# The Revelation of All Things. Глава 11

Аноним Элленемби

Поездка к магам в Редклиф. Неудачные переговоры. Возвращение в Хэйвен.

Резюме:


Солас вспоминает время, проведенное им в Инквизиции, и отмечает, что в Редклиффе группу встретили не слишком тепло.


Записи:


(Примечания приведены в конце главы.)

Текст главы


Когда они готовились покинуть этот регион, лошадь Соласа нервно гарцевала за пределами лагеря инквизиции на болотах, время от времени выпуская из ноздрей клубы горячего воздуха. Возможно, она чувствовала нетерпение своего всадника. Или, возможно, ему просто так же, как и остальным, не терпелось выбраться из унылого дождливого болота. Он наклонился, чтобы поправить удила лошади, а затем прошептал, чтобы она подождала остальных, поглаживая рукой шею лошади.

Они успешно освободили солдат Инквизиции и усмирили авваров в течение двух дней после прибытия в Трясину, но Вестница также получила то, что он считал ее первым серьезным ранением с тех пор, как она ликвидировала Брешь. Он был по-настоящему обеспокоен лишь несколько мгновений, которые понадобились, чтобы оценить ее травмы, но этих нескольких мгновений было достаточно, чтобы он задумался. Он не привык беспокоиться о других людях, особенно о таких упрямых, как Вестница. Даже после того, как он применил базовую магию исцеления, ей все равно потребовалось несколько дней отдыха, прежде чем она смогла выбраться из Трясины из-за тяжести ушибов. Он потратил время на дополнительные исследования очаровательных рун там, в Трясине, но даже он устал от постоянной вони и сырости.

Они были на ногах с рассвета, и споры о месте их назначения, которые уже неоднократно обсуждались за последние два дня, достигли апогея, когда они готовились к отъезду. Дождь прекратился ночью, но гнетущее серое небо над головой все еще висело. Он решил, что солнце только-только показалось из-за горизонта, когда облака немного рассеялись. Тем не менее, Вестница расхаживала взад-вперед перед Кассандрой, пока они обсуждали, стоит ли встречаться с Великой чародейкой Фионой в Редклиффе.

- Но таков был план, Кассандра, - возразила она. - Мы должны были отправиться на Болото, а затем прямиком в Редклифф, чтобы поговорить с магами. Лелиана и Джозефина одобрили его. Я знаю, вы с Калленом не согласны, но вы позволили мне вмешаться. Я решила поговорить с магами, и каждый день, который мы откладываем, - это еще один день, когда брешь наносит ущерб Тедасу.

Кассандра тяжело вздохнула.

- да. Конечно, ты права, но ты же знаешь, что дело не в магах. Ты все еще восстанавливаешься, и тебе нужно время, чтобы как следует подлечиться, прежде чем отправляться на дальнейшие задания. Если что-то пойдет не так...

- Значит, мы проедем мимо Редклиффа на обратном пути в Хейвен только для того, чтобы развернуться и поехать обратно в Редклифф через день или два на всякий случай, вдруг что-то случится? В этом нет смысла! Это как раз по пути. Нет, нам нужно придерживаться плана. Со мной все будет в порядке.

Кассандра казалась раздраженной. Он сочувствовал Искателю, но не собирался вмешиваться, если только...-

- Солас, что ты об этом думаешь?

Он не должен удивляться, что Искательница интересуется его мнением. В конце концов, именно он исцелил самые серьезные раны Вестницы. Он повернулся к двум женщинам и некоторое время рассматривал их. Вестница выглядела усталой, ее ушибленная щека начала приобретать мертвенно-зеленый оттенок. Он мог только догадываться, как выглядит все остальное ее тело....

Он встряхнулся, отгоняя непрошеные мысли, которые пришли ему в голову, и ответил:

- Вестнице, безусловно, нужно больше отдыхать.

- Ха! - Восклицание Кассандры эхом отразилось от каменных скал вокруг них.

- Однако я также верю, что она сильная и способная женщина. Если она говорит, что готова, я ей верю.

Протест, который явно готовился сорваться с губ Вестницы, сменился улыбкой. Она благодарно кивнула ему, прежде чем повернуться к Кассандре.

- Видишь?

Кассандра издала один из своих знаменитых возгласов отвращения, но, что удивительно, казалось, смирилась со своим поражением. Бросив последний прищуренный взгляд на Герольда, она вскочила на лошадь. Двое других сделали то же самое и немедленно отправились в путь.

Они ехали на север весь день, разбили лагерь и, наконец, на следующий день после захода солнца добрались до самого южного лагеря в Глубинке. Лагерь на Залежной топи, очевидно, послал ворона вперед, и им сразу же предложили еду и ночлеги. Когда Вестница сделала вид, что собирается остаться с ними у костра после ужина, Солас села рядом с ней и тихо заговорил.

- Дален, я встал на твою сторону, потому что доверяю твоему суждению о себе. Однако, - сказал он, улыбнувшись ей в попытке смягчить колкость своих слов, - сейчас тебе следует отдохнуть. Завтра мы проснемся рано, а ты все еще слаба после своих ранений.

Она выглядела так, словно хотела возразить, но, выдержав его пристальный взгляд, медленно кивнула и пожелала им спокойной ночи.

Кассандра одарила его благодарной улыбкой.

- Удивительно, но у нее довольно сильная воля. Я бы не подумала об этом, когда мы впервые встретились. Это хорошо во многих отношениях, но может и навредить, если она это допустит.

Солас кивнул.

- Сильные стороны могут быть слабостями для любого человека. Можно легко перейти от уверенности к излишней самоуверенности - все зависит от нашего суждения. Я думаю, что она, как правило, хорошо разбирается во всем, кроме своего собственного благополучия. Мы должны быть ее опекунами в этом вопросе.

Кассандра склонила голову набок, на ее лице появилось смущенное и слегка раздраженное выражение.

- Почему же тогда вы рекомендовали доверять ее суждениям?

Солас вспомнил ее усталый, но решительный вид и пожал плечами.

- Я искренне верю, что она достаточно поправилась, чтобы встретиться и начать переговоры с магами. Однако мы все должны быть настороже, на случай, если что-то пойдет не так.

- Надо отдать Снежинке должное, она отлично справилась со своей работой, - добавил Варрик. - Я буду первым, кто признает, что я не фанат храмовников, но эта история с магами кажется сомнительной сделкой, которая только и ждет, чтобы сорваться. Я имею в виду, что всего несколько недель назад мы бегали здесь и убивали магов-отступников. Я знаю, что вы и наша Вестница формально тоже отступники, но ни один из вас не участвовал в этом разрушительном восстании.

Солас слегка приподнял брови.

- Возможно, Варрик, это потому, что ни один из нас не был магом Круга, вынужденным проводить свои жизни в качестве пленников в часто жестоких ситуациях, не имея возможности выбирать свой собственный путь или строить свою собственную жизнь. Он посмотрел на палатку Вестницу на другом конце лагеря. - Мне тяжело видеть, как твоя Снежинка подчиняется суровым капризам Круга. Однажды я слышал, как она сказала, что скорее покончит с собой, чем позволит храмовникам отвести ее туда.

Варрик и Кассандра сидели в ошеломленном молчании. Он почти пожалел, что упомянул о подслушанном разговоре между Вестницей и Командующим. Он не собирался подслушивать, намеренно выбрав путь, которого раньше не видел ни у кого из них. Но, независимо от его собственных намерений, они взобрались на гребень и остановились на краю утеса, как раз с подветренной стороны от выступа, который он выбрал для своей вечерней прогулки в Тень. Он слышал только обрывки разговора, но этого было достаточно, чтобы понять, что командир знал Вестницу гораздо лучше, чем кто-либо другой из их группы. Хотя она вела себя с ними как с друзьями, она все еще эмоционально дистанцировалась от них всех. Казалось, все, кроме Командира.

Несмотря на ее первоначальное дружелюбное поведение, со времени их первого путешествия во Внутренние земли они с Вестницей говорили только об эльфийских знаниях, Тени и магии. Практикуясь в магии, они часто ограничивались инструкциями. Затем настал день, когда она получила письмо от Командира. Ее комментарии были безобидными, но тон...

Солас признался себе, что был странно зол из-за ее дружбы с человеком. Что у нее могло быть общего с жестокой, воинственным шемленом? Она с самого начала произвела на него впечатление своей сосредоточенностью и решительностью. Он слишком остро отреагировал на их тренировку, но после прогулки в Тени той ночью, чтобы поговорить со своим духовным другом Уиздом, он осознал ошибочность своего поведения. Он, как никто другой, не мог позволить себе стать... привязан к любому члену Инквизиции, особенно к обычному долийскому эльфу. Или, что более уместно, к необычному долийскому эльфу. Так было лучше. Он встал и снова обратился к Кассандре и Варрику.

- Я предлагаю всем нам как можно больше спать. Мы не знаем, что может принести завтрашний день.

Затем Солас направился к своей палатке, быстро погрузившись в сон, как только его голова коснулась одеяла.

***

Следующий день был бурным. Они столкнулись со странными разломами, переплетенными с магией времени, а затем с Великой чародейкой, которая, казалось, ничего не помнила из своего разговора с ними в Валь-Руайо. Мужчина, вошедший в таверну "Редклифф", вызвал у Соласа неприязнь. Самодовольный мужчина, одетый в одежду из империи Тевинтер, объяснил, что теперь он главный.

Тевинтерский магистр по имени Алексиус заключил контракт с магами? Нехороший знак. Он молча начал использовать свою ману, на всякий случай. Он почувствовал, что Герольд сделала то же самое, ее магический потенциал давил на его собственный. Даже магистру Алексиусу, казалось, было немного не по себе.

После некоторых предварительных расспросов Вестница встретилась с магистром, чтобы договориться о помощи магов. Внезапно сын Алексиуса, Феликс, заболел. Алексиус запаниковал и немедленно отменил встречу, уведя всю свою компанию из таверны, чтобы позаботиться о внезапной болезни своего сына. Когда они ушли, Вестница показала остальным записку, которую Феликс сунул ей в руку, когда упал в ее объятия во время приступа болезни.

- Здесь написано: "Приходите в церковь. Вы в опасности". Зачем собственному сыну Алексиуса предупреждать нас об опасности таким образом?

Кассандра пожала плечами.

- Этого я и боялась. Мне это не нравится, но, похоже, у нас нет выбора. Это может быть ловушка, но нам нужно выяснить, что здесь происходит.

Расспросив кое-кого из местных жителей в таверне, они направились в церковь и вошли как раз вовремя, чтобы увидеть, как другой высокий темноволосый маг в одежде тевинтера сражается с демоном разлома. Сам разлом зловеще светился на заднем плане, готовясь к новой атаке демонов.

- Хорошо, - весело окликнул их усатый маг, - наконец-то вы здесь! А теперь помогите мне закрыть это, хорошо?

Герольд едва обратил на него внимание. После того, как они вместе преодолели столько препятствий, они вчетвером действовали почти как единое целое, отбиваясь от первого нашествия демонов, в то время как Вестница использовал якорь, чтобы разрушить магию и ослабить своих врагов. Однако этот разлом обладал теми же странными свойствами изменять время, что и тот, который они закрыли сразу за Редклиффом по пути сюда, и это вывело их из равновесия. Убивая демона рядом с собой, он оглянулся и увидел, как Кассандра замахивается. Казалось, что она и демон двигались как в замедленной съемке. Внезапно они снова ускорились, и Кассандра нанесла свой смертельный удар за долю секунды.

Он попытался обратить больше внимания на магию вокруг себя, но трещина пульсировала от следующего раунда демонов. Герольд призвал их занять позиции. Должно быть, она почувствовала, что странная магия времени сбила их с толку, потому что включила неизвестного мага в свои инструкции для этого раунда. У Соласа была лишь доля секунды, чтобы восхититься ее авторитетным руководством, прежде чем назначенный им демон материализовался перед ним. После того, как он снова разрушил разлом, она подбодрила его, сказав, что они ослабили разлом.

- Остался всего один раунд, друзья!

Перед последним натиском демонов она еще раз направила их к их целям и лишь ненадолго отвернулась от разлома, чтобы призвать Кассандру помочь Варрику справиться с особенно упрямым демоном. Временные сдвиги сказывались на ее сосредоточенности, но она все равно выбрала и без того ослабленную цель Кассандры, уничтожила ее с ледяной эффективностью, а затем подняла руку, чтобы закрыть разрыв. Метка извергла зеленый поток магии в щель, и через несколько секунд она отдернула руку, закрывая щель. Подошел темноволосый мужчина, который, казалось, немного запыхался, но в остальном был в хорошем настроении.

- Очаровательно! Как именно это работает? - спросил он Вестницу.

Он уставился на нее, ожидая ответа, но Вестница только пожала плечами, все еще пытаясь отдышаться.

- Ты даже не знаешь, не так ли? Ты просто шевелишь пальцами и бум, трещина закрывается.

Вестница с беспокойством посмотрела на него и наконец заговорила.

- Кто ты?

- ах! Как я понимаю, я снова забегаю вперед. Дориан из дома Павусов. Как поживаете?

- Еще один гость из Тевинтера. Будь осторожна с этим, - сухо сказала Кассандра.

Солас не мог с ней не согласиться. Дориан, однако, не растерялся.

- Подозрительные у тебя здесь друзья. Магистр Алексиус был моим наставником, поэтому моя помощь должна быть ценной, как, я уверен, вы можете себе представить.

- Мы ожидали, что Феликс будет здесь, - сказала Герольд, явно стараясь быть осторожной в том, что она говорит.

- Я уверен, что он уже в пути. Он должен был передать тебе записку, а затем встретиться с нами здесь после того, как бросил своего отца.

- Ты тоже магистр? - осторожно спросила она.

Дориан вздохнул.

- Хорошо, давай скажем это один раз. Я маг из Тевинтера, но не член Магистериума. Я знаю, что южане используют эти термины как синонимы, но это только делает вас похожими на варваров.

Не впечатленная, Вестница продолжила расспросы.

- И вы предаете своего наставника, потому что...?

- Алексиус был моим наставником, а это значит, что его больше нет - по крайней мере, в ближайшее время. Послушайте, вы должны знать, что существует опасность. Это должно быть очевидно даже без записки. Давайте начнем с того, что Алексиус, словно по мановению волшебной палочки, заявил о своей преданности мятежным магам, да? И это совершенно верно! Чтобы добраться до Редклиффа раньше инквизиции, Алексиус исказил само время.

- Он устроил это так, чтобы прибыть сюда сразу после смерти Жрецы?

Дориан одобрительно посмотрел на нее.

- Ты быстро схватываешь все на лету.

Кассандра покачала головой, явно не в силах больше молчать.

- Ты же на самом деле не веришь в это, не так ли, Вестница? Это нелепо!

- Разрыв, который ты преодолела здесь. Вы видели, как это повернуло время вспять - ускорило одни события и замедлило другие? Скоро таких будет больше, и они будут все дальше и дальше удаляться от Редклиффа. Магия, которую использует Алексиус, крайне нестабильна, и это разрушает мир.

Дориан презрительно выплюнул последнее предложение. Соласу, возможно, не нравился тот факт, что этот человек был родом из Тевинтера, но он должен был признать, что сценарий соответствовал тому, что он видел на примере новых расколов здесь, в Редклиффе. Это означало, что Брешь затронула не только физическое пространство, которое она занимала. Да, это соответствует природе Вуали, проникающей в наш мир. Вопрос был не в том, был ли он прав. Вопрос был в том, почему - и что - он знал об этом.

Вестница, похоже, подумала о том же.

- Мне бы очень хотелось получить еще немного доказательств того, что этот магический контроль времени...

Дориан оборвал ее.

- Продолжай. Я знаю, о чем говорю. Я помогал развивать эту магию. Когда я еще был его учеником, это была чистая теория. Алексиус так и не смог заставить ее работать. Чего я не понимаю, так это зачем он это делает - разрывает время в клочья только для того, чтобы заполучить несколько сотен лакеев?

Феликс выбрал именно этот момент, чтобы, наконец, присоединиться к ним.

- Он сделал это не ради них.

Дориан повернулся, чтобы поприветствовать своего друга.

- Что-то ты долго! Он что-то заподозрил?

Феликс покачал головой.

- Нет, но мне не следовало разыгрывать из себя больного. Я думал, он будет хлопотать обо мне весь день.

Солас слушал, как двое мужчин рассказывали о причастности Алексиуса к тевинтерскому культу, называемому Венатори. Их общие объяснения убедили Вестника, и Солас вынужден был признать, пусть даже только про себя, что их история звучит правдоподобно. Дориан оставил их с просьбой присоединиться к отряду Инквизиции, когда они решат вернуться в Редклифф, чтобы разобраться с ситуацией. Феликс также вскоре ушел, сообщив названия нескольких местных заведений, где они могли бы поесть, выпить и торговать, не опасаясь за свою жизнь.

- Однако, честно говоря, я настоятельно рекомендую покинуть Редклифф как можно скорее. Возвращайтесь к нам, когда будете готовы. - Феликс повернулся, прежде чем выйти из церкви, и на его бледном лице отразилась глубокая печаль. - Но, пожалуйста, что бы ты ни делал, постарайся сделать это быстро.

Солас не был уверен, что молодой человек имел в виду - быстрое возвращение или быструю смерть своего отца. В любом случае, это была зловещая мысль. Вестница глубоко погрузилась в свои мысли, но Кассандра, всегда склонная к действию, не отнеслась к словам молодого человека легкомысленно.

- Вестница, я полагаю, нам следует последовать совету Феликса и немедленно отправиться в Хейвен. Сейчас еще утро. Если мы отправимся сейчас и будем скакать во весь опор, то сможем вернуться к завтрашнему вечеру и перегруппироваться с советниками. Нам нужно все хорошенько обдумать.

Он понял, что имела в виду Кассандра - они должны отказаться от магов и нанять храмовников. В глазах Вестницы на мгновение вспыхнул гнев, но быстро угас. Она встретилась взглядом с Соласом и приподняла бровь. Искательница не заметила, как они переглянулись, но покашливание гнома дало ему понять, что автор этого не упустил. Нет, дитя камня, казалось, никогда ничего не упускало.

- Что бы мы ни делали, Снежинка, нам не следует здесь оставаться. Давай хотя бы вернемся в город.

Она просто кивнула, и все они направились к кромке воды. После переговоров с несколькими торговцами, которых порекомендовал Феликс, "Вестница", казалось, решила пока уйти.

Они скакали быстро, что делало разговор почти невозможным. Когда они, наконец, остановились на привал после захода солнца, их изнеможение не позволяло им делать ничего, кроме как ухаживать за лошадьми и валиться с ног после установки защитных знаков и назначения часовых. Только после их короткой остановки на обед на следующий день у Соласа наконец-то появилась возможность поговорить с ней наедине. Он пригласил ее отойти немного в сторону от лошадей, посидеть у небольшого ручья и съесть их безвкусный рацион.

- Как ты себя чувствуешь сегодня, леталлан?

Она слегка улыбнулась ему, на ее лице было написано изнеможение, а затем отвела взгляд.

- Я устала, и у меня все болит. Но в основном я расстроена. Я продолжаю думать, что конец уже близок, но на каждом шагу... - Она остановилась и немного поиграла со своей едой. - Наверное, я просто думала, что мы уже закрыли брешь и я уже была бы дома. Такое чувство, что сейчас я не ближе к этой цели, чем был месяц назад. Как такое может быть? Так будет всегда?

Солас тихо вздохнул.

- Нет, Дален. Подобно разрывам во времени, с которыми мы только что столкнулись, дни медленного продвижения к цели покажутся вам почти неподвижными. Однако, когда придет время нанести удар, мгновение пролетит незаметно, как ветер сквозь деревья. Вы можете использовать это время, которое у нас есть сейчас, чтобы направить ветер в нужное русло, чтобы он не вышел из-под вашего контроля позже.

- Как всегда, мудрый совет, Солас. Но как направить ветер?

- Вы уже делаете это, благодаря тому, что запустили в действие в Валь-Руайо и его окрестностях. Даже ваша поездка на Залежные болота может оказаться полезной. Руны там были, по меньшей мере, интересными.

- Ну, тогда, по крайней мере, этот ужасный запах, который никак не выветривается из моей кожи, хоть чего-то стоит. Спасибо за ободряющую речь, Харен.

- Не за что. - Очевидно, она была не в духе, поэтому он сменил тему. - Я заметил, что ты не очень хорошо говоришь на эльфийском, даже в моем присутствии. Это потому, что ты не учила его в своем клане, или потому, что намеренно не говоришь на нем?

Она, казалось, была искренне удивлена вопросом.

- Я думала, ты будешь рада не слышать, как долийцы коверкают эльфийский язык.

- Я ничего не имею против твоего долийского языка.

Солас заметил, как ее глаза расширились, а затем опустились, когда она неловко поежилась под его пристальным взглядом. Он не был уверен, почему сказал это. Возможно, тот же импульс, который заставил его прокомментировать ее неукротимую сосредоточенность. Как бы то ни было, это было правдивое утверждение. Чем больше времени они проводили в обществе друг друга, тем больше он узнавал и ценил ее прямоту, решительный характер и теплую, щедрую душу, несмотря на ее природную скрытность. Она оказалась невинной и податливой во многих отношениях, но, когда на нее давили, ее сущность превращалась в железную кору. Она всегда будет делать то, что считает правильным, до самого конца. Он не мог не восхищаться ее силой духа. В ней было все, чего не было в нем.

Наконец, она ответила, полностью проигнорировав его комментарий.

- Я не говорю по-эльфийски в основном потому, что не хочу все время объяснять, что я говорю. Ты единственный, кто это поймет. Что касается того, почему я не говорю с тобой... - Она пожала плечами. - Наверное, я просто привыкла к тому, что в последнее время не произношу его на этом языке.

- Хмммм. Так ты не возражаешь, если я буду говорить с тобой на этом, Дален?

- Нет, хотя я бы хотел, чтобы ты не называла меня ребенком так часто. Мне кажется, что это не так.... снисходительно, когда ты это говоришь. Знаешь, мне 26 лет.

Солас кивнул в знак согласия.

- Я не знал, что это тебя беспокоит. Я просто привык использовать это слово в знак уважения к тому, кто моложе меня. Может, мне продолжить с леталланом?

- Ма нувенин. Ма серанна, леталлин.

Солас поймал ее взгляд и слегка наклонил голову. Уникальный сине-фиолетовый оттенок ее глаз снова поразил его. Он на мгновение задумался о ее происхождении. Давным-давно он знал эльфов с такими же глазами, как у нее, и особенно одного эльфа, который был пугающе похож на Вестницу. Каковы были шансы...

- Эй, чудаки, Кассандра говорит, что пора двигаться дальше! - крикнул Варрик. - И захватите с собой ее обожание.

Она первая отвела взгляд, и он молча проклял гнома. Наблюдая, как она моет руки в ручье, Солас попытался успокоиться, но понял, что это дается ему с трудом. Возможно, у него были проблемы из-за того, что он чувствовал связь между ними? Во время их путешествий он часто чувствовал, как ее мана тянется к его, в основном по ночам, когда они оба бродили по Тени. Он никогда не пытался найти ее там, но теперь задумался, стоит ли.

- Нам нужно отправляться сейчас, если мы хотим добраться до Хейвена до того, как станет слишком темно, чтобы что-либо видеть.

Голос Кассандры заставил их обоих двинуться в путь, и вскоре они снова были на дороге. Местность быстро стала труднопроходимой, когда они поднялись к подножию Фростбэкских гор. Солас провел остаток своего времени, пытаясь разобраться в своей связи с другой эльфийкой, но когда их лошади преодолели последнюю милю до Хейвена, он был так же близок к ответу, как никогда за последние несколько месяцев. Возможно, сегодня вечером, в Тени, он спросит у своего друга Мудрости, хотя его предыдущие вопросы о Вестнице носили замкнутый характер, что, вероятно, было прямым результатом собственных бурных размышлений Соласа по этому поводу.

Когда они прибыли в Хейвен, Вестница после короткого разговора с Кассандрой направилась прямиком в свои покои. Никто из них больше не видел ее до следующего дня.

Записи:

Отказ от ответственности - я на самом деле не Соласмант, поэтому не тратил кучу времени на обдумывание мотивов Соласа, как это могли бы сделать некоторые из вас. Я также не играл в Trespasser, хотя и знаю основы DLC. Я всегда открыт для размышлений и комментариев по поводу характеристик!

Однако, я думаю, что независимо от того, заводит ли эльфийский Вестник роман с женщиной или нет, его влечет к ней, потому что она производит на него сильное впечатление. Эвана, в частности, является исследователем. Как показал ее первый разговор с Калленом, она верит в Правду, а не просто принимает все за чистую монету. Солас ценит это в ней, но в то же время испытывает дискомфорт из-за ее проницательности и способности разбираться в людях.


ТЛ; ДР: Он пытается держаться в стороне, но она невольно притягивает его к себе.