого спальню украшали его двуспальная кровать и мебель.

- Вы маркиз, сэр, так что эта комната теперь ваша. Кики знает, что молодой хозяин не хотел бы видеть здесь старую мебель. Кики поставила ее в старой комнате молодого хозяина. Все, кроме этой коробки на комоде.

Тео нашел глазами потускневшую золотую шкатулку для драгоценностей и улыбнулся. Когда-то она принадлежала его матери.

- Она идеальна, спасибо. Кики, когда я вернусь домой в конце года, я хочу серьезно заняться ремонтом этого места. Я собираюсь отправить тебе заметки и посмотреть, как много мы сможем сделать еще до того, как я вернусь домой.

Кики кивнул.

- Да, сэр. -

Он улыбнулся.

- Всего хорошего впереди, верно? - Эльф кивнул и медленно выдохнул. - В семь тридцать мне нужно, чтобы вы отвезли меня в театр в Лондоне. Когда я вернусь домой сегодня вечером, Финн будет со мной. Он мой гость на выходные.

Эльф кивнул и оставил его в покое.

Тео распаковал свои вещи и присел на край кровати. Он был взволнован и с нетерпением ждал, когда Финн проведет с ним выходные. После их двойного свидания в прошлые выходные, когда Финн так хорошо вписался в компанию Джинни и Гарри, он почувствовал, что влюбился в него еще больше. Финн заставил его почувствовать то, что он не мог выразить словами.

Тео направился в ванную, где принял душ и немного приоделся. Это был не черный галстук, но атмосфера вечера требовала чего-то большего, чем обычная одежда. Затем он спустился вниз, чтобы найти Кики.

Когда эльф оставил его в театре, он остался один менее чем за тридцать секунд до того, как увидел своего парня. Финн направился к нему с широкой улыбкой на великолепном лице.

- Привет, Тео.

Тео не смог удержаться от ответной улыбки и взял Финна за руку. Финн был одет в черные брюки, темно-зеленую рубашку и черный плащ. Его волосы были немного растрепаны ветром, но Тео подумал, что это ему идет.

- Ты выглядишь потрясающе, - сказал он.

Финн склонил голову, чтобы нежно поцеловать его.

- Я могу сказать то же самое. Я люблю тебя в голубом, - сказал он, проводя пальцем по воротнику рубашки цвета морской волны, которая была на Тео. - Я с нетерпением жду этого концерта.

Тео показал билеты, и они вдвоем вошли в двери театра, предъявили свои билеты, и домашний эльф проводил их к их местам. Тео потратился на билеты и раздобыл для них отдельный балкон с видом на сцену. Когда они заняли свои места, эльф принес им вино и закуски.

Финн потянулся, чтобы взять Тео за руку, и поднес ее к губам, когда сцена осветилась. Затем настала очередь Тео наблюдать за своим парнем. Глаза Финна заплясали от возбуждения, когда на сцену вышли the Harmony Bastards. Группа была огромной. Среди них были те, кто играл на первых скрипках, вторых скрипках, альтах, виолончелях, контрабасах, флейтах, гобоях, кларнетах, фаготах, валторнах, трубах, тромбонах, одной тубе, литаврах, ударных, арфах, акустической и электрической гитарах и один пианист.

На сцену вышел волшебник, чтобы представить их, и сначала объяснил, что Цай - дирижер. Он рассказал небольшую предысторию Цая, валлийского эльфа, который был довольно высоким, худощавым парнем с темными волосами, завивающимися над его заостренными ушами. Он писал музыку с четырехлетнего возраста. В шестнадцать лет он собрал оркестр, а к двадцати пяти годам стал известным во всем мире. Сам оркестр состоял из ведьм, волшебников, эльфов и двух гоблинов. Они отыграли трехчасовой сет, варьировавшийся от интенсивных крещендо до неистовых рок-баллад. Это было невероятно. Музыка вибрировала в такт каждому инструменту, посылая волшебные звуковые волны с каждым ударом, которые вызывали танцующие огоньки и вспышки и заставляли зрителей чувствовать себя частью музыки. Это было одно из лучших шоу, которые Тео когда-либо видел.

- Это было невероятно! - Воскликнул Финн, когда занавес закрылся. - Как они играли на своих инструментах! Хотел бы я заставить свою флейту играть так же! Мне нужно немного попрактиковаться в танцах и научиться оживлять ноты с помощью такого светового шоу, как это.

Тео улыбнулся ему.

- Ты должен как-нибудь сыграть для меня. Я бы с удовольствием послушал это.

- После такого шоу моя игра вряд ли произведет на вас впечатление, - признался Финн.

- Ты всегда производишь на меня впечатление.

Финн покраснел и взял Тео за руки, когда они направились к выходу из театра.

- Приглашение к тебе домой все еще в силе?

- Всегда, - сказал ему Тео.

Финн поцеловал его, прижавшись лбом к лбу своего парня. - Скажи мне, куда мне нужно отвезти нас.

Всего через мгновение они уже стояли у парадных ворот Норфолк-мэнора.

- Я же говорил тебе, что здесь нужно много поработать, - нервно сказал Тео, открывая ворота. - Мой отец предпочел бы, чтобы все немного разрушилось, и на данный момент только несколько комнат действительно пригодны для жилья, но я все приведу в порядок. К тому же в нем много темной магии, но это не про меня, и я это изменю.

- Я бы никогда в тебе не усомнился, - сказал Финн, заставив Тео покраснеть, когда он шел впереди.

Финн в изумлении смотрел, как они проходят через надвратную башню и поднимаются по подъездной дорожке к главному дому. Тео представил его Кики и двум другим эльфийкам, Гвоздике и Эсмеральде, а затем повел его наверх, в хозяйскую спальню.

- Это мои апартаменты, - сказал Тео. - Эльфы перевезли сюда мои вещи после того, как я стал маркизом. Конечно, здесь все еще требуется много работы, и я хочу перекрасить и кое-что изменить, чтобы он больше принадлежал мне.

- Это прекрасно, - сказал ему Финн.

Тео улыбнулся, внезапно занервничав.

- Э-э, для тебя приготовлена комната рядом с моей, если ты этого хочешь.

Финн кивнул и присел на кровать Тео.

- Иди, посиди со мной.

Тео сидел рядом со своим парнем, его сердце бешено колотилось. Он не хотел, чтобы Финн оставался в комнате для гостей.

- Или ты мог бы остаться здесь. Со мной.

Глаза Финна потемнели, и он наклонился, чтобы коснуться губами его губ. Его рука обхватила щеку Тео, и Тео повернулся, чтобы поцеловать ладонь своего парня. Затем губы Финна оказались на его губах, и Тео прижал его к себе, положив руки на сильную спину своего парня, и они поцеловались. Ему нравилось целовать Финна. Ему нравилось прикасаться к Финну. Все в мужчине, который был в его объятиях, вызывало в нем желание. Тело фейри накрыло его, и он еще глубже откинулся на большую кровать, застонав, когда Финн устроился у него между ног.

Губы Финна были на его шее, на подбородке, и когда он расстегнул рубашку, Тео только потянулся, чтобы сделать то же самое. Тео провел руками по гладкой бледной коже, по напряженным мышцам. Мерлин, неужели он когда-нибудь перестанет быть очарованным красотой этого мужчины? Он усадил Финна, позволяя своим рукам блуждать по плечам и спине, поглаживая выпуклые шрамы на лопатках. Он понял, что это его крылья.

Финн объяснил ему, что при необходимости он может заставлять свои крылья появляться и исчезать, они прячутся в кармашек на его коже, являясь частью его самого. Тео также знал, что Финну нравилось, когда Тео прикасался к ним. Он провел кончиками пальцев по рельефной коже, и Финн задрожал в его объятиях. Он подвинулся, слегка повернув Финна, чтобы поцеловать его в спину, прижавшись губами к рельефной линии, на которой держались его крылья, и Финн издал тихий стон. Тео провел языком по шраму, покрывая поцелуями плечи, спускаясь по спине, и оставил нежный поцелуй на пояснице. Затем он снова обхватил Финна руками, целуя его грудь и живот, повалил его на кровать и склонился над ним. Он начал прокладывать дорожку из поцелуев вниз по шее Финна, полностью стягивая с себя рубашку и отбрасывая ее за спину. Он чувствовал, какой твердый был Финн, он чувствовал, как его горячий член бессмысленно трется о него, и он опустился и прижался к нему всем телом. Он хотел чувствовать больше.

Секс.

***

На следующее утро Ремус и Тонкс появились в Блэк-Коттедже вместе с Джинни, что удивило Гарри. Джинни должна была пойти в Нору сегодня, так что это было последнее место, где он ожидал ее увидеть.

- Мы пришли с подарками, - сказал Ремус, когда Джинни разулась у входной двери.

Гарри вскочил на ноги и тут же притянул Джинни к себе и поцеловал.

- Привет

- Привет, - сказала она, улыбаясь ему. - Надеюсь, я хороший подарок.

- Самый лучший, - сказал он, целуя ее в щеку.

Ремус удивленно посмотрел на него, прежде чем перевести взгляд на Сириуса.

- Один взгляд на его девушку, и его интерес к нам пропал.

Гарри усмехнулся и обнял Джинни за талию.

- Она красивее тебя.

- С этим я не могу поспорить, - ответил Ремус.

- Я могу! - запротестовал Сириус.

Ремус закатил глаза.

- Она тоже красивее тебя, Бродяга.

- Я в буквальном смысле звезда! Яркая и прекрасная!

- Ты в буквальном смысле придурок, - сказал Ремус, когда Сириус показал ему язык.

Зи легонько шлепнула Сириуса по руке.

- О, тише. - Она поспешила обнять Ремуса, а затем протянула ему руку. - Мои мальчики вчера вечером сделали мне предложение.

Ремус секунд десять смотрел на кольцо, прежде чем отреагировать.

- Вау! Поздравляю!

Сириус ухмыльнулся.

- Я собирался сказать тебе, что планировал это, но потом подумал, что твоя реакция того стоит.

Улыбка Ремуса стала шире.

- Одобрено. Это замечательные новости, Бродяга. Я так рад за вас двоих. Поздравляю!

- И, - сказал Сириус, выделяя каждый слог. - Я- не-делал-предложение-в-постели!

- В постели? - Спросила Джинни, нахмурив брови.

Гарри рассмеялся.

- Я и забыл, что ты не слышала этой истории.

- Я расскажу, - радостно воскликнула Тонкс. - Так это было сразу после возвращения Волдеморта. Мы с Ремусом пошли поговорить с Адрианом Робертсом о том, как уговорить волков присоединиться к нам и помочь, если Волдеморт нападет. Утром мы собирались встретиться с Советом старейшин, поэтому Адриан и Майя позволили нам остаться в их комнате для гостей. Майя попросила разрешения поговорить со мной наедине, и мы поговорили о том, что Ремус - оборотень, что он мой друг, и что это значит. Она объяснила, что для того, чтобы мы были по-настоящему равны в браке, мне нужно было бы пометить его, поэтому я подумала об этом, пометив его именно так. Одно тянуло за собой другое, мы занимались любовью, и я укусила его, отмечая, что он мой. И он был настолько переполнен страстью и любовью ко мне, что тут же сделал предложение.

- Они были голые, - сказал ей Сириус.

- Его пальцы все еще были на моем клиторе после оргазма, - сказала Тонкс, когда Джинни подавила смех.

Гарри побледнел.

- Почему я продолжаю выслушивать эту историю? Я не хочу этого знать.

Ремус покраснел.

- Ладно, ладно, время рассказов закончилось, и да, Сириус сделал предложение лучше, чем я! Я признаю это.

Сириус широко улыбнулся и пошевелил бровями.

- Блядь, я был прав. Я даже попросил нашего мальчика подержать кольцо, пока я это делал. И еще, посмотри на этот камень!

Зи снова протянула руку и радостно залюбовалась им.

- Этой штукой я могу привлечь чье-нибудь внимание. - Она улыбнулась Сириусу. - Но она прекрасна, и важно то, что она символизирует.

- Звезда, потому что я ее звезда, - сказал Сириус, хлопая ресницами.

- О, брат, - простонал Гарри, закатывая глаза.

Зи рассмеялась.

- Я думала, что это скорее потому, что мы любим друг друга, но да, Сири, ты моя звезда.

Он просиял и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.

- Ты и моя звезда тоже.

- По-моему, это восхитительно, и в то же время мне хочется блевать прямо в рот, - сказала Тонкс, когда Сириус щелкнул по ней пальцами.

- И как будто вы двое не перегибаете палку!

Тонкс в ответ только пожала плечами.

- И когда же у тебя намечается этот знаменательный день? Я имею в виду, у тебя большая семья, Зи, так что, полагаю, ты бы хотел, чтобы все они присутствовали.

- Я бы с удовольствием, - ответила Зи, не сводя глаз с Сириуса. - Я хочу найти время, чтобы все правильно спланировать. Может быть, в канун Нового года... мы могли бы начать новый год вместе, как муж и жена?

Сириус наклонился, чтобы поцеловать ее.

- Завтра или через десять лет я выйду за тебя замуж, когда ты скажешь.

Зи крепко обняла его, и они глупо улыбнулись друг другу, а затем она повернулась и хлопнула в ладоши.

- Ладно, мне нужно сходить на рынок за продуктами, если я хочу испечь это блюдо для Молли. Гарри, Джинни, вы двое останетесь дома или хотите пойти со мной?

- Мы останемся, - сказал ей Гарри. - Я думаю, мы, возможно, посмотрим фильм в домике на дереве.

Сириус кивнул.

- Звучит как план.

Через несколько минут Зи и Сириус отправились на рынок, а Тонкс - в Министерство на совещание. Ремус заявил, что у него срочное дело и он скоро вернется. Гарри и Джинни внезапно остались одни.

- Я не совсем понимаю, как это произошло, но я не жалуюсь, - сказал Гарри, целуя ее в нос.

Джинни улыбнулась ему.

- Они просто пошли на рынок. Они вернутся еще до окончания фильма.

- Мне все равно, - сказал он, потянув ее за руку и ведя к домику на дереве.

Леди Годива последовала за ними и встала перед дверью, пока Гарри настраивал пленку для показа на стене. Он забрался в гамак и жестом пригласил Джинни сесть рядом с ним. Они смотрели только первые пять минут, прежде чем Гарри повернулся и прикусил ее губы.

Двадцать минут спустя Джинни лежала на Гарри, и они страстно целовались. Ощущение ее тела, распростертого на нем, было лучшим ощущением, которое он мог себе представить. Гамак раскачивался под ними, фильм был забыт, когда его девушка целовала и посасывала его шею. Легкое прикосновение ее зубов к его горлу заставило его застонать.

Джинни подняла голову и посмотрела на него сверху вниз с довольной ухмылкой на лице.

- Вам понравилось, мистер Поттер?

Гарри снова притянул ее губы к своим, наслаждаясь ощущением поцелуя. Обнимая Джинни по любой причине, он всегда чувствовал себя лучше. Его рука скользнула под ее джемпер, и пальцы расстегнули застежку ее лифчика сзади, когда голос отца прорвался сквозь туман вожделения.

- Так, так, так- что это у нас тут?

Гарри застонал и уткнулся лицом в изгиб шеи Джинни.

- Ты что, никогда не слышал, что нужно стучаться?

Джинни покраснела и выпрямилась, скрестив руки на груди, чтобы скрыть тот факт, что лифчик просто болтался у нее на плечах под рубашкой.

- Э-э, привет, Сириус.

- Лунатик, наш мальчик тут вовсю развлекается!

В дверях домика на дереве показалась голова Ремуса, и Гарри застонал.

- Хорошо, что мы пришли проведать вас двоих, - сказал Ремус с юмором в голосе.

- Прости меня, Джинни, - сказал ей Гарри. - Мне жаль, что я подверг тебя такому испытанию.

- Ха-ха, - сухо сказал Сириус. - Заходи. Мы собираемся поиграть в игру.

- В какую игру?

Сириус широко улыбнулся.

- А-давай-посмотрим-детские-фотографии-Гарри-в-игре.

- О-о-о, - сказала Джинни, когда Гарри застонал.

- Дядя Бродяга, почему? - запротестовал Гарри.

- Я хочу увидеть их, Гарри, - сказала ему Джинни.

- А мы не можем вместо этого посмотреть что-нибудь на память? Пожалуйста, не вынимай фотографии! - умолял он, в ужасе глядя на отца. Он точно знал, какие фотографии его отец достанет, чтобы показать своей девушке.

Сириус потер руки.

- Слишком поздно. Зи и Тонкс уже просматривают их. Тонкс наткнулась на фотоальбом, когда искала что-то на полке. Давай, это будет весело!

Гарри не согласился с этим мнением, наблюдая, как Сириус и Ремус уходят. Он повернулся к своей девушке, которая застегивала лифчик под джемпером, и вывел ее из домика на дереве. Они вошли в солярий как раз вовремя, чтобы услышать, как Тонкс комментирует фотографию, на которой он весь в шоколадном пудинге и одет только в подгузник.

Джинни тоже поспешила посмотреть, и вскоре три девушки радостно листали фотографии, а Сириус и Ремус объясняли, что на них изображено. Джинни перевела взгляд с фотографии первого дня рождения Гарри, на то, как он наряжался тыквой на Хэллоуин, и на то, как он сидел на заднем сиденье мотоцикла Сириуса в возрасте пяти лет. Она нахмурилась, прежде чем заговорить.

- Сириус, почему между этой фотографией на Хэллоуин нет фотографий Гарри, сделанных до того, как ему исполнилось пять лет?

- Это когда я был в Азкабане, - сказал ей Сириус. - И Гарри жил с магглами.

Джинни посмотрела на своего парня.

- С магглами... и это... - Она замолчала, как будто только что что-то осознала. - Они причинили тебе боль. Это из-за них ты боялся моего отца много лет назад.

Гарри пожал плечами.

- Нет, это было не очень здорово. Пока не появились дядя Сириус и дядя Ремус.

- Почему профессор Люпин не взял тебя к себе? - Спросила Джинни.

Ремус вздохнул.

- Я не имел на него никаких прав, Джинни. И министерство никогда бы не предоставило мне опекунство. В то время я едва мог прокормить себя, и если бы они узнали, что я вдобавок еще и оборотень...

Гарри встал.

- Я собираюсь выпить чашечку чая.

Джинни собралась было пойти за ним, но Сириус покачал головой и последовал за сыном на кухню. Гарри изучал правила на стене, но не обращал на них особого внимания. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз вспоминал Дурслей и свою жизнь до того, как вернулся домой. Ощущение того, что Сириус подошел и встал у него за спиной, и теплая рука, которая обняла его за плечи и притянула к себе, согрели его изнутри, прогнав холод, охвативший его при воспоминании.

- Я не хотел огорчать тебя или пробуждать плохие воспоминания, Цветочек.

Гарри покачал головой.

- Нет, нет, ты этого не делал... Я... только Невилл знает о Дурслях и...

- Ты должен рассказать ей, - посоветовал ему Сириус. - Я знаю, что это глупо с моей стороны, но учись на моих ошибках. С тех пор, как я рассказал Зи, мои кошмары не так сильно мучают меня, а когда они все-таки случаются, я могу рассказать ей о них, и это успокаивает. Она утешает меня. Я знаю, Джинни уже делает это для тебя. Ты должен рассказать ей о них.

- Это не имеет значения, это было так давно.

Сириус повернул голову и прижался губами ко лбу сына.

- Время лечит все раны, Гарри, но это не значит, что мы не помним, как больно было их получать.

- Наверное, - ответил Гарри. - Это просто... Я не думаю о них. Не совсем. Они мне уже много лет даже не снились в страшных снах.

- Это не значит, что ты не помнишь.

- Да, - сказал он. - Я полагаю.

Сириус поцеловал его в щеку.

- Ты такой взрослый, но я иногда смотрю на тебя и все еще вижу того очаровательного пухленького малыша. Я помню, как ты испугался, когда я тебя нашел. Я помню, как ты в первый раз обнял меня, как впервые сказал, что любишь меня... И, оглядываясь назад, я задаюсь вопросом, какой была бы твоя жизнь, если бы я не пошел за Питером много лет назад. Ты бы сразу пришел к нам. Эти придурки никогда бы тебя и в глаза не увидели.

Гарри улыбнулся.

- Все в порядке, дядя Бродяга. Я никогда не винил тебя за это. Ни тебя, ни дядю Рэма. -

Сириус кивнул.

- У тебя доброе сердце, Сохатик. Может, нам стоит посмотреть что-нибудь памятное сегодня вечером. Что скажешь?

Гарри поколебался, но затем кивнул.

- Выбирай сам.

- Хорошо.

Гарри последовал за отцом обратно в солярий и наблюдал, как тот направился к омуту памяти и сундуку.

- Мы решили посмотреть что-нибудь на память.

Джинни подождала, пока Гарри сядет, а затем устроилась у него на коленях и обняла его.

- ты в порядке?

- Лучше не бывает.

Она поцеловала его в щеку, но продолжала обнимать, и он прижал ее к себе, благодарный за тепло ее прикосновения.

- Давай начнем с этого, - сказал Ремус, доставая из сундука пузырек и наливая его в Омут памяти.

Сириус кивнул.

- Ты уверен?

- Да, - сказал Ремус, не сводя глаз с Гарри. - Я приезжал навестить тебя однажды, после смерти твоих родителей, Гарри. Петуния настаивала, чтобы я уехал, и, в общем, в то время я думал, что это к лучшему. Теперь я понимаю, что жалею, что послушался ее.

- Все в порядке, дядя Рэм. Я никогда не винил тебя или дядю Сириуса за то, что я был там.

Ремус кивнул и выбросил это воспоминание из головы. Гарри наблюдал, как Ремус появился в конце узкой улочки и медленно пошел по дороге, сворачивая у ворот на Тисовый проезд номер четыре. Он был удивлен, что, когда дом показался в поле зрения, и через мгновение он узнал его, у него внутри все сжалось.

- Это было через две недели после того, как все произошло... похороны закончились, и Дамблдор рассказал мне, куда он отправил тебя и почему, по его мнению, это было самое безопасное место для тебя, учитывая обстоятельства. Сириус был в тюрьме, и... Ты был моей единственной оставшейся семьей, Гарри, и я просто хотел увидеть тебя в тот день.

Гарри кивнул, возвращаясь к воспоминаниям.

Ремус провел пальцами по своим золотисто-каштановым волосам, нервно переминаясь с ноги на ногу перед дверью, прежде чем, наконец, поднял руку, чтобы постучать.

Дверь открылась, и на пороге появилась Петуния с широко раскрытыми от удивления глазами.

- Петуния, это Ремус Люпин, - сказал он, протягивая руку. - Я был другом Лили и Джеймса. Мы познакомились на их свадьбе.

Петуния просто уставилась на него.

- Ты был на свадебной вечеринке.

Ремус кивнул, улыбаясь.

- Да, был. Я хотел проведать Гарри, посмотреть, как он приспосабливается к жизни со своими тетей и дядей.

- С ним все в порядке. - коротко ответила она, скрестив руки на груди. - Я действительно не люблю, когда в дом приходят гости без предупреждения. Я пытаюсь уложить Даддерса и нашего нового гостя в определенный график. Не так-то просто иметь двоих детей в возрасте до двух лет.

Ремус кивнул, засовывая руки в карманы брюк.

- Я понимаю. Я просто хотел бы ненадолго увидеть Гарри, просто убедиться, что с ним все в порядке?

Петуния вздохнула, затем натянуто кивнула и открыла дверь пошире, позволяя Ремусу войти внутрь.

- отлично. Но поторопись с этим.

Ремус кивнул, когда она закрыла за ним дверь. Он стоял на пороге дома как раз в тот момент, когда мальчик, которого он искал, ковылял к нему из гостиной, радостно раскинув руки.

- Дядя Мууу!!! - он закричал, бросаясь в объятия Ремуса.

Лицо Ремуса впервые за несколько недель озарилось улыбкой, когда он подхватил Гарри на руки. Он взъерошил его черные растрепанные волосы и поцеловал в пухлые щеки, крепко прижимая к себе. Он отстранился, чтобы улыбнуться ему, и его глаза наткнулись на порез от молнии у него на лбу. Он осторожно провел по ним пальцем и встретился взглядом с Петунией.

- Это здесь он?

Петуния кивнула.

- Насколько я понимаю, да. Кажется, его это не беспокоит.

Ремус кивнул. Он опустился на колени на пол, поставив Гарри перед собой и улыбаясь ему.

- Я скучал по тебе, Гарри. Тебе нравится здесь с твоими тетей и дядей?

- нет! - Гарри строго сказал: - Уходи! Му! Бодяга!

На глаза Ремуса навернулись слезы, и он с трудом сдержал их.

- Боюсь, что нет, маленький Олень. Теперь это твой новый дом.

Гарри подполз к нему и повис у него на плече, пока он говорил.

- нет! Мама! Па!

Ремус посмотрел на Петунию и вздохнул.

- Я знаю, что здесь, с тобой, ему безопаснее всего, но слышать его... Я хочу, чтобы он был в безопасности. Если Волдеморт когда-нибудь действительно вернется... мы не знаем наверняка, что он ушел, и Гарри может оказаться в самой большой опасности, если когда-нибудь узнает, что он все еще жив.

- Дядя Му, - воскликнул он, его руки скользнули по лицу Ремуса, пальцы оказались у него во рту, когда он схватил Ремуса.

Ремус только усмехнулся. Он был милейшим ребенком. Его до сих пор удивляло, как сильно он полюбил этого маленького мальчика. Когда он назвал его дядей Му в своей детской песенке "Дядя Му", его сердце воспарило. Ничто так не радовало Гарри, как то, что Ремус и Сириус пришли навестить его, и Сириус превратился в собаку. "Собачка" заставляла Гарри хихикать, а Ремус держал его за руки, когда тот катался на собаке. Потом Сириус поворачивался обратно, и Гарри смеялся, умоляя Сири вернуть Бодягу.

- У тебя достаточно вещей для него? Одежда и все такое? - спросил он Петунию, снова прижимая Гарри к себе, пока тот бормотал ему на ухо что-то бессвязное, как ребенок.

- да. Насколько я понимаю, дом разрушен, поэтому у меня есть все, что Дамблдор привез с собой, - сказала она ему. Она подошла, чтобы поднять своего собственного сына, который пытался дотронуться до вазы с цветами на столе. Это был пухлый светловолосый малыш, который, казалось, переваливался при ходьбе.

- Так и было, - сказал Ремус. - Я просто хотел убедиться, что о нем хорошо заботятся. Он очень особенный мальчик. Он поцеловал Гарри в лоб, и Гарри прижался к нему.

- Блядь! - сказал он, и Ремус снова поцеловал его.

- Я бы... Я бы хотел зайти и повидаться с ним, когда смогу. Может быть, раз в несколько недель или около того. Я могу рассказать ему о его родителях и провести с ним время. Увидеть, как он вырастет и станет великим волшебником, каким, я уверен, он и станет.

- Нет, - строго сказала Петуния, подходя, чтобы положить Дадли в манеж, который она поставила, и снова скрестив руки на груди. - Ни в коем случае.

- Прошу прощения? - Удивленно спросил Ремус.

- Нет, - повторила Петуния. - Я впустила вас сегодня, чтобы попрощаться с ним из вежливости. Я согласилась взять мальчика к себе ради его же безопасности, но я не потерплю этого в своем доме. Никакой магии. Никаких способностей. Никаких упоминаний о злом человеке, убившем его родителей. Я позволю ему остаться здесь с моим мужем и сыном, если, и только если, я смогу дать ему шанс на нормальное детство. Никаких шуток. Как я, по-твоему, могу это сделать, если ты приходишь сюда и рассказываешь ему все это? Точно нет. Я запрещаю это.

Ремус встал, Гарри все еще был в его объятиях.

- Я понимаю, к чему ты клонишь, Петуния, но... все мои друзья, вся моя семья ушли. Гарри - это все, что у меня осталось. Я бы хотел найти место в его жизни. Будь для него дядей, которым я должен был стать.

Петуния пристально посмотрела на него, уперев руки в бока.

- Тогда ты можешь забрать его у меня. Это единственный способ связаться с ним

- Я не могу взять его с собой, - в отчаянии сказал он.

- Если ты не возьмешь его, тогда все. Попрощайся.

На глаза Ремуса навернулись слезы. Он понял, чего она хотела. Для Гарри было бы безопаснее, если бы у него не было контактов; если бы никто из волшебников даже не знал, где он находится. Дамблдор был прав насчет этого. Это была семья Гарри, и они позаботятся о нем. Но мысль о том, что ему придется расстаться с этим маленьким мальчиком, разбивала ему сердце.

Но разбитое сердце было тем, к чему Ремус Люпин привык. Он уже потерял все, что имело значение в его жизни: родителей, лучших друзей, свою семью. Потеряв Гарри, он был заинтересован в том, чтобы Гарри был в безопасности, и это то, что действительно имело значение.

Он поцеловал Гарри в щеки, а затем в порез в форме молнии у него на лбу, крепко обнял его и сказал:

- Если я напишу тебе, ты будешь держать меня в курсе того, как у него дела?

- Нет, - строго сказала Петуния. - Либо возьми его с собой, либо попрощайся.

Ремус кивнул, в его глазах стояли слезы. Он крепко прижал Гарри к себе. Гарри потянул его за волосы и запечатлел на губах влажный поцелуй, прежде чем усадить его на землю.

- Ты будешь хорошо заботиться о нем? Оберегать его? - Спросил ее Ремус, когда Гарри попытался подняться на ноги.

- Я воспитаю его нормальным, - сказала ему Петуния.

Ремус кивнул, вытирая слезы.

- Спасибо. - Он наклонился и поцеловал Гарри в макушку. - Я люблю тебя, Гарри. Будь добр к своей тете Петунии. Когда-нибудь мы снова встретимся, я уверен в этом.

Гарри заплакал, и Ремусу потребовалась вся его воля, чтобы направиться к двери, а Гарри кричал ему вслед, и слезы лились из его глаз.

- нет! Му! Давай, Му! Иди! Уф, Му!

Когда Петуния закрыла за ним входную дверь, он остался стоять на крыльце, по его щекам текли слезы.

Гарри был бы в безопасности. Ничто другое в мире не имело значения, особенно разбитое сердце оборотня.

Гарри уставился на отца, в глазах Ремуса блестели непролитые слезы.

- Она даже не разрешала тебе писать или навещать меня?

Ремус покачал головой.

- Это была одна из самых трудных вещей, которые я когда-либо делал, Гарри. Теперь я понимаю, что произошло... Я должен был схватить тебя и убежать, но я понятия не имел, что они будут плохо с тобой обращаться.

Он кивнул. Он знал это, но понимал, что, очевидно, что-то все еще гложет Ремуса. Гарри отодвинулся от Джинни и крепко обнял отца.

- Но потом вы с дядей Сириусом подарили мне лучшую жизнь, о какой я только мог мечтать.

Ремус поцеловал его в макушку, крепко прижимая к себе.

- Я все равно всегда буду сожалеть, что оставил тебя в тот день, Гарри. Я очень сильно люблю тебя

- Я тоже тебя люблю, - сказал Гарри, уткнувшись в плечо отца.

Сириус обнял Гарри сзади, втискивая его между двумя отцами.

- Я тоже хочу тебя обнять!

Гарри рассмеялся, когда они, наконец, отпустили его, и, обернувшись, увидел, что Джинни улыбается ему. Он отодвинулся, чтобы сесть рядом со своей девушкой, а Сириус отложил воспоминание и выбрал другое.

- Есть еще два, которые, я думаю, нам стоит посмотреть сегодня, если ты не против?

- Конечно, - сказал Гарри, поворачиваясь к Джинни, Зи и Тонкс. - Вы двое не возражаете?

- Нет, если вы хотите поделиться этим с нами, - сказал Зи.

Ремус уселся в кресло и улыбнулся, когда его жена удобно устроилась у него на коленях.

- Давай посмотрим на них, Сириус

Сириус мысленно перенес эти два воспоминания.

Сириус протянул Гарри мягкую игрушку в виде олененка, которую он купил для него в тот день, и улыбнулся.

- Гарри, есть кое-что очень важное, о чем я хочу с тобой поговорить.

Гарри прижал олениху к себе, не сводя с Сириуса серьезных зеленых глаз.

- хорошо.

- Твои родители сделали меня твоим крестным отцом, а это значит, что они хотели, чтобы я позаботился о тебе, если с ними когда-нибудь случится что-то плохое.

- Автокатастрофа? - Спросил Сириус, и его глаза затуманились от смущения.

Гарри кивнул.

- Тетя Петуния сказала, что мои мама и папа погибли в автокатастрофе, и меня доставили к ним.

Сириус поджал губы.

- нет! Нет, Гарри, все было не так. - Он провел пальцами по волосам, заправляя их за уши, и повернулся боком на диване, чтобы оказаться лицом к своему крестнику. Он и представить себе не мог, что Гарри даже не знал, что случилось с его родителями. - Твои мама и папа были самыми храбрыми людьми, которых я когда-либо знал. Но был один плохой человек по имени Волдеморт. Он был злым волшебником, Гарри. Он причинял боль людям и пришел за твоими мамой и папой.

Глаза Гарри расширились, а рот приоткрылся, но он ничего не сказал.

- Джеймс и Лили, твои родители, пытались спрятаться от него, чтобы обезопасить тебя, но он нашел их. Твой отец, он пытался защитить тебя и твою маму, но злой волшебник убил его, а затем отправился за тобой и твоей мамой. Твои мама и папа пытались спасти тебя, и любовь, которую они питали к тебе, защитила тебя от злого волшебника. Но это не спасло их, и твоя мама тоже погибла. Этот шрам, - сказал Сириус, нежно прижимая палец к молнии, - это все, что у тебя осталось, когда злой волшебник пытался тебя убить. Только этот шрам.

- О, - тихо сказал Гарри. - Как я попал в дом тети Петунии и дяди Вернона?

Сириус улыбнулся, нежно убирая волосы с глаз Гарри. Ему было приятно видеть, что мальчик больше не вздрагивает, но его глаза по-прежнему настороженно следили за ним, как будто он не был до конца уверен, что полностью доверяет ему. - Я была так зол, когда узнал, что твои мама и папа умерли. Я знал, что кто-то сделал что-то плохое, чтобы найти их, потому что никто, кроме их друзей, не знал, где они прячутся. Итак, Хагрид, наш друг, отвез тебя в безопасное место, и я попытался выяснить, почему погибли твои родители. Но меня обманули, и потом меня посадили за решетку. Итак, Дамблдор привел тебя к сестре твоей мамы, Петунии, и попросил ее присмотреть за тобой.

- Тебя заперли? В чулане, где нет света и полно пауков? - Спросил Гарри более высоким, чем обычно, голосом.

- В некотором роде, да, но это моя близкая подруга, твоя тетя Минни, - сказал Сириус, усмехаясь, когда эти слова слетели с его губ. - Она помогла мне узнать, что меня обманули, и добилась моего освобождения. Итак, я решил найти тебя, чтобы узнать, нравится ли тебе жить с твоими тетей Петунией и дядей Верноном или, может быть, ты хочешь переехать жить ко мне?

- Жить с тобой? - Спросил Гарри, широко раскрыв глаза. - Жить здесь?

Сириус кивнул, улыбнулся Гарри и усадил его к себе на колени.

- Ты бы хотел остаться здесь, со мной, Гарри?

Гарри улыбнулся ему, его ясные глаза были полны доверия, когда он кивнул.

- Да, пожалуйста. Я постараюсь не быть неблагодарным.

- Тсс, я не хочу слышать, как ты это говоришь. Я так благодарен, что ты здесь, со мной. - Он поцеловал Гарри в макушку и улыбнулся, когда тот прислонился к нему спиной. - Гарри, ты можешь хоть что-то для меня сделать?

Гарри повернулся к нему, широко раскрыв глаза, и кивнул.

Сириус нежно провел пальцами по его густым спутанным волосам.

- Ты можешь рассказать мне, откуда у тебя эти отметины на спине? Те, которые никто не должен был видеть. Гарри задрожал, и Сириус притянул его ближе, обнимая. - Сириус пообещал, что никто и никогда больше не причинит тебе такой боли, Гарри. - Здесь ты в безопасности. Но ты должен рассказать мне, что произошло, чтобы я мог быть уверен, что никто и никогда больше не причинит тебе боли.

Гарри обнял Сириуса за шею и не отпускал, а Сириус нежно гладил его плечи и верхнюю часть спины. Они сидели так так долго, что Сириус уже решил, что тот не собирается с ним разговаривать, но тут он услышал шепот у своего уха.

- Я сожг бекон, потому что Потрошитель загнал меня на дерево.

- Кто такой Потрошитель?

- Пес тети Мардж. Он плохой пес. Не такой, как ты. Ты хороший пес. Он не любит никого, кроме тети Мардж. Она велела ему съесть меня, и я убежала, потому что он хотел бекона. Я залез на дерево, а дядя Вернон так сильно тряхнул дерево, что я упал. Я поранил руку, - сказал Гарри, держась за нее так, словно она все еще болела.

Сириус взял Гарри за руку и нежно поцеловал в то место, которое Гарри потирал, а Гарри одарил его милой улыбкой.

- Тетя Мардж схватила меня за ушибленную руку и потащила в дом. Она сорвала с себя ремень и отдала его дяде Вернону. Она сказала, что меня нужно научить, как быть хорошим мальчиком, как правильно себя вести. Затем она усадила меня на стул, и дядя Вернон ударил меня. Я заплакал, а она ударила меня по щеке, - со слезами на глазах сказал Гарри, когда Сириус нежно поцеловал его в щеку.

- Я старалась не плакать, но было так больно. И тетя Мардж сказала дяде Вернону, что он бил меня не очень сильно, поэтому он бил меня снова и снова, а потом вошла тетя Петуния и закричала. Она оттолкнула тетю Мардж, стащила меня со стула и повела в ванную, промыла мои порезы и заставила пообещать, что я никому не расскажу о случившемся. Она сказала, что дядя Вернон очень разозлится, если я расскажу. Затем она заставила меня подойти к чулану и заперла внутри. Она не разрешила мне выйти на завтрак. Мне пришлось пойти пописать на свою кровать, - сказал он, краснея и со слезами на глазах. - Тетя Петуния была сумасшедшей.

- Кто такая тетя Мардж, Гарри? - Спросил Сириус, испытывая некоторое облегчение от того, что Петуния, по крайней мере, увидела ужас в том, что сделал ее муж, по крайней мере, с точки зрения смущения, а не реальной озабоченности, но все еще злясь, потому что она ничего не сделала, чтобы остановить это, и заперла своего племянника в чулане, чтобы уморить его голодом и заставить сидеть в своей комнате. Мерлин знал, как долго он был в грязи, как будто это он был виноват в том, что его избили.

- Сестра дяди Вернона. Она говорит, что я неблагодарная маленькая дрянь, которая заслуживает всяческого дерьма. Тетя Петуния разозлилась, когда я спросила, что это за дрянь.

Сириус кивнул, надеясь, что Гарри не почувствовал исходящего от него гнева.

- Это не очень-то приятно, Гарри. Тетя Петуния и дядя Вернон часто запирали тебя в чулане?

- Ага. Дядя Вернон каждый вечер после ужина запирает дверь, и я никогда не выхожу, пока не наступит время завтрака. Тетя Петуния дает мне пять минут на то, чтобы сходить в туалет, а потом я должен приготовить завтрак. Только когда не подгорает бекон или нет тостов для меня, - серьезно сказал ему Гарри. - Мне грустно, когда я не получаю тост, и тогда у меня болит живот.

- У тебя было много еды, Гарри? Я имею в виду, что ты ел в доме тети Петунии и дяди Вернона?

Гарри пожал плечами.

- Если у меня подгорела еда, я должен ее съесть, потому что я мусор, поэтому могу есть мусор. Иногда с теплым хлебом и кусочками сыра. Однажды я ел клубнику, - сказал Гарри таким удивленным голосом, словно клубника была самой волшебной вещью, которую он мог себе представить. - А когда я упал в школе и ушиб колено, мисс Эмили подарила мне красный леденец на палочке.

- Цветочек, посмотри на меня, - сказал Сириус, дождавшись, пока взгляд Гарри упадет на него. - Ты не мусор. Ты совершенно особенный, невероятно любимый маленький мальчик, который заслуживает в жизни только самого лучшего. Я хочу, чтобы ты это запомнил,

Гарри кивнул.

- хорошо.

- Гарри, дядя Вернон больше никогда не обижал тебя после того дня с тетей Мардж?

Гарри сморщил нос.

- Иногда, когда я задаю вопрос, он вот так обнимает меня за шею. - Он потянулся вперед и положил свою маленькую ручку на шею Сириуса, пытаясь обхватить ее. - Он держит меня, и мне больно, и я не могу дышать. Иногда он просто отпускает меня или швыряет в чулан или об стену. Это всегда причиняет боль, поэтому я не задаю вопросов.

- Ты можешь задавать мне миллион вопросов каждый день, если захочешь, - сказал Сириус, целуя Гарри в лоб.

Гарри потянулся, чтобы коснуться губ Сириуса кончиками пальцев, и вздрогнул, когда Сириус поцеловал кончики пальцев.

- Почему ты касаешься меня губами?

Сердце Сириуса слегка дрогнуло, когда он снова поцеловал его в лоб.

- Это поцелуй, - он поцеловал Гарри руку и улыбнулся ему. - Это значит, что я люблю тебя. Иногда это помогает избавиться от боли, иногда это просто означает "привет" или "прощай", но всегда означает, что я люблю тебя.

Гарри улыбнулся и нежно коснулся губами щеки Сириуса.

- Вот так?

На глаза Сириуса навернулись слезы, когда он вспомнил, с какой легкостью Гарри, будучи ребенком, осыпал их всех крупными влажными поцелуями. Ремус, Джеймс, Лили и Питер - бездельники, - говорил он, прежде чем запечатлеть на твоем лице или губах большой влажный поцелуй. И теперь бедный мальчик даже не знал, что это такое.

- Точно так же, Гарри, слюнь, - сказал он, улыбаясь. - Так ты называл их, когда был маленьким.

- почему? - Спросил Гарри с глазами, полными недоумения. - Слюнь?

- Чмок-чмок, - с улыбкой ответил Сириус. - Это еще одно слово, обозначающее поцелуи, и твоя мама всегда говорила, что хочет чмок-чмок, а ты не мог этого сказать, поэтому говорил "слюнь". - Сказал он ему.

Гарри нежно поцеловал Сириуса в щеку и улыбнулся.

- Молодец, дядя Бродяга.

Сириус в свою очередь поцеловал его в щеку.

- Спасибо, Сохатик.

Камин засветился зеленым, и Гарри крепче сжал его шею. Сириус нежно провел рукой по его спине.

- Все в порядке, это просто камин, помнишь, как он крутился?

Гарри улыбнулся воспоминаниям, держась за Сириуса, когда тот встал, и из камина вышел высокий худой мужчина с длинной белой бородой.

- Альбус! - Сириус удивленно воскликнул: -Я не ожидал тебя увидеть.

Дамблдор кивнул, аккуратно отряхивая пыль со своей мантии.

- Я знаю, но я хотел лично рассказать тебе о своем дне в министерстве. Привет, Гарри.

Гарри уткнулся лицом в плечо Сириуса.

Сириус нежно погладил его по спине и осторожно усадил на диван, слегка польщенный тем, что Гарри попытался удержаться, прежде чем согласился сесть сам.

- Гарри, это профессор Дамблдор. Он директор Хогвартса. Это школа, в которую ходили я, твои родители и дядя Лунатик. Можешь передать привет?

- Здравствуйте, сэр, - тихо сказал Гарри, хватая плюшевую лань и снова прижимая ее к себе.

Дамблдор тепло улыбнулся, его глаза светились таким дружелюбием, что Гарри улыбнулся в ответ.

- Привет, Гарри, приятно видеть вас снова. И что это ты так крепко держишь в руках?

- Лань. Ее зовут Лили.

Сириус улыбнулся и пожал плечами, глядя на Дамблдора.

- Патронусом Лили была лань, а Джеймса - олень, я подумал, что он хотел бы иметь мягких игрушек в качестве напоминания, понимаешь? - Когда Дамблдор кивнул, он скрестил руки на груди. - Итак, что происходит? Ты ходил в Министерство магии?

Дамблдор кивнул.

- Я так и сделал. Я объяснил Корнелиусу, что Петунии Дурсль была предоставлена опека над Гарри, поскольку она была его единственной кровной родственницей, и что опекун, выбранный его родителями, был незаконно заключен в тюрьму. Теперь, когда вы были признаны невиновным, все обвинения сняты и вычеркнуты из вашего досье. Теперь вы являетесь его законным опекуном и, следовательно, должны иметь возможность получить соответствующий статус. Корнелиус объяснил, что это будет простая замена, и менее чем через двадцать четыре часа вы сможете претендовать на единоличную опеку.

- Что он сказал о том, как обошлись с Гарри? - Спросил Сириус, не сводя глаз с Дамблдора. - Я не шутил, Альбус. Я хочу, чтобы они были наказаны.

- Я понимаю, Сириус, и эта часть займет немного больше времени. Сегодня днем я получил копию его медицинской карты от целительницы Алтеи Кастелланос. Не считая рубцов на его спине и недоедания, у вас есть еще доказательства плохого обращения с ним?

Сириус кивнул.

- Он только что рассказал мне кое-что из этого перед вашим приходом. Физическое и психологическое насилие напоминает мне о доме. Слава Мерлину, они магглы, потому что, если бы у них был доступ к Круциатусу, они, вероятно, тоже бы им воспользовались.

- Сириус, никто не стал бы использовать это против ребенка, - строго сказал Дамблдор, его глаза потемнели от ярости. - Даже не шути на эту тему. -

Сириус подумал, что, вероятно, лучше не говорить Дамблдору о том, как часто Вальбурга Блэк использовала этот особый метод в качестве наказания, когда он был ребенком.

- Ладно, в любом случае, что происходит?

- Департамент авроров расследует это дело под руководством департамента Корнелиуса. Чем больше фактов у нас будет, тем больше преступлений мы сможем связать с ними. Но Аластор говорит, что они могут быть оштрафованы и, возможно, провести некоторое время в тюрьме, если мы будем настаивать на этом

- Азкабан? - С надеждой спросил Сириус, представляя себе этого кита, съежившегося от дементоров в одиночестве в темной камере, более приятным для глаз, чем следовало бы.

- Вряд ли, - сказал ему Дамблдор. - Маггловская тюрьма. Аластор планирует представить дело маггловским правоохранительным органам, а затем попросить их разобраться в этом деле. Он сделает все так, что никто не станет искать Гарри или выяснять, где он сейчас находится. Но они будут наказаны.

Гарри встал, схватил Сириуса за руку и сжал ее.

- Мне нужно в туалет.

Сириус улыбнулся и поднял Гарри с дивана.

- Я же говорил тебе, малыш, тебе не обязательно спрашивать. Продолжай. - Гарри поспешил вверх по лестнице, а Сириус, глядя ему вслед, повернулся к Дамблдору. - Они отказали ему в праве на туалет, Альбус. Настолько, что в свою первую ночь здесь он обмочил постель, потому что боялся сходить в туалет без разрешения. А потом он испугался, что я ткну его лицом в грязные простыни. Этого не стоит бояться.

- Нет, - сказал Дамблдор печальным голосом. - Так не должно быть. Сириус, я знаю, что ты не хочешь этого слышать, но я очень сожалею, что поместил Гарри туда. Я думал, что, как сестра его матери, она будет защищать его и относиться к нему как к племяннику, если не к собственному ребенку. В то время я думал, что это лучший выбор для ребенка.

- Иногда, Альбус, твой выбор - дерьмо. Тебе следовало отдать его Ремусу.

Дамблдор кивнул.

- Я старый человек, Сириус, и иногда этот выбор действительно дерьмовый. - Он потянулся за каминным порошком и оглядел коттедж. - Здесь очень мило. Защита сильная, и чувствуется, что он надежно защищен. Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится для Гарри, пожалуйста, не стесняйся, спрашивай.

- Спасибо, - сказал ему Сириус, наблюдая, как он исчезает в пламени.

Воспоминание растворилось, закружилось и сменилось тем, что он снова оказался в гостиной Блэк-коттеджа. Гарри сидел на диване, крепко держа в руках свою мягкую собачку, и его ярко-зеленые глаза наблюдали за Ремусом.

- Это было всего несколько дней спустя, - сказал ему Ремус. - Ты все еще не доверял мне так сильно, как Сириусу.

Джинни схватила Гарри за руку, когда он вспомнил о Ремусе.

- Итак, Гарри, чем бы ты хотел заняться сегодня? - Спросил Ремус, присаживаясь на диван рядом с ним.

Гарри слегка отодвинулся от него и пожал плечами.

Ремус тепло улыбнулся ему, стараясь не обращать внимания на боль в сердце при мысли о том, что Гарри отодвинется от него хотя бы ненадолго.

- Это Бродяга у тебя на руках?

Гарри кивнул, улыбаясь.

- Ты не собираешься поговорить со мной сегодня, Гарри? - Спросил его Ремус, все еще улыбаясь. - Если я не знаю, что ты хочешь делать, как же мы сможем повеселиться вместе?

Гарри прикусил губу, а затем тихо заговорил.

- Мне нравятся твои истории, дядя Лунатик.

Ремус улыбнулся. Он любил рассказывать истории, и делиться ими с очаровательным маленьким мальчиком, сидящим перед ним, было одним из его любимых занятий в прошлом. Затем он улыбнулся сам себе. У него появилась отличная идея.

- У меня есть идея, Гарри. Не хочешь ли отправиться со мной в небольшое приключение ради историй?

- Ради историй? - Спросил Гарри, широко раскрыв глаза.

Ремус кивнул.

- Да. - Он встал и протянул руку. - Хочешь пойти со мной?

Гарри уставился на него на мгновение, а затем вложил свою руку в руку Ремуса и встал.

- хорошо.

Ремус указал на камин.

- Нам придется воспользоваться камином, чтобы добраться туда. Дядя Сириус сказал, что тебе нравится камин.

- Он вращается! - Воскликнул Гарри, ухмыляясь.

Ремус схватил блокнот, лежавший на каминной полке, и быстро нацарапал Сириусу записку, сообщая, что они вернутся к ужину, а затем улыбнулся Гарри, наклонился и протянул к нему руки.

- Тогда давай.

Гарри не сводил с него глаз, когда позволил Ремусу взять себя на руки, пес по-прежнему уютно устроился у него на руках. Он перебрался на бедро мужчины, и тот обнял его, мягкая игрушка оказалась между ними, когда они вошли в камин.

- Держись крепче, Гарри.

Затем раздался свист, и они оказались в "Дырявом котле". Ремус отряхнул их обоих, поздоровался с барменом и направился в маггловский Лондон, все еще держа Гарри на руках.

- Ты когда-нибудь ездил на метро, Гарри?

Гарри покачал головой, когда Ремус отнес его на станцию метро, опустил деньги в кассу и повел к поезду лондонской подземки.

- Это очень быстро, - сказал ему Ремус, когда они сели в поезд. Там было только одно свободное место, поэтому Ремус осторожно усадил Гарри к себе на колени, продолжая обнимать мальчика за талию.

Гарри с интересом оглядел собравшихся. В дверях появился очень крупный мужчина и начал проталкиваться сквозь толпу. Гарри напрягся и придвинулся ближе к Ремусу, прижав голову к его груди.

Ремус нежно провел руками по его спине.

- Ш-ш-ш, все хорошо. Со мной ты в безопасности, - пообещал Ремус.

Гарри посмотрел на него с благодарностью в ярко-зеленых глазах, и Ремус улыбнулся ему.

- Смотри, мы начинаем!

Поезд тронулся, и Гарри перевел взгляд на окна, пытаясь разглядеть пролетающие мимо предметы. Они пробыли в поезде меньше десяти минут, прежде чем Ремус встал, обняв Гарри за бедра, и они направились со станции в Паддингтонскую библиотеку.

Ремус поставил Гарри на ноги, когда они вошли в библиотеку, и протянул руку, чтобы Гарри взял ее, улыбнувшись, когда маленькая ладошка легла в его ладонь.

- Это волшебное место, полное историй. Это называется библиотека, Гарри. Ты когда-нибудь бывал там раньше?

Гарри покачал головой, его глаза расширились, когда он оглядел все книги.

Ремус улыбнулся.

- Это место, где собраны тысячи историй. Пойдем, посмотрим, что мы сможем найти

Гарри кивнул и с готовностью последовал за ним в детскую секцию. Ремус сел на пол перед одной из полок и жестом предложил Гарри сделать то же самое. Гарри сел рядом с ним и сложил руки на коленях.

- Ты можешь посмотреть любую книгу, какую захочешь. Какая из них понравилась тебе, Гарри?

Взгляд Гарри упал на книгу в твердом переплете, исписанную зеленым шрифтом, и он указал на нее.

- Продолжай, - настаивал Ремус, улыбаясь, когда Гарри медленно и осторожно снял книгу с полки, словно она была сделана из драгоценного стекла. Он с улыбкой показал ее Ремусу. - "Ветер в ивах" Кеннета Грэхема, - прочитал Ремус.

- Там лягушка ловит рыбу рядом с... крысой и... с...

- Барсук, - с улыбкой пояснил Ремус, когда Гарри осторожно открыл книгу и наткнулся на полное изображение маленького домика и карту леса.

- Там тоже есть крот, и он одет в пальто, - сказал ему Гарри.

Ремус улыбнулся.

- Конечно.

Гарри протянул книгу Ремусу.

- Ты можешь почитать мне, дядя Лунатик? Пожалуйста, дядя Ремус?

Ремус улыбнулся, удивленный тем, что Гарри изменил его имя.

- Я был бы рад. Но прежде чем я это сделаю, давай продолжим поиски других книг. Он взял книгу у Гарри и положил ее на пол рядом с ними. - Потому что, знаешь, что самое удивительное в библиотеке?

Гарри покачал головой.

- Нет. Что?

- Ты можешь выбрать столько историй, сколько захочешь, а мы можем принести их домой и почитать.

- Я могу отнести их обратно в дом дяди Бродяги?

Ремус кивнул, улыбаясь ему.

- Ты можешь забрать их домой, а когда прочтешь, мы вернем их, и ты сможешь обменять их на новые истории. Что думаешь?

Глаза Гарри заблестели.

- Давай поищем еще истории, дядя Лунатик.

Ремус ухмыльнулся.

- По-моему, это хорошая идея.

Тридцать минут спустя Гарри радостно расхаживал по библиотеке, а Ремус держал в руках десять книг. Он улыбнулся, увидев волнение в глазах Гарри, когда тот понял, сколько книг он возьмет с собой домой.

Ремус подвел его к стойке регистрации, и они оформили Гарри на его собственный читательский билет. Гарри с благоговением уставился на карточку со своим именем и поблагодарил женщину, когда она протянула ее ему.

- Ваш сын такой вежливый, - сказала библиотекарь Ремусу.

- О, он не...

- И такой воспитанный, - продолжила она с улыбкой. - Надеюсь, тебе понравятся твои истории, Гарри.

Гарри улыбнулся ей, когда Ремус поблагодарил библиотекаршу, положил книги в свою сумку и взял Гарри за руку.

- Куда бы ты хотел пойти дальше, Гарри? Ты проголодался?

Гарри покачал головой.

- Можно мне, пожалуйста, попить воды?

- Конечно, - улыбнулся Ремус. Они направились в маленькую кофейню на вокзале, и Ремус указал на меню. - Ты можешь заказать все, что захочешь, крошка. Тебе принести воды или шоколадного молока, или, может быть, сока или лимонада? Что бы ты хотел?

Гарри удивленно уставился на него.

- Я могу выбрать?

Ремус кивнул, доставая бумажник из заднего кармана.

- Конечно, можешь.

- Шоколадное молоко, пожалуйста, - с улыбкой сказал Гарри, когда они подошли к стойке, и Ремус заказал два маленьких шоколадных молока и добавил к ним два шоколадных печенья.

Он подвел Гарри к одному из столиков, и они заняли свои места. Он открыл молоко, положил в него соломинку, протянул ее через стол вместе с печеньем и улыбнулся.

- Я сам большой поклонник шоколада, - сказал он, отламывая кусочек двойного шоколадного печенья и откусывая кусочек. - А это шоколадный рай.

Гарри облизнул губы, отломил кусочек печенья, чтобы попробовать его, и улыбнулся.

- Ммм, шоколадный рай.

Ремус усмехнулся, открывая свое шоколадное молоко.

- Итак, Гарри, тебе нравится жить с дядей Сириусом?

Гарри кивнул, широко раскрыв глаза.

- Он милый. Он превращается в большую собаку. И он играет со мной, и он идеально готовит сыр "Сириуса" на гриле. От него пахнет лесом.

Ремус улыбнулся, услышав это описание. Сириус действительно часто пах древесиной и немного кожей. Это была смесь мыла, которым он пользовался, и куртки, которую он всегда носил, и Гарри, очевидно, находил это успокаивающим.

- Он просто замечательный. Он мой лучший друг.

- Дядя Сириус сказал, что мой папа был его лучшим другом. - Сказал Гарри, потянувшись за очередным кусочком печенья и посмотрев на Ремуса, чтобы убедиться, что ему можно.

Ремус с улыбкой пододвинул печенье к Гарри.

- Мы все были лучшими друзьями. Я, Сириус и твой папа. Я знаю их с одиннадцати лет. Как тебе нравится твоя комната?

- Она большая! И у меня есть своя кровать с красным одеялом, на котором изображен лев. Дядя Бродяга сказал, что это Гриффиндор. А на стене висит плакат с людьми, летающими на метлах, и он двигается! - Сказал ему Гарри, подпрыгивая на стуле. - Картинка движется, дядя Лунатик!

- Правда? Ты уверен? - Спросил Ремус, допивая шоколадное молоко и пододвигая к Гарри остатки печенья.

Гарри с готовностью кивнул.

- Правда! Дядя Бродяга сказал, что собирается показать мне, как летать на метле, но сначала я должен подрасти.

- Похоже, у тебя это получается как дома, - сказал он, улыбаясь. - Я рад это слышать. Может быть, иногда ты сможешь навещать меня дома.

- почему? - С любопытством спросил Гарри.

- Ну, чтобы мы могли играть и веселиться вместе, как сегодня.

- Хорошо, - сказал он с улыбкой. Он доел печенье и выпил все молоко, а затем посмотрел на Ремуса из-под ресниц с легкой улыбкой на лице. - Дядя Лунатик?

- Да, сохатик?

Услышав это прозвище, Гарри улыбнулся еще шире, а затем стал серьезнее, теребя пальцами джинсы, которые были на нем надеты.

- Дядя Бродяга собирается оставить меня у себя навсегда?

- Оставить тебя навсегда? - Спросил Ремус, вопросительно приподняв бровь. - Что ты хочешь этим сказать, Гарри?

Гарри пожал плечами, подняв глаза на Ремуса.

- Он не отправит меня обратно?

Ремус вздохнул и жестом пригласил Гарри подойти поближе.

- Иди сюда, маленький Сохатый.

Гарри спрыгнул со стула и встал перед Ремусом.

- Ты посидишь со мной? - Спросил его Ремус. Гарри кивнул, и Ремус взял его на руки, посадив к себе на колени. - Мы с дядей Сириусом... мы оба очень тебя любим. Ты для нас самый важный маленький мальчик на свете. Мы хотим, чтобы ты был в безопасности и счастлив, и мы бы никогда не отослали тебя прочь. Никогда, - пообещал он ему.

Гарри смотрел на него широко раскрытыми глазами, а Ремус наклонился и нежно поцеловал его в лоб. Гарри вздрогнул, но затем обнял его и крепко прижал к себе. Ремус обнял его в ответ, смаргивая слезы.

- Спасибо, - сказал Гарри, уткнувшись ему в плечо.

- Не за что, маленький Сохатый. За что ты меня благодаришь?

Гарри положил голову ему на плечо, когда говорил.

- Ты же не хочешь прогонять меня.

- Никогда, - с улыбкой ответил Ремус. - Я люблю тебя, и дядя Сириус любит тебя, и мы всегда будем рядом с тобой. Всегда.

Гарри прижался губами к щеке Ремуса и слегка улыбнулся ему.

- Успокойся, дядя Лунатик.

Ремус рассмеялся.

- Это то, что ты говорил, когда был маленьким. Но мне нравились твои слаг тогда, и я люблю их сейчас.

Гарри протянул руку и осторожно провел пальцами по поблекшему шраму на левой щеке Ремуса.

- У тебя большой шрам.

Ремус кивнул и медленно выдохнул.

- У меня много шрамов, Гарри.

Гарри осторожно коснулся шрама на брови Ремуса.

- И еще один вот здесь, - сказал он, откидывая назад волосы, чтобы показать Ремусу молнию на лбу. - У меня тоже есть шрам.

Ремус улыбнулся ему.

- Да, это так. - Он наклонился и, улыбаясь, прижался губами к молнии.

Гарри улыбнулся ему и поцеловал шрам на щеке Ремуса.

- Мы похожи.

Ремус прикусил губу, когда она задрожала. Этот маленький мальчик, этот драгоценный маленький мальчик лучезарно улыбался ему, и Ремус почувствовал, как его сердце наполняется любовью. Он никогда и никому больше не позволит причинить себе боль.

- Да, малыш, мы одинаковые.

А потом он обнял ребенка и постарался не заплакать.

Когда воспоминания рассеялись, Тонкс слезла с колен мужа и пересекла комнату, чтобы поцеловать Гарри в лоб.

- Ты был самым невероятным ребенком на свете. Он нуждался в тебе так же сильно, как и ты в нем, ты это знаешь, верно?

Гарри улыбнулся ей.

- Они замечательные отцы.

Сириус и Ремус улыбнулись ему.

Зи прочистила горло.

- Они били тебя и морили голодом? Они были худшими магглами, каких только можно вообразить... Дорогой, мне так жаль.

Гарри пожал плечами и вздохнул, когда его девушка обняла его.

- Это было так давно, что я уже почти ничего не помню

- Гарри... Я всегда знала, что что-то случилось. Ты боялся моего отца, а он самый добрый человек из всех, кого я знаю. Но я и представить себе не могла... - Джинни замолчала.

Он пожал плечами.

- На самом деле я почти ничего не помню. Просто иногда это приходит ко мне в виде вспышек или во сне.

Джинни наклонилась и нежно поцеловала его в губы, не заботясь о том, что они были в солярии в окружении его родителей.

- Тебя так любят.

Сириус широко улыбнулся.

- Она права. Джинни, хранительница, Гарри.

- Вообще-то она Охотница, дядя Сири.

Сириус закатил глаза.

- Ха-ха. Ты такой смешной.

Гарри смущенно улыбнулся.

- Своим шуткам я научился у тебя.

- Сопляк, - ласково сказал Сириус. Он повернулся к Джинни: - Ты когда-нибудь видела фотографию Гарри в платье принцессы? Розовое, с оборками и тюлем?

- У него больше одного платья? - спросила она, и в ее глазах заплясали смешинки.

- О, да, однажды я преобразила всю его одежду в платья, и он даже не вздрогнул.

Джинни повернулась и улыбнулась Гарри.

- Тюль? Мне нужно это увидеть.

- Сириус, у тебя все еще сохранилась фотография, на которой он бегает голышом, как только научился ходить? Помнишь ту, где Джеймс заворачивает его штучки в полотенце и он срывает его, чтобы показать себя? Спросил Ремус с озорной ухмылкой. - Вот это позорное фото!

Он застонал и уткнулся лицом в шею Джинни.

- Что я такого сделал, чтобы заслужить это?

Но он улыбался, когда Сириус доставал фотографии, и думал о том, что, несмотря на возникающие время от времени неловкости, у него была прекрасная жизнь, и он ничего в ней не изменит. Даже плохого.