# Тропинка в тридевятое царство

Аноним Ирвак

вы никогда не задумывались, зачем зайцу балалайка, что на самом деле любят ежи и каковы аэродинамические характеристики грузовых аистов?

Петька шёл по тропинке и смотрел себе под ноги. Очень хотелось обернуться, но за спиной пряталась чёрная-пречёрная чернота. Он потому и придумал вниз смотреть: если голова опущена, её назад труднее поворачивать. А назад Петька боялся взглянуть даже больше, чем он боялся представить себе, куда ведёт эта тропинка. Ещё Петька боялся вспомнить, как он на ней оказался. Только что всё было хорошо: он пил молоко, рядом стояли мама с папой, и вдруг - под ногами тропинка, позади чернота, впереди неизвестность. Тут кому угодно страшно станет, не только Петьке!

- Стой! Тебе сюда нельзя! - закричал кто-то рядом.

- А почему? - Петька остановился.

- Потому что ты ещё маленький!

Петька насупился. Слышать, что он маленький, было ещё хуже, чем слышать, что ему опять куда-то нельзя.

- Я большой, - возразил он, оглядываясь, - воспитательница обещала меня в старшую группу перевести.

- Всё равно мелкий.

- А ты где? - перевёл разговор Петька. - Я тебя не вижу.

Ишь, хитрый какой: маленьким обзывается, а сам куда-то спрятался. А то может, он даже меньше, чем Петька! Вот пусть сначала вылезет, а потом...

Перед ним стоял здоровенный зверь. Петька хотел попятится, но вовремя вспомнил, что там, за спиной, чернота. Тогда он стиснул зубы и начал рассматривать круглые бусинки глазок, которые оказались прямо перед его, Петькиными, глазами. Перевёл взгляд на длинные уши, прижатые к маленькой голове. А что это у него сзади? Хвостик, что ли?

Зверь присел на задние лапы, спрятав хвостик, и спросил:

- Ну, малявка, чего уставился? Зайцев никогда не видел?

- Зайцев? - переспросил Петька. - Да какой же ты заяц?

- Добро пожаловать в реальный мир, карапуз!

Петька помотал головой.

- Зайцы, они такие... такие маленькие, а ты вон какой - почти как я! Зайцы пушистые, а ты облезлый, как бабушкина старая шуба, и кости отовсюду торчат.

Зверь наморщил верхнюю губу,

"Разозлился", - понял Петька, но всё равно продолжал. Пусть этот, облезлый, не думает, что его, Петьку, так легко обмануть.

- Во всех книжках нарисовано, что зайцы одежду носят! И в мультиках тоже! Белую рубашку с красным пояском! или красную рубашку! И балалайку! Я знаю, я сам на утреннике зайцем был! "Заинька, попляши! Серенький, попляши!"

- Косой, ты пошто мальчонку запутываешь? - пропыхтел снизу чей-то добрый голос.

Петька так обрадовался неожиданному заступнику, что сразу его узнал.

- Ёжик! Здравствуй, ёжик!

Не ответив, ёжик вдруг сорвался с места и подбежал к старому пню. Петька едва увидел, что на толстом-претолстом корне загорает ящерица, как ёжик схватил её зубами! Зачем она ему? Петька даже удивиться не успел, а ёжик уже возвращался, и под носом у него словно усы торчали четыре маленькие лапки и хвостик.

Хвостик отвалился и упал на траву, Петьку чуть не стошнило, а ёжик прочавкал:

- Ежели ты, косой, в реальном мире, то где твоя косоворотка? И кто тебе позволит в реальном-то мире без порток разгуливать?! Вот то-то же! Нет бы мальчонке прямо сказать, что он в тридевятом царстве.

- Ёжик! Ты почему ящерку съел?! - не стал его слушать Петька.

- Так она на солнышке зазевалась, вот я и подсуетился чуток. Они шустрые, их разве что по холодку поймаешь, а я тёпленькое люблю.

Петька вспомнил падающий хвостик, и тошнота опять подступила к горлу.

- Ёжики грибы едят... И яблоки, - прошептал он.

Заяц захохотал, а потом кааак прыгнул - до самого пня доскочил! Сорвал мухомор и с размаху швырнул его ёжику на спину.

Ёжик лениво взмахнул коротенькой лапкой, даже не пытаясь дотянуться до гриба, застрявшего в колючках.

- Ой... - прошептал Петька. - И яблоки тоже?! А почему тогда...

- Энциклопудист какой-то две тыщи лет назад выдумал, - взгрустнул ёжик. - Он ещё много чего сочинил: про людей пёсьеголовых, а то и вовсе безглавых. Ну, это ладно, про людей пусть, но вот ежей-то за что?! С тех пор так и повелось: у себя дома - в тридевятом, то есть, царстве - мы как есть ходим. А вот в реальный мир ваш - с книжками, телевизором да прочими выдумками - без ерунды этой и не показывайся! Грибы с яблоками ещё туда-сюда, так ведь иной раз в сапоги рядиться заставляют!

Снова услышав знакомые по книжкам слова, Петька насторожился.

- Тридевятое царство? Это как в сказках, что ли? Значит, я сейчас в сказке?

- Кому сказка, а кому и дом родной, - усмехнулся ёжик.

- А ваше царство, оно далеко? - забеспокоился Петька. - Меня мама ругает, если я дальше нашего двора ухожу!

- Как же ты сюда попал, мелочь пузатая? - задумался вслух заяц. - Гуси-лебеди принесли?

Он задрал голову, и Петька тоже посмотрел в небо. Там кто-то летел: то ли гусь, то ли лебедь, то ли...

- Аист! - вспомнил Петька. - Я знаю, это аист! Видите, у него в клюве ребёночек? Бабушка говорила, что меня тоже аист принёс!

- Вот бестолковый, опять за старое взялся, - покачал головой ёжик.

Аист подлетал всё ближе и ближе, и заяц с ёжиком следили за ним, не отрывая глаз. Петька с восторгом уставился на белый свёрток, который покачивался при каждом медленном взмахе широких крыльев.

- Ну, что ты тянешь! - вдруг заверещал заяц.- Сбрасывай! Сбрасывай, тебе говорят! Сейчас в штопор сорвёшься!

У Петьки даже в ушах зазвенело. Ну, ему-то чего, он только вздрогнул, и всё, а вот бедный аист нырнул, как будто кто-то дёрнул его за клюв. Мерные взмахи крыльев сменились беспорядочным размахиванием, и вот уже он не летит, а кубарем падает вниз под отчаянный крик зайца и ёжика.

- Сбраааасыыыываааай!

В ужасе открыв рот, Петька наблюдал, как белый свёрток выскальзывает из раскрытого клюва.

- Тьфу! - сказал заяц. - И вот так всегда!

Освободившись от свёртка, аист ещё немного покувыркался в воздухе, но у земли выровнялся и, старательно облетая деревья, скрылся где-то вдали.

- Ааааа! - отчаянно взвыл Петька.

- Эй, клоп, ты чего это? - удивился заяц.

- Ребёночек, - прорыдал Петька, - разбился!..

- Что ты, что ты! - запыхтел ёжик. - Не было никакого ребёночка!

- Никто этому кривокрылому младенца не доверит, - сказал заяц. - Что мы - звери, что ли?

Петька размазал слёзы по щекам.

- А свёрток? Кто там, в свёртке?

- Полено, - фыркнул ёжик.

- А почему?.. - опешил Петька.

- Потому что дурак, - объяснил заяц.

Петька повернулся к ёжику.

- Это у вас там, в реальном мире любят, когда аист приносит или в чтоб капусте нашли, - нехотя пояснил ёжик, - а тут, в тридевятом, ребёночек по простому, без затей у мамки своей рОдится. Всё, как у дедов наших было, и прадедов...

- Говорили же этому кривошеему, чтобы с грузом сюда не совался! - перебил его заяц.

- А почему?

- Потому что аэродинамика! - заорал заяц.

Петька снова повернулся к ёжику.

- Аистово дело простое: взял со склада ребёночка - ну, и лети себе к людям, а к нам, в тридевятое, не суйся. Склад всё ж таки неспроста на границе построили - чтобы ни ваши законы там не управляли, ни наши...

- Но кривоногим закон не писан! Он прямо на пробном вылете развернулся - и в тридевятое царство! Решил вдруг, что нам здесь тоже всё это надо: аисты!.. конверты с младенцами!.. ленты!.. кружево!..

- А почему?

- Потому что идеалист!

Ёжик, не дожидаясь Петькиного вопросительного взгляда, пропыхтел:

- С лентами да кружевом красивше, чего уж там...

- Красивше, ага, - передразнил его заяц. - Этот кривоклювый, как границу пересёк - сразу в штопор и башкой об землю! Красота! Хорошо, что на пробном вылете полено в свёрток кладут!

- А... - начал было Петька, но заяц разошёлся не на шутку.

- И ещё хорошо, что ему на втором вылете опять полено положили! Потому что он и во второй раз на те же грабли полетел! А после третьего штопора его со склада выгнали, потому что поленьев не напасёшься, но этот криво... криво...

- ...хвостый, - подсказал Петька. - Кривохвостый, да?

Заяц сердито взмахнул ушами.

- Ты, малёк!.. Если не гуси-лебеди, кто же тебя сюда притащил? Не аист же, в самом деле! Может, тебя послали?

- А как это? - не понял Петька.

- Ну, это когда говорят "иди туда, не знаю куда", или...

- Косой, ну что ты мелешь! Какие гуси-лебеди?! Какое "туда, не знаю куда"?! Никак ты башкой об землю приложился, как тот самый аист? Ты что, не приметил, что спит он! Спит, и сон ему снится! Неужто не видишь, что мальчонка в исподнем щеголяет?

Петька оглядел свою любимую пижамку с мишками и сердито сказал:

- Ничего я не щеголяю!

- Тьфу! - расстроился заяц. - Как же это я проглядел? Сижу, разговоры с ним разговариваю, а мог бы сразу домой отправить!

- Не убудет от тебя с разговоров-то, - фыркнул ёжик и подмигнул Петьке: - Ну, что, в гостях хорошо, а дома лучше, так ведь? Ступай-ка ты к себе - прям по этой тропке, никуда не сворачивая...

- Нет! - закричал Петька. - Я боюсь! Там чернота!

- Что ты врёшь?! Какая чернота?! Нет там никакой черноты, - заспорил заяц.

- Нет, есть! Есть! Есть! Я помню, она у меня за спиной была!

- А хоть бы и есть, - не стал возражать ёжик, - только бояться её нечего: вся эта чернота от того, что ты глаза закрыл, когда спать ложился. Ты, как по тропке пойдёшь, зажмурься хорошенько - и сам не заметишь, как проскочишь. Ну, будь здоров, не поминай лихом!

- Ну, и пожалуйста, - обиделся Петька, - ну, и до свиданья.

Он зажмурился и осторожно сделал несколько шагов.

За спиной ёжик с зайцем начали о чём-то шептаться. Петька прислушался.

- Тьфу! Надо было ему сказать, что звери не разговаривают!

- Да ты что, косой! Он же маленький, разве можно детям такое...

Но вот уже не слышно ни зайца, ни ёжика, зато всё громче и громче раздаются над ним такие знакомые, такие родные голоса:

- ... температуру меряла: тридцать шесть с половиной.

- Да не заболел он! Устал - вот и заснул, как только до подушки добрался.

- Конечно, устал! Мало ему утренника этого дурацкого было, да? Зачем ты ребёнка в зоопарк потащил?!

- Затем и потащил, чтобы он на настоящих животных посмотрел! Он же, кроме кошек с собаками, никого не видел! Ещё подумает, что зайцы на самом деле везде с балалайками ходят!

Петька открыл глаза.

- Нет, - сказал он папе, - у себя дома они без балалаек, совсем голые ходят - никакой рубашки, только шуба, и всё! Мама, а ты знаешь, что у ёжиков лапы до спины не дотягиваются, поэтому они едят ящериц? А в тридевятом царстве ребёночек безо всякого аиста появляется, а у нас такое бывает? А ещё там звери хотели мне сказать, что они не разговаривают, хотя они разговаривают, я сам слышал! А...

Он зевнул, и чернота, которая пряталась за спиной, вдруг окутала его со всех сторон, словно одеялом.

- А я когда засну, снова в тридевятое царство попаду?.. Мне надо... Я быстро... Спрошу, почему они не разговаривают, когда они разговаривают, и сразу домой...