# Волчок. Главы 18, 19

Наталья Оленева

В Моховке.

## Глава 18. Вот моя деревня.


Север с трудом признал родную деревню.

Придавленная свинцовым небом Моховка едва виднелась среди вымахавших деревьев и некошеной травы. Навь поглощала человеческое селение.

Совесть больно заскреблась в груди. Двенадцать лет назад Север сбежал из дома и вступил в ряды охотников. С тех пор он еще ни разу не возвращался в деревню, чтобы навестить семью.

Ни разу.

Руки не доходили, как говорится. То он на задании, помогал выслеживать горного черта, то добраться до деревни было не на чем, то в лекарской избе с болезнью или раной лежал, то погода была не та, то гостинца не приготовил, а с пустыми руками ехать было стыдно.

Поводов отложить поездку домой находилась масса, а вот причина была одна он не знал, как оправдываться за свой побег, как себя вести, как смотреть в глаза. Чем чаще он думал о возвращении, тем холоднее представлялся взгляд матери, и тем обиднее издевки Гарьи. Реакция сестры, наверное, пугала больше всего, хоть Север и не хотел этого признавать. Но даже сейчас его взрослого, сильного, повидавшего всякое здоровяка одолел такой мандраж, словно он провинившийся мальчишка, а не охотник, наконец вернувшийся с добычей.

И не важно, что эту добычу он уже решил отпустить. Зная категоричность князя в обращении с нечистью, Север догадывался, что Влада не ждало ничего хорошего. Чудище он бы не пожалел, но портить пацану жизнь ради награды, хоть и очень крупной, он не хотел. Не сможет он спокойно жить в квартире, зная, как она ему досталась.

В конце концов, если он нашел и поймал оборотня, то сможет найти другой способ заработать жилье в городе.

***

Владу деревня напомнила опустевший к осени дачный поселок.

Свет в окнах не горел, дым из печных труб не валил. Тишина стояла кладбищенская. Только ворон не хватало, чтобы бесперспективно каркать и мрачно кружить над головой. Не было слышно ни птиц, ни собак, ни скотины в сараях. Лишь холодный ветер гулял по дворам, хлопал покосившимися ставнями, шелестел засохшей травой и трогал крылья старой мельницы. Она будто бы махала издалека прибывшим путникам. Над ней парили пересмешники.

Влад указал на них Севру. Тот равнодушно кивнул.

Видел.

Какие-то птицы вдалеке тревожили его куда меньше, чем царившее вокруг безмолвие.

Стараясь держаться в тени деревьев, они крались вдоль почти завалившихся заборов. Через некоторые Влад умудрялся заглянуть. Ничего особенного, правда, не видел, обычное хозяйство: сараи, курятники, грядки и бурьян с человеческий рост.

Вдруг, что-то черное, размером с собаку мелькнуло в одном из дворов; выскочило из сарая и скакнуло в окно.

Это еще кто?! шёпотом всполошился Влад, дергая Севра за рукав.

Где?

Чёрное что-то. Вон там пробежало. Обезьяна что ли?

А, безразлично откликнулся Север. Домовые черти. Не бойся. Они то же что и крысы. Только большие. Подходить, впрочем, тоже не надо. Кстати. Никому не говори, что ты оборотень. И что из Яви тоже. Не то мне крышка.

Почему?

Тащить людей в Навь М-м Немного запрещено.

Немного?

Нельзя просто так вести сюда кого попало. Только если по приказу. Скажешь, короче, что ты Этот Ну, допустим Из этих Ну которые Слуги сатаны.

Сатана тоже реальный?! удивленно прошипел Влад.

Дурак что ли? Я про дебилов, которые по брошенным домам шорохаются, зверье режут и свечки жгут.

А что, они сюда попадают?

Некоторым, удается привлечь какую-нибудь местную нечисть и каким-то чудом оказаться здесь.

Прикольно. А домой они потом как?

Никак. Болтаются пока смерть не найдут или не приспособятся. Чаще первое. Такие, как они, даже здесь никому не нужны. Кроме нечисти в виде еды.

А ты, такой герой, пожалел меня убогого. Домой ведешь.

Север скривил невеселую улыбку. В это сестра с мамой поверят, только вместо "героя" будет противоположный диагноз.

Я, хмыкнул он и с напускной драматичностью описал свою версию. Увидел, как бессовестные сатанюги хотят вовлечь невинного юношу в свое чёрное дело.

И решил сделать это за них.

И решил спасти беззащитного ребёнка от дурного влияния.

Влад фыркнул.

Так мне что, изображать сатаниста?

Знаешь, охотник критически оглядел Влада, измученного долгой дорогой и вымазанного в крови. Тебе даже делать ничего не надо. Главное, не ведись на глупые вопросы моей сестры. А лучше вообще подальше от нее держись, а то она может почуять страх.

***

Они повернули за угол мимо сада, в котором декоративные кусты теперь делили место с гигантской крапивой.

Север скользил взглядом по домам, и вид у него становился все растерянней. Неужели за столько лет забыл, как родной дом выглядит? Или улицу перепутал?

Нет. Вот в зарослях репейника проглядывается знакомый низкий забор. Север обрадовался, прибавил шаг, а когда из-за берёзы показался дом, резко остановился посреди дороги.

На привычном месте, в изменившемся, но узнаваемом окружении стояли чёрные от копоти бревенчатые стены с пустыми глазницами окон.

Все остальное было на месте, будто ничего не случилось: забор, калитка, собачья будка, чуть почерневшая скамейка под окнами. И словно издеваясь, сквозь горелые развалины виднелся соседский яблоневый сад, который Север привык видеть из своего окна на чердаке.

Север переглянулся с Владом, будто желая убедиться, что они оба видят одну и ту же картину.

Влад встретил его взгляд, набрал воздуха, хотел сказать хоть что-нибудь, но так и не придумал что.

Север снова уставился на дом, словно ожидая, что тот устыдится своей жестокой шутки и сделается прежним. Но чуда не происходило.

Север! Север, пересмешник! Север! Там сраная птица!

Влад сначала тряс его за плечо, а потом уперся в него руками и едва столкнул с места.

Чего ты...? наконец очнулся Север и обернулся.

Заметив пикирующего к ним из-под низких облаков хищника, он без раздумий потащил Влада в ближайшее убежище горелые развалины собственного дома.

Пересмешник приземлился на стену и сунулся в дыру на крыше. Но осыпающийся скелет перекрытия не внушал ему доверия. Он попробовал влезть в окно, но пролезала только голова, и тогда хищник попытался протиснуться в дом через прихожую.

Парни спрятались в относительно уцелевшей кухне.

Найди, чем загородить проход! велел Север, стоя в дверях и размахивая железной трубой.

Хищник ухватился за нее мощным клювом по железяке прошла дрожь, будто по ней ударили молотом. Север удержал ее, но пересмешник, видимо, принял трубу за конечность и потащил жертву к выходу.

Тем временем Влад попытался перевернуть стол, но тот рассыпался, стоило приложить к нему силу. Тогда он взялся за широкую лавку. Огромная доска оказалась неподъемной, и от его стараний переломилась посередине. Он убрал упавшую на лицо прядь волос, оставив на лбу чёрный росчерк и посмотрел на Севра, чтобы доложить, что ничего не получается, но успел увидеть лишь как охотника выдернуло из кухни.

Север!

Север толкнул пересмешника в прихожую вместе с трубой и рванул обратно на кухню, на ходу снимая с плеча лук. За спиной увесисто звякнула об пол железяка и в ту же секунду острые когти хищника распороли штанину и зацепились за ботинок охотника.

Парень с грохотом растянулся на полу, выронив лук и стрелы, кроме одной, которой с размаху наугад махнул за спину и попал хищнику прямо в глаз. Крик пересмешника походил на скрежет ржавой качели. Однако он не выпустил свою добычу и снова поволок её на выход.

Север пытался ухватиться за косяк или порог, но пальцы соскальзывали, обламывая куски горелой и подгнившей от дождей древесины. Перевернуться на спину тоже не получалось птичьи когти зацепились за ботинок так, что невозможно было развернуть ногу. Удалось лишь привалиться на бок и наугад кидаться в хищника всем, что попадется под руку, посудой, кусками досок, почерневшими садовыми инструментами без черенка. Наконец, пальцы нащупали привычный холод чугунной трубы. Север хотел ударить по лапе, которая держала его за ногу, но не находил для этого ни сил, ни удачного положения. Сдавшись, он просто запустил ею в хищника. Тот по-куриному откинул лапой железяку.

Следующей во врага полетела сгоревшая дочерна головешка и метко угодила прямо в раскрытую и азарта пасть.

Пересмешник остановился, затряс мордой, но добычу не отпустил. Наоборот ещё крепче вцепился и яростно заклекотал.

Север уже прощался с жизнью, потому что силы были не равны, а помощи ждать было неоткуда. Но тут услышал хруст горелой древесины и, задрав голову, увидел вооруженного луком и стрелами Влада.

Пытаясь поставить стрелу на лук, Влад трясся так, словно ехал рысцой на хромом верблюде. Охотник вжался в пол и закрыл голову руками, готовясь словить шальную стрелу.

Наконец, Владу удалось натянуть тетиву, но прицелиться он не успел. Струна туго хлестнула по запястью. Стрела угодила птице между глаз. Звук был такой, словно в пень воткнули нож. Пока хищник тряс башкой, пытаясь избавиться палки во лбу, Влад зарядил последнюю стрелу и попал ею чуть выше первой, в темечко.

Теперь пересмешник походил на какаду. Потеряв терпение, он хотел было вонзить клюв в добычу, но стрела в переносице не позволила это сделать, утыкаясь в пол. После нескольких бестолковых попыток он вдруг завопил дурным голосом, взъерошил перья и попятился на улицу.

Север вскочил на ноги и выглянул из прихожей на улицу.

Полуслепой, утыканный стрелами пересмешник горел в области хвоста, оттуда торчала еще одна стрела и метался по двору теряя перья и натыкаясь то на стены, то на собачью будку и забор. Потом вдруг вспорхнул и полетел прочь. А за ним, в предвкушении сытного обеда, слетелись со всей деревни другие пересмешники.

Влад так и остался в коридоре. Стоял бледный как музейная статуя с луком в трясущихся руках. Он не мог поверить, что только что выстрелил в живое существо дал отпор, намеренно причинил боль. А главное с ним от этого ничего не случилось. Запоздалая тошнота лениво поднималась к горлу, но это было не сравнить с тем, как его выворачивало раньше.

Здорово! Ты, оказывается, ты умеешь стрелять, сказал Север без насмешки.

Да нет. В кино видел, полуобморочным голосом отозвался Влад, пораженный своей меткостью не меньше, чем самим выстрелом.

Молодец, искренне похвалил Север и похлопал по плечу. Спасибо.

Север пошел на выход, а Влад не тронулся с места, провожая его удивленным взглядом.

Ноги и руки парализовало от шока. Но впервые это было не от стыда и тошноты, а от нового будоражащего ощущения. Впервые кто-то старше, больше и сильнее признал само собой разумеющимся не его слабость, а проявление силы. Влад знал Севра всего несколько дней и не считал его большим авторитетом, понимая, что охотнику в целом плевать на него. Но кинутая невзначай похвала что-то задела в его душе.

Улетели уже, выходи, позвал Север. В какой-нибудь дом устроимся.

В воздухе все еще витал легкий дымок и пахло паленой шкурой. Двор был усыплен перьями точно осенними листьями. Только они не шуршали, когда Север пинал их по дороге к калитке. Набаловавшись, он поднял голову и замер.

За забором, под почти облетевшим кустом сирени стоял человек в длинной куртке и направлял на чужаков взведённый арбалет.

## Глава 19. Полунормальное явление.


Север решил, что перед ним мужик, одичавший от одиночества и голода. Вон, куртка чуть не до пола висит, а руки едва из рукавов видать.

Кто ты и что тебе тут надо? тихо, но требовательно спросил незнакомец. Руки подними и отвечай!

Север запоздало расслышал сквозь угрозу женский, даже девичий голос.

Мы-ы Я ищу людей, которые жили здесь, ответил Север, замерев с полуподнятыми руками. Не знаете, куда они уехали?

Девушка резко опустила арбалет и скинула капюшон и прищурилась от ветра, который тут же растрепал её вьющиеся черные волосы, собранные в слабый хвост. Она несколько секунд напряженно рассматривала парня и постепенно ее серьезное лицо разгладилось.

Сева? изумлённо улыбнулась она.

М-м Марийка? неуверенно уточнил Север и подошел к девушке.

Они неуверенно подняли руки, будто бы для объятий, но в последний момент Север взялся за отвороты своей куртки, а Марийка неловко переложила арбалет в другую руку.

Я уже подумал, что в деревне никого нет, сказал Север, сглаживая повисшую неловкость.

Так никого и нет. Только мы с мамой и папой.

А мои где? С вами?

Н-не, помотала головой девушка.

А что случилось с домом?

Это Гарька сожгла перед тем, как в город уехать.

Так они уже в городе?

А ага, рассеянно подтвердила Марийка.

Она вспомнила, что видела двух людей, прячущихся в дом, и заглянула за спину друга. Стоявший на крыльце юноша под ее вниманием зябко ссутулился и отвел взгляд, неожиданно заинтересовавшись пучком перьев под ногами.

Это с тобой? спросила Марийка.

А. Да. Это Влад, Север оглянулся и махнул парню рукой, подзывая. Он случайно попал в Навь. Хочу в город отвезти. Влад, это Марийка.

Влад подошел и с нервной улыбкой пробормотал что-то похожее на здрасти, после чего смущённо отступил за могучую фигуру охотника, понимая в какой культурный шок вгоняет девушку своим кроваво-копчёным видом.

Марийка рассеянно пролепетала приветствие, стараясь не пялиться странного, диковатого незнакомца, хотя явно отметила взглядом, как он сжимает в дрожащих руках дугу лука.

Замёрзли как собаки, сказал Север, забирая оружие у Влада. Тот сразу спрятал руки в карманы. Третий день шастаем по лесу.

Ну так и быть, заходите погреться, улыбнулась Марийка.

***

Марийкин дом резко выделялся среди общей разрухи ухоженным видом. Пусть в деревне уже некому было оценить резьбу, украшавшую дом снаружи, но трава вокруг была выкошена, двор чист, забор стоял бодрячком, а от калитки по всему двору расходился лабиринт из дощатых мостков.

Справа к дому прилегала большая пристройка с воротами. Слева на просторном дворе разместились дровяник, колода с воткнутым в неё топором, груда досок у забора, бочка, лавка и сарай. Посреди всего этого колыхалось развешанное на верёвке бельё. Всё как в любом дачном дворе. Однако у сарая Влад заметил пятна крови и присохшие к мосткам и забившиеся под доски крупные перья.

Что хранилось в сарае, догадаться было нетрудно. А вот представить в каком виде жутковато.

Шагая по пружинистым доскам, Влад отвел глаза от сарая и встретился взглядом с грозным филином. Тот был вырезан из дерева и на пару с другим держал на себе козырёк крыльца.

Туловище у них было упрощённое для надёжности опоры, но тонко вырезанные морды смотрели на Влада сверху вниз со обличающей строгостью. Ему даже неловко стало за своё любопытство.

Марийка повесила арбалет и снятый с пояса потрёпанный кожаный колчан на гвоздь у двери, затем положила на перила почти пустую зажигалку.

Влад мимоходом задержал на ней взгляд, про себя задаваясь вопросом, где это у них тут поблизости ларёк.

Сени встретили гостей уютным полумраком и тишиной. Холодный осенний ветер, к которому путники уже притерпелись, остался за дверью и завывал над крышей, словно досадуя об упущенной добыче.

Чувствуя, как оттаивают уши, Влад осмотрелся.

Окно слева перечеркивала крутая, но основательная лестница на чердак. Напротив входа в темноте поблескивали железными ручками две двери: одна, судя по грязному коврику, вела на задний двор, а ко второй, чистой и плотно обитой перьями, вели еще три широкие ступеньки. Ближе всех, справа от входа была третья дверь, дощатая и чуть осевшая. Из-за нее сквозь щель доносилось сонное кудахтанье и пахло загаженным сеном.

Па-а!

Звонкий голос Марийки встряхнул застоявшуюся тишину и с тоненьким гудением залег в жестяном ведре под лестницей. Влад почесал ухо.

За косой дверью раздался лязг мелкой посудины, перепуганное квохтанье и басовитая мужская ругань.

Дверь распахнулась и в сени вышел рослый, плечистый дядька. Он был на голову выше Севра, с косматой частично седой бородой и такими же густыми бровями. В руках, испачканных в зерне, сене и птичьем помете, он держал грязную алюминиевую миску.

Пап, у нас гости..., начала Марийка.

Ага, сейчас Бошки бы им поотрубать! едва взглянув на парней, проворчал мужчина и сразу направился к обитой перьями двери. Ялка с них еще яиц ждет. Да им только жрать давай.

Марийка, хихикнув, поманила гостей за собой.

Просторная горница окутала чуть оттаявших путников печным жаром, от которого по телу побежали мурашки. Запах еды ударил в ноздри. Пошла слюна. В голове Влада толстым аистом угнездилась мысль Всё. Остаёмся тут навсегда.

Кроме печки комната умещала стол с лавками по обеим сторонам, а в другом конце кресло и широкий темный буфет. За лавкой был еще один проход, занавешенный тканью. Между окон на стене висели часы с маятником, под ними длинная лавка, занятая книгами, как попало брошенной одеждой и кухонными тряпками.

Влад с изумлением отметил, что здесь тоже всё как в обычных домах. В том смысле что, учитывая увиденного кентавра и намозолившее слух слово "Навь", он рисовал себе местный быт как в древней Руси: избушка, конюшня, полати и так далее.

А здесь все было как в типичном частном доме: на окнах кружевные занавески, на столе клеенчатая скатерть в цветочек, на стене медная гравюра девица в сарафане. У двери, на маленькой полке лежали спички с самолетом, в нише между печкой и стеной приютился привычного вида соломенный веник и пластмассовый красный совок. Не было только намека на электрическое освещение и розетки. Лишь свечки горели на столе и на буфете.

Па, не отставала Марийка.

Ну, что? мужик бросил в раковину грязную миску и загремел "носиком" умывальника, ополаскивая руки. Забыла куда вести? Открывай ворота, показывай, куда разгружать....

Да не обоз это. Посмотри, кто вернулся!

Мужчина вытер руки первой попавшейся тряпкой и наконец, обратил внимание на посторонних в его избе.

Увидев Влада, он попятился, споткнулся о ведро с картошкой и только благодаря вовремя подхватившей его Марийке приземлился не на пол, а на лавку у стола.

Ты чего? Па, да ты не на того смотришь! Вон же! Север!

Мужчина с заметным усилием взял себя в руки и перевел взгляд с тощего юноши в окровавленной одежде на крепкого высокого парня рядом с ним, такого же растрепанного и чумазого, но довольного произведенным впечатлением.

Ой. Заработался. Кружится всё Ах, ты чертяка, выдавил он невозмутимо, затем поднялся и так хлопнул Севра по плечу, что тот чуть сердце не выплюнул. Ты что, с луны свалился?

Кхе. Почти.

Молодец, что заехал, с легким упреком протянул мужик, не преставая трясти парня как запылившийся тулуп. Ох, и раскабанел же ты! Хорош! А это кто?

Влад, пытаясь держаться за спиной Севра, уронил смазанное приветствие.

Это Влад, Север закинул руку ему на плечи и вытащил вперед. Он из Яви.

Тьфу ты. Что, опять какой-нибудь "слуга тьмы"?

Не-не. Он нормальный. Просто заплутал случайно.

Влад изо всех сил старался сойти за нормального, но все равно выглядел как чумной олень, которого три раза переехала телега.

Понятно. Влад, значит. Я Ивар, он крепко пожал руку гостя.

Здрасти, надломившимся голосом повторил Влад.

Нам бы..., перешел к делу Север. В город попасть.

Вам бы в баню, пожрать и поспать, веско обломал его планы Ивар. Вы как с войны. Давайте. Недавно стопили, еще не остыла. Марька, поухаживай за гостями, я за мамкой до соседнего дома схожу, морально подготовлю. А то еще в обморок от счастья грохнется.

Парни расступились, пропуская его к двери.

Поджигалка и арбалет на крыльце! бросила Марийка вслед отцу, за которым уже закрылась дверь.

***

А твой батя не обидится? поинтересовался Север, придирчиво рассматривая развернутую серую рубаху больше него размеров на пять.

На что? удивилась Марийка, отдавая Владу ворох сменной одежды и полотенце.

На то, что ношу его постельное белье.

Это тебе на вырост, хмыкнула Марийка и вытолкала ребят в сени, а оттуда через дверь под чердаком выпустила на задний двор.

Парни прошли по мосткам к бане. Север открыл дверь и обернулся, видя, что Влад отстал.

Ты не идешь?

А Вместе что ли?

Ну, хочешь тут подожди, предложил Север и многозначительно глянул на небо.

В смысле, я же оборотень. Не боишься, что я озверею? Вот ты смеешься, а вдруг я всю дорогу прикидывался мирным, чтобы усыпить твою бдительность и в один прекрасный момент откусить тебе голову.

Ладно-ладно, зверюга. Пойдёшь тогда первым. Только внутрь хоть зайди, с усмешкой согласился Север, держа дверь и пропуская Влада в предбанник.

Он положил вещи на столик, скинул на табуретку куртку и начал стаскивать свитер, но замер, увидев, что Влад ничего не делает.

Можешь отвернуться? хмуро сказал Влад, опередив его вопрос.

Что там у тебя такого страшного? хмыкнул Север. Хвост чёртий?

Ну жалко тебе что ли?

Север не удержался и закатил глаза, но отвернулся, позволив Владу раздеться и пойти первым. С собой дал ему кружку с зажжённой свечой.

В бане стоял лёгкий туман. В маленьком окошке синели сумерки, а света от короткого огарка хватало только на половину комнаты.

Владислав Зайцевич был принципиально человеком города и удобств, не любил походы и ковыряние в огороде. И никогда бы, ни за какие подкупы и уговоры не пошел бы по доброй воле в баню, если есть душ. Тот принципиальный Влад из цивилизации ни за что бы не поверил, что будет поливаться из ковша с таким наслаждением, словно видит воду в первый и последний раз.

Он даже не возражал против жары. В дороге он так намёрзся, что уже и не надеялся отогреться.

Приятным сюрпризом оказались дешёвые шампуни в фирменных пластиковых бутылках и цветочное мыло с отпечатанным, но уже смывшимся логотипом. Похоже, у них тут не ларёк, а целый хозяйственный магазин.

Пока Влад скрёб голову, выдирая из спутанных волос лесную труху, он вдруг вспомнил, что, оказывается, все-таки был в бане. Давно, в детстве. Потому все казалось более-менее знакомым. Особенно запах распаренного дерева.

С первой серой пеной с него будто сошли килограммы грязи и копоти. От облегчения он забыл, что не один здесь. Чувствуя, что наконец начинает согреваться, снова схватился за шампунь. Но только успел намылился, как раздался стук в дверь и послышался голос Севра, теряющего терпение:

Можно, я зайду уже а?! Холодно как бы!

Да щас я, погоди! Влад схватил ковш и стал торопливо ополаскиваться.

Всё-таки баня это враг уединения и покоя.

Кстати, если банник явится, не смотри ему в глаза, как бы невзначай бросил Север из-за стены. Ты знаешь, кто такой банник? Он часто появляется, когда кто-то один в бане. Увидишь заикой станешь. Это тебе не леший, может и сделать чего. А ты человек вроде бы как чужой тут.

Я тебе не верю! с детской категоричностью парировал Влад.

В смысле? Ты сам просил предупреждать, настойчиво тараторил Север. Я предупреждаю Потом не говори, что не предупреждал.

Отжимая волосы, Влад огляделся. В жарком плотном тумане воображение рассаживало по темным углам чертей, банников и леших.

Ладно, я всё равно уже..., ему показалось, что дверь распахнулась раньше, чем он открыл рот.

Пельмешки из пересмешки! усмехнулся охотник, увидев, как Влад второпях затягивает на бедрах полотенце. Можно подумать, тебе есть чем меня удивить.

Влад промолчал. Как ни странно, но у него было кое-что, что в силу своей удивительности ещё в детстве закрыло ему вход на пляжи и в бассейны.

Хвост.

Не чёртий, конечно, а поскромнее, как у щенков. Влад объяснял это для себя генетическим отклонением, видел такое в учебнике биологии. Но от матери он так и не допросился пояснений. Только теперь у него появилась хоть какая-то понятная версия он оборотень. Счастья от этой теории было мало. И Влад не хотел пока радовать охотника вещественным доказательством.

А чего пялишься? спросил Север, оглянувшись через плечо. Шрамов никогда не видел?

Влад за раздумьями не заметил, что все это время смотрел на исполосованную спину Севра.

А ты прям, реально охотник, изобразил убедительное изумление Влад.

Реаль Что значит "реально"?! оскорбился Север, уронив шайку, из которой только что окатил себя.

Ну Ты правда убивал чудовищ?

Охотник догадался, что происходит. Сам же назвал его оборотнем, по сути чудовищем. Перед другим парнем он бы для порядка похвастался сколько разных тварей завалил. Но Влад другой случай. К тому же все равно это было бы враньем.

Да нет, конечно, сказал Север.

Он кое-как обмотался полотенцем, чтобы не шокировать тонкую душу городского юноши.

Смотри. Да подойди, не бойся.

Влад подошел и взглянул на протянутую руку с татуировкой.

Такой рисунок есть у всех охотников. Это что-то вроде бесплатного билета на еду и всякие услуги в городе. Но я всего лишь следопыт. У тех, кто убивает, нарисованы стрелы. По одной на жертву. Понял?

Влад кивнул.

А я, вздохнул Север перед тяжким и унизительным признанием. Я не могу даже кролика задушить. Все эти шрамы вообще от моей сестры.

За что это она тебя так?

Вот её и спроси. Больная идиотка все детство на мне отыгрывалась. Вот это показал он шрам на колене, она училась косить серпом траву. Тут, он вывернул руку, показывая полосу на плече. След от раскаленной кочерги. Вот это в моей ноге были вилы, а это, он указал на царапину на носу. Это я поймал кинутое с чердака ведро с вёдрами.

Ведро с вёдрами, пополам со смехом посочувствовал Влад. После такого разве выживают.

Сам поражаюсь. Единственный след от реального чудовища это вот, Север указал себе на грудь, где все еще темнела дуга от копыта кентавра.

И то, за дело, сказал Влад раньше, чем подумал.

Да, весело хмыкнул Север, но потом нахмурился. Что? Какое дело? Слышишь ты?!

Влад хохоча отбежал подальше.

Ах ты, мелкий говнюк!

Влад едва успел закрыться огромным тазом, как щитом, как в него полетели брызги холодной воды. Север метал в него воду из ведра, пока черпак не выскользнул из руки. Благо ковш был деревянный и легкий. Проскакал по полу, растеряв скорость и едва ударил Влада по ноге.

Ой. Простите, что мало попало, с усмешкой повинился Север, но, увидев, что парень замер с серьезным лицом, насторожился. Что, больно прям?

Влад поднял указательный палец, призывая к тишине, и оба услышали, как за стенкой проиграла короткая писклявая мелодия.

Парни переглянулись. Влад метнулся в предбанник и схватил с лавки телефон. На экране светилось сообщение от оператора о ценах за границей. Подобным сообщениям ему еще радоваться не приходилось. А затем длиннющим списком вылезли и пропущенные звонки от мамы, от Пашки и от Алисы. Пальцы сами тыкнули на мамин номер. От гудков бешено заколотилось сердце. А когда на том конце сняли трубку, у Влада пропал дар речи.

Да, Славочка? прозвучал голос матери. Слав, ты там? Слышишь?

Ма Мам? Мам! Это я! сам не зная почему, закричал Влад.

Привет, милый, ласково и на удивление спокойно ответила мать. Мы уже по тебе соскучились. Ты уже добрался? Как Таиланд?

А? До Добрался? Таиланд? Влад нервно смахнул воду, капающую с челки, и недоумённо посмотрел на Севра.

Тот выскочил следом и теперь, придерживая полотенце на поясе, стоял и прислушивался к разговору.

Как общежитие? Не заблудился? Все нашел? Алисе позвони, как сможешь, а то она...

Мам! Мам, послушай! Я попал в какую-то

Телефон пискнул, подмигнул картинкой с разряженной батареей и выключился, оставив Влада в озадаченном негодовании.

Жопу.

***

Баня не зря считается мистическим местом. В ней размывается граница между Явью и Навью. Но даже Север не знал, что это работает в обе стороны.

Ну? Что? поинтересовался он после небольшой паузы.

Мама спрашивает, как мне Таиланд, бесцветным голосом ответил Влад и сел на лавку. Либо они сошли с ума, либо я. Сижу голый на улице среди пальм и загорелых прохожих. И представляю себе кентавров, лес и пересмешников.

Так. Спокойно. Помнишь, что я тебе говорил про Сомнию? Север сел рядом.

И что?

А то, что, похоже, товарищи из этой дотошной, отвратительной, бессовестной..., он осекся, поймав на себе мрачный взгляд Влада. Кхм Организации внушили ей и всем, кто тебя знал в поселке, что ты временно уехал.

Как это "внушили"? Моя мама не идиотка, чтобы в такое поверить.

Нет, успокоил его Север. Конечно, нет. Дело не в уме. А в сознании. Я же рассказывал тебе про морок. Их тоже загипнотизировали. Только сильнее. Так сказать, смягчили удар от твоего исчезновения.

То есть, они меня просто похоронили? И я больше не существую? Они не знают, что я не вернусь...

Ну что ты, добродушно усмехнулся Север. Когда вы увидитесь, морок развеется. Наверное. А ты завтра уже и вернешься. Считай, с Таиланда. Кстати, а что это?

На юге. Жара, тропики, комары. Я там даже никогда не был, усмехнулся Влад, немного успокоившись.

А. Ну летом здесь примерно так же.

Ага...

Ладно. Ты пока одевайся, я щас. Быстро.

Север наспех домылся, после чего быстро навёл порядок, расставив по местам ковши и тазы.

Влад тем временем натянул застиранную до желтизны белую футболку с полустертым олимпийским мишкой, спортивные штаны и влез в ботинки, изношенные до состояния вареной лапши. Но их можно было назвать почти новыми, если сравнивать с его кроссовками, похожими на двух выпотрошенных соболей.

Севру одежда оказалась довольно свободна, но не висела совсем уж мешком, как он ожидал. Растянутая черная футболка со спортивной эмблемой, огромная шерстяная серая рубаха и такие же широченные спортивные штаны делали из него типичного батю на даче.

Кстати, а откуда здесь все это? нарушил молчание Влад, чтобы не казаться подавленным. Ну, одежда фирменная, шампуни.

Откуда-откуда. С заводов. По всей Нави понастроены.

Реально? скептически хохотнул Влад. Типа "Навьпром"?

Ага. Осторожно, мечты сбываются, кивнул Север, но все-таки пояснил. У нас есть торговцы, которые ходят в Явь и набирают оттуда все что надо, а потом ездят по деревням и продают.

Набирают типа крадут?

Типа обменивают.

На что? На какие-нибудь вещества? предположил Влад, заговорщицки понизив голос.

Я не знаю, так же таинственно ответил Север.

А электричество тут есть? еще тише спросил Влад.

Только в городе. Но там розеток нет.

Влад вздохнул и простонал:

Куда ты меня притащил...