[Регистрация] | Редактировать сведения о тексте | Редактировать текст


Самиздат, Предгорье, Мировое Зло
представляют:
Крещенский вечерок
Конкурс готического рассказа


Аннотация:


Кв: За грань


За грань.

(Рассказ из цикла)

   И качнутся бессмысленной высью
Пара фраз, долетевших оттуда,
Я тебя никогда не увижу,
Я тебя никогда не забуду.
  
  
   - Не открывай глаза - мы в раю.
   Звуки, сплетались в лоскуты слов, белым саваном покрывая тьму, придавая ей объём и осязаемость. Ложились словно снег летней ночью: трава ещё живая, а лежать нельзя - холод сковывает и ослепляет своей властью, принуждая к покорности.
   - Не открывай... Потерпи... Твоя жизнь сейчас во мне. Клянусь, я не хочу, чтобы ты исчез. Терпи... твоя Сашка...
   - Сашка?! Где она? - Воспротивился Максим и открыл глаза.
   Окружающий мир взорвался и осыпался миллиардами осколков событий, обнажив бесконечное, девственно чистое заснеженное поле.

***

   Тусклая лампа, свисающая на длинном искрящемся проводе, слегка приоткрывает занавес мрака - хозяина длинного тёмного коридора. Коридора? Скорее подвала: сырой, низкий потолок; выцветшие тёмно-зелённые казенные стены с проплешинами осыпавшейся штукатурки; пол спрятан под тонким черным неподвижным зеркалом воды.
   Зябко. Максим поёжился и шевельнулся. Всплеск воды под ногами звонко резанул слух и эхом заметался в глубине коридора. От неожиданности мальчик замер. Стены поглотили последние звуки, и коридор вновь погрузилась в сон. Поверхность воды успокоилась и затянулась непроницаемой гладью. Максим нервно оглянулся - его спокойствие улетучилось: проснулась тишина и теперь наблюдала за ним. Он почувствовал её ледяное дыхание. Словно тысячи глаз со всех сторон...
   Максим громко и судорожно вздохнул. Тишина немного отступила.
   - Эй! - Сумел он выдавить из себя сиплым голосом. - Есть тут кто?!
   - Тут кто... Кто... Кто... То... О-о-о... - Насмешливо отозвался коридор.
   Вот и всё.
   Выбора не было: справа - тупик. Максим вышел за границу света, и тьма встретила его холодной усмешкой: "Поиграем в игру, под названием жизнь?!".
   Мальчик шел вперед. Коридор хитро извивался, петлял, раздваивался. На развилках Максим останавливался и прислушивался, звал, но ответом ему было только собственное дыхание. Лампы попадались всё реже и реже. Мальчик шагал почти вслепую, ощупью находя дорогу. К вечеру он обессилел от усталости и голода.
   За углом лязгнула дверь.
   Максим замер, прислонился к стене. Звук повторился.
   - Стойте! Подождите! - Мальчик рванул за угол.
   Дверь! Вторая! Третья! Четвёртая!... Дальше стена и двери сливались во мраке, но Максим чувствовал - их там десяток, не меньше. Мальчик подошёл к первой и открыл её. Старая, проржавевшая на сквозь, железная дверь открылась на удивление легко. За дверью ничего не было, и только насмешливо скалилась стена из старого кирпича. С досады Максим саданул в стену кулаком. Зашипел от боли.
   За второй дверью была точно такая же угрюмая каменная кладка. И за третьей тоже. И за четвёртой. Максим метался от двери к двери, раздирая ладони в кровь, ломая ногти, открывал, тянул, вгрызался в металл, но его встречала всё тот же серый камень. Слёзы от боли и обиды душили его. У последней двери он обессилено сел и беззвучно заплакал.
   Снова лязгнула дверь. Из глубины коридора послышался тихий, на уровне слышимости, звонкий смех. Максим поднялся на ноги, повернулся, прислушался: "не показалось ли?!". Никого не видно. Нет, не показалось. Опять кто-то смеётся, но теперь уже совсем близко.
   Словно в замедленной съёмке, он наблюдал, как медленно и совершенно бесшумно приоткрылась соседняя дверь и, рассекая неподвижную гладь воды, к нему протянулась цепочка следов. Воздух начал густеть, приобретая неясные очертания, в лицо ударило ледяной волной.
   Мальчик похолодел, задрожал. Он почувствовал, как кровь отхлынула от его лица, вспотели руки, как по его ноге побежала тёплая струйка. Максим заткнул руками уши, зажмурил глаза и бросился прочь.

***

   - Глупец! Какой же ты глупец! Всё уже было предначертано свыше. - Монотонный голос, казалось, звучал отовсюду одновременно. - Четырнадцать лет назад судьба позаботилась о появлении тебя на свет, старательно вырастила. Зачем ты пошел ей наперекор и направился в это место. Ты хоть знаешь, где находишься. А твоя цель? Только не говори, что из-за неё. Нет.
   - Кто ты? Зачем мне закрыли глаза! - Тихо заскулил Максим.
   -Закрыли глаза? - легкий смешок проскочил в интонации голоса. - Не закрывали тебе глаза. Их просто у тебя нет. И тебя сейчас нет. И её тоже нет.
   -Ложь! Она здесь. Я знаю.
   -Глупый, глупый мальчишка... Послушай лучше это.
   В разговор вклинился посторонний, но знакомый звук.
   -Это же тиканье часов. - Быстро сообразил Максим.
   -Правильно. Только они отсчитывают не секунды и не минуты - года. Твои года. Ты готов принести такую жертву?
   -Да!

***

   Голос исчез. Щелчки остались. Акустика коридора извратила их, превратив в назойливое резкое, отчётливое, но глухое постукивание. Бум-м-м. Бум-м-м... Бум-м-м. Максим прислушался, пытаясь определить, откуда они исходят. Удары раздавались через правильные тягучие промежутки. Он шел и ждал нового удара с нетерпением и со страхом. Постепенно паузы между ударами удлинялись, становились все мучительнее. Чем реже раздавались звуки, тем большую силу и отчетливость они приобретали. В полной тишине, они, словно ножом, резали ухо.
   За углом Максим чуть не налетел на девочку. Она стояла к нему спиной, одетая в белоснежное нарядное платье, и стучала белым мячом об пол.
   - Сашка?
   Нет, это была не она, не Сашка. Это существо просто не могло быть Сашкой.
   Она начала медленно оборачиваться. Слишком медленно. Достаточно для того, что бы осознать и представить её. Максим впал в оцепенение. Теперь уже ничто не могло заставить его отвести глаза от этого зрелища. Он не в силах был ни пошевельнуться, ни крикнуть. Напрасно силился он выговорить имя умершей, безуспешно пытался протянуть руку, чтобы убедиться, что это не она. Язык не повиновался ему, руки и ноги были точно налиты свинцом. Максим побледнел. Он дрожал каждой жилкой, все тело его покрылось холодным потом.
   И только когда она повернулась и разразилась хохотом, громким, протяжным и безжизненным, лишенным смысла, - хохотом, похожим на лязг цепей, мальчик проскочил мимо неё и метнулся в конец коридора к спасительному островку света.

***

   Холодный мокрый снег падает на лицо. Снежинки тают на руках и капельками срываются вниз.
   - Я вижу снег. Я чувствую? - Максим поднял руку выше. - Смотри!
   -Да? Не ошибись, глупый маленький мальчик. Что же ты даже не попрощался с ней, прежде чем уйти.
   -Это не Сашка!
   -А кто же ещё? - На секунду монотонность голоса сменилась искренним недоумением. - Это она.
   -Нет!
   -Да!
   -Нет!
   -Да!
   -Нет!!!
   -Ну-ну-ну. Не кипятись. Там всё равно больше никого нет.
   -Я чувствую, она дальше...

***

   "Крыса! Честное слово - крыса!" - Максим обрадовался, заметив привычного обитателя подвалов, - "Значит рядом выход".
   Посреди полумрака, за грубым деревянным столом полулежал человек: одна рука безжизненно свисала, вторая вместе с головой покоилась на столешнице. В свете единственной свечи, лицо казалось мертвенно бледным. Пламя освещало его с одной стороны, другая оставалась в тени. Широко раскрытые глаза были устремлены в пространство. Челюсть отвалилась, у самого рта застыла натекшая лужица слюны. Крыса, с довольным видом грызла ухо покойника. Не было сомнений, что человек мертв. Максим вгляделся в лицо мертвеца и отшатнулся, узнав в нём самого себя. На секунду для Максима мир перестал существовать. В тусклых глазах покойника он увидел всю свою боль, жизнь и вечность.
   Ему показалось, что тело шевельнулось.
   Мальчик попятился, пытаясь вырваться из объятия наваждения. В ту же секунду зловещий пронзительный вопль прорезал тишину мрака. Свеча погасла. Максим бросился бежать. Что - то схватило его и швырнуло обратно в комнату.

***

   -Я даже не знаю: мне плакать или смеяться. Ту попался в ловушку как самая маленькая и глупая мышь. - Холодный голос источал жалость. - Мальчик Максим был иногда даже храбрым и здравомыслящим человеком. Но что поделаешь? Может ли человек один, без посторонней помощи, устоять против судьбы, одиночества, безмолвия и смерти? Силы слишком неравны. Мне становится даже интересно, как ты сейчас будешь выкручиваться.
   Мальчик не ответил, и только горько вздохнул.

***

   Когда Максим пришел в себя, он не сразу понял, что произошло. Не сразу открыл глаза. Он представил безгранично голубой простор; невыносимо яркий солнечный свет; тихий, мерный гул далекого морского прибоя, набегающего волна за волной на желтый песок; Сашку - как она прекрасна! Он кидается к ней, раскрыв объятия... Но все это находилось недосягаемо далеко.
   -Максим, ты попался...
   Голос был другой: не тот заунывно монотонный, а низкий, скрипучий.
   Мальчик открыл глаза. Перед ним сидел тот самый мертвец. Но на покойника он походил теперь много меньше, впрочем, как и на Максима. Максим понял, что в тот миг обознался.
   -Ты можешь уйти прямо сейчас. - Без вступления начал мертвец, указав сухим костлявым пальцем на неприметную дверь. И наблюдая, как в ту же секунду Максим дёрнулся к ней, продолжал. - Но я знаю, зачем ты здесь.
   Мальчик помедлил. Остановился. Вернулся и сел за стол:
   -Слушаю.
   -Не всё сразу.- Смех мертвеца напомнил скрежет железа по стеклу. - Началось все с того, что стали пропадать дети. Раз и исчезали. Ненадолго. Дня через три, их чадо возвращался домой, ангелочком. Угадай, кто их забирал? Правильно - я. Зачем? Тебе не понять. Я и не буду перед тобой распинаться. А за Сашку спасибо! Живая была... хорошая... Ты мне скажи: ты точно хочешь её вернуть?
   -Верни мне её!
   -Эх ты, какой быстрый. Право на жизнь нужно заслужить. Убеди меня, что ты и она достойны жизни. И, может быть, я вас отпущу... Сашка тоже пыталась. Всё гнала всякую чушь, и потерялась. Видать фантазия иссякла. Давай посмотрим, чего ты скажешь.
   -Да пошёл ты... - Ответил Максим и не торопясь, прошествовал к двери.

***

   Вокруг только бесконечное девственно чистое заснеженное поле. Ночь. На горизонте неясные силуэты. Безмолвие и одиночество порождает диковинный мир, в котором самые обычные и знакомые предметы обретают совершенно иной облик.
   -Как ты нашел правильный выход? Почему ты перестал бояться?
   Максим обернулся. На тропинке, позади него, стоял, укутавшись в плащ, таинственный незнакомец.
   -Так это ты мне надоедал своими советами. - Мальчик с интересом разглядывал его. - Да кто же ты?
   -Действительно хочешь это узнать? Теперь я могу тебе рассказать всё.
   Максим кивнул. Незнакомец откинул капюшон, скрывающий лицо, и мальчик отшатнулся: бледное лицо, кровоточащие веки и рот зашиты черными нитками...
   -Я - твой ангел. Ангел смерти. Всё, что ты видишь - это уже прошлое, которое исчезнет через некоторое время; потом вернётся и снова исчезнет... Ты же хотел изменить свою судьбу. Меняй. Вот она. Смотри!
   Максим обернулся. В его широко открытых от ужаса глазах промелькнуло удивление.
  

20.01.2004 - 21.01.2004

  
   P.S: Рассказ посвящается Крапивину Владиславу Петровичу, и его сказке "Мальчик девочку искал".
  
   Третья пара фраз:
   1.Холодный мокрый снег падает на лицо.
   2.Плакать или смеяться.
  
   3
  
  
   4
  
  
  
  
  • Комментарии: 58, последний от 01/09/2006.
  • ? Copyright Am (mirovoe_zlo@mail.ru)
  • Обновлено: 17/02/2009. 13k. Статистика.
  • Рассказ: Хоррор
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.

    Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
    О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

    Как попасть в этoт список