# О звёздах и драконах

Ася Криптонова

Я буду голосом. Я назову себя Ветер и буду говорить тебе всё, что мне захочется тебе сказать. Всё, что мне захочется сказать тебе сегодня, сейчас, в эту ночь. Мы не знаем друг друга, и потому я могу быть с тобой откровенным. Ты можешь отвечать, можешь молчать, но только не отпускай мою руку и не пытайся меня увидеть. Тебя я буду называть Тихий.

Звезды касались носа. Большие, размером с кулак, яркие и искристые, они заполняли всё небо и роняли свой свет на всё вокруг. Мне казалось, что я вообще вижу звёзды впервые, что за много-много лет своей жизни, я ни разу не поднимал к небу глаза. А вот сейчас я сидел на крыше, не в силах отвести взгляда. Небо завораживало и манило, притягивала и не отпускало. Тишина, спокойствие и небо. А внутри всё кричало, всё рвалось куда-то туда, ввысь, к этим самым звёздам. Сегодня день слегка не задался - я узнал, что девушка мне изменяет, да что уж там - она готова спать с любым, кто преподнесет ей мало-мало ценный подарок, потом я разругался вдребезги с отцом, и, в итоге, ушёл из дома. Недалеко ушёл - сижу вот на его, дома, крыше. На крыше девятиэтажки. Мне смешно и грустно от своего поведения. Как глупо вот так сидеть и зализывать раны, словно уличный кошак, после неудачной драки. Мою кошку увели, а более сильный кот вышвырнул меня с моей же территории. Смешно.

Чёрный кот, в пьяной летней схватке,

Потеряв полхвоста и ухо,

Смотрит с крыши во тьму украдкой.

И в кошачьей душе так глухо.

А в зелёных глазах сияют

То ли слёзы, а то ли звезды.

Ночь безмолвно ему кивает -

Чёрный кот стал сегодня взрослым...

Я улыбаюсь одними губами, тянусь рукой назад, нашариваю чью-то руку и инстинктивно сжимаю её. И только потом до меня доходит... Я вздрагиваю и даже чуть подпрыгиваю от неожиданности. Меня пробивает холодный пот. Рука кажется какой-то холодной и неживой. Но вместо того, чтобы отпустить, я сжимаю пальцы ещё сильнее и крепче, при этом думаю, что нужно всё же отпустить и посмотреть на того, кто оказался вдруг рядом, но моё тело меня не слушается.

- Я напугал тебя? Прости. - Голос незнакомца мягкий и тихий. Он почти шепчет. Я расслабляю свою руку и облегчённо выдыхаю - по крайней мере, я делю эту крышу не с трупом. Хочу обернуться, но теперь он сжимает мои пальцы. - Не надо, не смотри. Не хочу, чтобы ты видел моё лицо, чтобы ты меня запоминал и оценивал. Я буду голосом. Я назову себя Ветер и буду говорить тебе всё, что мне захочется тебе сказать. Всё, что мне захочется сказать тебе сегодня, сейчас, в эту ночь. Мы не знаем друг друга, и потому я могу быть с тобой откровенным. Ты можешь отвечать, можешь молчать, но только не отпускай мою руку и не пытайся меня увидеть. Тебя я буду называть Тихий.

Я молчал. Меня завораживал его голос. Тихий? Пусть так. Его рука становилась теплее, а звёзды горели всё ярче и ярче, чётко выделяясь на чёрном лоскутке неба. И теперь мне было так спокойно, так тепло. Лишь бы только он говорил. Я кивнул, хотя не был уверен, что он на меня смотрит, скорее даже, был уверен в том, что он так же, как и я, созерцает сейчас небо. Он вздохнул и так же тихо продолжил:

- Знаешь, там, где я родился, было тепло. Всегда тепло. И звёзды были гораздо ярче, ниже и крупнее. Тихий, ты когда-нибудь видел южные звёзды? Я видел. Их сложно забыть. Темнело там очень быстро - вот почти день, а вот, хотя не прошло и получаса, абсолютная ночь и непроглядная темнота. Темнота там была куда как темнее, будто гуще и бескомпромисснее. А может, мне так казалось - ведь я был ребёнком. Тихий, а ты давно был ребёнком?

- Мне двадцать. - Одними губами произнёс я, но Ветер меня услышал.

- Двадцать. Я немного старше.

Я осторожно повернул голову, стараясь, чтобы он не заметил моего движения, и чуть скосив глаза, смог увидеть плечо в светло-сером балахоне и очень светлую прядь волос. Ветер был блондином. Я снова отвернулся и уставился на небо так напряженно и сосредоточено, будто бы боялся потерять из виду хоть одну звезду.

- Знаешь, не знаю, стоит ли, и станешь ли ты слушать, но... Я расскажу тебе сказку.

Я сжал его ладонь в знак одобрения, в ответ он тоже крепче сжал мою.

- Это было десять лет назад, там, где стоят высокие горы, горы до самых небес, там, где по скалистым берегам течёт бурная и быстрая река Терек, там, где воздух чистый, а трава зелёная, как изумруд. И вот там, в том краю, среди гор, в пещере под самым небом жил дракон. Да-да, дракон. Большой и зелёный, с толстой чешуйчатой кожей и огромными глазищами янтарного оттенка. Дракон любил покой и одиночество. Он был стар и порядком устал от жизни, он никого уже не ел, предпочитая людям овец, которых разводил он сам, и сам же пас в уютной горной долине, сокрытой от человеческих глаз. Так пролетали дни и года, и эти дни и года были похожи один на другой. - Ветер говорил распевно и очень медленно, и я, точно завороженный, слушал, забывая дышать, и видел будто наяву дракона и овец. - Дракон уже забыл о рыцарях и битвах, о беспокойных шумных людях и красавицах-принцессах, забыл он даже о полётах и бескрайнем небе под крылом. Так бы всё и продолжалось, но вот однажды, выведя на луг своих овец, дракон почуял запах крови и увидел красные кровавые дорожки на изумруде сочной травы. И он вдруг ощутил тревогу, он вновь расправил крылья, втянул в себя запах, и быстро пошёл по кровавому следу. Там, на одной из скал... - Ветер усмехнулся, обрывая свой рассказ. - Всё, Тихий, на сегодня всё.

Я разочарованно вздохнул. Ну как так всё? Ведь я же только приготовился слушать. Он что, уйдёт сейчас и я опять останусь...

- Спи, Тихий. - Прервал его голос цепочку моих размышлений. - Спи. Я буду здесь до самого утра.

Уснуть вот так на крыше? Должно быть, это холодно... Я закрыл глаза и лёг, не отпуская чужой ладони.

Сквозь закрытые веки я почувствовал солнце. Уснул? Я и вправду уснул? Я сел, не открывая глаз.

- Ветер?

- М-м-м? - Кто-то рядом со мной тоже сел. - Доброе утро, Тихий. Не открывай глаза. Я пойду, а ты иди минут через пятнадцать.

- Но...

- Я буду здесь, когда ты снова захочешь прийти. Я бываю здесь часто. До встречи, Тихий!

Я наощупь пожал протянутую мне руку, и лишь услышав, как хлопнула дверь чердака, я открыл глаза и достал телефон из кармана. Экран показывал всего лишь шесть утра.

День пролетел незаметно. Я был действительно какой-то тихий, спокойный, как никогда. Мне легко давались разговоры, я, наконец, спокойно смог поговорить с начальником, которого обычно ненавижу и с которым мы давно не понимаем друг друга, я помирился с отцом и больше не злился на теперь уже бывшую девушку. Мне было тепло и уютно внутри - это то самое чувство, чувство из детства, когда ты весь день ведёшь себя хорошо, чтобы заслужить свою сказку на ночь. И это не просто сказка - для тебя это настоящее волшебство, в ней всё реально, всё по-настоящему. А главное чудо, это волшебник-сказочник, который обязательно придёт, и прочитает эту сказку только для тебя.

И вот, я снова иду по крыше. Ещё совсем светло - я появился слишком рано, но я не в силах был терпеть. Да, ради своей сказки, я был готов улечься чуть ли не раньше заката - такое бывало и в детстве. И так странно и приятно было это снова вспоминать. Я провожал глазами заходящее солнце, смотрел, как тают его последние лучи. И почему я раньше никогда не видел неба? Никогда не видел неба ТАК. И вот, уже совсем темно. И загорелась первая звезда, такая робкая и мелкая, едва заметная средь тёмных облаков. Неужто не придёт? Я всё ещё один. Мне стало холодно и страшно, совсем как тогда, когда в детской вдруг включался ночник, а я ещё не успевал заснуть. Темнота. И только моё дыхание.

- Ждал? - Ветер тронул меня за плечо. Я вздрогнул, и, не обернувшись, улыбнулся. Ждал. Но как он появился так бесшумно? Я вновь нашарил его руку, сжал слегка холодную ладонь, а затем придвинулся к Ветру вплотную, так, чтобы мы соприкасались спинами. Я отклонил голову назад, и мой затылок упёрся в его шею - он был явно меня выше. Какое-то время мы молчали и глядели в небо. Он будто ждал, когда разгорятся звёзды, а я не хотел его торопить. И вот, когда всё небо вновь переливалось светом, он заговорил.

- На чём мы там остановились, Тихий? Ах да, дракон... Там, на одной из скал, старый дракон увидел серебристое тельце юного дракона. Тот был весь изранен и избит, переломаны были крылья, исцарапано было тело, и почти возле самого сердца торчала стрела. Молодой едва дышал. Но он был ещё так молод, что старый ящер не смог его бросить, не смог его оставить умирать. Он притащил его в свою пещеру, и целых семь ночей и столько же дней боролся за жизнь незнакомца. И вот, наконец, серебристый открыл глаза. Он нерешительно встал на лапы и сделал пару робких шагов. Крылья юнца ещё не срослись, старый мудрый дракон вообще сомневался в том, что юнец снова сможет летать. Серебристый прошёлся туда и сюда по пещере, а потом остановился и преклонил голову перед старым драконом:

- Благодарю тебя, о, старец! Я должен тебе жизнь.

Ветер замолчал, переводя дыхание. А я вдруг очнулся, и меня немного удивило, что сидим мы не в пещере. Крыша, небо... Как же легко меня захватывали сказки Ветра. Ни одно кино не представлялось мне так живо. А у меня, кажись, богатая фантазия! Я этого не замечал. Тишина и звёзды. Он же не закончит всё сейчас, я ждал ведь целый день, я целый день грезил его сказкой!

- Ветер...

- Тихий, я замёрз. - Он усмехнулся. Я быстро снял с себя куртку и передал ему. Я готов был снять с себя кожу - только бы он продолжал. Меня успокаивал и гипнотизировал его голос.

Оставшись в одной футболке, я сразу ощутил всем телом холодный воздух и поёжился - вчера было намного теплее. А Ветер продолжил:

- Старый дракон улыбнулся, помолчал, а после всё же задал вопрос:

- Так что же с тобою случилось, юнец?

- Меня зовут Каир, и прибыл я издалека. Мне понравились здешние горы, здешние луга, вода и небо. Мне понравились здешние люди. И я захотел жить среди них, хотел подружиться с ними, и поначалу это удавалось мне, но в один прекрасный день люди сломали мне крылья...

- Ведь ты же знал, что ты не такой, как они! Люди и с себе подобными нередко бывают жестоки. Теперь ты получил урок, и впредь будешь умнее, Каир.

Юный дракон кивнул.

- Моё имя Нурбий. Ты можешь оставаться в моей пещере, сколько пожелаешь, Каир, но только к людям больше не ходи, и не пытайся пока летать - твои крылья срастутся, отнюдь, не скоро. Ты можешь пасти моих овец, можешь помогать мне по хозяйству, я стар, и многое даётся мне уже не так легко. Ведь я уж больше даже не летаю.

Молодой дракон поблагодарил старца, и решил остаться у него, по крайней мере, до весны. Хоть и не бывало в тех краях суровых холодов, но он, израненный и слабый, боялся оставаться один в зимнее время. А осень стремительно близилась к своему концу.

На этой фразе я вдруг почувствовал холод. Я очнулся от иллюзий, и понял, что меня уже трясёт. Завтра нужно взять термос с кофе, побольше тёплых вещей, и вообще, пожалуй, спальник нам не помешает. Завтра? Спальник? Я усмехнулся. Как-то слишком просто я переселился жить на крышу, как-то слишком просто я впустил в свою душу чужого...

- Замёрз, Тихий? Иди сюда. - Ветер обнял меня за плечи. Я вздрогнул и отстранился. - Боишься меня? Я не кусаюсь больше. И больше даже не летаю!

Я усмехнулся, и придвинулся. Он притянул меня к себе, укутал нас двоих в мою же куртку, я закрыл глаза, прижался к его груди и замер. Стало намного теплее. Я начал согреваться и засыпать. А Ветер в самое ухо шептал мне что-то о драконах и о звёздах. И я в полусне видел, как молодой дракон выходил из пещеры любоваться ночными светилами. Да, он не мог летать, но звёзды в южных горах висели так низко... Он поднимал голову, и представлял, что летит... Летит... И эти звёзды под крылом и над крылом... Я крепко обнял Ветра за шею, прежде чем отключиться окончательно, но и во сне мне снились звёзды... И драконы. И девушка, да, почему-то девушка...

Проснулся я на крыше один, закутанный в свою куртку и чей-то чёрный, в белую клетку, шарф. Ветер. Я встал, потянулся, надел куртку и повязал на шею его шарф, пропахший его парфюмом. Болела спина от жёсткой крыши, руки и ноги затекли. И всё-таки, я замёрз, замёрз до жути. Хорошо, что сегодня суббота, и мне не нужно никуда спешить. Я спустился в свою квартиру, и в первую очередь залез в горячий душ, потом позавтракал, выпил кофе, окончательно отогреваясь с каждым глотком, и... И меня снова потянуло на крышу. Может быть, Ветер колдун, и он приворожил меня, загипнотизировал, превратил в свою безвольную игрушку... Оу, что за странный бред творится у меня в мозгах?! Но даже если и так... Я вспомнил его голос, запах, тепло его рук, потом снова нашёл его шарф, замотался в него, взял с полки давным-давно начатую мной книгу, уселся на свою удобную и мягкую кровать, но уже через пару страниц перед глазами опять возникали драконы, а в ушах стоял его голос. Да что же это? Я захлопнул книгу, даже не положив закладку. А что я буду делать, когда сказка закончится, когда он перестанет приходить на крышу? С кем я буду смотреть на звёзды?.. Я уже был не рад, что сегодня выходной - работа, по крайней мере, отвлекает, и день с ней проходит быстрее. Я укутался в шарф, поспал ещё пару часов, потом встал, отыскал свой походный рюкзак, упаковал в него пару пледов, зачем-то спички и аптечку, термос с кофе, бутылочку папиного коньяка, пару походных кружек, бутерброды с колбасой и сыром, накидал яблок, затем оделся потеплее, и ушёл на крышу. Было только четыре часа дня... Внизу ещё было шумно, куда-то спешили люди. Я встал так, чтобы меня не было видно снизу, и наблюдал. Мне спешить было некуда. Дети пинали мяч, бабульки дремали на лавочках, носились дворовые собаки, с другой стороны дома шумели машины. Вдруг глаза мне закрыли ладони, я вздрогнул.

- Ты сегодня рано! - Усмехнулся я. - Здравствуй, Ветер.

- Привет, Тихий. Я смотрю, ты даже рюкзак собрал. Знаешь, ещё совсем светло, а я не хочу, чтобы ты случайно, или же специально, меня увидел, поэтому... - Он убрал ладони с моих глаз, а я закрыл глаза и стоял неподвижно.

Вскоре я почувствовал, как моего лица коснулась ткань, Ветер завязал мне чем-то глаза. Я ощупал повязку, она была из чего-то вроде шёлка, мягкая, приятная на ощупь, скользкая ткань в несколько слоёв. Свет повязка не пропускала. А если я оступлюсь и упаду с крыши? Конечно, мы стоим на её середине, и это нужно ещё постараться... Но от моей мнительности у меня даже слегка закружилась голова. Я улыбнулся, и расставил руки в стороны. Ощущение полёта, высоты, лёгкости! Мне на талию легли две тёплые ладони. По коже побежали мурашки. В мыслях мгновенно возник ассоциативный ряд: чёрная шёлковая повязка - тепло ладоней - чужое дыхание у самого уха - уединение -эротика - секс. Сердце замерло, а потом забилось в бешеном ритме, дыхание сбивалось, и я отчаянно кусал губы, стараясь успокоиться, стараясь, чтобы Ветер не услышал, не почувствовал, не узнал.

- Тихий, с тобой всё в порядке? Ты дрожишь.

- Чувствую себя беспомощным. - Голос предательски дрогнул. Чёрт, нужно было молчать.

Шёлковая повязка - уединение, шёлковая повязка - секс. Я резко развернулся в его руках, наощупь положил ладонь на его щёку, и наощупь же подался вперёд, быстро нашёл его губы своими губами, и резко и агрессивно впился в них поцелуем. В висках пульсировало. Я не хотел пасть жертвой обстоятельств, и... решил напасть первым? А он вообще бы стал нападать? Ветер стиснул зубы и легонько оттолкнул меня, мягко ударив ладонью в грудь. В висках пульсировало. Голова болела.

- Тихий, ты что, решил, что я способен... - Ветер сбился, пытаясь подобрать слова. - Эм, на что-то такое... Ну, ты понял. И в мыслях, знаешь, не было. Ничего личного, никакой эротики, просто повязка, Тихий! Повязка. Если нервирует - могу снять.

Я покраснел до самых кончиков ушей. Чёрт, до чего же я пошлый!

- Не нужно. Извини, Ветер, извини... - Я развернулся и попытался убежать с крыши. Вот только повязку не снял. Он бросился за мной, резко схватил меня за плечо, и прижал к себе.

- Идиот! - Ветер сорвал с меня повязку и бросил её мне под ноги. Я стоял в шаге от края крыши. Внизу носились машины. - Кретин! Ненормальный!

Я с нервной улыбкой на лице рассматривал чёрную шёлковую повязку, лежащую у моего правого ботинка. Ещё бы шаг - и всё. Да уж, я постарался.

- Ветер...

- А потом меня бы обвинили в твоей смерти, да? А если бы и нет... Закрой глаза!

Я закрыл. Он отвёл меня от края, и вдруг от души влепил мне пощёчину, разбив губы, и, судя по ощущениям, оставив на щеке не хилую отметину. Я промолчал, просто рефлекторно прижав пальцы к горящей щеке.

- Я нифига не хотел, не хотел бы видеть твои мозги на проезжей части, если они есть у тебя, конечно! - Ветер держал меня за плечи, стоя ко мне лицом, говорил он громко, быстро, запинаясь и брызгая слюной, будто давясь и захлёбываясь словами. Его голос казался незнакомым мне и чужим. - А ты видел, как умирает человек, который пять минут назад стоял с тобою рядом? А, Тихий, видел? Нет? Я видел! Человек, который тебе не безразличен, который... - Ветер захлебнулся словами окончательно. Я обнял его, положил ему голову на плечо, и мы сели, даже, скорее, рухнули на крышу, не разжимая объятий, после чего просто молча сидели так довольно долгое время. Я честно не открывал глаз. Он поначалу дрожал, дышал, как после быстрого бега и чуть заметно вздрагивал, а потом постепенно успокоился, расслабился, и, наконец, отстранился от меня.

- Прости, Тихий, я напугался. - Он взял меня двумя пальцами за подбородок, видимо, осматривая мои разбитые губы. - Обработать бы чем.

- У меня аптечка в рюкзаке. Я ещё думал, что незачем её брать, но всё же сунул.

- Сейчас принесу.

Принёс Ветер весь рюкзак, и остановился у меня за спиной.

- Вот, найди. Я не стану рыться в твоих вещах.

Я открыл глаза, чуть поморщился от света заходящего солнца, и начал копаться в рюкзаке.

- Да там ничего такого не лежит, мог бы и сам найти. - Я закрыл глаза и передал аптечку ему.

Он не ответил. Просто начал молча обрабатывать мои ранки. Я сидел и не шевелился. Губы щипало и жгло, болела щека, ныла голова. Наконец, он закончил, вложил аптечку мне в руки, я открыл глаза, нашёл анальгин, проглотил пару таблеток, не запивая, затем закрыл аптечку и убрал. Он сел у меня за спиной.

- Тихий, а ты, смотрю, не против мальчиков. - Ветер усмехнулся.

Я снова покраснел.

- Вообще-то, раньше и не думал о таком. А теперь вот подумал... Почему-то...

Он засмеялся, я, недовольно фыркнув, замолчал.

- Не обижайся. Ты мне в любом случае нравишься, но что повязка на тебя действует как-то ненормально, я учёл.

Мы пили кофе, ели бутерброды, и смотрели на небо. Постепенно темнело. Бутербродов было много, кофе - мало. Да, кофе уже закончился, а замерзать мы ещё даже не начали. С появлением первой звезды он заговорил.

- Что ты запомнил последнее из моей истории, Тихий?

- Молодой дракон каждую ночь выходил из пещеры любоваться звёздами. Да, он не мог летать, но звёзды в южных горах висели так низко. Он поднимал голову, и представлял, что летит. Летит, и эти звёзды проносятся у него под крылом и над крылом...

- Тебе это приснилось, Тихий? Ну да ладно, пусть будет так. Постепенно начинало холодать. Молодой дракон с каждым днём набирался сил. Он уже работал на лугу, запасая сено для овец, ходил вечерами в лес собирать разные ягоды и грибы, после чего сушил их, солил и варил варенье. Старый дракон с одобрением улыбался молодости, сам он давно уже не занимался подобным. Вечерами они пили травяной чай, старый Нурбий рассказывал про свою жизнь, а молодой дракон внимательно слушал и молчал. Да, у старца было чему поучиться. Он жил ещё во времена настоящих рыцарей, ему приносили в жертву настоящих принцесс, с ним ходили сражаться, и не в одиночку, а целыми толпами. Принцесс зелёный дракон никогда не ел, позволяя им сбегать в соседнюю деревню, а вот из толпы вояк живым назад не возвращался никто. "Беспокойное было время!" - вздыхал старый Нурбий, и задумчиво отхлебывал чай из своей глиняной пиалы. А после чаепития Каир неизменно покидал пещеру, чтобы смотреть на звёзды и мечтать о полетах. Крылья срастались плохо, но он не оставлял надежды полететь. А ночи делались всё холоднее. Молодой дракон промерзал до кончиков крыльев, по возвращении дрожал, кутался в огромную накидку из овечьих шкур, и грустил по солнцу и небу. День за днём, ночь за ночью, долго и медленно тянулась зима, порою шёл снег, оставаясь только на вершинах гор, пару раз случались сильные безжалостные снежные бураны, длившиеся по нескольку дней, и скрывавшие небо, и вообще всё вокруг. И вдруг, как-то незаметно и даже неожиданно стало теплеть. Молодой дракон уже привык жить в этой пещере, привык к беседам долгими вечерами, и к ночному небу, и к тому, что больше не летал. Привык. Но вот пришла весна. Луга покрылись свежей зеленью и пёстрыми цветами, запели птицы, веселее зазвенели горные ручьи, шумнее стала река, и воздух наполнился чем-то таким, невесомо-сладким, тревожащим душу, и заставляющим опять задуматься о небе. Крылья вроде бы и срослись, но взлететь... Он пробовал не раз, и не два, и даже не три, но неизменно падал, а потом грустил и злился на себя. Старый Нурбий качал головой, и грустно вздыхал, жалея серебристого.

Холодно. Было опять холодно. Откуда-то приползла туча. Чёрная такая, тяжёлая, своим видом она помешала моим весенним грёзам, и потому-то я вернулся в реальность.

- Тихий, - Ветер прижался спиной к моей спине - у тебя коньяк вроде был?

Я достал коньяк и походные кружки, и передал это всё Ветру.

- Да ты серьёзный мужик! Коньяк прямо кружками хлещешь.

Я усмехнулся.

- Да я собирался его в кофе добавлять, но, как видишь, кофе больше нет.

- Ну и не надо. - Он передал мне кружку, коньяк в ней разве что дно покрывал. - За всё хорошее, Тихий!

Мы, не поворачиваясь, соприкоснулись кружками и выпили. Ветер передал мне бутерброд.

- Тихий, ты же помнишь о том, что люди не летают, правда?

- Не бойся, Ветер, я умею пить.

- Вот и хорошо. Но всё же не вставай и сам никуда не ходи.

- Не бойся, не пойду. - Губы щипало от коньяка, но от желудка начало расползаться приятное тепло. Я снова передал кружку Ветру, а он, налив немного побольше, чем в первый раз, вернул её обратно, и продолжил сказку.

- И, наконец, Каир решил, что полетит, полетит, во что бы то ни стало. Он забрался на вершину самой высокой горы, расправил крылья, оттолкнулся всеми лапами, и бросился прямо в пропасть. Изо всех сил он работал крыльями, расправлял их, пытаясь лавировать, но... Тщетно. Правое крыло не открывалось до конца, он не смог его распрямить, как ни старался, и теперь просто падал. Стремительно приближалась земля. И он сдался, он закрыл глаза. Удар. И темнота. Серебристый потерял сознание.

Пошёл мелкий дождь. Ветер замолчал, будто думая - а стоит ли сидеть тут далее.

- Я не пойду домой, Ветер. - Я вздохнул, и снова передал ему кружку. - Ты мне тут дракона покалечил, может даже убил, а я иди домой после этого и спи... Один в своей постели.

- Жив твой дракон. - Он вернул мне кружку, наполненную больше чем наполовину. - А спать тебе наверняка придётся одному - засыпать под дождём плохая идея.

Я вздохнул, закрыл глаза, и в несколько глотков осушил свою кружку. Горло жгло, в голове начало как-то приятно мутнеть. Я вернул кружку.

- Шутишь? Залпом выпил половину кружки, даже без закуски? Тихий, мы не напиваемся, мы греемся. Ок?

- Ок... Дай руку?

Он протянул мне ладонь, я крепко сжал её, и встал. Меня шатало. Я закрыл глаза, осторожно, стараясь не запнуться, обошёл Ветра, сел перед ним, потом придвинулся, и прижался к его груди, обхватив за шею руками. Он был тёплый, даже горячий, и очень приятно пах. Ветер обнял меня, и осторожно провёл рукой по моим волосам. Мои щёки снова вспыхнули от смущения, и я зарылся носом в его толстовку, наслаждаясь прикосновениями и теплом.

- Когда Каир пришёл в себя, он почувствовал, как кто-то гладит его по голове. Рука была маленькой, нежной и тёплой. Он открыл глаза, и увидел рядом с собой девушку в нежно-голубом, небесного оттенка, платье, хрупкую темнокосую красавицу, с огромными чёрными глазами... Глазами, похожими на южную ночь. Дракон улыбнулся девушке, и поднял голову.

- Разве ты не боишься меня?

Девушка сорвала цветок, и протянула его дракону.

- Ну, в самом деле, не станешь же ты меня есть! - Улыбаясь, ответила она. - Меня зовут Джанет!

- А я Каир. - Он взял цветочек из маленьких девичьих рук.

- Что случилось с тобою, Каир?

- Джанет... - Дракону нравилось её имя. - Я пытался летать. Прошлой осенью мне перебили крылья, и я с тех пор ни разу не видел горы с высоты полёта.

- Ой, так ты упал? - Она взволнованно всплеснула ручками, оббежала дракона вокруг, осмотрела. - Вроде бы, ты не поранен. Что-нибудь болит?

Каир встал и потянулся, боли он не ощутил.

- Разве что, моя гордость... Я ещё так молод, но уже бескрылый.

- Ты не будешь против, если я взгляну на твои крылья?

Дракон вздохнул.

- Смотри, но что на них смотреть.

Он расправил крылья насколько смог. Джанет забралась к нему на спину, погладила крылья руками, растянула их, затем легко соскочила на землю.

- Ты будешь летать. Но для этого я вновь сломаю тебе крылья.

Каир вздрогнул. Опять? Всё сначала? Вся эта боль, беспомощность... Но разве он силён сейчас? Он же просто ящерица. Большая ящерица, и не более.

- Ты веришь мне, дракон? Я правда могу тебе помочь. Моя бабушка готовит особую целебную мазь, и уже к концу лета ты будешь летать, я обещаю тебе!

- Я подумаю над этим.

- Завтра на заре я буду здесь, у ручья, а теперь мне пора, не то я опоздаю к обеду! - Джанет мимолётно чмокнула дракона в нос, и быстро убежала, подобно молодой и быстроногой лани. Дракон был смущён и удивлён, эта девушка как-то сразу запала ему в сердце. Вот только он же обещал Нурбию, что не свяжется впредь с людьми. Ему не хотелось нарушать данного старцу слова, и, в то же время, как же ему хотелось вновь летать! Но говорит ли она правду, можно ли ей верить? Ведь добровольно позволить кому-то сломать себе крылья... На это не так-то и просто решиться.

Тихий, не спишь ещё?

- Нет. - Одними губами шепнул я, а потом чуть громче добавил - Ветер, мне очень нравится твой голос. И запах.

Я вновь поймал губами его губы.

- Тихий, ты пьян! - Он опять оборвал поцелуй. - Перестань, а то я начинаю думать, что ты в меня влюбился.

- А если и так? - Улыбнулся я.

- Ты ведь совсем меня не знаешь.

- Ты ведь мне расскажешь.

- Тихий, я не знаю, что ты себе там представляешь, но я парень! Можешь открыть глаза и посмотреть.

- Нет. Пока ты не закончишь сказку, я глаза не открою. Будем играть по-честному, так, как и условились сначала!

- Только я не помню в нашем договоре пунктика про поцелуи. - В его голосе была ирония. И холод. Это меня расстраивало.

- Да мне, пожалуй, всё равно.

- Тихий, ведь я ничего такого не делал.

- Ты забрал мою душу, Ветер!

Он вздохнул.

- Иди домой, Тихий, ты пьян!

Я разозлился.

- Я не пьян, и всё, что я говорил тебе - серьёзно!

- Что говорил? Официально признаёшься мне в любви?

Я замер. А серьёзно, ну чего я добиваюсь? Я молчал, и он молчал. Я прижимался щекой к его груди, не двигаясь, и даже почти не дыша.

- Я не отвергаю тебя, Тихий, но мне не понятно, чего ты хочешь от меня. Любви? Жить вместе долго и счастливо? Нет?

- Пожалуй, нет...

- Может, секса? Нет? А если да, то как ты вообще себе всё это представляешь? Не представляешь, нет?

Не представляю, нет... Я снова промолчал.

- Эх ты! - Он усмехнулся. - На, держи.

В моих ладонях опять оказалась кружка. Ветер стукнулся в неё своей кружкой, и я залпом выпил всё до дна. Он, думаю, сделал то же самое. Вот теперь я был пьян окончательно. Даже с закрытыми глазами я ощущал, как мир качается.

- Тихий... - Ветер наклонился, и поцеловал меня сам. В первую секунду я замер от неожиданности, а потом пылко ответил на его поцелуй, цепляясь пальцами за ткань одежды на его плечах, прижимаясь к нему, и забывая дышать от наслаждения. Ветер... Поцелуй был довольно долгим, я не позволял ему отстраниться, снова и снова ловил его губы, пока, наконец, не ощутил конкретную нехватку кислорода. Я судорожно вдохнул, прижимаясь к нему как можно ближе. Он достал плед из моего рюкзака, укутал нас обоих, бережно обнял меня и шепнул:

- Спи, Тихий.

Я начал проваливается в сон, но вдруг перед глазами возник образ темнокосой девчонки.

- Ветер, а Джанет была красивой?

Он вздрогнул.

- Почему ты спрашиваешь, Тихий? Я ведь её придумал, и потому могу ответить только, что да, была.

- Я не верю в то, что ты её придумал, Ветер.

- Это уже не важно, Тихий, уже не важно. Засыпай!

Я удобнее устроился в его руках и моментально уснул. Мне снились горы, ручей и цветы, темноволосая девчонка в светлом платье, а рядом с ней, такой не похожий на неё, и такой чужой средь этих гор, светловолосый и голубоглазый паренёк. Она смотрела на него и улыбалась, а он... стоял на костылях.

- Ты ходил на костылях? - Солнце уже светило во всю, я ощущал это и не открывая глаз, и Ветер был всё ещё рядом, моя голова всё ещё лежала у него на груди.

- Чего? - Он подпрыгнул, я свалился с него, больно стукнувшись затылком о крышу. - Твои сны - это бред твоей больной фантазии, понятно?

- Понятно... Ау, и не за чем так прыгать. - Я сел, потирая ушибленную голову. - Тогда почему так нервничаешь, если бред?

Он сел рядом со мной, взял меня за руку.

- Ну хорошо, да, я когда-то был на костылях. Там, в горах, в абсолютно глупой драке, мне перебили ноги. Горячие горные парни, я не похож на них, и в этом была вся моя беда. Так вот, чужаков нигде не ценят. Всё, уже день, кончилось время для сказок, Тихий.

- Ведь сегодня воскресенье...

- Мне нужно в душ, я есть хочу, хочу кофе. Да и с какой стати мне проводить с тобою целый день, а потом ещё и всю ночь? Ты, конечно, милый мальчик, но у меня ведь тоже есть дела.

- Ты ведь вернёшься, Ветер?

- Ну конечно, Тихий. Я вернусь, и обязательно расскажу до конца свою сказку. Ведь я обещал, а драконы всегда держат слово! - Он небрежно потрепал меня по волосам, чмокнул в щёку, и быстро ушёл, громко хлопнув дверью чердака.

Я открыл глаза, и долго ещё сидел в одиночестве, глядя на светлое небо с белыми кудрявыми облаками. Ты забрал мою душу, Ветер. Я просидел так весь день, забыв обо всём, не чувствуя голод и жажду. Сидел и смотрел на небо. И ждал, пока опустится солнце. Начало темнеть, очень быстро наступила ночь. Я ждал. Было уже три часа ночи, но Ветер так и не появился. До утра я просидел один, не смыкая глаз. Неужели он больше не появится? Ведь он обещал... А что, если я напугал его? Он наверняка обычный парень, предпочитающий девушек, а я... Вот же чёрт. А ведь я даже имени его не знаю, не знаю его номер телефона, даже никогда его не видел! Что делать мне теперь? Вернись ко мне, Ветер! Но уже рассвело. И выходные мои закончились. Я спустился с крыши, сходил в душ, посмотрел на содержимое холодильника, но еда мне в глотку не лезла, и потому я пошёл на работу голодным. Труд праведный, как ни странно, поднял мне настроение, но вечером я вновь на крыше был один. И на следующий вечер тоже. На пятый день я уже просто сходил с ума. Я похудел, питаясь только кофе, я почти не спал, мне ничего не хотелось, ничего... Но он же обещал, он обещал, этот чёртов дракон!

Драконы всегда держат данное слово,

Огонь их порой убивает.

И только дракон воскресит тебя снова

Из пепла, такое бывает.

Драконы умеют заставить их слушать,

Их голос вам в сердце вопьётся.

И если дракон заберёт твою душу,

Назад она вновь не вернется...

Я встал на бортик на краю крыши, посмотрел вниз, вытянул руки в стороны. Голова кружилась. Так легко... Так страшно... И так высоко... Меня схватили за талию и затащили обратно на крышу. Я по привычке закрыл глаза.

- С ума сошёл? А если б ты упал?!

- Ветер, Боже мой, Ветер!!! - Я крепко обнял его.

- Господи, Тихий! - Он отступил на шаг. - Кошак обтрёпанный, да на кого ты стал похож?!

- Мне было одиноко. Я ждал тебя, ждал каждую ночь, а утром шёл на работу. Я думал...

- Мудак! Я же сказал - вернусь.

- А где ты был?

- В больнице. Прости, но и драконы иногда болеют! Но ничего серьёзного, не бойся. Уже здоров, лечиться буду дома. А вот ты себя почти совсем угробил. Хотя бы ел?

- Не ел...

- Оно и видно. - Он вздохнул. - Я принёс с собой пиццу и кофе. Хочешь, могу сходить за чем-нибудь ещё.

- Нет, не хочу! - Я вновь в него вцепился.

- Всё, успокойся, Тихий, я весь твой. И никуда теперь уже не денусь.

- Ветер, можно... - Я смутился.

- Можно.

И он поцеловал меня. Мне показалось, что я и впрямь восстал из пепла, что он на самом деле сжёг меня до тла, а после воскресил.

- Тихий, вот, держи. - Он вложил мне в руку квадратик картона. - Это моя визитка. Номер телефона, всё такое. Ты прости, что нервничать заставил.

- А на ней и имя твоё есть?

- Да, есть, ведь это всё ж визитка.

- Я положу её в карман, и не буду на неё смотреть, пока в этом не появится необходимость!

- Ты ребёнок, Тихий.

- Может быть.

- Поедим?

- Ага. Я вправду очень голоден.

- Ещё бы! - Он легонько щёлкнул меня по носу, и достал еду и термос с кофе.

Пицца закончилась быстро, казалось, ничего вкуснее я в жизни не ел. А вот после еды меня начало клонить в сон. Я честно боролся с этим состоянием, но пересилить себя не смог.

- Тихий, тебе завтра нужно куда-то идти?

- Угу, я работаю в пятницу... В восемь нужно встать.

- Я разбужу. Спи, не бойся, я тебя не брошу.

Мне показалось, что он тоже без меня грустил. Я засыпал в его объятиях, и был от этого безумно счастлив. Тепло его рук, тепло его губ, его голос... Пока мне этого вполне достаточно для сказки.

- В пещеру молодой дракон вернулся грустный и притихший. На расспросы Нурбия он долго не желал давать ответ, но, всё же, наконец, не выдержал и сдался:

- Старец, я нашёл способ снова летать, мне кажется, что это может и сработать. Но мои крылья мне придётся вновь сломать. А стоит ли пытаться, если не уверен?

- Пытаться стоит, если есть хоть малый шанс, юнец. Ведь иначе ты будешь постоянно сожалеть, каждый день, каждую ночь. Выходя смотреть на звёзды, ты будешь помнить о несбывшейся мечте, и так всю жизнь, ну а век дракона, друг мой, очень долог.

И Каиру сразу стало спокойнее, он решился и поверил всем сердцем в эту девочку, и в свой успех. От души поблагодарил он старого дракона, а на утро, едва встало солнце, спустился к ручью. Ещё издали увидел он синее платье, и услышал красивую песню. Джанет пела, и плела веночек из цветов. Её голос был чистым и звонким, а сама она казалась невинным ребёнком, играющим на залитом солнцем лугу. Очень красиво. Каир постоял некоторое время, любуясь, а потом подошёл к Джанет.

- Ах, ты всё же пришёл! Я так рада! - Она улыбнулась и надела венок из цветов дракону на голову.

Он тоже вдруг улыбнулся, так искренне, как никогда ранее не улыбался за целую жизнь.

- Так ты подумал?

- Да, подумал. Я готов бороться до последнего, и если это в твоих силах, я прошу тебя помочь!

Она кивнула, спустилась к самому ручью, зачерпнула воды в кувшин, стоявший у берега, взяла в руки лежащую там же корзинку, и снова подошла к дракону.

- Только обещай меня не съедать!

Он усмехнулся.

- Ну конечно обещаю!

- Будет больно, сразу говорю! Вот, закуси зубами эту палку.

Дракон взял в зубы протянутую девушкой палку, и улёгся, растянувшись на траве.

Я поморщился, мне было жалко дракона. Сегодня Ветер пришёл совсем рано, как бы заглаживая свою прошлую вину, и говорить он начал, даже не дождавшись звёзд.

- Ветер!

- М?

- А неужели маленькая хрупкая девчонка в состоянии сломать ноги парню?

- О чём ты, Тихий? Это всего лишь сказка. И да, мне ноги никто не ломал, но вправлять суставы она умела мастерски, ведь бабка обучала её лекарскому делу. Она была куда сильнее, чем казалась, да, сильнее. Сильнее и решительнее даже меня. А я аж зуб тогда сколол об эту чёртову палку! Нереально больно, блин. - Он рассмеялся, крепче сжав мою ладонь. Я в ответ улыбнулся ему. - Дракон изо всех сил старался не дёргаться и не кричать, впиваясь в дерево зубами. На деревяшке оставались следы. И на его зубах тоже. И вдруг мир начал меркнуть и плыть. Да-да, он просто потерял сознание. Он, желавший показаться сильным, терпеливым и крутым, попросту лишился чувств от боли. Когда дракон открыл глаза, Джанет сидела возле него, и обтирала его морду смоченным в ручье платочком.

- Как ты? - Улыбнулась она.

- Жив! - Он попытался встать, и не смог.

- Больно? Прости-прости. Зато всё точно получилось! Твои крылья перебинтованы таким образом, чтобы суставы в них фиксировались верно. Остаётся только ждать.

Он потянулся, провёл языком по зубам. Зубы тоже ныли, как и крылья.

- Да, клык ты сколол, моя вина... Не удачная, видимо, палка!

- Ты не при чём. Спасибо, что ты возишься со мною, спасибо, что пытаешься меня исцелить! - Каир снова попытался встать, и вновь упал. - А вот домой сейчас я вряд ли доберусь...

- Попробую помочь! - Она подбежала, такая маленькая и тоненькая, и попыталась поднять дракона. Большого и тяжёлого, совсем взрослого уже дракона. Но ничего из этого не вышло. Девчонка запыхалась, выбилась из сил, и тоже легла на траву. Так они и лежали вдвоём, держались за руки, смотрели в небо и молчали, и улыбались, встречаясь друг с другом взглядом. Девушка и дракон. Уж слишком они были не похожи.

Ветер судорожно сглотнул. Я вздрогнул и придвинулся к нему.

- Ты в порядке, Ветер?

- Да, Тихий, да.

Я провёл рукой по его щеке, она была мокрой от слёз. Да, он плакал. Я обнял его, а он вдруг лёг, положив голову мне на колени. Я начал аккуратно, на ощупь, перебирать пряди его волос. Они были гладкими и длинными, приятно мягкими , и почему-то тёплыми.

- Знаешь, Тихий, почему-то мне так легко и спокойно рядом с тобой... Ты прости меня за лишние эмоции.

- Всё в порядке, Ветер, и не нужно сдерживать себя. Слёзы - это тоже часть души.

Я будто ощутил его улыбку. Сейчас мне так хотелось открыть глаза, но я зажмуривался изо всех сил. Нельзя, не надо, не теперь. Я думаю, осталось ждать не так уж долго. Это волновало и пугало меня. Конца сказки я ждал словно Судного дня.

- Ветер, ты же меня не бросишь?.. - Я вздохнул. Не знаю, что хотел услышать я в ответ.

- О чём ты, Тихий? - Он сел, а я как ребёнок, забрался к нему на руки, потёрся щекой о его подбородок, вскользь коснулся его губ губами.

- Без тебя мне будет очень одиноко.

- Успокойся, Тихий, я теперь с тобой. - Он ласково обнял меня.

Интересно, теперь - это пока не кончится сказка, или же теперь - это всегда?..

- Люблю тебя, Ветер... - Тихо-тихо, скорее сам себе шепнул я, краснея, и зарываясь носом в ткань его толстовки, при этом надеясь, что он не услышит.

Ветер вздрогнул, и крепче прижал меня к себе. Он ничего не ответил. Но я ответа никакого и не ждал.

- Когда солнце стало клониться к закату, Джанет, наконец, попрощалась с драконом. Она убежала домой, а он так и остался в траве. Да, он был слаб, и он не мог подняться. Как он ни пытался - встать не смог, так что ночевать ему придётся у ручья и под открытым небом. Дракон вздохнул, и стал лениво провожать взглядом закатывающийся солнечный диск. Если он сможет летать - то всё это стоило того. А когда в небе появилась луна, и вспыхнули яркие звёзды, дракон услышал лёгкие и торопливые шаги. Он поднял голову, и вновь увидел девушку.

- Я не могла тебя бросить тут одного! - Джанет улыбалась, глаза её светились, как звёзды. - Я сбежала, никто не заметил, так что, вернуться я должна до рассвета! Ты верно голоден? Я принесла тебе маисовых лепёшек и молока!

- Большое спасибо! - Дракон улыбнулся.

Он взял еду из рук девушки, она прижалась к нему, обняла его нежно за шею, и до самого утра они смотрели на яркие звёзды, наслаждаясь близостью друг друга, наслаждаясь взаимным теплом.

Он спал в моих руках. Это до сих пор казалось мне странным. "Без тебя мне будет очень одиноко", "Люблю тебя, Ветер..." До чего же чудной мальчишка. Я погладил Тихого по волосам, он улыбнулся во сне. И чего он, как бездомный кот, всё ходит и ходит на эту крышу? Неужели и вправду из-за меня? Худющий стал, не ест - не спит нормально. Довёл я пацана.

- Ну что мне делать с тобою, Тихий?

Он дрожал. Да, в августе ночами, знаете, не жарко...

- Тихий! - Я попытался его разбудить. - Иди домой, ведь ты простудишься.

Он недовольно что-то проворчал, и лишь сильней в меня вцепился. Глупый. Я взял его на руки и встал. Лёгкий. Заберу его пока к себе, только на эту ночь. Хотя, я сомневаюсь, что завтра он захочет уходить, ведь завтра выходной. Не знаю даже - боюсь ли я того, что не смогу его прогнать, или же, на самом деле, надеюсь на то, что он не уйдёт?.. Я потихоньку пошёл, унося его с крыши, а он спал, очень крепко и беззаботно спал в моих руках.

Было мягко, тепло и уютно. Ну наконец-то, наконец-то я нормально сплю! Я довольно потянулся. Стоп... Нормально сплю?! Как так, неужто дома??? Я резко распахнул глаза и сел. Обстановка была незнакомой. Я закрыл глаза и снова лёг, пошарил рукой по кровати. Да, рядом кто-то лежит, значит явно постель не моя.

- Ветер?..

- М? Чего? - Лежащий рядом потянулся и зевнул.

Он забрал меня к себе??? Неужто на руках тащил? С ума сойти. А главное - далеко ли тащил? Я представил парня, несущего по улицам другого парня на руках.

- Ветер, слушай, а ты где живёшь?

- В том же доме, на крыше которого мы обычно сидим. На втором этаже.

- А зачем...

- Боялся тебя простудить, а ты никак не просыпался. Извини!

Надо же, я у него в квартире! У него в постели... Я придвинулся к нему. Ветер спал без футболки. Дыхание сбилось, я провёл рукой по его животу и груди, а он вдруг больно шлёпнул меня по руке, и отодвинул от себя.

- Всё, ну-ка брысь! Секс будет только после свадьбы. - Ветер усмехнулся и встал. - Я в душ, а ты можешь пока по квартире погулять. Трогать можно всё.

- Ок, договорились! - Я улыбнулся и встал.

В ванной щёлкнула задвижка, и я открыл глаза. Первым делом я отыскал свою одежду и оделся - прежде чем уложить в постель, Ветер раздел меня до трусов. Потом я заправил кровать и осмотрелся. Спальня была небольшой. Двуспальная кровать, шкаф с одеждой, комод, небольшой стол со стулом, на столе старенький ноутбук. Я вышел в зал, который оказался неожиданно просторным. Там стоял диван и шкаф с книгами. И больше ничего. На полу ковёр с длинным ворсом. Абсолютно пустая комната. Окна задёрнуты плотными шторами. Кухня. Кухня тоже была небольшой, аккуратная такая, средних размеров кухня. Холодильник, чайник, плита, и более никакой техники. Вся квартира была очень чистой и абсолютно пустой, какой-то будто даже не жилой. Никаких личных вещей, никаких украшений, картин, цветов, ну или что там бывает в квартирах? Видимо, Ветер здесь только спал, а может, и не жил тут вовсе.

Интересно, тут найдётся из чего приготовить завтрак? Я открыл холодильник. В нём стояли пакеты молока, яйца, масло сливочное и подсолнечное, творог, баночки со сгущёнкой, и всё, ничего более. В морозилке лежали пельмени. В кухонном шкафу нашёлся хлеб, мука, кофе, соль, сахар и макароны. В соседнем шкафу - посуда. Сырники! Я сделаю сырники. Да-да, готовить я умел, я научился этому от мамы. Я достал сковороду, масло, яйца, творог... Сырников получилось много, кофе сварился и я сел, дожидаясь Ветра. Да что он так долго?! Шаги.

- О, Тихий, ни фига! Ты крут. С тобою можно жить! - Он подошёл и чмокнул меня в щёку. - Спасибо! А то я вечно питаюсь какой-то фигнёй.

Он сел.

- И как ты будешь есть с закрытыми глазами?

- Да ничего, я справлюсь.

- Что ж, как знаешь! Могу уйти в другую комнату.

- Останься!

По итогу, я едва не вылил на себя кофе, весь перепачкался сгущёнкой и был таки отправлен отмываться.

- Всё, брысь домой!

- Да ни за что на свете!!!

Ветер валялся на диване, а я валялся прямо на нём.

- Ты живёшь здесь один?

- Ага, один. В этой квартире раньше жил мой дед, отец мамы, да он давно помер, а бабушка умерла ещё раньше него. Родители мои остались там. Там, где я родился. Мама-то моя была русской, отец наполовину русским, но оттуда родом. Вот он и увёз мою маму к себе на родину. Я уродился в мать, светловолосым да голубоглазым. А там не любят русских, нет, совсем не любят. - Он вздохнул. - Послушай, Тихий, ты так и собираешься сидеть тут у меня с закрытыми глазами?

- Я не сижу тут, а лежу. Да, собираюсь!

- Вот несносное дитя!

- Я не ребёнок, Ветер.

- Да, конечно... Тихий, вот тебе чего, заняться нечем?

- Нет, совершенно нечем. - Я раньше чем-то занимался, только чем? Теперь мне всё казалось скучным и не важным. - А тебе?

- А я читаю книги. Постоянно.

И всё же день мы провели вдвоём, а под вечер мы вновь выбрались на крышу.

- Ветер, тут так ветрено! - Я рассмеялся.

- А я же говорил тебе - дубак!

- Ну да, но ведь в квартире звёзд не видно.

Я сел, и он тоже сел рядом. Сегодня кофе у нас было много, были круассаны со сгущёнкой, которые я напёк от скуки, а ещё, я зашёл перед этим домой, и, наконец, захватил свой спальник, на котором мы, собственно, и сидели сейчас. Так было куда как теплее. Ветер продолжил сказку, я же слушал, глядя на звёзды, и чувствовал себя вполне счастливым.

- И вот, с рассветом она ушла, и вернулась где-то к обеду. Дракон сидел всё там же, на лугу.

- Эй, вставай! - Джанет с улыбкой протянула ему руку. - Вставай-вставай, я знаю, что ты можешь.

Он осторожно встал. Всё тело ныло. Дракон тихонечко прошёлся, девушка шагала рядом.

- Завтра утром я принесу мазь, и перевяжу тебе заново крылья.

Дракон уже сейчас чувствовал себя увереннее и сильней, чем всё то время, что провёл без крыльев. Может, сил ему придавала её улыбка, и её глаза... Они весь день гуляли у ручья. Джанет плела венки, бросала в воду, но только все они тонули, как ни странно.

- Попробуй ты! - Она передала венок дракону.

Дракон пустил венок... И он поплыл. Можешь не верить, только так оно и было. Джанет рассмеялась:

- У тебя гораздо лучше получилось!

Я тут же вспомнил старую русскую песню:

"Лёля сорвёт василёк,

Низко головку наклонит:

"Милый, смотри на венок -

Твой поплывёт, мой потонет!"

Песня, кажется, заканчивается скверно. Я промолчал, не став перебивать Ветра, и торопить события расспросами. Он продолжал:

Но солнце шло к закату. Дракон простился с девушкой и возвратился к Нурбию.

- А я уж беспокоился, юнец!

- Спасибо, старец, я уже в порядке.

- А кто ж перевязал тебе крыло?

Каир потупил взгляд.

- Не кончатся добром все эти игры. Видна в бинтовке женская рука. Неужто ты, юнец, связался с дамой?

- Да, старец, так и есть. Ты всё-то видишь...

- Каир, ты не морочь девчонке голову, прошу. Ведь девы тут, увы, не для драконов. Ты пару должен отыскать среди своих.

- Я понимаю, старец, понимаю! Я улечу, едва срастутся крылья.

- Будь осторожен, чувства не игрушка. Сердца людей ломаются так просто...

И он вздохнул, улёгшись на лежак.

- Я тоже раз любил одну принцессу. Да только принц, увы, её увёл. Причём, увёл, отнюдь не по согласью. Но здесь никто не спросит волю дев.

А утром вновь они спешили на свиданье. Дракон заметил, что скучает без Джанет. И дело было не в леченье вовсе... Не для того он к ней уже стремился. Он привыкал к ней, она тоже привыкала. А после она скажет, что влюбилась сразу, едва заметила дракона на лугу. Он не поверит, только улыбнётся.

И вот, она его уже ждала.

- Каир, а ты мне снился этой ночью!

- И что же именно ты видела во сне? - Дракон лежал в траве, а девушка сидела на его спине, и мазала целебной мазью его крылья.

- Что ты летал, Каир! И взял меня с собою в небо. И я смотрела с высоты на эту землю! Так было здорово, Каир, так было чудно! Ведь ты, Каир, возьмёшь меня с собою в небо?

- Возьму, когда я сам смогу туда подняться.

Им было вместе очень хорошо. Джанет умела петь, и пела так красиво, они ходили с ней по ягоды, гуляли по горам. Порой они встречались даже ночью - Джанет сбегала, наплевав на всех вокруг.

- Эх, Тихий, да, она была меня смелее. Я лично не ходил в её деревню.

Я промолчал, и он продолжил снова.

- И вот, разбинтовав в очередной раз его крылья, Джанет сказала вдруг:

- Попробуй полетать!

- Летать? Сейчас? Прошёл всего лишь месяц...

- Давай, ты сможешь, я не вру тебе! Но только так, чуть-чуть, для пробы - высоко не поднимайся, и долго не летай - пока нельзя.

Он не поверил в то, что это правда, но оттолкнулся с силой от земли. И... Он летел! Его держали крылья!!! Он сделал круг над лугом, и вновь сел у её ног.

- Джанет, Джанет, ты видела? Летал... Я летал! Ты просто чудо! Ведь ты спасла меня, ведь, правда, ты смогла!

- Пока что не спасла. И больше не летай, пока что слишком рано! Я очень рада за тебя, Каир! - И она Крепко обняла дракона.

И вдруг дракон её поцеловал. Их губы встретились, и встретились их души. Он погубил её, хоть сам о том не знал... Потом она краснела и смущалась, он проводил её почти до самого села, а утром они вновь гуляли вместе по полянам.

Но раз Джанет пришла мрачнее тучи. Такой дракон её не видел никогда.

- Я уже взрослая, Каир, ты знаешь верно. Мне стукнуло четырнадцать весной. Я взрослая, пора мне стать женою!

- О чём ты говоришь?

- Забудь, Каир!

Джанет пыталась, было улыбнуться, но слёзы хлынули ручьём из её глаз. Он обнял девушку и долго утешал. Но, наконец, она заговорила.

- Ты знаешь, замуж у нас, в основном, отдают не по любви. А свадьбы играются осенью, едва лишь стоит разобраться с урожаем. Труды закончены, и настаёт время праздников. В детстве я очень любила пышность и веселье наших свадеб, но вот потом это действо начало у меня ассоциироваться с похоронами. Да-да, ведь на свадьбах так часто ломаются судьбы, со свадьбой завершается жизнь. Вот и меня вчера пришли сосватать. Отец и мама были очень рады - жених с достатком и хорош собою. К тому же молод - чем же мне не муж? Но знаешь... Знаешь... - Джанет смутилась, опустив глаза. - Ты знаешь, я люблю тебя, Каир. Ты заберёшь меня? Ведь ты уже летаешь...

- Забрать тебя? О чём ты говоришь?

- Ты меня любишь? Ну, ответь мне правду. Скажи как есть, скажи мне честно, и не лги.

- Люблю... - Дракон смутился. Он не должен был в этом признаваться, он чувствовал, что будут от того одни лишь только беды, вот только ей соврать он, почему-то, не смог. - Люблю. И можешь мне не верить...

- Я верю. Так давай тогда давай сбежим. Сбежим отсюда.

- Сбежим?

- Ну да, сбежим. Тут не одобрят наш союз... Ты знаешь, у нас не выдают девчонок за драконов. К тому же, судьба моя уже предрешена. В моей семье ещё живы все традиции, семья по ним живёт.

Сбежим... Сбежим... Так просто всё звучало. Дракон боялся, но вот сердцем он хотел забрать её и унести оттуда. Он обещал подумать о побеге. Да, обещал.

- Какой я был дурак!!!

Ветер вскочил на ноги. Я поймал его руку, и встал рядом с ним.

- Да в чём ты виноват?

- Во всём. Знаешь, я сразу должен был соврать, что чувств к ней у меня нет, и убедить, что она должна слушать отца, и выходить замуж за того, кому сосватана была. А сам я должен был бежать оттуда, да куда подальше. Ей-то было всего четырнадцать, а я-то был совершеннолетним. И увезти её, пожалуй, было бредом! Да, разница всего четыре года. Вот только... Да, блин, дикое место, и эти традиции в семьях... Там есть современные люди, а есть и те, что реально из прошлого века.

- Однако. Но ведь она б не счастлива была.

- Да что тебе сказать на это, Тихий? Уж явно посчастливей, чем теперь... И, кстати, её суженому было двадцать пять. И это считалось удачей, в четырнадцать могли и за сорокалетнего отдать.

- Так что ж произошло?

- Доставай свои круассаны, вот выпьем кофе, а потом всё расскажу.

- Что, до конца?

- Ну, нет уж, размечтался.

Я развязал рюкзак и вытащил еду.

- Дракон и девушка мечтали о побеге, гуляя тёплыми и летними ночами. Долго они обсуждали свой план, и долго спорили, но, наконец, решили. Каир уже давно решил куда бежать. Ведь там, далеко-далеко от гор, была у него своя пещера, и там их точно не должны были найти. Там не было ни гор, ни их законов. Все там жили гораздо свободнее, и драконов тоже принимали, как и смешанные пары. Они назначили себе и день и час. Но уезжать им нужно было не заметно. Да, у дракона были и средь гор друзья. И те бы помогли двоим им скрыться. И он уже договорился обо всём. Был план, хотя, тот план сам по себе был не без изъяна, но риск дракона не страшил тогда совсем. Казалось, стоит только убежать...

И вот, расстались, наконец, они в последний раз. Условились в тот день они уж больше не встречаться, а с наступлением ночи бежать. Каир пошёл проститься с горным старцем, Джанет спешила сумку собирать. Не сумку, так, всего лишь кошелёк. В нём были деньги и документы.

- Порой мне кажется, что сейчас я наступаю на те же самые грабли. - Он тяжело вздохнул.

- О чём ты, Ветер? Я совершеннолетний, да и вполне себе...

Но он не дал мне досказать, он залепил мне губы поцелуем. И это было классно... Так тепло. И мир качался, сердце так стучало...

- Доброе утро, Тихий! А вот сегодня ты узнаешь, наконец, чем всё закончилось!

"Ты узнаешь, чем всё закончилось" - Этой фразой Ветер огорошил меня с самого утра. "Чем всё закончилось", "закончилось", "закончилось"... А что, если реально все закончилось... Закончилось... Что, если Ветер скажет, что ему не нужно новых проблем, что всё... Закончилось, закончилось со сказкой? Я нарезал круги по собственной квартире. Да, сегодня Ветер попросил тайм-аут на день, перерыв, чтобы собраться с мыслями, и всё как следует обдумать. В том числе, как сказал Ветер: "И о нас тоже". И о нас... Мы... Закончилось... Всё... Неужели?! И как всё быстро, как всё быстро, чёрт возьми, не верю!.. А ещё он попросил меня не появляться раньше девяти. Девяти вечера. А я сказал, что буду в десять. И вот, всего лишь около двух дня, а я уже сейчас поеду крышей...

Время тянулось, как жвачка. Я даже сделал генеральную уборку, приготовил ужин для отца, снова собрал свой рюкзак, потом сходил и купил ещё пару термосов, наполнил все три термоса сваренным горячим кофе. И... Часы показали мне шесть вечера. Да что это такое?! Я ещё раз сходил в душ, выпил ещё кофе. Потом включил телевизор, и остаток времени просидел, тупо пялясь в экран, даже не видя того, что там показывали. "Ты узнаешь, чем всё закончилось".

И вот, десять. И я стою на крыше.

- Всё же дождался десяти, упрямец? - Ветер подошёл и обнял меня со спины.

- Ветер, здравствуй... - Мой голос дрожал. А вдруг, я говорю это в последний раз? Последний наш вечер...

- Да, Тихий, здравствуй... Знаешь... Я хочу заранее извиниться...

Моё сердце упало куда-то, именно в пятки. В правую пятку, я будто ощутил это. Внутри начал расползаться холод и страх.

- Извиниться?..

- Да. За то, что сегодня мой рассказ может быть путанным и нестройным. За то, что я не собираюсь сдерживать эмоций, и за то, что, хочу попросить тебя не перебивать меня и просто молчать. Молчать, пока я не закончу. Не говори мне ничего. Договорились?

Сердце вернулось назад и быстро-быстро застучало.

- Да, договорились. - Я повернулся, и обнял Ветра за шею.

Потом я передал ему мой рюкзак, он без вопросов его расстегнул, расстелил извлечённый спальник (нет-нет, я не видел, я слышал и знал), потом взял меня за руку, и посадил меня к себе на колени. Я попытался слезть, но он прижал меня крепче, и положил подбородок на мою голову. Я оказался полностью прижат, и это было так тепло, уютно... Он заговорил.

- И вот, с наступлением темноты, дракон стоял у дороги. У той самой дороги, по которой они должны были уйти к лесу, где уже ждали Каира товарищи. Звёзды светили даже ярче, чем обычно. Та ночь была такой красивой, и такою тихой... Да. И вот, шаги. Джанет смеясь бросилась на шею дракону.

- Теперь я только твоя, Каир!

Она была прекрасна в лунном свете. И лицо её светилось от счастья, что делало её не просто красивой, а настоящей принцессой из сказки.

- Пойдём, Джанет! Нам нужно торопиться.

Она кивнула, и дала дракону руку. Но в этот миг раздался голос за спиною:

- Сбегаешь с ним, неверное дитя?!

Дракон увидел грозного мужчину. Высокого, с седою головой.

- Отец?! - Джанет мгновенно побледнела. Их остановили с первых же шагов, побег ещё не начался, но был провален.

- Ты отдана другому. Да, ты сосватана, причём уже давно. Не спорь со мной, я твой отец, и ты должна быть послушна моему слову! К тому же, как могу я позволить тебе выйти за дракона? Ты, верно, шутишь и смеёшься надо мной?! В моём роду не будет чужой крови! Не будет внуков с синими глазами. Ты поняла меня? Ступай немедленно домой. И я забуду обо всём. И даже сохраню жизнь твоему избраннику. Но о союзе вашем даже речи быть не может!

- Тогда считай, что я тебе не дочь!

А дальше всё случилось за минуту. Суровый горец метнул в неё свой кинжал, и он воткнулся, точно в её грудь, точно в сердце. Джанет не вскрикнувши упала, не дыша. Дракон к ней подбежал, но было поздно. Она была мертва, была мертва... Мертва...

И в этот миг дракон вновь полетел. Да, он сбежал, сбежал, как трус, не отомстив убийце и не схоронив любимой... Сбежал.

Ветер захлебнулся словами, его трясло, он прижимал меня к себе, и так мы молча просидели больше часа, а потом он продолжил свою сказку. Он начал говорить, сначала, будто в полусне, или в бреду, но постепенно его голос стал живее.

- Он покинул те края, для того, чтоб вновь уже не возвращаться. Он думал, что сможет забыть, он думал, что сможет начать всё сначала... Он был молод и глуп. Вина давила ему на грудь тяжким грузом. Он проклинал тот день и час, когда впервые встретил у ручья девчонку, ведь не будь его, не оборвалась бы юная и столь прекрасная жизнь. Дракон стал замкнутым и нелюдимым, стал агрессивным и злым. Ночами ему часто снились горы, рёв Терека, журчанье ручейков. А однажды приснилась она. На тот момент прошло уже пять лет, прошло незаметно и как-то впустую, будто всё эти годы дракон и не жил совсем. И вот, ровно в пятую годовщину того злосчастного дня, дракон увидел во сне свою Джанет. Солнечный луг, цветы, и она, плетёт свой чудесный веночек. Она посмотрела дракону в глаза, и вдруг вскочила, обняла его за шею, и тихо шепнула в самое ухо: "Я жду тебя, Каир, иди ко мне! Я так скучала, знаешь, я устала ждать. Иди за мной, давай останемся вместе навечно". Во сне всё было слишком реалистично. Её объятия, голос и запах... Он проснулся в слезах среди ночи, проснулся от дикой щемящей тоски, тоски по Джанет. С той самой ночи дракон не мог больше спать. Ему повсюду мерещился её голос и смех, она звала его, она его ждала... Он понимал, что сходит с ума, понимал, но не знал, что делать с этим. На четвёртые сутки без сна дракон окончательно сдался. Он поднялся наверх, ближе к небу, он решил полететь, полететь навстречу ветру и Джанет. Полететь в последний раз, со сложенными крыльями... Но там, на возвышении сидел чужак. Маленький чёрный кот смотрел на небо, и выглядел таким же одиноким, как и сам дракон. И дракон решился с ним заговорить. Решился высказать кому-то свою боль. И почему-то, кот стал его слушать. А потом даже уснул у ног дракона. Увидев трогательное чёрное существо, так мирно спящее на жёсткой грязной крыше, дракон подумал, что возможно сможет тоже отдохнуть. Он прижался к коту, и моментально отключился. Он спал, и спал без снов. И это было чудо! На вторую ночь кот опять почему-то пришёл, хотя дракон и не мечтал об этом. Рядом с котом он чувствовал себя спокойно и уютно, рядом с котом он снова мог спать, мог плакать, и даже смеяться.

Всё, Тихий. Я закончил. Открывай глаза!

Я вздрогнул. Это было неожиданно и страшно. Что будет дальше, что будет теперь? Я сполз с его колен, и сел напротив. Потом я открыл сначала один глаз, потом другой. Передо мной сидел светловолосый парень. Его волосы доходили до плеч, глаза были голубые, и яркие, как солнечное небо, они будто светились во тьме. Он улыбался, а его лицо мне показалось очень симпатичным. Худой. Он был худой и какой-то замученный, но улыбался, и выглядел сейчас довольным. Ночь была лунной, ночь была светлой.

- Тихий, а у тебя глаза такие зелёные! - Он отвёл взгляд, будто смущаясь.

Я улыбнулся.

- А ты куда как красивее, чем я себе представлял.

На щеках его вспыхнул румянец. Это было так ново для меня - ВИДЕТЬ его реакцию на мои слова и действия.

Было ветрено и холодно на крыше, но уходить мне совсем не хотелось. Он говорит, что я ему помог? А сам он стал для меня целым миром, стал моим смыслом, и волшебной сказкой в серой жизни.

- Знаешь, Ветер, теперь я расскажу тебе свою сказку, вот так, глядя прямо на тебя. Вот только я совсем не сказочник, да и история моя попроще! И уж куда как покороче. - Я сел напротив него, скрестив ноги, взял его за руки, и, глядя на него, стал говорить. - Чёрный кот жил в обычном подвале. Впрочем, как и большинство подобных ему котов. В подвале жили его предки, в подвале жили его мать и отец, и двое братьев так же жили в тесноте подвальной комнатушки. Мир был большим, а кот был маленьким. В детстве кот был очень диким и ни с кем не уживался, сверстники его не принимали, с братьями он часто ссорился и даже дрался, а так как был хилым и постоянно проигрывал, то ходил изодранным и жалким. Шли годы, и котёнок рос, он освоил кошачью науку, научился кормить себя сам. А тем временем, родители кота разбежались. Это тоже не редкость в стае кошачьих. Братья ушли за матерью, кот же остался с отцом. И вот, в один прекрасный тёплый лунный вечер, котик шёл с охоты домой. Ничего не предвещало беды, вечер был тихий, вечер был красивый. Но впереди он услышал мяуканье, отчаянный крик о помощи. Котик бросился на зов, и наткнулся на стаю собак, поймавших красивую белую кошку. Кошка была напугана, и просто жалась к забору, даже не пытаясь перелезть. Котик бросился на помощь, зная заранее, что его попытка напасть на стаю собак обернётся крахом, и, в лучшем случае, израненной шкурой, но... Как ни странно, завидев постороннего, псы разбежались.

- Ты в порядке? - Он подошёл к кошечке, и подал ей лапу.

- Ага, спасибо! Чёрный котик, не проводишь меня до дома?

Так началась любовь белой кошечки и чёрного кота. Они гуляли вечерами, лазали по крышам, котик покупал для кошечки подарки. Всё было правильно, всё было хорошо. Но вот, однажды, придя к очередному месту встречи, котик обнаружил там не кошечку, а псов. Они сказали, чтобы котик от неё отстал, от белой кошечки, ведь он всего лишь мелочь, и ей совершенно не нужны такие, как он. Котик разозлился и обозвал собак последними словами. Они жестоко отделали котика, поломали ему заднюю лапу, рёбра, да и так порядком ободрали. И кот попал в больницу. Кошечка явилась на следующий день. Сказала, что не в курсе про собак, сказала, что всё так же любит котика. Она приходила каждый день. В больнице кот провёл два месяца. Потом он смог вернуться вновь к охоте, и к обычной жизни. Но он увидел кошечку с другим. Огромный и красивый кот. А после он узнал, что кошечка гуляла с каждым первым. Кот был зол. Он вернулся в свой подвал, и по совершенно незначимому пустяку поругался и подрался со старым котом. А потом он забрался на крышу, и сидел, будто с высоты глядя на свою жизнь. А она была совершенно никакой. Не сказал бы кот, что вообще любил эту кошечку, не сказал бы, что вообще когда-то был счастливым... Почти с рождения всегда всё шло не так, и в то же время, вроде бы, обычно. Он поднял взгляд к небу, и тогда вдруг увидел... Звёзды. Большие, размером с кулак, яркие и искристые, они заполняли всё небо и роняли свой свет на всё вокруг. Коту казалось, что он видит звёзды впервые, что за много-много лет своей жизни, он ни разу не поднимал к небу глаза. И вот тогда кот ощутил чьё-то присутствие. Поначалу кот испугался незнакомца, но тот говорил не враждебно, и говорил странные вещи. Они заинтересовали кота, и он подошёл ближе. И вот, впервые в жизни кот улыбался, улыбался искренне. И впервые безмятежно задремал у чьих-то ног.

И тогда кот понял, что смыслом его жизни были не кошечки, и не охота, и даже совсем не звёзды и не небо. Можешь не верить, но смыслом жизни для него стал дракон. Он никогда вновь не хотел с ним расставаться, и за ним кот пошёл бы куда угодно, да хоть бы и даже пешком до Китая. А ты... А ты пойдёшь со мною, дракон? - Я посмотрел в его глаза с надеждой.

- Но драконы не живут с котами. - Он очень крепко сжал мою ладонь.

- Коты и драконы не живут в одиночестве. А вместе... Почему бы и нет? Кто запретит нам, дракон? Мы можем попробовать. Ну, в самом деле, не станешь же ты меня есть!

Ветер усмехнулся, встал, помог встать мне.

- И всё же, я считаю это странным, кот.

- Пусть так, но быть может, сегодня в мире стало больше счастливых котов, ровно на одного!

- И больше счастливых драконов. - Он улыбнулся, глядя мне в глаза, мягко коснулся губами моих губ, а потом пошёл, сжимая мою руку и уводя меня за собою с крыши. - Люблю тебя, Тихий...

Звёзды горели так ярко, звёзды висели так низко...