# Рабы со свободными

Олег Павлович Рыбаченко

Крикс бился с присущей ему отвагой, его захватил азарт боя, ему было даже все равно, погибнет ли он или дождется Спартака. Под ним пало три коня. Большинство его товарищей было убито, трупы усеяли все поле, под копытами чавкала кровь. Над ужасным побоищем носились тучи пернатых, вились гнусные насекомые стремящиеся сесть на раны. Бросив безнадежный взгляд в ту сторону, откуда должен прийти Спартак, он произнес с глубокой скорбью.


- Настал мой смертный час. Я редко замывался над смертью, что там ждет меня за ее черным порогом. И вот сейчас она дышит мне в лицо. О том чтобы сдаться в плен не может быть и речи, тем более что в этом случае меня бы ждала мучительная смерть на кресте. Что же умру сражаясь достойно как полагается галлу и верю что новый мир куда я приду, будет лучше и добрее этого!


Подняв свой длинный из закаленной стали меч, багровый от крови римлян, извергнутых в тартар, пришпорил коня. Крикс обрушился на манипул пеших легионеров, окруживших восемь или десять гладиаторов, сплошь покрытых ранами, но еще сопротивляющихся.


Вращая своей могучей неутомимой рукой, Крикс кричал громоподобным голосом.


- Невелика честь вдесятером бросаться на одного, а в битве на равных утекать как зайцы. Теперь посмотрите, как должны умирать настоящие герои!


Крикс и четверо его контуберналов валили на землю, топтали конями и разили мечами римлян, которые хотя их было восемьдесят или девяносто с трудом отбивались от града могучих ударов. Ряды легионеров-латинян заколебались, они даже стали отступать, падая в черно-красные липкие лужи.


Глядя на это, Красс распорядился.


- Его напарников убить, а самого главаря взять живым. Он должен долго мучаться перед неизбежной кончиной.


Две сотни отборных ветеранов вступило в бой, они сомкнули стальное кольцо вокруг смельчаков, лошади которых уже пали, пронзенные мечами, а всадники с неслыханной яростью дрались теперь пешими. Один за другим пали товарищи, Крикс был изранен, на него была брошена сеть. Не желая попасть в позорный плен, он кинулся на меч.


Именно в этот, как всегда, последний миг и появился мальчик-терминатор. Посылая лучи на право и налево, он очистил площадку вокруг Крикса, а затем разорвал руками сеть, брызнул на него регенератором.


- Ты спасен брат, полетели к Спартаку. - Эдмонд Д"Артаньян легко подхватил массивное тело Крикса, вновь умчался в сенат. Красс подавился куском окорока и его вырвало, то, что случилось настолько выходило за рамки здравого смысла, знатный римлянин принял это за галлюцинацию. Перелет в Капитолий был как порхание бабочки с цветка на цветок. Там его ждал Спартак, хотя прошло не больше минуты, ощущалось некоторое напряжение.


- Вот видишь. - Сказал он. - Бог Перун держит слово.


Раны Крикса исчезали прямо на глазах, сенаторы сначала хлопали глазами, а затем завыли. Одно дело терпеть одного Спартака, а если еще и дружков его то погибель Риму. Но разве поспоришь с богом?


- Таким образом, я приведу к тебе всех. - Произнес Эдмонд Д"Артаньян и вновь нырнул во временную реку. Таким образом, он раз за разом оказывался в нужном месте и в нужное время. Так он извлек всех друзей Спартака, выбирая момент, как правило, их героической смерти. Их набралось довольно много - они заполнили сенат. Все товарищи по борьбе встречались с радостью и благодарили богов. После то, как пришли последние братья, Спартак произнес.


- А теперь им надо даровать римское гражданство и сделать почетными членами сената.

- Не бывать этому. Рявкнул сенатор Сцилла. - Рабам не сидеть рядом со свободными.