# Цезарь и Сулла

Олег Павлович Рыбаченко

Поговаривали, что Сулла готовит большой поход восток. Но это похотливый правитель подхватил дурную болезнь, причем даже не от женщины, а от мальчишки негритенка. В результате диктатор стал гнить заживо, а на фоне физических страданий у него развилась подозрительность и мания преследования. Начались массовые репрессии, проскрипции пытки и убийства. Сулла поначалу велел перебить всех негров, но спустя некоторое время, наоборот распорядился привести из Африки, большую партию рабов, и сформировать черную гвардию. Между ним и Марием началась война. Многие тысячи римлян вследствие этого были распяты на крестах.


Вот вызвали к Сулле и Юлия Цезаря. Тогда он был еще молод, черная бородка, только-только пробивалась на подбородке. Недавно отстроенный дворец Суллы блистал роскошью, был полон статуй, картин и такого еще относительно нового украшения, как фонтаны.


Некоторые из скульптур изображали омерзительные в своей откровенности оргии, и акты совокупления. Юному Цезарю было противно на это смотреть, особенно если спаривались мужчина с мужчиной. Хотя в Древнем Риме считалось вполне нормальным использовать мужчину-раба, как женщину, но... Цезарю это казалось неправильным и гнусным. Ну и тем более недостойным, чтобы лучшие скульпторы Рима запечатлели подобное в статуях, да еще олимпийских богов.


Сам Сулла выглядел отвратительно, весь в нарывах, язвах, бородавках, с облезлой головой, он производил отталкивающее впечатление. Действительно бисексуальный диктатор гнил заживо. Что бы облегчит его страдания, четыре невольника: два смазливых мальчика и две красивые нагие девушки, втирали в чудовище розовое масло. Кроме того по совету жрецов, Сулла три раза в день выпивал по большой чаше адской смеси: крови только что зарезанных младенцев и грудного молока. Раз в три дня, Сулла принимал ванную, из чистой крови детей и девственниц. Впрочем, болезнь это утратившего человеческий облик монстра, продолжала прогрессировать, и весь римский народ молил, чтобы преисподняя поскорее забрала свое порождение.


Цезарь, преодолевая отвращение, поклонился, слегка согнув голову:


- Я рад приветствовать диктатора Суллу.


Монстр хрипло рявкнул:


- И как ты кланяешься мне проходимец! Если Юльке лень согнуть спину, то я прикажу посадить тебя на кол, чтобы уже никогда не смог распрямится!


Цезарь просто ответил:


- Колосья низко кланяются ветру, а, тем не менее, это лишь воздух, а значит ничто! Низкие поклоны не возвысят правителя, если у того нет великих деяний!


Сулла, неожиданно смягчившись, спросил:


- А у меня есть великие деяния?


Цезарь без хитрости ответил:


- Если злое великим, то да!


Диктатор после краток паузы, он погладил по щеке белокурого мальчика и рыкнул:


- Ты искренен и мне это нравиться! Ты ведь знаешь, я любой момент могу приказать тебя бросить в клетку со львами, или распять на кресте. Тем не менее, у тебя есть шанс остаться в живых, и даже стать моим другом!


Цезарь, выдавив улыбку, ответил:


- И какой ценой, я могу купить дружбы самого Суллы?


Диктатор ответил:


- У тебя есть жена Аквалерия?!


Юноша Юлий ответил:


- Да диктатор!


Сулла осторожно словно боялся обжечься, погладил нагую грудь девушки-рабыни и не полнее внятно пробормотал:


- Так разведись с ней!


Цезарь, преодолевая робость, спросил:


- Я не совсем понял вас!


Сулла вдруг резко рявкнул, ударив мальчишку по губам, то охнул отскочив:


- Не притворяйся придурком! Ты слышал! Я приказываю тебе, брось свою жену Аквалерию!


Юноша Юлий наклонил голову. Он чувствовал, что отказать Сулле это все равно, что зайти голышом в клетку с голодными львами, но предать Аквалерию, ради этого гниющего чудовища - нет, никогда!


Цезарь, стараясь придать голосу твердость, ответил:


- Не могу я это сделать диктатор!


В голосе Суллы зазвучало удивление:


- А это еще почему! С тебя требуют совершить подвиг Геракла, или просто сказать да самому великому из людей на Земле!


Цезарь на это ответил:


- Порой высшее проявление добра, простое слово нет злу, особенно в том случае, если это сопряжено с риском для жизни!


Покрыто язвами физиономия Суллы вытянулась:


- Так ты говоришь мне нет?


Пересиливая вполне естественный страх, Цезарь ответил:


- Да диктатор! Увы, нет! И еще раз нет!


Сулла спокойным голосом ответил


-Но ты тем самым подписал себе смертный приговор! Ведь невозможно сказать диктору нет, и остаться в живых!


Цезарь глубоко вздохнул:

- Что же так, я готов идти в тартар! Хотя как знать, может боги сочтут меня достойным елисейских полей!