# Разговор Лизы Черновой с мамой

Александр Николаевич Шатайло

...Я здесь,

где я была однажды

(я родилась

вначале здесь),

здесь дом мой -

весь мой,

весь,

большущий

дом многоэтажный.

(Оказывается,

можно дважды

жить.)

Всё так и есть.

Сюда стекаются дороги,

земное отдаётся небесам.

Вот только вижу

многих, многих,

кто здесь живёт

без пап и мам.

Я слышала, как Ангелы порхали.

Их крылья, или сами Ангелы сказали,

что я вернулась в отчий дом.

(Я не играла здесь с мячом.)

Мы на земле с мячом играли.

Мне люди добрые сказали,

что умирают только раз:

не будет больше страшных глаз

и страшных рук,

что горло мне сжимали.

Здесь... Свет,

такой, который в нас,

но мы не видели, не знали.

Мы сами Ангелами стали.

(О люди!

Веруйте в Христа!)

Он шёл ко мне -

высокий, яснолицый,

он словно ладанка с родной землицей,

с которой расстаёмся навсегда...

Его рукой поглажена,

к его груди прижата,

и никого как будто не виня,

я забываю день,

тот день проклятый,

а он приснится... и убьёт меня.

Я даже здесь боюсь,

что вдруг откроются ворота,

что Бог простит,

и бесы в рай войдут.

О люди добрые!

Я рано тут.

О мама милая!

Мне так сказать охота...

Хоть что-нибудь,

хотя б два слова...

Тянусь к тебе...

И вот коснулась я руки...

Не рёва я,

не рёвушка-корова,

нет, мама,

не меняю я платки.

Не буду плакать.

Мама, я не буду.

Но ты не жди меня назад.

Я не вернусь (так навевает сад),

так крылья шелестят повсюду.

...А на земле

живёт беда!

Я перед ней,

как яблочко на блюдце.

Я не вернусь.

Я не хотела бы вернуться.

Наверно, больше никогда.

Пусть спит нарядная невеста

в своей судьбе, в своей судьбе.

С хорошей девочкой небесной

вчера гуляла я везде.

Другой судьбы

уже не будет.

Я вырасту уже на небесах.

Уйдёт, уйдёт

из сердца страх.

И не приснится,

не разбудит.


...Здесь много мест,

где посижу немножко,

и вновь хожу себе, хожу...


- Ты всё же возвращайся, Лиза!

Окотилась наша кошка,

я одного оставлю, придержу...