# Бьерн и столпы вечности. Глава 2

Аноним Galinasky

Поход за водой. Нападение дикарей на лагерь. Ужасный эфирный ветер. Развалины.

Мы пошли искать проход к ручью. И нашли уже гниющие трупы путешественников. Или бандитов, ну или марадеров. Как сказала Калиска ходящая по этим лесам не первый год - это плохой знак.

- Мы прошли мимо ручья, я мостик видела.

- Пошли тогда обратно.

Наконец мы вышли на каменный мостик через огромный горный ручей.

- Какой сюрприз. Спарфел ушел на охоту. Хотя бы бурдюки оставил. Пошли, нам же нужна вода.

Вот скотина, он у меня точно в глаз получит, как я на ноги встану нормально.

Я спускаюсь к ручью и опускаю свой бурдюк в прохладную воду. Заодно наполняю свою флягу. Это конечно не кипяченая вода, но я дома привык пить из ручьев и расстройствами кишечника почти не страдаю.

Калиска в это время стоит на страже. Поднявшись к ней я вижу, что она вглядывается в лесную опушку. Из-за деревьев выходит Спарфел, один из проводников. Его силуэт едва различим на фоне деревьев при тусклом свете луны. Лука при нем нет, он тяжело дышит, и двигается как-то странно пошатываясь.

Калиска сводит брови.

- Спарфел? Ты в порядке?

Спарфел спотыкается о камень и тяжело падает вперед. Между его лопаток словно вражеский флаг дрожит оперенное древко стрелы.

- засада! - кричит мне Калиска. И нас окружают дикари. Блядь! Я хватаюсь за меч и прикрывшись щитом кидаюсь тем что стоят у тела Спарфела. Калиска отбивается от тех которые появились со стороны моста. Наконец все дикари мертвы.

- Пошли, нам нужно вернуться в лагерь!

- Подожди, я трофеи соберу.

Мы вбегаем в наш лагерь. Вокруг нас на залитой кровью земле, лежат растерзанные трупы путешественников. Они утыканы стрелами и ножами, их лица перекошены, глаза широко раскрыты.

Калиска закрывает рот тыльной стороной ладони, я же спокойно смотрю на это. Обычный набег на соседей по острову заканчивался так же. Калиска пытается отгородиться от страха, будто это ядовитый пар, мне же страх предает сил, только в отличии от бурого мишки я не убегаю прочь теряя портки, а готовлюсь к бою с дикарями. Как их там? А, Гланфантанцами.

Несколько темных фигур стоят над трупами или ходят прямо по головам и спинам, выдергивая топоры из тел, как из недоколотых бревен. Они окружают нас готовясь пополнить моим телом беспорядочную груду тел вокруг. Твари.

Один из воинов, высокий с густой бородой, завязанной узлами, держит влажный от крови клинок у горла мужчины в котором я узнаю Хеодана, последнего оставшегося в живых из всего каравана.

- Положи оружие нарушитель! Не стоит жертвовать его жизнью ради битвы в которой тебе не победить.

- Мы ничего не нарушали, мы только хотели пройти мимо. - Раздраженно произношу я, оглядывая дикарей. Многовато их. А я болен. Хорошо, что со мной Калиска.

- Мне не нужны твои оправдания. Я верю своим глазам. Вторжение карается смертью. Повторяю, сложи оружие! - да щаз, разбежался!

- Не слушай их, они убьют нас всех! - орет мне Ходан. Он уже похоже смирился со смертью.

- Мы не виновны. Ты не выслушаешь голос разума?

- Мы знаем, что в руины проникли чужаки. Мы видели следы, слышали отголоски. А теперь вы должны ответить перед богами.

Твою мать. В руинах кто то был, а тут мы лагерем встали. Блядь. Из-за какой-то дрянной случайности погибло столько народу.

- Только глупец нападает на слабейшего противника пока сильный еще жив. - пытаюсь я вызвать на бой главаря.

Мужчина обдумывает эти слова, оглядывая меня с ног до головы.

- Хм. Пока.

Он толкает Хеодана на меня и сразу же протыкает его мечом. Хеодан вскрикивает и спотыкается, но его рука скользит к поясу и он рывком выпивает зелье регенерации. Но на его груди уже растекается кровавое пятно.

Мужчина делает ко мне шаг на встречу и высоко поднимает топор.

Я и этот дикарь. Вперед, пока Калиска убивает остальных.

Варвары повержены. Я наконец-то подрубаю ноги вожаку и он в крови падает на залитую кровью землю.

Он лежит навзничь на земле, неспособный подняться. Его товарищи замерли словно мертвецы вокруг. Дыханием мужчины становиться прерывистым, судорожным, он смотрит не на меня, а на небо над своей головой.

- Прости нас.

В воздухе слышен шепот ветра, почти не различимый из-за хрипа умирающих. Глаза мужчины закрываются.

- Хорошо. Хорошо. Боги справедливы. - Странная улыбка появляется на лице дикаря. - Я готов.

Ветер начинает усиливаться, а я вспоминаю предупреждение Одемы на счет погоды. Ветер носится по лагерю беспокойный и волнующий, переворачивает горшки и теребит палатки, словно злой дух.

Я чувствую, как он проникает под кожу, прорывается внутрь, словно гигантская волна через дамбу. Он пронзает меня насквозь и разрывает на части изнутри.

Одема сидит в центре воющей круговерти, прислонившись к колесу повозки. Его тело разорвано от груди до живота. Едва пошевелившись, он с трудом поднимает голову, полузакрытые глаза смотрят прямо на нас.

- Внутрь. БЕГОМ! - Орет он нам и отрубается от боли.

По лагерю кружат фиолетовые вихри и огоньки. Ветер почти сбивает меня с ног, и каждой шаг дается мне с трудом. Наконец я чувствую под ладонями шершавую поверхность скал и начинаю карабкаться наверх.

Я привык лазить по скалам в долинах, но я никогда не делал этого при шквальном ветре.

Мои руки подводят меня, но я успеваю забраться на выступ до того, как последние силы покидают меня. Я делаю пару глотков воды из фляги, и жду своих спутников.

Хеодан где-то сзади. Сначала он замешкался а теперь рана не дает ему идти быстрее. Он уже почти у самых скал, но тут один из лежавших на земле нападавших, притворяющийся мертвым бросается на него и кидает на каменистую почву.

Настигнутый врасплох Хеодан сперва ничего не может понять, но потом пытается высвободиться из рук противника. Они совсем близко от меня. Не смотря на то что дует сильный ветер, если я швырну свой клинок, то гарантировано попаду. Хрен с ним с мечом. Новый куплю.

Я попадаю точно в спину нападающего. И Хеодану удается освободиться. Встав на ноги он пытается вскарабкаться на скалы. Но когда он уже почти достиг вершины, порыв ветра откидывает его, и левая рука срывается.

Но мне удается поймать её. Распластавшись на камне я тяну его вверх изо всех сил. Хлюпик, а тяжеленный. Кажется, что мою руки сейчас оторвутся. Силы покидают меня как раз в тот момент, когда Хеодан забрасывает ногу на дрожащий скальный карниз. Калиска уже стоит, пригнувшись рядом.

Я ощущаю в бушующем ветре какую-то вибрацию. Она эхом отдается в камнях на которых я стою и в моей собственной груди. Мне кажется что она вытрясает мои внутренности.

Каждый порыв сотрясает старые камни и грозит обвалом. Я бросаюсь в проход и слышу, как позади меня обрушивается огромная каменная арка.

Мы спасены. Но вот надолго ли. Я тяжело дышу и пью. Воду из фляжки. Надо отвар из ягод сделать, и напиться его. Живот болит все сильнее. И у меня ужасный сушняк.

- Что это было? - ошарашено спрашивает Калиска, пытаясь отдышаться.

Хеодан с трудом выговаривает слова.

- Биауак. Что еще?

- Тогда нам повезло что мы остались живы.

- Да уж. Буду старым, сяду на завалинку и буду травить внукам байки, как в молодости от биауака бегал.

- Только нам и повезло. - устало ворчит Хеодан. Зелье не дало ему сразу умереть, но ранение все еще не затянулось.

- Нам нельзя здесь оставаться. Что-нибудь снова может обрушиться. В любом случае тем путем мы не выберемся. - Женщина смотрит на огромный завал. - Давайте попробуем пробраться внутрь.

Она бросает взгляд на красную полосу, проступающую на животе Хеодана.

- Ты можешь идти?

Стиснув зубы Хеодан кивает. Мы обходим огромный парящий провал в полу руин и идем к проходу в глубь строения, когда Хеодан останавливается держась руками за грудь. С каждым вздохом грудь парня высоко поднимается и опадает.

- Наверно, мы отошли достаточно далеко. Но что теперь делать?

- Поищем другой выход. Буря же закончиться когда-то.

- Что там произошло? Я никогда не видел ничего подобного.

Калиска качает головой.

- Буря. Такие бывает только в Эйр-Гланфате. Немногим удается пережить подобное. Так что мы мало о них знаем. Гланфантанцы называют такие бури биауак. Они считают что с их помощью боги отправляют на небо души, которые не могут самостоятельно покинуть землю. Но вместе с мертвыми они забирают и живые. Твоя все еще на месте? - мрачно шутит женщина.

- Кто на нас напал. Это местные дикари?

- Гланфантанцы. Те самые лесные твари, о которых предупреждал Одема. Эти похожи на Клыков Галавейна - самые суровые из всех. Они бродят от одних руин к другим, сражаясь с колонистами. Бедный Одема. Наверно он предчувствовал что-то такое, когда мы свернули с проторенной дороги.

- гланфантанцы сказали, что мы проникли в руины.

- Мне в это не верится. Одема бы такого не допустил. А эти клыки, конечно, горячие ребята, но просто так гланфантанцы ни на кого не нападают. Или они что-то видели и неправильно поняли, или... - мы здесь не одни. Закончил я мысль за неё.

Женщина смотрит в проход.

- Или здесь затаились какие-то мародеры. Не лучшие соседи в нашем положении.

- Пойдем.

Хеодан делает шаг вперед, но его колени подкашиваются и прежде чем я успеваю его подхватить, он валиться на землю, ударяясь головой о древние камни.

Блядь. Нам нужен привал. Срочно.

Чтобы встать на ноги, ему приходиться опереться на стену. Но даже когда он выпрямляется, его шатает, как матроса, впервые ступившего на землю после долгого морского путешествия.

Брр, ненавижу воспоминания о море. Меня сильно укачало, пока я добирался с острова в Дирвуд.

- Может... может мы немного передохнем? - он кивает на свою рану. - Я... потерял много крови. - Он оглядывается. - Кажется, вон там - слева, спокойное местечко.

- Мне не хочется это говорить, но мы не можем здесь оставаться. Гланфантанцы видели здесь кого-то. Мародеры обычно хорошо вооружены и могут напасть на нас. Их тут, наверное, много. Все еще хотите поспать здесь часик-другой?

- Пожалуйста, мне просто нужно немного полежать, пока зелье полностью не подействует. А потом пойдем так быстро, как скажешь.

- Ты, наверное, меня не понял. Мы все здесь сдохнем если не пойдем дальше. Нам нужно либо выбираться отсюда, пока не вернулись мародеры, либо найти укромное место и переждать там.

- Мы должны рискнуть, ему нужно передохнуть. Да Ия дальше не ходок. Мне нужен отвар из ягод. А потом быстро пойдем дальше.

На лице Калиски написано отвращение.

- Тогда я вынуждена вас оставить. Без обид, но там снаружи есть дорогие мне люди, и погибнуть здесь с вами я не хочу.

Хеодан сжимает мою руку своими ладонями.

- Спасибо! Спасибо!

- Пошли налево, оттуда дымом тянет. Наверное там чей-то привал.

Мы обустраиваемся на чужих спальниках, под гневные вопли Калиски. Я отвариваю ягоды в котелке. Наконец дав отвару немного остыть я выпиваю полный котелок и заваливаюсь спать. Хеодан уже отрубился на своем спальнике.

Калиска копается в груде наших вещей, а потом сквозь дрему я слышу удаляющиеся шаги. Ну и хрен с тобой. Вали одна.