# Реникса

Владимир Прудков

Стёпа Пронин с детства был любознательный. Когда заговорил, первый вопрос выдал о самоидентификации: "Мама, откуда я взялся?" Мама улыбнулась и сказала, что аист принёс. Стёпа потопал к папе и задал тот же вопрос. Папа, не отрываясь от компьютера, отмахнулся: "Мы нашли тебя в капусте".

- Как же так, - не отставал Стёпа, - а вот мама сказала, что аист принёс.

- А, ну да, - мигом вспомнил папа. - Аист нёс да не донёс. Авоська прохудилась. Вот ты и вывалился на капустную грядку.

На последующие вопросы неугомонного мальчика родители дружно отмахнулись: "В школу пойдёшь, там тебе всё расскажут и покажут". Что ж, придётся подождать. Только ему очень хотелось, чтобы он был не один. "Найдите ещё одного мальчика. Или девочку. У меня будет братик или сестрёнка", - просил родителей. Но им было некогда искать. Они оба работали и чрезвычайно заботились о служебной карьере.

Вскоре у Стёпы появилась возможность поглядеть на место, где его нашли. Всей семьёй поехали на электричке к бабушке. А у неё в огороде много капусты. Родители были в отпуске, но и в этот раз не захотели искать.

- Вот неугомонный ребёнок, - сказала мама.

- Дай нам отдохнуть, - сказал папа.

И тогда Стёпа вышел в огород на самостоятельные поиски. "Раз меня нашли в капусте, значит, и я смогу кого-то найти", - подумал он. Грядка была большая, капустные лопухи громадные. Стёпа в них едва не заблудился. Но он упорно искал, чего хотел. Сначала попадались букашки, гусеницы и наконец... нашёл! В огромных листьях пряталось глазастое чудо в сарафане.

- Ты кто? - спросил Стёпа.

- Я не знаю, - ответило чудо.

- Ну, пойдём в дом. Познакомлю со всеми.

Они вошли. Мальчик объявил взрослым, что нашёл в капусте девочку.

- Может, соседская заблудилась, - предположила бабушка, вошедшая в горницу из кухни. - Как её зовут?

- Она не знает.

- Ну, быть без имени, никуда не годится, - ввернул папа, зав литчастью драмтеатра. - Назови её Рениксой. Греческое имя. Красиво звучит!

- Хорошо, - согласился Стёпа. - Вы тоже нашли меня в капусте, и я стал вашим сыном. Значит, Реникса будет моей дочкой.

- Мал ты ещё, Стёпа, быть отцом, - возразила мама, инспектор учебных заведений.

- Считай её своей невестой, - с доброй улыбкой сказала бабушка, всю жизнь домохозяйка. - Вот подрастёте и поженитесь... А где она, почему в хату не пригласил?

- Да вот же она! - живо ответил Стёпа, повернувшись к девочке.

Но никто из взрослых Рениксу не увидел. Так прямо и сказали, удивившись:

- Мы никого не видим. А какая она из себя?

- Она красивая. С большими синими глазами, - ответил Стёпа.

Это было очень странно - не видеть девчонку, которую он держит за руку. Но, может, взрослые её услышат?

- Реникса, скажи: здравствуйте, Виктория Львовна! Здравствуйте, Сергей Петрович! И - здравствуй, бабушка Дуся, - шепнул ей на ухо.

Девочка так и сделала. Нет, не услышали! Хотя голос у неё был звонкий, как колокольчик. Ну, да главное, он её видит и слышит.

Когда возвращались домой, папа направился к кассам брать билеты, два взрослых и один детский. Стёпа увязался за ним.

- Ты два детских купи, - попросил он.

- Зачем?

- На Рениксу. Она ведь с нами.

- Ну ты и фантазёр, - рассмеялся папа.

Он потрепал сына по непокорным вихрам. А и вправду: незачем было покупать. На малышку никто не обратил внимания, как будто её и вовсе не было.

Когда входили в подъезд, Стёпа учтиво, как истый джентльмен, придержал дверь, пропуская девочку, а затем пригласил в свою комнату. Он по-прежнему недоумевал, почему её никто не видит и не слышит. Мальчик обожал свою находку, заботился о ней, выводил на прогулки. И всегда держал за руку, чтобы не потерялась. А то потом где её искать, к кому обращаться, если она ни для кого не приметная. Да, такое часто бывает: люди невнимательные, иногда друг дружку в упор не видят, хотя и проживают рядом - в одном городе, в одном подъезде, даже в одной квартире.

- Реникса, а давай не будем ждать, - предложил он, припомнив совет бабушки. - Стань уже сейчас моей женой. Я буду тебя любить.

- Я согласна, - ответила она, приспустив пушистые ресницы.

Ещё до появления Рениксы Стёпа просил у родителей купить в зоомагазине живую игрушку. Папа был не против, чего там, много времени поход в магазин не займёт, можно. Однако чистоплотная мама не позволила заводить в доме животных. И Стёпа накоротке сошёлся с бесхозной кошкой, обитавшей в подвале. Выходя на прогулку, он всегда выносил ей что-нибудь поесть. И о, чудо! Мурка восприняла Рениксу. Она неспешно подошла и потёрлась о ногу девочки, а та наклонилась и погладила мурлыку.

Теперь, как только выходили во двор, из подвальной отдушины тотчас появлялась знакомая кошка и бежала к ним. Поразмыслив, Стёпа решил, что Реникса живёт в каком-то особом мире, в который большинство людей не способно проникнуть. А вот ему по какой-то неизвестной причине этот мир оказался доступен. Ну, а кошки, известно, очень чувствительные существа. Стёпа видел научно-популярный мультфильм об этом. Они даже домовых чуют.

Так и жили вместе, а спали врозь, дожидаясь совершеннолетия. Стёпа уступил девочке место в кровати, а сам ложился подле на полу, на коврике. Мама как-то увидела и спросила: что с тобой, почему на полу?

- Жара, - отговорился Стёпа. - Здесь прохладнее.

Но в другой раз, ближе к осени, было вовсе не жарко, и Стёпа объяснил, что закаляется. Что-то с ним не так, поняли родители. Обсудили ситуацию и решили, что ребёнка следует показать докторам. Так и сделали, повезли на приём к известному специалисту. Реникса, оставшись одна, забеспокоилась. А вдруг врачи Стёпу вылечат, и он сделается нормальным, то есть перестанет её замечать?

Доктор задал Стёпе ряд вопросов и ошеломлённо покачал головой.

- Что такое? - переполошились Сергей Петрович и Виктория Львовна.

- Он у вас индиго.

Вон оно что! Они возгордились сыном и стали хвалиться перед сослуживцами. Даже на день рождения, когда ему исполнилось пять лет, устроили вечеринку, демонстрируя мальчика перед гостями. Те, правда, не разобрались, в чём его таланты. И один дядя, мамин начальник, потребовал:

- А расскажи-ка нам стишок, мальчик.

- Хорошо, - ответил Стёпа. - Только мне надо пять минут на подготовку.

Его отпустили, и он поспешил в детскую, к своей Рениксе. Он подумал: сначала ей стих прочту, что она скажет, а потом уже в гостиную. Однако зачитывать взрослым не пришлось; они ещё выпили за его здоровье и забыли о нём, больше не тревожили.

Впоследствии шутник папа, обсуждая лестное заключение специалиста, что сын индиго, даже предположил, что тут вполне возможно стороннее вмешательство. Мама рассердилась:

- В отличие от тебя я ни с кем не блудила!

- Да я не про то, - выкрутился папа. - Ты же рожала в элитной клинике. Возможно, нашему малышу изменили геном, формируя, так сказать, образ человека будущего.

- Ты мне зубы не заговаривай, - не успокаивалась мама. - Знаю я тебя! Ни одной юбки не пропустишь!

Стёпа, слыша, как ругаются родители, плотно закрывал дверь в свою комнату и уединялся с Рениксой. Или же уходил с ней из дома. Вот только девочка перестала проситься на прогулки. Подвальную Мурку, которая её признавала, выловили рабочие санитарной службы - по заявке мамы, боявшейся всякой заразы.

Глядя на загрустившую Рениксу, мальчик места себе не находил. И однажды, решившись, наказал ей сидеть в комнате, не выходить, а сам взял деньги из копилки и покинул квартиру. Он отправился в звериный приёмник, надеясь вызволить кошку. Вернулся мрачнее тучи.

- Не отпускают? - спросила заждавшаяся Реникса.

- Нету уже нашей Мурки. - Он опустил голову.

Как подающий надежды вундеркинд, Стёпа пошёл в школу раньше семи лет и успешно учился, перепрыгивая через класс. В десять лет он уже учился в шестом. На уроке геометрии учительница Варвара Павловна чертила треугольники, и доказывала, что сумма углов в них всегда равна 180°.

Стёпа решил проверить этот факт опытным путём. Ему повезло: под балконом произрастали неизвестные растения с треугольными листьями. Он принёс целую охапку, стал измерять углы и складывать в сумму. Реникса понаблюдала за ним и спросила, что он делает. Он охотно растолковал ей. Она подумала и сказала, что на капустной грядке, где она жила раньше, сумма углов была всегда меньше.

- А как ты определила? - заинтересовался он.

- Да как... - затруднилась она с ответом. - По ощущениям.

На следующем уроке Стёпа сообщил, что его жена раньше жила в мире, где сумма углов меньше 180°. Ребята, которые были много старше, подняли на смех - за жену, с которой он якобы жил, а Варвара Павловна пожурила за инакомыслие.

Это было в последний раз, когда он проговорился о Рениксе. Нет уж! Надо держать роток на замке. Мальчишки не понимают, обидными словами обзываются. Девчонки глазки строят: "Стёпа, ты лучше б на нас обратил внимание, мы такие клёвые". Однако он продолжал сохранять верность Рениксе и ни одну из девчонок не дёргал за косички.

Между тем история имела продолжение. Вскоре вся школа узнала, что у Стёпы есть жена-малолетка по имени Реникса. Даже в учительской, на переменах, вели досужие разговоры.

- Хм, - недоумевал физрук. - Реникса. Странное имя. По-видимому, что-то означает.

- Я знаю! - воскликнула Жанетта, молодая литераторша. - У Чехова есть рассказ, как препод в тетради ученика написал "Чепуха" - а тот подумал, что на латыни, и прочёл: "Реникса".

- Так и есть, - одобрила Варвара Павловна. - Наш неадекват горазд ерунду городить. Представляете, осмелился оспаривать постулаты Евклида. У него сумма углов в треугольнике меньше 180°.

В обсуждение включился учитель физики Рувим Петрович, не уступающий по интеллекту Эйнштейну, а знаниями Гуглу.

- А что? Вероятно, Стёпан Пронин и его малолетняя супруга проживают в мире Лобачевского.

После занятий физик напросился проводить Жаннетту, которая очень заинтересовалась неизвестными ей мирами с необыкновенными треугольниками. Шли по алее центрального парка. Жаннетта поймала лист ясеня и спросила, почему все предметы, даже самые лёгкие, непременно падают вниз. Рувим Петрович ответил, что это объясняет теория натянутых струн.

- Струна звенит в тумане, - мечтательно сказала она.

- У кого звенит? - не понял он.

- У Гоголя. В записках сумасшедшего.

Рувим Петрович давно оказывал знаки внимания Жаннетте, но не знал, на каком скакуне к ней подъехать. Он-то был материалист, для которого всё познаётся на опыте с помощью данных нам рецепторов. А она - лирик, романтик, и пять обыкновенных чувствий ей порой не хватало. Но в этот раз на Рувима Петровича нашло озарение. Он сорвал с клумбы цветок с неизвестным ему названием, протянул Жаннетте и сказал:

- Солнышко, в этот прекрасный вечер я предлагаю тебе руку и сердце. Твоё слово, и мы отправимся в свадебное путешествие.

- Куда? - загорелась она. - Сейшельские острова, Бали?

- Нет, в пространство Римана, где сумма углов треугольника больше 180°.

- Там чудеса? Там леший бродит? - живо заинтересовалась девушка. - А где находится это удивительное место?

- В Лас-Вегасе. Тамошние инженеры построили сферу Римана для развлечения состоятельных туристов. Только, знаешь, у меня не совсем дружно с финансами.

- Ах, какие пустяки! - сказала Жаннетта. - Совершенная реникса! Я попрошу. Папа нам поможет.

Она была богачка, а в школу пошла от скуки жизни. Волна и камень, стихи и проза, лёд и пламень - они сошлись и больше не разлучались.

После каникул директор гимназии получил от сладкой парочки депешу из-за океана, что они заключили брак и убыли в иное измерение, а в связи с этим попросили предоставить отпуск без содержания. Школьники, узнав новость, в освободившееся время играли в чехарду. А Стёпа Пронин, вернувшись с уроков, пообещал Рениксе, что когда станет взрослым, тоже пригласит её в другое измерение. Её огромные глаза смотрели с грустью и признательностью.

- Спасибо. Я буду ждать.

Она надеялась, что там, в другом измерении, её наконец увидят и услышат. Конечно, сейчас всегда рядом верный, добрый Стёпа. Но вдруг с ним что-то случится! Не исключено, что когда муж повзрослеет, то, как и все, утратит чудесное свойство её видеть и слышать.

Но пока они были неразлучны. Ходили в зоопарк, в кино, причём Рениксу, как обычно, никто не останавливал и не требовал плату за вход. Посетили музей изобразительных искусств, где ознакомились с копиями картин знаменитых художников. Экскурсовод, молодая девушка, похожая на сошедшую с полотна фею, подвела группу к очередному шедевру живописи и, слегка грассируя, спросила у экскурсантов, что они видят.

- Ну, мужик обнимает ста́тую, - ответил толстый мужчина с кульком попкорна в руках.

- Это Пигмалион и Галатея, - разъяснила фея. - Молодой скульптор высек из мраморной глыбы статую девушки и, влюбившись в неё, попросил богиню Афродиту оживить. Затем, счастливый, женился на ней. Здесь, на этой картине, известный художник показал процесс волшебного оживления. Заметьте, - она показала указкой, - молоток и долото уже отброшены на пол, ноги у статуи ещё каменные, а грудь и лицо уже живые...

- Да, хороша! - оценил толстяк с попкорном. - И попа такая наглядная. Но может, зря женился? А то, знаете, пойдут измены, развод, делёжка имущества...

- Прекратите! - вскричала девушка. - Вы убиваете легенду о любви, которая занимала умы и сердца многих людей в течении тысячелетий! Лучше вглядитесь в эти одухотворённые лица...

Она продолжала подробно описывать картину и сама стала одухотворённой, разрумянилась и похорошела.

Стёпа послушал и повернулся к Рениксе. Его девчонка во все глаза смотрела на картину и сама застыла, как изваяние.

Затем они гуляли по набережной. Солнце садилось. Птицы торопливо улетали в тёплые края, чтобы весной возвратиться.

- Ты тоже скульптор, - сказала Реникса. - Только тебе, чтобы создать меня, не потребовались ни мраморная глыба, ни молоток, ни долото.

Река настойчиво катила свои воды в океан. Как было и тысячи лет назад, когда Пигмалион высекал Галатею. Зажглись огни фонарей. Падала листва с пирамидальных тополей. Куда-то спешили люди. На проплывавшем теплоходе звучала грустная песня о пропавшем французском лётчике.

Возвращаясь домой, спустились на эскалаторе в метро. Подкатили голубые вагоны, он успел зайти, а она нет; двери захлопнулись! Через окно видела его ужасно расстроенное лицо. И сама растерялась. То был последний поезд. Что делать, как быть? Как ей без него прожить?..

Пришлось ночевать в пустом, замкнутом пространстве. Даже страшно сделалось, когда свет потускнел, переключившись на дежурный. Замелькали неясные тени, раздались невнятные звуки. Может, то активизировались обитатели других измерений? Похитят, утащат в свой мир. Нет, никуда, ни в какое измерение она без Стёпы не желает. Её пробрала дрожь. Она присела на скамейку и, обняв колени руками, закрыла глаза...

О, какая длинная была ночь. Равная бесконечности. К счастью, любимый не подвёл. Ранним утром, первым же рейсом, примчался на станцию.

Новое испытание. Стёпа в замешательстве сообщил, что родители собираются отправить его в Лондон, на учёбу в престижный колледж. Мама навела связи, нашла спонсоров и прямо на том настаивает. Вот как им быть? Удастся ли Рениксе последовать за своим суженым? Может, на границе (не люди, так чуткие приборы) уловят, что он едет не один?

Её вновь охватила тревога. Она ничего не могла придумать. И тогда повзрослевший Стёпа принял решение.

- Я не поеду в Лондон!

- Мама тебя заставит.

- Откажусь. Я всегда буду рядом с тобой, - пообещал он.

С мамой истерика. Папа в недоумении. Неслыханное дело! Их сын не желает ехать в Лондон! Досужие разговоры среди знакомых. Суды и пересуды. А у Рениксы всё больший страх. Ведь что получается, соображала она. Стёпа меня придумал. Значит, я живу только благодаря его воображению. А если по какой-то причине исчезну? Что тогда будет с ним? Он разве сможет жить без меня? Нет, нет, этого не должно случиться! Степа не допустит...

Малышка верила в него. Да-да, он выучится в родном городе, никуда не выезжая, станет учёным и совершит чудо. Ему не понадобились ни каменная глыба, ни долото, обойдётся и без обращения к богам.

- Я сделаю тебя живее всех живых, - запальчиво пообещал он, представляя её повзрослевшей, в белом свадебном платье.

Что ж, она будет надеяться. Стёпа уже сейчас много знает. Часами сидит перед экраном компьютера, на котором тексты, таблицы, рисунки...

- Ау, Стёпа, я здесь. Ты по-прежнему видишь и слышишь меня?

- Что? Ах, да! Конечно, да! - он потёр воспалённые глаза и, утомлённый, заснул сидя.

Реникса прильнула к компьютеру, просматривая раздел "МОИ ДОКИ" с множеством файлов. Чего тут только нет! И названия такие мудреные: интерференция волн, аберрация, голографические проекции, нейрофизика и нейрохимия, психоанализ и онтология; и незнакомые вовсе ей имена и фамилии: Оккам, Беркли, Фрейд, Сартр, Гёдель... Нет, она не сможет ему помочь. Как жаль! Правда, в файле "Орнитология", одном из самых ранних, обнаружила весьма симпатичные рисунки длинноногих птиц. Ознакомилась с текстом - про аистов. А в другом файле, "Овощеводство", прочитала, как выращивать белокочанную капусту.

Утомившись, выключила компьютер, и подложила под спину Степы подушку, а ему на колени - плед. Пусть отдохнёт. Во сне, оставшись наедине с собой, Стёпа точно думает о ней. И тем самым поддерживает её существование. Милый, любимый, бесконечно дорогой. Улыбается, как ребёнок. Она не отводит от него глаз и ощущает полноту жизни...