# Гарри Поттер и Кубок огня. Глава 22

Джоан Роулинг

Приглашение партнерш на рождественский бал.

- Поттер! Уизли! Будьте внимательны!

Раздраженный голос профессора Макгонагалл, словно удар хлыста, пронесся по классу трансфигурации в четверг, и Гарри с Роном вздрогнули и подняли головы.

Урок подходил к концу; они закончили свою работу; цесарки, которых они превращали в морских свинок, были заперты в большой клетке на столе профессора Макгонагалл (у Невилла все еще были перья); они переписали домашнее задание с доски ("Опишите с примерами, способы, с помощью которых трансформирующие заклинания должны быть адаптированы при выполнении межвидовых переключений"). Звонок должен был прозвенеть с минуты на минуту, и Гарри с Роном, которые в конце класса сражались на мечах с помощью фальшивых волшебных палочек Фреда и Джорджа, подняли головы: Рон держал в руках оловянного попугая, а Гарри - резиновую пикшу.

- Теперь, когда Поттер и Уизли были так добры, что повели себя соответственно возрасту, - сказала профессор Макгонагалл, бросив сердитый взгляд на них двоих, когда голова пикши Гарри отвисла и беззвучно упала на пол - клюв попугая Рона оторвал ее несколькими мгновениями ранее, - Я должна кое-что сказать. обращаюсь ко всем вам.

- Приближается Рождественский бал - традиционная часть Турнира трех волшебников, которая дает нам возможность пообщаться с нашими иностранными гостями. Теперь бал будет открыт только для четверокурсников и старше, хотя вы можете пригласить кого-нибудь из младших учеников, если хотите...

Лаванда Браун издала пронзительный смешок. Парвати Патил сильно толкнула ее локтем в бок, ее лицо исказилось от ярости, поскольку она тоже старалась не захихикать. Они обе оглянулись на Гарри. Профессор Макгонагалл проигнорировала их, что, по мнению Гарри, было совершенно несправедливо, поскольку она только что отчитала его и Рона.

- Все будут в парадных мантиях, - продолжила профессор Макгонагалл, - и бал начнется в восемь часов в День Рождества и закончится в полночь в Большом зале. А теперь...

Профессор Макгонагалл демонстративно обвела взглядом класс.

- Рождественский бал - это, конечно, шанс для всех нас... э-э... расслабиться, - сказала она неодобрительным тоном.

Лаванда захихикала пуще прежнего, прижав ладонь ко рту, чтобы заглушить этот звук. Гарри понял, что на этот раз было смешным: профессор Макгонагалл, с волосами, собранными в тугой пучок, выглядела так, словно она вообще никогда не распускала волосы.

- Но это не значит, - продолжила профессор Макгонагалл, - что мы будем смягчать стандарты поведения, которых ожидаем от учеников Хогвартса. Я буду крайне недовольна, если ученик Гриффиндора каким-либо образом поставит школу в неловкое положение.

Прозвенел звонок, и началась обычная суета, пока все собирали свои сумки и закидывали их на плечи.

Профессор Макгонагалл крикнула, перекрывая шум:

- Поттер, на пару слов, пожалуйста.

Предположив, что это как-то связано с его обезглавленной резиновой пикшей, Гарри мрачно проследовал к учительскому столу. Профессор Макгонагалл подождала, пока весь класс разойдется, и затем сказала:

- Поттер, чемпионы и их партнеры...

- Какие партнеры? - сказал Гарри.

Профессор Макгонагалл подозрительно посмотрела на него, как будто подумала, что он пытается пошутить.

- Твой партнер на Святочный бал, Поттер, - холодно спросила она. - Твой партнер по танцам.

У Гарри внутри все сжалось.

- Партнеры по танцам? - Он почувствовал, что краснеет. - Я не танцую, - быстро сказал он.

- О, да, это так, - раздраженно сказала профессор Макгонагалл. - Именно это я вам и говорю. Традиционно чемпионы и их партнеры открывают бал.

Гарри внезапно представил себя в цилиндре и фраке в сопровождении девушки в платье с оборками, которое тетя Петуния всегда надевала на рабочие вечеринки дяди Вернона.

- Я не танцую, - сказал он.

- Это традиция, - твердо заявила профессор Макгонагалл. - Вы чемпион Хогвартса и будете делать то, что от вас ожидают как от представителя школы. Поэтому обязательно найдите себе партнера, Поттер.

- Но... я не...

- Вы слышали меня, Поттер, - сказала профессор Макгонагалл самым решительным тоном.

Неделю назад Гарри сказал бы, что найти партнершу для танца - это сущая ерунда по сравнению с тем, чтобы сразиться с венгерским рогохвостом. Но теперь, когда он сделал последнее и столкнулся с перспективой пригласить девушку на бал, он подумал, что предпочел бы провести еще один раунд с драконом.

Гарри никогда не видел, чтобы так много людей записывались, чтобы остаться в Хогвартсе на Рождество; он, конечно, всегда так и делал, потому что альтернативой обычно было возвращение на Тисовую улицу, но до сих пор он всегда был в меньшинстве. В этом году, однако, все ученики четвертого курса и старше, казалось, остались, и Гарри показалось, что все они были одержимы предстоящим балом - или, по крайней мере, все девочки были одержимы, и было удивительно, как много девушек внезапно оказалось в Хогвартсе; он никогда раньше этого не замечал. Девочки хихикали и перешептывались в коридорах, девочки визжали от смеха, когда мальчики проходили мимо них, девочки возбужденно обсуждали, что они наденут в рождественскую ночь. . . .

- Почему они должны ходить стаями? - Спросил Гарри у Рона, когда около дюжины девочек прошли мимо них, хихикая и пялясь на Гарри. - Как ты собираешься заставить себя одной из них сделать предложение?

- Набросить лассо на одну из них? - предложил Рон. - Есть какие-нибудь идеи, кого ты собираешься попробовать?

Гарри не ответил. Он прекрасно знал, кого хотел бы пригласить, но набраться смелости - это совсем другое дело. ...Чоу была на год старше его; она была очень хорошенькой; она очень хорошо играла в квиддич и к тому же пользовалась большой популярностью.

Рон, казалось, знал, что происходит в голове Гарри.

- Послушай, у тебя не будет никаких проблем. Ты чемпион. Ты только что победил венгерского рогохвоста. Держу пари, они будут выстраиваться в очередь, чтобы пойти с тобой.

Отдавая должное их недавно восстановившейся дружбе, Рон постарался свести горечь в своем голосе к минимуму. Более того, к удивлению Гарри, он оказался совершенно прав.

Кудрявая третьекурсница из Хаффлпаффа, с которой Гарри никогда в жизни не разговаривал, пригласила его пойти с ней на бал на следующий день. Гарри был настолько ошеломлен, что отказался, даже не успев подумать об этом. Девушка ушла с обиженным видом, и Гарри пришлось терпеть насмешки Дина, Симуса и Рона в ее адрес на протяжении всей Истории магии. На следующий день его пригласили еще две девушки, второкурсница и (к его ужасу) пятикурсница, которая выглядела так, словно могла бы отправить его в нокаут, если бы он отказался.

- Она была довольно симпатичной, - честно признался Рон, когда перестал смеяться.

- Она была на тридцать сантиметров выше меня, - сказал Гарри, все еще нервничая. - Представь, как бы я выглядел, если бы попытался танцевать с ней.

Слова Гермионы о Краме не выходили у него из головы. "Он нравится им только потому, что он знаменит!" Гарри очень сомневался, что хоть одна из девушек, которые до сих пор просили его стать их парой, захотела бы пойти с ним на бал, если бы он не был чемпионом школы. Затем он подумал, будет ли это его беспокоить, если Чоу пригласит его.

В целом, Гарри должен был признать, что, несмотря на неприятную перспективу открыть бал перед ним, жизнь определенно улучшилась с тех пор, как он справился с первым заданием. Он больше не привлекал к себе столько внимания в коридорах, что, как он подозревал, было во многом связано с Седриком - у него была идея, что Седрик, возможно, сказал Хаффлпаффцам оставить Гарри в покое в благодарность за то, что тот рассказал о драконах. Казалось, что Седрика Диггори все меньше поддерживают! значки тоже были повсюду. Драко Малфой, конечно, по-прежнему цитировал ему статью Риты Скитер при каждом удобном случае, но это вызывало у него все меньше и меньше смеха - и, чтобы еще больше подбодрить Гарри, в "Ежедневном пророке" не появилось ни одной статьи о Хагриде.

- По правде говоря, она, похоже, не очень интересовалась волшебными существами, - сказал Хагрид, когда Гарри, Рон и Гермиона спросили его, как прошло его интервью с Ритой Скитер во время последнего урока по уходу за волшебными существами в этом семестре. К их огромному облегчению, Хагрид отказался от прямого контакта со скрутами, и сегодня они просто прятались за его хижиной, сидели за столом на козлах и готовили свежую еду, чтобы соблазнить скрутов.

- Она просто хотела, чтобы я поговорил о тебе, Гарри, - тихо продолжил Хагрид. - Ну, я сказал ей, что мы стали друзьями с тех пор, как я забрал тебя у Дурслей. "Ни разу за четыре года ему не приходилось делать выговор?" - спросила она. "Он никогда не приставал к тебе на уроках, не так ли?" Я сказала ей "нет", и она совсем не выглядела довольной. Можно подумать, она хотела, чтобы я сказала, что ты ужасен, Гарри.

- Конечно, она это сделала, - сказал Гарри, бросая кусочки драконьей печени в большую металлическую миску и беря нож, чтобы нарезать еще. - Она не может продолжать писать о том, какой я трагический маленький герой, это надоест.

- Ей нужен новый подход, Хагрид, - мудро заметил Рон, чистя яйца саламандры. - Ты должен был сказать, что Гарри сумасшедший преступник!

- Но это не так! - сказал Хагрид, выглядя искренне потрясенным.

- Ей следовало бы побеседовать со Снейпом, - мрачно сказал Гарри. - Он бы в любой момент выдал ей меня. "Поттер перешел все границы с тех пор, как впервые пришел в эту школу. ..."

- Он так и сказал, да? - спросил Хагрид, а Рон и Гермиона рассмеялись. - Ну, может, ты и нарушил несколько правил, Гарри, но с тобой все в порядке, правда?

- Твое здоровье, Хагрид, - сказал Гарри, ухмыляясь.

- Ты придешь на этот бал на Рождество, Хагрид? - спросил Рон.

- Хотя я мог бы заглянуть на него, да, - угрюмо сказал Хагрид. - Думаю, это будет неплохое предложение. Ты ведь будешь открывать танцы, да, Гарри? Кого ты берешь с собой?

- Пока никого, - сказал Гарри, чувствуя, что снова краснеет. Хагрид не стал развивать тему.

Последняя неделя семестра становилась все более бурной. Слухи о Рождественском бале ходили повсюду, хотя Гарри не верил и половине из них - например, что Дамблдор купил восемьсот бочонков подогретого меда у мадам Розмерты. Однако, похоже, это был факт, что он заказал "Странных сестер". Кем именно были "Странные сестры", Гарри не знал, так как у него никогда не было доступа к беспроводной сети волшебников, но из дикого восторга тех, кто вырос, слушая WWN (Волшебная беспроводная сеть), он заключил, что это очень известная музыкальная группа.

Некоторые учителя, как, например, маленький профессор Флитвик, отказались от попыток многому их научить, когда их мысли были далеко; он позволил им поиграть в игры на своем уроке в среду и провел большую часть урока, рассказывая Гарри об идеальном заклинании призыва, которое Гарри использовал во время первого задания "Трех волшебников" Турнир. Другие учителя были не столь щедры. Например, ничто не могло отвлечь профессора Биннса от работы над его заметками о восстаниях гоблинов - поскольку Биннс не позволил собственной смерти помешать ему продолжать преподавать, они полагали, что такая мелочь, как Рождество, его не остановит. Было удивительно, как он мог заставить даже кровавые и жестокие бунты гоблинов звучать так же скучно, как отчет Перси о дне котла. Профессора Макгонагалл и Грюм тоже заставляли их работать до самой последней секунды своих занятий, и Снейп, конечно же, скорее позволил бы им играть в игры на уроке, чем усыновил Гарри. Злобно оглядев их всех, он сообщил, что на последнем уроке семестра будет проверять их на противоядия от ядов.

- Он и есть зло, - с горечью сказал Рон тем вечером в гриффиндорской гостиной. - Устроил нам контрольную в последний день. Испортил последнюю часть семестра, навалившись на нас с учебой.

- Ммм. ...ты ведь не особо напрягаешься, правда? - спросила Гермиона, глядя на него поверх своих конспектов по зельеварению. Рон был занят постройкой карточного замка из своей взрывающейся колоды Snap - гораздо более интересное времяпрепровождение, чем с маггловскими картами, из-за вероятности того, что все это может взорваться в любую секунду.

- Сегодня Рождество, Гермиона, - лениво произнес Гарри; он в десятый раз перечитывал "Полет с пушками", сидя в кресле у камина.

Гермиона тоже сурово посмотрела на него.

- Я думала, ты будешь делать что-то конструктивное, Гарри, даже если не хочешь изучать свои противоядия!

- Например" что? - Сказал Гарри, наблюдая, как Джоуи Дженкинс из "Пушек" наносит удар бладжером в сторону охотника за летучими мышами из Балликасла.

- Это яйцо! - прошипела Гермиона.

- Давай, Гермиона, у меня есть время до двадцать четвертого февраля, - сказал Гарри.

Он положил золотое яйцо в свой сундук наверху и не открывал его с тех пор, как прошел праздник после выполнения первого задания. Оставалось еще два с половиной месяца до того, как ему понадобилось узнать, что же все-таки означают эти пронзительные вопли.

- Но на это могут уйти недели! - воскликнула Гермиона. - Ты будешь выглядеть полным идиотом, если все остальные будут знать, каково следующее задание, а ты - нет!

- Оставь его в покое, Гермиона, он заслужил небольшую передышку, - сказал Рон и положил последние две карты на верхушку замка, и все они взлетели на воздух, опалив ему брови.

- Отлично выглядишь, Рон. ...к твоей парадной мантии это подойдет.

Это были Фред и Джордж. Они сели за стол с Гарри, Роном и Гермионой, и Рон почувствовал, какой ущерб был нанесен.

- Рон, можно нам одолжить Пигвиджена? - Спросил Джордж.

- Нет, он пошел разносить письмо, - сказал Рон. - почему?

- Потому что Джордж хочет пригласить его на бал, - саркастически ответил Фред.

- Потому что мы хотим отправить письмо, ты, тупой великосветский придурок, - сказал Джордж.

- Кому вы двое все время пишете, а? - спросил Рон.

- Не высовывайся, Рон, или я и это тебе тоже сожгу, - сказал Фред, угрожающе взмахнув палочкой. - Итак... у вас уже назначены свидания на балу?

- Нет, - сказал Рон.

- Ну, приятель, тебе лучше поторопиться, а то все хорошие ребята уйдут, - сказал Фред.

- А с кем ты тогда идешь? - спросил Рон.

- Анджелина, - без тени смущения ответил Фред.

- Что? - переспросил Рон, застигнутый врасплох. - Ты уже спрашивал ее?

- Хорошая мысль, - сказал Фред. Он повернул голову и крикнул через всю гостиную: - Эй! Анджелина!

Анжелина, которая болтала с Алисией Спиннет у камина, посмотрела на него.

- Что? - крикнула она в ответ.

- Не хочешь пойти со мной на бал?

Анджелина окинула Фреда оценивающим взглядом.

- Тогда ладно, - сказала она, повернулась к Алисии и продолжила болтать с легкой улыбкой на лице.

- Вот так, - сказал Фред Гарри и Рону, - проще простого.

Он поднялся на ноги, зевнул и сказал:

- Тогда нам лучше воспользоваться школьной совой, Джордж, пошли....

Они ушли. Рон перестал ощупывать брови и посмотрел на Гарри поверх тлеющих обломков своего карточного замка.

- Знаешь, нам нужно поторопиться. ...спроси кого-нибудь. Он прав. Мы же не хотим, чтобы в итоге у нас была пара троллей.

Гермиона возмущенно фыркнула.

- Пара... кого, простите?

- Ну, ты знаешь, - сказал Рон, пожимая плечами. - Я бы предпочел пойти один, чем, скажем, с Элоизой Миджен.

- В последнее время у нее гораздо меньше прыщей, и она действительно милая!

- У нее нос не по центру, - сказал Рон.

- О, я понимаю, - сказала Гермиона, ощетинившись. - То есть, по сути, ты собираешься выбрать самую красивую девушку, которая согласится на тебя, даже если она совершенно ужасна?

- Э-э-э, да, похоже на правду, - сказал Рон.

- Я иду спать, - отрезала Гермиона и, не сказав больше ни слова, направилась к лестнице для девочек.

Сотрудники Хогвартса, демонстрируя неизменное желание произвести впечатление на гостей из Шармбатона и Дурмстранга, казалось, были полны решимости показать замок во всей красе в это Рождество. Когда появились украшения, Гарри заметил, что они были самыми потрясающими из всех, что он когда-либо видел в школе. К перилам мраморной лестницы были прикреплены вечные сосульки; обычные двенадцать рождественских елок в Большом зале были украшены чем угодно - от светящихся ягод остролиста до настоящих ухающих золотых сов, а все доспехи были заколдованы, чтобы петь рождественские гимны всякий раз, когда кто-нибудь проходил мимо них. Это было нечто особенное - услышать "О, придите, все верующие" в исполнении пустого шлема, который знал только половину слов. Несколько раз смотрителю Филчу приходилось вытаскивать Пивза из-под доспехов, где он прятался, заполняя пробелы в песнях текстами собственного изобретения, которые были очень грубыми.

И все же Гарри так и не пригласил Чоу на бал. Они с Роном уже начали сильно нервничать, хотя, как заметил Гарри, Рон выглядел бы гораздо менее глупо, чем без партнера; предполагалось, что Гарри начнет танцевать с другими чемпионами.

- Я полагаю, всегда найдется Плакса Миртл, - мрачно сказал он, имея в виду призрака, который обитал в женских туалетах на втором этаже.

- Гарри, нам просто нужно стиснуть зубы и сделать это, - сказал Рон в пятницу утром таким тоном, словно они планировали штурм неприступной крепости. - Когда мы вернемся в гостиную вечером, у нас обоих будут напарники, договорились?

- Э-э... ладно, - сказал Гарри.

Но каждый раз, когда он видел Чо мельком в тот день - во время перемены, а затем во время ланча и однажды по дороге на Историю магии, - она была окружена друзьями. Она никогда никуда не ходила одна? Не мог ли он подкараулить ее, когда она шла в туалет? Но нет - она, кажется, даже ходила туда в сопровождении четырех или пяти девушек. И все же, если бы он не сделал этого в ближайшее время, ее наверняка пригласил бы кто-нибудь другой.

Ему было трудно сосредоточиться на тесте Снейпа по зельеварению, и в результате он забыл добавить ключевой ингредиент - безоар, что привело к тому, что он получил низкие оценки. Но ему было все равно; он был слишком занят, набираясь храбрости для того, что собирался сделать. Когда прозвенел звонок, он схватил свою сумку и поспешил к двери в подземелье.

- Встретимся за ужином, - сказал он Рону и Гермионе и помчался наверх.

Ему просто нужно было попросить Чо поговорить с глазу на глаз, вот и все. ...Он поспешил по переполненным коридорам в поисках нее и (гораздо раньше, чем ожидал) нашел ее, выходящую с урока защиты от темных искусств.

- Э-э-э... Чо? Можно тебя на пару слов?

Гарри с яростью подумал, что хихиканье должно быть запрещено законом, поскольку все девчонки вокруг Чоу начали это делать. Но она этого не сделала. Она сказала

- Хорошо - и последовала за ним, чтобы одноклассники не могли их услышать.

Гарри повернулся, чтобы посмотреть на нее, и его желудок странно сжался, как будто он оступился на ступеньке, спускаясь по лестнице.

- Э-э-э, - сказал он.

Он не мог спросить ее. Он не мог. Но ему пришлось. Чоу стояла с озадаченным видом, наблюдая за ним.

Слова вырвались прежде, чем Гарри успел их произнести.

- Первидешьбал?

- Прости? - переспросила Чо.

- Ты... ты не хочешь пойти со мной на бал? - спросил Гарри. Почему он покраснел именно сейчас? Почему?

- О! - воскликнула Чоу и тоже покраснела. - О, Гарри, мне правда жаль, - и она действительно так выглядела. - Я уже сказала, что пойду с кем-нибудь другим.

- О, - сказал Гарри.

Это было странно: за мгновение до этого его внутренности извивались, как змеи, но внезапно показалось, что у него вообще нет никаких внутренностей.

- О, хорошо, - сказал он, - без проблем.

- Мне правда жаль, - повторила она.

- Все в порядке, - сказал Гарри.

Они стояли и смотрели друг на друга, а потом Чоу сказала:

- Ну...

- Да, - сказал Гарри.

- Ну, пока, - сказала Чоу, все еще сильно краснея. Она пошла прочь.

Гарри крикнул ей вслед, прежде чем смог себя остановить.

- С кем ты идешь?

- О, Седрик, - сказала она. - Седрик Диггори.

- О, точно, - сказал Гарри.

Его внутренности снова пришли в норму. Он чувствовал себя так, словно в их отсутствие они налились свинцом.

Совершенно забыв об ужине, он медленно побрел обратно в Гриффиндорскую башню, и голос Чоу эхом отдавался в его ушах при каждом шаге. "Седрик, Седрик Диггори". Седрик начинал ему нравиться, и он был готов не обращать внимания на тот факт, что тот однажды победил его в квиддиче, был красив, популярен и почти всеобщим любимцем- чемпионом. Теперь он вдруг понял, что Седрик на самом деле был никчемным красавчиком, у которого мозгов не хватило бы и на то, чтобы наполнить стаканчик для яиц.

- Волшебные огоньки, - уныло сказал он Толстой даме - пароль был изменен накануне.

- Да, конечно, дорогой! - пропела она, поправляя свою новую резинку для волос, украшенную мишурой, и шагнула вперед, чтобы впустить его.

Войдя в гостиную, Гарри огляделся и, к своему удивлению, увидел Рона, сидящего в дальнем углу с посеревшим лицом. Джинни сидела рядом с ним и разговаривала с ним тихим, успокаивающим голосом.

- Что случилось, Рон? - спросил Гарри, присоединяясь к ним.

Рон посмотрел на Гарри с выражением слепого ужаса на лице.

- Зачем я это сделал? - в отчаянии воскликнул он. - Я не знаю, что заставило меня это сделать!

- Что? - переспросил Гарри.

- Он... э-э... только что пригласил Флер Делакур пойти с ним на бал, - сказала Джинни. Она выглядела так, словно с трудом сдерживала улыбку, но продолжала сочувственно похлопывать Рона по руке.

- Ты что? - спросил Гарри.

- Я не знаю, что заставило меня это сделать! - Рон снова задохнулся. - Во что я играл? Там были люди... со всех сторон... Я сошел с ума... все смотрели! Я просто проходил мимо нее в вестибюле - она стояла там и разговаривала с Диггори - и это как-то осенило меня - и я спросил ее!

Рон застонал и закрыл лицо руками. Он продолжал говорить, хотя слова были едва различимы.

- Она посмотрела на меня, как на морского слизняка или что-то в этом роде. Даже не ответила. А потом - не знаю - я просто пришел в себя и убежал.

- Она наполовину вейла, - сказал Гарри. - Ты был прав - ее бабушка была вейлой. Это была не твоя вина, держу пари, ты просто проходил мимо, когда она включала старые чары для Диггори, и тебе это понравилось, но она зря теряла время. Он уходит с Чо Чанг

Рон поднял голову.

- Я только что попросил ее пойти со мной, - глухо произнес Гарри, - и она мне сказала.

Джинни внезапно перестала улыбаться.

- Это безумие, - сказал Рон. - Мы единственные, у кого никого нет, ну, кроме Невилла. Эй, угадай, кого он пригласил? Гермиона!

- Что? - переспросил Гарри, совершенно сбитый с толку этой поразительной новостью.

- Да, я знаю! - сказал Рон, и к его лицу вернулся румянец, когда он начал смеяться. - Он сказал мне об этом после зельеварения! Сказал, что она всегда была очень милой, помогала ему с работой и прочим, но она сказала ему, что уже встречается с кем-то. Ха! Как будто! Она просто не хотела идти с Невиллом. В смысле, кто бы пошел?

- Не надо! - раздраженно сказала Джинни. - Не смейся...

В этот момент Гермиона пролезла в комнату через отверстие в портрете.

- Почему вас двоих не было на ужине? - спросила она, подходя к ним.

- Потому что - о, прекратите смеяться, вы двое - потому что им обоим только что отказали девушки, которых они пригласили на бал! - сказала Джинни.

Это заставило Гарри и Рона замолчать.

- Большое спасибо, Джинни, - кисло сказал Рон.

- Все симпатичные уже заняты, Рон? - надменно спросила Гермиона. - Элоиза Миджен начинает выглядеть довольно привлекательно, не так ли? Что ж, я уверена, ты где-нибудь найдешь кого-нибудь, кто согласится на тебя.

Но Рон смотрел на Гермиону так, словно внезапно увидел ее в совершенно новом свете.

- Гермиона, Невилл прав - ты девочка...

- Отлично подмечено, - язвительно сказала она.

- Что ж, ты можешь пойти с кем-нибудь из нас!

- Нет, я не могу, - отрезала Гермиона.

- Да ладно, - нетерпеливо сказал он, - нам нужны партнеры, мы будем выглядеть очень глупо, если у нас их не будет, у всех остальных они есть.

- Я не могу пойти с тобой, - сказала Гермиона, краснея, - потому что я уже кое с кем иду.

- Нет, ты не пойдешь! - сказал Рон. - Ты сказал это только для того, чтобы избавиться от Невилла!

- Неужели? - спросила Гермиона, и ее глаза опасно сверкнули. - Только потому, что тебе потребовалось три года, чтобы заметить, Рон, это не значит, что никто другой не заметил, что я девочка!

Рон уставился на нее. Затем он снова ухмыльнулся.

- Ладно, ладно, мы знаем, что ты девочка, - сказал он. - Так и есть? Теперь ты пойдешь?

- Я уже говорила тебе! - Очень сердито сказала Гермиона. - Я пойду с кем-нибудь другим!

И она снова помчалась в сторону общежития для девочек.

- Она лжет, - решительно заявил Рон, глядя ей вслед.

- Это не так, - тихо сказала Джинни.

- Кто же это тогда? - резко спросил Рон.

- Я не говорю тебе, это ее дело, - сказала Джинни.

- Ладно, - сказал Рон, который выглядел крайне расстроенным, - это становится глупым. Джинни, ты можешь пойти с Гарри, а я просто...

- Я не могу, - сказала Джинни и тоже стала пунцовой. - Я пойду с... с Невиллом. Он спросил меня, когда Гермиона сказала "нет", и я подумала. ...ну. ...Иначе я не смогу пойти, я не на четвертом курсе. - Она выглядела крайне несчастной. - Я, пожалуй, пойду поужинаю, - сказала она, встала и, опустив голову, направилась к портретной нише.

Рон вытаращил глаза на Гарри.

- Что на них нашло? - спросил он.

Но Гарри только что увидел, как Парвати и Лаванда входят в комнату через отверстие в портрете. Пришло время для решительных действий.

- Подожди здесь, - сказал он Рону, и тот встал, подошел прямо к Парвати и спросил: - Парвати? Ты пойдешь со мной на бал?

Парвати зашлась в приступе смеха. Гарри подождал, пока они утихнут, скрестив пальцы в кармане мантии.

- Да, тогда все в порядке, - сказала она наконец, сильно покраснев.

- Спасибо, - с облегчением произнес Гарри. - Лаванда, ты пойдешь с Роном?

- Она пойдет с Симусом, - сказала Парвати, и они оба захихикали еще громче.

Гарри вздохнул.

- Ты не можешь вспомнить кого-нибудь, кто пошел бы с Роном? - сказал он, понизив голос, чтобы Рон не услышал.

- А что насчет Гермионы Грейнджер? - спросила Парвати.

- Она встречается с кем-то другим.

Парвати выглядела удивленной.

- О-о-о, с кем? - с интересом спросила она.

Гарри пожал плечами.

- Понятия не имею, - сказал он. - Так что насчет Рона?

- хорошо. ... - медленно произнесла Парвати, - я полагаю, моя сестра могла бы. ...Падма, ты знаешь. ...в Равенкло. Я спрошу ее, если хочешь.

- Да, это было бы здорово, - сказал Гарри. - Дай мне знать, ладно?

И он вернулся к Рону, чувствуя, что этот мяч доставил ему гораздо больше хлопот, чем того стоил, и очень надеясь, что нос Падмы Патил попал точно в центр.