# Мальчика-бога!

Олег Павлович Рыбаченко

Затем побрызгал регенерирующим раствором на спину, потом перевернул тело, полил "живой воды" на грудь. Раны Спартака стали затягиваться буквально на глазах, атлет оживал. Когда Помпей подъезжал, вождь повстанцев уже встал, его глаза сверкали, а шрамы как свежие, так и старые исчезали на глазах.


Римский полководец ни разу не видел Спартака, может за исключением цирковой арены, но это было давно и издали. Поэтому он принял его за бога, не обратив внимания на небольшую фигуру ребенка с лучеметами и рюкзаком.


- Если ты бог, то я приветствую тебя. - Помпей вежливо поклонился.


Спартак улыбнулся.


- Я не бог, а всего лишь вождь повстанцев. Неведомая сила спасла меня от гибели.


Эдмонд поморщился. Он не понимал ни слова, древнюю латынь в детской школе не изучали, а учили более современную церковную, но и ее мальчишка знал слабо - так учился с ленцой.


- Так и есть Спартак.


Помпей оценивающе глянул на своего оппонента.


-А это кто. - Произнес он, заметив странную фигуру.


-Неизвестно мне его имя, но он спас меня и, по-видимому, друг.


- Кто ты не ведомый воин. - Обратился Помпей к Эдмонду.


Мальчик не понял не слова, но был умным, знал, что к нему обращаются. Поэтому включил плазмо-комп, программу переводчик. К счастью в упорядоченной плазме был программный код перевода с латыни. Компьютер запищал.


- Кто ты неведомый воин? - Мальчик Эдмонд задумался - сказать правду или выдать себя за бога?


- Если ты бог ответь нам, какова твоя воля? - Продолжил Помпей.


- Я сын Юпитера и Венеры - Перун. - Молвил мальчик, вспомнив древнеславянский эпос. - Вы меня пока не включили в пантеон оттого, что я родился не давно.


- Перун? - Переспросил Помпей. - Ты бог?


- Конечно! - Александра стало распирать от гордости, еще бы ребенок играет роль бога! - И многие тысячи трупов павших легионеров могут подтвердить это!


Помпей оглядел поле, такую картину, даже он искушенный многими сражениями не разу не видел.


- Да я верю тебе, о могучий. - Умудренный римский полководец своим зорким взором осматривал мальчика. Он обратил внимание на широкие плечи, не по возрасту жилистые, словно сотканные из стальной проволоки мускулы, острые бицепсы ребенка. В фиолетово-зеленых глазах пацана светилась решимость. Эдмонд и сам поверил, что он бог.


- Я был уже почти мертв, а он воскресил меня. - Молвил Спартак.


Помпей тревожным взглядом окинул гиганта, он невольно почувствовал уважение к восставшему рабу. Странно, неужели мятежным гладиаторам сочувствуют боги?


- О великий. - Помпей обратился Эдмонду. - Какова твоя воля.


Мальчик почувствовал решимость.


- Я требую от Рима освободить всех рабов и покончить с позорными издевательскими гладиаторскими играми.


Помпей вздрогнул, его взгляд выражал растерянность. Требование субъекта похожего на мальчишку казались чрезмерными, а с другой стороны было опасно злить бога.


- Это должен решить не я, а сенат.


- Сенат, так давайте полетим в Рим. - Воскликнул Эдмонд.


- Так все уже спят, ваше святейшество. - Помпей чувствовал себя как на иголках.


- Разбудим разве явление бога это не достаточный повод для внеочередного собрания.

Помпей покраснел, он понял, что из тисков мальчика-бога будет трудно вырваться.