# История Великой Мести. Книга 1 Глава 5

Екатерина Думитровна Кара

## Глава 5 Происшествие с сингулярностью


- Этого достаточно. - уверенно заявила гадалка, накрыв ладонь Коли своей, пока тот, зажмурившись, кричал и мотал головой.


- Что, Господи, что случилось?! Что это было?! - парень открыл глаза и попытался отдышаться, положив руку на грудь...прямо как Евгений.


- Это то, зачем ты пришел? - мягко спросила Вера, заставив Колю задержать дыхание и задуматься.


- Да, - наконец выдохнул он и поднял глаза. - я узнал все, что хотел. Теперь мне пора.


Он встал и даже удивился, что после прикосновения избежал сингулярности. Конечно, Коля сингулярность в действии никогда не видел, но слышал, что при смешании энергетики разных чародеев все происходит по-разному.


Зиждилась надежда, что все прошло успешно, и Коля, спрятав рисунок в карман, уже направился в прихожую...как вдруг услышал гудение. Гудение какое-то неопределенное, исходившее отовсюду и давившее на все вокруг. Парень остановился, и звук умолк. Сахаров подался вперед. Гудение в свою очередь вновь надавило на уши с новой силой.


Тогда Коля обернулся и увидел тонкую переливающуюся нить, связывающую его руку и руку Леонидовой. Женщина тоже глядела на ленточку, в ее глазах читалось недоумение.


Как только нить натягивалась, на комнату производилось непомерное давление, и в ушах звенело. Ленточка была ярко-желтой и даже светилась, но чем ближе к руке Веры, тем она темнее, и к ее запястью была привязана темно-фиолетовым концом, а к Колиному - солнечным. Парень потянул ленту и сморщился от шума и головокружения. Прикусив губу, Сахаров взглянул на Леонидову с некоторым пренебрежением.


Вера хотела сказать что-то, но он жестом приказал ей молчать и сделал шаг навстречу. Тогда лента стала заметно толще и крепче, чем очень насторожила Колю.


- Это ваших рук дело? - Сахаров пронзил Леонидову недоверчивым взглядом исподлобья и снова опустил глаза, осматривая странное связующее.


- Нет, что ты! Бога ради!...


- Тогда я порву ее.


- Делай, что хочешь! Я здесь ни при чем!


Коля постоял еще немного молча, потом неуверенно потянул за ленту, убедившись, что другого выхода нет.


Сахаров сжал кулак и решительно отдернул руку, шагнув назад.


И тут начался хаос.


Парня тут же отбросило к стене. Он ударился спиной о большое зеркало, и по стеклу тут же расползлась паутина трещин. Все звуки смешались в оглушающую какофонию, Вера закричала и упала на пол, стекла вмиг потрескались и вылетели из окон роем осколков. Суровый зимний ветер с щедрой примесью снега ворвался в комнату, жалюзи затрещали, вся посуда попадала с полочек, шкафчики разом открылись, и все содержимое тут же разбилось, хором жалобно зазвенев.


Коля оглянулся. Его взгляд остановился на чудовищной птице пугающих размеров, вцепившейся огромными железными когтями в угол стола, под которым пряталась Вера, закрывшая лицо ладошками и содрогающаяся от ужаса.


Пугающее нечто напоминало сову. Вытянутая толстая шея, неповоротливое тело, цепкие когти и громадные крылья, стесненные стенами кухни. Взъерошив угольные перья и расправив хвост, на конце которого вспыхнуло пламя, чудовище медленно повернуло ярко-желтый диск с прорезями пустых глаз наподобие головы и с жутко загудело, открыв клюв, полный острых как лезвия зубов.


Коля не выдержал и закричал.


Птица щелкнула клювом, перескочила на подконник, расправила широченные крылья, оторвалась от опоры и бесшумно взмыла в воздух, оставив кухню в состоянии полного разгрома.


- Господи, Господи, Господи! - вопил Сахаров, натягивая куртку. - Что я, черт побери, натворил?! Господи, что?! - он вылетел на лестничниую клетку и бросился вниз.


С улицы донеслись крики людей, грохот и звон стекла. Сердце Коли, готовое выскочить из грудной клетки или взорваться, в тот миг упало в пятки. Он не мог позволить кому-то пострадать вследствие его собственных ошибок...


На пролете второго этажа Коля остановился у окошка, расположенного прямо над подъездом, и увидел более чем душераздирающую картину. Адская птица с истошным криком терзала когтями дно перевернутого автомобиля, смятого как бумажный кораблик.


- Вот что такое эта чертова сингулярность!... - выдохнул Коля и снова стремглав побежал по ступенькам вниз.


Достигнув выхода из подъезда, он распахнул тяжелую дверь и выскочил на улицу. Его уже не волновал холод и забытые шапка и шарф. Всем его вниманием завладело это дьявольское отродье.


Мысль привлечь внимание монстра возникла раньше мысли о том, что нужно спрятаться или хотя бы взять себя в руки и сделать что-нибудь с людьми, бьющимися в истерике. Именно поэтому Коля сложил ладони рупором и заорал:


- ЭЙ, ТЫ, МАТРЕШКА В ПЕРЬЯХ! - а сам подумал, какой же он придурок. - Я ЗДЕСЬ, ТВАРЮГА!


Птица расправила крылья, отбросив тень на половину парковки, и поднялась над двором. Сахаров догадался, что пустые глазницы уставлены на него, когда птица заверещала и выпустила когти, приготовившись атаковать паренька.


- Ладно! Плевать уже! - он вытянул левую руку и сжал в кулак. В тот же миг меж пальцев заструились солнечные ослепительные лучи, в ладони начало саднить и даже приятно жечь.


Люди уже попрятались по подъездам, иные разбежались. Двор опустел. Только юный чародей и невиданное чудовище. Дуэль отпрысков несуществующего мира магии.


Птица с воинственным кличем камнем бросилась вниз, прямо на Колю. Тот хотел было отступить, но зажмурился и, когда почувствовал ее совсем рядом, раскрыл ладонь. Из его руки полился белый свет, заполонил все вокруг, окутал тело птицы. Чудовище оглушительно запищало от боли, но не сдалось и слепо впилось когтями в землю у ног Коли.


- Да будь ты проклята!... - успел выкрикнуть тот, теряя равновесие, и рухнул на ледяную корку, припорошенную мокрым снегом.


Сахаров взмахнул рукой, рассеяв в воздухе рой золотых пылинок, снова сжал кулак, и тело совы обвило нечто ослепительно-яркое, напоминающее змею или плеть. В какой-то момент это "нечто" стиснуло шею чудовища, и послышался тошнотворный хруст, после чего монстр завопил еще громче. Этого хватило, чтобы Коля успел отползти, встать, разодрав ладони о лед, и добежать до разбитого автомобиля. Благо, там не оказалось искалеченного тела в кровавом месиве, что хоть немного успокоило парня. Он шлепнулся на останки дверцы и заткнул уши дрожащими пальцами, зажмурившись и стиснув зубы. Сердце так бешено колотилось, что Сахаров испугался за здоровье своей сердечно-сосудистой. Но на самом-то деле здесь до тахикардии далеко. Учитывая то, что все его тело сковал страх. Страх, дергающий ниточки его движений, будто у марионетки. Страх, бьющий сотней маленьких молоточков по грудной клетке изнутри. Страх, перекрывающий клапаном его дыхание.


Страх, играющий в жмурки с его храбростью.


Коля взглянул на свою левую руку, и дыхание остановилось. Он начал задыхаться от ужаса и омерзения.


Линии на ладони превратились в глубокие шрамы. По коже неловкими движениями размазана светящаяся золотая субстанция, напоминавшая кровь...


"Запомни - никогда, никогда и еще раз никогда, - говорил отец в детстве. - никогда, Коля, не используй силу на максимум. Если ты используешь слишком много силы, это может привести к нарушению энергетического обращения... если проще, ты получишь пожизненную травму и не сможешь контролировать дар... так что не напрягай особо силы, договорились, сынок?..."


- Догово...рились... - прохрипел Коля и стиснул запястье пальцами другой руки. Странная кровь светилась, и вокруг даже скакали искры, будто это не человеческая плоть, а сломанный робот.


Вдруг сзади, совчем близко что-то затрещало и заскрипело. Коля почувствовал, что машина чуть движется, и оглянулся, прикусив губу. Огромная птичья лапа зависла над ним, приготрвившись скрутить его шею когтями. Второй лапой птица подобрала под себя помятый бампер.


Сахаров закричал и хотел было отползти и броситься бежать, но монстр уже приготовился атаковать. Оставалось только защищаться.


- Уйди, уйди, уйди, тварь! - пролепетал Коля и запустил прямо в глаз птицы огненный шар, ослепивший ярким белым светом самого парня. Чудовище заверещало, а Сахаров зажмурился и потер другой ладонью ослепленные глаза. Как вдруг...


Коля не успел полностью осознать, что произошло. Только адская боль пронзила левую руку, прямо в центре ладони. Боль разлилась по руке, обжигая кожу и мышцы, поползла вверх, к локтю, добралась до предплечья и парализовала суставы. Коля истошно закричал и краем глаза заметил огромную лужу светящейся крови на льду и изуродованную руку. Птица проткнула когтем его ладонь насквозь и пригвоздила к земле...


Кто-то кричал. Нужно было встать...


Знакомый голос ругался с чужим, суровым и нетерпеливым. Кто-то плакал...или даже рыдал.


В руке пульсировала боль, жар волнами разливался по телу, сменялся ознобом и вновь пронизывал его всего острыми раскаленными иголками.


Так и перевернулась его жизнь. Глупая, глупая ошибка...


Но есть в этом тесном мире еще один специалист по глупым ошибкам.

Евгений Нери-Розаль.